— Вы неправильно меня поняли, — Ковьелло сел, и тяжело вздохнул. — Зачем вы прибыли сюда? Каким образом? И кто вы — на самом деле? На эти вопросы у нас ответов нет по сей день. Вы молчите, или продолжаете повторять эту сказочную историю про эксперимент.

— Признайтесь, Ковьелло, история с Таисси Имитта вас сильно напугала, — тихо сказал Ит. — Очень сильно. Вы ведь понимаете, что существо, которое удалось убить нашей жене, никакой девочкой не являлось. Мало того, вы по сей день не знаете, что это было, и кто за этим стоит. Предполагаю, что вы провели расследование, устранили потенциальных болтунов, лишив их возможности распространять неугодную вам информацию, но при этом — в понимании явления вы ни на шаг не продвинулись. А те, кто мог бы ответить хотя бы на часть вопросов, не захотели с вами общаться, и быстро вышли из поля юрисдикции планеты. Я прав?

Ковьелло неохотно кивнул.

— К сожалению, да. Вы правы. Некое подобие заказа на этот спектакль получила группа сэртос, которая покинула нас действительно очень быстро. Джанева отыграла свою роль лучше всех, и здесь пробыла дольше всех, она ушла последней, но… — Ковьелло поморщился. — Другой спектакль она сыграла уже для нас.

— Безутешная мать? — спросил Скрипач.

— Именно так. Год она ссылалась на траур, который необходимо соблюдать, а через год — была такова, причем ушла нелегально, и никого не предупредив.

— А что вы хотели? — риторически спросил Скрипач. — Чтобы она пала в ноги южному совету, и призналась? В чём? Кто ей заплатил, или что было в договоренности? Наивно.

— Рыжий, подожди, — попросил Ит. — Ковьелло, я долго думал о том, в чём была истинная причина нашей отправки сюда, в Лимен, на край земли. И я пришел к выводу, что вы склонны считать нас двоих… примерно таким же порождением незнамо чего, как-то, что было похоронено как девочка. Я прав? Именно поэтому вы утверждали, что генетика не является доказательством подлинности личности. Не те отговорки, которые вы тогда продвигали, а страх, что эти вот двое, то есть мы, могут являться вовсе не теми, кем кажутся, а способа проверить это у вас не существует. Всё так?

Ковьелло молча кивнул.

— Да, всё так, — после почти минутного молчания произнес он. — Вы угроза. Хорошо, не прямая, потенциальная, но всё равно угроза. Скажу больше: вы сами можете не знать, кто вы на самом деле. Если эта тварь сумела, по сути, воссоздать ребенка, пусть не полностью, то что ей могло помешать, находясь в слепой зоне, закончить работу, и…

— И что? — спросил Скрипач. — Подсунуть вам обманки? С какой целью, для чего?