— Ты о чем? Подожди, разве мы не можем нормально жить тут⁈ Хотя бы по законам виртуального мира? Лично меня это вполне устраивает! — сказала Энея.

— Алчущие, — скупо ответил Уайт.

— Атипичные мобы? — уточнил я.

— Да. Неожиданный побочный эффект использования нейроимплантатов.

— Так, похоже вы оба знаете, о чем идет речь? — нахмурилась Энея. — А меня кто-нибудь просветит?

Уайт собирался ответить, но я жестом прервал его, и, собравшись с духом сказал:

— Технологии «Инфосистемам» поставляли военные. Нейроимплантат — это инопланетное устройство. Его прототип был найден в космосе.

— Алекс, откуда ты знаешь⁈ — воскликнула Энея.

— Благодаря Дитриху, — первому из алчущих.

— А подробнее можно⁈ — Уайт заметно напрягся, смотрит на меня недоверчиво, с сомнением.

Я рассказал им все, начиная от случайной встречи с двумя сотрудниками корпорации из «отряда по борьбе с атипичными мобами» (оно состоялось в подземелье под заброшенной башней), затем перешел к первому знакомству с Дитрихом (произошедшему перед схваткой с архидемоном Регуаром), и, наконец, изложил свое понимание событий, случившихся в библиотеке «Храма Забвения».

— Теперь и я кое-что припоминаю… — прошептала Энея. — Значит, в момент перегрузки рассудка, нас с тобой действительно ввели в состояние искусственной комы⁈

— Да. Но до моего сознания смог достучаться Дитрих.

— Зачем? — сухо спросил Уайт. — И почему ты уверен, что это был именно он?

— Дитрих искал союзника. А узнал я его по ключевой фразе. Еще в подземельях Риона он предостерег: «корпы тебя используют, а затем дадут умереть». С этих слов и начал давить, когда проник в сеть биокибернетической лаборатории и сумел изменить настройки инмода, ненадолго приведя меня в сознание.

— Алексей, прошу, пойми меня правильно, но можешь ли ты поручиться, что это не игра твоего воображения? — переспросил Уайт.

— Могу. У меня в расширителе сознания сохранилась запись, — движением руки я сформировал небольшой хрустальный экран.

…

…Два устройства, похожие на саркофаги, установлены на массивных постаментах. От стены к ним тянутся кабели и трубопроводы. Сипло вздыхают насосы, какие-то жидкости текут по прозрачным трубкам.

Прошелестел привод видеокамеры. Отражая мое эмоциональное состояние, кадр укрупнился, — сквозь дымчатый пластик я увидел бледное лицо Энеи! Ее глаза закрыты, черты заострились, но графики на мониторах свидетельствуют: она жива!

Медленный поворот изображения, фокусировка.

Внутри второго «саркофага» я с трудом различил собственные черты!

В основании постамента выдавлена какая-то надпись.