Больше мне делать в поместье было нечего. Я пожелал чете Демидовых крепиться и попросил одного из знакомых охранников отвезти меня в пекарню. Охрана смотрела на меня с надеждой, ведь они были в курсе того, что я мог сделать с булками. Но, увы, я ничего не мог им сказать.
А потому лишь сел в машину и отправился в пекарню. Дон, который был со мной всё время и завис невидимкой на плече, решил всё-таки задать вопрос.
— Почему ты так поступил? — искренне поинтересовался Дон. В его голосе не было ни капли сарказма или кровожадности. Лишь недоумение. — Мог бы дать им надежду. Ты же можешь восстановить ментальное тело. А у графа Демидова оно было не в таком печальном состоянии, чтобы ставить на нём крест.
Хороший вопрос. Я попытался объяснить секретарю, почему я сделал так, а не как-то иначе. Всё же это не так легко, как могло показаться на первый взгляд.
— Да, ты прав, — кивнул я и задумчиво посмотрел в окно, глядя, как мы въезжали в границу города. — Но… Дон, ты не учитываешь одну вещь.
— Какую? — нахмурился Дон. Думал, что просчитал все варианты, секретарь? Как бы не так.
— Ты слышал, каким голосом сказал про состояние графа Демидова лекарь? — спросил я очевидное.
— Нет, — Дон задумался. — Обычным?
— Нет, невнимательный ты секретарь, — вздохнул я. — Он сказал про состояние Константина так, что нет никаких шансов на выживание. Никаких. Значит, в этом мире нет ничего, что могло бы помочь. Учитывая связи и всё остальное положение рода Демидовых, не думаю, что есть проблема в поиске подходящего лекаря. Дело в том, что здесь это не лечится.
— А-а-а-а, — наконец-то дошло до Дона. — А ещё? Не единственная же это причина, что ты просто так уехал. Мог бы и спасти отца своего раба. Тебе это ничего не стоит.
— Ты нормальный? — поднял я бровь. — У всех появится много вопросов. Свидетелей было много. Да и к тому же, это же магия высшего порядка. Такое могут делать только я, брат и родители. Ну и, возможно, не исключаю такой вариант, кто-то из высших святош. Не епископы, а выше… Но они и пальцем не пошевелят, чтобы спасти какого-то графа.
— Ты прав, они те ещё лентяи, — покивал Дон, задумавшись о том, что я ему рассказал.
— И, как ты помнишь, магия высшего порядка — это не уличные фокусы, — ещё более устало вздохнул я, будто ребенку рассказывал прописные истины. — Как только я начну восстанавливать его ментальное тело, не получится скрыть магию ада. Я должен был прямо там это сделать, а потом развести руки в сторону на манер смертников? «Я весь ваш, убивайте, но я спас чистую душу!» Так ты себе это представляешь?