Автор: Sliva Ташкина

Дневник Авы

«Сегодня снова был идеальный день. Не могу перестать улыбаться, даже когда остаюсь одна — губы сами растягиваются в глупой счастливой улыбке. Как будто внутри меня зажгли маленькую звезду, и она светит, светит, светит…

Тайлер Хортон. Просто произнести его имя про себя — и сердце пропускает удар. До сих пор не верю, что он обратил на меня внимание. Я, Ава Миллер, обычная студентка с факультета искусств, — и он… Сын богатых родителей, парень из компании «Платиновой линии», как их тут все называют. Те, кто с рождения получает всё, о чём остальные только мечтают.

Он такой… настоящий красавец. Тёмные короткие волосы, чуть вьющиеся, — так и хочется провести по ним рукой. Атлетичное телосложение: видно, что не просто генетика, а часы в спортзале и на поле. Он же капитан футбольной команды нашего университета — я однажды была на матче и сидела, затаив дыхание, пока он бежал по полю, такой сильный, собранный, с этой своей фирменной улыбкой.

У него выразительное лицо с чёткими чертами: прямой нос, волевой подбородок, брови, которые то сурово сходятся, то удивлённо приподнимаются. Карие глаза — тёплые, но в то же время пронзительные, будто видят тебя насквозь. И он высокий, на целую голову выше меня. Когда он стоит рядом и слегка наклоняется, чтобы что‑то сказать, у меня перехватывает дыхание.

А ещё он внимательный. Не просто «привет-пока» и цветы на день рождения. Нет. Маленькие сюрпризы — вот что сводит меня с ума. Вчера утром на моём столе в библиотеке уже лежал горячий латте с корицей — мой любимый. А рядом записка: «Знаю, что у тебя сегодня три зачёта. Ты справишься. Держись, художница». И смайлик с подмигиванием.

Или позавчера: я жаловалась, что потеряла любимый ластик — тот, в форме единорога. Думала, он просто выпал где‑то в аудитории. А Тайлер нашёл! Принёс сегодня утром, весь перевязанный тонкой лентой, и говорит: «Твой единорог вернулся домой. Больше не теряй — он скучал». И улыбается так, что колени подгибаются.

Забота в мелочах — вот что меня покорило. Он запоминает всё: какой кофе я люблю, какую песню напевала на прошлой неделе, что боюсь опоздать на последнюю электричку. И всегда оказывается рядом в нужный момент: подвезёт, если идёт дождь, напомнит, что надо поесть, когда я засиживаюсь над эскизами, или просто обнимет сзади, когда я нервничаю перед презентацией.

Иногда я смотрю на него, когда он не видит — как он смеётся с друзьями, как объясняет что‑то первокурсникам, как поправляет воротник рубашки, задумавшись. И думаю: как так вышло, что он выбрал меня? Почему именно я?

Но потом он поворачивается, ловит мой взгляд, подмигивает и машет — и все сомнения исчезают. Потому что в эти секунды я чувствую: он правда счастлив со мной. И я… я самая счастливая на свете.

P.S. Завтра он зовёт меня на пикник у озера. Говорит, там сейчас цветут ирисы — «как на твоих эскизах». Уже выбираю платье…»

Тайлер и правда ухаживал идеально — без спешки, но с той безупречной внимательностью, от которой у Авы замирало сердце. Каждое свидание было продуманным: то уютный кинотеатр с ретро‑фильмами, то прогулка по набережной, где вдоль дорожек цвели поздние розы, то спонтанное мороженое в маленьком кафе с видом на университетский парк.

И почти всегда рядом был Николас Вестероунд — лучший друг Тайлера. Высокий, крепко сложенный, он держался так, будто весь мир — его территория. В его фигуре чувствовалась скрытая сила: широкие плечи, мускулистые руки, осанка человека, привыкшего не сгибаться под ударами судьбы. Каждое движение — уверенное, чуть ленивое, но в любой момент готовое перерасти в стремительный рывок.

Лицо с резкими, чёткими чертами: высокие скулы, прямой нос, волевой подбородок с едва заметной ямочкой. Брови чуть сдвинуты к переносице — даже в минуты покоя на лице застывало выражение хмурой задумчивости, будто он постоянно просчитывал следующий шаг. Тёмные, пронзительные глаза с острым, оценивающим взглядом словно бросали вызов: «Попробуй подойти ближе — если не боишься». Короткие тёмные волосы были небрежно взъерошены — так, будто он только что провёл по ним рукой в раздражении или задумчивости. Двадцать два года, гонщик — и это читалось в каждом его жесте, в каждом взгляде.

Они проводили время втроём легко и естественно. Тайлер держал Аву за руку, шутил, заставлял смеяться, рассказывал забавные истории из университетской жизни. Николас же чаще молчал, но его присутствие не ощущалось лишним — напротив, он как‑то лаконично вписывался в их компанию.

Однажды они отправились на озеро — Тайлер устроил пикник, расстелил плед, достал термос с горячим чаем и бутерброды с ветчиной и сыром. Ава раскладывала еду, Тайлер доставал салфетки, а Николас молча взял у неё из рук термос и ловко открутил крышку. — Спасибо, — улыбнулась Ава. — Не за что, — коротко ответил он, и на мгновение их взгляды встретились.

В другой раз они зашли в книжный магазин. Тайлер увлечённо выбирал ей новый альбом для эскизов, а Николас неожиданно подошёл к полке с комиксами, взял один и протянул Аве: — Вот, посмотри. Тут классные визуальные решения. Может, вдохновишься. — Ты читаешь комиксы? — удивилась она. — Иногда, — пожал он плечами. — Там бывают крутые ракурсы. Как в гонках.

Ава замечала, что Николас наблюдает за ней — не навязчиво, но внимательно. Он редко вступал в разговор, но если уж говорил, то по делу, с долей сухой иронии, от которой иногда становилось смешно. И что‑то в этом человеке её притягивало — какая‑то внутренняя сила, уверенность, даже эта его хмурая задумчивость. Но она тут же отбрасывала эту мысль: у неё есть Тайлер, идеальный, заботливый, любящий. А Николас — просто друг.

Однажды, когда они гуляли по парку, Тайлер отошёл позвонить, а Николас остался с Авой. — Тебе нравится с ним? — вдруг спросил он, глядя вперёд, не на неё. — Да, — улыбнулась она. — Он замечательный. — Это видно, — кивнул Николас. — Ты светишься, когда он рядом. — А ты… — она запнулась. — Ты сейчас не встречаешься с кем‑то? — Не до того, — усмехнулся он. — Гонки, учёба, да и… сложно найти кого‑то, кто не будет пытаться меня изменить.

Ава хотела что‑то ответить, но вернулся Тайлер, обнял её за плечи и весело воскликнул: — Всё, решено! В субботу едем на картинг! Ник, ты нас научишь, как обгонять на поворотах! — Постараюсь, — хмыкнул Николас, но в глазах у него мелькнуло что‑то вроде улыбки.

Ава шла между ними, слушала их разговор и чувствовала себя… счастливой. Тайлер — её парень, её опора, её радость. А Николас… Он был чем‑то другим. Но пока она не хотела об этом думать. Пока ей хватало того, что есть.

Ава и Тайлер устроились на широком диване в комнате парней — вокруг валялись упаковки от чипсов, банки из‑под газировки, а на экране ноутбука шёл какой‑то старый боевик. Но вскоре фильм перестал интересовать их обоих.

Тайлер чуть подвинулся, обнял Аву за плечи, и она охотно прижалась к нему. Его пальцы осторожно провели по её руке, от локтя к плечу, и по коже побежали мурашки. Он повернул её лицо к себе, слегка коснувшись подбородка, и Ава затаила дыхание.

Их губы встретились — сначала осторожно, почти невесомо, словно пробуя друг друга на вкус. Ава почувствовала, как внутри неё всё трепещет, будто тысячи бабочек разом расправили крылья и запорхали в груди. Сердце забилось чаще, дыхание стало прерывистым. Она робко ответила на поцелуй, а потом осмелела — приоткрыла губы, углубила прикосновение, ощущая тепло Тайлера, его дыхание, его руки, всё крепче прижимающие её к себе.

Они целовались долго, неторопливо, наслаждаясь каждым мгновением. Ава закрыла глаза, растворяясь в ощущениях: в мягкости его губ, в лёгком прикосновении пальцев к затылку, в том, как его дыхание смешивалось с её собственным. Ей казалось, что она парит где‑то высоко, невесомая и счастливая.

В этот момент дверь распахнулась — в комнату вошёл Николас. Тайлер неохотно отстранился, подмигнул Аве и поднялся: — Пойду закажу пиццу. Что брать? — Всё, что с пепперони, — улыбнулась Ава. — Отлично, я мигом.

Тайлер вышел, а Николас бросил рюкзак в угол, подошёл к дивану и плюхнулся рядом с Авой. — Ну что, играем? — он кивнул на приставку и протянул ей джойстик. — Конечно! — Ава схватила геймпад и тут же начала выбирать режим. — Только учти: я не собираюсь проигрывать. — Посмотрим, — усмехнулся Ник.

Игра оказалась смешной и хаотичной: Ава хохотала, когда её персонаж нелепо падал, спотыкался или промахивался, а Николас поддразнивал её, нарочито медленно проходя сложные участки.

— Эй, это нечестно! — возмутилась она, пытаясь выхватить у него второй джойстик. — Дай сюда, я сама пройду этот уровень! Она вплотную прижалась к нему, потянулась за контроллером, и вдруг осознала, как близко его лицо, как отчётливо чувствуется тепло его тела. Мурашки пробежали по спине, и на мгновение она замерла.

Николас посмотрел на неё — серьёзно, пристально, — и неожиданно обнял, притянув к себе. Ава хотела отстраниться, но не смогла. Его губы коснулись её губ — совсем не так, как у Тайлера: более решительно, чуть дерзко, но при этом удивительно нежно.

Сначала она замерла, не зная, как поступить. Мысли смешались: «Что я делаю? Тайлер вот‑вот вернётся…» Но тело отреагировало само — она несмело ответила на поцелуй, а затем, поддавшись порыву, углубила его. В груди снова затрепетали бабочки, но теперь это было другое ощущение — более острое, волнующее, запретное.

Николас провёл рукой по её спине, слегка сжал плечо, и Ава почувствовала, как жар приливает к щекам. Она отстранилась первой, тяжело дыша, и встретилась с его взглядом — тёмным, глубоким, в котором читалось что‑то, чего она пока не могла понять.

В коридоре послышались шаги Тайлера. Николас мгновенно отпустил её, откинулся на спинку дивана и взял джойстик, будто ничего не произошло. — Так, на каком уровне мы остановились? — невозмутимо спросил он.

Ава судорожно поправила волосы, попыталась выровнять дыхание и схватила свой геймпад. Руки слегка дрожали, а сердце всё ещё колотилось как сумасшедшее. — На том, где ты жульничал, — хрипло ответила она, стараясь говорить как ни в чём не бывало.

Тайлер вошёл с коробкой пиццы, весело подмигнул им: — Ну что, победители или проигравшие? — Пока ничья, — улыбнулся Николас. Ава лишь кивнула, пряча взгляд. Внутри неё бушевала буря чувств — радость, вина, волнение и то самое, новое, волнующее ощущение, которое она пока не решалась назвать вслух.

День получился удивительно весёлым: Ава, Тайлер и Николас бродили по магазинам, выбирали наряды, смеялись, примеряли всё подряд — от строгих блузок до ярких летних платьев. Парни с энтузиазмом давали советы, спорили, что лучше подойдёт Аве, а в итоге оплатили почти все её покупки — с шутливым условием, что она обязательно наденет всё это на их совместные прогулки.

Но внезапно Нику позвонили — тренировка, важная и срочная. Он коротко извинился, подмигнул Аве и быстро ушёл, оставив их с Тайлером вдвоём.

— Ну что, красавица, — улыбнулся Тайлер, подхватывая несколько пакетов. — Пойдём в общежитие? — Да, конечно, — кивнула Ава, всё ещё улыбаясь от пережитого веселья.

В комнате Тайлер поставил пакеты на стол и тут же принялся с любопытством их разбирать. Достал кружевные трусики, которые Ава долго выбирала, краснея и сомневаясь. — Это явно не для того, чтобы просто лежать в шкафу, — усмехнулся он, рассматривая изящную вещь. — У тебя есть планы на эту красоту?

Ава засмущалась и попыталась отобрать у него трусики: — Отдай, Тай! Но он дразнил её, поднимая руку повыше, а потом вдруг притянул к себе и поцеловал — нежно, но настойчиво.

Их губы слились в поцелуе — сначала лёгком, почти невесомом, а затем всё более горячем. Языки ласкали друг друга, дыхание участилось. Руки Тайлера скользили по её спине, сжимали талию, прижимали ближе. Ава таяла в его объятиях, чувствуя, как внутри разливается тепло, как каждая клеточка тела отзывается на его прикосновения.

Он медленно расстегнул её блузку, провёл пальцами по коже, вызывая волну мурашек. Его ладони легли на грудь, слегка сжали, а большие пальцы коснулись сосков — и Ава тихо застонала, выгибаясь навстречу.

Тайлер осторожно положил её на кровать и расположился между её ног. Его взгляд был тёплым, внимательным, полным нежности. — Доверься мне, — прошептал он. — Я буду делать это медленно, чтобы ты наслаждалась каждой секундой.

Ава кивнула, затаив дыхание. Для неё это были новые, неизведанные ощущения — она была девственницей, и сердце билось так сильно, что, казалось, вот‑вот выскочит из груди. Но рядом с Тайлером она чувствовала себя в безопасности, доверяла ему полностью.

Он начал ласкать её — медленно, бережно, изучая каждый изгиб тела. Губы скользили по шее, ключицам, животу, спускаясь всё ниже. Когда его рот коснулся её половых губ, Ава вздрогнула и тихо застонала.

Тайлер целовал, облизывал, кружил языком вокруг клитора — осторожно, нежно, но в то же время настойчиво. Его пальцы скользили вдоль складок, дразнили, усиливали напряжение внутри. Ава задыхалась, её пальцы вцепились в простыни, спина выгнулась дугой.

— Тай… — прерывисто выдохнула она. — Это… так хорошо…

Ощущения захлестнули её волной — жар, дрожь, пульсация внизу живота, нарастающее напряжение, которое вот‑вот должно было взорваться ослепительным оргазмом. Она стонала всё громче, не в силах сдерживаться, выгибалась, подавалась навстречу его губам и языку.

И наконец — взрыв. Оргазм накрыл её целиком, пронзил тело дрожью, заставил вскрикнуть и замереть на мгновение, а затем расслабиться в сладкой истоме. Ава задыхалась, сердце колотилось как сумасшедшее, по коже бежали волны удовольствия.

Тайлер приподнялся, нежно поцеловал её в губы. — Ты прекрасна, — прошептал он, убирая прядь волос с её лица. — И ты только моя.

Ава улыбнулась, прижалась к нему, чувствуя себя по‑настоящему счастливой. Впервые в жизни она поняла, что значит полностью довериться кому‑то — и получить взамен невероятное наслаждение и нежность.

Вечеринка в комнате парней получилась шумной и весёлой: громкая музыка, смех, танцы до упаду. Ава кружилась в толпе, чувствуя себя по‑настоящему живой. В какой‑то момент она оказалась рядом с Ником — он уверенно повёл её в танце, и они задвигались в ритме зажигательной мелодии.

Его руки скользили по тонкой ткани платья, и Ава отчётливо чувствовала жар его ладоней даже сквозь материал. Мурашки бежали по коже, а внизу живота разливалась приятная тяжесть — между ног становилось всё мокрее с каждым новым движением. Ник улыбался, глядя на неё сверху вниз, и в его тёмных глазах плясали озорные искры. Тайлер, заметив их, лишь улыбнулся и салютовал им бутылкой пива, подмигнув Аве.

Постепенно гости начали расходиться. Когда комната опустела, остались только Ава, Тайлер и Ник. Парни взялись за уборку: собирали пустые банки, убирали остатки еды, протирали стол. Ава помогала им, смеясь над шутками Тайлера и поддразнивая Ника, когда тот нарочито медленно вытирал столешницу.

После уборки они по очереди сходили в душ, переоделись в пижамы и начали устраиваться на ночь. Ава с Тайлером направились в их комнату — небольшую, но уютную, с широкой кроватью. Они уже легли, когда дверь открылась и вошёл Ник.

— Чёрт! — воскликнул он. — В моей постели спит Карлос… Я не могу с ним спать, он храпит и занимает слишком много места.

Ник бесцеремонно забрался под одеяло с другой стороны от Авы, устраиваясь поудобнее.

Ава удивлённо приподнялась на локте: — Ты серьёзно? — тихо рассмеялась она.

Тайлер, уже почти уснувший, приоткрыл один глаз и широко улыбнулся: — Ну наконец‑то! Теперь у нас полноценный клуб «Тёплое трио». Только предупреждаю, Ник: я во сне борюсь за одеяло. Готов к конкуренции?

Ник хмыкнул, поправляя подушку: — Да я сам чемпион по отбиранию подушек. Посмотрим, кто кого.

Ава покачала головой и натянула одеяло повыше. Её будоражило лежать между Тайлером и Ником… Тай — её парень, но тот поцелуй с Ником, сегодняшние танцы, а теперь ещё и спать между ними — всё это невероятно волновало её.

Она прислушивалась к размеренному дыханию Тайлера — похоже, он наконец уснул. В этот момент рука Ника осторожно притянула её ближе к себе. Он уткнулся носом в её шею, а его ладонь скользнула под топик пижамы.

Ава почувствовала, как рука Ника скользит по её боку, подбираясь всё выше, и по телу пробежала волна жара. Она судорожно вздохнула и попыталась отстраниться: — Ник… Стой, подожди… — её голос дрожал. — Тай же рядом… Он может проснуться…

Но вместо того чтобы убрать руку, она лишь на мгновение замерла, ощущая, как её собственное дыхание становится прерывистым. Пальцы невольно сжались на его запястье — не отталкивая, а будто запоминая тепло его кожи.

Ник чуть отстранился, заглядывая ей в глаза: — Ты правда хочешь, чтобы я остановился?

Ава закрыла глаза, борясь с собой. Тело кричало «нет», разум твердил «да». Она глубоко вздохнула и едва слышно прошептала: — Нет… Не останавливайся.

Ник скользнул рукой под резинку её пижамных шорт и коснулся мокрых складочек. Ава судорожно вздохнула, пытаясь отстраниться, но его пальцы уже начали медленные, дразнящие движения.

— Тсс… — прошептал он ей на ухо, обжигая дыханием шею. — Не бойся. Тсс… Не сопротивляйся. Просто чувствуй. Я знаю, что тебе это нужно…

Его губы коснулись мочки уха, а пальцы продолжили сладкую пытку: они скользили по половым губам, массировали и слегка надавливали на клитор, ласкали вход, не проникая внутрь. Каждое прикосновение отзывалось дрожью во всём теле.

Ава замерла, стараясь не шевелиться и не стонать — ей казалось, что любой звук разбудит Тайлера. Она закусила угол подушки, сдерживая рвущиеся наружу стоны. Дыхание сбилось, сердце колотилось так сильно, что, казалось, вот‑вот выскочит из груди.

Напряжение внутри нарастало, разливаясь жаром по венам. Мысли путались, тело само подавалось навстречу ласкам Ника. И вдруг — взрыв. Оргазм накрыл её внезапно, пронзил дрожью, заставил выгнуться и замереть на мгновение, а затем обмякнуть, тяжело дыша.

Ник осторожно убрал руку, провёл ладонью по её спине и тихо прошептал: — Всё хорошо… Расслабься.

Ава лежала, пытаясь прийти в себя. В комнате было тихо, только слышалось ровное дыхание спящего Тайлера. Она чувствовала себя одновременно виноватой и невероятно счастливой — эти ощущения смешались в какой‑то головокружительный коктейль, от которого кружилась голова.

Утро выдалось непривычно тихим. Ава проснулась первой — между Тайлером и Ником, всё ещё ощущая тепло их тел. На мгновение она замерла, вспоминая прошедшую ночь: прикосновения Ника, дрожь собственного тела, борьбу между виной и наслаждением. Глубоко вздохнув, она осторожно выбралась из постели, стараясь не разбудить парней.

Когда все проснулись, они отправились на кухню. Тайлер тут же занялся завтраком — звон посуды, шипение бекона на сковороде, аромат свежесваренного кофе наполнили пространство уютом и обыденностью. Ник и Ава отошли к окну, стараясь говорить шёпотом, чтобы Тайлер не услышал.

— Ты в порядке? — тихо спросил Ник, чуть повернувшись к ней. Его взгляд был внимательным, почти тревожным.

Ава кивнула, но взгляд её выдавал волнение — в глазах читалась буря противоречивых эмоций.

— Я не жалею, — добавил он шёпотом. — Но если ты хочешь, мы можем сделать вид, что ничего не было.

Она на мгновение задумалась. На лице отразилась борьба: вина перед Тайлером, страх потерять его, но и то новое, волнующее чувство, которое пробудил в ней Ник. — Не хочу делать вид, — тихо ответила она. — Просто… мне страшно. Перед Таем. Ник, это было неправильно. Тай — мой парень… Я не должна была… — Мы разберёмся, — твёрдо сказал Ник. — Вместе. Но сейчас — давай просто позавтракаем. И постараемся вести себя естественно.

Тайлер поставил на стол тарелки с яичницей и беконом, подошёл к Аве и обнял её со спины. Уткнувшись носом в шею, он глубоко вдохнул: — Детка, ты так вкусно пахнешь.

Ава улыбнулась и повернулась к нему. Они поцеловались — нежно, по‑домашнему, и на секунду все тревоги отступили.

— А можно мне мастер‑класс? — вдруг вмешался Ник с наигранной серьёзностью. — Я, кажется, забыл, как это делается… Тайлер разорвал поцелуй и шутя потянулся к Нику: — Иди, я тебе напомню, сладкий… Ник, изображая ужас, отпрянул: — Прости, брат, предпочитаю девушек.

Все трое рассмеялись. Завтрак прошёл легко и весело — шутки, поддразнивания, общий смех. Тайлер подкладывал Аве самый румяный кусочек бекона, Ник рассказывал какую‑то нелепую историю про гонки, а она смеялась, кивала, отвечала, стараясь вести себя как обычно.

После завтрака ребята проводили её до аудитории и отправились на свои занятия. Ава остановилась у двери, глядя им вслед: Тайлер шёл, размахивая руками и что‑то объясняя Нику, а тот кивал, время от времени бросая взгляд в её сторону.

Она глубоко вздохнула. Внутри всё смешалось: вина перед Тайлером — человеком, который был так добр, внимателен, нежен; благодарность за его любовь и заботу; и в то же время — то волнующее, запретное притяжение к Нику, его силе, уверенности, той глубине во взгляде, которую она начала замечать всё отчётливее.

Ава понимала, что ведёт двойную игру. И хуже всего было то, что оба парня ей искренне нравились — по‑разному, но одинаково сильно. Тайлер дарил ей ощущение защищённости, тепла, стабильности. С ним она чувствовала себя любимой и желанной. Ник же пробуждал что‑то иное — первобытное, острое, волнующее. Рядом с ним она ощущала себя живой, дерзкой, настоящей.

«Что же мне делать?» — думала она, входя в аудиторию и садясь за парту. Мысли крутились в голове, как листья на ветру. Она не хотела причинять боль Тайлеру, не хотела терять его. Но и отрицать свои чувства к Нику уже не получалось.

Ава открыла тетрадь, но буквы расплывались перед глазами. В груди всё ещё билось то ощущение — будто она стоит на краю пропасти, а внизу раскинулся невероятный, манящий мир, полный новых возможностей. И она не знала, шагнуть ли вперёд или отступить назад. Одно было ясно: прежняя жизнь уже не вернётся. Что‑то в ней необратимо изменилось.

После занятий Ава вышла из здания университета и замерла: у обочины стоял Ник на своём мотоцикле — чёрный, блестящий, с низким рёвом двигателя. Он кивнул ей, приподняв шлем: — Тай сегодня на тренировке. Поехали, посмотришь на него в деле?

Ава улыбнулась, взяла предложенный шлем и села позади Ника. Застегнула ремешок, поправила шлем и прижалась к его спине, обхватив руками за талию.

Мотоцикл тронулся с места — мощный рык двигателя отозвался в теле Авы вибрацией, ритмичной и глубокой. Она невольно вцепилась в куртку Ника крепче, чувствуя, как толчки мотора отдаются где‑то внутри, смешиваясь с биением сердца.