Потом захожу к Толяну. Тот неожиданно встречает меня улыбкой и даже кланяется:

— Добрый вечер, Дмитрий. Как ваши дела?

— Когда это таким вежливым стал? — фыркаю я.

— Положение обязывает. Добрый день, прекрасная сударыня, — Анатолий кланяется и Лизе.

Та брезгливо морщится, глядя на пивное пузо и растянутую майку моего соседа. Запах от мужика идёт тоже не лучший.

— Какое положение? Ты кем себя возомнил, Толян? — спрашиваю я.

— В смысле? — удивляется тот. — Ты же сам меня надсмотрщиком назначил. Над благородными. Стало быть, я тоже поднялся.

— Никуда ты не поднялся, мой хороший. Это я свою семейку немного опустил, а ты как был безработным быдлом, так и остался.

На лице Толяна отображается безнадёжная работа мысли. Решаю не напрягать его маленький мозг и говорю:

— Ладно, не парься. Просто выведи их всех на улицу. Скажи, Дмитрий Ульянович велели. Понял?

— Понял, — с готовностью кивает Анатолий.

Мы с Лизой спускаем обратно во двор. Скоро Могильные появляются на улице. Я подхожу к графу Владимиру и здороваюсь:

— Вечер добрый, ваше сиятельство.

— Где Кирилл? — хмурится тот.

— В той машине, — указываю я. — С ним всё в порядке, но нам надо поболтать наедине. Короче, вот сто рублей. Купите себе продуктов и всё необходимое.

— Мне твои жалкие подачки не нужны, — Владимир поджимает губы. — Деньги у меня есть.

— Как хочешь, — я тут убираю стольник в карман. — Тогда счастливо. Люди императора поедут с вами, не вздумайте сбежать.

— Сынок, послушай… — «матушка» делает шаг ко мне.

— Так, не подходи, — выставляю палец. — Ты мне вообще не мать, поняла? Знать тебя не хочу. Валите все отсюда.

Мама заливается слезами, все остальные члены рода метают в меня злобные взгляды. Но приказу подчиняются, куда им деваться. Садятся в поданный микроавтобус и уезжают.

— Зачем ты с ней так жестоко? — спрашивает Лиза.

— С кем?

— С матерью.

— Ну ты же прекрасно знаешь, что мне она не мать. А после того как я узнал, что она была готова убить Диму — то тем более.

— Всё равно так нельзя.

— Обойдёмся без лекций, ладно? — хмурюсь я. — Веди Кирюшу.

— Ты теперь и мне будешь приказывать? — рычит Караева.

— Конечно. Это ж ты мне помогаешь по приказу императора, а не наоборот.

— Не бери на себя слишком много, студент.

— Обожаю, когда ты такая строгая, — хватаю Лизу за талию и прижимаю к себе. — Кстати, ты мне так и не поблагодарила меня за спасение.

— Руки убери! — получаю чувствительный удар в область печени.

— Не-а. Поцелуй.

— Совсем охренел⁈

— Благодарность за спасение! Я вытащил тебя с поля боя, принёс домой на руках и уложил в кроватку. И даже котика твоего накормил.