— Видимо, нет, — неуверенно бормочу я, осматривая нашу с Ришель комнату в общежитии академии. — Я…

Прикрываю глаза и мысленно ругаюсь. Надеюсь, что всё это был сон. Но что-то мне подсказывает, что сильно ошибаюсь. Стону от безысходности тоже мысленно. Что вообще это вчера было⁈

Холодок проскальзывает по спине. Мог ли Ридлин?..

Прислушиваюсь к ощущениям, к своему телу. Точно нет. Всё в порядке. Но тогда зачем ему было меня увозить в свой дом? И почему я проснулась тогда здесь? Нет, он точно ненормальный.

— Пойдем тогда на обед, — зевает подруга, потягиваясь. — А можно я тоже с тобой в домик поеду? Чего мне эти три дня в академии без толку торчать? Ридлин наверняка уедет в свой королевский замок, — вздыхает грустно.

— Конечно, я буду только рада. Но ты понимаешь, что Ридлин не стоит того, чтобы ты так бегала за ним? — А у самой ком в горле встаёт, что я вынуждена скрывать от подруги страшную тайну.

Белокурая красавица фыркает. Мы не спеша собираемся и идём на обед…

— Риш, я сейчас приду, ты иди займи нам столик.

— Хорошо!

Завидев Ридлина с Киллианом, решительно направляюсь к ним наперерез.

Некоторые адепты с удивлением смотрят на то, что я не вжимаюсь в стену, давая драконорожденным дорогу, как это делают другие студенты.

— Надо поговорить, — сузив глаза, заявляю я, решительно смотря в синие зеркала души Ридлина.

— Я весь внимание, — насмешливо отвечает брюнет.

— Наедине, — понижаю голос.

— Дай угадаю, хочешь поговорить о прошлой ночи? — оскаливается он, а мои щеки вспыхивают. — Прости, убогая, я был под гномьим элем. Все было классно, но повторения не будет.

Он говорит это тихо. Это слышат только Киллиан и парочка адептов, что проскальзывают мимо.

— Какой же ты дурной, — вздыхаю я, понимая, что в очередной раз наступила на прямое доказательство того, что с этим чешуйчатым гадом разговор невозможен.

Разворачиваюсь, чтобы уйти, но парень хватает за запястье, дёргает на себя. Я сдавленно охаю и упираюсь ладонями в твердую мускулатуру на груди Ридлина. Там, под белой рубашкой, ощущаю, как ровно бьётся драконье черствое сердце.

— Я не разрешал уходить, — припечатывает.

— Мне твое разрешение не требуется, — цежу я тихо.

— Напомнить тебе, кто ты? — с хитрым прищуром спрашивает Рид. — Ты была, есть и будешь моей собственностью, сломанной игрушкой, бракованной, которую и выбросить жалко. Метка Истинности это только подтверждает.

— Ну, это мы ещё посмотрим. Вот увидишь, я найду способ вернуть себе магию и без тебя, — с замиранием сердца шепчу я ему в лицо.

— Вот это страсть, — с шутливым восхищением доносится со стороны голос Киллиана. — Вы бы хоть постеснялись при людях. Укромные уголки чуть дальше, Рид.