Хотя в кабинете, в котором находился император, меня ждала не самая приятная картина. Император, по пояс голый, с обрубком руки, вокруг которого суетились врачеватели. Что-то не помню я, что он был изувечен. Тело, к слову, без следов изменений, видимо, та маска, которую я видел у него, была лишь декорацией, что меня изрядно порадовало и успокоило.

— Что это за юнец, — спросил император.

— Это архимаг Алексиус, сомнений нет, — пояснил Дариус.

Император оглядел меня с ног до головы.

— Понятно. Значит, переродился?

— Переродился, — подтвердил я. — Что произошло? — кивнул я на руку.

— Изживаю из себя демонские подарки, — криво усмехнулся император. — Следую твоему совету, иначе сам опомниться не успею, как стану прислужником демонов. Не твои ли это слова?

— Мои. Решение радикальное, но верное, — согласился я.

Император покивал в ответ.

— Значит в тебе больше нет демонской погани? — спросил я, параллельно с этим сканируя тело императора, филигранно обходя все обереги, установленные против подобных мне. Но я смотрел на них с лёгким пренебрежением. Для меня такие примочки не являются препятствиями, тем более что большинство из них создал я сам.

Руку император себе отрубил. Но подарки демонов успели дать корни.

В его теле развивались три очага, что разъедали его тело. Один едва зарождающийся источник в правом бедре, ещё один в животе и третий под сердцем. И столь радикально отсечь их не получится.

Мы встретились с императором глазами и тот спокойным тоном произнес:

— Ну ты же сам все видишь. По крайней мере, основные источники я убрал. Другие тоже надо убирать.

— Ты же понимаешь, что можешь не пережить?

— Понимаю, — ответил он. — Поэтому займусь собственной очисткой, когда здесь все организую. — Он вдруг посмотрел на меня, с лёгкой иронией. — Знаешь, Алексиус, мне не хватало твоих советов, да и тебя не хватало все это время. Так бывает, когда кого-то люто ненавидишь, потом понимаешь, что жизнь без него теряет насыщенность.

Я усмехнулся.

— Полезно, порой, делать о себе такие открытия.

— У тебя уже есть план действий, как будем исправлять сложившуюся ситуацию? — спросил император, поглядев на меня в упор.

— Ты хотел спросить, как вы будете исправлять созданную вами ситуацию? — невозмутимо ответил я вопросом на вопрос.

Император поморщился. Я же продолжил:

— Я уже сделал немало и сделаю все возможное, зависящее от меня, но чудес не ждите и готовьтесь, что самим тоже поработать придется.

— Ничего другого я и не ожидал, но очень рассчитываю на твою помощь, — произнес Император.

Дариус, что все это время стоял рядом, вслушиваясь в наш диалог, старался выглядеть так, будто его вообще здесь нет. Я чувствовал те эмоции, что обуревали его сейчас, и прекрасно понимал то, что он испытывал. Этот воин изначально не рассчитывал на помощь и на самом-то деле готовился ко всеобщему концу. Сейчас он не ощущал облегчения и не верил, что все разрешится само собой. Он понимал, что мир катится в пропасть, причем довольно давно, и останавливать его уже поздновато. У него были надежды, что я вдруг опомнюсь и начну спасать всех направо и налево. Но чудес ведь не бывает, и добрый волшебник не всегда приходит, чтобы дарить всем счастье забесплатно. Как правило, этот волшебник ищет свои выгоды и забирает он, куда больше, чем дал.