— Да. Максимум на что хватило моих изысканий, это открыть портал на два с половиной дийрана по прямой. Но в свое оправдание могу сказать, что в то время по разломам у нас вообще никакой информации не было. А про другие миры и дайнов и сейчас, полагаю, никто и ничего не знает. Я-то думал, что портал позволит мне изучить разлом с безопасного расстояния, надеялся получить уникальные данные, но не знал, что рядом с ним пространство ведет себя непредсказуемо. Не увидел вовремя, что рядом с моим порталом начинают открываться сотни других. Из-за этого мой собственный портал стал нестабильным, да еще и двухсторонним, хотя я этого не планировал. Тогда как разлом и вовсе превратился в нестандартный. И из него хлынула такая волна дайнов, что…

Лимо снова умолк, а я на мгновение представил, как это было, и, честное слово, ощутил неприятный холодок между лопаток.

Судите сами. Чтобы добраться до аномалии с предположительно скоро образующимся разломом, Лимо должен был открыть достаточно большой и энергоемкий портал. Сейчас я примерно мог представить, сколько времени на это ушло и сколько сил потребовалось на удержание такого портала.

Аномалия же не в чистом поле была. Рядом с ней гарантированно стояла такая же крепость, как Ровная. А Лимо как-то признался, что его исследования в то время считались не просто опасными, но порой граничили с настоящим безумием. То есть ему наверняка не разрешили открывать портал в крепости на законных основаниях, поэтому он сделал это на удалении. Нашел-таки способ сделать портал стабильным. Ну а когда осознал, что лопухнулся, и в его сторону по его же собственному порталу, как по прямому тоннелю, сплошным потоком ринулись дайны…

Надо думать, что умер он почти мгновенно — дайны прямо на лету распылили его тело на мелкие атомы, ну а потом беспрепятственно хлынули в мир. В чистое поле. Или в лес. Вдали от крепости и далеко за пределами зоны отчуждения. Туда, где не было ни людей с автоматами, ни вертушек с пулеметами, ни магов… зато имелась огромная, никем не тронутая биомасса, а сравнительно неподалеку еще и населенные пункты с большим количеством ничего не подозревающих людей.

После этого неудивительно, что в провинции Дэсхэ едва не случилась национальная катастрофа, а Лимо совершенно официально признали государственным преступником. В ту ночь по его вине погибло столько народу, что даже на военной истории освещали эту печальную, черную, но весьма поучительную страницу из жизни Норлаэна.

— Мда, — вдохнул маг, по-видимому, вспомнив миг своей смерти. — Никогда не повторяй моих ошибок, Адрэа. И не рискуй понапрасну ни собой, ни теми, кто тебе доверился. Ни к чему хорошему это не приведет.