И облила меня как из ведра. Да, именно так работает Кровавый Пакт.

Вытягивает жизненную силу непосредственно из крови при касании. Да ещё и с дикими потерями…

Но мне, пятимесячному малышу, этого более чем достаточно. Вскоре я вновь встал на четвереньки посреди стола.

С ног до головы залитый кровью демона и своей собственной, промокший и сам злой как чёрт, я подполз к краю стола, и торжествующе прокричал:

— Смейть! Смейть!!!

Пусть мир знает, что его будущий повелитель прикончил своего первого врага!

Осталось придумать, как слезть со столешницы. Хотя, сил у меня снова хоть отбавляй!

Нет, правда, хватит поглощать! А то я сам щас рвану!

Дмитрий Осинский сидел мрачнее тучи. Немудрено — когда у тебя похитили сына и шантажируют этим, мало поводов для радости.

Ещё меньше, когда ради сына пришлось бросить важную работу и оставить товарищей.

Совсем мало, когда сыном тебя шантажирует эта самая «работа».

А ведь Дмитрий поначалу не видел в новом мелком культе никакой угрозы!

— Ну ты и падла. — хмыкнул он, глядя на человека в бесформенном балахоне. — Хоть бы прикинулся поприличней.

Они сидели вдвоём в небольшой приёмной на первом этаже неприметного здания. Только и всего — пара безвкусных кожаных кресел, такой же безвкусный журнальный столик между ними, да две лестницы.

Одна наверх, к бесчисленным помещениям конторок-однодневок. Вторая вниз — к подвальной сети.

Дмитрий сидел и думал одновременно о двух вещах.

Во-первых, в подвале они спрятали сына, или на этажах?

Во-вторых, как прикончить эту мразь и добраться до ребёнка с достаточной скоростью? Или лучше подождать, пока его принесут, а затем всех перебить?

— Не стоит на меня так смотреть. — словно прочитав его мысли усмехнулся собеседник. — Если вы думаете о том, как побыстрей меня прикончить, спешу вас разочаровать, однако. Сейчас с вашим чудесным малышом сидит моя любимая нянечка.

Повисла пауза. Осинский сжал губы в нить, пытаясь понять, на что этот тип намекает.

Пока непонятно. Впрочем, он и сам не стал томить.

— Видите ли, Дмитрий. Моя нянечка… довольно прожорливый демон. Сейчас его сдерживает связывающий нас контракт. Но я сразу предупредил его: если я погибну, или перестану отправлять сигналы на его ошейник каждую минуту, он может сделать с малышом всё, что захочет. Надо объяснять, чего именно он захочет?

Осинский взбешённо мотнул головой. Твари!

Демонолог даже не думал скрывать своего презрения к культистам, но и бросаться в лоб будет глупо.

Раз они его… пригласили, значит им что-то нужно. Иначе бы возиться не стали.

— Чего вы хотите? — процедил он.