Помимо запусков военных спутников и производства термоядерных боеголовок, я подумывал над созданием термобарических боеприпасов. С учётом того, как здесь ведутся войны, они могут предоставить существенное преимущество. Даже маги под воздушными щитами не смогут выжить, что уж говорить про остальных.

Пока я размышлял о всяком и планировал, что же надеть на свидание, предварительно купив, ко мне подсела Настя. У неё был обед, и мы остались вдвоём, ведь Леонид со слугами ушёл во двор.

Девушка за полтора дня скосила всю траву, конечно, при помощи газонокосилки. Теперь ей предстояло собрать всё это и вывезти за территорию усадьбы. Ясное дело, что Настя сильно вымоталась, ибо не привыкла работать руками. Что уж говорить, она даже перестала краситься. Возможно, нет на это сил, возможно, в этом нет смысла.

— Дима… — она села рядом со мной и легла на стол, закрыв глаза. — Как ты думаешь, долго мне ещё страдать? Этот ужас когда-нибудь закончится?

— Честно? Думаю, ты ещё легко отделалась. Тебе повезло, что отец не выгнал тебя из дома. А у него были на то причины, — ответил я.

— Хочешь сказать, мне до конца жизни предстоит горбатиться в качестве слуги?

— Я понимаю, что тебе хочется хорошей жизни — все этого хотят, но реальный мир суров. Лёня оберегал тебя, как мог, но ты связалась с теми, кто тобой воспользовался. Теперь пожинай плоды.

— Лучше умереть, чем всю жизнь прожить вот так, — она говорила абсолютно серьёзно, что слегка меня тревожило.

— Вряд ли наказание будет длиться так долго. Он хочет, чтобы ты перевоспиталась. А труд… Он облагораживает человека.

— Но что дальше? Ну, пойму я, как тяжело достаются деньги. И? — не открывая глаз, спросила Настя. — Какой в этом смысл? Какой вообще смысл в моей жизни? Человек, которого я любила, предал меня. Отец сделал слугой. Что мне теперь делать?

— Сложно сказать. Обычно в таких случаях говорят, что жизнь продолжается. Да и поговорку про самоубийц знаешь?

— Какую ещё поговорку?.. — недовольно пробурчала она.

— Прыгнувший с моста человек понимает, что все его проблемы решаемы. Все, кроме одной.

— М-м-м?

— Он летит с моста — и это уже никак не изменить, а всё остальное — решаемо. Такова мораль сей басни.

— Вот оно что… — без особого энтузиазма выдала она. — Ясно.

— Чего ты хочешь сама? И я спрашиваю не о влажных фантазиях и несбыточных мечтах, а с оглядкой на реальность.

— Ну-у-у… Даже не знаю. Всю мою жизнь, меня держали дома. Готовили к выгодному браку, — Настя вдруг замолчала. — Ну а продолжение истории тебе известно.

— Когда работаешь руками, особенно если речь идёт про монотонный, мозг скучает. Займи его. Придумай, чем бы ты могла заняться в большом мире. Но помни, что у тебя будет всего одна попытка.