— Ловушка, значит, — всерьез задумался король. — А Эйсон будет в роли живца для сектантов…
Идея ему понравилась, и они начали обсуждать детали.
После Жардена король тут же вызвал к себе брата. Кто бы ни стоял за этой важной работой по выявлению шпионов Нумеронга — сам ректор, как он говорил, или Эйсон, как подозревали Драск и Жарден, — работа была сделана и остаться без награды не могла. Да и надо было договориться с братом по поводу Эйсона… Но того, что Эйсон будет наживкой для поимки сектантов, говорить, конечно, ему нельзя.
— Брат, я тебе очень благодарен, — сказал Драск, едва Картан вошел в тронный зал, — со шпионской сетью короля Нумеронга в нашей стране покончено. Я очень приятно поражен тем, что твои таланты открываются мне с новой стороны! Думал, что ты только ученый и администратор, а ты, оказывается, и на такое вот способен!
Драск прекрасно знал своего брата, поэтому тут же отметил, что тот отреагировал несколько странно, словно ему не очень удобно это слышать. «Да, точно не он всем этим занимался, а Эйсон, правильно мы все поняли», — подумал он.
— Я вызвал тебя, чтобы наградить. Как ты и просил во время визита в Академию, я выделю дополнительные сто тысяч золотых монет, чтобы расширить библиотечный фонд академии, — сказал Драск.
— О, спасибо, брат! — искренне обрадовался Картан.
Все верно, ректор так сжился со своей академией, что все, что шло ей на пользу, воспринималось им как подарок для себя. Так что король удачно совместил выполнение просьбы брата, на которую не планировал до этого соглашаться, с наградой за противодействие планам Нумеронга в стране.
— И я хотел еще посоветоваться по одному вопросу, — сказал он Картану, — первое сентября на носу. Сектанты все еще, я уверен, жаждут расквитаться с Эйсоном. Я не хотел бы, чтобы он возвращался в академию на учебу. Мы с тобой слишком много вложили в академию, чтобы сектанты, решив уничтожить Эйсона, ее разгромили. Да и в ней у нас учатся дети почти всей знати — позволить их заодно поубивать сектантам тоже никак нельзя…
— Но мы не можем отчислить Эйсона, брат! — возмутился ректор. — Он один из лучших студентов!
— Нет, что ты, речь об этом вовсе не идет, — поднял ладони в успокаивающем жесте Драск, — конечно, я и сам это понимаю, да и негоже так обижать твоего зятя. Я готов поддержать идею Академии Дерзких, которую Эйсон затеял, согласившись, что он в ней будет проректором. Академия начнет работать с первого сентября там, где и задумано.
— Но, брат, она же расположена рядом с поместьем Эйсона, и сектанты могут снова напасть на него и на академию, как и в прошлый раз!