— Прости, Ридлин… — мямлит рыжий.

Боги! Ну и самомнение у этих драконов!

Наталкиваюсь на недобрый взгляд наследного принца теневых драконов. И тут же мысленно стону: выходит, мы с ним оба выбрали специальность Следственное дело магических правонарушений. Я выбрала потому, что в будущем надеюсь обелить имя отца. А наследнику трона то это зачем?

Первый учебный день проходит быстро. К счастью, кроме задумчивых и прожигающих насквозь взглядов, Ридлин О’рхаррис не переходит к своим злодейским действиям. Ну, или у меня просто в крови — уметь избегать неприятности, хочется в это верить.

* * *

— Эй! Совсем обалдел⁈ — вскрикиваю, испуганно отскакивая тут же в сторону.

Холщевая сумка с металлическим брелоком, взметнувшаяся в моей руке, неприятно лязгает о левикар.

Теперь некогда чистую и выглаженную новенькую униформу моей новой академии украшают грязные пятна. Они стекают по рубашке на груди и прямо по юбке. Даже бордовые гольфы все в разводах.

Левикар агрессивно останавливается, а затем левитирует задом. Прямо ко мне!

Хуже всего, запоздало замечаю герб на крыше, что светится дымчато-черным — королевство теневых драконов.

По коже ползут мурашки, когда из экипажа выходит Ридлин.

Вертикальный зрачок разрезает радужки пополам, подчёркивая принадлежность к драконорожденным.

— Только не ты… — беззвучно молю богов, лишь бы тот, чье клеймо я позорно ношу, вообще прошел мимо.

— Ты поцарапала мой левикар, — раздражённо произносит парень.

— Ездить научись вначале, — отворачиваюсь и напоминаю ворчливо, — это ведь академическая территория.

Я собираюсь позорно ретироваться, но его горячие пальцы цепко ловят мое запястье и смыкаются кольцом.

Жар от его пальцев растекается по коже, будто плавит.

И от этого сердце падает в пятки и оттуда тревожно отстукивает. Дыхание на мгновение спирает, и я гулко выдыхаю. Что за глупая реакция на ненавистного мне Высочество?

— Я сказал: «Ты поцарапала мой левикар», — спокойно и с нажимом произносит брюнет. — Придумала, как расплачиваться будешь, убогая?

А от его тона веет льдом так, будто он способен заморозить не только континент, но и сердце и душу других. И с его губ это слово «убогая» звучит словно не оскорбление, а констатация факта.

Вздрогнув, я прикусываю язык. Я боюсь, что стоит мне в какой-то момент посмотреть ему прямо в глаза — он узнает меня. Узнает во мне ту самую восьмилетнюю девочку, лишённую его рукой магии.

Я возненавидела его в тот же момент…

Но больше всего мне было жалко моего отца.

Его обвинили в покушении на короля. Он был лекарем у Его Величества драконов Теней.