Осмотрев со всех сторон диво, я убедился, что ничего монстрячьево в его облике нет. Отличная копия, только вот улыбка застыла, как на восковой фигуре, что сильно портило впечатление. Жёны с моим мнением согласились. По их просьбе киборг спустился со стола, и они начали щупать его за лицо и тыкать пальцем в разные места, проверяя на плюшевость и нечеловечность.

— Точно как живой, — сказала спустя несколько минут Лика.

— Твою дивизию, даже тёплый, а ну-ка… — сказала Валя и с размаху впечатала кулак в голову киборга. Тот рухнул на пол, потом встал. На его лице начал расплываться большой фингал. Девушка начала потирать ушибленную руку.

— Немыслимо! Не порти мне пионера! — воскликнул Смайл. Фингал на лице киборга начал стремительно тускнеть и спустя пару секунд от него не осталось ни следа.

— А если его топориком тюкнуть? — с любопытством спросила Катя, доставая своё боевое оружие.

— Не надо! Его устройство почти аналогично человеческому организму. Даже в туалет ходит, так что убери свой топор, — поспешил вмешаться лид, чуя, что его детище сейчас начнут разбирать на элементы.

— А как ему приказывать?

— Элементарно! Мысленно, как Кузьме. Можно и через Кузьму, он им, по сути, и управляет.

— Лика, фу, — сказал я, увидев, что киборг встал на четвереньки и начал мяукая тереться о её ноги. Только аналитик могла отдать такой приказ.

Киборг встал с колен и застыл по стойке смирно.

— Прекращаем балаган. Девушки, сходите лучше в тренажёрку, отвлекитесь от всего этого, — попросил я жён. Но те не спешили уходить.

— Вань, а ты сейчас куда?

— Меня Гриша ждёт.

— Я с тобой, — произнесла Лика и, подскочив ко мне, взяла меня за руку.

— И я, и я, — хором произнесли Катя и Валя.

На мой недоумённый взгляд ответила дамагерша:

— Страшненько что-то стало на Базе . Мы все с тобой пойдём, подальше от этого, — жена ткнула пальцем в Смайла. Тот пожал плечами и еле слышно фыркнул.

Гриша на тюменской вертолётной площадке, увидев наш квартет, не стал показывать мне свои большие пальцы. На руках у него их уже не хватало, а снимать обувь он не спешил.

— Иван Петрович, мой Боливар всех не выдержит.

— Что так?

— По инструкции положено только два пассажира. Могу и третьего взять. Но четверо — уже перебор, меня уволят.

— Гриш, войди в положение, — сказал я, отцепляясь от приклеившихся ко мне жён и отойдя с пилотом подальше от них. — У нас стрессовая ситуация, приехало начальство из Москвы и начало чудить. Девушки сбежали со мной, чтобы быть подальше от этих чудаков на букву «м». Оставить их загорать тут, значит уже их подставить под увольнение. А так они «якобы» мне помогают, не придерёшься.