Лулио усмехнулся:
— Конечно. Но кто сказал, что в таких линиях не будет учтено твое вмешательство? Как раз суть и заключается в том, что если все нормально — ничего не делать. А если все плохо — выбрать линию, где твое вмешательство максимально благоприятно влияет на будущее.
— Угу. Логично, — согласился я. — Не тяжело так жить, зная будущее?
— Совершенно нет, — качнул головой Лулио. — Никто ведь не заставляет тебя смотреть всю линию своего будущего. Проходишь по вершкам, оценивая на уровне «хорошо» и «плохо». Если «плохо», оцениваешь причины, отматываешь линию из будущего в прошлое до «настоящего», находишь переломные точки, мысленно меняешь, оцениваешь новые варианты линий, снова при необходимости меняешь, пока не найдешь оптимальный вариант.
— В общем, предопределенного ничего нет?
Лулио кивнул:
— И нет никаких гарантий, что все будет именно так. В любой момент все может поменяться. Тем не менее видение будущего — вполне удобный инструмент, если правильно им пользоваться. Кстати, для тебя доступен только «чистый» вариант видения.
— Почему? — спросил я, хотя уже примерно знал ответ.
— Просто ты вносишь в Суть Мира толику хаоса, что не позволяет увидеть твое будущее и прошлое, так как ты не оставляешь там свой след. Это и хорошо, и плохо. Хорошо — ты мало предсказуем и линии будущего тех, кто рядом с тобой, становятся зыбкими и недостоверными, так как Суть Мира не может просчитать твое влияние на этих людей. А плохо — если ты что-то можешь и значишь в этом мире, но Суть тебя не видит, то любое будущее становится малодостоверным.
— О как! — задумчиво выдал я. — То есть совсем-совсем?
— Ну… — протянул Лулио. — Все же по косвенным данным, людям, событиям, окружающим такого баламута, как ты, Суть Мира что-то и может построить, но, насколько точно, тут уж я не могу сказать.
— Понятно, что все, что может быть, случится, а может и не случиться. Опять эта проклятая неопределенность! Но неужели с технической точки зрения все так просто с ви́дением? — пробормотал я. — То есть любой, кто может видеть, соответственно, может быть в курсе всего на свете?
Чародей погладил свою бороду:
— На самом деле все не так. Видящие делятся на неофициальные ранги, коих десять штук. — Я кивнул при слове «неофициальные», вспомнив, что Карина делила видящих всего по трем градациям. — Разница между рангами несколько размыта, так как не найдется двух чародеев, одинаково видящих. У кого-то лучше получается, у кого-то хуже. Если чародей хочет получить ранг, то собирается специальная комиссия из видящих, которая по многим параметрам, о которых я не буду говорить, высчитывает текущий ранг соискателя. Сам ранг в общем-то ни на что не влияет и имеет некоторое значение только в том случае, если чародей находится на государственной службе, да и то если работает в области, связанной с предвидением и анализом.