Следующим, на что я обратил внимание, стал сам медицинский модуль, который оказался для моих найниитовых нитей прекрасно проницаем и, что важнее, я даже в программное обеспечение сумел залезть, не сделав при этом ни единого лишнего движения.

Программный код…

Нет, даже сейчас для меня это было слишком сложно, хотя подспудно я ощущал, что информации, чтобы в нем разобраться, в закромах моей памяти имелось вполне достаточно.

Так, а что на экране?

Обратный отсчет завершен. Программа диагностики отключена. Функция лечения активирована лишь на треть и как раз отсчитывает последние мгновения до завершения работы. А вот система жизнеобеспечения едва не дымится от перегрузки, да еще и показывает настолько дикие цифры по объему употребленных мной стимуляторов и особенно регенератора с универсальной пищевой массой, что из нее можно было создать десятерых Адрэа Гурто, а не просто подлатать дыры в одном.

Ладно, с этим можно разобраться позже.

Не уловив, в какой момент я дал команду модулю откинуть крышку, я открыл глаза, сел и только потом сообразил, что именно сделал.

Забавно, да? Я ведь перед этим всего лишь подумал, что пора бы отсюда выбираться, и крышка отскочила, словно я толкнул ее рукой.

Самое же интересное заключалось в том, что даже сейчас я воспринимал модуль как часть себя. Маготехническую, немного чужеродную, однако при этом я мог дистанционно управлять всем его функционалом, хотя пока сам до конца не понимал, каким образом это делаю.

Ах да, найниит…

Таким же мысленным усилием выведя нити-щупальца из прибора, я наконец утратил связь с модулем и перестал воспринимать себя как причудливый кибернетический организм.

Фух. Значит, я — это все еще я, а не голем-терминатор. Так что, судя по всему, ничего страшного не произошло.

Правда, со зрением и слухом до сих пор творилась какая-то фигня. Нет, не такая, как в парке, хотя видел и слышал я по-прежнему до безобразия много. Просто теперь многообразие звуков, цветов и запахов не доставляло таких болезненных ощущений. Впрочем, даже сейчас всего этого было чересчур, поэтому мне пришлось сделать волевое усилие и отключить все лишнее, чтобы вернуться к привычному восприятию мира.

Интересно, сколько времени я тут провалялся?

Я прислушался к себе, затем взглянул на откинувшуюся крышку модуля и, обнаружив там время и дату, несколько озадачился.

Странно. Мои биологические часы утверждали, что в капсуле я провел не меньше двадцати дней. Однако модуль пытался меня уверить, что сегодня вовсе не восемнадцатое ардэля [2] , как я чуть было не решил, а всего лишь полдень двадцать восьмого иорна [3] . То есть разница с последним моментом, который остался у меня в памяти, составила всего сутки. При том, что я вообще не помнил, как и когда успел воспользоваться временным карманом, да еще с таким диким ускорением, как двадцать к одному.