*СССР, РСФСР, Москва, Остров, Дом Правительства СССР, 27 мая 2000 года*

Владимир Жириновский вошёл в зал заседаний Совета обороны СССР, бросил пальто на диван и рассмотрел всех присутствующих.

— Что случилось? — спросил он.

— Эль-Фаллуджа случилась, товарищ президент, — ответил генерал армии Варенников.

— Да ну⁈ — с удивлением спросил Жириновский и резко сел за стол. — Я хочу услышать подробности!

Валентин Иванович посмотрел на Игоря Дмитриевича Сергеева, начальника Генштаба ВС СССР.

— Всё прошло почти по плану генерала Рохлина, — заговорил тот. — 13-я дивизия ополчения Иракской армии начала совершать акты неповиновения, грабежа мирного населения, а также массового дезертирства с оружием. Всего, за последние три недели, Эль-Фаллуджу покинула почти половина дивизии. Ради укрепления позиций, с Южного фронта был снят 1-й батальон 4-го полка 9-й мотострелковой дивизии «Баирума», который должен был восстановить порядок в городе, но ему в этом воспрепятствовали как ополченцы, так и городское население.

— Замечательно, — улыбнувшись, сказал Жириновский. — А американцы?

— Происходящее не ускользнуло от их внимания, — ответил начальник Генштаба. — Они сконцентрировали силы на левом берегу Евфрата: около семи мотострелковых батальонов, один танковый батальон и одну амфибийно-штурмовую роту из 1-й дивизии морской пехоты. Учитывая низкий боевой дух ополчения, а также ограниченное количество солдат из регулярной армии, этих сил было бы достаточно для создания плацдарма на правом берегу Евфрата и дальнейшего захвата Эль-Фаллуджи.

— А это просто превосходно! — воскликнул Владимир. — И что было дальше?

— Полковник Алдивани, командующий обороной города, выставил на оборону берега реки подразделения ополчения, — продолжил генерал-полковник Сергеев. — Как и было запланировано, ополченцы отступили сразу же, как понесли первые потери, но это было ожидаемо американцами, поэтому они закрепились на плацдарме, взяли под контроль мосты и начали переброску сил на правый берег. К этому моменту к ним уже присоединились 1-й и 7-й батальоны из 25-й бригады воздушной кавалерии аэромобильных войск Польши.

— Воздушной кавалерии? — саркастическим тоном переспросил Жириновский. — Они там с конями на вертолётах летают? Или на пегасах транспортируются? Ха-ха-ха!

Начальник Генштаба ВС СССР лишь пожал плечами.

— Полковник Алдивани приказал выждать до завершения полной переброски вражеских сил на правый берег, — продолжил он. — Как только это было сделано, вражеский плацдарм был обстрелян РСЗО, миномётами и ствольной артиллерией с ранее скрытых позиций. А сразу после завершения артподготовки в бой вступили батальоны 2-й танковой бригады «Редума» и батальоны ополчения. Мосты были уничтожены корректируемыми снарядами, а натиск оказался слишком силён, поэтому вражеские силы были уничтожены почти полностью — часть вражеских военнослужащих удалось принудить к сдаче, а часть погибла в бою или утонула в реке. Но многие военнослужащие из задействованных в штурме подразделений противника, всё же, сумели отступить через реку.

— Сколько пленных взяли? — спросил Владимир.

— Ко вчерашнему вечеру были взяты две тысячи семьсот двадцать девять пленных, но до сегодняшнего утра дожили две тысячи шестьсот девяносто семь человек, — ответил генерал-полковник Сергеев. — Их сейчас должны эвакуировать из города по тоннелям, чтобы передать в тыл.

— А убитых сколько? — спросил Жириновский.

— 3382 человека было обнаружено непосредственно на поле боя, — ответил начальник Генштаба. — Но мы не можем оценить количество утонувших военнослужащих, поэтому окончательное число погибших установить не представляется возможным.

— Но это же замечательный результат! — воскликнул Владимир. — Это ведь почти половина от потерь за последние два месяца! Великолепно!

Вся эта история с Эль-Фаллуджей, в которой всё было плохо с дисциплиной ополчения, настроениями мирного населения и реальным количеством солдат регулярной армии — это, естественно, была тщательно продуманная и скрупулёзно осуществлённая инсценировка.

Генерал-полковник Рохлин, ещё в бытность миротворцем в Югославии, славился своими изощрёнными психологическими играми с боевиками — он вводил их в заблуждение, побуждал к активным действиям и заманивал в огневые мешки на нейтральных территориях. За это его до сих пор не любят многие в Боснии и Герцеговине, Югославии и Хорватии, но зато уважают, как врага.

А вот американцы — это противник другого уровня и их нельзя провести на хлебном мякише, поэтому он действует гораздо более изощрённо и тонко. В рамках более тонкого подхода, он предложил очень смелый и рискованный план, в стиле Сунь-Цзы.

В специально предусмотренных для этого зданиях Эль-Фаллуджи, задолго до начала «Трепета пустыни», были размещены несколько десятков БМПТ и танков, о которых американцы точно не знали. Боеприпасы и топливо закладывались сразу на один месяц интенсивных боёв, а экипажи прибыли непосредственно до начала оборонительной операции, в форме обычных мотострелков.

И подразделения ополчения в городе разместили не абы какие, а самые боеспособные и морально крепкие. Они, судя по всему, сумели отлично исполнить роль деморализованных и расхлябанных ополченцев, вот-вот готовых дезертировать.

Да и сам город укреплялся с учётом штурма с запада — силы Коалиции просто не могут его обойти, поэтому штурм был заложен в оборонительный план за шесть-семь лет до начала войны.

Даже планировка зданий указывает на то, что была запланирована оборона от штурма с западного берега: здания на западном берегу построены из газобетона с гипсокартоном и не имеют окон, выходящих на восток, а на правом берегу здания построены из железобетона и тоже не имеют окон, выходящих на восток.

Несомненно, американцы понимали, что Эль-Фаллуджа будет нелёгкой целью, но они сильно недооценили степень желания иракцев нанести им максимально тяжёлый ущерб.

— Иракским войскам удалось захватить целыми два танка М1А2 «Абрамс», а также две польских БВП-1, то есть, БМП-1, если называть вещи своими именами. Остальная вражеская бронетехника была уничтожена артиллерией, БМПТ, танками и имевшимися у подразделений противотанковыми средствами.

— Ну, теперь они будут утюжить Эль-Фаллуджу всем, что есть… — произнёс Жириновский.

— Уже утюжат, — сказал на это генерал армии Варенников. — Среди мирных жителей большие потери — эвакуация продолжается, но населения слишком много и оперативно эвакуировать всех тоннелями не получается, а автоколонны подвергаются авиаударам.

— Это прискорбно, — произнёс Владимир. — Почему их не эвакуировали заранее?

— Большую часть эвакуировали до начала оборонительной операции, — ответил министр обороны. — Но план эвакуации был сорван серией ударов корректируемыми бетонобойными бомбами, совершённых авиацией Коалиции семь суток назад — основной эвакуационный тоннель был завален и его расчистка закончилась менее трёх суток назад.

— Досадно… — сказал Жириновский. — Но это война…

— Да, это война, — произнёс генерал армии Варенников.

— Игорь Дмитриевич, вы сказали, что «почти по плану» Рохлина, — вспомнил Жириновский оговорку начальника Генштаба.

— План предусматривал засаду на ограниченное число подразделений противника, — пояснил генерал-полковник Сергеев. — Полковник Алдивани проявил самоуправство, когда позволил противнику перебросить на правый берег так много сил. Ему простили эту авантюру только потому, что противник не сумел перегруппироваться и отразить натиск.

— В генералы метит этот Алдивани… — усмехнувшись, произнёс Жириновский. — Молодец — когда ж ещё метить в генералы, как не во время войны⁈ Ох, какое утро! И американцы умылись кровью, и поляков приструнили! Будут знать, подонки, как на Ирак нападать!

Польские власти, наверняка, уже сильно пожалели о том, что вообще ввязались в эту авантюру, потому что их войска оказались не на ближневосточном сафари, а на современной войне против армии индустриальной страны, почти десятилетие готовившейся к войне против сверхдержавы.

— Сколько поляков удалось захватить в Фаллудже? — спросил Владимир.

— 406 человек, — ответил генерал-полковник Сергеев. — А 543 человека подтверждённые убитые. Сколько утонули в Евфрате, при отступлении — неизвестно.

— Александр Александрович, поляки выходили на связь? — спросил Жириновский у министра внешних отношений.

— Ещё нет, — ответил тот. — Но в свете новостей, следует ожидать этого в ближайшее время.

До сегодняшнего дня в плену у иракцев находились семьдесят с лишним поляков, поэтому официальная Польша молчала, но в Эль-Фаллудже в плен попало слишком много поляков, поэтому такое игнорировать они не могут.

— Вежливо слать их к чертям, — потребовал Жириновский. — Сослаться на то, что президент Кусей Хусейн выразил своё нежелание обменивать пленных до своей победы в войне.

Кусей, действительно, высказывал это публично, по просьбе Владимира.

— Не представляю, каким образом мы могли бы организовать обмен, даже если бы это было возможно, — пожав плечами, сказал Бессмертных.

— Ладно, с поляками разобрались, — произнёс Жириновский. — Чего мы ожидаем от Коалиции, после такой заминки?

— Согласно оперативным данным, они уже прекратили штурмовые действия в городах Ан-Наджаф, Эд-Дивания и Кербела, — ответил начальник Генштаба. — Мы ожидаем, что им потребуется около недели-полутора, чтобы осмыслить произошедшее и пересмотреть свои планы. Вероятнее всего, они прекратят практику штурмов городов и перейдут к осадам.

— Это хороший сценарий развития событий, — сказал на это Владимир. — Чем дольше они будут возиться с каждым городом, тем больше потерь понесут. И тем дороже будет обходиться им вся эта кампания.

Иракская армия сделала ставку на миномёты калибра 82 и 120 миллиметров, которые были поставлены в количестве около 11 000 миномётов обоих типов и около 3,3 миллионов артиллерийских мин обоих калибров.

Тактика применения их незамысловата, но очень эффективна: их доставляют к месту действия на пикапах или мотоциклах, после чего производится быстрая отработка по цели, а затем расчёт столь же быстро уезжает подальше. В городских условиях их применяют чуть иначе — по тоннелям расчёт добирается до нужной позиции и отрабатывает по цели, после чего скрывается в тоннелях.

Эта тактика позволяет наносить противнику ощутимый урон и держит его в постоянном напряжении, так как очень тяжело заблаговременно засечь расчёт, а это значит, что обстрелы, зачастую, становятся неожиданностью.

А если добавить к этому, что многие миномётные расчёты остались партизанить в захваченных Коалицией руинах городов и на оккупированной местности, то противник несёт потери ещё и глубоко в тылу, а не только на фронтах.

Гражданам Ирака, оставшимся на оккупированной территории, тоже не очень нравится присутствие вооружённых иностранцев на их земле, поэтому они тоже оказывают сопротивление и наносят какой-то ущерб, пусть и кровавой ценой.

Это не входило в план обороны — организованные партизанские действия осуществляются силами ополчения и регулярной армии, но граждане всё равно берут в руки оружие и пытаются убивать американцев, британцев, австралийцев и поляков.

«А вот курды на удивление пассивны», — задумался Владимир. — «Американцы должны были пообещать им кисельные реки, бурно текущие в шоколадных ущельях, к ванильным долинам…»

Возможно, сработала годами проводимая иракским правительством политика примирения, а возможно, курды очень мало верят представителям стран НАТО, видя, что сейчас делают турецкие войска с турецкими курдами.

— Нет, не зря я сегодня проснулся так рано — как чувствовал, что будут хорошие новости! — заключил довольный Жириновский.

*СССР, РСФСР, Москва, Остров, Дом Правительства СССР, 7 июня 2000 года*

Позавчера Владимир летал на космодром Байконур, чтобы посмотреть на запуск «Урагана» с очередной партией лазерных спутников.

Советская армия очень хочет глобальную сеть лазерной связи, иммунной к РЭБ и позволяющей осуществлять управление БПЛА в любой точке мира, что очень важно, учитывая запланированный флот «мирных» контейнеровозов.

Этот флот из полутора сотен судов, по сути, должен стать мобильной площадкой для запуска БПЛА-камикадзе «Герат-3», что позволит применять их где угодно.

В условиях полномасштабной войны, этот флот станет одним из компонентов для нанесения практически неотразимых ударов по территории США.

Постоянно наносить ущерб инфраструктуре США это не позволит, так как американский ВМФ быстро начнёт топить всё, что плавает слишком подозрительно, но первые удары нанесут сокрушительный и деморализующий урон, так как потенциальный противник точно не ждёт ничего подобного.

Но управление БПЛА — это далеко не единственное назначение группировки новых спутников.

Ещё это очень надёжная и быстрая система связи, исключающая перехват — связь с подводными лодками, авианесущими крейсерами и разведывательными самолётами станет беспрецедентно секретной.

Двенадцать спутников уже встали на свои орбиты и дают определённое покрытие, но армия хочет группировку уже не из 120, а из, как минимум, 200 спутников. Но идеальным сценарием она видит 400 спутников, для постоянной глобальной лазерной связи. Увы, но это невозможно экономически, поэтому наращивание группировки до достижения идеального, по версии Советской армии, количества, займёт примерно восемь лет.

«Космонавты и так жалуются», — вспомнил Жириновский слова Юрия Семёнова. — «Зашиваются там, на орбите: только провели техобслуживание производственных модулей, как уже пора грузить в „Шквал“ спутники и отправляться на нём в космос, чтобы расставить их по местам. А потом снова на „Мир-2“, чтобы чуть передохнуть».

Из-за чрезмерной загруженности экипажа, скоро на «Мир-2» отправят дополнительных космонавтов — желающих полно, поэтому дефицита кадров не предвидится.

То, что работа на «Мире-2» и на орбите будет почти непрерывной, было известно заранее, потому что всё это делалось не на авось, а с тщательным планированием, но масштаб, явно, был недооценён, а выносливость и психическая стойкость космонавтов была переоценена.

В конструкцию уже проектируемого «Мира-3», существующего, пока что, только в качестве трёхмерной модели в суперкомпьютере в Королёве, закладывается жилой модуль большего размера, рассчитанный на постоянное обитание сразу 20 космонавтов, но некоторые конструкторы считают, что и этого будет мало.

«Мир-3» обещает стать чем-то грандиозным — его планируется сделать просто огромным, с итоговой массой в 3200 тонн, десятками производственных модулей, а также орбитальным доком, предусматривающим сборку корабля для лунной экспедиции.

План строительства «Мира-3» предполагает, что первоначально он будет иметь рабочую массу в 1200 тонн, а до 3200 тонн его будут утяжелять в течение следующих 10 лет, по мере ввода в эксплуатацию производственных модулей. Но орбитальный док предполагается установить как можно раньше, чтобы не тормозилась лунная программа.

В орбитальном доке «Мира-2» тоже можно собрать корабль для путешествия к Луне, пусть и меньше размером, но этого никто не позволит, так как у этого дока очередь работ на полтора десятилетия вперёд и под такую малоактуальную задачу его выделять не будут.

«Да и дорого это — экспедиция на Луну», — подумал Жириновский, заходя в актовый зал. — «Не ко времени».

Он сам пожалел, что дал согласие на лекцию для студентов из институтов со всех союзных республик и союзных государств.

Как только он вышел на сцену, сразу же начались бурные аплодисменты, которые стихли, когда он подошёл к кафедре.

— Здравствуйте, дорогие товарищи! — заговорил он.

Ему ответил громкий и слитный вопль, в котором можно расслышать ответное приветствие — в актовом зале собрались более семи тысяч человек, что явно больше расчётного количества, так как свободных мест нет, а некоторые люди сидят и стоят между рядами.

— Тему лекции вы выбрали сами, большинством… — произнёс Жириновский, когда зал снова стих. — В результате голосования на президентском сайте, вами была выбрана тема «Перспективы развития советской робототехники» — воля ваша, товарищи студенты…

Его старые лекции затрагивают весь перечень тем из календарно-тематического плана любого советского замполита, но подаются в более живой манере — записаны они все в 80-е годы, в Афганистане.

Но то ли это такой топорный подхалимаж, то ли лекции, действительно, удачные, но он заметил одно — эти записи до сих пор показывают в институтах, школах, а некоторое время, в начале 90-х, даже крутили по ЦТ.

— Что ж, тогда начнём о перспективах, так сказать… — вновь заговорил Владимир. — А перспективы у советской робототехники грандиозные! Наша страна, в далёком 90-м году, сразу после того, как я был избран президентом Советского Союза, взяла курс на автоматизацию и цифровизацию промышленности — сегодня, чуть больше, чем через десять лет, вы сами видите, к чему это нас всех привело. Штатная численность сотрудников на заводах сократилась в 10–15 раз, а местами и в 20 раз! То, что раньше делали тысячи, теперь делают сотни людей — это торжество научной организации производства! Гибкие поточные системы, станки с ЧПУ, роботы-манипуляторы — всё это было разработано ещё в 80-е годы и даже, местами, внедрялось, но именно с 90-го года внедрение начало обретать массовый характер! Только тогда мы начали модернизацию промышленности — практически на последние деньги! Я не шучу — денег тогда не было вообще, а мы были всем вокруг должны! Политика Горбачёва и его клики вела нашу страну к гибели — к деградации, к разгулу дикого капитализма, к циничности, вероломству и нормализованному безумию! И если бы не группа решительных героев… Но это я отвлёкся…

Он сделал паузу и поправил галстук.

— Итак, первым этапом стала автоматизация и цифровизация, — продолжил он. — Автоматизация — это такой процесс, который, в принципе, не завершится никогда, потому что каждый год выходят всё более точные станки и манипуляторы и более адаптивные гибкие поточные системы — всё это непрерывно внедряется на производствах, чтобы выжимать дополнительные проценты или даже доли процентов эффективности. Но следующий шаг — это полноценная роботизация, с теми самыми человекоподобными роботами, о которых я как-то сдуру ляпнул в восемьдесят шестом году! Как я и говорил тогда, во время лекции в славном городе Пули-Хумри, разработка роботов — это не вопрос из разряда «если», а вопрос из разряда «когда». И это «когда», к сожалению, ещё не наступило — имеется множество проблем технического характера, которые не позволяют разработать функциональную модель! Но не надо делать такие разочарованные лица, товарищи студенты! Работы по этой тематике ведутся уже долгое время — деньги на это выделяются, ресурсы на это есть! Правда, потребуются десятилетия, прежде чем мы сможем начать производство первых советских роботов, которые заменят нас с вами за станками и в приусадебных хозяйствах! И когда настанет этот славный день, вот эти руки больше никогда не прикоснутся к мотыге и штыковой лопате!

Он потряс своими мозолистыми руками, пострадавшими в ходе очередной поездки с женой на дачу, и на лицах слушателей разочарование сменилось улыбками.

— Кто-то может возразить, что есть же какие-то роботы — по ЦТ их иногда показывают! — продолжил Жириновский. — Но это не роботы, а то, что в наших кругах называют дронами — управляемые оператором машины, мало отличающиеся от БПЛА, которые вы все много раз видели! Полноценным роботом, по критериям АН СССР, считаться будет тот, который сможет выполнять команды, поступающие от человека, самостоятельно вырабатывая оптимальный способ их выполнения.

По ЦТ несколько раз показывали новейшую разработку для Советской армии — робот-транспортёр, являющийся, по сути, дроном, управляемым оператором по радиоканалу.

РТ-20 «Ординарец» нужен для доставки грузов различного назначения в условиях интенсивного боя, а также по опасным территориям — смысл его существования заключается в экономии людских жизней.

Возить он может до 120 килограммов полезной массы, а его грузовая платформа вмещает одного взрослого человека, поэтому он годится и для эвакуации раненого.

Он уже поступает в войска и большого секрета из его существования не делается — «Ординарцы» даже трудятся на полях сражений в Ираке, где уже зарекомендовали себя незаменимыми.

Дошло даже до того, что местные умельцы разработали на основе «Ординарца» модель РТ-20 «Шахид» — это тот же «Ординарец», но нагруженный 70 килограммами взрывчатки и обвешанный со всех сторон трофейными американскими бронежилетами и пакетами с подшипниками.

Это очень расточительное обращение с экспериментальной техникой, но эффект…

Если верить видеозаписи с разведывательной «Пчелы-2УР», начинённый взрывчаткой и подшипниками РТ-20 «Шахид» снёс половину жилого дома, в котором укрывался целый взвод американских морпехов. А дальше был штурм здания наёмниками из ЧВК «Уленшпигель», в результате которого выжившие были либо уничтожены, либо взяты в плен.

Запись, естественно, «слили» в западные СМИ, через иракские каналы, поэтому её отредактированную версию увидели очень многие.

Республиканские СМИ в США использовали её в качестве доказательства некомпетентности Билла Клинтона и его правительства — Джордж Буш утверждает, что если бы он был президентом, ничего подобного бы не случилось, так как он кое-что понимает в стратегии и тактике, а также не склонен недооценивать своих врагов.

Ещё Джордж Уокер Буш не упускает случая пошутить об оральном сексе в Овальном кабинете, обвинить Клинтона в лжесвидетельствовании, а также напомнить всем, как Клинтон уклонялся от службы во Вьетнаме.

— Исходя из сказанного ранее, мы можем сделать вывод, что ещё слишком рано для полноценных роботов, — продолжил Жириновский. — Но я убеждён, что их время ещё придёт! Как я говорил четырнадцать лет назад, так я говорю и сейчас: роботы — это технология, при формулировке вопроса о которой нужно использовать не «если», а «когда», товарищи студенты! Теперь же перейдём к конкретике. Сейчас я расскажу вам о том, что было сделано в этом направлении, что делается и что будет делаться…

*СССР, РСФСР, Москва, ВДНХ, павильон № 34 «Космос», 9 июня 2000 года*

Вечер пятницы, на ВДНХ сонмы людей — жители Москвы и туристы со всех союзных республик.

Бронированный лимузин Жириновского остановился на парковке.

— Всё, я пошёл, — сказал Владимир и нажал на кнопку открытия двери. — Если что, прикроете.

— Удачного турнира, Владимир Вольфович, — пожелал ему Григорий Кондратов, шофёр.

— Прикроем, товарищ президент, — добавил Захар Веригин, ассистент.

Жириновский вышел из ЗИЛ-5102 и сразу же смешался с толпой, чтобы поскорее проскочить в павильон.

В толпе, конечно, очень много законспирированных агентов президентской охраны — мужчины и женщины среднего возраста и обыденной наружности, имитирующие отдыхающих и туристов, но риски есть, поэтому под пиджаком у Владимира бронежилет и пистолет.

Войдя в павильон, он сразу же постарался слиться с местностью и быстро прошёл в нужную часть здания, где проходит турнир «Великое переселение народов».

Отборочные он прошёл — набрал нужный рейтинг и получил место на турнире. Всего участвуют 128 лучших игроков, а призовой фонд увеличен до 1 000 000 рублей — половину суммы добавил президентский фонд, для поддержки киберспорта.

Здесь наблюдается самое плотное скопление людей, пришедших своими глазами посмотреть на ход противостояния лучших игроков страны.

Жириновский протиснулся через людей и сумел добраться до стойки регистрации.

— Эм-м-м… — протянула удивлённая девушка за стойкой.

Ей лет двадцать, одета она в тематическую униформу — платье, стилизованное под эпоху Великого переселения народов.

— Здравствуйте, — приветствовал её Владимир. — Хочу зарегистрироваться.

— Здравствуйте… — ответила девушка. — А… Вы…

— «Убийца_Слабых», — назвал свой псевдоним Жириновский.

— Вы серьёзно?.. — спросила она.

— Я что, по-вашему, юмористом на полставки подрабатываю? — нахмурившись, спросил Жириновский. — Регистрируйте!

Девушка вздрогнула и опустила взгляд на монитор, после чего быстро вбила псевдоним.

— Вот ваш идентификатор… — сказала она, передав ему бейджик.

— Замечательно! — произнёс раздражённый Жириновский и накинул на шею ленту с бейджиком. — До свидания!

Люди вокруг начали что-то подозревать, поэтому он быстро прорвался через толпу и добрался до отдельного помещения для игроков.

Как он и ожидал, собрались тут преимущественно ребята возраста до 25 лет, одетые, как люди, от которых ждёшь, что они играют в «Эпоху империй». Но встречаются и ребята постарше — один вообще выглядит чуть ли не представительнее, чем Владимир.

Но один человек привлёк его внимание.

— Владимир Макарович? — с удивлением спросил Жириновский.

— Владимир Вольфович? — с не меньшим удивлением спросил тот.

Это Владимир Величко, бывший министр тяжёлой промышленности и энергетики СССР. Жириновский не видел его уже давно — с 95-го года, когда тот ушёл в отставку.

— Я не знал, что вы тоже интересуетесь… — начал Величко, но затем увидел идентификатор участника.

— Да-да, — покивав, сказал Жириновский и указал на его идентификатор. — И вы, я вижу, тоже не брезгуете сыграть партеечку-другую. Какой у вас псевдоним?

— ВМВ_37, — ответил тот.

— Ха-ха-ха! — засмеялся Жириновский. — Так мы же играли неоднократно!

— Да? — спросил Величко с удивлением. — Неужели вы — Пятачок79?

Другие игроки, стоящие или сидящие неподалёку, смотрят на них удивлённо. Величко не очень часто мелькал по телевизору, а когда мелькал, то был лишь одним из министров, а вот Жириновского в этой стране знают все…

— Не угадали, Владимир Макарович, — ответил Жириновский. — Убийца_Слабых.

— А-а-а, так это вы… — произнёс бывший министр. — Значит ордер Византии — это ваших рук дело?

— Ну, так говорят… — сказал Жириновский и рассмотрел остальных игроков. — А чем занимаетесь на пенсии, Владимир Макарович?

— Иногда консультирую своих учеников, провожу время на даче, но, в основном, поигрываю в «Эпоху», — ответил тот. — Очень уж увлекательно — реакции сильно не хватает, поэтому приходится брать продуманной стратегией и тщательным планированием.

У молодых игроков есть и всегда будет одно преимущество — скорость реакции. Пожилым игрокам за ними никогда не угнаться, и понимают это далеко не все.

Жириновский понял это очень давно, поэтому свои матчи проводит с опорой на экономику и стратегию.

— Эта игра гораздо сложнее шахмат… — поделился своим мнением Величко. — Тем интереснее каждый матч…

— Да, этого у неё не отнять, — согласился с ним Жириновский. — Известно, когда начало?

— В двадцать часов ровно обещали начать, — ответил Величко и посмотрел на часы. — Нужно посмотреть на таблице, кто против кого играет.

Владимир поднял взгляд к большому табло, висящему на стене.

А на табло десятки псевдонимов, среди которых его псевдоним находится в верхнем правом краю, и биться ему предстоит против Легата, играющего практически со старта и занимающего сейчас 11-е место во всесоюзном рейтинге.

«Опасный мерзавец», — подумал Жириновский и поморщился. — «Как бы не облажаться на дебюте».

— Кофе будете, Владимир Вольфович? — спросил бывший министр Величко.

— Не откажусь, — ответил Жириновский.

Специально для игроков организована точка питания, где бесплатно наливают кофе, газировки, а также угощают кебабами, пирожками и даже серьёзными блюдами.

Отстояв очередь, Величко взял два стакана арабики.

— Наверное, они теряются в догадках, что я тут забыл… — произнёс Жириновский и отпил из стакана.

На них бросают недоуменные взгляды практически все присутствующие, включая сотрудников точки питания.

— Да… — согласился с ним Владимир Макарович, а затем сунул руку во внутренний карман пиджака. — Владимир Вольфович, не желаете ли, так сказать, укрепить кофе?

Он вытащил под свет светодиодных ламп серебристого цвета фляжку с, очевидно, алкоголем внутри.

— Не желаю и вам не советую, — ответил Жириновский. — Это же честное состязание! Применение допинга — это неспортивно!

— Ха-ха-ха! — рассмеялся Величко. — Да, вы правы.

Он убрал фляжку обратно в карман.

Жириновский увидел съёмочную группу, записывающую панораму помещения для игроков. Камера проплыла мимо него, но затем оператор понял, кого увидел и резко вернул объектив на Владимира.

Журналистка, одетая в бордовый деловой костюм, отвлеклась от игрока, с которым беседовала — её окликнул оператор. Она прислушалась к его словам, а затем её взгляд упал на Жириновского.

— Ох, началось… — произнёс Владимир и закатил глаза.

— А на что вы рассчитывали, явившись на публичное мероприятие? — с усмешкой спросил Величко.

— Владимир Вольфович, здравствуйте! — воскликнула журналистка. — Юлия Бордовских, 2-я программа ЦТ!

— Здравствуйте, Юлия! — ответил Жириновский.

— Вы тоже пришли посмотреть турнир? — спросила Бордовских. — Есть кто-то, за кого вы будете болеть?

— Есть, конечно же, — ответил Жириновский и продемонстрировал идентификатор. — За себя!

Журналистка уставилась на него удивлённым взглядом и замерла.

— Мой псевдоним — Убийца_Слабых! — сорвал Владимир покровы. — И я хочу сделать официальное заявление! Оператор, камеру поближе! Я заявляю, что все игроки, которые когда-либо проигрывали Убийце_Слабых, были покараны вот этими твёрдыми руками и вот этим холодным разумом!

Юлия Бордовских, наконец-то, оправилась от изумления.

— Владимир Вольфович! — заговорила она. — Вы хотите сказать, что один из самых непредсказуемых игроков, некоторыми экспертами считающийся негласным фаворитом этого турнира — это вы?

— Да, это я! — подтвердил Жириновский. — Ордер для Византии разработал тоже я! И на этот турнир у меня есть очень много домашних заготовок, которые будут применены впервые! Я намерен унизить и уничтожить каждого, кто встанет у меня на пути! Клянусь вам — сегодня я убью всех слабых!

Он тщательно готовился к этому турниру, с упором на поздних римлян, за которых и собирается играть в четвертьфинале, полуфинале и финале, если дойдёт до них. А до этого он будет играть за гуннов, языгов, вестготов и вандалов, в зависимости от того, какие цивилизации будут выбирать оппоненты.

— А это разве не… — начала журналистка. — Вы же президент Советского Союза…

— И что? — спросил Владимир. — Вон, Владимир Макарович тоже из должностных лиц, правда, бывших, но сегодня он на турнире! Кто-то из старичков считает, что это игрушка какая-то, а я считаю «Эпоху империй» новыми шахматами, потому что она сложнее, чем шахматы и абсолютно непредсказуема.

Журналистка посмотрела на него со скепсисом во взгляде.

— Не сомневайтесь даже, Юлия! — потребовал Жириновский. — В шахматах всего 32 фигуры с неизменными характеристиками, действующие на поле 8×8 клеток, тогда как в «Эпохе империй» сотни разных фигур с динамически меняющимися характеристиками, действующих на огромном и неоднородном пространстве. В шахматах есть только один ресурс — время, а в «Эпохе империй» есть древесина, еда, камень и золото. В шахматах у обоих игроков полный доступ к информации, то есть, поле для них открыто, а в «Эпохе империй» есть «туман войны», который всё очень сильно осложняет — нужно уметь прогнозировать действия противника, а также использовать блеф и разведку. В шахматах нет никакой экономики, а в «Эпохе империй» от экономики зависит практически всё. Также, в шахматах есть время на обдумывание хода, если это не блиц, а в «Эпохе империи» всё происходит в реальном времени. И если подводить итог, то пусть шахматы и существенно превосходят «Эпоху империй» по чистой стратегической глубине, но она требует пространственно-временного и экономического планирования, реакции, умения рисковать, блефовать, а также быть способным адаптироваться к резко изменившимся условиям на поле боя. Есть, конечно, и те, кто считает иначе, например, наш известный оппозиционер, Каспаров — ну, так я готов сыграть с ним в «Эпоху империй», чтобы он смог доказать свою позицию делом! Если это «примитивная и детская игра», то почему бы ему не принять мой вызов и не попробовать обыграть меня?

— Вы бросаете вызов Гарри Каспарову? — переспросила его Юлия Бордовских.

— Да! — подтвердил Жириновский. — Я даже готов дать ему полгода на подготовку — пусть потренируется и освоит игру, хотя бы, в первом приближении!

Журналистка бросила короткий взгляд на оператора, чтобы удостовериться, что тот всё записал. Оператор медленно кивнул.

— Я надеюсь, что Гарри Каспаров узнает об этом и примет ваш вызов, — произнесла Бордовских. — А как вы оцениваете свои шансы на победу, Владимир Вольфович?

— Надо смотреть правде в глаза — я не могу уделять игре достаточно времени, поэтому есть тут игроки, которые имеют больше опыта и более отточенные стратегии, — ответил он. — Из-за этого я оцениваю свои шансы на победу, как средние. Но к третьему или четвёртому месту я точно доберусь! Хотя, это непредсказуемая игра, почти как жизнь, поэтому я могу и победить!

— Если вы победите, то как потратите призовые? — спросила журналистка.

— Потрачу их, как обычно, — пожав плечами, ответил Жириновский, а затем посмотрел на табло. — Всё, время! Был рад побеседовать, но пора закругляться! Мне нужно отлучиться на подготовку к первому матчу!

— Большое спасибо за интервью, Владимир Вольфович! — поблагодарила его Юлия Бордовских, а затем перевела взгляд на Величко. — Владимир Макарович, здравствуйте!

— Здравствуйте… — ответил тот.

— Готовы ответить на несколько вопросов о турнире? — спросила его журналистка.

— Да, готов… — ответил Величко и поправил галстук.

Жириновский пошёл в туалет, чтобы его точно ничего не отвлекало во время матча.

Среди игроков ходят неприметные ребята, одетые как обслуживающий персонал — их можно узнать только по взглядам, которыми они смотрят, когда думают, что их никто не видит.

Двое таких ребят направились за ним, чтобы обеспечить его безопасность в замкнутом пространстве, удобном для устранения первых и последних лиц.

Справив нужду, Жириновский помыл руки, сделал серию затяжек из испарителя и вернулся в зал для игроков, где уже появился распорядитель турнира.

Бордовских всё так же интервьюирует Величко, который с готовностью отвечает на все её вопросы, но присутствующие игроки украдкой поглядывают на Жириновского, параллельно слушая распорядителя.

— … Заболотный П. Т. против Марти-Макфлай! — продолжал распорядитель.

Это мужчина лет сорока, одетый в кольчужную броню и, явно, степной металлический шлем — вероятно, он изображает гуннского воина.

Он перечислил ещё десяток псевдонимов, прежде чем назвал тот, которого ждал Владимир.

— … Убийца_Слабых против Легат! — провозгласил распорядитель. — Пятачок79 против Рембо_1703! Белоснежка против Хачапури05! Кока_Колян против Бездарь69! Генрих_VIII против Мордвин_777…

Весь обслуживающий персонал одет в одежду соответствующей эпохи, а зал, где будет проходить турнир, стилизован под виллу поздних римлян, с декорациями вроде настенной мозаики, походного котелка, сундуков с золотом, мечей, щитов, топоров и копий, а также многого другого.

Некоторые игроки тоже носят разные элементы одежды той эпохи, поэтому Жириновский огляделся и увидел нужный ларёк.

Он быстро прошёл через толпу и добрался до ларька, в котором стоит скучающий парень, одетый в наряд позднеримского патриция. Но он сразу же перестал скучать, когда увидел, кто к нему подошёл.

— Здравствуйте, Владимир Вольфович… — произнёс он.

— Здравствуй, здравствуй, — ответил ему Жириновский и начал рассматривать доступный реквизит. — Что почём?

— Всё бесплатно, но после турнира нужно будет вернуть, — сообщил парень. — Но вы… вы можете не возвращать.

Меч в ножнах его не заинтересовал, так как будет болтаться зазря и не так заметен, римский шлем будет затруднять обзор и нагружать шею, копьё же вообще ни в какие ворота…

— Вот! — воскликнул Жириновский, ткнув пальцем в меховой плащ. — Давай его сюда!

— Отличный выбор! — похвалил его выбор парень. — Это плащ из волчьих шкур, воспроизводящий характерную для древних германцев…

— Помоги мне надеть его, — потребовал Жириновский и развернулся к нему спиной.

Парень взял плащ и вышел из ларька, после чего накинул его на плечи Владимира и застегнул цепную застёжку.

— Вот! — одобрительно воскликнул Жириновский, поправив плащ на плечах. — Совсем другое дело! Благодарю за реквизит! До встречи!

Наконец, он вошёл в зал и сел за компьютер, над которым висит табло с его псевдонимом.

Над монитором закреплена камера, трансляцию с которой разместят в одном из нижних углов основной трансляции — это нужно, чтобы зрители, которые будут смотреть турнир по второй программе ЦТ, могли увидеть его реакции во время матча.

Аналогичное оснащение у компьютера его оппонента, которым оказался субтильного телосложения мальчик лет 15–16, носящий новомодную стрижку в стиле Ди Каприо из недавнего фильма «Пляж».

Фильм, по мнению Жириновского, хороший и недооценённый западной аудиторией, а причёска у Ди Каприо тупая, но молодёжь, как всегда, начала обезьянничать и воспроизводить одежду и причёски своих западных кумиров из свежей ленты.

— Готовься к смерти, малец… — прошептал Жириновский и размял шею.

Надев наушники «Волга-5100», самые коммерчески успешные в Союзе, он подвинул клавиатуру и подтянул мышь поближе, после чего вошёл в свою учётную запись и открыл специальное окно турнира, где его уже пригласили присоединиться к ожидающему оппоненту.

Легат выбрал языгов, а это значит, что Владимир должен выбрать между римлянами, саксами и гуннами, потому что остальные не так эффективны. Это не значит, что языгов не победить другими цивилизациями, а значит лишь, что римляне, саксы и гунны имеют против них больше преимуществ и побеждать будет комфортнее.

Римлян Жириновский изначально решил приберечь до поздних этапов турнира, так как у него есть целая серия убойных заготовок, которые лучше потратить на самых лучших игроков.

В итоге, он выбрал саксов, у которых есть неплохой стартовый бонус в виде +1 к урону для всех подразделений ближнего боя, а также исследование «Лангсакс», дающее дополнительные +3 к урону в ближнем бою мечникам и копейщикам. Итого — целых 4 урона, что делает мечников и копейщиков саксов одними из сильнейших в игре.

Экономический бонус заключается в ускорении исследований при сборе святынь, разбросанных по карте: это даёт +5% к скорости исследования технологий за каждую помещённую в храм святыню.

Матчи начались одновременно и Владимир сразу же начал реализовывать экономический ордер, заготовленный для саксов.

Языги не умеют строить каменные стены, у них есть уникальная технология «Хоровод», благодаря которой языгские конные лучники выпускают дополнительную стрелу каждые пять выстрелов, а из экономических бонусов у них только +15% к скорости сбора мяса диких животных.

Экономический бонус означает, что оппонент может перейти в следующую эпоху чуть раньше и быстрее начать кошмарить экономику Владимира феодальными подразделениями.

Первые десять минут проходили в спокойном темпе, за исключением активности Владимира, который сумел убить целого крестьянина оппонента, правда, пожертвовав ради этого конным разведчиком.

До своей смерти, разведчик успел обнаружить 3 из 5 святынь, поэтому в Эпохе замков монахи Владимира не будут тратить время на поиск большей части из них.

Легат, как и ожидалось, перешёл в Феодальную эпоху раньше, поэтому сразу же начал набирать лучников и мечников, чтобы портить Владимиру кровь.

Экономическая модель Жириновского, пока что, не раскрылась, поэтому он вынужден был терпеть, но к Замковой эпохе он потерял лишь двоих крестьян, что неприятно, но несмертельно.

А дальше он создал шестерых конных разведчиков, которых улучшил до лёгких кавалеристов, и четверых монахов. Они отправятся искать святыни и нести их в храм, построенный глубоко в тылу.

Его экономика процветает, крестьяне создаются непрерывно и не простаивают ни секунды, максимально эффективно выполняя свои функции, а что происходит у противника, увы, неизвестно, так как Владимир решил не тратить время на разведку — её шанс проявить себя ещё придёт.

Оппонент знает, что святыни Владимиру давать никак нельзя, потому что с тремя-четырьмя святынями в храме, его будет практически невозможно победить в Имперской эпохе, поэтому у каждой обнаруженной Легатом святыни стоят копейщики и лучники.

В результате серии кровопролитных боестолкновений, Жириновский потерял троих лёгких кавалеристов, но зато уволок сразу четыре святыни, одну из которых обнаружил по дороге, а также обратил в свою веру двоих копейщиков, то есть, украл их у оппонента.

На обратном пути одного из монахов зарубил вражеский разведчик, но святыня осталась лежать относительно близко к частоколу базы Жириновского, поэтому ему не составило труда отправить за ней нового монаха, а конного разведчика оппонента закололи двое похищенных у него копейщиков.

Все четыре святыни оказались в храме, а это уже значит, что шансы Легата на победу рухнули до минимальных значений. Это ведь не только 160 золота в минуту, но и ускорение исследований любого типа на 20%.

«Будут балансировать», — подумал Жириновский, добавляя в очередь набора десяток копейщиков. — «Я знаю, кем и как эффективно бить саксов, но остальные не знают, поэтому процент побед за саксов будет высоким и ребята Игоря убавят им бонусы».

Легат, тем не менее, решил не сдаваться, хотя он не может не понимать, что ему в этом матче конец.

Лёгкая кавалерия Жириновского постоянно следит за происходящим на базе у оппонента, несмотря на то, что тот регулярно пробует отогнать их конными лучниками. Иногда Легату удаётся убить кавалериста-другого, что обходится Владимиру в копеечку, но он идёт на эти расходы, так как ситуационная осведомлённость для него гораздо важнее.

И благодаря высокой ситуационной осведомлённости, он уже знает, что оппонент делает ставку не на конных лучников, которых он практически выставляет напоказ, а на тяжёлых всадников — степных катафрактов, которых держит в замке, возведённом для прикрытия тыла.

Копейщики бесполезны против конных лучников, но зато очень эффективны против тяжёлых всадников, поэтому Владимиру уже есть, чем ответить.

Генеральное сражение произошло через восемь с половиной минут, в восточной просеке в лесу, между двумя базами.

Легат собрал мощную армию, состоящую из мечников, копейщиков, арбалетчиков и небольшого отряда конных лучников, а также большого количества степных катафрактов, но битва происходила лоб в лоб, против владимировских копейщиков, застрельщиков, хускарлов и гусаров.

Только вот оппонент его не знал, что у Владимира есть второй отряд, который пошёл по западной просеке, с осадной башней и двумя таранами.

Пока шло генеральное сражение, которое Жириновский решительно проигрывал, из-за более слабого микроконтроля и отвлечения на экономику, второй отряд добрался до базы противника и перебросил сразу десяток хускарлов за частокол, с помощью осадной башни.

Тараны начали дубасить по частоколу, чтобы создать брешь и пропустить внутрь гусаров, но это уже было неважно, так как Легат сдался.

— Вот так надо! — воскликнул Жириновский. — Учитесь, пока я живой!

Но ему нужно победить Легата ещё один раз, потому что формат для этого этапа — «Лучший из трёх», то есть, может быть максимум три матча.

К Владимиру сразу же подлетела Юлия Бордовских, с микрофоном и оператором.

— Владимир Вольфович, как вы оцениваете сложность этого матча с противником⁈ — спросила она.

— Нормально, — ответил Жириновский.

— Но ваша битва закончилась очень быстро! — сказала журналистка.

— Он просто не знает, с кем имеет дело, поэтому применил слишком предсказуемую стратегию против саксов, которую я сначала рассматривал на этот турнир, но затем отбраковал, — объяснил Жириновский, а затем посмотрел на статистику матча. — Ну и экономика у него хуже возможной — ему надо поработать над этим, а то он недополучил около пятнадцати бойцов. Надо поработать над экономикой. Но скоро всё увидим — возможно, следующий матч покажет, что он просто не разогрелся.

— Как видите, дорогие телезрители, товарищ Жириновский, действительно, является тем самым Убийцей_Слабых, который имеет очень зловещую репутацию среди игроков в «Эпоху империй», — сообщила Бордовских камере оператора. — Как вы знаете из интервью других лучших игроков, многие из них считают Убийцу_Слабых своим самым опасным противником на этом турнире. Что вы скажете об этом, Владимир Вольфович?

— А что я могу сказать? — спросил Жириновский. — Правильно делают!

*Республика Ирак, мухафаза Багдад, город Багдад, президентский подземный бункер, 10 июня 2000 года*

— Носи его гордо, страж Басры, — произнёс президент Кусей Хусейн и пожал Ивану руку. — Благодарю тебя за службу.

— Служу Советскому Союзу! — привычно ответил старший лейтенант Варенцов.

Специально для участников героической обороны Басры была учреждена медаль «Страж Басры» — согласно статуту, медаль вручается только участникам обороны Басры, поэтому их выпустили ограниченным тиражом и больше выпускать не будут.

Оборона Басры — это, на данный момент, наиболее кровопролитный эпизод этой войны, если не считать засаду в Эль-Фаллудже.

В зале заседаний, размещённом в центре бункера президента, находящемся прямо под президентским дворцом, собрался ограниченный список лиц — сегодня день награждения офицеров-наёмников из разных ЧВК, по совокупности заслуг.

Награждается всего шестьдесят один офицер, а рядовой и сержантский состав награждают в другом бункере, в другой части города — это делает председатель Парламента Республики Ирак, Башар Абдул-Амир.

Иван, пожалуй, один из самых награждённых наёмников, потому что он получил уже третью медаль: перед этим президент Хусейн прикрепил к его кителю две медали «За храбрость». Это аналог советской медали «За отвагу» и она очень ценится в Иракской армии.

Это оценка заслуг Варенцова в деле по людоловству — на счету его взвода уже 311 пленный, что означает выплату целого состояния по окончанию кампании. Если не учитывать офицеров и сержантов, а считать, что им выплатят гонорар за каждого, как за рядового, то они заработали 311 тысяч долларов, но среди пленных был один пилот вертолёта, а это обязательно офицер, несколько командиров танков, а также какой-то важный офицер, сидевший в штабе и не ожидавший прорыва — это гарантирует, что гонорар будет гораздо выше.

Всё-таки, они делают это ради денег, по официальной версии, поэтому все выжившие члены взвода очень рады, что имеют шансы вернуться в Капскую республику очень богатыми людьми.

А в Кейптауне, если у тебя есть много денег, жить очень комфортно и приятно — кое-кто уже не хочет возвращаться в Союз, так как гораздо приятнее жить миллионером в Кейптауне, чем безумно богатым гражданином Советского Союза…

Но Иван твёрдо намерен вернуться домой и попробовать начать нормальную жизнь — видеться с детьми, устроиться на работу и, возможно, найти новую жену.

«Настя, наверное, счастлива в своей квартире и со своей дачей», — подумал Иван и ему стало грустно.

Его бывшая жена, как оказалось, успела вовремя, потому что программу «матери-героизации» сворачивают и скоро нельзя будет оперативно родить нужное количество детей, чтобы очень хорошо устроиться в жизни.

Иракский президент пошёл к следующему награждаемому, а Иван продолжил обдумывать недавние новости из дома.

По ЦТ передали, что США, Великобритания и Австралия оказывают давление на Международный олимпийский комитет, поэтому советское участие в Олимпиаде в Сиднее под большим вопросом, так как уже советское руководство отказывается принимать выдвинутые условия.

МОК заявил, что не может игнорировать поддержку СССР режима Хусейнов в Ираке, поэтому предлагает советским спортсменам выступать под нейтральным флагом.

Теперь в Верховном Совете СССР идут дебаты о бойкоте этих олимпийских игр, так как МОК политизирован и боится потерять контракты с американскими компаниями — у Ивана сложилось впечатление, что в этой Олимпиаде советские спортсмены участвовать не будут.

Из рубрики «Международные новости» Варенцов узнал очень важную и интересную новость — в Польше произошла утечка и стали известные точные данные об убитых в Ираке польских солдатах. За всё время «Трепета пустыни», как оказалось, погибли уже 761 солдат, сержантов и офицеров, причём 56 из них — члены СпН «Гром».

Говорят, что в Варшаве были демонстрации, но их подавили силами полиции.

«Не того ждали, когда отправляли», — подумал Иван.

Президент закончил награждение и Варенцов последовал за остальными награждаемыми, к своему месту за столом. Пока шло награждение, официанты расставляли блюда, столовые приборы и напитки.

«Впервые на моей памяти такое во время награждения…» — подумал Иван, садясь за стол.

Официанты начали разливать коньяк и водку по рюмкам, а также сноровисто накладывать основное блюдо, в виде роскошного, даже на вид, плова, по тарелкам. Но внимание Ивана привлекли брускетты с чёрной икрой и сливочным маслом — в последний раз он ел что-то такое в «Арбате», куда пошёл в первый день после «командировки» в Югославию.

Ему непонятно, почему протокол награждения нарушается — здесь совершенно неуместен торжественный обед, хотя Варенцов совсем не возражает.

«Восток — дело тонкое…» — подумал он и пожал плечами.

— Товарищи офицеры! — заговорил Кусей Хусейн, встав за кафедру и взяв с неё фужер шампанского. — Я хочу выразить вам свою глубочайшую признательность за вашу доблестную службу! Все мы понимаем, что вы делаете это не просто так, а за деньги, но даже если вы наёмники, я считаю вас лучшими наёмниками в мире! Вы стоите каждого доллара, каждого франка, каждого фунта и каждой марки, которые вам платят! Пусть вы наёмники, но я вижу, что вам не чуждо чувство чести — на нашей земле, среди наших людей, это ценится очень высоко! Выпьем же за честь, товарищи офицеры!

Варенцов залпом опрокинул в себя рюмку водки. Ему захотелось закусить её брускеттой с икрой, но он сдержал себя.

Некоторые немцы же себя никакими условностями не ограничивали, поэтому набросились на закуски после первой рюмки.

— А этот фужер я хочу поднять во имя победы над американо-британскими захватчиками! — провозгласил президент Хусейн и поднял поданный ему официантом фужер. — Выпьем!

Иван опрокинул в себя вторую рюмку и уже теперь взял из блюда вожделенную брускетту с чёрной икрой и маслом.

Напряжение, державшее его после оставления Ан-Наджафа, плавно спало.

Ан-Наджаф ещё не пал, но им пришлось покинуть его трое суток назад, чтобы занять оборону в городе Эль-Хилла. А когда его взвод занял оборонительный участок и освоился на месте, Варенцова и всех остальных офицеров отправили в Багдад.

Ехать пришлось недолго и это очень сильно напрягает Варенцова — сотня километров от Эль-Хиллы, которая пусть и не в осаде, но это лишь вопрос времени, так как американцы быстро учатся брать города.

Основной урок, который американцы извлекли из опыта штурма предыдущих городов — нужно больше бетонобойных бомб. Эти бомбы наносят наиболее значимый ущерб тоннелям под городом, но у них есть один существенный недостаток, делающий их массовое применение малореальным — дороговизна. И они, по-видимому, решили, что раз нельзя бросать больше бетонобойных, то нужно существенно увеличить норму обычных бомб.

Всё это стало чувствоваться через четыре-пять дней после Эль-Фаллуджи — авианалёты стали чаще, бомб начало падать гораздо больше и падают они теперь гораздо кучнее. Очевидно, что теперь командование Коалиции окончательно осознало, что никакую живую силу обычные бомбардировки не уничтожают, а лишь осложняют задачу штурмовикам, которые при штурме попадают на незнакомый ландшафт, никак не бьющийся с выданными картами.

Новая тактика работает — Иван чуть не попал под завал, когда был в Ан-Наджафе. Тоннель завалился в тридцати метрах от него, дыхнув ему в лицо бетонной пылью, липким страхом и чужой смертью. Тогда погибли девять человек, среди которых был один знакомый ему немец из «Уленшпигеля».

Все, без исключения, тоннельные ППД (1) укреплены стальными рамами, арками и анкерами, только вот это не сильно-то помогает при серии прямых попаданий…

Обитать в тоннелях стало опаснее, но ещё не так опасно, как на поверхности, поэтому Варенцов точно не будет жаловаться на недостаточную безопасность в тоннелях.

— К сожалению, должен покинуть вас, товарищи офицеры, — сказал иракский президент. — Наслаждайтесь ужином — вы заслужили.

Кусей Хусейн ушёл, поэтому из зала улетучился почти весь официоз и началось застолье.

— А курить здесь можно? — спросил один из кубинцев.

— Можно, — ответил официант и кивнул на вентиляционные шахты на стенах.

Варенцов налёг на плов, не забывая запивать его апельсиновым соком, а остальные выпивали, будто жить им лишь до конца этой ночи…

Прошло около полутора часов, блюда и тарелки опустели почти полностью, как и бутылки алкоголя. Все сидящие за столом смолили сигареты и болтали ни о чём.

— Бабу бы… — произнёс русоволосый офицер в форме со знаками различия танкистов.

— Семёныч, ну наглеть-то не надо! — ответил ему сидящий рядом с ним офицер-танкист. — Утром завтра будешь господа бога хвалить, что сегодняшний вечер не был сладким сном…

— Буду, — резко кивнув, ответил русоволосый. — Но бабу бы…

Варенцов понял, что вечер себя исчерпал, поэтому пора возвращаться. Он затушил бычок в пепельнице и встал из-за стола.

— А на чай не останетесь? — с недоумением спросил один из официантов.

— Нет, чай уже не влезет, — прислушавшись к внутренним чувствам, ответил Варенцов. — Благодарю за этот легендарный ужин — мне всё понравилось.

Теперь ему нужно будет прогуляться по тоннелю в соседний район, там сесть в гражданский автомобиль и уже на нём ехать в Эль-Хиллу.

* СССР, РСФСР, Москва, ВДНХ, павильон № 34 «Космос», 11 июня 2000 года*

— Ох, да твою мать, подонок, сволочь, мерзавец, ненавижу… — процедил Жириновский с ненавистью.

Сегодня ⅛ турнира и ему выпал в оппоненты Годендаг1234, сильный игрок, уже почти полгода держащий 5-е место во всесоюзном рейтинге.

Турнир «Великое переселение народов» превратился в настоящую мясорубку, потому что матчи шли непрерывно — наверное, организаторы таким его и задумывали, а возможно, у них просто слишком мало опыта проведения настолько масштабных событий.

«Башню придётся ставить, а то он мне всех крестьян вырежет», — пришёл Жириновский к неутешительному выводу. — «Придётся отложить замок на три минуты и сорок-пятьдесят секунд».

Крестьяне сначала возвели частокол вокруг себя, чтобы не попасть под раздачу от вражеских избранных воинов, а затем начали ставить башню, из-за чего Годендаг1234 отвёл свои подразделения, чтобы они не пострадали зазря.

Владимир играет за гуннов, а его оппонент выбрал вестготов — поначалу это выглядело как цивилизационная победа, но затем Годендаг1234 применил невиданную доселе тактику.

Тактика эта заключается в скорейшем переходе в Эпоху замков и строительстве, как это ни удивительно, замка, обязательно так, чтобы он прикрывал золотое месторождение.

Смысл этого действа дошёл до Владимира не сразу, но как только дошёл, так он сразу же восхитился красотой манёвра.

У вестготов есть избранные воины, создающиеся исключительно в замках — это уникальное подразделение, обладающее сбалансированными характеристиками и добавочным уроном против мечников и копейщиков. Это значит, что они, в принципе, могут воевать без других подразделений, то есть, Годендагу1234 больше не нужно ничего — знай себе, добывай древесину и золото, и производи избранных воинов, которыми вполне реально выиграть матч.

Но Жириновский уже успел прославиться своей непревзойдённой адаптивностью, поэтому сейчас он находится на стадии выживания. Ему нужно закончить экономический ордер и выйти в Имперскую эпоху, чтобы доисследовать улучшения конных лучников, после чего избранные воины резко станут неактуальными.

Годендаг1234 не сумел выполнить главную задачу — он не прорвался к крестьянам, а это значит, что экономический ордер Жириновского идёт по плану.

Выживание, с максимальным микроконтролем, длилось следующие шесть минут, а затем Жириновский сумел построить замок на холме на основном направлении вражеского наступления.

Противник вынужден был вести войска по альтернативному маршруту, а это дополнительное время, которое Владимир использовал для максимизации контроля над экономикой.

Когда войско Годендага1234 добралось до базы Жириновского, тот уже был готов — он пожертвовал лёгкими кавалеристами, своими жизнями выигравшими около сорока пяти секунд, а затем пустил в ход всех подготовленных тяжёлых конных лучников.

Град гуннских стрел обрушился на избранных воинов, оппонент начал отводить их, а Жириновский бросился в погоню.

Но это оказалась засада, так как за лесом скрывались застрельщики. Это было неожиданно, но Владимир не растерялся и быстро прикинул свою выгоду.

Выгоднее будет пожертвовать конными лучниками, но убить больше отступающих избранных воинов, а затем подготовить ещё, пока оппонент будет заниматься примерно тем же.

Экономики у них не равны даже близко, потому что Годендаг1234 построил эрзац экономики, сфокусированный на производстве исключительно избранных воинов, а Жириновский может выбрать практически любое подразделение.

Противник должен это прекрасно понимать, но он упорствует и идёт до конца.

В итоге, всё закончилось на уничтожении второго замка Годендага1234. Он начал строить третий, на последние запасы камня, но Владимир расстрелял конными лучниками его крестьян и сделал завершение строительства невозможным.

Это уже состоявшееся поражение, но это последний матч, поэтому Годендаг1234 пытается выжать максимум, не сдаваясь.

Жириновский наклонился налево и посмотрел на этого паренька лет двадцати — судя по его лицу, он очень тяжело переживает свой проигрыш.

В этот момент мимо прошёл Заболотный П. Т. собственной персоной, живая легенда, почти бессменное 1-е место всесоюзного рейтинга.

Вопреки ожиданиям, это оказался не почтенный профессор преклонных лет, а пролетарской внешности мужчина лет сорока, с лёгкой небритостью на лице, неаккуратной причёской и несколько раз отремонтированными плюсовыми очками. Одет он не по моде — в пожившую серую рубашку в чёрную клетку, а также чёрные брюки, под которые он неудачно выбрал серо-жёлтые кроссовки от днепропетровского завода «Барселона».

Жириновский с ним не контактировал, но уже слышал, что Заболотный работает на каком-то производстве, старшим техником.

Но времени отвлекаться на окружающих у Владимира нет, поэтому он полностью сфокусировался на матче. Если Годендаг1234 не желает сдаваться, то Владимиру придётся уничтожить каждого его крестьянина, а к этому нужно готовиться — он начал строить периметр из дозорных вышек, чтобы обеспечить полный контроль карты.

Эта возня с добиванием противника заняла почти двадцать минут, потому что пришлось найти каждого вражеского крестьянина, которых Годендаг1234 прятал в лесах и разных уголках карты. Но конные лучники и гусары быстры и обладают неплохим обзором, что позволило расправиться с оппонентом относительно быстро.

Матч завершился победой Жириновского, его оппонент снял наушники и от души шарахнул кулаками по столу, из-за чего из клавиатуры вылетели некоторые клавиши.

Владимир улыбнулся удовлетворённо, но затем его улыбка растаяла, так как к нему вновь подошли оператор и журналистка.

— Юлия, вы не устали тут торчать который день? — спросил он у неё.

— Нет, Владимир Вольфович, — ответила Бордовских.

— Мы-то тут понятно почему находимся — признание, деньги, желание унижать людей… — произнёс Жириновский. — А вот вы-то? Наверное, тяжело столько времени освещать подобное событие…

За остальных участников ему сказать нечего, но он здесь точно не за признанием и деньгами.

— Вовсе нет! — ответила журналистка. — Это очень необычный и интересный опыт! Можем начинать писать?

— Секунду… — сказал Жириновский, после чего встал с кресла и поправил меховой плащ.

Этот варварского фасона плащ, надетый поверх чёрного делового костюма, смотрится дико, но, в то же время, очень уместно в таком антураже помещения.

— Пишите, — разрешил Владимир.

— Владимир Вольфович, снова здравствуйте! — приветствовала его журналистка.

— Здравствуйте, Юлия! — ответил он ей.

— Какое впечатление у вас осталось после матча? — спросила Бордовских. — Что вы скажете о тактике, выбранной вашим оппонентом?

— Я был очень приятно удивлён! — ответил Владимир. — Наконец-то хоть кто-то применил хоть что-то новое! Стратегия Годендага очень интересная — я даже ненадолго растерялся! И я думаю, это серьёзная заявка на новую моду, потому что против меня это почти сработало, а против более слабых игроков она точно будет работать очень часто, до тех пор, пока кто-нибудь не придумает более лёгкий способ противодействия.

— А чем плох ваш способ? — спросила журналистка.

— Для этого нужен очень сильный микроконтроль, а также нужно иметь сильную экономику, — ответил Жириновский. — И удача тоже нужна немалая — мне повезло, что Годендаг не смог прорваться в мою экономику, хоть и очень старался. Сумей он прорваться, ты бы брала сейчас интервью у него — он бы быстро похоронил мою экономику, а потом бы у меня закончились подразделения. У меня, только что, появилась гипотеза! Возможно, лучшим способом защиты от стратегии Годендага станет стратегия Годендага! Как в народе говорят? Против лома нет приёма, если нет другого лома!

— Вы считаете, что игровое сообщество возьмёт эту стратегию на вооружение? — спросила Бордовских.

— Я буду сильно и неприятно удивлён, если не возьмёт, — ответил Владимир. — Это первое по-настоящему интересное, что произошло за всё время турнира! Я обращусь к телезрителям? Телезритель! Если ты играешь в «Эпоху», то не сиди просто так, а начинай отработку этой стратегии! Будь раньше всех — приподними себя в рейтинге, пока другие не очухались!

Возможно, игра станет менее разнообразной, из-за того, что каждый игрок будет пытаться «отгодендагить» другого, но это, со временем, пройдёт — будут выработаны эффективные контрмеры, а потом игрокам станет не очень интересно.

— Спасибо, Владимир Вольфович, — поблагодарила Жириновского журналистка.

Она, позвав с собой оператора, направилась искать Годендага, а Владимир пошёл в точку питания.

— А мы ведь можем встретиться в четвертьфинале… — произнёс сидящий за одним из столиков Величко.

— Я надеюсь на это! — ответил ему Жириновский, подошедший к прилавку. — Минералку, пожалуйста.

— Да, конечно, Владимир Вольфович, — сказала продавщица. — Две копейки.

Получив полулитровую бутылку минералки «Серноводская», Жириновский подсел к бывшему министру.

— Я уж подумал, что ты сплохуешь, — поделился с ним Владимир Макарович. — Этот Годендаг — очень крепкий игрок. Мышление неординарное, самообладание отличное, и упорства не занимать.

— Такими годендагами я в Афгане за завтраком рот вытирал, — ответил на это Жириновский. — Но, да, крепкий и неординарный. Только проигрывать совсем не умеет.

Он сам тоже не умеет проигрывать и очень злится, не желая принимать результаты неудачных матчей, поэтому ему прекрасно понятна и знакома реакция Годендага.

— Как думаешь, стоит пробовать его наработку? — спросил Величко.

— На этом турнире? — уточнил Владимир. — Нет, точно нет. Надо обкатать, посмотреть, как другие реагируют — да и времени уже мало…

— … и против тебя не поможет, — добавил Величко и усмехнулся. — Да, тут ты прав, Владимир Вольфович.

Теперь им нужно ждать, пока оставшиеся игроки доиграют свои матчи.

Заболотный расправился со своим противником раньше всех, поэтому лежит сейчас на диване и потягивает молочный коктейль через трубочку, но есть ещё две пары игроков, которые продолжают биться.

— А как ты с работой решил? — спросил Величко.

— Неоплачиваемый отпуск взял, — ответил Жириновский. — Врио сейчас Джорджиев — президент на три дня.

Адьян Арсланович Джорджиев — это председатель Верховного Совета СССР, который, по протоколу, становится врио президента СССР, в случае, если избранный президент умер, ранен, болеет или в отпуске.

Турнир Владимир пропустить никак не мог, поэтому вышел в отпуск — это не понравилось никому в аппарате правительства, но ему плевать.

«Никто от этого не помрёт», — подумал он. — «И я тоже гражданин Советского Союза, поэтому имею право на неоплачиваемый отпуск».

Джорджиев, нардеп от Калмыцкой АССР, избранный председателем, уже заступал врио президента, в прошлом году, когда у Жириновского был отпуск, поэтому он уже знает, что делать, а чего не делать.

Выпив минералку, Жириновский испытал позыв и направился в туалет, сразу же заметив движение охранения.

Ему невольно вспомнилось недавнее событие — Гаськов сообщил, что на МКАДе была перехвачена пассажирская «Газель», в которой ехали трое злоумышленников, вооружённых самодельным огнестрельным оружием.

Экспресс-допрос позволил узнать, что они собирались посетить ВДНХ, павильон «Космос», чтобы подгадать выход Владимира и расстрелять его за «преступления против советского народа», прежде чем он успеет сесть в свой бронелимузин.

Это были дилетанты, которые теперь уедут далеко и надолго, но они разглядели возможность — в Доме Правительства или дома Жириновского достать почти невозможно, поэтому такой шанс выпадает один раз в десятилетие…

Желающих убить его всё ещё хватает, несмотря на то, сколько времени уже прошло. Некоторые до сих пор не могут простить ему, что у них была возможность резко изменить свою жизнь, стать богатым, влиятельным и уважаемым, через кооперативы, схемы или криминал, пусть и за счёт других, пусть и нечестно.

«Они никогда не успокоятся», — подумал Владимир с сожалением. — «Обиды прощать очень тяжело, а кто-то этого вообще не умеет».

— Заболотный — самый опасный, — произнёс Величко. — Но есть ещё и Пятачок. Если этих двоих пройду…

— Двоих не придётся, — ответил на это Жириновский. — Смотри на табло.

А на табло высветилось обновление результатов — Пятачок79 выиграл своего оппонента, довольно известного в игровой среде игрока Шило060164. Далее произошло обновление на четвертьфинал и Пятачка выставили против Заболотного.

Жириновский будет играть против Мордвина_777, а Величко придётся биться против Снежинки98.

— Только что турнир стал вдвое легче, — с облегчением произнёс Величко. — Слишком стар я для такой конкурентной игры. Больше в турнирах участвовать не буду.

— Как знаешь, Владимир Макарович, — ответил на это Жириновский. — Не знаю насчёт тебя, а я только начал. Вживую играть гораздо интереснее.

Ему понравился формат турниров тем, что можно увидеть реакцию оппонента на поражение — это доставляет ему ни с чем не сравнимое удовольствие.

Примечания:

1 — ППД и ПВД — если ты, уважаемый читатель, ещё не знаешь или уже забыл, то ППД — это пункт постоянной дислокации, а ПВД — это пункт временной дислокации.

*СССР, РСФСР, Москва, ВДНХ, павильон № 34 «Космос», 12 июня 2000 года*

— Ты точно не устал, Володь? — с беспокойством спросила Галина.

— Я в порядке! — ответил ей Жириновский и впился зубами в кебаб.

Сегодня его поддерживает жена, взявшая отгул на работе — он вышел в полуфинал и теперь всё очень серьёзно.

Вчера он сравнительно легко развалил Мордвина_777, а меньше пяти минут назад он, с трудом, одолел Антагониста, занимающего 10-е место во всесоюзном рейтинге.

В полуфинал вышли четверо: Снежинка98, Заболотный П. Т., 1_Рангарёк, а также Убийца_Слабых.

Величко вчера обидно проиграл Снежинке98 — эта девушка примерно двадцати пяти лет, во внешности которой ничего не указывает на склонность к стратегиям реального времени, в последнем матче сумела обмануть старика и применить импровизированный годендаг.

Снежинка начала строить очень правдоподобный экономический ордер, дождалась прибытия вражеского конного разведчика, а затем начала гонять его своим разведчиком, отвлекая внимание Величко.

Пока разведчики бегали, Снежинка отменила ордер и перешла к реализации годендага, чего Величко уже не увидел.

Он около семи минут готовился к классическому матчу, а разведчиком больше искал святыни, очень нужные саксам для превосходства в поздних эпохах.

И он очень сильно удивился, когда к его базе вышел отряд пиктских раскрашенных воинов, создаваемых исключительно в замках.

Армии у него практически не было, поэтому раскрашенные воины вырезали ему крестьян и Величко был вынужден заявить о капитуляции.

Распорядители даже внесли этот матч в список лучших матчей турнира — поворот стал очень неожиданным, ведь бывший министр тяжпрома СССР считался одним из фаворитов…

«Молодёжь…» — подумал Жириновский, жуя кебаб и запивая его лимонадом. — «Применила рискованную стратегию, которую ещё никто, кроме Годендага, не проверял, и обыграла старика».

На сцене, расположенной за площадкой для состязаний, отплясывает свою постановку хореографический ансамбль «Зоренька», которому аккомпанирует группа «Хуун-Хуур-Ту», знаменитая своим горловым пением.

Исполнители «Зореньки» одеты в наряды, стилизованные под гуннские, в представлении специалистов по костюмам — много кожи, меха, остроголовые головные уборы, кожаные шлемы с конскими хвостами и так далее.

Постановку, как сообщил Жириновскому интересующийся таким Величко, разработали специально под турнир и автором является Юрий Яничкин, основатель и худрук ансамбля.

Музыканты играют на морин хуурах, варганах и бубнах, а усатый вокалист тувинской группы исполняет горловое пение.

Жириновский, невольно, засмотрелся и заслушался.

«Нет доказательств, что у гуннов было горловое пение и такие музыкальные инструменты», — подумал он. — «Но звучит очень красиво и атмосферно».

Зрители, пришедшие посмотреть на полуфинал и финал, полностью переключили своё внимание на выступление, погрузившись в невербальное повествование.

«Что-то о тоске гуннского воина по покинутым кочевьям, вроде бы», — припомнил Жириновский объяснение Величко.

Но постановка, к сожалению Владимира, закончилась, и на табло появились псевдонимы полуфиналистов: Жириновский будет биться против 1_Рагнарёка, а Заболотный будет биться против Снежинки98.

«Повезло, что не выпал Заболотный», — подумал Владимир. — «Размочалю Рагнарёка, как Тузик грелку».

1_Рагнарёк никогда не побеждал Жириновского, несмотря на то, что они часто встречались в рейтинговых матчах. Они постоянно борются за 8-е место во всесоюзном рейтинге, каждый раз вырывая эту позицию друг у друга.

Владимир мог бы уже давно занимать 3-е или 4-е место в рейтинге, будь у него больше свободного времени. Раньше, когда он был обычным начальником Управления инноваций ГКО СССР, времени было гораздо больше и он играл очень часто. Но сейчас он играет в сутки ровно столько матчей, сколько нужно для удержания позиции.

А 1_Рагнарёк, как он понял, выкладывается на полную, играя больше матчей в сутки и беря упорством.

— Всё, пора, — сказал Жириновский и положил недоеденный кебаб в тарелку. — Доем, как закончу.

— Удачи, Володь, — пожелала ему Галина.

— Удача мне не понадобится, Галя, — ответил ей Владимир. — Но спасибо.

Все четверо игроков заняли свои компьютеры.

Владимир сразу же выбрал поздних римлян — он выбирает их, вне зависимости от того, что выбирают его противники. Связано это с тем, что у него есть ещё четыре серьёзные заготовки, о которых не знает никто.

1_Рагнарёк выбрал франков, за которых играет весь турнир. Очевидно, что он оттачивал игру именно за них и все имеющиеся стратегии у него относятся только к франкам.

Только вот Жириновский, сыгравший за франков почти десяток матчей в рейтинге, не нашёл их интересными. Играть, конечно, можно, но у них нет ничего, что сильно отличало бы их от других германских племён.

— Полуфинал, товарищи зрители и телезрители! — провозгласил Сергей Погосян, ведущий турнира. — Матчи будут проводиться в формате «Лучший из пяти», что позволит нам ещё точнее определять мастерство игроков! До начала матчей осталось сорок секунд! Тридцать! Двадцать! Десять! Пять, четыре, три, два, один! Да начнутся поединки!

Жириновский не стал медлить и сразу же направил конного разведчика на поиск противника, параллельно выстраивая свой экономический ордер — его целью является Эпоха замков, в которой открывается возможность строить акведук, увеличивающий скорость работы подсоединённых к нему ферм на 30% и дающий бонус в виде 10 единиц золота в минуту от каждой подсоединённой фермы. А если открыть исследование «Латифундии», то бонус золота увеличится до 20 единиц.

Одна беда у акведуков — их строительство стоит камня, а камень, почти всегда, выгоднее потратить на строительство ратуш и замков. Ратуша — это ускорение производства крестьян, а замки — это лучшая защита территории и уникальные подразделения.

Но у Жириновского есть план, который он выработал за неделю до турнира — он хорошо умеет считать и сопоставлять факты, поэтому ему открылось, что в Имперской эпохе легионеры-комитаты стоят втрое больше еды и вдвое больше золота, а акведуки, как раз, ускоряют производство еды и дают золото.

Всё это лежало на поверхности, поэтому об этом знают все, но испытание механики показало, что реализовать её не получится, так как противник будет строить дополнительные ратуши и замки, пока ты будешь тратить драгоценный камень на нечто, что полноценно окупится только в последней эпохе.

А Владимир всё посчитал и понял, что разработчики сбалансировали всё нормально и механика не бесполезна. Нужно лишь правильно выстроить экономический ордер, поставить акведук длиной в 10 клеток, разместить вокруг него 20 ферм и твоя экономика станет просто несокрушимой…

Присоединение ферм к акведукам — это историческая неточность, потому что древние римляне не применяли акведуки для ирригации полей. Для ирригации у них были специальные каналы, дамбы и цистерны для сбора дождевой воды. Но это игровая условность, нужная, чтобы не усложнять напрасно и без того непростую механику. А может, разработчики просто не знают о назначении акведуков.

«Сейчас я исторически неточно расколупаю франков», — подумал Жириновский и криво усмехнулся.

Это лишь первый матч из пяти возможных, но если победить в трёх матчах подряд, то на этом всё и закончится. Владимир рассчитывает на три победы подряд, чтобы сохранить силы для финала.

1_Рагнарёк не стал пытаться выиграть Жириновского экономически, потому что все уже поняли, что Владимир является лучшим «экономистом», и сразу же перешёл к агрессии, прямо с Феодальной эпохи.

Итогом пятиминутки агрессии оппонента стала потеря троих крестьян Владимиром, но он тоже не сидел, терпя ущерб, а сумел подловить одного вражеского крестьянина, строившего дозорную вышку для наблюдения за вражеской базой.

Дозорную вышку Жириновский, в итоге, спалил дотла, а затем оппонент взял паузу и начал готовить что-то ещё, пока экономика Владимира строилась.

Утешительная особенность акведуков состоит в том, что они дают слабый бонус с самого начала, который менее выгоден, чем дополнительная ратуша или замок на стратегически выгодной позиции — то есть, в ранних эпохах их строительство не совсем напрасно.

В Имперской эпохе у франков есть очень хорошее исследование — «Кавалерия Каролингов», увеличивающая броню в ближнем и дальнем бою, а также дающая 20 единиц здоровья тяжёлой кавалерии.

Похожее исследование есть и в Имперской эпохе лангобардов, правда, называется оно «Кавалерия лангобардов» — вместо брони и здоровья оно даёт более высокие скорость и урон тяжёлых всадников.

Оба этих исследования свидетельствуют о том, что разработчики тщательно изучали историю этих народов. Жириновскому известно, что кавалерия Каролингов берёт истоки из кавалерии лангобардов, так как Карл Великий высоко оценил мощь лангобардских всадников, во время кампании по завоеванию Италии. Но он не стал слепо копировать концепцию, а улучшил её, заложив, тем самым, основу для рыцарской кавалерии будущего.

1_Рагнарёк, судя по всему, сменил тактику и теперь будет уповать на грубую силу тяжёлой кавалерии — у него нет другого выхода, так как агрессию он уже провалил.

«Этот матч уже за мной», — подумал Владимир с удовлетворением.

В конце концов, так и получилось: акведуки были достроены, исследование «Латифундии» завершено, а затем Владимир создал большой отряд из легионеров-комитатов и пикинёров, добавив к нему очень дорогие метательные машины, называемые скорпионами, и направил всё это на генеральное сражение под стенами базы противника.

А противник, к этому времени, сумел собрать большой отряд тяжёлой кавалерии, улучшенной до предела.

Шансы в битве были 60 на 40, в пользу франка, и он даже победил — легион Жириновского был разбит и уничтожен полностью…

«Но какой ценой?» — мысленно спросил Владимир и вслух рассмеялся.

Пока его легион героически погибал, на базе спешно формировался ещё один. И когда остатки вражеского отряда подошли к стенам Жириновского, их уже было, кому встретить.

В момент, когда погиб последний тяжёлый всадник, 1_Рагнарёк сдался.

— Хе-хе! — довольно хохотнул Жириновский и сразу же открыл статистику матча.

*США, округ Колумбия, город Вашингтон, Белый дом, Овальный кабинет, 12 июня 2000 года*

Билл Клинтон отодвинул шторку и посмотрел на демонстрантов, после чего на его лице появилась болезненная гримаса.

Протесты достигли уже совершенно неадекватного уровня — многие десятки тысяч людей на улицах сотен городов.

В Нью-Йорке, в связи с этим, начались беспорядки, для подавления которых пришлось вводить Национальную гвардию.

Негры требуют прекратить ущемление их прав, индейцы требуют дополнительных прав и собственного представительства в Конгрессе, как у национальных республик в СССР, а феминистки и гомосексуалисты требуют, чтобы им давали рабочие места и прекратили ущемлять.

Но это оппортунисты, присоединившиеся к антивоенным протестам белых людей. Отдельно все эти меньшинства можно было бы сравнительно легко и дёшево подавить, но в совокупности, увы, всё это имеет слишком большой масштаб.

— В этом есть след коммунистов? — спросил Клинтон, задвинув шторку.

— Таких следов нами не обнаружено, — ответил Луис Фри, директор ФБР. — Антивоенные протесты напрямую связаны с людскими потерями в Ираке.

Клинтон посмотрел на Джорджа Тенета, директора ЦРУ.

— КГБ и ГРУ уже давно прекратили прямую подрывную деятельность на территории США, — ответил тот на немой вопрос президента. — Перевербованная агентура не получает никаких инструкций от своих советских кураторов. Известные нам сведения подтверждают слова директора Фри.

— А мы можем как-то правдоподобно обосновать, что эти беспорядки — это дело рук коммунистов? — спросил Билл Клинтон, переведя взгляд на госсекретаря Мадлен Олбрайт.

— Это будет иметь больше негативных последствий, чем позитивных, — опередил её Збигнев Бжезинский, к мнению которого Клинтон всегда прислушивается. — Мы не можем отменить факт безвозвратной потери 11 тысяч американских солдат и возвращения в Штаты 14 тысяч калек. Лучшая тактика, в настоящий момент: правдоподобное отрицание высоких потерь.

Хуже всего для Клинтона, в этой ситуации, даже не убитые, которые вечно молчат, а раненые и покалеченные, возвращающиеся в страну и активно открывающие свои рты.

— Поддерживаю, — сказала Мадлен Олбрайт. — Если мы попытаемся свалить вину на коммунистов, то это будет выглядеть нелепо.

— Считаю, что нам нужно сфокусироваться на потерях врага, — поделился мнением генерал Хью Шелтон, председатель Объединённого комитета начальников штабов. — Мы знаем примерное значение — не менее 60 тысяч убитых иракских солдат.

— Соотношение 1 к 6 — это не то, чего ждут налогоплательщики, на чьи деньги строилась вся эта высокотехнологичная армия, — возразила Олбрайт. — Это тоже будет выглядеть нелепо — десятилетиями мы говорили им, что наша армия способна сокрушать любого противника быстро и без тяжёлых потерь. А на поверку, всё, что мы можем предложить — это 1 к 6.

— Но СМИ говорят о сотнях тысяч убитых, госпожа госсекретарь, — парировал её контраргумент Бжезинский. — Нам нужно лишь поддержать этот миф. Если мы будем правдоподобно отрицать наши потери и завышать вражеские, то можно, постепенно, сместить фокус на потери Ирака. А ещё, очень желательно сформировать мнение, что дело не нашей армии, а в том, что такова современная война.

— То, что такова современная война — это не пропагандистский трюк, а действительность, — сказал на это генерал Шелтон. — Все войны будущего будут именно такими — с массовым применением высокоточного оружия и прочих военных инноваций.

Клинтон задумался об этом.

Война, действительно, изменилась и больше никогда не будет прежней.

Около двух месяцев назад он присутствовал на сравнительных испытаниях отечественного бронежилета PASGT и советского бронежилета 6Б5–12. PASGT показал себя крайне отвратительно — он не удерживает даже мощные пистолетные калибры, тогда как 6Б5–12 удерживает стандартную пулю 5,56×45 миллиметров, на расстоянии от 10 метров.

Все солдаты Иракской армии носят бронежилеты 6Б5–12, переданные СССР, армия которого уже давно ими не пользуется, так как массово применяет более новые бронежилеты 6Б10.

Образцы нового советского бронежилета ЦРУ добыло ещё в прошлом году и испытания показали, что центральная бронеплита удерживает бронебойную пулю калибра 5,56 миллиметров на расстоянии от 10 метров.

Но бронежилет PASGT и не проектировался для противодействия промежуточным патронам, поэтому к нему нет особых претензий. Зато претензии есть к Министерству обороны США, которое не уследило за изменениями в оснащении Советской армии и теперь у коммунистов есть преимущество на поле боя.

«Да даже у Иракской армии сейчас есть преимущество на поле боя», — подумал Клинтон с раздражением.

Он вообще не понимает, почему это именно его проблема и почему он должен водить военных за руку и тыкать пальцем во все замеченные проблемы.

В процессе разбирательств выяснилось, что отставание есть, но не критическое, так как разработана временная мера — ISAPO, (1) повышающая защиту от пуль, до завершения разработки нового бронежилета, (2) серийное производство которого уже началось и только набирает обороты.

В конце концов, проблему с бронированием солдат решат, но есть один неустранимый недостаток — советские противопульные бронепластины лучше.

Судя по всему, СССР занимается исследованиями в этой сфере уже очень давно, больше 10 лет, поэтому качество их керамических бронепластин лучше — они легче, более стойки к повреждениям, а ещё их производят массово.

Но хуже то, что армия СССР переходит на массовое снабжение пассивными экзоскелетами, которые всегда казались Клинтону какой-то профанацией от начитавшихся Хайнлайна идиотов.

Только вот экзоскелеты применяются ими уже давно, у них накоплен большой опыт в их эксплуатации, и их эффективность доказана в деле — по итогам Афгано-пакистанской войны, ставшей катастрофой для США, всё уже было понятно.

А теперь, в идущей сейчас операции «Трепет пустыни», Минобороны всё поняло окончательно, поэтому разработка аналога экзоскелета форсирована и на неё выделены дополнительные 250 миллионов долларов из федерального бюджета.

Эксперты предполагают, что через несколько лет в СССР разработают более совершенную версию экзоскелета, возможно, с активными элементами, под который будет разработана новая бронезащита, более тяжёлая и стойкая к лёгкому огнестрельному оружию.

— Да, похоже, что вы правы, генерал, — признал Клинтон. — Современная война предполагает большие потери, несмотря на все предпринятые меры. Хорошо — начинайте прорабатывать смещение фокуса общественного внимания на потери Ирака и внедрение нарратива о неизбежности потерь в современной войне. Подключите к этому учёных, политологов и военных экспертов — пусть налогоплательщики получат правдоподобное объяснение происходящему.

Ему всё равно осталось очень недолго президентствовать — он уже «хромая утка», которой нежелательно принимать очень серьёзные решения, а в январе следующего года всё это перестанет быть его заботой.

Он проделал огромную работу и очень гордится ей — пусть реализовать удалось далеко не всё, пусть при нём случился кризис доткомов, из-за которого экономику сейчас лихорадит, но он в этом не виноват.

Часть предвыборных обещаний выполнена, скандал с Левински улажен и больше не вспоминается, поэтому ему уже можно выдыхать и расслабляться.

«Джеффри снова приглашает меня на свой остров», — вспомнил Клинтон. — «Он обещает устроить что-то очень необычное. Возможно, через несколько недель…»

*СССР, РСФСР, Москва, ВДНХ, павильон № 34 «Космос», 13 июня 2000 года*

Жириновский достал из кармана носовой платок и вытер пот со лба.

Из-за ряда организационных просчётов и непредсказуемости результатов матчей, финал перенесли на отдельный день, так как было видно, что финалисты слишком утомлены и уже точно не покажут пиковую форму.

Специально для финалистов, в центре зала поставили медленно крутящуюся платформу — зал перестроили за одну ночь, превратив его в арену для двоих.

Заболотный П. Т. вчера аннигилировал Снежинку98, подтвердив статус лидера рейтинговых матчей.

А за последние четыре часа он забрал 3 из 7 матчей. Жириновский, правда, тоже забрал 3 матча, поэтому сейчас решается исход турнира.

Трансляция ведётся не только на СССР, но и на все союзные страны — это событие стало беспрецедентным по популярности, во многом благодаря тому, что до финала добрался Жириновский.

Опросы телезрителей, о результатах которых он узнал вчера от Штерна, показывают, что если бы Владимир вылетел рано, то очень многие бы перестали смотреть турнир.

«Меня все любят…» — подумал Жириновский, отражая налёт вражеских гусар на секцию акведука. — «Ну, почти все…»

Уничтожив отряд из шести всадников пикинёрами, он облегчённо выдохнул и направил часть сил на блокировку пролома в стене.

Владимир уже несколько раз мысленно воздал хвалу разработчикам, что они исключили пороховые подразделения, хотя легко можно было объяснить это игровыми условностями и прочим.

Будь у противника пороховая артиллерия, акведуки защитить было бы практически невозможно. Хотя требушеты разработчики, всё же, ввели, несмотря на то, что во время Великого переселения народов не было ничего подобного.

«И гусары — это тоже анахронизм, и алебарды, и арбалетчики — здесь игровая условность на игровой условности», — подумал Жириновский, отправляя легионеров-комитатов на штурм золотого рудника.

Он играет за поздних римлян, как и планировал, а Заболотный выбрал маркоманнов, сильно недооценённый народ, раскрывшийся на этом турнире именно в руках Заболотного.

Рудник, тем временем, был полностью зачищен, а брошенный на его защиту отряд арбалетчиков и гусар разбит, но общая тенденция этого матча сильно не нравилась Жириновскому.

Заболотный оправдал худшие его ожидания — это ни в чём не уступающий Жириновскому «экономист», стратег с очень развитым пространственно-временным мышлением, который с такой же тщательностью, что и сам Жириновский, изучил все имеющиеся цивилизации.

Возможно, Заболотному уже известно, что именно делает Жириновский, поэтому происходящее сейчас — это начало конца…

Другие игроки, сталкивавшиеся с Заболотным, наверняка, не заметили одну деталь, которую заметил Жириновский. Заболотный вообще не совершает ошибок. У него случаются незначительные и простительные огрехи, но ошибки — ни одной.

Владимир тоже не совершает ошибок, но на то он и президент СССР…

Матч шёл дальше, а ситуация, для Жириновского, становилась всё хуже и хуже.

Он начал заготавливать отряд конных лучников, которые у римлян крайне паршивые, для рейда на вражескую базу, но тут произошёл удачный прорыв вражеских гусар, которые пусть и погибли очень быстро, но открыли путь для других войск Заболотного.

Это уже поражение, Владимир всё прекрасно понял, но он не из тех, кто легко сдаётся, поэтому проявил упорство и решил играть до конца.

Но это не изменило ничего — через пятнадцать минут напряжённой кровавой грызни, одна из начальных секций акведука была разрушена, приток еды и золота резко сократился, Владимир не смог создавать войска в том же объёме и вынужден был констатировать, что это конец.

— Ладно! — процедил он сквозь зубы и нажал на кнопку капитуляции.

Сняв наушники, он начал слышать оглушительный вой толпы и огляделся. А толпа воет и неистовствует.

Заболотный встал из-за стола, прошёл к Жириновскому и пожал ему руку, так крепко, как смог.

— Спасибо, Владимир Вольфович! — поблагодарил он его. — Я не встречал никого опаснее, чем вы!

— Да, тебе тоже спасибо! — поблагодарил его Жириновский в ответ. — Прекрасная игра!

— Владимир Вольфович! — воскликнула подлетевшая к ним Юлия Бордовских. — Владимир Вольфович! Что вы можете сказать о прошедшем матче⁈

— Поиздеваться ко мне подошла, Юлия⁈ — раздражённо спросил её Владимир.

— Это великий финал великого турнира!!! — раздался вопль распорядителя. — Уважаемые зрители и телезрители! Сегодня великий день, ведь мы своими глазами увидели непримиримую борьбу двоих лучших игроков в мире! Запомните этот день!!! Он уже вошёл в историю, как и оба кибергладиатора, давшие нам столько зрелища, что хлеба уже и не надо!!!

Примечания:

1 — ISAPO — аббревиатура расшифровывается как Interim Small Arms Protective Overvest — то есть, «временный защитный жилет для стрелкового оружия» — это временное решение, выработанное в 1996 году, после осмысления итогов операции «Буря в пустыне» — оказалось, что противопульная защита, всё-таки, нужна, причём уже сегодня, а лучше вчера. Этот эрзац представлял собой подсумок с двумя керамическими пластинами, способными уверенно удержать винтовочную пулю, прикрепляемый к бронежилету PASGT. Общая масса конструкции составила 11,3 килограммов, а солдатская жизнь и без того несладкая, поэтому модификация не снискала любви среди личного состава и подверглась обоснованной критике. Нужно было это изделие для закрытия бреши до принятия на вооружение бронежилета Interceptor, но о нём далее.

2 — Interceptor — также известен, как бронежилет OTV из комплекта IBA — Interceptor Multi-Threat Body Armor System — принято называть штатный бронежилет Интерцептором, но корректно называть его OTV, то есть, «тактическим жилетом». По сути, OTV — это противоосколочный жилет, в который вставляются противопульные бронепластины, что повышает шансы носителя на выживание под обстрелом. Разработали этот комплект сравнительно быстро, потому что армия очень хотела поскорее закрыть обнаруженную уязвимость. Разработка была завершена в 1998 году, первые партии начали поступать в действующие войска в 1999 году, но полная замена PASGT произошла в период 2001–2003 годов. Этот комплект, в целом, существенно повысил индивидуальную защищённость американских военнослужащих, но в ходе активной эксплуатации в Ираке и Афганистане выяснилось, что имеются в нём слабые места, попадание в которые нередко приводит к летальным последствиям, поэтому в 2007 году Интерцептор начали заменять IOTV, в полной комплектации весящим 15,8 килограммов, а КМП США получил комплект MTV, в полной комплектации весящий около 14 килограммов. То есть, американским военным, получившим ранее освещённый ISAPO, просто не с чем было сравнивать.

*СССР, РСФСР, Москва, Остров, Дом Правительства СССР, 16 июня 2000 года*

Владимир вновь перевёл взгляд на стеклянную коробочку, стоящую на полке книжного шкафа — в коробочке зафиксирован серебряный лавровый венок, который вручили ему, как занявшему второе место.

Организаторы попытались всучить ему какой-то гран-при, непонятно за что, по привычке боясь гнева верховного руководства, но Жириновский отказался от всего, кроме того, что он заслужил.

А этот венок радует ему глаза, потому что он унизил и уничтожил очень многих, чтобы получить его…

И он заслужил его, поэтому он в тысячу раз ценнее всех этих наград, которые ему вручали в разных странах, просто потому, что он президент СССР и его обязательно надо уважить.

«Я почти выиграл в сложнейшем турнире и получил этот серебряный венок в борьбе», — подумал Жириновский. — «Заболотный — он, конечно, подонок, но заслужил свой золотой венок».

Сейчас у Заболотного идёт череда интервью на ЦТ — к президенту просто так не подступиться, особенно после того, как в его аппарате начали требовать, чтобы никто особо не лез с расспросами, а вот Заболотный сравнительно легкодоступен и совсем не против понежиться в лучах славы.

— Пу-пу-пу… — издал Жириновский, а затем посмотрел на улыбающегося Орлова, сидящего напротив. — Чего скалишься, Гена?

— Да смотрю на тебя и вижу, что ты чем-то недоволен, — ответил тот. — Считаешь, что это ты должен был занять первое место?

— Нет, не считаю, что я должен был, — покачав головой, сказал Жириновский. — Но я считаю, что мог бы. И тогда золотой лавровый венок находился бы вон в той коробочке, а не на башке у Заболотного! Этот мерзавец ведь чуть ли не спит в нём! А всё потому, что на нём практически написано: «Я победил Жириновского!»

— Мне кажется, ты драматизируешь, — поделился мнением Геннадий. — По крайней мере, ты получил 150 тысяч рублей…

Приз за второе место, официально, равен 200 тысячам, но 25% забрали налогом, который Жириновский заплатил, как и все.

— Да к чертям эти 150 тысяч! — воскликнул он. — Они уже уехали — нет их! А я мог победить — ноздря в ноздрю шли!

Весь выигрыш он, как обычно, отправил на поддержку всё ещё существующих детских домов — численность воспитанников в них падает с каждым годом, по причине реализации программы усыновления, да и помощь не требуется, ввиду достаточности финансирования, но Владимир упорно продолжает слать деньги на подарки.

— Но не победил, поэтому отпусти уже это, — попросил Орлов. — Чего звал-то?

— Да просто поговорить, — ответил Жириновский. — Слышал, что пишут западные СМИ?

— Не только слышал, но и читал, — усмехнувшись, сказал Геннадий. — Говорят, что ты несерьёзный, в игрушки какие-то играешь, поэтому веры тебе нет.

— Ага… — подтвердил Владимир. — Такой вот я человек, наверное — в игрушки играю. А серьёзные люди, например, в игрушки не играют — у них всё серьёзно. Недавно подтвердились данные о потерях США в Ираке, кстати говоря. 11–13 тысяч человек убитыми.

— Ничего себе! — воскликнул Орлов.

— Ах, да, тебе же не докладывают… — произнёс Жириновский. — Ну, теперь будешь знать — мы уже превысили все целевые рубежи и теперь нужно задавать новые. Правда, Коалиция стала заметно ближе к Багдаду…

В Ираке дела идут не плохо, но и не хорошо, потому что наступление, отнимающее жизни у тысяч американцев, продолжается прежними темпами, города падают, один за другим, каждый — после героической обороны до последнего солдата, а война идёт и близится к закономерному финалу.

— Это же отлично, что они потеряли так много за такой короткий срок! — сказал Геннадий с возросшим энтузиазмом. — Багдад же укреплён гораздо лучше, чем остальные города…

— Лучше, чем Зееловские высоты и Берлин, — подтвердил Владимир. — Поэтому-то мы ожидаем, что битва за Багдад будет идти очень долго.

Без взятия Багдада под контроль, силы Коалиции не могут сказать, что выполнили все поставленные цели, а режим Хусейнов свергнут.

Население из города спешно эвакуируется — кого-то везут дальше на север, а кого-то вывозят в Сирию, в многочисленные лагеря для беженцев.

— Даже если американцы совершат подвиг и возьмут Багдад, на этом ничего не кончится — сам знаешь, — добавил Жириновский.

Под столицей находится второй Багдад, над которым почти десять лет трудились советские метростроевцы. На строительстве «метро» Багдада работали одновременно сорок бригад, в распоряжении которых было 19 тоннелепроходческих комплексов, работавших практически непрерывно.

Каждый комплекс проходил по 180–200 метров в сутки, создавая тоннели диаметром 5 метров. Это передовые изделия, созданные советскими конструкторами специально для военных задач — в Союзе сейчас работают сразу 24 таких комплекса, денно и нощно прокладывающих тоннели под крупными городами.

Если сравнивать с остальным миром, то у Советского Союза идёт самое масштабное подземное строительство — это беспрецедентно, и остальной мир очень сильно отстаёт в этой отрасли.

«Могли бы, действительно, построить в Багдаде метро…» — подумал Владимир. — «Но из-за этих мерзких подонков и гнусных гомосексуалистов, решивших поиграть в маленькую и победоносную войнушку, пришлось рыть сотни километров тоннелей военного назначения».

В этих тоннелях, действительно, положены рельсы, но метро по этим рельсам не ходит — по ним ходят грузовые составы, быстро перемещающие десятки тонн военных грузов и людей.

Ещё туда эвакуировали часть мирного населения, не пожелавшего уходить на север или в Сирию — там обитает сейчас около 110 тысяч человек.

Это было осознанное решение иракского и советского руководств, так как очень нужно узнать, как ведут себя массы людей в условиях оборудованных для постоянного пребывания подземелий — это очень ценный опыт, который не получить просто так.

Самое главное отличие тоннелей Багдада от тоннелей других городов — это почти полная неуязвимость к противобункерным бомбам.

Американская GBU-28 пробивает до 30 метров грунта, а основная масса тоннелей проходит на глубине свыше 40 метров, поэтому имеющиеся у США средства неспособны нанести критический ущерб подземной инфраструктуре Багдада.

— На Багдаде ничего не кончится, — согласился Орлов. — Но дальше будет хуже.

— А мы ещё посмотрим, хватит ли у следующего президента политической воли продолжать эту войну, — ответил на это Жириновский. — Будь я на месте американцев — уже бы вывел войска и принял позор. Просто из рациональных соображений — с каждым днём тяжесть позора растёт, поэтому лучше зафиксировать и принять его, пока он не раздулся до колоссальных масштабов.

— Они вложили в это слишком много, — возразил Орлов. — Очень непросто признать, что десятки миллиардов долларов потрачены ради получения урона международной репутации. Это политическая смерть для любого президента.

— Посмотрим, что сделает Клинтон, — произнёс Владимир.

Штурм Багдада, если Коалиция решится на него, будет ещё при Клинтоне — ему президентствовать до января следующего года.

Жириновский надеется, что штурм состоится, так как именно в Багдаде можно удвоить потери Коалиции, а если очень повезёт, то утроить, в кратчайшие сроки.

Никто ведь ещё не знает, что Иракская армия способна перебрасывать по тоннелям не просто личный состав, а бронетехнику — танки возить проблематично, из-за ограничений по массе и габаритам, но вот БМП-½, БТР-60/70/80/82, МТ-ЛБ и прочие виды техники — запросто.

И бронетехники в тоннелях очень много — сотни машин ждут своего часа в тупиковых тоннелях, с полными боекомплектами и закреплёнными экипажами…

— Но не будем об этом — пройдёт не так много времени и всё выяснится, — сказал Жириновский. — Как идёт подготовка? И какого чёрта ты вообще в городе? Я думал, что у тебя непрерывный курс.

— Пришлось сделать перерыв, из-за Эдуардыча, — ответил Геннадий. — Я ему срочно понадобился по тематике «Ифрита». А подготовка… Да нормально проходит — по графику.

— И это здорово, — произнёс Владимир. — Запуск будет освещаться во всех СМИ, по всему миру, поэтому готовься стать знаменитостью мирового масштаба. Ты далеко не Гагарин, конечно, но будешь первым из нас, кто побывает в космосе. Расскажешь потом, как там, на орбите…

— Обязательно расскажу, — улыбнувшись, пообещал Орлов.

Он летит туда не только ради самого факта полёта, но и ради работы — ему предстоит поработать в производственных модулях, к чему его и готовят в космическом центре.

На станции «Мир-2» работают все, потому что стране нужны полупроводники, аморфные металлы, оптические кристаллы и фармакологические препараты — чем больше, тем лучше.

Тяжёлый рабочий график экипажа вынуждает ГКО идти на радикальные шаги — к концу этого года на орбиту будет поднят модуль «Биосфера-2», который должен будет заменить действующую «Биосферу».

Новый жилой модуль будет вмещать 12 человек, что позволит снизить нагрузку на экипаж и сделать работу комфортной.

Старый модуль заберут на «Урагане», вместе с несколькими старыми спутниками, эвакуированными «Шквалом». Масса «Биосферы» — 18 тонн, поэтому вернуть её на Землю ещё возможно, а вот «Биосфера-2» весит 54 тонны, поэтому на Землю она может вернуться только упав в Тихий океан, в зоне Кладбища космических кораблей…

«Как там, интересно, в космосе?» — задумался Жириновский.

Он сделал для станции «Мир-2» больше всех: по сути, он спас программу, когда решил не останавливать проект «Энергия-Буран», без которого всё это было невозможно. А ситуация в те времена, когда он принимал это решение, была настолько плохой, что приходилось идти на жертвы, чтобы спасти настолько дорогую программу.

Зато теперь, спустя десять лет, вся советская космическая программа начала, наконец-то, окупаться. И не просто деньгами, а вычислительными мощностями и сохранёнными жизнями, что дороже любых денег.

И ему бы очень хотелось слетать в космос, ради которого он крутился, как уж на сковороде, перераспределяя бюджет и жертвуя многим.

— Завидую я тебе, Гена, — произнёс Жириновский. — Я бы с удовольствием и сам слетал, но не получается.

*СССР, РСФСР, Москва, ТТЦ «Останкино», студия передачи «Человек. Земля. Вселенная», 2 июля 2000 года*

— Виталий Иванович, этот вопрос мне задавали уже несколько десятков раз… — произнёс Жириновский усталым тоном. — Но я отвечу, только из уважения к нашей давней дружбе. Да, буду участвовать в следующем турнире, когда бы он ни состоялся. В следующем году? Буду по первому зову.

Ажиотаж вокруг прошедшего «Великого переселения народов» до сих пор не прошёл, потому что лето скупо на новости, всех утомили вести из Ирака, где всё стабильно плохо, футбол не радует, премьеры новых фильмов уже приелись, так как их слишком много, а вот турнир по «Эпохе империй» стал грандиозным событием.

Команда Игоря зафиксировала прирост в 800 000 новых игроков, зарегистрировавшихся в игре — это результат мощнейшего пиара, полученного от сильно запомнившегося всем турнира.

В отличие от шахмат, матчи «Эпохи империй» более понятны простому обывателю, особенно если все непонятные моменты объясняет компетентный комментатор, а на турнире трудилась целая команда комментаторов из среды опытных игроков.

Виталий Севастьянов довольно улыбнулся и отпил гранатового сока из стакана.

— А ваш вызов Гарри Каспарову? — спросил он, поставив гранёный стакан на столик. — Он всё ещё в силе?

— Он принял мой вызов 30 июня, поэтому я жду, пока он освоит игру, — ответил на это Жириновский. — Отсчёт времени пошёл двое суток назад — через полгода мы встретимся. Он гениальный шахматист, несомненно, но мы ещё посмотрим, насколько он хорош в «Эпохе империй»…

Каспаров, поначалу, говорил журналистам, что у него нет времени «на детские игры», но потом передумал — возможно, решил, что это отличный способ попиариться за счёт Жириновского. Если победит — это будет дорогой пиар, а если проиграет — это будет дешёвый пиар. В любом случае, Каспаров не теряет ничего, потому что он всегда может сказать, что это «детская игрушка», не достойная внимания серьёзных людей.

А Жириновский хочет поставить этого зазнайку на место, так как тот оскорбил его любимую игру.

Месть за оскорбление ожидается сладкой на вкус, потому что Каспаров точно не понимает, как много в этой игре значит опыт.

— Но хватит об этой уже порядком опостылевшей мне теме, — попросил Жириновский. — Вы же хотели поговорить о космосе?

— Не совсем, Владимир Вольфович, — ответил Севастьянов. — Общество недавно было потрясено новинкой, поступившей в продажу по всему Союзу — ТЭП-28.

— Ах, туристический экзоскелет… — улыбнувшись, произнёс Жириновский. — Да, знаем-знаем…

КБ завода № 918 разработало гражданскую версию пассивного экзоскелета, предназначенную для туристических целей. Конструкция изменена в пользу большей эргономичности, ради чего пришлось пожертвовать максимальной разрешённой нагрузкой, которая сократилась до 35 килограммов.

Также добавлены специальные крепления на жёсткой спине экзоскелета, позволяющие крепить как туристический рюкзак, так и велосипед.

— У нас, как раз, есть доброволец, согласившийся надеть ТЭП-28, — сообщил ведущий. — Валерий Константинович, заходите!

В студию вошёл парень лет двадцати, одетый в лесной камуфляж и пассивный экзоскелет, выделяющийся ядовито-зелёным цветом и светоотражающими полосами. На спине у парня закреплён велосипед «Турист» с рамой цвета индиго.

— МВД СССР, дорогие телезрители, настоятельно рекомендует надевать светоотражающие элементы на одежду, когда вы выходите в лес, — сообщил ведущий. — Как вы видите, эта модель экзоскелета оснащается такими с завода. Валерий Константинович, попрыгайте!

Доброволец попрыгал на месте, со всё так же закреплённым велосипедом.

— Не тяжело? — спросил Севастьянов.

— Вес велосипеда чувствуется только при прыжке, — ответил Валерий. — Но при ходьбе будто вообще ничего не ощущается.

— Что вы можете рассказать нам об этой новинке, Владимир Вольфович? — спросил ведущий.

— Да что тут рассказать-то можно? — озадаченно переспросил Жириновский. — Разработано, как вы все понимаете, на базе военной модели, очень хорошо зарекомендовавшей себя у наших союзников и в Советской армии. Гражданская модель получилась хорошая, надёжная и более лёгкая, поэтому она станет хорошим подспорьем для туристов, охотников и просто любителей погулять по лесу. Кстати, раз вы напомнили мне о светоотражающих полосах…

Жириновский допил свой стакан гранатового сока.

— Раз вы напомнили мне о светоотражающих полосах, то хочу сказать уважаемым телезрителям, чтобы прислушались к мудрым словам МВД СССР, — продолжил он. — Я нередко вижу, что охотники склонны надевать армейский камуфляж и отправляться в нём на охоту. Это опасная ошибка, потому что если что-то случится, то тело потом можно не найти никогда! Никогда! Но ладно бы только это, так ведь это ещё и несусветная глупость! Почти все звери обладают острыми нюхом и слухом, поэтому учуют и услышат человека раньше, чем увидят, а это значит, что камуфляж работает только на одного зверя…

Он сделал паузу.

— И на какого же? — нарушил её Севастьянов.

— На спасателя! — сразу же ответил Жириновский. — В магазинах давно уже продаются сигнальные жилеты, сделанные специально для туристов, охотников, рыбаков и прочих любителей дикой природы. Вы не представляете, дорогие телезрители, как облегчается задача спасателей, когда на потерявшемся человеке есть такой жилет!

— А я и не задумывался об этом… — признался ведущий. — То есть, животным всё равно, что на вас надето?

— Мы не узнаем этого, пока не научим их разговаривать, — ответил Владимир. — Но я подчёркиваю, что носить камуфляж у нас не запрещено! Когда это в последний раз было, чтобы мы запрещали какую-нибудь ерунду? Камуфляж носить на охоту можно! Но крайне желательно, товарищи, надевать поверх него сигнальный жилет!

Ему принесли новый стакан с гранатовым соком.

— Благодарю вас, — поблагодарил он помощницу режиссёра и отпил из стакана. — Кхм. Итак, экзоскелеты… Это не единственная модель пассивного экзоскелета, которая поступила в продажу. Есть ещё и строительные экзоскелеты, экзоскелеты для пожилых людей, испытывающих трудности с передвижением — всё это, суть, плод труда сотен учёных и конструкторов, десятилетия отдавших за наше с вами благополучие! А мы, с нашей стороны, субсидируем эту продукцию и делаем её доступной почти для каждого гражданина Советского Союза! Больше нигде в мире не производят пассивные экзоскелеты — это наше достижение, которое на Западе пытаются скопировать! Не знаю, как вы, Виталий Иванович, а я испытываю гордость.

— Я тоже, Владимир Вольфович, — ответил ведущий.

— Давайте уже, наверное, к космосу перейдём? — спросил Жириновский. — А то всё о Земле да о Земле…

*СССР, РСФСР, Иркутская область, город Иркутск, Обувной завод № 91, 3 августа 2000 года*

— Сколько нам ещё ехать? — спросил Жириновский.

— Пять-шесть минут, — ответил сопровождающий офицер.

По тоннелю, расположенному под Обувным заводом № 91, проложена одна рельса, по которой перемещается небольшой монорельсовый поезд, предназначенный для перевозки грузов и пассажиров. Едет он медленно, со скоростью неспешно прогуливающегося человека, что вызывало у Владимира раздражение.

Виктор Штерн, Константин Гаськов, Дмитрий Язов и Борис Пуго сидят на сиденьях, а Жириновский стоит у лобового стекла вагона и смотрит в полумрак тоннеля.

Строительство подземного комплекса в Иркутске обошлось недёшево — длинный тоннель ведёт в толщу холма недалеко от города, в котором располагается секретное хранилище.

Это хранилище не в ведении Госрезерва СССР, хотя со стороны и может так показаться — оно принадлежит Министерству обороны СССР.

Наконец, спустя почти семь минут, они доехали до платформы, на которой сразу же загорелись настенные светодиодные лампы.

Сопровождающий офицер, полковник Гальцов, подошёл к считывающему устройству, встроенному в стену, провёл по нему ключ-картой, после чего тяжёлая стальная дверь утонула в стене.

Когда группа инспекторов прошла внутрь, на стенах коридора загорелись светильники, а затем отворилась дверь в конце.

А уже там, за этой дверью, начались складские помещения, в которых хранится главная тайна Советского Союза — массовые дроны-камикадзе, необходимые на случай полномасштабной войны против стран блока НАТО.

— Сколько здесь? — спросил Владимир, когда офицер остановился у письменного стола.

— 700 единиц из первой партии, товарищ президент, — ответил тот. — 100 единиц «Казарок», 200 единиц «Рисс» и 400 единиц «Олёнок». Ожидаем доставки ещё 1000 единиц к пятнице.

— Сколько всего вмещает этот склад? — спросил маршал Язов.

— Максимальный объём — 20 000 единиц БПЛА, — ответил полковник Гальцов. — Из них — 3000 «Казарок», 7000 «Рисс» и 10 000 «Олёнок».

— Значит, пополняться это хранилище будет ещё долго… — произнёс Гаськов.

— Не владею информацией об объёмах производства, товарищ генерал армии, — ответил офицер.

Серийное производство дронов-камикадзе, представленных в трёх моделях, уже началось, и первые партии поступают на секретные хранилища.

На испытаниях все три изделия показали себя просто отлично — Минобороны в восторге и настаивает на подготовке личного состава обращению с новым оружием. Но Жириновский запретил, потому что знать о таком оружии должен ограниченный круг лиц, чтобы минимизировать риск утечки. Даже их комплектующие, официально проходят как детали для гражданской авиации и производятся на десятках разных предприятий.

Уникальность этих дронов в том, что их вообще не должно было появиться так рано, поэтому они, в отличие от других видов перспективного вооружения, не будут устаревать в течение следующих 15–20 лет.

Собственно, именно поэтому все изготовленные экземпляры отправляются в стратегический резерв, на случай войны.

Американцы называют такое оружие «гейм-чейнджером» и Жириновский считает, что это оно и есть, но при условии, что будут накоплены достаточные запасы.

Целевой рубеж — 500 тысяч единиц всех моделей, в соотношении 1:2:4, то есть, «Казарка» — 71 тысяча, «Рисса» — 143 тысячи и «Олёнка» — 286 тысяч единиц.

В ГКО подсчитали, что если опустить эффект масштаба и оптимизацию производства, такой арсенал будет стоить 21,8 миллиардов рублей, что вполне посильно бюджету.

В «Олёнку» встраивается простой автопилот, стабилизирующий крен и тангаж, а также способный удерживать курс по компасу, в «Риссе» предусмотрен расширенный автопилот, с ГЛОНАСС, а вот в «Казарке» есть расширенный автопилот, ГЛОНАСС, а также инерциальная система управления. Последние два дрона имеют функцию автоматического возврата на точку запуска, а вот «Олёнку» вернуть можно только вручную.

Максимальная дальность, к сожалению, у этих дронов совсем не та, какой бы хотел Жириновский. «Олёнка» может летать на 15–17 километров, «Рисса» выполняет задачи на дистанции до 20 километров, а «Казарка» может поражать цели на дистанции до 26 километров.

Этого вполне достаточно для выполнения задачи по очистки линии боевого столкновения и прилегающей к ней зоны от живой силы и бронетехники противника.

— Автоматика работает? — спросил Жириновский. — Какая температура? Какая влажность?

Офицер прошёл к экрану, вмонтированному в стену.

— 17 градусов Цельсия, 55% влажности, — сообщил он.

— Это отлично, — кивнув, сказал Владимир. — Это правильные значения…

Экспериментально установлено, что при температуре ниже 10 градусов происходит резкое падение ёмкости и сопротивления в литий-ионных батареях, а при температуре выше 25 градусов ускоряется саморазряд и деградация батарей.

При соблюдении всех условий хранения, учёные обещают срок хранения без потери боевых качеств до 10 лет. А через 10 лет их можно заменить чем-то более совершенным.

Жириновский считает, что будет просто идеально, если эти орудия убийства доведётся списать через 10 лет и заменить новыми моделями, а через 10 лет заменить уже их — и так до бесконечности, без полномасштабного конфликта с НАТО или КНР…

— Вы за сколько складов отвечаете? — уточнил он.

— За три подобных хранилища, — ответил офицер. — Все они содержатся в образцовом порядке, товарищ президент — я лично слежу, чтобы тут не было грызунов и перепадов температур.

— Это просто великолепно, товарищ полковник, — сказал ему Жириновский. — Никогда не забывайте, что тут хранится стратегическое оружие, способное изменить ход любой войны. Если нас всех постигнет очень большая неудача и эти изделия нам срочно понадобятся, ни один экземпляр не должен подвести.

— Уверяю вас, что всё будет храниться в целости и сохранности, — заверил его офицер.

— Я вам верю, — ответил Жириновский.

*СССР, РСФСР, Москва, Остров, Дом Правительства СССР, 8 августа 2000 года*

— А что именно об этом думает армия? — поинтересовался Жириновский и опустил взгляд на образец.

В руках у него образец вооружения — АК-01, который разрабатывали почти десять лет, семь из которых разработка велась в инициативном порядке, а последние три года, когда обстановка сильно изменилась, проект стал основным для Ижмаша, в результате чего появился этот автомат.

— Армия считает, что надо принимать автомат на вооружение, — сообщил генерал армии Варенников. — Стрелковые характеристики у него лучше, чем у АК-74М, стоимость за единицу выше лишь на 57%, а масса у изделия всего 3,7 килограммов.

Жириновский взял оружие наизготовку и прицелился в фотографию, на которой он жмёт руку Ватанджару. Коллиматорный прицел у новой штурмовой винтовки штатный — «Гюрза-МК», со специальным увеличителем кратности.

На дистанции до 200 метров стрелять предполагается без увеличителя, без кратности, а на дистанциях от 200 до 400 метров можно поднять увеличитель, лежащий на полке перед коллиматором, и получить увеличение кратности 3х.

Исследования показывают, что с коллиматорными прицелами точность бойцов-срочников, при стрельбе на дистанцию в 200 метров, увеличивается, в среднем, на 50–60%, а на дистанции в 300 метров, с применением увеличителя, точность увеличивается на 60–70%.

Это стало определяющим фактором, повлиявшим на решение ГКО — какой бы автомат ни был принят на вооружение, он точно будет со штатным коллиматором с увеличителем 3х. Пусть это делает каждый автомат дороже, но у Минобороны есть основания полагать, что в будущем это станет стандартом.

Владимир сдвинул крышку на ствольной коробке и пружина резко подняла увеличитель, до этого лежавший в полной изоляции от пыли и грязи — тонкие красные линии подсвеченного прицела стали чуть больше, а улыбающаяся физиономия Жириновского на фотографии стала значительно больше.

— Хм… — хмыкнул Владимир и опустил автомат. — А вот эти финтифлюшки нужны, чтобы…

Он ткнул пальцем в крепления на цевье, под цевьём, а также поверх него.

— Да, они нужны, чтобы прикреплять дополнительные элементы, — подтвердил Михаил Калашников, стоящий рядом с министром обороны. — Лазерный целеуказатель, фонарь, ИК-излучатель, а также подствольный гранатомёт или подствольный дробовик.

— ИК-излучатель? — переспросил Жириновский.

— Это дополнительное средство, излучающее инфракрасный свет, что позволяет лучше видеть через приборы ночного видения, — объяснил Калашников.

— Это временное решение, Владимир Вольфович, — добавил Валентин Иванович Варенников. — До полноценного перехода на штатные тепловизоры, будут использоваться ПНВ предыдущего поколения, требующие ИК-подсветки.

Владимир уже много лет следит за ходом разработки индивидуальных тепловизоров для Советской армии. Из воспоминаний Директора он знает, что большая часть военных просто ещё не понимает и не может понимать, что тепловизоры можно и нужно применять не только в ночное время, но и днём, так как они позволяют обнаруживать даже тщательно замаскированного противника.

У НАТО массовыми тепловизорами ещё даже не пахнет, а всё ограничивается решениями для военной техники, а у СССР есть преимущество в виде орбитальных материалов, которые делают тепловизоры качественнее и существенно дешевле.

Уже разработан нашлемный ТПВ-4 «Фикус», с неохлаждаемой матрицей, с разрешением 384×288 пикселей, массой 1,1 килограммов, 10 часами непрерывной работы, дальностью обнаружения человека в 1400 метров и дальностью распознавания человека в 750 метров.

Стоит одна единица 18 800 рублей, что очень дорого, но бюджет такое тянет. Самое главное ведь то, что потенциальный противник точно не пойдёт на такие траты без соответствующего масштаба потрясения, поэтому у него что-то подобное появится только сильно позже, спустя десятилетие-полтора…

А если у Советской армии будут массовые тепловизоры, тогда как у армии потенциального противника не будет, то это невероятное преимущество на поле боя.

— Ладно, мне всё понятно, — сказал Жириновский, положив автомат на стол. — А что с АН-01? Я читал несколько восторженных отзывов от Генштаба и лично от вас, товарищ Варенников. Что случилось?

— АН-01 мы тоже рекомендуем к принятию на вооружение Советской армии, — ответил Валентин Иванович. — Но только для подразделений СпН, ВДВ, морской пехоты и ГСВГ. Это слишком дорогой и сложный автомат, чтобы оснащать им всю армию.

— Да, знаю, — произнёс Владимир. — Но характеристики ведь просто превосходные!

— Не оправдывают затраты, — покачав головой, сказал министр обороны. — АК-01, при массовом производстве, будет обходиться нам в 720 рублей за единицу, а АН-01 — в 2310 рублей за единицу. Следовательно, АН-01 обходится в 3,2 раза дороже, чем АК-01. Коллиматоры «Гюрза-МК» имеют себестоимость 1290 рублей за единицу, но их можно вывести за скобки, так как им автоматы будут оснащаться в любом случае.

АН-01 — это автомат, разработанный Геннадием Николаевичем Никоновым, в инициативном порядке, специально на конкурс общевойскового автомата.

— Но спецназ нуждается в этом автомате, потому что он соответствует его запросам, — добавил генерал армии Варенников.

— Значит, будем производить и оснащать, — сказал Жириновский. — Но оба этих автомата точно прошли войсковые испытания и не подведут нас в неподходящий момент?

— Разумеется, товарищ президент, — ответил министр обороны. — АК-01 превосходит АК-74М по кучности боя и соответствует ему по надёжности и простоте эксплуатации, а АН-01 превосходит оба этих автомата по кучности боя и скорострельности, незначительно уступает им по надёжности и сильно уступает по простоте эксплуатации. Если помнить, что оснащать им мы будем наиболее подготовленные подразделения, то последнее не станет существенным недостатком.

— Тогда я спокоен, — сказал Владимир. — Жаль, конечно, что с новым промежуточным патроном ничего не получилось, но что поделаешь?

Разработка перспективных боеприпасов продолжается, но так и не получено ничего адекватного — решено продолжать использовать малоимпульсный 5,45×39 миллиметров, а проблемы, которые обещают возникнуть в течение следующих десятилетий, пока что, решать с помощью НК-94М.

Карабин под патрон 6×49 миллиметров заработал авторитет в войсках — он прошивает любой бронежилет на всех боевых дистанциях, а также способен эффективно поражать бронебойными пулями многие БМП и БТР в борт. Согласно рапортам, поступающим из Ирака, силы Коалиции вынуждены «колхозить» на свои броневики самопальную навесную броню, чтобы защититься от попаданий из карабинов.

Но это больше заслуга патрона, который оказался крайне удачным и, вероятнее всего, останется в войсках на следующие 60–70 лет, если не будет изобретено чего-то фантастического.

Патрон 7,62×54 миллиметра, изобретённый ещё при царе, уже окончательно ушёл на пенсию — пусть есть огромные запасы на складах, но и их, постепенно, заменяют новым патроном.

Правда, никуда этот патрон не денется, так как им активно пользуются охотники, имеющие много оружия под этот калибр, а это значит, что окончательное исчезновение его крайне маловероятно или займёт многие десятилетия.

— Да, ничего уже не поделаешь, — согласился министр обороны.

— Всё, что ни делается, делается к лучшему, — произнёс Жириновский. — Зато мы спокойно переоснастим армию, без нервотрёпки и срочного пересмотра планов.

А ещё он планирует заработать для бюджета кое-какие деньги, так как Индия готова выкупить сотни тысяч советских АК-74М — руководство этой дружественной СССР страны настроено перейти на хорошо зарекомендовавший себя автомат и, на фоне сделки, построить у себя патронные и оружейные заводы.

Министерство внешних отношений уже заключило предварительные сделки с десятками стран, готовыми выкупить, суммарно, миллионы АК-74М, произведённые за прошедшее десятилетие.

Стоит он дешевле, чем западные аналоги, питается популярным и дешёвым патроном, характеристики у него хорошие и отвечающие требованиям массового оружия для больших армий.

А вот новый АК-01 вряд ли получит популярность, как экспортный товар — ГКО планирует назначить цену 1600 рублей за единицу, без коллиматоров, тогда как АК-74М Советский Союз готов продавать по 650 рублей за единицу. И пусть АК-74М обошёлся стране по 310 рублей за единицу, экспорт — это другое…

Денег с продажи оружия удастся выручить очень немного: жалкие десятки миллионов рублей, но и они будут заработаны не напрасно, а пойдут на развитие лёгкой промышленности в союзных государствах. А каждый завод, производящий что-то, что не придётся производить в Союзе — это высвобожденные ресурсы на что-то более важное.

— А укороченная версия для десантников и экипажей бронетехники? — спросил Жириновский.

— АК-01У, — произнёс Михаил Калашников и вытащил из ящика новый образец. — Ствол укорочен с 415 до 314 миллиметров, благодаря чему удалось сократить длину автомата, со сложенным прикладом, до 587 миллиметров, что удовлетворяет требованиям десантников и экипажей военной техники.

— Войсковые испытания прошёл вместе с основной версией, — добавил министр обороны.

— Хорошо! — удовлетворённо произнёс Жириновский, покрутив в руках автомат. — А он заметно легче — ещё лучше!

Он сделал себе зарубку на память, что надо проследить за заменой штатного оружия в бронелимузине — АК-74М больше не удовлетворяет его возросшим требованиям и ему нужны АН-01 и АК-01У.

— Я увидел и услышал то, что нужно, — произнёс Жириновский, вернув образец конструктору-оружейнику. — Товарищ Калашников — выражаю вам глубочайшую признательность и прошу ждать, в скором времени, новостей…

Скоро он ходатайствует о присуждении Калашникову звания Героя Социалистического Труда, которое станет третьим для Михаила Тимофеевича.

*

Иракская Республика, мухафаза Багдад, город Багдад, 13 августа 2000 года*

Пыль медленно осела, но гул взрыва продолжал отдаваться в ушах старшего лейтенанта Варенцова пульсирующими волнами.

Он опустил взгляд и увидел длинный уродливый осколок, торчащий из его бронежилета. Осторожно коснувшись его, он не почувствовал боли, а это значит, что броня не пробита. А раз не пробита, то и трогать этот осколок не нужно.

У него это далеко не первый случай. Штатные СИБ (1) справляются с большей частью поражающих элементов, но случается меньшая часть, которая отнимает жизни и здоровье бойцов.

— Продолжаем движение! — приказал Иван и перехватил карабин.

Только что, десятки секунд назад, рухнуло здание, мимо которого они проходили. Рухнуло оно не само по себе, а по причине упавшей на него авиабомбы, осколок корпуса которой и застрял в бронежилете Варенцова.

Такие неприятности падают на город практически непрерывно, потому что американцы решительно настроены взять Багдад, как можно быстрее, невзирая на потери.

— «Шакал-1», на связи «Орангутан-5», — раздался из наушника в левом ухе Ивана голос оператора БПЛА. — Брэдли заехал во двор ЛМ-⅓ и высадил десант.

— «Орангутан-5», «Шакал-1» — принято, — ответил ему Варенцов.

Его взвод отправлен уничтожить один из заехавших в пригороды БМП, предположительно, доставляющий штурмовиков. Так и оказалось, раз он высадил десант во дворе.

Американцы используют для штурмовых задач морских пехотинцев, потому что они показали себя наиболее боеспособными из всех доступных подразделений.

Взвод Варенцова вышел на поверхность в микрорайоне № 16 и проследовал к площади Ленина, к новым многоэтажкам, большая часть которых уже лежит на земле, а меньшая часть является желанной целью для духов, жаждущих зацепиться за пригород.

Где-то на фоне очень характерно шарахнуло 152-миллиметрового калибра орудие, а затем раздался мощный взрыв, после которого до ушей Ивана донёсся звук обвала здания.

Это Т-80УД-2, которых очень много в городе — они проводят контролируемый демонтаж сооружений, что очень легко осуществляется с помощью 152-миллиметровых осколочно-фугасных снарядов.

Но также по городу ездят БМПТ-80, ставшие настоящим кошмаром для духов, так как от их автопушек и термобарических ракет практически нет спасения. После них остаются лишь истерзанные части тел или обугленные туловища…

Американцы, всё это время, не стояли на месте и существенно улучшили оснащение и снабжение своих солдат — теперь у них поголовно противопульные бронежилеты, а вместо М16А2 и М4 всё чаще можно увидеть невесть откуда взявшиеся тут HK G3.

Есть гипотеза, что американцы срочно закупают эти штурмовые винтовки у западных немцев, по причине неприемлемо снизившейся эффективности малоимпульсных патронов против штатных бронежилетов Иракской армии и более совершенных бронежилетов наёмников из ЧВК.

О массовой замене речи, пока что, не идёт — по наблюдениям Варенцова, их выдают по 2–3 штуки на взвод, что очень похоже на комплектование советских взводов 2–3 НК-94М. Но задача у этих HK G3 иная — они нужны, чтобы наносить противнику основную массу потерь.

Ещё у них во взводах стало больше пулемётов — вместо девяти штатных стало двенадцать, что необходимо для гарантированного обеспечения превосходства в огневой мощи.

Тем временем, взвод старшего лейтенанта Варенцова прибыл к нужному жилому комплексу, вернее, к руинам жилого комплекса, полностью обрушившегося в ходе многомесячных бомбардировок и артобстрелов.

«Брэдли» стоит на футбольном поле и дубасит из 25-миллиметрового калибра автопушки по соседним руинам, а отделение морпехов заняло оборону по периметру.

Сразу же началась интенсивная перестрелка — увидели они друг друга одновременно, но у взвода Варенцова есть преимущество в численности и манёвре, так как два отделения зашли с флангов.

М2 «Брэдли» начал разворачивать свою башню, но сначала схлопотал в в неё пулю из антиматериальной винтовки В-97, стреляющей пулями калибра 14,5×114 миллиметров, а затем ему в корпус врезалась граната из РПГ-29М.

Далее, по отработанной тактике, в дело пошли «огнемётчики» — бойцы, вооружённые РПО «Шмель-М». Раздалась серия из четырёх объёмных взрывов, а затем в бой вступило штурмовое отделение.

Иван отстрелил лицо морпеху, похожему на командира отделения, а затем подавил частым огнём пулемётчика с M249, принуждённого менять позицию.

Среди руин лежат дымящие трупы тех морпехов, которым не повезло сразу, но к ним системно добавляются всё новые и новые…

Через десяток минут, в течение которых взвод Варенцова расточительно расходовал боеприпасы, всё было кончено. Ни один морпех не сдался в плен — что-то изменилось в американской армии и мотивация личного состава возросла.

— Георгич, Михалыч — периметр под контроль! — приказал Иван, извлекая из карабина магазин. — Константиныч — собирайте трофеи!

Он заполнил магазин патронами из подсумка, после чего вернул его в приёмник и поднял взгляд на целевой «Брэдли».

У этой БМП есть очень хорошее свойство, за которое её, наверное, высоко ценят пользователи — даже при поражении боекомплекта, машина очень нечасто взрывается. Гораздо чаще происходит то, что наблюдает Иван — она горит.

Боеприпасы внутри горят ярким пламенем и, время от времени, выстреливают, не причиняя окружающим вреда.

Опыт подсказывает Варенцову, что этот «Брэдли» так и будет гореть часы напролёт, до 12–16 часов, до тех пор, пока частично не превратится в пятно из расплавленного алюминия.

Взвод выполнил поставленную задачу, поэтому задерживаться тут Варенцов не стал, а направил своих бойцов на основную точку входа в тоннель.

Самое плохое, что связано со штурмом Багдада — это то, что американцы не могут обнаружить все входы в тоннели.

Входов тысячи, по всему городу, большая их часть сильно похожа на канализационные люки, поэтому иракские войска и наёмники могут свободно оказываться в тылу врага, делать там свои дела и исчезать бесследно.

То есть, проблема у них та же, что и в предыдущих городах, но многократно хуже, так как выходов из тоннелей очень много, а ещё есть выходы для бронетехники — Иракская армия может перемещать свои БМП и БТР под землёй, чтобы поднимать их на поверхность в самых неожиданных местах.

Это очень ценное преимущество, так как перемещение по поверхности радикально уменьшает срок эксплуатации бронетехники…

Танки и БМПТ не могут пользоваться тоннелями, поэтому их довольно-таки часто жгут, а вот БМП-1, −2, −3, БТРы разных модификаций и МТ-ЛБ гоняют по подземельям и выезжают в разных концах города и его пригородов, превращая закрепления врага в малоперспективное и ненадёжное дело.

Пригородные микрорайоны переходят из рук в руки, ценой чему становятся человеческие жизни, но дальше пригородов дело не заходит.

Из-за этого духи очень злятся и насылают на город всё больше и больше авиации, которая совсем не бессмертная и поражается уцелевшими ЗРК в тылу, а также зенитными установками, размещёнными в городе.

Загрузившись трофеями под завязку, взвод Варенцова прошёл сквозь соседний микрорайон и добрался до точки выхода, на которой все бойцы спустились в якобы канализационный люк, расположенный в руинах частного дома.

Спустившись по стальным скобам, имитирующим лестницу, и встав на ноги, Иван почувствовал себя в безопасности и облегчённо выдохнул.

Битва за Багдад далека от завершения, и она даже не достигла середины, поэтому воевать тут придётся очень долго. Возможно, даже до конца войны, так как сдавать столицу никто не планирует и президент Хусейн собирается драться за этот город до самого конца, каким бы он ни был.

— Включить маячки! — приказал Иван.

Это нужно, чтобы не попасть под дружественный огонь.

Каждый узел, в который впадают тоннели, контролируются военной полицией Иракской армии, оснащённой стационарными тепловизорами, поэтому у духов очень мало шансов даже подойти к часовому.

Когда взвод добрался до основного тоннеля, полностью облепленного округлыми бетонными плитами, Варенцов остановился в жёлтом круге на полу.

Этот круг — оптимальное положение мишени, благодаря чему можно наиболее эффективно расстрелять её и тех, кто идёт за ней.

Часовой сличил частоту мигания ИК-маячка с актуальным эталоном, а затем нажал на кнопку и бронированная дверь отворилась.

До их ППД пришлось идти в течение полутора часов, потому что путь неблизкий…

— Константиныч — сгружай поклажу со всех и тащи к интенданту, — дал Иван распоряжение, когда они добрались до своего логова. — Проследи за всем.

В воздухе слабо пахнет куревом, что свидетельствует о повреждении выходных шахт вентиляции, а в самом центре «островка» стоит состав из семи вагонов, на которые грузятся новенькие ящики с оружием и боеприпасами.

— Понял тебя, Сергеич, — ответил тот. — Сделаем.

— Остальные — занимайтесь бытовухой, — приказал Иван. — Сегодня точно отдыхаем, а завтра — снова в бой…

Он проследовал к офицерской части тоннеля, где оборудованы комнатушки, в которых может остановиться любой офицер, если свободно.

Свободных комнатушек оказалось ровно две, причём в одной из них точно кто-то умирал не так давно.

Расстелив новое постельное, Варенцов снял экипировку и форму, а затем пошёл в общий душ, но там обнаружилась очередь из гражданских.

«Гражданские портят тут всё», — подумал Иван с неодобрением. — «Надо было вывозить их, пока не началось…»

Он посидел и покурил на ближайшей свободной лавке, в течение получаса, а затем достоял очередь до душа и смыл с себя пыль и грязь.

На груди у него синяк, оставшийся на недолгую память об осколке. Иван уже и не вспомнит, сколько раз его било осколками и пулями…

Вернувшись в офицерскую комнатку, он вскрыл сухой паёк, разогрел консервные банки на таганке и приступил к трапезе.

Сегодня у него говядина с фасолью, баклажанная икра, восстановленный апельсиновый сок, пять галет и яблочно-грушевое повидло.

На настенной полке стоит видеодвойка с маленьким экраном, а рядом с ней лежат видеокассеты.

Чтобы было интереснее есть, Варенцов включил телевизор-видеомагнитофон и вставил в него кассету с фильмом «Оливер Твист». Это практически новинка — в кинотеатрах он шёл меньше трёх месяцев назад.

Иван следит за происходящим в Союзе через трансляции ЦТ и советские газеты, поэтому он в курсе о многих событиях и премьерах фильмов.

В «Правде» почти всегда пишут о том, во сколько обошёлся тот или иной фильм госбюджету — «Оливер Твист», например, стоил 93 миллиона рублей и снимался на мощностях «Мосфильма».

Это огромные деньги и их должно быть видно на экране — в статье о премьере сообщали, что были построены масштабные декорации, достоверно воспроизводящие Лондон второй четверти XIX-го века, сшиты аутентичные костюмы, задействована многочисленная массовка…

Прошла заставка «Мосфильма» и фильм начался — Иван сразу же начал есть.

С первых же кадров начали показывать какую-то английскую семью в зажиточного вида доме…

Напряжение, державшее всё это время Варенцова, наконец-то, сошло, и он смог расслабиться.

«Это не дом, а яма», — подумалось ему. — «Зато безопасная яма».

Примечания:

1 — СИБ — эта аббревиатура расшифровывается как «средство индивидуальной бронезащиты». Понятие включает в себя всё, что служит для непосредственной защиты организма носителя от проникновения кинетических снарядов любого вида и типа. Если речь идёт о химическом, биологическом или ядерном поражающем факторе, то применяется СИЗ, то есть, «средства индивидуальной защиты», под которыми подразумеваются противогазы, ОЗК, мокрые марлевые повязки и так далее.

*СССР, РСФСР, Москва, Остров, Дом Правительства СССР, 11 сентября 2000 года*

— Все выходные в Вашингтоне был беспрецедентно крупный митинг, — сообщил Константин Гаськов. — Подогреваем его, как можем, но он и без того отлично кипит — все меньшинства вышли на протесты.

Владимиру понравилась эта новость, потому что митинги и протесты — это всегда очень дорогое удовольствие для федерального бюджета США.

— Насколько всё хорошо? — спросил Жириновский.

— В пригородах происходили столкновения протестующих с подразделениями Национальной гвардии, — ответил председатель КГБ. — Но, к сожалению, протесты не охватили весь город, поэтому ожидается, что всё стихнет в течение следующих двух-трёх дней. Зато в Лос-Анджелесе все проходит гораздо интереснее — гетто вышли из-под контроля властей, а радикальные феминистки ненадолго захватили мэрию города.

— И всё это за какие-то небольшие деньги? — с недоумением спросил Владимир. — Знай я заранее, что они готовы пойти на такое…

— Всё не так просто, — покачав головой, ответил Гаськов. — Накануне были зверски убиты три руководительницы филиалов движения «Феминистки против войны» в Риверсайде, Таузенд-Оуксе и Хантингтон-Бич. Убийцы не найдены, но в головном офисе движения решили, что это сделала мэрия. Захваченную мэрию штурмовал полицейский спецназ, поэтому все ключевые лидеры арестованы и дают показания, из-за чего членов движения массово арестовывают.

— Это очень тупой ход, — произнёс Жириновский.

— Верно, — согласился с ним Константин Эдуардович. — Молодёжь начала всё активнее присоединяться к протестам — это прямое следствие массовых арестов. И очень важно, что аресты проходят только в Калифорнии, а молодёжь радикализируется по всей стране.

У Жириновского есть робкая надежда, что эта война затормозит Штаты на следующее десятилетие — тогда уже имеющийся экономический отрыв станет непреодолимой пропастью. Но эта надежа очень и очень робка.

— А что Клинтон? — спросил Владимир.

— Он сейчас, по косвенным данным, на острове Литл-Сент-Джеймс, — ответил Гаськов.

— Что⁈ — выпучив глаза, спросил Жириновский.

— Да, — кивнув, сказал Гаськов. — Уже есть материал, достаточный для крайне громкого скандала. Возможно, самого громкого в истории США.

— Так пускайте его в ход! — потребовал Владимир. — Надо уничтожить этого подонка и пусть Штаты запылают огнём!

— Ты уверен, что сейчас это то, что нам нужно? — спросил не очень уверенный Гаськов.

— Конечно! — уверенно ответил Жириновский. — Настолько сокрушительный удар по действующему президенту — такая возможность выпадает один раз в истории! Мы не должны упустить его, ведь если данные будут опубликованы после завершения президентства Клинтона, эффект не будет настолько сильным!

— Но у нас ведь программа — мы собираемся вербовать через этот остров десятки… — начал Гаськов.

— Мы выиграем гораздо больше, если нанесём удар по действующему президенту, — перебил его Владимир. — Это подрыв фундамента, Эдуардыч!

— Нам нужно поработать ещё хотя бы пару месяцев, — попросил Константин Эдуардович. — После того, как на острове побывал Клинтон, другие государственные функционеры будут прилетать туда гораздо охотнее. Возможно, в следующий раз он позовёт туда своих друзей из федерального правительства. Тогда тяжесть удара будет больше — мы раскроем их всех и весь мир увидит, что вся действующая верхушка США погрязла в этом.

— Пару месяцев? — переспросил Жириновский и задумался. — Клинтону осталось недолго, но пара месяцев у нас есть. Хорошо — даю вам не два, а три месяца. Работайте осторожно, чтобы никто не сорвался с крючка. Нужно запятнать обе партии, поэтому пусть эта дрянь зазывает всех своих знакомых.

— Трёх месяцев вполне достаточно, — кивнув, сказал Гаськов. — Но выгоднее было бы ничего не раскрывать и вербовать агентуру…

— Ты знаешь моё отношение к этому, — произнёс Владимир. — Эпштейн, в конце концов, должен оказаться на дне Карибского моря, а его сообщники должны к нему присоединиться.

— Как скажешь, — ответил на это председатель КГБ.

*СССР, РСФСР, Москва, Остров, Дом Правительства СССР, 27 сентября 2000 года*

В зале заседаний Совета обороны СССР недавно поставили новую видеостену из 16 жидкокристаллических панелей с диагональю 55 сантиметров, дающую высококачественную картинку. Панели соединены впритык, поэтому, если не вглядываться, то переходов не видно.

Жириновский сидит на своём месте и втягивает в себя пар из испарителя, тогда как остальные члены Совета обороны просто сидят неподвижно и смотрят на экран.

А на экране транслируется один из боёв, случившийся в пригородах Багдада.

Коалиция отправила в пригороды два танка Challenger 2 и один танк M1A2 Abrams, при поддержке трёх M2A3 Bradley и двух взводов морских пехотинцев.

Для уничтожения этих сил выдвинулась сапёрно-штурмовая рота «Редума», то есть, республиканской гвардии Ирака, при поддержке двух танков Т-80УД-2 и двух БМПТ-80.

За всем этим наблюдали сразу три разведывательных БПЛА «Пчела-2УР», записавших всё происходившее с трёх ракурсов, на обычные и тепловизионные камеры — кадры меняются поочерёдно.

Судя по всему, американцы и британцы отправились не просто в пригород, а к конкретной цели — вероятно, они обнаружили крупный выход из тоннеля. Такие локации игнорировать они не могут, но им известно, что защищаются они очень хорошо и просто пехотой их не взять.

Незадолго до начала этого боестолкновения, этот американо-британский штурмовой кулак подвергся обстрелу от ополченцев, скрывавшихся в руинах больницы, но ополченцы отступили сразу после потери четверых-пятерых бойцов.

«Это в тысячу раз хуже, чем в Афгане», — подумалось Жириновскому.

Танковый бой начался с того, Т-80УД-2, замаскированный в гараже пожарной станции, выстрелил по Челленджеру 2. Произошёл подрыв боекомплекта, со сдвигом башни влево и вышибанием люков, что гарантирует полное уничтожение экипажа и танка.

По демаскировавшему себя иракскому танку был открыт огонь из всех орудий, а затем, с параллельной улицы, начал стрелять БМПТ-80, запустивший ПТУР по Абрамсу и заливший колонну из двух автопушек.

Происходящее начало сильно напоминать какой-то эпизод из «Звёздных войн», так как засверкали красные и зелёные трассеры — в вечернем небе они выделяются особенно контрастно.

Иракские гвардейцы начали совершать манёвры, чтобы атаковать противника с флангов, но американские морпехи поступили аналогично, так как они воюют тут уже слишком давно и их нельзя ввести в ступор какой-то там засадой.

Впрочем, обе стороны уже получили очень много боевого опыта, несмотря на то, что война идёт меньше года — интенсивность боёв беспрецедентна и затишье случается крайне редко и крайне ненадолго…

Пехота обеих сторон завязла в битве среди руин зданий, а второй Т-80УД-2, поехавший обходить противника с правого фланга, был подбит ПТУР от американского Брэдли. Ответный выстрел из 152-миллиметрового калибра орудия вызвал детонацию боекомплекта БМП, пламя от которого устремилось к небесам через башенные люки.

Расстояние практически кинжальное, то есть, меньше 1000 метров, поэтому каждый выстрел смертелен.

М1 Абрамс получил попадание противотанковой ракетой в башню, но без пробития, раз он продолжил вести бой.

В руинах же, тем временем, продолжалась интенсивная перестрелка, с обменом гранатами.

Иракская армия снабжается советскими РГО и РГН, что даёт тактическое преимущество перед войсками Коалиции, так как у противника нет времени, чтобы залечь или найти укрытие — эти гранаты взрываются при ударе о практически любую поверхность.

Жестокая схватка гвардейцев и интервентов перешла в фазу ближнего боя, который не перетёк в рукопашные поединки, а ограничился стрельбой друг в друга практически в упор, что повлекло серьёзные потери у обеих сторон.

Но оператор БПЛА не стал зацикливаться на этом, а повернул камеру на один из двух уцелевших М2А3 Брэдли, подвергающийся интенсивному обстрелу из двух 30-миллиметрового калибра автоматических пушек 2А42.

Ответный огонь БМП оказался неэффективен против БМПТ-80 — броня перенесла попадание ПТУР, а 25-миллиметрового калибра снаряды не способны пробить броню, эквивалентную танковой.

А затем на один из Т-80УД-2 упала корректируемая авиабомба, прогремел взрыв, после которого сдетонировал боекомплект танка.

Иракская бронетехника сразу же отстрелялась дымами и начала отступление, а вот гвардейцы продолжили бой.

Дымовые завесы затруднили наведение бомб, но одна из бомб, всё же, сумела упасть рядом с БМПТ-80. После того, как рассеялся дым от взрыва, стало видно, что экипаж спешно покидает загоревшуюся машину и бежит на север, вслед за остальными бронемашинами.

В конце концов, американцы и британцы получили приказ и начали отступление, а иракские гвардейцы не стали их преследовать.

Итогом произошедшего боестолкновения стали тяжёлые людские и материальные потери у обеих сторон, а также невыполнение поставленной перед подразделениями Коалиции целей.

Экран почернел, но затем вновь загорелся красками — это снова БПЛА и он наблюдает за тем же полем боя. Подбитая бронетехника на тех же местах, но тел погибших больше нет, зато есть группа солдат сил Коалиции, пригнавшая с собой БРЭМ (1) M88.

Инженеры цепляют М1 Абрамс, всё-таки кем-то подбитый, к эвакуационной машине, но затем они засуетились и побежали в укрытия. А через секунду в крышу БРЭМ врезался артиллерийский снаряд. Ещё через секунду у правого борта БРЭМ взорвался второй снаряд, а третий угодил в кормовую часть подбитого М1 Абрамс.

На этом видео закончилось.

— М-хм… — задумчиво хмыкнул Жириновский. — Значит, американцы никак не желают адаптироваться к существованию БПЛА-разведчиков и БПЛА-целеуказателей?

Обычные артиллерийские снаряды не способны прилетать так кучно, как это произошло на видео, а это значит, что иракцы отработали по БРЭМ снарядами «Краснополь» или «Сантиметр», что указывает на наличие БПЛА-целеуказателя, «подсветившего» машину лазерным лучом, не видимым невооружённым глазом.

— Они принимают меры — создан специальный отряд пилотов-истребителей, занимающийся исключительно уничтожением БПЛА, но это, пока что, малоэффективно, — ответил генерал-полковник Сергеев. — ПЗРК показали себя неэффективно, так как цель слишком мала и ГСН захватывают далеко не всегда и очень ненадёжно. Имеющиеся у сил Коалиции средства не могут устранить фактор БПЛА, несмотря на все уже предпринятые и предпринимаемые действия.

— А сколько у Ирака БПЛА? — спросил Жириновский.

— На прошлой неделе мне докладывали о 3400 единицах исправных БПЛА всех типов, — ответил начальник Генштаба ВС СССР. — Уже замечено, что расход БПЛА на 20% выше ожидаемого, но имеющихся запасов хватит на 4–5 месяцев.

— А новые поставки? — спросил Владимир.

— По имеющимся каналам мы передаём иракской стороне до 250 БПЛА всех типов ежемесячно, — ответил генерал-полковник Сергеев. — Этого недостаточно для восполнения ежемесячной убыли, но мы работаем над расширением поставок.

— Хорошо, — произнёс Жириновский и раскрыл лежащую перед собой папку. — Насколько это боестолкновение типично для осады Багдада?

— У нас есть несколько сотен записей боестолкновений, подобных этому, — ответил начальник Генштаба. — Это очень характерно именно для осады Багдада — такого рода активность длится уже месяцами. Обе стороны несут тяжёлые потери, но у Иракской армии больше личного состава и бронетехники.

Насколько известно Владимиру, а он один из главных архитекторов обороны Ирака, на Багдаде был сделан основной фокус — город готовили к очень долгой осаде и бесконечным штурмам…

«Американцы думали, что самое сложное позади и осталось только взять столицу», — подумал он. — «Но худшее ещё впереди — если они осмелятся продолжать».

Вчера он подал жалобу в ООН — зафиксированы случаи применения США химического оружия — на видеозаписи попало весьма специфическое и творческое использование белого фосфора во время штурма городов.

Белый фосфор не считается химическим оружием, так как Пентагон уверяет всех, что применяет его исключительно для освещения и постановки дымовых завес, но в Басре, Эль-Фаллудже и Хилле зафиксировали применение фосфора в качестве зажигательного оружия и средства для зачистки подвалов и тоннелей.

А ещё были завершены исследования образцов почвы, указавшие на заражение иракской земли обеднённым ураном, что обязательно вызовет рост заболеваемости онкологией среди населения.

ООН, конечно же, выразила серьёзную обеспокоенность, но Жириновский сделал это не ради каких-то реальных действий со стороны ООН, а ради резонанса.

Так уж получилось, что очень многие люди на планете Земля прислушиваются к его мнению, потому что он харизматичен, руководит сверхдержавой и говорит, как правило, по делу. Именно поэтому властям США не удастся замолчать эту тему, особенно когда их собственные СМИ будут тщательно обсасывать её за деньгу малую.

— О людских потерях Коалиции что-то известно? — спросил Владимир.

— Аналитики оценивают общие потери Коалиции убитыми в семнадцать-двадцать тысяч человек, — ответил генерал армии Гаськов. — Пентагон говорит о пяти тысячах убитыми, а также о двухстах тысячах убитых иракских солдатах.

— А сколько потеряно Ираком реально? — уточнил Жириновский.

— 79 тысяч человек убитыми, — ответил Гаськов. — Но 41 тысяча — это силы ополчения.

— Значит, если оценка аналитиков верна, то потери, постепенно, стремятся к выравниванию? — спросил Владимир.

— Резкий рост потерь сил Коалиции напрямую связан со штурмовыми действиями в Багдаде, — объяснил генерал-полковник Сергеев.

— Но и партизанское движение тоже стоит учитывать, — возразил генерал армии Гаськов. — Логистика сил Коалиции усложнилась, а партизанские отряды регулярно атакуют конвои, что не только сказывается на снабжении передовых сил, но причиняет дополнительные людские потери врагу.

— И всё же, они не прекращают эту войну… — произнёс Жириновский.

У Иракской республики всё ещё очень много ресурсов на ведение этой войны, ведь их аккумулировали почти десять лет, но местность в Ираке совсем не вьетнамская и не афганская, поэтому затянуть эту войну на десятилетия будет сложно.

Надежда у Владимира только на американское общество, которое очень не радо происходящему и требует, чтобы Клинтон вернул солдат домой.

«США, как государство, могут вести хоть три таких войны одновременно, но США, как общественно-экономический конструкт, не тянет даже одной», — подумал Жириновский. — «От этого пахнет слабостью».

— Каждый день войны, в среднем, обходится федеральному бюджету США в 320–350 миллионов долларов, — сообщил Виктор Штерн. — В дни пиковой активности, такие как штурмы крупных городов, ежедневные расходы составляют 450–500 миллионов долларов в день. По нашим оценкам, если война сохранит нынешнюю интенсивность до марта следующего года, то финансовые потери США составят 110–130 миллиардов долларов. Если бы эта ситуация происходила с нами, я бы рекомендовал тебе, Владимир Вольфович, срочно выходить из этой войны, пусть и с политическими потерями.

— Тогда нам остаётся ждать, — сказал Жириновский. — Посмотрим, как поведёт себя Клинтон.

*США, штат Мэриленд, округ Фредерик, Кэмп-Дэвид, 1 октября 2000 года*

— Послушай меня, Билл… — попросил Дик Чейни, сидящий на диване и поглаживающий рыжего кота. — Уже свершившегося не исправить — это уже произошло. Но кое-что ты можешь изменить — степень наших потерь.

Клинтон смотрел на него тяжёлым взглядом, но молчал.

Эта встреча стала возможна только потому, что за спиной Чейни стоят очень серьёзные люди из оборонных компаний, которые попросили встретиться с ним и обсудить стратегию на остаток президентского срока.

Дик Чейни станет вице-президентом при Джордже Буше, уверенно лидирующим по данным опросов. Скорее всего, следующим президентом станет именно Буш, так как нет больше кандидатов, кроме Гора, а Гор ненавидим обществом почти так же, как сам Клинтон.

Это значит, что Белый дом точно перейдёт к республиканцам.

— Всем уже понятно, что Багдад тебе не взять, поэтому следует прекратить его бессмысленный штурм, — продолжил Чейни. — Нужно полностью сосредоточиться на принятии зрелых решений.

— С каких пор ты начал разбираться в военной стратегии, Дик? — с усмешкой спросил президент.

— Я и не разбираюсь, — ответил на это Чейни. — Но я говорю с людьми, которые разбираются. И люди говорят мне, что ещё до начала операции было понятно, что всё это ловушка, в которую нас заманили русские. Жириновский — это очень опасный сукин сын, циничный и хладнокровный — подобное вполне в его духе. Он всерьёз и практически открыто готовил Ирак к этому вторжению, будто знал, что мы обязательно в это ввяжемся. Билл, он нас переиграл — и тебя, и всех остальных. Мы сами бросили Саддама в его объятия, чем он и воспользовался, а когда Саддам начал ему мешать, он избавился от него. И мы продолжаем его недооценивать — ты продолжаешь.

— Ты преувеличиваешь, Дик, — не согласился с его доводами Клинтон.

— Нет, это ты не видишь всей полноты картины, — медленно покачав головой, сказал на это Чейни. — Зачем ты летал на остров Литл-Сент-Джеймс?

— Никуда я не летал! — очень быстро ответил Клинтон.

Дик Чейни прикрыл глаза.

— Ладно, — сказал он после паузы. — Но имей в виду — кое-кто из компетентных людей шепнул мне, что с этого острова попахивает КГБ или Моссадом. Это нехорошее место и Эпштейн не очень надёжен.

— Я не имею никакого отношения к этому человеку! — заявил президент США.

— Я просто предупредил тебя, — произнёс Чейни. — Если ты не знаешь, я бизнесмен и у меня есть очень много влиятельных друзей из бизнеса. И эти друзья очень хотят, чтобы ты прекратил усугублять ситуацию дополнительными людскими потерями. Нам с Джорджем потом всё это разгребать, поэтому окажи нам эту услугу… Мы ничего не забудем, Билл.

Клинтон посмотрел на него холодным взглядом.

— Чего именно хотят твои друзья? — спросил он.

Вопрос людских потерь — это главная тема на всех передовицах самых важных газет и в прайм-тайм на всех экранах самых важных телеканалов.

Коммунисты публикуют свои данные об американских потерях — теперь приходится считаться и с ними, так как за время войны примерное количество зрителей коммунистических каналов увеличилась до 40–50 миллионов человек.

И они дают очень близкую к реальной статистику. Согласно их подсчётам, потери Коалиции близятся к 19–20 тысячам человек убитыми — позавчера Клинтону на стол лёг отчёт, в котором говорилось о 18,7 тысячах убитых.

«Меня запомнят, как Джонсона или Мэдисона», — подумал Билл Клинтон. — «Но даже они не теряли так много людей в такой короткий срок — потери уже хуже, чем во Вьетнаме…»

Президент Мэдисон попытался аннексировать Канаду в 1812 году, пользуясь войной в Европе, но закончилось всё тем, что канадцы сожгли Белый дом — Клинтону очень не хотелось встать в один ряд с этим президентом.

— Мои друзья и мы с Джорджем хотим немногого… — произнёс Дик Чейни. — Нам нужно, чтобы ты, как можно быстрее, проработал план по превращению этой войны в управляемую. Наступательные действия необходимо сократить до необходимого минимума, а заменить их нужно увеличением интенсивности применения авиации. Нужно заказать больше высокоточных и бетонобойных бомб, а также больше Томагавков — это просьба моих друзей из… ты и сам знаешь, откуда.

— Да, знаю, Дик, — подтвердил Клинтон.

«Локхид-Мартин» — вот как называется место, в котором работают друзья Дика Чейни. Билл слышал, что Чейни вхож в очень многие кабинеты и имеет влияние — тем удивительнее было узнать, что летом он поддался на уговоры Буша и согласился стать его вице-президентом.

— Людские потери наносят политический и репутационный ущерб, а авиация — это благородно, — сказал Чейни. — К тому же, никто не знает, сколько именно иракских солдат погибает под бомбами и ракетами, поэтому ты можешь неплохо подправить статистику. А дальше тебе нужно будет досидеть свой президентский срок и передать дела нам с Джорджем — у нас есть несколько идей, способных помочь исправить непоправимое.

— Вы надеетесь, что эта война станет вялотекущей? — поинтересовался Клинтон.

— Мы ни на что не надеемся, — ответил Чейни. — Мы хотим сделать её управляемой — как Вьетнам большую часть времени. Это необходимо Соединённым Штатам — наш враг очень силён и смертельно опасен, а мы живём, торжествующие без каких-либо на то оснований. Нам необходимо мобилизоваться. Мы с Джорджем очень благодарны тебе, Билл…

Это прозвучало одновременно искренне и издевательски.

— Мне? — удивлённо переспросил Клинтон. — За что?

— За то, что ты сумел открыть нашему обществу глаза и ткнул пальцем в эту давнюю проблему, пусть и таким радикальным образом, — объяснил будущий вице-президент США. — Мы расслабились, потеряли бдительность, пока русские захватывали страны, попавшие под их влияние. Нужно ответить эквивалентно. У нас с Джорджем есть идеи, которые осталось лишь реализовать. И в твоих же интересах помочь нам.

Примечания:

1 — БРЭМ — бронированная ремонтно-эвакуационная машина — это тип бронетехники, предназначенный для техобслуживания, ремонта или эвакуации повреждённой или застрявшей бронетехники. Бронирование и оборонительное вооружение на БРЭМ предусматривается на случай эвакуации подбитой бронетехники в условиях огневого противодействия со стороны противника. Экономика войны показывает, что производить можно очень много единиц бронетехники, но гораздо выгоднее утаскивать с поля боя подбитую технику и ремонтировать её в прифронтовых мастерских. Изюминка ведь в том, что техника выводится из строя целиком и полностью сравнительно редко, а основная масса повреждений устранима в полевых условиях, без необходимости отправки техники обратно на завод. Да и даже в случае, если повреждения неустранимы, то сломано в технике ведь далеко не всё, а это значит, что можно разобрать её на запчасти и починить потом что-то другое. То есть, в организации всей этой ремонтно-эвакуационной суеты, определённо, есть смысл.

*СССР, РСФСР, Москва, Остров, Дом Правительства СССР, 13 октября 2000 года*

Завтра утром Владимир запланировал поездку на дачу — вернее, это Галина запланировала, а он не стал возражать. В любом случае, на даче есть резервный компьютер с лицензионной копией «Эпохи империй» и доступом в Сеть.

«Отмучаюсь на участке, а потом, до самого вечера, буду жевать шашлыки и играть», — с удовольствием подумал Жириновский и дважды нажал на ярлык «Эпохи империй». — «А сейчас одну партеечку… Ма-а-аленькую партеечку…»

Все сегодняшние рабочие задачи он уже выполнил: проверил ход строительных работ Гражданской обороны, проверил статус строительства резервного космодрома в Амурской области, а также встретился с совместной делегацией от НДР Коса и Капской республики.

Строительство объектов Гражданской обороны расширяется — финансирование расширяется, так как международная напряжённость растёт. Денег на такое жалеть нельзя, поэтому сокращаются траты на образование и жилищное строительство, а также на модернизацию лёгкой промышленности — за счёт высвобожденных ресурсов к концу 2002-го года планируется ввести в эксплуатацию 85 тысяч новых бомбоубежищ разных категорий.

Резервный космодром в Амурской области тоже очень нужен — по Байконуру и Плесецку будут дубасить изо всех сил, поэтому необходимо обезопасить советскую космическую программу. Строится этот космодром уже почти четыре года, но с этого года он получил максимальный приоритет и завершить его планируется к 2003-му году.

А совместная делегация из Южной Африки, как всегда, прилетела просить деньги — Жириновский побеседовал с президентами Хани и Боесаком, согласовал всё с ГКО и выделил дополнительные 200 миллионов рублей на инфраструктурные проекты в союзных странах.

С новыми республиками нужно поддерживать крепкую дружбу, так как большая часть ЧВК, продемонстрировавших свою очень большую ценность в Ираке, дислоцируется в Капской республике и в НДР Коса.

Завтра эти двое улетают обратно, но деньги поступят на государственные счета раньше, чем они сядут в самолёт…

Жириновский нажал на кнопку поиска подходящего оппонента и, пока система ищет ему жертву, допил кофе из пластикового стакана.

Вообще, он сейчас старается поиграть побольше, потому что в следующую пятницу, 20 октября, выйдет дополнение «Падение Рима» — то самое, в котором введут народы эпохи Великого переселения народов в основную игру и дадут поиграть в 27 одиночных кампаний по 8 миссий в каждой.

Разработчики обещают, что игра сильно изменится — баланс всех цивилизаций будет пересмотрен радикально, будут добавлены новые подразделения существующим цивилизациям, а также удалены некоторые старые подразделения.

Выглядит всё это так, будто это будет какая-то новая игра, поэтому Владимир хочет наиграться в старую — он не считает, что игра станет хуже, но он уверен, что игра будет другой.

«Лучше бы тратили все силы на „Эпоху империй II“, а не на вот это вот всё…» — подумал Жириновский.

Процесс поиска занимает много времени, так как Владимир один из лучших игроков, поэтому нельзя давать ему слишком лёгких оппонентов — в таком случае, удовольствие от игры не получит ни один из участников матча.

Наконец, игрок был найден — не участвовавший в прошлом турнире Ихтиандр_Невский. В таблице всесоюзного рейтинга он занимает 49-е место, поэтому Жириновский не посчитал его особо опасным игроком.

Противник выбрал ацтеков, а Жириновский играет за древних римлян, которые очень сильно отличаются от поздних, представленных на турнире.

«Наверное, придётся учиться играть заново», — подумал он, размышляя о новом дополнении. — «Игорь, конечно, подкладывает нам всем большую свинью — наверное, рейтинг тоже начнёт считать заново».

Понять команду разработчиков можно — успех «Эпохи империй» превысил статус грандиозного, потому что её до сих пор активно покупают, ведь в республиках и областях начали проводить турниры с денежными призами, что подогрело всеобщий интерес.

А это значит, что бросать игру нельзя и следует продолжать её совершенствовать, пусть и в ущерб второй части, которую планируют выпустить никак не раньше 2003-го года.

Матч, тем временем, развивался в предсказуемом русле. Среди сообщества игроков матчи Жириновского заслужили максимум внимания, потому что он мало того, что президент, так ещё и чуть не победил в финале турнира — его стратегии изучают и анализируют, стараясь выработать меры противодействия.

Вот и Ихтиандр_Невский использует одну из «антижириновских» наработок, которую Владимир уже встречал и не нашёл особо эффективной. Имея это в виду, он продолжил реализовывать свой классический экономический ордер для древних римлян, будто ничего не заметил и не понял.

«Надо будет слетать и посмотреть на кластеры», — мимолётно подумал Владимир, убивая вражеского пешего разведчика.

Гражданская оборона думает не только о том, как быть, если завтра ядерная война, но и о том, что делать послезавтра.

Расчёты показывают, что в благоприятном сценарии удастся сохранить не менее 50% населения страны, а их всех надо как-то устраивать, поэтому была предложена концепция агрокластеров, строящихся в малонаселённой местности, по которой бить ядерным оружием просто бессмысленно, так как там нет почти никого и почти ничего.

Запланировано строительство 240 крупных объектов, не имеющих стратегической ценности — никакой крупной промышленности там не будет, а будут лишь жилые здания с усиленной противорадиационной защитой, подземный командный пункт на 5000 человек, центральный госпиталь на 2500 коек, большой склад с запасами продовольствия, медикаментов и прочих нужных для выживания припасов, а также массивы теплиц для выращивания продовольствия.

Всего один кластер будет рассчитан на 200 тысяч человек, что означает очень серьёзную логистическую задачу — в них нужно будет перевезти 48 миллионов человек.

Если кластеры сохранятся и в них удастся перевезти штатную численность специалистов и населения, то страна сможет пережить последствия массированных ядерных ударов и выйти на устойчивое существование.

Но если ничего из этого не получится, то страна будет обречена на мучительное доживание и неизбежную гибель. Такая перспектива очень пугала Жириновского, поэтому он на каждом заседании Совета обороны СССР затрагивает эту тему и призывает лучше готовиться.

Его слегка успокаивает лишь то, что Запад и весь остальной мир точно не переживут ядерную войну — у Советского Союза 57 тысяч ядерных боеголовок разного типа, чего хватит для полного уничтожения Европы и США.

А весь остальной мир, в том числе и сам Советский Союз, ждёт ядерная зима, которая точно будет, так как пепел от тысяч сгорающих городов, топливных месторождений и от сотен миллионов гектаров горящих лесов, способен закрыть Солнце на годы.

В этом апокалиптическом сценарии погибнут миллиарды и миллиарды, от голода, радиации и холода, даже несмотря на то, что по большей части стран никто не будет наносить никаких ядерных ударов…

На Западе прекрасно понимают, что их ждёт — гибель до 98% населения, поэтому Владимир надеется, что никто не пойдёт на ядерную эскалацию. Он точно не собирается это делать, так как у него и так всё идёт просто отлично.

Но происходящее на экране заставило его срочно отвлечься от тяжёлых мыслей и полностью сфокусироваться на матче — Эпоха замков достигнута, поэтому Жириновский получил долгожданных преторианцев и возможность портить кровь противнику бесконечными рейдами за сравнительно небольшие деньги.

Через пятнадцать с лишним минут его легионеры и преторианцы уже прикатили осадную башню к стенам вражеской базы и это стало началом конца.

Воины-ягуары ацтеков отличное противопехотное подразделение, но не против легионеров, поддерживаемых преторианцами — Ихтиандр_Невский понял, что уже потерял треть своей экономики и скоро станет не на что нанимать армию, поэтому просто сдался.

— Вот так, — удовлетворённым тоном произнёс Жириновский. — Ну, это было неплохо.

Его радует то, что игровое сообщество начало работать на него — это обещает повысить общий уровень игры среднестатистических игроков. А если игроки станут играть лучше, то и ему будет гораздо интереснее играть, так как вызов будет сохраняться всегда.

Посмотрев на часы, он начал собираться домой — завтра дача, завтра грядки, а ещё шашлыки и прогулки на свежем воздухе…

*СССР, РСФСР, Москва, Остров, Дом Правительства СССР, 19 октября 2000 года*

— Ну, что у нас сегодня? — спросил Владимир и приложился к стакану с кофе. — Какие новости?

В его кабинете горит разноцветная светодиодная подсветка, создающая ощущение футуристичности, что дополняется футуристичного вида рабочим столом — этот кабинет уже несколько раз становился предметом обсуждения в иностранных и отечественных СМИ.

Он работает на образ страны, как государства будущего, почти полностью цифровизованного, эффективного и передового — ну и на личный образ Жириновского этот кабинет тоже работает отлично, так как подчёркивает, что он ещё не старик и мыслит трезво, новаторски и визионерски…

— Авиаудары стали гораздо интенсивнее, — ответил генерал армии Варенников. — Иракской армии удалось совершить успешную контратаку и прорваться к Эль-Махмудии, а это двадцать километров. В ходе контратаки противник потерял до 45 единиц танков, до 150 единиц лёгкой бронетехники, до 2000 солдат убитыми и 3749 солдат пленными.

— Это Рохлин так нашумел? — уточнил Жириновский.

— Он, товарищ президент, — подтвердил министр обороны. — Но за это пришлось заплатить жизнями девяти тысяч иракских солдат. А ещё около двух тысяч, в ходе отступления на исходные позиции, попали в окружение и вынуждены были сложить оружие.

— Девять тысяч человек за операцию? — спросил нахмурившийся Владимир. — Как к этому отнеслось иракское общество?

— Они объявлены шахидами, положившими свои жизни на алтарь Победы, — ответил Варенников. — Это я цитирую заявление президента Хусейна. Население воспринимает эту войну как освободительную, поэтому ещё готово приносить такие жертвы. У Иракской армии есть чувство морального превосходства над противником, поэтому моральный дух и армии, и населения находится на очень высоком уровне. С этой стороны проблем можно не ожидать.

— Более того, — добавил генерал армии Гаськов. — Достигнуто национальное примирение с курдами — руководство Курдской автономии объявило о полной поддержке Ирака и начало партизанскую войну против сил Коалиции в западной части страны.

— Это было не нужно… — поморщившись, произнёс Жириновский. — Ираку осталось день простоять и ночь продержаться, а потом американцы выведут свои войска. Они уже продемонстрировали слабость, когда перешли к позиционной войне.

Силы Коалиции, действительно, прекратили вести наступательные действия и начали окапываться на достигнутых рубежах, а с точки зрения стратегии это значит, что они передали инициативу в руки врага.

Это глупое решение уже имеет последствие в виде успешного контрнаступления Иракской армии — такие потери точно не останутся незамеченными.

Сотни журналистов со всего мира работают в прифронтовых зонах и записывают всё. Американской армии запрещено препятствовать работе журналистов, так как США придерживается амплуа страны свободы прессы, поэтому сведения с фронтов идут на Запад бурным потоком.

Солдаты активно дают интервью телеканалам и газетам, невольно обнажая реальную ситуацию на фронте — зрители и читатели начинают видеть очень тяжёлую войну, совершенно «нестерильную», сильно напоминающую Вьетнамскую…

Это только усугубляет антивоенные протесты, одним из самых значимых последствий которых является попытка покушения на Билла Клинтона, состоявшееся 15 октября.

Стрелок, житель Далласа, штат Техас, обстрелял президентский кортеж на выезде из аэропорта, но когда понял, что пули не смогли пробить стекло, попытался застрелиться и сделал это неудачно — пуля пробила щеку, выбила часть зубов на нижней челюсти, и полетела дальше.

Билл Клинтон выступил с заявлением, что его это не остановит и он продолжит вести Америку к величию, но его выступление было прервано группой феминисток, закидавших его яйцами.

«Система безопасности у них ни к чёрту», — подумал Жириновский с неодобрением. — «Рейгана же сравнительно недавно обстрелял психически больной…»

А затем он вспомнил, что это было в 1981-м году, то есть, почти двадцать лет назад.

«Главное — далеко не все американские граждане восприняли неудачу стрелка, как нечто безусловно позитивное», — подумал Жириновский. — «Дискурс сместился в сторону назначения Клинтона главным виновником всех происходящих бед».

— А кто-нибудь из присутствующих может объяснить, почему они прекратили штурмовые действия? — спросил Виктор Штерн.

— Это очень хороший вопрос, — произнёс Жириновский. — У меня есть только гипотеза.

— Интересно будет послушать, — сказал Штерн.

— Я думаю, они решили, что нынешний уровень потерь является чрезмерным и их нужно срочно сократить, — поделился своим мнением Владимир. — Очевидным решением видится прекращение наступательных действий. Во мне крепнет уверенность, что военное командование было против подобного, но это было политическое решение.

— Разделяю вашу точку зрения, товарищ президент, — произнёс министр обороны. — Как я уже сказал ранее, командование силами Коалиции увеличивает интенсивность авианалётов и высокоточных ударов. Возможно, таким образом они намерены компенсировать прекращение штурмовых действий.

— Но получается это у них паршиво… — сказал Жириновский и нажал на кнопку на селекторе. — Захар, сбегай за кофе для меня и товарищей.

— Я мигом, Владимир Вольфович, — ответил тот.

Ассистент, не очень-то и нужный Жириновскому, но положенный по статусу, используется им для всяких мелких поручений — кофе принести, маловажный документ прочитать и дать выдержку, набрать текст, когда лень и так далее.

— С «Эль-Кадисиями» есть прогресс? — спросил Владимир.

— У нас накоплено около 900 комплектов, — сообщил министр обороны. — Но запасы в Ираке составляют всего 150 собранных единиц. Передача компонентов по имеющимся каналам идёт очень медленно — на иракско-сирийской границе Коалиция обстреливает даже гражданский транспорт, а через курдов мы можем пересылать только очень ограниченные объёмы грузов.

— Сколько ракет нужно для полновесного удара? — спросил Жириновский.

— 400 ракет — это минимум, — ответил генерал армии Варенников. — Зато ракет-обманок накоплено больше, чем необходимо, как и ракет предыдущих поколений.

Генштаб ВС СССР запланировал мощный удар по складам и коммуникациям Коалиции, чтобы он превзошёл по масштабам разрушений предыдущий массированный удар.

Это точно крайне негативно скажется на мнении рядовых американских граждан об этой войне, и оно станет ещё хуже, чем есть сейчас.

— Сколько времени потребуется на накопление достаточного количества ракет? — спросил Жириновский.

— Не менее трёх месяцев, при нынешних темпах поставок, — ответил Варенников. — Корпуса собираются на месте, заправка тоже на месте — окончательная сборка ракет занимает не очень много времени.

— Можно как-то интенсифицировать этот процесс? — спросил Владимир.

— Можно, но ценой увеличения потерь комплектов в процессе транспортировки, — ответил министр обороны.

— Сделайте так, чтобы необходимое количество комплектов оказалось в Ираке в течение двух месяцев, — потребовал Жириновский. — Это будет иметь далекоидущее значение для всей этой войны. И чтобы через два месяца ракеты были готовы к запуску.

— Это возможно, — подтвердил Варенников.

— Вот и славно, — сказал Владимир. — Теперь к следующему вопросу — что за предложение поступило к нам от Индии, Александр Александрович?

— Они предлагают расширить совместную часть космической программы, — ответил Бессмертных. — Если сделать выжимку из перечня их предложений, то они готовы заплатить нам три миллиарда долларов за совместную разработку орбитальной станции. Но на самом деле, мы должны будем разработать станцию, запустить её, а затем поднять туда первый экипаж из индийцев.

— Три миллиарда — это очень хорошие деньги… — задумчиво произнёс Жириновский. — Но это нужно беседовать с Семёновым — может, у нас есть готовый проект, который устроит Индию?

— Я уже консультировался с Юрием Павловичем, и он говорит, что у нас есть проект небольшой орбитальной станции для Луны, — ответил Бессмертных. — Переделать её будет несложно — в основном это будет значительное упрощение. Радиационную защиту можно существенно ослабить, количество ядерных реакторов можно сократить до одного, как и количество аккумуляторов сократить до двух единиц. Юрий Павлович утверждает, что это вполне реализуемо технически и подъём станции на орбиту может быть осуществлён на «Тритоне-2».

— Но «Тритон-Т» ещё не готов, — нахмурившись, заметил Владимир.

— К тому моменту, когда будет готова станция, он должен подоспеть, — сказал министр внешних отношений. — Товарищ Семёнов обещает уложиться в его грузоподъёмность.

Ракета-носитель «Тритон-Т» — это не дальнейшее развитие «Тритона», успешно осуществляющего подъём грузов на орбиту, а параллельный проект, разработанный для подъёма на низкую околоземную орбиту 51 тонны полезной нагрузки. Это вдвое меньше, чем «Энергия», но зато стоимость запуска существенно ниже — всего 37 миллионов рублей.

— Значит, станция Индии будет весить около 45 тонн? — спросил Жириновский.

— Юрий Павлович сказал, что необходимо всё точно рассчитать, но сказал, что примерно будет 40–45 тонн, — ответил Бессмертных. — Это будет первая в истории Индии орбитальная станция, а мы сможем увидеть, как себя ведёт «Небо-1».

— Куда все так торопятся-то? — поморщившись, спросил Жириновский. — Лунная программа — это дело далеко не ближайших лет, а они уже орбитальную станцию разработали…

— Так нам давать зелёный свет? — поинтересовался министр.

— Я не возражаю, — ответил Владимир. — Буду педалировать это через Верховный Совет и рассчитываю на поддержку присутствующих. Деньги сейчас очень нужны и вы все это прекрасно знаете.

— Поддерживаю, — сказал Штерн.

— Товарищ генерал? — спросил Жириновский, посмотрев на Варенникова.

— А как это меня касается? — недоуменно вопросил тот.

— Напрямую — это военно-политическое сотрудничество с Индией! — ответил Владимир. — Так что, как член Совета обороны, ты должен выступить в поддержку инициативы!

На три миллиарда долларов можно закупить очень много всего у зарубежных стран — это стоит того, чтобы построить для Индии небольшую орбитальную станцию.

Вся эта деятельность по перераспределению производственных мощностей оказывает прямое влияние на повседневную жизнь советских граждан: сам Жириновский, как-то посетивший с женой гастроном, обнаружил на прилавках консервированные фрукты с этикетками на двух языках — африкаанс и русском.

В Капской республике идёт бурная индустриализация, так как в страну вливаются огромные средства — акцент делается на лёгкой промышленности, что позволяет не строить дополнительные предприятия лёгкой промышленности в Союзе, а это высвобождает бюджетные средства и сохраняет рабочую силу для более важных проектов.

— Значит, так и решим, — заявил Жириновский. — А теперь об Африке. Что происходит в Сомали?

— Есть прогресс в переговорном процессе с повстанцами… — начал Бессмертных.

Владимир покинул свой кабинет лишь час спустя — он вышел во двор Дома правительства, встал у курилки и набрал номер Орлова.

— Алло, Гена, — произнёс он, когда установилось соединение.

— Здоров, Вольфыч, — приветствовал его Геннадий. — Как дела?

— Неплохо, — ответил Жириновский. — Я видел пропущенный от тебя. Как у тебя дела? Никто не обижает? Мне приехать?

— Ха-ха-ха! — рассмеялся Орлов. — Нет, Вольфыч, не надо приезжать — всё хорошо. Кормят вкусно и полезно, но бегать заставляют и мурыжат на странных аппаратах.

— Ты смотри — я могу приехать! — предупредил Жириновский. — Когда уже запуск?

— Я поэтому и звоню, — сказал Орлов. — Запуск назначен на 22 ноября. Буду рад, если поприсутствуешь.

— Чтобы я пропустил такое⁈ — возмущённо спросил Владимир. — Да никогда!

— Отлично, — произнёс Геннадий. — А так, обстановка спокойная?

— Да какой там… — раздражённо проговорил Владимир. — С каждым месяцем всё напряжённее и напряжённее. Американцы никак не успокаиваются, хотя понятно же уже всё. Но ничего, весна покажет, кто где…

— Владимир Вольфович! — раздался окрик со стороны.

Жириновский развернулся и увидел группу пионеров.

— Здравствуйте! — счастливо улыбаясь, приветствовала его пионервожатая.

— Во-первых, я по телефону говорю и… — начал Жириновский, а затем прервал спич. — Секунду. Ладно, тогда созвонимся ещё, Гена.

— До связи, Вольфыч, — попрощался Орлов.

— Чего вы хотели? — спросил Жириновский у пионервожатой.

— Можно сделать групповую фотографию? — спросила она и приподняла висящий на груди фотоаппарат.

— Да, конечно, — ответил Жириновский.

— Пионеры — строиться! — внезапно рявкнула пионервожатая.

Пионеры тут же выстроились вокруг Владимира и начали улыбаться.

После длинной серии групповых и индивидуальных снимков, Жириновский подумал, что надо ответить на несколько вопросов от пионеров, но…

— В колонну по двое — становись! — скомандовала пионервожатая. — Шагом — марш!

Владимиру казалось странным существование пионерского движения в нынешних реалиях, ведь организация пионеров, после распада КПСС, стала самостоятельной, а затем, когда Зюганов возродил партию, не пожелала возвращаться под её крыло.

Но пионерское движение не деградировало и не распалось, а продолжает успешно существовать за счёт государственного бюджета — формат остался тот же, всё тот же марксизм-ленинизм, но без КПСС.

«Странное дело…» — подумал Жириновский и пошёл обратно на работу.

*СССР, РСФСР, Москва, Остров, Дом Правительства СССР, 3 ноября 2000 года*

— Орлан почти в клетке, — произнёс Гаськов. — Наша беспутная Людмила сумела найти к нему особый подход, и теперь Орлан заинтересован в дальнейшем сотрудничестве.

— Сколько он получил? — поинтересовался Жириновский.

— Три с половиной миллиона долларов, — ответил председатель КГБ. — Выяснилось, что он пожадничал и вложил туда все свои пенсионные накопления. Но это тот крайне редкий случай, когда дело было верное — он стал миллионером и очень рад этому обстоятельству.

— И ему, конечно же, хочется ещё? — спросил Владимир.

— Разумеется! — подтвердил Константин Эдуардович. — Они с Людмилой очень сдружились, и сейчас для Орлана готовится жирный пакет на 6–7 миллионов долларов. Людмиле велено добиваться повышения — Орлан считает её гением, а также считает себя сильно обязанным ей. Думаю, повышение не за горами.

Вычислительные мощности «Ифрита», около полутора месяцев назад, буквально, утроились — был введён в эксплуатацию новый вычислительный центр, оснащённый процессорами К2000СМ, разработанными специально для суперкомпьютеров.

Это процессор на техпроцессе 0,35 микрометров, наконец-то, освоенном советской электронной промышленностью, но главное даже не это, а то, что в этом процессоре применяется кремний-германиевая подложка следующего поколения.

Особенность этой подложки в том, что при её производстве применяются ещё более чистые орбитальные материалы, произведённые на новом оборудовании, доставленном и установленном в производственных модулях на станции «Мир-2». Удалось добиться прироста чистоты кремния — на 28%, а германия — на 34%.

Да и техническая часть тоже не стояла на месте, поэтому советские инженеры встали перед выбором — либо на 53% меньше энергопотребление, либо на 60–70% выше тактовая частота процессора. Они выбрали второе и увеличили плотность транзисторов.

Новый процессор для суперкомпьютеров имеет тактовую частоту в 950 МГц, 32 миллиона транзисторов, а также производительность, в среднем, 4,6 гигафлопсов. Стойка из 512 процессоров выдаёт 2,2 терафлопса, а в новом вычислительном центре поставили сразу четыре стойки, что даст пиковую производительность в 8,8 терафлопсов.

Эти вычислительные мощности, применённые к математическим моделям, разрабатываемым уже почти десять лет целым массивом советских НИИ, позволяют очень точно оценивать рискованность портфелей и прогнозировать общие тенденции фондовых бирж.

Но «Ифрит» может показаться скромным суперкомпьютером с небольшими вычислительными мощностями, если сравнить его с вычислительными центрами ГКО — они получили обновление парка процессоров первыми и сейчас насчитываются 32 стойки по 512 процессоров, развивающих пиковую мощность примерно в 70 терафлопсов.

Это мощнейшие суперкомпьютеры в мире, но ГКО поставила цель добиться рубежа в 100 терафлопсов до конца этого года.

Но этого всё равно слишком мало.

Для по-настоящему цифровой плановой экономики, которая будет учитывать абсолютно все экономические процессы, происходящие в народном хозяйстве, необходимо, по оценкам специалистов, примерно 10 экзафлопс, что равно 10 миллионам терафлопс.

По смутным воспоминаниям Директора, рубеж в 1 экзафлопс суперкомпьютеры преодолели в 2022 году — такие сведения мелькали в новостях.

Владимир навёл справки и узнал, что 1 экзафлопс — это объём вычислений в одну секунду, который всё обитающее сейчас на Земле человечество произвело бы за несколько суток, если бы считало вручную. Это безумно много, но это достижимо, со временем.

Пока что, ГКО справляется со своими задачами по удовлетворению потребностей населения благодаря сонмам подконтрольных ей кооперативов, в которых задействовано около 35 миллионов человек, но когда вычислительные мощности достигнут нужного уровня, этот «костыль» больше не будет нужен.

«Возможно, Союз появился слишком рано…» — подумал Владимир. — «Но тогда бы история пошла по худшему сценарию и мы бы просто не жили». (1)

Время Советского Союза по-настоящему настанет ближе к 2015−2020-му году, когда вычислительные мощности позволят охватить все мыслимые процессы и перейти к настоящей цифровой экономике, прогнозирующей всё на десятилетия вперёд, с прецизионной точностью.

— Как далеко может взлететь наша Людмила? — спросил Жириновский.

— При протекции Орлана — очень высоко, — ответил Гаськов. — Если деньги продолжат поступать, а они продолжат, то до места зама — вполне-вполне… Но переменных слишком много, поэтому нельзя быть уверенным абсолютно. Всё-таки, наша Людмила алкоголичка и страдает расстройством компульсивного сексуального поведения. Кстати, об этом расстройстве — пишу статью на эту тематику…

— Да ну? — удивлённо спросил Владимир. — Неужто тебя наша Людмила сподвигла?

— Она-она, — улыбнувшись, ответил председатель КГБ. — Пишу специально для Уппсальского университета — очень просили осветить моё видение проблематики. Это не совсем мой профиль, но они присудили мне звание почётного доктора, поэтому мне стало неудобно…

Научная карьера Гаськова, вопреки ожиданиям Жириновского, не заглохла — он даже получил профильное образование в МГМУ имени Сеченова, по специальной программе, разработанной для него.

Оказалось, что ректор МГМУ, Михаил Александрович Пальцев, является большим поклонником «методики Гаськова» и внедрял её в инициативном порядке, задолго до того, как это стало обязательным.

Международное научное сообщество, в целом, очень уважает Гаськова, так как «кризис воспроизводимости», в который он ткнул пальцем и обличил на весь мир, до сих пор потряхивает фундаментальную науку. А людей, способных вызывать такие глобальные потрясения, невольно, уважаешь…

Теперь же Гаськов квалифицированный психиатр, кандидат медицинских наук, которому только одна дорога — в доктора медицинских наук, а там и в профессора.

«Наверное, экзаменаторам было психологически очень сложно указывать на ошибки и неточности председателю КГБ, ха-ха-ха!» — подумал Жириновский и улыбнулся.

— Думаешь, не так поймут меня? — с беспокойством спросил Гаськов. — Ну, коллеги-чекисты…

— Да почему? — нахмурившись, уточнил Владимир.

— Ну, что я в эту сексопатологию полез… — пояснил Гаськов.

— А какая разница, что они там поймут или не поймут? — спросил Жириновский. — Это наука, Эдуардыч! Может, твоя статья поможет кому-нибудь продвинуться в исследованиях? А в худшем случае, если тебя, ха-ха, изгонят из чекистов, ты будешь принят научным сообществом — они тебя заобнимают и зацелуют, как почётного сексопатолога!

— Иди ты… — поморщившись, ответил Гаськов. — Мне нужно времени побольше — наверное, отпуск возьму.

— Какой отпуск⁈ — возмущённо спросил Жириновский. — Сейчас никому нельзя в отпуск — в мире бардак, все напряжены, а ты — в отпуск! Сошлись на занятость по профильной деятельности, что-нибудь придумай, а то без тебя будет совсем кисло.

— Я уже четыре года отпуск не брал, — пожаловался Гаськов.

— Потерпи месяца четыре, а потом можешь отдыхать хоть полгода — я всё устрою! — пообещал ему Владимир. — Орлова надо уговорить, чтобы он вернулся в чекисты, как слетает на орбиту и поработает там вдоволь. Думаю, что настоящая потогонка вправит ему мозги на место!

— Эх… — тяжело вздохнул Константин Эдуардович. — Надо было тебя просто пристрелить тогда, при первой встрече в Кабуле — сейчас бы не было забот…

— Были бы, но другого рода, — ответил на это Жириновский. — Сейчас бы грызлись, за кусок пожирнее, с бизнесменами и политиками. Но обошлось, поэтому радуйся этим заботам — возможно, это лучшее, что когда-либо происходило в твоей жизни.

*Иракская Республика, мухафаза Багдад, город Багдад, 8 ноября 2000 года*

— И кто победил? — спросил Кусей Хусейн.

— Джордж Буш, — ответил генерал армии Амир Акрам, председатель Национального Совета Безопасности. — Отрыв существенный — целых 368 голосов выборщиков. Такого не случалось в США уже очень давно.

— Значит, мы приблизились к победе в этой войне, — констатировал Кусей. — Осталось сделать несколько важных шагов, и мы освободим нашу страну.

Он встал из-за стола, представляющего собой точную копию стола президента СССР, Владимира Жириновского, и прошёл к окну, за которым размещена видеостена, транслирующая 24-часовую видеозапись вида на триумфальную арку «Мечи Кадисии».

Жириновский и то, чего он добился, вызывает у него восхищение — прожив в Советском Союзе достаточно времени, Кусей понял, насколько могущественна эта сверхдержава и как много проявлений наглости она спускает западным странам.

— До победы ещё далеко, товарищ президент, — сказал Амир Акрам.

«Товарищ президент» — Кусей потребовал, чтобы его называли именно так, а не «господином президентом», как это было принято раньше.

— Я знаю, — произнёс он. — Но мы приблизились к ней. Американцы уже неспособны изменить что-то принципиально — они уже сделали всё, что могли. Это их максимум.

Его отец не мог даже мечтать о таком: американская армия понесла тяжелейшие потери, потратила десятки миллиардов долларов — и ради чего? Багдад встал, как кость в их горле, а уже взятые города не значат ничего, так как в них нет ни мирных жителей, ни ценностей. Лишь руины и озлобленные вражеские солдаты, жаждущие убивать…

— Генерал-полковник Аллави, — произнёс Кусей. — Вам слово.

— Кхм, — кашлянул Мухаммад Аллави, начальник Генштаба Иракской армии, и подошёл к карте на столе. — Генерал Лев Рохлин предложил план нового контрнаступления, на Эль-Фаллуджу. Американцы не ждут ничего подобного, так как прошлое контрнаступление проходило в соседнем районе. Он предлагает начать подготовку контрнаступления в направлении Эль-Кута, по восточному берегу Тигра, но атаковать Эль-Фаллуджу. Он считает, что освобождение Эль-Фаллуджи обезопасит наш фланг и позволит снять с западного фронта часть подразделений, которые пригодятся на южном фронте.

Кусей Хусейн подошёл к столу и рассмотрел карту, на которой схематично указаны возможные направления для контратак, а также есть пояснения с необходимой численностью подразделений.

— Авиация… — покачав головой, произнёс он.

— Мы работаем над решением этой проблемы, товарищ президент, — заверил его генерал Аллави. — В день начала контрнаступления радарная сеть будет активирована и новые зенитные ракеты покажут себя в деле.

В СССР, специально для Ирака, были разработаны ракеты, названные «Аль-Азаб» — они запускаются из транспортно-пусковых контейнеров, которые можно установить в кузов гражданского грузовика.

Это затрудняет их обнаружение, так как гражданские грузовики не являются приоритетными целями для американской авиации — они дешевле затрачиваемой ракеты.

Пока что, накоплено всего 200–220 готовых к применению ракет, потому что в Ираке их производить невозможно и всё поставляется через Сирию.

Но главная инновация, которой Кусей до сих пор искренне восхищается — это ракеты «воздух-воздух», адаптированные для наземного пуска.

Кто-то из специалистов в СССР как-то дошёл до этой потрясающей идеи — незначительно переделать ракеты Р-27, Р-73 и Р-77М, хранящиеся на складах тысячами единиц.

Всего, за последние девять лет, было поставлено 9754 ракет разных модификаций, 5574 единицы — это Р-27, 2787 — это Р-73, а 1393 — это Р-77М.

Эти ракеты предназначались для применения авиацией, но авиация применялась очень ограниченно, поэтому израсходовала только 3% от этого запаса.

Теперь в подземных мастерских производится конверсия ракет «воздух-воздух» в ракеты «земля-воздух», с упаковкой их в транспортно-пусковые контейнеры.

Идеальным зенитным решением является Р-77М, которая имеет активную радиолокационную головку самонаведения — после запуска в направлении цели, ракета сама ищет, захватывает и сопровождает цель, поэтому ей, на конечном этапе, не нужен внешний радар.

Вторым по значимости зенитным решением являются ракеты Р-73, у которых тоже есть головка самонаведения, но она инфракрасная, поэтому её можно сравнительно легко обмануть тепловыми ловушками, а ещё у неё ограниченная дальность, поэтому она подходит для низколетящих целей. Ну и единственным неоспоримым преимуществом является возможность установки этой ракеты на гражданский пикап.

А вот Р-27 нужны радары на всей протяжённости полёта, что является серьёзной проблемой, так как американцы очень хорошо уничтожают радары.

Импульсные режимы работы снижают эффективность противорадиолокационных ракет, но не на 100%, поэтому потери РЛС стабильно высоки.

И всё же, запас РЛС накоплен, поэтому в нужный момент американцы получат сокрушительный удар по своей авиации — Кусей запланировал ввести в бой около 1500 импровизированных зенитно-ракетных комплексов, которые должны будут очистить небо ради успеха контрнаступления.

— Я жду этого дня, — произнёс президент Ирака. — Передайте генералу Рохлину, что я очень высоко ценю его заслуги и очень скоро выражу благодарность от лица иракского народа.

*СССР, РСФСР, Москва, Остров, Дом Правительства СССР, 16 ноября 2000 года*

— Радуется, говорите? — переспросил Жириновский. — Недолго ему осталось радоваться…

Джордж Уокер Буш победил на выборах с разгромным счётом, оставив Альберта Гора далеко позади. Это напрямую связано с тем, что американские выборщики посчитали Демократическую партию слишком токсичной, из-за практически проигранной войны, которую начал Клинтон — в итоге Буш получил 368 голосов выборщиков.

Совет обороны СССР собрался в полном составе, в малом зале для заседаний.

— Десятое января следующего года, — произнёс Жириновский. — Аналитики ГКО и ГАУ КГБ утверждают, что это лучший день, чтобы реализовать все три запланированные акции.

— А вам не кажется, что мы играем с огнём? — спросил маршал Язов.

— Мне не кажется — я знаю, что мы играем с огнём, — ответил Жириновский. — Но это нужно сделать, чтобы сохранить нашего союзника на Ближнем Востоке. Чем хуже станет ситуация в США, тем более вероятен вывод войск Коалиции из Ирака. Поэтому реализовать необходимо все три акции — нам нужен тяжелейший политический кризис, чтобы даже Буша задело ударной волной. Товарищ Гаськов, ваша акция первая.

— Кхм-кхм, — кашлянул председатель КГБ. — Мы анонимно обнародуем видеозаписи совершения Биллом Клинтоном противоправных действий в отношении лиц, не достигших совершеннолетия. Совершил он их на острове Литл-Сент-Джеймс, при участии финансиста Джеффри Эпштейна и Гислейн Максвелл. Также мы обнародуем подобные видеозаписи с участием ряда американских политиков и представителей власти. Копии этих видеозаписей будут анонимно переданы во все крупнейшие СМИ. Джеффри Эпштейн и Гислейн Максвелл будут устранены вскоре после обнародования данных.

— Хорошо, — кивнув, сказал Жириновский. — Вторая акция — массированный ракетный обстрел тылов сил Коалиции. Генерал-полковник Сергеев.

— Да, мы продолжаем подготовку, — сообщил начальник Генштаба ВС СССР. — В ходе операции «Мираж», проведённой четверо суток назад, в Ирак были доставлены 328 комплектов для ракет «Аль-Кадисия». В процессе мы безвозвратно потеряли 117 комплектов, уничтоженных авиацией Коалиции. В середине декабря запланирована операция «Мираж-2», целью которой является доставка 900 комплектов. Если удастся доставить хотя бы 80% от всего объёма, то к десятому января ракеты будут готовы к запуску.

Операция «Мираж» — это массированная переброска грузов, с участием многих сотен гражданских грузовиков, большая часть которых везёт песок.

Сирию американцы обстреливать не рискуют, потому что у них больше нет уверенности в том, что ближневосточные страны ни на что не способны. В связи с этим, им приходится ждать, пока конвои пересекут сирийско-иракскую границу — в процессе конвои распадаются на десятки отдельных групп, что сильно затрудняет их уничтожение авиацией.

Раньше применялись одиночные грузовики, полагающиеся на скрытность и малую значимость одиночных целей — такая тактика позволяет перевозить ценные грузы относительно безопасно, но в малых объёмах.

Помимо ракет, через Сирию доставляются компоненты для РЛС, зенитные ракеты, а также корректируемые снаряды, которые в СССР производят очень крупной серией, будто во время войны.

Правда, в Ирак поставляются корректируемые снаряды «Краснополь» и «Сантиметр», тогда как Советская армия уже получает снаряды «Краснополь-М2» и «Сантиметр-М1», обладающие большей дальнобойностью и точностью, а также вариациями с разными типами боевой части — кассетными, термобарическими, шрапнельными и химическими.

— Массированный ракетный обстрел будет осуществляться по логистической инфраструктуре, а также подтверждённым местам скопления бронетехники и живой силы, — продолжил генерал-полковник Сергеев. — Силы Коалиции развернули довольно-таки мощную систему ПВО, памятуя о предыдущем провале. Но и у неё есть предел — мы узнаем, каков он, и учтём при моделировании возможных конфликтов со странами НАТО.

У Генштаба ВС СССР тоже есть собственный вычислительный центр, по мощности не уступающий центру ГАУ КГБ СССР. Суперкомпьютеры моделируют различные сценарии конфликтов против различных стран, опираясь на полные данные о Советской армии и собранные разведданные об армиях разных стран. Эти данные регулярно пополняются, поэтому работа вычислительного центра идёт непрерывно.

Как и большинство вычислительных центров, этот находится на Алтае, в толще гор — это беспрецедентная степень защиты от ядерных ударов, поэтому ядерную войну должны пережить все основные вычислительные центры.

Но Жириновскому больше всего нравится комплекс бункеров под горой Ямантау — там сейчас близко к завершению строительство подземного комплекса для нового суперкомпьютера, который только предстоит создать.

Там же находится и правительственный бункер, в который предполагается эвакуировать Верховный Совет и Правительство СССР — он находится на глубине 530 метров, под толщей из скальной породы, поэтому ему не сможет навредить даже прямое попадание ядерной ракеты.

Разработка ядерного реактора для серии подземных бункеров ещё не завершена — реактор «Урал-300» будет иметь расчётную мощность 300 МВт, чего хватит и на обеспечение бесперебойным энергоснабжением вычислительного центра, и на жизнеобеспечение всего подземного комплекса.

Все подземные комплексы будут оснащены реакторами, которые смогут бесперебойно работать в течение 40–45 лет, при условии квалифицированного обслуживания и своевременного ремонта.

Но конкретно комплекс в Ямантау будет особенным, так как в него планируется поставить суперкомпьютер пиковой мощностью в 550 терафлопсов — это должно произойти примерно через 1,5–2 года, когда будет освоен новый техпроцесс и создано новое поколение процессоров для суперкомпьютеров.

Вся эта землеройная активность прекрасно видна со спутников, поэтому американцы знают о большей части подземных комплексов, но они не знают, на какой именно глубине находятся бункеры, понятия не имеют, какое у них назначение, но должны будут потратить на них часть своих ракет, в случае ядерной эскалации.

В любом случае, всё это строится не зря, так как прямо сейчас в некоторых комплексах располагаются вычислительные центры, питаемые из внешних источников — обмен данными осуществляется по очень мощным оптоволоконным кабелям, лежащим в каналах глубокого залегания. Уже давно не очень-то важно, где именно находится тот или иной вычислительный центр, поэтому никто не знает, как ядерную войну переживут люди, но можно быть уверенным, что вычислительные центры её точно переживут.

«Ведомства совсем обнаглели», — подумал Жириновский и добродушно улыбнулся. — «Каждый норовит ухватить собственный вычислительный центр, для решения собственных задач».

Была когда-то задумка программы «Интеграция-97», возникшая на волне эйфории от получения сверхчистых полупроводников на «Буранах», в рамках которой предлагалось оснастить каждое ведомство мощными вычислительными центрами, чтобы создать разветвлённую сеть вычислительных центров, которые, в совокупности, дадут колоссальный прирост вычислительной мощности и повысят точность планирования до фантастического уровня.

Увы, но это было сочтено чрезмерно дорогостоящим и нерентабельным решением, так как страна бы разорилась на плановом обновлении всех центров, стоимость которого могла бы приблизиться к астрономическим значениям.

Вместо этого было решено сделать ставку на последовательное наращивание вычислительных мощностей ограниченного количества центров, что и дешевле, и удовлетворяет потребности правительства.

— Это всё? — спросил Жириновский. — Тогда к третьей акции.

— Контрнаступление на Эль-Фаллуджу, — произнёс генерал-полковник Сергеев. — Этот город является очень важным плацдармом сил Коалиции, так как через него проходит логистика группировки, осаждающей Багдад. Если Иракской армии удастся взять город штурмом и выбить из него силы Коалиции, то это позволит существенно улучшить ситуацию на западном фланге обороны. В рамках этой контрнаступательной операции запланировано уничтожение всех мостов через Евфрат, что затруднит вражеским подразделениям отступление. Наши аналитики прогнозируют окружение части вражеских сил и их неизбежную капитуляцию. Возможно, командование противника предвидит подобную угрозу и прикажет своим силам отступать из города, но мы не можем решать за них и строить на этих решениях какие-либо планы.

— Значит, десятого января всё решится… — заключил Жириновский. — Подождём…

Примечания:

1 — О худшем сценарии истории — в эфире рубрика «Red, зачем ты опять тут мне нагнетаешь⁈» — итак, представим гипотетическую ситуацию, в которой большевики не приходят к власти, а у власти остаются какие-то фантастически временные правители, ну, там, князь Львов, Милюков, Керенский и остальные. Даже, чёрт с ним, дадим им «небольшую» фору в виде того, что Российская республика не развалилась по национальным формированиям, к чему всё уверенно шло. Итак, Кайзеровская Германия всё равно проиграла, в ней растёт реваншизм, её пыжат во все щели не только Великобритания и Франция, но ещё и Российская республика, которая тоже, вообще-то, многое потеряла в этой войне и ей нужны деньги, денежки. У некоего А. А. Гитлера всё так же есть идеи, которые он отразит в своей книге «Майнкрафт». А идеи у него следующие: славянские народы неэффективно распоряжаются землями, по которым ходят, а немец — он рачительный хозяин и может управлять ими с большей пользой, поэтому лебенсраум надо срочно перераспределить, и вообще, немцы — это арии, высшая раса, и весь инжир с деревьев должен быть их, а все остальные — это фраера тут ходят! То есть, единственное отличие в «Майнкрафте» Гитлера — это отсутствие слов о том, что большевики — это наши враги, а не политические оппоненты, а строки о евреях и славянах будут точно такими же. Причин, почему не должна произойти Великая депрессия тоже, собственно, нет — она произошла не по причине прихода большевиков к власти в России. Великая депрессия происходит, желание реванша в немцах только крепнет, потому что их всё так же будут продолжать пыжить в три смычка страны-победительницы, поэтому Вторая мировая война неизбежна, по причинам, никак не связанным с наличием или отсутствием большевиков. И она начинается — возможно, по другому поводу, но по той же причине. И вот тут начинается самое интересное. Франция — 43 дня, Польша — 36 дней, Греция — 24 дня и так далее. В то, что Керенский и ему подобные были бы способны провести индустриализацию именно в том масштабе, в котором её провели при Сталине — ну, верится с очень большим трудом. Конечно, в этой ситуации Россия бы точно не была такой же, как при позднем Николае II, то есть, был бы отскок от дна, но совсем не до уровня индустриального гиганта, которым Российская империя не была никогда. Следовательно, денег у страны было бы меньше, промышленность была бы сильно менее развита, армия слабее и более устаревшей, так как страна-победительница и незачем улучшать то, что уже работает. Как, с такими вводными, побеждать сильнейшую армию планеты Земля, по версии целой плеяды историков? Никак. Американцы были не в состоянии помочь Европе, так как у них был забот полон рот: не хотелось влезать в это, во-первых, а также имелся важный отвлекающий фактор в виде Японской империи, агрессивный настрой которой тоже не имеет никакого отношения к наличию или отсутствию большевиков, во-вторых. Европа бы пала под натиском нацистских войск, и Россия бы пала, а что делать с США, обладая такими колоссальными ресурсами — всей Европы и России, автор «Майнкрафта» бы придумал. Атомные бомбы, Америкабомбер — эти идеи начали реализовывать даже в нашей негипотетической реальности. Но напоминаю тебе, уважаемый читатель, что мы дали фору в виде сохранения территориальной целостности Российской республики — без большевиков всё это бы, неизбежно, рассыпалось на десяток маленьких, но гордых и независимых государств, которые было бы расколошматить очень и очень легко. Это кому-то может не нравиться, кто-то может читать это, стиснув зубы, но победа большевиков — это лучший вариант развития событий, который привёл к уничтожению Третьего рейха. Советский Союз заплатил за это экстремально тяжёлую цену, но поражение в войне означало бы… что бы это означало можно было бы узнать в «Майнкрафте» А. А. Гитлера, если бы он не был запрещён на территории Российской Федерации. В конце концов, заплатив эту цену, Советский Союз спас не только себя, но и сотни миллионов людей, определяемых нацистской идеологией в категорию «недочеловеков». И точка бифуркации, разделяющая все эти временные линии — октябрь 1917 года. Подумай об этом перед сном, уважаемый читатель.

*СССР, РСФСР, Москва, Краснопресненский район, кооперативный магазин «Снежинка», 14 декабря 2000 года*

— Привезли? — спросил Владимир, сидящий в машине.

— Да, привезли, — подтвердил вернувшийся из магазина Захар и показал пакеты. — Вот — купил всё, что было…

— Грузи на заднее сиденье, — велел ему Жириновский. — И смотри, чтобы не упало.

Импортируемый афганский гранатовый сок равномерно распределяют по всему Союзу, но его производится слишком мало, так как Ватанджар сфокусировал своё сельское хозяйство на выращивании шафрана.

Спрос на шафран, самую дорогую специю в мире, стабильно высок, потому что он никак не желает выходить из моды на кухнях всего мира.

АФСР зарабатывает на этом сотни миллионов долларов и, постепенно, выплачивает долг СССР, который ей платить ещё очень много лет. По расчётам ГКО, если экономика АФСР будет расти нынешними темпами, то полная выплата ожидается ближе к 2023-му году, но реалистичный прогноз, учитывающий неизбежное замедление роста, указывает на 2027-й год.

Но Афганистан выплачивает его, в отличие от Египта, Алжира, Эфиопии и Никарагуа. Платить эти страны не хотят, а Жириновский теряет терпение — он уже в одном шаге от того, чтобы подвести к их берегам авианесущие крейсеры, которые строились-то, собственно, для проекции мощи Советского Союза, а не для реальных боевых действий.

Он никому и ничего не собирается прощать, потому что эти деньги, данные когда-то в долг — это плод труда поколений советских граждан.

Благодаря этим долгам Владимир уже просочился экономически в ряд стран социалистической ориентации — собственно, самым большим успехом является Ирак, в котором сыграл равно как большой долг перед СССР, так и личный страх Саддама лишиться власти из-за массового голода, которым грозили международные санкции. Решив не рисковать, он пошёл на сделку с СССР, который устранил угрозу голода и наложил вето на международные санкции ООН.

А теперь Ирак горит огнём и удобряет почву кровью своих и американских солдат, но это произошло бы в любом случае. Только теперь Ирак оказался готов к этой войне и, постепенно, выигрывает в ней.

Захар, тем временем, сел на переднее пассажирское кресло ГАЗ-4103. Владимир завёл двигатель и они поехали обратно в Дом правительства СССР.

— Может, стоит заказать гранатовый сок у товарища Ватанджара? — спросил Захар, пристегнув ремень безопасности. — Тогда не придётся ездить по всему городу и искать его.

— Так будет неинтересно, — ответил на это Жириновский. — Когда сока много, каждый глоток его менее ценен. А если его мало и практически не достать, то в его букете сразу же начинают чувствоваться нотки элитарности… Поэтому я не буду заказывать у Ватанджара никакой сок.

Этот красный ГАЗ-4103 принадлежит Захару — он купил его на сбережения, в тот момент, когда модель, в очередной раз, подешевела.

Жириновскому нравится управлять этой машиной, так как тут гидроусилитель руля нового поколения, есть встроенный компьютер, считывающий показатели с множества датчиков, установленных в основных узлах, а ещё сама машина имеет хищный дизайн и даже антикрыло на багажнике.

Он точно знает, что новую модель машины разработали с применением суперкомпьютера: провели полное трёхмерное моделирование, провели детальные аэродинамические расчёты, полные краш-тесты, многовариантную топологическую оптимизацию, множество тестов отдельных узлов, а также усталостные испытания — и всё это виртуально.

Общий срок разработки машины составил 17 месяцев, из которых виртуальная часть заняла, суммарно, 9 месяцев.

И теперь, когда Владимир сидит за рулём этой машины, зная её предысторию, он невольно ощущает элитарность, потому что это не какие-то инженеры корпели над чертежами за кульманами, а машина, с пиковой вычислительной мощностью сначала 270 гигафлопсов, а на конечном этапе аж 3 терафлопса, безошибочно подобрала идеальные параметры каждой детали.

В связи с успехом ГАЗ-4103 на международных выставках, ГКО решила, что нужно оснастить все крупнейшие автозаводы страны собственными вычислительными центрами, которые круглосуточно будут заняты разработкой новых моделей автомобилей.

Это не только значительно ускоряет разработку, но и сокращает необходимое количество специалистов, которые вместо этого могут быть направлены на более важные задачи.

«Американцы ведь давно, с технической стороны, могут точно так же — есть на это деньги и кадры», — подумал Жириновский, выезжая на улицу Герцена. — «Но их организационная модель делает такую затею бессмысленной. Частные компании не могут себе позволить подобные расходы, а государство инертно и не желает тратить средства из федеральной казны ради прибыли частников. Да и сами частники не захотели бы делить несколько государственных вычислительных центров между собой».

У Форд, Крайслер, Дженерал Моторс и нескольких других автопроизводителей уже есть собственные суперкомпьютеры, на которых они, потихоньку, что-то моделируют, но они просто не потянут строительство вычислительного центра на 8–12 терафлопсов — это окупится в горизонте десятилетий, а это слишком долго и инвесторов таким образом не возбудить.

— В следующий понедельник полетишь в Монголию, — сообщил Жириновский ассистенту. — Нужно будет провести ревизию советско-монгольских предприятий, а также побеседовать с местным руководством о расширении партнёрства. Индустриализация идёт слишком медленно, а это неприемлемо.

Монгольская Народная Республика должна СССР огромные деньги, но выжимать из неё долги Жириновский посчитал неэтичным — в самый тяжёлый час в истории СССР Монголия начала отдавать последнюю краюху хлеба, чтобы помочь справиться со смертным врагом.

Поэтому Владимир приказал применить афганскую модель, которая ведёт к индустриализации страны и неизбежному росту ВВП. В Монголии есть много ресурсов, рентабельность добычи которых доказана ещё в 80-е годы, поэтому через степь протягиваются железные дороги, строятся новые моногорода, а в существующих городах открываются технические институты.

Не пройдёт и десятка лет, как Монголия начнёт напоминать Афганистан, который начал славиться на весь мир своим шафраном премиум-класса, передовой электронной промышленностью и могущественной армией, разгромившей очень опасного соседа. А скоро у него появится собственный Военно-морской флот, который превратит АФСР в державу, проецирующую свою мощь на Индийский океан и в Персидский залив.

— Хорошо, слетаю, — ответил Захар.

— Командировка продлится два месяца — будешь жить в «России», лучшей гостинице Улан-Батора, — добавил Жириновский. — И прощупай там почву по тематике интеграции экономики в нашу сеть.

Советско-монгольские предприятия лёгкой промышленности, производящие необходимые СССР товары, включены в сеть ГКО и о происходящем на них есть полная информация, но вот остальная промышленность МНР работает автономно, что не очень-то эффективно.

Сейчас в единой сети ГКО находятся СССР, ГДР, АФСР, Ирак, Сирия, НДР Коса, НДР Йемен, Мадагаскар, Ангола, Мозамбик, НР Конго, Намибия и ДСР Шри-Ланка. До лета этого года во многих из этих стран были локальные органы управления экономикой, но теперь, с запуском нужного количества спутников лазерной связи, управление осуществляется ГКО напрямую, с помощью местных кадров.

Это экономическая экспансия, которая не обошлась без специальных операций ГРУ и КГБ, но официально всё это выглядит, как крайне дружественная помощь братским народам.

Полной экономической независимости нет ни у одной из этих стран, зато индустриализация идёт, годовой ВВП растёт, благосостояние населения увеличивается, а ещё у них есть космические центры и систематически летающие на орбиту команды космонавтов.

Да, это фактический контроль над этими странами, но не с целью выкачивания ресурсов — в долгосрочной перспективе, они выигрывают больше, так как СССР от них, рано или поздно, отстанет, а развитая промышленность и постиндустриальное общество останутся…

«Зато сколько трудовых ресурсов высвобождено…» — подумал Жириновский, заезжая на подземную парковку Первого небоскрёба.

Но наиболее важным плюсом от индустриализации в союзных государствах, включённых в общую сеть, Жириновский считает то, что они превращаются в ценные рынки для сбыта советской продукции.

Тысячи советских предприятий создают избыточный продукт, который ранее поставлялся на Запад, но теперь все вводят заградительные пошлины, а Клинтон вообще ввёл людоедские заградительные пошлины на все наименования советских товаров, по причине «недружественного поведения СССР».

Эра международной торговли начала уходить в прошлое, даже толком не успев начаться — теперь в силу вступила эра пошлин и санкций.

— Нужно будет написать речь на выступление перед журналистами по теме бойкота Зимних игр, — произнёс Жириновский, когда ассистент вошёл в лифт вслед за ним. — Ознакомься с тезисами и напиши черновой вариант — пришли на почту. Времени тебе до конца рабочего дня.

В пакете в его руке тихо позвякивают бутылки с гранатовым соком. Мысленно он предвкушает, как сядет за стол, нальёт сок в стакан и начнёт пить его, наслаждаясь элитарностью каждого глотка.

— Сделаю, Владимир Вольфович, — ответил Захар.

— Приступай, — сказал Жириновский и вышел из лифта.

В приёмной его ожидала секретарь.

— Звонили из посольства Саудовской Аравии — посол просит встречи, — сообщила Екатерина Георгиевна.

— У меня есть окошко для него? — спросил Жириновский.

— На следующей неделе, во вторник, с шестнадцати до семнадцати часов, — ответила секретарь.

— Созвонись и скажи, что можем втиснуть на эту дату, — решил Владимир. — А если нужно больше времени, то найди ближайшую свободную дату.

Он прекрасно знает, чего хочет Саудовская Аравия — сам факт восстановления дипломатических отношений, свершившийся 19 июня этого года, свидетельствует о том, что король и его министры больше не верят в победу США.

А ещё они понимают, что Ирак выйдет из этой войны с опытной и боеспособной армией, так как военный разгром, как во время «Бури в пустыне», не состоялся. И если они держат в голове, что Кусей — это сын своего отца, то после ухода Коалиции возможна региональная эскалация — в отношении Кувейта и Саудовской Аравии.

С Кусеем договариваться будет малопродуктивно, так как он захочет очень многого, поэтому рациональным ходом выглядит попытка договориться с его покровителем, который разумен и трезво смотрит на вещи.

Только вот Владимир выступает за то, чтобы Кусей содрал с Кувейта, Катара, Бахрейна и Саудовской Аравии очень жирную контрибуцию, какую не брала даже Золотая Орда с покорённых народов — как компенсацию за предоставление своей территории для нападения на Ирак, а также в качестве комплимента за то, что Ирак не бил по дворцам, администрациям и гражданской инфраструктуре в указанных странах.

Из этого следует, что договариваться с Жириновским тоже бесполезно, но встреча должна состояться, чтобы никто потом не питал иллюзий…

— Заседание Совета обороны перенесено на завтра — оно состоится в 15:00, — продолжила секретарь. — Товарищи Язов и Диков не успели закончить свои дела во Владивостоке, поэтому не вернутся сегодня.

— Это ладно, — произнёс Жириновский. — Ничего экстрасрочного всё равно нет. Ещё что-то?

— Всё остальное по графику, — покачав головой, ответила Екатерина Георгиевна.

— Прекрасно, — сказал Владимир. — Я буду у себя. Предупредите за полчаса до прихода генерала Гаськова.

— Предупрежу, Владимир Вольфович, — ответила секретарь и взяла со стола мобильный телефон, на котором начала устанавливать будильник.

Это «Урал 2С», расширенная версия базовой модели «Урал 2» для зажиточных советских граждан, имеющая камеру на 0,5 мегапикселей, первую в мире, цветной экран, а также функцию отправки сообщений с фотографиями.

Вышел этот телефон в этом месяце и за ним была большая многодневная очередь в точках сбыта — несмотря на цену в 840 рублей, желающих купить новинку оказалось слишком много, поэтому произведённый запас был исчерпан в первую неделю.

Жириновский же не стал гнаться за модой и до сих пор пользуется стареньким «Сибирь-2М», который его полностью устраивает. Но как только НИИсчётмаш выпустит «Сибирь-3», а вернее, «Сибирь-3М», оснащённую модулем шифрования, Владимир сразу же перейдёт на неё.

«Урал 2» и «Урал 2С» такими модулями не оснащены, поэтому госслужащим ими пользоваться можно, но не в служебных целях, в связи с чем на столе Екатерины Георгиевны лежит служебная «Сибирь-2М».

Жириновский вошёл в кабинет, повесил пальто в шкафу, положил пакет с бутылками сока на диван и вытащил одну бутылку.

По пути взяв из серванта стакан из набора, подаренного Эгоном Кренцем, Владимир распечатал бутылку, налил её содержимое в небьющийся стакан и с наслаждением сделал глоток.

— Ох… — выдохнул он и заулыбался. — Вкус роскоши…

Возможно, всё дело в том, что в Афганистане какой-то особый климат, но другие гранатовые соки Владимиру не нравятся.

Под руководством Ватанджара, в подконтрольной ему стране была построена высокоразвитая ирригационная система, позволившая расширить посевные поля и ввести в эксплуатацию ранее пустовавшие земли.

За прошедшее десятилетие было высажено 270 тысяч гектаров полезащитных насаждений, создана крупнейшая в регионе ирригационная система, что позволило не только включить в афганское народное хозяйство 130 тысяч гектаров новых плодородных полей, но и существенно повысить плодородность уже имеющихся посевных площадей.

Всё это, естественно, делалось ради шафрана — Мохаммад Ватанджар даже объявил 1999 год годом шафрана и вложил около 500 миллионов заёмных рублей в сектор.

В Советском Союзе эта специя считается дороговатой, но вполне доступной для среднестатистического покупателя, а вот за рубежом она стоит каких-то безумных денег.

Это обстоятельство учёл местный криминал — контрабандисты тайно перевозят граммы и килограммы афганского шафрана, закупленного в советских гастрономах, в Финляндию, чтобы потом сбывать его в Европе, по цене чуть ниже рыночной.

МВД борется с этим, поэтому контрабандистов систематически ловят на советско-финской границе, с различными грузами.

Масштабное расследование, последовавшее за первым обнаруженным инцидентом, раскрыло давно существующую контрабандную сеть — в Финляндию возят почти все советские товары, субсидированные государством, с целью продажи в Европу, чуть дешевле рынка.

В сети были задействованы сотрудники МВД, поэтому Пуго получил строгий выговор от ГКО, а затем всё руководство МВД Карельской АССР и Мурманской области было подвергнуто ротации — за служебное несоответствие. Те же сотрудники, вина которых была доказана, отправились рубить реликтовые леса Сибири.

Жириновский всегда понимал и до сих пор прекрасно понимает, что если есть коррупционная возможность, то ею кто-то обязательно попробует воспользоваться, поэтому по его приказу был проведён рейд по всем пограничным областям всех республик, а в Верховном Совете СССР была создана специальная комиссия, задачей которой является поиск и устранение подобных возможностей.

А финские власти получили от него устное внушение — он пригрозил, что если они будут и дальше потакать советским криминальным элементам, то может случиться так, что у Финляндии появится новый уголовный кодекс, который начнётся со слов: «Мы, Владимир Жириновский, милостью Съезда Народных Депутатов, Президент СССР…»

Внушение возымело действенный эффект и с финской стороны границы тоже начались рейды, по итогам которых начались посадки.

«А то обнаглели совсем», — подумал Владимир и залпом выпил стакан гранатового сока. — «И польские мудаки тоже обнаглели, подонки».

В Польше распространяется нарратив, что СССР специально поддерживает Ирак, чтобы нанести ущерб Польше, которая потеряла в ходе войны уже более семи тысяч солдат убитыми и пленными. Это предлагается рассматривать, как косвенные враждебные действия, в связи с чем, ни о каком нейтральном статусе речи идти не может.

«Но им-то на что жаловаться?» — с возмущением подумал Жириновский, наливая в стакан новую порцию сока. — «Американцы не забыли о своих верных союзниках и теперь вливают в них инвестиции».

Ему известно, что имели место встречи Клинтона с ключевыми игроками американского бизнеса — в итоге, в Польшу вкладывают несколько миллиардов долларов, чтобы снизить советское экономическое влияние, а также создать плацдарм для будущего расширения экономического сотрудничества.

Формально, это не нарушает договор о нейтральном статусе, так как это сугубо частные инвестиции в Польшу, но фактически, это делается по воле Белого дома, намеревающегося покрепче привязать к себе неформального союзника в Восточной Европе, самого важного для США.

Из этого следует, что Польша разменяла тысячи жизней своих граждан на инвестиции и это считается выгодной сделкой, хотя Жириновский считает, что это крайне опасный шаг — любое отклонение от договора будет воспринято им крайне болезненно.

С неохотой прекратив наслаждаться гранатовым соком, Владимир вывел компьютер из режима сна и вернулся к изучению технической документации по разработанному типу противоракетной обороны орбитальных станций.

Никто не сомневается, что у США уже давно разрабатываются ракеты, способные подняться на 400–450 километров и уничтожить орбитальные станции «Мир» и «Мир-2».

В связи с этим, разработан модуль противоракетной обороны «Надир» — специальные ракеты, запускаемые на перехват объектов, с вероятностью поражения цели в 90%. Каждая противоракета обойдётся госбюджету в 43,6 миллионов рублей, так как в ней содержится передовая начинка, какой не предполагается даже в самых передовых ракетах для армии.

Всего в модуле «Надир» будут 48 противоракет, что должно гарантировать поражение любых враждебных объектов, приближающихся к станции.

«Надиров» произведут всего два, по одному на станцию и это позволит Владимиру спать спокойно по ночам.

До недавнего времени был один фактор, мешавший ему спокойно засыпать, но и его очень скоро устранят — космический мусор, которого на орбите уже неприлично много.

Тут, наконец-то, настал час актуальности проекта орбитальной платформы «Скиф», а вернее, её лазера, который за эти тринадцать лет сумели значительно усовершенствовать — он выдаёт мощность 900 кВт, имеет высокотехнологичную систему охлаждения постоянного действия, а также систему охлаждения временного действия.

Последняя представляет собой цистерны со специальным композитом из парафина и сверхчистого графена, которые плавятся и поглощают уйму тепла.

К этому лазеру, названному ГДЛ РД1025, разработана орбитальная платформа массой в 48 тонн, оснащённая восемью двухтонной массы цистернами с композитом, а также системой охлаждения, отводящей около 450 кВт тепла. У лазера также есть зеркало диаметром 4,2 метра, фокусирующее луч — оно состоит из двух сегментов. Также на платформе размещаются двухдиапазонный АФАР-радар и ядерный реактор «Кантегир-К», мощностью 1,6 МВт.

Каждая цистерна с композитом способна вобрать в себя 900 МДж тепла, а затем её нужно либо сбросить в атмосферу, чтобы она там сгорела, либо отвести на орбитальную станцию с помощью «Шквала».

Увы, но охлаждающие цистерны не будут полноценно использоваться до поднятия на орбиту и полноценного ввода в эксплуатацию станции «Мир-3», на которой будут находиться сразу два орбитальных буксира — «Шквал-2» и «Шквал-3». Действующий буксир имеет очередь задач на десятилетие вперёд, поэтому никто не будет отвлекать его на эту не самую приоритетную задачу.

«Но настанет время…» — мысленно пообещал себе Жириновский. — «И тогда лазеры будут работать на полную мощность, вычищая орбиту до зеркального блеска».

Согласно расчётам, на объект диаметром до 10 сантиметров лазер будет затрачивать до 3 минут облучения в импульсном режиме, при условии, что дистанция до него будет до 1500 километров.

На объект диаметром от 10 до 50 сантиметров лазер будет тратить до 18 минут.

А на объект от 50 до 200 сантиметров лазер затратит до 50 минут, что, определённо, оправдано.

Вопреки ожиданиям Жириновского, это не сжигание объектов до состояния ядерного пепла, а лазерная абляция — лазер фокусируется на объекте, испаряет маленькую часть материала, что создаёт облако пара, создающего реактивную тягу, которая замедляет и снижает объект. А дальше атмосфера Земли сделает всё сама. И то, что должно было занять годы и десятилетия, будет сделано за часы.

Владимир посчитал это гениальным решением и пропихнул через Верховный Совет СССР производство сразу десяти орбитальных лазерных платформ, филигранно застращав народных депутатов смертельной угрозой «Миру-2», исходящей от космического мусора.

Но эта угроза неиллюзорна, поэтому имеет смысл сжигать весь мусор, летающий на орбите.

Согласно расчётам конструкторов, группировка из десяти платформ сможет уничтожать до 11–12 тысяч объектов в месяц. Для авгиевой конюшни, которую представляет собой орбита, это капля в море, так как там летают сотни тысяч мусорных объектов, подавляющее большинство которых, в данный момент, не опасно для «Мира-2».

«Но станция стоила нам слишком дорого, слишком многим мы пожертвовали, чтобы построить её», — подумал Владимир. — «Нельзя играть в азартные игры с космосом…»

*СССР, Белорусская ССР, Обуз-Лесновский полигон, 25 декабря 2000 года*

«Наверное, Клинтон сейчас сидит у себя дома и кушает рождественские блюда…» — подумал Жириновский, запахивая ворот пальто поплотнее. — «Уж точно он не морозит задницу, как я сейчас…»

Он находится в холодном бункере, из которого ведётся наблюдение за противостоянием дистанционно управляемых машин.

Подразделение операторов БПЛА получило задачу не допустить уничтожения условного командного пункта силами танкового взвода противника.

Танковый взвод состоит из трёх танков Т-90Т, в аббревиатуре которых буква «Т» означает «телеуправляемый». Это танк, в котором движение, наведение и огонь осуществляются оператором, который может сидеть в Свердлове или во Владивостоке, так как в крышу башни вмонтирована антенна, улавливающая лазерный луч с орбиты.

Когда в небе очень сильная облачность, танк практически небоеспособен, так как сигнал почти не проходит, а в остальное время передача сигнала осуществляется очень быстро, с минимальной задержкой.

Ситуационная осведомлённость оператора обеспечивается за счёт множества камер, расположенных по всему периметру корпуса, поэтому оператор владеет ситуацией вокруг танка лучше, чем экипажи танков предыдущих поколений.

В боевых условиях такие танки не применялись и не будут применяться — это отработка концепции для далёкого будущего, когда технологии станут совершеннее и надёжнее.

Но сейчас уникальный случай, так как Владимиру в голову пришла блестящая идея, суть которой заключается в испытании стоящих на вооружении дронов-камикадзе в условиях, максимально приближенных к боевым.

Для этого часть полигона перестроили и создали достаточное пространство для полноценного противостояния дронов-камикадзе и телеуправляемых танков.

На большой центральный экран транслируется изображение с дрона-разведчика, а на двух десятках экранах поменьше идёт трансляция изображений с дронов-камикадзе и танков.

Бункер ещё не прогрелся, но механическая вентиляция уже нагнетает тёплый воздух, нагреваемый специальной установкой.

Танковый взвод движется в боевом порядке и до цели ему осталось восемь километров. Т-90Т могли бы разбить цель и с этой дистанции, но боевое задание требует, чтобы они осуществили это прямой наводкой, уничтожив также и пехоту, роль которой играют мишени из фанеры.

Операторы дронов-камикадзе не медлят и предпринимают первую атаку, пустив в ход двенадцать «Олёнок» с кумулятивными спецбоеприпасами КЗ-900.

Советские конструкторы были стеснены строгими ограничениями по массе, при высоких требованиях по бронепробитию, но вписались почти впритык — они разработали спецбоеприпас КЗ-900, весящий 870 граммов и пробивающий 480 миллиметров гомогенной стали под углом 90 градусов.

Дроны-камикадзе бросились в атаку, заходя под разными углами и выбрав целью один танк, едущий на левом фланге взвода.

Когда они достигли нужной дистанции, заработал комплекс активной защиты, серией взрывов уничтоживший сразу четыре дрона, приблизившихся опасно близко.

А спустя секунды, когда подошла вторая волна дронов-камикадзе, была выпущена ещё одна серия защитных боеприпасов, уничтожившая ещё пять дронов.

Зато один дрон-камикадзе успел как-то проскользнуть и врезался в башню танка. Но с дрона-разведчика и по показаниям датчиков в танке видно, что динамическая защита отработала штатно, поэтому пробития не состоялось.

Но по тем же показаниям датчиков видно, что элементы комплекса активной защиты на левом борту башни вышли из строя, что открывает камикадзе потрясающую возможность добраться до танка…

Впрочем, оставшиеся дроны не сумели добраться до танка и точно так же погибли во взрывах.

Операторы дронов-камикадзе не отчаялись и подняли вторую волну одноразовых убийц, которые повторили предыдущую тактику, но на этот раз оператор танка начал маневрировать, что, конечно же, никак не помогло.

В этот раз дрон, атаковавший танк в переднюю часть левой полусферы, сумел врезаться в борт танка, взорвавшись на сегменте динамической защиты, что не ускользнуло от внимания других операторов.

Атака немедленно прекратилась и дроны-камикадзе выстроились в своеобразную очередь, последовательно атакуя всё так же едущий танк в уязвимое место.

На третьем попадании в тот же борт, танк остановился, а затем один из дронов подлетел к башне и ударил в командирский люк, после чего танк задымил.

— Там же могли быть люди… — прошептал маршал Язов.

— Там приводы дистанционного управления, — сказал на это генерал армии Варенников.

— Но в боевых условиях — там же будут люди… — посмотрев на него, проговорил маршал.

— Да, будут, — подтвердил Валентин Иванович. — И они, скорее всего, погибнут. Если не в танке, то немного после, когда попытаются эвакуироваться. Стратегия применения БПЛА-камикадзе предполагает выведение танка из строя и полное уничтожение экипажа.

Жириновский же пристально наблюдал за дальнейшим ходом этого беспилотного противостояния.

Для уничтожения другого танка, шедшего в центре, операторы дронов-камикадзе применили другую тактику — прилетела «Казарка», оснащённая кассетным боеприпасом «Листопад», который она опорожнила сразу же, как оказалась над танком.

От такого типа угроз КАЗ «Арена-М2» тоже защищает, но суббоеприпасов слишком много — 50 штук, поэтому КАЗ начал выпускать все доступные защитные боеприпасы, опорожнив первую очередь за один раз.

И всё же, некоторые из суббоеприпасов сдетонировали на броне, но не нанесли танку существенного урона.

«Казарка» улетела, так и не попав в зону действия КАЗ, а ей на смену прилетела новая, теперь оснащённая спецбоеприпасом «Шрапнель». Она подлетела на минимальную безопасную дистанцию и сдетонировала, осыпав крышу танка снопом готовых поражающих элементов.

Сразу после этого, на танк налетел десяток «Олёнок», три из которых были уничтожены сработавшими защитными боеприпасами, а вот остальные семь штатно отработали по танку, обездвижив его и уничтожив.

— Танкистам не спастись… — прошептал поражённый маршал Язов.

— Не надо так отчаиваться, Дмитрий Тимофеевич, — попросил генерал Варенников. — Испытания КАЗ «Колизей» показывают обнадёживающие результаты. У танкистов, в конце концов, появится убедительная защита от таких БПЛА.

— От таких! — ответил маршал. — А будут ведь другие! Владимир Вольфович совсем не зря говорил на заседаниях, что вот эти вот — это даже не начало начала!

А Владимир, тем временем, обдумывал то, что только что увидел. Операторы подошли к задаче творчески и нашли решение, позволяющее преодолеть главное препятствие — КАЗ. Способ оригинальный, но он сработал. Им не нужно было уничтожать все элементы КАЗ, а достаточно было уничтожить несколько из них, чтобы открыть «окна» для атаки — они этого и добились.

Последний танк операторы решили добить не менее оригинальным способом — они направили «Олёнки» колонной, с интервалом около 3–4 метров между дронами, чтобы перенасытить правую полусферу, которой, правда, хватило на все десять дронов.

А затем в бой вступили три «Рисса», оснащённые обычными гранатами ПГ-7ВЛ «Луч». Две из них КАЗ уничтожил, а на третий уже не хватило заряда — у него было минимум четыре двойных срабатывания, когда на один дрон расходовалось два защитных боеприпаса, поэтому исчерпались заряды быстрее, чем должны были.

«Рисса» врезалась в борт корпуса танка, но повреждений было нанесено недостаточно, поэтому он продолжил движение.

Тогда в него врезались сразу три «Олёнки», завершившие дело.

— Вот и всё, — произнёс Жириновский. — Какие выводы, товарищи?

— Танки вынуждены будут уйти с полей сражений, — заявил генерал-полковник Диков.

— Вряд ли, — не согласился с ним Жириновский. — КАЗ — это лишь вспомогательное решение. Основное же решение сейчас разрабатывают в КБ «Салют». Лазерная система ПВО сверхмалого радиуса действия. Вариант, устанавливаемый на танк, пока что, преждевременен, но вот разработать отдельную бронемашину, способную выжигать БПЛА-камикадзе на подлёте — это мы можем и делаем.

Кристаллы для лазеров успешно выращиваются на орбитальной станции «Мир-2», что даёт существенный прирост мощности луча при сохранении приемлемых габаритов установки, поэтому в КБ «Салют» уверенно говорят, что лазер, разрабатываемый по проекту «Факел», можно будет установить на бронированную платформу, которую нужно будет лишь оснастить очень хорошим радаром, чтобы он мог обнаруживать и захватывать очень маленькие цели.

А дальше, после наведения на цель, лазер, работая в непрерывном или квазинепрерывном режиме, прожжёт в БПЛА дыру за считаные секунды.

Дистанцию обещают небольшую — 2,5–3 километра, но это только пока, ведь с годами лазеры будут становиться лишь мощнее и компактнее…

— Также нельзя сбрасывать со счетов РЭБ, — добавил Жириновский. — У нас уже имеются средства, которые мы намеренно не применяли во время этого испытания, способные сильно испортить операторам изображение, а вблизи и вовсе лишить их управления БПЛА.

Только вот в ГосНИИАС уже давно работают над новыми БПЛА, оснащаемыми оптоволоконными кабелями — такие будут неуязвимы к классическим средствам РЭБ. Технология отработана, катушки с оптоволоконными кабелями уже производятся, поэтому склады стратегического резерва скоро начнут пополняться новыми типами БПЛА-камикадзе.

— У нас, товарищи, есть очень серьёзное опережение наших потенциальных противников по ключевым направлениям военной мысли, — произнёс Владимир. — Это лишь одно из них. Дальше будет только больше. Новые самолёты, новые вертолёты, новые танки, новые БМП и БТР, новое вооружение — всё это непрерывно разрабатывается в сотнях НИИ и КБ, получающих беспрецедентно большое финансирование. Даже в США столько не тратят на оборонную промышленность, сколько тратим мы. Мы просто сильнее, поэтому больше не нужно сильно опасаться наших потенциальных противников. Мы не должны никого опасаться — мы должны не допустить войны.

Он бросил взгляд на главный экран, на котором дрон-разведчик приблизился к одному из дымящихся танков, чтобы рассмотреть степень повреждений, а затем сверкнула вспышка и на экране появилась надпись «Соединение потеряно» на чёрном фоне.

— Что это значит? — недоуменно спросил Жириновский.

— КАЗ сработал, по-видимому, товарищ президент, — ответил один из техников, а затем взял трубку зазвонившего стационарного телефона. — Так точно — КАЗ выпустил заряд точно в разведчика.

— Рука мертвеца, — произнёс Владимир, а затем рассмеялся. — Ха-ха-ха…

*СССР, РСФСР, Москва, Остров, Дом Правительства СССР, 10 января 2001 года*

Жириновский, сидящий в своём кресле, взял со стола пульт и переключил канал.

Следующим каналом оказался Fox News и идущий выпуск новостей озаглавлен надписью «Breaking news».

Вслушавшись в речь ведущего, и увидев фотографию Билла Клинтона, Владимир довольно заулыбался.

Речь идёт об опубликованных сегодня видеозаписях, на которых пьяный Клинтон занимается запрещённой практически во всех странах деятельностью, за занятие которой плохо даже не то, что человека сажают в тюрьму, а то, что другие заключённые делают с этим человеком, когда узнают причину посадки…

То, что Клинтона посадят сразу же, как он покинет президентский пост — Жириновский уверен в этом абсолютно. Билл станет первым в истории США президентом, который в принципе сядет, а также первым президентом, который сядет по такой статье.

«Возможно, он станет первым президентом США, которого изнасилуют в тюремной душевой, а затем и в тюремной камере…» — подумал Жириновский и широко заулыбался. — «Сокращу разрыв в области космоса, говорил он… Через пару лет ему придётся как-то сокращать разрыв в совсем другой области… Ха-ха! Орлов стал первым бывшим президентом, попавшим в космос, а Клинтон станет первым бывшим президентом, попавшим в тюрьму! Иронично».

Геннадий находится на орбите, на станции «Мир-2» — Владимир был на запуске «Союза-2», на котором Орлов улетел в космос, и испытывал в момент запуска смешанные чувства. С одной стороны, он рад за старого товарища, который выполнил его мечту, а с другой стороны, это была его мечта.

«На его месте должен был быть я…» — подумал Жириновский с сожалением.

Ему вновь захотелось связаться с Орловым, поэтому он взял специальный терминал, лежащий на столе, и нажал на кнопку вызова.

Ждать пришлось несколько десятков секунд.

— Алло? — раздался из динамика знакомый голос.

— Алло, — ответил Жириновский. — Это кто?

— Майор Крикалёв… — не очень уверенно сообщил космонавт. — А это…

— Откуда у тебя этот номер⁈ — рявкнул Жириновский. — Я сказал не звонить больше сюда!

Сказав это, он затих, в ожидании реакции.

— А… — начал космонавт, но замолк.

— Ха-ха-ха! — рассмеялся Владимир. — Сергей Константинович, это Жириновский на проводе. Где сейчас находится товарищ Орлов?

— Здравия желаю, товарищ президент! — сразу же отреагировал космонавт. — Товарищ Орлов находится на смене в производственном модуле «Изумруд-2»!

— Можешь пролевитировать туда и передать ему трубку? — попросил Жириновский.

— Приступаю немедленно, товарищ президент! — ответил майор Крикалёв.

— А как там, на орбите? — спросил Владимир. — Всё спокойно?

— Так точно, товарищ президент! — ответил космонавт. — Работаем строго по графику и выполняем план.

— Смотрите у меня, чтоб без переутомлений и временной нетрудоспособности! — велел Жириновский. — А то прикажу сократить сроки экспедиций!

— Так точно, товарищ президент, — ответил на это Крикалёв. — Никаких переутомлений и временной нетрудоспособности. Передаю трубку товарищу Орлову.

— Алло, Гена? — спросил Жириновский.

— Я, Вольфыч, — ответил Орлов. — Чего хотел-то? Утром только разговаривали!

— Да хочу послушать, что нового ты узнал сегодня и как оцениваешь ситуацию на станции, — сказал Владимир.

— Ну, нового я ничего не узнал, — сообщил Геннадий. — О том, что выращивание кристалла кремния — это сначала мука, а затем скука смертная, я узнал ещё на Земле, но который день в этом убеждаюсь, снова и снова. А обстановка на орбите спокойная — мне нравится смотреть на Землю в иллюминатор «Звезды-1Б», особенно, когда пролетаем ночную сторону.

— Эх… — тяжело вздохнул Жириновский.

— Может, ещё слетаешь, — произнёс верно понявший его сожаление Орлов. — Но сразу тебе скажу — ты это дело слишком переоцениваешь. Если бы не работа, ну, не знаю, я бы уже заскучал.

— А ты ведь, мерзавец, ещё и на «Шквале» скоро полетишь! — возмущённо воскликнул Владимир. — Это уже ни в какие ворота!

— И в открытый космос выйду, — добавил Геннадий. — Со «Шквала», Вольфыч! Буду ассистировать при плановом осмотре «Циолковского»!

— Вот сволочь ты, Гена… — произнёс Жириновский.

Орбитальный телескоп «Циолковский» продолжает методично фотографировать космос и один из итогов его работы — свыше 1250 обнаруженных экзопланет.

Жириновский, далёкий от мира астрономии, был поражён, когда узнал, что до «Циолковского» человечеству была известна всего 31 экзопланета, а теперь их великое множество и в научных журналах регулярно публикуются данные о всё новых и новых экзопланетах.

И минимум 96 из них носят имя Жириновского — ему больше всего нравится мир Жириновский-74, находящийся в обитаемой зоне звезды Эпсилон Эридана и атмосфера на планете с высоким содержанием свободного кислорода в атмосфере, следами метана и озона. Но в настоящий восторг его привело то, что это суперземля, имеющая массу в 4,3 раза больше, чем у Земли.

Ещё «Циолковский» обнаружил около 23 тысяч новых объектов Солнечной системы — составлен полный каталог пояса Койпера, беспрецедентно огромный список троянских астероидов Юпитера, а также около 800 потенциально опасных околоземных объектов.

Также он сделал подробные снимки поверхности Марса, с разрешением в два метра, что, вообще-то, уровень некоторых спутников-шпионов, крутящихся сейчас на орбите.

Жириновскому докладывали о каких-то тысячах квазаров, миллионах новых галактик, но для него это просто абстрактные числа, поэтому он не стал запоминать их.

И работа «Циолковского» продолжается, хотя все, без исключения, астрономы мира сходятся во мнении, что «Циолковский» не просто улучшил астрономическую науку, а перезагрузил её полностью — материалов для изучения накоплено на десятилетия вперёд, но они пополняются каждый день…

Но мировая общественность, как и ожидалось, очень быстро устала от этих бесконечных открытий, поэтому визжать, как счастливые дети, продолжают только астрономы и прочие профильные специалисты.

«И Орлов прикоснётся своими руками к этому бесконечному источнику престижа Советского Союза — он, а не я!» — с негодованием подумал Жириновский.

— Да, знаю, сволочь, — согласился Геннадий. — Но надо было Гаськова выдвигать в президенты — наверное, тогда бы вместе полетели… Эх…

— Надо было! — воскликнул Владимир. — А то летает по своим конференциям и симпозиумам, подонок и мерзавец! Кофеёк попивает и вещает, с умным видом, свои мысли о психиатрии!

— Не без этого, согласен… — произнёс Орлов. — Моя ласточка всё так же стоит в гараже?

— Это тебе с женой лучше связаться, — ответил Жириновский. — Кстати, как ты там, без жены-то? Ах-ха-ха! Слушай анекдот!

— Давай! — согласился Геннадий.

— В наборе принадлежностей для космонавтов есть секретный отсек, в котором содержится тюбик с женщиной, — начал Владимир. — Содержимое тюбика необходимо выдавить на ладонь и растирать по поверхности полового члена до полного удовлетворения!

— Ха-ха-ха!!! — засмеялся Орлов. — Ох, Вольфыч! После обеда, обязательно, пойду и проверю набор!

— Ладно, на этой весёлой ноте, думаю, нужно закругляться, — сказал Владимир. — Рад был услышаться, Гена!

— Взаимно, Вольфыч! — ответил Геннадий. — До связи!

Жириновский завершил вызов, а затем посмотрел на часы — скоро ему на заседание Совета обороны СССР, на котором будут освещаться первые результаты ракетных обстрелов и успехи или неудачи первого этапа контрнаступления.

Генштаб ВС СССР имеет очень большие ожидания, связанные с массированным ракетным обстрелом тылов сил Коалиции — ему очень хочется повторить успех прошлого раза, когда наступление было сильно замедлено, а затем Иракская армия нанесла серию удачных контрударов.

Сверившись со списком задач на сегодняшний день, Владимир вновь посмотрел на часы и понял, что не успевает сыграть партеечку в «Эпоху империй», что вызвало в нём сильное сожаление.

Невольно вспомнился Каспаров, который сейчас интенсивно готовится к поединку. Он настолько погрузился в это, что даже временно прекратил свою оппозиционную деятельность.

Жириновскому плевать, что делают оппозиционеры, лишь бы не нарушали законы, а вот слова Каспарова о том, что «Эпоха империй» — это игрушка для детей, задели его до глубин души, поэтому он намерен уничтожить шахматиста на поле боя, демонстративно унизив его действием, в прямом эфире.

Когда до начала заседания осталось десять минут, Владимир встал из-за стола, захватил электронный испаритель и направился на этаж Совета обороны.

Все основные члены Совета обнаружились на месте, но ещё не прибыли представители Генштаба и ВВС СССР.

В конце концов, все необходимые люди прибыли к назначенному времени.

— С чего лучше начать, Владимир Вольфович? — спросил генерал-полковник Сергеев.

— С ракетного обстрела, конечно же, — ответил Жириновский. — Уже должны были поступить сведения о результатах — я прав?

— Так точно, товарищ президент, — подтвердил Сергеев. — Массированный удар был нанесён в назначенное время и производился при помощи 420 ракет «Аль-Кадисия», 985 ракет «Аль-Аббас-2», а также 1200 ракет-обманок, оснащённых разделяющимися боевыми частями.

«Аль-Аббас-2» — это иракская ракета на базе ракеты «Аль-Аббас», которая, в свою очередь, сконструирована на базе старинной керосиновой ракеты Р-17. К новой версии приложили руку советские конструкторы, разработавшие новый обтекатель, новый двигатель, а также радикально более совершенные цифровые «мозги».

Круговое вероятное отклонение удалось уменьшить до 50–70 метров, а массу боевой части увеличили до 550 килограммов.

Производство корпусов происходило на мощностях Ирака, а вот электронику завозили из Союза, в числе прочей военной помощи.

Но основная масса новых ракет — это переделанные старые ракеты «Аль-Аббас», которые всё это время хранились в резерве, как слишком малоэффективные.

Ракеты-обманки Ирака представлены в двух видах — «Абу Нувас», имитирующий «Аль-Аббас-2», и «Джуха», имитирующий «Аль-Кадисию». Они разработаны специально, чтобы имитировать баллистику этих ракет, но в конце пути, вместо того, чтобы упасть на цель, их боевые части распадаются на десятки «боеголовок», представляющих собой болванки, оснащённые линзами Люнеберга, то есть, пассивными усилителями радиолокационного сигнала, из-за чего они выглядят на радаре, как крупные объекты.

Сигнатуры этих «боеголовок» очень правдоподобно имитируют ракеты «Аль-Аббас-2» и «Аль-Кадисия», поэтому вражеская ПВО не должна суметь качественно различить их и не тратить ракеты на ложные цели.

— Внимание на экран, товарищи… — произнёс генерал-полковник и нажал кнопку на пульте.

На видеостене началась демонстрация результатов ударов — сплошное облако чёрного дыма, застилающее горизонт.

— А это кадры с «Циолковского», — сказал начальник Генштаба и переключил изображение. — К моменту его пролёта пожары потушить ещё не успели, поэтому лучшее качество мы получим завтра или послезавтра, когда появится окно между научными задачами.

Советские астрономы выжимают из телескопа максимум, несмотря на то, что уже собранные данные дали работу на десятилетия вперёд. И выделенные им 90% времени считаются недостаточными, поэтому они претендуют на 10% времени военных, а также прибегают к манипуляциям по переносу времени военных на другие дни.

Уже был один случай, когда военные, по просьбе АН СССР, уступили очень много своего телескопного времени учёным, ради фиксации каких-то редких космических явлений, а затем телескоп «ушёл на профилактический осмотр» — военные снимали всё необходимое целые сутки подряд.

«Ох, какой масштаб…» — подумал Жириновский. — «Не жалею ни об одном рубле, вложенном в этот телескоп…»

На кадрах видно огромное облако чёрного дыма, движущееся в сторону Персидского залива, через которое пробиваются очаги огня.

После этих кадров с телескопа, включилась видеозапись с БПЛА-разведчика, сумевшего проникнуть во вражеское воздушное пространство и произвести съёмку между облаками дыма.

На военных базах США горят склады топлива, горит техника, суетливо бегают какие-то люди в спецодежде, ездят пожарные машины и экипажи скорой помощи — это кадры состоявшегося катастрофического разгрома тыла.

— Система ПВО противника была очень быстро перегружена, поэтому сбить он смог, по нашим оценкам, около 5–7% настоящих ракет, — продолжил генерал-полковник Сергеев. — Данные ещё уточняются, но есть уже подтверждённые и зафиксированные на видео потери 77 самолётов разных типов. В основном, их уничтожили на аэродромах в Кувейте, Саудовской Аравии и на авианосцах в Персидском заливе. Авианосцы тоже получили крайне серьёзные повреждения…

На экране появились кадры авианосцев, от которых исходит дым. Возможно, это горят уничтоженные самолёты, а возможно, что это ракеты сумели пробиться внутрь и вызвать пожары.

— Но самое главное, чего удалось добиться — все аэродромы получили критические повреждения топливных складов, взлётно-посадочных полос и прочей инфраструктуры, — сказал Сергеев. — Коалиции потребуется не менее двух недель, чтобы полностью устранить повреждения и совершать авиаудары в прежнем объёме. Также очень серьёзно повреждены крупнейшие склады ГСМ и боеприпасов, что способно сократить возможности логистики на 60–70%, но это ещё уточняется и подвергнется переоценке в ближайшие дни.

— Впечатляет… — произнёс Владимир. — А по живой силе данных нет?

— Пока что, рано говорить о потерях живой силы — мы ещё не интерпретировали имеющиеся данные о материальной части, — ответил начальник Генштаба. — Зато мы точно знаем, что были успешны удары по 17 штабам дивизионного и бригадного уровня, а также по 13 узлам связи. В настоящий момент, подразделения противника дезорганизованы и это даёт свои плоды в ходе иракского контрнаступления.

— Какова ваша оценка результативности удара? — спросил Жириновский.

— Если брать за эталон результативность уничтожения тылов фашистских сил авиацией Красной Армии в 1943−44 годах, то она уже превзойдена, — ответил генерал-полковник Сергеев. — В то же время, единственное, что смог сделать противник — это уничтожить 83 пусковые установки, среди которых только 16 не успели произвести запуск ракет. С таким наша военная мысль ещё не сталкивалась, товарищ президент, поэтому нам всем следует извлечь уроки из произошедшего…

*СССР, РСФСР, Москва, Остров, Дом Правительства СССР, 13 января 2001 года*

— Давайте, побыстрее, к новостям, — потребовал Жириновский.

Ему пришлось перенести плановую поездку на дачу — специально ради этого внепланового заседания Совета обороны СССР. Галина поехала туда вместе с семьёй Игоря, а Владимир пообещал, что если не случится ничего чрезвычайного, то приедет к вечеру.

Но последние трое суток чрезвычайные события происходят каждый час — он сам приложил к этому руку.

— Почти все заброшенные мины встали на боевое дежурство, — сообщил генерал армии Корунков, главнокомандующий ВВС СССР. — Три из сорока четырёх мин не ответили на сигнал, по неизвестным причинам, но остальные полнофункциональны и ждут команды на активацию.

Ситуация в Персидском заливе уникальна и, едва ли, повторится в ближайшие годы, поэтому Жириновский решил рискнуть и приказал испытать новейшие управляемые морские мины «Навья-1АЛ».

Их забросили в Ормузский пролив с помощью 26 многоцелевых истребителей Су-27М ВВС Ирака, воспользовавшись прикрытием массированного ракетного удара, перегрузившего ПВО сил Коалиции до полной потери боеспособности. В ходе этой операции были потеряны 4 самолёта, а остальные штатно сбросили свои грузы в воду и вернулись на свои аэродромы.

«Навья-1АЛ» отличается от обычных морских мин тем, что управление ею осуществляется с помощью лазерной спутниковой связи, соединение с которой будет установлено с помощью буйков, которые всплывут на поверхность по акустической команде от дежурящей неподалёку подводной лодки.

Мины сейчас стоят на дне пролива, то есть, на глубине около 200 метров, а их буйки располагаются на глубине примерно 70 метров, поэтому обнаружить их очень сложно, так как они не подают никаких сигналов и корпуса покрыты звуко- и радиопоглощающим материалом.

Обнаружить их практически невозможно, хотя на следующий день после сброса там часто ходили минные тральщики и несколько эсминцев с буксируемыми сонарами. Но прошло слишком мало времени, поэтому они, насколько известно Владимиру, ещё ничего не нашли.

— Теперь нужно лишь дождаться, пока флот начнёт выходить из залива… — произнёс Жириновский.

— Из актуальных новостей — мы подтвердили критическое повреждение британского авианосца «Арк-Ройял», класса «Непобедимый», — заговорил генерал-полковник Сергеев. — Сейчас он находится в порту Манамы, в Бахрейне, и его экипаж предпринимает попытки потушить до сих пор продолжающийся пожар под палубой.

— Замечательно! — обрадованно воскликнул Жириновский. — Одно только это полностью окупает весь ракетный обстрел! А каков статус Тедди? С ним же тоже всё не очень хорошо?

— Авианосец «Теодор Рузвельт», судя по снимкам, также получил серьёзные повреждения, но признаков пожара не видно, хотя он тоже находится в порту и с него высадили часть экипажа, — ответил на это начальник Генштаба. — Пентагон не делает никаких заявлений, но это ожидаемо. Нам нужно больше времени, чтобы точно оценить степень его повреждения и делать дальнейшие выводы о его боеспособности.

Владимир видел снимок с «Циолковского», с разрешение в три сантиметра — американцы накрыли три пробоины в палубе брезентом, поэтому остаётся лишь гадать, что «Аль-Кадисии» наворотили внутри…

— Зато у нас есть данные о подтверждённых потерях сухопутной материальной части противника, — продолжил Сергеев. — Уничтожено 114 единиц танков M1 Абрамс, 23 единицы танков Челленджер 2, 462 единицы БТР, БМП и прочей лёгкой бронетехники, 179 единиц артиллерийских орудий и РСЗО, а также около 1500 единиц грузового автотранспорта. Это подтверждённые потери, зафиксированные на снимках с «Циолковского». Реальные потери больше, но мы не можем посмотреть, сколько именно техники сгорело в ангарах.

— Это тоже очень хорошо… — произнёс удовлетворённый Жириновский. — А как продвигается контрнаступление на Эль-Фаллуджу?

— Три часа назад флаг Ирака был поднят над кварталом Индустриальный, а бои перешли на площадь Дзержинского, — сообщил начальник Генштаба. — От площади чуть меньше двух километров до моста имени Саддама Хусейна — на пути наступающих подразделений «Баирума» находятся новые микрорайоны, адаптированные для обороны, что осложняет штурмовые действия, поэтому мы ожидаем, что достижение моста займёт минимум трое суток. Зато на южном участке подразделениям «Редума» удалось добиться значительного прогресса и завладеть водоочистной станцией, а затем выйти к берегу Евфрата и закрепиться.

Это имеет важнейшее значение для исхода второй битвы за Эль-Фаллуджу — таким образом перекрывается снабжение обороняющейся группировки с юго-востока.

Мосты через Евфрат, восстановленные Коалицией, снова разрушены — Иракская армия не планирует биться за западный берег. Это значит, что снабжение осаждённых подразделений может осуществляться только с юга и севера, поэтому за эти направления отвечают наиболее боеспособные подразделения — республиканская гвардия и иностранные наёмники.

— А на севере как дела? — поинтересовался Жириновский.

— Задействованные на северном направлении подразделения ЧВК сумели прорваться и захватить часовой завод имени Мустафы Вахбы, но основные силы были отброшены контратакой противника, — ответил генерал-полковник Сергеев. — Два батальона удержали завод — по последним данным, они находятся в окружении, но всё уже могло измениться.

— Что ж, это обнадёживает, что штурм продолжается, — сказал Владимир. — Это значит, что мы практически завершили все три акции против США и Коалиции — теперь нужно следить за тем, что будет делать Буш…

Президент Джордж Буш, которого уже начали называть Джорджем Бушем-младшим, заступит на пост уже через неделю, сразу после инаугурации, и полноценно осознает, насколько тяжкое наследие ему оставляет Клинтон.

Сейчас Джордж работает с тем, что ему дали — а дали ему феноменально громкий скандал с Клинтоном и островом Эпштейна, который он использует ради укрепления позиций своей партии.

Возможно, Буш-младший — это самый главный глашатай этой темы, так как каждое его публичное выступление, так или иначе, затрагивает Клинтона и связанный с ним скандал, потому что это работает на дискредитацию Демократической партии, которая сейчас находится в низшей точке популярности.

Предпринимаются попытки откреститься от Клинтона, который сократил свои появления на публике до минимума, по соображениям безопасности — разные люди со всех штатов делают заявления о том, что его гарантированно отмажут, поэтому нужно взять правосудие в свои руки.

Но Жириновскому и КГБ СССР обязательно нужно, чтобы Клинтона отмазали, так как смысл всей этой акции с разоблачением президента-педофила заключается не в том, чтобы показать всему миру его истинное лицо, а в том, чтобы дискредитировать саму систему государственной власти США.

Вместе с Клинтоном под раздачу попадают полтора десятка разнокалиберных функционеров из его команды, поэтому всё выглядит так, как будто такое у них в порядке вещей — так и есть, на самом деле, но мировая общественность пребывала в неведении.

И если их начнут отчаянно отмазывать, то это станет потрясающим пропагандистским материалом, который можно будет использовать годами…

Но есть ещё несколько человек, посещавших остров Эпштейна, видеозаписи с участием которых не публиковались — это КГБ решил придержать до более удачного момента, когда информационный повод постареет и ажиотаж начнёт затухать.

— По людским потерям какие-нибудь данные появились? — спросил Владимир.

— Есть приблизительная оценка, товарищ президент, — сказал генерал-полковник Сергеев. — Наши аналитики считают, что Коалиция потеряла в ходе ракетного обстрела от двух с половиной до трёх с половиной тысяч человек убитыми и от шести до девяти тысяч человек ранеными. 7,5% ракет были нацелены на ППД и ПВД противника, а время было предрассветное, поэтому личный состав противника находился, преимущественно, в спальных помещениях. По живой силе противника били ракетами с кассетными боеприпасами, поэтому реальные потери могут быть заметно выше.

— Это тоже просто отлично, — сказал Жириновский. — Чем больше погибло под ракетами, тем меньше погибнет потом.

СССР уже получил от этой войны практически всё, что хотел: новые виды вооружения испытаны в условиях интенсивных и масштабных боевых действий, новые тактики и стратегии опробованы, выяснено очень много подробностей о возможностях НАТО и польской армии, поэтому желать осталось очень малого.

Для Ирака это уже победа, так как он нанёс США крайне болезненный удар, от которого им только предстоит оправиться. Чуть-чуть смягчает это тот факт, что страна очень богата, а все эти неудачи можно свалить на Билла Клинтона и Демократическую партию.

— Эх, жаль, что Яки не испытали… — посетовал Жириновский.

Як-141 и Як-143, сверхзвуковые истребители вертикального взлёта и посадки, единственные в мире, на данный момент, ещё ни разу не участвовали в бою, хотя Як-143 планировался к передаче Ираку, но Минобороны СССР передумало.

Тем временем, уже приняты на вооружение многоцелевые истребители Як-146 и Як-147 — первый является палубным, а второй «сухопутным» — они превосходят предыдущие модели по всем характеристикам, являются полностью цифровыми, но переоснащение ими ВВС начнётся только с середины 2001-го года.

Также на вооружение приняты тяжёлый истребитель пятого поколения МиГ-35 (1) и лёгкий истребитель четвёртого поколения Су-37 — оба они оснащены новейшими двигателями с изменяемым вектором тяги, что крайне положительно сказывается на их манёвренности, в обоих самолётах широко применяются аморфные металлы, выращенные на орбите монокристаллические турбинные лопатки, что повышает ресурс работы двигателей кратно, а также они оснащены передовой авионикой.

Стоимость МиГ-35, из-за применяемых материалов, равна 211 миллионам рублей за единицу, если не учитывать затраты на пятнадцатилетние НИОКР, а Су-37 обходится государству в 78 миллионов рублей за единицу.

Суммы вполне посильные, поэтому бюджет идёт на это, несмотря на то, что и Минобороны, и ГКО СССР уже решили, что бить предполагаемого противника будут, преимущественно, беспилотниками разных типов. Пусть они и не так эффективны, как полноценные самолёты, зато их не так жалко, ведь в них видят расходный материал.

— Ладно, как-нибудь в другой раз, которого, я надеюсь, не случится, — произнёс Жириновский. — Что ещё случилось за последние деньки? Есть какие-нибудь новости по международной реакции на произошедшее и происходящее?

— США планируют созвать заседание Совбеза ООН, — сообщил Александр Александрович Бессмертных, министр внешних отношений. — Скорее всего, снова будут обвинять нас в поддержке террористического режима Кусея Хусейна, а также призывать к наложению международных санкций на нас и на Ирак.

— И плевать, — махнув рукой, сказал Жириновский. — А остальные?

— Посол Саудовской Аравии навязчиво напрашивается на встречу, — ответил Бессмертных. — Следуя выработанной нами стратегии, я уклоняюсь от встреч и любых бесед с послами Бахрейна, Катара, Саудовской Аравии, Кувейта и Иордании. Правда, мне пришлось поговорить с послом Израиля — он тоже пытается завязать диалог по ситуации на Ближнем Востоке.

— Не понимаю, чего евреи переживают… — произнёс Владимир. — Не им платить репарации — они не участвовали в этой войне напрямую…

Израиль, судя по всему, знал о реальной мощи Ирака гораздо больше, чем говорил своим союзникам, поэтому категорически отказался от участия в «Трепете пустыни», хотя это было наиболее выгодно, в первую очередь, ему.

А теперь всё близится к логическому завершению и пора думать, что Ирак будет делать дальше.

Воевать против ближневосточных монархий сразу после вывода сил Коалиции из Ирака — это глупость, но можно выручить очень много денег, навязав им особые условия.

По расчётам МВО, Саудовская Аравия, Кувейт, Иордания, Бахрейн и Катар могут раскрыть кубышки и выплатить Ираку около 80 миллиардов долларов единовременно, так как у них очень большие резервы — нефть уже долго имеет хорошую цену.

А ещё Ирак может навязать ОПЕК снижение общей нефтедобычи, хотя бы на два-три года — это будет сделано ради компенсации финансовых потерь СССР, которого проблемы ОПЕК не волнуют и он будет усиливать нефтедобычу на фоне общего сокращения.

— Ладно, наблюдаем за ходом событий, — сказал Жириновский. — А теперь, товарищи, перейдём к обсуждению плана строительства «Мира-3»…

*Иракская Республика, мухафаза Анбар, город Эль-Фаллуджа, квартал

III

-го Интернационала, руины часового завода, 14 января 2001 года*

Прогремели взрывы, цех осыпало бетонной и кирпичной пылью, а затем духи снова пошли на штурм.

Старший лейтенант Варенцов выбежал из укрытия и помог своим бойцам быстро восстановить разрушенную баррикаду — коллективными усилиями, дверной проём был загорожен открученным от креплений токарным станком.

Далее Иван занял позицию у самодельной бойницы и открыл огонь из трофейного пулемёта M249.

Противник обстрелял завод фосфорными снарядами, которые не только дают неплохую дымовую завесу, но и служат в качестве сравнительно эффективного химического оружия — из-за этого обороняющиеся вынуждены носить противогазы.

Со стороны небес донёсся характерный свист, и во дворе завода начали взрываться 82-миллиметрового калибра артиллерийские мины.

Это отрабатывают «Васильки» 2-й отдельной миномётной роты ЧВК «Тайфун», поддерживающие оборону часового завода.

Противник, в настоящий момент, не может эффективно поддерживать свои войска авиацией, поэтому битва идёт практически на равных — в качестве исключения, вчера был эпизод обстрела завода штурмовиком A-10A Тандерболт II, но его сбила ПВО, поэтому больше ничего не прилетало.

Ствол трофейного пулемёта раскалился до тёмно-красного цвета и начал «плеваться» пулями, поэтому Иван прекратил огонь, разрядил пулемёт и прислонил его к стене.

Рядом обнаружился трофейный карабин М4А1, заблаговременно проверенный на исправность и точность боя, как и все остальные захваченные на заводе образцы вооружения.

Духи использовали часовой завод в качестве опорника, который планировалось держать до последнего, чтобы не позволить противнику продвигаться дальше на юг, поэтому в подвалах сконцентрированы солидные запасы оружия, амуниции и взрывчатки, которые было грехом не использовать в обороне.

Очень повезло, что завод готовили к обороне и обороняли американцы, а не британцы, так как будь тут британское оружие, оборона бы уже давно закончилась…

Иван до сих пор сильно негодует от того, что именно британское командование выдаёт своим солдатам — штурмовые винтовки часто клинят, с лёгкими пулемётами история примерно та же, поэтому они признаны ненадёжными и нежелательными для использования.

А вот американское вооружение, напротив, отличается приличной надёжностью и высоким качеством изготовления, а также отлично справляется с американской же индивидуальной бронёй, поэтому применять его можно и нужно.

Из-за условий окружения, снабжение практически не поступает — несколько раз на завод сумели прорваться грузовые роботы, доставившие ограниченный объём боеприпасов и оружия, поэтому полагаться приходится на трофеи.

Старший лейтенант Варенцов аккуратно заглянул в бойницу, продолбленную в заводской стене при помощи кирки и двух ручных гранат.

Миномётный обстрел прекратился, поэтому духи снова повылезали из занятых укрытий и продолжили сближение.

Иван срезал морпеха, начавшего слишком долгую перебежку, короткой очередью по ногам, а затем, когда он упал, добил его очередью в правый бок.

В ответ, практически сразу, по стене завода был открыт шквальный огонь, из-за чего Варенцов был вынужден отойти от бойницы. И он сделал это вовремя, так как духи шарахнули в стену из противотанкового гранатомёта.

Вновь цех заполнился кирпично-бетонной пылью, резко снизившей обзор.

Иван вытер стёкла противогаза специально выделенной под эту задачу тряпкой из кармана, а затем пошёл к новой позиции, с которой можно будет ограниченно управлять оборонительными действиями его взвода.

Получив короткие рапорты о состоянии бойцов и занимаемых ими участков заводской обороны, Варенцов позвал к себе оператора БПЛА, который притащил с собой пульт управления и терминал.

На экран транслируется вид на завод с высоты птичьего полёта, но общая картина Ивана не интересует, поэтому он приказал приблизить до их участка обороны.

Сразу стало понятно, что духи не собираются штурмовать их, так как они понесли слишком большие потери. Сейчас они утаскивают раненых и убитых, под прикрытием дымовых гранат, а такое не делается во время штурма.

— Выдыхаем, мужики! — скомандовал Иван, когда духи начали отходить на исходные. — Перезарядиться, оправиться и пополнить БэКа!

Он чувствует нутром, что война близится к завершению — такое же ощущение было в Югославии, а затем и в ЮАР. Никто об этом никогда не говорит, но это будто витает в воздухе и сказывается на всём.

Коалиция временно лишилась своего единственного преимущества в виде господства в воздухе — сообщается, что тылы очень серьёзно прожарены и восстанавливаться они будут минимум пару недель, а за это время можно успеть очень много.

Эль-Фаллуджу приказано взять и больше не отпускать, потому что контроль над ней очень сильно облегчает дальнейшую оборону.

Командование противника это прекрасно понимает, поэтому держится за город, как за родной — несмотря на систематический обстрел водной поверхности Евфрата иракской артиллерией, через реку упорно переправляются духи с оружием, боеприпасами и взрывчаткой.

Установившуюся после неудачной попытки штурма тишину нарушил узнаваемый рокот реактивных снарядов — это РСЗО «Смерч-С».

По характеру эха от серии взрывов, Иван понял, что это были кассетные боеприпасы, особенно эффективные в условиях городских руин, так как создают сотни отдельных взрывов, что увеличивает вероятность ранения даже укрывшихся солдат.

А где-то через десяток минут, когда Варенцов решил перекусить, началась новая канонада, более масштабная, чем предыдущая — долбят «Грады».

«Будем продолжать наступление», — подумал Иван, разогревая банку говяжьей тушёнки сухим спиртом на одноразовом таганке. — «Когда-нибудь всё это закончится — я нажрался этого до конца жизни. Надо возвращаться домой».

Командование ЧВК, около месяца назад, донесло до личного состава, что после завершения Иракской кампании будет возможность досрочно вернуться домой, но с условием. Придётся отслужить в Советской армии минимум два года — в том же звании, какое имеешь в данный момент.

Для Варенцова очевидно, что это делается, чтобы распространить опыт современной войны в войсках, поэтому это будет не просто служба, как можно было бы ожидать, а что-то особенное — возможно, на должности инструктора.

В любом случае, Иван уже навоевался, поэтому с удовольствием примет условие и отслужит положенный срок, чтобы без проблем вернуть гражданство и жить дальше, на заработанные войной деньги.

«Не стоят того эти деньги», — подумал он. — «Я оставил среди этих руин годы своей жизни — в мотках нервов».

Единственное, что его утешает — деньги он не тратит, потому что их тут негде тратить, поэтому накопилось их очень много. По его примерным расчётам, выходит около 1 миллиона 350 тысяч долларов — это за захваченных пленных, за «Стража Басры», а также военное довольствие вместе с боевыми.

В рубли их можно конвертировать по курсу 1 к 1, поэтому он ничего не потеряет и станет безумно богатым человеком, который очень легко позволит себе огромную кооперативную квартиру и много машин, если захочет, и после этого останется ещё очень много.

Но он ничего не почувствовал, когда представил себе всё это.

«Похоже, снова придётся идти к мозгоправам», — подумал он с сожалением. — «Предупреждали, что ничего хорошего от этой „командировки“ с мозгами не случится, но зато я буду знать, когда с ними станет что-то не так».

Ему, в любом случае, придётся проходить психологические тестирования, как это теперь положено делать после возвращения из зоны боевых действий — Юрий Цой, вернувшийся домой из-за потери левой ступни, писал, что теперь от этого не отвертишься, но ему повезло и у него врачи ничего не обнаружили.

Из небес снова донёсся знакомый звук, но это не снаряды и не ракеты, а реактивные двигатели. Звук доносится с востока, что означает только одно — это иракская авиация, у которой сейчас кратковременная вольница.

«Вот как жизнь, иной раз, поворачивается…» — подумал Варенцов. — «Сегодня ты, а завтра тебя…»

Спустя несколько минут, откуда-то с запада, донеслись громкие раскаты взрывов. Это точно не 500 и даже не 1000, а что-то больше 1500 килограммов, потому что Иван примерно представляет, куда могли бы отбомбиться летуны и ближайшее место находится километрах в шести отсюда.

Если он прав и бомбили тамошние опорники, то это точно ФАБ-1500 или выше.

Это не очень-то важно, но ему интересно знать и узнавать такие подробности. К тому же, при обороне Багдада ему довелось поучаствовать в судьбе одной бомбы ФАБ-500-М54, которую ему было приказано оснастить радиовзрывателем и зарыть в переулке, на месте возможного прохода колонны духов.

В тот день он впервые увидел, как HMMWV срывает с трассы и забрасывает в здание, а танк М1 Абрамс прошивается тяжёлыми осколками в борт. Дистанция до бомбы была не более 10 метров, поэтому такой эффект ожидался, но Варенцов, тем не менее, был позитивно удивлён.

— «Гиена-1» на связи — взводные, ко мне, — раздался из наушника в ухе голос комроты.

Варенцов поднялся с куска кирпичной кладки, лежащего на полу цеха, и направился к командиру роты.

По пути он увидел в окно, что во дворе завода уже снуют подразделения иракцев.

— Товарищи наёмники, нас отводят в прифронтовую зону, — сообщил комроты, майор Мельников. — День передышки, а затем возвращаемся в город. Сейчас быстро грузите всё трофеизированное на личный состав так, чтобы ничего не осталось, а потом ноги в руки и вперёд. Сдадим трофеи интендантам дивизионного уровня — это нам зачтётся и напрямую скажется на поощрительных выплатах. В связи с этим, не советую беречь спины. За работу.

Примечания:

1 — МиГ-35 — тут важно понимать, что речь не о современном МиГ-35 ВКС РФ, который является лёгким истребителем поколения 4++, а о проекте МиГ 1.44, который, с высокой вероятностью, должен был получить обозначение МиГ-35 при поступлении в серию. Современный МиГ-35, как и практически все новые модели самолётов, за очень редким исключением, основан на какой-то базе — в этом случае, это палубный МиГ-29К, который глубоко модернизировали и сделали «сухопутным». А МиГ 1.44 — это абсолютно новый самолёт, построенный с чистого листа, в рамках проекта, начатого в ответ на американскую программу Advanced Tactical Fighter, плодом которой стал знаменитый F-22 Raptor, слишком дорогой, чтобы широко применять его в бою. МиГ 1.44 был построен в единственном экземпляре, практически чудом, так как дело было в 90-е, но затем, после параллельного ведения двух проектов, от него отказались в пользу показавшегося более перспективным Су-47, которого позже постигла та же участь и от него отказались в пользу будущего Су-57, который сейчас и стоит на вооружении.

*СССР, РСФСР, Москва, Краснопресненский район, квартира Жириновского, 18 января 2001 года*

— Да?.. — спросил только что проснувшийся Владимир.

Он уже давно и крепко спал, но звонок служебного телефона разбудил его. Галина всё так же спит. На часах 4:45 утра и звонок точно экстраординарный.

— Товарищ президент, вам необходимо срочно прибыть на работу, — сообщил ему Захар, ассистент. — Случилось кое-что очень важное.

— Связь защищена — говори нормально… — потребовал Жириновский.

— Потопили корабли, — ответил Захар. — В Совете обороны экстренное собрание.

— Вот с этого, твою мать, надо было начинать… — процедил Жириновский, в сердце которого сформировался комок радости. — Скоро буду.

Он завершил вызов и открыл вещевой шкаф.

— Володя… — произнесла проснувшаяся жена. — Ты куда?..

— На работу, Галь, — ответил одевающийся Владимир. — Случилось кое-что хорошее и нужно срочно разобраться с этим.

— Ты надолго?.. — спросила Галина. — А завтрак?..

— Там поем, если что, — ответил Жириновский, махнув рукой. — Спи — тебе скоро на работу.

Умывшись и одевшись, он вышел из квартиры и сел в свой личный бронелимузин. Рыкнул мощный двигатель, взметнулся снег под массивными колёсами, и Жириновский помчался по пустым городским улицам, кратчайшим маршрутом до Дома Правительства.

Первый небоскрёб не спит — почти во всех помещениях горит свет.

Припарковав бронелимузин на уличной парковке, Владимир вошёл в фойе, быстро прошёл КПП и поднялся на этаж Совета обороны СССР.

На месте уже маршал Язов, генерал армии Пуго, министр Бессмертных, генерал-полковник Диков, генерал армии Корунков, генерал армии Гаськов и руководитель ГКО Виктор Штерн.

— Приветствую всех, товарищи, — сказал Жириновский и получил ответные приветствия. — Не будем медлить — что известно? Сколько потопили, сколько подбили?

— Коалиция предприняла попытку вывести повреждённые авианосцы «Арк Ройял» и «Теодор Рузвельт», в сопровождении эсминцев, буксируемого сонара и минных тральщиков, — сообщил генерал армии Корунков. — Мы посчитали, что лучшего момента уже не будет, поэтому активировали шестнадцать мин. Штатно поднялись пятнадцать, а одна, как мы понимаем, получила повреждения при заброске. Операторы получили управление минами и тут из строя вышли ещё две мины — отказали моторы. Согласно данным с датчиков, двигатели не выдвинулись.

— Так… — произнёс Жириновский и вытащил из кармана испаритель.

— Операторы повели мины навстречу приближающимся кораблям, выполнили манёвр полуохвата и пошли в атаку, — продолжил Корунков. — Сонар, как мы понимаем, увидел приближающиеся цели, и противник начал действовать по стандартному протоколу. Все корабли начали противоторпедные манёвры, а эсминцы отстрелялись ложными акустическими целями и загородили собой авианосцы.

Ложные цели они потратили зря, так как на минах установлены высокочастотные сонары, дающие операторам «картинку», то есть, они видят рельеф дна и днища кораблей в режиме реального времени, поэтому акустические обманки создают лишь незначительные помехи. Также на минах установлены магнитографы, допплеровские радары и инерциальная система навигации — всё это даёт достаточно информации, чтобы ориентироваться на местности и обнаруживать цели.

— Также противник поднял в воздух противолодочные вертолёты, которые атаковали некоторые мины торпедами, — сказал главнокомандующий ВВС СССР. — Таким образом были потеряны четыре мины, но это не остановило остальные, которые атаковали оба авианосца, а также сумели подорвать один эсминец типа «Арли Бёрк».

— И что в итоге? — спросил подобравшийся Жириновский.

— «Арк Ройял» ушёл на дно, а «Теодор Рузвельт» тонет, — ответил генерал армии Корунков. — Он пытается, на остатках хода, добраться до порта Сакр, расположенного в Рас-эль-Хайме, но шансов на это очень мало. Мины рассчитаны на пробитие днища авианосца класса «Нимиц», а успешных подрывов было три — даже если пробить днище смогла только одна мина, спасти авианосец уже не удастся.

У Великобритании было всего три авианосца на весь Королевский флот, а теперь их два. За один день они лишились трети авианосного флота, что является военной катастрофой и национальным унижением.

— Об эсминце, как я понимаю, можно даже не говорить? — уточнил Жириновский.

— Он уже находится на дне, — ответил генерал. — По нашим данным, это был эсминец «Росс».

— Потрясающий результат… — произнёс Владимир. — Значит, у нас осталось 25 мин для новых целей…

— Вряд ли они снова рискнут пересекать Ормузский пролив, — покачав головой, сказал маршал Язов. — Если оба авианосца ушли на дно, то остальными они точно не рискнут — так и будут стоять в заливе, пока конфликт не завершится мирными переговорами.

— Буйки ведь ушли на дно? — спросил Жириновский.

— Так точно, — подтвердил генерал Корунков. — Системы самоликвидации сработали штатно.

На каждой мине установлен оптоволоконный кабель, длиной тридцать пять километров и с защитой от высокого давления. Через эти кабели и осуществляется управление миной — на буйке антенна, соединяющая мину с лазерным спутником, поэтому управлять этой миной можно с любой точки планеты.

— Хорошо, — облегчённо произнёс Владимир. — Ха-ха, утро началось не с кофе, но очень бодро! Это всё или есть ещё какие-то очень хорошие новости?

— В конце концов, они найдут все мины, — сказал генерал Корунков. — Теперь они будут искать их с особой интенсивностью, так как им уже должно стать ясно, что они попали в ловушку.

Владимир ожидает дипломатического скандала, так как очевидно, что оружие такого уровня не по плечу иракской оборонной промышленности и это явный советский след.

«Никого не смущало, когда в Афгане по нам стреляли из американских „Редай“ и „Стингеров“, а также из китайских пулемётов и автоматов», — подумал Жириновский. — «В чём тут принципиальная разница? Я её не вижу!»

Инаугурация Джорджа Буша-младшего состоится 20 января, то есть, через два дня, а потом ему предстоит разгребать последствия этой войны и Владимир рассчитывает, что Буш не будет медлить и начнёт переговоры, так как козыри в рукаве у Ирака и СССР уже закончились.

Остался лишь один козырь, в виде ещё не опубликованных видеозаписей, но они очень мало повлияют на войну в Ираке.

Если война продолжится, несмотря на все намёки, то останется только грубая сила на грубую силу — в таком типе противостояния Ирак обречён на поражение.

Но потеря авианосцев и постоянная угроза в Ормузском проливе — это очень веские причины, чтобы начать договариваться.

*СССР, РСФСР, Москва, Остров, Дом Правительства СССР, 25 января 2001 года*

— Колин… — заговорил Жириновский, зубами откусывая кончик кубинской сигары. — Я ведь могу так к вам обращаться?

— Можете, мистер президент, — кивнув, ответил госсекретарь Пауэлл. — А я могу называть вас Владимиром?

— Разумеется, — разрешил Жириновский и заулыбался. — Сигару?

— Никогда не отказывался от сигар, Владимир, — ответил госсекретарь и взял сигару из коробки. — Это «Кохиба»?

— Лимитированная серия, — подтвердил Жириновский и показал крышку деревянной коробки. — Подарок от Фиделя, в знак дружбы и уважения.

На крышке изображён герб Кубы и надпись «Al Presidente Zhirinovsky, con amistad y respeto» с подписью Фиделя Кастро.

— Это из его личных запасов, а ты должен понимать, что нет на этой планете человека, знающего толк в сигарах лучше, чем Фидель, — добавил Владимир.

К сигарам он равнодушен и курит впервые за долгое время — это специально ради того, чтобы расположить к себе Колина Пауэлла, известного тем, что он заядлый курильщик и просто обожает сигары.

Испорченные отношения между СССР и США это не исправит, но хорошие личные отношения имеют значение.

— Я ценю это, Владимир, — произнёс госсекретарь, умело раскурив сигару.

Они сидят в Мраморном зале на предпоследнем этаже Первого небоскрёба — отсюда открывается лучший вид на Москву, а ещё это помещение специально спроектировали ради приёма важных гостей.

Тут всё исполнено из розового мрамора, даже некоторые элементы мебели, а ещё тут есть фонтан с русалкой, изваянной в гиперреалистическом стиле. Если не вглядываться, то можно подумать, что это живая женщина в костюме русалки.

В восточной стороне помещения расположился настоящий камин, дым от которого отводится по продуманной вентиляционной системе, не пересекающейся с общей. Перед камином расположены два кресла, на которых они и расположились.

— Итак, каким ты видишь разрешение этого конфликта, Колин? — спросил Жириновский.

— Мы выведем войска, — ответил госсекретарь США. — Но для этого должно быть достигнуто прекращение огня.

— За это придётся что-то дать Хусейну, — произнёс Жириновский.

— У нас в распоряжении все ресурсы Соединённых Штатов, чтобы продолжить эту войну, — сказал Пауэлл. — Но президент Буш не расположен продолжать, так как не он начал этот конфликт и сейчас не то время, чтобы воевать. Мы знаем ваши выгоды в случае, если война закончится, а также в случае, если она продолжится. В качестве уступки, мы готовы пойти на обмен военнопленными, в формате «всех на всех».

— Это не уступка, — произнёс Жириновский. — Вы получаете от этого больше, чем иракская сторона, так как спасение пленных сбросит часть напряжения, накопленного в американском обществе. Нет, за это тоже придётся что-то дать.

— Владимир, я надеялся на конструктивную беседу… — сказал госсекретарь Пауэлл.

— Это и есть конструктивная беседа, Колин, — ответил на это Владимир. — Ты что-то предлагаешь, а я говорю тебе, почему именно это не получится — это вершина конструктивности. Или ты убеждён, что вы ничего не получите от обмена пленными «всех на всех»?

— Мы получим что-то от этого, с этим я не спорю, — сказал Пауэлл. — Но и Ирак тоже получит своих солдат назад — это выгодно Хусейну…

— Но не так выгодно, как вам, — усмехнувшись, произнёс Жириновский. — Цена назначается исходя из спроса на товар, которым сейчас выступают военнопленные. У вас очень высокий спрос на ваших военнопленных, поэтому цена будет очень высокой — это просто капитализм, Колин.

— Чего вы хотите? — спросил госсекретарь США.

— За прекращение огня — 80 миллиардов долларов поддержки Ирака через различные фонды, — озвучил требование Жириновский. — Это не репарации, а помощь в восстановлении Ирака. За обмен военнопленных «всех на всех», Ирак получит право безлимитной добычи и реализации нефти на следующие пять лет. За снятие минной блокады с Ормузского пролива — вы не должны будете вмешиваться в мирные переговоры между Ираком и ближневосточными монархиями. Ну и дополнительные требования — необходимо будет сократить американский контингент на Ближнем Востоке, а также снять гражданские санкции с Ирака. Взамен Ирак гарантирует, что никогда не начнёт военные действия против окружающих стран первым. Это посильные для вас условия, особенно в свете случившегося в последние дни Клинтона…

Авианосец «Теодор Рузвельт» затонул примерно через час после получения повреждений и, по данным от нелегальной разведки, экипаж на нижних палубах, в ангарах и в погребах боеприпасов погиб почти сразу, так как эти помещения слишком быстро заполнились водой.

«Жаль людей, конечно», — подумал Владимир. — «А вот Билла вообще не жаль».

Билл Клинтон был арестован сразу же — его взяли под стражу после того, как прошла инаугурация. Джордж Буш, по-видимому, решил отвлечь внимание общественности, поэтому собирается устроить публичный суд над Клинтоном, чтобы «казнить» его и Демократическую партию у всех на глазах.

Это гарантирует доминирование Республиканской партии на следующие несколько десятилетий, так как такой провал забудут очень нескоро.

«Клинтон вошёл в историю», — подумал Жириновский. — «Хотя вернее будет сказать, что эта паскудная мразь вляпалась в неё».

То, что Буш решил назначить его главным источником всех проблем США — это не очень хороший, пусть и ожидаемый, сценарий, так как гораздо лучше было бы, попытайся система вывести Клинтона из-под ответственности.

— Это очень высокие требования, — нахмурившись, сказал госсекретарь Пауэлл.

— Ирак готов поступиться деньгами и принять от вас помощь на 40 миллиардов долларов, — легко пошёл на уступки Владимир. — Но это окончательное предложение. Я уверяю тебя, Колин, что дальше ситуация и предложения будут становиться только хуже.

Госсекретарь посмотрел на него ничего не выражающим взглядом, а затем выпустил изо рта сигарный дым.

— Я не давлю на тебя, — пояснил Жириновский. — Но обстановка на фронте, в тылу и в Заливе такова, что это лучшее предложение, которое вы можете получить. Кусей вообще уверен, что протесты, идущие сейчас в США, выльются в годы нестабильности, что даст ему шансы если не на победу, то на полную растрату вами своего международного авторитета. Из этой войны нужно выходить, Колин — я вижу эту ситуацию именно так. Рациональные политики всегда понимают, когда дело стало окончательно безнадёжным и нужно срочно бросать его.

— Я запомню озвученные тобой требования Ирака, — пообещал Пауэлл. — Мы обдумаем их и используем, как фундамент для начала переговоров.

— Большего я получить и не надеялся, — улыбнувшись, ответил на это Жириновский. — Как тебе сигара?

— Она великолепна, — сказал Пауэлл. — Жаль, что в Штатах такие очень сложно достать…

— У меня есть несколько коробок лимитированной серии, — сообщил Жириновский. — Чтобы ты не уезжал из Москвы с пустыми руками, я дарю их тебе — их привезут в посольство.

Кастро дарит ему сигары каждый год, потому что очень дорожит дружбой с Советским Союзом и лично с Жириновским. В основном, это связано с финансовыми и материальными вливаниями, которые растут с каждым годом.

Следующей очевидной целью для приложения усилий США, по мнению аналитиков, является именно Куба — она как кость в горле, поэтому вполне возможно, что на неё будет оказываться давление и всё может привести к военному вторжению. Вторжение маловероятно, но это только сейчас, а что будет через годы — этого никто не знает.

Оценив все риски, ещё Орлов подписал указ о поддержке Кубы.

Остров Свободы укрепляется, строится подземная инфраструктура — тоннели, бункеры, бомбоубежища и городские фортификации.

Кое-что из ранее построенного сносится и перестраивается, так как показало себя неэффективным в ходе боёв в Ираке, а кое-что начинают строить более масштабно.

То же самое, но в большем объёме делается и в ГДР, и в СР Югославии — основной фокус направлен на подземную инфраструктуру военного назначения, которая должна продлить сопротивление этих стран успешным вторжениям «дружелюбных» соседей.

Теперь, когда Ирак фактически победил в войне, доктрина окончательно признана эффективной и рекомендована к реализации во всех союзных государствах.

— Благодарю тебя, — искренне улыбнувшись, сказал госсекретарь.

— Всегда пожалуйста, — ответил Жириновский. — Как тебе Москва?

— Знаешь, я до сих пор под впечатлением, — произнёс Пауэлл. — Город очень красив, но я почувствовал некоторую неправильность… А потом я понял — здесь очень мало уличной рекламы. По сравнению с Нью-Йорком или Вашингтоном, тут её практически нет. Это необычно, и в Штатах такого точно не встретишь.

— Да, такого у вас не бывает, — улыбнувшись, сказал Жириновский, после чего пыхнул сигарой. — Но Манхэттен особенно красив по вечерам — мы можем лишь завидовать такой красивой рекламе.

В СССР реклама давно уже переехала в Интерсеть, причём не в виде назойливых объявлений, а на специализированные рекламные страницы. Всё-таки, отношение к рекламе в Союзе совершенно иное — её мало, делают её очень качественно, поэтому среднестатистическому советскому гражданину не зазорно зайти на сайт и посмотреть на новинки.

Жириновский считает это очень важным достижением: граждане не подвергаются бесконечной информационной бомбардировке на каждом шагу, а сами ищут новинки и изучают рекламу, которая не ставит перед собой цель продать что-то любой ценой, но дорого.

Благодаря этому, изредка встречающиеся биллборды завоёвывают пристальное внимание, а не игнорируются, как информационный шум, очень редкая реклама по ЦТ является ценным источником информации о новых товарах, которые точно обнаружатся на прилавках, раз их рекламируют, а рекламу в кинотеатрах, перед фильмами, уже давно убрали, хотя такая практика была в первые годы президентского срока Жириновского.

Да и уже давно установлено, что гораздо эффективнее ненавязчиво рекламировать продукцию через кино и сериалы — такая форма рекламы не ощущается втюхиванием чего-то ненужного, и будто бы ни к чему не обязывает.

Но как показал случившийся шквальный спрос на моду брежневских времён, к чему-то такая реклама обязывает…

— Я слышал, что Джоан Роулинг собирается отправиться в космос, — произнёс госсекретарь США. — В этих слухах есть хотя бы доля правды?

— Да, доля правды в этом есть, — подтвердил Жириновский. — Она посетит станцию «Мир», выйдет в открытый космос, а через пять суток вернётся на Землю. И я очень надеюсь, что это никак не повлияет на её «Гарри Поттера»…

Он внимательно следит за творчеством Роулинг — фильм «Гарри Поттер и Философский камень» вышел 9 декабря прошлого года и до сих пор продолжает грести кассу в кинотеатрах мира.

В СССР, по состоянию на начало января, фильм собрал 414 миллионов рублей на билетах, а ещё 368 миллионов рублей на игрушках, атрибутах и прочей ерунде, которую заблаговременно произвели в безумных количествах и просто выбросили на рынок в назначенный час.

Производство фильма обошлось в 410 миллионов рублей, что сделало его самым дорогим фильмом в истории. И все эти деньги видны на экране, так как нет в Союзе актёров, которым надо отваливать по 20–30 миллионов рублей за роль, и нет продюсеров и инвесторов, которые отъедают себе солидную часть прибыли.

Главным последствием съёмок фильма стала новая съёмочная площадка «Мосфильма»: один большой павильон на 16 тысяч квадратных метров, в котором воссоздан Хогвартс и его помещения, шесть павильонов общей площадью 42 тысячи квадратных метров, в которых созданы Косой переулок, банк «Гринготтс», вокзал «Кингс-Кросс» и прочие знаковые места, а также четыре средних павильона вспомогательного назначения.

Каждый павильон напичкан оборудованием и декорациями, которые создали абсолютно уникальную картину, в которой цифровые спецэффекты применялись только ради изображения волшебства, каскадёрских трюков и фантастических тварей, а всё остальное в кадре было настоящим.

И Советский Союз кровно заинтересован в том, чтобы Роулинг продолжила писать — права на прокат в десятках стран мира были проданы на общую сумму в 297 миллионов долларов, что окупило большую часть производственного бюджета.

В других государствах рекламные расходы легли на прокатчиков, но это в Союзе не взволновало абсолютно никого, так как деньги уже получены.

Перехват прав на экранизацию у голливудской студии — это было одно из самых выгодных инвестиционных решений МВО, которое сулит баснословные прибыли в будущем.

Сейчас идут съёмки фильма «Гарри Поттер и Тайная комната», в тех же декорациях, но с бюджетом в 500 миллионов рублей — в ЦНИИ робототехники и технической кибернетики, специально для фильма, разработан аниматроник, изображающий Василиска, стоивший примерно 31 миллион рублей.

Ожидается что-то очень масштабное, грандиозное и крайне прибыльное, так как права на прокат второго фильма точно будут стоить дороже.

«Да и наш Ванька Горелкин — это юный талант, а не деревянное нечто, не умеющее толково играть», — подумал Жириновский. — «За это надо брать дополнительные деньги!»

ГКО оказалась очень консервативна в оценке возможной прибыли с проката всей серии фильмов — ожидалось, что удастся заработать 600–700 миллионов долларов США, но сейчас всё выглядит так, что эти суммы будут достигнуты уже на продаже прав на прокат второго фильма.

А внутренний рынок, согласно новому прогнозу, даст около 1 миллиарда рублей или даже больше — народ идёт на фильм и тратит свои кровные на повторные просмотры.

Но никто не знает, сколько фильм принесёт после старта продаж МД-дисков — возможно, 50 миллионов, а возможно и 100 миллионов рублей…

— Немного завидую ей, — признался Пауэлл. — Отправиться в космос, пусть и на советской ракете — это же космос…

— А я завидую ей очень сильно, — ответил на это Жириновский. — С удовольствием бы слетал туда, как Орлов, но работа…

— Да, работа всё осложняет, — улыбнувшись, согласился с ним госсекретарь.

Повисла тишина, прерываемая лишь потрескиванием дров в камине.

— Мне жаль, что мы враги, Владимир, — вдруг произнёс Пауэлл. — Ты хороший человек — я чувствую это. И, уверен, что в других условиях мы могли бы стать очень хорошими друзьями.

— Да, могли бы, — согласился с ним Жириновский. — Колин, мы не хотим враждовать с вами — нас вполне устроило бы мирное сосуществование. Но оно невозможно.

— Невозможно, — кивнув, сказал госсекретарь.

*СССР, РСФСР, Москва, Остров, Дом Правительства СССР, 13 февраля 2001 года*

— «Мир-3»… — произнёс Жириновский, смотря на макет будущей станции.

ГКО решила, что надо брать от научно-технического прогресса всё, поэтому программа строительства новой орбитальной станции перемещена поближе — промышленность к ней уже готова, мощности способны производить модули, а ракеты-носители «Вулкан» нужно строить почаще, чтобы не падала квалификация специалистов и не простаивало некоторое производственное оборудование.

К тому же, почти готова к запуску ракета-носитель «Вулкан-Т», являющаяся лабораторией для проверки ряда наработок к «Прометею», ракете-носителю следующего поколения, способной поднимать на низкую околоземную орбиту 370 тонн полезной массы.

«Прометей» уже практически реален — нужно лишь испытать экспериментальные компоненты, а также новейшие БЦВМ и новые кислородно-метановые двигатели.

Владимир и сам не до конца понимал, до недавних пор, куда все так торопятся с «Прометеем» — эта огромная ракета-носитель нужна для Лунной и Марсианской программ, а для строительства станции «Мир-3» она избыточна. Но «спешка» объясняется тем, что при разработке «Прометея» была совершена серия прорывов, которая позволила сократить время разработки и всё очень быстро дошло до наземных испытаний.

По расчётам специалистов НПО «Энергия», ракета будет готова к первым запускам примерно через два года. Но Лунную программу, к тому моменту, никто начинать не собирается, потому что есть более важные задачи.

«Возможно, у ГКО появится желание запустить „Мир-4“ или ещё что-то вроде того», — подумал Жириновский. — «Но орбитальное производство — это будущее».

Правда, «Мир-3» закроет потребности в орбитальном производстве сверхчистого материала на десятилетия вперёд, так как нет потребности в таком количестве материалов для советской электронной промышленности.

Новая станция станет производственным чудовищем, которое затмит «Мир-2» и зацементирует превосходство СССР в этой области.

Иностранные компании готовы покупать орбитальные материалы в любых количествах и даже за неразумные деньги, так как микрочипы из орбитального кремния, изготовленные по техпроцессу 0,13 микрометров, кратно превосходят по характеристикам микрочипы из земного кремния.

Япония, например, в обмен на политические уступки, получила доступ к десятилетнему дисконту на покупку орбитальных материалов на «полупроводниковых тендерах», с правом первого покупателя — японские компании первыми рассматривают лоты и имеют право первыми делать предложение.

Взамен был подписан формальный мирный договор между СССР и Японией, а также частично разрешён вопрос с Курилами — теперь Япония признаёт, что Курилы де-факто контролируются Советским Союзом, но занимают формальную позицию «территориальный спор существует».

Это был огромный шаг для японских властей и премьер-министра Мори Ёсиро — признать Курилы советскими они не могли, так как это было бы воспринято, как национальное предательство.

Жириновскому всё равно, существует ли территориальный спор или нет, но важно, чтобы японцы признали фактический контроль Курил Советским Союзом.

Да и самое важное в переговорах с Японией не политика, а экономика — договорились о расширении советско-японских предприятий, производящих широкий спектр товаров народного потребления. Управляются они ГКО и являют собой первые советские щупальца, проникшие на острова…

Дисконт на сверхчистые полупроводниковые материалы закончится, а вот мирный договор и признание фактического контроля над Курилами останутся, как и советско-японские предприятия.

Мирный договор — это недвусмысленный сигнал для США, что они начинают терять ключевого союзника в Азиатско-Тихоокеанском регионе.

Японцы отчаянно хотят выпутаться из пучины всё никак не желающего заканчиваться «потерянного десятилетия», поэтому готовы, ради этого, на многое — предложенная Жириновским сделка была принята и теперь можно рассчитывать на ухудшение американо-японских отношений, так как американцы точно будут недовольны тем, что японцы променяли многолетнюю дружбу на какие-то там деньги…

«Это победа моей дипломатии», — записал Жириновский достижение на свой счёт. — «Бессмертных мне только помогал и подсказывал».

Сделка с Японией — это очень важный геостратегический выигрыш, так как сегодня Япония подписывает мирный договор с СССР, а завтра, глядишь, выдворяет американские войска с острова.

— Это что за модуль? — спросил Владимир, ткнув в макет.

— Научный модуль «Неодим», — ответил Юрий Павлович Семёнов. — В нём будут проводиться передовые исследования технологий выращивания кристаллов в условиях микрогравитации. Это значительно ускорит разработку новых методов выращивания кристаллов и поспособствует ускорению разработки новых сплавов аморфных металлов. За подробностями лучше обратиться к профильным специалистам.

Аморфные металлы стали краеугольным камнем советского машиностроения — они обеспечивают качественный рост ресурса двигателей, увеличение прочностных характеристик корпусов самолётов, при снижении массы, а также существенно продвигают прогресс в области электродвигателей.

Жириновский посмотрел на три особенных модуля, прикреплённых к макету станции — это «Кобальты», от первого до третьего, являющиеся производственными модулями, которые будут специализироваться на выплавке и отливке деталей из аморфных металлов. Ожидается, что они будут выдавать до 600 тонн металла в год, при условии, что будет налажена орбитальная инфраструктура охлаждения.

Идея по быстрому охлаждению орбитальных производств состоит в том, чтобы реализовать концепцию сменных модулей охлаждения: двенадцатитонные цистерны с парафином и сверхчистым графитом, в количестве шести единиц, подключаются к единому охлаждающему контуру станции и «снимают» с него избыточное тепло, которое не могут «снять» основные радиаторы, а затем эвакуируются «Шквалом» к отдельной радиаторной ферме, которая рассеивает тепло из цистерн в течение 1–3 суток. А на замену отстыкованным цистернам приходят уже остывшие цистерны, что должно обеспечить почти непрерывный цикл охлаждения — так удастся производить гораздо больше плавок металлов, что и позволит производить очень много аморфного металла, крайне нужного советской промышленности.

«Мир-3» чуть удешевит аморфные металлы, но они всё так же останутся очень дорогим удовольствием, которое можно тратить только на критически важные изделия — как правило, это изделия оборонного назначения…

«Ради этого мы тесним социальные расходы, жилищное строительство, здравоохранение и образование», — подумал Жириновский с сожалением.

ГКО последовательно снижает расходы по указанным статьям, что почувствуется — это не значит, что кто-то останется без социальной помощи, крова, медицинской помощи или не сможет получать образование. Это значит, что новых домов станет чуть меньше, практически впритык, больницы и поликлиники будут строить в чуть меньших объёмах, финансирование всех школ незначительно сократится, а социальные выплаты в этом году не вырастут на заложенные десятилетним планом проценты.

Всё рассчитано так, чтобы большая часть изменений была незаметна гражданам, а к замеченному нельзя было придраться — ГКО преследует цель создать видимость, что космическая программа не получила в этом году дополнительные 1,4% от ВВП, достигнув символических показателей в 5,3%.

«Социальные расходы сократятся только через два года», — подумал Жириновский. — «Вот эти деньги мы и направим на космос — там тебе и Луна, и Марс…»

Программа поддержки материнства пусть и позволила очень серьёзно нарастить рождаемость и получить нужные количества граждан, но обходится в очень серьёзные суммы — на социальную поддержку, в целом, в прошлом году расходовалось 1,5 триллиона рублей, но сюда, помимо пособий и прочих привилегий матерей-героинь, включается также массовое жилищное строительство по этой программе.

Как только программа будет свёрнута, все эти строительные мощности освободятся и будут направлены на что-то ещё, что автоматически перераспределит часть денег из социалки в другие статьи расходов.

«Но и ВВП ведь вырос!» — подумал Жириновский. — «Сколько там было? 12 триллионов?»

Он попытался вспомнить точное значение номинального ВВП Советского Союза за 2000-й год: рост составил 14,3%, вместо прогнозированных 14,1%, что дало 12 триллионов 385 миллиардов рублей. Это 39,44% от мирового ВВП, согласно расчётам ГКО.

В этом году ГКО ожидает те же 14,1%, но теперь уже точно — больше не будет увеличения годового роста, так как исчерпываются последние пределы модернизации экономики.

Дальше годовой рост ВВП будет только сокращаться, очень долго держась выше 10%, но, в конце концов, достигнет стадии «зрелого социализма», который будет расти по 4–5% в год.

«Но к тому моменту девять из десяти производимых товаров на планете будут иметь советский ГОСТ», — подумал Жириновский и злорадно улыбнулся.

*США, округ Колумбия, город Вашингтон, Белый дом, Овальный кабинет, 20 февраля 2001 года*

— «Управляемая война», Дик? — спросил раздражённый Джордж Буш-младший. — Я всего месяц в этом кабинете, а меня только что не принудили к оральному сексу! Осталось только это, Дик, твою мать! Ты обещал мне совсем другое!

— Я не владел всей полнотой картины, — разведя руками, ответил спокойный Дик Чейни. — И я точно не знал, что Клинтон настолько пакостливый шалунишка.

К счастью для них, они сумели очень удачно использовать эту возможность, упавшую с небес — тут не обошлось без КГБ и ГРУ, но они били по Клинтону и попали точно в цель, а плодами этого могут воспользоваться далеко не только они.

Побочным эффектом стало то, что на Александрийскую городскую тюрьму, в которой содержится Клинтон, три дня назад была совершена попытка нападения, спровоцировавшая бунт заключённых.

Клинтон был спасён, потому что к тюрьме вовремя приехал спецназ, разогнавший линчевателей, а персонал тюрьмы не пропустил восставших заключённых к секции, в которой содержится бывший президент.

Буш и Чейни воспользовались связями и настояли на том, чтобы Клинтона содержали именно в Александрии, в штате Вирджиния — в этом штате до сих пор применяется смертная казнь, которая точно не будет применена к Клинтону, но уже создаёт нужный ажиотаж в обществе.

С судьями уже всё решено — Клинтон получит 150–200 лет заключения, что равносильно пожизненному. Он никогда не выберется из тюрьмы, в которой весь срок проведёт в одиночной камере, и будет служить живым напоминанием о том, как дискредитировал себя и Демократическую партию.

— Но это всё мелочи, Джордж, — произнёс Дик Чейни. — Недавно я был на встрече с нашими друзьями — им я предложил план, который им очень понравился и они готовы забыть обо всех этих неудачах и не учитывать их впредь.

— Это неудачи Клинтона, — с возмущением напомнил Буш-младший.

— Но мы не устраняем их последствия, — возразил Чейни. — Ты понимаешь, что их невозможно устранить быстро, я понимаю, но наши друзья очень сильно хотят, чтобы всё снова стало спокойно, поэтому их не очень-то волнует, как мы будем их устранять. Впрочем, забудь об этом — это больше не важно. Мой план им понравился и они не будут учитывать всё это, при условии, что план будет выполняться.

— Что за план? — спросил заинтересованный Джордж Буш.

— Нам нужно отыграть карту реваншизма, — ответил вице-президент США. — Это поражение и веский повод для радикальных преобразований в армии. Хусейн показал нам, что будущее за массовыми и дальнобойными ракетами — ты не потеряешь самолёты и дорогостоящих пилотов, если не будешь отправлять их в бой. А массовые и дальнобойные ракеты — это очень дёшево и не жалко, если какой-то процент их будет сбит. Парни из «Локхида», «Боинга» и «Рэйтеон» готовы начать совместный проект — высокоточные ракеты малой и средней дальности. Нам с тобой нужно продавить Пентагон, чтобы он принял новую концепцию и не стопорил разработку.

— Как? — спросил президент США.

— Президентская директива, — произнёс Чейни. — Новая концепция должна стать приоритетом национальной безопасности. В Пентагоне слишком много представителей чужих друзей, поэтому тебе нужно будет снять этих представителей и назначить правильных генералов и адмиралов, разделяющих наше с тобой видение. Это понравится нашим друзьям, так как они увидят, что мы уже действуем и делаем это крайне решительно.

— Ты уверен, что эта штука сработает, Дик? — спросил сомневающийся Джордж Буш-младший. — Я не до конца понял твои объяснения…

— Доверься мне, Джордж, — попросил вице-президент. — Ты сам попросил, чтобы я помог тебе — и вот мы здесь. Я помогу тебе, но тебе нужно лишь не мешать.

Чейни, поначалу, отказался от предложения Буша, потому что не видел никакого смысла быть вице-президентом, нужным только на случай гибели президента, но всё изменилось, когда он узнал о ней.

Существует теория унитарности исполнительной власти — в Конституции США, статье II, написано, что «Исполнительная власть предоставляется Президенту Соединённых Штатов». Это можно трактовать так, что вся исполнительная власть находится в ведении президента и он является единственным главой всей исполнительной власти, а это открывает очень и очень много возможностей, если правильно всё устроить.

И сейчас настало время проверить, как далеко можно зайти на этом пути: сначала Пентагон, а дальше можно подмять под себя агентства и прочие органы власти, обосновывая всё это необходимостью защиты от военной угрозы.

Время идеально, так как все напуганы произошедшим в Ираке. Вдруг оказалось, что триллионы долларов были потрачены на нежизнеспособную доктрину, которая рассыпалась при первой же серьёзной угрозе — Чейни собирается говорить и делать очень правильные вещи, но под прикрытием этого концентрировать вокруг президента максимум власти.

— Наши друзья обещали найти у себя в запасниках другие перспективные идеи, — продолжил вице-президент. — Нужна новая система ПВО — «Пэтриоты» оказались неспособны отличать настоящие ракеты от мусора. Парни из «Локхид», «Рэйтеон» и «Грумман» обещают нам, что будут созданы новые радарные системы, которые решат эту проблему. Более того, такие радары уже разрабатываются — кое-кто в Пентагоне предвидел подобное развитие событий, но этому не придали достаточно значения.

Всё это сулит «парням» грандиозные прибыли — пусть они сильно потеряют на авиации, но вся прелесть высокоточных ракет в том, что они одноразовые и нужно их очень много. И ПВО, по итогам боёв в Ираке, показало, что было представлено в недостаточных количествах. А из этого следуют очень крупные оборонные заказы, на десятки миллиардов долларов.

Компании из сектора ВПК крайне заинтересованы в том, чтобы у Чейни и Буша всё получилось, так как прекращение войны в Ираке не будет значить ничего — оборонные заказы не иссякнут, а лишь увеличатся в числе и масштабах.

— Нам нужно дать людям заработать, Джордж, — произнёс Чейни. — И они поддержат все наши начинания. У тебя уже отличный старт…

— Это было нетрудно, на фоне ареста Клинтона, — ответил на это не очень весёлый Буш-младший.

— Говорил я ему, что от этого острова воняло КГБ… — произнёс Чейни.

— Так это сделали коммунисты? — с удивлением спросил президент.

— Доказательств нет, но есть сведения, что КГБ присматривалось к этому острову, — ответил Дик Чейни. — Моссад передавал данные кое-кому из наших друзей, с предупреждением, что теперь туда лезть не нужно. Но Билл — этот тупой кусок дерьма сам виноват в том, что с ним случилось. Есть десятки других способов удовлетворить его, кхм, особые потребности, но он выбрал самый идиотский из возможных.

— И это меня в детстве называли идиотом, — поделился детскими воспоминаниями Джордж Буш-младший. — Ну и кто теперь идиот?

— Действовать начинаем на следующей неделе — я всё приготовлю, — сказал Чейни.

— А что же с Ираком? — спросил президент. — Как мы оправдаем вывод войск и все эти условия, которые выторговал для нас Пауэлл?

— С Ираком — ничего, — ответил вице-президент. — Мы продолжаем твёрдо стоять на том, что это «война Клинтона», по вине которого там сейчас гибнут американские солдаты. Управляемой войны не получилось, но это, как я и говорил ранее, уже не важно. Условия Жириновского, если смотреть на них трезво, не такие уж и плохие — он мог бы сделать так, чтобы мы завязли в Ираке на годы, не добившись никаких из поставленных целей. Но он отпускает нас, за очень небольшие деньги.

— Это похоже на поражение, — покачав головой, произнёс Буш.

— Это и есть поражение, — сказал Чейни. — И пусть. Сегодня они выиграли, но мы выиграли гораздо больше. Теперь мы можем мобилизоваться и дать ему ощутимый ответ.

У него есть большие планы по мобилизации — в течение следующих двух лет США начнут тратить около 6% ВВП на оборонные расходы, что сильно порадует друзей Дика и Джорджа.

Конгресс может помешать этому, но и на него есть управа. Теория унитарности исполнительной власти, в трактовке Чейни, позволяет вовсе игнорировать мнение Конгресса и управлять страной без оглядки на это сборище стариков.

Президентские директивы имеют силу закона, поэтому они могут всё, а Конгресс, в свете нынешней обстановки, очень слаб, так как половина конгрессменов из Палаты представителей — это деморализованные демократы, а вторая половина — это воодушевлённые республиканцы.

«И где-то между ними затесался старина Берни Сандерс», — подумал Чейни и улыбнулся.

Сандерс очень высоко взлетел на критике Клинтона — теперь, когда Клинтон в тюрьме и ждёт суда, люди вспоминают того, кто громче всех ругал его. Он также ругал и «Бурю в пустыне», как операцию, имеющую непредсказуемые последствия, что все тоже очень хорошо помнят.

Насколько известно Чейни, из бесед с хорошими друзьями, одно время они всерьёз рассматривали Сандерса, как кандидата в президенты — они-то всегда прекрасно знали, что происходит в СССР и опасались, что Жириновский и Орлов начнут агрессивную пропаганду, с помощью своих спутников, висящих над Кубой. Тогда бы Берни победил на выборах и начал создавать видимость «социалиста», то есть, дал бы иллюзию социальных реформ, чтобы спустить пар и снизить эффективность советской пропаганды.

Они готовы и не на такое, лишь бы сохранялся статус-кво, в котором они имеют жирные оборонные контракты, войны происходят, население не бунтует и всё идёт, как идёт.

Но Жириновский не стал использовать появившиеся возможности топорным и опасным способом, поэтому Сандерс так и не получил свой шанс.

— Знаешь, мне пришла в голову одна мысль… — произнёс Чейни. — Возможно, нам следует встретиться с нашими друзьями и обсудить один очень важный вопрос.

— Какой вопрос? — спросил Буш-младший.

— Вопрос прогрессивного налогообложения, — ответил вице-президент. — назовём это «патриотическим налогом»…

— Ты сошёл с ума? — нахмурившись, уточнил президент. — Может, у тебя упал уровень сахара? Как на это посмотрят наши друзья?

— Нам нужны деньги, — сказал Чейни. — Если они не хотят проснуться утром в Коммунистических Штатах Америки, в Нью-Йоркском Советском Социалистическом Штате, через десять-пятнадцать лет, то пусть раскошеливаются. На один только космос нам нужно никак не меньше пятисот миллиардов. Военный бюджет нужно утверждать до триллиона — у коммунистов военный бюджет уже давно больше полутриллиона долларов, и они не разбазаривают его на всякие нежизнеспособные проекты. Нам нужно мобилизоваться и догнать коммунистов за следующие четыре года — иначе они нас сметут…

— Они никогда не пойдут на это — даже я это понимаю, хоть и недолго знаком с нашими друзьями, — скептически усмехнувшись, сказал Буш-младший.

Он, действительно, знаком с парнями из оборонных компаний очень недолго, потому что они находились на недосягаемой для него высоте. Но его отец хорошо знает каждого из них и имел дела почти с каждым.

— Эти деньги, так или иначе, вернутся к ним же, — ответил Дик Чейни. — Мы не будем тратить все эти суммы на бессмысленную поддержку беременных женщин и безумное строительство жилья, которое никогда не будет продаваться. На остальных друзей и недругов им плевать — они посмотрят на это, как на «честное перераспределение богатств», ведь собирать мы будем со всех, а тратить только у них…

— Уау… — восхищённо изрёк Буш, осмысливший услышанное.

— Вот именно, Джордж — уау… — усмехнувшись, произнёс Чейни, а затем посерьёзнел. — Этого всё равно будет недостаточно. Нужно планомерно сократить социальные расходы и позаботиться об эффективности сбора налогов. Возможно, потребуется новая федеральная программа, потому что мне не нравится то, как плохо собирают налоги в некоторых штатах. Нужно действовать быстро — Клинтон потерял слишком много времени зря. Теперь у нас очень узкое пространство для манёвров.

— Если ты уверен, что твоя идея найдёт поддержку… — начал Джордж Буш-младший.

— Уверен, — ответил Дик Чейни. — Они всё понимают не хуже, чем я.

*СССР, РСФСР, Москва, Остров, Дом Правительства СССР, 1 марта 2001 года*

— Врёшь ведь, Эдуардыч! — отмахнувшись, воскликнул Жириновский. — Ты перепутал даты — день дурака только через месяц!

— Клянусь тебе, Вольфыч! — заверил его генерал армии Гаськов. — Начался подогрев общественности через агентов влияния и СМИ, что, косвенно, подтверждает сообщения от нелегальной агентуры! Они собираются ввести какой-то очень серьёзный налог для богатых, чтобы финансировать масштабные федеральные программы!

— Слишком похоже на брехню, — поделился мнением Владимир. — Где угодно, но не в США! В Штатах это просто невозможно…

— Но что, если это окажется правдой? — спросил председатель КГБ.

— Если так, то это очень тревожный сигнал, — ответил Жириновский. — Тогда у федеральных властей появятся почти неисчерпаемые объёмы средств и ресурсов, которые они очень легко вольют в свой ВПК. Я бы так сделал. За всем этим точно стоит этот циничный подонок — Дик Чейни…

Власти США уже полноценно прочувствовали свою слабость и уязвимость перед СССР — у них уже разработаны методики оценки, так как известно, что пристальное изучение экономики СССР началось ещё в конце первого срока Клинтона.

ЦРУ проделало огромную работу, за конфиденциальность которой отвечал лично Олдрич Эймс, легендарная гроза советских шпионов.

Видовая разведка (1) ЦРУ США составила подробную карту всех промышленных сегментов на территории СССР, подсчитала приблизительное количество заводов, классифицировала их по типу, составила карту новых дорог и, в целом, выполнила свою задачу, что позволило американскому военному руководству иметь точное представление о том, насколько всё стало плохо.

А плохо точно стало, потому что они только новых моногородов обнаружили 156 из 168. Возможно, они обнаружили все, но двенадцать городов, по каким-то неясным причинам, не включены в общий список.

И то, что эти данные Эймс передал СССР, не отменяет их наличия у США — они точно лежали на столе у Клинтона, а теперь лежат на столах у Буша-младшего и Чейни.

Вдобавок к этому, ЦРУ довольно-таки точно, учитывая объективные обстоятельства, подсчитало советский внутренний валовый продукт по паритету покупательной способности.

Реальный ВВП по ППС за 2000-й год равен 23 триллионам 780 миллиардам долларов США, а ЦРУ дало оценку на 11,7% ниже — это свидетельствует о качественном улучшении доступных американской разведке инструментов.

Учитывая, что население в СССР в прошлом году насчитывало 310 миллионов человек, то ВВП на душу населения по ППС в СССР равен примерно 78 тысячам долларов США. У ЦРУ эти данные чуть занижены, из-за погрешности в расчётах.

То есть, у Чейни и Буша есть обоснованные причины сильно переживать и решаться на решительные меры — финансовые элиты, которые они представляют в Белом доме, тоже осведомлены обо всём происходящем в советской экономике, поэтому они могут пойти на такое.

— Ладно, понаблюдаем, как всё пойдёт в ближайшее время, — сказал Жириновский. — Если введут драконовские налоги, то это будет значить только одно — они готовятся к полномасштабной войне.

— И что мы тогда будем делать? — спросил Гаськов.

— Начнём «Пятилетку», — ответил Владимир. — Другого выбора не будет. Если не начнём, то встретим неизбежную войну с приспущенными штанами.

Всесоюзный «Пятилетний оборонный план» — это, как ясно из названия, пятилетний план подготовки страны к полномасштабной войне.

Государственная координирующая организация, на этот период, «сменит пол» — то есть, будет преобразована в Государственный комитет обороны, в состав которого войдут руководители высших органов власти — руководитель временно упраздняемой ГКО, президент СССР, а также члены Совета обороны СССР.

Съезд Народных Депутатов и Верховный Совет СССР, на время действия плана, временно лишаются части полномочий, а страна переходит в режим чрезвычайной ситуации сроком на пять лет, с возможным переходом на военное положение.

Всё проработано уже давно, потому что сценарий возможной войны против Запада прорабатывается в Союзе ещё с лета 1943-го года, после того, как стало очевидно, что Третий рейх перешёл в период доживания…

— Слишком категорично, — покачав головой, произнёс Гаськов.

— Время есть, поэтому подключай своих аналитиков и требуй у Штерна, чтобы его аналитические центры тоже начали проработку сценария, на основе имеющихся у нас вводных, — ответил на это Жириновский. — Если окажется, что да, эта милитаризация США, с высокой вероятностью, приведёт к эскалации и полномасштабной войне против НАТО, то начинаем «Пятилетку». А если нет, то продолжаем жить дальше, будто и не было ничего…

*СССР, РСФСР, Москва, Остров, Дом Правительства СССР, зал заседаний Съезда Народных Депутатов СССР, 19 марта 2001 года*

Жириновский сидел и смотрел на Бориса Немцова, вещающего свою сермяжную правду с трибуны, немигающим взглядом.

— … трагична ситуация на селе — очень много заброшенных селений, в которых доживают свой век несчастные старушки! — продолжал он.

Стоящие рядом с ним Гарри Каспаров и Валерия Новодворская, своим присутствием старающиеся придать веса его речи, кивают в такт.

— Куда смотрит советская власть⁈ — патетически вопросил Немцов. — Село умирает! Как мы можем забывать о селе?

«Не знал, что он заделался эсером и сердечно переживает о крестьянском вопросе», — подумал Жириновский. — «Мягко говоря, это сейчас неактуально».

Степень урбанизации Советского Союза, в начале этого года, согласно статистическому справочнику, достигла отметки в 87,5%.

Из этого следует, что в сельской местности сейчас проживают лишь 12,5% населения, то есть, примерно 39 миллионов человек.

Все эти люди — это, в абсолютном большинстве своём, специалисты аграрного сектора и их семьи, кормящие всю страну, опираясь на сильно автоматизированное сельское хозяйство.

По расчётам ГКО, один сельский житель, работающий в агроблоке, производит пищу, достаточную для прокормления 95 человек. Потребляется лишь малая часть из произведённого, а излишки перерабатываются и аккумулируются на складах Госрезерва СССР.

Побочным эффектом тотальной автоматизации сельского хозяйства, естественно, стали более ненужные деревни, сёла, посёлки, аулы и кишлаки — жители их, в большинстве, переезжают в города, чтобы присоединиться к бесконечной армии рабочих, а остаются только старики.

— Обезлюдевшие поселения стали призраками и ветшают! — продолжал Немцов. — Города высосали из них жизненную силу! Людей!

А Владимир всё никак не может понять, что в этом плохого. Бывшие сельские жители получили лучший доступ к высококлассной медицинской помощи и иным благам цивилизации, которые ранее были на селе в ограниченных количествах.

— Мы теряем целый культурный пласт! — воскликнул Немцов. — Нужно что-то делать!

«Вот так вы отчаялись — взываете к культурному наследию?» — подумал Жириновский. — «Измельчал нынче оппозиционер…»

Он думал, что «Оппозиционная платформа», сумевшая в прошлом году получить некоторое количество мандатов на Съезде Народных Депутатов, в этот раз предложит что-то конструктивное и осветит какие-то реальные проблемы. Но у них не нашлось ничего, кроме высосанной из мизинца проблемы вымирающего села.

«Село не вымирает, дебилы умалишённые, а переезжает!» — подумал Владимир с раздражением.

— Нами зафиксированы случаи, когда бедных старушек насильно перевозят в города, прочь из родных краёв! — заявил Немцов. — По каждому такому случаю мы подали заявления в Генпрокуратуру и получили ответы о якобы добровольном характере переездов! Ложь, подлог, фальсификация! У нас есть убедительные доказательства! Внимание на экран, товарищи народные депутаты!

На экране за спиной Немцова началась видеозапись с невидимым интервьюером и какой-то пожилой женщиной в платке. Происходит это во дворе многоквартирного дома, на лавке у подъезда.

Жириновскому это было глубоко не интересно, потому что этот эмоциональный спич Немцова не приведёт ни к чему — никто не будет возвращать никого обратно в село, так как для этого придётся применять насилие.

Абсолютное большинство бывших сельских жителей вряд ли захотят возвращаться туда, где нет никакой работы, чтобы сменить комфортабельные квартиры на сельские дома хоть какой степени комфортности.

Концепция микрорайонов (2) и без того была очень удачной, но, стараниями Жириновского, её значительно усовершенствовали и теперь советские города считаются одними из лучших в мире по комфорту проживания. В связи с этим, селяне, распробовавшие городской комфорт, просто даже не думают возвращаться в сёла, где их, в любом случае, никто не ждёт.

Это неизбежный процесс, который, по расчётам ГКО, должен привести к тому, что в сельской местности будут проживать 5–7% населения, которые и будут обеспечивать городское население продовольствием.

Экологи уже сейчас фиксируют, что в регионах, где сёла вымерли почти полностью, появляются дикие животные, которые ранее там не встречались. Чтобы ускорить этот процесс, на более не обрабатываемых полях высаживаются деревья, что в далёком будущем даст полноценное восстановление лесов.

«Долго он ещё будет продолжать свой плач Ярославны?» — задался Владимир вопросом, наблюдая за потугами Немцова.

Он перестал вслушиваться в его слова, а вместо этого думал о том, что делают американцы.

Оказалось, что нелегальная агентура не ошиблась — команда Буша-младшего собирается внести в Конгресс законопроект не просто о каком-то «суровом налоге», а о прогрессивном налогообложении, которое продвигается, как «временный патриотический налог».

Чейни, в свойственной ему манере, практически не выступает на публике, а отдуваются за него президент Буш-младший и госсекретарь Пауэлл.

Жириновскому особенно не понравился нарратив, который продвигает президент США: на одном из выступлений, на вопрос о новом налоге, он разоткровенничался и заявил, что США уже находятся в состоянии необъявленной войны, которая ведётся за само существование Соединённых Штатов.

А на трёхдневной давности пресс-конференции он сказал, что без этого «временного патриотического налога», США предстоит стать КША.

Журналист, задавший вопрос, оказался чернокожим и растерялся от ответа Джорджа Буша. Сам Джордж Буш не сразу понял, что сказал, поэтому вмешался Дик Чейни, который пояснил журналистам, что президент подразумевал «Коммунистические Штаты Америки», а не «Конфедеративные Штаты Америки».

На той же пресс-конференции вице-президент Чейни сказал то, что имел в виду Буш-младший, но более развёрнуто: «Если не ввести „временный патриотический налог“, то через 8–12 лет, США лишатся статуса сверхдержавы и вынуждены будут подчиняться тоталитарной воле СССР».

Американские и европейские СМИ быстро разнесли подробности этой сенсационной конференции по всему миру, поэтому большая часть планеты Земля теперь осведомлена о том, что «США выходят на тропу войны».

В «Правде», в честь такого события, даже опубликовали карикатуру, на которой Джордж Буш-младший одет в индейскую одежду, с перьями на голове, и заносит томагавк над планетой Земля, а на фоне в Землю целится из лука Дик Чейни, также одетый, как индеец.

«Но чего не отнять — прогревать народ они умеют», — подумал Жириновский. — «У нас, несмотря на многолетние старания, население относится к официальным заявлениям с лёгким скептицизмом, а на Западе принято верить СМИ безоговорочно…»

На самом деле, по данным ГКО, есть прослойка населения, условно определяемая, как «советские патриоты» — это около 35–36% советских граждан, которые полностью поддерживают официальный курс и невольно работают в качестве пассивных ретрансляторов государственной пропаганды, но остальные граждане политически аморфны и к официальному курсу равнодушны или чуточку скептичны. Впрочем, как и всегда.

А вот в США уже началась накачка населения шквалом пропаганды — в основном, обнародуют то, что сумело накопать ЦРУ по тематике внутренних и внешних дел СССР.

Ранее эти данные находились под грифом «Совершенно секретно», а теперь ЦРУ вываливает всё это на всеобщее обозрение, обнажая весьма неприглядную картину.

Граждане США, внезапно для себя, увидели, что никакой победой в Холодной войне, о которой так часто говорил Билл Клинтон, нет даже близко, а есть очень сильный СССР, вытесняющий американские товары по всему миру и около десяти лет готовивший Ирак к агрессивным действиям против США.

«Да-да, вероломно заставил США вторгнуться на свою территорию, а затем проводил агрессивные оборонительные действия — знаем, слышали», — подумал Жириновский и грустно усмехнулся.

У него нет уверенности, удастся ли Бушу и Чейни протолкнуть «временный патриотический налог» через Конгресс, но если получится, то «Пятилетка» начнётся немедленно.

Аналитики уже дали прогнозы — с высокой вероятностью, Буш и Чейни не остановятся на этом налоге, а пойдут дальше и сократят социальное обеспечение до минимума, принудят союзников раскошелиться, а также начнут интенсивно печатать доллары.

Детали плана Буша-Чейни неизвестны, но уже подсчитано, что перечисленными способами они могут «вытаскивать» на свои нужды около 1 триллиона долларов в год.

На такие деньги можно сделать очень и очень много, учитывая технологические и промышленные возможности США. У них и без того очень дорогая и высокотехнологичная армия, получившая горький, но реальный опыт современной войны, поэтому они точно найдут точки приложения для всех этих средств.

Жириновский посмотрел на Каспарова, который заметил его взгляд.

«Я слежу за тобой, подонок», — мысленно обратился к нему Владимир и сделал жест с указыванием на свои глаза, а затем на Каспарова.

Из-за срочно возникших оппозиционных дел, шахматист попросил перенести дуэль — она состоится 31 марта, субботним вечером, в прямом эфире.

Игровое сообщество «Эпохи империи» болеет за Жириновского, потому что он выступил за честь игры и это нашло поддержку среди всех активных игроков.

А сейчас, как раз, начала набирать популярность видеотека — это советский аналог видеохостинга, предназначенный для загрузки и просмотра видео, записанных пользователями.

Это стало возможным благодаря централизованному обновлению инфраструктуры Интерсети. В рамках очередной программы реновации было проложено новое оптоволокно и внедрены новые протоколы соединения, что уже позволяет просматривать видео через Сеть.

Государственные органы имеют такую возможность уже давно, но граждане получили её сравнительно недавно и уже началась выкладка масс видеозаписей, что вызвало уже три последовательных обвала серверов.

Цифровые видеокамеры, снимающие видео низкого разрешения, уже поступили в массовую продажу и купить такие детища массового производства может каждый.

Но самомнение Жириновского больше тешит не то, что он стал фактическим отцом видеотеки «Экран», обещающей стать чем-то вроде «YouTube», который ещё не появился, но для СССР, а то, что именно выкладывает в Сеть игровое сообщество.

Пятачок79 первым догадался, как именно можно прославиться на всю Сеть — он начал делать обзоры матчей Жириновского, комментируя действия обоих игроков, и развёрнуто объясняя, какие именно стратегии они реализуют.

Уже есть четыре видеоролика, и все они посвящены турнирным матчам Жириновского — Пятачку-79 всего-то и требовалось, что скачать повторы и купить микрофон, чтобы записывать голос. Это очень дёшево и просто, а дальше ему нужно было лишь делиться своим мнением о ходе матча и указывать на ошибки игроков.

Ролики уже набрали, суммарно, свыше 100 тысяч просмотров, что впечатляет, учитывая сравнительно недолгое существование «Экрана».

Но на «Экране» есть одно видео, набравшее уже больше 1 миллиона просмотров — это отрывок январского заседания Совмина СССР, на котором Штерн заявил, что если не будет чрезвычайных событий, то уже в 2007-м году можно будет сократить рабочий день до 6 часов по всему Союзу.

Советским гражданам такие слова очень понравились, так как будет крайне приятно получать ту же зарплату, но работать всего шесть часов в день.

«Граждане, постепенно, зажираются», — подумал Жириновский. — «На их месте, я бы до сих пор пребывал в восторге от семичасового рабочего дня, а они уже привыкли…»

Он сам ещё не привык к тому, что к пяти часам дня прекращается какая-либо трудовая активность на большинстве предприятий, а ещё он до сих пор очень рад, что у граждан появился дополнительный час личной жизни.

«Но Каспарова я уничтожу», — с решимостью подумал Жириновский, грозно глянув на оппозиционера. — «Впредь будет держать свой поганый язык за зубами — „детская игрушка“ это для него…»

Как кончается всё плохое и хорошее в этом мире, так закончилось и выступление Немцова.

Владимир посмотрел на наручные часы и понял, что заседание заканчивается и скоро можно уходить.

Председатель Президиума Съезда Народных Депутатов СССР, маршал Куликов, произнёс обязательную заключительную речь, а затем закрыл заседание.

Съезды, как обычно, транслируются по ЦТ, но былого интереса, как в конце 80-х годов, они уже не вызывают — социально-экономическая стабильность, приправленная непрерывным экономическим ростом, погасила интерес граждан к политике.

Многие обывательски считают, что если всё идёт хорошо, то политики всё делают правильно, поэтому следить за ними не нужно. Так считают не все, но большинство — по подсчётам ГКО, политическую активность проявляют менее 10% граждан, что гораздо меньше, чем в 90-е годы — тогда в политику, так или иначе, было вовлечено около 25% граждан. В основном, на районном и городском уровнях, через Советы, а теперь, когда опасность миновала, всем стало всё равно…

Выйдя из зала заседаний через отдельный выход, предназначенный для членов Президиума и президента, Жириновский направился к лифту.

Зайдя в лифт, он начал размышлять о том, что рассматривалось на одном из заседаний Совмина — о постепенном обесценивании обществом производимых товаров.

Раньше машина была одним из неотъемлемых компонентов «Советской мечты», а теперь их производят массово и на любой вкус — целых четырнадцать моделей.

Стоимость производства снижается с каждым годом, но цена поддерживается высокой искусственно, потому что у ГКО и Жириновского нет плана, предусматривающего превращение СССР в страну автомобильных парковок и хайвеев.

Но доходы населения значительно выросли, при сохранении прежних цен — и это при том, что зарплаты искусственно сдерживаются, благодаря механизмам ГКО, контролирующей весь фонд оплаты труда.

Средняя зарплата сейчас — 927 рублей в месяц, хотя должна быть уже давно где-то в диапазоне 2700–2900 рублей в месяц, так как ВВП на душу населения по ППС — 78 тысяч рублей.

Граждане не жалуются, так как для них весь этот путь, проделанный экономикой Советского Союза за последние десять лет, выглядит как грандиозное путешествие от дефицита конца 80-х и начала 90-х годов, к товарному изобилию и феноменальному росту благосостояния сегодняшнего дня.

Они, в подавляющем большинстве своём, не следят за тем, как растёт ВВП, как увеличивается в размерах советская экономика и не задаются вопросом, почему, при таких масштабах, зарплаты выросли гораздо меньше, чем предполагается, исходя из статистики.

«Кто-то такими вопросами задаётся — есть такие данные», — напомнил себе Жириновский. — «Но не оппозиционеры — они слишком умственно ограниченные, чтобы задумываться о таком».

Государству это занижение зарплат очень выгодно, так как это позволяет концентрировать огромные ресурсы на стратегических направлениях и держать высокий темп роста. И то, приходилось последовательно повышать зарплаты, чтобы не вызывать ненужных подозрений — дошли до нынешнего уровня…

В конце концов, происходящее заметит достаточное количество людей или теме удастся создать резонанс, поэтому придётся объяснять, почему это происходит и почему государству крайне нежелательно доводить уровень зарплат до «справедливого».

«Да и кто бы жаловался⁈» — с возмущением подумал Владимир. — «Цены, как в начале 80-х, а зарплаты, как… как никогда! Сейчас, работая на заводе, на не самой высокой должности, на машину можно накопить за пару-тройку лет, а потом сразу пойти и купить её! Когда они видели такое⁈»

Тот самый средний советский гражданин, получающий среднюю зарплату, расходует на еду примерно 27% от зарплаты — много мяса, молока, овощей, фруктов из союзных стран, всякие экзотические деликатесы и прочее, 9% тратит на отдых, культуру и спорт, 23% тратит на одежду, обувь и товары для дома, 1% тратит на коммуналку, 2% тратит на транспорт, 5% на телефон и Интерсеть, 7% на прочие расходы, 10% на обновление персонального компьютера, а 16% откладывает в Сберкассу или под матрас.

Компьютеры бесплатные есть только на работе, поэтому для многих это ощутимая статья расходов — новые модели компьютеров выходят систематически, а комплектующие можно докупать отдельно, поэтому граждане тратятся на это постоянно.

В статьях расходов нет ни слова о медицине и образовании, потому что они давно стали абсолютно бесплатными — даже стоматология и самые продвинутые кружки и секции для детей.

Тратить деньги, среднему советскому гражданину, вроде бы и есть на что, но остаётся солидная сумма на развлечения и накопления. Но кто-то тратит меньше и копит больше — зачастую, такое обусловлено целевыми накоплениями на дачу поближе, на машину получше или на кооперативную квартиру.

В любом случае, людям есть с чем сравнивать — с не таким уж далёким прошлым, когда государственные цены были теми же, но зарплаты были в три-четыре раза меньше, а ещё был товарный дефицит.

«Но к хорошему быстро привыкаешь, поэтому скоро и имеющегося будет мало», — подумал Владимир, выходя из лифта на подземной парковке.

Примечания:

1 — Видовая разведка — в не наших палестинах известна, как imagery intelligence — это технический вид разведки, в котором сбор разведданных осуществляется путём анализа большого количества изображений, полученных фотографической, оптико-электронной или радиолокационной аппаратурой. Началось всё с аэрофотосъёмки с бипланов, трипланов и первых монопланов времён Первой мировой войны, продолжилось специализированными самолётами-разведчиками межвоенного периода и Второй мировой войны, а теперь продолжается с помощью спутников-шпионов, качество картинок с которых всё лучше и лучше с каждым десятилетием. Важно знать, что видовая разведка — это не только съёмка в видимом спектре, но ещё и в инфракрасном свете, что позволяет не просто увидеть заводы потенциального противника, но ещё и определить интенсивность их тепловыделения, что позволяет косвенно судить о масштабах производства или расходе топлива.

2 — О микрорайонах — кто-то, наверное, будет смеяться, читая об этом, так как сам с рождения живёт в бывшем советском микрорайоне и без меня всё знает, но далеко не все имеют такой опыт, поэтому я лучше поясню, чтобы всем было понятно и больше не возникало вопросов. Краеугольным камнем концепции микрорайонов, разработанной в 30-е, но массово внедрявшейся в 50-е годы, была самодостаточность в шаговой доступности — микрорайон должен был обеспечивать жильцов всем необходимым на дистанции 10–15 минут пешей ходьбы. Чтобы достичь этого, в микрорайоне предполагались: непосредственно жильё, детские сады и ясли, школы, поликлиника, магазин широкого профиля, ремонт обуви, прачечная, клуб, библиотека, а также спортивные площадки. И всё это ОБЯЗАТЕЛЬНО должно было быть в пешей доступности, чтобы потребность в транспорте была сведена к минимуму. Населять один микрорайон должны были 10–20 тысяч человек, а в поздних проектах, с брежневками, 25–30 тысяч человек. Если все условия соблюдаются, то выясняется, что жителю, для удовлетворения повседневных потребностей, не нужно никуда ехать. Сейчас микрорайоны — это как стандартная шаблонная конструкция Тёмной эры технологий, которую никто не может воссоздать. Попытки предпринимаются, но каждый раз, почему-то, получается говно. На картах некоторых городов современности видно узнаваемую планировку скоплений жилых комплексов, расчерченную архитектором под микрорайон, но потом застройщик то ли проигрывает врождённой жадности, то ли попадает на бабки, из-за чего лепит дополнительные жилые комплексы там, где должны были быть общественные здания. И так каждый раз — застройщики прекрасно знают, что квартиры в полноценном микрорайоне гарантированно разлетятся, как горячие пирожки на школьной перемене, так как люди мечтают жить в полноценных микрорайонах, но алчность всегда оказывается сильнее, и опять получаются человейники. Это не касается дорогих жилых комплексов, в которых удаётся соорудить что-то очень близкое к советскому микрорайону, но таких мало и они далеко не для всех — жильё для наших добрых господ мы тут не учитываем.

*СССР, РСФСР, Москва, ВДНХ, павильон № 34 «Космос», 31 марта 2001 года*

Жириновский, надевший поверх делового костюма плащ из волчьего меха, чтобы выглядеть эффектно и напомнить зрителям о турнире «Великое переселение народов», взошёл по ступенькам на платформу с расположенным на ней компьютером.

Справа от компьютера стоит оператор с камерой, а место слева занял Николай Фоменко, приглашённый для комментирования предстоящих матчей.

— Владимир Вольфович, что вы можете пожелать своему оппоненту? — спросил Фоменко, когда Жириновский сел за компьютер.

— Чтобы берёг зубы… — процедил Владимир и размял шею.

Он вошёл в свою учётную запись и открыл окно турнира «Жириновский против Каспарова».

Трансляция идёт по ЦТ, а также по ряду зарубежных спортивных каналов, купивших права, так как это очень заметное событие и западные бизнесмены уже успели разглядеть коммерческий потенциал киберспорта, прочувствовав ажиотаж вокруг «Великого переселения народов».

Играть они будут за одинаковые цивилизации, что должно лучше показать мастерство и избежать суждений о «цивилизационных победах».

Организаторы поединка, которыми выступили разработчики игры, решили, что лучше всего подходят франки, считающиеся сбалансированной цивилизацией.

Владимир нажал на кнопку готовности и ждал, пока Каспаров наболтается с Фоменко, перебежавшим на его платформу, вместе с оператором.

Наконец, оппозиционер прекратил давать экспресс-интервью Фоменко и нажал на свою кнопку готовности.

На экране загрузки матча высветилось название карты, на которой им предстоит играть — «Берега Луары».

Жириновский сразу же приступил к охоте на окрестных зверей, а конного разведчика отправил в сторону предполагаемого местоположения базы противника.

Всё шло своим чередом: крестьяне собирали мясо с застреленных животных, казарма строилась, но затем конный разведчик нашёл базу противника. Вернее, он обнаружил пустую ратушу, без каких-либо крестьян поблизости.

«Ой, дурак…» — подумал Владимир и срочно бросил всех крестьян на строительство частокола вокруг ратуши, размещая его в шахматном порядке, с небольшими разрывами.

Примерно через сорок с лишним секунд показались крестьяне Каспарова, пришедшие, чтобы построить свою ратушу рядом с ратушей Жириновского, что, теоретически, может позволить выиграть матч в самом начале, если удастся расстрелять достаточно вражеских крестьян.

Это новая стратегия, появившаяся несколько месяцев назад, и Жириновский знает о ней, так как такое уже пытались провернуть против него. Но он разработал эффективную меру противодействия сразу после первого матча — нужно просто не дать противнику возможности поставить свою ратушу рядом, что полностью лишает смысла всю стратегию.

Он принял эти меры и Каспаров столкнулся с кошмарной реальностью — он просто потратил бесценное время зря и теперь у Жириновского преимущество, гарантирующее ему победу.

Каспаров сразу же сдался, после чего Владимир поднял руки в торжествующем жесте.

Прошло меньше пяти минут с начала матча, поэтому Фоменко оказался не готов — он сидел за барной стойкой и попивал молочный коктейль. Ему пришлось бежать к Жириновскому, до которого уже добрался оператор.

— Как вам удалось победить так быстро, Владимир Вольфович? — спросил ведущий.

— Стратегия штурмовой ратуши является крайне высокорисковой, — пожав плечами, ответил Владимир. — Это как попытка поставить дурацкий мат на профессиональном шахматном турнире — Каспаров очень высокого мнения о себе. Эй, Каспаров! Будем брать перерыв или продолжим сразу⁈

— Я готов! — ответил тот с вызовом.

Жириновский кивнул и нажал на кнопку готовности, после чего начался второй матч из девяти.

Снова франки против франков, но карта новая — «Междуречье Тигра и Евфрата». Особенностью её является то, что игроки начинают в междуречье, но если они озаботятся флотом, то смогут колонизировать заречные земли, в которых очень много ресурсов, но оборонять их сложно.

Зрителей в павильоне битком и они даже не сидят, а стоят, пялясь в большие экраны, демонстрирующие ход поединка.

Владимир начал точно так же, как и в предыдущий раз, потому что практически все экономические ордеры, за исключением идиотских или рискованных, начинаются одинаково. Это особенно верно в его случае, так как он почти никогда не рискует — его стратегия основана на выжимании соков из противника, через высоко задранный темп и экономическое превосходство.

Шахматист, на этот раз, не стал рисковать и тоже прибег к чему-то консервативному, без сомнительных трюков.

Тёмная и Феодальная эпохи прошли спокойно, за исключением стандартной тактики Жириновского с беспокоящими атаками ограниченным количеством подразделений.

А вот в Замковой эпохе началась активность — Каспаров рано увидел, что Жириновский собрал копейщиков, поэтому накопил достаточное количество лучников, которых прикрыл мечниками, и пошёл в атаку.

Но Владимир предвидел, поэтому дал собранной армии умереть, но выиграть время — следующим набором подразделений стали лёгкие кавалеристы, которые легко вырезали вражеских лучников и столь же легко ушли от пеших мечников.

Следующей частью плана была рыцарская конница, которую Владимир и набрал, не забыв исследовать все необходимые улучшения.

К рыцарям он добавил конных лучников, без каких-либо улучшений, потому что на это его экономики уже не хватает.

А Каспаров уже основательно вложился в лучников, которые могут убивать рыцарей только при условии большого численного перевеса.

Он срочно набрал копейщиков, но они быстро растаяли под градом стрел от конных лучников, которых им не догнать и от которых им не убежать…

Но шахматист не растерялся и срочно построил себе две баллисты, прицельно мечущие небольшие камни на хорошую дистанцию — это проверенное средство от конных лучников, хотя это исторически некорректно и объясняется исключительно балансом.

От баллист есть верное лекарство — рыцарская конница, достаточно живучая, чтобы пережить несколько камней, которые обязательно получит в процессе сближения с баллистами.

Каспаров, потеряв хоть какую-то защиту от конных лучников, быстро построил оборонительный замок, рядом с ратушей, но оказался не готов к речной высадке в южной части своей базы.

А это высадился отряд пеших латников, тоже не улучшенных исследованиями, но поддерживаемых полностью улучшенными гусарами.

Крестьяне начали стремительно гибнуть, поля обезлюдели, а выжившие спрятались в ратушу и замок. Это уже конец, но Каспаров играет до конца — он пытается реализовать опцию с восстановлением экономики на северном берегу Тигра.

Только вот строительство экономики с чистого листа, на столь позднем этапе матча, срабатывает крайне редко, так как у противника есть более мощная экономика, и он легко пресечёт эти потуги.

Так и получилось — Владимиру потребовались два десанта на северный берег Тигра, чтобы разрушить зародившуюся там экономику Каспарова…

Это чистый разгром, который занял 31 минуту и 54 секунды. И это при том, что никто так и не перешёл в Имперскую эпоху.

— Перерыв пятнадцать минут! — оповестил всех Николай Фоменко.

Жириновский встал из-за компьютера, поправил меховой плащ и направился к точке питания, в которой получил стакан кофе и плитку шоколада «Ангола».

Этот шоколад производят на заводах в Подмосковье, но из какао, поставляемого из Анголы. Название придумано незамысловатое, чтобы точно никто не перепутал.

Вкус у этого шоколада другой, отличный от остальных, потому что в Анголе какао растёт в чуть других условиях, обрабатывается по чуть другому техпроцессу, а такое всегда придаёт продукту уникальность.

Кому-то не нравится, а Жириновского этот шоколад устраивает полностью — достаточное содержание какао, умеренное содержание сахара, а ещё на обёртке изображён жизнерадостный негритёнок в соломенной шляпе, держащий на плече мотыгу.

Съев и выпив легальные допинги, Владимир вернулся за компьютер и увидел, что Каспарова ещё нет — он стоит рядом с Заболотным и тот ему что-то спокойно объясняет.

Известно, что Заболотный тренирует Каспарова последние три месяца — возможно, он считает за честь обучать гениального шахматиста, а может, ему близки оппозиционные взгляды и проблематика гибели села.

Когда до старта следующего матча осталось меньше минуты, Каспаров вернулся за компьютер и сразу же нажал на готовность.

«Ему сегодня не победить, как бы он ни старался», — уверенно подумал Владимир. — «Опыта мало, слабо развито пространственно-временное мышление. С пространственным мышлением-то у него всё великолепно, но этого недостаточно для настолько сложной игры».

Из-за того, что Жириновский наголову превосходит Каспарова именно в пространственно-временном мышлении, у Владимира всегда будет лучше экономика, подразделения всегда будут оказываться на нужном месте, в нужное время и в нужном количестве, а экономические ордеры будут допускать куда больше гибкости.

Жириновский знал это с самого начала — он второй по силе игрок в этой игре, что было доказано на турнире, чего не нивелировать и не отменить никакими советами от Заболотного.

Следующий матч прошёл необычно — Каспаров применил тактику быстрой Замковой эпохи, которая не то чтобы эффективна против Жириновского, при нынешних условиях, а, скорее, некомфортна для него.

Владимир снова победил, но для этого ему пришлось пережить качественный прессинг в конце Феодальной эпохи. А дальше сказался дисбаланс экономики Каспарова, который, по условиям реализации стратегии «быстрых замков», является обязательным компонентом.

В конце концов, главная уязвимость этой стратегии кроется в том, что если не успеть победить противника до того, как он достроит свою экономику, то дальше твой противник будет волен побеждать тебя каким угодно способом.

В четвёртом матче Каспаров снова попытался реализовать стратегию «быстрых замков», но снова потерпел поражение, ровно по тем же причинам, что и в предыдущий раз.

Против Жириновского и нескольких тысяч сильнейших игроков в «Эпоху империй» эта стратегия не работает — они ведь прекрасно понимают её главную уязвимость и имеют нужные компетенции, чтобы успешно ей противодействовать.

Но она сравнительно нова, а ещё она безукоризненно работает против начинающих и средних игроков, что создаёт ложное ощущение, будто это универсальная кнопка «всех победить».

«Парадокс Симпсона, в чистом виде», (1) — подумал Жириновский, нажимая на кнопку готовности.

И вот, наконец, матч, который может стать последним в этом поединке, если Владимир победит.

«Не если, а когда…» — подумал он и начал реализацию своей самой мощной заготовки.

Эта заготовка требует максимальной концентрации, так как является высшим пилотажем микроконтроля и пространственно-временного мышления: он будет использовать рыцарей, конных лучников, гусар, мечников, застрельщиков и онагры.

Если его расчёты верны, то все эти подразделения полностью компенсируют недостатки друг друга, поэтому Каспарову придётся либо строить эквивалентный «лом», либо проигрывать.

Подготовиться к такому его оппонент не мог, потому что это применяется Жириновским впервые.

«Он потеет и отчаивается…» — с удовлетворением подумал Владимир, глянув на Каспарова.

Гарри больше не пытается применять фокусы и действует классически. Но он уже понимает, что это не сработает — предыдущие четыре матча говорят именно об этом.

Первые две эпохи прошли пассивно, причём Жириновский даже не стал кошмарить экономику противника беспокоящими налётами, потому что полностью сконцентрировался на своём ордере.

А вот в Замковую эпоху началось строительство великой армии, которая будет неуязвима для всего, что может выставить оппонент.

В конце концов, Каспаров решил, что достаточно силён экономически, поэтому направил свою армию, созданную с учётом предыдущих неудач, в атаку.

Жириновский направил свою великую армию ему навстречу и, по его расчёту, произведённому за доли секунды, генеральное сражение произойдёт в середине карты «Шварцвальд», на берегу мелководной реки.

Неостановимый каток прошёл сквозь копейщиков, арбалетчиков и рыцарскую конницу, а затем, через несколько минут, врезался в крепостную стену базы противника, начав стремительное разрушение ворот.

Когда примерно половина великой армии, оставшаяся после генерального сражения, вошла на территорию базы, Каспаров раздражённо всплеснул руками и отбросил наушники.

Он нажал на кнопку «Сдаться» и матч завершился победой Жириновского, который сразу же окинул зрителей полным превосходства взглядом.

— Беру свои слова обратно, Владимир Вольфович, — сказал подошедший Каспаров. — Это не детская игрушка, а нечто, что сложнее шахмат.

— Благодарю за отличное соревнование, — ответил ему Жириновский.

*СССР, РСФСР, Москва, Остров, Дом Правительства СССР, 9 апреля 2001 года*

— Какова общая обстановка на фронтах? — спросил Жириновский.

— Боевые действия сведены к минимуму — частота взаимных обстрелов, согласно данным за прошлый месяц, имеет минимальный уровень за всю войну, — ответил маршал Варенников.

Валентина Ивановича повысили до звания маршала Советского Союза по итогам оценки результативности его действий на посту министра обороны за последние пять лет, а также по причине подготовки его ухода в отставку.

Место министра обороны займёт генерал Рохлин, после оценки его результативности в ходе Иракской войны. Его результативность отлично видна из промежуточных отчётов, успешности проведённых операций и уровня потерь во вверенных подразделениях, поэтому нужна будет лишь итоговая оценка, которая должна всё подтвердить.

Маршал Варенников, после ухода с поста министра обороны, возглавит Группу генеральных инспекторов, которую до сих пор возглавляет маршал Язов — он собрался отойти от всех дел, так как уже очень устал.

— Разведка докладывает о нарастающей транспортной активности на иракско-кувейтской границе, — продолжил Валентин Иванович. — В морском порту Эль-Кувейта наблюдается скапливание военной техники, а на аэродромах участвующих в конфликте ближневосточных стран зафиксировано сокращение количества самолётов. Всё это указывает на то, что вывод войск уже производится, ещё до окончания переговоров.

— Да уже почти договорились, — сказал на это Жириновский. — Осталось устранить мелкие расхождения по ряду вопросов, а потом Ирак и США подпишут договор о перемирии, а затем и мирный договор. Это вопрос решённый, но наблюдение не прекращайте — мало ли?

Буш и Чейни сейчас больше заняты оболваниванием своих избирателей, а не этой утратившей актуальность «войной Клинтона».

А они занимаются именно оболваниванием граждан, поддерживающих Республиканскую партию, так как «временный патриотический налог» идёт против всего, за что стояли республиканцы и от него, по мнению ряда политологов, «воняет коммунизмом».

Но машина американской пропаганды, то есть, все независимые медиахолдинги, начала агрессивную кампанию по объяснению каждому гражданину экзистенциальной необходимости этого налога для США, как государства — это тот самый редкий случай, когда все американские СМИ продвигают абсолютную правду, пусть и в угоду властям.

Даже Жириновский, как давний критик западных режимов, готов признать, что без этого налога и остального комплекса действий, США, как государству, настанет конец. Очень вряд ли, что вместо них образуются КША, которыми Буш-младший стращает своих избирателей, но в прежнем виде они существовать, в конце концов, перестанут — это даже не обсуждается.

И этот процесс, в настоящий момент, практически неотвратим, потому что уже сейчас идёт необъявленная экономическая война за Африку и Юго-Восточную Азию, в которой СССР начинает уверенно выигрывать, а завтра театр боевых экономических действий перенесётся в Латинскую Америку, а там и Мексика не за горами…

Советский Союз не выбирал этот путь, ведущий к экономическому удушению США и их союзников — это был выбор без выбора, исходящий из логики взаимодействия сверхдержав. На этом уровне, внезапно, начинают работать элементы империализма, то есть, вытеснения конкурентов с рынков.

«Как говаривал Ленин: социализм есть не что иное, как государственно-капиталистическая монополия, обращённая на пользу всего народа и постольку переставшая быть капиталистической монополией», — припомнил Жириновский. — «А как говорю я: логика межгосударственной конкуренции на уровне сверхдержав вынуждает даже социалистические государства действовать внешне схожим с империалистическими государствами образом. Но это не делает социалистические государства империалистическими, так как преследуют они совершенно иные цели. Ох, это надо записать».

В ходе экономического взаимодействия с СССР, аграрные страны постепенно превращаются в индустриальные, то есть, в прямых конкурентов для других индустриальных стран. Ведь если представить, что, например, Ангола, Афганистан и Сирия вдруг покинут советскую орбиту, обретут независимость и в них произойдёт реставрация капитализма, с обязательным условием в виде сохранения промышленного потенциала, то они, рано или поздно, начнут конкурировать за свои регионы, что здорово повысит риски на начало войн за передел региональных сфер влияния.

Но с СССР они конкурировать не смогут — не в рамках Социалистического блока. Вся их индустриализация идёт под чутким контролем ГКО, следящей за гармоничным развитием, с прицелом на удовлетворение общих потребностей блока.

«С трудом укладывается в голове то, как масштабно мы перекраиваем будущую историю человечества, превращая ранее отсталые страны сначала в успешно догоняющие, а затем в преуспевающие, что нивелирует попытки Запада закрепиться в них экономически», — подумал Владимир. — «Ближний Восток, из-за Сирии и Ирака, больше никогда не будет прежним — американцы свой шанс на успешное закрепление уже упустили, а второго не будет».

Жириновский взял со стола электронный испаритель и сделал несколько затяжек.

— У нас есть сведения, как продвигаются дела с американским законопроектом? — спросил он у Гаськова, с задумчивым видом стоящего у панорамного окна.

— Они сами не знают, как пройдёт это голосование — откуда мы можем знать? — задал встречный вопрос председатель КГБ. — Предварительные опросы конгрессменов показывают очень противоречивые результаты. Каждый опрос даёт новый результат — конгрессмены колеблются, так как всё происходящее можно классифицировать как «из ряда вон». Нужно ждать результатов и следить не за руками фокусника, а за свои кошельком, так как Буш и Чейни развели бурную активность и делают очень много чего.

— Например? — спросил Владимир.

— ФРГ и Великобритания уже почти додавлены Бушем — они склонны согласиться с его требованиями и вкладываться в бюджет НАТО, — ответил генерал армии Гаськов. — О точных суммах ничего, пока что, не известно, но мелькают разные числа — от 15 до 45 миллиардов долларов ежегодно в течение следующих семи лет. Также Буш настаивает на увеличении оборонных расходов во всех странах НАТО — тут известно, что он видит целевым рубежом сначала 3,5%, а затем и все 5% от ВВП. Это, явно, указывает на старт общей милитаризации Запада.

— Интересно девки пляшут… — произнёс озадаченный новостями Жириновский. — Я слышал о ФРГ и Великобритании, но о требованиях Буша слышу впервые.

— Эти сведения, в настоящий момент, не афишируются, — объяснил Гаськов. — Но, я думаю, осталось очень недолго до начала публичного обсуждения. Они же любят выдавать такого рода действия за демократические волеизъявления…

— Вот, значит, как, — сказал Жириновский. — Что ещё делают Буш и Чейни?

— Нелегальная агентура недавно передавала сведения о некоем давлении Бушем и Чейни на ФРС, — ответил Гаськов. — За кулисами происходят какие-то переговоры между ними — наши аналитики считают, что Буш и Чейни намерены продавить ФРС на значительную эмиссию доллара. Это один из наиболее вероятных сценариев по срочному нахождения ими средств для милитаризации страны.

— М-да… — произнёс Владимир. — У кого-то среди присутствующих ещё есть сомнения в том, что замыслили эти подонки? Кстати, а что происходит в Китае? Что сейчас делает председатель Цзян Цзэминь?

Из-за постепенного снижения градуса теплоты во взаимоотношениях СССР и КНР, на востоке и юге размещены дополнительные дивизии, которые должны будут защищать страну в случае военной угрозы от южного соседа.

— Подробный рапорт по КНР будет сегодня к вечеру, — пообещал Гаськов.

— Буду ждать, — кивнув, сказал Жириновский. — Не нравится мне, что эти хитрожопые бывшие товарищи сидят тихо и спокойно кушают западные инвестиции…

Примечания:

1 — Парадокс Симпсона — в эфире рубрика «Red, зачем ты мне всё это рассказываешь⁈» — это такое явление в науке статистике, когда общая тенденция в объединённых данных противоположна тенденциям в отдельных подгруппах этих данных. Перевод со статистического на человеческий язык крайне сложен, поэтому объясню на примере непосредственно из текста. Вот представим, что есть две группы игроков: одна группа играет плохо и средне, а другая группа играет отлично. Но есть стратегия, которая просто потрясающе разваливает слабых и средних игроков, а с отличными игроками срабатывает настолько редко, что это статистически не значимо. Если рассматривать эффективность стратегии при объединении статистики побед и поражений двух групп игроков, то выглядеть всё будет так, будто стратегия работает превосходно, но если смотреть по группам отдельно, то будет видно, что против отличных игроков она работает либо плохо, либо вообще не работает. Вот и получается, что со статистикой надо работать аккуратно — данные нужно взбалтывать, но не смешивать.

*СССР, РСФСР, Москва, Остров, Дом Правительства СССР, 30 апреля 2001 года*

— … продолжается устойчивое снижение процента разводов, — продолжала доклад Анастасия Кирилловна Мирошева, возглавляющая Министерство социальной защиты и труда. — Специальный коэффициент разводимости, (1) в настоящий момент, равен 8,1 промилле — это лучший результат за последние десять лет.

— Надо же, — произнёс Жириновский. — Значит, всё, наконец-то, начало устаканиваться?

К началу его правления специальный коэффициент разводимости был равен 11,5 промилле, а абсолютное число разводов было свыше миллиона в год.

Основными причинами были алкоголизм, а также нехватка жилплощади — несмотря на колоссальные усилия советской власти, переселить всех граждан из бараков и коммуналок в отдельные квартиры и дома, долгое время, не удавалось.

Проблему алкоголизма Жириновский решил — агитация, пропаганда, нулевая терпимость к алкоголикам, а также принудительные реабилитационные учреждения сделали своё дело и количество алкоголиков существенно сократилось.

Проблему с жильём он тоже решил радикально — массовое жилищное строительство не прекращается до сих пор и жильё уже не является сколь-нибудь существенной проблемой для любого гражданина.

«Но беда пришла, откуда не ждали…» — подумал Жириновский с сожалением.

Внедрение обязательного забора генетического материала у всех, без исключения, граждан СССР привело к тому, что начали учащаться случаи разводов — не у всех отцов оказались родные дети на попечении, в обществе началась вялотекущая паранойя, а потом произошла нормализация тестов на отцовство в обществе…

Примерно с 1995-го года количество разводов начало расти волнообразно, достигнув пика в 1999-м году — в начале года СКР сравнялся с 1991-м годом, а в конце — достиг значения в 14,7 промилле.

В итоге, ради улучшения раскрываемости преступлений и исключения подделки документов, разрушились сотни тысяч семей, но Жириновский убеждён, что это стоило того: совершать преступления в СССР стало гораздо сложнее, так как если криминалисты обнаружат один упавший волосок или одну капельку пота преступника, то поимка его станет делом техники, а подделка документов и вовсе исключена.

Фальшивые документы — это, на удивление, распространённое явление.

Благодаря введению биометрии, с 1994-го года начали учащаться случаи выявления коллаборационистов и военных преступников, скрывавшихся на территории СССР.

У большинства из них были довольно-таки паршивые легенды, поэтому выявлять их было несложно, но больше всего эффекта дала публикация в СМИ информации о результатах охоты на скрывающихся коллаборационистов, что побудило многих из них предпринимать попытки к бегству из страны.

ДНК-тесты, например, позволяют определить, что человек родом из другого региона, хотя в документах написано, что он исконный житель местности, в которой проживает — это повод для более тщательной проверки…

Всего, за семь лет тщательного «чёса», было выявлено чуть больше 14 000 коллаборационистов и военных преступников — из них 9 000 — это не очень интересные старосты, полицаи, а также члены вспомогательных формирований, но вот остальные оказались «крупными зверями», участвовавшими в военных преступлениях и повинными в гибели советских граждан.

К тому же, вся эта работа позволила радикально усовершенствовать базы данных — были ложные срабатывания, такие как небиологическое отцовство, ставшее основным камнем преткновения в обществе, не зарегистрированные усыновления, а также ошибки в паспортных данных.

Ещё, довольно-таки много коллаборационистов и людей с фальшивыми паспортами попадались самым глупым из возможных способов — при замене старых паспортов на паспорта нового образца, с данными биометрии. В КГБ занимались тщательным перелопачиванием сданных населением паспортов и обнаружили немало грубых или неплохих подделок, что вызывало вопросы к сдавшим их гражданам.

Жириновский гордится проделанной работой, хотя его и критикуют за побочные эффекты, полученные обществом в процессе формирования всесоюзной базы ДНК.

— Тенденция положительная, — произнесла министр соцзащиты и труда. — Но процент разводов всё ещё высокий, что создаёт социальные проблемы.

У Владимира перед глазами есть опыт Сталина, который всегда ратовал за семейные ценности и намеренно усложнил процедуру развода, сделав её дорогостоящей и муторной — это очень хорошо сказалось на статистике разводов, но имело серьёзные социальные последствия.

А в 1965 году, уже при Брежневе, процедуру развода упростили и удешевили, но с частичным сохранением мороки при наличии детей или несогласии одного из супругов.

Жириновский оказал влияние на всё это дело в декабре 1993 года, пропедалировав через Верховный Совет СССР новый указ, ещё больше упростивший бракоразводный процесс, а в июне 1999 года подать заявку на развод стало можно через официальный сайт в Сети, что всё дополнительно упростило.

— Да какие же это проблемы, если сравнивать их с раскрываемостью преступлений и обнаружению коллаборационистов⁈ — спросил Владимир. — А шпионы? Как бы мы выявляли всех этих подонков и предателей, если бы не тесты ДНК⁈

На территориях, прилегающих к закрытым и засекреченным объектам, систематически проводится сбор биологических материалов, которые потом анализируются в лабораториях КГБ — так Комитет узнаёт, кто именно систематически ходит рядом с интересными для иностранных спецслужб местами.

Никто, конечно, не приходит к хозяевам биоматериалов со всякими непонятными вопросами, потому что это слишком топорно — вместо этого, за подозрительными лицами начинается скрытая слежка, которая, иногда, приводит оперативников к кураторам.

Однократное обнаружение биоматериалов ещё ни о чём не говорит, но если одно и то же ДНК обнаруживается в разных интересных местах, это уже говорит о многом, поэтому следить начинают именно за серийными «следунами», как их называют в Комитете.

— И всё же, база ДНК оставила свой отпечаток на демографии, — сказала министр Мирошева.

— К следующей теме, — потребовал Владимир.

— Следующая тема касается иммиграции из союзных стран, — продолжила министр. — Гражданами СССР за первый квартал этого года стали 213 тысяч человек. Все они прошли государственные языковые курсы и владеют одним из официальных языков Советского Союза. Новых граждан могло быть гораздо больше, но основной препоной выступает КГБ, который осложняет всё своими проверками.

— Это необходимо, — сказал Жириновский. — Подозрительные лица, проникающие на территорию Советского Союза под видом обычных граждан — это недопустимо.

Желающих переехать в СССР из союзных стран полно, но это очевидный способ заброски нелегальной агентуры, поэтому каждый кандидат проверяется сначала органами госбезопасности своей страны, а затем и КГБ.

Граждан из стран потенциального противника же подвергают тщательным допросам и «пробивают» через доступные иностранные базы данных, поэтому с этой стороны в Союз попадает очень маленькое число новых граждан.

— Ослаблять строгость фильтрации мы не будем — это не обсуждается, — припечатал Жириновский. — ЦРУ, MI6, китайская разведка — все они с удовольствием воспользуются нашими слабостями и забросят очень много шпионов, которые узнают очень много нежелательного, что ослабит наш оборонительный потенциал.

Его полностью устраивает «Железный занавес», устроенный Западом Советскому Союзу — была проделана блестящая работа, причём обеими сторонами, поэтому Владимир не будет ничего менять, так как, при всех имеющихся недостатках, у «Железного занавеса» есть одно неоспоримое преимущество. Преимущество это — очень серьёзное затруднение заброски нелегальной агентуры.

А вот СССР, благодаря ряду нейтральных стран и еврейской программе репатриации, уже забросил невероятное количество шпионов во все страны Запада, и продолжает это делать до сих пор.

— Не буду спорить с вами, товарищ президент, — ответила министр. — Если того требует государственная безопасность…

— Когда-нибудь, возможно, настанут славные времена, и мы откроем границы, — сказал Жириновский. — Но не сейчас и не в ближайшем будущем.

*СССР, РСФСР, Москва, Красная площадь, 9 мая 2001 года*

Жириновский, как обычно, стоит на Мавзолее, в окружении маршалов, генералов и ветеранов Великой Отечественной.

— В небе пролетают самолёты вертикального взлёта и посадки Як-147! — донёсся из динамиков, размещённых по всей Красной площади, голос диктора. — Эти многоцелевые истребители относятся к пятому поколению и сочетают в себе непревзойдённые скорость, манёвренность и огневую мощь!

Владимир поднял взгляд и увидел звено Як-147, «сухопутных» самолётов, оснащённых новыми подъёмно-маршевыми двигателями НК-47, разработанными специально для них и выдающими 21 000 кгс тяги, с возможностью развития тяги до 29 799 кгс в режиме форсажа.

Максимальная скорость у него — 2400 километров в час, боевой радиус — 1800 километров, а боевая нагрузка — до 5500 килограммов.

Из-за того, что концепцию самолёта слегка пересмотрели, его основным режимом был выбран взлёт с коротким разбегом, но возможность вертикального взлёта сохранена, правда, при условии ограничения полезной нагрузки до 1800 килограммов.

Естественно, самолёт покрыт радиопоглощающим покрытием, авионика полностью цифровая, БЦВМ самая мощная среди западных аналогов, на нём применяются новейшие ракеты, включая также возможность установки двух гиперзвуковых ракет Р-37М класса «воздух-воздух», способных поражать цели на дистанции до 300 километров и развивать скорость в 6 Махов.

Это дорогостоящий самолёт, но резоны его разработки были железобетонными: он способен взлетать даже с частично повреждённых взлётно-посадочных полос, а приземляться может даже просто в чистом поле.

В случае полномасштабной войны, противник обязательно будет стремиться разрушить все известные аэродромы, поэтому очень важно иметь такие самолёты, которые, в крайнем случае, взлетят вертикально и отправятся выполнять боевые задания.

— По Красной площади движутся новейшие БМПТ-90М — дальнейшее развитие концепции боевых машин поддержки танков, — продолжил диктор. — А вслед за ними движутся новейшие БМП-90М — эти боевые машины пехоты отличаются от предыдущей модели большей противоснарядной бронезащитой, а также расширенным перечнем вооружения.

Новая БМПТ-90М отличается от предыдущей БМПТ-90, в первую очередь, новыми автоматическими пушками — вместо двух 2А42 установлены четыре 2А92, отличающиеся от предшественниц большей точностью, чуть более высокой скорострельностью — 800 выстрелов в минуту, значительно большим ресурсом ствола, а также интеграцией с бортовой ЭВМ.

По опыту боевого применения БМПТ-80 в Ираке, главной функцией новой БМПТ стала защита бронетехники и личного состава от корректируемых снарядов, высокоточных ракет и уничтожение БПЛА. Защита бронетехники от наземных угроз, в значительной степени, перекладывается на БМП-90М.

А БМП-90М, тоже исходя из опыта Ирака, существенно усилили по бронированию — бортовая броня наращена до эквивалента 600 миллиметров гомогенной стали, установлен новый двигатель, мощностью на 80 лошадиных сил больше, чем предыдущий, а автоматическая пушка 2А42 заменена на новую 2А92. Но главной инновацией стала «Шкварня-3МИ», имеющая те же характеристики, что и предыдущая версия, но отличающаяся от неё двадцатью шестью новыми режимами работы, затрудняющими установление противником точного местоположения источника излучения.

«Эта война дала нам гораздо больше, чем мы могли предполагать», — подумал Жириновский. — «Но самое главное — мы, как и союзные страны, скоро получим огромное количество бойцов, обладающих самым актуальным опытом войны».

Наёмники из ЧВК «Тайфун» получили лучшее предложение — они вернутся в Союз, с сохранением воинских званий, полученных в ЧВК, на ограниченный срок воинской службы в Советской армии.

Их, естественно, не распределят по родам войск, а зачислят в отдельную бригаду СпН, где им предстоит поделиться полученным опытом со специалистами, которые обобщат и систематизируют его для распространения по всей армии.

Такой опыт не получить больше нигде, так как это первый раз, когда НАТО воевала всерьёз и с полной самоотдачей.

«А если смотреть с юридической точки зрения, то ни один советский гражданин не воевал на этой войне», — подумал Жириновский и грустно улыбнулся. — «Да, наш мир — это скотское место…»

Далее были впервые продемонстрированы ЗРК С-400, способные поражать цели на дистанции до 450 километров. Как и вся новая техника, эти ЗРК полностью цифровые, с высокомощными вычислительными машинами на борту, позволяющими поражать цели с вероятностью 75–80%.

В разработке находится ещё один зенитно-ракетный комплекс, имеющий все шансы получить наименование С-500, который должен ощутимо превзойти по дальности только принятые на вооружение С-400.

На американо-иракскую войну С-400 уже не успели, к тому же, острой необходимости в этих ЗРК там уже нет — Ирак наводнён эрзац-решениями на основе ракет «воздух-воздух», которые закрывают большую часть задач, за исключением стратегической авиации.

«Но чего здесь, на Красной площади, никто точно не увидит — это противоракетные комплексы С-550», — подумал Жириновский, наблюдая за маршем парадных колонн из союзных стран.

Договор об ограничении систем противоракетной обороны, подписанный СССР и США 26 мая 1972-го года, ограничивает количество противоракетных систем одной на страну — США выбрали защиту военной базы ПВО, а СССР выбрал защиту столицы.

Но разработку противоракетных систем этот договор не запрещает — американцы до сих пор тратят миллиарды долларов на свою Стратегическую оборонительную инициативу, с лазерами, орбитальными зеркалами и рельсотронными установками…

Вот и СССР, с момента прихода к власти Жириновского, интенсивно разрабатывает и испытывает противоракеты, которые нужны, официально, для совершенствования системы защиты столицы.

Реальная же причина разработки систем ПРО другая — предполагается заготовка стратегического запаса противоракет, для быстрого развёртывания на случай выхода противника из договора.

Произвести пусковые установки — это вопрос весьма недолгого времени, а вот противоракеты — это совсем другой уровень временных и материальных затрат.

«Рейган, кусок мерзавца — до сих пор коптит атмосферу и наслаждается пенсией», — подумал Жириновский с негодованием. — «Начал свою СОИ, а мы теперь тратим миллиарды рублей на разработку противоядерного зонтика».

Никто, кроме властей США, не знает, чего именно удалось добиться американцам в деле разработки противоракетного вооружения. Ясно одно — они не сидели всё это время на месте и могли разработать какие-то эффективные средства, способные защитить хотя бы часть территории Америки.

Но ещё при Брежневе начали разрабатывать концепцию гиперзвуковой межконтинентальной баллистической ракеты, которую невозможно будет сбить.

Проект «Холод», увенчавшийся успехом в далёком 1991 году, дал массивы информации, существенно продвинувшей разработку настоящего гиперзвукового оружия — комплекса «Перун», оснащённого баллистической ракетой Р-42, доставляющей к противнику гиперзвуковые управляемые боевые блоки.

В головной части ракеты находятся три боевых блока, с функцией отдельного наведения, разгоняющихся до скорости 11–12 Махов. В каждом боевом блоке содержится термоядерный боеприпас мощностью 300 килотонн, чего достаточно для выжигания целого городского района. Круговое вероятное отклонение равно 300–500 метрам, что не очень-то и важно, в связи с мощностью боевого блока.

Ракета Р-42, носящая название «Воевода-2», имеет дальность в 17 000 километров, поэтому доставит груз почти куда угодно, но серийное производство только началось, поэтому таких ракет ещё очень мало.

«Перун» — это комплекс для гарантированного поражения стратегических целей на территории противника, в случае начала ядерной войны, но их ещё нужно произвести в достаточных количествах.

«Если они рискнут сыграть в эту финальную для всех игру, то мы покажем им, что у них нет никаких шансов», — с уверенностью подумал Жириновский.

Такие мысли вызывают у него беспокойство, потому что от них ядерная война кажется чем-то неизбежным, с чем нельзя ничего поделать — только принять…

Парад, тем временем, подошёл к концу — свою речь перед войсками он уже прочитал, поэтому теперь осталось лишь побеседовать с ветеранами Великой Отечественной, сфотографироваться с ними, а затем ехать в Дом Правительства, чтобы поучаствовать в застолье с иностранными гостями.

Выполнив все поставленные аппаратом президента задачи, Жириновский откланялся и уехал на работу, оставив жителей и гостей столицы праздновать на Красной площади.

А уже в Доме Правительства СССР Владимир сначала посетил свой кабинет и переоделся в костюм поудобнее, после чего поднялся на банкетный этаж, где сразу же встретил уже приехавшего Фиделя Кастро, о чём-то беседующего с Мохаммадом Ватанджаром и Муаммаром Каддафи.

Последний — жуткий оппортунист, но он решительно нравится Жириновскому, как человек, хотя их политические взгляды существенно расходятся.

— Володя! — воскликнул Ватанджар, увидевший Владимира. — Опоздавший пьёт штрафную!

Он вручил ему фужер шампанского, который Жириновский выпил залпом.

— О чём беседуете? — спросил Владимир, поставив пустой фужер на столик.

— С-400, — ответил Ватанджар. — Пытаемся угадать, сколько он может стоить.

— 870 миллионов рублей за дивизион из четырёх машин, — сообщил Владимир. — Это стартовая цена.

— А почему так дорого? — с удивлением спросил Каддафи.

— А потому, что это не какой-то там ущербный «Пэтриот», легко перегружаемый ложными целями — наша система способна отличать боевые части от обманок, — с готовностью объяснил Жириновский, приняв из рук Ватанджара стакан с гранатовым соком. — Стопроцентного поражения целей, конечно же, мы дать не можем, но 75–80% — это лучшее предложение на рынке ПВО. Возможно, мы даже продешевили, когда установили такую цену…

217,5 миллионов рублей — это цена за единицу экспортной версии, которая, естественно, хуже той, которую получит ПВО СССР. Но себестоимость основной версии равна 114,8 миллионам, а экспортной — 97,5 миллионам рублей за единицу, поэтому получается не так выгодно, как хотелось бы ГКО.

А вот за перспективную С-500, в проект которой заложена возможность сбивать спутники на низкой околоземной орбите, двигающиеся со скоростью около 7 километров в секунду, СССР выставит гораздо более существенный ценник, на фоне которого цена за С-400 покажется адекватной и приемлемой. Пусть сбивание спутников — это не основная задача комплекса, но функционал такой у него точно будет, что должно очень хорошо продавать его, так как противокосмическая оборона — это звучит очень дорого и престижно.

Впрочем, против спутников у Советского Союза уже есть противоракетная система А-235, переквалифицированная чуть больше двух лет назад в противоракетную и противокосмическую систему.

Компьютерное моделирование показывает, что система может сбивать спутники на высоте до 750 километров — это впечатляет, так как А-235 может поражать не только спутники, но и орбитальные станции…

— То есть, они уже продаются? — уточнил Ватанджар.

— Кто? — с недоумением спросил Жириновский, погрузившийся в свои мысли.

— С-400, — пояснил президент АФСР.

— Экспортная версия — продаётся, — подтвердил Владимир. — Версия для Вооружённых Сил СССР — нет, не продаётся. Но разница не так уж велика — всё равно, это будет лучше, чем американские «Пэтриоты».

У американских ЗРК очень хорошие ракеты, но недостаточно хорошие РЛС — эту проблему заметили ещё во время «Бури в пустыне», когда иракские «Аль-Аббас» атаковали территорию Израиля.

Уникальная особенность ракеты «Аль-Аббас» — это не предусмотренное конструкторами разрушение ракеты на конечном отрезке пути, когда она разламывается на два-три куска, летящих куда бог пошлёт. С одной стороны, это положительная новость для зенитчиков — ракета ведь разрушилась и точно не попадёт в намеченную цель, но с другой стороны, это отрицательная новость для зенитчиков — ракета ведь разрушилась и упадёт куда-то, в виде двух-трёх кусков, среди которых есть один кусок с боевой частью.

Расчёты «Пэтриотов» не знали, что эти ракеты уже провалили свою миссию, так как разрушились в воздухе, поэтому им пришлось выбирать между тремя одинаковыми, для их радаров, целями, гадая, какая из них является боевой часть…

Жириновский мог бы посоветовать американцам, всё-таки, не пренебрегать такими вещами и подтянуть качество РЛС, но они этого не сделали, посчитав, что имеющегося уровня вполне достаточно для всех возможных задач.

Советские конструкторы, получившие от Минобороны приказ об интенсификации НИОКР и расширенное финансирование, непрерывно работают над совершенствованием радаров и системой распознавания целей, так как зенитные ракеты стоят очень дорого и их разбазаривание на ложные цели — это преступная халатность.

— Мохаммад, — произнёс Владимир, посмотрев на Ватанджара. — Я беседовал с депутатами из спецкомиссии — они склонны одобрить твою заявку.

— Правда⁈ — с неверием спросил тот. — Это очень хорошая новость! Лучшая новость за последние три месяца!

Верховный Совет СССР обожает формировать специальные комиссии, которые выступают его глазами, ушами и руками одновременно — для контроля над поставками вооружений у него тоже есть специальная комиссия.

Жириновскому, в этом вопросе, Верховный Совет не доверяет, так как он готов снабжать союзные государства передовым вооружением, лишь бы оно имело шанс использоваться против потенциального противника…

Ватанджар послал заявку на покупку 100 единиц танков Т-90, потому что ему уже мало Т-80УД-2. Спецкомиссия проверила АФСР на платежеспособность, а также оценила её реальную потребность в новейшей бронетехнике.

— Бессмертных уведомит о том, что таможня дала добро, в ближайшие несколько дней, — произнёс Жириновский.

Каддафи проявил заинтересованность, как и Кастро.

— Я верно услышал — Т-90? — спросил подошедший к ним Эгон Кренц.

— Тебе, товарищ Кренц, об этом думать не надо, — улыбнувшись, сказал Жириновский. — Ты получишь свои 300 единиц в течение этого года.

ГДР занимает особое место в советском оборонительном плане, поэтому ей, как последнему островку социализма в Европе, вооружения передаются безвозмездно, по нормативам, установленным Верховным Советом СССР.

Именно поэтому ННА ГДР сейчас планово оснащается пассивными экзоскелетами, новейшей бронетехникой, перешла на патрон 6×49 миллиметров, а также получает новейшую авиацию.

— Стратегическое партнёрство, — произнёс Жириновский, отвечая на вопросительный взгляд Каддафи.

— Товарищ Жириновский, — заговорил тот. — Ты хорошо меня знаешь — я всегда был за стратегическое партнёрство с Советским Союзом.

— Да, разумеется, — не стал с ним спорить Владимир, а затем поднял стакан. — Ну, товарищи — за дружбу народов!

Примечания:

1 — Специальный коэффициент разводимости — это такой демографический показатель, измеряемый в промилле, показывающий количество разводов на 1000 супружеских пар в стране. То есть, число разводов делится на количество людей, состоящих в зарегистрированных браках, и умножается на 1000. Это значит, что если СКР равен 9,5‰, то на 1000 человек приходится 9,5 разводов в год. Но надо понимать, что брак — это дело двоих, а это значит, что реальная доля распавшихся браков в год выше в два раза, то есть, при СКР 9,5‰, ежегодно распадается 1,9% от всех существующих супружеских пар.

*СССР, РСФСР, Москва, ТТЦ «Останкино», 20 мая 2001 года*

Студия программы «Без формальностей» оформлена в виде гостиной обычной квартиры, причём декораторы нашли очень много старинных вещей из брежневских и хрущёвских времён, поэтому атмосфера складывается уютная и домашняя, в стиле ретро.

«И чего это они все?» — задался вопросом Владимир, отпивая сок из стакана.

Коллективное бессознательное советских граждан, пережившее тотальную автоматизацию производства, почти всеобъемлющую цифровизацию, а также очень быстрый переход к высокому материальному достатку, интуитивно стремится вернуться к «старой норме».

Идеальным образцом «старой нормы» является, как ни странно, эпоха Брежнева, то есть, застой, в котором пусть всё было не так хорошо, как сейчас, в контексте материальной обеспеченности, зато всё было очень предсказуемо, а правила жизни понятны.

И ещё, по мнению части граждан, в те времена было больше свободы — Жириновский, когда впервые услышал это, поперхнулся тыквенным соком. Это необъяснимо, так как Владимир дал гражданам возможный максимум свободы. Единственное из того, чего до сих пор нельзя, точно как в эпоху Брежнева — выезжать за границу.

Это, во многом, объясняется тем, что власти опасаются «утечки мозгов», а также утечки госсекретов, ну и ГКО очень жалко разбазаривать ресурсы попусту — на каждого гражданина израсходована часть национального благосостояния, поэтому, если он уезжает, то это просто передача этого благосостояния потенциальному противнику.

В Верховном Совете СССР, в 1994-м году, всерьёз рассматривалась возможность внесения законопроекта, предусматривающего выплату гражданином всего потраченного на него обществом, но проект не прошёл даже предварительного рассмотрения.

Пока что, до неизбежного наступления тотального экономического доминирования, из которого проистекает доминирование политическое, никаких свободных перемещений по странам потенциального противника не будет.

Но зато Верховный Совет СССР дал людям очень много свободы внутри, в пределах государства.

Например, местное самоуправление уже больше десяти лет, прошедших с момента прихода Жириновского к власти, осуществляется обычными гражданами — они избираются в Советы, выбирают себе исполкомы и делают, что им нужно.

Конечно, до сих пор случаются накладки, к власти приходят разного рода некомпетентные дегенераты или корыстные подонки, (1), но механизм по их устранению есть — их всегда можно отозвать, если они наносят ущерб или не выполняют наказы.

Постепенно, с каждым годом, опыт самоуправления общества нарабатывается и совершенствуется, но Жириновскому, по большому счёту, плевать, что люди делают с этим самоуправлением — он уже, фактически, перенёс ответственность за местные проблемы на самих людей.

«Жалуетесь, что заборчики во дворах района ржавые и покосившиеся — причём здесь Жириновский, а⁈» — мысленно вопросил Владимир и налил себе новую порцию сока. — «Идите в райсовет, трясите райисполком — спрашивайте там! У меня других дел полно!»

Сам он говорил, когда агитировал нардепов принять педалируемый им законопроект, что эта автономия нужна для воспитания политической и экономической сознательности граждан, чтобы управленческий резерв формировался будто бы сам по себе, но реальная причина была в другом — ГКО советовала продвинуть этот закон, чтобы снять бюрократическую нагрузку с центра.

Усилия, прилагаемые на решение бытовых проблем, определённо, себя не оправдывают, так как они принципиально бесконечны и мелки, поэтому рациональнее переложить их на самих граждан, которые с ними сталкиваются.

Теперь граждане сами «вылавливают» свои проблемы, а райсоветы придумывают и прорабатывают способы их решения, с опорой на местный бюджет, которого, как правило, хватает на решение большей части проблем. А если проблема не решается на уровне райсовета, то её поднимают на уровень горсовета, а если и там ничего не получается, то дальше только облсовет. Но, на памяти Владимира, ещё не случалось проблем районов, которые не поддавались решению на уровне, выше городского.

Также, из числа долгожданных свобод, советские граждане получили своё товарное изобилие, включая импортные товары, которые, до некоторых пор, даже субсидировались, но ГКО уже прекратила эту практику, так как граждане уже способны покупать импорт и без государственной поддержки.

«Ваши поганые джинсы, рваные и целые — держите и носите», — подумал Жириновский с раздражением. — «Я даже дальше пошёл — Амасио Ортега до сих пор уверен, что я его кинул через бедро, так как его „быстрая мода“ с гибкими линиями была якобы украдена нами. Хотя, украли — каюсь. Но надо было патентовать её в Советском союзе, остолоп! Кто ж теперь виноват?»

Теперь фабрики «быстрой моды» распространились по всему Восточному блоку: шьют в Африке, в Афганистане, в Йемене, на Мадагаскаре, в ГДР, а также даже в Японии — всё это на совместных производствах, с учётом местного колорита.

Но фабрики «медленной моды» и «вечной моды» сконцентрированы в СССР, так как из бюджета выделяются миллиарды рублей на централизованную разработку всех видов «долгоиграющей» одежды — зарплаты в Союзе ниже, чем на Западе, масштабы больше, а это создаёт такое явление, как высокая рентабельность, что открывает возможность для массового экспорта.

Ввиду того, что это параллельная школа моды, будто из другого мира, над которой трудятся десятки тысяч специалистов, за рубежом есть стабильный спрос — это дешевле, а качество не хуже, чем в лучших домах Милана.

Сам Жириновский пришёл в студию в образце «вечной моды» — в деловом тёмно-сером костюме «Космос-7», от Красного Трудового Знамени Ордена Ленина Московской швейной фабрики имени маршала Дмитрия Тимофеевича Язова. Отличительной особенностью этой линейки костюмов является фурнитура, изготовленная из орбитальных сплавов — это считается показателем качества. У «Космоса-7» пуговицы выточены из аморфного титана, что делает их практически вечными.

— Где они? — спросил недовольный Владимир, поправляя галстук. — Сколько можно ждать?

— Ещё минута, Владимир Вольфович! — ответил ассистент режиссёра. — Приносим свои извинения — технические неполадки.

Жириновский посмотрел на часы. Выпуск начнётся через минуту, а музыкантов и певцов ещё нет на съёмочной площадке.

Наконец, появился Александр Белявский, ведущий этой новой телепередачи, которую предполагается проводить в прямом эфире — вокруг этого был создан ажиотаж, поэтому ожидается, что зрителей будет очень много.

— Пишем — пять, четыре, три…

— Здравствуйте, дорогие телезрители, — заговорил Белявский. — В эфире телепередача «Без формальностей» и я её телеведущий — Александр Белявский. В прямом эфире с нами Владимир Вольфович Жириновский, президент Советского Союза. Здравствуйте, Владимир Вольфович!

— Здравствуйте, Александр Борисович, — ответил ему Владимир, а затем посмотрел на работающую камеру. — Здравствуйте, уважаемые сограждане.

Белявский у него ассоциируется с его самой яркой ролью — бандита Евгения Фокса из «Место встречи изменить нельзя». Долгое время у Белявского были проблемы с ролями в других фильмах, из-за этого крайне удачного попадания в роль, но потом советская киноиндустрия очень сильно расширилась в масштабах, поэтому все уже состоявшиеся актёры стали нарасхват.

Но у молодёжи он теперь больше знаменит по роли Альбуса Дамблдора в «Гарри Поттере и философском камне». Зрители подумали, что это какой-то заведомый злодей, что предвидел Владимир Меньшов, выступивший в роли режиссёра — он блестяще сыграл на этой паранойе и использовал её на сто процентов.

В целом, фильм стал грандиозным успехом, принёсшим госбюджету уже свыше 1,2 миллиарда рублей. ГКО такого не забывает, поэтому щедро осыпала всех причастных почётными званиями, орденами, медалями, а также материальными наградами — новым жильём, автомобилями и внушительными денежными гонорарами.

Насколько известно Владимиру, на награды было потрачено примерно 95 миллионов рублей — Штерн был в шоке и восторге, поэтому подписал все ходатайства и потом лично отстаивал их в Верховном Совете СССР.

«Гарри Поттер и тайная комната» всё ещё снимают, но не ударными темпами — никто не хочет торопиться, так как поставлена задача превзойти первый фильм, а это требует вдумчивой работы. Ожидается, что фильм выйдет в декабре этого года, как раз ближе к Новому году.

— Поздравляю с Народным артистом СССР, кстати говоря, — сказал Жириновский.

— Спасибо, Владимир Вольфович, — смущённо улыбнувшись, ответил Белявский. — Как вам, кстати, фильм?

— До сих пор в восторге! — признался Владимир. — Уже три раза пересмотрел — каждый раз нахожу какие-то новые детали. Великолепная работа — я чуть в детство не впал при первом просмотре!

Но он ни на секунду не мог забыть, что снимал Меньшов — он же работал с адаптацией сценария, поэтому много внимания уделено эмоциональной проработке персонажей, но с педантичным следованием сюжету.

Наконец, спустя почти семь минут после начала трансляции, появились музыканты — Юрий Цой, Николай Расторгуев, Валерий Кипелов, Анатолий Крупнов, Юрий Шевчук, Егор Летов, Яна Дягилева, а также Наталья Пивоварова.

Жириновский, когда задумывался этот выпуск, хотел встретиться с певцами и музыкантами разных жанров, но решено было, что лучше встретиться с представителями жанра советского рока, так как Владимир тесно с ним ассоциируется. Кто-то даже считает, что это он, взявшись за ворот облепленной металлом косухи, вытащил его из андеграунда…

Исполнители вежливо поздоровались с ним, а он столь же вежливо ответил им, но обменялся неприязненным взглядом с Егором Летовым — они оба давно затаили друг на друга обиды.

Жириновский обижается на Летова за то, что тот эпистолярно и матерно послал его, когда он звал его на концерт в Ждановском районе. А Летов обижается на него за то, что когда группой всё было переосмыслено и переоценено, Жириновский не одобрил «Гражданскую оборону» на концерт на стадионе Ленина.

«Меня же чуть не пристрелили тогда…» — вспомнил Владимир. — «Карма за „ГрОб“, стерва, наверное, ха-ха…»

— Здравствуйте, товарищи, — произнёс Белявский.

— Здравствуйте, товарищ Дамблдор, — усмехнувшись, ответила ему Яна Дягилева.

— Ха-ха… — неловко посмеялся ведущий. — Кхм-кхм… Наша телепередача называется «Без формальностей», поэтому всех вас отдельно предупредили, что мы не терпим тут формальных вопросов и ответов. Вы знаете репутацию товарища Жириновского — он готов слушать критику, но критикам нужно быть готовыми к тому, что он на неё ответит. Я прошу вас говорить о наболевшем — возможно, есть какие-нибудь вопросы к Владимиру Вольфовичу?

— Когда на Марс полетим, товарищ президент? — спросила Наталья Пивоварова.

— Вам бы всё на Марс да на Марс… — произнёс Жириновский. — Сначала нам нужно на Луну — у нас есть далекоидущий план по строительству лунной базы, которая станет плацдармом для штурма Марса. Об этом мы сейчас и думаем — как бы успеть быстрее конкурентов, чтобы занять лучшие места.

Целый отдел ЦРУ тщательно просматривает и анализирует все выступления Жириновского — профайлеры набирают статистическую базу, чтобы лучше предсказывать его возможные действия.

И сведения о планах на лунную базу уже давно не являются секретными, поэтому в ЦРУ и других иностранных спецслужбах о них прекрасно знают. Но напоминать им об этом никогда не излишне — возможно, это подстегнёт их к расширению финансирования новой Лунной программы.

— Это сейчас не шутка? — уточнила смутившаяся Пивоварова.

— Я не шучу о таких вещах, — покачав головой, ответил Владимир. — План есть, и он успешно продвигается к воплощению. Наши финансовые и материально-технические возможности позволяют создание лунной базы, в которой будет постоянно обитать ограниченное количество советских космонавтов — они будут проводить исследования и заниматься возведением некоторых сооружений, о которых вам всем слишком рано знать.

— Ого… — произнесла Пивоварова.

— Глядишь, настанет тот день, когда советская рок-группа даст первый концерт на Луне… — сказал Жириновский.

— «Мир-3» вы строите именно для этого? — поинтересовался Юрий Шевчук.

Этот уже успел отметиться в Ираке — приезжал с группой, чтобы дать концерт для Иракской армии и ЧВК.

— Откуда такая осведомлённость? — нахмурившись, спросил Жириновский. — Не думал, что рокеры так сильно интересуются космосом…

— Сейчас космосом все интересуются, — сказала Яна Дягилева. — Мне даже кажется, что всё это не зря.

— Ещё как не зря! — заверил её Жириновский. — Вы как, по-вашему, транслируетесь на всё Западное полушарие? По проводам, что ли? Нет, товарищи вы мои, это всё по спутникам передаётся…

Против воли правительства США, на их территорию непрерывно транслируется телеканал «Voice of the Soviet Union», который очень часто крутит клипы советских групп и исполнителей, в том числе советский рок.

Это параллельный мир музыки, который создаётся почти независимо от западных течений — любители послушать такое нашлись на обоих континентах Америки.

— Можете не благодарить, — добавил Владимир.

— Владимир Вольфович, — заговорил вдруг Летов. — Вот ты уже сколько у власти?

— Седьмой год идёт, — ответил Жириновский.

— Сколько можно? — спросил Летов. — Может, хватит уже?

— Сколько-то можно, — ответил ему Владимир. — Но с чего бы это такая претензия? Не устраивает выбор советских граждан?

— В США максимум восемь лет, а ты будешь у штурвала целых десять — не многовато ли? — спросил Егор.

— Много или мало — это решать советскому народу, — произнёс Жириновский. — А ты, Егор, к чему это спрашиваешь и причём здесь США?

— Да просто интересно, потому что десять лет — это много, по моему мнению, — ответил Летов. — А ты ведь потом и на третий срок можешь баллотироваться…

— Не буду я баллотироваться на третий срок, — заявил Жириновский. — Надо внимательнее следить за политической жизнью страны — Съезд Народных Депутатов СССР, 20 марта 2001 года, внёс изменение в Конституцию — с 20 апреля 2001 года президент не может занимать свой пост более чем два срока. Можете радоваться или расстраиваться, но этот срок для меня последний. Телезрители об этом уже давно знают, а вот ты, Егор, вижу, слышишь об этом впервые. И это очень серьёзная недоработка.

— Не знал… — произнёс Летов.

— Так что, теперь ты знаешь, сколько именно можно и когда именно хватит, — сказал Жириновский, а затем оглядел остальных. — Ну, давайте! Кто ещё чем-то недоволен? Высказывайте — санкций всё равно не будет. Виктор?

— Меня всё устраивает, — ответил Цой.

— Всё-всё устраивает? — с недоверием уточнил Владимир. — Или что-то есть из не устраивающего?

— Есть кое-что, — после паузы, произнёс Виктор. — Хочу ГАЗ М-20, но не могу найти. Их больше не выпускают, а с рук не купишь — никто не хочет расставаться. Вот это меня не устраивает. Было бы просто замечательно, если бы ГАЗ разработал современную версию М-20, но с сохранением узнаваемости.

— Пиши подробную заявку в Управление инноваций, — ответил на это Жириновский. — Если там сочтут идею разумной, а граждане поддержат инициативу, то на ГАЗе что-нибудь придумают.

— Хорошо, — кивнув, ответил Цой.

— А что вы скажете о войне в Ираке, товарищ президент? — спросил Анатолий Крупнов.

— Я много чего могу сказать об этой войне, — ответил Жириновский. — Нужно задавать более конкретные вопросы.

— Я слышал, что есть очень много наших ребят, воюющих за Хусейна — как это объяснить? — задал более точный вопрос Анатолий.

— Очень просто — это не совсем наши ребята, — с готовностью ответил Владимир. — Они являются гражданами других стран, поэтому к Советскому Союзу никакого отношения не имеют… Подождите-ка, товарищи… Вы вообще не смотрите политическую программу ЦТ? Тогда мне ясно, почему вы сидите тут сейчас и задаёте глупые вопросы! Все телезрители прекрасно осведомлены по этой тематике — дискуссия велась около года назад, в Верховном Совете СССР! Уже всё, что можно было, обсудили, пояснили, объяснили, и даже пришли к консенсусу! Видеозапись этого заседания можно получить в любой библиотеке и посмотреть всё самостоятельно.

Он рассмотрел недоумевающих рокеров тяжёлым взглядом.

— Вы что, думаете, что у нас до сих пор на дворе хрущёвско-горбачёвские времена, когда можно не ставить общественность в известность? — спросил он. — Вся страна давно посвящена в подробности и всё уже давно обсудила на всех кухнях всех квартир, по старой привычке, а вы чем занимались всё это время?

— Я был там, — поделился Юрий Шевчук.

— Я знаю, — усмехнувшись, сказал на это Жириновский. — Но остальные почему не интересовались? Вы чем занимаетесь? Какие у вас ценности в этой жизни? У нас демократическое государство — никто тебе информацию не разжуёт и в рот не положит! Надо интересоваться, чем живёт страна! Если не интересуешься, если не следишь за тем, чем занимаются избранники народа, то потом не удивляйся, что всё происходит без твоего ведома!

Ему известно, чем «занимался» Егор Летов в прошлом году — сначала он попал в вытрезвитель, где его стабилизировали, а затем, после медобследования с участием психиатра-нарколога, его направили в центр реабилитации от зависимостей, в котором он провёл семь месяцев. С тех пор Летов хмур и депрессивен, но зато не пьёт.

Собратом по несчастью Летова является также Крупнов — они проходили реабилитацию вместе, но Крупнов завершил её на два месяца раньше.

И он тоже попал на реабилитацию через вытрезвитель, правда, если Летов начал буянить на концерте, то Крупнов нарушил общественное спокойствие в одном из ресторанов в центре Москвы.

— Товарищи! — воззвал Жириновский. — Если вы не будете заниматься политикой, то политика будет заниматься вами — третьего исхода не бывает! Интересуйтесь, участвуйте! Больше нигде на планете нет такого политического режима, в котором люди могут настолько сильно вовлекаться в управление страной — только у нас! Как завещал великий Ленин — так мы и сделали! Ладно, задавайте ещё вопросы.

— Я хочу спросить о «Мире-3», — сказал Кипелов. — Владимир Вольфович — когда?

— Это секретная информация, — ответил Жириновский. — Но можете не сомневаться: когда будет — тогда точно не пропустите. Впервые в истории СССР, будут организованы туры на Байконур — все желающие смогут прилететь или приехать, чтобы посмотреть на запуск первых модулей орбитальной станции. И там будет на что посмотреть. Но когда — этого я раскрыть не могу, по соображениям безопасности.

Советские граждане просто обожают отечественную космическую программу, поэтому Управление идеологии ГКО рекомендует приобщать их к запускам, что должно дополнительно укрепить и без того сильную сплочённость советского народа.

— Возможно, будут организованы концертные площадки — это нужно уточнять у ГКО, — добавил Владимир. — Но, опять же, станет известно позже. Может, о музыке поговорим или вам более интересно о политике?

— О космосе, — сказала Яна Дягилева. — Можно ли ожидать, что когда-нибудь в космос полетят обычные люди, а не американские миллиардеры?

— Это хороший вопрос, — улыбнувшись, ответил Жириновский. — Ожидать можно — эта тема обсуждается Совмином. Не знаю, к чему мы придём в итоге, но, к сегодняшнему дню, предварительно видится всесоюзный конкурс. Отбор по критерию пригодности по возрасту и здоровью. Но, опять же, рановато об этом говорить и о подробностях сообщат позднее, когда всё будет готово.

— А зачем? — спросил Летов.

— А затем, что мы можем, — ответил Владимир. — Кому-то повезёт и он отправится в космос — плохо, что ли? Тем более, что наши граждане будут иметь право посетить «Мир-2» — ни один миллиардер, ни за какие деньги, не может попасть туда.

— А почему вообще эти миллиардеры летают в космос на наших ракетах? — спросила Дягилева.

— Деньги, — честно ответил Жириновский. — Взятие на борт иностранных миллиардеров экономически оправданно. Если смотреть сугубо с точки зрения экономики, для нас эти запуски становятся бесплатными, то есть, оплаченными из чужого кармана. Никто на планете Земля не оказывает подобного рода услуг — мы единственные такие, поэтому спрос стабилен.

— Но это звучит, как капитализм, — нахмурившись, сказала Дягилева.

— Да пусть звучит хоть как феодализм, милочка! — ответил на это Владимир. — Мы должны рационально и эффективно использовать все имеющиеся возможности. Для нас нет ничего важнее, чем космическая программа: все эти компьютеры, телефоны, вся эта цифровизация, все эти промышленные роботы — это прямой результат наших инвестиций в космическую отрасль. И дальше будет только больше результатов!

— А что американцы, Владимир Вольфович? — спросил ведущий.

— Ха-ха, а они всё так же отстают! — сообщил ему повеселевший Жириновский. — Ракеты, похожей хотя бы на «Энергию», у них как не было, так и нет, насколько мне известно. Своей орбитальной станции у них тоже нет. Можно утверждать, что мы победили в космической гонке, так как они нас уже не догонят. Они могут очень сильно постараться, конечно, но догнать нас, всё равно, не получится, потому что мы не будем останавливаться. Дальше будет «Мир-3», затем Луна, а после неё — Марс.

Он не видит особого смысла в лунной базе, так как ему не очень понятно, что с неё можно получить, кроме постоянных и огромных расходов.

Учёные говорят о гелии-3, но ядерщики уже объяснили Жириновскому, что это сугубо теоретическая перспектива — непонятно, как решить целый ряд фундаментальных проблем, препятствующих его применению.

Но и это, как оказалось, не главная проблема, потому что гелий-3 нужен и для других задач. Главная проблема — как его добывать из лунного реголита. В одной тонне реголита содержатся от 1 до 10 граммов гелия-3, что не было бы большой проблемой, происходи его добыча на Земле, но добывать его предстоит на Луне, в очень тяжёлых условиях, поэтому выглядит всё это, в данный момент, малореально.

Поэтому-то лунная база — это больше престижный проект, с некоторыми перспективами, робко маячащими на горизонте десятилетий. Без неё не будет Марса, но и Марс тоже нужен больше для престижа — это будет катастрофически дорого, не окупится никогда, но зато зальёт прочнейшим бетоном фундамент под статусом космической сверхдержавы.

— В любом случае, дорогие товарищи, — произнёс Владимир в заключение. — Космос уже наш. Он советский.

Примечания:

1 — О демократии — в эфире рубрика «Red, зачем ты продолжаешь мне всё это рассказывать⁈» — я долгое время думал, что то, о чём я сейчас расскажу, является чем-то самоочевидным, всем понятным и не требующим дополнительных разъяснений, но исторически недавно я имел диспут, по теме Советов и советской демократии, с одним индивидом, аргументация которого сводилась к тому, что «Советы — это либо власть кухарок и популистов, либо тоталитарная диктатура». Сразу скажу, что я абсолютно убеждён в том, что если дать людям, вот прямо сейчас, реальную власть по модели Советов, то есть, на всех уровнях создать Советы с нардепами, которые избирают исполкомы, и начинают работать всерьёз, с полным перечнем реальных полномочий, то неизбежно туда попадут, в каких-то количествах, «кухарки» и популисты, которые либо не смогут, либо не захотят выполнять положенную работу, так как некомпетентны или заняли посты с совсем другими целями. Это обязательно будет именно так. Почему? А потому что демократия — это не божий дар какой-то, не вещь в себе и не кнопка «всех победить», какой её выставляет всякая нечистоплотная мразь из правящих кругов стран Запада. Демократия — это система управления, то есть, этому нужно учиться, как и любому управлению. Будут проникать и «кухарки», и популисты, и злоумышленники, но только до определённого этапа — избирателей можно обманывать вечно, когда выборы только парламентские и президентские — если кандидат наобещал с три короба и потом никто не может проследить за выполнением его предвыборных обещаний, а даже если и проследит, то с избранным уже ничего нельзя поделать и он точно досидит до конца срока. В случае же с правом отзыва, внезапно, избиратели могут спросить с нардепа по теме исполнения наказа, который он принял, и если он не сможет аргументированно объясниться, то его просто отзовут и изберут нового. Не сразу, не везде, потому что политическая грамотность — это навык. И так, последовательно, за годы практического применения настоящей демократии, общие политические вовлечённость и грамотность граждан неизбежно вырастут и «кухарки» и популисты просто не смогут попасть в Советы. Почему-то, эту форму демократии называют советской, хотя корректнее называть её настоящей, так как если сравнивать её с тем, что на Западе, то она, хотя бы, не представительская олигархия. Что-что, уважаемый читатель? Ты хочешь узнать, что такое представительская олигархия? Я уж подумал, что ты не спросишь! Что ж, представительская олигархия — это форма правления, при которой реальная власть принадлежит финансово-промышленным элитам, но внешне эта система сохраняет демократические институты типа парламента, выборов и партий, хотя это всё мишура, необходимая для оболванивания избирателей, которые видят в парламенте и в президентском кресле новые лица, из-за чего считают, что от этого что-то принципиально изменилось. В США, в Европе, в Японии, в Юго-Восточной Азии, в Индии, Латинской Америке, у нас — везде представительская олигархия, а демократии нет нигде, хотя о ней все постоянно говорят. Даже в той стране, в которой в 1989-м году, на площади Тяньаньмэнь ничего не произошло, тоже представительская олигархия, правда, там якобы коммунистическая номенклатура слилась, в страстном поцелуе и крепком объятии, с крупнейшим бизнесом, который сама же трепетно взрастила. И, глядя с высоты прошедших десятилетий, действительно, в 1989-м году, на площади Тяньаньмэнь ничего не произошло… Подытоживая: настоящей демократии нужно учиться на практике, через боль и ошибки, от малого к великому, а не просто получить её и потом ждать какого-то положительного результата здесь и сейчас. Но эта настоящая демократия, со всеми её недостатками, гораздо лучше, чем ставленники олигархов, представляющие в разного рода парламентах их и только их интересы. Им не нужна настоящая демократия — она подразумевает учёт интересов этого, как его там… было же слово… Челядь? Нет. Холопы? Тоже нет. Быдло? Не-не. Смерды! Нет, опять мимо. Сиволапые? М-м-м, нет. А, точно! Народ! Вот! Настоящая демократия предполагает учёт интересов народа — обычных Ванек, Петек, Вовок, Ленок, Ирок, Жор, Ген, Танек, Машек, Борек, Зинок, Лидок и всех остальных. А это очень неудобно и крайне невыгодно…

*СССР, РСФСР, Подмосковье, Звёздный городок, Центр подготовки космонавтов имени Ю. А. Гагарина, 10 июня 2001 года*

— Ножки-то держат хоть? — поинтересовался Владимир.

— Уже начинают, постепенно… — ответил Геннадий.

— Ты похудел — неужто плохо кормили? — спросил Жириновский.

— Нормально кормили, но упахивался, как вол, — ответил Орлов. — Зато это ценнейший жизненный опыт…

Он вернулся на Землю 27 мая — прилетел в «Урагане», доставившем 850 килограммов продукции «Мира-2». Двое суток он был совсем никакой, так как мышцы отвыкли от гравитации, а сейчас он оклемался, и стало можно посещать его.

Теперь Геннадия ждут звания Героя Советского Союза и Героя Социалистического Труда — за беспримерную и упорную работу на орбитальных производствах.

— Знаю, что было тяжело, — произнёс Жириновский, приложившись к стакану томатного сока. — Но ты теперь один такой — единственный в истории человечества бывший руководитель страны, побывавший в космосе и проведший там столько времени. Сколько ты там провёл?

— 186 суток, — ответил Орлов. — Отвык от гравитации…

— Ещё разок слетать не желаешь? — с подначкой спросил Владимир. — На «Мир-3», конечно же.

— Разрешат — слетаю, — уверенно ответил Геннадий. — Хоть на год — там же будет всё новое. И работа будет масштабнее — я только рад такому.

— Не успел вернуться, а уже назад хочется… — произнёс Жириновский. — Тюбики с женщинами сильно понравились?

— Я все наборы перелопатил — так и не нашёл, ха-ха! — сказал Геннадий и рассмеялся. — Нет, назад хочется потому, что там команда — когда тебя и бесконечный космос отделяют восемь миллиметров титанового сплава, между людьми образуется особая товарищеская связь. Я никогда в жизни не работал в условиях, когда ничего больше по-настоящему не важно, кроме работы, ради которой мы прибыли на станцию. Это уникальное ощущение — настоящее равенство всех перед смертельным космосом, ждущим за обшивкой.

— Ну и на «Шквале» прокатиться, наверное, дорогого стоит? — спросил Жириновский.

— Только ради более частых миссий на «Шквале» готов отправиться на «Мир-3» сразу после его запуска, — заявил Орлов. — Это просто фантастика, Вольфыч! Ходить на буксире по орбите, ловить неисправные спутники, проводить техосмотр телескопа — воспоминания на всю жизнь!

— Хм… — хмыкнул Жириновский, испытывающий в этот момент чёрную зависть. — Надо было, всё-таки, Гаськова баллотировать в президенты…

— Чего уж жалеть-то? — спросил Геннадий. — Сделанного не воротишь. Хотя с тобой на «Мире-2» было бы гораздо веселее!

Он взял со столика пластиковый пакетик с абрикосовым соком, отпил из него и отпустил. Пакетик упал на пол и частично расплескал содержимое.

— Зараза… — с досадой произнёс Орлов.

— Поскорее привыкай к Земле, — усмехнувшись, посоветовал Жириновский, поднявший пакетик и бросивший его в урну для мусора. — Здесь совсем другие правила!

— Ага… — ответил Геннадий.

Он сидит в кресле-каталке, так как заново учится ходить. Острый период, начинающийся сразу после возвращения на Землю, занимает чуть больше недели, а затем начинается реабилитация.

Врачи говорят, что Орлов пережил острый период без осложнений, поэтому с понедельника начинается его интенсивная реабилитация. У профессиональных космонавтов острый период проходит за 3–7 дней, но возраст у Орлова уже не тот, поэтому и период ему продлили.

— Вам нужно поторопиться с «Миром-3», — произнёс он. — «Мир-2» хорош, но я всё время чувствовал, что потенциал замысла реализован не до конца. Надо было тогда, когда ещё только планировали запускать «Мир-2», не пожалеть денег и времени — надо было сразу делать его большим.

— Мы же тогда не до конца понимали всех нюансов орбитального производства — мы первые, кто этим вообще занимается, — возразил ему Владимир. — Зато теперь «Мир-3» будет построен с учётом всех недоработок, по-настоящему масштабным.

«Мир-3» не станет грандиозным прорывом, каким стал «Мир-2», и уж точно он не потеснит с пьедестала грандиозности «Циолковского», зато он существенно масштабирует уже достигнутое.

Каждый грамм орбитальной продукции существенно подешевеет, за счёт эффекта масштаба, а это увеличит масштабы электронного производства и увеличит отрыв от всех имеющихся конкурентов.

Ничего принципиально нового на новой станции не ожидается: даже полностью автоматический производственный модуль, запланированный для «Мира-3», будет не совсем новым, так как его компоненты сейчас испытываются на «Мире-2». До конца не понятно, удастся ли реализовать полностью автоматическое производство в модуле, но если получится, то будет произведена разработка таких модулей для обоих «Миров».

Если с автоматизацией будет достигнут успех, то это повлечёт за собой переоборудование обеих станций на полную автоматику производства — даже самые подготовленные и мотивированные люди иногда ошибаются, а вот грамотно спроектированная и настроенная автоматика не ошибается никогда…

Ну и немаловажным фактором будет сокращение численности экипажа станций — это существенно снизит нагрузку на систему жизнеобеспечения, а также создаст возможность введения протоколов работы в более агрессивных режимах, опасных для человека, но безопасных для оборудования, что даст увеличение объёмов выхода продукта.

Впрочем, наиболее важным, в вопросе увеличения масштабов производства, Жириновский считает новые печи: они позволят выращивать кристаллы диаметром до 650 миллиметров и длиной до 2,5 метров. Это позволит существенно нарастить объёмы производства — количество годного для производства процессоров материала должно увеличиться втрое.

Также новый диаметр кристаллов позволит производить самые большие в мире процессоры, как бы это абсурдно, на первый взгляд, ни выглядело — такие нужны для суперкомпьютеров и серверов, а также для новейшей военной техники.

— Станция очень нужна… — произнёс Жириновский, задумчиво глядя в окно. — Ничего, построим и запустим — никуда не денется…

— Так сколько «Шквалов» планируется в орбитальном доке? — спросил Орлов.

— Минимум — три, — ответил Владимир. — Сначала хотели два, но объёмы работ на орбите слишком велик, поэтому нужен третий. Например, лазерные платформы нужно будет тягать между орбитами и менять на них цистерны. Да и неисправные спутники ловить мы никогда не перестанем — нужно увеличивать экономию.

«Шквал» выполнил 11 операций по эвакуации неисправных спутников, в ходе которых он доставил на «Мир-2» 24 спутника, что дало суммарную экономию в 9,6 миллиардов рублей — как правило, неисправности являются устранимыми прямо на орбите, но восемь спутников потребовали возвращения их на Землю, что, тем не менее, было выгодно, так как начинка спутников почти всегда стоит непомерно дорого и стоимость их запуска даже не восьмая часть их суммарной цены.

Благодаря этим сэкономленным, без ущерба отрасли, деньгам, удалось ускорить разработку «Мира-3», а также построить «Шквал-2» и «Шквал-3» — оба буксира стоят в своих ангарах и ждут завершения строительства «Шквала-4».

На новых орбитальных буксирах уже установлены более совершенные манипуляторы, что позволяет сократить экипаж до двух человек, поэтому сочтено возможным постоянное содержание на станции команды из шести человек, которые будут заниматься исключительно работой на орбите.

Эксплуатация четырёх «Шквалов», по подсчётам ГКО, будет экономить до 45 миллиардов рублей ежегодно, за счёт сверхэксплуатации космонавтов.

Бюджет NASA на 2001-й год, по данным нелегальной разведки, равен 87 миллиардам долларов США — это значит, что Советский Союз будет экономить чуть больше половины бюджета NASA только на сокращении запусков спутников.

Но бюджет NASA останется таковым лишь до конца года, потому что Буш и Чейни собираются влить в космическое агентство не менее 150 миллиардов, в рамках новой федеральной программы по освоению космоса. Они назвали эту программу «Restitution», то есть, «Реституция» — возвращение незаконно присвоенного имущества его исконному владельцу. Под этим названием подразумевается возвращение незаконно присвоенного Советским Союзом космоса Соединённым Штатам.

«Желаю удачи», — мысленно пожелал Владимир, вспомнив бюджет отечественной космической программы.

Как и прежде, на космос тратятся 3,9% ВВП, а сейчас это 483 миллиарда рублей. Если учесть, что курс рубля к доллару 1:1, это на 193 миллиарда долларов больше, чем военный бюджет США.

И в этом вся трагедия США, как государства: управляя одной из богатейших стран мира, федеральное правительство не может направить всё это богатство в нужное русло — частники не желают делиться деньгами, а управлять ими нельзя, потому что это противоречит принципам экономического устройства США.

Дошло даже до того, что Буш и Чейни вынуждены вводить «временный патриотический налог», очень сильно похожий на очень продуманный и справедливый прогрессивный налог, чтобы содрать с частников деньги на программы, которые дают Соединённым Штатам шанс сохраниться, как государству.

«Возможно, что не при моей жизни, но они станут Коммунистическими Штатами Америки…» — подумал Жириновский.

Но Запад не может сдаться просто так, поэтому Буш и Чейни раскручивают маховик борьбы — ими начаты пропагандистские кампании «Space bonds» и «Defence bonds», то есть, «Космические облигации» и «Оборонительные облигации».

Это заём у населения, который будет поступать непосредственно в федеральную казну, чтобы финансировать отечественные космос и оборону.

С законом о налоге ещё ничего не понятно, но эти двое не сидят без дела и активно привлекают деньги из всех доступных источников: союзников по блоку они трясут на предмет выплат на оборону, население агитируют дать в долг, а ФРС уговаривают купить гособлигации и напечатать хоть немного денег.

В странах НАТО все тоже понимают, что происходит что-то нехорошее и нужно мобилизовывать свои экономики, чтобы не впасть в экономическую и политическую зависимость от СССР.

А КНР, тем временем, уже который год интенсивно индустриализируется и модернизирует армию…

Жириновский давно уже изучил все имеющиеся материалы и убеждён, что Запад готовил из КНР таран, своеобразный анти-СССР, предназначенный для его уничтожения — Мао всё это прекрасно понимал, но, на старости лет, начал сотрудничество с США, а его преемники углубили и расширили.

В прошлой жизни Директора план утратил всяческую актуальность, так как СССР развалили в 91-м году, но сейчас актуальность сохраняется — все эти деньги вливаются в КНР не за просто так и не ради каких-то там сверхприбылей. Ради сверхприбылей тоже, но главное — наращивание экономического потенциала страны для экономического соперничества с СССР.

«А в будущем, думали они — кто знает?» — подумал Владимир. — «Могло бы и до войны дойти — будущее покрыто мраком и почти непредсказуемо. А китайцев не жалко — их много».

Но даже в самом худшем, для США, случае, если план потерпит провал — бизнес заработает огромные деньги на КНР, что тоже будет способствовать усилению позиций США на мировой арене.

— Жена и дети уже приходили? — спросил Жириновский.

— Да, уже дважды посещали, — ответил Орлов. — Сегодня, где-то через пару часов, снова придут. Димка уже пообещал мне, что тоже станет космонавтом.

Дмитрий — это сын Геннадия, средний в семье. Ему 14 лет и он учится в Суворовском военном училище. Есть ещё Нина, которой 16 лет и она готовится поступать в медицинский институт, а также Андрей, которому 10 лет и он ещё школьник.

— Он у тебя молодец, — улыбнувшись, сказал Владимир.

У Жириновского на подходе внук — Екатерина, жена Игоря, уже в положении и должна родить примерно через два месяца.

— Да… — произнёс Орлов. — Собирается поступать в Барнаульское высшее военное авиаучилище.

— Думаешь, в нынешних реалиях, это хорошая идея? — спросил Жириновский. — Если Буш и Чейни полезут в бутылку…

Аналитики считают, что в случае принятия закона о введении «временного патриотического налога» в США, риск полномасштабной войны против НАТО, в течение следующих пяти лет, возрастёт на 15–17%, а он и без того был далеко не нулевым.

— Это его мечта с детства — стать военным лётчиком, — ответил Геннадий. — Я тоже с детства мечтал, но стал чекистом — пусть хоть он воплотит мою мечту.

*СССР, РСФСР, Москва, Остров, Дом Правительства СССР, 27 июня 2001 года*

— Нет, так дела не делаются, Джоан Петровна, — покачав головой, произнёс Жириновский. — У нас заключён договор — вы продали нам права и мы пользуемся ими.

— Но я не давала согласие на открытие развлекательного центра! — воскликнула Джоан Роулинг.

— Подождите-ка… — остановил её Жириновский. — Нет никакого развлекательного центра — пионеров всего лишь сводили посмотреть на съёмочные декорации, пару… десятков раз. Ладно, их водят систематически, но никто за это не платит.

— Это бесплатно? — удивлённо спросила Роулинг.

— Конечно! — заверил её Владимир. — Вы знаете нашу репутацию — мы всегда придерживаемся буквы заключённого договора.

— Значит, меня неверно проинформировали, — сказала писательница.

— И ради этого вы запрыгнули в самолёт и прилетели в Москву? — недоуменно поинтересовался Жириновский.

— Нет, у меня назначена автограф-сессия в «Артеке», — ответила Роулинг. — И ещё я хотела посмотреть на то, как проходит адаптация сценария «Жоселин и космос».

Полёт в космос и посещение станции «Мир» не могли не оставить свой отпечаток, поэтому Джоан Роулинг, сразу после возвращения в Великобританию, написала фантастическую повесть о некой девочке, выбранной мировым правительством для отправки в космос, чтобы встретиться с некими инопланетянами и провести первый контакт.

Жириновский эту повесть не читал, но зато её прочитали сотни тысяч детей по всему миру, так как полёт Роулинг на орбиту стал очень живучим инфоповодом и создал нужный ажиотаж, что позволило максимально эффективно монетизировать повесть.

«Деньги она зарабатывать умеет — этого не отнять», — подумал Владимир, внимательно рассмотрев писательницу.

Ему известно, что её официально консультировали специалисты НПО «Энергия», включая Юрия Павловича Семёнова — они помогли ей достоверно описать особенности устройства фантастической орбитальной станции, а также объяснили, что будет при внезапной разгерметизации вследствие обстрела высокомощным лазерным оружием. В итоге, Роулинг отказалась от лазерного оружия и остановилась на рельсотронной пушке.

Само собой, новое произведение Роулинг вызвало сильный интерес у советских читателей, поэтому покупка прав на экранизацию была предрешена.

Режиссёра уже выбрали — им выступит Татьяна Лиознова, автор знаменитых «Семнадцать мгновений весны» и «Карнавал».

Роулинг об этом не знает, но с этой экранизацией сейчас происходит скандал: Лиознова желает отправить на «Мир-2» съёмочную группу, чтобы «показать зрителю настоящий космос», а руководство НПО «Энергия» выступает против, и утверждает, что «настоящий космос» не так зрелищен и снимать там, буквально, нечего.

В любом случае, Штерн, читавший повесть, сказал Жириновскому, что выбор режиссёра очень удачен, потому что в повести мало действия, ведь это не боевик, и в нём больше философии и бесед сначала с Землёй, а затем с инопланетным эмиссаром.

— Я просто прилетела на несколько дней раньше, чтобы успеть обсудить с вами это недоразумение, — сказала Роулинг.

— Вообще-то, идея же хорошая… — произнёс задумавшийся Владимир. — Развлекательный парк, аналог «Диснейленда»… Можно построить один, в Крыму, например. Всё указывает на то, что «Гарри Поттер» так и останется очень интересен детям, поэтому можно рассчитывать на стабильную посещаемость…

— Триста миллионов фунтов стерлингов за эксклюзив, — сразу же назвала цену Джоан Роулинг.

— Сто пятьдесят, — парировал Жириновский.

— Двести семьдесят, — сделала новый выпад Роулинг.

— Сто семьдесят, — вновь парировал Владимир.

— Двести пятьдесят, — последовал очередной выпад со стороны британской писательницы.

— Сто девяносто, — в очередной раз парировал Жириновский.

— Двести за мировой эксклюзив на 25 лет и это последнее предложение, — нанесла Роулинг решающий удар.

Жириновский взял паузу на раздумье. Это очень большие деньги, но тематический парк аттракционов, в перспективе, будет приносить гораздо больше, особенно если не ограничиваться одним только «Гарри Поттером».

Он взял мобильный телефон со стола и набрал Штерна.

— Алло, Виктор Петрович, — заговорил он после установления соединения. — Есть идея и предложение. Тематический парк аттракционов…

Он подробно живописал концепцию и её перспективы, что заняло у него несколько минут.

— Заморозь предложение на этом этапе, — попросил Штерн. — Я поручу рассчитать возможную рентабельность и подниму этот вопрос на заседании Совмина. И сбей роялти.

— Хорошо, я тебя понял, — ответил Жириновский. — До связи.

Он завершил вызов и вернул мобильный телефон на стол, после чего поднял взгляд на Роулинг.

— Необходимо обсудить роялти, — сказал Владимир.

— Три процента с парков вне СССР, — ответила Роулинг.

Очевидно, что она очень хорошо подготовилась и выработала стратегию — вероятно, реальная причина её прибытия заключается именно в переговорах о продаже прав на тематические парки.

— Что ж, тогда мы заморозим переговоры на этой сумме — 200 миллионов фунтов стерлингов за эксклюзив на 25 лет, с роялти три процента, — сообщил он ей. — Как только у меня появится окончательный ответ, мы вернёмся к этому разговору.

— Как долго мне ждать ответ? — поинтересовалась писательница.

— Около недели, но он может прийти и раньше, — ответил Жириновский. — Специалисты должны посчитать рентабельность и оценить перспективы строительства серии парков в разных странах мира. Возможно, потребуется обсудить дополнительные условия, но итоговая сумма и роялти останутся неизменными.

— Меня это устраивает, — сказала Роулинг. — Я, как раз, проведу у вас около недели.

— Вот и здорово, — улыбнувшись, сказал Жириновский.

Для неё это безрисковая сделка, так как она разом получает огромную сумму денег, а также неплохие отчисления ежегодно, а все возможные риски на себя берёт СССР.

Эксклюзивное строительство тематических парков по всему миру — это очень выгодно, с точки зрения валюты, так как это покупка монополии на парки по тематике «Гарри Поттера». А это очень крепкая франшиза, которая обещает волны притока туристов с выходом каждого нового фильма.

Парк в Крыму может стать только одним — парком для аудитории из Восточного блока, что даст стабильный приток рублей, которые население уже морально готово тратить на развлечения.

«Индустрию развлечений мы не упустили — вот что важно», — подумал Жириновский и самодовольно улыбнулся. — «Миллиарды рублей с кино, сериалов, мультфильмов и компьютерных игр — всё это возвращает часть зарплат трудящихся обратно в казну».

Ему подумалось, что скоро ГКО столкнётся с давно предвиденной, но превентивно не решённой проблемой — проблемой взаиморасчёта с союзными государствами.

Суть этой проблемы заключается в том, что через два с половиной года будет осуществлён переход на электронный рубль, то есть, бумажные деньги, постепенно, выйдут из оборота и все взаиморасчёты будут осуществляться электронно, сначала через специальные портативные терминалы, а затем и через персональные мобильные телефоны.

Технологии, к тому моменту, это позволят, что сразу существенно повысит и без того высокую управляемость советской экономики.

Например, ГКО получит долгожданный тотальный контроль над своими кооперативами, среди которых есть те, что, несмотря на тщательные аудиты, умудряются уклоняться от налогов.

Когда наличность полностью исчезнет, утаивать доходы станет гораздо сложнее, а это также больно ударит по теневой экономике, которая до сих пор существует, пусть и совсем не в такой форме, как раньше.

Но самый ценный эффект, по мнению Жириновского, заключается в экономии до 15 миллиардов рублей ежегодно. Эти деньги уходят на печать, чеканку, транспортировку, хранение, инкассацию, защиту от подделок и прочие необходимые для обращения денежной массы действия.

А на поддержание и развитие инфраструктуры электронных денег, по подсчётам ГКО, требуется до 3 миллиардов рублей ежегодно, не считая разовой траты около 8–9 миллиардов на внедрение и пары сотен миллионов рублей дополнительных расходов в течение двух-трёх лет.

Недовольных такой инициативой полно, ведь это очередной инструмент тотального контроля, но желающих бастовать и устраивать демонстрации уже слишком мало — сытая жизнь не располагает к подобному.

— О чём вы думаете, Владимир? — спросила Роулинг. — И чему вы так довольно улыбаетесь? Считаете, что я продешевила?

— Нет-нет, что вы, Джоан Петровна! — ответил Жириновский. — Я размышляю о том, какие развлекательные мероприятия мы приготовили для советских граждан…

*США,

округ Колумбия, город Вашингтон, Капитолий, 11 июля 2001 года*

— … а вот это — снимки множества военных объектов, построенных в период с 1995-го по 2001-й год, — продолжал Дональд Рамсфелд, министр обороны США.

На экране за его спиной начали сменяться кадры с военными объектами различного назначения, подписанными, чтобы конгрессмены могли понять, что именно они видят.

— Ракетных шахт стало больше на 40%, — заявил Рамсфелд. — И мы не знаем о количестве мобильных комплексов, рассредоточенных по всей территории СССР. А это кадры спутниковой съёмки, на которых зафиксированы места скопления бронетехники — нами установлено, что в распоряжении у СССР есть не менее 160 000 единиц бронетехники разных типов, среди которых есть не менее 75 000 танков.

Эта статистика оказала сильное впечатление на конгрессменов.

— Коммунисты уже давно готовятся в полномасштабному конфликту — у СССР крупнейший военный бюджет в истории и он направляет его на модернизацию армии и военной инфраструктуры, — сообщил министр обороны. — Численность Советской армии, по актуальным данным, составляет около семи миллионов человек, чего слишком много для исключительно оборонительных целей. И они постоянно наращивают её численность — это может указывать на агрессивные планы руководства коммунистов.

На экране появились кадры с прошлого военного парад в честь Дня Победы.

— Почти на каждом параде коммунисты демонстрируют новейшие образцы техники, что указывает на высокую милитаризацию советского общества — после военно-политической разрядки при Горбачёве, мы пришли к интенсификации милитаризации при Жириновском и Орлове, — заявил Рамсфелд. — Коммунисты тратят сотни миллиардов долларов на разработку и производство новейшей военной техники — это передовая техника, производимая крупными сериями, в масштабах, будто они уже ведут войну. И они ведут её — просто мы предпочли зарыть голову в песок и не видеть, что они готовятся нас уничтожить.

Следующие кадры были самыми сильными и шокирующими — колонны американских военнопленных, охраняемых иракскими военнослужащими, сгоревшие танки и БМП, тела американских солдат, убитых в городских боях и горелые обломки сбитых самолётов и вертолётов.

— Коммунисты провели против нас очень удачную для них прокси-войну, убив тысячи американских солдат чужими руками, — продолжил министр обороны. — У нас есть сотни задокументированных доказательств наличия новейших вооружений советского производства у иракских войск — это прямая поддержка нашего врага, что уже можно рассматривать, как агрессивные действия против американских солдат, то есть, против Соединённых Штатов.

Далее на экране появились фотографии военнопленных и убитых, одетых в иракскую военную форму, но имеющих европеоидную внешность.

— А это советские наёмники, — сообщил Рамсфелд. — Коммунисты отказываются признавать их собственными гражданами и показывают нам документы, якобы указывающие на иностранное гражданство всех этих людей. Нам известна лишь примерная численность наёмников, которых набирали из всех враждебных нам стран, включая Афганистан, Йемен, Мадагаскар, Сирию, ГДР, Югославию, Кубу и КНДР — по оценкам ЦРУ, всего в Ираке находятся до восьмидесяти тысяч наёмников. Эти страны ведут прямую войну против нас, силами собственных граждан, сражающихся за деньги, под прикрытием ЧВК.

Конгрессмены с недоумением рассматривали лица военнопленных — доклады Пентагона о захваченных наёмниках всё это время терялись на фоне более громких инфоповодов, поэтому слышали о существовании наёмников в Ираке многие, но обдумывали это далеко не все.

— По имеющимся у нас разведданным, наёмники уже начали возвращаться в свои страны — они увозят с собой боевой опыт, который поможет этим странам лучше подготовиться к войне против нас, — продолжил министр обороны.

На экране появились кадры с орбитальной станцией «Мир-2», а также орбитальным буксиром «Шквал» — зафиксирован момент пристыковки или отстыковки.

— Коммунисты проводят милитаризацию космоса, — сказал Рамсфелд. — Если вспомнить интервью президента Жириновского, данное им 20 мая, то в нём были очень важные слова, которые наглядно демонстрируют позицию его режима относительно космоса. Он сказал, цитирую: «Космос уже наш. Он советский». Коммунисты уже считают, что безраздельно завладели космосом. Возможно, они могут прийти к выводу, что мы не в силах будем воспрепятствовать размещению на орбите ядерного оружия, что поставит под угрозу само существование Америки.

У ЦРУ и Пентагона нет никаких данных о том, что СССР собирается размещать в космосе ядерное оружие, но у него есть технические возможности и он, предположительно, ведёт подобные разработки.

— У нас есть надёжные данные о том, что коммунисты запустили лазерные орбитальные платформы, якобы для нейтрализации мусора на орбите, — произнёс министр обороны. — Имеется реальная возможность применения этих лазерных систем для поражения наших спутников, а также межконтинентальных баллистических ракет. В настоящий момент, мы непрерывно отслеживаем шесть объектов, похожих на лазерные орбитальные платформы, которые занимаются уничтожением орбитального мусора, но факт уничтожения мусора не отменяет возможности применения этих лазеров для военных целей. Это объекты двойного назначения, поэтому их нахождение на орбите представляет угрозу для нас. Коммунисты стремятся к монополии на космос и нам нужно действовать срочно.

По его знаку, ассистент переключил кадр на экране. На кадре виден испытательный цех, в котором проводятся испытания перспективного ракетного двигателя для ракеты-носителя «Магнум».

— NASA, до недавнего времени, испытывало нехватку средств, которые преступно не выделялись Биллом Клинтоном, осужденным педофилом и торговцем людьми, — произнёс Рамсфелд. — Новый бюджет увеличил финансирование космического агентства, но этих средств недостаточно для полноценной реализации программы по преодолению отставания. Нам необходимо сравнять расходы на космическую отрасль с расходами коммунистов — в таком случае мы сможем достигнуть паритета. А для достижения превосходства нам потребуется превысить их расходы. Это не прихоть, а экзистенциальная необходимость, так как они не остановятся и продолжат закреплять своё доминирование на орбите Земли, что делает практически неизбежным появление там стратегических вооружений…

*СССР, РСФСР, Москва, Остров, Дом Правительства СССР, 15 июля 2001 года*

— Палата представителей Конгресса США сделала свой выбор, — сообщил Константин Гаськов. — Законопроект принят с большим перевесом — 325 из 435 голосов «за».

— Я видел выступление пентагоновца — мне и самому на секунду показалось, что мы собираемся размещать в космосе ядерное оружие и готовимся напасть на Америку уже завтра или, в связи с необходимостью более качественной подготовки вторжения, послезавтра, — кивнув, произнёс Жириновский. — Но Палата представителей — это же ерунда… Что происходит в Сенате?

— Происходит незамутнённый филибастеринг (1) со стороны демократов, — ответил улыбнувшийся председатель КГБ. — Но есть сведения, что на них оказывается давление «сверху» — это косвенное подтверждение существования консенсуса элит.

— Значит, эти двое из ларца, совсем разные с лица, сумели договориться со всеми… — произнёс Жириновский. — Похоже, что нам придётся вводить «Пятилетку» и готовиться к худшему, но надеяться, что проскочим.

Если высшие страты финансовых элит солидарны в вопросе налога, то закон будет принят — нет никаких полностью независимых сенаторов, так как США являются слишком богатой страной, чтобы их элитам было не по карману купить абсолютно всех.

И под «купить» подразумевается не вульгарная коррупция, а иные, более надёжные способы завоевания лояльности. КГБ обнаружил целых три аналога острова Эпштейна, только в двух случаях это уединённые ранчо в Техасе, а в одном случае особняк на Манхэттене. Масштаб сильно поменьше, но посещают их интересные личности из влиятельных кругов — случай Клинтона заставил их затаиться на три-четыре месяца, но потом их извращённая природа взяла своё…

— «Пятилетка» не понравится никому, — произнёс Жириновский.

— Её разработали не для того, чтобы она кому-то понравилась, — сказал на это Гаськов.

— Но подождём итогов голосования, — решил Владимир. — Как только закон примут, соберём Верховный Совет и объявим о введении оборонительного плана в действие. А если не примут, что уже вряд ли, конечно, выдохнем и будем жить дальше.

— Язов говорит, что это будет провокацией, — произнёс Гаськов.

— Язов уже на пенсии — пусть не болтает, — раздражённо ответил Жириновский. — И он неправ — это не провокация, а ответ на провокацию. Будь это провокацией, мы бы уже приняли «Пятилетку», а мы сидим и чего-то ждём.

ГКО, в рамках пятилетнего оборонительного плана, предполагает сокращение производства продукции низкого приоритета, сокращение производства ряда наименований товаров народного потребления, а также снижение расходов на жилищное строительство, развитие и модернизацию промышленности, образование, науку, здравоохранение и социальное обеспечение.

Всё это высвободит уйму ресурсов и средств, которые будут направлены исключительно в военно-промышленный комплекс, космос и Гражданскую оборону.

— Вот подонки, — с негодованием произнёс Жириновский. — И чёрт с ними — я назад сдавать не буду. И остальным не позволю.

*СССР, РСФСР, Тульская область, город Тула, Тульский машиностроительный завод имени Рябикова, 30 июля 2001 года*

— Расскажите, что мы сейчас наблюдаем, — попросил Жириновский, глядя на экран.

На записи мерцают какие-то яркие вспышки, движутся какие-то непонятные механизмы, но есть одна вещь, которую он узнаёт — зафиксированную в держателях заготовку ствола к 30-миллиметрового калибра орудию.

— Это наглядно-демонстрационный процесс нанесения слоя аморфного сплава на внутреннюю поверхность орудийного ствола, — сообщил Евгений Анатольевич Дронов, директор завода. — Применяется аморфный сплав на основе железа, хрома, молибдена, вольфрама, бора, углерода и иттрия — он был признан лучшим. Нанесение слоя осуществляется при помощи плазменного напыления в условиях вакуума.

Жириновского посвятили, в общих чертах, как именно произошла революция в производстве малокалиберных и среднекалиберных орудийных стволов.

На «Мире-2» производятся болванки из аморфного сплава требуемых характеристик, которые доставляются на Землю, на спецпредприятие, превращающее болванки в порошок.

Этот порошок, по особой технологии, наносится на внутреннюю поверхность ствола орудия и придаёт ему превосходные характеристики.

— Какая толщина слоя? — спросил Владимир.

— 500 микрометров, товарищ президент, — ответил Дронов. — Такая толщина сочтена оптимальной, поэтому весь техпроцесс настроен на неё — характеристики орудий полностью удовлетворяют армию.

— А какие характеристики? — поинтересовался Жириновский.

— Ресурс ствола, при штатной эксплуатации, повышен до 22 000 выстрелов стандартными снарядами, — ответил директор. — Это троекратный прирост, по сравнению со стволами орудия 2А42. Падение характеристик кучности начинается только после отстрела 10 000 выстрелов, то есть, если сравнивать с 2А42, к этому моменту орудие с хромовым покрытием исчерпает свой ресурс тысячу выстрелов назад. Также покрытие из аморфного сплава снижает трение в канале ствола, что даёт прибавку к начальной скорости снаряда — она равна 1010 метрам в секунду, против 960 метров в секунду у 2А42, при стрельбе стандартным осколочно-фугасным снарядом. Помимо этого, аморфный сплав очень стоек к коррозии, что положительно влияет на простоту эксплуатации орудий.

— Потрясающе, — произнёс Жириновский. — Сколько орудий вы производите в месяц?

— 200 орудий в месяц, — ответил директор Дронов. — У нас есть «бутылочное горлышко» — плазменное напыление аморфного сплава в условиях вакуума. У нас работают шесть установок, но две дополнительные установки находятся на стадии монтажа, а ещё четыре до сих пор ждём из «Технологии».

НПО «Технология» — это научно-производственное объединение, учреждённое в Новосибирске в 1996-м году, под задачи передового станкостроения. Жириновский бывал там два раза — сначала в день открытия, а затем при награждении одного из заводов НПО Трудовым Красным Знаменем.

— Нам нужно больше орудий, — сказал Владимир.

Несмотря на то, что улучшения характеристик не выглядят так, будто очень сильно меняют орудие, они меняют его кардинально — это практически другое орудие, потому что режимы стрельбы другие, скорострельность другая, а это позволяет пересмотреть тактику применения.

Внешне орудие 2А92 выглядит почти так же, как 2А42, со схожими габаритами, поэтому возможен монтаж в БМП-2 и модернизируемые БМП-1. Последние уже давно не устраивают Советскую армию, но сдавать на переплавку или продавать их жалко, поэтому, в рамках программы модернизации старого парка бронетехники, разработан план по заводской переделке БМП-1 в БМП-1М.

БМП-1М оснащается орудием 2А42 и четырьмя ПТУР «Корнет», но в ближайшем будущем, когда производство 2А92 выйдет на плановую мощность, модернизируемые БМП будут оснащаться исключительно новыми пушками.

В Минобороны проскальзывала идея установки нового орудия в БМП-3, от которых никто так и не собирается отказываться, но конструкторы не сумели решить проблему более высокой мощности орудия 2А92, быстро разрушающей крепления в башне, поэтому от идеи отказались.

— Тематика 57-миллиметровых орудий продвигается? — спросил Жириновский.

— Конечно! — ответил директор завода. — Точно такой же аморфный сплав, с такой же толщиной покрытия — достигнут ресурс в 18 000 выстрелов, против 6000 выстрелов на орудии С-68. И кучность начинает падать только после 10 000 выстрелов. Производим по 150 орудий в месяц, и всё тоже упирается в установки для плазменного напыления.

— Я попробую выбить для вас дополнительные установки, — пообещал Жириновский. — Эти орудия — это важнейший компонент нашей обороны!

По всему Союзу на боевом дежурстве находятся 900 батарей по четыре орудия 2А93 калибра 57 миллиметров, с АФАР-РЛС «Рифей-10С» при каждой батарее и большим запасом снарядов с программируемыми взрывателями.

Новые орудия, о которых Жириновский и говорит с Дроновым, получили обозначение 2А93М — их производство только-только наладилось и идёт плановая замена батарей.

30-миллиметрового калибра орудия тоже являются компонентом всесоюзной системы ПВО, так как огневой мощи не бывает слишком много — речь идёт о крылатых ракетах и, возможно, БПЛА.

Около двух лет назад ГРУ обнаружило утечку данных — был перебежчик, сумевший переправиться в Финляндию, а оттуда в Швецию. Из Швеции его эвакуировало MI6. Только недавно Людмила сумела узнать подробности о сведениях, переданных перебежчиком британской разведке.

Оказалось, что перебежчик, некий Анатолий Игоревич Калугин, был не просто рядовым «цеховиком», а троюродным братом рабочего Ивана Григорьевича Бусина, трудящегося на оборонном производстве, на котором производятся БПЛА «Герат-2» — Калугин даже сумел нарисовать британцам примерные очертания БПЛА.

MI6, почему-то, держало эти данные в тайне от ЦРУ и передало, вероятно, в обмен на что-то. Но теперь ЦРУ знает о существовании некоего БПЛА «Герат-2», массово производимого в СССР.

Бусин сел на десять лет, за разглашение государственных секретов, а вот судьбу Калугина не смогли установить ни в ГРУ, ни в КГБ, хотя его искали с особой тщательностью.

Жириновский крайне нетерпим к предательству, поэтому большая часть перебежчиков уже мертва или возвращена на территорию СССР, после чего подверглась расстрелу по приговору суда…

Особого смысла, с точки зрения сохранения государственных секретов, в этих устранениях нет, но есть вполне ощутимый воспитательный эффект, ведь если все знают, что ГРУ и КГБ не пожалеют сил, чтобы устранить перебежчика, то желающих перебежать, как правило, очень мало.

Но данные утекли, поэтому Минобороны СССР теперь полагает, что у противника, в обозримом будущем, появятся собственные массовые БПЛА, которые, просто обязательно, будут пущены в ход в случае полномасштабной войны.

— Буду очень признателен, если поставка установок ускорится, — сказал директор Дронов.

— Сделаю, что смогу, — сказал Жириновский. — Что ещё у вас есть?

— Есть полностью автоматическая линия производства деталей ударно-спускового механизма орудия 2А92, — ответил Дронов и повёл его дальше.

Покинув конференц-зал, они прошли по нескольким длинным коридорам и оказались в производственном цеху.

В цеху стоят десятки станков, а под потолком размещены монорельсы, по котором ездят роботы-манипуляторы, время от времени перемещающие что-то между станками.

— Манипуляторы автоматически перемещают заготовки разной степени готовности между станками — точность прецизионная, брак минимален, поэтому суточная норма выполняется почти без участия человека, — с гордостью сообщил директор. — Вон за той дверью находятся два инженера и три техника, обслуживающие станки и манипуляторы. Они постоянно следят за показаниями датчиков и сенсоров, которыми оснащено всё наше оборудование — если что-то начинает уходить за допуски, то они вмешиваются немедленно. Иногда вручную меняют инструмент, а также проводят ремонт станков. Работа хлопотная, так как нужно устранять неисправности быстро, зато не вручную заготовки вытачиваются…

— Да, автоматизация, — произнёс впечатлённый Жириновский.

— Если бы мы делали орудия с обычным хромированием, могли бы производить в месяц около 400–450 единиц, — сказал Дронов. — Но плазменное напыление крайне тяжело масштабировать, поэтому приходится ждать.

— Я был недавно на производствах ВАЗа, — поделился Владимир. — У них тоже хватает «бутылочных горлышек», мешающих развернуться во всю ширь ВАЗовских душ. Но всё устраняется, со временем. Эти ваши установки приедут, поэтому дело пойдёт быстрее.

Автоматизация в Советском Союзе, благодаря Жириновскому, стала национальной идеей и дошло даже до того, что происходит экспорт автоматизации — на совместных предприятиях в союзных странах устанавливаются роботы-манипуляторы, высокотехнологичные станки с ЧПУ и гибкие поточные системы, которые безжалостно отнимают рабочие места у местных рабочих.

«Неотвратимая поступь прогресса…» — подумал Владимир.

— Пройдёмте в отдел контроля качества, — позвал его директор. — Там у нас тоже всё поставлено на поток и автоматизировано.

Здесь Жириновский увидел сотрудников завода, которые транспортируют готовые детали в помещения отдела контроля качества.

— Вот тут-то и происходит самая важная часть производства — контроль качества, — поведал Дронов, заведя Владимира в помещение с небольшим конвейером. — Начинается всё, конечно же, с заготовок. Каждая прибывшая заготовка проходит проверку оптико-эмиссионным спектрометром, для определения соответствия требуемому химическому составу, а затем проверяется ультразвуковыми аппаратами на отсутствие пор, раковин и прочих дефектов. Рентген-контролю подвергаются только заготовки самых ответственных деталей.

Он провёл Жириновского в следующее помещение, напоминающее больше лабораторию какого-нибудь НИИ.

— Вот тут проводится проверка деталей на координатно-измерительных машинах с ЧПУ, — сообщил Дронов. — Машины сами проверяют несколько десятков параметров и выдают заключение «годен» или «не годен». А вон туда заходить нельзя, так как там проводится контроль качества порошка из аморфного сплава.

— Да, я понимаю, — сказал Жириновский. — Не будем мешать людям.

— И туда тоже нельзя, — произнёс директор, а затем указал на окно в стене. — Зато можно посмотреть через стекло. Там проводят контроль качества аморфного покрытия — автоматический ультразвуковой контроль толщины и равномерности слоя по всей длине канала ствола, выборочный рентген-контроль на наличие отслоений и внутренних дефектов покрытия, измерение твёрдости покрытия и, конечно же, контроль адгезии. Первые партии стволов мы, разумеется, подвергали полному рентген-контролю, чтобы удостовериться, что всё налажено без ошибок. И такому мы подвергаем каждую первую партию после переналадки линий, чтобы исключить риск ошибок.

— Звучит очень серьёзно, — произнёс Жириновский. — Мне нравится ваш подход.

Дронов признательно кивнул.

— Предфинальный этап контроля качества — это полный размерный контроль собранного орудия, — продолжил он. — Затем происходит функциональный контроль, а после него — контрольный отстрел. Но это всё не самое важное в нашем отделе контроля качества…

— А что самое важное? — спросил Владимир.

— Следуйте за мной, товарищ президент, — попросил директор.

Они вошли в небольшой кабинет, в котором расположился один сервер и шесть персональных компьютеров, за которыми сидят трое сотрудников завода. Эти трое сразу же вскочили со своих мест и приветствовали Жириновского.

— Статистический контроль производственного процесса, — сообщил директор Дронов. — Разберём на примере плазменного напыления аморфного покрытия. Система датчиков и сенсоров производит непрерывный контроль ключевых характеристик — например, толщину слоя, давление, температуру, скорость подачи порошка и так далее. Процесс производства почти никогда не отклоняется от нормы мгновенно и существенно, поэтому можно увидеть постепенное отклонение в динамике. Система сама рисует контрольную карту Шухарта, на которой видны тенденции, и когда она видит определённые паттерны, она подаёт предупреждающий сигнал. То есть, мы ещё не успеваем запороть партию, но уже знаем, что что-то идёт не так и оборудование нуждается в корректировке.

— О-о-о, — протянул впечатлённый Жириновский. — Это превентивное обнаружение брака — совершенно другой уровень.

— Верно, товарищ президент, — подтвердил директор. — Совсем без брака не получается, но мы удерживаем его частоту на очень низком уровне. Иногда не удаётся вмешаться вовремя, иногда влияет человеческий фактор, но я уже очень давно на производстве, товарищ президент, и ещё никогда до этого не видел настолько низкого уровня брака.

Жириновский систематически посещает различные производства, не только оборонные, но и гражданские — везде стремятся достичь подобного уровня. Где-то получается, где-то нет, но средний производственный уровень, за прошедшие годы, подскочил просто фантастически.

Советская продукция уже наработала себе репутацию очень качественной и, потихоньку, становится по соседству с японской и германской продукцией.

«И это снова всё я», — самодовольно подумал Владимир. — «Если бы не я, так бы и пилили до сих пор на металлолом остатки советской промышленности…»

Примечания:

1 — Филибастеринг — от нидерландского vrijbuiter — «свободный добытчик» или «пират» — в английский язык оно попало через испанский язык и изначально звучало как filibustero, то есть, более знакомый в наших палестинах флибустьер. Явление филибастеринга в Конгрессе США не имеет никакого отношения к патентованному морскому грабежу — на сленге конгрессменов это означает намеренное затягивание и блокировка голосования, путём максимально длительных дебатов. Метафора тут в том, что конгрессмен незаконно «захватывает» время других конгрессменов, поэтому он флибустьер. В Палате представителей филибастеринг не работает, так как выступления ограничены по времени, а вот в Сенате выступающий конгрессмен может, теоретически, говорить бесконечно, так как ограничения по времени нет. Бывает, что конгрессмен, желающий сорвать принятие закона, выходит и начинает читать вслух книгу, вещать на произвольные темы, зачитывать телефонный справочник или декламировать стихи. Формально, пока он стоит за кафедрой, его выступление нельзя прерывать. Небезызвестный Берни Сандерс, 10 декабря 2010 года, провёл восьмичасовой филибастер, в знак протеста против сделки Обамы и республиканцев — тогда Обама, прервав длинную серию обоссывания подъездов в российских городах, договорился с республиканцами о продлении налоговых льгот для богатейших граждан США, взамен получив продление пособий по безработице для беднейших граждан США. Сандерс посчитал, что это несправедливо, поэтому выразил протест, но принятие закона это не остановило, а он и не пытался — в этом весь Берни Сандерс. Но восемь часов — это не рекорд. Рекордный филибастер, длившийся 24 часа и 18 минут, принадлежит Строму Тёрмонду, сенатору-южанину, который дошёл даже до того, что зачитывал кулинарные рецепты — он выступал против Закона о гражданских правах 1957 года, предусматривавшего защиту права негров голосовать, а также десегрегацию школ, ну, чтобы негритянские дети могли учиться с белыми детьми. И это, кстати, был соло-филибастеринг, то есть, Тёрмонд непрерывно выступал один, тогда как у Берни Сандерса был коллективный филибастеринг, с участием его единомышленников, периодически подменявших его. Но, возвращаясь к Закону о гражданских правах 1957 года — в итоге, он был принят, но в ослабленной форме — не было прописано никаких серьёзных наказаний за ущемление прав негров, а также жёстких мер против сегрегации. И эти добрые господа всю дорогу поучали и поучают нас равноправию и демократии?

*СССР, РСФСР, Москва, Остров, Дом Правительства СССР, 20 августа 2001 года*

На видеостене транслируется новостной выпуск CNN — освещаются подробности очередного инцидента на территории Ирака.

— Да что им всем не сидится-то тихо?.. — раздражённо пробурчал Жириновский. — Хотят раздуть из этого сенсацию?

Ему дали информацию о произошедшем инциденте — американские военные выкопали массовое захоронение конца 80-х годов, свидетельствующее о военных преступлениях Саддама Хусейна.

То, что при Хусейне были массовые убийства — это признаётся и СССР, и режимом Кусея Хусейна.

Американцы как-то поняли, что тела принадлежат именно курдам, что очень удобно, так как это отличная возможность для внесения раскола в иракское общество, которое, к сегодняшнему дню, в первом приближении, сумело примириться.

Вчера у Владимира был телефонный разговор с Кусеем — вместе они выработали линию поведения.

Саддама жалеть нельзя, потому что всем очевидно, что без его ведома массовые захоронения на территории Ирака бы не образовались, но Кусей всё также, как и раньше, будет утверждать, что «абсолютно ничего не знал» и «разгневан так же, как и все остальные». Но Саддама из СССР никто не выдаст, потому что это пойдёт вразрез с генеральной линией обращения со спасаемыми лидерами стран.

Также Владимир с Кусеем предварительно обсудили план по компенсации курдам — ещё предстоит согласовать его с представителями курдов, но Жириновский предложил часть компенсаций выплатить семьям погибших и пострадавших, а часть инвестировать в курдскую автономию.

Военной угрозы от курдов уже нет, так как Иракская армия, при желании Кусея, может взять регион под контроль и полностью обезопасить его, но Ираку, как стране, предстоит жить дальше, поэтому очень важно окончательно уладить все имеющиеся межэтнические конфликты.

«На эксгумацию тел и перезахоронение тоже придётся потратиться, но это не очень дорого», — подумал Владимир. — «Зато Ирак выполнил свою главную задачу и скоро получит долгожданную самостоятельность».

Он выполняет все когда-либо данные обещания и это тоже выполнит — он обещал Кусею, что, после реализации плана по военно-политическому унижению США, Ирак получит обратно право распоряжаться всем объёмом добываемой нефти. По меркам СССР, это не очень большие деньги, поэтому возврат права управления почти ни на что не повлияет.

Основная причина, по которой Жириновский равнодушен к этому изменению — после завершения восстановления, Ирак начнёт выплачивать свой долг СССР, а также продолжит покупать у него практически все наименования товаров.

Экономическая зависимость от возврата Ираку права на его нефть станет только сильнее, что прекрасно понимает Кусей, но ему важнее то, что он сохранил власть и вошёл в историю как человек, победивший американцев. Никто на Ближнем Востоке ещё не побеждал США, поэтому Кусею дороже этот статус победителя, чем «малозначимые» нюансы, благодаря которым он его получил.

А ещё он ничего с этим не может поделать, так как ему некуда деваться от Советского Союза — на Западе никто не захочет давать ему такие же условия, с настолько божескими процентами и с такими масштабами поставок всего.

— Ладно, хватит, — сказал Жириновский и переключил канал, но снова наткнулся на выпуск той же тематики, правда, уже от «Fox News».

Американские СМИ единодушно смакуют тематику преступного режима Хусейнов, чтобы хотя бы частично оправдать факт вторжения в Ирак — их задачей является сломать доминирующий нарратив о незаконности вторжения Коалиции.

Владимиру надоело смотреть на те же кадры и слушать то же самое, поэтому он выключил видеостену и вернулся к компьютеру.

А на экране компьютера находятся данные из промежуточного отчёта военной разведки — статус вывода сил Коалиции из Ирака.

Польша вывела уже 80% своего контингента, Великобритания вывела 50% своего, Австралия 70%, а США вывели только 35%. Переговоры между Ираком и Коалицией всё ещё идут, так как последняя не считает себя проигравшей и не желает нести дополнительный политический ущерб, поэтому отчаянно торгуется.

«Надо приказать, чтобы Рохлин внимательно следил за иракским генералитетом», — подумал Владимир, оценив ситуацию на иракском фронте. — «Соблазн ударить сейчас, когда они уже вывели ощутимую часть войск, очень высок, но последствия такого предсказать очень легко — это будет полномасштабная война, по сравнению с которой всё то, что было до, покажется пограничной стычкой высокой интенсивности».

Некоторые слои американского общества уже имеют устойчивую тенденцию к культивации реваншизма — это верно, в основном, для консерваторов. Если создать прецедент, то реваншистов станет кратно больше, что отлично прочувствуют политики и начнут лить воду на эту мельницу — это приведёт к форсированной милитаризации.

Кусей всё отлично понимает и полноценно осознаёт, что атаковать Коалицию сейчас — это крайне невыгодное решение, но иракское общество пребывает в эйфории, как и армия.

Несмотря на тяжёлые людские потери у армии и мирного населения, колоссальные разрушения и непомерно раздувшийся долг перед СССР, граждане Ирака ощущают себя победителями, так как в начале войны всё указывало на то, что Ирак обречён на унизительное поражение.

Политический вес Ирака в регионе стал непререкаемым: соседи согласны выплатить очень большие контрибуции, так как они испытывают обоснованный страх, что после ухода американцев их ждут новые войны, в которых они обречены на поражение и утрату государственности.

Израиль же оказался в весьма шатком положении, так как для него ситуация на Ближнем Востоке, после вторжения Коалиции в Ирак, стала значительно хуже, чем была до вторжения.

Военные элиты Израиля, ощущая возросшую угрозу, начали вести себя агрессивно — обстреливают Сектор Газа, а также учиняют стычки на границе с Ливаном и Сирией.

Это не способствует стабилизации региона, поэтому Жириновский приказал Александру Бессмертных, чтобы тот побеседовал с премьером Эхудом Бараком на эту тему. Барак из военных элит, но наиболее адекватный их представитель, поэтому есть основания полагать, что СССР и Израилю удастся прийти к консенсусу.

Уничтожение Израиля не входит в планы советского руководства, потому что он слишком удобен для контроля ближневосточных союзников, которые вынуждены находиться под советским «зонтиком» — на Ближнем Востоке нельзя оставаться в одиночестве, в том числе и потому, что существует Израиль. Это удобно, поэтому Владимир хочет оставить этот инструмент.

Также Израиль служит в качестве «громоотвода» — основная масса радикальных исламистов сфокусирована на идее уничтожения Израиля, полагая, что после воплощения её в жизнь, на Ближнем Востоке всё сразу станет хорошо. Уничтожение Израиля оставит сотни тысяч исламистов, разной степени радикальности, без точки приложения своей энергии, поэтому они сразу же начнут искать новый объект для ненависти.

А ещё у Израиля есть ядерное оружие, которое он обязательно применит, если почувствует экзистенциальную опасность. Последствия будут иметь глобальный характер, так как ящик Пандоры откроется и все будут на взводе.

СССР нужен Израиль, но никто не говорит, что он нужен сильным — наоборот, ему нужен ослабленный Израиль, чтобы он продолжал оставаться жупелом для арабских стран, но не мог оказывать слишком серьёзное влияние на регион.

Премьер-министр Барак уже вывел войска из Ливана, а также готов идти на уступки Ясиру Арафату — прошлогодние переговоры в Кэмп-Дэвиде, проводившиеся при посредничестве Клинтона, сорвались из-за резко возросшей токсичности самого Клинтона, но окно ещё есть.

Арафат прилетит в Москву через несколько недель, и Жириновский будет оказывать на него давление — Барак согласен разделить Иерусалим пополам, лишь бы договориться с палестинцами, чего нельзя ожидать от Нетаньяху, являющегося ярым сионистом и сторонником силового решения палестинского вопроса.

Но Арафат хочет слишком многого, чего Израиль никогда не даст, потому что это напрямую противоречит идеям и целям сионистов.

Жириновскому, конечно, выгодно, если они снова интенсифицируют боевые действия и продолжат царапать друг друга изо всех сил — это ослабит обе стороны, но это снова ведёт к дестабилизации региона, а также возможным конфликтам Израиля с Сирией и Ираком.

Гораздо выгоднее временно примирить Израиль с Сектором Газа, путём взаимных уступок, и забыть об этом хотя бы на пять-шесть лет, до нового кризиса.

«Казалось бы, причём здесь откровенно локальный Ближний Восток?» — подумал Жириновский с недовольством. — «Но без него никак нельзя: упустишь его — в конце концов, радикальные исламисты начнут стучаться в Среднюю Азию и на Кавказ. Или кто-то похуже — американцы, например».

*Иракская Республика, мухафаза Багдад, город Багдад, 27 августа 2001 года*

— Аль-маджд лиль-джунуд аш-шуравийин! — голосили люди, стоящие на тротуарах и машущие красными флажками. — Аль-маджд лиль-джунуд аш-шуравийин!

— Шукран! — крикнул капитан Варенцов в ответ.

Они кричат «Слава советским воинам!», а он ответил «Спасибо!» — народ Ирака совсем не смущает, что под «Мечами Кадисии» сейчас проезжают настоящие наёмники, убивавшие их врагов за кровавые деньги. Американцев тут ненавидят гораздо сильнее, чем наёмников разных сортов, а ещё все тут знают, что наёмники сделали очень многое для уже почти состоявшейся победы.

Бои за иракские города навсегда отпечатались в памяти Ивана и он может вспомнить атмосферу каждого обороняемого им города.

Варенцов рассмотрел бронемашины, идущие впереди, а затем оглянулся и посмотрел на бронемашины, что следуют сзади.

БМП-2, БМП-3, Т-80УД-2, Т-72БМ, БТР-82А, а также МТ-ЛБ — на бронях сидят наёмники из ЧВК «Тайфун».

Президент Хусейн решил, что каждый наёмник заслуживает своего триумфа, поэтому перед отправкой домой им устраивают небольшой парад — проезд под «Мечами Кадисии», с оружием, знамёнами и на боевой технике.

Иван уже принял решение — ему не хочется оставаться в ЧВК и лучше он снова отслужит пару лет в армии, после чего вернётся на гражданку, чтобы жить мирно.

Колонна завершила проезд и направилась на военную базу, где будет происходить формирование очереди на отправку в ППД или в Союз.

— А чего ты в Союз надумал-то, Сергеич⁈ — спросил сидящий рядом полковник Мельников. — Оставайся с нами — тебе же всё нравилось!

— Навоевался я, Леонидыч! — ответил ему Варенцов. — Хватило мне — теперь точно хватило!

— Если передумаешь — звони! — попросил Мельников. — Я с Хасанычем на днях беседовал — он шепнул мне на ушко, что штат будут расширять! Возможно, в Конго поедем! Обещано, что будет интересно!

Но Ивану такое больше не интересно, так как он окончательно понял, что это не его.

— Ничего не обещаю! — сказал он.

— А не надо ничего обещать! — ответил полковник. — Как передумаешь — звони!

На военной базе «Редума» они заняли пустующие казармы и начали проходить процедуру «выписки» — здесь решается, кто и куда полетит.

Варенцов ждал этого дня целых три месяца, поэтому время на взвешивание и обдумывание решения у него было.

— Ну, ты подумай, — попросил Мельников. — И ещё увидимся.

— Увидимся, Леонидыч, — улыбнувшись, попрощался с ним Варенцов.

Сев на панцирную кровать без матраса, он вытащил из кармана мятую пачку сигарет и закурил.

Кто-то из офицеров расчехлил гитару и начал тихо отбивать очень знакомые аккорды.

— Вечером на нас находит грусть — порой, порой! — запел офицер. — Сердце ноет, сердце просится — домой, домой!

Иван сразу же узнал песню — это Юра Хой, группа «Сектор Газа» — «Пора домой».

«А ведь Сектор Газа не так уж и далеко отсюда», — подумал Варенцов, затянувшись ядовитым дымом.

— Взвоет ветер над бараками, БМП нам лязгнет траками! — продолжил петь офицер. — Домой! Домой! Пора домой!

Иван испытал то же ощущение, какое испытывал во время вывода войск из Афганистана — одновременно и радость, и грусть. Но, в отличие от Афгана, сейчас радость превалирует над грустью, потому что Иван теперь уже совсем другой.

Его очередь на оформление документов настала примерно через сорок минут, которые он пролежал на панцирной кровати, рассматривая потолок.

— Смотри, капитан, если передумаешь — обратно попасть будет трудно, — предупредил его полковник.

Иван же, в этот момент, поставил подпись на рапорте.

— Не передумаю, — пообещал он.

— Ну, смотри, — сказал полковник и забрал рапорт. — Деньги получишь уже в Союзе. Всё конвертируют в рубли, по официальному курсу. Если везёшь с собой наличную валюту, то в аэропорту изымут и потом конвертируют в рубли.

— Не везу, — ответил Иван.

— Тебе же лучше, — произнёс полковник, а затем расписался на бланке и поставил печать. — Летишь на рейсе в 16:55. На парковке найди старшину Джигитова — он определит тебя в один из автобусов. Следующий!

*США, округ Колумбия, город Вашингтон, Белый дом, Овальный кабинет, 30 августа 2001 года*

— Джордж, — произнёс вошедший в кабинет Дик Чейни.

— Дик, — ответил ему Джордж Буш, сидящий за письменным столом «Резолют».

— Сенат, наконец-то, проголосовал, — сообщил Чейни и сел на стул перед столом. — С небольшим отрывом, но законопроект принят.

Принятие закона о введении «временного патриотического налога» — это, возможно, самая сложная процедура в жизни Дика Чейни, так как сопротивление было беспрецедентным.

Сенаторы из Демократической партии, которых в Сенате Конгресса США сильно меньше половины, всячески препятствовали началу голосования, применяли все известные им формальные уловки, а также активно злоупотребляли филибастерингом.

Но голосование было неизбежным, и оно состоялось — «за» проголосовали все, без исключения, сенаторы-республиканцы, а также большая часть сенаторов-демократов.

Избиратели очень недовольны, потому что никто не любит повышения налогов, особенно такого масштабного, но государственная пропаганда, к моменту принятия закона, уже сделала своё дело — в Соединённых Штатах осталось очень мало людей, не осведомлённых о степени опасности коммунистической угрозы. Эти люди, в основном, ещё не умеют говорить и систематически ходят под себя, а вот остальные уже осведомлены о том, что коммунисты вот-вот захватят весь цивилизованный мир и обобществят даже зубные щётки и женщин.

И всё же, недовольных полно, но есть и положительный момент — протесты против войны в Ираке пусть и не прекратились, но сократились.

— Это же здорово! — воскликнул Джордж Буш-младший.

— Наши друзья недовольны — им пришлось вложить в это огромные ресурсы, — сказал не разделяющий его энтузиазма Дик Чейни. — Но ничего страшного — дальше уже не потребуется их прямое вмешательство. Аддингтон и Ю скоро предоставят нам юридическое обоснование, которое развяжет тебе руки.

Дэвид Аддингтон и Джон Ю — это юристы, которые прорабатывают для Чейни практическое применение теории об унитарности исполнительной власти.

У Дэвида Аддингтона очень много идей по этой тематике и имеется достаточная квалификация, чтобы обосновать их — решения Буша и Чейни обещают стать юридически безукоризненными.

А Джон Ю полностью разделяет идеи Чейни, поэтому прикроет его со стороны Минюста — он работает заместителем генерального прокурора и имеет на него серьёзное влияние.

Эти двое — это надёжное прикрытие, которое позволит Бушу и Чейни вернуть президентскому посту максимум власти, восстановив её до уровня никсоновской власти до Уотергейта.

Вместе с ними работает команда юристов, которая, в отличие от дезориентированных конгрессменов, на которых давили всё это время, проталкивая непопулярный закон, максимально сплочена и имеет конечную цель, поэтому Дик Чейни уверен, что у них всё точно получится.

— А если Конгресс начнёт сопротивляться? — спросил забеспокоившийся президент.

— Не начнёт, — уверенно ответил вице-президент. — Мы ведь правы, если смотреть в корень, но сомнения могут вызвать наши трактовки… Джордж, никто из них не пойдёт на решительное обострение — мы делаем правое дело и все это понимают, пусть и не одобряют наши методы.

Чейни раздосадован тем, что законопроект, в исходном виде, протолкнуть не получилось. Он рассчитывал, что удастся добиться налога 10% для налогоплательщиков с доходом свыше 75 тысяч долларов и 12% для налогоплательщиков, зарабатывающих свыше 75, но менее 300 тысяч долларов, а корпоративный налог установить в размере 48%.

Хорошие друзья из ВПК не возражали против такого, потому что почти все эти деньги шли бы прямо к ним.

Но в ходе прений в Сенате пришлось отступать и уступать, поэтому для налогоплательщиков с доходом свыше 75 тысяч долларов налог установлен в размере 7%, для тех, кто зарабатывает свыше 75, но менее 300 тысяч, налог установлен в размере 9%, а корпоративный налог поднят лишь до 43%.

Этот налог не затрагивает большую часть среднего класса, зарабатывающего ежегодно сумму в интервале 45–80 тысяч долларов, поэтому они могут спать спокойно, а вот высшая страта среднего класса ощутит этот налог отчётливо, а высший класс ощутит его в полной мере.

Ожидается, что налог будет приносить в казну до 320 миллиардов долларов ежегодно, что позволит полностью профинансировать часть уже реализуемых федеральных программ.

Но этого слишком мало, а ещё Чейни реалист, поэтому понимает, что компании начнут паническое бегство из США, лишь бы уклониться от налогов — с этим нужно что-то делать, и у Чейни уже разработаны меры для этого.

Конгресс слишком неповоротлив, поэтому ему нужно действовать через президентские полномочия, что будет гораздо быстрее и эффективнее, чем многомесячные прения в Сенате.

Самое главное, что он должен сделать — это пресечь корпоративную инверсию, (1) для чего ему понадобится лояльный человек во главе Министерства финансов, что легко устроить с помощью имеющихся у президента полномочий.

Через то же Министерство финансов, необходимо расширить понятие «американская компания» в налоговом смысле, что сделает инверсию бессмысленной.

Также Чейни работает в направлении предотвращения других видов агрессивного налогового планирования, чтобы как можно больше денег досталось федеральному бюджету — это в интересах его хороших друзей из ВПК, поэтому они не будут препятствовать.

Да, они с Бушем-младшим отдавили очень много ног, но самые главные в этой стране ноги твёрдо стоят на их стороне, поэтому остальные не очень-то важны.

— Так что мы делаем дальше? — спросил президент.

— Придерживаемся нашего плана, — ответил вице-президент. — Пусть денег будет меньше, чем мы ожидали, но мы получим недостающее из других источников — растрясём европейцев и заставим их платить больше.

— Как это нам поможет? — спросил Буш. — Мы их уже не догоним — пока у них есть эта станция, они будут иметь преимущество в вычислительной технике. Ты читал отчёт Тенета? Секрет их колоссального экономического роста — это вычислительные мощности.

Дик читал этот панический отчёт трижды, а затем трижды перечитал не менее паническое приложение со статистическими данными.

— Этой проблемой мы тоже займёмся, — сказал Чейни. — Если смогли они, то мы точно сможем. Тенет накопал данные, что они превосходят нас по быстродействию государственного управления — мы сделаем его быстрее, чем у них. Он утверждает, что они превосходят нас по автоматизации производства — мы заставим наши предприятия автоматизировать вообще всё, что только можно. Джордж, мы превзойдём их по всем направлениям, в которых они сейчас доминируют. Мы ведь всегда были сильнее, чем они — нужно вернуть это превосходство обратно Соединённым Штатам… Примерно так должна выглядеть твоя речь перед Конгрессом. Я пропишу её более детально — нам нужно, чтобы он пребывал в постоянном страхе, а мы выглядели единственными, кто может спасти его. Справишься с этим?

— С такой речью я справлюсь, — ответил Джордж Буш-младший. — Но справимся ли мы? У тебя есть что-то, помимо уверенности в успехе? Они давят на нас экономически — нужно было что-то делать ещё десять лет назад, а теперь…

— Ситуацию ещё можно выправить, — уверенно заявил Чейни. — У нас есть важнейший союзник прямо под боком у СССР — китайцы уже давно опасаются его, поэтому готовы участвовать в нашей стратегии сдерживания. Совокупно с Китаем у нас гораздо больше ресурсов, чем у СССР, но нам нужно раскрыть потенциал китайских ресурсов — тогда СССР обречён, если смотреть наперёд. Но перед тем, как реализовывать китайский путь решения советской проблемы, нам нужно обезопасить себя. Сейчас мы очень уязвимы и СССР способен победить нас в прямой войне. Нам не нужно обгонять его — нам нужен паритет. И как только мы его достигнем, можно будет действовать смелее.

Примечания:

1 — Корпоративная инверсия — это такая юридическая реорганизация, при которой крупная компания меняет свою юрисдикцию очень нехитрым путём. Например, американская корпорация покупает небольшую компанию в стране, где очень низкие налоги, а затем проворачивает финт ушами и эта компания, после кадровых перестановок, становится материнской, а американская часть, внезапно, дочерней. На земле от этого не изменилось, ровным счётом ничего, но большая часть международных доходов компании перестала облагаться американскими налогами. В нашей с вами истории бороться с корпоративной инверсией начал ещё Барак Обама, который ужесточил правила игры и осложнил инверсию, но проблемы не решил. А затем, в 2016 году, к власти пришёл Дональд Трамп, который «нанёс СОКРУШИТЕЛЬНЫЙ и ПОТРЯСАЮЩИЙ удар» по корпоративной инверсии — он снизил корпоративный налог с 35% до 21%, а также ввёл ряд правил, осложнивших вывод прибыли за рубеж, что убавило доходы федеральной казны, но лишило корпоративную инверсию большей части смысла. Да, снижение корпоративного налога и объявление этого победой над инверсией — это сродни заявлению, что это не Трампа содомизировали корпорации, а это он жёстко изнасиловал их члены своей жопой. Всё дело в том, что Трамп и его команда были уверены, что да, в моменте будут потеряны от 100 до 150 миллиардов долларов прямых поступлений в бюджет, но зато компании вернутся, невидимая рука рынка всё порешает, кукуруза заколосится, стада мустангов забегают по прериям, всё станет хорошо и американские мечты начнут исполняться. Но Объединённый комитет по налогообложению провёл в декабре 2017 года анализ и пришёл к выводу, что благодаря реформе Трампа, федеральный бюджет Соединённых Штатов недополучит 1,46 триллионов долларов в течение десяти лет. Эти самые десять лет почти прошли и уже можно делать вывод — сам Объединённый комитет по налогообложению актуализировал оценку и подтвердил, что в течение десяти лет федеральный бюджет недополучил сумму в интервале 1,4–1,8 триллиона долларов США. Всё сильно портит COVID, который искажает оценку, так как федеральное правительство засыпало проблему деньгами, но факт остаётся фактом — выиграли от этого снижения корпоративного налога только корпорации.

*СССР, РСФСР, Москва, Остров, Дом Правительства СССР, 30 августа 2001 года*

— Доигрались, вашу мать! — рявкнул разъярённый Жириновский и бросил карандаш в стену. — Подонки!!!

— Шансы на успешное принятие законопроекта изначально были очень высоки, — сказал генерал армии Гаськов. — Чего ты орёшь, Вольфыч?

А Владимир все эти месяцы крутил в голове возможные сценарии развития событий и ни один из них ему не понравился.

Власти США выбрали худший из них — по оценке ГАУ КГБ, в следующем году федеральное правительство получит в своё распоряжение от 700 миллиардов до 1 триллиона долларов, в зависимости от того, насколько решительными будут Буш и Чейни.

Естественно, они пустят эти огромные средства не на социальное обеспечение, а в оборонку. Они говорят о космосе, но Владимир не верит, что туда пойдёт основная масса средств. Армия США получит львиную долю этих денег, что вновь сделает её самой дорогой армией мира.

— Я ору, потому что у меня была надежда, что нам удастся избежать «Пятилетки»! — ответил Жириновский. — Но теперь надежды на это больше нет!

Пятилетний оборонительный план предполагает, что оборонные расходы, на следующие пять лет, будут увеличены до 9% от ВВП, что, если опираться на данные о прошлогоднем ВВП, равно 1 триллиону 114 миллиардам рублей.

Но корректнее считать по самому свежему прогнозу о годовом росте ВВП, который уже сбылся — за остаток 2001-го года должны быть добраны остатки от спрогнозированных 14,1% роста.

И если исходить из этого, то расходы на оборонку должны будут увеличиться на 1 триллион 271 миллиард рублей.

Это вновь сделает Советскую армию самой дорогой армией в мире, причём со значительным опережением всех имеющихся конкурентов вместе взятых, но за это будут расплачиваться все.

— Я согласен, что это очень плохая новость, — произнёс Гаськов. — Но ни этот законопроект, ни введение «Пятилетки», не делают ядерную войну неизбежной. У нас ведь есть значительное преимущество перед ними — мы подготовлены лучше.

— Когда бы это их волновало… — раздражённо сказал на это Жириновский, а затем оглядел всех присутствующих тяжёлым взглядом. — Товарищ Штерн — вводим в действие пятилетний оборонный план. Указ уже есть, поэтому увидите его в базе — подпишу его сразу же после завершения этого заседания. Товарищ Гаськов — ты знаешь, что нужно делать по твоей сфере ответственности. Товарищ Бессмертных — на тебе уведомление всех наших союзников о происходящих изменениях.

КГБ, примерно через три-четыре месяца, нужно будет заняться реализацией плана «Стабилизация» — все оппозиционные силы на территории СССР будут дезинтегрированы путём рассадки ключевых фигур по местам не столь отдалённым, в строгом соответствии с советским законодательством.

За прошедшие со времён Перестройки годы все привыкли, что болтать можно всё, что взбредёт в голову — так было можно, но каждое слово тщательно фиксировалось ответственными лицами.

Теперь это будет использовано против оппозиции, что ускорит её полную нейтрализацию. КГБ должен позаботиться о том, чтобы следующие пять лет прошли политически тихо, без каких-либо волнений и восстаний.

Это противоречит идеям Жириновского, который всегда выступал за свободу слова, чтобы каждый мог высказаться, без страха получить прикладом в лицо, но международная обстановка резко изменилась, и теперь ему нужна полная тишина внутри страны.

И под оппозицией понимаются не только классические оппозиционеры из сообщества либералов, а также и разного рода националисты, анархисты и прочие неблагонадёжные элементы.

Никто, конечно же, не будет проводить массовых политических чисток, как в «старые недобрые времена» — работа запланирована более тонкая, не без доли изобретательности.

Не нужно массово карать и сажать всех — достаточно провести показательные процессы над самыми заметными представителями, чтобы обезглавить и запугать всех представителей оппозиционного движения. Их, в принципе, относительно мало, поэтому население будет узнавать об этом из советских СМИ, которые будут подробно освещать судебные процессы.

— Пусть тоже начинают свои оборонные планы — время пришло, — сказал Жириновский. — Товарищ Варенников — ожидаю от вас слаженной работы с Гражданской обороной и интенсификацией строительства защитной инфраструктуры.

Инженерные бригады Советской армии должны будут поучаствовать в строительстве бомбоубежищ и подготовке городов к обороне — в мирное время их применение обходится слишком дорого, но сегодня оно закончилось.

— Мы оправдаем ваши ожидания, Владимир Вольфович, — заверил его маршал Варенников.

*СССР, РСФСР, Москва, Остров, Дом Правительства СССР, 29 сентября 2001 года*

— Как поживает мой Гарри? — спросил Владимир, разливая апельсиновый сок по стаканам.

— Строительство идёт по плану, — ответил Штерн. — Или ты про Каспарова? Если про него, то это не совсем ко мне — Константин Эдуардович знает точно.

Председатель КГБ вежливо улыбнулся.

— Стал бы я спрашивать о Каспарове… — пробурчал Жириновский, подвинув стаканы к собеседникам. — Развлекательный парк — вот что меня интересует больше всего в этом мире, в данный момент.

Запланировано нечто грандиозное: выделено триста гектаров площади, причём под павильоны «Гарри Поттера» определят только пятьдесят из них, а всё остальное пойдёт на другие тематики — «Изумрудный город», «Винни-Пух», «Ну, погоди», «Незнайка на Луне», «Бременские музыканты» и так далее.

Работать парк будет круглогодично, с запланированной мощностью до восьми миллионов человек в год. Этого, как раз, с небольшой лихвой хватит на туристов со всего Союза и Восточного блока.

В ГКО уже давно всё посчитали и, согласно этим расчётам, выходит, что при условии посещения парка восемью миллионами человек в год, валовая выручка будет 2,1–2,2 миллиарда рублей, а чистая прибыль с этого — 550–650 миллионов рублей. Расчёт производился исходя из ожидания, что средний турист потратит за визит 280–300 рублей.

Если парк себя оправдает, то начнётся строительство ещё одного, но уже у Сочи. Это, несомненно, придушит существующие там курорты, но без работы никто не останется — трудоустройство граждан в Союзе всегда являлось и является проблемой государства, а не самих граждан.

— К первому мая все павильоны твоего Гарри будут введены в эксплуатацию, — сказал председатель ГКО. — Билеты уже распроданы вплоть до сентября следующего года — граждане собираются провести в Крыму все свои отпуска.

Государственная Координационная Организация уже преобразована в Государственный Комитет Обороны СССР, а управление страной осуществляется силами очень ограниченного круга лиц.

Но это не значит, что все ранее начатые проекты должны быть отменены и преданы забвению — шансы на то, что удастся «проскочить», всё ещё есть, поэтому страна не должна бросать всё своё благосостояние на алтарь победы в войне, которая может так и не начаться…

Исходя из этих соображений, сугубо гражданские проекты продолжаются, но в чуть меньшем объёме, чем раньше, чего, пока что, почти никто не заметил.

— Меня радует, что они планируют… — сказал Жириновский. — А как дела с зарубежными Гарри Поттерами?

— В Италии всё идёт очень медленно, — ответил Штерн. — А вот в ГДР строительство уже начато и идёт по графику. Лейпцигский парк будет открыт к октябрю следующего года.

Итальянцы очень легко согласились пустить советский проект под Милан, так как перспективный парк развлечений обещает очень сильно увеличить туристический трафик.

Но итальянская бюрократическая система работает крайне медленно, поэтому строительство парка обещает растянуться на полтора-два года, а может и все три.

А в ГДР с бюрократией нет никаких проблем, так как она построена по образу и подобию советской, поэтому Жириновский уверен почти на сто процентов, что график не сорвётся и парк откроется в назначенный срок.

У ГДР, несмотря на рост мировой напряжённости, очень хорошие отношения с европейскими странами, и туристов Кренц к себе пускает гораздо охотнее, поэтому ГДРовский парк будет приносить валюту со всей Западной Европы, так как будет единственным официальным парком развлечений по Гарри Поттеру, который смогут посетить фанаты.

Жириновский купил у Роулинг эксклюзив, поэтому парки развлечений по Гарри Поттеру могут быть только советскими и больше никакими.

СССР вложился в эту франшизу сотнями миллионов рублей, что лишь усилило её мировую популярность, поэтому ГКО планирует слупить с неё миллиарды…

Мысли о том, что идея тематического парка оказалась своевременной, пришли к Жириновскому уже потом. Теперь-то он понимает, что Роулинг легко могла продать права на парк Диснею или кому-то ещё, что создало бы «интересную» ситуацию, в которой СССР снимает самые дорогие фильмы в истории человечества, а основные преференции с этого получают какие-то и без того безобразно обеспеченные люди из США.

— С китайцами договориться, я думаю, не получится, — вступил в беседу Александр Бессмертных. — Они согласны только на полный контроль над парком, без какого-либо участия нашей стороны в управлении.

— Пусть катятся к Конфуцию! — отреагировал на это Жириновский. — Если не хотят — пусть так и скажут!

Со стороны КНР всё выглядит так: дайте деньги и права на строительство парка, а дальше мы всё сделаем. Никто, естественно, на такое не согласится.

— Зато с Японией есть очень обнадёживающие подвижки, — сообщил министр внешних отношений. — Согласовываем строительство близ Осаки. Предложенный нам партнёр не готов финансировать покупку земли, поэтому ожидает, что это сделаем мы.

Без партнёра из местных компаний в Японии ничего крупного строить нельзя, поэтому таковым выступает крупная строительная компания «Ханкю Хансин».

— Пусть раскошеливаются, — потребовал Жириновский. — Прибыль будет совместной, а чем вложатся они? Дадут расчёт по сейсмической активности? Покажут, где покупать стройматериалы подешевле? Не согласятся делить ответственность — пусть катятся вслед за китайцами. Я хочу, чтобы они отчётливо понимали, что это мы делаем им очень большое одолжение, а не они нам. В худшем случае, договоримся с гоминьдановцами — эти-то точно будут рады…

Тайвань, в настоящий момент, пребывает в чёрном теле, так как Запад полностью переориентировался на КНР и инвестирует в детище Чана Кайши по остаточному принципу.

На Западе прекрасно понимают, что с КНР ему дружить на горизонте нескольких десятилетий, что также прекрасно понятно руководству КНР — это создаёт прекрасную возможность для переброски высокотехнологичных производств в сердце континентального Китая, поближе к местам добычи редкоземельных элементов.

Тайвань, в этой схеме, смотрится не очень-то уместным и нужным Западу только в качестве тонкого резервного поводка для КНР.

Микрочипы в КНР уже производятся — стараниями западных компаний производство стремительно расширяется, так как компартия Китая создала все условия, стартовав целую серию национальных проектов в начале 90-х годов.

НОАК уже давно проходит модернизацию — разведданные, собранные ГРУ, указывают, что китайцы разрабатывают военную технику и большую часть видов вооружения под сильным западным влиянием.

Все эти санкции против коммунистических режимов, до сих пор существующие юридически, фактически уже не соблюдаются, так как западные оборонные компании погрязли в Китае по самые уши.

Например, Жириновский уже осведомлён о делах «Рейнметалла» и «Норинко», интенсивно разрабатывающих основной боевой танк для НОАК — это всё делается совсем не просто так, а с целью качественного повышения обороноспособности КНР.

Также ГРУ раздобыло сведения, что американцы поделились с китайцами своими соображениями о концепции MRAPV, (1) выработанной в ходе войны в Ираке. Это привело к началу разработки нового бронетранспортёра, который стал очень нужен НОАК, так как Ирак сильно исказил видение современной войны всем наблюдателям.

Советские конструкторы тоже получили схожий опыт, но от иракских товарищей, и пришли к выводу, что MRAPV — это эрзац, а не решение. Они рекомендовали не обходиться полумерами, а вместо этого разработать принципиально новый БТР, оснащённый V-образным днищем и дополнительными экранами, защищающими от ударных волн и осколков, но сохранить на нём вооружение и возможность транспортировки достаточного количества личного состава.

В перспективе, такие машины должны будут не создавать лишнюю нагрузку на логистику, сохранят высокую проходимость, а не будут застревать в песке, как немецкие ATF Dingo, срочно закупленные США, в свете проявившейся угрозы, но самое главное — эти БТР будут занимать ту же тактическую нишу, что и предыдущие модели.

Работы уже идут на Арзамасском машиностроительном заводе, при участии НИИ Стали, который особо ценен своим вычислительным центром, который недавно модернизировали и довели его пиковую вычислительную мощность до 12 терафлопсов.

Суперкомпьютер позволяет довольно-таки качественно моделировать проект перспективного БТР и виртуально подвергать его воздействию различных поражающих элементов. То, на что раньше тратили время конструкторы, теперь делает машина, но они не остались от этого без работы — они непрерывно работают над непосредственной разработкой деталей машины, а также над совершенствованием математических моделей для суперкомпьютера.

На самом деле, работы у конструкторов стало даже больше, так как теперь они создают трёхмерные модели отдельных деталей или бронемашины целиком, суперкомпьютер подвергает эти модели запланированным воздействиям, а затем конструкторы анализируют результаты, изменяют модели и всё повторяется.

У АМЗ и НИИ Стали всё чуть сложнее, так как у АМЗ нет своего суперкомпьютера, его КБ занимает машинное время у НИИ Стали, у которого и без помощи коллегам хватает задач.

Это замедляет работу, но разработка идёт по плану и готовый БТР, который, предварительно, называют БТР-10, пойдёт на войсковые испытания ближе к концу 2002-го года.

«Скорость разработки потрясающа», — подумал Жириновский. — «Всё бы у нас так быстро разрабатывалось…»

Но дальше суперкомпьютеры будут становиться только мощнее, так как прогресс не стоит на месте и в разработку электроники вкладываются сотни миллиардов рублей.

В начале следующего года ожидается очередное качественное повышение общей вычислительной мощности, так как в ЦИЭ усовершенствовали литографию техпроцесса на 0,35 микрометров: прирост тактовой частоты составляет 29%, снижение энергопотребления достигло 18%, а плотность транзисторов приросла на 34%.

И это при том, что в параллельной разработке находятся техпроцессы на 0,250 микрометров, 0,180 микрометров и 0,130 микрометров, а в ЦИЭ и минском «Интеграле», при этом, уже задумываются о техпроцессе на 90 нанометров, но только задумываются.

Ни одна частная компания, сколько угодно она крупная, не сможет потянуть такое параллельно, без оглядки на скорую прибыль, но для Советского Союза электронно-вычислительная техника — это отрасль экзистенциальной важности.

От общей вычислительной мощности, буквально, зависит выживание СССР, как государства, так как только при полном охвате всей номенклатуры товаров в производстве возможна истинная цифровая плановая экономика. А для такого нужны те самые 10 экзафлопсов, к которым и стремится вся страна.

Но «голая» вычислительная мощность, сама по себе, бесполезна, поэтому параллельно совершенствуются математические модели, которые можно будет применить на этой мощности — эта задача важнейшая, поэтому над ней работают уже полторы сотни НИИ.

«Жаль, что с кадрами промашка…» — подумал Жириновский с сожалением.

В 1990-м году ГКО сильно недооценила масштабы, поэтому сейчас полупроводниковую отрасль тормозит недостаток кадров — нужно было выделять на их подготовку гораздо больше ресурсов.

Из-за этого ЦИЭ и остальные центры электронной промышленности не могут вести по-настоящему параллельную разработку трёх техпроцессов, поэтому заданы приоритеты: техпроцесс на 0,250 микрометров разрабатывается с максимумом ресурсов и кадров, техпроцесс 0,180 микрометров разрабатывается с приемлемым объёмом ресурсов и кадров, а 0,130 микрометров, к сожалению, разрабатывается с пониженным приоритетом.

Все три техпроцесса одинаково нужны народному хозяйству, так как каждому процессору есть своя ниша и свои задачи, поэтому важно получить их все.

— Гоминьдан сейчас на крючке у Штатов, — произнёс Бессмертных. — Они забоятся экономических санкций, поэтому никогда не пойдут на сделку с нами.

— А японские акционеры почувствуют сильную разницу? — спросил Жириновский. — Они могут быть уверены, что в Юго-Восточной Азии точно не построят развлекательный парк по моему Гарри, раз гоминьдановцы не согласятся на наше предложение? А даже если могут, то им от этого будет сильно легче? Кренц скоро начнёт лущить миллиарды марок с туристов — японцы будут просто смотреть и плакать?

Бессмертных, как человек, очень давно и очень глубоко погружённый в мир западной развлекательной индустрии, прекрасно понимает, что такое «Гарри Поттер» — это франшиза, которая может принести десятки миллиардов долларов валюты, на которые СССР потом ускорит сотни уже идущих проектов. Это, с точки зрения экономики, исключительное благо, поэтому Жириновский уделяет этому особое внимание.

Каждый новый фильм будет подогревать интерес и увеличивать вовлечённость зрителей, поэтому посетителей в парках ожидается очень и очень много — они будут посещать их десятилетиями.

— А может, примем предложение Вьетнама? — спросил Бессмертных.

— Япония выгоднее… — произнёс поморщившийся Жириновский.

Есть две страны Соцблока, которые собираются «открыться миру» — ГДР и Вьетнам. Кренц абсолютно уверен, что бегства населения уже не будет, так как уровень жизни в его стране немного превосходит таковой в ФРГ, а Нгуен Фу Чонг, новый генсек КПВ, вынужден сделать это по экономическим причинам.

У Вьетнама очень серьёзные проблемы с экономикой — предыдущий генсек, Ле Кха Фьеу, демонстративно отказался принимать «новую модель взаимодействия» с СССР, под которой подразумевается постепенная утрата независимости, чем обрёк Вьетнам стать примером того, что бывает, когда финансовая поддержка от Центра плавно сокращается.

Вьетнам всё ещё в Восточном блоке, но он так и не восстановился после Вьетнамской войны, хотя прошло уже почти полстолетия — военную помощь он получает в полной мере, и советская военно-морская база там до сих пор дислоцируется, но вот материальные вливания в экономику совсем не те, что у других членов советского политического блока.

Нгуен Фу Чонг, в связи с этим, оказался в сложной ситуации: либо соглашаться на всё ещё актуальное предложение Жириновского, либо искать альтернативные пути.

Политбюро ЦК КПВ, насколько известно Владимиру, ведёт интенсивные дебаты, потому что сторонников Жириновского там хватает, но и сторонники частичной либерализации тоже имеют вес, поэтому Нгуен Фу Чонг стоит на распутье и не знает, какое решение принять. Оба решения являются судьбоносными, поэтому выбор, действительно, очень сложен…

— Нет, Вьетнам даже не рассматриваем, — произнёс Жириновский. — Филиппинские власти что говорят?

— Они крайне заинтересованы, — ответил Александр Александрович. — Но на них могут надавить Штаты, точно так же, как на Гоминьдан.

На японцев Штаты уже давили, безуспешно, так как Япония уже, де-факто, ушла из орбиты США, чем значительно обезопасила весь регион.

Немалую роль в этом сыграла Социал-демократическая партия — Такако Дои стала первым премьер-министром женского пола в истории Японии.

Её критикуют за то, что у неё есть какие-то связи с КНДР и даже обнародовано видео за 15 апреля 1987-й год, в котором подвыпившая Такако Дои воздаёт хвалы тогда ещё живому Ким Ир Сену, в честь его дня рождения.

Но это видео уже ни на что не повлияло, так как парламент проголосовал за неё, а на мнение избирателей всем уже плевать.

Вопреки опасениям некоторых международных политологов, японские социал-демократы не стремятся чрезмерно утеплять отношения с СССР, но стремятся отдалиться от США — их целью является обретение нейтрального статуса, который считается ими наиболее безопасным, в нынешних реалиях.

«Рядовые японцы тоже, в большинстве своём, считают, что хватит уже — навоевались», — подумал Жириновский. — «Поэтому пусть и премьер — баба, лишь бы не развязывала войну и не впутывала страну в геополитические конфликты».

И это, по его мнению, одно из прямых последствий Иракской войны, так как международному престижу США нанесён крайне серьёзный урон и их союзники уже не так сильно уверены насчёт выбора правильной стороны. А кто-то хочет стать полностью нейтральным, чтобы просто посмотреть со стороны, к чему всё это приведёт.

Поэтому Такако Дои сделала ряд заявлений, в которых ключевым посылом является то, что социал-демократы намерены мирно выпроводить американцев из Японии, выйти из всех блоков, а затем объявить о полностью нейтральном статусе страны.

«И мы к этому даже пальцем не притрагивались — оно всё само!» — подумал Жириновский и довольно заулыбался. — «Не жалею ни об одном рубле, вложенном в Ирак…»

— Я проведу беседы с представителями Тайваня в Филиппин, — сказал Бессмертных.

— Но попробуй, всё-таки, подтолкнуть Японию, Александр Александрович, — попросил Жириновский. — Это даст нам гораздо больше прибыли, чем остров гоминьдановцев и бывшая американская колония. В Японии народ богаче и там просто обожают моего Гарри…

Примечания:

1 — MRAPV — от англ. mine-resistant ambush protected vehicle — «устойчивая к минам и защищённая от засад машина» — это такая разновидность бронетранспортёра, возникшая ещё в Родезии, в 70-е годы, и развитая в ЮАР в последующие годы, предназначенная, в первую очередь, для защиты экипажа и пассажиров от мин и прочих неприятностей, которые сапёры любят зарывать на дорогах. В Родезии и ЮАР концепция прошла свою эволюцию, от гараж-монтажных переделок гражданских грузовиков, к специально разработанным машинам, имеющим V-образные днища, частично отражающие ударную волну и осколки от подрыва мины или фугаса. Но почти всем, как всегда, было глубоко плевать, поэтому концепция так и оставалась локальным мемом, до тех пор, пока силы Коалиции не столкнулись в Ираке с эквивалентной угрозой. Иракские повстанцы проявили нездоровую любовь к минированию всего и вся, к чему оказалась крайне уязвима вся классическая техника типа внедорожников HMMWV и грузовиков M939. Американцы сразу же вспомнили южноафриканскую концепцию и выработали себе MRAPV «Cougar», пусть и стоивший недёшево, но зато отлично противостоящий основным угрозам. Эта машина разрабатывалась для условий партизанской войны, но все вдруг рассмотрели концепцию и начали клепать свои аналоги, чтобы не отставать от сильнейшей армии мира, будто все войны теперь будут исключительно партизанскими. И, вроде как, никто сильно не жаловался на MRAPV, хотя конструктивные жалобы были, но затем настало новое время. И новое время показало, что концепция сильно страдает от дронов-камикадзе, защита от которых не закладывалась конструкторами, практически в той же степени, что и классические танки, БМП и БТР. Дроны с полей сражений уже никуда не денутся, впрочем, как и танки, БМП и БТР, но вот MRAPV, в нынешнем виде, своё уже почти отыграли. Впрочем, именно у MRAPV есть наибольший потенциал для развития, так как в современной повальной нищете ни одна страна из ныне существующих не может потянуть массовое производство принципиально новых танков и БМП — это осталось в нашем черно-белом прошлом, а вот MRAPV стоят в производстве сущие копейки, поэтому можно разработать что-то новое под новые задачи. Я думаю, в результате появится что-то с другой аббревиатурой, с акцентом на бронезащиту в верхней полусфере, а также легче по массе, ну и обязательно с РЭБ, хип-хоп, регги и джазом.

*СССР, РСФСР, Москва, Остров, Дом Правительства СССР, 18 октября 2001 года*

— Марина Георгиевна, — обратился Жириновский к главному конструктору ЦНИИ Гражданской обороны. — Нам нужно форсировать разработку нового проекта бомбоубежища категории II-А. В течение следующих пяти лет, к 2006-му году, мы должны охватить максимум населения. А теперь вы, товарищ генерал-майор…

Он посмотрел на Сергея Николаевича Изюмова, начальника Гражданской обороны СССР. Бывший начальник ГО, генерал-полковник Борис Евгеньевич Пьянков, очень вовремя ушёл в отставку — за две недели до введения в действе «Пятилетки».

— На строительство защитной инфраструктуры, в соответствии с бюджетом на следующий год, выделены 213 миллиардов рублей, — продолжил президент. — В течение следующего года вам будут переданы строительные бригады из гражданского сектора, которые нужно будет привести к военным стандартам строительства и задействовать немедленно. У нас мало времени, всего пять лет, поэтому нужно торопиться.

— Товарищ президент, — заговорила главный инженер Федорович. — Но проект бомбоубежища ещё далёк от завершения и потребуется гораздо больше времени…

— Задействуйте необходимое количество гражданских НИИ, — приказал Жириновский.

— Нам потребуется больше машинного времени, — сразу же сказала Федорович.

— Получите, — пообещал Жириновский. — Сколько нужно — столько и получите.

Бомбоубежища уже активно оптимизируют с применением виртуального моделирования, что позволило усилить защищённость двух категорий бомбоубежищ, пусть и сделав их дороже.

Например, бомбоубежище I-й категории раньше было способно защитить от близкого разрыва фугасной бомбы массой не более 925 килограммов и от давления не более 400 кПа, а улучшенная версия способна защитить от близкого разрыва фугасной бомбы массой до 2300 килограммов и давления до 650 кПа.

При этом, их оптимальная вместительность увеличена до 1100 человек, против 800 человек в предыдущей версии, а автономность увеличилась с 7 до 14 суток.

Также, была рационализирована конструкция, поэтому себестоимость увеличилась всего на 6,8 миллионов рублей, что объясняется возросшим объёмом работ и расширенным применением в конструкции стали.

Бомбоубежища II-й категории стали способны выдерживать близкий разрыв 1200-килограммовой фугасной бомбы, а также переносить давление 400 кПа, с увеличением защиты от проникающей радиации и оптимальной вместимостью до 700 человек, что повысило их себестоимость на 7,4 миллиона рублей.

В обеих категориях бомбоубежищ применяются отражающие и рассеивающие формы, с ромбовидными и пирамидальными элементами, арками и сводами, а также со скошенными стенами — всё это очень хорошо рассеивает ударные волны.

Также применяются многослойные конструкции, с чередованием жёстких и энергоёмких слоёв — тут используются железобетон, сталь, специальная пена и композиты.

А снаружи бомбоубежищ создаются «жертвенные» слои, которые специально делают слабыми, из бетона с высокой пористостью, и специальные ячеистые конструкции — их задачей является саморазрушение под действием ударной волны, что «съест» часть её энергии.

Бомбоубежища III-й категории уже давно не строят, так как они не удовлетворяют современным требованиям, а все имевшиеся бомбоубежища этой категории уже улучшены до II-й категории.

— Надеюсь, это поможет получить от бомбоубежища требуемые характеристики, — сказал Жириновский.

— Возможно, они будут даже выше ожидаемых, — сказал Федорович. — Если нам дадут хоть немного машинного времени вычислительных центров ГКО…

Проект бомбоубежищ категории I-А уже завершён и характеристики получились не совсем теми, какие ожидались, но всё равно впечатляющими: эти бомбоубежища способны пережить близкий разрыв бомбы массой до 3500 килограммов и избыточное давление до 1200 кПа.

Естественно, эти бомбоубежища предназначаются не для основной массы населения, а для ключевых лиц, которым потом предстоит восстанавливать управление государством.

Для основной массы населения предназначены бомбоубежища II-й категории, а для важных специалистов предусматриваются бомбоубежища категории II-А, но этот проект ещё не завершён, так как ещё слишком много нерешённых проблем — в основном, с высокой себестоимостью.

— Я обсужу это с председателем Штерном, — пообещал Жириновский. — Товарищи, это ваш звёздный час — мы ожидаем, что вы не подведёте нас и выполните все поставленные перед вами задачи.

Населению ещё официально не сообщали о том, что страна сменила курс и неуклонно движется к военному положению, но скоро все начнут что-то подозревать, поэтому Жириновскому необходимо выступить с серией заявлений, чтобы подробно осветить сложившееся положение на международной арене.

— Да, кто-то говорит, что массовое строительство бомбоубежищ и накопление запасов — это, буквально, зарывание советского национального благосостояния в землю, — продолжил Владимир. — Но мы не можем себе позволить беспечность, потому что мир — это очень опасное место. Ваша задача — построить и модернизировать каждое бомбоубежище так, чтобы максимизировать шансы укрывшихся людей на выживание. У нас в стране нет ничего дороже, чем наши граждане, поэтому ГКО вверяет заботу о них в ваши руки. Не подведите ГКО.

*СССР, РСФСР, Москва, Остров, Дом Правительства СССР, 22 октября 2001 года*

— Дорогие соотечественники! — заговорил Жириновский. — Многие из вас уже заметили происходящие в стране изменения — я даже слышал, что в Сети начали бурно обсуждать переформирование ГКО, а также ограничение полномочий Съезда Народных Депутатов и Верховного Совета СССР. Как я понимаю, уже имеющихся объяснений недостаточно, поэтому объясню всё развёрнуто.

На него направлен десяток камер — он сидит в своём кабинете, за «пультом», то есть, за уже ставшим знаменитым цифровизованным рабочим столом, большая часть функций которого им практически не используется.

— Как вы все, наверняка, слышали, 30 августа этого года Конгресс США принял законопроект о введении нового временного налога, наречённого патриотическим, — продолжил Владимир. — По оценкам наших экспертов, это должно принести федеральному бюджету дополнительную прибыль в размере до 1 триллиона долларов США. И власти США не скрывают, что эти безумные средства будут направлены не на социальное обеспечение, не на здравоохранение, не на образование, а на, в первую очередь, оборонный сектор. А против кого, товарищи⁈ Против кого⁈

Он выдержал короткую паузу, чтобы зрители и слушатели вдумались.

— Мы могли бы сделать вид, будто всё это не имеет никакого значения, и продолжить жить, как жили, но это имеет значение! — ещё более экспрессивно продолжил он. — Это имеет значение для советской национальной безопасности! Триллион долларов, потраченный на подготовку солдат, производство новых видов вооружения, ракет, танков и артиллерии — это явный немирный жест! Мы же с вами понимаем, зачем это делается! Они испытывают страх перед нами, боятся проиграть — ждут от нас агрессивных действий, то есть, проецируют собственные потаённые желания и потребности на нас!

Снова пауза, чтобы отдельные смысловые посылы его речи меньше смешивались в головах зрителей и слушателей.

— У нас нет причин проявлять агрессию к кому-либо! — воскликнул Владимир. — Основная причина — наш общественно-экономический строй исключил формирование финансовых элит, всем и хорошо известных разжигателей войн! У нас нет причин завоёвывать кого-либо, ведь мы избрали интенсивный путь развития экономики — нам невыгодно завоёвывать новые территории! Более того, дорогие соотечественники, присоединение новых территорий ведёт лишь к тому, что нам придётся расходовать дополнительные средства на то, чтобы довести их до того высокого индустриального уровня, присущего всему Советскому Союзу! Это принципиальное различие между капиталистическими и социалистическими странами — у нас нет потребности бесконечно расширяться, а у них она есть…

Его смотрит весь Советский Союз, так как вчера было сделано объявление, что будет внеочередное обращение президента к народу, которое прольёт свет на происходящее.

А ещё, вероятно, его смотрит большое количество зрителей за рубежом, так как к Жириновскому прислушиваются очень многие — он применяет право внеочередного обращения впервые за многие годы.

— В связи с этим явным недружественным жестом, я, воспользовавшись правом, данным мне Конституцией СССР, ввёл в действие пятилетний оборонительный план, — заявил Жириновский. — Этот план предусматривает повышение обороноспособности нашей страны — можете не опасаться за товарное разнообразие и уровень жизни, так как мы слишком богаты, чтобы вы могли остро почувствовать происходящие изменения. Рабочий день вновь увеличивать до восьми часов мы не будем. Я повторяю! Не будем! Всё, чего касается пятилетний оборонительный план — это перераспределение части производственных мощностей в оборонный и космический сектора.

Он улыбнулся самой обнадёживающей улыбкой из своего арсенала улыбок.

— Кто-то, возможно, сейчас побежит покупать сахар, соль, консервы и спички, чтобы скупить всё подчистую, — продолжил он. — Это будет напрасной тратой сил и времени — государство предвидело, поэтому запасы в гастрономах не закончатся. Да и необходимости в накоплении запасов нет — ни один гражданин Советского Союза не будет голодать. Ничего не изменилось, кроме того, что мы готовимся к возможной агрессии со стороны потенциальных противников. Такая угроза была всегда, но теперь наши потенциальные противники продемонстрировали намерение расширить свой военный потенциал. Мы лишь отвечаем им и заявляем, что если кто-то посмеет напасть на Советский Союз, ответ будет сокрушительным и окончательным. Забудьте горбачёвские времена — о нас больше нельзя вытирать ноги. Забудьте хрущёвские времена — мы никогда не отступим. И, уж тем более, забудьте сталинские времена — мы полностью готовы к возможной войне. Нас не застать врасплох, потому что мы учимся на своих и чужих ошибках. Нас не победить, потому что за нами Советская армия. Советую всем нашим потенциальным противникам отказаться от агрессивных планов — они обречены на провал. Завершить свою речь мне хочется цитатой из знаменитейшего мультфильма: «Ребята, давайте жить дружно».

*СССР, РСФСР, Москва, Остров, Дом Правительства СССР, 23 октября 2001 года*

— Следует ли нам рассматривать ваши действия и заявления, как декларацию агрессивных намерений Советского Союза? — спросила Кристиан Аманпур, журналистка с канала CNN.

Это единогласная победительница в битве за право первого интервью у Жириновского — в приёмной аппарата президента СССР развернулась необъявленная и скоротечная война, завершившаяся тем, что Аманпур стала первой в очереди.

— Как хотите, так и рассматривайте, — равнодушным тоном ответил Жириновский. — В своём предыдущем заявлении я объяснил позицию Советского Союза, которая сводится к тому, что чужого нам не надо, но за своё мы будем биться до конца. В первую очередь, я преследую интересы советского народа — я вижу, что опасность для него резко возросла, после знаменательного голосования в Конгрессе США. Но знаки были и раньше — агрессивная риторика президента Буша-младшего свидетельствует о том, что Соединённые Штаты более не настроены вести мирную политику.

— Но ваше заявление звучало очень агрессивно — чего вы хотели добиться им? — спросил Аманпур.

— Я не хотел, я добился — до всех наших потенциальных противников доведено, что мы будем обороняться до последней капли крови, — заявил Владимир. — Обороняться, а не нападать. У США и других стран коллективного Запада нет ничего, что нам было бы нужно, поэтому агрессивные намерения Советского Союза — это просто смешно! А вот у нас есть то, что нужно странам коллективного Запада, поэтому, после демарша Буша и Чейни, мы обоснованно опасаемся немотивированной агрессии. Я дал своим аналитикам задачу — объяснить действия Буша и Чейни чем-то ещё, помимо подготавливаемой агрессии, но они не дали мне ни одной вразумительной теории. Может, власти западных стран опасаются, что мы собираемся напасть на них — я уже озвучил причину, почему этого не будет.

— Вы хотите убедить нас, что эта огромная армия, напичканная высокотехнологичным оружием и передовой техникой — это нужно вам для обороны? — спросила журналистка, источая при этом почти осязаемый скепсис.

— Слушайте, Джордж Буш-младший неоднократно заявлял, что средства, получаемые за счёт «временного патриотического налога», нужны для укрепления обороноспособности США, — произнёс Жириновский. — Почему тогда он заказывает на них ракеты, танки, самолёты и прочие средства нападения? Да потому, что это средства нападения, которые также необходимы для проведения обороны. У нас всё точно так же — малочисленная армия равно неспособна как защищать страну, так и нападать на другие. Но истинная причина агрессивной риторики и милитаризации США никак не связана с численным и качественным составом Советской армии.

— А в чём же, по-вашему, истинная причина? — поинтересовалась Кристиан Аманпур.

— В том, что мы побеждаем на экономическом театре Холодной войны, — ответил Владимир. — Рост экономики США замедляется, так как отскок после кризиса доткомов уже завершился, а нашей экономике прогнозируют рост на 14,1% в этом году. Мы производим чуть больше трети от мирового производства товаров, потому что мы эффективнее. Мы лидируем в космосе, и наш отрыв от остальных стран мира настолько велик, что его уже не сократить, даже если США вложат этот триллион долларов в свою космическую отрасль целиком, до последнего цента. Все компетентные экономисты мира уже отчётливо понимают, что секрет нашего успеха не в сверхэксплуатации наших граждан, как это раньше часто говорили на вашем канале, во времена Клинтона, а в чём-то другом. Кстати, а как поживает старина Билл?

— Насколько мне известно, он находится в тюрьме и круглосуточно сидит в одиночной камере, так как другие заключённые очень часто предпринимают попытки убить его, — ответила журналистка. — Раз уж мы заговорили о преступниках — как поживает Саддам Хусейн?

— Отлично поживает, — усмехнувшись, сказал Жириновский. — И если вы начнёте развивать тему о необходимости передачи его «справедливому суду» — на этом наше интервью закончится. Я могу сказать лишь, что мы никому не выдадим Саддама Хуссейна, так как ситуация вокруг него слишком политизирована и он нужен вашим господам не ради «справедливого суда», а ради хотя бы частичного оправдания тому сокрушительному провалу в Ираке.

Хусейн сильно распереживался, когда все международные СМИ начали раздувать тему его военных преступлений. Он даже напросился на личную встречу с Жириновским, на которой тот успокоил его и заверил, что на территории СССР он находится в максимальной безопасности.

Ничто так не укрепляет дружеские отношения с лидерами союзных стран, как уверенность, что в случае непредвиденных обстоятельств, которые иногда случаются, всегда можно сбежать в Москву и прожить там достойную жизнь. Жириновский гарантирует это на протяжении десяти лет и ещё ни разу не было сбоя, поэтому всё выглядит очень надёжно.

Саддам Хусейн, что бы он ни делал в конце 80-х годов, останется в СССР и не будет выдан никому — не потому, что Владимиру нравятся совершённые им действия, а потому что система должна работать, без исключений.

— Значит, вы убеждены, что Запад желает вам зла, и поэтому вводите в стране военное положение? — спросила решившая сменить тему журналистка.

— Мы заходим на второй круг? — уточнил Жириновский. — Я уже отвечал на этот вопрос. Действия коллективного Запада нельзя рассматривать иначе — это агрессивные действия. Мы, как и прежде, не желаем эскалации. Все наши предыдущие действия указывали именно на это. Но, по экономическим причинам, Запад стремится к эскалации — возможно, ваши господа не видят другого выхода и не желают мириться с новой реальностью. Я не знаю, что творится во мраке их голов, поэтому лишь предполагаю, что причиной является страх. Я понимаю, что вас, Кристиан, прислали сюда, чтобы убедить западную общественность, что СССР жаждет войны и все принимаемые меры абсолютно оправданы, но, тем не менее… у вас остались ещё какие-нибудь вопросы?

*СССР, РСФСР, Московская область, город Королёв, Центр управления полётами, 1 ноября 2001 года*

Жириновский уставился на огромный экран немигающим взглядом — он следит за взлётом ракеты-носителя «Вулкан-Т».

В этой ракете на низкую околоземную орбиту летит базовый модуль «Пульсар-1А», имеющий массу 205 тонн. Модуль рассчитан на проживание шестнадцати членов экипажа орбитальной станции «Мир-3», а также оснащён четырьмя ядерными реакторами «Берилл-1ЕМ», имеющими совокупную мощность 476 киловатт.

Этого с лихвой хватит для энергообеспечения базового модуля, а затем на орбиту будет поднят энергетический модуль «Королёв-1», способный выдавать пиковую мощность 7,8 мегаватт, а его средняя мощность должна быть равна 4,9 мегаватт за виток.

Но энергомодуль будет поднят только через месяц, поэтому экипажу придётся жить и поддерживать базовый модуль исключительно на ядерной энергии.

После «Королёва-1» на орбиту будет поднят орбитальный док «Гагарин-1», а уже после этого поднимут все три штатных «Шквала» и дополнительный экипаж.

Новые «Шквалы» на орбите крайне желательны, так как «Шквал» с «Мира-2», в настоящий момент, возвращён на Землю, в связи с неустранимой на орбите неисправностью. НПО «Энергия» обещает, что он вернётся в течение трёх недель, что не является такой уж большой проблемой, но это продемонстрировало уязвимость действующей системы эвакуации и ремонта спутников.

Из-за этой неисправности был перенесён плановый осмотр «Циолковского», что тоже никого не радует — это сокровище мировой науки сильно берегут, так как «Циолковский» за один год работы создаёт десятилетие работы для всех астрономов планеты.

Жириновский тоже крайне заинтересован в сохранности «Циолковского», ведь в его честь систематически называют новые экзопланеты. Несколько недель назад, например, на астрономических картах появилась планета земного типа Жириновский-306…

Сверхтяжёлая ракета-носитель, тем временем, продолжала поднимать результаты труда десятков тысяч человек, всё сильнее и сильнее отдаляясь от поверхности Земли.

«Ну, хотя бы не пришлось лететь на Байконур», — подумал Владимир.

Качественное совершенствование технологий позволяет наблюдать за ходом запуска через экраны в ЦУП — съёмка в высоком разрешении, в том числе и со специальных самолётов, круживших вокруг ракеты на начальном этапе, позволяет разглядеть всё в мельчайших деталях.

Запуск транслируют и по ЦТ, поэтому все желающие видят его в прямом эфире, на своих голубых экранах.

Того же эффекта, какой был при запусках модулей «Мира-2», конечно же, уже нет, потому что у аудитории выросла толерантность к знаковым событиям в сфере космоса, но в стране полно людей, которые болеют космосом и наблюдают за каждым запуском, как в первый раз.

Владимира тоже уже не так сильно впечатляют даже исторические запуски, но он просто в восторге от осознания, что строительство «Мира-3» уже официально началось и не пройдёт года, как он будет введён в полноценную эксплуатацию.

Производственные модули с расширенной автоматизацией будут выдавать огромные объёмы сверхчистых орбитальных материалов, которые форсируют развитие целого ряда отраслей, орбитальный док позволит ремонтировать или разбирать для отправки на Землю десятки неисправных спутников, не создавая почти бесконечную очередь, как на «Мире-2», фармацевтические модули существенно увеличат объёмы производства важнейших медикаментов, а металлургический модуль позволит сильно удешевить изделия из аморфных металлов.

Аппарату президента СССР недавно выдали десять шариковых ручек в отдельных титановых коробочках — эти ручки изготовлены из аморфного титана, по спецзаказу ГКО.

Несмотря на то, что они практически неубиваемые, так как по прочностным свойствам превосходят лучшие марки стали, нужны они исключительно как подарки.

Виктор Штерн посчитал, что никогда не будет лишним подчеркнуть советское господство в космосе, что лучше всего выражается в виде подарков для лидеров стран.

Также в сейфе в кабинете Жириновского хранятся подарочные пистолеты СР1 «Гюрза», изготовленные с применением аморфных сплавов — стволы у них целиком из аморфного сплава, как и ударно-спусковые механизмы.

Это крайне дорогие изделия, которые нельзя дарить кому попало, поэтому Владимир подарил всего три: Фиделю Кастро, Мохаммаду Ватанджару и Кусею Хусейну.

Обычные версии пистолета СР1 уже поступили на вооружение Советской армии — калибр 9×18 миллиметров безнадёжно устарел, так как его способен удержать бронежилет второго класса, поэтому ВС СССР и МВД СССР уже полностью перешли на пистолетный калибр 9×21 миллиметр, способный пробивать бронежилет второго класса на дистанции сто метров.

«Ох, надеюсь, у Точмаша получится развить прорыв», — невольно вспомнил Владимир об обнадёживающей новости.

Новостью стало то, что эксперименты ЦНИИточмаш, наконец-то, дали свои плоды — им удалось модернизировать патрон 5,45×39 миллиметров, применив новый порох прогрессивного горения, что увеличило начальную скорость пули до 1040 метров в секунду.

Пулю разработали совершенно новую, со стальным сердечником, упрочнённым по новой технологии, но эта пуля оказалась вполне пригодной для массового производства, поэтому Минобороны решило, что надо срочно брать и ещё хотя бы десяток лет не думать о том, как бы разработать новый промежуточный патрон…

Имеются проблемы с гильзой, которую часто раздувает, но решение уже есть — предложено применить специальный накат у основания гильзы, как на патроне 6×49 миллиметров, чтобы он принял на себя часть избыточной энергии и сократил случаи раздутия гильзы до минимума. Это техническая проблема, поэтому нет причин считать, что в ЦНИИточмаш не решат её.

Но Жириновский очень рад тому факту, что не придётся, некоторое время, давить на конструкторов новых промежуточных патронов, которые уже чуть больше десяти лет не могут дать что-то удобоваримое.

Новое оружие для нового патрона разрабатывать не придётся, так как калибр тот же, а накат не влияет на экстракцию, но расплачиваться придётся снижением ресурса ствола, так как возросшая скорость пули неизбежно скажется на нём самым негативным, из возможных, образом.

Тут на одном из экранов загорелась и замигала красная рамка, а затем появилась надпись «Неиспр. Кр. ББ-4».

— Что происходит? — обеспокоенно спросил Жириновский.

— Боковой блок № 4 не раскрыл крылья, — сообщил Юрий Павлович Семёнов, стоящий справа от него. — Попробуем раскрыть их пиропатронами.

— А ракета⁈ — спросил Жириновский.

— С ракетой всё в порядке, товарищ президент, — ответил Семёнов. — Летит согласно плану запуска.

— Фух… — облегчённо выдохнул Владимир. — Боковые блоки — это такая ерунда…

Один из самолётов с оператором приблизился к свободно падающему боковому блоку.

На корпусе блока сверкнули вспышки и крылья раскрылись, но это его уже не спасло — остаточное топливо было исчерпано, поэтому не идёт речи о стабильном полёте. Боковой блок сорвало в штопор, и он начал неуправляемое падение на земную твердь.

— Ладно, — махнув рукой, произнёс Жириновский. — Бывает.

*СССР, РСФСР, Москва, Остров, Дом Правительства СССР, 20 ноября 2001 года*

— Всё готово? — спросил Владимир.

— Так точно, товарищ президент, — ответил генерал-лейтенант в отставке Кикоть.

Валентин Иванович — это очень хороший знакомый Жириновского, с которым они знакомы ещё с Афгана.

Просто так сидеть в отставке Кикоть не смог, поэтому, как оказалось, он семь лет подряд консультировал ЦССО СССР, а когда ему надоело, предложил свои услуги ЦНИИточмаш — руководству института потребовался специалист с богатым боевым опытом.

— Давай, пожалуйста, без официоза, Иваныч, — попросил Жириновский. — Мы не чужие люди, вместе воевали, поэтому прошу называть Вольфовичем или Вольфычем.

— Хорошо, — кивнув, ответил генерал-лейтенант Кикоть. — Всё готово, Вольфыч — можно начинать стрельбы.

Они находятся в Третьем небоскрёбе, на подземном уровне, на котором оборудовали стрельбище для сотрудников Девятого управления КГБ, ответственного за охрану правительства СССР.

Жириновский иногда захаживает сюда, чтобы пострелять по мишеням из пистолета и, по возможности, из автомата.

Он подошёл к столу и рассмотрел предложенное оружие. Перед ним лежат АК-74, АК-74М, АК-01 и АН-01 — первые два уже сняты с вооружения и перемещены на склады длительного хранения или распроданы по странам Восточного блока.

Рядом с автоматами лежат пластиковые магазины, содержащие в себе патроны 7Н27, те самые, которые должны продлить срок «жизни» патрона 5,45×39 миллиметров ещё на десятилетие.

Владимир надел наушники, взял один из магазинов и выщелкнул из него патрон.

Несмотря на то, что размеры его полностью соответствуют стандартному патрону, он сильно отличается от стандарта наличием наката у основания гильзы, а также пулей, которая представляет собой стальной сердечник, конусообразная носовая часть которого выглядывает из томпаковой оболочки.

Масса этой пули равна 3,6 граммам — она имеет чуть больший размер, чем стандартная, из-за чего её основание чуть глубже утоплено в гильзу. Из-за этого пострадал объём порохового заряда, но это не стало проблемой, так как применён порох ВТ-6Л, дальнейшее развитие пороха ВТ-6, используемого в патронах 6×49 миллиметров.

Дульная энергия уже подсчитана — 1946 Джоулей, что очень много, но меньше, чем у всех разработанных перспективных патронов, у которых дульная энергия уверенно уходит за 2100–2200 Джоулей.

— Здесь сталь или вольфрам? — уточнил Жириновский, внимательно рассмотрев наконечник пули.

— Тут — вольфрамовый сплав, — ответил генерал-лейтенант Кикоть. — Точмашевцы до сих пор не могут определиться, но обещают, что определятся в ближайшее время.

Владимир кивнул и взял со стола АК-74.

Ему известна проблема ЦНИИточмаш — в других КБ и институтах тоже разрабатывают свои патроны калибра 5,45×39 миллиметров, для качественного повышения бронепробития, при сохранении достойной кучности. КБ при патронных заводах жаждут, чтобы именно их патроны были приняты на вооружение, поэтому конкуренция в самом разгаре. Принятие на вооружение чьего-то чужого патрона станет профессиональным унижением для ЦНИИточмаш, поэтому точмашевцы колеблются и ломаются.

У них есть два варианта патрона — тот, что со стальным термоупрочнённым сердечником, и вот этот, с сердечником из вольфрамового сплава.

Первый значительно дешевле, но не хватает звёзд с неба, в вопросе бронепробития — бронеплита IV-го класса уверенно удерживает его на дистанции от 100 метров.

А вот второй патрон уверенно пробивает бронеплиту IV-го класса на дистанции до 400 метров, а бронеплиту V-го класса пробить не способен на любой дистанции действенного огня.

Советская армия имеет на вооружении бронежилеты с плитами IV-го класса, но в течение пары лет будут готовы бронеплиты V-го класса, стойкие к патронам 7,62×51 миллиметр, 7,62×54 миллиметра и ко всем массовым видам промежуточных патронов.

Оснований считать, что потенциальный противник, после пережитого в Ираке, будет пренебрегать средствами индивидуальной бронезащиты — это легкомысленная глупость, поэтому вопрос нового патрона стал особенно актуальным.

Минобороны СССР уже десять лет стоит перед дилеммой: ему хочется дать военнослужащим автоматы, пробивающие все виды индивидуальной бронезащиты на всех дистанциях боя, но, в то же время, очень хочется сохранить возможность ведения прицельного огня очередями.

Вставив магазин и взведя затвор, Жириновский вскинул АК-74, прицелился и отстрелялся по мишени, стоящей на дистанции 75 метров.

Отдача у нового патрона ощутимо сильнее, поэтому туда, куда хотел Владимир, попала лишь первая пуля, а остальные улетели сильно выше.

— Нехорошо… — произнёс он и выпустил новую очередь.

На этот раз он лучше проконтролировал отдачу, и пули легли гораздо кучнее.

— Надо привыкать, — произнёс Валентин Иванович.

— Нет, с АК стрелять неприятно, — сказал Жириновский. — Давай-ка, попробуем АК-74М.

Он вооружился новым автоматом и выпустил по мишени три очереди — никакой разницы не было, так как АК-74М имеет те же стрелковые характеристики, что и АК-74, но Владимир решил удостовериться, что дело не в конкретном образце автомата.

Следующим стал АК-01, оснащённый коллиматорным прицелом.

Зарядив в него магазин, Жириновский взвёл затвор и выпустил в мишень очередь из трёх пуль. С коллиматором прицеливание осуществляется значительно проще, но проблема та же — ствол задирает, пусть и не так сильно, как на АК-74.

— Почему он такой неприятный-то, а? — спросил Владимир.

— Ты, Вольфович, привык к стандартному патрону, — ответил генерал-лейтенант в отставке. — Надо привыкнуть к новому и точность стрельбы повысится. Я лично участвовал в испытаниях и уверяю тебя, что подготовленный боец будет стрелять очередями лишь чуть менее точнее. Зато результативность попаданий будет гораздо выше.

— Ладно, тогда посмотрим на АН-01, — сказал Владимир и вооружился следующим автоматом.

Для начала, он дал очередь на три выстрела и сразу почувствовал разницу — кучность попаданий получилась выше, чем у всех предыдущих образцов.

Следующим он испытал режим с отсечкой по два выстрела и тут патрон раскрылся полностью — попадания ложатся очень близко, управляемость огнём просто великолепна, а стрелять по-настоящему приятно.

Исчерпав весь магазин, Жириновский с сожалением отложил автомат и развернулся.

— Что посоветуешь? — спросил он. — Стальной или вольфрамовый?

— Я бы советовал вольфрамовый, — ответил Кикоть. — Если у нас стала массовой броня высокого класса, то у НАТО она станет таковой запросто.

— Только вот ресурс стволов… — произнёс задумавшийся Владимир.

Об АК-74 и АК-74М уже думать не нужно, так как они в Советской армии больше не применяются, но вот АК-01 и АН-01 уже столкнулись с этой проблемой.

Ресурс АК-01, при стрельбе стандартным патроном, составляет 15 000 выстрелов, а новый патрон сильно снижает живучесть ствола и ресурс падает до 9000 выстрелов. У АН-01 ситуация со стволом аналогичная, хотя это не основная его проблема — сложная кинематика, в виде подвижного лафета, показала уязвимость к возросшей мощности патрона, поэтому ресурс автомата исчерпывается после 6000 выстрелов.

Никонов уже приступил к разработке следующей версии своего автомата, специально под новый патрон, а его конкуренты из других КБ подобрались и спешно готовят свои решения к новому конкурсу.

Можно радикально решить проблему ресурса ствола на всех автоматах, применив аморфные сплавы, но это сделает каждую произведённую единицу «золотой» — такое не потянет даже СССР. Таким образом, конечно, можно увеличить ресурс ствола втрое или вчетверо, а также выжать из патрона дополнительные 30–40 метров в секунду, за счёт меньшего трения пули о ствол, но это, явно, не оправдывает кратное увеличение себестоимости оружия.

На орбите отливают из аморфных сплавов детали для самолётов, которые сами по себе «золотые», поэтому добавление таких сплавов не смотрится нерационально, но вот автоматы — это уже слишком дорого.

— Передай своим коллегам-точмашевцам, чтобы перестали пить валерьянку, — попросил Жириновский. — Если армия окончательно захочет вольфрам, то будет вольфрам. Несмотря на лёгкую неприязнь, меня устраивает новый патрон, но решать будет армия — ей воевать этим патроном. А деньги — ну, как-нибудь потянем. С нынешними-то бюджетами…

*СССР, РСФСР, Москва, Сталинградский район, 9 декабря 2001 года*

Варенцов вышел из подъезда и направился к своей новой машине, которую купил только три дня назад — кофейного цвета ГАЗ-4103. Машина только с завода, но модель не новая.

Он вспоминал себя прошлого, лежавшего в квартире и смотревшего в потолок. Теперь он не понимает, почему он сразу не купил себе машину, хотя и была такая возможность.

Сейчас он испытывает искреннее счастье от того, что приобрёл эту «Волгу» — он мечтал о собственной машине с раннего юношества, а теперь эта мечта воплотилась.

Заведя двигатель и отрегулировав боковые зеркала, Иван включил радио.

«… продолжается судебный процесс над Валерией Новодворской, обвинённой в антисоветской деятельности», — прозвучал голос радиоведущего, читающего сводку новостей. — «Поводом для задержания стало разжигание национальной розни, а также дискредитация советской власти…»

Варенцов равнодушно пожал плечами — по его мнению, Новодворская давно нарывалась и происходящее сейчас закономерно.

Он прекрасно осведомлён о том, что Новодворская публично клеймила советских миротворцев военными преступниками, нацистами и убийцами, а также призывала немедленно арестовать их всех и устроить Нюрнбергский трибунал.

И делала она это с официальных площадок — ей, почему-то, всё это время давали выступать по телевидению, радио и печататься в газетах.

Но теперь что-то изменилось, и начался «сезон посадок» — задерживают всех крупных оппозиционеров, наследивших в Сети и в иных СМИ.

«И поделом этим мудакам», — решил Варенцов, выезжая из двора. — «Вольфыч слишком долго терпел их».

На самом деле, ему прекрасно понятно, зачем это всё делалось: будь это в его власти, он бы давал Новодворской выступать каждый день, по всем имеющимся каналам.

«Ей только рот стоит открыть — сразу начинается дискредитация всего оппозиционного движения», — подумал Иван и улыбнулся.

Он приоткрыл окно и прикурил сигарету.

На улице прохладно и идёт снег, но зато нет ветра.

Почти месяц назад он «познакомился» с продавщицей из гастронома — знает её он давно и отношения у них не складывались, но в тот день оказалось, что она переезжает в соседний район и Иван предложил ей свою помощь.

Ирина оказалась неплохим человеком — пока он перетаскивал коробки, она быстро приготовила ужин и угостила его котлетами с макаронами. Это растопило его сердце.

Сейчас он едет к её новому месту жительства, чтобы забрать её и поехать в кинотеатр.

Вчера была премьера фильма «Гарри Поттер и Тайная комната» и он посмотрел его вместе с детьми, которых Настя разрешила взять к себе на один день, а сегодня ему захотелось посмотреть его ещё разок, потому что уж очень хорошим он получился.

Ирина ждала его у подъезда. Она нарядилась в честь такого события — всё-таки, это свидание…

— Привет, — сказал Иван, выйдя из машины. — Отлично выглядишь — как всегда.

— Привет… — ответила Ирина и скромно улыбнулась. — Спасибо.

Варенцов открыл ей переднюю пассажирскую дверь и помог сесть в машину.

— Ты сегодня со смены? — поинтересовался Иван, нажав на газ.

— У меня сегодня выходной, — ответила Ирина. — А у тебя?

— Сегодня работал, — сказал Варенцов. — Уже смотрела фильм?

Ивана выдёргивали сегодня в ЦССО — никого не волнует, что выходной, потому что это не работа, служба.

Оказалось, что поступили новейшие ЭП-30М, которые нужно было обнюхать, ощупать и облизать, чтобы понять, насколько они лучше ЭП-25, применявшихся в Ираке.

С обеда и до вечера Варенцов ходил, бегал, прыгал и переносил различные грузы, а потом ему, как и двум десяткам других ветеранов Ирака, приказано было написать подробный рапорт с выводами о новом пассивном экзоскелете.

На написание рапорта он потратил около часа, а затем вернулся домой, принял душ, перекусил и поехал за девушкой.

— Да, вчера ходила, — подтвердила Ирина. — Но сегодня утром захотелось посмотреть его ещё раз.

— Я тоже вчера посмотрел, с детьми, — сказал Иван.

Он сразу прояснил ей всё, ещё месяц назад — что был женат, но развёлся и у него с бывшей остались совместные дети. Ирина, как оказалось, тоже в разводе и у неё есть сын и дочь, но они живут у её родителей.

— А работа как? — спросила Ирина.

— Да, знаешь, как обычно, — ответил Варенцов. — Пока что, не очень понятно, за что платят деньги.

Но деньги ему, в настоящий момент, не важны, потому что он, по итогам Иракской кампании, стал миллионером — лично ему набежала сумма в размере 1 933 581 рубля, что просто не на что тратить. Машину он уже купил, дача ему, пока что, не нужна, квартира, сохранённая за ним, несмотря на временную утрату советского гражданства, есть.

Единственное, он нанял специалистов, сделал ремонт, а также накупил в квартиру очень качественную мебель и самую новую бытовую технику, но на всё это ушло 5117 рублей и то, считается, что ремонт он сделал очень дорого. Отдельные 1150 рублей ушли на самый мощный компьютер из доступных в продаже.

В квартире теперь стало можно комфортно и красиво жить, что он очень ценит, но у него нет какого-то внятного представления, что можно купить ещё.

Он не придумал ничего лучше, чем положить по 300 тысяч на сберегательные счета детей, а ещё 50 тысяч дать Анастасии, несмотря на то, что она ни в чём не нуждается — в качестве компенсации за алименты, которые он не платил, пока был гражданином Капской республики.

Оставшуюся сумму он положил на свой счёт, чтобы тратить её по мере надобности.

Сейчас он служит командиром взвода в роте бригады СпН ЦССО и вся его функция сводится к тому, что ему дают задачу что-то проверить, что-то испытать, иногда побегать по полигону и пострелять, но чаще всего нужно вспоминать эпизоды боёв в Ираке и писать о них подробные рапорты.

Советская армия очень хочет выжать из ветеранов максимум полезных сведений, с особым упором на городские бои и иракское контрнаступление.

— Ты же был в Афгане? — спросила вдруг Ирина, когда они почти подъехали к кинотеатру «Вулкан».

Этот кинотеатр из совсем новых, на 2500 посадочных мест, с каким-то особым экраном, позволяющим смотреть фильмы с трёхмерными эффектами. Назван он, естественно, в честь ракеты-носителя «Вулкан».

— Да, был, — подтвердил Варенцов.

— Приходилось там убивать? — спросила женщина.

— Приходилось, — ответил Иван.

Он припарковал машину и заглушил двигатель.

— Тридцать минут до сеанса, — сказал он, посмотрев на часы. — Поторопимся — нужно отстоять очередь за закуской и напитками.

Парковка набита машинами, а в отдельной её части стоят многочисленные автобусы, вероятно, принадлежащие школам и интернатам.

В фойе кинотеатра, как Иван и ожидал, не протолкнуться — взрослые и дети медленно движутся к зрительным залам, попутно покупая килограммы попкорна, сладкой ваты и литры напитков.

Иван с Ириной влились в эту толпу, купили напитки и, примерно через двадцать пять минут, добрались до своего зала.

Когда они прошли к своим местам, начался показ коротких роликов, рекламирующих будущие фильмы.

Взгляд Ивана невольно зацепился за знакомый ландшафт — оказалось, рекламируют фильм иракского режиссёра, снятый на мощностях «Ленфильма», естественно, об Иракской войне. Называется фильм «Битва за Басру» — судя по отрывкам и названию, об обороне Басры, в которой участвовал сам Иван.

Это вызвало в нём противоречивые чувства, потому что фильм, явно, собирается героизировать эту мясорубку, с патриотическими нотками.

По-своему уникальные руины города воспроизведены очень точно, та же форма на своих и чужих, то же оружие, та же техника, тот же рёв артиллерийских мин и то же жужжание пропеллеров разведывательных дронов — это вызвало у Ивана невольные воспоминания о тех днях. И он не может сказать, что они приятные.

Затем была реклама какого-то комедийного фильма, затем какого-то боевика, а потом опять фильма на военно-патриотическую тему — уже о Великой Отечественной войне.

И, наконец, начался показ фильма, на который все сюда пришли.

Три часа и сорок шесть минут пролетели, по ощущениям, меньше чем за пару минут, а затем Иван неловко встал, размял конечности и помог встать Ирине.

— Фильм прекрасный, но долгий… — сказала Ирина, когда они сели в машину.

— Согласен, — ответил Варенцов.

— Давай, на следующей неделе, сходим ещё разок? — предложила женщина.

Точно такая же мысль посетила и его — сегодня он посмотрел его будто впервые, потому что ошеломление от первого раза частично прошло, но ближе к середине фильма снова накатило и он смотрел его с широко раскрытыми глазами, почти не моргая.

Он не читал мнение критиков, но если бы его попросили дать оценку, то он бы дал 10 из 5 баллов.

— Давай — я с удовольствием, — согласился Иван, а затем посмотрел на часы. — Может, ко мне?

— Поехали, — после недолгой паузы, взятой на раздумья, ответила Ирина. — Но имей в виду — я настроена серьёзно.

— Я тоже не люблю шутить шутки, — сказал Иван. — У меня всегда всё серьёзно.

— Тогда точно поехали, — улыбнувшись, произнесла Ирина.

*СССР, РСФСР, Москва, Остров, Дом Правительства СССР, 10 декабря 2001 года*

— И вот почему до сих пор нет парка⁈ — с экспрессией спросил Владимир Жириновский. — Товарищи, я вас спрашиваю — почему⁈ Я позавчера был готов выйти из кинотеатра и сразу поехать в Крым! Прямо на стройку, чтобы искупаться в бетонной пыли будущего тематического парка!

— Стройка идёт согласно графику, — спокойно ответил Виктор Штерн. — К Первомаю точно будет готово.

— А нам нужны трудовые подвиги! — воскликнул Владимир. — Я хочу на Косой переулок!

— А ведь… — начал маршал Варенников, а затем стушевался. — Нет-нет, продолжайте…

— Что? — заинтересованно спросил Жириновский.

— Да нет, это ерунда… — смутившись, ответил маршал.

— Нет, ты говори, Валентин Иванович! — потребовал президент.

— А что, если быстро построить Косой переулок в Москве? — спросил Варенников. — Небольшой отрезок, но с актёрами, какими-нибудь установками, имитирующими волшебство…

— О-о-о… — издал Жириновский.

Остальные члены Совета обороны СССР переглянулись.

— Нарушение условий соглашения с Роулинг, — напомнил министр Бессмертных.

— Нет, подожди, Александр Александрович! — попросил его Владимир. — С Роулинг можно договориться, а улица — это просто великолепно! Я же не один испытал это чувство, когда вышел из кинотеатра? Не один же⁈ Валентин Иванович, ты это сам придумал⁈ Это же гениально!

— Правнук подсказал, — признался маршал. — Я его водил на премьерный показ в Центральном Доме Советской Армии, в субботу — он сказал, что было бы здорово, находись Косой переулок прямо в Москве, а Хогвартс — где-нибудь недалеко от Ленинграда.

— Твой правнук — гений! — заявил Жириновский и достал из кармана мобильный телефон и нажал на кнопку быстрого набора. — Екатерина Георгиевна? Организуйте мне связь с Джоан Роулинг, по деловому вопросу, в 16:30. Да, благодарю вас.

Он завершил вызов и поднял взгляд на Бессмертных.

— Нам нужен договор об открытии небольшого тематического участка по моему Гарри, — сказал он, а затем перевёл взгляд на Штерна. — Нужно организовать строительство этого участка, с привлечением специалистов, подготовленных для основного парка. Вход, естественно, платный, но без грабежа. Ещё нужно будет задействовать всех актёров, в сценических образах, чтобы народ валил, как на бесплатную раздачу телефонов! А ты, Валентин Иванович, передай своему внуку, что я считаю его гением, потому что он гений! Что ещё он сказал? Хогвартс под Ленинградом?

— Это будет уже слишком, — произнёс Штерн.

— А почему⁈ — возмущённо спросил Владимир. — Построим полноценный замок у Ладожского озера! Заодно облегчим дальнейшие съёмки — я уверен, что затея окупится с лихвой!

— Нет, это нерационально, — ответил на это председатель ГКО. — Я против.

— Кто за? — спросил Жириновский.

— Нет, Владимир Вольфович, целый замок — это уже слишком, — покачав головой, ответил Бессмертных. — Против.

— Извини, Владимир Вольфович, но… — начал Варенников. — Против.

— Сергей Алексеевич? — спросил Жириновский.

— Против, — ответил генерал-полковник Диков.

— Воздержусь, — произнёс генерал армии Гаськов.

— Я поддерживаю, — сказал маршал Язов.

— Большинством — отклонено, — заключил председатель Штерн.

— А посчитать рентабельность⁈ — возмущённо спросил Жириновский. — Я же чую, как от этой затеи воняет миллиардами рублей прибыли! Можно ведь построить там полноценную гостиницу с кафе, ресторанами, небольшим парком развлечений и так далее! А ещё это повысит туристическую привлекательность Ленинградской области! Чего все на юга едут? У нас и на севере есть на что посмотреть!

— Я дам поручение посчитать возможную рентабельность, а затем мы встретимся на отдельном заседании и обсудим это предложение, с конкретными числами на руках, — сказал Штерн. — Сейчас же, в виде спонтанного решения, это выглядит крайне сомнительно.

— Ладно… — нехотя признал неправоту Владимир. — Но Косой переулок?

— Голосуем, товарищи, — сказал Штерн. — И сразу после этого отвлечения перейдём к обсуждению проекта по модернизации общевойсковой связи. Я разделяю общий восторг премьерой и уверен, что фильм принесёт казне ещё минимум семьсот-восемьсот миллионов рублей прибыли, но повестка у этого заседания, напоминаю, общевойсковая связь…

*СССР, РСФСР, Москва, Остров, Дом Правительства СССР, 15 января 2002 года*

— «Шквал» в порядке? — спросил Жириновский.

— Да, будет готов к орбитальным экспедициям примерно через трое суток, — ответил Юрий Павлович Семёнов, директор НПО «Энергия».

Ремонт орбитального буксира обошёлся Советскому Союзу не в 8 миллионов 674 тысячи рублей, как это проходит в документации, а дороже — простой обошёлся примерно в 150–200 миллионов рублей.

Предлагалось поднять на орбиту какой-нибудь из новых «Шквалов», но у них уже несколько другая «начинка», немного другие инструменты, что делает их приспособленными к орбитальному доку станции «Мир-3». Переделка обошлась бы ещё дороже и грозила нарушить план строительства новой станции, поэтому пришлось потерпеть убыток.

— А каков статус «Бури»? — спросил Владимир.

— Работы идут по графику, — коротко ответил Юрий Павлович.

Незадолго до ввода в эксплуатацию ОТРБ «Шквал», появилась идея большого орбитального буксира, имеющего определённую автономность, то есть, не привязанного к орбитальным станциям, и обладающего более значительным перечнем оборудования на борту.

Изделие нарекли «Бурей» и классифицировали как «орбитальный тяжёлый транспортно-ремонтный буксир» — предполагаются два постоянных члена экипажа, а ещё двоих можно взять на борт без критической перегрузки системы жизнеобеспечения, для выполнения техобслуживания спутников и иных космических аппаратов прямо на месте.

Разработка ОТТРБ «Буря» уже обошлась в 4,2 миллиарда рублей, но в смету заложены ещё 2,4 миллиарда, которые потратят на доведение первого экземпляра и строительство дублёра.

«Буря» будет иметь сухую массу в 98 тонн, а полная её масса будет равна 176 тоннам — уже на орбите к ней будут пристыкованы цистерны с топливом, а также одна цистерна для охлаждения.

Объём грузового отсека «Бури» — 120 кубических метров, что позволит одновременно транспортировать до пяти среднеразмерных спутников, а если взять на борт два, то к спутникам будет обеспечен полный доступ, что сделает возможным их ремонт. Но общее количество спутников, которые может одновременно транспортировать «Буря»: шестнадцать единиц, из которых пять единиц — в отсеке, а одиннадцать единиц — на наружных фермах.

Непосредственно для перемещения захватываемых спутников, «Буря» оснащена одним тяжёлым и двумя лёгкими манипуляторами — это позволит осуществлять захват крупных объектов и точную работу с ними.

ОТРБ «Шквал», несмотря на имеющуюся возможность транспортировать до 10 спутников одновременно, осуществлял подобное лишь на начальном этапе, а затем количество захватываемых спутников сократили до 2–3 единиц за экспедицию, так как нагрузка на экипаж оказалась просто невыносимой.

А ОТТРБ «Буря» строится с учётом опыта предшественника и предусматривает относительно комфортные условия для экипажа, который будет находиться на орбитальном буксире до 90 суток.

Ремонт будет происходить гораздо быстрее, меньше спутников придётся спускать на Землю, так как большая часть неисправностей легко устраняется на орбите, что ещё сильнее удешевит космическую программу.

Ожидается, что ежегодная экономия на запусках и на производстве спутников составит до 25 миллиардов рублей, даже несмотря на то, что «Шквалы» будут работать гораздо меньше.

«Теперь служба космонавта стала ещё сложнее — мало того, что месяцами мучают в Центре подготовки, так ещё и вся „командировка“ на орбиту — сущая пытка», — подумал Жириновский. — «Ну, зато почести — третье поколение, штурмующее орбиту…»

В Союзе сейчас насчитывается 258 действующих космонавтов, хотя бы раз выходивших на орбиту — это в пять раз больше, чем в 80-е годы, и это очень многое говорит о масштабе советской космической программы.

Но это только те, кто был в космосе, а есть ещё около 400 человек, которые готовятся — это космонавты уже четвёртого поколения, которые должны будут работать на орбитальных станциях и которым выпала особая честь участвовать в Лунной программе.

«Могли ли Гагарин, Титов, Леонов и остальные космонавты первого поколения мечтать о таком?» — задумался Жириновский.

Все космонавты четвёртого поколения молодые, физически крепкие и умственно развитые — они проходят гораздо более длительную и дорогостоящую подготовку, что должно повысить общий класс специалистов на орбите.

Это уже они будут собирать на орбите межпланетный корабль, строить лунную базу, проводить на ней эксперименты и отрабатывать технологии, необходимые для успеха экспедиции на Марс.

«При условии, что не будет войны против НАТО», — напомнил себе Жириновский. — «Если война…»

Но ему не хотелось думать об этом.

— Значит, можно будет ожидать «Бурю» летом, — произнёс Владимир.

— Если утвердим новую БЦВМ, то «Буря» задержится минимум на два месяца, — предупредил Семёнов. — Это учтено в графике запусков, поэтому накладки не будет.

— Это «Нептун-5», что ли? — уточнил Жириновский.

— Она самая, — подтвердил директор «Энергии». — «Нептун-5» даст значительно больше вычислительных мощностей, что позволит ещё лучше оптимизировать траектории движения по орбите, а уже это даст «Буре» возможность перемещаться по орбите ещё дальше и дольше. И надёжность новой БЦВМ будет гораздо лучше, чем у «Нептун-4М» и наши коллеги из ЦНИИ вычислительных машин клянутся, что инцидента со «Шквалом» не повторится.

Причина выхода единственного действующего «Шквала» из строя кроется именно в БЦВМ «Нептун-4М», которую в него установили прямо в орбитальном доке «Мира-2», в рамках плановой модернизации.

Сбой произошёл после подключения вернувшегося из экспедиции «Шквала» к питанию от орбитального дока — случился скачок напряжения, приведший к каскадному отказу по питанию, что выжгло почти все блоки питания, все распределительные устройства, частично вышли из строя система жизнеобеспечения и система ориентирования, а также часть резервной системы управления.

На орбите такое не устранить, поэтому решено было доставить «Шквал» на Землю и не только починить его, но ещё и тщательно разобраться в причинах.

Оказалось, что новая БЦВМ оказалась уязвимее к скачкам напряжения, а ещё кто-то повредил один из кабелей питания, в процессе монтажа, что и привело к такой критической неисправности.

В ходе проведения расследования, инженеры также пришли к выводу, что сбой мог произойти и во время экспедиции, от любого внутреннего скачка напряжения, и последствия его могли быть летальными для экипажа.

Впредь модернизация буксиров на орбите строго запрещена — теперь либо возвращать их на Землю для модернизации, либо эксплуатировать до исчерпания ресурса, в том виде, в каком они есть.

— Уж надеюсь, что не повторится, — произнёс Жириновский. — Это будет ошибка на шесть миллиардов рублей…

— Если они не успеют оттестировать «Нептун-5», то поставим уже прошедшую все тесты живучести «Нептун-4М-2», — сообщил Семёнов. — Мы ошибок не повторяем, поэтому «Буря» будет работать очень долго.

— Каков статус отчёта о причинах аварии «Тритона»? — спросил решивший сменить тему Жириновский.

Ракета-носитель «Тритон», нагруженная топливом для заправки спутников и цистерной охлаждения, взорвалась прямо на стартовом столе — это произошло в 6:04 часов утра, трое суток назад.

Ничего катастрофического в этом нет, потому что запусков очень много и аварии случаются, но Владимиру очень обидно и очень хочется установить причины.

— Отчёт почти готов, — ответил Юрий Павлович. — Мы установили основную причину — отказ механизма подачи топлива в первом боковом блоке — подача самопроизвольно увеличилась до максимальной, что и привело к опрокидыванию ракеты-носителя. Подробности произошедшего будут изложены в отчёте.

— Хорошо, — сказал Жириновский. — Общественность болезненно воспринимает каждую аварию, поэтому лучше десять раз перенести запуск, чем один раз взорвать ракету…

Во всём Советском Союзе просто нет людей, которые не осведомлены об отечественной космической программе на уровне крепкого любителя — если гражданин не осведомлён о ней, то он либо ещё не умеет, либо уже не умеет говорить.

Отечественный космос — это предмет непрестанной гордости каждого советского патриота, а остальные граждане, волей-неволей, знают актуальные новости на космическую тематику.

В Сети есть несколько сотен специализированных форумов, среди которых лидирует форум «Советский космос». На этом форуме зарегистрированы свыше 18 миллионов человек, из которых активными являются около 7 миллионов пользователей.

Осознание советского господства в космосе является важным компонентом национальной гордости советских граждан — с этим очень деликатно работает государственная пропаганда.

В ГКО долго думали о том, вокруг чего сплотить советский народ, и додумались до того, что нужно напирать на то, что советская нация — это космическая нация.

Высокие технологии, передовые производства, крупнейшая и успешнейшая космическая отрасль, могущественная армия, высокая культура быта — всё это столпы новой нации, что больше суммы отдельных этносов, её составляющих.

Под чутким руководством Владимира Жириновского, куётся новая нация, уже всерьёз, с опорой на научный подход.

Он уже сделал то, чего не сумели большевики, то есть, довёл их дело до конца: грамотность доведена до 99,9%, а доля людей с законченным высшим образованием достигла значения 24,3%.

По состоянию на 1989 год, после которого Жириновский и пришёл к власти, из-за чего теперь любит опираться на статистику именно за тот год, грамотных было 99,8%, а доля людей с законченным высшим образованием была равна 11,8%.

Владимир очень гордится этим результатом и, когда его спрашивают об этом, всегда уточняет, что масштаб проделанной работы гораздо выше, так как процент не показывает, сколько людей прошли переобучение или дополнительное высшее образование.

В США, по данным за 2001-й год, доля людей с законченным высшим образованием составляет 20,4%, если считать по советской методике. Но в Штатах они считают иначе — учитываются только лица старше 25 лет, что увеличивает значение до 26,2%.

А если считать статистику СССР по американской методике, то доля людей с законченным высшим образованием увеличивается до 37,1%.

И это не просто бумажки, а реальные дипломы, после получения которых люди идут работать по специальности, так как для каждого специалиста есть рабочее место, а если такового нет, что случается всё реже и реже, то он отправляется переучиваться, с обязательной выплатой минимальной заработной платы на всё время обучения.

Доля высокообразованных людей оказывает прямое влияние на ВВП — оказалось, что такие люди лучше работают и больше зарабатывают.

Но это всесоюзный уровень образования, а если углубиться в детали, то окажется, что в сфере оборонной промышленности доля людей с законченным высшим образованием равна 71,9%, а в космической отрасли она равна 83,7% — это лучшие из лучших, направленные в важнейшую отрасль народного хозяйства.

— «Буря» неизбежна, — уверенно заявил Семёнов. — Как неизбежен «Мир-3».

— Я в этом даже не сомневаюсь… — ответил на это Жириновский.

*СССР, РСФСР, Москва, Остров, Дом Правительства СССР, 23 января 2002 года*

— М-хм… — задумчиво хмыкнул Жириновский, читая отчёт с экрана.

Это отчёт о прибыли, принесённой фильмом «Гарри Поттер и тайная комната» — за прошедшее со дня премьеры время, фильм собрал 858 миллионов рублей по всему Советскому Союзу и союзным странам.

Производственный бюджет и реклама уже окуплены продажей прав западным странам — суммарно это принесло 669 миллионов долларов США.

Фильм «Гарри Поттер и тайная комната», по сообщениям иностранных СМИ, сильно навредил фильму «Властелин Колец: Братство Кольца», вышедшему 18 декабря прошлого года, поэтому он недобрал, но студия спокойна, так как успешно продала СССР права на прокат на территории стран Восточного блока, за внушительные 90 миллионов долларов США, что полностью окупило производственный бюджет.

Покупка прав на прокат «Властелина колец» ещё не окупилась, но в кинотеатрах фильм будет идти долго, минимум до мая, поэтому он найдёт всех своих зрителей и принесёт прибыль.

В СССР своя методика централизованного кинопроката и выжимания всего денежного потенциала из перспективных лент. Население Союза огромно, платежеспособность его высока, поэтому кино считается легкодоступным видом досуга — походы в кино давно и успешно нормализованы, поэтому многие граждане посещают кинотеатры минимум раз в неделю.

И Жириновский видит прямую связь между сокращением рабочего дня до семи часов и частотой посещения кинотеатров — когда у людей больше свободного времени, они с большей охотой тратят деньги на досуг.

Если, в ближайшие пять лет, удастся сократить рабочий день до шести часов, эта связь проявится ещё сильнее, так как свободного времени станет ещё больше и многие захотят потратить его на какие-нибудь развлечения, которых станет только больше.

«Сытная и достойная жизнь — это самая лучшая защита от пропаганды», — подумал Владимир. — «Как какой-нибудь представитель высшего слоя среднего класса в США иммунен к коммунистической пропаганде, так и большая часть наших граждан иммунна к капиталистической пропаганде».

Неожиданно мощным стимулом оставаться в СССР, даже если будет возможность уехать, является, как ни странно, именно семичасовой рабочий день. Рядовым гражданам психологически дискомфортно даже просто представлять, что, при переезде в западную страну, придётся отдать один свободный час каждого дня работодателю, чтобы ему жилось ещё лучше.

Но Жириновский очень недолго радовался пропагандистскому преимуществу — в Швейцарии уже ввели семичасовой рабочий день, как в Люксембурге и Нидерландах, а в Швеции, Бельгии и Дании соответствующие законопроекты рассматриваются в парламентах.

Руководство Евросоюза же призывает всех членов принять семичасовой рабочий день, естественно, для улучшения положения трудящихся, а не потому, что его ввели в СССР.

С одной стороны, Владимир недоволен, так как стало чуть сложнее тыкать в лицо иностранцам уникальным достижением Советского Союза, но с другой стороны, Владимир просто счастлив, что всё это происходит, так как введение семичасового рабочего дня в западных странах отнимает миллиарды человек-часов. Это снижает продуктивность во всех сферах промышленности стран потенциального противника, что является безусловным благом для Советского Союза.

Облегчение бремени пролетариата западных стран — это лишь бонус, получение которого Жириновский даже не преследовал. Ему, по большому счёту, плевать, как там живут иностранные рабочие и крестьяне, так как у него есть отечественные рабочие и крестьяне, забота о которых вверена ему советским народом.

— Пусть хоть овец там… кхм-кхм… это самое… — пробурчал Жириновский и перелистнул страницу.

— Что говоришь, Владимир Вольфович? — спросил Виктор Штерн, сидящий напротив.

— А? — спросил отвлёкшийся от мыслей Жириновский. — А, это, я так, озвучиваю мысли вслух…

— Каких овец и что? — уточнил председатель ГКО.

— Да никаких овец! — ответил Владимир. — Мне тут, кстати, недавно бросил вызов один подонок! Слышал об этом?

Двадцатидвухлетний американский студент, Стенли Шмидт, являющийся лидером американского рейтинга «Эпохи империй», заявил, что разделает старика под орех, стоит им только встретиться в поединке. Западные СМИ растиражировали это заявление и новость обсуждается даже в СССР.

— Конечно, — кивнув, сказал Штерн. — Будешь отвечать?

— Отвечу, — ответил Жириновский. — Посмотрим, чего стоит американский рейтинг…

В США проживают, по данным за прошлый год, 284 миллиона человек, но не известно даже примерное число игроков в «Эпоху империй», так как её «поддерживает» Microsoft, из-за чего игры ведутся на частных серверах, объединённых в единую сеть.

«Гейтс — злопамятный мудак», — подумал Владимир. — «Интерес к игре не утихает — ну сделай ты нормальную поддержку и зарабатывай деньги, как нормальный бизнесмен…»

Но Билл Гейтс упорно стоит на форсированном продвижении «Age of Empires II», явно, уступающей «Эпохе империй» по степени проработки.

Из-за этого сложно сказать, насколько велика выборка игроков, над которой возвысился студент Стенли Шмидт.

— Я демонстративно уничтожу его — есть у меня несколько заначек, — заявил Жириновский.

— А не мелковат ли масштаб? — поинтересовался Штерн.

— Чем он хуже Каспарова? — спросил Владимир в ответ. — Он добился каких-то высот в «Эпохе империй» и возгордился. Зато потом будет рассказывать всем СМИ, как смачно проиграл действующему президенту СССР. А наше игровое сообщество, которое, если ты не знал или забыл, насчитывает десятки миллионов человек, получит повод для национальной гордости.

Игнорировать игровое сообщество нельзя, ведь это десятки миллионов людей активного возраста, объединённых одним увлечением. У них есть средства для коллективной коммуникации, то есть, им даже не нужно устраивать сходки и съезды — всё происходит в Сети. И Жириновский имеет на них очень сильное влияние, так как они уважают его.

Заболотный, несмотря на то, что до сих пор является сильнейшим игроком в «Эпоху империй», не обладает даже процентом харизмы Жириновского, и у него нет такого же социального веса.

Исходя из этих обстоятельств, Жириновский является неформальным лидером советского игрового сообщества, а лидерский статус нужно, время от времени, подтверждать. Демонстративная расправа над иностранным оппонентом — это очень хороший способ напомнить о себе и заставить сообщество гордиться.

— Если считаешь, что это нужно — пожалуйста, — пожав плечами, сказал Штерн. — Но будь готов к тому, что если проиграешь, то это нанесёт ущерб твоей репутации.

— Не проиграю, — заявил Жириновский. — Я всегда сражаюсь против лучших и побеждаю. Мне нужен будет отпуск на месяц, перед поединком — нужно подготовиться.

— Изберём врио на заседании Совета обороны, — ответил на это Штерн, вставший из-за стола. — Мне пора — изучи отчёты и подготовься к встрече с эфиопской делегацией.

— Давай, увидимся там же, — кивнув, сказал Жириновский и вернулся к изучению отчёта.

То, что президент сверхдержавы тратит время на какие-то там детские игрушки — это до сих пор является предметом обсуждений в международных СМИ. Но в СССР на это плевать практически всем, так как результаты многолетней работы Жириновского видны невооружённым глазом, а ещё есть знаменитый поединок Жириновский-Каспаров, доказавший всем, что это не просто какая-то детская игрушка, а нечто, что объективно сложнее шахмат.

Каспаров больше не играет в «Эпоху империй» — сейчас он сидит в следственном изоляторе и пытается объяснить все свои антисоветские заявления, сделанные на десятках информационных площадок в течение последних десяти лет.

МВД активно применяет СМИ для того, чтобы придать делам оппозиционеров максимальную публичность — подход с умалчиванием и замалчиванием не работает и не работал никогда, поэтому правоохранительные органы действуют от обратного.

По ЦТ выступают эксперты, подробно разбирающие нюансы уголовных дел, в Сети публикуются десятки статей, освещающих характер правонарушений и возможные меры пресечения — теперь это не выглядит, как «молчаливые люди в форме НКВД затолкали человека в чёрный воронок».

Теперь это публичные дела об антисоветской деятельности, в ходе которых раскрываются очень интересные подробности — кое-кто из задержанных оппозиционеров, как оказалось, был настроен весьма радикально и хранил запрещённые вещи, вроде пистолетов и незарегистрированных ружей.

В иной ситуации, Жириновский бы позволил оппозиции существовать и недовольно бухтеть, так как она является условно-безопасной, но в свете возможной войны против НАТО…

В этом контексте, условно-безопасная оппозиция превращается в опасную: в случае полномасштабной войны, неизбежно, упадёт уровень жизни населения, люди начнут страдать от лишений и гибели родных, что создаст почву для роста восприимчивости к иностранной пропаганде. Кто-то и без оппозиционеров будет задумываться о коллаборационизме, что может создать дополнительные проблемы, поэтому решено было не усугублять ситуацию существованием прозападных агентов влияния в советском обществе.

Некоторые оппозиционеры сумели «накопить» на измену Родине, за которую положена смертная казнь, без исключений — таковы законы режима чрезвычайной ситуации.

Жириновский прекрасно понимает, что ему ещё припомнят всё это — обязательно появятся мстители, но им придётся встать в очередь к цеховикам, обнальщикам, бывшим номенклатурщикам и прочим недовольным, до сих пор желающим убить его.

Это желание на удивление сильно, несмотря на то, что уже давно пора было оставить ненависть к Жириновскому и жить в обществе, близком к обществу изобилия.

«Ещё каких-то десять-пятнадцать лет, и мы достигнем этого», — подумал Владимир. — «Если нас не остановят».

Единственным доступным решением по достижению пиковой производственной мощности, которая позволит шутя достичь товарного изобилия, которое навсегда заткнёт основную массу недовольных, Жириновский видит тотальную роботизацию.

Снижение нормы прибыли его не волнует, так как цифровая плановая экономика от этого не страдает, а, скорее, наоборот, становится лишь эффективнее, в контексте экономической войны против капиталистических стран. (1) Уже только одно это делает плановую экономику прогрессивнее.

В ЦНИИ робототехники и технической кибернетики, занимающейся вопросами автоматизации производства, уже шестой год подряд разрабатывают электрические актуаторы, которые можно будет использовать при разработке гуманоидных роботов и не только.

Разрабатываемые актуаторы идут, преимущественно, в промышленных роботов, чтобы улучшать их точность, быстродействие и диапазон возможных задач.

Те промышленные роботы, что трудятся не покладая манипуляторов с начала 90-х годов, уже смотрятся слишком примитивными, по сравнению с теми, что исправно поступают на производства в рамках программы модернизации.

И гибкие производственные системы тоже уже не похожи на те, что ставились в начале 90-х годов, так как теперь это системы, способные перенастраиваться на новую номенклатуру изделий за минуты, а не часы.

Централизованная система учёта и управления ГКО тоже всё это время не стояла на месте и получила очень серьёзное развитие, с опорой на резко возросшую вычислительную мощь.

Всё это непрерывное совершенствование промышленности, поставленное на плановые рельсы, пусть и отъедает солидную часть государственного бюджета, но зато обеспечивает колоссальный экономический рост.

Что-то подобное случалось только при Сталине, но и то, лишь в отдельные годы, а остальные генсеки никогда не добивались даже половины такого роста.

Успехи сталинской экономики на Западе объясняют «эффектом низкой базы», с явным намерением принизить его достижения, но тем самым лишь портят кровь недобитым монархистам, которые привыкли рассказывать сказки о том, какая развития была промышленность у Российской империи, но, по мнению Жириновского, успех есть успех.

А вот успехи его экономики на Западе стараются не объяснять, потому что все предыдущие объясняющие, некогда уважаемые экономисты и политики, себя основательно дискредитировали — сейчас только ЦРУ даёт какие-то объяснения и вполне обоснованно винит во всём цифровизацию и автоматизацию, называя эти два явления главными угрозами для западных стран.

«Они не могут внедрять у себя автоматизацию и цифровизацию», — подумал Владимир с удовлетворением. — «Нет, могут, конечно. Но не готовы пожинать плоды этого опрометчивого, для них, решения».

В любом случае, единственная надежда Запада и остальных капиталистических стран — это полная экономическая и политическая изоляция Восточного блока, что возможно только при условии превосходства в военной силе.

Идея эта не поддаётся реализации даже теоретически, но у Чейни и Буша нет ничего лучше, так как они уже всё прекрасно понимают и, тем не менее, готовы бороться до конца.

Эта эскалация, которую они затеяли, является очень опасным актом отчаяния, который просто не может привести ни к чему хорошему.

«Ах, кстати, а что там с моими „Герат-3“ и остальными?» — вспомнил Жириновский и свернул документ.

Статус производства БПЛА, с ежесекундным обновлением, посмотреть нельзя, так как это секретное производство, но можно найти актуальные отчёты.

Документ, датированный вчерашним днём, сообщает, что суточное производство достигло 4531 единицы БПЛА-камикадзе.

Слово «дрон», вопреки стараниям Жириновского, никак не желает приживаться в лексиконе ни военных, ни конструкторов, поэтому единственным человеком, называющим БПЛА дронами, является сам Владимир.

Военные, как максимум, позволяют себе называть их БЛА, но не более, что расстраивает Жириновского.

«Наверное, все они, откуда-то, знают о том, что „дрон“ — это американизм…» — предположил он и продолжил изучение отчёта.

Имевшихся изначально запасов «Герат-3», в свете новых событий, оказалось решительно недостаточно, так как военные почувствовали очень сильную угрозу и вознамерились сравнять страны НАТО с землёй исключительно при помощи БПЛА-камикадзе.

Но такое колоссальное суточное производство лишь номинально, так как это лишь корпуса, двигатели и системы управления, а остальные компоненты, в виде боевых частей, систем защиты от РЭБ и модулей лазерного управления, сильно не поспевают, так как до сих пор не вышли на плановую мощность военного времени.

И как ясно из отчёта, в секретные хранилища, разбросанные по всему Союзу, ежесуточно поступают лишь 1900–2000 изделий, почти полностью готовых к боевому применению. Для полной готовности к боевому применению необходимо заправить их топливом, установить боевую часть, задать координаты цели, разместить БПЛА на пусковых направляющих и установить ракетные ускорители.

«Герат-3» отличается от предшествующих моделей большей дороговизной, что объясняется более совершенным двигателем, более совершенным планером и возросшей массой боевой части — она равна 95 килограммам.

Этот дрон-камикадзе способен доставить свой груз на дистанцию до 2800 километров, летя при этом на высоте до 5000 метров.

Все дроны предыдущих модификаций так же хранятся на складах, но основным дроном-камикадзе для поражения целей на территории потенциального противника назначен именно «Герат-3», который способен доставать практически все ценные объекты НАТО на территории Европы, Ближнего Востока и Северной Африки.

Если применять их с территории СССР, то часть Западной Европы будет недоступна, но с территории ГДР и Югославии можно достать вообще любой объект НАТО в регионе.

Эффективно сбивать все дроны-камикадзе НАТО не сможет, так как их планируется применять неадекватно массово, с целью полного выведения из строя вражеской промышленности, для чего нужны десятки тысяч дронов.

Основная масса «Герат-3», конечно же, будут наводиться по ГЛОНАСС с корректировкой по гражданскому GPS, но часть их предполагает оснащение камерами и прямым управлением по лазерному лучу, для поражения подвижных целей или особо важных объектов.

«Несмотря на то, что они уже знают, что у нас что-то есть в сфере дронов, они не понимают истинного значения этих изделий», — подумал Владимир и широко улыбнулся. — «А уж с наземными роботизированными платформами…»

РТ-20 «Ординарец», применявшийся в Ираке и показавший, что в концепции что-то есть, так как эти машины ездили там, где не мог пройти никто живой, получили дальнейшее развитие, пока что, в виде прототипа РТ-25 «Ординарец-Б».

Главной уязвимостью предыдущей модели оказалось почти отсутствующее бронирование, поэтому разработана версия, полностью обшитая противоосколочной тканью из СВМПЭ, а также усиленной ходовой частью и металлокерамической защитой модуля управления и батарей. Также конструкторы увеличили грузоподъёмность до 180 килограммов, а время непрерывной работы повысили до 4–5 часов, что достигнуто за счёт применения улучшенных батарей.

Но в разработку сразу же пошёл новый робот-транспортёр, который уже назвали РТ-30 «Адъютант», который будет больше размером, больше мощностью, а также существенно лучше бронирован.

В случае с РТ-20, основной бедой было накрытие его из миномётов или артиллерией, что вынудило Иракскую армию и наёмников адаптироваться и делать импровизированную защиту в виде бронежилетов, которыми обвешивались роботы-транспортёры, что существенно продлевало средний срок их службы.

Только вот их уничтожали ещё и из стрелкового оружия, поэтому конструкторы предусматривают в РТ-30 металлокерамическое противопульное и противоосколочное бронирование, а также систему постановки дымовой завесы.

Иракские солдаты, эксплуатируя РТ-20, применяли их не только по прямому назначению и в качестве сухопутного дрона-камикадзе, но и в роли постановщика дымовых завес, для чего использовались все доступные дымовые шашки.

Наиболее популярными были морские дымовые шашки, хранившиеся на складах ВМФ Ирака в огромных количествах — четыре или восемь 25-килограммовых шашек устанавливали густую и длительную завесу, без какого-либо риска для личного состава, что производило определённый тактический эффект.

Теперь такая функция будет предусматриваться на роботах-транспортёрах изначально, чтобы никому не пришлось импровизировать.

«Да, Иракская война дала нам очень много бесценной информации», — подумал Владимир, вновь открывая отчёт о деньгах.

Американцам эта война, помимо тяжёлой политической катастрофы, дала не менее бесценный боевой опыт, который обязательно будет использован при подготовке к возможной войне против Восточного блока.

«Но у нас нет никакого военно-политического блока — мы тут совсем одни…» — посетила Жириновского мысль.

Организация Варшавского договора распущена и более не существует, а Восточный или Социалистический блок — это условное название содружества государств и нет никакой организации, которая официально регулирует отношения между членами этого не существующего, де-юре, блока.

Есть ГКО, но он регулирует исключительно экономическую часть взаимоотношений, что даёт членам неофициального блока множество политических свобод — Жириновский никого и ни к чему не обязывает, а лишь привязывает к Союзу экономически и уже потом диктует свои требования и пожелания.

Но для этого не нужно никакое членство в блоке — все союзные государства имеют формальную независимость и, при большом желании, могут вступать в какие угодно блоки. Могут, но не будут, так как с Жириновским лучше не шутить, ведь он обязательно потребует вернуть долги и компенсировать все вложенные инвестиции.

Из этого следует, что НАТО, если она решится на такое, будет воевать против, формально, одного СССР, но, фактически, против этого самого неофициального блока государств, который сплочённее иных официальных…

*СССР, РСФСР, Москва, Остров, Дом Правительства СССР, 18 февраля 2002 года*

Кусей Хусейн вышел на балкон и ещё раз прикоснулся к медали «Золотая звезда», а затем потрогал орден Ленина — они вручаются вместо со званием Герой Советского Союза, которое он получил меньше тридцати минут назад.

— Это величайшая честь для меня, — произнёс он.

— Ты заслужил, — ответил ему Жириновский.

Кусей признательно кивнул и достал из кармана пачку сигарет. Он закурил и начал рассматривать Москву, которая лежит перед ним, как на ладони.

Первый небоскрёб является одним из четырёх самых высоких зданий Москвы, а они сейчас находятся на его крыше.

— Первый транш репараций состоится на этой неделе, — сообщил Кусей. — Я хочу подарить один миллиард долларов твоему Президентскому фонду.

— Не стоит этого делать, — покачав головой, предупредил его Жириновский, доставший из кармана испаритель. — Лучше сделай этот подарок МВО, а уже оно разберётся, как им распорядиться. Советские граждане крайне чувствительны к коррупционным действиям и действиям, похожим на коррупцию. В мой фонд исправно поступают пожертвования, поэтому нет необходимости в дополнительных вливаниях.

— Хорошо… — ответил президент Хусейн. — С ума сойти — сто три миллиарда…

— Это меньшее, что они могут, — произнёс Владимир, задумчиво смотрящий на зимнюю Москву. — Но нельзя расслабляться — это ещё не конец. Теперь тебе нужно готовить Ирак к возможной войне против всей НАТО. Никто не забудет о нанесённом оскорблении и перенесённом унижении, поэтому не думай, что теперь всё сразу стабилизируется и можно будет жить, как раньше. В этом году ты ещё можешь позволить себе восстановление после войны, но дальше тебе нужно готовиться к худшему.

— Ты считаешь, что война неизбежна? — спросил Кусей.

— Я считаю, что есть риск полномасштабной войны, — ответил Жириновский. — И будет безответственно не учитывать его при планировании. Я рекомендую тебе позаботиться о мерах предосторожности. О каких именно мерах необходимо позаботиться — это ты уже знаешь из пакета от ГКО.

Он уже давно призывает руководство союзных стран крепко думать о том, что будет, если завтра ядерная война, несмотря на то, что победить в ней невозможно.

Самым восприимчивым оказался Мохаммад Ватанджар, по состоянию на прошлый год, вкладывавший огромные ресурсы в строительство защитной инфраструктуры по всему Афганистану.

Эгон Кренц, Слободан Милошевич, Крис Хани и многие другие лидеры соцстран, как оказалось, склонны недооценивать этот риск и больше фокусируются на экономическом росте — их можно понять, так как эра кризисов уже миновала и им очень хочется влиться в когорту передовых экономик.

Но, пока что, Жириновский не будет давить на них — он решил начать давление с начала следующего года. Только это давление будет иметь позитивный характер, например, в виде субсидий на определённую номенклатуру продукции или сырья, при условии соблюдения требований по расходованию определённого процента ВВП на строительство нужной инфраструктуры.

— Нам нужно расширять производство ракет… — произнёс Кусей.

— Об этом можешь больше не волноваться, — ответил на это Владимир. — Скоро ГКО направит тебе специальный комитет, который изучит ситуацию на местах и выработает предложения по расширению высокотехнологичного производства.

Опыт иракских ракетчиков очень интересен, так как Ирак производил ракеты в условиях полного доминирования врага в небе — ожидалось, что Коалиция разбомбит абсолютно всё важное, несмотря на принятые защитные меры. Но оказалось, что отрасль пострадала не так серьёзно, как прогнозировалось, благодаря чему и стал возможен тот знаменитый массированный ракетный удар, усугубивший положение Коалиции до статуса критического.

— Я думаю, будет неплохо наладить на ваших мощностях производство передовых ракет, — добавил Жириновский. — Но ничего в этом мире не бывает бесплатно, поэтому я ожидаю, что ваше сотрудничество с ГКО будет существенно расширено.

— Да, само собой, — легко согласился Кусей. — Это в наших интересах — чем глубже интеграция наших экономик…

В этот момент, на балкон вышел Ким Чен Ир, который вежливо кивнул Кусею и Владимиру.

— Юра, как тебе здесь? — спросил Жириновский.

— Мне здесь нравится, Володя, — ответил Ким Чен Ир. — Я был предубеждён, так как мне не понравилось то, что вы построили небоскрёбы — я до сих пор считаю, что это был идеологически неверный выбор, но теперь я чувствую, что это здание пронизано духом Страны Советов. А это мне нравится.

Это первый официальный визит Ким Чен Ира в СССР, осуществлённый во время президентства Жириновского. Связано это с шаткостью положения КНДР, которая имеет тесные связи как с СССР, так и с КНР.

Ким Чен Ир старается балансировать между обоими государствами, получая помощь и от тех, и от других.

Совместных предприятий у СССР и КНДР нет, несмотря на попытки МВО договориться о расширении взаимовыгодного сотрудничества. Но Ким Чен Ир видел, во что вылилось такое сотрудничество для каждой страны Восточного блока, поэтому держит дистанцию.

Но, рано или поздно, ему нужно будет сделать выбор.

— Володя, у меня есть к тебе разговор, — произнёс Ким Чен Ир. — Могли бы мы…

Кусей всё верно понял, кивнул им обоим, после чего покинул балкон.

— О чём ты хочешь поговорить, Юра? — спросил Владимир.

Ким Чен Ир сам попросил называть его так. Юрий — это его первое и настоящее имя, полученное им от родителей, капитана Красной Армии Ким Ир Сена и партизанки Ким Чен Сук.

— На меня оказывает давление Цзян Цзэминь, — сразу же перешёл к делу Ким Чен Ир. — Он настаивает на сокращении сотрудничества с Советским Союзом и обещает, что Китай возместит убыток в полной мере. В ином случае, он угрожает, что сократит поставки товаров и сырья до минимума, с перспективой полного прекращения поставок.

Жириновский сразу понял, что всё это значит: американцы давят на Цзяна, угрожая сократить инвестиции, а он давит на Кима, угрожая сократить поставки — всё это нужно, чтобы склонить КНДР к переходу в антисоветский блок, тоже не существующий на бумаге, но накапливающий силу.

— А ты? — спросил Владимир.

— Мой визит сюда — это уже часть моего ответа, — ответил Ким Чен Ир. — Но я бы хотел сохранить нейтралитет.

— Не получится, Юра, — сказал на это Жириновский. — Дело ведь не в идеологии, а в геостратегии — согласно их видению, переход твоей страны в их блок будет означать существенное ослабление советских позиций на Дальнем Востоке. Но ты и сам всё прекрасно понимаешь.

Это нельзя будет оставлять без ответа и советский ответ, неизбежно, последует, что полноценно осознаёт Ким Чен Ир.

— Ещё они обещают огромные прямые инвестиции под мой личный контроль, просто за то, что я выберу сторону, — добавил корейский лидер. — Речь об огромных деньгах, Володя… О десятках миллиардов долларов…

Метод топорный, но рабочий. Только вот на Западе прекрасно знают, что СССР может дать гораздо больше, поэтому в этом манёвре сокрыто что-то ещё.

— Юра, ты тут не наводи тень на плетень, а лучше сразу скажи, чего ты хочешь, — нахмурившись, потребовал Жириновский. — Чего ты хочешь?

— Я хочу, чтобы вы простили нам все имеющиеся долги, после чего безвозмездно вложили в нас 430 миллиардов рублей в течение следующих пяти лет — я знаю, что вы это потянете очень легко, — назвал Ким Чен Ир цену. — Но никаких совместных предприятий и этой твоей «взаимовыгодной интеграции экономик». Взамен я оборву все контакты и экономические связи с Китаем, а моя страна примет единственный вектор политики — просоветский.

— Нам нужны будут военные базы, — сказал Владимир.

— Не более пяти военных баз, — ответил корейский лидер. — Две военно-морские и три сухопутные. Максимальная численность контингента — не более одного миллиона человек.

— Годится, — принял условие Жириновский. — Тебя, как я понимаю, интересует, преимущественно, военная техника…

— Нет, этого мало, — покачав головой, сказал Ким Чен Ир. — Меня интересуют оборонные производства, заводы лёгкой и тяжёлой промышленности «под ключ» — те самые, которые вы так любите строить в развивающихся странах, военные заводы, а также полное перевооружение моей армии. Я чувствую, что эта эскалация не кончится добром, Володя, поэтому мне нужно, чтобы вы основательно вложились в Корею.

— Ладно, всё это можно устроить, — произнёс Владимир. — Но окончательный ответ будет только после обсуждения с ГКО.

— Ответ мне нужен не позднее одного месяца, с этого дня, — поставил очередное условие Ким Чен Ир. — Осложнение отношений с Китаем обойдётся нам очень дорого, но мы готовы пойти на это, на озвученных условиях.

— Ладно, я тебя понял, — ответил ему Жириновский.

— Кстати, — произнёс он. — Я внимательно наблюдаю за тем, как продвигаются ваши отношения с Японией.

— Да? — спросил Владимир. — Приятно знать это.

Все страны региона пребывают в смятении и недоумении от того, что происходит между СССР и Японией — выдворение американского контингента ставят в личную заслугу Жириновскому, хотя он тут вообще ни при чём.

Решение приняла премьер-министр Такако Дои, при полной поддержке правящей Социал-демократической партии. Либералы и правые выступили против, но у них меньшинство в парламенте, поэтому их мнение не имеет значения.

Дои упорно стремится к получению полного нейтралитета, по австрийской модели, о которой сейчас задумываются очень многие.

Американцы грозятся вводом экономических санкций, потому что всё происходящее выглядит, как предательство их стратегических интересов в регионе, но Владимир уверен, что они не введут ничего серьёзного.

Введение санкций просто вынудит Японию искать новые рынки сбыта, а единственный достаточно крупный рынок, на который ещё и логистически проще сбывать товары, в регионе только один…

На самом деле, Жириновский даже поддерживает инициативу некоторых конгрессменов — ему очень выгодны эти санкции, так как они очень быстро поставят Японию в зависимое от СССР положение.

Сейчас-то товарооборот сравнительно небольшой, всего 3,2% от экспорта Японии, но после санкций этот процент может стремительно вырасти в десять-пятнадцать раз.

— Такако Дои — это, с недавних пор, моя хорошая знакомая, — произнёс Ким Чен Ир. — Мне нравится то, к чему идут советско-японские отношения — возможно, мы сумеем добиться региональной стабильности, если будем работать сообща.

— Я очень рассчитываю на это, — ответил Жириновский.

*СССР, РСФСР, Москва, Остров, спортплощадка, 27 марта 2002 года*

— Ты точно оклемался и не сломаешься при любом резком движении, Гена? — уточнил бегущий Жириновский.

— Да не сломаюсь уже, — ответил Орлов, выглядящий довольно бодро. — Врачи сказали, что кости уже практически восстановились, но надо воздержаться от сильных физических нагрузок. Бег в их число не входит, поэтому я уже возвращаюсь к прежней жизни.

Полгода на орбите сказываются практически на всех системах организма, в том числе и на костях, которые теряют плотность, так как в невесомости она не особо-то и нужна.

Человеческий организм эволюционно не предназначен для орбиты, поэтому, при длительном нахождении на ней, начинается потеря костной ткани, атрофия мышц, ухудшение зрения, ослабление иммунитета и проблемы с вестибулярным аппаратом, из-за чего «командировки» длятся, как правило, не более полугода.

Жириновский утвердил недавно проект экспериментальной орбитальной станции «Гравитация-1» — эта станция должна будет раскрутиться до оптимальной скорости и создать искусственную гравитацию примерно 0,4–0,5 G, что необходимо для комплекса экспериментов и отработки технологии.

«Гравитация-1» будет кольцом с радиусом 55 метров, с центральной невращающейся осью — имеется ряд решаемых проблем с перемещением космонавтов из вращающегося кольца в невращающуюся ось, но конструкторы обещают со всем разобраться.

Станция с искусственной гравитацией нужна для того, чтобы избавиться от необходимости очень часто менять экипажи и гонять ради этого ракеты.

В будущем конструкторы видят большую орбитальную станцию с постоянным экипажем, имеющую радиус 350–400 метров и создающую гравитацию 0,8–0,9 G, предназначенную для реабилитации космонавтов — они будут проводить там недели и месяцы, проходя курс восстановления или просто отдыхая, чтобы потом вернуться к работе на других станциях.

Это очень сильная заявка к полноценному освоению орбиты, так как такая станция позволит продлить «командировки» — предполагается, что нормой станет среднее пребывание на орбите до двух лет подряд.

Но это дело будущего — «Гравитация-1», по оценкам «Энергии», будет введена в эксплуатацию только в 2009-м или даже в 2010-м году, а серьёзная станция с искусственной гравитацией будет запущена, по прикидкам той же «Энергии», ближе к 2020-му году.

Всё дело в том, что это будет полноценное кольцо из модулей, радиусом 350 метров, что даже звучит технически крайне сложно.

Жириновский и Орлов пробежали ещё один круг, что ознаменовало отметку в четыре километра.

На дворе раннее утро и до начала рабочего дня ещё полтора часа, в течение которых Жириновский планирует побегать, позаниматься на турнике и брусьях, принять душ, а затем плотно позавтракать.

Галина улетела в ГДР четверо суток назад, участвовать в научной конференции по вирусологии в Лейпцигском университете — конференция уже должна закончиться, но Кренц пригласил её в Берлин, на встречу с пионерской организацией.

В связи с этим, Жириновский питается в столовых Дома Правительства, а вечерами заезжает к сыну, жена которого превосходно готовит.

«Тяжело без Гали», — подумал Владимир, ускоряясь.

Интервальные ускорения во время бега дают нужную нагрузку, которую его организм всё ещё способен переносить, несмотря на возраст.

Километр спустя они добежали до снарядов.

— А вот от этого я воздержусь, — сказал Орлов, увидев перекладины и брусья.

Жириновский пожал плечами и запрыгнул на перекладину, начав привычный комплекс упражнений.

— Так ты точно не хочешь обратно в Комитет? — спросил он, завершив первый подход.

— Да нечего мне там делать, — ответил Орлов, севший на лавку и прикуривший сигарету. — Нет, я хочу отдохнуть после орбиты — пока не надоест. А там уже посмотрим.

— Ну, смотри, — произнёс Жириновский. — Как надоест — сразу звони мне. Я тебе работу быстро найду…

Ажиотаж по поводу персоны Орлова, вернувшегося с орбиты, уже прошёл — как только он оклемался, были бесчисленные интервью, несколько поездок в союзные страны, а также серия мероприятий для пионеров, школьников, пенсионеров, студентов, ветеранов и прочих социально уязвимых слоёв населения.

В настоящий момент идёт съёмка документального фильма о путешествии Геннадия на орбиту, но это будет лишь очередной всплеск его популярности.

— А вот на «Мир-3» бы хотелось попасть, знаешь… — произнёс он.

— Не в этом году, — ответил Жириновский. — Возможно, в следующем, когда соберём станцию целиком.

Проект «Мира-3» существенно форсировали и бросили на него почти все силы, чтобы закончить его побыстрее и пораньше высвободить задействованные производственные мощности.

Владимир выполнил ещё четыре подхода на перекладине, а затем взялся за брусья.

— Слушай, а ты думал о том, что будет после? — спросил вдруг Геннадий. — Допустим, будет война против НАТО, может, к ней даже присоединится КНР и это усугубит всё в сотни раз. Вероятность применения ядерного оружия, в связи с этим, тоже вырастет в сотни раз, а потом, возможно, кто-то его применит. Что потом?

— После ядерной войны? — уточнил Жириновский, спрыгнув с брусьев.

— Да, после неё, — подтвердил Орлов.

— У нас сценарии моделируются круглосуточно — два суперкомпьютера занимаются только этим, — ответил Владимир, вытирая шею полотенцем. — Кое-какие планы на «потом» у нас уже есть, но работа далека от завершения. Одно уже понятно — никаких приготовлений не будет достаточно.

— Может, отступим? — спросил Геннадий. — Пойдём на попятную по всем фронтам, чтобы они успокоились и сбавили накал?

— Почему мы, а не они? — задал Владимир встречный вопрос. — Это они должны, по законам капитализма, начать лебезить перед более мощной экономикой, в попытках выторговать себе условия получше и выиграть время.

— Но ты же понимаешь, что они на это не пойдут, — произнёс Орлов.

— Гена, за одиннадцать лет мировая экономика выросла на 85%, — сообщил ему Жириновский. — Большая часть этого роста — это мы. Мы занимаем 39,44% мирового ВВП — и даже это значение уже неактуально, так как оно выведено по итогам прошлого года. А теперь подумай о том, что именно случилось: с девятнадцатого века и до девяностых годов страны Запада доминировали в мировой экономике. По состоянию на 90-й год они производили, совокупно, 80% мирового ВВП — они привыкли доминировать, Гена. И тут мы. В их глазах мы никогда сильно не отличались от африканских стран, а тут такой физкульт-привет, откуда не ждали! Они понимают, что мы, в конце концов, сожрём их, строго следуя законам капитализма, которые работают на макроуровне даже сильнее, чем на микроуровне.

— Раз они понимают, что мы их сожрём, то не логичнее ли им полебезить перед нами и выиграть себе время? — нахмурившись, спросил Орлов.

— Ладно, разберём на примере, раз так не понимаешь, — произнёс Жириновский. — Представь, что есть угроза принудительного переселения тебя, вместе с семьёй, из твоей нынешней квартиры в тесную малосемейку, но это ещё не всё, ведь тебя увольняют с работы, отнимают у тебя все накопления, а потом возникает вполне реальная перспектива, что тебя и из малосемейки выгонят, а потом загонят в дырявый и гнилой барак. Ты будешь бороться за то, чтобы не допустить этого?

— Очевидно, что буду, — ответил Геннадий.

— Вот и они тоже будут, — сказал Владимир. — Сейчас они живут в огромных хоромах на половину мира, у них огромные капиталы, влияние, военное могущество, многомиллиардные контракты, логистические сети и прочие прелести развито́го капитализма. Но не пройдёт и десятка лет, как они окажутся запертыми сначала в обеих Америках, а затем, в конце концов, у них останутся одни США. А капитал должен постоянно расширяться — ему доступен, по большому счёту, только экстенсивный путь развития, то есть, расширение. Иначе будут почти непрерывные экономические кризисы, рост экономики сначала замедлится, а потом и вовсе станет отрицательным. Тогда им придётся прибегнуть к интенсивному развитию, что влечёт за собой крайне неприятные последствия в виде автоматизации, цифровизации — а это лекарство, что хуже самой болезни, так как только обостряет имеющиеся противоречения. Учитывая всё это, ответь на вопрос: могут ли они осознанно понизить свой уровень потребления, опустить свой статус до регионального, а также принять, что вся остальная планета станет советской?

— Нет, не могут, — ответил Геннадий.

— Это Карл Маркс, Гена! — заявил Жириновский и бросил полотенце в спортивную сумку. — Всё, пора внутрь.

*СССР, РСФСР, Москва, Остров, Дом Правительства СССР, 21 апреля 2002 года*

Жириновский вполуха слушал новостную сводку и обдумывал нынешнюю ситуацию.

За последние полгода КГБ обнаружил двадцать шесть несанкционированных подключений к Интерсети, ответственными за которые являются иностранные разведки. Три попытки преследовали целью присоединение к внутреннему контуру Интерсети, что свидетельствует о том, что некоторые спецслужбы уже очень хорошо изучили архитектуру сети и теперь пытаются проникнуть в самую защищённую её часть.

Все попытки осуществлялись с территории СССР, завербованной из советских граждан агентурой — кто-то идёт на это ради денег, но есть и идейные борцы с «тоталитарным режимом Жириновского».

Как это ни удивительно, но за всё это время слишком мало людей поняли, что это не Жириновский ответственен за всё происходящее, а вся система.

ГКО для подавляющего большинства населения — это просто один из инструментов исполнительной власти, а всё происходящее происходит под чутким руководством Жириновского, который один повинен как в выдающемся экономическом росте и качественном повышении уровня жизни, так и в неприятных моментах в виде очень высокого государственного контроля над экономикой и экономическими отношениями.

Но Владимир уже демонстрировал всему миру, что если убрать его даже на пять лет, то не изменится, ровным счётом, ничего. Система продолжит работать, стремясь добиться поставленных целей, а всякая разница в методах разных президентов будет слишком несущественной.

Он вернулся к обдумыванию ситуации с несанкционированными подключениями.

«Эти подключенцы — это жалкие любители из почти что случайных людей», — подумал Жириновский. — «Они пытаются лезть туда, куда не должны, что сразу же вызывает подозрение и стартует разработку. Намного опаснее завербованные сотрудники».

Люди — это главная уязвимость любой системы, поэтому работа с ними является важнейшей из всех задач КГБ СССР.

Иностранные разведки плетут сети по всему Союзу, стремясь выйти на кого-то важного, чтобы получить доступ к системе, но раньше их попытки заканчивались провалом, так как они не знали, как всё устроено.

В государственной цифровой среде есть строгие протоколы доступа, которые непрерывно совершенствуются — дошло даже до того, что подавляющее большинство сотрудников госучреждений работает на терминалах, а не на полноценных компьютерах, поэтому они могут внести данные только с помощью мыши и клавиатуры, а вывести их не могут никак.

Конечной целью ГКО в этом вопросе видит создание единого массива серверов, на котором будут трудиться все, без исключения, сотрудники госучреждений, что существенно повысит безопасность системы.

Полностью от бумажной части избавиться, пока что, не получается, несмотря на огромный прогресс в этой сфере — работа над этим ведётся. Жириновский видит в будущем электронные планшеты и умные телефоны, которые сразу же намертво блокируются, стоит их только вынести за территорию госучреждения.

Прототипы первых смартфонов уже разрабатываются, но их время ещё не пришло, так как нет достаточно мощных микрочипов — и всё же, направление находится в фокусе ГКО, поэтому точно не будет упущено.

Запад, конечно, опережает Советский Союз в секторе техпроцессов на два поколения, но по вычислительной мощности сохраняется паритет, пусть и не во всех областях.

А вот японская компания NEC разработала собственный техпроцесс под орбитальное сырьё — это техпроцесс на 0,130 микрометров, превосходящий все имеющиеся на планете техпроцессы.

Тактовая частота разработанного японцами процессора равна 4,22 ГГц, что почти в три раза выше, чем у самого лучшего советского процессора К2100П.

Делиться ни с кем технологиями японцы не собираются, так как это заявка на неоспоримое лидерство в секторе — шанс возместить провал «потерянного десятилетия», оживить экономику и занять незыблемое высокое место в мировой экономике.

Но у японцев нет неограниченного доступа к орбитальному сырью, а ещё они отстают от СССР в части кремний-германиевых подложек, дающих весьма ощутимый прирост мощности, поэтому их «вычислительное благополучие» находится в руках Жириновского.

Стоит поставкам орбитального сырья прекратиться, как их электронная отрасль разом покатится в пропасть — это, в немалой степени, объясняет желание японцев добиться абсолютного нейтралитета и жить спокойно.

Только вот до полной зависимости нужно подождать ещё три-четыре года — надо дать им время на начало производства процессора NEC Procyon, внутри компании NEC называемый μPD13000, который обещает стать грандиозным прорывом для всей западной цивилизации.

Ещё они позволили себе параллельную разработку процессора μPD13L000, торговое название которого звучит как Procyon LP — этот процессор имеет целью максимальное снижение тепловыделения, при сохранении впечатляющей тактовой частоты. Японцы добились на этом процессоре 2,9 ГГц, при тепловыделении всего 45 Ватт, тогда как основная версия очень горячая и выделяет 135 Ватт.

Первым крупным покупателем серийных процессоров, согласно достигнутой договорённости, станет СССР — будет построен отдельный вычислительный центр на японских процессорах.

Тепловыделение у нового процессора просто огромное, но это решаемая проблема, которой уже занимаются в ЦИЭ. Новое охлаждение будет обходиться дороже, зато вычислительный центр обещает стать самым мощным в Союзе и в мире, на какое-то время.

Но пройдёт время, и советская электронная промышленность достигнет этого техпроцесса, только уже с большей тактовой частотой, так как японцы отстают по подложке и ряду других направлений.

«Можно же не лезть в бутылку и оставить всё, как есть», — подумал Жириновский с негодованием. — «Японцы вот, например, только выигрывают от сотрудничества с нами — обменяли Курилы на светлое будущее».

Территориальные претензии, будто бы, всё ещё есть, но эту тему в японском обществе продолжают поднимать только правые и ультраправые силы, а все остальные готовы пойти на эту жертву и замолчать любой инфоповод.

Курилы-то японцам нужны не для залечивания национального унижения, а для вполне прагматичных экономических задач — контроль над Курилами расширит исключительную экономическую зону акваторией вокруг островов, богатой рыбой, морепродуктами и интересной с точки зрения потенциальных месторождений нефти.

Но всё это, явно, не стоит того, что дал СССР в рамках нового договора. Никакая рыба не сможет вытащить Японию из стагнации, а вот лидерство в микроэлектронике — может.

— … протесты в Стамбуле… — услышал Жириновский из динамиков видеостены.

Он перевёл на неё взгляд и увидел кадры уличных беспорядков.

— Поводом для начала протестов послужило похищение и убийство четверых агитаторов Турецкой коммунистической партии, — продолжала ведущая, Арина Шарапова. — Генеральный секретарь турецкой компартии, Кемаль Окуян, призвал сторонников не участвовать в беспорядках — вскоре его задержали органы правопорядка и до сих пор неизвестно, где он находится в данный момент.

Турецкие коммунисты и социалисты пользуются всё большей и большей народной поддержкой, так как экономическая ситуация в Турции оставляет желать лучшего.

Один только Жириновский знает, что сохранение СССР больнее всего ударило именно по Турции, так как в 90-е не начался сокрушительный поток «дешёвых» туристов из постсоветского пространства.

Из воспоминаний Директора ему известно, что во второй половине 90-х и в первой половине 00-х годов, в Турции должны были строиться целые районы и отели специально под российских туристов.

Ну и нельзя отменять «челноков», которые летали в Турцию и оставляли там миллиарды долларов, покупая дешёвые товары и продавая их задорого на всём постсоветском пространстве.

Но всего этого не было, потому что границы, как и прежде, под замком, а со второй половины 90-х годов в Турцию даже начался импорт советской продукции, качество и количество которой росло, а цена на неё падала.

Каждый год Турция «не досчитывалась», по оценкам Жириновского, около 3–4 миллиардов долларов, строительная отрасль не получала должного стимула к развитию, из-за чего малоазиатский юг Турции сейчас практически не застроен, как мог бы и должен был.

Туристическая отрасль от этого не умерла, так как в Турцию ездят западные немцы, французы, англичане и остальные европейские туристы, ради которых отгрохали отели высшего класса. Но это «дорогие» туристы, которых значительно меньше и которые гораздо дороже в обслуживании.

Но стране всё равно плохо, потому что денег в бюджете меньше, а западные инвесторы полностью сфокусировались на КНР — это привело к слишком медленному повышению благосостояния населения, которое начало всё чаще смотреть в сторону Чёрного моря…

А за Чёрным морем находится СССР, с бурным экономическим ростом, дешёвыми и качественными товарами народного потребления, из-за которых медленно и болезненно умирает турецкая лёгкая промышленность. В головах граждан, неизбежно, начали возникать разные мысли, которые сильно не нравятся турецким националистам и либералам.

И вот, отведя взгляд от бушующего Чёрного моря, турецкие граждане увидели Турецкую коммунистическую партию, которая декларирует необходимость расширения экономического сотрудничества с СССР, выхода из НАТО и перехода на цифровую плановую экономику, которая позволит сделать Турцию такой же великой, как СССР.

Но подтекст тут читается без особых затруднений: союзничество с СССР будет означать начало очень крупных инвестиций, масштабной индустриализации, увеличения уровня жизни и, чем чёрт не шутит, расширения социального обеспечения — бесплатных медицины, образования и, если всё сложится совсем хорошо, то и бесплатного жилья для всех.

Различные турецкие политики предлагали рассмотреть возможность полного запрета коммунистов, которые снова подняли голову, но действующий президент, Ахмет Сезер, опасался последствий такого необдуманного решения, и, как показали последние дни, не зря.

Уличных агитаторов похитили националисты, которых не устроило то, что они говорили собравшимся толпам, слушающим их с приоткрытыми ртами.

По данным КГБ, агитаторы использовали новый козырь — вещали о космосе, в целом, и о том, что советские товарищи точно поддержат турецкую космическую отрасль, которой, вообще-то, ещё не существует в природе.

Также они рассказывали о передовой вычислительной технике, цифровизации, электронной лире, которой не страшна никакая инфляция, о расширенном самоуправлении на основе Советов, о настоящей демократии и, конечно же, защите, которую Турции даст непобедимая и всемогущая Советская армия.

Но самое главное, что они приводили в основной аргумент — всему этому препятствуют злокозненные прозападные буржуа, которые пьют кровь простых граждан, наживаются на их страданиях и стоят на пути Турции к устойчивому процветанию.

Жириновский до сих пор не определился, как относиться к этому.

«С одной стороны — да, это хорошо, но с другой стороны — нет, это плохо», — посетила его очень глубокая мысль.

Хорошо это со стороны геостратегии — если вывести из игры переменную Турции, то это существенно улучшит позиции СССР на Ближнем Востоке и упростит оборону советских территорий, так как на территории Турции больше не будет НАТОвских ядерных ракет. Также, благодаря такому исходу, придётся тратить чуть меньше собственных ракет на превращение Турции в ядерную пустыню.

А плохо это тоже со стороны геостратегии — это явный триггер сильной эскалации Холодной войны, действие которого приведёт непонятно к чему.

«Плохо» тут, явно, перевешивает «хорошо», поэтому Совет обороны СССР уже дал приказ ГРУ и КГБ не содействовать турецкой компартии и прочим просоветски настроенным политическим силам в Турции.

Жириновский посчитал нужным уведомить посла США в СССР, что Советский Союз не имеет никакого отношения к происходящему в Турции и не намерен вмешиваться в это никоим образом. Он сделал это на всякий случай, потому что никто не может заранее предсказать, чем закончится этот политический кризис, далеко не первый и, судя по всему, не последний в истории Турции.

«Я думаю, ничего у коммунистов не выгорит, так как националисты и либералы всё ещё очень сильны», — подумал Владимир. — «Тем более, под свет лампы, наконец-то, выполз сам Эрдоган Многополярный».

Партия справедливости и развития, которую возглавляет Эрдоган, позиционирует себя как правоцентристскую и консервативную — её хотят видеть правящей высшие социальные слои Турции. Но позиции партии не находят повальной поддержки среди избирателей, так как пустой холодильник звучит громче большого телевизора.

Всё решится на выборах, которые произойдут в ноябре — если Кемаля Окуяна не убьют и выпустят на свободу, а компартию не запретят решением Высшего избирательного совета, то она сумеет зарегистрироваться на внеочередные выборы и, возможно, победить честно.

Конечно же, Владимир в это не верит — коммунистам никогда не дадут прийти к власти через парламентскую систему, и подобных эпизодов в истории человечества практически не было, за исключением единственного случая.

В Чили Сальвадор Альенде честно победил на выборах, но и это не чистый пример, так как коммунисты прошли к власти только в коалиции с другими левыми, но Альенде управлял страной только три года, а затем его сверг и казнил Пиночет.

Конечно, в индийском штате Западная Бенгалия к власти пришла компартия и она до сих пор находится у власти, но это победа на региональном уровне, в рамках уникального политического рельефа Индии.

В связи с редкостью подобных событий, Жириновский сильно сомневается, что ТКП удастся победить на выборах, а в перспективу революции в Турции он не верит, но вот в чём он не сомневается — это в том, что напуганные турецкие правящие круги будут вынуждены бросить народу кость в виде налоговых послаблений, пары-тройки национальных социальных программ и прочих приятных мелочей.

*США, штат Мэриленд, округ Фредерик, Кэмп-Дэвид, 12 мая 2002 года*

— Когда? — требовательно спросил Чейни.

— Нужно минимум три года, прежде чем мы сможем начать запуски «Магнумов», — ответил Шон О’Киф, администратор NASA.

О’Киф — это очень занимательная персона, с точки зрения Дика Чейни, так как именно О’Киф, в период правления сначала Буша-старшего, а затем и в первый срок Клинтона, получил прозвище «Мрачный жнец» за массовое и безжалостное сокращение оборонительных программ и прекращение разработки той самой военной техники, разработку которой сейчас старательно реанимируют.

Также это именно он ответственен за выбивание денег из стран Персидского залива, благодаря которым операция «Буря в пустыне» было оплачена, в основном, за счёт этих стран, а США понесли сравнительно небольшие расходы.

Помимо этого, О’Кифа отправляли в ВМФ, чтобы он устранил последствия скандала о сексуальных домогательствах по делу «Тейлхук», но вскоре ему дали дополнительную задачу — он проводил сокращение ВМФ, в связи с «победой в Холодной войне».

Теперь он в команде Буша-Чейни и до конца прошлого года занимал должность заместителя директора Управления по бюджету и управлению в администрации президента.

Именно такого человека Чейни хотел увидеть на посту администратора NASA, который будет отвечать за важнейшие программы по преодолению отставания, поэтому Шон О’Киф занимается финансами и реорганизацией космического агентства.

Его доклад, зачитанный в прошлом месяце, обнажил структурные проблемы агентства, а также неочевидные изъяны в планировании, которые приводили к ежегодному перерасходу бюджета на 5 миллиардов долларов.

NASA, по надуманным причинам, строило сразу две орбитальные станции — «Freedom» и «Liberty», хотя даже Чейни очевидно, что им нужна именно «Liberty», соответствующая размерами станции «Мир-2».

Да, сейчас они не могут поднять на орбиту такую станцию, но когда ракета-носитель «Магнум» будет готова, всё станет возможно.

— Нам нужно, чтобы это произошло раньше, — произнёс Чейни и поставил чашку с чаем на журнальный столик.

Джордж Буш-младший сидит в кресле у камина, смотрит тихо бубнящий телевизор и ест солёные крекеры — ему нет особого дела до этого разговора, так как его больше волнуют результаты и то, как они скажутся на его рейтинге.

— Это невозможно, — ответил администратор NASA. — Финансирование уже избыточно и выделили его ещё при Клинтоне, поэтому деньгами это не ускорить. Сейчас идут наземные испытания и мы серьёзно перерасходуем средства из-за их форсированного характера.

— Хорошо, — кивнув, произнёс Чейни, а затем откинулся на спинку дивана. — А что же с космической лабораторией?

Коммунисты отрабатывали технологию выращивания кристаллов на орбите с конца 80-х годов, после того, как ввели в эксплуатацию орбитальную станцию «Мир». NASA же занялась этим серьёзно только после запуска станции «Мир-2» и первых данных о том, что коммунисты выращивают на орбите какие-то кристаллы.

В этом направлении отставание особенно сильно и его Чейни хочет сократить первым.

— Запуск Шаттла запланирован на 19 июня, — ответил О’Киф.

— Я не спрашиваю о том, что и так знаю, — покачав головой, произнёс Дик Чейни. — Я спрашиваю о том, каков статус космической лаборатории.

— Мы ожидаем, что удастся вырастить четыре кремниевых кристалла общей массой до восьми килограммов, — ответил администратор NASA. — Параллельно с этим будут проведены эксперименты с выращиванием сверхчистого германия.

По косвенным данным, собранным и проанализированным ЦРУ, коммунисты ежегодно выращивают на орбите до пяти-шести тонн сырья, а с вводом в эксплуатацию станции «Мир-3» объём может увеличиться до двенадцати-тринадцати тонн.

Но начинать нужно с малого, поэтому Чейни терпимо относится к скромным объёмам, выращиваемым по программе «Спейс Шаттл».

— Зато к концу года будет доработана «Скай Фэктори», — добавил О’Киф. — С её помощью мы удовлетворим значительную часть потребностей армии и флота.

«Скай Фэктори» — это производственная версия устанавливаемого в Шаттл модуля, предназначенная для промышленного выращивания кристаллов на орбите.

Коммунисты, согласно разведданным, собранным ЦРУ, использовали нечто подобное на своём «Буране», каждый запуск которого, по сути, окупал эту программу, но не деньгами, а технологическим рывком, который давали сверхчистые полупроводниковые материалы.

«Всё это должен был делать Клинтон», — подумал недовольный Чейни. — «Но этот слабак думал исключительно членом, а когда подключал свой извращённый мозг, становилось только хуже».

Его хорошие друзья с нетерпением ждут каждого запуска Шаттла, потому что все выращиваемые на орбите кристаллы достаются им и они получают нечестное преимущество перед остальными.

— Господин вице-президент, — вновь заговорил администратор NASA. — Я бы хотел ещё раз обсудить несовершенную организационную структуру вверенного мне агентства.

— Опять? — с недоумением спросил Чейни. — Президент уже всё подписал — если это не повредит работе агентства, то реализуйте свой план, мистер О’Киф. Что ещё вам нужно?

— Правда? — с лёгким сомнением спросил тот.

— Правда, — медленно кивнув, ответил вице-президент. — Но если мы узнаем, что это вредит космической программе…

— Не навредит — уверяю вас! — воскликнул обрадованный О’Киф. — Благодарю вас, господин вице-президент!

Чейни с сомнением относится к этой инициативе, но ему очень хочется проверить, есть ли в ней что-то.

Шон О’Киф, как оказалось, является давним поклонником трудов, как говорят, выдающегося психиатра современности, Константина Гаськова, генерала армии и председателя КГБ.

Как он поделился во время одной из игр в гольф, наибольшее впечатление на него произвёл обнаруженный этим прожжённым чекистом кризис воспроизводимости, поставивший под сомнение авторитет тысяч учёных.

Но О’Киф также беззаветно влюблён в «методику Гаськова», позволяющую, с определённой долей точности, определять уровень когнитивных способностей испытуемого. Не IQ, не эрудицию, а именно то, насколько развита у человека способность мыслить, его усидчивость, его лидерские качества и способность работать в команде.

Некоторые считают, что именно она способствовала значительному повышению класса КГБ, из-за чего ЦРУ преследуют неудачи при попытках вербовки высокоуровневых агентов.

В ЦРУ были энтузиасты, пытавшиеся внедрить эту методику для первичного отбора кандидатов, но идея не нашла поддержки у руководства, поэтому всё ограничилось парой неловких попыток, успешно зарубленных в самом начале.

Чейни эта методика тоже интересна и он даже прошёл экзаменацию, по итогам которой его определили в категорию «A-», что, как ему сказали, отличный результат.

Но ломать отточенную десятилетиями систему подбора кадров ЦРУ ему не хочется, так как это рискованно, поэтому он хочет испытать её на NASA, через энтузиаста О’Кифа.

Если эта инициатива даст результаты, Чейни обдумает возможность внедрения методики в ЦРУ, а затем, возможно, в армии.

— Также я хотел бы попросить вас, господин вице-президент… — вновь заговорил О’Киф.

— Да? — спросил Дик Чейни.

— У меня есть идея, как существенно улучшить быстродействие агентства, через повышение скорости принятия решений, — произнёс администратор NASA. — Эта идея предполагает последовательный переход к полному цифровому документообороту внутри агентства — я наблюдаю очень плохой обмен информацией между подразделениями, у нас до сих пор отвратительное управление данными, а бюрократизация достигла чрезмерно высокого уровня. Это повышает риски аварий и система требует значительного усовершенствования. У нас есть пример — советская система цифрового документооборота позволяет им не только экономить миллиарды долларов на бумаге, но и повышает точность управления данными, а также ускоряет принятие решений. Дело ведь не только в том, что они инвестируют в космическую отрасль огромные деньги…

— Сколько это будет стоить? — задал Чейни главный вопрос.

— От полутора до двух миллиардов в год, в течение пяти-шести лет, — ответил О’Киф. — По приблизительной оценке экспертов.

— Всего лишь? — удивлённо спросил вице-президент. — Если вы гарантируете, что это не будет сильно вредить темпам и качеству работы, то вы уже получили наше одобрение.

— Благодарю вас, господин вице-президент! — заулыбавшись, ответил О’Киф.

— Нам нужна эта ракета и нам нужна эта станция, господин О’Киф, — сказал ему Чейни. — Завтра вы получите полный доступ ко всем данным, которые ЦРУ сумело накопать на советскую космическую программу. Приступайте к работе и дайте мне ожидаемые результаты — даже если вам для этого придётся построить на мысе Канаверал второй Байконур…

*СССР, РСФСР, Москва, Остров, Дом Правительства СССР, 26 июня 2002 года*

НПО «Вега-М», объединяющее 53 предприятия в сфере радиоэлектроники, представляет сегодня результат восьмилетней разработки, прошедший войсковые испытания и готовый к принятию на вооружение.

Это ЕЦРОН «Вектор», аббревиатура которой расшифровывается как «единая цифровая радиосистема общевойскового назначения».

Жириновский подошёл к столу, на котором лежит рация «Вектор-Р» — ручной вариант, предназначенный для офицерского состава или СпН, с регулируемой выходной мощностью от 1 до 5 Ватт, и с диапазоном частот 30–512 МГц, передачей данных до 19,2 килобит в секунду, массой 1,8 килограммов, а также дальностью до 8 километров.

Владимир взял его в руки и покрутил — антенна выдвижная, цифровой экран, а также очень много кнопок.

— Всё такой же тяжёлый… — произнёс он неодобрительно.

— Сожалею, но нам не удалось уменьшить массу и габариты, — сообщил Никита Владимирович Турчин, заместитель директора «Веги-М», Анатолия Петровича Лысова. — Зато следующая модель точно уместится в требуемые габариты и массу.

Минобороны дало техзадание на ручную версию массой до 1 килограмма, но это, судя по всему, невозможно в нынешних реалиях, поэтому никто не настаивал на этом требовании.

Гораздо ценнее вся радиосистема, которая, наконец-то, унифицирует всю связь в вооружённых силах, а также радикально повысит её криптостойкость.

— Ничего страшного, — сказал Жириновский и перешёл к следующей модели.

Это «Вектор-Н», носимая радиостанция, с регулируемой выходной мощностью 10–25 Ватт, диапазоном частот от 1,5 до 512 МГц, передачей данных до 64 килобит в секунду, массой 8,3 килограммов и максимальной дальностью до 25 километров, а с ретрансляцией — от 50 километров и выше. Это основной тактический вариант, предполагающийся, как самый массовый в войсках.

Жириновский пощупал руками корпус из ударопрочного пластика, а затем понажимал на непонятные кнопки — это тоже цифровое устройство, с очень умными «мозгами».

— Мне нравится, как она смотрится, — произнёс он.

Ему вспомнилась тяжеленная Р-159, с которой он имел дело в Афгане — диапазон частот был от 30 до 70 МГц, модуля шифрования не было, а появился таковой только на следующей версии, названной Р-159М…

Владимир перешёл к следующей радиостанции, называемой «Вектор-Б» — это изделие для техники, с большей мощностью, но и большими габаритами. Регулируемая выходная мощность у неё в диапазоне 25–100 Ватт, диапазон частот — 1,5–3000 МГц, передача данных — 256 килобит в секунду, максимальная дальность — до 60 километров, но также она интегрируется с цифровыми системами новой военной техники и может служить ретранслятором для остальных радиостанций.

Жириновский поднял это устройство со стола и, по его ощущениям, оно имеет массу около 25–30 килограммов, что несущественно, учитывая, что это радиостанция для техники.

По соседству находится «Вектор-А», авиационная версия, но он выглядит совсем уж непонятно, так как видно его начинку, которую предполагается присоединить к самолёту или вертолёту.

А сразу после него видно стойку радиостанции «Вектор-К», то есть, корабельной версии, отличающейся от других версий большей мощностью, обязательной интеграцией с корабельной автоматической системой управления и возможностью подключения к лазерной связи.

— Это ладно… — сказал Жириновский. — Флотские разберутся. Что у нас дальше?

Он прошёл к «Вектор-С», стационарной версии, предназначенной для командных пунктов. Она исполняется в виде стойки, на которой предусмотрены колёсики и ручки для удобной транспортировки — в ней предусмотрены полный диапазон используемых войсками частот, максимальное количество одновременных каналов, мощная система охлаждения, а также интеграция с вышестоящими штабами и спутниковой связью.

Во всех версиях радиостанции предусмотрены частотная скачкообразная перестройка от 500 до 2000 скачков в секунду, адаптивная модуляция, интеграция с автоматизированными системами управления войсками, а также продвинутая система шифрования, с беспрецедентной криптостойкостью и очень высокой устойчивостью к РЭБ.

Эта связь имеет защиту от «Парселен», висящих во тьме космоса уже который год, поэтому войска точно не останутся без связи — таково было главное требование Минобороны, которое не очень верило в перспективы лазерной связи, когда составляло техзадание.

В зонах сильного подавления войска, конечно же, потеряют связь, так как «Парселена» способна подавлять вообще все диапазоны частот, начисто отсекая любую радиосвязь, но в зонах слабого или среднего подавления связь будет, пусть и сильно хуже качеством.

И всё же, на этот случай имеется лазерная связь — 289 спутников кружат на низкой околоземной орбите, и ещё 611 спутников планируется поднять туда в течение следующих трёх лет.

— А это ретранслятор? — уточнил Владимир, посмотрев на непонятное устройство.

— Да, Владимир Вольфович, — ответил Никита Владимирович. — Предполагается установка на самолёты и вертолёты, а вон тот — это отдельный…

Он указал на ретранслятор, стоящий на следующем столе.

— Ах, да, понятно-понятно, — сказал Владимир, узнавший изделие.

Это «Вектор-РТМ», отличающийся от авиационной версии, «Вектора-РТ» тем, что он будет устанавливаться на специальные БПЛА-ретрансляторы.

Самолёты отправишь далеко не на каждый участок, а вот БПЛА не очень-то жалко, поэтому они будут кружить в заданных квадратах в автоматическом режиме и обеспечивать связь для войск на земле, воде и в воздухе.

Полное перевооружение займёт примерно десять-двенадцать месяцев, а затем потребуются месяцы, чтобы вооружённые силы освоили новую связь.

По отзывам от военных, складывается впечатление, что пользоваться новыми изделиями гораздо проще, так как они более дружелюбны к пользователю, а также выполняют большую часть задач автоматически.

«В будущем они станут ещё миниатюрнее и мощнее», — подумал Владимир. — «А это значит, что „Вектор“ у нас не на долгие годы. Он точно не продержится до конца десятилетия и, обязательно, будет очередное полное перевооружение».

Эта радиосистема станет дополнительным компонентом доктрины сетецентрической войны, которую начали совершенствовать с учётом опыта Иракской войны.

Это совсем не та сетецентрическая война, которую имели в виду военные теоретики и практики в последние годы жизни Директора, но нечто уже очень близкое: во главу угла ставятся скорость и точность принятия решений на всех уровнях управления боем, а также максимально возможное повышение ситуационной осведомлённости командования.

Для полноценной сетецентрической войны будущего требуется широкополосное соединение, чтобы была возможность передавать фотографии и видео. Таким образом, можно добиться очень высокой ситуационной осведомлённости, почти без риска того, что командование не очень хорошо представляет себе, что именно происходит на том или ином участке фронта.

В настоящий момент, Советская армия, в этом вопросе, уже впереди передовых армий мира, за счёт лазерной спутниковой связи.

Самые боеспособные подразделения уже перешли на терминалы лазерной связи, неуязвимые для классических средств РЭБ, а у лазерной связи очень высокая пропускная способность, поэтому военнослужащие могут передавать командованию не только фото в высоком разрешении, но и видео в хорошем качестве.

А это уже даёт колоссальное преимущество, так как человеку на месте может быть не очень понятно, что именно он видит, и выводы он может сделать неправильные, тогда как в командном центре сидят специально обученные люди, которые обязательно поймут всё правильно и очень быстро выработают решение.

На будущее запланирована новая система связи, которая кажется военным сомнительной, из-за повышенной уязвимости к РЭБ, но, по мнению Жириновского, весьма перспективная — спутниковая связь с Интерсетью, осуществляемая с помощью спутников серии «Ноосфера».

Эти спутники смогут обеспечить широкополосное соединение абонентам в любой точке мира, что предполагает военное применение.

Связь будет осуществляться по радио, в диапазонах Ku — для гражданского применения, Ka — для более дорогих и продвинутых терминалов, а также в X-диапазоне — для военного применения.

Проблему криптостойкости, к сегодняшнему дню, уже решили, поэтому опасения военных лишились почвы, но всё ещё остро стоит вопрос стоимости.

Терминалы имеют в своём составе фазированные антенные решётки, что очень недёшево, но это меньшая из бед, а главной бедой является постановка на низкую околоземную орбиту 2000 спутников с лазерами, которыми они будут обмениваться данными между собой, и радиоаппаратурой, которая позволит передавать и получать информацию пользователю и от пользователя.

Группировка из 2000 спутников — это безумно дорого, поэтому предложено ограничиться 900 спутниками, на первое время.

Первая партия из 100 спутников должна быть поднята на орбиту за один раз, на ракете-носителе «Вулкан-Т» — каждый спутник весит по две тонны, поэтому нагрузка будет близкой к максимальной, ведь на сегодняшний день «Вулкан-Т» способен поднимать на низкую околоземную орбиту до 260 тонн полезной нагрузки.

«Прометей», проходящий сейчас наземные испытания, мог бы поднять 150 таких спутников за раз, но он будет готов ещё нескоро. Потребуются ещё два года, как минимум, прежде чем эта ракета встанет на стартовую площадку и отправит в космос какой-то полезный груз.

В любом случае, задачу можно решить с помощью «Вулкана-Т», который должен будет поднять на орбиту 900 спутников — девять контейнеров будут пойманы «Шквалами», после чего доставлены на «Мир-3», где их распакуют, проверят на работоспособность и приготовят к отправке на нужные орбиты.

Девять очень дорогих запусков — это гораздо дешевле, чем несколько сотен более дешёвых запусков, так как в стоимость входит не только цена ракет и спутников, а ещё и амортизация оборудования космодрома. С этой точки зрения, рациональнее сделать всего девять сложных запусков и, на какое-то время, закрыть вопрос со спутниковой группировкой «Ноосферы».

«Полностью цифровое управление армией, флотом и авиацией — это стоит таких непомерных затрат», — подумал Владимир и направился к соседнему павильону выставки.

Это закрытая выставка военной техники, проводимая для высшего руководящего состава СССР и уполномоченных представителей союзных стран, долженствующая продемонстрировать промежуточный срез результатов целой серии различных проектов.

В павильоне, в который перешёл Жириновский, демонстрируются образцы передового вооружения — первым ему в глаза бросился новейший РПГ-36 «Дымок», который должен полностью вытеснить все предыдущие образцы противотанковых гранатомётов.

Владимир подошёл к образцу и поднял его на плечо. Взглянув на табличку, стоящую на столе, он узнал, что весит изделие 5,3 килограмма, что тяжеловато, но зато бронепробитие этой тандемной противотанковой гранаты равно 700 миллиметрам катанной гомогенной стали.

— Здравия желаю, товарищ президент, — приветствовал его подошедший и козырнувший майор. — Майор Прибатурин!

— Здравствуй, — ответил ему Жириновский и продолжил возиться с гранатомётом.

Прицел тут оптический, с четырёхкратным увеличением, что будет не лишним — прицельная дальность заявлена на 350 метров.

— Это точно одноразовый гранатомёт? — уточнил Владимир.

— Так точно! — подтвердил офицер. — Прицельный модуль снимается. Нужно зажать ту выступающую кнопку и потянуть.

Жириновский выполнил требуемое, и легко снял прицел, вместе с рукоятью и спусковым механизмом.

— Изобретательно, — произнёс он. — Покажи мне вторую вариацию. Где она?

— Она на соседнем столе, товарищ президент, — ответил майор.

Они прошли к соседнему столу, на котором лежит целая россыпь гранатомётов, большая часть которых не прошла войсковые испытания и останется исключительно в виде экспериментальных образцов.

— Вот реактивная штурмовая граната на основе гранатомёта, — сообщил майор, подняв со стола идентичный предыдущему тубус. — Войсковые испытания показали, что она способна проломить до 350 миллиметров железобетона или 600 миллиметров кирпичной кладки. Взрыв термобарической смеси эквивалентен 4,5 килограммам тротила.

Отличием РШГ-36 от реактивных огнемётов, вроде РПО-А «Шмель», является то, что в ней применяется не только чистая термобарическая смесь, а ещё и головной фугасный заряд, поэтому она отлично проламывает бетонные или кирпичные преграды, что делает её очень интересной в контексте штурмовых действий.

— Неплохо, — произнёс Жириновский.

Он смотрел видеозаписи с войсковых испытаний, поэтому полноценно представляет себе, что может эта штурмовая граната. Она пригодна не только для банального уничтожения оборонительных сооружений, но также и для поражения лёгкой бронетехники или очень серьёзной порчи материальной части противника.

— Неплохо-неплохо, — повторил Владимир и пошёл к следующему интересующему его образцу вооружения.

А это ЭП-40 — пассивный экзоскелет, почти полностью изготовленный из аморфного сплава на основе титана. Металлическая часть экзоскелета имеет чёрный цвет, но практически зеркальна и Владимир может рассмотреть в отражении собственное лицо.

Весит это изделие всего 5,7 килограмма, а максимальная грузоподъёмность его равна 63 килограммам, с компенсацией 83% массы.

Это пассивный экзоскелет предельных характеристик, разработанный для ССО СССР, поэтому производство будет мелкосерийным, так как аморфные металлы — это чрезвычайно дорого и сложно.

ЭП-40 позволяет пользователю переносить 52,3 килограмма нагрузки, почти не ощущая её массы, что позволит подразделениям СпН дольше сохранять автономность на боевых заданиях и гораздо меньше уставать во время скрытного перемещения по местности.

Но цель Жириновского, то есть, оснащение всей Советской армии пассивными экзоскелетами, прошедшими проверку боем и длительной эксплуатацией, уже выполнена — действующая армия полностью оснащена ЭП-25, а теперь проходит переоснащение на ЭП-30.

«Надо будет в субботу на ВДНХ сходить», — напомнил он себе. — «Посмотреть, как проходит выставка бронетехники».

Гражданам нужно постоянно показывать выдающуюся военную мощь их сверхдержавы, иначе они будут думать, что у Советского Союза ничего нет, а это создаст ненужное волнение.

К военным парадам все привыкли, но вот пощупать технику руками и услышать от гида что-то о её тактико-технических характеристиках граждане получают возможность очень редко, что Владимир и решил исправить — передовая военная техника выставлена в специальном павильоне на ВДНХ, с бесплатным входом.

«А ещё надо сходить в Косой переулок — давно там не был…» — решил Владимир.

Оригинальный актёрский состав в Косом переулке уже не выступает, так как задействован на съёмках, поэтому ему на замену подобрали очень похожих актёров, которые развлекают туристов со всего Союза.

— Ладно, я увидел, что хотел, — сказал Жириновский. — Товарищи, продолжайте без меня.

На этой выставке присутствуют представители Минобороны, Верховного Совета, ГКО, а также представители союзных стран, поэтому уход Владимира не лишит мероприятие смысла, к тому же, он провёл здесь около полутора часов.

Сев в бронированный лимузин, он поехал обратно в Дом Правительства, чтобы завершить кое-какие дела, которые следует доделать до того, как он отправится в отпуск.

«Щенок зарвался и поплатится за это», — с холодной решимостью подумал Жириновский. — «Старика он под орех разделает, ага…»

Примечания:

1 — О снижении нормы прибыли — в эфире снова рубрика «Red, зачем ты мне всё это рассказываешь⁈» — согласно эмпирическим исследованиям западных учёных-экономистов, норма прибыли начала своё падение с середины 60-х годов, как раз, с началом внедрения автоматизации в промышленность, и продолжает падение до сих пор. Исследования показывают, что автоматизация — это один из самых значимых факторов снижения нормы прибыли, наряду с глобализацией и прочими сопутствующими факторами. В настоящий момент, норма прибыли находится на исторически низком уровне, и если взглянуть на горизонт, всё выглядит так, будто дальше будет только хуже. Почему? Да потому что на горизонте виднеются гуманоидные роботы, которые скоро станут способны заменить низкоквалифицированных рабочих, а в обозримом будущем и часть высококвалифицированных рабочих. Кто-то говорит, что нейросетевой бум повышает норму прибыли корпорациям, что соответствует действительности, но очевидно, что это пузырь, который, в конце концов, лопнет, поэтому смотреть нужно на реальную экономику. А в реальной экономике наиболее значимой инновацией являются гуманоидные роботы с нейросетевым обучением. Из примеров — Atlas от Boston Dynamics, заявки на заказ которого уже закрыты до 2027 года, так как ключевые партнёры уже забили всю очередь. И их вообще не смущает то, что этот гуманоидный робот стоит, оценочно, по 150 тысяч баксов за единицу, потому что доказано, что он может работать 24/7, без перерывов на сон, приём пищи, собрания профсоюза, стачки и митинги. На самом деле, оценивается, что он будет работать где-то 80–90% от полных суток, так как обязательно будут техобслуживание, перераспределение задач и так далее — но даже при этом, кто ещё работает 80–90% суток семь дней в неделю? Лично меня этот робот удивил тем, что ему даже не нужно заряжаться по три-четыре часа, потому что применено простое, но элегантное решение — две батареи. Процесс его зарядки выглядит так — он подходит к станции зарядки, вытаскивает из себя одну батарею, вставляет её в станцию, а в себя вставляет уже заряженную. Со стороны это может выглядеть так, будто он отошёл на перекур — фактически, это занимает даже меньше времени. В общем, окуп этого робота нельзя считать как тупое деление его стоимости на годовую зарплату низкоквалифицированного рабочего, так как он в год будет выполнять гораздо больший объём работы. Конечно, надо понимать, что он не способен полностью заменить рабочего, но это вопрос исключительно организации труда — можно полностью перенастроить порядок работы на заводе под включение роботов-штрейкбрехеров, которые даже пиво не пьют, что позволит существенно повысить скорость их окупаемости. То есть, если объяснять просто, можно отнять у живых рабочих те обязанности, которые лучше всего выполняет робот, чтобы он никогда не занимался ерундой, для которой не предназначен. Так можно даже понизить зарплаты мясным работягам, ведь они будут выполнять меньше полезной работы. Да, уважаемый читатель, ты можешь сказать что-то вроде: «Red, зачем ты им это всё подсказываешь⁈», но я тебя уверяю — есть тысячи компетентных людей, которые уже давно всё это продумали и обсудили между собой. Это вопрос бабок, а когда дело касается бабок, барыги становятся настолько мотивированными, что я не смогу придумать даже 1% того, что способны придумать они. С Atlas, кстати, связана интересная история — владельцем Boston Dynamics является Hyundai, знаменитая своим производством актуаторов для автомобилей, и так совпало, что актуаторы для автомобилей и для роботов имеют очень сильную схожесть. Актуаторы, спешу заметить, составляют около 40–70% от стоимости робота, согласно разным оценкам. Для роботов нужные более совершенные и сложные актуаторы, чем для автомобилей, но база для их производства у Hyundai есть, а это уже конкурентное преимущество. И Hyundai уже заявила, что у неё есть цель — довести производство Atlas до 30 000 единиц в год к 2028 году. Есть, конечно, подающие надежды роботы Optimus от Илюхи Маскова, есть роботы серии V от компании Figure, есть сонмы роботов от китайских, корейских и японских разработчиков, но такое конкурентное преимущество, на сегодняшний день, есть только у Boston Dynamics, поэтому лично я считаю, что первым серийным гуманоидным роботом, массово работающим на заводах, за презренные киловатты, будет именно Atlas, а не кто-то ещё. Но будущее непредсказуемо, Илюха тоже непредсказуем, а китайцев, других корейцев и японцев не стоит недооценивать, поэтому поживём — увидим. Благо, ждать осталось недолго — через пару лет посмотрим, кто Лев Толстой, а кто…

Книга предоставлена Цокольным этажом , где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту, например, через Amnezia VPN : -15% на Premium, но также есть Free.

Еще у нас есть:

1. Почта b@searchfloor.org — получите зеркало или отправьте в теме письма название книги, автора, серию или ссылку, чтобы найти ее.

2. Telegram-бот, для которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по ссылке и 3) сделать его админом с правом на «Анонимность» .

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Владимир, Сын Волка 7