<?xml version="1.0" encoding="UTF-8"?>
<FictionBook xmlns="http://www.gribuser.ru/xml/fictionbook/2.0" xmlns:l="http://www.w3.org/1999/xlink"><description><title-info><book-title>После развода с предателем</book-title><author><first-name>Адалин</first-name><last-name>Черно</last-name><home-page>https://gigabooks.ru/tag/adalin-cherno</home-page></author><annotation><p>Ольга узнаёт о беременной любовнице мужа в тот же день, когда тот заявляет: квартира теперь не ей, а новой семье. Восемь лет брака, общие планы, попытки завести ребёнка — всё обесценено одним холодным решением. Она уходит ни с чем, кроме спортивного костюма и обручального кольца, которое ещё не сняла. В отеле, куда её увозит подруга, Ольга случайно сталкивается с Тимуром — мужчиной, который принял её за эскортницу, а потом спас от похожего недоразумения. Между ними вспыхивает искра, которую она не готова признать: слишком свежа рана, слишком громко звучат слова бывшего о том, что она никому не нужна. Но когда дочь Тимура пропадает из отеля, Ольга оказывается единственной, кто замечает её уход — и единственной, кто понимает, как страшно быть забытой.</p></annotation><coverpage><image l:href="#cover.jpg"/></coverpage><lang>ru</lang><genre>proza</genre><genre>drama</genre><genre>molodezhnaya</genre><genre>zdorove</genre><date value="2026-11-20">20.11.2026</date></title-info><document-info><author><first-name>FB2 Generator</first-name></author><program-used>FB2 Generator</program-used><date value="2026-11-20 15:15:02">20.11.2026 15:15:02</date><id>posle-razvoda-s-predatelem-690524</id><version>1.0</version></document-info></description><body><title><p>После развода с предателем</p></title><section><title><p>Глава 1</p></title><p>— У меня давно другая, — голос мужа звучит ровно, сухо, словно он рассказывает о прогнозе</p><p>погоды, а не о женщине, которую привел к нам в дом с огромным животом.</p><p>Сначала я подумала, что это-то кто-то из его знакомых.</p><p>Потом, что Глеб сбил эту женщину и боится за ее здоровье.</p><p>Следом в голову пришла, как мне показалось — бредовая идея, что она его любовница, а в ее</p><p>животе — его ребенок.</p><p>Оказывается, так и есть…</p><p>У него другая…</p><p>— Как давно?</p><p>— Больше года, — так же спокойно отвечает он. — Даша беременна и… я женюсь на ней.</p><p>Глеб поправляет воротник идеально сидящей на нем рубашки, которую я так тщательно</p><p>выглаживала вчера вечером и смотрит на меня в упор. Наверное, чего-то ждет, а я не могу</p><p>выдавить ни единую эмоцию, даже слов связать не могу.</p><p>Верить в сказанное — невозможно.</p><p>Любовница, беременность, он женится на ней.</p><p>А со мной, выходит, разведется?</p><p>— Почему? — все, на что у меня хватает сил.</p><p>Та, другая, сидит в нашей гостиной и, видимо ждет, пока ее мужчина распрощается со старой</p><p>женой. Или… вообще выставит ее за дверь. Зачем-то ведь Глеб привел ее сюда. Без чемодана,</p><p>но… словно на экскурсию.</p><p>Возможно, так и есть. По будущему дому проведет ей пеший тур. Расскажет, где они будут</p><p>засыпать и просыпаться, готовить завтраки, растить детей. От одной этой мысли корежит.</p><p>— Почему? — Глеб пожимает плечами. — У нас как-то… не получалось. Ни с отношениями, ни с</p><p>ребенком. Оль… — он делает паузу, смотрит на меня, как на собаку.</p><p>Старую, побитую, ненужную собаку, которую он давно не любит, потому что она уже не та, но и</p><p>выбросить ему ее жалко. От этого взгляда к щекам резко приливает кровь. Хочется закрыться,</p><p>чтобы Глеб не смотрел         так        …</p><p>— У нас все кончилось давно, Оль… С ребенком не вышло, отношения тоже… не те. Мы охладели</p><p>друг к другу. Ты только о работе думаешь, о клинике своей, а я мужик живой, мне женщина</p><p>нужна горячая, дикая, чтобы встречала дома в пеньюаре, а не…</p><p>“... а не как я, с борщом”...</p><p>Да и то иногда вчерашним, потому что так и не захотела бросить работу.</p><p>И пеньюара у меня никогда не было.</p><p>Глеб все равно всегда все вещи снимал. Быстро и лихорадочно отбрасывал в сторону, оставляя</p><p>меня нагишом. А тут, оказывается… ему нужен был пеньюар.</p><p>Может, и на коленях надо было, у порога, как советовали блогеры в сети.</p><p>— … В общем, вот так. Я до последнего тянул, не знал, как тебе рассказать, как преподнести</p><p>эту информацию помягче.</p><p>— Не смог придумать?</p><p>— Что?</p><p>— Как помягче преподнести.</p><p>Глеб смотрит на меня, замерев, а я, не в силах пошевелиться, думаю о том, что сидящая в</p><p>гостиной любовница это ни черта не мягче.</p><p>Я вдруг вспоминаю, как она выглядит. Высокая, стройная даже несмотря на то, что беременная,</p><p>с копной светлый густых волос. С макияжем, укладкой, сумочкой недешевой. У моей подруги</p><p>точно такая же и стоит она целое состояние. А вот у меня такой нет. И не было никогда. Глеб</p><p>не дарил, а моей зарплаты в больнице бы не хватило. Я работала для души, не для денег.</p><p>— Ты ее сюда привел зачем? Чтобы я посмотрела? Чтобы сравнила?</p><p>Неожиданно именно так и хочется сделать. Броситься в ванную, посмотреть на себя в зеркало,</p><p>а затем пойти в гостиную и взглянуть на соперницу. Хотя… какая она теперь соперница. Она —</p><p>законная будущая жена, а я так — ненужный отработанный материал без пеньюара.</p><p>— Нет, Даша… хотела увидеться с тобой.</p><p>— А я, Глеб? Я хотела? Почему ты не спросил меня, хочу ли я видеться с твоей любовницей?</p><p>Хочу ли я о ней знать?</p><p>— Хватит! — резко обрубает Глеб. — Ты         должна         была о ней узнать. Она</p><p>теперь — часть моей жизни.</p><p>Легко было нападать, пока он позволял. Теперь, глядя на поджатые недовольно губы мужа, на</p><p>его сжатые челюсти, хмурый взгляд и жажду защищать, понимаю, что мое мнение и чувства его</p><p>интересуют мало.</p><p>— Мне нужно было врать тебе? Притворяться, завести семью на стороне? Нет, — он будто</p><p>отвечает сам себе. — Мать моего будущего ребенка такого не заслужила.</p><p>— А я? Я заслужила? Мы восемь лет… восемь лет, Глеб, были вместе. Ребенка пытались завести,</p><p>быт строили. А теперь —         она         не заслуживает.</p><p>— Не заслуживает, — повторяет, ни капли не раскаиваясь.</p><p>Это больно ударяет по и так израненной душе. Он не раскаивается, ему ни капли не жаль, что</p><p>он так поступил, не жаль меня, которая планировала с ним раз и навсегда.</p><p>На всю жизнь, вдвоем, с детьми возможно, я ведь… хотела тоже очень.</p><p>А он… перечеркнул все.</p><p>Одним махом восемь лет счастливой жизни.</p><p>Или… не восемь. Последний год у него была Даша. И одна я жила в неведении, не замечая</p><p>ничего вокруг.</p><p>— И что… дальше? Мне нужно… съехать?</p><p>— Нет, квартиру я оставлю тебе. Машину заберу, потому что прав у тебя все равно нет. Денег</p><p>тебе переведу. Поговорю с адвокатом, мы… решим, сколько и как это все оформить, чтобы в</p><p>будущем… у тебя не было претензий.</p><p>Я судорожно выдыхаю, неожиданно для самой себя прислоняюсь к стене и обнимаю себя руками.</p><p>Хочется завыть и Глеб, видимо, это замечает.</p><p>— Давай только без сцен. Даше нельзя волноваться. Или мы уйдем сначала, — быстро говорит,</p><p>направляясь к двери.</p></section><section><title><p>Глава 2</p></title><p>Сцен я устраивать не умела, но когда хлопает входная дверь, хватаю вазу, которую купили на</p><p>совместном отдыха в Египте, и запускаю в стену.</p><p>Она разлетелась на осколки, ровно так же, как и моя жизнь. В одночасье, неожиданно. Вот</p><p>только что стояла, а теперь ее больше нет.</p><p>Мой мобильный звенит входящим. Достаю из кармана, снимаю блокировку.</p><p>“Как остынешь — позвони. Ты должна подписать документы” — приходит сухое сообщение от</p><p>Глеба.</p><p>Телефон летит к вазе. Дорогущий, купленный Глебом не так давно. Он отлетает от стены и</p><p>приземляется на пол.</p><p>Мне кажется, что я сплю. Что все это происходит не со мной. Но беременную любовницу мужа</p><p>никак не могу выбросить из головы.</p><p>А когда выхожу в коридор, резко сталкиваюсь с чужим запахом духов. Он не успел выветриться,</p><p>ведь свою подстилку Глеб поспешно забрал подальше, чтобы не нервничала.</p><p>Ребенок… у моего мужа будет ребенок.</p><p>Не от меня, от другой женщины.                 Я все еще не могу в это поверить. И, словно</p><p>загипнотизированная, иду в ванную, встаю напротив дизайнерского зеркала, которое повесили</p><p>здесь после ремонта, и рассматриваю себя.</p><p>Если не знать, что у мужа любовница — выгляжу я хорошо. Ни морщин в свои тридцать пять, ни</p><p>темных кругов под глазами, ни уставшего и потухшего взгляда. Разве что совсем чуть-чуть,</p><p>практически незаметно. И то это скорее потому что я после смены, не выспалась, не отдохнула</p><p>толком, пришла домой, называется, с утра.</p><p>Выходит, что даже новость о любовнице мужа никак не повлияла на мою внешность.</p><p>Я все та еще Оля, которую в отделении больницы знают, как улыбчивую и веселую</p><p>женщину-хирурга, способную сосредоточиться только со скальпелем в руках.</p><p>Я все та еще Оля, которую среди друзей и подруг знают, как веселую заводилу и яркую</p><p>личность, счастливую и любимую жену.</p><p>Я все та еще Оля, которую носил на руках муж, которой почти каждое утро говорили</p><p>комплименты и делали кофе, если удавалось проснуться вместе.</p><p>Только сейчас осознаю, что все это было давно. И комплименты, и кофе, и внимание. Даже секс</p><p>я с трудом могу вспомнить, когда был. Давно. А я и не заметила. Потерялась в работе и</p><p>пациентах, зачем-то брала дополнительные смены.</p><p>Может, я чувствовала? Знала, что что-то не так и подсознательно убегала от проблемы.</p><p>Надеялась, что она как-нибудь решится сама.</p><p>Но девятый месяц беременности никак не решится. Разве что рождением новой жизни, которую</p><p>моему мужу так и не смогла подарить я.</p><p>Я вздрагиваю от хлопка двери. Напрягаюсь и вытягиваюсь струной. На секунду кажется, что мне</p><p>все действительно привиделось и муж вот вернулся домой с работы, но затем я слышу:</p><p>— Оля! — кричит моя соседка и хорошая подруга — Лена.                 Она перехватывает меня на</p><p>выходе из ванной, обхватывает руками за предплечья, обнимает. Я практически сразу понимаю —</p><p>она все знает.</p><p>— Не вздумай реветь, Оль, вещи собирай, кое-куда поедем. У тебя… деньги взаймы есть?</p><p>Отстранившись, смотрю на Ленку удивленно. Что-что, а денег им с Громовым всегда хватало. Он</p><p>успешно управлял компанией, а Лена — бытом.</p><p>— Есть, Оль? Я потом все расскажу, мне надо съехать отсюда, Гордей будет меня здесь искать.</p><p>Я киваю быстро-быстро и собираю кое-какие вещи. Бросаю в сумку то, что может понадобиться,</p><p>заблаговременно пишу на работу, что я заболела и мне нужен отгул дня на три. Вот ведь как</p><p>бывает. Пока была в “счастливом” браке и отгулы не нужны были, а теперь… понадобились.</p><p>— Лен, все в порядке? — спрашиваю, глядя на подругу, стоящую у окна и выглядывающую что-то</p><p>внизу.</p><p>Несколько недель назад ее муж точно так же изменил ей, как и мне Глеб. Хотя нет, не точно</p><p>так же… у Гордея хватило ума не рассказывать об этом Лене и не приводить в дом беременную</p><p>любовницу.</p><p>— Гордей не приходил?</p><p>— Нет. Должен?</p><p>Она мотает головой.</p><p>— Я не знаю, Оль… он сделал из меня недееспособную, запер в доме. Я… едва сбежала.</p><p>У меня от шока сумка выпадает из рук. Я на некоторое время вообще забываю о том, что у меня</p><p>тут, между прочим, тоже драма, и внимательно слушаю Лену. Она рассказывает о том, как после</p><p>ресторана, где они “праздновали” годовщину Гордей усадил ее в машину и вывез в загородный</p><p>дом, о котором она даже не подозревала. Там запер и удерживал, пока она не придумала, как</p><p>сбежать.</p><p>— Я пока не знаю, действительны ли его документы о моей недееспособности. Оль… мне больше</p><p>не к кому пойти. Давай… переживем предательство вместе.</p><p>Я киваю. Поднимаю свою сумку с пола и решительно иду к выходу, по пути вытирая слезы.</p><p>— Давай сделаем так… — оборачиваюсь к подруге. — Я позвоню Гордею, узнаю о тебе и заодно,</p><p>где он.</p><p>Она кивает, и я набираю номер ее мужа. Он отвечает не сразу, спустя несколько гудков.</p><p>— Гордей, слушай… я тут к Лене не могу дозвониться. Все в порядке? Он как отменила</p><p>годовщину, так и все…</p><p>— Она… у нее осложнения по здоровью, Оль. Ей срочно в клинику надо, но она сопротивляется.</p><p>Если придет к тебе — позвони мне, хорошо?</p><p>— Все так серьезно?</p><p>— Хуже некуда, — врет, не краснея.</p><p>— Я позвоню, конечно.</p><p>Звонок прерывается сам по себе.</p><p>— Где он — понятия не имею, но ищет тебя. Рискнем выйти? Моя машина на парковке.</p><p>— Оль… — Лена меня тормозит. — Я не знала о любовнице Глеба. Увидела их сейчас, как они в</p><p>лифт заходили и мило ворковали. Я сначала подумала, что не пойду к тебе, не буду лезть со</p><p>своими проблемами, но потом решила, какая же я подруга, если оставлю тебя с болью наедине.</p><p>Мы вместе справимся, да, Ольчик?</p><p>Я киваю и открываю дверь, а там…</p><p>Глеб собственной персоной. Без любовницы, один, но выглядит решительно и входит в квартиру,</p><p>отталкивая меня назад.</p><p>— Все-таки, поговорить нам надо, Оля.</p></section><section><title><p>Глава 3</p></title><p>Глеб проходит внутрь, оглядываясь так, словно прикидывает, какие изменения предстоит здесь</p><p>сделать. А у меня внутри все сжимается от боли. Мой муж, тот, с которым мы прожили</p><p>счастливые восемь лет, теперь планирует жить с другой. Я все еще не могу поверить.</p><p>Обернувшись и посмотрев на Лену, идет в кухню, останавливается рядом со столешницей, за</p><p>которой мы иногда завтракали, когда удавалось уйти вместе на работу и ужинали, когда</p><p>получалось вернуться домой вовремя. Глеб проводит по поверхности пальцами, затем</p><p>поворачивается ко мне.</p><p>— Оль, слушай... — он вздыхает, проводит рукой по волосам, стараясь выглядеть искренне</p><p>раскаивающимся, но это только сильнее раздражает. — Есть один момент, о котором я сразу не</p><p>сказал. Но раз уж мы уже все выяснили...</p><p>Я напрягаюсь еще больше. Кажется, больнее, чем он уже сделал, быть не может, но муж</p><p>продолжает:</p><p>— Даша... она хочет жить здесь. Ей понравилась квартира, район, да и поликлиника хорошая</p><p>рядом — ну, для ребенка удобно, сама понимаешь. Мы же долго планировали, квартиру эту</p><p>выбирали именно с расчетом на ребенка. Да и сад тут строится хороший, новый.</p><p>— Не понимаю, — резко отвечаю я, хотя все прекрасно понимаю.</p><p>Что тут может быть непонятного? Он подумал и решил, что проще сменить жену, чем квартиру и</p><p>планы на жизнь.</p><p>Глеб спокойно кивает и снова сдержанно, ровно объясняет сказанное, словно речь идет о</p><p>покупке новой мебели, а не о моей жизни:</p><p>— Я не прошу тебя просто съехать, я готов купить тебе другую квартиру, любую, какую</p><p>захочешь, где угодно в городе. Но эта, наша... она нужна мне и Даше.</p><p>Слово «наша» режет слух. Что в ней осталось нашего, если там будет жить чужая женщина, его</p><p>новая семья? Мне становится больно и мерзко одновременно. Я чувствую, как к глазам</p><p>подступают слезы, но усилием воли загоняю их обратно, до боли сжав пальцы в кулаки.</p><p>— Почему ты не сказал сразу? Побоялся, что я не выдержу?</p><p>— Хотел постепенно, чтобы без истерик, Оль. Ты ведь всегда разумно подходишь ко всему.</p><p>Подумай сама: зачем тебе жить здесь, среди воспоминаний, если я предлагаю выбрать что-то</p><p>новое? Начать жизнь заново — лучше, чем вариться в прошлом.</p><p>Я замечаю обеспокоенный взгляд Лены, готовой вмешаться в любой момент и слегка мотаю</p><p>головой, показывая, что справлюсь сама.</p><p>— Что еще? Квартиру, машину мою… она тоже ей пригляделась или ты решил, что проще заменить</p><p>только меня?</p><p>— Зачем так утрировать? Машина с водителем Даше понадобится, чтобы ездить в консультацию.</p><p>Я, как ты знаешь, не всегда могу быть рядом.</p><p>— Ну теперь-то наверняка сможешь. Разрываться на две семьи не придется. Хотя ты и так… не</p><p>особо старался. Здесь, по крайней мере.</p><p>— В чем проблема договориться? Новая квартира, деньги… я дам столько, что ты сможешь купить</p><p>себе машину и получить права. Давно пора было, Оль… личный водитель — огромная статья</p><p>расходов. Твоя зарплата в клинике ее не покрывала.</p><p>— Я отдам дом, но хочу машину. Купишь своей подстилке новую.</p><p>— Оль…</p><p>— Иначе не договоримся. Я не съеду отсюда и буду жить здесь, пока суд не решит иначе. По</p><p>документам квартира наполовину моя.</p><p>— Значит, по хорошему не хочешь?</p><p>— Почему же не хочу? Хочу. На, вот! — швыряю на стол ключи от квартиры.</p><p>Те, что от машины, держу в руках и отдавать не планирую. Гоша меня только домой привез и</p><p>сегодня у него выходной, о чем Глеб, видимо, забыл.</p><p>— Квартира твоя, машину, как я и говорила, не отдам. Заберу. Мы на ней сейчас с Леной</p><p>уезжаем.</p><p>— Куда это? — прищуривается.</p><p>— А это… тебя больше не касается. Куда захотим, туда и поедем.</p><p>— Документы нужно подписать, — тут же находится Глеб. — О разводе, об отсутствии претензий</p><p>по имуществу. Мой адвокат все составит и тебе… нужно будет только подписи поставить.</p><p>— Поставлю. В электронном виде мне пришлешь.</p><p>Отступаю с кухни к выходу. Лена тем временем уже открывает дверь.</p><p>— Мы еще не все обсудили, — летит мне в спину.</p><p>— Некогда мне, с Дашей остальное обсудишь. Теперь она твоя жена.</p><p>С Леной выходим в подъезд и быстро спускаемся по лестнице. К счастью, ни по пути, ни на</p><p>парковке, Гордея мы не встречаем. Лена садится за руль, заводит машину и смотрит на меня.</p><p>— Ты ее видела, Лен?</p><p>— Кого? — спрашивает настороженно.</p><p>— Любовницу. Она… сильно молодая?</p><p>— Так, подожди, — Лена разворачивается ко мне всем корпусом.</p><p>— Лен… она красивая, да? Молодая? Я… не рассмотрела ее.</p><p>Как не силюсь вспомнить — не могу. Кажется, что должна быть, иначе… иначе какой смысл?</p><p>— Оля!</p><p>Лена встряхивает меня за плечи.</p><p>— Ты слышишь, что говоришь?</p><p>— Он с ней, Лен… с ней, понимаешь? Спал, любил, ребенок у них будет, а я… я все, Лена.</p><p>— Ну и придурок! — уверенно заявляет она. — Ты красивая, сексуальная, умная, состоявшаяся.</p><p>— Значит, молодая, — выношу вердикт.</p><p>Не знаю, почему зацикливаюсь на этом. Наверное, потому что возраст свой в последнее время</p><p>чувствую. В “щелкающих” суставах, в снижении зрения и либидо. Во многом. Я даже вес набрала.</p><p>Не много, килограмм пять, но они, зараза, все отложились на животе и боках. Трусики из</p><p>любимого кружевного комплекта больше не смотрелись на моих бедрах так, как я бы того хотела,</p><p>так что я их и не надевала.</p><p>— Молодая, старая, какая разница перед кем он не удержал член в штанах. Жизнь не</p><p>закончилась. Отожмешь у своего половину состояния и будешь жить, как богатая и успешная</p><p>женщина.</p><p>Я невесело хмыкаю.</p><p>— Глеб сказал, что квартиру мне купит и… какие-то деньги переведет.</p><p>— Какие-то? Э-э-э-э, не-е-ет, подруга, так дело не пойдет.</p><p>Она замолкает, словно о чем-то задумалась, а потом говорит:</p><p>— Я вспомнила номер адвоката. Лучшего в столице. Проконсультируйся, пока твой благоверный</p><p>не оставил тебя без трусов.</p></section><section><title><p>Глава 4</p></title><p>Сначала я отказываюсь звонить, но затем вспоминаю про слова Глеба об адвокате и все же</p><p>набираю номер. Слышу продолжительные длинные гудки и как раз собираюсь сбросить вызов, когда</p><p>в трубке раздается голос:</p><p>— Слушаю.</p><p>— Я… э-э-э… мне…</p><p>Лена забирает у меня смартфон, прикладывает его к уху и говорит:</p><p>— Матвей? Это Лена Громова… Березина до свадьбы. Помнишь такую? Да-да, за одной партой…</p><p>давно это было. Да… так получилось, что помощь твоя нужна. Подруге. Муж изменил, любовницу</p><p>на стороне завел и подруге моей какие-то бабки предлагает под расписку, разумеется. Ее бы</p><p>проконсультировать в таких вопросах.</p><p>Я сижу, собрав руки на коленях и зачем-то смотрю на парковку, будто высматривая там</p><p>кого-то. Но, не найдя никого, понимаю, что таки высматривала. Новую любовь моего мужа.</p><p>Неужели мне и правда нужно увидеть, какая она?</p><p>— А когда ты сможешь? — тем временем слышу голос Лены. — Да. Матвей… меня сможешь</p><p>проконсультировать тоже? Отлично. До встречи.</p><p>Она отключается, крепит телефон на кронштейн и все-таки выруливает с парковки, ловко</p><p>поворачивая руль. Я так не умею. Училась когда-то, пыталась, но у меня так и не получилось,</p><p>как я не старалась. Панический страх автомобиля никуда не делся, и я забросила обучение.</p><p>— Нас ждут сегодня в пять. Сейчас… — она смотрит на часы. — Девять утра. У нас есть время</p><p>привести себя в порядок к встрече.</p><p>— Но…</p><p>Я с собой ни одной приличной вещи не взяла. Только спортивные костюмы и пижаму. Как-то в</p><p>моменте не подумалось, что нужно что-то представительное для встречи с адвокатом. Не пойду</p><p>же я в велюровом костюме и с пучком на голове.</p><p>— У меня почти ничего нет с собой, — озвучиваю свою проблему.</p><p>— А у меня, ты думаешь, много вещей? — Лена невесело усмехается. — В чем была на годовщине,</p><p>в том и приехала. Гордей не соизволил оставить мне даже одежды в доме. Видимо, надеялся, что</p><p>помру раньше.</p><p>— Лен… мне так жаль.</p><p>— А мне вот нет, — резко отсекает. — Теперь единственное, чего я хочу — растоптать его.</p><p>Мы останавливаемся на светофоре.</p><p>— Я планировала оставить за ним роль директора. Потом, когда эмоции утихнут. Все-таки, я</p><p>ничего не смыслю в этом бизнесе и им управлял Гордей. Я хотела его проучить, наказать,</p><p>показать, что бывает и так, когда изменяешь жене, но теперь…</p><p>Она мотает головой, а я, сцепив пальцы, смотрю перед собой. Желание отомстить возникает</p><p>словно ниоткуда. Только вот… как? Я никакого отношения к бизнесу мужа не имею. Компанию он</p><p>создал до того, как мы поженились. Только квартиру и две машины купили, будучи в браке. Это</p><p>единственное, на что я могу претендовать, а так хотелось бы, как говорит Лена “оставить его</p><p>с голой жопой”.</p><p>— Вот здесь остановимся, — голос Лены доносится будто сквозь толщу воды.</p><p>Мы заезжаем на парковку отеля и выходим из машины. Буквально пять минут у стойки</p><p>регистрации и вот мы уже поднимаемся на лифте и идем по холлу отеля. Я никогда прежде не</p><p>была в таких отелях. Как-то не приходилось. Знаю, что Глеб часто был, потому что они</p><p>встречались в ресторанах отелей, где останавливались партнеры, но жен туда обычно не брали.</p><p>А я вот… поводов даже поужинать не было.</p><p>— Я все верну, Оль. Мне сейчас нужно узнать, как обстоят дела с моим опекунством. Гордей и</p><p>правда его оформил или оно липовое.</p><p>— Он не мог его оформить без заключения государственных учреждений, без подписи врачей, без</p><p>тебя, в конце концов. Я думаю, заключение липовое.</p><p>— У него много денег, ты знаешь… связей, опять-таки.</p><p>— Лен… ты как вообще? Держишься?</p><p>— Я-то? Я успела пройти все стадии принятия неизбежного. Сейчас нахожусь на последней —</p><p>принятие. Его измену я поняла, приняла и выплюнула, а вот то, что он хотел сделать со мной,</p><p>закрыв в доме — нет. Закажем что-то из одежды и белья? Идти по магазинам не хочется, да и…</p><p>опасно.</p><p>Я киваю и протягиваю Ленке свой телефон, а сама усаживаюсь рядом. Буквально через полчаса</p><p>поиском наша корзина забивается нижним бельем для Лены и парой комплектов одежды для нас</p><p>обеих. А еще обувь, потому что я впопыхах надела самые удобные видавшие виды кроссовки, а</p><p>Лена и вовсе не в своих туфлях. Когда сбегала от мужа, ей помогла доктор и дала свою обувь.</p><p>— Я заберу, — говорю, когда звонит курьер. — Тебе лучше не выходить.</p><p>Забираю ключ-карту, телефон, с которого буду оплачивать и выхожу встречать курьера. Мужчина</p><p>с несколькими пакетами от дорогого бренда, стоит в холле. В костюме, туфлях. Это так</p><p>выглядят курьеры, если заказываешь не из Пятерочки? По мере приближения к нему, у меня</p><p>отчего-то потеют ладони. А уж когда он поворачивает голову и сталкивается со мной взглядом,</p><p>так и вовсе хочется провалиться сквозь землю, потому что я начинаю думать, как выгляжу.</p><p>Господи, да хуже, хуже, чем он я выгляжу!</p><p>— Здравствуйте, — поравнявшись с ним, выдавливаю из себя милую улыбку. И даже не заикаться</p><p>получается. — Спасибо!</p><p>Я протягиваю руку к пакетам, уже хватаю их за веревочки, как он неожиданно отводит руку в</p><p>сторону и спрашивает:</p><p>— Не понял…</p><p>— М-м-м… вот, — протягиваю ему телефон с заказом. — Я — Ольга. На мое имя заказ.</p><p>— Это новый способ знакомства? — вдруг уточняет он.</p><p>— Что?</p><p>— В эскорте не заинтересован, — отрезает. — Уже за тридцать, а все туда же, — бросает и,</p><p>обойдя меня, направляется к ресепшн.</p><p>У меня от шока едва челюсть не падает на пол.</p><p>Надо же, какой хам!</p><p>Да курьер из Пятерочки так себя со мной никогда не вел! Что у них в этих брендовых</p><p>магазинах учат хамить клиентам? Надо будет обязательно написать отзыв. Это возмутительно!</p><p>Мужчина, тем временем, подходит к стойке ресепшн и о чем-то переговаривается с</p><p>администратором. Я же стою и жду, когда ему, наконец, скажут, куда ему нужно идти. Нужно</p><p>поставить на место этого выскочку!</p><p>Я делаю несколько шагов к нему, намереваясь ехидно спросить, что он себе думает и планирует</p><p>ли вообще отдавать заказ, как меня кто-то трогает за плечо. Обернувшись, вижу улыбчивого</p><p>паренька, который спрашивает:</p><p>— Вы Ольга? Я вам звонил по доставке. Не смог сразу найти вход в отель, — он мило</p><p>улыбается, а я оборачиваюсь и смотрю на удаляющуюся потрясающе красивую спину мужчины,</p><p>которого я приняла за курьера.</p><p>И все равно он хам! С эскортом меня сравнил!</p><p>— Вот, ваш заказ, сумма написана в чеке.</p><p>Паренек протягивает мне терминал, и я машинально прикладываю телефон для оплаты.</p><p>— Спасибо, — говорит с улыбкой. — Надеюсь, вы остались довольным нашим сервисом.</p><p>Выдавив из себя улыбку, спешу ретироваться, стараясь не думать, как я выглядела со стороны,</p><p>когда пыталась забрать чужие пакеты у, видимо, гостя этого отеля.</p></section><section><title><p>Глава 5</p></title><p>— Почему так долго, Оль? — слышу, как только переступаю порог отельного номера.</p><p>Пока я молчу, не зная, как описать весь стыд произошедшего, Лена идет ко мне. Выглядывает,</p><p>смотрит на меня растерянно.</p><p>— Ты чего, Оль? Что-то случилось?</p><p>— Случилось… Я… я чуть не забрала дорогущие пакеты у постояльца отеля.</p><p>— Что? — спрашивает Лена не без улыбки на лице и тут я начинаю вываливать все.</p><p>Рассказываю и рассказываю о том, как подошла к мужчине, как чуть, можно сказать, не украла</p><p>его пакеты. И как до последнего думала, что вот еще немного и он одумается, а потом меня</p><p>нашел реальный курьер.</p><p>— Откуда ж мне было знать, что там в этом твоем дорогущем магазине обычные курьеры.</p><p>— Оля, — Лена смеется, хватаясь за живот. — Ну такое могло произойти только с тобой.</p><p>Мы еще долго обсуждаем тему неожиданного незнакомца. Лена расспрашивает о том, какой он, а</p><p>я лишь отмахиваюсь, делая вид, что не заметила.</p><p>Хотя… я заметила. Тщательно его рассмотрела. Дорогой костюм, туфли, часы… Почему-то все это</p><p>приходит в голову только сейчас. Ну как курьер мог быть так одет? Хорошо — да, но не в</p><p>брендовых вещах. Да и внешность… Мужчина слишком ухожен и хорош, чтобы работать в доставке.</p><p>Слишком уж он мужественный, с благородной внешностью и… хамло!</p><p>Вот! Вот, что нужно вспоминать, когда перед глазами возникает его образ. Что он — хамло!</p><p>Посмел обозвать меня эскортом! Да я… в жизни бы на такое не пошла.</p><p>Я даже не замечаю, как мы распаковываем доставку. Лена отдает мне мою одежду и тут я</p><p>вспоминаю ее цену и пытаюсь отнекиваться. Как я буду за это платить? И даже когда Оля</p><p>говорит, что отдаст, я не хочу. Соглашаюсь, потому что она непреклонно стоит на своем и</p><p>убеждает меня, что для адвоката нужно выглядеть представительно.</p><p>— Да и вообще, Оль… твой муж столько зарабатывает, пора себя ценить. Брендовые сумки и</p><p>шмотки быть должны. У этой подстилки его наверняка есть.</p><p>Мне на это ответить нечего, потому что я знаю — Лена права.</p><p>Сколько раз Глеб говорил мне купить себе что-то стоящее и представительно. Только вот… куда</p><p>мне в нем ходить? В клинику? Засмеют же и не поймут! У нас все простые, врачи, они о муже-то</p><p>моем долго не знали, точнее, не знали, чем занимается. А уж когда узнали — и так слушала</p><p>насмешки, что работать мне незачем. Это в лицо все добрые, а за глаза. Выйдешь неудачно в</p><p>курилку, столько о себе узнаешь — на всю жизнь хватит.</p><p>Мы как раз собираемся выходить, когда начинает трезвонить мой телефон. На экране — скрытый</p><p>номер. Обычно я не отвечаю, но тут все-таки решаю поднять трубку. Если якобы из банка или</p><p>мошенники — сброшу.</p><p>— Да.</p><p>— Алло, Ольга? Вы знаете, где ваша подруга Елена сейчас?</p><p>— М-м-м, — поднимаю взгляд на Лену. — Понятия не имею.</p><p>— И она с вами не связывалась? — подозрительный мужской голос немного раздражает.</p><p>— Угу… Кто ее спрашивает? Николай Викторович…</p><p>Я и договорить не успеваю, как Ленка забирает у меня телефон и прикладывает его к уху.</p><p>— Алло!</p><p>Я особо не вслушиваюсь в их разговор. До меня лишь долетают обрывки, по которым я понимаю,</p><p>что Лена этого Николая Викторовича хорошо знает и, судя по всему, доверяет, раз сразу же все</p><p>рассказывает.</p><p>И про опекунство и про то, что Гордей ее запер. Каждую мелочь выкладывает мужчине. А когда</p><p>отключается, смотрит на меня как-то странно и спрашивает:</p><p>— Оль… пойдешь сама? Матвей будет тебя ждать. Набери его, номер у тебя есть. Встретитесь,</p><p>поговорите, он поможет.</p><p>— Но как же… а ты?</p><p>— А у меня свои дела, за мной приедут.</p><p>Я поджимаю губы, но все-таки иду к двери. Сидеть в дорогущем отельном ресторане</p><p>самостоятельно не входило в мои планы. Но выбора, судя по всему, нет. Лена идти не</p><p>собирается, а мне, она права, и правда нужно понять, как получить положенное мне по закону.</p><p>— Как я выгляжу?</p><p>Мне тут же хочется забрать вопрос назад. Ну в самом деле, почему меня вдруг это так</p><p>обеспокоило? Я в дорогущей одежде, с шикарной укладкой, которую мне соорудила Лена, с</p><p>естественным макияжем, который подчеркивает все мои достоинства. Но мне… словно нужно</p><p>убедиться еще. Правда, непонятно зачем?</p><p>— Сногсшибательно, Оль, не сомневайся. Твой муж дебил, как и мой. Так что вперед</p><p>Я спешу ретироваться, чтобы не чувствовать себя неловко. Быстро-быстро шагаю по коридору и</p><p>вызываю лифт.</p><p>Определиться в ресторане отеля, кто и есть тот самый Матвей — невозможно, так что я набираю</p><p>его номер и… узнаю, что он еще не подъехал, потому что застрял в пробке. Так что я пока что</p><p>обращаюсь к администратору, сообщаю о брони на имя Ольга, и меня проводят к столику у окна с</p><p>панорамным видом на парк.</p><p>— Что-нибудь закажете?</p><p>— Бокал белого вина, пожалуйста.</p><p>Выпить решаю неожиданно, чтобы не нервничать. И вино мне приносят достаточно быстро.</p><p>Буквально пара минут, и я уже кручу пузатый бокал в руке, все размышляя пить или не пить.</p><p>И делаю я это ровно до тех пор, пока за столик напротив не присаживается мой утренний хам.</p><p>Господи, ну почему? Столиков свободных еще много. Почему он выбрал именно этот? Прямо</p><p>напротив меня.</p><p>Пока я его рассматриваю, он читает меню, а затем поднимает голову, словно почувствовав и,</p><p>заметив мой взгляд, усмехается.</p><p>Как же мне в этот момент хочется стереть эту ехидную улыбочку с его лица! Ведь мне понятно,</p><p>о чем он думает. И это совершенно не так!</p><p>Я отворачиваюсь. Делаю нервный глоток вина и с облегчением выдыхаю, когда за мой столик,</p><p>наконец, усаживается мужчина. Видимо, он и есть тот самый Матвей, правда… успешного адвоката</p><p>я представляла себе немного иначе. Без животика, на котором едва-едва сходятся пуговицы</p><p>пиджака и без сального взгляда, который тут же проезжается по мне сканером.</p><p>— Добрый день, — говорю ему с улыбкой.</p><p>— Привет, крошка. Сколько возьмешь, если арендую тебя на ночь?</p><p>— Что? — я чуть слюной не поперхиваюсь от предложения.</p><p>— Десятку хватит?</p><p>— Простите, не понимаю, о чем вы.</p><p>— Двадцать?</p><p>— Вы ошиблись столиком.</p><p>— Тридцать? — спрашивает так, словно это что-то запредельное. — Ты не тянешь немного на</p><p>тридцатку. Старовата.</p><p>— Что?! — возмущению моему нет предела. — Да как вы вообще смеете это мне предлагать?! Я</p><p>друга жду, ясно вам? Адвоката!</p><p>— Нет его. А я могу заплатить. Тридцатку. Подумай, никто тебе таких денег больше не</p><p>заплатит.</p><p>Я поднимаюсь со своего места, намереваясь позвать администратора и потребовать объяснений,</p><p>что в ресторане их отеля делают мужчины, жаждущие снять женщину на ночь и не понимающие</p><p>слова “нет”. Но стоит мне встать, как следом поднимается и он. Перехватывает меня за руку и</p><p>со словами:</p><p>— Вот и хорошо, пошли ко мне, — тащит за собой, как тряпичную куклу.</p><p>Я пытаюсь сопротивляться, господи, конечно пытаюсь, но он словно не слышит меня. Держит, не</p><p>отпуская, а затем, в какой-то момент вообще мне приказывает заткнуться, потому что будет по</p><p>плохому. И я готовлюсь ко всему. Видимо, день сегодня не мой. Измена мужа, любовница</p><p>беременная, утренний хам и теперь это.</p><p>Кстати, про утреннего хама… вот он, нарисовался. Стоит у нас на пути и смотрит на мужика,</p><p>который пытается вывести меня из ресторана.</p><p>— Девушка занята, — неожиданно говорит он. — Мной.</p><p>Что?! Они тут с ума все посходили?!</p></section><section><title><p>Глава 6</p></title><p>— Руку мою отпустите, — командую холодно, когда мужчина сцепляет свои пальцы вокруг моей</p><p>ладони.</p><p>Предыдущий герой-недолюбовник скрылся, будто его и не было. Еще и прощения попросил. Не</p><p>передо мной, естественно, а перед утренним хамом. За то, что увел “его товар”.</p><p>От этого слова меня до сих пор колотит. Я что, настолько плохо выгляжу, чтобы меня</p><p>принимать за эскортницу? Еще и в возрасте, раз больше, чем на тридцатку не оценили, а девки</p><p>в клинике обсуждали, что вознаграждения у них высокие. Выше того, что мне предложили.</p><p>— Я ни с кем не собираюсь спать! — говорю четко и вырываю свою руку.</p><p>Движение получается слишком резкое, потому что как оказывается, не особо-то он меня держал.</p><p>— Рад, — отвечает с легкой улыбкой на лице. — Но не обязательно о своих планах мне</p><p>рассказывать. Будете спать или нет — ваше дело.</p><p>— Да как вы… Слушайте! Если вы рассчитываете, что я буду спать с вами, то… вы ошибаетесь!</p><p>Вы не в моем вкусе и вообще я не работаю здесь!</p><p>— А где работаете?</p><p>— В больнице, — отвечаю на автомате и только потом до меня доходит, что спрашивает он</p><p>совсем не об этом. — Всего доброго. Надеюсь с вами больше не встретиться!</p><p>Меня от злости распирает, когда я возвращаюсь за свой столик. И в этот момент, к счастью,</p><p>ко мне подсаживается тот самый адвокат, которого мне советовала Лена. Матвей выглядит</p><p>презентабельно. С кожаным портфелем в руках, в дорогом костюме, с часами, стоимостью во</p><p>много-много моих зарплат на запястье. Мне, конечно, приятно будет выслушать столь</p><p>профессионального адвоката, но сомневаюсь, что у меня будут деньги на оплату его услуг.</p><p>Хотя, судя по происходящему в отеле, еще не поздно найти кого-то, кто оплатит мой развод.</p><p>— Лена отошла? — почти что первое, о чем спрашивает Матвей, когда садится напротив.</p><p>— Нет, она… ей пришлось уехать, так что проконсультируете только меня.</p><p>Я дрожащей рукой беру свой бокал с вином и тщетно пытаюсь поймать спокойствие. Пока что оно</p><p>умело от меня ускользает. Я то и дело оглядываюсь по сторонам в ресторане отеля, ожидая</p><p>подвох со всех сторон. Вдруг еще кому-то вздумается ко мне пристать.</p><p>— Итак, хорошо. Что у вас случилось, можно подробнее?</p><p>— Развод с мужем.</p><p>Матвей смотрит на меня, видимо ожидая подробностей, но я не собираюсь ими делиться.</p><p>Отворачиваюсь к окну, из которого виден город и снующие туда-сюда люди.</p><p>— Брачного контракта, я так понимаю, у вас нет?</p><p>— Нет.</p><p>Я выходила замуж за человека, которого безумно любила. Выходила раз и навсегда. В мои планы</p><p>не входило составление брачного контракта на случай развода.</p><p>— Тогда перейдём к деталям. Какое у вас с супругом совместно нажитое имущество?</p><p>— Трехкомнатная квартира в центре. Оформлена на нас обоих. Мы купили ее в браке, брали</p><p>ипотеку, но Глеб давно ее выплатил. У него резко дела пошли вгору и он закрыл ипотеку</p><p>буквально за несколько месяцев.</p><p>— Документы оформлены на вас обоих?</p><p>— Да. Пятьдесят на пятьдесят. Но Глеб хочет оставить квартиру себе для…</p><p>Замолкаю, обхватывая пальцами бокал с вином. Медленно поднимаю его и встряхиваю — вино</p><p>закручивается воронкой, как и моя жизнь, сбитая с привычного хода в последние дни.</p><p>Только вчера все было, как и всегда. Обычное утро, которое я провела одна, потому что Глеб</p><p>ушел, так и не сев со мной завтракать. Обычный день и ночь на смене в больнице. А уже</p><p>сегодня… я в дорогущих шмотках сижу в ресторане отеля с адвокатом, потому что у моего мужа</p><p>любовница.</p><p>— … для жизни. Мне, сказал, другую купит. Любую, какую я захочу.</p><p>Когда Матвей что-то отмечает у себя в планшете и больше не задает вопросов, продолжаю:</p><p>— Дальше. Машина. У него — внедорожник, у меня — седан. Но обе оформлены на него, хотя</p><p>вторую он купил для меня, я на ней езжу.</p><p>— Вы за рулем?</p><p>— Нет, — хмурюсь. — Я не вожу. У меня водитель. Но машина фактически у меня. Я… приехала</p><p>сюда с Леной. Он сказал, что заберет авто, раз у меня нет прав. Но я… не хочу ее отдавать.</p><p>Матвей отрывает взгляд от блокнота и впервые за все время немного улыбается.</p><p>— Это не он решает. Все, что нажито в браке — делится пополам. Даже если на него оформлено,</p><p>но куплено в период брака, это общее имущество.</p><p>— То есть я могу оставить себе машину?</p><p>— Теоретически — да. Или потребовать компенсацию за свою долю. Мы можем составить список</p><p>имущества и подготовить встречный иск. Что еще есть? Банковские счета? Доля в бизнесе?</p><p>— Нет. Бизнес он начал еще до брака. Я к нему не имела отношения и не имею. Счета… были</p><p>общие. Сейчас… не знаю.</p><p>В какой-то момент мне становится дико неловко, потому что я, оказывается, совершенно ничего</p><p>не знаю. У меня была моя зарплатная карта, деньги на которой я контролировала. Остальное —</p><p>оформлено на Глеба. Та карта, которой всегда пользовалась я, была его. И в последнее время</p><p>не спрашивала, сколько там денег, потому что Глеб говорил, что я могу об этом не переживать.</p><p>Теперь все это кажется мне каким-то нереальным. Я словно спала долгое время, а теперь,</p><p>наконец, проснулась. До меня неожиданно доходит, что я вообще ничего не знаю о бизнесе мужа.</p><p>Только то, что теперь у него все хорошо.</p><p>Не так давно мы сделали капитальный ремонт, Глеб вроде бы говорил, что собирается взять еще</p><p>недвижимость. Я думала, что в ипотеку, а теперь… мне кажется, все давным-давно не так. Я</p><p>просто… была не в курсе. Или не хотела быть в курсе, чтобы продолжить отрицать тот факт, что</p><p>я больше не соответствую мужчине, за которого выходила замуж.</p><p>— Я работала в клинике. Зарплата у меня небольшая, я в основном все деньги копила на карте.</p><p>Они… тоже будут делиться?</p><p>— Конечно. И счета, и накопления, и даже бонусы, если они приходились на период совместной</p><p>жизни. Это все надо запросить. Финансовую отчетность, движение средств.</p><p>Все это кажется мне каким-то сложным. Документы, отчетности, раздел имущества. Я надеялась</p><p>никогда с этим не столкнуться. На деле же — меня окунули во все это с головой.</p><p>— Я… не разбираюсь в этом всем. Что от меня нужно?</p><p>— Только документы: свидетельство о браке, договоры, выписки из банка, все, что</p><p>подтверждает совместные покупки и ваше участие в них.</p><p>— Но… это все осталось в квартире.</p><p>— У вас нет к ней доступа?</p><p>— Есть… наверное. Господи, я… очень глупо поступила. Я оставила мужу ключи и…</p><p>— Не волнуйтесь, — мягко говорит Матвей. Все это я могу запросить у вашего мужа и так. Или</p><p>же запросит суд. Все, что нужно от вас — это ваши документы и выписки из банка. Документы у</p><p>вас с собой?</p><p>— Документы да, да, я взяла их.</p><p>Мы договариваемся довольно быстро. Матвей дает мне свою электронную почту, контакты на</p><p>случай, если он не отвечает по основному номеру и говорит, что консультация бесплатна.</p><p>Правда, сумма “развод под ключ” впечатляет. Но и здесь я не расстраиваюсь, потому что у меня</p><p>есть накопления.</p><p>— Всего доброго, — Матвей протягивает мне руку и прощается, а я спешу попросить у</p><p>официантов счет, пока ко мне еще кто-нибудь не подсел.</p><p>Моего утреннего хама за соседним столиком уже нет. Я видела его все время, что мы</p><p>разговаривали с адвокатом. Он сидел один, несколько раз к нему подсаживались девушки,</p><p>правда, я понятия не имею, о чем они говорили. Может, перепутали столик, а может, и правда</p><p>из эскорта и поэтому он всех женщин так воспринимает. Но это же смешно.</p><p>— Спасибо, — благодарю официантку, оплачиваю счет и покидаю ресторан.</p><p>Уже поднявшись на этаж, вдруг вспоминаю, что забыла карту от номера на баре ресторана.</p><p>Оставила ее на стойке и после оплаты просто вышла, а теперь мне нечем открыть дверь. Можно</p><p>позвонить на ресепшн и попросить, чтобы поднялись, но я решаю спуститься сама. Заодно и</p><p>закажу что-нибудь на ужин в номер.</p><p>Стоит створкам лифта открыться, как я тут же жалею о своем решении, потому что внутри</p><p>кабины никто другой, как утренний хам. Стоит, прислонившись к перилам и, увидев меня,</p><p>усмехается. Я отхожу на шаг, чтобы ни в коем случае не оказаться с ним наедине в закрытом</p><p>помещении лифта. Только вот он не дает мне такой возможности. Буквально за секунду до</p><p>закрытия створок он делает шаг ко мне, хватает меня за руку втягивает внутрь.</p></section><section><title><p>Глава 7</p></title><p>— Боитесь меня?</p><p>Фыркаю, смерив его взглядом с головы до ног. Отворачиваюсь почти сразу, но все же тех</p><p>жалких пары секунд, что я на него смотрела, хватило, чтобы рассмотреть стратегически важные</p><p>для женского глаза места.</p><p>А именно, телосложение, лицо, руки…</p><p>На последние я падка со студенчества. Вены, красивым рельефом выступающие под кожей — моя</p><p>слабость. И, как назло, у этого экземпляра идеальные руки. Это даже из-под манжета рукавов</p><p>пиджака видно.</p><p>Жаль только, что с языком все не так хорошо, как с руками.</p><p>— Не хотите разговаривать?</p><p>— Не горю желанием.</p><p>— Обиделись, что не ответил на ваш утренний подкат?</p><p>Убивать взглядом я, к сожалению, не умею, а вот смотреть, как на пыль под ногами, к</p><p>счастью, да. Научилась этому, пока работала в больнице. Там без этого женщине-хирургу нельзя</p><p>— очень быстро затопчут.</p><p>— Никакого подката не было, — решаю нужным сказать. — Я перепутала вас с курьером, вот и</p><p>все.</p><p>— Это я уже слышал. Ничего нового не придумали?</p><p>Какой же упрямый и твердолобый! Да и я тоже… хороша! Вот нет бы помалкивать, так нет же,</p><p>лезу на рожон с каждым словом.</p><p>— Персонально для вас придумывать не буду.</p><p>— Зря. Вдруг ко мне индивидуальный подход нужен?</p><p>Бросаю на него взгляд и вижу, что ухмыляется, явно довольный нашим разговором.</p><p>— Вот и ищите подход к себе… индивидуально, — возвращаюсь ему ехидную улыбку.</p><p>— Не хотите поужинать? Я заметил, что вы ничего не ели за столом.</p><p>— Какой вы внимательный. Эскортницу от обычной женщины отличить не можете, а вот поела эта</p><p>самая эскортница или нет, увидели.</p><p>Не знаю, сколько бы мы еще препирались, если бы лифт не остановился и на очередном этаже не</p><p>зашла девушка из персонала отеля. Мы замолкаем. Я намеренно проталкиваюсь вперед, чтобы не</p><p>разговаривать больше с утренним хамом и когда створки лифта разъезжаются, быстрым шагом</p><p>направляюсь к ресторану.</p><p>До входа остается каких-то пару метров, когда я чувствую на своей талии настойчивое</p><p>прикосновение чужой руки. Оборачиваюсь и вижу идущего почти вплотную ко мне утреннего хама.</p><p>— Я подумал, вы не согласились, — с улыбкой говорит он.</p><p>— Я и не согласилась. Послушайте… — хочу остановиться, чтобы, наконец, высказать ему вообще</p><p>все, что о нем думаю, но он, как огромная махина, продолжает идти и тянуть меня следом за</p><p>собой, подталкивая рукой в спину.</p><p>— Я должен извиниться, — неожиданно говорит он.</p><p>Я едва в ногах не заплетаюсь, когда он это произносит, потому что такие, как он — не</p><p>извиняются. На работе я видела разных людей и таких вот… тоже встречала. Властные, думающие,</p><p>что весь мир в их руках, они привыкли сорить деньгами и считать, что все можно купить. А</p><p>когда понимают, что здоровье или даже жизнь близкого, купить невозможно, расстраиваются. И</p><p>часто обещают стереть тебя в порошок, если кто-то из их близких не пойдет на поправку. А</p><p>после… даже не извиняются за свои слова. Просто воспринимают проделанную тобой работу, как</p><p>должное. Так что да, я удивляюсь, когда он извиняется. И еще больше удивляюсь, когда</p><p>говорит:</p><p>— Я хочу загладить вину ужином. Готов поспорить, вы и правда голодны, а мне не хватает</p><p>приятной компании.</p><p>Я собираюсь немедленно отказаться, но потом слышу вибрацию своего телефона и пока утренний</p><p>хам разговаривает с менеджером ресторана, читаю пришедшее от мужа смс-сообщение:</p><p>“Адвокат, серьезно? Разве я не сказал тебе, что куплю тебе квартиру, какую захочешь? Или ты</p><p>решила обобрать меня до нитки, потому что у меня скоро родится ребенок”</p><p>Я перечитываю сообщение несколько раз, в первые несколько секунд решив, что мне показалось,</p><p>но нет. Он действительно написал это и отправил мне. Так что вместо того, чтобы сидеть в</p><p>номере и одиноко есть свой ужин, раздумывая над тем, как я могла не заметить изменений в</p><p>муже, я решаю остаться в ресторане и поужинать с утренним хамом. Может, он не такой уж и</p><p>плохой человек? По крайней мере, никого, кто бы отличился сегодня хуже мужа, я еще не</p><p>встретила.</p><p>— Ваше меню, — к нам подходит официант после того, как мы присаживаемся за столик.</p><p>Мне хватает пары страниц, чтобы понять, что цены здесь заоблачные. Впрочем, я поняла это</p><p>еще тогда, когда заплатила за бокал вина чуть больше двух тысяч, но сейчас… от</p><p>четырехзначных, а то и пятизначных цен на блюда у меня начинается аритмия. У меня достаточно</p><p>сбережений на карте, все-таки, я собирала свою зарплату на протяжении не одного года, не</p><p>пользовавшись картой вообще, но и тратить их вот так, направо и налево, не хочется. Хотя и</p><p>выбора нет. Не уходить же из отеля, чтобы найти какую-нибудь забегаловку и поесть там?</p><p>Так что прекратив терзаться, выбираю самый дешевый из представленных салат и стакан воды.</p><p>Она здесь тоже не бесплатна. Когда подходит официант, мой сегодняшний спутник позволяет мне</p><p>заказать первой. Я быстро проговариваю замысловатое название салата, прошу воду и откладываю</p><p>меню в сторону, натыкаясь на удивленный взгляд напротив. Он, в отличие от меня, не</p><p>ограничивается салатом, заказывает мясо на гриле, приготовленное по особенному рецепту</p><p>шеф-повара.</p><p>— Вы предпочитаете мясо или рыбу? — неожиданно спрашивает у меня, так и не отпустив</p><p>официанта.</p><p>— Мясо.</p><p>— Две порции мяса, пожалуйста, для меня и девушки, — говорит официанту.</p><p>— Зачем это? Я не просила.</p><p>— Я решил, что вы постеснялись заказывать, так как это я пригласил вас на ужин.</p><p>— Я собираюсь платить за себя сама.</p><p>— Раз уж я собрался извиняться ужином, то дайте мне за него заплатить, чтобы не пришлось</p><p>потом извиняться еще и за жлобство.</p><p>Мне становится смешно, когда он это произносит, и я, не сдержавшись, смеюсь, внезапно</p><p>чувствуя легкость.</p><p>— Предлагаю познакомиться, — вдруг говорит он. — Тимур.</p><p>— Ольга, — протягиваю руку в ответ на его и слегка вздрагиваю от теплого прикосновения, а</p><p>потом замечаю то, что несомненно замечает и Тимур — обручальное кольцо на своем безымянном</p><p>пальце.</p></section><section><title><p>Глава 8</p></title><p>— Вы замужем? — незамедлительно спрашивает после рукопожатия.</p><p>— Была.</p><p>— Развелись?</p><p>— Развожусь.</p><p>Официант приносит вино. Не помню, когда он успел его заказать, но не отказываюсь. Я,</p><p>оказывается, нервничаю. Прислушиваюсь к себе — и правда. Сердце барабанит внутри ускоренно,</p><p>во рту пересыхает, а кончики пальцев подрагивают.</p><p>У меня всегда так, когда я нервничаю. Но почему сейчас — не понимаю.</p><p>Из-за него? Или из-за новой обстановки? Или из-за сообщений, которые не прекращает строчить</p><p>муж. Обидные, между прочим. Я не все читала, но мне хватило тех, за которые зацепился</p><p>взгляд.</p><p>— Вас кто-то настойчиво требует? — кивает на мой телефон.</p><p>Переворачиваю его экраном вниз, чтобы не нервировал. Перевожу взгляд на мужчину.</p><p>Замечаю то, чего не заметила при первой встрече. Точнее, этого не было. Его взгляда,</p><p>оценивающего, заинтересованного, направленного на меня. В нашу первую встречу он принял меня</p><p>за эскорт и отшил, сейчас… вижу, что смотрит по-другому.</p><p>И я на него… тоже. Пока не понимаю, как. Заинтересовано? Глупости, я все еще замужем и все</p><p>еще чувствую, как внутри растекается боль от предательства.</p><p>— Кто-то неважный?</p><p>— Вы всегда задаете так много вопросов?</p><p>— Работа такая.</p><p>— Вы следователь?</p><p>Он усмехается. Понятно ведь, что нет. Следователи в таких роскошных отелях не живут. Как,</p><p>собственно, и медики. Это я так… по дружбе. Мы сняли номер на сутки. Не знаю, что будет</p><p>после. Куда потом? Лена ничего толком не объяснила, а я сама… даже не знаю. Мне нужна</p><p>перезагрузка, чтобы подумать и принять ситуацию. Устроить это здесь непозволительно дорого.</p><p>— Я любопытный, но если хотите — поделюсь профессией.</p><p>— Не стоит.</p><p>— А чем стоит? Возрастом? Только имя друг другу сказали.</p><p>Наверное, ничем не стоит. И сидеть с ним за одним столом — тоже. Но я очень хочу узнать о</p><p>нем что-то. Не знаю, зачем. Возможно, потому что богачи никогда не воспринимали меня, как</p><p>эскорт. Они больше по части грязи на ботинках, а он — другой. И смотрит по-другому даже</p><p>сейчас.</p><p>— Вы в больнице работаете? Кем?</p><p>— А Вы как думаете?</p><p>Хмурится. Сложно, наверное. Мало кто мою профессию угадывает.</p><p>— Хирург.</p><p>— Что?! — ошарашенно. — Как вы…</p><p>— Руки. У вас очень изящные руки и тонкие пальцы, моторика у вас развита очень хорошо и… на</p><p>медсестру вы откровенно не тянете, на любого другого врача — тоже. Разве что на педиатра.</p><p>— На педиатра?</p><p>— Тут ребенок был с родителями, вы половину вечера на него смотрели.</p><p>— А вы, видимо, половину вечера следили за мной.</p><p>На самом деле — страшно представить, как я выглядела со стороны. Наверное, жалко. Своих</p><p>детей нет, так муж завел любовницу и сделал ей ребенка, а я… только смотреть могу со стороны</p><p>на чужих детей.</p><p>— Подловили. Может, перейдем на ты?</p><p>— Ради одного ужина? Не стоит.</p><p>— Тяжело с вами.</p><p>— Поэтому и разводимся.</p><p>Прищуривается, будто не верит, а я начинаю думать, что очень плохая лгунья. Мне всегда</p><p>казалось, что только мужу врать я не могу, а теперь прокололась и перед ним.</p><p>Нам приносят ужин. Я, несмотря на то, что планировала съесть только салат, мясо пробую</p><p>первым. С трудом вспоминаю, что передо мной незнакомый мужчина, потому что чертовски хочется</p><p>закатить глаза от удовольствия. Это вкусно. Очень. И прожарка, как я люблю.</p><p>— Нравится?</p><p>— Да.</p><p>Пока едим — не разговариваем, потому что не о чем. Я поднимаю телефон со стола, снимаю</p><p>блокировку. На экране — множество пропущенных и сообщений, которые я даже читать не хочу, не</p><p>говоря уже о том, чтобы отвечать. Его предположения в корне неверны. Там и про желание</p><p>обобрать и про “не можешь смириться, что у меня будет наследник?”</p><p>Читать неприятно. Ощущение, что Глеб выпил. Перебрал и теперь несет ахинею. Иначе как</p><p>объяснить то, что он говорит? Я его жена. Была еще утром, а теперь он позволяет себе такое…</p><p>Может, этого и ждал? Признания, откровенности, чтобы все в лицо высказать. Правда, с лицом</p><p>как-то не вышло, он по телефону изливает душу.</p><p>Снова ставлю на блокировку и переворачиваю экраном вниз. Не хочу портить себе настроение.</p><p>Но дальше все равно тяжелее. Наслаждаться едой больше не получается, и я налегаю на вино.</p><p>Допиваю — приносят еще.</p><p>Немного отпускает, я выдыхаю и замечаю, как Тимур смотрит. Внимательно и очень</p><p>заинтересованно. И я, наверное, так же. Он мне нравится. Понимаю, что все это алкоголь и</p><p>подальше отодвигаю стакан, хоть и в конечном итоге допиваю его.</p><p>Мне слегка кружит голову. Мы разговариваем о многом, о работе, о психологии, о жизни и о</p><p>фильмах. Он начитанный и насмотренный, рассказывает много, рассуждает “слишком”</p><p>по-взрослому. Мы долго обсуждаем одну книгу, потом соскальзываем на фильм, и я уже не</p><p>замечаю, как мы оказываемся в лифте. Не знаю, когда он заплатил.</p><p>И едва понимаю, что делаю, когда в закрытой кабине я шагаю к нему. Поддавшись эмоциям,</p><p>останавливаюсь рядом, вскидываю голову и долго долго смотрю на мужчину напротив. В его</p><p>глаза, на его губы, которые очень хочется поцеловать. От внезапного желания теряюсь, отвожу</p><p>взгляд, делаю шаг назад. Я сошла с ума, господи.</p><p>Но он, видимо, все заметил. И у меня нет шанса на отступление, хотя именно это я и делаю.</p><p>Отхожу подальше на безопасное, как мне кажется, расстояние. Отворачиваюсь и прячу взгляд,</p><p>насколько могу.</p><p>Подходит ближе, я отхожу и так до тех пор, пока не врезаюсь в ограждение. Отступать —</p><p>некуда. Говорить он не позволяет, потому что врезается в мой рот поцелуем. Распахиваю губы</p><p>от неожиданности, впускаю его в себя и понимаю, что горю. У нас с Глебом давно ничего не</p><p>было, потому что он уставал на работе, да и мне было не до активностей. теперь вот… стою с</p><p>едва знакомым мужчиной и не могу оторваться от поцелуя.</p><p>Створки лифта разъезжаются, мы отходим друг от друга на безопасное расстояние. Я стараюсь</p><p>не смотреть на него, он — не знаю. Молюсь, чтобы дальше поехал, но он выходит со мной на</p><p>одном этаже и идет следом.</p><p>У своего номера торможу, словно забывая, зачем вообще нужна карта. Стою, чтобы вспомнить,</p><p>что же надо делать. Наконец, прикладываю ключ-карт и оборачиваюсь к своему спасителю. Как бы</p><p>сказать помягче, что ему пора?</p><p>Правда, он решает сам за себя, пока я тут думала, он уже мысленно остался и опомнился. Так</p><p>что теперь он решительно шагает вперед и подхватывает меня за талию, утаскивая вместе с</p><p>собой в мой номер.</p></section><section><title><p>Глава 9</p></title><p>Мужские губы настойчиво целуют мои. Так, что невозможно увернуться или отстраниться. Тимур</p><p>прижимает меня к стене, предусмотрительно подложив одну руку под затылок, которым я,</p><p>клянусь, точно билась бы об стену, как в агонии, потому что мне сейчас… хорошо.</p><p>Он целует роскошно. Так, как целуют героинь в книгах и фильмах. Так, как очень давно не</p><p>целовали меня.</p><p>Оказывается, я забыла, да… каково это, когда тебя с такой страстью целуют. И когда хотят</p><p>вот так сильно, тоже забыла.</p><p>— Стоп, стоп, — с трудом отстраняюсь.</p><p>Его тяжелое дыхание скользит по щеке.</p><p>— Я с подругой живу.</p><p>— Ее здесь нет, — замечает.</p><p>— Да, но… вернется.</p><p>— Позвони ей.</p><p>— У нее нет телефона.</p><p>Непонимающе смотрю на него, хмурюсь. С чего такое отчаянное желание остаться в моем номере?</p><p>— Черт… ко мне нельзя.</p><p>В груди сдавливает.</p><p>— Жена?</p><p>Приподнимает одну бровь, глядя на меня с выражением “Серьезно? Это не у меня кольцо на</p><p>пальце”.</p><p>— Дочка.</p><p>— Одна?</p><p>— С няней.</p><p>— Опусти-те, — быстро исправляюсь, выпутываясь из его объятий.</p><p>Ничего не будет уже, я перегорела. Дочка, няня. Ну, конечно! Наверняка запер в номере свою</p><p>жену с ребенком, а сам вот, здесь со мной сейчас. И пусть я со стороны со своим обручальным</p><p>кольцом на пальце выгляжу не лучше… его сейчас ненавижу, потому что моя рана слишком свежа.</p><p>— Я сниму еще один номер, — “находит” решение.</p><p>— Не стоит. Мы погорячились.</p><p>— Оля.</p><p>— Уходите. Подруга вот-вот вернется, лучше… ей не видеть вас здесь.</p><p>Сложив руки на груди и нацепив на лице максимально хмурое выражение. Смотрю на него</p><p>надменно и жду, пока уйдет. Но он почему-то остается стоять, а затем хватает меня за руку и</p><p>выводит из номера.</p><p>— Да что вы себе позволяете?! — дергаю руку изо всех сил.</p><p>— Покажу тебе няню. И дочку.</p><p>— Вот еще. Я сказала, все было ошибкой.</p><p>— Ладно. Но со мной все равно пойдешь.</p><p>Все-таки захожу с ним в лифт и, насупившись, поднимаюсь на несколько этажей выше.</p><p>— Вот зачем это вам? — спрашиваю, медленно переставляя ноги и слегка покачиваясь.</p><p>Все-таки, я давно не пила и вино все еще гуляет по венам.</p><p>— Не нравится место, в которое ты меня записала.</p><p>— Это какое?</p><p>— Плохое. Вижу же, что надумала лишнего. Имя свое от грязи хочу отмыть.</p><p>— Послушайте, я верю.</p><p>— Угу…</p><p>Все равно не отпускает. Не тянет, конечно, потому что я иду сама, но и уйти не разрешает.</p><p>Проводит картой по двери, тормозит на минуту, словно прислушиваясь, а затем толкает меня</p><p>внутрь.</p><p>— Тимур Саввович, мы… — женщина, вышедшая напротив, заметив меня, замолкает и несколько</p><p>мгновений таращится за спину мужчине. — Юля спит уже. Я… мне остаться?</p><p>— Да, остаться. Я документы взять хочу, у нас… переговоры.</p><p>Пока я стою, не зная, куда деть не только руки, но и себя, он невозмутимо достает из</p><p>какой-то папки листок. Я в это время стою под пристальным взглядом женщины. Ей за сорок,</p><p>взрослая, статная, с добрым взглядом, который сейчас меня пристально изучает. Не верит она</p><p>его басне про документы. И я не верю. Неправдоподобно, можно заканчивать комедию, но Тимур</p><p>играет ее до конца. Возвращается с листом, берет меня под руку, разворачивая к двери.</p><p>— Доброй ночи.</p><p>— Вы… вернетесь?</p><p>— Вернусь.</p><p>Бумагу, как только выходим, сжимает в кулаке и выбрасывает в ближайшую урну. К лифтам меня</p><p>больше не ведет и за руку не берет, направляется к террасе. Не знаю, это означает, что мне</p><p>можно уйти или…</p><p>Остаюсь. Не знаю зачем, но иду за ним. Выхожу, отодвигая тихо стеклянную створку в сторону.</p><p>Закрываю за собой, останавливаюсь чуть позади, замечая тлеющую сигарету, зажатую губами.</p><p>— Извините за представление.</p><p>Мы снова на “вы”. Отчего-то сникаю.</p><p>— Вы… развелись с женой?</p><p>Морщится.</p><p>— Она отказалась от дочки.</p><p>— Как это… отказалась?</p><p>В моем представлении мира женщина не может отказаться от ребенка, которого носила под</p><p>сердцем девять месяцев. Я знаю, что бывает и не такое. Что есть матери-кукушки, которым</p><p>одним ребенком меньше, одним больше, не имеет значения. Что бывают отказницы.</p><p>Но у нас в больнице за ними часто возвращаются. Написала заявление, а потом… вернулась,</p><p>забрала ребенка. Я это наблюдала. С одной девушкой лично разговаривала.</p><p>У всех — разные причины. Но почти всегда это отсутствие денег. Поэтому… в голове не</p><p>укладывается.</p><p>Передо мной стоит богатый мужчина. В деньгах они не нуждаются, волноваться о том, как</p><p>поднимать ребенка, не придется.</p><p>— Росчерк на бумаге в роддоме поставила, вот так и отказалась, — холодно на выдохе</p><p>очередной порции дыма.</p><p>Ему эта тема неприятна, так что я больше не ковыряю. Поджав губы, стою молча, а затем</p><p>разворачиваюсь, чтобы тихо уйти.</p><p>— Я провожу, — говорит за спиной и действительно идет за мной.</p><p>Поднимаемся на лифте и снова молчим. Я чувствую себя так, будто упустила какой-то шанс.</p><p>На этаже выходим вместе.</p><p>Я разворачиваюсь к нему, чтобы попрощаться и сказать, что была неправа, но неожиданно</p><p>торможу, замечая перед собой мужа Лены, Гордея, с каким-то мужчиной в возрасте.</p><p>Он как-то быстро оценивает ситуацию. Проезжается взглядом по мне, затем — по Тимуру.</p><p>Ухмыляется, расставив приоритеты в голове в силу своей испорченности. И… достает телефон. Я</p><p>мало что могу сделать с такого расстояния, поэтому он без проблем нас фотографирует.</p><p>— Не понял, — хмурится Тимур, явно настраиваясь разбираться.</p><p>— Спокойно, мужик, я для мужа ее фотографию сделал, — поднимает руки. — Мужская</p><p>солидарность, все дела.</p><p>Я сжимаю зубы и смотрю на Тимура, высоко задрав голову. Разбирать свое грязное белье при</p><p>всех я не намерена, так что просто сталкиваюсь с его ледяным взглядом и давлю высокомерную</p><p>улыбку. Какая разница, что он обо мне подумает, мы больше не встретимся.</p><p>— Глебу понравится, — летит мне в спину от Гордея.</p><p>И тебе, Гордей, и тебе. Очень понравится подарок от Лены.</p></section><section><title><p>Глава 10</p></title><p>— Стоять-ка, — тормозит Гордея Тимур. — Телефон дай.</p><p>— Разбежался.</p><p>— Я разрешения на съемку себя не давал, — басит.</p><p>— А кто тебя спросит? Ты с женами чужими спишь.</p><p>Ловлю на себе мимолетный взгляд. Маска холодной королевы куда-то девается. Теряю ее под его</p><p>взглядом и в ситуации. Так хочется Гордею все высказать. Не верю, что он не в курсе, но,</p><p>признаться, и такую мысль вполне допускаю.</p><p>— Телефон, — твердит свое.</p><p>Когда Гордей, видно, решает, что ему до лампочки, Тимур припечатывает его к стене. Я</p><p>вскрикиваю, мужчина, что был с Гордеем, грозится позвать охрану.</p><p>— Зовите. И в полицию можете тоже. Я обрисую суть претензии.</p><p>Вижу, как мужчина меняется в лице. Гордей – тоже. Видимо, не очень-то они хотят связыватся</p><p>с представителями закона.</p><p>Тимур забирает телефон. Ловкими движениями удаляет снятое видео, чистит корзину и</p><p>возвращает телефон Гордею.</p><p>— Иди.</p><p>Пока Тимур стоит, глядя им вслед, я стараюсь спокойно дойти до своего номера и скрыться за</p><p>его дверью, но он как-то быстро меня нагоняет. Останавливается за спиной.</p><p>— Простите за это, — машу рукой в сторону лифтов.</p><p>— Интересные у вас знакомые.</p><p>— Какие есть.</p><p>— Ничего не хотите мне сказать?</p><p>— Мне нечего.</p><p>— Уверены?</p><p>— Оправдываться не буду. Думать можете, что хотите.</p><p>Открываю дверь, планируя тут же ее закрыть, но он не позволяет.</p><p>— Меня только что с вами чуть не сфотографировали.</p><p>— И что? — пожимаю плечами, а у самой сердце колотится.</p><p>Это видео, если бы оно осталось у Гордея и всплыло потом в суде, сказалось бы на мне.</p><p>Развод требую, вроде бы, я по причине измены, а сама тут… в отеле. С незнакомцем.</p><p>— У вас проблемы? Я могу помочь.</p><p>— Мне не нужна помощь, Тимур. Просто оставьте меня в покое.</p><p>Я в очередной раз дергаю дверь и с удивлением понимаю, что она поддается. Хлопаю, закрываю</p><p>и приваливаюсь спиной к стене. Лены нет, и я вдруг думаю о том, что Гордей и тот мужчина</p><p>вышли из номера, значит, у них есть доступ к нему, но как? Они забрали ключ у Лены? И ведь</p><p>позвонить некуда.</p><p>Избавившись от непривычной для себя одежды, которая почему-то давит на меня тяжелым грузом,</p><p>иду в душ. А по возвращению включаю телефон и читаю сообщения. Не все, но и тех, что читаю –</p><p>хватает.</p><p>“Ты не собираешься разговаривать со мной?”</p><p>“Что, и правда войны хочешь?”</p><p>“Я тебе сказал – получишь квартиру. Зачем эти адвокаты?”</p><p>Дальше угрозы, недовольства и в конце.</p><p>“По отелям, значит, гуляешь”.</p><p>Доложил Гордей.</p><p>“А какое страдальческое лицо строила. Небось, ждала, когда от тебя уйду, чтобы</p><p>развлекаться”.</p><p>Неожиданно обнаруживаю мокрые дорожки на щеках. Вытираю и собираюсь махом снести весь чат,</p><p>но в последний момент останавливаюсь. Иди знай, что потребуется на суде в качестве</p><p>доказательств.</p><p>Телефон звенит входящим. На экране имя мужа, но разговаривать я не буду. Оскорблений мне в</p><p>смс-сообщениях хватило. Жду, пока перестанет звонит, но это происходит только с третьего</p><p>раза. Следом – снова сообщение.</p><p>“Советую тебе подумать еще раз над адвокатом. Дом – шикарная возможность начать новую</p><p>жизнь. Ты в своей больнице в жизни не заработаешь”.</p><p>Вместо страха и ответа ему пишу сообщение адвокату:</p><p>“Хочу начать процедуру раздела имущества как можно быстрее. Также прошу запросить все</p><p>банковские счета и активы, зарегистрированные на имя Глеба. Квартира, вторая машина, бонусы,</p><p>доли, недвижимость. Все, что было приобретено за восемь лет брака. Подключайте финансового</p><p>аналитика, если нужно. Я готова.”</p><p>Несколько раз перечитываю и жму отправить. Я выходила замуж раз и навсегда, а теперь</p><p>безжалостно хочу его уничтожить. Я знаю, что ничего не получится. Я получу то, что</p><p>принадлежит мне и… все. У меня будут деньги на новую жизнь, а у него эта самая новая жизнь</p><p>началась незамедлительно, стоило мне ступить за порог.</p><p>Взгляд цепляется за кольцо на пальце.</p><p>Снимаю его.</p><p>Сначала оно цепляется за кожу, как будто не хочет отпускать. Но я тяну сильнее и кольцо</p><p>соскальзывает, отлетая по столу к стене. Кладу кольцо на край столешницы, поджимаю губы. Я</p><p>не снимала его буквально никогда. Привыкла, срослась. И теперь сняла за ненадобностью.</p><p>Лена так и не возвращается. Я засыпаю, лежа на кровати в ожидании подруги, но когда утром</p><p>просыпаюсь – ее все нет. Так что я пакую одежду в сумку, которую брала с собой и спускаюсь</p><p>на ресепшн, чтобы отдать ключ-карту и поблагодарить за гостеприимство. Мне пора.</p><p>Пока не знаю, куда, но и оставаться здесь не намерена.</p><p>— Папа, папочка, — слышу звонкий девчачий голос, а потом вижу, как девочка, одетая в</p><p>розовое с белым платье, подбегает к Тимуру и он поднимает ее на руки.</p><p>Со стороны они выглядят так, будто долго не виделись и соскучились. Я на некоторое время</p><p>зависаю над этой картиной и с трудом отвожу взгляд. Сдаю ключ-карту на ресепшн, улыбаюсь</p><p>девушке, которая желает мне всего доброго и как раз прохожу мимо только прибывших жильцов,</p><p>когда замечаю, как во входной двери мелькает розовое платье. То самое, в которое была одета</p><p>дочка Тимура.</p><p>Я осматриваюсь в его поисках, но не нахожу. А когда нахожу взглядом, понимаю, что он</p><p>потерял ребенка.</p></section><section><title><p>Глава 11</p></title><p>Вместо того, чтобы подойти к Тимуру и сказать ему, где ребенок, быстро бегу за девочкой.</p><p>Она вышла вот только что. Минута буквально. Но стоит оказаться на улице, как я понимаю, что</p><p>ее нет. Оглядываюсь по сторонам, но ярко-розовое платье нигде не мелькает. Я бы точно</p><p>заметила. Куда она умудрилась так быстро убежать?</p><p>Возвращаюсь в холл, нахожу Тимура, стоящего у стойки регистрации, взглядом и решительно иду</p><p>к нему.</p><p>— Девочка, — трогаю его за плечо. — Вышла из отеля.</p><p>Он хмурится, глядя на меня, как на идиотку, которая посмела его побеспокоить в такой важный</p><p>момент.</p><p>— Дочка ваша. Ее розовое платье мелькнуло, я случайно заметила.</p><p>Бросив растерянную на ресепшене девушку и очередь, образовавшуюся за ним, бросается к</p><p>двери. Я – зачем-то следом. Если бы мне кто-то сказал зачем, я бы ему не ответила. Просто</p><p>перебрасываю большую сумку, с которой сюда приехала, через плечо, и шагаю на выход, замечая</p><p>Тимура, растерянно осматривающегося по сторонам.</p><p>— Она ушла сама? — неожиданно оказывается рядом.</p><p>— Я… не знаю. Я только платье видела.</p><p>— Ее кто-то держал, вел за руку?</p><p>— Не знаю… нет, не думаю.</p><p>— Вспоминайте, — встряхивает меня за плечи.</p><p>— Я не знаю! Я только увидела, как она вышла. И почти сразу пошла за ней, но ее тут не</p><p>было. Ни там, ни там, — киваю в обе стороны.</p><p>Отпускает.</p><p>Я недовольно растираю плечи.</p><p>— Проверьте кафешки. Может, какая-то особенно ей понравилась.</p><p>Бросив на меня убийственный взгляд, шагает по тропинке в одну из сторон. Я – иду в другую.</p><p>Справа от себя замечаю кафешку с мороженным и не могу пройти мимо. Толкаю дверь, захожу и</p><p>почти сразу натыкаюсь на розовое платье. Девчушка сидит за высоким столиком и уплетает</p><p>мороженое. Парень за стойкой странно посматривает на девочку, но завидев меня, расплывается</p><p>в улыбке.</p><p>— Вы за ней?</p><p>— Нет, — вместо меня отвечает она.</p><p>— За мной папа придет.</p><p>Ну, конечно.</p><p>— Папа тебя ищет, — говорю малышке, останавливаясь у столика.</p><p>Она задирает голову, смотрит на меня своими ясными зелеными глазами и хмурится.</p><p>— Почему ищет? Мы вчера договорились поесть здесь мороженного. Он вот-вот придет, он</p><p>обещал.</p><p>— Сколько с меня? — подхожу к стойке, спрашиваю у парня и рассчитываюсь, наблюдая за тем,</p><p>как героически Юля держит в маленькой руке огромный рожок мороженного.</p><p>— Часто ты вот так… уходишь? — присаживаюсь рядом с ней.</p><p>— Как? — спрашивает, насупившись и откусывает вафельный рожок.</p><p>— Внезапно. Папу ведь не предупредила?</p><p>— Он догадается. Я говорила, что хочу мороженное.</p><p>Может, и догадается. Но когда? Опасливо посматриваю на дверь.</p><p>— Сегодня папа не работает. Мы шли в СПА, но папа так долго с кем-то говорил по телефону,</p><p>что мне стало скучно. Я хотела мороженого, а папа говорил "позже". Вот я и подумала — а</p><p>вдруг забудет?</p><p>Она говорит это с такой взрослой логикой, что внутри щемит от осознания, как часто дети</p><p>переживают о том, что нам, взрослым, может показаться мелочью.</p><p>Наверное, страх быть забытой — универсальный для каждой женщины. Я понимаю Юлю, как никто.</p><p>— Расскажешь, как убедила продать тебе мороженное?</p><p>— Я сказала, что папа сейчас подойдет. Дядя… — она показывает на парнишку, — он не хотел</p><p>давать, но я пообещала не убегать.</p><p>Непростая малышка, самостоятельная и смелая. Я таких еще не встречала.</p><p>— А ты? — задирает голову и с интересом на меня смотрит. — Няня? Папа сказал, она придет</p><p>сегодня.</p><p>— Я… нет.</p><p>— А кто ты? — хмурится. — Больше папа ни о ком не рассказывала, — подозрительно.</p><p>В этот момент дверь кафе открывается, и на пороге появляется Тимур. Его взгляд быстро и</p><p>напряженно скользит по помещению и останавливается на нас. За миг он оказывается рядом с</p><p>дочкой, приседает, смотрит на нее и с поджатыми губами поднимается на ноги. Ничего не</p><p>говорит, идет к бармену и пытается рассчитаться, но когда узнает, что я уже это сделала,</p><p>снова злится.</p><p>— Вы ведь видели, что она сюда пошла, верно? Видели и не сказали?</p><p>— С ума сошли? — тихо шепчу, чтобы Юля не услышала.</p><p>— А как вы ее нашли?</p><p>— Так же, как нашли бы и вы, если бы хоть чуточку слушали дочь. Она выпрашивала у вас</p><p>мороженное, а вы не разрешали ей, вот она и решила сделать это самостоятельно.</p><p>Мы препираемся какое-то время, пока Юля не соскакивает со стула и не подходит к нам, дергая</p><p>отца за полы пиджака.</p><p>— Пошли, я наелась.</p><p>Подхватив дочку на руки, идет к выходу из кафешки. Я – следом, ощущая себя лишней.</p><p>— Спасибо, — неожиданно удостаиваюсь.</p><p>Не успеваю и пары шагов сделать, как он благодарит на выходе. А неплохо бы извиниться за</p><p>то, что решил, будто я знала, где она и смолчала.</p><p>— Рада, что ваша дочь в безопасности.</p><p>— Предложение вам помочь в силе.</p><p>Я собираюсь отказаться, но он как раз достает визитку. Черную, матовую. Протягивает ее мне.</p><p>По бокам красивое серебряное тиснение. В центре – его имя и фамилия.</p><p>— Вы дочку мою нашли, я вам обязан.</p><p>— Пап… а давай заберем тетю.</p><p>— Юль…</p><p>— Давай. Она хорошая няня, мне нравится.</p><p>— Она не няня.</p><p>— Сделай так, чтобы была, — настаивает на своем.</p><p>— Няней поработать не хотите?</p><p>Смотрю на визитку и понимаю, что где-то точно слышала его имя и фамилию, но вспомнить, где</p><p>именно — не могу.</p><p>— Шутите?</p><p>— Не до шуток сейчас.</p><p>— У меня переговоры через час, я должен быть в ресторане отеля. Ее, как вы понимаете, брать</p><p>нельзя.</p><p>— И что? Куда подевалась ваша вчерашняя няня?</p><p>— Срочно уехала. Выручайте, всего на пару часов.</p><p>— Будет весело, — поддакивает Юля. — Обещаю не устраивать бедлам.</p><p>— Бедлам, — поправляет дочку с улыбкой.</p><p>— Хорошо, — зачем-то соглашаюсь я, собираясь травить себе душу ребенком, о котором теперь</p><p>точно только мечтать.</p></section><section><title><p>Глава 12</p></title><p>— Ты правда останешься? — Юля смотрит на меня так, как будто я волшебница, которая</p><p>пообещала подарить пони.</p><p>— На пару часов, не больше. Но ты будешь послушной, — предупреждаю ее. — Обещала же не</p><p>устраивать бедлам.</p><p>Она хихикает, запрыгивает на кресло в лаунж-зоне отеля и болтает ногами, с любопытством</p><p>рассматривая меня. В номер она возвращаться не хочет, хотя ее папа настаивал на том, чтобы</p><p>мы безвылазно сидели там. Никаких прогулок, бассейна и других развлекательных мероприятий</p><p>вне зоны номера. Но как я должна отправить Юлю в номер остается для меня загадкой.</p><p>— Так и будем здесь сидеть? — спрашиваю у нее.</p><p>— А что?</p><p>— Скучновато тут.</p><p>— В номере тоже.</p><p>— В другое место папа не разрешил.</p><p>— Потому что я убежала?</p><p>Пожимаю плечами. Откуда же мне знать, почему Тимур так решил? Я знаю его несколько часов и</p><p>не успела составить о нем мнение.</p><p>— Ладно, давай в номер.</p><p>Юля спрыгивает с кресла и несется впереди меня к лифтам. Я едва за ней поспеваю. Охранник,</p><p>приставленный к нам, и подавно. Поднимаемся на этаж все вместе в одной кабине лифта. Заходим</p><p>в номер, в котором я была вчера.</p><p>В этот раз удается рассмотреть все в мельчайших подробностях: аккуратно сложенные вещи, на</p><p>столике стоят закуски и сок. Почти абсолютный порядок, если не считать игрушек, разбросанных</p><p>на кровати в хаотичном порядке. Сразу же понимаю, что основной источник хаоса для Тимура —</p><p>Юля.</p><p>— Можно включить мультики? — тут же спрашивает она, как только забирается на диван.</p><p>— Так сразу телевизор? А уроки? Дела?</p><p>Она смотрит на меня удивленно и хмурится.</p><p>— Уроки и дела? Это что?</p><p>— У тебя никаких занятий нет? — спрашиваю подозрительно.</p><p>— Не-а, — мотает головой, а во взгляде озорной блеск.</p><p>Врет же. Не знаю, как это понимаю, наверное, чуйка срабатывает.</p><p>— А если найду тетрадки?</p><p>— Ищи.</p><p>Действительно провожу обыск в номере. Кажется, что во все щели и тумбочки уже заглянула, но</p><p>никаких тетрадок и даже ручек нет.</p><p>— Ты припрятала все, что ли?</p><p>— Мы тут отдыхаем. Папа взял меня с собой, но я поехала только при условии, что мы не будем</p><p>заниматься.</p><p>— Телевизор весь день не дело.</p><p>— Согласна, — вздыхает. — Но в бассейн нам сказали нельзя.</p><p>— Хорошо, — соглашаюсь с ней. — Включай мультики, пока я придумаю, чем заняться.</p><p>Юля щелкает пультом, я иду к игрушкам, чтобы хотя бы примерно понять, с чем придется иметь</p><p>дело.</p><p>— А у тебя есть дети? — прилетает неожиданный вопрос.</p><p>— Нет.</p><p>— Почему?</p><p>— Иногда у взрослых нет детей.</p><p>— Ты не хочешь?</p><p>— Хочу.</p><p>— Тогда почему нет?</p><p>Вздыхаю. Как объяснить ребенку, которого воспитывает отец, почему у тебя, как у женщины,</p><p>нет детей?</p><p>— Не всегда получается так, как хочется, — отвечаю честно.</p><p>— У тебя глаза, как у папы, — неожиданно заявляет она. — Грустные, когда говоришь на</p><p>серьезные темы.</p><p>От резкой смены темы теряюсь.</p><p>— Он часто грустный?</p><p>Она пожимает плечами.</p><p>— Когда один — да. Но со мной старается быть другим, но я иногда подсматриваю. Он… очень</p><p>хороший. И я тоже. Но мама от нас ушла. Папа сказал, она выбрала другую жизнь.</p><p>Я чувствую, как в животе что-то болезненно сжимается.</p><p>— Это он так сказал?</p><p>— Угу… я спрашивала, когда поняла, что у других детей есть мамы, а у меня — нет.</p><p>Я подхожу ближе и сажусь на край дивана. Юля продолжает есть фрукты, таская их зубочисткой</p><p>с подноса. Такая маленькая, такая умная и — такая обделенная тем, что должна была иметь с</p><p>рождения — материнской любовью.</p><p>— А давай все-таки пойдем в бассейн, м?</p><p>— А как же папа?</p><p>— А мы на часик. Не скажем ему, ладно?</p><p>Юля радостно поднимается с дивана и начинает собираться. Никакого купальника у меня с собой</p><p>нет, так что я решаю просто надеть халат на белье и отправиться так. Главное, что Юля умеет</p><p>плавать, о чем она сказала мне заранее и у нее есть купальник. Я же просто посижу у бассейна</p><p>и понаблюдаю за ней.</p><p>Мы спускаемся в бассейн, и по дороге я чувствую себя школьницей, совершающей преступление</p><p>века.</p><p>Юля сияет. Не как ребенок, которому позволили сделать шалость, а как ребенок, кого наконец</p><p>услышали.</p><p>Юля бежит вдоль бортика, как маленький ураган, затем резко останавливается и оглядывается:</p><p>— Ты точно не боишься реакции папы?</p><p>— Не-а, — мотаю головой.</p><p>Что мне его приказы? На официальный рабочий день меня не брали, работу потерять я не боюсь,</p><p>потому что ее и так у меня нет, так что…</p><p>Юля весело хохочет и прыгает в воду. А я сажусь в шезлонг. На мне гостиничный халат, под</p><p>ним — белье. За спиной охранник, которого мы, по сути, обманули. Но он просто стоит у входа</p><p>в зону бассейна и делает вид, что является предметом интерьера.</p><p>— Смотри! — зовет Юля. Плавает она уверенно, словно не по-детски. Видимо, училась у частных</p><p>тренеров. Каждое ее движение — отточено. Уверена, что ее отец не только контролирует, но и</p><p>вкладывает в нее все, что может.</p><p>Я ловлю себя на том, что улыбаюсь.</p><p>И… невольно представляю, что это мой ребенок.</p><p>Каково это? Водить свою дочь в бассейн, заботиться о ней, покупать красивую одежду?</p><p>Отвечать на тысячу “почему”?</p><p>Каково это — не быть лишней в чьей-то жизни, а быть всем для маленького комочка счастья?</p><p>Я замечаю рядом пару. Молодая мама с мальчиком лет пяти. Она поправляет ему очки, потом</p><p>целует в лоб.</p><p>Мне вдруг хочется уйти, закрыться в номере и не выходить. Сердце сжимается так, что дышать</p><p>тяжело.</p><p>Юля выныривает. Улыбается, а затем резко хмурится.</p><p>— Ты плачешь?</p><p>— Нет. Просто… капли тут разбрызганы, — искусно вру, вытирая скупую слезу.</p><p>Юля продолжает плавать. Я — наблюдать за ней. Примерно спустя полчаса прошу ее выбираться,</p><p>а затем слышу голос, который вообще никак не ожидала услышать:</p><p>— Ну, ничего себе… Мужик какой-то в отеле, ребенок. И когда успела, м?</p><p>Я оборачиваюсь.</p><p>На пороге зоны бассейна стоит Глеб. В идеально выглаженной рубашке, в костюме, с тем самым</p><p>выражением превосходства, которое я когда-то принимала за уверенность.</p><p>Он смотрит на меня, потом на Юлю — и снова на меня. Смеется и мотает головой так, будто ему</p><p>все в этой жизни понятно.</p><p>— Быстро ты устроилась. Или это тоже твой адвокат помог?</p><p>— Закрой рот, Глеб, — говорю спокойно, подходя к нему, чтобы Юля не услышала.</p><p>— Вот как мы заговорили… А что так? Ребенок придал уверенности? Где взяла? Нашла мужика с</p><p>чужим? Так мнишь себя матерью?</p><p>— Ты говоришь при ребенке, — указываю ему. — Перестань.</p><p>— А что, она много понимает?</p><p>— Она понимает больше, чем ты за восемь лет брака.</p><p>Он хмыкает. Я завожусь и вдруг смотрю на Глеба совершенно по-другому. Как на человека,</p><p>которого я совершенно не знаю.</p><p>Мы смотрим друг на друга. Его взгляд скользит по моему телу, по халату, по босым ногам. Он</p><p>злится. Не потому, что ревнует. Потому что не понимает, как я смогла выйти из-под его</p><p>контроля.</p><p>— Кто это? — сзади неожиданно звучит голос Юли.</p><p>Она смотрит на Глеба из-под опущенных ресниц и хмурится.</p><p>— Уходи, Глеб, нам не о чем разговаривать. Впредь все разговоры через моего адвоката.</p><p>— А вот и нет, — он неожиданно хватает меня за руку и тащит на себя.</p></section><section><title><p>Глава 13</p></title><p>— Вчера ночью с левым мужиком. Сегодня вот… — он смотрит на Юлю, скривившись. — С каким-то</p><p>ребенком. Ты меня позоришь. Разведись сначала, потом уж.</p><p>Слава богу, ему хватает ума говорить все это тихо, чтобы слышала только я.</p><p>— Позорю тебя!? — восклицаю, не в силах поверить. — Ты любовницу на стороне завел и она</p><p>вот-вот тебе ребенка родит.</p><p>— Она нигде не светится.</p><p>— Удобно.</p><p>— Заканчивай паясничать и пошли. Эту… — снова смотрит на Юлю, которая оборачивается</p><p>полотенцем и на расстоянии прищуривается, глядя на Глеба. — Родителям верни.</p><p>— Я никуда с тобой не пойду.</p><p>— Пойдешь.</p><p>Ситуация безвыходная. Он стоит здесь и настаивает, а охранник, стоявший у двери бассейна,</p><p>как назло куда-то делся.</p><p>— Вернуть девочку сейчас не могу. Ее отец на совещании.</p><p>— А мать?</p><p>Молчу. Говорить, что у нее нет матери, не хочется, потому что примерно представляю, что</p><p>скажет Глеб.</p><p>— Поверить не могу, — смеется. — Ты что, мужика с ребенком нашла?</p><p>Выплевывает это так, что едва удерживаюсь, чтобы не влепить ему пощечину. За всю нашу</p><p>семейную жизнь мы очень редко ссорились, но очень часто давили на болевые точки. У Глеба</p><p>таковых почти не было, а вот у меня — достаточно. И он всегда, всегда на них давил, потому</p><p>что так было проще, потому что так меня можно было осадить. Но сейчас… после его</p><p>предательства эти слова чувствуются особенно обидно.</p><p>— Это жалко, Оля. Столько женщин живут без детей, а ты первого встречного нашла?</p><p>— Что здесь происходит? — голос Тимура звучит неожиданно.</p><p>Я вздрагиваю, заглядываю за спину Глеба и понимаю, что отец Юли уже здесь. А вот охранника</p><p>по-прежнему нет. И нам, судя по взгляду Тимура, не поздоровится.</p><p>— Я все объясню, — тут же говорю ему, чтобы предотвратить катастрофу.</p><p>— Я о вас, — вдруг обращается к моему мужу. — Что вы здесь устроили при моей дочери?</p><p>— Я всего лишь разбираюсь со своей женой, — хмыкает Глеб, засунув руки в карманы. — Имею</p><p>право.</p><p>— Не при моем ребенке.</p><p>— Вы сами оставили дочку не пойми с кем.</p><p>Мои брови ползут вверх, Тимура — тоже.</p><p>— Выйдем-ка. Ольга, присмотрите за Юлей, — обращается ко мне.</p><p>Мне же хочется разорваться. Между ними и его дочкой, потому что кажется, отпустить их одних</p><p>сейчас — не лучшая идея.</p><p>Однако, выбора у меня нет. Остаюсь. Помогаю Юле вытереться и то и дело посматриваю на</p><p>выход, ожидая возвращения Тимура. Вдруг понимаю, что Глеба здесь не жду. Пусть идет своей</p><p>дорогой. Туда, где ему самое место. К своей новой женщине. Вот ей и указывать можно, а мне…</p><p>мне нет. Я больше не в его зоне ответственности.</p><p>Тимур возвращается спустя минут десять. Один. Как бы я не смотрела за его спину, Глеб за</p><p>ним не заходит, и я не знаю, благодарить его за это или лучше не стоит.</p><p>— Кажется, я не разрешал идти в бассейн, — замечает, нависая над нами с Юлькой грозной</p><p>скалой.</p><p>— В номере не было чем заняться. Только телевизор. Я решила, что бассейн все-таки лучше для</p><p>ребенка.</p><p>— Решили правильно, но где Андрей?</p><p>Тимр смотрит на дверь, и я решаю, что Андрей это охранник, который должен быть здесь вместе</p><p>с нами.</p><p>— Стоял первое время, потом куда-то пропал.</p><p>Тимур кому-то звонит, я помогаю Юле встать и надеть шлепки, потому что она полностью</p><p>укутана в полотенце, как в кокон.</p><p>— И что, Андрюша? У меня здесь чуть ребенку психологическую травму не сделали. Вы… — Тимур</p><p>замолкает, явно пытаясь сдержаться. — Безответственные. Жду у себя через час. Постарайся уж</p><p>решить возникшую проблему.</p><p>Мы с Юлькой в это время стоим притихшие, чтобы не нарываться лишний раз на проблемы.</p><p>— А вы… в номер давайте, живо.</p><p>Выходим из бассейна, шлепаем к лифтам. Я все осматриваюсь по сторонам, хотя уверена, что</p><p>Глеба нет. Не сомневаюсь даже, что Тимур был очень убедительным.</p><p>В номере вздрагиваю, когда за нами с хлопком закрывается дверь.</p><p>— О любых перемещениях сообщать мне, — вдруг говорит Тимур. — Я доверил вам свою дочь не</p><p>для того, чтобы вы меня ослушались. И она тоже. Она знает правила, — смотрит грозно на Юлю,</p><p>но ей хоть бы что.</p><p>Она себе запрыгивает на диван и, весело свесив ноги, улыбается своему отцу. Абсолютно</p><p>бесстрашный ребенок, в меру избалованный своим отцом. Я отчего-то уверена, что Тимур изо</p><p>всех сил старается держать ее в ежовых рукавицах, но получается у него так себе.</p><p>— Еще раз извините. Решение было спонтанным.</p><p>— Мы собирались поплавать до твоего возвращения, — с невозмутимым видом говорит Юля, сдавая</p><p>мой план с потрохами.</p><p>— Вот как… Значит, будь добра, Юлия Тимуровна, принять душ после бассейна. Мы позже с тобой</p><p>поговорим.</p><p>Она фыркает, но все же с величественным видом поднимается на ноги и идет в душ, а я остаюсь</p><p>с Тимуром наедине. В глаза ему смотреть неудобно. Он наверняка слышал последнее, что мне</p><p>сказал муж. И от этого так, черт возьми, неприятно.</p><p>— А с вами, Ольга, мы поговорим прямо сейчас.</p></section><section><title><p>Глава 14</p></title><p>— Вы сами настояли на том, чтобы я осталась с Юлей. Я не профессиональная няня и понятия не</p><p>имею, как обращаться с детьми. Юля хотела в бассейн, а в номере, кроме телевизора, нечем</p><p>было заняться. Я решила, что бассейн под моим присмотром лучше, чем…</p><p>— Я должен извиниться, — неожиданно меня перебивает.</p><p>Я резко замолкаю. Он что сейчас, просит прощения? Смотрю на него, как на восьмое чудо</p><p>света.</p><p>— Я составил о вас неправильное мнение.</p><p>— И какое же?</p><p>— Вы действительно разводитесь.</p><p>— А вы думали, я изменяю мужу с первым встречным? Тимур… — делаю паузу. — А ведь вы</p><p>оставили со мной свою дочь.</p><p>Тяжело вздыхает. Вообще, выглядит уставшим. Вон, даже галстук послабляет, а затем достает</p><p>из мини-бара виски и плещет его в стакан. Хорошо так плещет, с душой. И почти залпом</p><p>выпивает.</p><p>— Я слышал ваш разговор с мужем.</p><p>— О, не начинайте.</p><p>— Я уже говорил, что могу помочь.</p><p>— И как же? Наймете нянькой и приставите охрану?</p><p>— Как вариант, — улыбается.</p><p>— Я уже говорила, что не няня. И опыта работы с детьми у меня нет.</p><p>— Вы хирург в больнице. С ответственностью у вас порядок.</p><p>— Я не буду работать няней, Тимур. У меня полная ставка рабочего дня, я не могу просто</p><p>взять и уволиться, переквалифицировавшись.</p><p>Ему это, судя по поджатым губам, явно не нравится.</p><p>— У вас же есть няня, — замечаю.</p><p>— Есть. Но Юле она не нравится. Честно говоря, ей никто не нравился, а вы, кажется, неплохо</p><p>поладили. Мне нужен человек, с которым я не буду бояться оставить своего ребенка.</p><p>— Я вам повторяю — я работаю.</p><p>— Ваш бывший муж на время развода, на сколько я понял, все равно не даст вам поработать. Да</p><p>и на работе вашей, как только все узнают, будут смотреть косо, строить догадки. Я вам</p><p>предлагаю это время проработать у меня. Сколько вы получаете? Сто тысяч? Двести? Я готов</p><p>заплатить в два раза больше.</p><p>Мне кажется, можно поперхнуться даже слюной, потому что именно это я чуть и не делаю, когда</p><p>он называет эти цифры. Я столько не заработаю, даже если буду сутками работать и без</p><p>выходных. Могла бы, если бы строила карьеру и училась, но так как Глеб был против, то я</p><p>длительное время проработала на одном месте и… в общем, не доросла до таких зарплат. Не пару</p><p>десятков получаю, но и не сто.</p><p>— Вы не в курсе зарплат в клиниках.</p><p>— Больше зарабатываете? — прищуривается недоверчиво, будто пытается понять, в какой момент</p><p>у нас так хорошо выросли зарплаты.</p><p>— Меньше, Тимур. Гораздо меньше.</p><p>— Тем более. Двести буду платить, вас устроит? На полный рабочий день с проживанием.</p><p>— В отеле?</p><p>— У меня дома. В отель я беру Юльку, потому что дома ее невозможно ни с кем оставить.</p><p>Предыдущая няня сломала ногу, а та, что была перед ней — чуть не утопилась в бассейне.</p><p>— При чем здесь Юля?</p><p>— В первом случае она разлила оливковое масло на кухне, во втором — толкнула няню в</p><p>бассейн, а она не умела плавать.</p><p>— Юля?</p><p>Я отказываюсь в это верить.</p><p>— Поэтому я и хочу вас нанять. Вы — первая, кто не говорит мне, что моя дочь чудовище,</p><p>которое нужно запереть в специальном учреждении. Вру, не первая, текущая няня такого не</p><p>говорила, но Юля на нее постоянно жалуется.</p><p>Юлька выходит из ванны, закутавшись в смешное розовое полотенце с ушками. Немного неуклюже</p><p>ковыляет к нам и забирается на диван, глядя на отца исподлобья.</p><p>— Вы только посмотрите на… — начинает было Тимур, но я тут же его осекаю.</p><p>— Не стоит. Это не сработает.</p><p>— А что сработает?</p><p>— Ничего. Как я уже сказала…</p><p>— Понял. Поужинаете с нами, хотя бы?</p><p>Я бы отказалась, но тут в игру вступает Юля. Начинает меня упрашивать, и я сдаюсь, не</p><p>придавая особенного значения улыбке Тимура.</p><p>Ужин приносят через полчаса. Мы за это время успеваем сложить единственные пазлы, которые</p><p>есть в номере, да и то парочки не хватает. А Тимур… успевает принять душ и выйти в</p><p>спортивных шортах и футболке, кажется, на пару размеров меньше. Иначе как объяснить то, что</p><p>она слишком уж критично обтягивает все доступные кубики на прессе.</p><p>Садимся за стол, беремся за приборы. Тимур, не успев и куска в рот отправить, вынужден</p><p>ответить на звонок и, видимо, чтобы не материться при дочери, выйти на террасу. Он</p><p>максимально недоволен тем, что его отвлекли.</p><p>Вижу, как вздыхает Юля и каким взглядом смотрит в сторону отца. Нет. Нет, Оля. Соберись. Не</p><p>твое это дело, что у него нет времени на дочь и он очень сильно занятой. Не твое.</p><p>Беру свою вилку, нож и ловлю себя на том, что ковыряюсь в тарелке. Просто перебираю еду и</p><p>поджимаю губы. То, что я замечаю, мне не нравится. Но еще больше не нравится, что я на это</p><p>реагирую. И эту маленькую грустную девочку очень хочется пожалеть. И попытаться помочь ей. И</p><p>ее отцу, у которого нет времени на воспитание дочери.</p><p>Тимур возвращается тогда, когда уже все остыло. Юля обиженно дует губы и как только он</p><p>садится за стол, делает вид, что не замечает отца. Они оба делают вид. А я сижу и мне тяжело</p><p>даже рядом с ними находиться. Дышать невозможно.</p><p>— Ты обещал мне в зоопарк, — говорит Юля неожиданно. — Отменяется?</p><p>— Малыш…</p><p>— Я так и знала.</p><p>— Пойдешь с няней.</p><p>— Не пойду! — решительно. — Ты обещал мне, что пойдем, а няни мне не нравятся твои. Оля</p><p>нравится, ее возьмем?</p><p>— Она не хочет.</p><p>Она поворачивается ко мне и детская пара глаз смотрит на меня так, что кот из Шрека</p><p>позавидовал бы.</p><p>— Ты тоже меня не хочешь, да?</p><p>— Юлия Тимуровна! — резко шлепает по столу, так что даже я подпрыгиваю, а дочке его все по</p><p>барабану. Она не реагирует даже. Только со второго шлепка. — Ты наказана!</p><p>— Ну и хорошо! Ну и ладно! — слезает со стула. — Ты и так меня наказал походом в зоопарк с</p><p>непонятной нянькой. Я сбегу от нее, понятно? Или к волкам в клетку брошусь, чтобы они</p><p>воспитывали меня, как Маугли.</p><p>Надувшись, уходит в комнату с кроватью. Тимур тяжело вздыхает. Смотрит на почти нетронутую</p><p>еду и отбрасывает столовые приборы. Встает и идет за дочкой, а затем на полпути</p><p>останавливается и поворачивается ко мне.</p><p>— Вы извините, у нас так не всегда.</p><p>Достает из кармана купюры, кладет их на стол.</p><p>— Спасибо, что побыли с ней сегодня.</p></section><section><title><p>Глава 15</p></title><p>Я молча смотрю на деньги на столе. Пара купюр, небрежно оставленных, словно я официантка, а</p><p>это — счет за ужин. Глаза колет не сумма, а сам жест. И в этот момент я понимаю, что не могу</p><p>вот так уйти.</p><p>— Тимур, — тихо зову, прежде чем он успевает пойти за дочерью и попытаться уговорить ее не</p><p>уходить к волкам.</p><p>— Я возьму ее в зоопарк, но только при одном условии.</p><p>— И каком же?</p><p>— Вы не будете платить мне деньги. И никаких контрактов и приказов с вашей стороны.</p><p>— И кем же вы в таком случае будете для моей дочери? Подругой? Волонтером?</p><p>Я вздыхаю, а он продолжает.</p><p>— Нет, Ольга, так у нас с вами ничего не получится. Мне нужна няня для дочери.</p><p>Оплачиваемая, потому что Юлька отбирает много времени и сил. А еще я предпочитаю заплатить</p><p>деньги и понимать, что получу взамен хорошо выполненную работу. В вас я не сомневаюсь, но на</p><p>каком основании вы будете оставаться Юлей? Насколько я понял, у вас не самое выгодное</p><p>положение сейчас.</p><p>— Я как раз собиралась озвучить вам свою просьбу. Выслушаете?</p><p>Он возвращается за стол, садится напротив.</p><p>— Как вы уже поняли, я пытаюсь получить развод. Адвокат у меня уже есть, с этим проблем не</p><p>будет, но… когда я уезжала, я забрала только самые основные документы и кое-что из одежды. Я</p><p>бы хотела забрать остальное. Вы можете… отвезти меня? В смысле… вы посидите в машине, а я</p><p>поднимусь, все заберу и спущусь. Я могла бы вызвать такси, но… в общем, вы нужны мне “на</p><p>всякий случай”.</p><p>Я готовилась к тому, что он будет меня подкалывать. Особенно после того, что услышал в</p><p>бассейне, а я уверена, что услышал он достаточно. Но вместо этого он говорит обычное:</p><p>— Хорошо. Можем завтра поехать. После зоопарка Юля охотнее останется с няней, чем сейчас.</p><p>— Да, хорошо, это… не срочно.</p><p>Между нами повисает пауза. Я смотрю на свою сумку, брошенную у входа и думаю о том, что мне</p><p>сегодня негде ночевать. Я собиралась поехать домой и собрать вещи, а затем решить вопрос с</p><p>жильем, теперь же… придется снимать номер в отеле еще на сутки. Надеюсь, у них не будет с</p><p>этим проблем.</p><p>Как только Тимур уходит к Юле, я подхватываю сумку и выхожу в коридор. Минуя зеркальную</p><p>стену лифта, автоматически поправляю волосы и натягиваю улыбку. Мы с Тимуром не договорились</p><p>о встрече завтра, но я поднимусь к нему снова, как только сниму номер.</p><p>В лифт этажом ниже заходит несколько мужчин азиатской внешности. Они вежливо поклоняются и</p><p>что-то говорят на своем, а я продолжаю только улыбаться.</p><p>На ресепшне привычно улыбающаяся девушка узнает меня и здоровается, а затем с сожалением</p><p>сообщает, что номеров свободных нет.</p><p>— Как нет? — спрашиваю удивленно.</p><p>— У нас сегодня делегация из Китая, всех расселили. Мы предупреждали гостей о возможной</p><p>ротации, но вы, насколько я вижу, бронирования не оформляли.</p><p>— Потому что не собиралась оставаться, — выдыхаю. — И у вас… ничего? Даже не номер для</p><p>персонала?</p><p>Она виновато качает головой.</p><p>— Даже люксов нет. Все занято. На двое суток, минимум.</p><p>Я стою, глядя в экран ее монитора, который она повернула ко мне, будто надеюсь, что</p><p>внезапно всплывет окно «номер освободился». Но чуда не случается.</p><p>— Проблемы? — я вздрагиваю от неожиданно знакомого голоса.</p><p>Оборачиваюсь. За спиной стоит Тимур. Он в той же одежде, что и был, пока мы сидели у него в</p><p>номере.</p><p>— Девушка хочет снять номер, — сдает меня с потрохами ресепшионистка, — но…</p><p>— Номеров нет, — улыбается он. — Делегация из Китая.</p><p>Девушка кивает, а я спрашиваю:</p><p>— Откуда ты знаешь?</p><p>— Я их всех сюда и поселил.</p><p>— Вы?</p><p>— У моей компании с ними контракт. На логистику, экспорт. Гостиницу бронировали через наш</p><p>отдел. Ну, в общем, мест нет.</p><p>— К сожалению, — пищит за спиной девушка.</p><p>— Не переживайте, — говорит ей Тимур. — Девушка переночует у меня. Так ведь можно? У меня</p><p>номер, кажется, на четверых человек рассчитан.</p><p>— Да, да, так можно, — говорит она, что-то отмечая у себя в компьютере.</p><p>— Вот и решили.</p><p>Тимур забирает у меня сумку, которую я никак не собираюсь отдавать, но он все равно ее</p><p>отбирает у меня и выдвигается к лифтам.</p><p>— Погодите, — иду за ним. — Это как-то неудобно. Я… не могу.</p><p>— Неудобно спать на улице под дождем, а в моем люкс-номере очень даже удобно.</p><p>Он спокойно вызывает лифт и, не обращая внимания на мои возражения, заводит меня внутрь.</p><p>Уже у его двери я пытаюсь отказаться снова.</p><p>— Ольга, ну хватит. У меня большой номер, поместимся все. Не вижу смысла вам сейчас куда-то</p><p>идти. На улице дождь, похолодало. А поехать с вами, как вы понимаете, я не могу.</p><p>— Да, но…</p><p>— Проходите, — он втаскивает меня в свой номер.</p><p>И вот потом оказывается, что в его большом и удобном номере только одна большая кровать и</p><p>маленькая кроватка, на которой спит Юлька. Вернее, кроватка-то большая, но для ребенка, а я</p><p>туда, как бы не пыталась вместиться, у меня не получится.</p><p>— Удобный номер, говорите? — смотрю на него, прищурившись.</p><p>— Кинг-сайз кровать, Юлия, поместитесь. И, раз уж нам предстоить ютиться вместе, то…</p><p>перейдем, наконец, на ты?</p></section><section><title><p>Глава 16</p></title><p>— Ты храпишь? — прилетает мне вопрос, как только я выхожу из ванной.</p><p>— Эм… нет, наверное.</p><p>— Наверное?</p><p>— Не знаю, не слышу себя во сне. А ты?</p><p>— Как спорткар.</p><p>Смотрю на него в ужасе, представляя, как не сплю всю ночь и это, видимо, отражается на</p><p>лице, потому что Тимур начинает смеяться, запрокинув голову назад.</p><p>— Не храплю, — говорит, успокоившись. — Но Юля может разговаривать во сне. Так что не</p><p>удивляйся, если услышишь, как она читает лекции волкам или просит чай из невидимого сервиза.</p><p>— Отлично, — вздыхаю, подходя к своей стороне кровати. — Прямо ночь чудес.</p><p>Пока решаю, как забраться в кровать к нему под одно одеяло, Тимур встает и направляется к</p><p>мини-бару и достает два бокала.</p><p>— У меня тут есть белое сухое. Думаю, после такого дня мы оба заслужили хотя бы по половине</p><p>бокала.</p><p>— Или по ведру, — тихо бормочу я, но все же принимаю бокал.</p><p>Отдав мне бокал, Тимур направляется к окну, а я прислоняюсь к изголовью и впервые за этот</p><p>длинный день выдыхаю. Столько всего случилось. Не больше, чем вчера, но кажется, что мир</p><p>вокруг сошел с ума.</p><p>— Удивительно, — нарушает тишину Тимур. — Ты не первая женщина, которая оказывается со мной</p><p>в постели. Но первая, кому я даже не пытаюсь делать намеков.</p><p>— Это попытка все же сделать намек?</p><p>— Нет. Просто констатация факта. А что… ты хочешь?</p><p>Поворачивается, смотрит на меня в упор. Хочу сказать ему что-то колкое, но слова никак не</p><p>лезут в голову, поэтому я прячусь за стаканом вина.</p><p>И стараюсь незаметно натянуть одеяло повыше. Я и так не раздевалась, лежу в футболке и</p><p>пытаюсь не нервничать. Ничего такого не будет. Мы просто переночуем в одной кровати, а на</p><p>утро пойдем с Юлькой в зоопарк.</p><p>А потом… потом я чувствую, как тело расслабляется. С удивлением смотрю на пустой стакан и</p><p>думаю о том, как я могла так облажаться. За ужином я практически не ела, потому что мы много</p><p>разговаривали, а теперь я чувствую, как быстро действует вино.</p><p>Кружит голову, разгоняет сердечный ритм и вынуждает нервничать, когда Тимур подходит и</p><p>наклоняется, чтобы забрать стакан. Я вдыхаю запах его геля для душа и чистой кожи. И</p><p>отворачиваюсь, потому что меня неожиданно ведет. Я прекрасно помню его руки на моем теле, а</p><p>губы на моих, чтобы оставаться равнодушной.</p><p>Свет в комнате гаснет неожиданно. Я едва могу различить очертания Тимура, который подходит</p><p>к кровати. И только чувствую движение с левой стороны. Мне не по себе от его присутствия. А</p><p>уж когда он наклоняется ко мне и говорит:</p><p>— Может, попробуем снова? То, что так и не сделали в твоем номере?</p><p>Мне впервые так сильно хочется ответить согласием. И впервые вместе с тем отказать. Такие</p><p>противоречивые чувства рядом с ним испытываю, не передать словами. И все же нахожу в себе</p><p>силы сказать твердое:</p><p>— Нет.</p><p>Натянув одеяло повыше, укрываюсь с головой и пытаюсь убедить себя, что все правильно и что</p><p>именно так все и должно быть.</p><subtitle>* * *</subtitle><p>— И что, и слона увидим? И льва? — не перестает задавать вопросы Юля.</p><p>— Всех увидим, — отвечаю ей.</p><p>— Жаль, папа не с нами.</p><p>— Он видел всех.</p><p>— Правда? Когда?</p><p>— В детстве. Мы все видели. Папа твой очень занят, Юль.</p><p>— Я знаю, — она вздыхает. — У него работа. Когда он говорил, что мы все пойдем, я ему не</p><p>поверила. Он очень редко может вот так просто со мной куда-то пойти.</p><p>Она вроде бы грустит, но уже через пару минут, стоит нам только войти на территорию</p><p>зоопарка, как улыбается. И с интересом начинает глазеть по сторонам. А потом подолгу</p><p>останавливаться у каждой клетки и спрашивать меня о животных. Я наивно полагала, что</p><p>придется только посмотреть, а по факту — читаю все, что о них написано и пересказываю Юле,</p><p>чтобы ей было интересно.</p><p>В таком темпе проводим около четырех часов, после которых нас из зоопарка забирает личный</p><p>водитель, чтобы отвезти поесть. Пообедать мы должны вместе с Тимуром. И так и происходит, мы</p><p>заказываем еду, нам все приносят и потом Тимур присоединятся. Сначала расспрашивает дочку о</p><p>зоопарке, потом говорит мне, что сразу после обеда готов поехать решить мой вопрос.</p><p>Кажется, что даже я не настолько готова, но все же не собираюсь пасовать.</p><p>Сначала мы отвозим Юлю домой. У Тимура, оказывается, огромный двухэтажный дом. Не знаю, как</p><p>он убедил дочку побыть с прежней няней, но она согласилась. Так что мы спокойно выезжаем по</p><p>моему адресу, где я прошу его побыть внизу и вмешаться минут через двадцать, если я не</p><p>выйду. Этого мне будет достаточно, чтобы собраться.</p><p>Оставив Тимура, поднимаюсь на свой этаж, достаю ключи, но с удивлением отмечаю, что они</p><p>никак не подходят к замку. Нахмурившись, пробую еще раз, пока дверь не поддается, только</p><p>открываю ее не я, а с внутренней стороны. Я непонимающе хмурюсь, не осознавая, как он мог</p><p>остаться дома, ведь он бы даже с температурой сорок пошел работать, но когда дверь полностью</p><p>открывается, я вдруг осознаю, как же сильно ошибалась.</p><p>На пороге стоит никто другой, как новая пассия моего еще не бывшего по документам мужа. Она</p><p>хмурится при виде меня, а затем спрашивает жутко нервирующим тоном, от которого у меня</p><p>внутри поднимается волна неконтролируемого раздражения:</p><p>— А что ты здесь делаешь? — спрашивает она, сложив руки на груди.</p><p>— Пришла за своими вещами.</p><p>Отпихав ее чуть в сторону, захожу. И слышу, как за моей спиной она, видимо, набирает Глеба.</p><p>— Масюнь… тут бывшая твоя. Я не смогла ее не впустить.</p></section><section><title><p>Глава 17</p></title><p>Масюнь…</p><p>От этого прозвища меня отчего-то коробит. Насколько я знаю, Глебу ничего из</p><p>ласкательно-уменьшительных не нравится. Никакие зайчики, котики, солнышки в нашей жизни не</p><p>использовались, потому что его буквально выбешивал зверинец. Видимо, нужно было пробовать</p><p>масюня.</p><p>Не обращая на ее ковыляния за мной, иду в нашу с Глебом спальню и торможу сразу же, только</p><p>открыв дверь.</p><p>Это больше не наша спальня. Здесь… все другое. Постельное слишком яркое, на полу валяется</p><p>белый пушистый ковер, в углу стоит какое-то оборудование. Подозреваю, для съемки. В общем…</p><p>моего здесь ничего нет.</p><p>— Как вы… — говорит, запыхавшись. — Глеб не сказал, что вы придете.</p><p>— Он не знал.</p><p>— Вы считаете это нормальным? — тут же переходит в наступление. — Просто прийти в чужой дом</p><p>и…</p><p>— Это мой дом, — оборачиваюсь к ней. — Два дня назад это была моя спальня. И в ней были мои</p><p>вещи. Где они, скажешь?</p><p>— Я их… вынесла. На балкон. Все лишнее там.</p><p>Лишнее. Хочется сказать, что это она здесь лишняя, но я сдерживаюсь. Молча закусываю губу,</p><p>сжимаю зубы. Раздражаюсь, потому что запах ее приторных духов меня нервирует. А уж когда</p><p>выхожу на балкон и вижу там просто гору сброшенных вещей, выхожу из себя.</p><p>У меня все было разложено по полочкам. Я всегда знала, где и что лежит, а сейчас… как среди</p><p>всего этого хаоса найти то, что мне нужно?</p><p>— Вы… все заберете?</p><p>— Хотелось бы вообще все, но боюсь, что Тимур, ожидающий меня внизу, не оценит меня,</p><p>таскающую в его недешевую машину, коробки.</p><p>— Я так понимаю, никто ничего не разбирал?</p><p>— В смысле? — таращится на меня глупым взглядом.</p><p>— В смысле спрашивать, где что лежит у тебя бесполезно?</p><p>Закатывает глаза.</p><p>— Глеб все убирал. Я ваши вещи не трогала.</p><p>Теперь мой через удивляться и таращиться, потому что в нашу с ним семейную жизнь он не</p><p>убирал буквально ни-че-го. Даже когда с друзьями тут устраивал кутеж — я всегда убирала, а</p><p>он… мужик же, ему непригоже заниматься женскими делами.</p><p>— Вам что нужно… я спрошу. Или подождите его, он уже едет.</p><p>Это то, чего я боялась больше всего, когда увидела на пороге ее, что дома я застану и Глеба</p><p>тоже. Максимально ведь неловкая ситуация. Жена, любовница беременная.</p><p>Все еще надеюсь, что мы не пересечемся, и я уеду раньше, чем приедет он, но с каждой</p><p>коробкой надежды на это все меньше. Их слишком много. Я перебираю одна за одной, отбираю то,</p><p>что мне нужно в сторону, когда слышу хлопок двери и тяжелые шаги.</p><p>Я стараюсь не обращать внимание и, господи, не слушать, но до меня то и дело долетают</p><p>фразы:</p><p>— Масюнь, я ничего не могла, да… представляешь?</p><p>Не знаю, что она там такого ему рассказывает, но звучит так, словно я пришла их грабить, а</p><p>не забирать то, что принадлежит мне. Эти вещи никому не нужны, они стоят на балконе, как</p><p>груда ненужного мусора!</p><p>Когда я сюда ехала, я и представить не могла, что застану дома другую женщину, а мои вещи</p><p>найду выброшенными на балкон!                 — Оля!</p><p>Голос Глеба вынуждает вздрогнуть. Я разгибаюсь над очередной коробкой и смотрю на</p><p>появившегося в двери Глеба. Он смотрит на меня, нахмурившись, недовольно и подозрительно.</p><p>— Что ты здесь делаешь!?</p><p>— За вещами пришла.</p><p>— И куда же ты их увезешь? — с иронией. — Насколько я знаю, проживаешь ты в отеле.</p><p>— Куда увезу — тебя не касается, — отвечаю и приступаю к открытию следующей коробки.</p><p>Слышу, как он захлопывает дверь. Вижу ошарашенную Дашу, стоящую за дверью и глазеющую на</p><p>то, как ее масюнь подходит ко мне ближе. Я ухмыляюсь, когда четко вижу на ее лице ревность.</p><p>Серьезно, что ли? Он привел тебя в мой дом и поселил здесь, как принцессу. Время для</p><p>ревностей закончилось.</p><p>— Ты специально устроила этот цирк? — спрашивает.</p><p>— Какой цирк?</p><p>— Этот. Пришла сюда и…</p><p>— И что? Глеб… — мотаю головой. — Два дня назад это была моя квартира, в которой мы с тобой</p><p>жили, как семья. А уже сегодня мои вещи на балконе, а там другая женщина. Откуда мне было</p><p>знать, что ты так быстро все сделаешь? Когда ты просил у меня квартиру, я решила, что ты</p><p>просишь ее на будущее, но не то, что увижу здесь твою любовницу через день после моего</p><p>ухода.</p><p>Высказавшись, перебираю вещи дальше. Внутри все кипит от недовольства, но не потому, что</p><p>здесь любовница Глеба, хотя и в этом мало приятного, а потому что, черт, он ведь</p><p>действительно ни во что меня не ставил, раз приволок ее сюда так быстро. И с этим человеком</p><p>я прожила столько времени!</p><p>— Прекрати! — пытается меня остановить и забирает у меня из рук свитер. — Ты слышишь?</p><p>Хватит этого, уходи сейчас же.</p><p>Выгибаю одну бровь, смотрю на него, не в силах поверить. Он серьезно?</p><p>— По документам эта квартира все еще моя, и я начинаю думать, что погорячилась, когда</p><p>согласилась на нее не претендовать.</p><p>— Ты серьезно сейчас? Тут будешь жить? Втроем?</p><p>Морщусь. От одного предположения начинает мутить, но Глеб это воспринимает, видимо, по</p><p>своему. Он хватает меня за руку, чуть выше локтя и, не обращая внимания на то, что я не</p><p>закончила, тащит меня к выходу.</p><p>— Прекрати, — говорю ему по пути, упираясь. — Дай мне забрать свои вещи, — прошу у него.</p><p>— Ничего твоего здесь нет, — ощетинивается. — Все за мои бабки куплено, так что, что</p><p>забирать, я буду решать.</p><p>Глеб открывает дверь и выталкивает меня на лестничную площадку, где я впечатываюсь во</p><p>что-то теплое и сильное. Подняв голову, вижу Тимура и буквально утопаю в его руках, которые</p><p>отчего-то тут же меня покидают, отодвигают в сторону и шагают в сторону квартиры, а точнее,</p><p>в сторону Глеба, который швыряет мне свитер, который отобрал у меня на балконе.</p></section><section><title><p>Глава 18</p></title><p>— И почему я не удивлен? — хмыкает Глеб, глядя на Тимура. — Тебе чего?</p><p>— Вещи жене верни. И документы.</p><p>— Какие еще документы? — ощетинивается. — Мне самому они нужны, я на развод подавать буду.</p><p>— Масюнь, а что тут происходит?</p><p>Из глубины квартиры на лестничную площадку выплывает Даша, придерживая одной рукой большой</p><p>живот. Мне становится не по себе. Одно дело, когда Тимур знает, что я развожусь с мужем.</p><p>Другое — увидеть причину. Изменил Глеб, а стыдно за то, что у него есть любовница, мне. Не</p><p>могу себе этого объяснить.</p><p>— Какая же ты, Оля, быстрая, — говорит Глеб, глядя прямо на меня.</p><p>Я делаю шаг вперед, но Тимур только выставляет руку, не давая мне вмешаться.</p><p>— Мы с вами не знакомы. И, честно, я не горю желанием это менять. Я здесь только за вещами.</p><p>Как я понял, часть собственности этой квартиры принадлежит вашей жене, — вмешивается Тимур.</p><p>— Бывшей жене, — рявкает Глеб.</p><p>— Пока что нет, — голос Тимура снижается до ледяного баритона. — По закону, часть имущества</p><p>все еще находится здесь и принадлежит ей. И у нее есть полное право забрать личные вещи без</p><p>цирка и оскорблений.</p><p>Глеб делает шаг к Тимуру. На полсекунды я замираю, боясь, что сейчас начнётся драка. Но</p><p>Тимур не двигается. Он вообще не напрягается — стоит, ровный, спокойный, будто камень, о</p><p>который легко обломать зубы.</p><p>— Знаете, — говорит Глеб, подходя ближе, — вы можете быть ее новым… кем угодно. Но не</p><p>указывайте мне, что делать в моем доме.</p><p>— Дом ваш наполовину, — улыбка Тимура задевает Глеба, потому что тот сжимает зубы от</p><p>злости.</p><p>— Пока. Но это вопрос времени, — спокойно говорит. — К тому же, Оля отказалась от дома.</p><p>Тимур смотрит на меня и, нахмурившись, спрашивает:</p><p>— Ты что-то подписывала?</p><p>— Нет. Мы так договорились.</p><p>— Снимем, значит, договоренности, — сообщает Глебу.</p><p>— Чего? Оля… — обращается ко мне. — Я не пойму, ты правда спишь с ним? Почему он решает?</p><p>— Ну она же решает, — Тимур кивает на застывшую с лицом невинной овечки Дашу. — Ты же ради</p><p>нее выделываешься. Чтобы мужиком себя показать.</p><p>— Ты охренел совсем? — Глеб делает шаг, Тимур остается на месте.</p><p>Я, боясь, что начнется драка, хочу вмешаться, но рука Тимура все еще не позволяет.</p><p>— Еще шаг — и все вопросы придется решать с адвокатами, — спокойно говорит Тимур, даже не</p><p>повышая голоса.</p><p>Глеб замирает, будто обдумывая его слова. Подходит к той черте, за которой уже начинаются</p><p>реальные проблемы, а не рядовое выяснение отношений. Секунду стоит в напряжении, а потом</p><p>демонстративно отступает.</p><p>— Делайте, что хотите. Все равно вас скоро здесь не будет, — бросает он с презрением, будто</p><p>этими словами он может стереть все мои права.</p><p>— Всенепременно, — отвечает Тимур. — А теперь — вещи.</p><p>Глеб отходит в сторону, кивает нам на дверь квартиры с таким видом, словно делает</p><p>одолжение.</p><p>— Масюнь, ты их впустишь? — начинает щебетать Даша.</p><p>Я вижу, как губы Тимура трогает улыбка и тоже улыбаюсь, потому что не могу сдержаться.</p><p>Провожаю Тимура к балкону, поджимаю губы, не зная, что говорить при виде одежды.</p><p>— Это все твои?</p><p>— Да, но я не все забирать буду. Совсем чуть-чуть. Просто я не успела найти то, что искала.</p><p>— Тебе не нужны все?</p><p>— Я просто… мне некуда их пока перевозить. Да и не на чем.</p><p>— Ко мне перевезешь, — спокойно говорит Тимур. — А на чем я сейчас найду.</p></section><section><title><p>Глава 19</p></title><p>Мы собираемся довольно быстро. Тимур умело переносит коробки в машину, которая приезжает</p><p>буквально через пятнадцать минут. Это небольшой минивен, водителя которого Тимур хорошо</p><p>знает. Они здороваются, обмениваются рукопожатиями и мы сгружаем коробки в его автомобиль.</p><p>Глеб все это время находится где-то в квартире. Подозреваю, что в спальне утешает свою</p><p>Дашу, потому что ко мне он так и не вышел с момента, как пустил нас с Тимуром в квартиру.</p><p>И только когда Тимур выходит с очередной тяжелой коробкой, а я остаюсь на балконе одна,</p><p>выходит Глеб. Я смотрю на него с непонятной тоской. Еще несколько дней назад он был моим</p><p>мужем, а я — его женой. Мы были вместе, любили друг друга, а сегодня за его спиной стоит</p><p>другая, а я, как воровка, забираю собственные вещи.</p><p>Вопрос, как мы до этого докатились, повисает в воздухе. Какой смысл спрашивать? Глеб снова</p><p>все свесит на мою работу, на долгое отсутствие и отсутствие внимания. С одной стороны — он</p><p>прав. Я действительно много внимания уделяла работе, а с другой. Разве он нет? Он ведь тоже…</p><p>задерживался. Теперь вот я даже думаю, что не на работе, а с другой.</p><p>— Все забрала? — спрашивает таким тоном, которым никогда со мной не разговаривал — ехидным,</p><p>с издевкой.</p><p>— Думаю, все. Документы отдашь?</p><p>— Я уже сказал, что сам подам на развод.</p><p>— У меня будет адвокат, — зачем-то ставлю его в известность, хотя он и так прекрасно это</p><p>знает.</p><p>— По-хорошему не хочешь, значит?</p><p>Я кисло усмехаюсь. Невыносимо от него это слушать.</p><p>— Не я привела в дом другую женщину, Глеб.</p><p>— Не можешь смириться?</p><p>Таращусь на него во все глаза. Не могу поверить, что он действительно это говорит, господи.</p><p>Не можешь смириться?</p><p>— Не могу, — говорю для самой себя неожиданно. — Ты не поймешь меня, но еще несколько дней</p><p>назад я с нетерпением ждала тебя домой, а сегодня вот.</p><p>Я обвожу рукой опустевший балкон и забираю последние вещи, намереваясь уйти.</p><p>— Брось, ты никогда меня не ждала, Оль. Ты с удовольствием бежала на работу, потому что она</p><p>была для тебя важнее.</p><p>— Работа никогда не была важнее.</p><p>Он фыркает, не веря. Как там говорят, у каждого своя правда? У меня какая-то слишком сильно</p><p>отличающаяся от его.</p><p>— Ладно, — Глеб делает шаг назад, наконец, отступая и позволяя мне выйти. — Иди, Оля. Нам</p><p>не о чем больше говорить.</p><p>На секунду я замираю, потому что мне хочется что-то сказать. Оставить за собой последнее</p><p>слово, поставить жирную точку в этой истории, но я сдерживаюсь. Он не поймет. И не услышит.</p><p>Мы уже разговариваем на разных языках, несмотря на то, что столько лет прожили вместе.</p><p>Я молча киваю, забираю свою сумку, подхватываю коробку. И в этот момент, будто по сигналу,</p><p>появляется Тимур. Легко перехватывает у меня тяжесть. Отнимает, не позволяя нести самой.</p><p>Бросает на Глеба какой-то взгляд, которому я никак не могу найти определения и… берет меня</p><p>за руку.</p><p>Глеб хмыкает, глядя на этот жест и сжимает крепко челюсти. То ли хочет что-то язвительное</p><p>сказать, то ли как-то меня задеть, но у него это никак не получается, потому что Тимур уже</p><p>тащит меня мимо к выходу.</p><p>Я оставляю свою прошлую жизнь позади. За спиной — бывший муж и его новая женщина, которая,</p><p>когда мы уходим, наконец, вылезает из своей берлоги, и смотрит на нас. Победоносно. Я</p><p>замечаю последний ее взгляд и мне почему-то впервые кажется, что она это все специально.</p><p>То ли спланировала, то ли что. Теперь это уже совершенно неважно. Не имеет значения, как</p><p>так получилось, что мой муж ушел к ней. Я не буду разбираться в причинах. Теперь гораздо</p><p>важнее разобраться с тем, что дальше. Как жить, как общаться, да и нужно ли вообще общаться?</p><p>У нас с Глебом общих детей нет, имущество мы очень быстро поделим, потому что я бы предпочла</p><p>договориться, насколько это возможно в наших условиях.</p><p>Дорога к дому Тимура проходит молча. Я смотрю в окно, а Тимур о чем-то разговаривает с</p><p>водителем. Я не вслушиваюсь, думая о своем.</p><p>Когда подъезжаем к дому, Тимур помогает мне выгрузить коробки. На удивление, не спрашивает,</p><p>куда мне их расставить, а просто относит внутрь, в одну из пустующих комнат. Я же стою у</p><p>машины, облокотившись на капот и стараясь привести в порядок мысли.</p><p>Когда он возвращается за последней коробкой, задерживается рядом.</p><p>— Хочешь прогуляться? — спрашивает.</p><p>— Сейчас? — зачем-то задаю совершенно глупый вопрос.</p><p>— Сейчас, Оль.</p><p>— А… Юля где?</p><p>— Юля с няней. Я сказал, что тебе нужно некоторое время, чтобы прийти в себя и затем ты к</p><p>ней придешь. Я ведь прав?</p><p>Я молча киваю и иду за ним. Тимур ведет меня по длинной дорожке, ведущей вдоль дома,</p><p>выходящей к небольшому саду. Сад ухоженный, аккуратный, с ровными клумбами и невысокими</p><p>деревьями. Пахнет землей, зеленью и цветами, которых здесь очень много.</p><p>— То, что ты чувствуешь сейчас пройдет, — неожиданно говорит он, словно и правда знает, что</p><p>именно я чувствую.</p><p>— Думаешь?</p><p>— Уверен. Так было с моей бывшей женой.</p><p>Хочу поспорить, что у них была другая ситуация, но замолкаю. Что я, в конце концов, знаю?</p><p>Только то, что она не хотела ребенка.</p><p>— Я думала, что все будет иначе, — тихо говорю. — Что мы просто спокойно разведемся, как</p><p>взрослые люди. Поделим то, что делить надо, и все. А получилось… грязно.</p><p>Тимур не перебивает. И это дает мне возможность говорить дальше:</p><p>— Я не знала, что он приведет ее домой. Так быстро.</p><p>— Такие вещи никогда не случаются внезапно, — тихо отвечает он. — Он привел ее, потому что</p><p>знал, что ты не сделаешь ничего в ответ.</p><p>Я слабо улыбаюсь. Есть в его словах горькая правда.</p><p>— Я ведь и правда… ничего не сделала. Забрала вещи и ушла.</p><p>— Оля, — Тимур останавливается и разворачивает меня к себе. Его взгляд пронзает до костей.</p><p>— Это и есть сила. Ты могла устроить сцену. Могла разнести там все к чертям. А ты просто</p><p>забрала свое и ушла. С достоинством.</p><p>Я тяжело вздыхаю. Не хочу об этом разговаривать. И возвращаться тоже не хочу.</p><p>— Оля… — он наклоняется ближе. — У тебя еще есть впереди целая жизнь.</p><p>— Ты говоришь так, будто я уже все потеряла.</p><p>— А разве не так? — поддевает. — Потеряла предательство, ложь, недостойного мужчину.</p><p>Я смеюсь сквозь слезы, но несмотря на это получается очень легко, а главное, искренне.</p><p>— Дальше новая жизнь. Я постараюсь помочь. С адвокатом и вообще.</p><p>— Я… не знаю, как благодарить. Ты столько для меня сделал.</p><p>Он ничего не отвечает, и я резко вскидываю голову, чтобы столкнуться с его взглядом.</p><p>Совершенно мне в этот момент непонятным и неопределенным. Что там? Заинтересованность или</p><p>сожаление?</p></section><section><title><p>Глава 20</p></title><p>Мы молча возвращаемся в дом. Где-то внутри слышится детский смех. Это Юля веселится. Она</p><p>возится в гостиной с игрушками и, завидев нас, сразу вскакивает:</p><p>— Оля! Ты вернулась!</p><p>Я улыбаюсь, стараясь не показывать усталость, которую испытала за весь сегодняшний день.</p><p>— Вернулась, — киваю. — А ты чем занималась?</p><p>— Рисовала! Хочешь посмотреть?</p><p>Юля тащит меня за руку, и я иду за ней. Тимур в это время остается стоять в холле, наблюдая</p><p>за нами. Но вместо привычной легкости я ощущаю его напряжение — он молчит, но смотрит при</p><p>этом слишком пристально.</p><p>Рисунки Юли — это целая история. Огромные цветные пятна, кое-где понятные даже взрослому</p><p>человеку. Дом, дерево, собака. Человек в короне. Это Тимур? Почему-то это изображение</p><p>вызывает во мне улыбку.</p><p>— Очень красиво, — хвалю я.</p><p>Юля улыбается так, что я чувствую, как ком в горле подкатывает. Вот бы мои дети были</p><p>такими… Но я гоню мысли прочь. Сейчас не время думать об этом. У меня впереди сложный развод</p><p>и вообще непонятно, будет ли шанс завести ребенка.</p><p>— Пойдем ужинать, — говорит Тимур.</p><p>Он держится сдержанно, я бы даже сказала сухо. Ни намека на нашу разговорную близость в</p><p>саду. И это даже к лучшему. Я благодарна ему за дистанцию, потому что чем дальше мы друг от</p><p>друга держимся, тем лучше.</p><p>На ужин у нас простая еда — паста с запеченными овощами и сок. Мы едим молча, только Юля</p><p>болтает без умолку, перескакивая с темы на тему: про зоопарк, про бассейн, про какие-то</p><p>мультики, которые мы обязательно должны посмотреть.</p><p>Я киваю, поддакиваю, время от времени смеюсь, стараясь не показывать, как устала. Глаза</p><p>слипаются, тело гудит от стресса последних дней. Но все равно становится легче от Юлиного</p><p>детского смеха, от теплого света лампы над обеденным столом и от того, что никто не давит и</p><p>не торопит.</p><p>В какой-то момент я слышу звонок, но не сразу понимаю, что это мой телефон. Реагирую,</p><p>отвечаю.Замечаю, как Тимур бросает на меня короткий взгляд, но ничего не говорит. Достаю</p><p>телефон и вижу на экране номер Матвея, моего адвоката.</p><p>— Простите, — шепчу я и выхожу из кухни в холл.</p><p>— Да, Матвей, слушаю вас.</p><p>— Ольга, есть новости, — голос у него спокойный, деловой. — Я связался с вашим супругом.</p><p>Или, точнее, с его адвокатом.</p><p>Я напрягаюсь. Сжимаю телефон крепче.</p><p>— И что?</p><p>— Они согласны на развод, но... — он делает паузу, как будто подбирает слова. — Ваш муж</p><p>предложил вам отказаться от претензий на квартиру и машину в обмен на так называемую</p><p>компенсацию. Деньги. Немаленькую сумму, если честно. Но при условии полной тишины: без</p><p>судебного разбирательства, без дележа. Просто обычный мирный развод.</p><p>Я не знаю, что сказать. Сумма? Компенсация? Они хотят купить мое молчание.</p><p>— Ольга? Вы меня слышите?</p><p>— Слышу, — наконец выдавливаю я. — И что вы советуете?</p><p>— С точки зрения чисто юридической — условия неплохие. Но. — Его голос становится тверже. —</p><p>Вы откажетесь от совместно нажитого имущества. Квартира, машина, счета — все, что куплено в</p><p>браке, останется вашему мужу. Вы получите деньги, но если сумма не покроет реальную</p><p>стоимость, это будет вам невыгодно.</p><p>Я выдыхаю.</p><p>— Я согласна, — произношу тихо.</p><p>Не хочу, господи, долго делиться с ним, не хочу выяснять наши отношения. Ничего этого не</p><p>хочу.</p><p>Но стоит только мне это сказать, как телефон у меня забирают. Я растерянно смотрю на</p><p>Тимура, который в этот момент прикладывает мой телефон к уху и спокойно говорит:</p><p>— Добрый вечер. Это Тимур Саввович. Я… хороший знакомый Ольги. Объясните вкратце, какое</p><p>предложение?</p><p>Я не могу слышать ответ адвоката, но и так прекрасно его знаю. Конечно же, он предлагает то</p><p>же, что и мне.</p><p>— Ольга не будет соглашаться на это предложение, — четко говорит Тимур. — Внесите</p><p>коррективы. Мы подаем иск.</p><p>Я моргаю. Мы? Он что — себя туда приписал? С какой это стати? И вообще, почему это он</p><p>решает такие вопросы вместо меня? Мы же даже… не посоветовались, не поговорили…</p><p>— Нет, не передавайте ему ничего, — продолжает Тимур. — Просто подавайте в суд. Полный</p><p>комплект требований. И активы, и имущество, и счета. И давайте без грязных сделок. На этом</p><p>все.</p><p>Он отдает мне телефон. Просто молча протягивает. Я беру, будто в полусне, и прижимаю к уху.</p><p>— Ольга, вы меня слышите? — доносится голос Матвея.</p><p>— Да.</p><p>— Тогда завтра встречаемся, как договаривались. Будем подавать документы.</p><p>Я киваю, хотя понимаю, что он меня не видит.</p><p>— Да. Спасибо, — говорю, когда, наконец, понимаю, что он меня видеть не может.</p><p>Отключаюсь. Смотрю на Тимура, не понимая, что сказать. В груди ком. И тепло какое-то</p><p>странное разливается. Защищенности что ли.</p><p>— Ты зачем это сделал? — шепчу.</p><p>— Потому что ты бы согласилась, — спокойно говорит он. — А потом пожалела бы. И потому что</p><p>тебе не нужно соглашаться на крохи, которые тебе бросают. Ты не должна соглашаться на</p><p>условия человека, который тебя предал.</p><p>Я опускаю взгляд в пол. Больше всего хочется сказать, что не уверена, что смогу пройти</p><p>через весь этот суд, через бумажную волокиту, через очередные унижения. Но не говорю.</p><p>Впервые за долгое время мне просто не хочется спорить.</p><p>— Оля, — вдруг говорит Тимур мягче. — Ты заслуживаешь большего. И не только квартиры или</p><p>денег.</p><p>Я поднимаю глаза и встречаю его спокойный, чуть усталый взгляд.</p><p>— Заслуживаешь уважения к себе. И если ты сейчас отступишь, — делает паузу, — тебе потом</p><p>будет тяжелее начать с чистого листа.</p><p>Я киваю. Молча. Чувствую, что сказать спасибо сейчас — это будет неправильно. Он не для</p><p>благодарности это делает.</p><p>Юля в это время высовывается из кухни:</p><p>— Пап, а Оля останется ночевать?</p><p>— Останется, конечно, — с уверенностью говорит Тимур.</p><p>Юля радостно хлопает в ладоши.</p><p>А я, все еще с телефоном в руках, стою посреди холла и думаю: может, где-то здесь и правда</p><p>начало новой жизни?</p></section><section><title><p>Глава 21</p></title><p>На следующее утро я просыпаюсь на удивление спокойно. Ни паники, ни ощущения, что мир</p><p>рушится. Легкая усталость после вчерашнего тяжелого дня и странное чувство, что сегодня</p><p>что-то должно измениться.</p><p>Юля уже носится по дому, громко обсуждая с собой какие-то важные детские дела. Я слышу, как</p><p>она разговаривает с игрушками, придумывая целые истории. Тимура пока не видно. Возможно, он</p><p>ушел по своим делам.</p><p>Я встаю, принимаю быстрый душ, заворачиваюсь в полотенце и, уже собираясь возвращаться в</p><p>комнату, вдруг замечаю на стуле аккуратно сложенные вещи. Чистая белая блузка и простые, но</p><p>элегантные темные брюки.</p><p>На бумажке рядом всего одно слово: "Удачи."</p><p>Я невольно улыбаюсь. Не хочу думать, что Тимур решил лишний раз вмешаться. И воспринимаю</p><p>это, как тихую поддержку. Вчера мы с ним договорились, что еще сегодня у меня есть время</p><p>решить свои дела, а завтра я буду выполнять роль няни, ради чего сюда и явилась.</p><p>Одеваюсь быстро и просто. Волосы убираю в низкий хвост, лицо оставляю почти без косметики.</p><p>Сегодня мне нужна не красивая оболочка, а холодная голова и твердая решимость.</p><p>Пока собираюсь, в комнату заглядывает Юля:</p><p>— Ты куда? — интересуется она, опираясь на дверной косяк.</p><p>— На важную встречу.</p><p>— С врачами? — серьезно уточняет девочка.</p><p>Я улыбаюсь, странно реагируя на то, что она запомнила, кем я работаю.</p><p>— Почти. С людьми, которые помогают делать важные дела.</p><p>— Тогда тебе нужна удача, — торжественно заявляет Юля и протягивает мне что-то зажатое в</p><p>маленьком кулачке.</p><p>Открываю руку — в ней лежит яркий пластмассовый брелок в виде солнышка.</p><p>— Держи. Это мой талисман. С ним у тебя все обязательно получится.</p><p>Я расплываюсь в улыбке. Кладу брелок в карман. Не знаю, почему, но такая забота совершенно</p><p>незнакомой девочки подкупает.</p><p>— Спасибо, Юля. Ты настоящая волшебница.</p><p>— Я знаю, — радостно сообщает она и убегает обратно в гостиную.</p><p>Я быстро проверяю документы, которые Матвей вчера прислал мне на почту. Сохранила их в</p><p>облако, переслала себе, распечатать собираюсь в офисе адвоката. Все готово.</p><p>Когда спускаюсь вниз, Тимур уже ждет меня у выхода. Одет в темные джинсы и легкую куртку.</p><p>Выглядит так, будто у него сегодня обычный рабочий день, не больше.</p><p>— Готова? — спрашивает он.</p><p>— Готова, — киваю.</p><p>— Я отвезу, — говорит без лишних слов.</p><p>— Тимур… — начинаю я было сопротивляться, но он мотает головой.</p><p>— Это не обсуждается.</p><p>Сглатываю. И в который раз чувствую себя ему обязанной. Новая работа с хорошей зарплатой,</p><p>возможность пожить, переезд, сейчас вот мало того, что отпустил решать свои дела, так еще и</p><p>отвезет.</p><p>Я бы, может, и возразила, но понимаю, что не хочу с ним еще и препираться.</p><p>Мы вместе выходим на улицу. День сегодня какой-то серый и пасмурный. И почему-то именно эта</p><p>погода кажется мне сегодня самой подходящей.</p><p>По дороге мы молчим. В плеере играет тихая ненавязчивая музыка. Я смотрю в окно и думаю о</p><p>том, что сегодня — мой первый уверенный шаг к будущему, которое еще не так давно я рисовала</p><p>себе совсем иначе. Хочу ли я такого будущего? Пожалуй, нет. Но мне попросту не оставили</p><p>выбора, так что я, расправив плечи, стараюсь не нервничать.</p><p>— Боишься? — вдруг спрашивает Тимур, когда останавливаемся на светофоре.</p><p>— Очень, — честно отвечаю.</p><p>Он кивает, будто подтверждая что-то для себя.</p><p>— Это хорошо, — спокойно говорит. — Значит, ты не будешь принимать решений на эмоциях.</p><p>Я снова улыбаюсь. Наверное, он прав. Сегодня я буду думать холодно. И не дам бывшему мужу</p><p>купить мое молчание за деньги. После того, как Тимур не дал мне этого сделать, я подумала</p><p>обо всем еще раз. И вдруг осознала, что он прав. Почему я должна соглашаться на тихий развод</p><p>и деньги, если могу получить по праву половину всего.</p><p>Я не могу сказать, что я алчная и жадная, но я ведь тоже работала. И старалась для нашей</p><p>семьи. Создавала быт, уют, старалась ради нас.</p><p>Когда подъезжаем к офису Матвея, Тимур паркует машину недалеко от входа. Я еще раз</p><p>благодарю его, открываю дверь машины и выхожу. Но следом слышу, как дверь с водительской</p><p>стороны тоже хлопает. А потом Тимур подходит ко мне и решительно идет следом.</p><p>— Ты куда это? — удивляюсь я.</p><p>— С тобой, — спокойно отвечает он, захлопывая за собой дверь.</p><p>— Тимур, — качаю головой. — Спасибо за все, правда, но дальше я сама.</p><p>Он смотрит на меня так, будто я только что сказала глупость.</p><p>— Оля, — произносит с той же бесстрастной уверенностью, с какой вчера забрал у меня</p><p>телефон, — ты хоть представляешь, сколько тебе сегодня всего предложат?</p><p>— Матвей все объяснит, — возражаю я, хоть и слабым голосом.</p><p>— Матвей юрист. И он за тебя. Но слушать нужно будет внимательно, а ты сейчас нервничаешь и</p><p>вряд ли сможешь думать холодно.</p><p>— Тимур… — снова пытаюсь вставить хоть слово, но он мягко перебивает:</p><p>— Я не собираюсь лезть в процесс. Я просто буду рядом. И если что-то пойдет не так —</p><p>подстрахую.</p><p>— Ты юрист?</p><p>Он усмехается:</p><p>— Нет. Но я очень хорошо разбираюсь в том, как устроены такие сделки. И в людях. — Пауза. —</p><p>И я хочу быть уверен, что ты выйдешь оттуда без чувства, что тебя снова обвели вокруг</p><p>пальца.</p><p>Я закусываю губу. Внутри кипит протест — я справлюсь сама! Но в глубине души понимаю: он</p><p>прав. Я слишком зациклена на том, чтобы просто поскорее это закончить. И могла бы проглядеть</p><p>что-то важное.</p><p>— Я даже вмешиваться не буду, — говорит он спокойным, уговаривающим голосом. — Только</p><p>послушаю.</p><p>Я вздыхаю.</p><p>— Хорошо, — сдаюсь я. — Но если хоть слово скажешь, я тебя выгоню.</p><p>Он улыбается.</p><p>— Договорились.</p><p>Мы вместе поднимаемся по лестнице. Дверь офиса Матвея находится на втором этаже. Я</p><p>останавливаюсь перед ней на секунду, собираясь с духом, затем коротко стучу и вхожу первой.</p><p>Матвей отводит взгляд от ноутбука, встает навстречу.</p><p>— Ольга, доброе утро, — говорит он и, переведя взгляд на Тимура, добавляет: — Здравствуйте.</p><p>— Это Тимур Саввович, — тихо поясняю я. — Он… просто послушает.</p><p>Матвей удивленно смотрит на меня, но ничего не говорит. Лишь кивает.</p><p>Мы усаживаемся за стол переговоров. Матвей достает папку с документами.</p><p>— Итак, как я уже говорил вчера. Мы подаем иск о разводе, с разделом имущества. Я</p><p>подготовил предварительный список — квартира, машина, банковские счета, бонусы от компании</p><p>вашего мужа. Все активы, купленные в браке.</p><p>Он протягивает мне папку. Я машинально листаю страницы, стараясь вникнуть, но буквы словно</p><p>расплываются.</p><p>И тут Тимур, сидящий рядом, чуть наклоняется к столу и негромко спрашивает:</p><p>— А есть оценка стоимости активов? С учетом текущей рыночной цены недвижимости и</p><p>автомобилей?</p><p>Матвей кивает.</p><p>— Конечно. Здесь все расчеты.</p><p>Тимур берет распечатку, бегло ее просматривает, его лоб чуть хмурится.</p><p>— Странно, — замечает он. — Оценка квартиры слишком занижена.</p><p>Матвей снова кивает.</p><p>— Мы закажем официальную оценку.</p><p>Тимур бросает на меня взгляд, в котором читается что-то вроде "видишь?"</p><p>— Конечно, заказываем, — быстро говорю я, чувствуя, как просыпается какая-то здоровая</p><p>злость.</p><p>Тимур откидывается на спинку кресла и больше не вмешивается. Только спокойно слушает, в то</p><p>время как Матвей рассказывает мне о следующих шагах, о том, как будет подаваться иск, какие</p><p>документы нужны и когда состоится первое заседание.</p><p>Я киваю, впитывая каждое слово. И впервые за долгое время ощущаю, что держу ситуацию под</p><p>контролем.</p><p>Когда мы выходим на улицу, я оборачиваюсь к Тимуру.</p><p>— Спасибо, — говорю искренне. — Без тебя я бы согласилась на всё, что предложили.</p><p>— У тебя хороший адвокат, я практически ничего не сделал.</p><p>Пока я улыбаюсь, Тимур обнимает меня за талию и ведет к машине, но уже через пару минут я</p><p>вижу бывшего мужа, решительно направляющегося в нашу сторону.</p></section><section><title><p>Глава 22</p></title><p>Я резко останавливаюсь и Тимур тоже замирает, перехватывая мой растерянный взгляд. Глеб</p><p>приближается быстро, целеустремленно, с тем самым выражением лица, которое я когда-то хорошо</p><p>знала — когда он был не просто раздражен, а по-настоящему задет.</p><p>— Вот ты где, — бросает он, не обращая внимания ни на Тимура, ни на прохожих, которые</p><p>оборачиваются на повышенный тон.</p><p>— Что ты здесь делаешь? — спрашиваю я, стараясь говорить спокойно, но внутри все сжимается.</p><p>— А ты как думаешь? — вскидывает брови. — Ты хочешь перетянуть все на себя? Дом, машину? Ты</p><p>серьезно? В этом ничего твоего нет.</p><p>— Я прошу то, что принадлежит мне по закону и ничего больше, — стойко отвечаю.</p><p>— По закону там твои только трусы, но ты их вчера забрала.</p><p>— Полегче-ка, — вступает в разговор Тимур. — Ты не на рынке разговариваешь.</p><p>Я вижу, как Глеб бросает на Тимура полный презрения взгляд. Не знаю, какой взгляд при этом</p><p>получает в ответ, но вижу, как немного отходит, потому что вкрай пересекает все допустимые</p><p>расстояния.</p><p>— Я не могу понять, ты нашла себе защитника?</p><p>— Я сказал полегче, — Тимур закрывает меня собой.</p><p>Без вопросов встает между ним и моим мужем, который совсем скоро станет бывшим по</p><p>документам, а в моих мыслях он такой уже несколько дней, с момента, как я узнала об измене.</p><p>— Ты решила играть в войну? — его голос становится жестче. — Думаешь, он за тебя все решит?</p><p>Он кивает на Тимура, будто тот вообще не стоит здесь перед ним, а просто очередная деталь</p><p>интерьера.</p><p>— Я ничего не решаю за нее, — спокойно произносит Тимур. — Но если ты пришел угрожать, то</p><p>мы можем продолжить в суде.</p><p>Глеб презрительно усмехается.</p><p>— Суд? Вы правда думаете, что суд будет на твоей стороне, Оля? У тебя даже нет постоянного</p><p>жилья. Нет стабильной опоры. Только… — он делает паузу и скользит взглядом по Тимуру, —</p><p>очередной мужик, который за тебя все решит. Как удобно. Ты ведь всегда так делала, да?</p><p>Искала того, кто за тебя все решит.</p><p>Наверняка, Тимур бы постави его на место и без меня, но у меня внутри в этот момент сразу</p><p>же после его слов что-то взрывается. Я решительно выхожу на первый план, смотрю Глебу в</p><p>глаза, выдерживая его взгляд. Хочу, чтобы он знал, что я его не боюсь. Не потому, что за</p><p>моей спиной есть мужчина, а потому что, черт возьми, нет причины никакой его боятся! Закон</p><p>на моей стороне. Из нас двоих — виноват он.</p><p>Это он привел в дом другую.                 И это он сделал ей ребенка.</p><p>— Не смей говорить со мной таким тоном. Ты потерял это право. Я хотела развода по-хорошему,</p><p>ты сам превратил все в грязь. И да, Тимур рядом. Но не он за меня решает. А я сама. Я</p><p>выбираю, как жить дальше. Не ты и не твоя новая баба, ясно тебе? По закону я могу забрать</p><p>половину и я ее заберу, будь уверен.</p><p>Глеб как будто остолбеневает, но потом снова усмехается.</p><p>— Знаешь, в ведь ты не всегда была такой решительной. Заполучила хорошее влияние. Но</p><p>надолго ли?</p><p>— Надолго, — спокойно говорит Тимур, в его голосе нет ни эмоций, ни позерства — просто</p><p>уверенность. — Так что советую держаться от нее подальше. С этого момента. Если я увижу или</p><p>услышу что-то подобное в адрес Ольги — у тебя будет еще один суд и, я тебе гарантирую, ни</p><p>один ты не выиграешь. Уж я-то позабочусь.</p><p>Мы стоим друг напротив друга. Я, Тимур и Глеб. Люди вокруг спешат мимо, кто-то с интересом</p><p>поглядывает в нашу сторону, кто-то просто идет по делам. Но для меня все замирает — в этом</p><p>коротком моменте я чувствую себя очень странно. С одной стороны — прошлое все еще здесь, все</p><p>еще решительно стучится в окно и лезет в дверь. С другой… бороться легче, когда есть кому</p><p>тебя поддержать.</p><p>— Это угроза? — продолжает позёриться.</p><p>Вообще, за мужем никогда не замечалось желания влезать в конфликты, но тут, видимо, было</p><p>задето его самолюбие. С одной стороны я его прекрасно понимаю, я чувствовала себя очень</p><p>похоже, когда он в дом беременную девушк привел, а с другой… какая ему разница, если любви</p><p>ко мне он больше не испытывает. Она у него теперь с другой женщиной.</p><p>— Предупреждение. Но воспринимай, как хочется. Главное, уйди отсюда.</p><p>Глеб разворачивается, что-то недовольно бормоча себе под нос, и уходит. Удивительно, что не</p><p>устраивает сцену и не пытается оставить последнее слово за собой.</p><p>Я вздыхаю, только когда его спина исчезает за углом. Позволяю себе расслабиться, выдохнуть.</p><p>Все силы куда-то мигом улетучиваются. Сейчас Глеб кажется мне человеком, способным достать</p><p>из меня все жизненные силы буквально за несколько минут разговора.</p><p>Возможно, он был таким всегда, просто я этого не замечала.</p><p>— Ты в порядке? — спрашивает Тимур, поворачиваясь ко мне.</p><p>— Я… да, наверное. Да, в порядке. Это просто… он ляпнул лишнего. Не стоит реагировать.</p><p>— Знаешь… — Тимур поджимает губы. — Он не достоин тебя. Он любой женщины недостоин. Прости,</p><p>если это тебя задевает.</p><p>— Нет, я… не хочу об этом.</p><p>Понимаю, что обсуждать Глеба с кем бы то ни было, не хочу. Я никогда этим не занималась.</p><p>Держала отношения в секрете, боясь, что их могут сглазить. Теперь понимаю, что это чушь, но</p><p>отзываться о Глебе плохо, значит отзываться плохо и о себе тоже.</p><p>— Так, ну что… мы все сделали на сегодня. Предлагаю куда-нибудь заехать поесть? Идет?</p></section><section><title><p>Глава 23</p></title><p>— Так, ну что… мы все сделали на сегодня. Предлагаю куда-нибудь заехать поесть?</p><p>Идет?</p><p>Слова Тимура долетают до меня, как сквозь толщу воды. Я вроде бы и понимаю их и не понимаю</p><p>одновременно.</p><p>— Поесть? — переспрашиваю, будто впервые слышу это слово. Настолько чужим кажется сейчас</p><p>все нормальное. — Я не знаю… Мне надо подумать.</p><p>— Оль, — он делает паузу и чуть склоняет голову. — Подумать ты и за едой сможешь. А</p><p>голодной быть вдвойне уязвимо.</p><p>Я невольно усмехаюсь. Напряжение, сковывающее тело, понемногу отходит. Я что, правда</p><p>сказала подумать? Господи, о чем? Меня зовут поесть, а я, как назло, чувствую голод, вон</p><p>желудок очень характерно бурчит.</p><p>— Это из твоей книги мудрости? — зачем-то шучу.</p><p>— Из нее, — отвечает совершенно серьезно. — Глава вторая: «Не спорь с мужчиной, который</p><p>кормит».</p><p>— И что в первой главе?</p><p>— Не спорь с мужчиной, который тебя защищает.</p><p>Тимур подмигивает.</p><p>— Хитро, — качаю головой, но губы все равно подрагивают от слабой улыбки.</p><p>— Как ты относишься к хачапури? Или лучше пиццу?</p><p>Я закатываю глаза.</p><p>— Все, что угодно, лишь бы не фастфуд.</p><p>— Тогда я знаю одно тихое место. Никакой толпы, случайных встреч. Только еда и мы. И</p><p>тишина. У них там неплохая терраса есть и для меня там всегда свободно.</p><p>— Да что ты? — усмехаюсь. — За что такие почести?</p><p>— Знаю владельца ресторана.</p><p>— Идем, — говорю решительно, потому что желудок снова бурчит.</p><p>Когда мы садимся обратно в машину, и Тимур включает навигатор, я все еще чувствую, как</p><p>дрожат пальцы. Смотрю на них и думаю — это пройдет. Просто пройдет. Со временем. Когда-то же</p><p>я перестану реагировать, верно? Перестану дрожать от воспоминаний о бывшем муже и встрече,</p><p>которая произошла.</p><p>То, какой отпечаток она на мне оставила, я не могу передать словами. Бывший, подобно</p><p>коршуну, напал на меня и обвинил в том, что я никогда не планировала делать и не сделала бы.</p><p>Мне просто… Тимур прав, я должна отстаивать свое. Мы прожили с Глебом столько лет в этой</p><p>квартире, у меня множество воспоминаний, а я должна просто взять и уступить ее другой?</p><p>Я и так это уже сделала, не посмев ничего сказать. Любая другая на моем месте, вытаскала бы</p><p>эту подстилку на улицу и на порог бы не пустила, а я… по-человечески поступила.</p><p>Мы едем недолго, минут двадцать. Улицы будто пустеют, когда машина съезжает с главной</p><p>дороги в более тихий район, утопающий в зелени. Здесь нет ярких вывесок, нет шумных торговых</p><p>точек, только уютные дома с высокими живыми изгородями и небольшие заведения с почти</p><p>незаметным входом. Машина сворачивает к зданию с терракотовыми стенами, обвитому диким</p><p>виноградом. Я вижу кованую вывеску с названием на грузинском, которое не могу разобрать, и</p><p>невольно хмурюсь.</p><p>— Это оно? — спрашиваю, выходя из машины.</p><p>— Оно, — спокойно кивает Тимур и обходит меня, чтобы открыть тяжелую дверь. — Здесь вкусно.</p><p>И очень тихо.</p><p>Мы проходим в небольшой холл, откуда пахнет хачапури, свежим базиликом и чем-то еще, то ли</p><p>мясом, то ли какими-то приправами. На входе нас встречает высокий мужчина в жилете с</p><p>профессиональной полуулыбкой на лице. Но, увидев Тимура, он расплывается в по-настоящему</p><p>теплой улыбке.</p><p>— Тимур Саввович, добрый день! Для вас, как всегда все готово на террасе.</p><p>— Спасибо, Давид, — отвечает Тимур, и они жмут руки, как давние знакомые.</p><p>Я иду следом, растерянно озираясь. Нас ведут через зал с мягким светом, уютными столиками и</p><p>медной посудой на полках. Все тихо, будто посетители здесь разговаривают шепотом. Или просто</p><p>уважают чужое пространство. Я почему-то думала, что здесь никого нет, но люди есть, я видела</p><p>автомобили, да и слышу топот детских ног в детской комнате.</p><p>— Сюда, пожалуйста, — говорит Давид и распахивает стеклянную дверь, ведущую на открытую</p><p>террасу.</p><p>Там — столик на двоих, накрытый белоснежной скатертью, большие плетеные кресла с подушками,</p><p>и вид на сад. С террасы открывается спокойный, почти загородный пейзаж, будто мы не в</p><p>городе, а где-то далеко-далеко от его суеты.</p><p>— Вам как обычно, Тимур Саввович? — уточняет Давид, уже не глядя в меню.</p><p>— Да. И хачапури — классическое. А для дамы… — он бросает взгляд на меня.</p><p>— Хачапури будет прекрасно, — отвечаю.</p><p>Давид кивает, снова тепло улыбается и исчезает.</p><p>— Ты здесь часто? — спрашиваю, когда мы остаемся одни.</p><p>— Бываю, — пожимает плечами Тимур. — Иногда хочется тишины. Мало где ее найдешь. А это</p><p>место так обустроено. Эта терраса не одна здесь. Их несколько, какие-то более отдаленные,</p><p>какие-то менее.</p><p>Через пару минут приходят другие официанты — с закусками, водой, лимонадом. Они все кивают</p><p>Тимуру с уважением, кто-то кланяется. Никто не спрашивает "как вас зовут", потому что они</p><p>его и так знают. Один из них, молодой парень с серьезным лицом, аккуратно поправляет</p><p>салфетку у его прибора и говорит:</p><p>— Все, как вы любите, Тимур Саввович.</p><p>Я нахмуриваюсь. Слишком много "Саввович", слишком много лиц, которые выказывают ему знак</p><p>уважения. Это уже не просто «ресторан друга». Здесь все знают, как он любит.</p><p>— Ты не просто частый гость, — тихо говорю, вглядываясь в его лицо. — Ты совладелец?</p><p>Тимур смотрит на меня несколько секунд и только потом отвечает:</p><p>— Не совсем.</p><p>— Владелец?</p><p>— Да.</p><p>Сказать, что я удивлена — ничего не сказать. Я открываю рот, потом закрываю. Тимур, этот</p><p>молчаливый, спокойный Тимур, оказывается, не просто “хорошо знает владельца”, он мне сказал.</p><p>Это его ресторан. Причем, судя по всему, не один. По крайней мере, этот выглядит, как хорошо</p><p>продуманный бизнес. Этим он зарабатывает на жизнь?</p><p>— И ты молчал об этом? — спрашиваю наконец, все еще пытаясь собраться с мыслями.</p><p>— А это что-то меняет? — спокойно отвечает он. — Хачапури же от этого хуже не станет.</p></section><section><title><p>Глава 24</p></title><p>Я просыпаюсь от легкого толчка в плечо. Не знаю, он был первым или нет, но я распахиваю</p><p>глаза и слышу:</p><p>— Оля, вставай, — шепчет Юля, нависая надо мной с серьезным лицом. — Сегодня твой первый</p><p>день.</p><p>— Какой день? — бормочу сквозь сон, прижимая подушку к щеке.</p><p>— Рабочий, — важно сообщает девочка. — Ты теперь моя няня. Это значит, что завтрак должен</p><p>быть готов ровно через пятнадцать минут, иначе… — она задумывается, — ...иначе ты опоздаешь</p><p>на важную встречу. Со мной.</p><p>Я хрипло смеюсь. Где-то внизу хлопает дверца холодильника, и до меня доносится запах кофе.</p><p>Тимур уже на ногах. Жизнь идет, как ни в чем не бывало, и даже после вчерашнего</p><p>эмоционального урагана наступает утро. Обычное теплое утро, каких у меня было немало,</p><p>правда, за единственным исключением — я вижу перед собой не лицо мужа, а лицо маленькой</p><p>девочки, которая светится от счастья.</p><p>— У тебя есть список требований? — спрашиваю, садясь на кровати.</p><p>Юля кивает и торжественно достает из-за спины сложенный лист бумаги.</p><p>— Завтрак, мультики, прогулка, потом обед, потом тихий час. Или творческий. Потом еще одна</p><p>прогулка. Потом ужин. Потом сказка. Потом — спать.</p><p>Она демонстрирует мне клочок бумаги, на котором действительно прописаны все эти пункты.</p><p>— А где пункт «Оля пьет кофе в тишине»?</p><p>— Это во время творческого часа, — великодушно соглашается она, немного поразмыслив. — Но</p><p>тебе нужно торопиться, я должна встретиться с подружкой на занятии фехтованием.</p><p>— На занятии чем?</p><p>— Фехтованием.</p><p>— Почему ты ходишь на фехтование?</p><p>— Это единственное, что мне нравится, — пожимает плечами Юля. — Мне там интересно.</p><p>Интересный выбор для девочки, но я вдруг вспоминаю себя в детстве с кучей машинок вокруг. Я</p><p>ведь была далека от классической девчонки, которая любила куклы. Я даже одевалась, как</p><p>мальчик. Уже потом, кажется, классе в десятом, я открыла для себя понятие женственность, а</p><p>до…</p><p>Встав с кровати, иду в ванную, чтобы освежиться и взбодриться хоть немного. После вчерашней</p><p>встречи с Глебом я чувствую себя будто выжатой тряпкой. Но теперь у меня будет новая</p><p>реальность. Режим дня, детские правила, и маленькая девочка с планами и надеждами которой</p><p>мне теперь нужно считаться.</p><p>Спускаясь вниз, вижу Тимура на кухне. Он стоит у кофемашины, загружает вторую капсулу с</p><p>кофе.</p><p>— Доброе утро, — говорит он. — Распорядок дня уже получила?</p><p>— Да, строгое начальство выдало инструкцию, — киваю на Юлю, которая уже села за стол и</p><p>требует «что-то, но вкусное».</p><p>— Тогда добро пожаловать в отдел логистики и питания, — спокойно кивает Тимур. — Тебя ждет</p><p>смена длиной в целый день.</p><p>— Надеюсь, без переработок, — бурчу я, включая плиту.</p><p>Но внутри становится как-то легко. У меня сегодня будет чем заняться. Будет порядок.</p><p>Стабильность. Роль, которую я сама выбрала. И пусть это не хирургия, не ординатура и не</p><p>кабинет с табличкой на двери. Но здесь от меня тоже ждут действий. Я знаю, что это</p><p>ненадолго, знаю, что не останусь тут навсегда, потому что я все-таки хочу развиваться, как</p><p>хирург, но сейчас мне нужна передышка. Возможность восстановиться, не попадать в поле зрения</p><p>и обсуждения к тем, кто только и ждет, как бы перемыть мне косточки.</p><p>Позавтракав, мы с Юлей выходим из дома, чтобы успеть на занятие по фехтованию. К счастью,</p><p>оно проходит не так далеко и нам достаточно просто пройтись пешком пятнадцать минут, после</p><p>чего мы попадаем в большое здание.</p><p>Секция находится в небольшом здании с вывеской. Я помогаю Юле переодеться в раздевалке и,</p><p>когда она убегает в зал с остальными детьми, выхожу в коридор и сажусь на лавочку у окна.</p><p>Первые несколько минут я просто смотрю в телефон. Письма, напоминания, пару раз ловлю себя</p><p>на мысли, что все еще автоматически открываю рабочую почту. Потом просто откладываю телефон</p><p>и позволяю себе немного насладиться тишиной.</p><p>— Ольга, да?</p><p>Я вздрагиваю. Рядом стоит женщина — высокая, худая, с острым лицом и темными кругами под</p><p>глазами. На ней тонкий серый плащ, как будто выбрала самый незаметный цвет. Но взгляд —</p><p>тяжелый, внимательный.</p><p>— Вы меня, наверное, не знаете, — говорит она. — Я… мать Юли.</p><p>У меня все в этот момент замирает внутри, потому что я как-то не ожидала увидеть мать Юли</p><p>вот так просто, здесь, когда я привела малышку на фехтование. Что она здесь делает?</p><p>— Здравствуйте, — сухо выдаю я. — Чем могу быть полезна?</p><p>Мы стоим в неловком молчании несколько секунд. Потом она говорит:</p><p>— Не волнуйтесь, я не собираюсь устраивать сцен. Я просто хотела кое-что вам сказать.</p><p>— Что же?</p><p>— Вы знаете, почему на самом деле я не могу видеться с дочерью?</p><p>В этот момент я понимаю, что не хочу слушать, потому что это проблемы не мои, а Тимура и</p><p>ее. Они вдвоем должны решать, почему она не может видеться с дочерью, меня ведь это никоим</p><p>образом не касается, разве нет?</p><p>Она делает паузу. Смотрит на меня так, что я как-то мгновенно чувствую себя неуютно. И даже</p><p>жалею, что мы с Юлькой отказались от охраны. Может, и не стоило? Чтобы избежать вот таких</p><p>вот случаев.</p><p>— Не потому, что я плохая мать. Не потому, что я бросила дочь. И уж точно не потому, что</p><p>мне весело без нее.</p><p>Она делает шаг ближе.</p><p>— Я ушла, потому что меня вынудили уйти. Потому что иначе мне пришлось бы бороться с</p><p>человеком, у которого были ресурсы, связи и желание разрушить меня окончательно. И я выбрала</p><p>то, что спасло хоть кого-то из нас.</p><p>Я не успеваю ничего сказать, потому что в этот момент из зала слышится смех Юлькин смех.</p><p>Она смеется где-то в глубине, не зная, что за стеной стоит мать, которую она давно не</p><p>видела.</p><p>Я начинаю нервничать. Позволить им увидеться не в моей компетенции. Точнее, никаких</p><p>указаний от Тимура не было, но я уверена, что он будет не в восторге.</p><p>— Подумайте о том, что я сказала. Тимур он… не так прост, как вам может показаться.</p></section><section><title><p>Глава 25</p></title><p>Она оставила мне номер телефона на клочке бумаги, который я теперь держу в руках. Сжимаю,</p><p>чтобы Юля не заметила и не знаю, куда его деть. По хорошему — выбросить.</p><p>У меня нет причин сомневаться в том, какой Тимур. Как и в его словах. Я вижу, что он</p><p>заботливый отец и он действительно любит Юльку. Вряд ли бы он лишил ее матери просто так.</p><p>Я уверена, что нет.</p><p>Но все же кладу злосчастный клочок бумаги в сумку. И забираю его с собой. Зачем? Не знаю,</p><p>самой интересно, но ответа на этот вопрос у меня нет.</p><p>— Оля! — Юля налетает на меня с разбега. — Там тренер видео снял, я потом тебе покажу. Мы</p><p>так классно позанимались.</p><p>— Покажешь дома. С подругой увиделась?</p><p>— Конечно. Мы с ней в спарринге были. И я победила, — заявляет гордо.</p><p>— Подружка не расстроилась?</p><p>— Конечно, нет. Это ведь спорт, здесь все по-честному.</p><p>Не хочу Юлю расстраивать, но когда дело доходит до женских эмоций, то по-честному бывает</p><p>очень редко. Для нас в большинстве случаев гораздо информативнее то, что мы чувствуем. И</p><p>неважно, справедливая была победа подруги или нет, мы можем быть грустными и расстроенными.</p><p>Так уж устроена наша психология.</p><p>И я зачем-то начинаю говорить об этом с Юлей. Не знаю, зачем. Может быть, потому что</p><p>уверена, что Тимур с ней о таком не разговаривает. А, может, потому что я понимаю, что она</p><p>должна быть готова к этому миру.</p><p>— И что делать? — вдруг озадачивается Юлька.</p><p>— Поговорить с подружкой. Утешить. Точно так же, как она радуется за тебя, ты должна быть</p><p>огорчена за нее.</p><p>Юля задумывается, кивает, а затем убегает, по всей видимости, в раздевалку. А я снова</p><p>принимаюсь ее ждать.</p><p>Проходит совсем немного времени, Юлька возвращается, а следом за ней выходит и другая</p><p>девочка, по всей видимости, подружка. Они обе — очень довольные.</p><p>— Спасибо тебе, Оль… — тихо шепчет Юля. — Нам нужно было поговорить.</p><p>Мы выходим из здания секции в приподнятом настроении. Возможно, именно поэтому даже воздух</p><p>сразу кажется непривычно свежим, особенно после душного зала и бесконечных разговоров. Юля</p><p>бежит впереди, вприпрыжку перескакивая через желтую плитку на аллее. Почему-то именно она ей</p><p>не нравится. У нее в руках пластиковая бутылка с водой и какие-то наклейки, которые подарила</p><p>подружка.</p><p>Я иду чуть сзади, все еще ощущая тяжесть бумажки в сумке. А внутри — странная смесь</p><p>беспокойства и раздражения. Будто я взяла чужую вещь и теперь не знаю, как ее вернуть.</p><p>— Оля, давай по дороге купим мороженое! — кричит Юля, не оглядываясь.</p><p>— Сначала домой. Потом пойдем за мороженым, нужно форму оставить дома, — отвечаю.</p><p>Мы приближаемся к калитке, ведущей к парковке. Я замечаю, как Юля тянется к ручке, и в этот</p><p>момент я вижу         его        .</p><p>Он стоит, облокотившись о свою машину, как будто только что вышел из нее. Несмотря на то,</p><p>что солнце режет глаза, но я ни с кем его не спутаю. Глеб.</p><p>Он, как всегда в дорогом пальто, гладко выбрит, волосы причесаны так, как он это делал</p><p>всегда: тщательно и аккуратно. Только вот лицо… не прежнее. Злое. Растерянное. И усталое.</p><p>Я замираю, не делая больше не шага.</p><p>— Юля, — говорю, осторожно подходя и кладя руку ей на плечо. — Подожди чуть позади, хорошо?</p><p>— Снова он? — спрашивает она, потому что Глеба она уже видела в бассейне и уверена, что он</p><p>ей уже тогда не понравился.</p><p>— Это ненадолго, — уверяю ее.</p><p>Глеб смотрит на меня. Потом — на Юлю. Брови его хмурятся, губы сжимаются в тонкую линию.</p><p>— А вот и ты, — произносит он, и голос его звучит натянуто-вежливо, как будто он старался</p><p>репетировать эту фразу, но все равно не получилось.</p><p>— Что ты тут делаешь, Глеб? — тихо спрашиваю.</p><p>— Просто хотел поговорить. Без сцены. Без адвокатов. Без этого твоего… спонсора.</p><p>Я сдерживаюсь изо всех сил, чтобы не отреагировать резче.</p><p>— Сейчас не время. И уж точно не место.</p><p>— А когда будет? — он делает шаг ближе. — Когда ты еще раз пошлешь ко мне юриста? Когда</p><p>подашь иск? Ты ведь уже начала это, да?</p><p>Юля резко берет меня за руку, потому что все слышит. И в этот момент мне впервые хочется</p><p>ударить бывшего мужа.</p><p>— Уходи, — говорю сквозь зубы. — Ты не должен быть здесь.</p><p>— Я имею право знать, где ты. Ты все еще моя жена. И да, я подписал бумаги. Но знаешь что?</p><p>Я передумал. Мы еще не в разводе официально, а значит…</p><p>— Ничего не значит, — обрываю его. — Совсем ничего.</p><p>— Оля… — он делает шаг вперед, теперь его голос срывается на нервный шепот. — Ты правда</p><p>думаешь, что этот Тимур тебе поможет? Что он будет терпеть тебя, когда ты станешь ему</p><p>неинтересна?</p><p>— Хватит, — говорю я, стараясь говорить твердо. — Ты больше не можешь меня задевать. Это</p><p>все больше не в твоей компетенции. Между нами все кончилось.</p><p>Он хочет сказать еще что-то, но я поворачиваюсь к Юле.</p><p>— Пошли, — говорю тихо. — Мы идем домой.</p><p>И веду еепрочь, не оборачиваясь.</p><p>Чувствую, как она сжимает мою руку, будто оказывая поддержку, хотя она ведь совсем</p><p>маленькая девочка.</p><p>Когда мы отходим на приличное расстояние, Юля вдруг спрашивает:</p><p>— Это был твой… злой бывший?</p><p>Я вздыхаю.</p><p>— Да, — отвечаю честно. — Но теперь он просто — бывший.</p><p>— Он не должен так с тобой говорить, — заявляет в тоне своего отца. Очень уж решительно и</p><p>без сомнений.</p><p>Я опускаю голову, смотрю на Юльку и думаю, что у нас обоих теперь есть чему друг друга</p><p>научить.</p></section><section><title><p>Глава 26</p></title><p>После странной встречи с бывшим мне звонит Ленка, с которой мы общались уже давно. Каждую</p><p>из нас затянуло в свою собственную рутину. Я пыталась влиться в роль воспитательницы, а Лена</p><p>— в управление компанией. И я ведь прекрасно понимаю, как это трудно. Огромная</p><p>ответственность, большая компания на сотни рабочих мест. Я могу только представлять, как это</p><p>все, однако голос у Ленки довольно бодрый.</p><p>— Привет, Оль, давай встретимся?</p><p>— А давай, — тут же соглашаюсь, понимая, что планов дальше нет, Юльку как-то нужно</p><p>занимать, а почему бы не взять ее поиграть в торговом центре, пока мы с Ленкой будем</p><p>сплетничать.</p><p>Насколько я помню, запрета на посещение торговых центров у нас с Тимуром не было, так что</p><p>мы быстро переодеваемся и уже через полчаса заходим в кафе, которое Лена отправила в локации</p><p>через мессенджер.</p><p>Ленка удивляется Юльке, я — белью в упаковке, судя по внешнему виду, предназначенное для</p><p>мужчины. И уж точно не для Гордея.</p><p>— Рассказать, как я понимаю, есть что? — говорю Ленке и киваю на тот самый пакет с бельем.</p><p>Она немного тушуется и видеть ее такой мне непривычно, но вместе с этим очень радостно,</p><p>потому что это значит, что она не стоит на месте, не зацикливается и идет дальше. Это значит</p><p>только одно — жизнь после развода и предательства есть. Да я и сама это прекрасно знаю,</p><p>просто, видимо, еще никак не могу принять, что все может измениться так быстро. Как по</p><p>щелчку пальцев. Раз — и ты уже не в той жизни, в которой была совсем недавно.</p><p>— Давай сначала ты, — Ленка кивает на Юльку. — Откуда ребенок? По телефону ты ничего такого</p><p>не говорила.</p><p>— Это дочь Тимура. Я по телефону тебе говорила, что мне помогут — вот, собственно, помогли.</p><p>— Ну, ребенок его, а ты при чем? Я чего-то не знаю?</p><p>— Я няней сейчас работаю.</p><p>Лена хмурится, явно не понимая, с чего вдруг я так кардинально изменила профессию и почему</p><p>вообще меня взяли на роль няни, если я ни дня ею не проработала.</p><p>Все это я очень быстро и сжато пересказываю, объясняю, как и свое решение заработать денег</p><p>и отдохнуть от осуждений, который обязательно последуют.</p><p>— А тебе вообще работу менять пора. Я давно тебя хотела к знакомым в частную клинику</p><p>работать отправить, так что, может, самое время? Увольняйся, работай няней, перезагружайся и</p><p>с новыми силами в другие условия. Там и заработная плата для таких хороших сотрудников, как</p><p>ты, высокая.</p><p>Не могу сказать, что я об это не думала. Думала, конечно, хотела, но сомневалась, мне будто</p><p>всегда казалось, что я немного не дотягиваю до нужного уровня. А теперь задумываюсь чаще,</p><p>что, возможно, эта встреча и перезагрузка, нужна была, чтобы подготовить себя к более</p><p>крутому повороту в жизни, хотя, казалось бы, куда уж круче поворот того, что уже произошел.</p><p>— А сколько ей?</p><p>— Шесть. Но ты не представляешь, какая она боевая единица. Она мне расписание вручила с</p><p>утра, что мы должны делать и когда. И это она еще ест, как взрослая, разговаривает, как</p><p>психолог и фехтует, как мушкетер.</p><p>— Ей правда шесть? — удивляется Лена. — Блин, я в шесть лет даже компот разливала себе с</p><p>помощью бабушки. А она вот… несет свои напитки.</p><p>А уж когда Юля садится не с нами, а за соседний столик на двоих, достает телефон и говорит:</p><p>— Сплетничайте, не буду вам мешать.</p><p>Мы с Леной чуть со смеху по полу не начинаем кататься, потому что я такого от нее не</p><p>ожидала.</p><p>— Видимо, дети сейчас очень быстро взрослеют. Или это мы отстали, — замечает Лена,</p><p>откидываясь в кресле. — Так… нянькаешься, значит? А ее… отец? Есть что рассказать?</p><p>— Пока не уверена. Мы… он очень сильно мне помогает и иногда мне кажется, что он во мне</p><p>заинтересован.</p><p>— Так-так, а в моменты когда так не кажется, что происходит?</p><p>— Он ведет себя обычно. Как работодатель.</p><p>— И часто он себя так ведет?</p><p>— Сейчас — чаще.</p><p>— Это потому что пора брать все в свои руки, — начинает советовать Лена.</p><p>Уже через полчаса разговора мы приходим к тому, что если даже Тимур и хотел бы что-то</p><p>попробовать со мной, у меня за плечами бывший, которого я так и не отпустила. Ни морально,</p><p>ни по документам.</p><p>— Ну… а ты? Кому белье?</p><p>— Во-первых — себе.</p><p>— Ну это я знаю, а во-вторых? Кому?</p><p>— Никите, — неожиданно признается Лена. — Он позвал меня на свидание.</p><p>И вот когда следующие полчаса мы обсуждаем предстоящие свидание Лены и ее страх, что все</p><p>пройдет не так, как нужно, я вдруг понимаю, что в момент, когда узнала о беременной</p><p>любовнице у мужа и представить не могла, что совсем скоро мы с Леной будем вот так сидеть и</p><p>обсуждать мужчин и возможные новые отношения. Правда, мне о них страшно думать, потому что</p><p>со старыми не получилось и обжигаться также не очень хочется.</p><p>Мы недолго перемываем косточки нашим бывшим, потому что дела у нас теперь есть</p><p>поинтереснее.</p><p>— С платьем ты мне поможешь? Или вы спешите? — спрашивает Ленка.</p><p>— Не спешим, помогу. Думаю, Юля будет в восторге. Юль, — поворачиваюсь и вдруг понимаю, что</p><p>за соседним столиком, где сидела Юля минуту назад, ее больше нет.</p><p>Как нет и в кофейне, где мы сидим с Леной. В первые мгновения меня накрывает паникой, а во</p><p>второе я делаю то, что и должна делать няня в подобных ситуациях — звоню отцу с повинной,</p><p>чтобы он меня не четвертовал.</p></section><section><title><p>Глава 27</p></title><p>Я звоню Тимуру, пальцы дрожат так, что я едва попадаю по кнопкам. Он не берет. Ни с</p><p>первого, ни со второго раза. Только длинные гудки и никакой реакции в ответ. У меня</p><p>пересыхает в горле, потому что одно дело найти Юлю, когда ее потерял он и совсем другое,</p><p>когда я. Он же… господи, он доверил мне дочь, а я села трещать с подругой!</p><p>— Он не отвечает, — сообщаю Лене, и в голосе моем звучит не просто паника, а почти</p><p>отчаяние. — Он всегда берет трубку. Всегда. Я… боже, что делать.</p><p>Я начинаю метаться. От одного столика ко второму, в глубине души прекрасно осознавая, что</p><p>это не даст никакого результата.</p><p>— Не нервничай, — сжато говорит Лена, перехватывая меня на полпути. — Юля умная девочка.</p><p>Она не могла просто так исчезнуть. Отошла, вышла из кафе. Я думаю, ее кто-то найдет и</p><p>сообщит охране, а охрана уже вызовет нас. Оля, — Лена слегка меня встряхивает, чтобы</p><p>привести в чувство.</p><p>— Нам нужно пойти ее искать, — говорю упрямо. — Юля очень самостоятельная, многие даже не</p><p>поймут, что она потерялась, если только она сама к кому-нибудь не обратится.</p><p>Я иду к выходу из кафе, в котором мы сидели. Ясно, что ее здесь нет, потому что в туалете</p><p>мы проверили и у барист спросили. Молодой парень, что сидел неподалеку от нас, сказал, что</p><p>Юля ушла из кафе. Просто взяла и вышла!</p><p>Не то, чтобы я удивлена, ведь точно так же она делала и с отцом, но… все же, я надеялась,</p><p>что она не станет делать так со мной, потому что это… страшно!!!</p><p>Мы выходим из кафе. Проверяем в соседних магазинах, спрашиваем у прохожих. Никто не видел и</p><p>не знает. Я раз за разом звоню Тимуру, но он по-прежнему не отвечает. Я уже готова кричать,</p><p>когда Лена вдруг хватает меня за руку и кивает на эскалатор.</p><p>— Это же Юля? — кивает в сторону, и я с облегчением выдыхаю, потому что вижу, как Юлька</p><p>спускает по эскалатору, правда, не одна, а в компании ее матери.</p><p>Лена собирается подойти, но я ее останавливаю и смотрю за тем, что они будут делать. Вижу,</p><p>как Алиса, так, кажется, зовут мать Юльки, ведет ее к ларьку с мороженым. Она что-то ей</p><p>говорит, Юля смеется, будто вообще не подозревает, что ее отсутствие чуть не привело к</p><p>панике. Скорее всего действительно не подозревает. И об этом я собираюсь с ней сейчас</p><p>поговорить.</p><p>Мы медленно подходим. Я чувствую, как внутри меня нарастает ярость, но и страх еще никуда</p><p>не ушел. Алиса поворачивается ко мне, когда я останавливаюсь буквально в полуметре.</p><p>— Ой, — произносит она, а затем поворачивается к Юле. — А вот и твоя няня, правда?</p><p>— Правда, — кивает Юлька и быстро подбегает ко мне.</p><p>— Юля, — прижимаю хрупкое тельце к себе…</p><p>Из меня вырывается вздох облегчения.</p><p>— Я поступила плохо, да? — поднимает голову и смотрит на меня так, что у меня сердце</p><p>сжимается и слов, чтобы ее наругать, не находится.</p><p>— Ты… можно я поговорю пока с… — запинаюсь. Не знаю, как назвать эту женщину.</p><p>— С тетей Алисой? Хорошо.</p><p>— Идем со мной, — встревает в разговор Лена и забирает Юлю в сторону.</p><p>Я же… вся моя злость обращается на женщину, стоящую впереди. Потому что Юля — маленькая</p><p>девочка, а вот она взрослая женщина. Как ей мозгов хватило забрать ребенка?</p><p>— Что вы себе позволяете?! — вырывается у меня. — Она ребенок. И я за нее в ответе.</p><p>— Я ничего не делала, — спокойно отвечает Алиса. — Я просто увидела, как она выходит из</p><p>кафе, проследила за ней и поняла, что она потерялась. Пообещала ей, что верну ее домой. Она…</p><p>не знает, кто я.</p><p>— То есть, ты знала, из какого кафе она вышла и что я вероятно сижу там, — перехожу на ты,</p><p>потеряв к этой женщине всякое уважение.</p><p>— Да.</p><p>— И не привела ее.</p><p>— Нет. Но я собиралась. Я… мне все равно нельзя ее забрать.</p><p>Я начинаю злиться на нее больше. За то, что она оставила Юльку. За то, что посмела с ней</p><p>так поступить. А теперь строит из себя великомученницу? Не может забрать ребенка?</p><p>— Так не нужно было от нее отказываться, — говорю то, что думаю на самом деле. — Тогда все</p><p>было бы проще.</p><p>— Ты ничего не знаешь. Тимур, он…</p><p>В этот момент как раз звонит мой телефон и на экране высвечивается имя Тимура.</p><p>— Что он? — переспрашиваю. — Что такого он сделал, что ты не могла остаться и бороться за</p><p>дочь?</p><p>Она вскидывает голову.</p><p>— С кем бороться? С его связями? С его деньгами? С его адвокатами, которые подсовывали</p><p>бумаги, которые я должна подписать? — ее голос дрожит. — Я никто. И у меня не нет ни единого</p><p>шанса. В его силах отобрать у меня не только дочь, но и меня саму.</p><p>Я не хочу ее слушать. Не хочу, потому что не верю. Тимур не выглядит, как человек, о</p><p>котором она говорит.</p><p>— Вы хотите, чтобы я вас пожалела? — наконец спрашиваю.</p><p>— Нет, — тихо говорит Алиса. — Я хочу, чтобы вы не верили всему сразу. И хотя бы попытались</p><p>понять, что иногда — правда не такая, какой кажется. Я ни к чему вас не обязываю. Просто…</p><p>она подросла. И я хочу с ней видеться. Иногда. Ты… можешь это устроить.</p><p>— Нет, — говорю серьезно. — Я ничего не буду устраивать. И если хоть раз увижу тебя рядом с</p><p>Юлей — обращусь в полицию.</p><p>Развернувшись, оставляю ее стоять на месте и иду к Юльке. С ней у нас будет особенный</p><p>разговор. Длительный и, я думаю, тяжелый, потому что она должна знать, что уходить с чужими</p><p>тетями никуда нельзя. А уж брать у них мороженное и подавно, но мой телефон звонит снова. На</p><p>экране — то же имя. Тимур.</p><p>— Слушаю…</p></section><section><title><p>Глава 28</p></title><p>— Слушаю, — выдыхаю.</p><p>— Оля? Все в порядке? У меня много пропущенных.</p><p>Я сглатываю.</p><p>— Сейчас — да. Но Юля, она… Я отвлеклась буквально на пару минут. Она вышла из кафе и мне</p><p>пришлось ее искать. Я… Тимур, мне очень жаль, что я так… не уследила.</p><p>— С ней все в порядке? — спрашивает наконец.</p><p>— Да, но… — я перевожу дыхание, чтобы сказать про Алису. Это, оказывается, не так-то</p><p>просто. — Тут была твоя бывшая жена.</p><p>— Где вы сейчас? — спрашивает почти моментально после того, как я это сказала.</p><p>— Уже у выхода из торгового центра. Я забрала Юлю и мы едем домой.</p><p>— Оставайтесь там, я приеду за вами, — безапелляционно говорит Тимур. — Ты слышишь, Оля?</p><p>Оставайтесь там.</p><p>— Слышу, — отвечаю тихо.</p><p>Он отключается очень резко. Не прощается, ничего, я жду, что он что-то еще скажет, а</p><p>звонок, оказывается, уже сброшен.</p><p>Я опускаю руку с телефоном, ощущая, как внутри все дрожит. От усталости и страха того, что</p><p>только что произошло, и того, что еще произойдет.</p><p>— Он приедет? — спрашивает Лена, подходя ближе.</p><p>— Да. Сказал оставаться здесь.</p><p>— Слушай, может, я пойду? — шепчет она. — Все-таки… это между вами.</p><p>Я киваю. Лена и так сделала для меня достаточно. Помогла мне искать Юлю, хотя это я</p><p>вообще-то должна помогать ей с платьем.</p><p>— Спасибо тебе. Я потом тебе все расскажу. И… прости, что не помогла с платьем.</p><p>— Господи, забудь… что я, несамостоятельная и платье не куплю? Главное, что все в порядке.</p><p>Лена обнимает меня в конце и уходит обратно в торговый центр, а мы с Юлей так и стоим у</p><p>входа.</p><p>— Юль… — подзываю мягко. — Давай сядем пока. Устала?</p><p>— Нет, — качает головой. — Я хотела тебе что-то сказать. Только ты не ругайся.</p><p>Я присаживаюсь на лавку у выхода, и Юля устраивается рядом, сжимая в руках вафельный</p><p>стаканчик от мороженого.</p><p>— Ты меня очень испугала, Юль, — начинаю я, сдерживая в голосе дрожь. — Я думала, с тобой</p><p>что-то случилось.</p><p>— Я не хотела, — тут же говорит она виновато. — Просто вы с Леной болтали, а я сидела одна.</p><p>А потом увидела женщину, которая мне улыбнулась… Я ее уже где-то видела, но не помню где. Я</p><p>вышла из кафе, но не могла ее найти, а потом она нашла меня сама и сказала, что поможет</p><p>купить мороженое. Я могу и сама, не знаю, почему я согласилась.</p><p>Я сжимаю челюсти от злости на бывшую жену Тимура. Уровень ее безответственности поражает. В</p><p>этот момент мне хочется найти ее и хорошенько так всыпать за самовольство. Жаль только, что</p><p>это скорее всего ничего не даст.</p><p>— Юль, — тихо говорю я, беря ее за руку. — Ты же знаешь, что уходить с чужими людьми</p><p>опасно. Даже если они тебе улыбаются и покупают мороженное. Особенно, — подчеркиваю это</p><p>слово, проговаривая его несколько раз и надавливая интонацией, — если они это делают.</p><p>— Она не была злой, — шепчет Юля упрямо.</p><p>— Может, и нет. Но это неважно. Важно то, что не все люди такие. Алиса не сделала тебе</p><p>ничего плохого, но это не означает, что в будущем этого не сделает кто-то другой, ты</p><p>понимаешь, о чем я?</p><p>Она кивает.</p><p>— Я не думала, что…</p><p>— В прошлый раз, когда ты ушла из отеля, твой отец не сильно тебя ругал, полагаясь на твою</p><p>ответственность в будущем, но я вижу, что ты не поняла. Так, как ты сделала, делать нельзя.</p><p>Да, ты самостоятельная и даже купить себе можешь что-то, если хочешь, но дело в том, что</p><p>люди вокруг действительно плохие. Все, Юля. Кто-то больше, кто-то меньше. То, что ты</p><p>вернулась в целости и сохранности, не означает, что так будет всегда. В следующий раз после</p><p>мороженного тебя могут украсть или…</p><p>Замолкаю, потому что вижу застывшие в ее глазах слезы. Где-то в этот момент я понимаю, что</p><p>у меня не получится быть мамой. Точнее, не получится быть строгой, потому что все, что я</p><p>хочу в этот момент — прижать ее к себе и плакать вместе с ней. Пережитое мной никак нельзя</p><p>описать. Я и нервничала, и злилась, и бесилась от безысходности.</p><p>— Я переживала, Юля.</p><p>— Ты скажешь папе? — спрашивает, и я вижу, как подрагивает ее нижняя губа.</p><p>— Я уже сказала.</p><p>Она хмурится, надувает губы, но при этом продолжает плакать.</p><p>— Я не могла не сказать. Так что когда он приедет, тебе лучше самой с ним поговорить,</p><p>хорошо?</p><p>— Хорошо, — соглашается Юля вполне охотно.</p><p>Мы сидим еще несколько минут в молчании. Проезжает несколько такси, мимо идут люди с</p><p>пакетами из супермаркета, разговаривают о чем-то, а для меня все происходит вокруг будто в</p><p>тумане.</p><p>Через двадцать минут у обочины останавливается черный внедорожник. Тимур выходит, едва</p><p>машина останавливается и быстрым шагом подходит к нам. Он не говорит ни слова. Просто стоит</p><p>напротив Юли и смотрит на нее так, что она начинает плакать еще сильнее.</p><p>— Все хорошо, пап, — шепчет Юля. — Я просто… ушла, а потом я встретила одну женщину. И она</p><p>сказала, что уже видела меня и знает, поэтому я пошла с ней.</p><p>— Мы поговорим об этом дома, — только и говорит он. — Поехали.</p><p>Он забирает нас за минуту, ведет к машине, открывает дверцу и помогает Юле забраться на</p><p>заднее сидение. Я планирую поехать с ней там же, но он подхватывает меня под руку и тащит на</p><p>переднее.</p><p>Мы садимся в машину и по пути Юля странно молчит. То ли потому что чувствует напряжение,</p><p>которое витает в салоне автомобиля, то ли потому что и сама понимает, что поступила</p><p>неправильно. Уже в прихожей, когда мы приезжаем, она вдруг цепляется за мою руку:</p><p>— Оля, я не хотела, правда. Я просто увидела, что вы смеетесь, разговариваете, и решила</p><p>погулять, чтобы не мешать вам.</p><p>Я вижу взгляд Тимура, брошенный на меня, и понимаю, что только что Юля сделала меня</p><p>виноватой в том, что она ушла. Впрочем, я ведь действительно виновата, как бы сильно мне не</p><p>хотелось это признавать.</p></section><section><title><p>Глава 29</p></title><p>— Переодевайся, — говорит Тимур Юле, снимая куртку. — Через десять минут — ужин.</p><p>Она кивает и быстро убегает в свою комнату, оставляя нас наедине в прихожей. Я чувствую,</p><p>как меня бросает то в жар, то в холод, потому что Тимур молчит. Очень долго молчит и только</p><p>смотрит на меня, будто пытаясь без вопросов узнать, что на самом деле произошло.</p><p>— Тимур… — выдыхаю, потому что это молчание становится невыносимым. — Я правда… мне очень</p><p>жаль.</p><p>— Как выглядела та женщина, которая подошла к Юле? — спрашивает.</p><p>Сначала мне хочется начать ее описывать, чтобы Тимур сам догадался, кто это был, но потом</p><p>упрямица во мне засыпает, и я решаю, что лучше всего сказать правду.</p><p>— Это была Алиса. Ваша будущая жена.</p><p>Вижу, как он удивляется, как смотрит на меня, нахмурившись.</p><p>— Дело в том, что мы ее уже встречали на тренировке, — признаюсь и корю себя за то, что не</p><p>сделала этого раньше.</p><p>Вот ведь правду говорят, одна ложь тянет за собой другую и так до бесконечности. Если бы я</p><p>и сейчас соврала, то уже бы никогда не смогла рассказать, что Алиса к нам уже подходила.</p><p>— Тогда я… прости, что не сказала тогда сразу. Но она не показалась мне опасной, скорее,</p><p>напуганной. Она выглядела так, будто за ней кто-то гонится. И тогда, на фехтовании, и теперь</p><p>в торговом центре. Оборачивалась постоянно, будто боялась, что ее вот-вот найдут.</p><p>— У нее паранойя, — резко признается Тимур. — Психическое заболевание, которое сейчас,</p><p>видимо, не в ремиссии. Это была одна из причин, почему она отказалась от дочери. Она</p><p>считала, что Юля — не ее. Что девочку ей подбросили, а ее дочь где-то у других родителей.</p><p>— Серьезно?</p><p>— Да, мне позвонили из роддома. Тогда у нее и началась эта проблема. Мне позвонили,</p><p>сказали, она подняла на уши весь роддом и попросила найти ее ребенка, потому что эта девочка</p><p>якобы не ее. Потом Алиса успокоилась, а через два дня написала отказную, сама. Я тогда не</p><p>знал о диагнозе. Узнал позже, когда Алиса то приходила, чтобы увидеть Юлю, то пропадала на</p><p>месяцы. В один из таких визитов я завез ее в больницу, где ей и поставили диагноз.</p><p>Я не знаю, что сказать на это, поэтому аккуратно кладу руку на плечо Тимура и оказываю</p><p>мягкую поддержку. В том, что его слова — правда, я не сомневаюсь, потому что мне довелось</p><p>видеть Алису и ничего хорошего я сказать не могу. Она дерганная, нервная, испуганная.</p><p>Сначала я решила, что она напуганная Тимуром, но теперь уверена, что все не так. Люди с</p><p>психическим диагнозом — опасны.</p><p>— Я виноват, что не сказал тебе. Если бы ты знала, ты бы сказала мне, что вы ее встретили,</p><p>сразу. Прости. Я не подумал, что она может снова объявиться. В последний раз она приходила</p><p>около года назад. Вполне хорошо выглядела, будто бы и не больная, но с дочкой видеться не</p><p>хотела. Сказала, что не видит себя матерью и наверное, хоть и под действием своего</p><p>состояния, но она сделала правильный выбор.</p><p>Я слышу в его голосе боль и, наверное, обиду за дочь, потому что кому, как не ей, нужна</p><p>мама. Найти жену — не проблема, а вот найти для ребенка мать, которой у него никогда не было</p><p>— задача не из легких.</p><p>— Значит, она может появиться снова? — тихо спрашиваю, чувствуя, как по спине пробегает</p><p>холод.</p><p>Тимур кивает, тяжело выдыхая:</p><p>— Может. Особенно если у нее снова обострение. Они непредсказуемы. В один момент — тишина,</p><p>в другой — она может стоять у школы, или на крыльце дома. Иногда я думаю, что зря не настоял</p><p>на официальных ограничениях, но… в глубине души мне хотелось верить, что она больше не</p><p>появится. Что по-хорошему исчезнет навсегда.</p><p>Он замолкает. Я чувствую, как сжимаются мои пальцы на его плече, будто в ответ на его боль.</p><p>Только теперь я понимаю весь масштаб. Не просто бывшая жена. Не просто женщина, ушедшая из</p><p>семьи. Это — неустойчивая, нестабильная мать с диагнозом. И Юля, эта крошка с ранимыми</p><p>глазами и мушкетерским мечом, оказалась между двумя мирами: между безопасностью, которую</p><p>выстраивает отец, и хаосом, который может принести в ее жизнь мать.</p><p>— Ты не думай, что я с ней не пытался... — говорит Тимур, будто угадывая мои мысли. — Я</p><p>предлагал лечение. Деньги. Жилье. Даже помощь врачей, но каждый раз, когда ей становилось</p><p>чуть лучше, она снова исчезала. Несмотря на улучшение общего состояния, ее паранойя никуда</p><p>не делась. Она считала, что я отбираю у нее дочь, что прячу Юлю.</p><p>Я киваю, понимая теперь всю суть проблемы и их взаимоотношений. И теперь мне немного</p><p>страшно, потому что с того самого дня, как Юля появилась в моей жизни, я стала за нее</p><p>отвечать. Я та, с кем она постоянно находится рядом. Бросаю взгляд в сторону кухни, откуда</p><p>доносится звон посуды. Готова поспорить, это Юлька уже переоделась и ищет, что вкусного</p><p>попить.</p><p>Я ясно осознаю, что я не их семья, но я часть жизни Юли теперь и мне предстоит с этим</p><p>бороться.</p><p>Мы стоим молча. Он будто ждет от меня слов, но я не нахожу их. Ни поддержки, ни сочувствия.</p><p>Только странное, непрошеное чувство вины, будто я допустила в их закрытую историю лишнего</p><p>свидетеля.</p><p>— Нам… надо быть осторожнее, — говорю наконец, стараясь, чтобы голос не дрогнул. — Особенно</p><p>теперь.</p><p>— Да, нужно. Я приставлю к вам охрану.</p><p>— Я пойду помогу Юле, — говорю. И сама удивляюсь, как сухо это звучит.</p><p>Просто… я не знаю, что еще сказать. Сочувствовать, говорить, что мне жаль? Вряд ли это хоть</p><p>как-то поможет.</p><p>Я прохожу на кухню, оставляя его в прихожей. Слышу, как он поднимается по лестнице. На душе</p><p>кошки скребутся, когда вижу Юльку, стоящую у стола в пижаме и с чашкой какао. Для нее словно</p><p>ничего не случилось, а для нас с Тимуром жизнь теперь выглядит иначе.</p><p>Я сажусь рядом. И чувствую, как возвращается то, что я так старательно пыталась заглушить —</p><p>легкая, почти невидимая тревога.</p></section><section><title><p>Глава 30</p></title><p>За ежедневными заботами с Юлькой, забываю о том, что развожусь. Совершенно это вылетает из</p><p>головы, словно это было так давно, что я уже и не помню, когда. Вспоминаю об этом лишь</p><p>тогда, когда мне звонит адвокат и просит приехать.</p><p>Тимура на этот раз я решаю не беспокоить. Он и так слишком много мне помог и сделал. Я</p><p>совмещаю поездку к адвокату с Юлиными занятиями с репетитором. Она останется там минимум на</p><p>час, что вполне хватит, чтобы съездить на такси в соседний район.</p><p>Я все тщательно планирую. Оставляю Юльку, еду к адвокату, подписываю бумаги. А потом, когда</p><p>выхожу на улицу, звонит мой телефон. Я хмурюсь, не сразу понимая, кто это. Вначале вообще</p><p>решаю, что спам и собираюсь не отвечать, но потом все-таки что-то сподвигает меня ответить</p><p>на звонок.</p><p>— Алло, Оля? — голос в трубке кажется знакомым. — Это Даша.</p><p>Я морщусь, словно выпила залпом лимонного сока.</p><p>— Мне кажется, вы ошиблись номером, — даю ей возможность передумать и сбросить.</p><p>О чем нам разговаривать? Она — беременная любовница моего уже скоро бывшего мужа, а я… я</p><p>больше не жена, но это ведь не отменяет того факта, что она спала с моим мужем.</p><p>— Я… нет. Мы можем встретиться? Я хочу с вами поговорить.</p><p>— Нет.</p><p>— Ольга, пожалуйста. Это очень важно. Это касается Глеба. Он… второй день не ночует дома и</p><p>у него выключен телефон. Я… не знаю, что и думать.</p><p>Мне хочется рассмеяться, потому что такое я не могла бы представить даже в самых смелых</p><p>снах. Любовница мужа звонит жене, чтобы обеспокоенно сказать, что этот самый муж не ночует</p><p>дома. Я едва держусь, чтобы не засмеяться, а потом, чтобы не съязвить.</p><p>— Какое мне до этого дело? — сухо уточняю. — Мы разводимся. Теперь это твоя забота.</p><p>— Я понимаю, но… вы ведь лучше его знаете? Вы столько лет прожили вместе, а я… я почти</p><p>никого не знаю, ни друзей, ни коллег. Он… не знакомил меня ни с кем. Должен был и пропал.</p><p>Не удивительно, что не знакомил. Любовниц с друзьями и коллегами не знакомят, их прячут,</p><p>как позорное клеймо. Удивительно, что эта юная особа этого не понимает.</p><p>— Я не знаю, что тебе сказать, — говорю, чувствуя, как в груди нарастает раздражение. —</p><p>Глеб — взрослый человек. Если он исчез, значит, захотел. Наверное, у него есть причины.</p><p>— Вы думаете, он меня бросил? — ее голос становится тише.</p><p>— Может, просто нашел кого-то на стороне. Знаешь, таким мужчинам вполне свойственно так</p><p>поступать. Сменить жену на любовницу не означает, что других любовниц не будет.</p><p>— Вы считаете, у него кто-то есть?</p><p>— Я вообще ничего не считаю, Даша. Я пытаюсь жить дальше. Без него. И ты бы тоже</p><p>попробовала, если он так и не объявится. До свидания.</p><p>Я сбрасываю звонок и долго стою с телефоном в руке, будто жду, что он зазвонит снова. Но</p><p>он, к счастью, не звонит, хоть и осадочек остается. Не столько от разговора, сколько от</p><p>напоминания — я все еще где-то внутри себя держу Глеба. Как осколок. Как занозу под кожей,</p><p>которую так и не смогла достать.</p><p>Он пропал два дня назад, у него выключен телефон. Я прокручиваю эту информацию снова и</p><p>снова. С одной стороны — какое мне дело. Это совершенно меня не касается. И я убеждаю себя в</p><p>этом.</p><p>В том, что он просто сбежал. От всего. От новой жизни, от беременной любовницы, от себя</p><p>самого. Это бы многое объяснило. Но часть меня — та, что все еще не до конца омертвела —</p><p>напрягается. Глеб мог быть кем угодно, но он всегда был предсказуем. Стратег. Просчитывал</p><p>ходы наперед. Исчезнуть, ничего и никому не сказав — не его стиль.</p><p>Я морщусь.</p><p>Нет. Не моя забота. Все давно прошло, теперь у него есть Даша. Вот пусть и друзей ищет, и</p><p>коллег.</p><p>В такси по пути к репетитору я все еще мысленно прокручиваю разговор. И все-таки, не</p><p>сдержавшись, набираю паре друзей Глеба. Каждый из них отвечает разное. Кто-то говорил с ним</p><p>три дня назад, кто-то ждет ответа в чате уже второй день. А один из самых близких, Сергей,</p><p>говорит мне, что Глеб занял у него крупную сумму денег несколько месяцев назад и не</p><p>отвечает.</p><p>— У вас какие-то проблемы? — участливо спрашивает Сергей.</p><p>Мы довольно часто встречались семьями. Его жену, Алиску, я знаю через мужа. Мы любили</p><p>разговаривать, пока наши мужья распивали алкоголь. Не могу сказать, что мы близкие подруги,</p><p>но поговорить нам всегда было о чем.</p><p>— Глеб не раз у меня занимал, но всегда отдавал, а в этот раз что-то припозднился. Ты</p><p>напомни ему, — говорит, пока я не знаю, что сказать.</p><p>Часто занимал? Я ничего об этом не знаю. Ни слова. Глеб никогда не говорил, что нам не</p><p>хватает денег. Впрочем, это не нам не хватало, а, видимо, его новой любовнице. Потому что я</p><p>никогда ничего сверхъестественного не требовала, а того, что зарабатывал Глеб, было бы</p><p>вполне предостаточно и еще бы оставалось.</p><p>Но он, оказывается, занимал денег у друга.</p><p>— Сереж, мы с Глебом не вместе больше, — произношу твердо. — Разводимся. Он пропал с</p><p>радаров, и я сама не знаю, где он.</p><p>В трубке повисает напряженное молчание. Мне кажется, я даже отсюда могу услышать</p><p>недовольство, которое транслирует Сергей. Оно и понятно. Те деньги, которые занимал Глеб, не</p><p>маленькие, могут ударить по карману, если возвращены были не вовремя.</p><p>— Ну если объявится, скажи, что я его жду, — говорит Сергей, но я не знаю, где он.</p><p>Я больше ничего не успеваю спросить, потому что Сергей отключается, оставляя меня наедине с</p><p>мыслями, куда мог запропаститься бывший муж и почему он никого не предупредил.</p></section><section><title><p>Глава 31</p></title><p>Когда я поднимаюсь к репетитору, Юлька уже заканчивает занятие. Сидит, немного скучая,</p><p>разглядывает рисунок в блокноте и терпеливо ждет, пока я зайду.</p><p>Я здороваюсь с репетитором, спрашиваю, как прошло занятие и получаю множество комплиментов</p><p>в адрес Юльки. И про старательность, и про усердие, и про усидчивость. А еще большие</p><p>способности.</p><p>Мы составляем план на следующую неделю, и я забираю Юльку с занятий. Она занимается три</p><p>раза в неделю подготовкой к школе. Успешно, потому что знает основы английского и</p><p>математики. Как говорит репетитор, далеко пойдет. А уж если выбрать правильную школу — так</p><p>вообще. Но в этом я даже не сомневаюсь. Уверена, Тимур выберет для Юли лучшее, что вообще</p><p>может быть.</p><p>— Можно в парк? — подбегает ко мне Юля, заглядывая в глаза. — Немножечко. Мы быстро.</p><p>Я смотрю на часы. До ужина еще минимум час. Успеем.</p><p>— Только недолго, ладно?</p><p>— Ура!</p><p>Она берет меня за руку, и мы идем в ближайший сквер. Прогулка оказывается легкой. Юля</p><p>рассказывает мне, чему сегодня училась, потом вспоминает анекдот, который услышала в</p><p>мультфильме, и хохочет, закидывая голову. Я улыбаюсь и думаю, как странно быстро она для</p><p>меня стала не просто подопечной. Она часть моего дня. Моя маленькая рутина. Моя тревога и</p><p>радость.</p><p>И возвращаемся за десять минут до ужина. Я отправляю Юльку мыть руки и переодеваться, а</p><p>сама захожу на кухню, где неожиданно застаю Тимура. Одного. Женщины, которая готовит, здесь</p><p>нет. Видимо, она накрывает на стол в гостиной.</p><p>— Все в порядке? — спрашивает Тимур, когда захожу. — Вы задержались.</p><p>— Гуляли. У нас все хорошо. Репетитор сегодня очень нахваливала Юлю. Говорила, что она</p><p>способная девочка и дальше только выбрать подходящую школу. Она, кстати, дала брошюру со</p><p>списком.</p><p>Я достаю из сумочки сложенную бумагу, которую мне дала репетитор. Она советовала школы,</p><p>которые, по ее мнению, очень хорошо подходят для дальнейших успехов Юльки.</p><p>— Нет необходимости. Школу дочери я уже выбрал.</p><p>Тимур даже не смотрит в брошюру. Выбрасывает ее в урну.</p><p>— У тебя все в порядке? Выглядишь напряженной.</p><p>Мне хочется соврать, что да. Все отлично, но я устала. Внутри скребет раздражение, досада и</p><p>обида. На Глеба, на Дашу, на Сергея, на себя. И оттого говорить правду легче, чем</p><p>притворяться.</p><p>— Нет, — говорю. — Мне сегодня звонила любовница моего бывшего мужа. Он пропал.</p><p>— Пропал? — хмурится Тимур.</p><p>— Да. Уже пару дней не появляется, телефон отключен, никому не отвечает. Даже любовнице, —</p><p>ухмыляюсь, но без веселья. — Друг его сказал, что он занимал деньги. Крупную сумму. И не</p><p>вернул до сих пор.</p><p>Тимур опирается бедром на столешницу, наблюдает за мной молча. В его взгляде нет ни</p><p>удивления, ни сочувствия. Лишь оценивающее, спокойное внимание.</p><p>— Ты не обязана в это влезать, — говорит он наконец.</p><p>— Я и не лезу, — отвечаю. — Просто все лезут ко мне. Его любовница, друг, даже проблемы и</p><p>те могут лечь на мои плечи, а я вроде бы уже ему никто.</p><p>Я чувствую, как щемит в груди, и поворачиваюсь, чтобы спрятать это от Тимура.</p><p>— Ты все еще слишком много на себя берешь, — спокойно говорит он. — И думаешь тоже много.</p><p>Никто и ничего на тебя повесить не может. Проблемы твоего бывшего мужа это только его</p><p>проблемы, кто бы что не говорил.</p><p>— Я не знаю, как иначе, — выдыхаю. — Не думать и не решать? А что делать? Сергей, друг</p><p>Глеба, сказал, что я должна ему сказать о необходимости вернуть деньги. А я… даже не знаю,</p><p>где он.</p><p>— Это больше не твоя забота. Стоило дать ему контакты его новой женщины. Теперь это ее</p><p>забота отвечать на звонки и раздавать советы.</p><p>— Справедливо, — киваю.</p><p>— Но ты ведь так не сделаешь, — добавляет Тимур, и в его голосе появляется что-то... не то</p><p>чтобы упрек, скорее, понимание.</p><p>— Нет, — признаюсь. — Потому что как бы я его ни ненавидела, я слишком долго была рядом.</p><p>Слишком много лет несла общую ответственность. Очень трудно от этого избавиться.</p><p>Тимур слегка качает головой, будто с этим спорить бессмысленно. Я сажусь на высокий табурет</p><p>на кухне, облокачиваюсь локтями на столешницу. Усталость обрушивается волной. Впервые за</p><p>весь день позволяю себе хоть немного расслабиться.</p><p>— Он сам все это выбрал, — тихо говорит Тимур. — Ты — нет. Ты только расхлебываешь чужие</p><p>решения. Но это не делает тебя обязанной продолжать.</p><p>Я смотрю на него, и на секунду в голове проскальзывает мысль: а если бы я встретила его</p><p>раньше? До Глеба. До брака. До всего, что произошло. Неизвестно, конечно, кем бы мы тогда</p><p>были, но сейчас — он говорит именно то, что мне нужно услышать.</p><p>В комнату заходит Юлька — уже в пижаме, с полотенцем на голове. Смешная такая, веселая.</p><p>Мы уходим ужинать, я позволяю себе не думать и отвлечься на веселый щебет Юльки. Чтобы уже</p><p>вечером мне позвонил другой друг Глеба и потребовал объяснений.</p><p>— Я… Рома, я понятия не имею, мы разводимся, у него теперь другая женщина и…</p><p>— Послушай, меня не волнует. Позвони ему и скажи, чтобы вернул бабки.</p><p>Я не знаю, что ответить, мямлю, мнусь, вижу, что Тимур, сидящий напротив, явно хочет знать,</p><p>в чем дело и почему у меня такая реакция. А я… я и сама не могу объяснить свою реакцию. Не</p><p>понимаю. Тушуюсь. Должна сказать, что меня это больше не касается, но мне словно что-то</p><p>мешает произнести это вслух. Наверное, страх.</p><p>— Я передам, — все, что из себя выдавливаю и поспешно отключаюсь.</p><p>— Так, а теперь рассказывай, в чем дело, — говорит Тимур, пристально глядя на меня.</p></section><section><title><p>Глава 32</p></title><p>— Один из его друзей. Второй уже за день, — говорю и, сама того не замечая, начинаю</p><p>теребить край рукава. — Тоже требует, чтобы я передала Глебу, что он должен вернуть деньги.</p><p>— И ты согласилась? — голос у Тимура ровный, но с каждым словом все более собранный. Почти</p><p>как у врача, который готовится к экстренной операции и прикидывает, как сообщить пациенту,</p><p>через что ему предстоит пройти.</p><p>— Я не знаю… — честно признаюсь. — Просто… они звонят, и мне становится неловко. Стыдно</p><p>даже. Будто я до сих пор отвечаю за него. Как будто я должна знать, где он, и должна за него</p><p>объясняться.</p><p>— Но ты не должна, Оля. Ты — не должна, — твердо повторяет он и, не отводя взгляда,</p><p>добавляет: — Ты даже не обязана брать трубку. И уж точно не обязана никому ничего обещать.</p><p>— Я знаю. В голове я это понимаю, — поджимаю губы. — А внутри… будто что-то не отпускает.</p><p>— Знаешь, что это? — спрашивает Тимур. — Это остаточная лояльность. Ты годами жила рядом с</p><p>ним, но теперь ты имеешь право вычеркнуть и не участвовать. Даже если кто-то считает иначе.</p><p>— Тимур, я… хочу съехать, — сообщаю ему. — Я останусь няней Юли, но жить здесь не буду.</p><p>— Как-то странно на тебя действуют мои слова, — с улыбкой говорит он. — Вычеркнуть из жизни</p><p>стоит Глеба и его проблемы.</p><p>— Я знаю, — смеюсь. — Просто… я вдруг поняла, что ты человек, на которого я всегда могу</p><p>положиться. Во всем.</p><p>— И что? Это плохо?</p><p>— Это слишком хорошо. Но после развода я должна построить жизнь заново, понимаешь?</p><p>Научиться самостоятельности, привыкнуть к тому, что звонить больше некому.</p><p>— Это не обязательно.</p><p>— Тимур…</p><p>Я слишком хорошо знаю, на что он намекает, но проблема в том, что я пока не готова. Я еще</p><p>даже не развелась, а он уже предлагает строить личную жизнь.</p><p>— Ладно. Я помогу со съемом квартиры.</p><p>— Нет.</p><p>— Найду риелтора.</p><p>— Нет.</p><p>— Ничего не делать?</p><p>— Ничего. Дай мне сделать это самостоятельно.</p><p>Вижу, что Тимуру эта идея решительно не нравится, но он все-таки кивает и соглашается. И с</p><p>этого момента я начинаю принимать решения самостоятельно. Первое, что делаю — пишу сообщение</p><p>бывшему мужу на телефон и во всех социальных сетях. Если увидит — хорошо, если нет, то это</p><p>больше не мои проблемы. На звонки его друзей я больше отвечать не стану.</p><subtitle>* * *</subtitle><p>— Не нравится? — с удивлением спрашивает риелтор, которую я нашла несколько дней назад.</p><p>— Не очень, — отвечаю с сожалением.</p><p>Это уже третья по счету квартира и ни первые две, ни эта, мне не понравились. Вроде бы и</p><p>расположение хорошее, очень близко до метро и наземного транспорта, но чего-то будто бы не</p><p>хватало. Нет ощущения, что хочется провести здесь… не всю жизнь, нет, на всю жизнь на</p><p>съемной квартире я оставаться не собираюсь, но… хотя бы на месяц-два… даже этого желания</p><p>нет.</p><p>— Может, у вас все же есть какие-то особые пожелания? — переспрашивает, потому что</p><p>единственное, что я попросила у риелтора — близкое расположение транспорта, отдельная</p><p>спальня и кухня.</p><p>Вот, пожалуй, и все требования. Мне было без разницы, где жить, лишь бы отдельно и</p><p>самостоятельно, а теперь… я будто не уверена.</p><p>— Нет, просто… Знаете, — я все же поворачиваюсь к ней. — Я ищу квартиру, в которой</p><p>почувствую себя на своем месте.</p><p>Увидев удивленный взгляд женщины напротив, поджимаю губы. Она меня не понимает, что не</p><p>удивительно, учитывая, сколько квартир она ежедневно сдает арендаторам.</p><p>— Это, наверное, глупо звучит, просто…</p><p>— Давайте сделаем так… я буду отправлять вам фотографии квартир, вы выберете те, которые,</p><p>как вам кажется, наиболее подходящие, и мы поедем посмотрим, потому что иначе… мы просто</p><p>ищем иголку в стоге сена.</p><p>— Да-да, хорошо. Я думала, вы изначально так сделаете.</p><p>— Я так и делаю, но дело в том, что у вас не было требований, и я решила… в общем, что вам</p><p>подойдет любая квартира.</p><p>— Извините, что…</p><p>— Ничего страшного.</p><p>Она пропускает меня вперед, запирает двери, бросает ключи в сумочку, а потом неожиданно</p><p>произносит:</p><p>— Ольга, а у вас сильно ограниченный бюджет? Просто… есть у меня одна квартира. Она не</p><p>очень большая, но с отдельной спальней, как вы и хотели, просто она, как бы это сказать…</p><p>нестандартная. Я не так часто ее показываю, потому что запросов нет и сдать мы ее не можем</p><p>уже несколько месяцев. Может, посмотрите? Она просто… дороже на двадцать процентов, но,</p><p>думаю, если вам понравится, я смогу уговорить хозяина снизить сумму процентов на десять. Что</p><p>скажете?</p><p>— Я… не уверена, что мне нужно что-то оригинальное и…</p><p>— Я покажу вам фотографии.</p><p>Она быстро достает телефон, что-то листает и затем разворачивает экран ко мне.</p><p>— Вот. Это она.</p><p>Я беру телефон и смотрю на изображение. Первая фотография с кухонным уголком: открытые</p><p>деревянные полки, крошечная кофеварка, подвешенные на крючках медные ковшики, и табурет с</p><p>вышитой подушкой. Все не новое, но по-домашнему уютное.</p><p>Дальше — витражная перегородка, за которой угадывается небольшая спальня с узкой кроватью и</p><p>серым пледом, наброшенным небрежно. Сам витраж — из цветного стекла, кажется, с ирисами и</p><p>каплями дождя.</p><p>На последнем фото — ванна на львиных лапах, старая, с облупленной эмалью, но вокруг нее —</p><p>настоящий оазис уюта: свечи, плетеная корзина с полотенцами, и зеркало с медной рамой, в</p><p>котором отражается мягкий теплый свет.</p><p>— Она... странная, — тихо говорю я, возвращая телефон. — Но в ней есть что-то интересное…</p><p>— Вот и я говорю, — кивает риелтор. — Нестандартная. Но с характером.</p><p>Она улыбается.</p><p>— В объявлении ее даже никто не лайкает, зато те немногие, кто туда заходят, как правило,</p><p>долго смотрят фото. Может, поедем?</p><p>— Давайте, — все же соглашаюсь.</p><p>Вдруг это и правда та квартира, которую я ищу и в которой я буду чувствовать себя, как</p><p>дома.</p><p>Мы приезжаем быстро. Квартира расположена в новостройке на пятом этаже. Большой современный</p><p>лифт никак не сочетается с тем, что я видела на фото.</p><p>— Хозяева делали квартиру для себя?</p><p>— Да. Там жила молодая пара. Художник и его девушка, но, к сожалению, они разошлись. Парень</p><p>переехал в другую страну, так что квартира пустует.</p><p>— Понятно.</p><p>У большой двери она достает ключ, открывает и пропускает меня внутрь…</p></section><section><title><p>Глава 33</p></title><p>Квартира полностью соответствует фотографиям. Ни одного изменения, даже малейшего, все в</p><p>точности так, как я увидела.</p><p>Витражная перегородка, увиденная на фото, наяву оказывается еще красивее. Сквозь стекло</p><p>пробивается мягкий дневной свет. Я прохожу за перегородку, где стоит кровать. Справа —</p><p>небольшая тумбочка, а над ней — лампа с абажуром, разрисованным вручную.</p><p>— Это невероятно, — выдыхаю.</p><p>— Хотите посмотреть ванную? — спрашивает.</p><p>Ванная... действительно на львиных лапах. Старая и тяжелая, а вокруг — мягкий, почти</p><p>театральный свет. Много мелочей: корзинка с плетеной крышкой, стопки полотенец, свечи. На</p><p>стене висит полка с книгами — настоящими, в тканевых обложках, и это так нелепо и</p><p>восхитительно одновременно, что я улыбаюсь. В медной раме зеркало отражает восторженную</p><p>меня.</p><p>— Кто этот парень, вы знаете?</p><p>— Владелец?</p><p>— Да.</p><p>— Нет. Квартира записана на его мать, а его лично я никогда не видела. Мы только общались</p><p>по телефону и переписывались. А что?</p><p>— Мне стало интересно, какие у него работы, знаете.</p><p>— Этого я не знаю. Информация строго конфиденциальна.</p><p>— Понятно.</p><p>— Вам понравилось, будете арендовать?</p><p>— Да-да.</p><p>— Я тогда пока позвоню хозяйке, попрошу снизить цену.</p><p>— Не нужно, — останавливаю ее. — Я заплачу, сколько просят.</p><p>Не то, чтобы у меня были лишние деньги, которыми я бы могла распоряжаться направо и налево,</p><p>но… я надеялась получить хорошие деньги после развода. Все-таки, у Глеба был бизнес. О его</p><p>долгах я вспоминаю уже после подписания контракта, но даже это меня не останавливает. Теперь</p><p>я не работаю в клинике, я работаю няней и получаю хорошую зарплату. Я смогу оплачивать и</p><p>квартиру, и счета, и останутся деньги на жизнь. А потом… потом пойду работать в частную</p><p>клинику, как все вокруг и советовали.</p><p>Счастливая, возвращаюсь к Тимуру и договариваюсь с транспортной компанией перевести все мои</p><p>вещи, пока его нет дома. Знаю, что он снова предложит помощь, а я хочу попробовать</p><p>справиться самостоятельно.</p><p>И все получается. Перевожу вещи, раскладываю. Использую свой полученный выходной по полной</p><p>программе, потому что завтра снова работа, я буду заниматься Юлькой.</p><p>В десять я чувствую себя абсолютно вымотанной, но ужасно счастливой, потому что я успеваю</p><p>все разложить и даже сходить в супермаркет, купить продуктов и приготовить ужин. Рука</p><p>тянется позвонить Ленке, но потом я бросаю взгляд на часы и понимаю, что уже довольно</p><p>поздно. Подруга все равно не приедет, а делиться такими хорошими новостями по телефону не</p><p>хочется.</p><subtitle>* * *</subtitle><p>Время пролетает очень быстро. Я старательно игнорирую любые телефонные звонки, поступающие</p><p>на мой номер, а волнующейся любовнице бывшего мужа советую написать заявление в полицию.</p><p>В таком темпе позволяю себе пожить неделю, ровно до следующего выходного. Дальше — не</p><p>выдержав, еду к Глебу в офис, чтобы понять, что происходит.</p><p>Офис Глеба, казавшийся когда-то почти родным, теперь воспринимается как чужой. Не то, чтобы</p><p>я была здесь часто, но приезжала, и всегда казалось, что я знаю тут каждый уголочек.</p><p>Я поднимаюсь в лифте, стараясь не думать о том, что выгляжу не как жена. Ни бывшая, ни</p><p>настоящая, а как совершенно посторонняя женщина. Только вот внутри все равно странное</p><p>напряжение: будто бы я все еще имею право сюда прийти. Хотя почему “будто бы”. Я</p><p>действительно имею такое право, разве нет?</p><p>Когда захожу, вижу девушку в очках, сидящую за столом. Она явно новенькая, потому что я ее</p><p>не знаю, а офисе Глеба я была не так, чтобы очень давно. Чуть больше месяца, может быть.</p><p>Девушка смотрит на меня вопросительно.</p><p>— Добрый день. Глеб у себя? — спрашиваю ее уверенно.</p><p>— А вы по записи?</p><p>— Нет. Я... его жена. Ольга.</p><p>Девушка слегка меняется в лице, но все же кивает. И вот тут я понимаю, что она знает обо</p><p>мне и о любовнице тоже. Не знаю, кто она, но нельзя не заметить, что она знает, потому что</p><p>после того, как я называюсь женой, она удивляется. Значит, о разводе точно знает. Ну, или о</p><p>новой пассии своего начальника. А вот со старой познакомиться не удалось.</p><p>— Что-то не так? — спрашиваю, когда замечаю, что она мнется, словно правда хотела помочь,</p><p>но потом вдруг передумала.</p><p>— Его нет. Он не появлялся больше недели, — говорит то, что я боялась услышать.</p><p>— Вообще? Ни звонков, ни смс?</p><p>— Ничего. Мы сначала думали, что он в отъезде. У него такое бывает — не предупреждает, а</p><p>потом присылает сообщение. Но сейчас... — она делает паузу и понижает голос: — Он не выходит</p><p>на связь. Мы даже не уверены, в стране ли он.</p><p>— А кто управляет делами?</p><p>— Бухгалтер, по сути. Но... — девушка нервно понижает голос. — Счета заморожены. Идут</p><p>проверки. Это все очень странно, если честно.</p><p>У меня пересыхает во рту.</p><p>— Простите, а полиция… кто-нибудь обращался?</p><p>— Мы нет. — Девушка колеблется. — Но к нам приходили из налоговой. С проверкой. И, кажется,</p><p>из следственного комитета. Я точно не знаю, меня попросили "ничего не распространять".</p><p>Я стою в центре приемной, окруженная знакомыми и незнакомыми вещами, и чувствую, как воздух</p><p>становится гуще. В голове звучит одно: Глеб в беде. И тут же следом — проблемы не мои.</p><p>— А любовница его приходила?</p><p>— Кто?</p><p>— Молодая девушка. Беременная. Живет с ним. Или жила.</p><p>— Нет. Здесь никто не появлялся. Кроме вас — и налоговиков.</p><p>Я киваю. Поблагодарив девушку, выхожу. У меня дрожат пальцы, когда я достаю телефон. Пишу</p><p>Даше:</p><p>Ты говорила, что он пропал. Похоже, это действительно так. Если тебе что-то известно —</p><p>скажи мне, это поможет следствию. Если нет — обратись в полицию.</p><p>Я отправляю сообщение, но не жду ответа. Просто стою возле офисного здания и впервые</p><p>позволяю себе подумать вслух:</p><p>— А если он не просто исчез? А если он сбежал?</p><p>И если это так, то от чего?</p><p>И почему один?</p></section><section><title><p>Глава 34</p></title><p>Я успеваю забыть о проблемах с бывшим мужем за несколько дней, что работаю у Тимура и</p><p>развлекаю Юльку. Мы ходим по ее делам, откровенничаем. Как мне кажется, девочке</p><p>катастрофически не хватает матери. Она не может обо все рассказать отцу, поэтому делится со</p><p>мной.</p><p>— Димка думает, что он самый умный, — с возмущением рассказывает о мальчике, который ходит</p><p>на фехтование. — Он считает, что очень способный. Лучше всех.</p><p>— Ну а ты? — спрашиваю у нее. — Так не считаешь?</p><p>— Конечно же нет! — эмоционально. — Он слабый!</p><p>Она жалуется на этого мальчика еще долго и прекращает только когда мы практически</p><p>возвращаемся домой. Мой рабочий день заканчивается, когда Тимур возвращается домой. Иногда я</p><p>остаюсь ночевать, если это очень поздно, но сегодня он приезжает домой в пять, так что я</p><p>собираюсь домой.</p><p>Я выхожу и буквально сразу же наталкиваюсь на Дашу, стоящую у входа.</p><p>— Не поняла, — говорю, осматривая ее с ног до головы и кривясь, когда она тут же прикрывает</p><p>от меня свой живот, словно я способна сделать ей что-то плохое.</p><p>— Я… мы можем поговорить? Пожалуйста, Ольга.</p><p>Вздыхаю. Я ее видеть-то не хочу, не то, что разговаривать, но и отправлять ее восвояси,</p><p>когда она столько сюда ехала, тоже неправильно. У нее уже довольно большой срок, живот</p><p>опустился. Думаю, скоро рожать.</p><p>— Здесь неподалеку есть кафе. Оно работает до семи, можем там посидеть, хочешь?</p><p>Она кивает и молча семенит за мной. В кафе Даша занимает столик в углу и сидит, вжавшись в</p><p>спинку стула, будто боится, что кто-то сейчас подсядет и задаст слишком много вопросов.</p><p>Она выглядит хуже, чем в прошлый раз. Взгляд потухший, волосы собраны кое-как. На стол</p><p>перед ней официант ставит стакан с кофе, хотя насколько я знаю при беременности кофе лучше</p><p>не пить, но это я держу при себе. Кто я такая, чтобы говорить об этом? Еще и любовнице мужа.</p><p>— Что случилось? — спрашиваю.</p><p>— Я подумала, что ты была права, — тихо говорит она. — Я обратилась в полицию.</p><p>— И?</p><p>— Они записали заявление, но сказали, что нет состава. Что взрослый человек может сам</p><p>принимать решения. И сказали, что он мог просто уехать после всего случившегося. Я им</p><p>рассказала обо всем. Почти.</p><p>Я поджимаю губы, потому что ничего нового не услышала. Что-то такое я вполне предполагала</p><p>от них.</p><p>— Ты ведь знаешь, что он не мог просто исчезнуть. Он бы предупредил хотя бы кого-то. А так,</p><p>чтобы никому — вряд ли.</p><p>— Знаешь… я подумала, может, он просто устал? Все эти события. Он говорил, предлагал мне</p><p>поехать на моря, на остров, чтобы отдохнуть, но я говорила, что уже небезопасно ехать, мне</p><p>скоро рожать, так что… Может, он просто оставил меня и уехал, потому что действительно устал</p><p>от всего? Столько стресса у Глеба было в последнее время…</p><p>Она говорит это на полном серьезе и мне в какой-то момент становится даже ее жаль, потому</p><p>что я такой никогда не была. Я, конечно, заботилась о своем муже, но если бы он вот так</p><p>исчез, то последнее, о чем бы я подумала, это что он просто устал. А если это и правда было</p><p>бы так, то у нас с ним была бы огромная ссора по этому поводу, потому что все мы устаем, но</p><p>это ведь не повод сбегать.</p><p>— Я нашла у него в вещах бумажник. Только там не было ни документов, ни карточек. Вообще</p><p>ничего. Только фото — старое, почти выцветшее. Вы на нем вдвоем.</p><p>Я удивленно поднимаю брови.</p><p>— Мы с ним?</p><p>— Да. Оно такое… настоящее. Я спросила, откуда оно, а он сказал, что выбросит и оно больше</p><p>не нужно, но не выбросил. Спрятал в бумажник. Я нашла его в ящике у кровати. Он всегда</p><p>держал там документы. А теперь…</p><p>Она замолкает. На глаза наворачиваются слезы.</p><p>— Он говорил, что ты сильная. Что тебя все равно не сломать.</p><p>Меня неожиданно пробирает дрожь. Я не хочу это слышать. Не хочу, чтобы он говорил обо мне,</p><p>чтобы вспоминал, чтобы хранил старые фотографии. Мы уже все закончили, у него вот теперь</p><p>другая, которая будет переживать о нем.</p><p>— Он что-нибудь говорил в последнее время? Странное?</p><p>— Упоминал, что у него неприятности. Что нужно кое-что уладить. И… он был нервным, я же</p><p>говорю, хотел уехать, может, боялся кого-то?</p><p>— Кого?</p><p>— Не знаю. Он не говорил. А я не спрашивала. Я не хотела его злить, он был нервным после</p><p>всего и будто недовольным тем, что я переехала.</p><p>Я откидываюсь на спинку. Смотрю на нее внимательно. Даша не врет и не играет. Она</p><p>по-настоящему боится, что может остаться без Глеба. Не знаю, любовь это или ей просто</p><p>страшно остаться наедине с ребенком, но она волнуется.</p><p>— Я тоже пойду в полицию, — говорю. — Хватит гадать. Может, если заявлений будет несколько,</p><p>они начнут работать быстрее?</p><p>Она кивает.</p><p>— Только... если он правда уехал — скажи мне. Я просто хочу знать, что он жив.</p><p>— Он жив, конечно же, — говорю и впервые думаю о том, что я была абсолютно в этом уверена,</p><p>но теперь я больше не знаю.</p><p>Глеб мог вляпаться в серьезные неприятности, особенно если занимал много денег, а</p><p>возвращать ему не с чего. Но тут тоже вопросы. У нас никогда не было проблем с деньгами, он</p><p>умел ими управлять и приумножать прибыль. Вряд ли он разучился. Если даже и занимал, то я</p><p>уверена, что он смог бы вложить эти деньги и заработать.</p><p>— Оля, я… хочу попросить прощения, — вдруг говорит Даша. — Я… встретила Глеба и влюбилась.</p><p>Я знала, что он женат, но я… я его преследовала и… соблазнила.</p></section><section><title><p>Глава 35</p></title><p>В полицейском участке мне становится не по себе еще на пороге. В нос забивается неприятный</p><p>запах, перемешанный с потом и страхом, который здесь становится осязаемым. Мне достаточно</p><p>зайти, чтобы захотеть выйти.</p><p>Я, честно говоря, никогда не думала, что мне когда-либо придется здесь появиться. Не то,</p><p>чтобы я не имела дела с полицией. Я работала хирургом в больнице и конечно периодически к</p><p>нам приходили следователи. Но одно дело встретить их там и другое прийти сюда лично.</p><p>Очереди здесь нет, но и желания подходить дальше — тоже. Я стою, будто обдумывая свой</p><p>следующий шаг, но на самом деле просто пытаюсь отдышаться и сделать то, за чем пришла.</p><p>— Добрый день, — наконец выговариваю. — Я хотела бы подать заявление о пропаже человека.</p><p>Моего бывшего мужа.</p><p>Меня отправляют в кабинет к дежурному оперативнику. Мужчине лет сорока, с усталым лицом и</p><p>отсутствующим взглядом. Пока он слушает, я рассказываю все, что знаю: когда последний раз</p><p>его видели, кто пытался ему звонить, о чем говорили друзья, как я была в офисе, и какие</p><p>проверки проходят там.</p><p>— Вы уверены, что он действительно пропал? — спрашивает он, пока набирает что-то в</p><p>компьютере. — Взрослый человек может самовольно покинуть место жительства, вы знаете?</p><p>Вздыхаю. Те же вопросы, которые задавали Даше.</p><p>— Да. Но он не появлялся на работе, не звонил друзьям, отключен от всего, офис под</p><p>проверкой. Его любовница, между прочим, беременна, она тоже подала заявление. Он не мог</p><p>исчезнуть просто так.</p><p>— Вы сказали, что в его офисе были проверки?</p><p>— Да. Налоговая и, как сказали, возможно, следственный комитет. У него заморожены счета,</p><p>исчез бухгалтер. У сотрудников паника, никто не знает, что происходит.</p><p>Мужчина откидывается на спинку кресла, морщит лоб. Потом, не говоря ни слова, поднимается и</p><p>выходит. Минуты три я сижу одна. В кабинете тишина. Откуда-то доносится звонок. Кто-то</p><p>смеется в коридоре. Ощущение странной нереальности. Будто все, что происходит — сцена, где я</p><p>случайно оказалась в чужой роли.</p><p>Когда он возвращается, уже не такой рассеянный. Его лицо становится серьезным.</p><p>— Ваш бывший муж, — говорит он, — действительно находится в поле зрения следствия. Пока он</p><p>не объявлен в розыск, но при определенных условиях это может произойти. Несколько граждан</p><p>подали заявления о финансовом мошенничестве. Есть основания полагать, что он привлекал</p><p>инвестиции, не имея на то права, и присваивал средства. И, судя по всему, делал это</p><p>системно.</p><p>Я моргаю. Мошенничество? Привлекал инвестиции и присваивал средства? Бред. Я уверена, что</p><p>Глеб не мог. У него была процветающая компания, в последнее время дела шли в гору, он сам</p><p>мне говорил. Хвастался, что еще немного и мы будем очень богаты. И все это потому что он</p><p>крал деньги у других? Нет. Я не верю этому следователю, потому что это не может быть</p><p>правдой. Разве Глеб такой глупый, чтобы считать, что сможет построить счастье, обманывая</p><p>других?</p><p>— Это ошибка. Он бы мне сказал. Он бы…</p><p>— Вы уверены? — хмыкает следователь. — Не поймите неправильно, но близких мошенников мы</p><p>видим часто. Все они — ничего не подозревают и до последнего твердят, что этого не может</p><p>быть. Знаете, обычно мошенники не говорят о том, кто они на самом деле. Они скрывают и живут</p><p>обычную жизнь, а потом вот так пропадают.</p><p>Я чувствую, как внутри все проваливается. Неужели он все это время жил другой жизнью? Лгал,</p><p>строил схемы, врал мне, врал любовнице, врал партнерам? Где тот человек, за которого я</p><p>выходила замуж? Почему я не заметила, как он изменился? Почему я даже не поняла, что это</p><p>произошло?</p><p>— Вы говорите, что он исчез. Возможно, он действительно скрылся. Возможно, уехал из страны.</p><p>Мы передадим заявление в уголовный розыск. Если вспомните что-то еще — позвоните, — он</p><p>протягивает мне клочок бумаги с номером телефона. — Особенно, если найдете документы,</p><p>записки, электронную переписку, счета. Все это может быть важно в деле и в поиске вашего</p><p>мужа в том числе.</p><p>— Я ничего не найду. Мы… мы больше не живем вместе. И я не имеют доступа к нашей квартире.</p><p>— Жаль. Но если вдруг — номер мой указан. Позвоните. Может, с любовницей удастся</p><p>договориться и… ну вы понимаете.</p><p>В том, что с Дашей я ни о чем договариваться не буду, я уверена. Она мне неприятна и ее</p><p>попытка попросить прощения ни к чему, кроме непонимания с моей стороны, не привела.</p><p>Я выхожу из кабинета следователя и прислоняюсь к стене, потому что ноги едва держат. На</p><p>улице уже стемнело. Я стою под тусклым светом уличного фонаря и впервые ощущаю не просто</p><p>тревогу, а какую-то пугающую, липкую пустоту. Но хуже всего, что я не вижу просветления.</p><p>Я потеряла свою работу, не успела развестись с мужем, а теперь, похоже, не получу от него</p><p>ни копейки. И хорошо, если не останусь должна. Кто их знает, эти жертвы финансовых</p><p>махинаций. Вдруг они решат, что теперь я должна возвращать долг?</p><p>Думаю об этом и смешно становится. Мы давно не в том веке, все давно по-другому. Глеба</p><p>обязательно найдут и он будет разбираться во всем сам, а мне пора перестать об этом</p><p>переживать, потому что это не больше моя ответственность.</p><p>Правда, стоит мне это решить и уверенным шагом пойти к остановке, как буквально на полпути</p><p>меня останавливают. Впереди тормозит машина с тонированными стеклами, из нее выходит</p><p>мужчина. Очень крупный, накачанный. Устрашающий. И направляется он прямиком ко мне, потому</p><p>что других прохожих здесь сейчас нет.</p></section><section><title><p>Глава 36</p></title><p>Я осматриваюсь по сторонам в поисках помощи, нервничаю, трясусь, как осиновый лист, потому</p><p>что ошибки быть не может. Этот мужчина искал меня и приехал, чтобы встретиться со мной. Он</p><p>идет так, что первый инстинкт, который у меня просыпается – страх. Неподдельный, открытый</p><p>страх. Я не знаю, что ему нужно и почему он здесь. Но мысленно понимаю, что ничем хорошим</p><p>эта встреча не закончится.</p><p>— Ольга? — голос глухой, низкий, с легкой хрипотцой.</p><p>Я машинально киваю, хотя мозг кричит: «Скажи, что это не ты!». Соври и иди дальше, но</p><p>здравый рассудок побеждает. Вряд ли он спросил это, потому что не знает, как я выгляжу. Он</p><p>на сто процентов уверен, что это я, а вопрос — не более, чем праздное любопытство.</p><p>— Нам нужно поговорить.</p><p>— Простите, а вы кто? — я пытаюсь сохранить спокойствие, но слышу, как дрожит голос.</p><p>— Друг Глеба.</p><p>Он подходит ближе, и я чувствую запах его парфюма, тяжелого, навязчивого и какого-то</p><p>слишком напрягающего.</p><p>— Очень хороший друг.</p><p>Сердце гулко стучит в ушах. Я думаю, что именно так люди чувствуют себя перед тем, как на</p><p>них обрушивается лавина.</p><p>— Я не знаю, где сейчас Глеб, — осторожно говорю я. — И, если вы за деньгами…</p><p>— Вот именно, — перебивает он. — Я за деньгами.</p><p>Его улыбка не греет, а обжигает холодом.</p><p>— Я не… — я делаю шаг назад. — Я не занимаюсь его делами.</p><p>— Знаю. — Он чуть наклоняет голову. — Но ты его жена.</p><p>— Бывшая, — выдыхаю. — Мы разводимся.</p><p>— Пока не разведетесь — ты все еще отвечаешь за его финансы, разве нет?</p><p>Он произносит это так спокойно, будто говорит о смене погоды.</p><p>— И, поверь, мне все равно, кто именно вернет мне бабки. Главное, чтобы вернули.</p><p>Мимо проезжает автобус, освещая нас ярким светом. В его глазах я читаю то, чего боюсь:</p><p>решимость. Он не пришел предупредить. Он пришел забрать. Поставить перед фактом.</p><p>— У меня нет его денег, — твердо говорю я.</p><p>— Пока нет, — он кивает. — Но ты врач. А, значит, умная женщина. Найдешь.</p><p>Я уже готова сказать что-то резкое, но он вдруг протягивает руку и вкладывает мне в ладонь</p><p>маленький сложенный листок.</p><p>— Здесь сумма и срок, — спокойно говорит он. — Время пошло.</p><p>И разворачивается к машине так же спокойно, как и пришел. Через секунду черный автомобиль</p><p>растворяется в потоке.</p><p>А я остаюсь стоять на тротуаре, сжимая бумажку так сильно, что она едва не рвется. Медленно</p><p>разворачиваю. Там всего три строки:</p><p>"350 000. Две недели.</p><p>Не тяни.</p><p>Чем раньше, тем лучше”</p><p>Ниже указан номер телефона. Пустые цифры, которые мне ни о чем не говорят.</p><p>В горле становится сухо. Я уверена, что это не пустая угроза.</p><p>Я иду домой почти на автомате, даже не глядя по сторонам. Руки дрожат, ноги ватные. Листок</p><p>в кармане жжет изнутри, будто я положила туда что-то радиоактивное. Кажется, если выкину —</p><p>все растворится и проблема исчезнет, но я знаю, что нет. Эти люди никуда не денутся, они</p><p>придут, чтобы получить свое. А еще я знаю, что придут близкие друзья Глеба. Не сейчас, но</p><p>потом тоже. Всем им он должен. А мы и правда еще не разведены.</p><p>В квартире довольно тихо. Я включаю свет и так и торможу на пороге, не в силах сделать и</p><p>шаг. Мне кажется, что меня здесь ждут. Где-то внутри. Не тот самый человек, конечно, кто-то</p><p>другой. Я машинально достаю телефон.</p><p>Первым номером, который всплывает в голове, оказывается не полиция и не Лена, а Тимур.</p><p>— Оля? — в трубке его голос — спокойный, даже немного сонный. — Что-то случилось?</p><p>— Я… можем встретиться? Сейчас? — я стараюсь, чтобы голос звучал ровно, но он все равно</p><p>срывается.</p><p>Через полчаса я уже стою в его прихожей. Он смотрит внимательно, будто считывает каждую</p><p>эмоцию, хотя мне кажется, что я сама не знаю, что чувствую. Страх, смятение, разочарование.</p><p>Эмоций так много, что сложно идентифицировать каждую из них.</p><p>— Ты бледная. Садись, — он указывает на диван. — Говори.</p><p>Я рассказываю о том, что случилось. Без лишних деталей и стараюсь без эмоций, но руки то и</p><p>дело дрожат, а сердце разгоняется в груди. Я достаю бумагу из кармана, протягиваю ему.</p><p>Тимур берет ее двумя пальцами, как будто это что-то грязное. Читает, и его взгляд мгновенно</p><p>меняется. Но не на страх, а на злость. Спокойную, контролируемую, но разрушающую при</p><p>необходимости. Я уверена, что в таком состоянии он может сделать что угодно и как угодно.</p><p>— Ты не будешь платить, — спокойно говорит он.</p><p>— Но… они дали две недели. И я должна найти эти деньги, иначе…</p><p>— Оля, я знаю этих ребят. Не спрашивай, откуда. Ни о каких деньгах не может быть и речи. Ты</p><p>не станешь с этим связываться. Это не твоя проблема.</p><p>— Тимур, они…</p><p>— Оля, — он наклоняется ближе, — эти люди работают не так. Если начнешь платить, конца не</p><p>будет. Они будут требовать больше и больше. Еще и еще.</p><p>Я смотрю на него, и меня пронзает мысль: он говорит так, будто сам с ними имел дело. И</p><p>знает слишком много для «успешного бизнесмена».</p><p>— Тимур… — начинаю, но он перебивает:</p><p>— Я разберусь.</p><p>— Как?</p><p>— Просто доверься. И никому, слышишь, никому об этом не говори.</p><p>Он царапает меня жестким взглядом, но утешает мягкими прикосновениями. Я хотела бы</p><p>поспорить, но улавливаю в интонации, что лучше не стоит. Бессмысленно. Но во мне бушуют</p><p>эмоции. Я одновременно испугана и зла на то, что Глеб оставил меня в таком положении, а</p><p>Тимур не собирается ничего объяснять, решив все сделать в обход меня.</p></section><section><title><p>Глава 37</p></title><p>Ночь в квартире Тимура кажется слишком тихой. Тишина звенит в ушах, и я ловлю себя на том,</p><p>что прислушиваюсь не к его словам, а к звукам за дверью. Каждый шорох за дверью, каждый рев</p><p>мотора автомобиля словно приближает меня к тем, кто держит меня за горло.</p><p>— Ты дрожишь, — Тимур ставит передо мной стакан воды. — Пей.</p><p>Я послушно делаю глоток, но совсем не понимаю, что делаю и сколько пью. На автомате все. До</p><p>ужаса страшно.</p><p>— Что ты собираешься делать? — мой голос звучит глухо, словно принадлежит на самом деле не</p><p>мне.</p><p>— Я сказал: разберусь, — отвечает он.</p><p>Неспешно, спокойно. Словно обсуждает расписание встреч на завтра.</p><p>— Но как? — я не выдерживаю. — Тимур, это серьезно. Это не люди, с которыми можно просто</p><p>поговорить!</p><p>Его взгляд становится тяжелее.</p><p>— Именно поэтому это и не твоя забота.</p><p>Я стискиваю руки в кулаки. С одной стороны, мне хочется ухватиться за его уверенность,</p><p>спрятаться за ней, как за щитом. С другой — внутри все кричит: он слишком много знает.</p><p>Слишком легко говорит о тех, кто пугает даже в одном воспоминании.</p><p>— Ты ведь… сталкивался с ними раньше? — наконец, выдыхаю.</p><p>Он не отвечает сразу. Лишь откидывается в кресле, глядя в темноту за окном.</p><p>— Оля, у каждого есть прошлое. Мое — не исключение.</p><p>Эти слова звучат почти признанием. Я хочу спросить еще, но он поднимается и подходит ближе,</p><p>обрывая мои мысли прикосновением к плечу.</p><p>— Главное сейчас — ты. Ты должна жить спокойно, работать, заниматься своим делом. Остальное</p><p>— не твоя война.</p><p>Я смотрю на него снизу вверх и понимаю: он действительно готов идти в эту войну. Но вот за</p><p>кого? Ради меня — или ради того, чтобы решить свои старые счеты?</p><p>— А если они снова придут? — тихо спрашиваю я. — Если решат, что я — самый простой способ</p><p>надавить?</p><p>Тимур наклоняется ближе. Его глаза в полумраке темнеют, и мне кажется, что в них загорается</p><p>сталь.</p><p>— Тогда им придется пожалеть, что вообще приблизились.</p><p>Слова звучат так спокойно, что мороз бежит по коже. В этот момент я понимаю: он не просто</p><p>«бизнесмен», он человек, который умеет защищаться. Может быть, даже слишком хорошо умеет.</p><p>Он отходит к столу, берет телефон. Его лицо освещает голубоватый экран, и на миг оно</p><p>становится чужим — жестким, собранным, таким, каким я его никогда не видела. Хотя я, на</p><p>самом деле, очень много не видела.</p><p>— Ложись спать, — бросает он через плечо. — Завтра все будет иначе.</p><p>Я открываю рот, чтобы возразить, но его тон не оставляет пространства для диалога. Он</p><p>говорит не просьбой, а приказом. Сухим и решительным. Так просят, когда хотят остаться в</p><p>одиночестве и поразмышлять.</p><p>Я поднимаюсь, иду в комнату рядом с Юлиной. Я заглядываю к ней. Девочка спит, свернувшись</p><p>клубочком, и я машинально накрываю ее одеяло. Смотрю на нее — и в груди становится тесно. Я</p><p>всегда хотела дочку, но теперь радуюсь, что у меня ее нет, иначе сейчас я бы переживала еще</p><p>и за нее.</p><p>Я выхожу из ее комнаты в коридор и замираю, потому что из гостиной на первом этаже до меня</p><p>доносится голос Тимура. Я останавливаюсь, как вкопанная, и прислушиваюсь к тому, что он</p><p>говорит по телефону. Слишком тихо, чтобы расслышать все слова, но интонация… холодная,</p><p>уверенная, чужая. Не та, что обычно звучит рядом со мной или с его дочерью.</p><p>Я могу уловить лишь отдельные фразы:</p><p>— …нет, не через неё…</p><p>— …сроки сдвинем…</p><p>— …играть со мной не советую.</p><p>Я отступаю на цыпочках, сердце колотится так, что кажется — он сейчас услышит его удары.</p><p>Я отхожу к своей комнате. Захожу внутрь, тихо прикрываю дверь, чтобы не было слышно. Мне</p><p>страшно. Я не знаю мужчину, в доме которого осталась на ночь. Я, если так подумать, вообще</p><p>мало что знаю о нем. Только что он бизнесмен. И совсем не боится лезть туда, где может быть</p><p>потенциально опасно.</p><p>Я раздеваюсь и забираюсь в кровать. Лежу так какое-то время и прислушиваюсь к звукам извне.</p><p>Кажется, что Тимур знает, что я подслушивала и вот-вот зайдет, чтобы сказать мне об этом.</p><p>Я лежу на кровати, уткнувшись лицом в подушку, но сон даже не думает приходить. Голова</p><p>гудит от мыслей.                 Кто он на самом деле? Человек, готовый защитить? Или тот, кого мне</p><p>стоит бояться не меньше, чем тех, кто мне угрожает?</p><p>Скрип половиц в коридоре заставляет меня вздрогнуть. Сердце замирает. Тихие, но уверенные</p><p>шаги, заставляют задержать дыхание. Я сжимаюсь в комок, делая вид, что сплю.</p><p>Мне кажется, что дверь моей комнаты приоткрывается. Ощущение, что Тимур заходит в комнату.</p><p>Мне даже дыхание его мерещится где-то рядом! Каждая клеточка моего тела кричит:         он</p><p>знает, что ты слышала его разговор        .</p><p>Я распахиваю глаза. В комнате я одна и дверь закрыта, правда, шаги Тимура я слышу только</p><p>сейчас. Сначала громкие, близко, а затем все тише и дальше. Только тогда я позволяю себе</p><p>выдохнуть.</p><p>Но облегчение не приходит . Только еще большая тревога порождается в груди: если он</p><p>действительно на моей стороне — почему мне все время кажется, что я живу в доме врага?</p></section><section><title><p>Глава 38</p></title><p>Утро встречает меня звоном будильника и странным ощущением, что я не спала вовсе. Веки</p><p>тяжелые, тело ломит, а в голове только мысли о ночи. Сегодня все кажется по-другому. В свете</p><p>дня я больше не считаю Тимура ужасным и то, что он стоял вчера под дверью мне наверняка</p><p>показалось.</p><p>Я выхожу в коридор и машинально заглядываю в Юлину комнату. Она уже проснулась и сидит на</p><p>кровати с плюшевым зайцем. Улыбается. Смотрит на меня с таким доверием, что внутри все</p><p>теплеет. Ради нее я должна держаться. Кто у нее будет за няню, если не я? Тимур говорил, что</p><p>у нее не ладится с другими.</p><p>— Завтрак?</p><p>— Чуть позже, — откидывается на кровать, раскидывая руки в стороны. — Умоюсь, почищу зубы,</p><p>тогда можно и завтрак.</p><p>Я киваю и убегаю на кухню готовить, по пути пытаясь высмотреть Тимура, но ожидаемо нигде</p><p>его не нахожу. Видимо, уже уехал на работу.</p><p>Пока готовлю завтрак, успеваю забежать в гостинную, чтобы убраться, и в поле моего зрения</p><p>попадает маленький конверт на тумбочке. Он почти слился с черной поверхностью, потому что</p><p>его цвет черный, и я бы, наверное, даже его не заметила, если бы не эмблема сверху. Белая с</p><p>красным. Резкие линии и символ, который я уже видела. Он был нарисован на той визитке,</p><p>которую мне сунул в руки мужчина у полицейского участка.</p><p>Я застываю на несколько мгновений для осознания. Смотрю долго-долго на рисунок и ничего не</p><p>понимаю. Оглянувшись по сторонам, словно я какая-то воришка, возвращаю конверт обратно и,</p><p>отвернувшись, выхожу из гостинной, будто ничего не видела.</p><p>Сердце стучит так громко, что я почти не слышу собственных шагов.</p><p>Я не понимаю, что это значит.</p><p>Он как-то связан с ними? Или они тоже ему угрожают и пока он будет разбираться с ними от</p><p>себя, заодно подхватит и меня? Это он имел в виду, когда просил не вмешиваться или… что-то</p><p>другое?</p><p>Я возвращаюсь на кухню, но больше не чувствую запаха поджаренного хлеба и свежесваренного</p><p>кофе. Все ароматы будто растворились, остался только металлический привкус тревоги во рту. Я</p><p>стараюсь делать вид, что ничего не произошло, но руки предательски дрожат, и нож стучит о</p><p>разделочную доску громче, чем нужно.</p><p>В голове одна мысль: он как-то связан с ними или мне кажется?</p><p>Я ловлю себя на том, что начинаю мысленно оправдывать Тимура. Может, они угрожают и ему?</p><p>Может, этот конверт он получил так же, как и я — через чужие руки, против своей воли? Но</p><p>тогда почему он выглядит таким спокойным, почти равнодушным?</p><p>— Оля, — слышу за спиной Юлин голос, и я едва не роняю тарелку. — Папа написал, что</p><p>вернется вечером и что я должна тебя слушаться. И это тоже написал он.</p><p>Она указывает на стикер на холодильнике, где написано:</p><p>"Завтрак на тебе. Вернусь поздно. Не волнуйся и дождись меня"</p><p>Я машинально киваю и благодарю Юлю, но внутри нарастает еще больше вопросов. Куда он ушел и</p><p>почему мне стоит дожидаться его вечером?</p><p>Я подаю завтрак и стараюсь улыбаться, но в голове одно: мне нужно понять, кто он на самом</p><p>деле.</p><p>Я долго хожу по квартире, словно в клетке. Юлька уже занята своими игрушками, и я могу</p><p>позволить себе минуту тишины. Но эта тишина оборачивается пыткой.</p><p>Конверт будто дышит у меня за спиной. Черный, плотный, чужой. Я бы хотела никогда его не</p><p>видеть, но увы.</p><p>Мы собираемся с Юлькой на занятия. Я то и дело поглядываю в сторону конверта и надеюсь, что</p><p>когда мы выйдем, я о нем забуду. Но ни разговор с Юлькой, ни что бы то ни было еще, мне не</p><p>помогают. Я все думаю и думаю, а потом вспоминаю о том, что сфотографировала ту визитку с</p><p>номером.</p><p>Не знаю, зачем, но как только Юлька уходит к репетитору, я достаю телефон и набираю номер.</p><p>Не знаю зачем. Что я хочу там услышать? Они ведь говорили позвонить, когда будут деньги. Я</p><p>уже собираюсь сбросить, но по ту сторону мне отвечает мужской голос. Холодный, грубый, как у</p><p>робота.</p><p>— Здравствуй, Оля.</p><p>У меня едва телефон из рук не выпадает. Как… откуда они знают, что это я?</p><p>— Ты уже нашла деньги?</p><p>— Послушайте, я…</p><p>— Деньги. Время мы тебе дали.</p><p>— Но у меня нет таких денег! — наконец вырывается из меня. — Я не могу их найти.</p><p>— Найдешь, — обрывает он. — Вспомни, кто рядом с тобой. Он не так прост, как кажется.</p><p>На этом связь обрывается. Сердце в груди колотится. Мне становится дико страшно, а еще я</p><p>корю себя за то, что позвонила. Они… записали мой номер? Интересно, как. Оля-должница? Или</p><p>Оля-жена-Глеба?</p><p>Я успеваю накрутить себя до невозможности. Разнервничаться и придумать множество вариантов</p><p>исхода событий. От самого благоприятного, в котором Глеб возвращается и решает все проблемы</p><p>до самого ужасного, где меня с пыльным мешком на голове похищают.</p><p>Не знаю, сколько бы я так надумала, если бы не Тимур, ожидающий нас, когда мы возвращаемся.</p><p>Стоит нам прийти домой, как он выходит навстречу, и я закусываю губу, потому что думала</p><p>сбежать до его возвращения. Это маловероятно, потому что оставить Юлю одну я бы не посмела,</p><p>но очень надеялась, что за ней присмотрит кухарка или кто-то из персонала те полчаса,</p><p>которые понадобятся мне, чтобы сбежать домой и не встречаться с ним. Я хотела подумать и</p><p>решить для себя верить ему или нет. Полагаться на его помощь или… другого варианта, как</p><p>выбраться из ситуации, я пока не придумала.</p><p>— Я заказал ужин, — сообщает Тимур. — Быстро мыть руки.</p><p>Пока Юлька убегает, я разуваюсь и прохожу на кухню. Слышу шаги Тимура за спиной.</p><p>— Ты им звонила, — не спрашивает, а утверждает он, и у меня сердце летит в пятки.</p></section><section><title><p>Глава 39</p></title><p>— Ты им звонила, — не спрашивает, а утверждает он, и у меня сердце летит в пятки.</p><p>— Откуда ты…</p><p>— Просто знаю, — говорит без объяснений. — Звонить не стоило. Я сказал, что все решу.</p><p>— Я… они сказали, что ждут деньги, — говорю. — И о времени напомнили. Я… может, стоит</p><p>начать искать?</p><p>Мне кажется, что если пойти у них на поводу и выполнить поставленные условия, то все</p><p>закончится. Меня перестанут преследовать и оставят в покое, но Тимур, судя по ухмылке, так</p><p>не думает.</p><p>— Стоит заплатить один раз и они с тебя не слезут. Ты ничего не брала, Оля. Брал твой муж.</p><p>Ему и отдавать долг. Просто с него они его выбить неспособны, а ты женщина, легкая добыча,</p><p>которую можно шантажировать. К тому же… ты жила у меня.</p><p>— Это на что-то влияет?</p><p>— Это влияет на все. Они знаю, кто я. И что эти деньги для меня копейки. Но проблема в том,</p><p>что дав их раз, они не остановятся и будут просить еще. И еще.</p><p>— Но ведь…</p><p>— Я сказал, что разберусь, Оля. Значит, разберусь.</p><p>На этом наш разговор заканчивается. На кухню заходит Юля и прерывает наш разговор. Мы</p><p>ужинаем под ее болтовню. Я раздумываю о его словах и очень боюсь довериться не тому и не</p><p>поверить, если он действительно хочет помочь. Чувствую себя на распутье. Мнусь, сомневаюсь,</p><p>взвешиваю все за и против.</p><p>— Ты домой? — спрашивает Тимур, когда замечает, что я забираю телефон и беру сумочку.</p><p>— Да.</p><p>— Я отвезу.</p><p>— Я на транспорте, не стоит.</p><p>— Мне нужно в город, это по пути. Как раз в твой район, поехали.</p><p>Он поднимается с кресла и непоколебимо идет к выходу. Отказываться и упрямо ехать на</p><p>транспорте странно, поэтому я тихо семеню следом.</p><p>Половину дороги мы едем молча, но следующую я попросту не выдерживаю и спрашиваю:</p><p>— Почему? Почему ты во все это ввязываешься и пытаешься помочь? Я всего лишь… няня.</p><p>— Это не так.</p><p>— Что не так? — хмурюсь, не понимая сразу смысл сказанного.</p><p>— Ты мне нравишься. Чертовски. С самого начала. Ты вдохновляешь, бесишь и притягиваешь</p><p>одновременно.</p><p>Он сжимает руль так, что костяшки пальцев белеют. На мгновение мне кажется, что он жалеет,</p><p>что сказал слишком много, но не забирает слов назад.</p><p>Я, как завороженная, скольжу взглядом по рукам. Сильные, уверенные, будто рождены держать</p><p>под контролем не только руль, а куда больше. Я ловлю себя на том, что хочу дольше смотреть,</p><p>что меня тянет — и тут же резко отворачиваюсь к окну.</p><p>Щеки горят. Внутри все смешивается: страх, волнение, глупая радость. Я прикусываю губу,</p><p>чтобы не сказать что-то не то. Чтобы не показать, что его слова попали, куда нужно. Я</p><p>изголодалась по мужским комплиментам и вниманию, а он слишком умело лавирует словами, чтобы</p><p>я могла так спокойно устоять.</p><p>Мы подъезжаем к моему дому. Машина мягко останавливается у подъезда, и тишина внутри</p><p>становится тяжелее. Я бормочу что-то непонятное на прощание и тянусь к дверце, чтобы сбежать</p><p>от этого разговора, от себя самой, но он останавливает меня голосом.</p><p>— Подожди.</p><p>Я оборачиваюсь, и в полумраке салона вижу его взгляд. Слишком внимательный. Изучающий,</p><p>проникающий глубже, чем я могу это позволить.</p><p>— Тимур… — начинаю, но не знаю, что хочу сказать.</p><p>Он выходит первым, оставляя меня в недоумении, обходит машину и открывает мне дверь.</p><p>Протягивает мне руку, словно я не в состоянии выйти сама, но я все равно вкладываю ладонь в</p><p>его. Слишком естественно. Правильно. От кончиков пальцев до предплечья пробегает едва</p><p>ощутимый разряд волнения, которое добирается до груди и поселяется там.</p><p>Когда выхожу и равняюсь с ним, сердце в груди начинает колотиться быстрее. Тимур провожает</p><p>меня до подъезда. Холодный воздух бьет лицо, руки начинают дрожать, а коленки подкашиваются</p><p>от волнения. Я, как школьница, хочу сбежать, когда он неожиданно делает шаг навстречу.</p><p>— Знаешь, Оля, — тихо произносит он, — мне надоело ждать.</p><p>— Ждать чего? — я едва в состоянии расслышать собственный голос.</p><p>Он смотрит прямо в глаза. Секунда, и я тут же понимаю ответ. Его рука ложится мне на щеку —</p><p>и все. Его губы накрывают мои. Сначала мягко, почти осторожно, но в этом столько</p><p>уверенности, что я теряю голову. Он заводит ладонь за мою шею, притягивает к себе.</p><p>Я не двигаюсь, не отстраняюсь, не сопротивляюсь. Мир вокруг будто растворяется. Остаются</p><p>только его руки, губы и мой собственный бешеный пульс.</p><p>Когда он отстраняется, я все еще не могу вдохнуть.</p><p>— Я больше не собираюсь делать вид, что это просто работа, — его голос низкий, хрипловатый,</p><p>и от этих слов по коже бегут мурашки.</p><p>Я зажмуриваюсь, будто пытаюсь удержать этот момент внутри себя, но дыхание все равно</p><p>сбивается. Его пальцы еще ощущаются на моей коже, а вкус — на губах.</p><p>— Тимур… — шепчу я, но не нахожу слов.</p><p>Он чуть улыбается, но в этой улыбке столько вызова, уверенности и решимости, что мне</p><p>хочется открыть дверь и спрятаться за ней, потому что кажется, мы переступили черту,</p><p>возврата из которой нет.</p><p>Но самое сложное, что теперь я уже не уверена, что хочу возвращаться назад.</p><p>— Я плохо умею ухаживать, — вдруг признается он. — Но очень постараюсь начать… с чего</p><p>нибудь.</p><p>Он улыбается, и эта улыбка впервые за вечер позволяет мне выдохнуть. Напряжение уходит, а</p><p>взамен ему приходит заинтересованность. И глупая улыбка, которая не сходит с губ даже тогда,</p><p>когда я оказываюсь в квартире.</p></section><section><title><p>Глава 40</p></title><p>Я прихожу домой, но внутри все еще теплится то самое чувство, от которого кружится голова и</p><p>невозможно усидеть на месте. Поцелуй. Его руки и сказанные слова.</p><p>Мне кажется, будто жизнь наконец-то качнулась в нужную сторону. Даже собственная квартира</p><p>сегодня выглядит по-новому: уютнее, теплее, будто стены впитали все это счастье. Я хожу по</p><p>комнатам, не в силах уснуть, и улыбаюсь сама себе, как девчонка.</p><p>Я давно не чувствовала себя такой живой.</p><p>Пытаюсь отвлечься: ставлю чайник, раскладываю купленные продукты, которые не успела</p><p>разложить по полкам. Но каждое движение дается с дурацкой улыбкой на лице. Даже думаю о том,</p><p>чтобы позвонить Ленке, но останавливаю себя. Нет, это мое. Хочу пока никому не рассказывать,</p><p>даже ей. Сохранить это чувство, мысли.</p><p>Чай почти готов, когда звонок в дверь разрывает тишину. Я вздрагиваю. Бросаю взгляд на</p><p>часы. Уже больше десяти. Кто может прийти в такой час?</p><p>Сердце колотится, как бешеное, когда иду к двери. Воображение рисует тех, кто мне угрожал.</p><p>Что я могу против них сделать? Только слушать… и обещать. Только вот станут ли они верить</p><p>обещаниям?</p><p>Заглядываю в дверной глазок и вижу там Дашу. В первые секунды кажется, что мне мерещится,</p><p>но нет, она правда стоит на лестничной площадке. Бледная, взволнованная, она осматривается</p><p>по сторонам и моя первая мысль не впускать ее отметается. Я не рада ее видеть, я даже не</p><p>рада ее знать, черт возьми, но я не настолько жестока, чтобы оставить нервную беременную</p><p>девушку за дверью.</p><p>Открываю. Она смотрит на меня покрасневшими глазами. То ли плакала, то ли не спала. Может,</p><p>ей тоже угрожают? Кто-то узнал про нее и…</p><p>Или приходили. Могли ведь приходить к ней домой и узнать о ней.</p><p>— Снова ты? — вырывается у меня, и радость последних часов осыпается к ногам пеплом.</p><p>— Мне нужно поговорить, — голос ее дрожит. — Пожалуйста, Ольга. Я больше не знаю, к кому</p><p>идти.</p><p>Я замираю, но все же отступаю, позволяя ей войти. Она садится на край дивана в гостиной,</p><p>словно сил больше ни на что не осталось.</p><p>— Что случилось? — спрашиваю холодно.</p><p>Она сжимает руки в замок и поднимает на меня взгляд:</p><p>— Я узнала кое-что о Глебе. Он звонил. Вернее… был звонок, но не мне. Его знакомый сказал,</p><p>что Глеб скрывается. Что он хотел, чтобы я знала: он не бросил меня и не сбежал. Что… он</p><p>вернется, когда сможет.</p><p>Я замираю, в голове сразу рой мыслей. Звонок, знакомый, слова про возвращение… Что это?</p><p>Попытка связаться или очередная манипуляция?</p><p>— Зачем ты пришла ко мне с этим? — наконец выдыхаю. — Я рада, что Глеб к тебе вернется.</p><p>Когда это произойдет, не забудь напомнить ему про долги, которые теперь навешивают на меня.</p><p>— Я… — она теряется, явно застигнутая врасплох.</p><p>Мне же некогда корчить из себя добренькую. У меня своя жизнь, и я хочу избавиться от</p><p>призраков прошлого, а не пускать их в квартиру каждый раз, когда они появляются на пороге.</p><p>— Ольга, я… мне страшно очень. Вдруг у него там все плохо? Вдруг ему… он… может, все</p><p>небезопасно?</p><p>Уверена, если бы не тот амбал и записка, я бы посочувствовала Даше и бывшему мужу,</p><p>наверняка, тоже. Но я напугана не меньше. Меня встретили по пути домой и сказали дать денег.</p><p>А я их даже не брала.</p><p>— Глеб обещал, что будет рядом. А теперь я одна. И… — она морщится, словно от боли, но</p><p>быстро берет себя в руки: — Я не знаю, что теперь. У меня… закончились деньги.</p><p>Просто прекрасно.</p><p>— Послушай, мне тоже угрожали. У меня требовали вернуть деньги и даже дали срок.</p><p>— И что вы? — смотрит на меня с интересом. — Дадите?</p><p>— Нет, конечно. Таким людям нельзя платить и, у меня нет таких денег.</p><p>Она тяжело вздыхает, и я впервые замечаю, что все это время она держится за низ живота.</p><p>— У тебя все в порядке?</p><p>— Я… да. Просто болит немного. Тянет и…</p><p>Она замолкает, кривясь, и я начинаю подозревать, что у нее схватки.</p><p>— Воды не отходили?</p><p>— Что? Нет! Еще рано. Еще три недели до поставленного срока.</p><p>— Всякое бывает. И раньше рожают.</p><p>— Нет, я… не готова без Глеба. Мы вместе собирались, он должен был присутствовать.</p><p>Она снова морщится, и я понимаю, что дела плохи, потому что интервал схваток не такой уж и</p><p>большой. Ухожу на кухню, беру телефон и вызываю скорую.</p><p>— Зачем вы? — спрашивает обеспокоено. — Все в порядке. Мне бы обезболивающего.</p><p>— Тебе нельзя.</p><p>— Нельзя? — удивляется.</p><p>Господи.</p><p>— Садись, — указываю ей на диван. — Постарайся расслабиться, скорая должна приехать быстро.</p><p>Она послушно садится, откидывается на спинку.</p><p>— Как давно болит?</p><p>— С обеда, наверное.</p><p>С обеда. И она даже не подумала пойти в больницу.</p><p>— Кажется… — ее дыхание сбивается, — кажется, началось…</p><p>Она морщится и вскрикивает, а я не знаю, что делать. Точнее, знаю, но это последнее, что я</p><p>бы хотела. С ней должен возиться Глеб. И врачи. А я… я тоже врач. Об этом я как-то резко</p><p>вспоминаю и подхожу к ней. Беру секундомер, замеряю амплитуду между схватками и понимаю, что</p><p>время еще есть. Немного, но здесь она рожать точно не будет.</p><p>И все же, нервничаю. Я врач, я знаю, что делать в случае чего, но отчаянно хочется</p><p>выставить ее за дверь и оставить там дожидаться скорую. Но данная клятва не позволит,</p><p>конечно.</p><p>К счастью, в дверь звонят. Я бросаюсь открывать и пропускаю ребят в белых халатах. Они</p><p>проходят, осматривают ее. Она бледнеет на глазах, держится за живот.</p><p>— Вы поедете с ней? — спрашивает приехавший парень.</p><p>— Я…</p><p>— Ольга, пожалуйста, — скулит она. — У меня больше никого нет.</p></section><section><title><p>Глава 41</p></title><p>Не знаю, что мною в тот момент движет, но я киваю и выхожу вместе с ними, закрывая дверь.</p><p>Забираюсь в скорую и всю дорогу еду, пытаясь отрешиться, но то и дело обращаю внимание на</p><p>то, как Даше плохо. Я хотела пережить эти моменты, мечтала стать мамой, но… не сложилось.</p><p>А теперь их переживает другая. И носит ребенка бывшего мужа, который вот-вот появится на</p><p>свет. Но все, что я испытываю — злость на Глеба. Всеми словами его мысленно покрываю. Ну как</p><p>можно оставить беременную женщину одну? И без денег. Она вроде бы говорила, что у нее</p><p>закончились.</p><p>Пока едем, я отвлекаюсь, отрешаюсь, думаю, что не здесь. Не хочу участвовать, но из-за</p><p>гребанной сердобольности бросить ее одну тоже не могу.</p><p>— Тебе есть кому позвонить? — спрашиваю в перерыве между схватками.</p><p>Мотает головой.</p><p>— Мама? Сестра?</p><p>Снова мотает.</p><p>— Никого нет?</p><p>— Я из детдома. Подруги есть, но они не приедут.</p><p>— Почему?</p><p>— В другом городе живут. Я… недавно сюда переехала. Лучшей жизни хотела и… встретила Глеба.</p><p>Он мне помог во многом, наставником моим был и… вот. Теперь я тут.</p><p>— Давай я подругам все же позвоню. Откуда ты знаешь, что не приедут? Вдруг?</p><p>— У них… денег нет. Я одна из нашего городка сюда пробилась и жить нормально начала. Я им</p><p>фотки отправляла, хвасталась. Они завидуют все мне.</p><p>— Было бы чему.</p><p>— Тогда я думала, что было.</p><p>— А сейчас?</p><p>У нее снова схватка и она хватается руками за поручни кушетки. Я не раз видела рожениц,</p><p>поэтому почти не реагирую. И думаю, что уже не ответит, но сразу после она раздраженно</p><p>говорит:</p><p>— А сейчас я бы его задушила. Вот этими вот руками. Одну меня оставил, кобелина, бросил.</p><p>Сделал ребенка, обещал заботиться и что? Ничего.</p><p>Из нее льется поток проклятий в адрес Глеба, что я не могу назвать чем-то необычным. Такого</p><p>тоже приходилось наслушаться, пока везли на скорой рожениц. Когда боль берет верх, то</p><p>последнее, о чем думаешь, это любовь.</p><p>Приезжаем быстро. Ее забирают, но прежде она передает мне телефон и называет пароль, чтобы</p><p>я попробовала позвонить Глебу или написать.</p><p>— Пожалуйста, — говорит она. — Вдруг он узнает и… вернется.</p><p>Пока ее увозят, я сажусь на первом этаже, беру себе из автомата кофе и снимаю блокировку с</p><p>телефона. Пытаюсь несколько раз позвонить Глебу, но ничего не получается. Абонент, конечно,</p><p>вне зоны действия сети. И писать ему тоже бесполезно. Потом, когда ребенок родится, я</p><p>напишу. И рост, и вес, и пол. Может, и правда, включит телефон хотя бы на несколько минут и</p><p>увидит информацию.</p><p>Вместо Глеба смотрю, с кем еще созванивалась Даша. В контактах какие-то Юльчик и Светик. С</p><p>ними же создан чат в мессенджере. И общение у них… специфическое. Они как будто и рады за</p><p>Дашу, но пишут так, словно завидуют. Хотя… может, и правда? Кто их поймет этих</p><p>провинциальных девочек. Они ради переезда в большой город на многое готовы. Быть за</p><p>мужчиной, рожать, терпеть такое отношение, как у Глеба, например.</p><p>У нас с ним было иначе. Он никогда не влезал в сомнительные авантюры или что-то подобное, и</p><p>я никогда не думала, что такое возможно.</p><p>В конечном итоге решаю никому не сообщать ничего. Блокирую телефон и жду. Через два часа</p><p>узнаю у дежурной медсестры, что Даша родила. Девочку. Три триста. Пишу Глебу. Отправляю</p><p>сообщение с ее номера и передаю телефон через медсестру. Прошу ее доставить его по адресу и</p><p>спрашиваю, что ей может понадобиться. Покупаю все в ближайшей аптеке, отношу той же</p><p>медсестре.</p><p>— Вы родственница, да? — спрашивает. — Хотите ребеночка увидеть? Сейчас уже никого нет, я</p><p>могу устроить.</p><p>— Я… жена.</p><p>Она растерянно на меня смотрит.</p><p>— Жена мужчины, от которого она родила ребенка, — поясняю.</p><p>— А… Вы простите, я не знала.</p><p>— Ничего. Вы передайте все.</p><p>Она берет пакет, а потом, снизив голос, говорит:</p><p>— А папаша почему не помогает? Бросил? Вы этим заниматься не должны.</p><p>— Отец пропал.</p><p>— Без вести?</p><p>— Пока да. Дальше посмотрим.</p><p>Она забирает пакет и все-таки уходит, а я с осматриваюсь в поликлинике и вдруг понимаю, что</p><p>хочу вернуться. Не к своему прежнему месту работы, нет, но куда-нибудь, в хорошую приватную</p><p>клинику очень хотелось бы. Быть няней Юльки мне нравится, но быть врачом — больше. К тому</p><p>же… мне нравится просто быть с Юлькой. Не представляю себя с другим ребенком. А это</p><p>означает, что найти свое призвание в профессии няни я точно не смогу, как бы не старалась.</p><p>С чувством выполненного долга я возвращаюсь домой. Из-за позднего времени беру такси.</p><p>Доезжаю быстро, но стоит мне подняться на этаж, как я прислоняюсь спиной к стене, потому что</p><p>вижу перед дверью Глеба. Честное слово, я бы лучше того громилу увидела здесь, что меня</p><p>остановил не так давно на улице, чем вот… его.</p><p>Он сидит у моей двери, помятый, с потухшим взглядом. И одежда на нем ужасная, сношенная,</p><p>грязная.</p><p>— Что ты здесь делаешь? — спрашиваю вместо “что случилось”.</p><p>— Я… мне помощь нужна. Больше не к кому идти, Оль.</p><p>— А я чем могу помочь? — хмыкаю.</p><p>— Ты… можешь попросить у Тимура денег взаймы? Не так много. Двести миллионов. Я все верну</p><p>до копейки, мне просто нужно выбраться из мелких долгов, потому что меня все ищут.</p><p>— Немного, Глеб? — ошарашено спрашиваю. — Двести миллионов это теперь не много?</p><p>— Не важно. Поможешь? Пожалуйста… Мне правда не к кому идти. Все… отвернулись. Друзья, с</p><p>которым связывался, только денег обратно хотят. Никто, ни один в положение мое входить не</p><p>хочет. Ты одна осталась. Ты же меня… не бросишь?</p></section><section><title><p>Глава 42</p></title><p>— Ты же меня… не бросишь?</p><p>И взгляд такой, вид, как у побитой собаки, не меньше. Я поджимаю губы и смотрю на некогда</p><p>любимого человека с разочарованием.</p><p>Оказывается, так бывает.</p><p>Ты живешь с человеком, любишь его и боготворишь, а он потом в одночасье делает что-то, что</p><p>раз и навсегда тебя отворачивает. Как там говорят? Доверие заслуживается годами, а теряется</p><p>в один миг?</p><p>Этот самый “миг” наступил, когда Глеб привел к нам домой Дашу. Тогда я думала, что мой мир</p><p>рухнул, что я никогда не смогу, как и прежде, жить и доверять людям. Но вот я здесь. Стою</p><p>перед дверью квартиры, которую нашла и сняла сама, уверенная в себе и не сломленная.</p><p>И он…</p><p>Разбитый, растерянный, в непонятной одежде и с видом человека, который пережил нечто</p><p>ужасное.</p><p>А ведь из нас двоих это он предатель, а не я. Он разрушил то, что у нас было. Он захотел</p><p>жить с другой и без сожаления выставил меня на улицу. Еще и хотел оставить без ничего.</p><p>— Ты не по адресу, — говорю устало и равнодушно начинаю искать ключи в сумке.</p><p>На Глеба больше не смотрю, но замечаю краем взгляда, что он поднимается.</p><p>— Оль…</p><p>Подходит. Я отшатываюсь.</p><p>Впервые боюсь его. Наверное, если бы не все эти угрозы от его друзей и тех людей, я бы и не</p><p>подумала бояться, а теперь… кто его знает, на что он способен?</p><p>— Даша родила, — нахожусь с тем, что сказать. — Я отправила тебе сообщение. Ты не получал?</p><p>Нащупываю ключи. Перевожу взгляд на Глеба. Он смотрит на меня так, словно пытается понять,</p><p>кто такая Даша и какое он отношение имеет к тому, что она родила.</p><p>— Девочку. Дочка у тебя, поздравляю. Три триста.</p><p>Я иду к двери. Бочком, словно меня могут остановить. Но я и правда не знаю, может он или</p><p>нет. Пускать к себе в квартиру его я не хочу. Само его появление здесь, с этой просьбой</p><p>ужасает. А если я откажу? Скажу категорическое нет?</p><p>— Какая девочка, Оля? — вдруг говорит. — Ты меня слышала вообще? Мне бабки нужны. И срочно.</p><p>У меня внутри все обрывается. Холодеет от этих его слов. Я поднимаю голову, вижу</p><p>лихорадочный блеск в его глазах и понимаю, что ничего… абсолютно ничего не могу ему сейчас</p><p>сказать, кроме того, что он хочет услышать.</p><p>— Я… я спрошу. Возможно, он поможет.</p><p>— Мне нужно не возможно, — настаивает. — Оля…</p><p>Хватает меня за плечи.</p><p>— Я в дерьме, понимаешь? Я очень много должен. И я буду должен этому твоему, он, говорят,</p><p>нормальный мужик. Но им… они меня ищут. Даже сейчас могут сюда заявиться и сделать со мной</p><p>все, что угодно. Ты же не позволишь? Мы столько лет были вместе. Оленька…</p><p>Он наклоняется ко мне, я уворачиваюсь и чувствую, как он мажет губами по щеке. У меня к</p><p>горлу подкатывает тошнота.</p><p>— Не надо… пожалуйста.</p><p>Шепчу тихо, но слышимо для него. Не знаю, что делать, если не послушает. Кричать? И кто</p><p>придет на помощь? Я с соседями не успела познакомиться, даже не знаю, кто тут живет.</p><p>— Я… попрошу у Тимура, поговорю с ним.</p><p>Глеб отходит на пару шагов. Смотрит внимательно.</p><p>— Хорошо проси только. Качественно.</p><p>— Конечно. Я… могу идти?</p><p>— А что, так сильно сбежать хочешь от ненавистного мужа?                 — У тебя ребенок родился от</p><p>другой, Глеб. Ты слышал, что я сказала?</p><p>Он морщится.</p><p>— Кто родился?</p><p>— Девочка.</p><p>Господи, я с этим человеком мечтала о ребенке? Думала, что мы станем хорошей семьей?</p><p>— Как ты… влез во все это?</p><p>— Так вышло. Не рассчитал силы. Какая разница вообще? — повышает голос.</p><p>— Я просто… спросила.</p><p>— Ты хорошо проси. И не говори, что для меня, поняла? — наступает. — Если он не даст… ты</p><p>тоже попадешь, Оля. Они и тебя достанут, слышишь?</p><p>— Я… знаю. О Даше ты тоже позаботишься?</p><p>Он хмурится. Я его не узнаю. От того делового взрослого мужчины, в которого я влюбилась, не</p><p>осталось и следа. Сейчас вместо него непонятное мне существо, к которому я потеряла всякое</p><p>уважение. Я даже находиться с ним рядом не могу и спешу убежать в свою квартиру. Еще бы</p><p>отпустил. А то страшно и шаг сделать. Я много всего слышала. Ради больших денег люди шли на</p><p>немыслимые поступки.</p><p>— Она была ошибкой… — вдруг говорит он. — Все было ошибкой. Я оступился, но хочу все</p><p>исправить, если ты позволишь.</p><p>— В… в смысле?</p><p>— Давай его обведем вокруг пальца, — произносит неожиданно. — Мужика, у которого ты</p><p>работаешь. Возьмем бабла и свалим. Отдадим долг и уедем. У тебя ведь остались какие-то</p><p>деньги? На них сможем жить. Как тебе… план?</p><p>Я сглатываю. Не знаю, что отвечать. Его глаза лихорадочно блестят, на лице разыгрывается</p><p>странная улыбка. Я пячусь к стене и сжимаю ключ в руках.</p><p>— У вас все хорошо? — раздается неожиданно голос.</p><p>Глеб поворачивается на незнакомого мужчину. Я, пользуясь ситуацией, быстро открываю</p><p>квартиру и попадаю внутрь, тут же захлопывая дверь на защелку. Следом закрываю ключом.</p><p>Отхожу, глядя на деревянное полотно, по которому тут же начинают раздаваться удары.</p><p>Вздрагиваю.</p><p>— Выходи! — кричит.</p><p>— Я полицию вызову сейчас, — голос моего неожиданного спасителя.</p><p>— Пошел ты… открывай!</p><p>Снова удар по полотну. Еще и еще. Следом — дергает ручку. Я глотаю слюну, которой нет. В</p><p>груди все сжимается от страха, а потом я слышу суматоху, ругань и… все заканчивается.</p><p>В дверь тихо стучат. Я сначала думаю, что снова Глеб, но слышу тот же голос незнакомца.</p><p>— Все в порядке, он не вернется сегодня, иначе ментов вызову. Я напротив живу. Запишете мой</p><p>номер?</p><p>— Я… продиктуйте так, — прошу. — Я просто… боюсь открывать.</p><p>— Конечно.</p><p>Он диктует свой номер, а я дрожащими пальцами вбиваю цифры в телефон. Поверить не могу, что</p><p>бывший муж объявился и довел меня до трясучки.</p><p>— Спасибо вам, — благодарю своего соседа.</p><p>— Обращайтесь.</p><p>Я слышу шаги, стук двери, а затем выглядываю в глазок. На лестничной площадке никого, но</p><p>мне все равно страшно открыть дверь. Я никак не могу успокоиться и вместо того, чтобы</p><p>попробовать пойти спать, пишу Тимуру:</p><p>“Сможешь забрать меня завтра? Или… прислать машину? Я потом все объясню.”</p></section><section><title><p>Глава 43</p></title><p>Тимур</p><p>Ему долго не открывали.</p><p>Сначала Тимур даже подумал, что Оля, может быть, не дома. Ушла куда-то, но потом глянул на</p><p>часы и понял, что в два часа ночи единственное, куда она могла уйти, это в туалет. А оттуда</p><p>за десять минут, что он здесь стоял, точно уже можно было выйти.</p><p>И все же ему не открывали.</p><p>Хотя казалось, что по ту сторону он слышит дыхание.</p><p>Идиотские ощущения, совсем нереальные.</p><p>И все же Тимур решил сказать:</p><p>— Оль, это я…</p><p>По ту сторону снова тишина. Он уже собирался уйти, грузясь тем, где могла в это время</p><p>находиться она, но дверь неожиданно открылась.</p><p>Оля встречала его не в лучшем виде. Нет, выглядела она, как и обычно, но вот глаза… глаза</p><p>ее выдавали. Они смотрели так испугано, что у Тимура не осталось ни малейших сомнений в том,</p><p>зачем он приехал. Как чувствовал, когда она написала, что ехать надо посреди ночи, срочно,</p><p>не дожидаясь утра и уж точно не посылая водителя.</p><p>— Тимур… — она смотрела на него глазами, полными ужаса, и он шагнул в квартиру.</p><p>Не задумываясь, обнял ее и прижал к себе. Она дрожала, словно чего-то боялась, но чего? Что</p><p>ее, черт возьми, напугало? Что тут произошло? Они виделись совсем недавно, а такое ощущение,</p><p>что его вечность не было.</p><p>Он прижимал ее к себе и попутно оценивал обстановку. В квартире все было, как обычно.</p><p>Мебель на своих местах, ничего не разбросано и не передвинуто. Но почему тогда женщина в его</p><p>руках едва ли не билась в истерике?</p><p>— Оля, — отодвинул ее от себя, приложив усилия, потому что она никак не хотела отлипать. —</p><p>Что произошло?</p><p>— Я… Глеб приходил. Сюда.</p><p>Она вздохнула. Глубоко так, отчаянно. А Тимур скрипнул зубами. Снова он. Снова этот Глеб,</p><p>который и без того его раздражал кучей проблем, которые после себя оставил. А теперь еще и</p><p>посмел заявиться к бывшей жене. И судя по ее реакции, не цветы он ей принес. И не извинений</p><p>просил.</p><p>— За чем?</p><p>— Он…</p><p>Она вздохнула. Затем всхлипнула и отошла, видимо, думая, что ответить.</p><p>— Оля…</p><p>— Денег хотел. У него долги.</p><p>— От тебя денег?</p><p>— Почти. Он хотел, чтобы я взяла их у тебя.</p><p>А неплохо, подумал Тимур. Вместо работы можно прийти к бывшей жене и потребовать бабла у</p><p>нее. наверняка и угрожал еще, раз Оля в таком состоянии. Но это, впрочем, и не удивительно.</p><p>Повидал Тимур в свое время игроков. Их ничего не интересовало в жизни, кроме бабок и того,</p><p>как отыграться.</p><p>— Ничего такого не было, — поспешила объясниться Оля. — Он просто… я испугалась.</p><p>Она обняла себя руками, и Тимур подошел ближе. Положил сильные руки ей на плечи, сжал их</p><p>легонько и снова притянул к себе.</p><p>Внешне он оставался спокойным, но внутри его колотило от того, что кто-то посмел расстроить</p><p>его женщину. В том, что Ольга ею будет, он не сомневался. Он захотел ее с первой их встречи.</p><p>Потом держал дистанцию, но хотеть не переставал.</p><p>А теперь на горизонте появился бывший. Реальный, из плоти и крови. И с одной стороны это</p><p>хорошо, что повел он себя, как отморозок, но с другой, он ведь наверняка и по-другому может.</p><p>А Тимуру по-другому не надо. Он хотел эту женщину себе. Мысленно он ее уже десяток раз</p><p>присвоил. А в реальности торопить не хотел и терпеливо ждал. Зря, наверное. Не стоило. С</p><p>женщинами стоит вести себя определенно. И желательно не давать им выбора. По крайней мере,</p><p>Тимур так всегда действовал. И это работало. А вот с ней… захотелось по-другому.</p><p>— Ты… почему приехал? — вдруг спросила она, словно только опомнившись и осознав, что сейчас</p><p>не то время.</p><p>— Подумал, что не помешает, — ответил ей.</p><p>На деле же ему хотелось ее защитить. Укрыть от всех невзгод, показать, что жизнь бывает</p><p>другой, не такой, какой у нее она сложилась.</p><p>И пусть он ничего из ее прежних отношений не знал, ему хватило того, как с ней поступил ее</p><p>бывший. Тогда и сейчас. От такого дерьма хотелось оберегать. Потому что сам Тимур бы</p><p>никогда… никогда при живой жене не пошел бы налево. Даже если бы захотелось — не пошел.</p><p>Развелся, это да, чтобы по-честному, но чтобы просто перепихнуться. Еще и наверняка с</p><p>надеждой, что никто не узнает — нет. Потому что Тимуру всегда было плевать, кто и что</p><p>узнает. Главное, что знал бы он.</p><p>— Соберешься? Я тебя сейчас заберу.</p><p>— Но…</p><p>Она попыталась сопротивляться, но очень быстро замолчала и ушла в комнату, чтобы взять</p><p>вещи.</p><p>Зря он разрешил ей жить отдельно. Не стоило отпускать, следовало настоять на проживании в</p><p>его доме. Комнат там предостаточно, территория огромная, она при желании с ним вообще могла</p><p>не пересечься. И тогда ему не пришлось бы лететь через полгорода, чтобы убедиться, что с ней</p><p>все хорошо. Потому что к нему в дом ее бывший заявиться бы не посмел.</p><p>Пока Оля собиралась, Тимур осматривался в квартире и думал, как оставить ее у себя. Потому</p><p>что так кататься тоже не вариант. Дома Юлька. Там, конечно, охрана, но все равно. Они не</p><p>заменят ей ни отца, ни няню. Оне если проснется, не успокоится, будет нервничать. Как</p><p>типичная женщина.</p><p>Так что как только Оля вышла из комнаты, Тимур тут же взял ее рюкзак, перекинул через плечо</p><p>и двинулся к выходу. Думал, что в дороге поговорят, но они молчали. И только когда приехали,</p><p>Оля тихо-тихо сказала:</p><p>— Я не собиралась просить у тебя деньги, — она опустила голову и поджала губы. — Я просто…</p><p>поделилась тем, что произошло.</p><p>Тимур и рад ей помочь. Избавить от назойливого бывшего и всех проблем, но то, что он даст</p><p>денег, проблему не решит. Он обязательно вернется. Даст о себе знать. Такие никогда не</p><p>оставляют бывших навсегда. Они возвращаются, привыкшие, что кто-то должен помочь им с</p><p>проблемами, только вот у Оли теперь был он. И никакого бывшего в их отношения он впускать не</p><p>собирался.</p></section><section><title><p>Глава 44</p></title><p>Тимур</p><p>Найти этого дурачка оказалось проще простого. Первым делом Тимур проверил его дом, а уж</p><p>потом клинику, в которой, как ему вчера рассказала Оля, родила Даша. Он нашел его у стекла,</p><p>за которым были размещены боксы с малышами.</p><p>Припирать его к стенке здесь было бы странно, так что Тимур просто остановился чуть в</p><p>стороне, запихнул руки в карманы и принялся ждать, когда до Глеба дойдет, что он тут больше</p><p>не один.</p><p>Глеб повернулся медленно, бросил ничего не выражающий взгляд на меня и буквально за</p><p>мгновение все изменилось. В его взгляде появилось понимание.</p><p>— Неожиданно, — сказал он, быстро развернувшись обратно. — Чем обязан?</p><p>— Да вот пришел узнать, не сильно ты охренел требовать у меня бабла.</p><p>— Значит, она все тебе рассказала…</p><p>— А ты как думал? Оля стащит бабки у меня из сейфа или что? Или скажет, что платье</p><p>присмотрела за двести мультов?</p><p>— Никак не думал, — признался.</p><p>Оно и понятно, что никак, но вслух Тимур этого не произнес.</p><p>— Денег я не дам, ищи другие варианты.</p><p>— Я ее не отдам, — услышал Тимур неожиданно, когда как раз собирался уйти.</p><p>Хотелось ему начистить рожу, пригрозить, но Тимур потом понял, что он и так, как побитая</p><p>собака и во всем этом нет никакого смысла. Но неожиданно пришлось остановиться, развернуться</p><p>и посмотреть на Глеба как на умалишенного. Что он сказал? Не отдаст ее?</p><p>— Не понял?</p><p>— Олю… верну ее.</p><p>— Ну пробуй…</p><p>Бросил равнодушно, хотя у самого внутри все колотило. Врезать ему все-таки, что ли. Не</p><p>здесь, но на улице-то можно.</p><p>— Ты думаешь, не получится? — хмыкнул. — Она меня любит до сих пор, я уверен.</p><p>— А ребенок?</p><p>— Да вот смотрю я… и не понимаю, зачем он мне.</p><p>— А Оля, значит, нужна?</p><p>— Нужна…</p><p>— И ты надеешься, что я тебе двести мультов дам в обмен на то, чтобы ты к ней не лез?</p><p>Тимуру вдруг стало смешно. Он в жизни ни разу баб не покупал, а уж за двести лямов, так тем</p><p>более.</p><p>— Не… не за двести. За двести пятьдесят.</p><p>— Долг за сутки вырос?</p><p>— Нет, просто на дело мне бабки тоже нужны. Придется ведь с нуля все начинать.</p><p>Откуда столько уверенности и гонору, Тимур не понимал, но повеселил Глеб его очень.</p><p>— Ну начинай… — хлопнул его по плечу. — Удачи.</p><p>— Я ведь не шучу, — вслед ему бросил.</p><p>Проигнорировав его напрочь, покинул больницу. План у него был простой. Оставить Олю у себя</p><p>и присмотреть за ней, пока этот полоумный не порешает свои проблемы без нее. Где именно он</p><p>возьмет бабки и как будет выкручиваться Тимура не волновало. Он давно утратил чувство</p><p>сострадания к людям.</p><p>Но волновало то, что он мог “потерять контроль». Ведь именно это чувство начинало</p><p>подниматься в нем, когда речь зашла о ней.</p><p>Тимур привык решать вопросы быстро: деньги, связи, нужные люди — все под рукой. Но то, что</p><p>связано с ней, выходило за рамки привычного. Впервые за долгое время он хотел не просто</p><p>закрыть проблему, а выжечь ее дотла, чтобы она никогда больше не вернулась.</p><p>Глеб. Долги. Эти шакалы, которые думали, что могут надавить на женщину, только потому что</p><p>она одна.</p><p>Тимур видел, в каком состоянии Оля была вчера. Дрожащая, бледная, с глазами загнанного</p><p>зверька. И знал: если он хоть на минуту даст слабину и оставит ее одну, они снова придут.</p><p>Или он сам придет. А этого он допустить никак не мог.</p><p>Сегодняшнее происшествие все расставило по местам. Глеб перешел черту. Решил сунуться в ее</p><p>жизнь напрямую. И Тимур ясно дал понять: теперь она под его защитой.</p><p>Возможно, он сказал слишком много, когда признался ей, что она ему нравится. Но это не</p><p>пустые слова. Он ведь не мальчишка, чтобы играть в намеки. Если женщина ему нужна — она</p><p>будет рядом. Так было всегда. Но Оля… с ней было иначе. Хотелось не просто взять, силой, как</p><p>он умел и привык, а убедить, доказать, дать ей время. Хотя время — то, чего у них может и не</p><p>быть.</p><p>По возвращению Тимур зашел к себе в кабинет, налил виски и сел в кресло, уставившись в одну</p><p>точку. Перед глазами стоял Глеб — жалкий, потерянный, но все еще верящий, что он может</p><p>что-то вернуть. Вернуть её. Вернуть нормальную жизнь. Но таких, как он, жизнь перемалывает.</p><p>И чем дальше он будет тянуть, тем глубже вязнуть.</p><p>А Оля… она не должна тонуть вместе с ним.</p><p>Тимур достал телефон и набрал номер из быстрого набора.</p><p>— Проследите за ним, — отдал короткий приказ своему безопаснику. — Куда ходит, с кем</p><p>встречается. И держите меня в курсе.</p><p>Если Глеб попытается еще раз приблизится к ней, разговор будет совсем другим. Виски обожгло</p><p>горло, но мысли прояснились. Он, наконец, понял, к чему стремится и чего хочет. Осталось это</p><p>реализовать. Без принуждения, как ему еще не приходилось. Да и с принуждением тоже, не</p><p>особо-то и приходилось, потому что обычно женщины сами шли к нему, просили защиты и с</p><p>удовольствием ее принимали. А Оля… другая. Но и ей придется показать ту сторону, о которой</p><p>он умалчивал. Только так она будет в безопасности.</p><p>И все же, он надеялся все решить иначе. Поговорить с ней и уговорить. Вот только… стоило</p><p>ему лишь сказать, что с сегодняшнего дня она живет у него и не возвращается домой, как она</p><p>возмутилась.</p><p>— Я благодарна тебе за твою помощь, но нет… я должна как-то существовать сама, а не жить</p><p>здесь.</p><p>Тимур лишь сжал челюсти. То выпитое виски в кабинете сильно помогало теперь в разговоре. Он</p><p>попытался привести доводы спокойно:</p><p>— Выхода нет, — сказал. — Некоторое время придется пожить здесь, чтобы убедиться, что ты в</p><p>безопасности. Глеб и те люди, которым ты должна, не оставят тебя в покое просто так.</p><p>— Нет, — сказал четко и развернулась к дверям. — Мое рабочее время окончено, спасибо.</p><p>— И все же, ты меня не поняла, Оля, — прилетело ей вслед.</p><p>Через минуту перед ней выросли охранники и ей пришлось остановиться.</p><p>— Если я сказал, что ты остаешься, значит, ты остаешься. Без возражений.</p></section><section><title><p>Глава 45</p></title><p>Я оборачиваюсь на его голос — низкий, спокойный, но в без тени просьбы. Только приказ.</p><p>Именно это в нем пугает больше всего.</p><p>Взгляд скользит к охранникам. Двое здоровых мужчин стоят в дверях и смотрят так, будто одно</p><p>мое лишнее движение — и они выполнят распоряжение хозяина. Я не сомневаюсь ни секунды:</p><p>выполнят. Удержат, закроют дверь, не дадут выйти.</p><p>— Тимур, — я стараюсь, чтобы голос звучал ровно, хотя внутри все кипит. — Ты не имеешь</p><p>права меня удерживать.</p><p>— Имею, — отвечает он спокойно, будто речь идет не обо мне, а о какой-то вещи, которую</p><p>просто переставили из одной комнаты в другую. — Пока на тебя идет охота, ты останешься</p><p>здесь.</p><p>— Это не мое решение, — я упрямо делаю шаг назад, к охранникам, которые, уверена, уже стоят</p><p>наготове. — Я сама разберусь.</p><p>— Ты не понимаешь, — он поднимается с кресла и смотрит так, что я автоматически замираю. —</p><p>Они не будут слушать твоих слов. Они придут. И если я дам тебе уйти, через пару дней ты</p><p>будешь сидеть в своей квартире с мешком на голове.</p><p>У меня внутри все сжимается. Он говорит это так спокойно, что я почти вижу эту картину. И</p><p>она меня пугает до чертиков. Но и он… он тоже меня пугает, господи.</p><p>Я вдруг четко понимаю, что понятия не имею, кто передо мной. Я не знаю Тимура. Такого не</p><p>знаю. Он для меня отец Юльки, владелец ресторанного бизнеса, очень богатый и недосягаемый.</p><p>Но теперь… теперь он предстает передо мной совсем в другом свете.</p><p>— Я не вещь, Тимур, — выдыхаю. — И не твоя собственность.</p><p>Он подходит ближе, и его тень падает на меня. Его ладонь оказывается рядом с моим лицом —</p><p>не касается, но я чувствую тепло, и это выводит меня из равновесия сильнее, чем все его</p><p>охранники вместе взятые. Он поправляет мои волосы, и я дергаюсь, как от пощечины.</p><p>— Ты права, — произносит он тихо. — Ты не вещь. Но ты женщина, которая мне нужна. А нужных</p><p>женщин я не отпускаю. Не позволяю им себе навредить. Это ненадолго, — добавляет он уже</p><p>мягче. — Просто побудь здесь. Дай мне время разрулить ситуацию.</p><p>Я прикусываю губу и отворачиваюсь. Внутри все кипит: злость, страх, растерянность. Хочется</p><p>по-детски топнуть ногой и сказать, что я ни за что не буду слушаться, но проблема в том, что</p><p>мы не дети, а это не песочница. Тут другие игры. Взрослые. И я не хочу в них играть.</p><p>Когда понимаю, что меня отсюда не выпустят, упрямо ухожу в комнату, закрываюсь изнутри и</p><p>падаю на кровать. В потолок смотреть легче, чем думать. Но мысли все равно лезут. Он сказал</p><p>— нужна. Так спокойно, будто это решает все. Но что будет завтра? Что будет, когда он</p><p>разберется с Глебом, с этими людьми? Вернусь ли я к своей жизни? Или у меня уже не будет</p><p>выбора, потому что он сделал свой?</p><p>Ночью уснуть не получается. Я не спускалась, чтобы поужинать, потому что не хотела с ним</p><p>встречаться и сказал Юльке, что заболела. И теперь не могу уснуть, потому что в животе</p><p>урчит, а во рту скапливается слюна.</p><p>Я все-таки поднимаюсь с кровати, набрасываю махровый халат и открываю двери, выглядывая в</p><p>коридор. Там тихо и никого нет, так что я решаю выбраться из комнаты и спуститься на кухню.</p><p>Я иду медленно, словно воришка. Крадусь к кухне, открываю холодильник и выкладываю остатки</p><p>ужина. Решаю не разогревать, чтобы не было лишнего шума и уже когда собираюсь поесть, слышу</p><p>неожиданное:</p><p>— Может, стоит воспользоваться микроволновкой?</p><p>Я вздрагиваю так сильно, что едва не роняю тарелку.</p><p>— Господи! — вырывается у меня слишком громко, и я тут же замираю, боясь разбудить Юльку. —</p><p>Ты… ты специально пугаешь?</p><p>Тимур стоит в дверях, облокотившись на косяк, без пиджака, в расстегнутой рубашке. Свет из</p><p>холодильника падает на его лицо, делая его одновременно опасным и каким-то… домашним.</p><p>— Нет, — отвечает спокойно. — Но ты ходишь довольно громко.</p><p>Я отворачиваюсь, делаю вид, что меня интересует только тарелка. Сажусь за стол, стараюсь</p><p>есть молча, но его взгляд буквально прожигает кожу.</p><p>— Что? — не выдерживаю.</p><p>— Голодная, — произносит он так, будто констатирует диагноз. — Нервничаешь, не ешь, не</p><p>спишь. Ты же сама себя загоняешь.</p><p>— А ты помогаешь, — огрызаюсь я. — Прекрасно умеешь превращать жизнь в клетку.</p><p>Он делает шаг ближе, и мне кажется, что кухня становится меньше. Сужается до его размеров.</p><p>Сейчас, когда он так близко, мне кажется, что здесь места и хватит-то только для меня и</p><p>него.</p><p>— Клетка — это твоя квартира, Оля, — его голос низкий, спокойный, но в нем звенит сталь. —</p><p>Там тебе неизвестно, чего ждать. А здесь ты защищена.</p><p>— Защищена или пленена? — спрашиваю я, поднимая на него взгляд.</p><p>Он молчит, а потом подходит ближе, садится напротив. Локти кладет на стол, пальцами</p><p>касается стакана с водой, который стоит между нами, отпивает.</p><p>— Оля… я делаю это не для того, чтобы потешить свое самолюбие или что-то в этом роде.</p><p>— А для чего?</p><p>— Я хочу тебя защитить. Ты мне нравишься. И мне невыносимо думать, что кто-то может тебе</p><p>навредить, а я могу помочь, но ничего не делаю. Я все ждал, когда же ты сама поймешь. Но,</p><p>похоже, ждать я больше не хочу.</p><p>Он поднимается из-за стола и встает совсем рядом. Я чувствую его дыхание, запах его</p><p>парфюма, и меня бросает то в жар, то в холод.</p><p>— Мне надоело ждать, — шепчет он, и в его глазах нет ни капли сомнения.</p></section><section><title><p>Глава 46</p></title><p>Его слова повисают в воздухе между нами. "Мне надоело ждать".</p><p>Я смотрю на него снизу вверх, и сердце колотится так громко, что кажется, он должен это</p><p>слышать. Тимур стоит слишком близко, его руки лежат на столе по обеим сторонам от меня,</p><p>окутывая меня со всех сторон, как в кокон. И я действительно чувствую себя в ловушке — не</p><p>только здесь, на этой кухне, но и вообще в его доме, в его жизни.</p><p>— Тимур... — начинаю, но он наклоняется ближе.</p><p>— Не думай сейчас, — его голос тихий, хриплый. — Просто... позволь мне.</p><p>Что именно позволить я не понимаю. Ровно до того момента, пока его губы не касаются моих. Я</p><p>замираю. Застываю изваянием и оцениваю, насколько опасной является ситуация.</p><p>Его мягкий, осторожный поцелуй сбивает меня с толку. Совсем не этого я ожидала от человека,</p><p>который час назад приставил ко мне охрану. Он не принуждает. Целует с напором, но оставляет</p><p>частичку свободы и выбора. И это обескураживает еще сильнее.</p><p>Поначалу я не отстраняюсь. А потом попросту не могу. Слишком долго я была одна, слишком</p><p>долго никто так меня не целовал. Мои руки непроизвольно скользят по его груди. Я чувствую</p><p>под ладонями твердые мышцы и учащенное дыхание. Такое же, как и мое. В унисон.</p><p>Когда он отстраняется, я открываю глаза и вижу в его взгляде что-то, чего раньше не</p><p>замечала. Уязвимость. Словно под всей этой уверенностью и властностью скрывается человек,</p><p>который тоже чего-то боится.</p><p>— Я не знаю, кто ты, — шепчу я. — Я думала, что знаю, но...</p><p>— Я тот же, кем был вчера, — отвечает он, но в его голосе я слышу что-то еще. — Просто ты</p><p>видишь больше.</p><p>— И что я вижу? — спрашиваю, хотя боюсь ответа.</p><p>Он молчит несколько секунд, его пальцы касаются моей щеки.</p><p>— Человека, который не привык проигрывать. И который не собирается проигрывать тебя.</p><p>Дрожь пробегает по спине. Это не романтическое признание — это предупреждение. Или</p><p>обещание. Или угроза. Я не могу понять. Он меня запутывает. В один момент я хочу ему</p><p>довериться, а в другой убежать.</p><p>— А если я не хочу быть выигрышем в твоей игре?</p><p>Его рука замирает у моего лица.</p><p>— Тогда придется тебя переубедить, — говорит он просто, словно обсуждает погоду.</p><p>Я резко встаю, стул скрипит по полу. Отхожу к окну, обхватываю себя руками. На улице темно,</p><p>и стекло отражает нас обоих — меня, съежившуюся у окна, и его, неподвижно стоящего у стола.</p><p>— Ты меня пугаешь, — признаюсь честно.</p><p>— Знаю, — в его голосе нет сожаления. — Но я не позволю тебе пострадать. Даже если для</p><p>этого придется тебя напугать.</p><p>Я оборачиваюсь к нему.</p><p>— И как долго это будет продолжаться? Сколько времени я буду твоей... пленницей?</p><p>— Пока не разберусь с твоими проблемами.</p><p>— А потом?</p><p>Он подходит ближе, и я инстинктивно прижимаюсь спиной к холодному стеклу.</p><p>— А потом ты сама решишь, хочешь ли остаться.</p><p>— А если не захочу?</p><p>— Нет такого варианта, — говорит он с такой уверенностью, что у меня перехватывает дыхание.</p><p>Мы стоим так, глядя друг на друга, и воздух между нами словно наэлектризован. Я чувствую</p><p>притяжение — физическое, непреодолимое. Но одновременно каждая клеточка моего тела кричит об</p><p>опасности.</p><p>Он делает еще шаг, протягивает руку, но не касается меня.</p><p>— Я не хочу, чтобы ты меня боялась, Оля.</p><p>— Но я боюсь, — шепчу я.</p><p>Его телефон вибрирует. Он бросает на экран раздраженный взгляд, но все же отвечает.</p><p>— Да? — голос резко меняется, становится холодным, деловым. — Понял. Жди.</p><p>Он кладет телефон на стол, и его лицо превращается в каменную маску человека, который узнал</p><p>плохие новости.</p><p>— Что-то случилось?</p><p>— Твой бывший муж снова объявился. На этот раз — у школы Юли.</p><p>— Что?!</p><p>Я сглатываю. Несколько раз в неделю у Юли занятия в интеллектуальной частной школе. Она</p><p>огорожена высоким забором и там есть охрана, но стоит мне только представить, что может</p><p>произойти, как внутри все сжимается. Я видела решимость в глазах бывшего мужа и уверена, что</p><p>если не получится действовать через меня, он найдет другой путь. Нет более опасного</p><p>человека, чем тот, кто беспокоится о своей жизни. А беспокоиться ему есть о чем. Те люди… не</p><p>оставят его в покое. И нас тоже не оставят. Им без разницы, из кого выбивать деньги, лишь бы</p><p>они были у них в карманах.</p><p>— Он не заходил внутрь, просто стоял у ворот. Охранник его прогнал, но... — он смотрит на</p><p>меня так, словно это я во всем виновата. — Теперь он знает, где учится моя дочь.</p><p>Я опускаюсь на стул, ноги больше не держат.</p><p>— Боже мой... Тимур, я не думала, что он...</p><p>— Не сомневаюсь, — его голос становится жестче.</p><p>Слова бьют больнее пощечины.</p><p>— Что ты имеешь в виду?</p><p>Он тяжело вздыхает, засовывает руки в карманы и хмурится. Его глухое дыхание разносится по</p><p>комнате.</p><p>— Я хочу решить эту проблему, Оля. Юля – моя дочь. И Глеб переступил черту, объявившись</p><p>там.</p><p>— Что ты собираешься делать?</p><p>— То, что нужно, — отвечает он, и я понимаю: вот он, настоящий Тимур.</p><p>Не заботливый отец, не нежный мужчина, который целовал меня минуту назад. Вернулся тот,</p><p>кого мне стоит бояться.</p><p>— Тимур... — голос дрожит.</p><p>Не знаю, что собираюсь его просить. Не трогать Глеба или, наоборот, доходчиво ему</p><p>объяснить, что некоторые линии пересекать не стоит.</p><p>И уходит, оставляя меня одну на кухне с пониманием того, что я понятия не имею, во что</p><p>ввязалась.</p></section><section><title><p>Глава 47</p></title><p>Я не могу уснуть до поздней ночи. Лежу в постели и прислушиваюсь к каждому звуку. Где-то</p><p>здесь, в этом доме, живет своей жизнью человек, который может оказаться гораздо опаснее всех</p><p>тех, от кого он меня защищает. Лишь под утро забываюсь и проваливаюсь в сон, но просыпаюсь</p><p>от хлопка двери.</p><p>Это Юлька. Она всегда открывает окно в комнате и это создает сквозняк с отырытым окном в</p><p>коридоре. От этого с оглушающим грохотом стучит дверь. Слышу, как она шлепает босыми ногами</p><p>по коридору, и сердце сжимается. Она же не знает, что вчера ее отца чуть не довели до точки</p><p>кипения из-за того, что какой-то незнакомец стоял у ее школы.</p><p>Я встаю, наспех одеваюсь и спускаюсь готовить завтрак. На кухне еще никого нет. Юлька</p><p>наверняка в ванной чистит зубы. Чтобы отвлечь себя от мыслей — приступаю к готовке, а чтобы</p><p>взбодриться — запускаю кофемашину на двойной эспрессо.</p><p>— Доброе утро, — Юлька появляется на кухне с растрепанными волосами, расческой в одной руке</p><p>и резинкой в другой. — Поможешь? Никак не получается сделать хвост.</p><p>— Конечно.</p><p>Усаживаю ее на стул, связываю волосы в высокий хвост. Она довольно улыбается и тянет носом.</p><p>— Что готовишь?</p><p>— А то ты не знаешь!</p><p>— Кокосовые блинчики.</p><p>— Именно!</p><p>Я была уверена, что Юлька узнает запах.</p><p>Я достаю тарелку и выкладываю первую порцию, которая улетает буквально за минуту.</p><p>После завтрака идем собираться, потому что у Юльки занятия, а мне нужно отвлекаться, чтобы</p><p>не думать, в каком положении я оказалась. С какой стороны не посмотри, я в западне.</p><p>Мы выходим вместе. Юлька поправляет рюкзак на плече, я — сумочку. Охранник у входа, при</p><p>виде нас, вежливо, но твердо объясняет, что у него есть распоряжения никого не выпускать.</p><p>— Но… у Юли расписание и… — пытаюсь я.</p><p>— Все отменено до дальнейших распоряжений, — отвечает. — Пожалуйста, вернитесь в дом.</p><p>Я перевожу растерянный взгляд с охранника на Юлю и вдруг понимаю, что она совсем не</p><p>удивлена и не обеспокоена.</p><p>— Такое происходило раньше, верно?</p><p>— Да. И не раз. Папа часто отменяет мои занятия, если считает, что это может быть опасно.</p><p>Интересно, он объясняет дочери, почему это может быть опасно или просто запирает клетку и</p><p>набрасывает накидку, считая, что оберегая от опасного мира, а на самом же деле только делает</p><p>мишень привлекательней.</p><p>Мы возвращаемся в дом, и я чувствую, как нарастает раздражение. Не на Юльку, конечно, а на</p><p>ее отца, который принимает решения за всех, даже не удосужившись объяснить причины.</p><p>— Юль, а долго обычно длятся такие… каникулы? — спрашиваю, стараясь говорить легко.</p><p>— По-разному. Иногда день, иногда неделю. А один раз мы вообще месяц никуда не выходили из</p><p>дома.</p><p>— Месяц? — не могу скрыть удивления.</p><p>— Ага. Тогда приходили какие-то дяди к папе. Говорили долго, а потом папа сказал, что нам</p><p>опасно выходить. Мне было скучно, но зато няня тогда была хорошая. Мы с ней рисовали и</p><p>книжки читали.</p><p>— А где она теперь?</p><p>Юлька пожимает плечами.</p><p>— Уехала. Папа сказал, что она больше не нужна, потому что есть ты.</p><p>Что-то холодное проползает по спине. Помнится, Тимур говорил совершенно другие вещи.</p><p>Например, то, что это Юля хотела меня в няни.</p><p>Я начинаю понимать, что жизнь в этом доме строится по правилам, которые мне еще предстоит</p><p>изучить. И правила эти может устанавливать только один человек.</p><p>— Оля, — Юлька дергает меня за рукав. — А ты останешься надолго?</p><p>— Не знаю, солнышко.</p><p>— А я хочу, чтобы ты осталась. С тобой интереснее, чем с нянями. И папа улыбается чаще,</p><p>когда ты рядом.</p><p>Сердце сжимается. Эта девочка уже привыкла ко мне, привязалась. А я даже не знаю, что со</p><p>мной будет завтра.</p><p>Мы проводим день дома. Играем, смотрим фильмы, готовим обед. Юлька рассказывает мне о своих</p><p>подругах, о том, как скучает по занятиям фехтования, о том, что хочет завести котенка, но</p><p>папа против.</p><p>— Он говорит, что животные — это большая ответственность, — объясняет она. — И что у него и</p><p>так много забот.</p><p>— А ты что думаешь?</p><p>— Я думаю, что папа просто не хочет, чтобы я о ком-то еще заботилась, кроме него.</p><p>Из уст шестилетнего ребенка это звучит пугающе взросло.</p><p>Тимур возвращается к вечеру. Я слышу звук его машины и чувствую, как напрягаюсь. Весь день</p><p>я обдумывала вчерашний разговор, его слова, то, как он смотрел на меня. И до сих пор не могу</p><p>понять, чего от него ждать.</p><p>— Папа! — Юлька бросается к нему, как только он входит в дом.</p><p>Он поднимает ее на руки, кружит, и на его лице появляется настоящая, теплая улыбка. В такие</p><p>моменты он выглядит совершенно обычным отцом, который любит свою дочь.</p><p>— Как дела, принцесса? Скучала?</p><p>— Скучала. Но с Олей было весело. Мы готовили печенье, и она показала мне, как делать</p><p>фигурки из теста.</p><p>Его взгляд находит меня. Я стою у входа в гостиную и пытаюсь считать выражение его лица.</p><p>— Спасибо, — говорит он мне. — За то, что развлекала ее.</p><p>— Это моя работа, — отвечаю сухо.</p><p>Что-то такое мелькает в его глазах. То ли разочарование, то ли раздражение?</p><p>— Иди умывайся, Юля, — говорит он дочери. — Скоро ужин.</p><p>Когда Юлька убегает наверх, мы остаемся одни. Тимур снимает пиджак, вешает его на спинку</p><p>стула. Движения спокойные, неспешные, но я чувствую исходящее от него напряжение.</p><p>— Как прошел день? — спрашивает он.</p><p>— Нормально. Если не считать того, что мы в заточении.</p><p>— Оля...</p><p>— Она спросила, останусь ли я надолго, — перебиваю я. — Что мне было ей ответить? Что я</p><p>сама не знаю, на что способен ее отец?</p><p>Он подходит ближе, останавливается прямо передо мной.</p><p>— Я способен на многое, чтобы защитить тех, кто мне дорог.</p><p>— А кто решает, нужна ли им эта защита?</p><p>— Иногда приходится решать за других.</p><p>— Особенно когда "другие" — это женщины и дети, да?</p><p>Его челюсть напрягается.</p><p>— Что ты имеешь в виду?</p><p>— То, что ты привык контролировать. Юлю запираешь дома, как только чувствуешь опасность.</p><p>Меня держишь здесь против моей воли. Няню уволил, как только я появилась. Ты принимаешь</p><p>решения за всех, даже не спрашивая их мнения.</p><p>— Это называется забота..</p><p>— Нет, Тимур. Это называется контроль, — я делаю шаг назад, чувствуя, как закипает злость.</p><p>— Забота выглядит иначе.</p><p>Мы смотрим друг на друга, и воздух между нами накаляется. Я вижу, как что-то меняется в его</p><p>взгляде — появляется та самая твердая решительность, которая меня пугает.</p><p>— Знаешь, что самое интересное? — говорит он тихо. — Ты злишься на меня за то, что я делаю</p><p>именно то, чего тебе не хватало в браке.</p><p>— Что?</p><p>— Защиты. Внимания. Готовности бороться за тебя. Твой муж сдал тебя при первой же угрозе, а</p><p>я готов идти до конца.</p><p>Его слова попадают в цель, и это бесит меня еще больше.</p><p>— Не смей анализировать мой брак, — шиплю возмущенно.                 — Почему? Потому что я прав?</p><p>Я разворачиваюсь, чтобы уйти, но он хватает меня за руку.</p><p>— Отпусти, — требую я.</p><p>— Нет, — его голос становится жестче. — Мы закончим этот разговор.</p><p>— Мне не о чем с тобой говорить.</p><p>— А мне есть, — он поворачивает меня к себе, и теперь мы стоим слишком близко. — Я пытаюсь</p><p>быть терпеливым, Оля. Но терпение тоже имеет пределы.</p><p>— Ты что, угрожаешь мне?</p><p>— Я объясняю ситуацию, — его рука перемещается к моему лицу, пальцы касаются щеки. — Ты</p><p>можешь злиться сколько угодно. Можешь ненавидеть меня за то, что я делаю. Но ты останешься</p><p>здесь. И рано или поздно поймешь, что я прав.</p></section><section><title><p>Глава 48</p></title><p>— А если не пойму? — спрашиваю я, глядя ему в глаза.</p><p>Его большой палец скользит по моей губе, и я вздрагиваю от неожиданной нежности этого</p><p>жеста.</p><p>— Поймешь, — шепчет он с той же уверенностью, которая одновременно притягивает и</p><p>отталкивает. — Потому что в глубине души ты уже знаешь, что я прав.</p><p>И наклоняется ко мне. Его губы касаются моих, и весь мир исчезает. Поцелуй жадный,</p><p>требовательный, полный всего того, что он не может выразить словами. Я чувствую, как таю под</p><p>его прикосновениями, как сопротивление медленно покидает меня.</p><p>Его руки обхватывают мою талию, прижимают к себе, и я понимаю, что проигрываю. Проигрываю в</p><p>этой игре, правила которой мне неизвестны.</p><p>Когда мы отстраняемся, оба тяжело дышим. Его глаза темные, почти черные.</p><p>— Оля...</p><p>— Не говори ничего, — шепчу я. — Просто... не говори.</p><p>Потому что любые его слова сейчас будут неправильными. А мне нужно время, чтобы понять, что</p><p>происходит между нами.</p><p>— Папа, ужин готов? — голос Юльки с лестницы разрывает момент.</p><p>Мы резко отстраняемся друг от друга. Тимур проводит рукой по волосам, я поправляю блузку</p><p>дрожащими пальцами, словно с ней произошло что-то из ряда вон выходящее.</p><p>— Да, солнышко, сейчас накрываем, — отвечает он, не сводя с меня глаз.</p><p>Ужин проходит в напряженной тишине. Юлька болтает о своих планах на завтра, но мы с Тимуром</p><p>почти не разговариваем. Я чувствую его взгляд на себе и стараюсь не поднимать свой от</p><p>тарелки. Но и есть особо не хочется.</p><p>После ужина Тимур идет укладывать Юльку спать, а я убираю на кухне, пытаясь привести мысли</p><p>в порядок. Что со мной происходит? Почему я поддаюсь его влиянию, когда он говорит такие</p><p>собственнические вещи, от которых внутренности сводит?</p><p>— Оля, — его голос заставляет меня обернуться.</p><p>Он стоит в дверях кухни, опираясь плечом о косяк. Без пиджака, с расстегнутой на пару</p><p>пуговиц рубашкой. Взгляд непроизвольно скользит туда, куда не должен.</p><p>— Юлька уснула?</p><p>— Нет, читает. Попросила еще полчаса.</p><p>Мы смотрим друг на друга, и снова возникает это напряжение, эта наэлектризованность в</p><p>воздухе.</p><p>— Мне нужно кое-что тебе показать, — говорит он наконец.</p><p>— Что?</p><p>— Поднимись ко мне в кабинет. Через десять минут.</p><p>И уходит, не дожидаясь ответа.</p><p>Я стою посреди кухни и пытаюсь решить, идти или нет. Любопытство побеждает осторожность.</p><p>Через десять минут я поднимаюсь на второй этаж. Его кабинет находится в конце коридора.</p><p>Дверь приоткрыта, изнутри льется мягкий свет настольной лампы.</p><p>— Заходи, — говорит он, когда я останавливаюсь на пороге.</p><p>Кабинет большой, с высокими потолками и панорамными окнами. Дорогая мебель, картины,</p><p>стеллажи с книгами. Но больше всего меня поражает стена напротив входа — она вся увешана</p><p>фотографиями.</p><p>— Что это? — спрашиваю я, подходя ближе.</p><p>— Моя жизнь, — отвечает он просто.</p><p>На фотографиях — он в разном возрасте. Маленький мальчик с серьезным взглядом. Подросток в</p><p>спортивной форме. Молодой мужчина в деловом костюме, но с тем же настороженным взглядом. И</p><p>везде одно и то же выражение лица — собранность, похожая на готовность к бою.</p><p>— Детдом? — спрашиваю, указывая на фото маленького мальчика.</p><p>— Детдом. Потом училище. Первая работа.</p><p>Его голос звучит ровно, но я слышу в нем что-то еще. Боль? Усталость? Познание жизни? Не</p><p>понимаю.</p><p>— А это кто? — указываю на фотографию, где он по-братски обнимает светловолосого парня. Они</p><p>улыбаются в камеру и выглядят абсолютно счастливыми.</p><p>— Андрей. Мы вместе росли в детдоме. Он единственный, кому я доверяю полностью.</p><p>— А сейчас?</p><p>— Работает у меня. Начальником безопасности.</p><p>Я продолжаю рассматривать фотографии. Вот он с группой деловых людей. Вот — в больничной</p><p>палате, с перевязанной рукой. Вот — на открытии какого-то предприятия.</p><p>— Зачем ты мне это показываешь?</p><p>Он подходит сзади, его руки ложатся мне на плечи.</p><p>— Чтобы ты поняла, — говорит он тихо. — Я не всегда был таким. Богатым, влиятельным. Я</p><p>вырос в детдоме. Начинал с нуля. И научился выживать в мире, где слабых пожирают, если они</p><p>не учатся противостоять.</p><p>— И как ты стал... таким? — машу рукой, указывая на роскошь вокруг.</p><p>— Начинал с малого бизнеса. Кафе, магазины. Но город уже был поделен между другими.</p><p>Пришлось научиться играть по их правилам. Выгрызать свое место под солнцем.</p><p>— Каким правилам?</p><p>Он поворачивает меня к себе.</p><p>— Несправедливым. Те люди, которые тебе угрожали — они часть старой системы. Думают, что</p><p>город все еще их. Но времена изменились. И игроки тоже. Пока они не хотят это понять, но</p><p>совсем скоро до них дойдет.</p><p>— Ты меня пугаешь, — говорю честно.</p><p>— Я не делаю ничего криминального. Меня не за что упрекнуть или посадить за решетку. Я</p><p>просто показываю, что и нам есть место среди них. Кто-то понял с первого раза. Другим</p><p>потребовались... наглядные уроки. С кем-то мы еще разбираемся.</p><p>— Оля, я мог бы просто заставить тебя. Принудить, пригрозить остаться здесь, но я хочу,</p><p>чтобы ты осталась по своей воле.</p><p>— А если я не останусь?</p><p>— Тогда я буду очень несчастным человеком. Но все равно не отпущу.</p><p>Честность этих слов пугает больше любых угроз.</p><p>— Ты безумец, — шепчу я.</p><p>— Возможно. Но я хочу быть твоим безумцем.</p><p>Он снова целует меня. На этот раз я не сопротивляюсь. Отвечаю на поцелуй, прижимаюсь к</p><p>нему, чувствую его силу и тепло. И понимаю, что проиграла. Окончательно и бесповоротно.</p><p>Когда мы отстраняемся, он смотрит на меня с такой нежностью, что сердце пропускает удар.</p><p>— Останься сегодня со мной, — просит он.</p><p>Я знаю, что должна сказать "нет". Знаю, что это все изменит между нами. Но вместо отказа</p><p>киваю.</p><p>— Хорошо.</p><p>И в его взгляде загорается то, что заставляет меня понять — наша точка невозврата</p><p>начинается здесь и сейчас.</p><p>Тимур берет меня за руку и ведет к дивану у камина. Опускается рядом, притягивает к себе.</p><p>Его руки скользят по моему лицу, губы находят мою шею, и я закрываю глаза, растворяясь в его</p><p>прикосновениях.</p><p>— Ты уверена? — шепчет он, и в его голосе столько нежности, что я готова растаять.</p><p>— Да, — выдыхаю я.</p><p>Он целует меня снова, медленно, углубляя поцелуй. Его руки осторожно расстегивают пуговицы</p><p>моей блузки, каждое движение полно почтения, словно он боится, что я исчезну.</p><p>— Ты прекрасна, — шепчет он мне на ухо, и от его дыхания по коже бегут мурашки.</p><p>Я теряюсь в его прикосновениях, в его поцелуях, в том, как он смотрит на меня — словно я</p><p>самое дорогое, что у него есть. Когда его руки скользят по моей коже, я понимаю, что забыла,</p><p>каково это — быть желанной.</p><p>— Тимур... — шепчу я.</p><p>Этой ночью я наконец позволяю себе довериться кому-то полностью. В его объятиях, под его</p><p>нежными, но страстными поцелуями, я забываю обо всем — о страхах, о прошлом, о том, что меня</p><p>ждет завтра.</p><p>Есть только он, только мы, только этот момент, который меняет все.</p></section><section><title><p>Глава 49</p></title><p>Утром я просыпаюсь в его постели одна. Рядом на прикроватной тумбочке стоит записка:</p><p>"Возникли срочные дела. Вернусь к обеду. Не выходи из дома."</p><p>Я встаю, набрасываю его рубашку и подхожу к окну. На улице серое утро, моросит дождь.</p><p>Где-то там, за этими стенами, течет обычная жизнь. А я здесь, в золотой клетке, пытаюсь</p><p>понять, что со мной происходит.</p><p>Вчерашний вечер кажется сном. Его прикосновения, поцелуи, слова... Но постель все еще</p><p>хранит его запах, а на моей коже — следы его губ.</p><p>Спускаюсь вниз и обнаруживаю, что Юльки тоже нет. На кухне меня ждет завтрак и еще одна</p><p>записка:</p><p>"Юля у подруги. Заберу после обеда. Тебе придется скучать"</p><p>Значит, я одна в этом огромном доме. С охранниками у ворот и неопределенным будущим.</p><p>Около полудня, когда я успеваю обойти весь особняк, звонит телефон. На дисплее незнакомый</p><p>номер.</p><p>— Да?</p><p>— Ольга? Это Даша.</p><p>Сердце пропускает удар. Даша. Я совсем забыла о ней, о ребенке. О том, как они там.</p><p>Впрочем, и не должна помнить. И уж точно не должна переживать.</p><p>— Что-то случилось?</p><p>— Глеб, он… забрал дочку. Сказал, что теперь она будет жить с ним. Я… не знаю, что делать и</p><p>очень сильно боюсь за малышку.</p><p>— Что? Но он же... где он был все это время?</p><p>— Не знаю. Но выглядит плохо. Худой, нервный. И дочку забрал силой. Я пыталась</p><p>сопротивляться, но он сказал, что у него есть права отца. Я… честно говоря, боялась его</p><p>немного. Он какой-то другой, словно одержимый чем-то.</p><p>Холодок пробегает по спине. Глеб взял ребенка. Новорожденную малышку и оставил ее мать</p><p>одну. Зачем? Сомневаюсь, что он знает, как вести себя с младенцами. Да и с детьми постарше</p><p>тоже… вряд ли.</p><p>— Где ты сейчас?</p><p>— У подруги. Я приехала к ней после больницы, но Глеб нас нашел. Он говорил что-то про</p><p>деньги, про то, что все еще можно исправить. Ольга, я думаю, он использует дочку как... как</p><p>залог.</p><p>У меня сказанное в голове не укладывается. Глеб настолько отчаялся, что готов использовать</p><p>собственного ребенка?</p><p>— Обратись в полицию. Напиши заявление, они наверняка помогут.</p><p>— Я обращалась! Они говорят, что отец имеет право забрать ребенка. Нужны доказательства,</p><p>что он может ей навредить.</p><p>— Но ведь по документам Глеб не отец ей. Он все еще женат на мне, Даша.</p><p>— Да, но… я не знаю, почему они так сказали. Может… это неважно? Или у него все куплено?</p><p>Я сжимаю телефон, пытаясь думать. Что я могу сделать? Я же сама в заложниках у Тимура.</p><p>— Хорошо. Я... попробую что-то сделать.</p><p>— Правда? — в ее голосе звучит надежда. — Ольга, пожалуйста. Она же совсем крошка. Ей нужна</p><p>мать.</p><p>Я отключаюсь и стою посреди кухни, не зная, что делать. Рассказать Тимуру? Но он же</p><p>говорил, что проблема с Глебом решена. Очевидно, не совсем.</p><p>Звоню ему, но он не отвечает. Еще раз, но снова гудки. Вариантов не так много. Либо</p><p>пытаться выбраться, либо сделать вид, что меня это не касается. Как-то же Даша отдала дочь</p><p>Глебу. Пусть она думает о девочке.</p><p>На какое-то время я действительно успокаиваюсь, выдыхаю. Пусть и правда решают свои</p><p>проблемы сами, но через некоторое время звонит мой телефон. На экране тот же незнакомый</p><p>номер, но когда отвечаю, то понимаю, что голос другой. Он принадлежит Глебу.</p><p>— Оля? — в его тоне отчетливо прослеживается отчаяние. — Мне нужно тебя видеть. Сейчас.</p><p>— Боюсь, это невозможно.</p><p>— Это неизбежно, если ты не хочешь, чтобы я натворил глупостей.</p><p>— О чем ты?</p><p>— О своей дочери, — его голос дрожит. — Она со мной. И если ты не приедешь, если не</p><p>поможешь мне решить проблему с деньгами... Оля, лучше тебе приехать сейчас.</p><p>— Ты угрожаешь собственному ребенку?</p><p>— Я делаю то, что должен! — кричит он. — Они мне дали еще сутки. Сутки, Оля! А потом...</p><p>потом я не знаю, что будет со мной. И с ней.</p><p>— Глеб, отвези ребенка к матери… — пытаюсь вразумить его.</p><p>— Даша ничем не поможет! У нее нет денег. Есть только ты. И твой богатый друг. — Голос</p><p>становится жестче. — Приезжай. Сейчас. Иначе... иначе я не отвечаю за последствия.</p><p>Он диктует адрес и отключается. Этот адрес не наша квартира. Это недалеко, но я все равно</p><p>удивляюсь.</p><p>Я стою посреди кухни, телефон дрожит в руках. Глеб взял ребенка в заложники. Собственную</p><p>дочь. До какого состояния довел его страх?</p><p>Быстро переодеваюсь, хватаю сумку и иду к входной двери, но резко вспоминаю, что у меня,</p><p>вообще-то, запрет выходить куда-либо. Я в клетке. И я пыталась звонить, верно? Тимур просто</p><p>не отвечал, значит, дальше я могу действовать на свое усмотрение.</p><p>Я дожидаюсь, пока пройдет пересменка и сбегаю. Знаю, что меня тут же хватятся, поэтому не</p><p>иду на автобусную остановку, а ловлю попутку.</p><p>Через полчаса я стою перед дверью убогой квартиры в старом панельном доме. Подъезд грязный,</p><p>пахнет мочой и плесенью. Лифт не работает, пришлось идти на четвертый этаж пешком. Стучу в</p><p>дверь, слышу шаги и детский писк.</p><p>— Кто там? — голос Глеба сипловатый, испуганный.</p><p>— Это я. Оля.</p><p>Долгая пауза. Слышу, как он возится с замками — их там явно несколько.</p><p>Дверь открывается, и я вижу его. Он изменился за эти дни до неузнаваемости. Худой,</p><p>небритый, с лихорадочным блеском в глазах. На нем грязная майка и мятые джинсы. В руках —</p><p>младенец в розовом комбинезончике.</p><p>— Заходи, — говорит он хрипло. — Быстро.</p><p>Квартира еще хуже, чем подъезд. Крошечная, с облезлыми обоями и мебелью из девяностых.</p><p>Пахнет немытой посудой, застоявшимся воздухом и детскими пеленками. На диване разбросаны</p><p>бутылочки, подгузники, какие-то тряпки.</p><p>— Глеб, что ты делаешь? — спрашиваю, глядя на ребенка, которому явно вся эта обстановка не</p><p>нравится.</p><p>— Выживаю, — отвечает он просто. — Пытаюсь найти выход.</p><p>— Какой выход? Это же твоя дочь!</p><p>— Именно поэтому она и поможет, — он пытается покачать ребенка, но неловко, неумело.</p><p>Девочка плачет еще сильнее. — Пока она со мной, они не сделают ничего радикального.</p><p>— Кто "они"?</p><p>— Те же, кто угрожал тебе. Только мне они пообещали гораздо худшие вещи, — он опускается на</p><p>диван, и я вижу, как дрожат его руки. — Оля, мне нужна помощь. Нужны деньги. Много денег.</p><p>Иначе...</p><p>Он не договаривает, но я понимаю. Ребенок на его руках захлебывается от плача.</p><p>— Она голодная, — говорю. — Когда ты ее в последний раз кормил?</p><p>— Не знаю... час назад? Может, два? — он растерянно смотрит на меня. — Она все время</p><p>плачет. Я не знаю, что делать.</p><p>— Отдай мне.</p><p>Он прижимает ребенка к себе крепче.</p><p>— Нет. Она остается со мной.</p><p>— Глеб, ты же не умеешь за ней ухаживать! Посмотри на себя!</p><p>— Научусь. У меня нет выбора, — его глаза становятся еще более лихорадочными. — Ты поможешь</p><p>мне с деньгами или нет?</p><p>В этот момент мой телефон звонит. На экране высвечивается имя Тимура.</p><p>Глеб напрягается, видя название на дисплее. Я быстро блокирую телефон и протягиваю руки к</p><p>малышке.</p><p>— Отдай ее мне, Глеб.</p><p>Колеблясь, он все-таки передает. А потом телефон звонит снова, и я рискую ответить.</p><p>— Алло.</p><p>Я и слова лишнего не успеваю вставить, как Глеб отбирает у меня телефон и говорит в трубку:</p><p>— Оплатишь мой долг и узнаешь, где она, понял?</p></section><section><title><p>Глава 50</p></title><p>— Оплатишь мой долг и узнаешь, где она, понял?</p><p>Глеб отключает телефон и бросает его на диван. У него дрожат рукі, на лбу выступил пот.</p><p>— Ты с ума сошел, — шепчу я, прижимая плачущую малышку к груди. — Это же Тимур. Он...</p><p>— Он что? — перебивает Глеб, нервно расхаживая по комнате. — Приедет сюда с армией? Пусть.</p><p>Я все равно ничего не потеряю. Меня и так убьют, если я не отдам деньги.</p><p>— А дочь? Ты о ней подумал?</p><p>Он останавливается, смотрит на ребенка в моих руках. На мгновение в его взгляде появляется</p><p>что-то похожее на раскаяние, но оно быстро исчезает.</p><p>— О ней я и думаю. Если я умру, кто о ней позаботится? Даша? У нее нет ни денег, ни связей.</p><p>А так... у нее будет шанс.</p><p>— Ты используешь собственную дочь как разменную монету!</p><p>— Я делаю то, что должен! — кричит он, и малышка вздрагивает от громкого голоса, начиная</p><p>плакать еще сильнее.</p><p>Я качаю ее, пытаясь успокоить. Бедная крошка голодная, испуганная, ей нужна мать. Нужен</p><p>нормальный дом, а не эта грязная квартира с психически нестабильным отцом.</p><p>— Глеб, послушай меня, — говорю я максимально спокойно. — Отдай мне ребенка. Я отвезу ее к</p><p>Даше. А с Тимуром ты разберешься сам.</p><p>— Нет, — качает он головой. — Она — мой единственный козырь.</p><p>В этот момент в дверь начинают стучать. Громко, настойчиво. Я и не заметила, как прошло</p><p>время. Кажется, он только разговаривал по телефону. Видимо, когда организм находится в</p><p>стрессе, ты понятия не имеешь о течении времени.</p><p>— Открывай! — от ледяного голоса Тимура вздрагиваю.</p><p>Глеб бледнеет, отступает в глубь коридора, словно собирается на меня переложить всю</p><p>ответственность. Только сейчас осознаю, что Тимур был прав. Все так и есть. Глеб навешал на</p><p>меня проблем и исчез. И кто же пытался их решить? Тимур. Это он приехал и сейчас стоит за</p><p>дверью, чтобы забрать меня отсюда.</p><p>— Как он так быстро?</p><p>— Наверное, отследил мой телефон, — говорю я. — Открой дверь, Глеб. Хуже будет, если он ее</p><p>выломает.</p><p>Стук становится еще громче. Потом раздается удар — один, второй. Дверь содрогается.</p><p>— Черт! — Глеб бросается к двери, открывает ее, не успевает отойти, как Тимур врывается</p><p>внутрь.</p><p>Он выглядит устрашающе. Лицо будто застывшая маска, в глазах холодная ярость. За ним —</p><p>Андрей и еще двое охранников.</p><p>— Оля, — произносит он, не сводя взгляда с Глеба. — Ты в порядке?</p><p>— Да, — отвечаю тихо, все еще прижимая к себе плачущую малышку, которая чуть подуспокоилась</p><p>после того, как я ее покормила. Оказывается, Глеб купил смесь, но понятия не имел, как ее</p><p>разводить.</p><p>— Выйди. Сейчас.</p><p>— Тимур...</p><p>— Выйди, — повторяет он, и в его голосе столько стали, что я автоматически подчиняюсь, не</p><p>рискуя больше перечить. Прохожу мимо него к двери, но оборачиваюсь.</p><p>— Не делай ничего... радикального. У него… ребенок.</p><p>Он смотрит на меня, и на мгновение его лицо смягчается.</p><p>— Я знаю, — говорит он. — Андрей, проводи их.</p><p>Андрей берет меня под локоть и мягко выводит из квартиры. В коридоре холодно и сыро.</p><p>Малышка снова начинает плакать, и я качаю ее, шепчу успокаивающие слова. Слышу несколько</p><p>глухих ударов и зажмуриваюсь.</p><p>— Все будет хорошо, — говорит Андрей. — Тимур Саввович разберется.</p><p>— Он же ничего с ним не сделает?</p><p>Андрей смотрит на меня долгим взглядом, словно пытается понять, я действительно серьезно</p><p>это спрашиваю и если да, то с какой целью я это делаю.</p><p>— Только то, что посчитает нужным.</p><p>Я не понимаю этот ответ, но сомневаюсь, что мне дадут другой. Андрей мягко подталкивает</p><p>меня к лифту, на котором мы спускаемся вниз. У подъезда стоит черный внедорожник, в который,</p><p>судя по всему, меня и хотят усадить, но я решаю остаться на улице, тем более, что и ребенку</p><p>здесь нравится, судя по тому, что она сразу же затихла. Я смотрю на окна четвертого этажа и</p><p>думаю о том, что происходит там, наверху. Ожидание тянется бесконечно долго. Кажется, целая</p><p>вечность проходит, хотя по времени всего полчаса. Тимур спускается к нам. На лице —</p><p>непроницаемая маска, руки засунуты в карманы. Он подходит ко мне, останавливается в паре</p><p>шагов и смотрит на меня так, что на долю секунды мне кажется, что он меня ударит.</p><p>— Садись в машину, — глухо говорит он.</p><p>— Но…</p><p>— Садись. В машину.</p><p>От стали в голосе все внутренности поджимаются. Я забираюсь в салон. Он обходит автомобиль</p><p>и садится рядом.</p><p>— Что с… Дашей? Мы… нам стоит отвезти дочь к ней и…</p><p>— Сначала я должен все проверить. Глеб дал информацию, которую нельзя оставить без</p><p>внимания.</p><p>— Это какую?</p><p>— Он сказал, что Даша помогала ему. Со всем. И скрыться и требовать деньги. И сегодняшний</p><p>звонок тебе не просто так. Она… отдала ему ребенка добровольно. Предложила даже ее забрать.</p><p>— Нет, — мотаю головой, не желая верить в то, что это правда.</p><p>Как можно поверить в то, что мать добровольно отдала ребенка, которого родила?</p><p>— Я должен все проверить. И после сможем отдать ей ребенка.</p><p>Я киваю, все еще не в состоянии поверить, что это не розыгрыш и Тимур действительно все это</p><p>говорит.</p><p>— Прости меня, — говорю, нарушая тишину в машине. — За то, что не послушалась и уехала. Я</p><p>просто… Даша мне позвонила в слезах, и я…</p><p>— Я понимаю, Оля. И совершенно не понимаю, что же мне делать. Посадить тебя под замок?</p></section><section><title><p>Глава 51</p></title><p>Его вопрос повисает в воздухе. Я смотрю на него и не знаю, что ответить. С одной стороны —</p><p>понимаю его злость. Я действительно нарушила договоренность, сбежала, рискнула собой. С</p><p>другой — что я должна была делать? Сидеть и ждать, пока Глеб натворит что-то непоправимое с</p><p>беззащитным младенцем?</p><p>— Тимур, я не могла просто сидеть, — начинаю я тихо. — Даша звонила в слезах, говорила, что</p><p>Глеб забрал ребенка. Я думала...</p><p>— Ты думала, что можешь справиться сама, — перебивает он. — Без охраны и помощи. Просто</p><p>пойти в логово сумасшедшего, который угрожает собственному ребенку.</p><p>— Я не знала, что он настолько...</p><p>— Ты не знала, — он поворачивается ко мне, и в его глазах я вижу не только злость, но и</p><p>что-то еще. Страх? — Оля, когда я увидел, что тебя нет, когда понял, что охрана проморгала</p><p>твой уход... — Он замолкает, сжимая руль так, что костяшки белеют. — Ты хоть представляешь,</p><p>что я почувствовал?</p><p>Я молчу, прижимая к себе спящую малышку.</p><p>— Я думал, что они тебя взяли. Те самые люди, от которых я пытался тебя защитить. Думал,</p><p>что ты где-то с мешком на голове, и я опоздал.</p><p>Голос дрожит. Впервые я вижу его таким — не властным, не уверенным, а просто испуганным</p><p>обычным человеком.</p><p>— Прости, — шепчу я. — Я не подумала...</p><p>— Вот именно. Не подумала. — Он выдыхает, проводит рукой по лицу. — Господи, Оля. Что мне с</p><p>тобой делать?</p><p>— Не знаю, — признаюсь честно.</p><p>Мы молчим остаток пути. Андрей ведет машину по ночному городу, я качаю малышку, а Тимур</p><p>смотрит в окно. Атмосфера в салоне тяжелая, напряженная.</p><p>Когда подъезжаем к дому, я вдруг спрашиваю:</p><p>— А что с Глебом? Ты его...</p><p>— Жив, — коротко отвечает Тимур. — Если это тебя беспокоит.</p><p>— Беспокоит. Он все-таки...</p><p>— Отец этого ребенка. Знаю. — Он наконец смотрит на меня. — Я не убийца, Оля. Просто</p><p>объяснил ему некоторые вещи. Доходчиво.</p><p>Я не спрашиваю подробностей. Не уверена, что хочу знать.</p><p>В доме нас встречает Юлька. Она в пижаме, с растрепанными волосами, явно ждала возвращения</p><p>отца.</p><p>— Папа! — бросается она к нему, но останавливается, увидев младенца у меня на руках. — Ой!</p><p>А это кто?</p><p>— Это... — я смотрю на Тимура, не зная, что сказать.</p><p>— Это малышка, которая немного погостит у нас, — говорит он спокойно. — Пока не найдется ее</p><p>мама.</p><p>— Правда? — Юлькины глаза загораются. — Можно я с ней поиграю?</p><p>— Она еще совсем маленькая для игр, — улыбаюсь я. — Но можешь помочь мне за ней ухаживать.</p><p>— Ура! — Юлька прыгает от радости. — У меня будет сестренка! Ну, почти.</p><p>Тимур бросает на меня взгляд, и я читаю в нем немой вопрос: "Справишься?"</p><p>Киваю. Конечно, справлюсь. Я врач, я знаю, как обращаться с новорожденными. Хотя никогда не</p><p>думала, что буду делать это в доме человека, который держит меня здесь против моей воли. Или</p><p>уже не против? Я сама не понимаю.</p><p>— Юлька, в кровать, — говорит Тимур. — Завтра рано вставать.</p><p>— Но папа...</p><p>— В кровать, принцесса. Утром продолжишь знакомство.</p><p>Юлька надувает губы, но послушно топает наверх. Мы с Тимуром остаемся вдвоем. Точнее,</p><p>втроем — малышка сопит у меня на руках.</p><p>— Нужна детская кроватка, — говорю я. — И детское питание, подгузники, одежда...</p><p>— Андрей все организует, — отвечает он. — К утру все будет.</p><p>Конечно, будет. У Тимура всегда все быстро решается.</p><p>— Тимур, я...</p><p>— Не сейчас, — перебивает он. — Сейчас я слишком зол, чтобы нормально разговаривать. Утром.</p><p>Поговорим утром.</p><p>Он разворачивается и уходит к себе в кабинет. Я слышу, как хлопает дверь, и остаюсь одна с</p><p>чужим ребенком на руках и ощущением, что все в моей жизни окончательно вышло из-под</p><p>контроля.</p></section><section><title><p>Глава 52</p></title><p>Ночь выдается тяжелой. Малышка просыпается каждые два часа — голодная, вспотевшая, словно</p><p>ей здесь страшно. Я качаю ее, пою колыбельные, которые помню из детства, меняю подгузники. К</p><p>утру чувствую себя выжатой, но странным образом... нужной.</p><p>Может, именно этого мне и не хватало все эти годы? Ощущения, что кто-то во мне нуждается.</p><p>Не просто как в няне или враче, а как в человеке, который дает тепло и заботу.</p><p>Около семи утра в дверь тихо стучат. Андрей завозит круглую кроватку с коробками внутри.</p><p>— Все, что просили, — говорит он вполголоса. — Кроватка, одежда, питание. Если чего не</p><p>хватит — скажите.</p><p>— Спасибо.</p><p>Он кивает и уходит. Я же вытаскиваю коробки на кровать, а сама осторожно укладываю малышку</p><p>в новую, уже собранную кроватку — белую, с мягкими бортиками и балдахином. Она выглядит как</p><p>игрушечная в этой огромной комнате.</p><p>Принимаю быстрый душ, переодеваюсь и спускаюсь готовить завтрак. На кухне меня уже ждет</p><p>Тимур. Сидит за столом с чашкой кофе, смотрит в окно. Выглядит уставшим — темные круги под</p><p>глазами, помятая рубашка. Похоже, он тоже не спал.</p><p>— Доброе утро, — говорю неуверенно.</p><p>Он поворачивается, смотрит на меня долгим взглядом.</p><p>— Как она?</p><p>— Спит. Наконец-то. Ночь была беспокойной.</p><p>— Ты не спала?</p><p>— Пару часов, может быть.</p><p>Он качает головой, делает глоток кофе.</p><p>— Садись. Нам нужно поговорить.</p><p>Я сажусь напротив, складываю руки на столе. Жду. Сердце колотится от непонятия, чего</p><p>ожидать дальше. Крика? Упреков? Или...</p><p>— Я проверил информацию Глеба, — начинает он спокойно. — Он не врал. Даша действительно</p><p>помогала ему. Изначально план был таким: она "случайно" забеременеет, он уйдет от тебя, а ты</p><p>в благодарность за то, что он тебя "освободил", не будешь претендовать на имущество. Потом,</p><p>когда это не сработало, они решили использовать ребенка.</p><p>Я сижу, не в силах пошевелиться. Все это время... все было ложью? Даже ее слезы?</p><p>— Но что-то пошло не так, — продолжает Тимур. — Глеб влез в долги, потому что у него что-то</p><p>не так пошло с работой. Он рискнул в инвестициях, прогорел. И когда кредиторы начали давить,</p><p>он запаниковал. Даша тоже. Она думала, что выходит замуж за богатого человека, а получила</p><p>банкрота с криминальными связями.</p><p>— Но ребенок... она же родила его.</p><p>— Родила. Но материнских чувств не испытывает. Для нее это была часть плана, не больше. Она</p><p>написала отказную. Вчера вечером, после того как я с ней встретился.</p><p>— Что?</p><p>— Она отказалась от ребенка. Сказала, что не хочет связывать свою жизнь с Глебом и его</p><p>проблемами. И не готова растить ребенка одна.</p><p>У меня перехватывает дыхание. Эта малышка... она никому не нужна? Ни отцу, который</p><p>использовал ее как залог, ни матери, для которой она была инструментом манипуляции?</p><p>— И что теперь? — шепчу я.</p><p>— Сегодня приедут из органов опеки. Заберут девочку в дом ребенка — это специализированное</p><p>учреждение для младенцев. Там за ней будут ухаживать, пока идет оформление документов. Это</p><p>займет время — несколько месяцев минимум. Дальше матери дадут полгода на раздумья, как</p><p>положено по закону. Но Даша настаивает, что решение окончательное.</p><p>Я смотрю на него, и внутри все сжимается. Та крошка наверху... дом ребенка. Государственное</p><p>учреждение. Пусть там и профессионалы, но это не семья. Но и я не могу... не должна брать на</p><p>себя ответственность за ребенка моего бывшего мужа. Это было бы неправильно. По отношению к</p><p>себе.</p><p>— Я понимаю, что тебе жаль ее, — говорит Тимур мягче. — Но ты не можешь постоянно всех</p><p>спасать. Достаточно, Оля, пора и о себе подумать.</p><p>Я киваю, чувствуя, как к горлу подступает ком.</p><p>— В доме ребенка о ней позаботятся, — продолжает Тимур. — А потом, когда все документы</p><p>будут оформлены, ей найдут приемную семью. Хорошую семью.</p><p>— Хорошо, — выдыхаю я, хотя на душе тяжело.</p><p>Он встает, подходит ближе, кладет руку мне на плечо.</p><p>— Ты сделала все, что могла. Спасла ее от Глеба, позаботилась. Но у тебя своя жизнь, Оля. И</p><p>право на счастье.</p><p>Я поднимаю на него глаза, и что-то в его взгляде заставляет сердце биться чаще.</p><p>— Тимур, а что с Глебом? Его долги...</p><p>— Решены, — отвечает он коротко. — Я заплатил. Чтобы эти люди больше никогда к тебе не</p><p>приближались.</p><p>— Почему ты...</p><p>— Потому что эти долги давили и на тебя тоже, — он присаживается рядом. — Оля, я хочу,</p><p>чтобы ты осталась здесь. Не из-за Юли и не как няня. А потому что... ты мне нужна. Рядом.</p><p>Я смотрю на него, и внезапно вспоминаю ту ночь. Его прикосновения, поцелуи. То, как я</p><p>забылась в его объятиях. И от этого воспоминания становится жарко.</p><p>— Я не знаю, — шепчу. — Все так быстро... Глеб, развод, ты... Мне нужно время разобраться в</p><p>себе.</p><p>— Сколько угодно времени, — говорит он. — Но разбирайся здесь. Где я могу тебя защитить.</p><p>В этот момент наверху начинает плакать малышка. Последний раз, думаю я, поднимаясь.</p><p>Последний раз беру ее на руки, качаю, утешаю.</p><p>Через два часа приезжают из опеки. Приятная женщина средних лет забирает девочку, обещает</p><p>найти ей хорошую семью. Я смотрю, как они уезжают, и чувствую странную пустоту.</p><p>— Все правильно, — говорит Тимур, обнимая меня за плечи. — Ты поступила правильно.</p><p>Может быть. Но почему тогда так больно?</p></section><section><title><p>Глава 53</p></title><p>Проходит месяц.</p><p>Целый месяц, который меняет мою жизнь окончательно и бесповоротно.</p><p>Развод оформляется быстро — Глеб подписывает все документы без возражений. Квартира</p><p>остается мне, он получает свой бизнес, который, как выясняется, Тимур помог ему</p><p>реструктурировать. Долги погашены, кредиторы больше не беспокоят. Глеб уезжает в другой</p><p>город — начинать, как он говорит, новую жизнь. Без Даши, ребенка и меня. В чем был смысл</p><p>завести любовницу и разрушить наш брак я не понимаю до сих пор, но рада тому, что это</p><p>произошло сейчас, а не через десять лет.</p><p>Даша тоже исчезает. Слышала от Лены, что она вернулась в свой провинциальный городок. К</p><p>подругам, которым так завидовала. Ребенка она так и не забрала из дома малютки.</p><p>А я... я живу в доме Тимура. Официально все еще как няня Юли, но на деле... на деле все</p><p>гораздо сложнее.</p><p>Мы не говорим о той ночи. Не обсуждаем, что между нами происходит. Он не давит, не требует</p><p>определенности. Просто... присутствует. Рядом. Всегда рядом, когда нужно.</p><p>И я привыкаю к этому присутствию. К его взглядам за завтраком. К случайным прикосновениям,</p><p>когда он проходит мимо. К тому, как Юлька светится от счастья, когда мы все вместе.</p><p>Но есть одна проблема. Огромная проблема, которую я не могу больше игнорировать.</p><p>Тошнота по утрам усиливается. Грудь набухает и болит. Я постоянно хочу спать. И задержка</p><p>уже три недели.</p><p>Я беременна. Это уже не предположение, а факт.</p><p>Стоя в ванной с третьим тестом в руках (первые два я выбросила, надеясь на ошибку), смотрю</p><p>на две яркие полоски и понимаю: дальше отрицать бессмысленно.</p><p>Я беременна от Тимура.</p><p>От человека, с которым у меня нет никаких официальных отношений. От человека, который</p><p>фактически держал меня здесь против воли. От человека, о прошлом которого я почти ничего не</p><p>знаю.</p><p>И самое страшное — я не знаю, что чувствую. Радость? Страх? И то, и другое одновременно?</p><p>Я всегда хотела ребенка. Мечтала о материнстве. Но представляла это по-другому. В</p><p>счастливом браке, с любящим мужем, в атмосфере стабильности и уверенности в завтрашнем дне.</p><p>А теперь... теперь у меня развод еще даже не завершен официально, я живу в чужом доме,</p><p>работаю няней, и беременна от мужчины, который...</p><p>Который что? Кто он для меня?</p><p>— Оля! — голос Юли за дверью. — Ты там долго? Мы опоздаем на фехтование!</p><p>Я быстро прячу тест, умываюсь холодной водой, пытаясь привести себя в чувство.</p><p>— Иду, солнышко!</p><p>Открываю дверь. Юлька стоит в коридоре, уже полностью экипированная, с рюкзаком за спиной.</p><p>— Ты бледная, — хмурится она. — Тебе плохо?</p><p>— Нет, все хорошо. Просто... немного устала.</p><p>— Тогда после фехтования мы пойдем в кафе и съедим по мороженому! — решительно заявляет</p><p>она. — От мороженого всегда лучше становится.</p><p>Я улыбаюсь, несмотря ни на что. Эта девочка... она так легко проникла в мое сердце. И</p><p>теперь у нее будет братик или сестричка.</p><p>Если я решу сохранить беременность.</p><p>Если Тимур захочет этого ребенка.</p><p>Если…</p><p>Так много этих чертовых если…</p><p>— Оля, ты точно в порядке? — Юлька трогает мою руку. — Ты какая-то странная.</p><p>— Все хорошо, — повторяю я, больше для себя, чем для нее. — Пойдем, а то правда опоздаем.</p><p>Мы спускаемся вниз. У входа нас уже ждет Андрей с машиной. Тимур уехал рано утром —</p><p>какие-то важные переговоры. Сказал, вернется к вечеру.</p><p>Значит, у меня есть целый день, чтобы решить, как и когда ему сказать.</p><p>Фехтование проходит как в тумане. Я сижу на скамейке, смотрю, как Юлька фехтует с</p><p>инструктором, но мысли далеко. Рука непроизвольно ложится на живот. Там, внутри, уже растет</p><p>новая жизнь. Крошечная, размером с маковое зернышко, но уже реальная.</p><p>Мой ребенок.</p><p>Наш ребенок.</p><p>— Оля! — Юлька машет мне рукой с дорожки. — Ты видела? Я выиграла!</p><p>Я аплодирую, изображая восторг, хотя честно признаться, я пропустила весь бой.</p><p>После занятий мы действительно идем в кафе. Юлька заказывает огромное мороженое с</p><p>шоколадной крошкой, я — просто чай. От одной мысли о еде подташнивает.</p><p>— Ты правда не будешь мороженое? — удивляется Юлька.</p><p>— Сегодня не хочется.</p><p>— Странно. Ты всегда хотела.</p><p>Да, раньше хотела. Но сейчас мой организм диктует свои правила.</p><p>Мой телефон звонит. На экране — Лена.</p><p>— Привет, — отвечаю.</p><p>— Оль, ты где? Можем встретиться? Мне нужно с тобой поговорить. Срочно.</p><p>В ее голосе что-то такое, что заставляет насторожиться.</p><p>— Что случилось?</p><p>— Лично. Пожалуйста. Это важно.</p><p>Я смотрю на Юльку, которая увлеченно уничтожает мороженое.</p><p>— Хорошо. Мы сейчас в кафе возле школы фехтования. Можешь подъехать?</p><p>— Уже еду.</p><p>Лена появляется через двадцать минут. Выглядит взволнованной, на лице румянец, глаза</p><p>блестят.</p><p>— Привет, Юлечка, — здоровается она с девочкой. — Ты не против, если я Олю на пару минут</p><p>украду?</p><p>— Нет, — Юлька уже перешла к третьему шарику мороженого.</p><p>Мы с Леной выходим на улицу. Она сразу хватает меня за руки.</p><p>— Оля, я выхожу замуж!</p><p>— Что?</p><p>— За Никиту. Я тебе рассказывала. Знаю, это безумие, но... я согласилась!</p><p>На ее лице такое счастье, что я не могу не улыбнуться.</p><p>— Ленка, это... это потрясающе!</p><p>— Правда? Ты не думаешь, что я сошла с ума? Он младше и вообще был моим врачом, а теперь.</p><p>— После того, что мы обе пережили с нашими бывшими, — говорю я. — Если он хороший человек,</p><p>если ты счастлива...</p><p>— Счастлива, — перебивает она. — Невероятно счастлива. Он совсем другой. Внимательный,</p><p>заботливый.</p><p>— Рада за тебя, — говорю искренне. — Очень рада.</p><p>Лена вдруг всматривается в мое лицо.</p><p>— Оль, а у тебя что-то случилось? Ты какая-то...</p><p>— Я... — начинаю, но слова застревают в горле.</p><p>Сказать ей? Она моя лучшая подруга. Если не ей, то кому?</p><p>— Я беременна, — выпаливаю шепотом.</p><p>Лена застывает с открытым ртом.</p><p>— Ты... от Тимура?</p><p>Киваю.</p><p>— Господи, Оль! — она обхватывает меня руками. — Это же... ты хотела ребенка! Ты всегда</p><p>хотела!</p><p>— Хотела. Но не так. Не в такой ситуации.</p><p>— А что не так с ситуацией? — хмурится она. — У тебя есть крыша над головой, финансовая</p><p>стабильность, мужчина, который явно неравнодушен...</p><p>— Лен, он держал меня здесь против воли.</p><p>— Ключевое слово — держал. Прошедшее время. Сейчас ты остаешься по своей воле, разве нет?</p><p>Я молчу, потому что она права. Я могла уйти уже давно. Глеб больше не угроза, долги</p><p>оплачены, развод оформлен. Но я все еще здесь.</p><p>— Ты его любишь, — говорит Лена просто.</p><p>— Я не...</p><p>— Любишь. Иначе уже давно бы ушла. — Она берет меня за руку. — Оль, после всего, что</p><p>произошло, ты заслуживаешь счастья. И если этот мужчина делает тебя счастливой...</p><p>— Я не знаю, делает ли, — признаюсь честно. — Я просто... запуталась во всем.</p><p>— Тогда поговори с ним. Скажи о ребенке. Посмотри на его реакцию. И тогда решишь.</p><p>Она права. Конечно, она права.</p><p>Мы возвращаемся в кафе. Юлька уже допивает какао.</p><p>— Можем ехать домой? — спрашивает она. — Я устала.</p><p>По дороге домой Юлька засыпает в машине. Андрей несет ее внутрь, укладывает в кровать. Я</p><p>укрываю ее одеялом, целую в лоб.</p><p>А потом спускаюсь вниз и обнаруживаю, что Тимур уже вернулся. Сидит в гостиной с бокалом</p><p>виски, смотрит в окно.</p><p>— Как прошел день? — спрашивает, не оборачиваясь.</p><p>— Хорошо. Юлька выиграла на фехтовании.</p><p>— Молодец, — улыбается он и наконец поворачивается ко мне. Улыбка тут же гаснет. — Что</p><p>случилось?</p><p>— Почему ты решил, что что-то случилось?</p><p>— Я очень хорошо тебя знаю, чтобы считывать твое настроение. Что-то не так.</p><p>Я сжимаю руки в кулаки. Сейчас или никогда.</p><p>— Тимур, мне нужно тебе кое-что сказать.</p><p>Он ставит бокал, встает, подходит ближе.</p><p>— Я слушаю.</p><p>Я смотрю ему в глаза и понимаю — нет способа сказать это мягко.</p><p>— Я беременна.</p></section><section><title><p>Эпилог</p></title><p>Три года спустя</p><p>Солнечный свет пробивается сквозь белые шторы, заливая спальню мягким золотистым сиянием. Я</p><p>просыпаюсь от тихого сопения рядом с собой и открываю глаза.</p><p>Мой двухлетний сын Марк спит, раскинув ручки так, что занял половину кровати. Темные волосы</p><p>растрепаны, пухлые щечки слегка порозовели. Он пробрался к нам среди ночи, как обычно, и</p><p>Тимур, не говоря ни слова, просто уложил его между нами.</p><p>Самого Тимура в кровати уже нет. Слышу доносящиеся с кухни звуки — он, судя по всему,</p><p>готовит завтрак.</p><p>Осторожно выбираюсь из постели, чтобы не разбудить Марка, накидываю халат и спускаюсь вниз.</p><p>На кухне царит веселый хаос. Тимур стоит у плиты в домашних штанах и футболке,</p><p>переворачивает блины. Юлька, которой уже девять, сидит за столом и что-то увлеченно рисует в</p><p>альбоме.</p><p>— Мама! — Юлька замечает меня первой. — Смотри, я нарисовала нас всех!</p><p>Подхожу, смотрю на рисунок. Там действительно все — она, я, Тимур и Марк. Все держатся за</p><p>руки и улыбаются.</p><p>— Красиво, солнышко, — целую ее в макушку.</p><p>Тимур оборачивается, и на его лице появляется та самая улыбка — теплая, нежная,</p><p>предназначенная только для нас.</p><p>— Доброе утро, — говорит он, и в его глазах читается столько любви, что сердце сжимается.</p><p>— Доброе.</p><p>Три года назад, когда я сказала Тимуру о беременности, я не знала, чего ожидать. Помню его</p><p>лицо — сначала шок, потом что-то невыразимое, а затем он просто обнял меня. Крепко,</p><p>отчаянно, словно боялся отпустить.</p><p>— Ты уверена? — спросил он тогда.</p><p>— Три теста. Все положительные.</p><p>Он отстранился, посмотрел мне в глаза.</p><p>— Оля, я... я хочу этого ребенка. Хочу тебя. Хочу, чтобы ты стала моей женой. Не из-за</p><p>беременности, а потому что не представляю свою жизнь без тебя.</p><p>И я сказала «да». Не сразу, не в тот же момент. Мне потребовалось время, чтобы понять свои</p><p>чувства, разобраться в себе. Но в конечном итоге я поняла то, что Лена увидела это гораздо</p><p>раньше — я его любила. Несмотря на все преграды в виде моего бывшего, его бывшей жены,</p><p>которую после той встречи с Юлей снова поместили в клинику и теперь, насколько мне известно,</p><p>ей чуточку легче, хоть и Тимур все равно запрещает любые встречи. Впрочем… Юльке они и не</p><p>нужны. Для нее я неожиданно стала мамой. Человеком очень близким и родным.</p><p>Мы поженились через два месяца после того разговора. Скромная церемония, с исключительно</p><p>близкими людьми. Юлька была моей подружкой невесты, Лена — свидетельницей. Пришли только</p><p>друзья, с которыми я тоже успешно познакомилась.</p><p>Марк родился семь месяцев спустя. Роды были тяжелыми, но когда я впервые взяла его на руки,</p><p>поняла — все было не зря.</p><p>Тимур был идеальным отцом с первого дня. Менял подгузники, вставал к ребенку ночью, учился</p><p>делать смесь и укачивать. Утром он уходил на работу, сдавая смену няне, которая просто не</p><p>позволила мне сойти с ума, потому что сын оказался тем еще шилом в одном месте. Тимур с</p><p>нежностью говорил, что сын пошел в него. Смотреть на этого сильного, властного мужчину с</p><p>крошечным младенцем на руках было... трогательно.</p><p>А потом, два года спустя, мы узнали о Соне, которая скоро появится на свет.</p><p>Незапланированной, но желанной. И я уверена, что Тимур снова будет рядом на каждом из</p><p>этапов.</p><p>— Блины готовы, — объявляет он, выкладывая последний на тарелку. — Зови Марка.</p><p>— Он спит еще.</p><p>— Тогда пусть спит. Позавтракаем втроем с Юлькой, а ему оставим.</p><p>Мы садимся за стол. Юлька тут же радостно запихивает блинчик в рот, размазывая варенье</p><p>вокруг.</p><p>— Папа, а сегодня мы пойдем на озеро? — спрашивает Юлька. — Ты же обещал.</p><p>— Конечно, принцесса. После обеда поедем.</p><p>Юлька довольно улыбается, возвращаясь к своему рисунку.</p><p>Я смотрю на эту картину — на мужа, готовящего блины, на дочь, увлеченную творчеством, на</p><p>то, как солнце заливает нашу кухню теплым светом — и понимаю: вот оно. Счастье.</p><p>Не то, о котором я мечтала в браке с Глебом. Не идеальное, выстроенное по плану. А</p><p>настоящее. Живое. С бессонными ночами и детскими истериками, с усталостью и иногда ссорами,</p><p>но при этом наполненное любовью.</p><p>После завтрака Тимур уходит в кабинет — ему нужно поработать пару часов. Я собираю посуду,</p><p>а потом просыпается Марк.</p><p>Не знаю, в кого он такой, но раньше десяти ему очень трудно встать с кровати. Он сонный и</p><p>взъерошенный. Тащит с собой любимого плюшевого медведя, которого Юлька подарила ему на день</p><p>рождения.</p><p>— Мама, — сипло говорит он, протягивая ко мне ручки.</p><p>Беру его на руки, целую в теплую щечку.</p><p>— Доброе утро, мой мальчик. Голодный?</p><p>Он кивает, уткнувшись мне в плечо.</p><p>Сажаю его за стол, разогреваю блины. Он ест медленно, задумчиво, все еще не до конца</p><p>проснувшийся.</p><p>— Мама, а мы пойдем купаться? — спрашивает он.</p><p>— Конечно. Папа сказал, что мы поедем на озеро.</p><p>— Ура! — Марк тут же оживляется.</p><p>В полдень мы собираемся. Я пакую сумки с едой, полотенцами, солнцезащитным кремом. Тимур</p><p>грузит все в машину. Юлька несет надувной круг для Марка, сам Марк тащит свое ведерко и</p><p>лопатку.</p><p>Дорога занимает около часа. Озеро находится за городом, в тихом живописном месте. Мы часто</p><p>ездим сюда всей семьей — это стало нашей традицией.</p><p>Когда приезжаем, Марк и Юлька первыми выбегают из машины, бегут к воде. Я беру кое-какие</p><p>вещи, а Тимур — все остальное. Он решительно настаивает на том, что я не должна поднимать</p><p>ничего тяжелого, хоть я и грешу тем, что иногда таскаю на руках Марка. Не могу себе в этом</p><p>отказать!</p><p>Расстилаем покрывало в тени деревьев, устраиваемся. Марк с Юлькой уже в воде, брызгаются и</p><p>смеются. Тимур присоединяется к ним, подхватывает Марка на руки, подбрасывает его, ловит.</p><p>Сын визжит от восторга.</p><p>Я сижу на покрывале, смотрю на них и чувствую, как внутри разливается тепло.</p><p>— Мам, иди к нам! — зовет Юлька.</p><p>— Сейчас, солнышко!</p><p>Решившись, снимаю одежду и захожу в воду, сначала морщась от температуры воды, хотя она</p><p>довольно горячая. Тимур подплывает ко мне. За спиной Марк резвится у кромки воды.</p><p>— Знаешь, о чем я думаю? — шепчет Тимур на ухо.</p><p>— О чем?</p><p>— О том, как же мне повезло.</p><p>Я поворачиваюсь к нему, смотрю в глаза.</p><p>— Это мне повезло, — говорю честно.</p><p>Он целует меня. Нежно, бережно, словно я самое драгоценное, что у него есть.</p><p>— Фу, родители целуются! — кривится Марк, но в его глазах смех.</p><p>— Еще как целуются, — подмигивает ему Тимур и целует меня снова, уже более демонстративно.</p><p>Дети смеются, и я понимаю — вот она, моя жизнь. Не та, которую я планировала, а та, которую</p><p>мне подарила судьба.</p><p>С мужчиной, который когда-то держал меня в золотой клетке, но которого я полюбила всем</p><p>сердцем. С дочерью, которая стала мне родной, словно я родила ее сама. С сыном и младшей</p><p>дочкой, которая совсем скоро появится на свет. Мы совсем недавно узнали пол. У нас будет</p><p>девочка. Очередная маленькая принцесса.</p><p>Мы проводим на озере весь день. Купаемся, загораем, едим приготовленные мной бутерброды.</p><p>Юлька учит Марка строить замки из песка, Тимур фотографирует нас на телефон.</p><p>К вечеру дети уставшие, довольные, с розовыми от солнца щечками. Марк засыпает в машине</p><p>почти сразу. Юлька смотрит в окно, напевая что-то себе под нос.</p><p>Дома я купаю Марка, укладываю спать. Он мгновенно засыпает, даже не дождавшись сказки.</p><p>Юлька читает в своей комнате — она теперь считает себя слишком взрослой для колыбельных.</p><p>Спускаюсь вниз и обнаруживаю Тимура на террасе. Он сидит в кресле с бокалом вина, смотрит</p><p>на звездное небо.</p><p>Подхожу, устраиваюсь у него на коленях. Он обнимает меня, и мы сидим так в тишине,</p><p>наслаждаясь моментом.</p><p>— Спасибо, — вдруг говорит он.</p><p>— За что?</p><p>— За все. За то, что дала мне шанс. За наших детей. За то, что осталась, когда могла уйти.</p><p>Я поворачиваюсь к нему.</p><p>— Тимур, это я должна благодарить тебя. Ты спас меня. От Глеба, от его долгов, от</p><p>одиночества. Ты дал мне семью. Любовь. Дом.</p><p>— Мы спасли друг друга, — поправляет он и целует меня в висок. — Потому что я всегда хотел</p><p>такой семьи, просто… мне не с кем было ее построить.</p><p>Мы сидим еще долго, просто наслаждаясь близостью друг друга. А потом поднимаемся в спальню,</p><p>ложимся в постель.</p><p>И засыпаем в обнимку, как всегда. Счастливые и жизнерадостные, уверенные, что и завтра</p><p>будет точно так же, как и много-много дней перед этим.</p><p>Утром просыпаюсь от детского смеха. Открываю глаза и вижу, что Марк и Юлька забрались к нам</p><p>в кровать. Марк пытается разбудить Тимура, тыкая пальцем ему в щеку, Юлька хихикает.</p><p>— Папа, вставай! — требует Марк. — Ты обещал делать оладушки!</p><p>Тимур открывает один глаз, смотрит на сына, потом резким движением хватает его и начинает</p><p>щекотать. Марк визжит от восторга.</p><p>И вот мы все вместе — шумные, веселые, немного взъерошенные после сна. Наша большая,</p><p>любящая, немного хаотичная, но такая счастливая семья.</p><p>— Знаешь, — говорю я Тимуру, — когда три года назад я узнала о беременности, я думала, что</p><p>моя жизнь такая неопределенная.</p><p>— А теперь?</p><p>— Теперь кажется, что ничего определеннее в моей жизни не было.</p><p>Он улыбается, целует меня, и наши дети закатывают глаза, но при этом улыбаются.</p><p>Потому что они знают. Знают, что их мама и папа любят друг друга. И любят их. Всех.</p><p>Безусловно и навсегда.</p><p>И это — самое главное.</p></section></body><binary id="cover.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4AAQSkZJRgABAQEAYABgAAD//gA7Q1JFQVRPUjogZ2QtanBlZyB2MS4wICh1c2luZyBJSkcgSlBFRyB2ODApLCBxdWFsaXR5ID0gODUK/9sAQwAFAwQEBAMFBAQEBQUFBgcMCAcHBwcPCwsJDBEPEhIRDxERExYcFxMUGhURERghGBodHR8fHxMXIiQiHiQcHh8e/9sAQwEFBQUHBgcOCAgOHhQRFB4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4e/8IAEQgBQADcAwEiAAIRAQMRAf/EABwAAAICAwEBAAAAAAAAAAAAAAQFAwYBAgcACP/EABoBAAMBAQEBAAAAAAAAAAAAAAECAwQABQb/2gAMAwEAAhADEAAAAbbI9bNPnaG6VUgPVmWeqSe2Iz0CNgFD1tVzZXHZG0XH0inXvwWzr9t8vijJksCtU4ej0zlVZxkrnY8Fu97Oe76vaqG4TlKDq1H4jkEQgig3+pOiSu2qsw9rVS5Ty06inDuhYeo75RSZ3cZI7cwuDrT6V9I8VrnoOhWrI1WRse5b6YgN9D2BcwaMnHup0ogpe1b8RKIJTA9lUJ4k0vg1LOeovHsrpWiMYyu71MXml0N7RWrrfufsnunH89lGsBy6ewFq1V06rz3u7g9RPb5fc16VzMr4HVCtqYCV0JH5pp2CnK9M3zFWFwkrzuHqDqrhhzXbhQrTj6LrvG+uVkfXXXNr5aleaW04WedVaaSP5v03n836tYaI6tnsPMbdQzyiHA09WndOEd0k/qo45srp6Xe6syqmi7ek3gGcz9oFhqBTxbTaqHbZaWI6O/1zc29fkdIvHkTBDFz3pfNgeru07h5Z530SgcaAkcJl0CdIovbo1r0JL4NXOe9b44lEos0OnGVML6fp+2jlp5e7P0hNnJrTakST05Fs9uMqLHhZee3vn+TZ11qtZPL3Pr9zoPQ0vkQra++fL3eIWM0ir0tZnPrxQF6syRFbvM32KwyjmbWCk0mSskFG5WlWTCvuSDAYhu5oYmZkXYws/PdbyTrXBo6pazda4eUWmvjNP6bF4r0bLqp9Tu1UFK8aGTs89rnQis53i0ykq43QukdmvP2ZF+2EoaybjEkTmhGFels6u2zaC/nL6T+dp2GhAlfohSxWk26xxrpmPexpHQapK1BzYpNOROftppys8x5tCtukTVXeTgkPOKqNxldlPJsROSJMVeXlRb8foVb5+738/dOEiAyk9B9/cd7RVLBK/Tqy7mw7qfYLDGRCr6QLXNyZN1Hn5pWoGEPo+WVOghBlZ1p+C1kE1dGm4MpXpd3pdzy66n8/fQ3Cl5dnWKs5ZwJOO7VMyV747pt0831GDZGWY2HKtrfLFTOiItOfilfsdar1mbVZxl21uKSa2Y2Qf180xApJHTb5Qr5j9JDyPrfEjBLrvtVF+J4+XZnraZ1jutQ6Ll1qWtlLtljJ1xpxe53fuMN1ND2gamk2mymfcX3AvWEg8Q5hLTXfOjo3KSA5b1+vPn4Gv6PWuesa74DWLuXOOlPFDZIQylihl1Ky7xEA1vgXS+OC028WS0uYcjttfb92D8ysr0QMKWz6e9H6vnSLDR+FCbz793z/AGxo/StpcaQ0jBIA37iofClT94litx2h3OpLojzPk9qTERwnbLjWV8EAkZY1W0MLfW+iUiuc0QdcQSMGWOIodsTBrhvR7SyTGoilLbfGDx1cLp3ckrzzyWp2Palt9o89xBq4khzTrPXwFmPem/TbtxR0W6VSBRGifCVpLe0AiVz0RswSJ0kl10SlgslFsWnA3rRayudHOxBnqTq7kmPKNytu4XdhXWk41X7NCQfGstu2soVMBzFKb3WIlXJk+hsoi8afoonhENfMIRN0svQtDCjWPR5Eq7XaHqyHISBV4iLEBC8boULqtkSPmAzp7Z8xtjHgc51J4NZEcPDPinUvRrvnZAssgsYTRr3nWy0aVewFNCuAWMVNSbz8EzW5sYoov8cSKV7zldTzx/e9TJ73vd3nwjvuWpCw+5iaGbm98+M1LH1rHUGlft5Tv2Mz9CPeXcNAAeBTCZpCQGnzpvPcptdMs75tUFlrXATHs7Plce97uuS9sm4QxC7d008ytdBi/WIO2kTYW1rzU/T9A/K/1fLYQDeKPoFHk1MJFeWi2jWeDN10OWkTrNA+WD3vd3//xAAvEAACAgEDAgQFBQEBAQEAAAACAwEEAAUREhMhBhAUIjEyMzQ1FSAjJEFCJTBA/9oACAEBAAEFAtO0ek7T2eHq04zw8cZb09tYwrHMGg4xkFGO3zSmStxfGz9Nv0l/JYrritP0MiN845tikwWNUa//AIaR+NypqrHeIQ1CzfuaXrDY0GNVYLK9wbde2v8AjqRPqP8Aq58jfoq+nRZExZDjIVmkqT2zmWIDqTWRE4lCjHVKvpLXkNafR+ekfjcFGoUrlf1axnS9TVX1HSblm1OivdmoLJStEXBP/wC7/wArPop+n/kuh1cj41RiZlftIZJNhMm8S0y9mpCwpUsmFtnUGUPUSj8tH/G5r1ptOjc1a565mq6gm8HiGz6XQblt1jxJP97QPrR8+pYz6CPpyPZHwbMbVx7IWJZWoqKaiVKxRDI+KEdDEuNYb5PadSaLnAphZ6fNI1GoGnrt1TywlFtGoaY2la0CkLtQDw/Z9JotazWf4gsqO9QuDVOLAQdt4Pw/oUwgg7YqNjb89f5a3xrRsFf3YAlnjCu1wikuIVd8CuOdMBzYORlMToYiWkHTqnn6bUzXl+ms6AdgguX7FQdW1azYlhb5y2wp779+fKvULhDI2IvrDG71DOKKwJafcKc1B16oelzeItR4dUC5RVr2bITppirTqCGVVVKwxqIRF7QfxPl4t+68PHxRqrPbabucbznGcmPIC4zSGsSmKSUtrsFZdnVuzq3EY5b6jarLYtJCEa/bWhdb7bSdh0vUS/qJACkY2jUo/v6B+J8vFv3emzC6uoultdCDsNo6BMgWhrgdS0kl4YEE5TdwwO40t4nUFUmhXnY0nPFRCNuncXZTZXwDxWUOr1PtS5fpnTO5qEDwxcdtRAfXeHPxHl4t+8efCnqcQNLw0ETYSMcHD2uLHNWWsiMeMxlVm0lO8OwtxlDCMalSDmtpzBErrPTKqfqNUK7a6yb006UsU1iHefhmoDyvaI3UF6Z662ORqYxniCyFq8/6to+eaC5KLdR6mq1m96OuRstY+KjsuqkC27DiynZnwkBMFTK865FFJ/RrJFrJGBq6SBBK7ujnMoHYIjCH2al99oMf+T5eIhj9TsFu3nvjJhdjwyyYPxKW7S0hdmvX0lFTNc260R/F/i8b8sTkhzwBbEph85T4pBj5nBPbE2ZGVWoLBLfCiZzUjkb2ifi/LX+95vbFBuCAizqNCvAJ8SBI5pJi2lqTOK9Qnmw2ewfgE7YUzPkG8TDi2gpnBZOKCZEY5sEd8DeMBkhiLIsjV/yWkdtO/wBzXSj1bu82LAiPh1gRYr7Sm/p02cqSumrVG8wsh7f9HBHeCjAHBVOcds+MoTtj29NUdsWXOJnDZ3W2ckEszS/scKdh1arYYeqKtIbOVjlTtIuSym2GsFtSGMtRAq1F3kEdq8e0oxQ91r9looCKY+Vqf5QmWOg4ljmb+S8Ge1BWoTV4avGRNlan6h6vUdW6gBx92aHqfo3U3IerUXpWGo3CaVuOI/6E9l9k7Yke/wABtlysV/hlsZkE9sFmRkRg5Hw0n8f/ANazG+n0x3zWI50wGJN0ds0p7QlaVuXZRHqNSH+X/QyMGMVGFPZn3CcjNt8IZAa7e6y3zfA8tFMS03/vUB5VdjCxZsFK0/O2cnNML+WlP8UhHqNRDk1ocCHAxeDjPln6ycDysFsNUOoYRMRG+Bm+aL/ChFlTXPkejYIfXEXN0FsyzHujviZlbqDuQcdltDeYULS/S5nGUXJwN4wJxnyn2aksCc3zUWbJoRsMFGdsic3ybonp+k1/T1deno0rEzGR2w8kvbke6NIbsbmB0He8QiYbXr2IgKQENmptjkxAyU5YXgHxxbclva63mdb5YnIPImM5Z4d3sUd88U/iXlyOYxfuH/SHbF/Np/axI7CqsucgVKGkgrVjjGOUJZZpRmpp6c9ZeGKiwxkcL1G3u51y7b5vglm+eFjAhL4+J++llGKmJj5Zmf5JnnkZWPiSbUthZTMJxE8Z5ZE47uN3TjfLkK61hcA7SECamVo43h4Ggp3GZz/InbInt4OgJ04vj4gjfTmVj6ErmMnJnBLYY+Vfyad3xXYRLFH3Jm2IUW3GIy86BWTOTGFJnp1o1Os3RxoseS08cjbBZ7p2wfh4JKfRz8da70qreNXn7ijfCjyHA7ZpE9x22ksp1LDJRXWrN/fHedVf/TgsbMBkGUlE5BZyzlhd8XvOLVuPgf7RkTGanPKsfsLh2r/UiPKlXl5lolyBo07AuraWcwiqhGSW0rwfg0+jV1l21Bk75Abztt575GDlNW8mW5eBhL02XKovDWtLmtW48kDO2F2LNDEpeHyWUkuzp7etWP529lh8M8RO6dDU7EvsxOb/ALYxEbzP8SR346HW9Jpk5vniBfUoIoqsu1qgVY/jm28+GKkhj+1WwPUHSP4yb8zPop+SM8aWthg4z2z+0QMsXRslELagyaRSVjjK57eWqjJ0mjKbOrVRvUOBdXT9JYThr9GtAwSaU7phcDebhT/FX+Dz6avFbOb+GdOc4TgjgjgBiMEpzWiX0jbMDJTuHtXvkz3slsMphlWgzaPE+mwq5oxryNiXTL+ES6V0vqtnsRYjsN9nLNVH1Lfh5xvgzOBJYPLAHc7R8nMLJwi7csgstl2pnsdwemyeF6oPWo2aVmDAmdGzqXbHPgUV7C3rre4jPNXb0qwh0najXhbto898GcHER3sbg3yqWxs1CZgM9th3v6sdWu0XrCJRZ8RNGB0+xGSYuUppjCAUYJVXUJTxyX7Trrp6Zu5BYGHKntPnGLPbAKZzU4/s+Xhe/wARl2TYgAu6vHXDUoaFLULKcDWmbXtQiyhRccC24cKywpBxZTutBti4aXWjEha3rA2JXNd/bUF8W5HlvkTm85M8oIBzpjgWEKNersKVuC0JzUykFI1vp0/TOoiqQRM2WCn04BX9PNdcWzmoOVkn1LvSsUKMg+sK+u9wV7FYKteEnWhrHIrkmopJIurStNastlXqZDs55J5yzoHkxAYlhLNs88pfZDtOkWWpXYtkg3rYcJfHGgyf/VtCCmaRbg3EyFVlt6YWrBpuyYL0+JVNeJmdSrT/AFF9tIu/YKLpsfHF3lv5EzJneYysFgoov3oLYMaLZX12KaDLoJ6NHUpEVt/KWqbIzSZmLdPSIs27NoEkZj+odP0tI1E+vFlf6jw9NV9OX6faTM1W2Fjc1GNrf7YiSlNYFQ6/sry5TsO2In2tnz8MpHkBultxA1/3Ocbchxwj96GkkjM2eVRcNsTVpw30q/XeiqkWn1Fyi4unCqdZTK7qyPTeG7TalzU7nRJdWozOjWN5opAVRK22AqVTKnXUyHrpwplNcVKFYHBYGAd+0KY+msGK1Zp33jfzG0/qqFnGpJISXaQ1UI7aWH4mh7a2o+6tpPy6d93cqtJuk/X077jT43W+sxAxtK9O9te791+ygnqseeWi3Zmn7erZ+YlxfqFy28XabMxRNjDwe2kh+Jqr5afaXtp+k/Lp33d5jIs6R9TTPrUOyjYw85bHPtfc+6/ZWX06b996Y8TsV/dWgkuee1r1n9t59RtO36dbbgNC1ZBWVbIOhljlWXZ41qljoRWZ0XevHBuyKqdj081rXRh1sWKO1yybm9lx9Ror5KINh8hn3kyAySmZYwoGxAzTCNpZ3P8A/Cg+jjWSc+X/xAA8EQABBAADBQYDBQUJAAAAAAABAAIDEQQSIQUQIjFBExQyYXGBICNRM0JzobEVFjSR8CRDUmOCorLR4f/aAAgBAwEBPwEBELKVVLZ7bBWMFSOHkpQeyb6LG8mO8lSACcK+BvJFBOWyBZPqFjvtn+id9mz0WKb8mMqPD5gnQZOaJ35ShacSg5ZfqoMQ+A2xd5M5cXc6TxwM9FMzPh2+qbIIxqpOLVZczqQa0c1nA5JrsyCcomoMLtUcO6rC1CY/OxuqkkIgI81EQ9qm6UnUBYTuQ3RHXdzQUvgFKEuCnZfEoXZXKRn9leo5CEZGdAvF6Ltw7Q7o+aKHi3DRtlO+zCr5SJXfWNwvZ9SmOA0KJjClkzadEQE15YoacU5RalGwh8yOvomxW2nFSUGJqcU51buaIVLlyUmjyFhhpalHEg4tOijjF5lOOFNRRXT4CpWuzuKg8KLrNo81hzbaThYXdz0T4nN6bjuHLcVjXVK5ldVfBvifl1TQKtF+lpuJ1UsbJm2NwYTyRFb8W0txDgV9wbrTNU0AMFJ7LT2hg1QxDmimoEZSoJOClO4OOm/an8a/+uiLflb2Oa3mu8xtbqVJjjyYEXE6lN+HA4I4t5F0AsfP22Ic8ISurKs+6Q6q7G9o0+CwsLjZMO3K1HdaL9LV/GUGa7iK3t+iqt7dSr+Ac904D3W1BqZgHmPP0q0NlP4aA18+XXVDAOL8unK76UnYJ0YJdQpSYV0rRIxDAy8Gni5IbOldpY9b0TdmTkHyv8udI7Om7HttKq/NYjBS4drHP+9yUTsjwU57TzG+MfJb+G5RxBk2cnxO08+AoQPw8T+0P3R7a8ltGJz4pMrM3EfbQKORsGDa+rNmv5KfCiRgha+i0tHppSbC7LlycWUcP+r+iizjztNhpks+ykwk3dyMv92B+drbIYYeF15XV6af+br34XZsuJj7RpAF1qeqbsbEuuq0Nc+q/Zsoj7RxA99UzZM74u1BFVfPWl3Cbu/efup2xp2gHM3Xlr50n7LmbI2PMCTpz/VHYuIDmtscV9fou5Yx73ua8E1rR6KTBSxwNndyd8OD/gWfij9FNNFCDLLekh5ei2g+F2Fjc4HMQa/mo9AG/wCSUIH/ALO7OuHJfvdqPwYH1P8AyCi7F21x2YPiN/msCbbAfxFsWSESSGIU3hGvmaW2W9ngmRf4TX+34WYqVjBGDpd+6mxk0zcrz1v3TNqYlsXZZuH0C/eLEdtnrh+mn61a7/Pnz3rVeyGMmAYL8HL9U7bOMcbz/kP+lFtDEQ5Qx3huuXXmn7UxTzZd9Og6G1PjZ5xUhvW/ff8A/8QALBEAAgIBBAEDAQgDAAAAAAAAAAECEQMQEiExEyAiMkEEFDNCUWFxgTDC8P/aAAgBAgEBPwGxM3F2ZmY+kLsh9SxsXoYtIH2jijH8ULtkfkyefayOXd16NyHQqGtJxU+zbtqj6s3bZNjxub4IccF0hyl9Da32ONDIkmOaQsyOx8MUbZkuEjEu7It3TF3pNcaLSPydk4pmJ/QkJ+5EoJm2VFV/J4mudJ9eiXLoXyE/eIUG5WSi3yhbyEK5EyUFMyJx0l0Il7J2SdcmPmQxLgS1RZ32Loyvkh0SipInKvaYnyMQhd+mL4J9iXGmdc2QdM8y+pDJF6LR964/jYvlrkjuRfJV8DwmLJLG6ejlXYneuN+xEfk9WT+RGVEJOT4PCnyynaM2P3mKLS1xfhIg/frJNksE5S4IfZF+YSS4Xqy5fErMUNsUjYrsrSP+CjLjU3yUVpRWtehDlwP0M71fQvRLrSHCpjY8quh5zycWb7Mc9vDPIuTypHmieaO7aRyKTaRLlFav5f2hyuNf92blNqjE6a5Hcp0RnTujdz39S+K/gU47v7MDe70zyqLo88UeVXQ80bo8i3bTzxFlVWeeJvgkuBZE5bfTP8R/wJOXC/Qxbt7of+xuXkv9x95B34eTJ+b+jOnSswO5t+lwTdihGPQ8Ubs+7R20eONUbFz+54IfoPHF9ixRRHHGPWv/xABBEAABAwICCAMFBQYEBwAAAAABAAIRAyESMQQQEyJBUWFxIDKBQlJicpEFFCOhsTAzgsHR8GNzkqI0QENTg8Lh/9oACAEBAAY/AqL3sOItuZW5Uc1blZp7oNqRdWBWWt8e0wj8tY1BjBLsOIO97xXK3h6/sKHy6tI+zjTaKLAcD+JcMMj/AHKjt6dFtKox7mYZmGui607TNhTFWiWw3gQYj9U5mnaPo25pDqdQsnIMxSto/RKbD91q1oE5sMQqb/fptf8AUShq9ENWwqGBMsPIp0COi2mHc5qBqtmg14wE+V3XkiyoL5Ec1ga7EwjE09NZ0gmL7o5+Ch8upv2rWozRbV0io9jRvhpHH/SFodL7lXbUOiVmU5jecZctI0PYCr95p0Gh7LNbh5z0CqN2LhTqfaGIu/w8MEpwr6GXBtDSMHzl5LVRp1G4XtosDhyOEKoTwadXohqKGL942081gxOvwlWUOFlibknUwPNEd1tWDK6xP9iywsEnUwF1tnhjqsLtdD5dW2okB21Y2/IuRojSqVBv3t9LaObIDQ0FPb95o1KVF1Bhbs/3mPMhaNU2lF9TZaQ+qzq3y9lX0bS6jKpZTp1A5rMPmGSqKt8h/TUe2swio46rhXahhYAoVTk59k5jIGLMqOCkZJrme4JXl+qvUYqLKlTC4DiFu6RTP8SdRrMbVpuzBQwaNSdS+8PqMpl1sJaAFpGnaTo1LFFPZccBAutGp4KTKgpaQyq7q/y91pGlac2nRL6dOmGh+LyjNVC1wITnZyIUolv01EdJQgQiCjrD1xXEqlSpMxvc7L6oZCV7R7BXDfUys/oIVmfW+qhIBst7R6f+lbrXM+VxTGio9wLfaMqpsnMER5lNRlI9nIjFDVfXOoO5FPAymynndQeSIbzUU9/uE/RntDXEW7otpYYcZFk19U1hPEZLA7zVKeFp6ov9QsbAMPMpz6lUCBKFSrmbxyTSyiy6rD4yqHbXS+RVj2Re67jkjefFLsa3HlvDeTThmJuEJyRB5qQg7qqb3ZwoyVSs/NtL8IfEdTZIF1gFtoQ0IMizLBBVvnVDt/PXS+VOcXWzKdVyDjhasLVL15VNO6hwjVhdkU6/VH8VrPVXq021OYRUITe6FPEzdHNbSbJrx7Lo1UAPf/miPYpo9kFWl/tclR9f110vlWAcVSYORV0NRLoVoUa3PbxQU81hBV/zML8PBHzqpQfmxyr05gNG674pRp1mYXD+q0XpJ/NM5vuSgpVb5lS2eiMqU+BxwV+J9mVv4XArf0XSmf8AjVM0w6zYuITW8G3Rbyt+SO1eGX4oGm8OHRYgzG7gEa/2g52yGTG2CjRaWE9FdTqI5oItmeK9VhbkjLji4Itzc8p9Gn5niPXmthVAe3jKpHR3bSm3hxCAAy1Aqr3VDt/PXSPwJ8cFWPJzUZbPopbScxpVNnBNxGeUcuSNT2kYTvDIzXkKu3D3XvOWclTx1XWeqq21jyVHt/PW08mJ444cSj/uPRjyyhAVOryTXtRTisAHfXfXyVyVCkrCMhmVPDhqmVBs5V+/8lS/vjrPRqe5xjF+ihmeQ6LezVk3a1zuz0Rph3UqxRP7CApOpujznvVCsWQ9nwYqjJcqfr+usuFSkxzuaw1zbgRlqDwgW7zuSJ0jSMHwtVmvLfiUZAIhus+GTqpcsarfHUDPRW8oUDwB1LS6bWEmGlmV1+/0U/wFF+lOpkj3Udtaldo7prM6Zyngo56g2p5OaFRrmuBVyAsFPJdTrHXwRrkZi6rOHHfCLeE3WI5+Clqq/KgT70lUnzPP6odCFPXV+HUc3nBWJwk9VACjxnwEdDHZXUnwUwDJaIKCeOiqMDiIKNMpyI+LVChSnR4z4Ci/mfCzHUwsLZHJHA+QLlEzaFVqDLFrxc9QKCLkXKDkVulXhX8bvFR+z3aJVeQwGQmgswuIxFVKjSQCLwsOoO1wg0oNlEDILdYXLFUcKbfzWPCXdXLyqwgrCVPga3xNNWi1mE7rgbu56qq7W1Yfoo1yTA4rAc1dbjRKx1/I3JuuVIUON15gt1y8qBd4n02kkMFvXVV7KVhd9dUoKeqB9Cm9Ghuq6t4CXnCxVJpi1h9FDbWTpF9VlZXkeisQdb3DPHB1VOy2ubVOsnUR4YUutqr/AOGP/WU9x4uRegMwVyPdTkOqzVoBXVWX/wAVccMaKf2Tmm4uEZFuilvgCjlrxFuzb1UgS7mVCP0WnVebi0fWP66jyUtsr3Pg6rl6Lh9FX+f+SnMJyrN7lSr5It1YW5qd0josrqa1X0Ytxgnmc03qj3RdzTqh9lsqjQm7jjd/fqob9VdR47ZLSH+yXADUYOF3NS69So/McEW+2zMLqp1WTAcnNRc3iI+qa7mE1MdyKd3UIt96ydfdFh+xgZlBUaUb0S7vrd0hTdlWOHNCo7I8tYqPHmU8aZlCMyE6j7rimor11BoPHx2aSpFMr8QQVe5UZ6p1PAziUyqzJ4xjuM1ujMLZe1MJtwUzCPIiOaAObbFFw4oIoolYeSyKyWa4+ADgqbg4Y8kR4IQ7qBnSfZbJ3BN0tg3Kh3uhQwiLQsPMKDmLFVGcHbwTTzbqhSVHBVag4O1ZfnqyXlC4LzrzFOvxt4h8yqMPOVtG5cenJPo1BfIrZv8AQ80LqfYqfqmVx7OfZU6s2lOwOBhYz5eHXU48TZcwbqR5Dl+wcw8Drp125PE6/wCKEyrNjYrmCp9kqk48HLdcix2RRo195vByNBzsdL3VhpUmMHQKBZYXrZ8MUhMeM2ogcRLVHissXvDWdEefiZquckNnvBvFOpXEtQYypbkV+JTB7FFj6UclaytUcpc8n1WZTd8kcimjNjjBlRPY8k6nU84XQoNm/BYhk7VnrzUgq91kNQfTZUkZby8rR3T9qC9w9kO4L/hv9yc91CMHIp1XR6jwQbYk3aF81MoyVSnUduU7ytvQcYBgyqdSq5wxJtKTBbKc1r3YxaEMQMRwRrUXnFTuQU11RxnFCcMUOZKNSi47mcqm5z3tL1sHO8oxSnvoOdLM5T61UuAB4JlSkXEO5oPJdjIPiuQo4oPabhbRuR/JaR2TnT3+q0b8U8LLSTT82ET9EaQO4eC0Ynmmf5aNanXxPxzhU/DktIxPG/kFojfecqmB2Eqp92djxebotG2r8MAR1T5t+HZaUI4Kp1d/RaP2WjUv8NPbyd+we6kN0C85LSMTRlwT75uy9Vo9Zj24W3K0hgcN4QEaD3NxvdZUKOIEtzTP8tVKuJsTKtyT6Vf7Qo6NpBlwpFpJ534BUmOpB5aLHkt+IexVWvcJdktHhwGFomVGIeTDPVV9o9u/lCFEObiJlUmyN2AU1hpAmwxck/rfxQBJWLSDPwA/qnUaYsRFuGuJV0fBpenEYjodA1GD4uCOBzzUqWMZulNpl+Kt/wBQDJvTv4m4osjRthP7DE0CYi6lxJ1NY7IrZl7sfKVsd7DhlGmyocYT9tILXGYTjSqEv4J1WqSIKdVpklPqU8JaWYXtcLOCDdE0WhomMXdTG99Tl6I4HuMdVTZTeSDMrC6oQU5hnCMkWtc4kZ3VQ1J3SiadQl3BbQYsWGU5z5seCcwZA+JuO1R1+wWzpiGj89VP++CHcfosvYVR5acPNaS1l94hYnxB6qp6o/3xVep0VGoqvom+qfVEYU75VX7qsOZQc+Eynzppo95xVTv4cTvIzPVA4aqdr3Q7hClwwJ9NroA6KseN/wBFvvc7uUev9Uf74rDiw4+Kw4sWHiqvom+qe0PdHKU/sqyr91vvc7uVovVsfkqNMfEVU7+FjB5nbzl2RD8JxdVLRHRNqkWCGlNuJyW32fCIlOfESizZ4pPNYNgGzxlBuBrx3TgWNYB1TaIbGHjKdRLJnjKduYsXVCpEwr6OPqixlMA3unHBinqnfh4sRnNFgohs8ZVHcjZ9c02rs8hESnPiJWPrCkHW53SyyknIqUGymVabrus5q38uSsAO3/JHaMJa4ZLKBy1//8QAKRABAAIBAwIGAwEBAQEAAAAAAQARITFBUWFxEIGRobHwwdHhIPEwQP/aAAgBAQABPyHIF4I9yIuexSqD1YWUy9KDpNRROTJddzGLL31jIQ+zwpzhGUBfUQX5PBFRFEK4bzH0cxiJ5wdNj/g8K/wNIOYukiXzZ2InW7RmIZ7o0mAD6l0u1X2lqTvuFVltCAgYg2op7xBnMTDvBXhQ5RfaPo2jBEgXVs7krGnJNCFQ1KEi6U4aR3IAox1OsKJlw/r5gp5wk8CYCmHuGbw/wJxs1qqrXTswIkNYK6mdO8omgzm6cmwXziBkEvGo/IJiJDu1E51pi1Ek2ASB5d49GV7oKR4MM4zzL1nBz3mI3LoHlKRlC6wQBl29SOr1FwN/iao2vXdyiFbfS/A4LcaTcI8mmX8lH80MNP8ACCbESLKA+zHGMMIUXabrMICaDXkDjS99ZQiZoLLcwzh6zQtW8MqL2rWfQ6T6blDfnhpMaE15dSuaCKdcGazmKADCdEf7oqZ9NJVw3D3/ABCm4LkIMAaduYK+0i6W0UN5ozDnCC2D5swBbba9Z8LSFWus4ZVVioLWAeI97q1XAp7Z6RFHmUtRzTP4TSigqMKa3vSKzDqSgdWwliClw5+a1awyynRDrUEFIXT1ia2MMMBgzAMqTs5nC4NTnB1Y4a1B2/SCZdS2+0T7HzYfHqt7TmjtGJIu8ylGLOwQhMvqdWa8fIRLL/RTMVjWGspPlYDnWZ4/S6WMtsOJayuWeHE1UUUOYDrGsYPWyFyQ7IM+P3QEAR3RF8KVXA2pa0D1mHIdW8GZX4us5zU7yVxeE1+ZcFTCOiuVfi3sZYf62IAIfB4LlyjULRc+bkuEAAPknufy+P1urM/VT+UW12h2i6gi04LsyrVixOhuSi2WwmJasVhFo94chWK/MozUwzI1hA095zGu2AVoU+UN0OyNgXDkaj0yw2O35Y27Wlvea7t2Gss5dIas5eYgTFGInnor7z5eG8eHrg6LV0Z8VxKtfiVttgPBZHh6ok2dEYtRz4GnvHEZilMIKhhqM2ELv1b1JWljs0e9DKmCmkKdd8SmWPWaQwj0Ybp91Zm9zTHNoUg0VZs/uXi6Uprp/Ja7xL8IratFfb+Sb+Gn5/OJyb1Ztno/e0uWq4Yg2g3xDWgdY+1uSIqmqMZePiGwwr7Z/s0Qx7BBKTmouytMsQFuptf8QSDQwt4gI56mhRUZJYO8C1uli5tTKgFyTdmh8G0q50RlnODNedaZZcwIHu2W+ISqbzXPVhLduunmP1DQyHIGyuCrFxzstUJl5erKYJcpiCneLIOnvAbXXK5NLhlOFHhIo3hILVTdM8TMDSPjV7myRLurWCzV3L3e8Bghy0Fvzh4uFZmTMp6iBMdfzKC4XynPgxwY/Nl+0Ku8F2w9GCQnraXTFTjDENaeWZ1x0Aw/DvMDCjygdKA2mhDdMk8Ncg1MWLAH7ECLg3wm7W6wzPA6Tco1ZAI29u0CKHSW26m2xPevlN4wwEZ2hKMp19jT8sp5ejMHNEfPOhImnR6MDMjQBcVblNQ8I3cBHajgALkiFo7sNg+AJuq/FND/AGQ7krBBRz5p7b8IafR+U5RmWugMepVldv6jrZ9hKitUQxVZLmsuK1O0GBS2Lqy1bh4lDZv7w48pmOJXLIPJLbIDu0Fa7NI10IRlkO2mmbdHSVkXdEOsdqNq2z7nVGWTvOSKHMy9LLcvArlUwcQTdUsr3XbJZuXpzBtQFQai2mu6TOOzLmXAg5Mqm878wxLTdi5Sbmx43fmKjE/Qig3Y6xUngnlA3epvFmO9CHJjAUPeNSoYTpymTrdkeyXr5EcOTEVmr2bQnTYTMRsZ0KcphGDolVJ3TKZTGg4Z0CR0ZeID1mkV90POK/M3jKy6GA+8zRuNDibzB4VvJfli4yoCjak2ii624DlAXs0TuCoeDpjoQnQOhAYRc5qrgtGji4NQkXjnEV42NJcyjwKuTwTIiRTAdqB1L+wKmVbcs1Jb4VcHEMXi3mLhnUlQtGXRiJffpHrckqH+sxYCV3TfI5PNTGmjHGzDpNUfiqlF60WIsQhKmFtzXwdkjx4KG6BaazKeA2GgR1I7kXulUsHZZbdWW0aZecFs4joxmHQdpZeCug9YlOtLpBW9M0ad4NNMEeUz5iPDMZjzlKhHcSTKFghDEpWlcwgF3XbyjVEg/KVw0c3zHaX7kuoxxmOnhozqgiqA5hMMDPVlJAdgnEorzF7pdMlx0ta7R6yLGixFpHVMCtYBqmScXmYCUQI78SxvAErjAdUQ6cRJRxFu2FIxnmEd7+6U9aLGEUCgFqrhiGGvXrCOERMRMj65AcViY2iV0EPRJYUiA8epNH2LLauYFI3h+DqhVO+DyBZ2E49oAw4gpQQxoSNuEHBok+SgocRFdFJYOT1BlgttxzWJgsBJwOMvgsAtlRSy8x9o0jwYRYVKNQEJtcK7qHXCNR7EoYBCDaIqp8MHWbToGPmfBKrNcdm+kwDJ0l5knJDgmsdT8zLopp9S5QJROdMbU7BvEkO3eIfK5g3KfKB3Zr5xe4vB2iPrDZRS+xeaRckEazeGU6PkfqDYRNxv/Zc3kdIb0vqmacQneo4CvFVQLB7w17ZvKqgXsQ1ElFJo+BupkXlALN1RCAIb6p1vlEtEZ1plTsWwX3S6dt4Qxx1Z/F9E1rdYlhk3iAAEbxhvuGL4cperdDRlQsVuZEIWaEt6RaA3MQRDqRWrRg71MIOzyVAfUIELNVsRzjeUXFDQ396Q1T6H5ZXeq3qlDNP1uLXDpW64W9RSxfZwv8qDx4FLq7LBu3kzPiUN1AJr2iptYIZfuoDfyS4TWXke8FoZvRANHvLh6/cOZTqMUcRYB33BQmWeZ9ZvgXpYfUrzmY82xUXedhX6ivy/sRLqCucs8kVj3cECEXcxHw1SnJ0r+kqCCzT1Xl/UdYJ7IJnCqPDZLRylPBqMK8cLSsxLWwg5T4Q0kwPKa+1wemh66nvFZYQV0vE1UyJjuvGU5Ta0p7f2WMPkwehK6zMtmYhXaCYMXVCVqmzVyxKzQ4hUg62WLo1Lvu0m3dqfwPCM/nCEeZNfDaekSuKGN5lidnoQgU4J8PtNTYKZf3P5xAEqgz55iZ7q/aH0OITV1Pd8B0B3YcjyIhy7xXaEO0FJMBa3qxKqFQOp9+YJcXq7x1p5nLNHbE0TQJWuQTXbZ7Rr4mdsqjv9z5yp3iT1POKoFaJdrShit/P5hidJXztfeI6sPR/stHSWHUzKwSgd5i5jZXYxKVSEOyK6E6Xw4vjLDNe0ErTuy16BHZtGWiK2/AE3q9ZfTsPvvF519WfzKB6SD5bvx5xVgpRww0eqyGg5itqgXmt3j+/3Evf67k0LGT3GImimmZWg/wCk2romR6CndmBqhQ5NyLzvKu8q28BhK8wqawKrN57kfBNcOnDuesEKuYLcxi9RFIKfA2RRZTzcy211fUgH5Uvon8hwpTi5kJ9iBmaY7nUh8mbtt5xQiahlwRodq0g1AjpGkqsJx0hpPtmfDfjxLotZfgRVGW7M5Q7ynoi99Px46Htv5D8+sNdYtTDkyiFVfUxZVtXc+sZsdIFkZk3YmWU53LmfkguF5yxC6wZ/NK6QaUsqXGKw2dpSiNKNbaQtQGf2Qk3MlFLX3TafN2ZmISB6+8GcEz3FG4JUGlovERJs39ZdR1pP6jYpHJj002VDq6wOMHvhH+RdKiCiMmNSZE7azFzEALDVHSXrtYgqWxxzOpXLMuHtTq9IkrhOeSXgfKDU+YZSNF2IINqmtUHSLfbO6BLMSneIs/qiaT1T5JUTO27fuMpHdtUHKUAZaYiVSyIy8sgZorulFKHqhOXEeZ5fEeIAcvJEtyaB1JacbJQ5TLJLab/Sb4KJPXXywpPkjMqPW1w+a/U53/cV11lOdf2R+Sy7HnMdampfmi/ok7CNg7nUsljsrfDPqm8exfEHC5V96P0zRzIe8sl8eC43MSxixNTMnDCw2z2TDNAHdoi18jJ1mKC15opl4AeD1P1MaRYRZOv5Yja3VvOsvSpvDGQQIBVzYzV30gON5PraE4pL0u5ZK4QOsIz8g6E2dbzGV1HLhCFa4/s36QVxWsvmXoeRB2Gi+7/sGlpT2f5VhlyYA3lMr+pQBm0NBG2vgqEqNIg6vKWvbr4Nvg4275ZzPQ19I+2zcXcHW4nWIrLXa+439NvBV18VXWcatFQS5FuM/wDgpZsFLqPfhnhZNkuu0olaPoRM3t3syivrl3UU0SWcTBVVL69pdQssdqIGr+jeNZYMmyO2SCZTXveCNPJAVuKv4hvra6UYiwd1L/kZxEqHrNCWLZF4JRh2mx7K/wCTzdnjSPrpC0tdwi/9WhKPu5hj3UXLKxc+V8p9nwihRNSVXVpGHSKAJF6Q9llFWj7r9J8uPTA8j+z7nc/k+t3nt/gzmctc4JrfrJMm+ssQ/VQ9JjprWGN9p+M/cN9h+72mB/5423uvgjUrqwNi19Xw0lbjfRm8+4SsANyGMdQmUASgtcCAIcjMs4h8uAVG5y7/AMgUhjw7z63ee3+DDM8cHWkGXpitvurEqNRfEEoThGHdD2IDTH0+fGTxDjjfEtSJ5t4okhublKpIGivm2tqhiMbVwRudr/t1N3TdXdQ0tU2RgbQ6Ge0fJovAolURcIpmt6C7k3vOti5TdhwqcpbF1tF20PX+YjBqz5VhpYdbKhlewEeSDse0tI/hJtif6ybom61qYxeLIV8c02eKI61+yMrvlmjLgysGb0tzp9/M95aabU5u8xiIGwP/AIr+hXomgh6Dx//aAAwDAQACAAMAAAAQqe+AVWAYYiMupMDuehpCwF6lWC+CANA47Sct1tS1ttw28n7SjYK71L4np8UJkJ2DQrTBv9KtQ7xuFjXK6fZCr0mPniKjllvdzZc9X5lx0hMrjnrqZDVxh2hVeFFM4Alqnk4CPLxlO6OJBbfQR13Gr2MSTPT9g23eEuNAZTjL7CjTNvaYKguCYFQ+nLpcJc9BHiAOJJBnhvS3F8+2fc+jE53H8pKXrivZ2IUpG1VOgC6qsM6nHFznGiOqOz880kZUV8ZVvbEQY8DXHWWN+vv6/wCSvP/EACYRAQACAgEEAgIDAQEAAAAAAAEAESExQRBRYYFxkaHwILHB0eH/2gAIAQMBAT8QBLZWWQYglme8k+MksJ3Sj339J5RW4Oj/AA0TWaTclV/SugU9yEE8ko85mqrlglV0MMH4lBiUMkaqqZtw6Wr/AMhsWXuJ42KFr/qEKTBTmFXgwQY4aKqJpHYfMALYNwJkC5a+YNPIsTtKU6DMyjAt0twWPMH1RYJnLrDNiGorPhDbqNo+ohsuQ1h/qAeNQBXsjs6tClirHzKjTGGaowranEIKajycwlA7RQRZV8eYejhnJLFFCuyK3Eq2RXtzBhcJGlJTEmdwWU+qPvmOkzJljXQXi4Fs9AMRVqofBL/cIY3EZuUIDcTKZhcebmbEwINMC49DmnLfa7m/wx5rRcviA/iWixuorM0iQ10CLQjJabFf3UsHzDtNkuxQp8wBPAfctyMTTdJkwzQrjmklRJsWGYLu7LTcMoIJIa8uKijBcoTuyY/Z0SYyn0/0lw8MDIMqAZUwBNEcYHl/5MyWzulXBQo1K6Y0ha+eD3n6ha8tHwAH3UILYuAWuellI5PaLN1Nz+C2BjMyltsz27xZl1mOibJRVG2Ze4sHECgOisCzFb1NREjsnEO837WKdMrvEDUFJLDb1SPo7kt/MEcyiQsqKXRtrcapiqxa1YdmBfUWPUZiyaEfnESgkmULQGjvuGwU2bLUzqZrk/T2jqgAHBgtGfnEa0BYpS2l0c0QWfgL0Wrr5gFgG/hhz9nSHRn1CMaz9bZpaybMELPaHuoW2tNPJvzdBfG9QGxstvlYS/dzN+jlVYFpWd+IeFEc77tbTh+YJEov4jbzeTk/iGrYQGLFX7wQV9j2i49DbHdGmLwqU2d+NmeinpXeeDIBdBo+5WlZKtFGaL3GhtS00VboduJtsFeBtqD1BnV35rXzLzgwoW1GHelzWpe1bQDSfhAquhLHdbXE3IqrbQlWc0a7VK3rqM552ev4/oOyYNTgo2mjdYl4siEouzZWZ7FfbL/2M5NbvXNV56CkCZMpG02OxuAlq/8AUTYmBC7WT5nhv9qL+V6nSkkSSjQq9XrjXiLrYp4DIpcH414gYiglcDsur/MDvHw6VVeRn8agNHxZwqqqte4AsUuJhW3GcnNyycqSwGmryeBncOqDgKvkM35vxGWUgaDgaOHP/kV1TwBpV4Dg1rr/AP/EACQRAQACAgICAgMBAQEAAAAAAAEAESExEEFhgXGxUZGh4cHw/9oACAECAQE/EFDL2mJGA0lCR2nmPP5mKPPFOolwwOLmzN47naPJ4Z/ZF+6KxmDrE6aoCJm5rhDuZMwpme4NaglTWrS4f2noER2lnC2XZGLG8oRubTdlzURruLacTAgUuBn7IExGx3EUMTd8zRGcIlsNXHMNND+4JIEgBRnzBLO4YSLqM3FhvKdzp4ZQ3L2OAEG4BGiNCZIH0EFWyxDUEvTCKYbiDJlHJNzplqmJbgbkvlZqOCKMNChcdhmgxTQGOcIVTgcVMIso5ItQYQqfE+uU0hqVcRUtRqWdTaEypKhDY8YbXDhh0RQggkDKygwzbwZhyQd0NWS5cBYlmjio6iVLwqsIKIuC1UsT+ZnXBL4PP2yt/EeFMEUIgMq/iC0UQMzUQu5fADS1iK/+7nQZlwvg0XApgYGOFhhl8iMpAz0hwB0zemFGVAomTcG5UDhr/mKDZZO53U0v8QaWR8QvuKoockfBPAO4Z1NguDxvrEa0Xuq7uZSrbiNvvDF/huOVT+omnn/v5g2y9eJ14TIII7mCbmyS0DRnxhFEO33jcO1TB7ywrtRRHZ4I+83EZaWz6ncKXA9xRb7fVQmRVl/Of9lypcuWYN1eCNbeS9S+sX1iCvvde58vBFKceIt1aPEKVpxXX5lYUF4x3Gw2c64/s/ceO87gArBV/qZK+EfJYeqqfwH1K3foqbQeDznXgueTS/7y8LEZqvUcsdV6i8eflnzn5/y50GLv3FdPKAlfZl+jdX6g1B994iFjquf/xAAoEAEAAgEDBAIDAQEBAQEAAAABABEhMUFRYXGBkaGxEMHw0eEg8TD/2gAIAQEAAT8QCAM7FbdnEsVbYA/qWiVsIv3EcrTcJdRZrwS1QR9IkPafNFkF5uFdYkWyadYKHX9yt4k2kvk7oYtTnw6BrZ1nciKauVgtY9TV8WTOEUpsqOGbWNLrF9IBHSiL7D+vyQ8wG5oiT4b7fxd421tUzWLaGxH54zvIyVapxeK00m8HQQit5E4eIjSqeVysb0ZNNpZl3Csco5Bne9KlklLSbgvYaS9fNWuKZaUWpAy9pY0eurYp4b20O9MXIZQp/wBjPZI/qV56Gmmt2Imi4wa+dZUozpYP3HoQOW0vzge9naPHUBRDUdujeP72N2ODnjwNmFsGsXaJT1Efh3/Aj8WFTIEOwKZ7xopBiVHfafb+KEi3kFLUSkAll9BkjWcSVpRq6NpiUiPyyZuqiI1NCASmwG/bRMWsaYYaBjg1LDbOZr2BaSCtxEg0stbJLMR0M/WG24qXJMa+WUkwKWDMJ4UHXEr7orZVe2iVbp2gqwm5g/5+rhMLB+g9TT0x5+w5myA8U8dZtjtxpBp+Y6a7XbWUHa6h9qFtaB1hStk1PEp3b+m7aY73lLxW02IlkBlZKjt+n7fxQ8BMMLvUztK2X85BAWhdmpAPowFC8WKAUw2MksKwi0soQO1LZp2wHGohuA1O8KnhPpKJboxrAjpTT4hvxQGTS5VmWWgnpYpM1npBLy2LmbyRfcBeYPJFXFoHulDEJUoBuLBilSzRKadil9y5Hk6clgZIkbbdGHMLQ4N2HO0EHmyH21BHVgPzBHSVGW1ulKZTjLoAPpYBj1EMRNNxBEyIQOLdJBOAi2kdCO3GWU+uiqStDQlVNWXQwASgEHWlk2kEVzVBaxqKzKX4RLuiopWiCqrE/cqYV6HLFW2yChMQ4r7jMhCHBaer9Q2tmng7+GBBSIdSUhyy3abQIA0RFzTVXLSBqgESJqa7VMdAOBr4+oW6tKKXNrgq0rgaypAUw11H4lUqPaPggN0OtnoxhqS7CTzll4CNXUd7oglAq6CHolB/SGj3pZ3ruI9kU4Qan5g0yO6oFDxiN1pDhOFJpoy6tGAF60ksM7XFODkiI3ne5jVVtGWHXMKKBuRvSYwQURFR0a2ejpHvst+Xp8JKAXReq35uZ7oqbXEMvgLAjjoRIvWtJ/QTZldguDfclcOzwai4Y2gV1Gk4WLAGKspklBSi6kfGvoYIds9AvUYHSmVVa6v6i1NQyNnArSGnQjWju75jLQDXfN23D/MAGAsw0ULabRJ3kCXzD4l7q3awNvH3FRdjnY7RZopvM5ijtSviBdS8GV5IHZrVdbyTDg4kbooyaYqACkn3JNaZYVjAr8DKlFBZuUSuVqtpEb80BlpLDRfUFpr6mNox1R+9gObRDelnQZeDgQM3LdqtDXWa0grdBbXFDAIiCoA44HxmISOkGldtpmJ/9YbZl48y8uk/sWrLtRRoAGjvmZL0pvX2R6MsvR9SysBdGWXY4NTmJkJv18RkVZBUsuJMjWckqCgblmn7lrklb6TSJx40MdAw/c08sZ8RAcU1uE/reBCVCDV9yKqutswbrY6R0x7Rak0QXV3C4IuBqVR9THV5Siql+Qe9paoHTUuqJfOEXSdULlvCAJWmI97g/Bsp7x42q/aEGpAa/jGJUFo7lQ/QhUhgdEIVRFYD1XRMnWxxH1CI0YeVMW+tRe7jsxTBfZysE927JArdZQxDU9TaCAsi1PBGsNAOAeEv5lGQsZR/OJXds4IOQe0p33qSyemG+iwZmIKJRDSYaRMcS9FWdQB7gt+JQAZrzFwGFRtprDFsuSccSoDAPof3LgGQJs1iVrcHMBq/5M8p6w9pl9FAbIXRzvC3dE66ZPkIaFgPMf29wSFwVRrzK8+MMfEUcNRruOxMH8Kf4KgvS7h2OSlV75bmaoNCDKYuOOaBD02QHqN3DkKotrSIhriEoLv5IWJuk/yXYo176/8AfUZyTFYLiLFYrgbr0/2U4KFdVOxb4CId9abCbB1FyQ85zSa4GlOTPSKJRhFVRMt0JU3lcDtUDb6utXhn8XsdeqqlFUyjgvWpCNoieWr6A+YwrdRdQn6i78WgL5h3PJ6fcTEXQ3DBNRtkvWANlXZdSquah2KxQoAYP+yjwM6RCwDT1ET9wYDmyOxswgLQldLCviGXAcg6PRg/BXvZzxDNIDxNba8xGWqLXg6dCAmwKGw4DaPksnLcDNw7wLct3NYaum6UzAUpS1xL6AABILqtOsCEmkTj1v8AD+GcsJ4nkRA8gnuYrqg9GD79Eest8LhqQGsQ8CzqRlhABJ1DUYQ4YYpMlsskVib1sTJG2Y7qr3Jc3sbEXtcHjCZvZhG3hHLDqkhUULcBAWErfeJ0oLGg2IhzjaX2JWmJGsmbXDwgqlx2P6gMThWbbsHCi44ivExsDsDOJVeSuZNuu6rHQ5lCYmZvlL3S/dwgTbvrNPiRNphaIaxup0NKgVqQeQC/QeoQcbCrGbjW4mfqlz6qNWMqUrqOyyVhtcViGY15xCQ2+ISyOYT1zoeVwSg7Trmup5cdoQViqmsdGFfvBa7ToMKZkr9AKRaKLpzCAGgmaBediNR2DAbsXUalyDjGCH6lyw+R5gVtbiSagpxKsc7VLXM0ydDZwC6viGBB0vyMepUMIAUAQ7A0YraadTNg3fTLRsUTR+ZhDNx4A0lSBfAQKptrtiBiWXzH2jSgT4H+IqSuytBwe5h8XglsLtiCmPmWKohxpZZlFresemOSonnquTElJyAu2b7HmO084a2/QdOs0i1A1azWLu8NSnUluZigQ/gGlhHAFpZV9o5OrWrMggjTNStLXVAaNZc1QRGKIhWywCdI2x4hgtGjkzBFfZZV2YPHVP8AJFiw9PhrjRGAiONZelRglLvacZaJaurFurjaUGEnVGcUafZCAUi7lPkjAmfENXDVsC9i4M3DiWiZXfwCWNALX7WD6FtKlLsf4P1DeXM3SrH+pjjSqNol8alblnc0hKwhipKxhg35aFeMvMeg2Fbqi76CvxBpdNA0IG6JYIdIFMCaDWnzBsIrV1EC1F8TLzkVaMtLKF97G/YlhrUvmourz6f9TwhYRpQpDCtnMBYBWVOy9fu/azHBkUaCuIbRcIowlHzH7KWsxiXLBK7xKBgW4lepAK0vggorHQjqUigWDrEaxDNDRFaylWZyPRlVKim4YzpFPemjYlcxxS9rnLDDdCdiPTdB+ZvTlfb/AHzDW3C3aErgLg5YsIOqzDAxBVdFat9K+pfvGbv4ekaWmgHJMsW1w+4oCn1CTmWgbksl0W4LkghrBtmFtAO7idnBAA13g6DUK2blwk1+ZhxQ3SCaZ5IZIe7VrtS50VFlEQqlxU011943cShU4GNZ0hsGiL7k3qCLQz+4Ljb4UdaqUSDnAu+3iatWJ1arOxR/LKw+otscIvRD6ub+SK3UGxF50pFWA0qMYU6PMUHkhJ6qOEOHhzKFtSwKA7RM3yQGFyZJuimvdAFEWXUELILfVlZ1jqq4vAlm/csooAnB/MUKYFn94Y64JtO3/wBSzC2QqVVmFxNM6bzQsAYKQuvIw+FJZ5AnkIwQk5dZVQDFGWCcNeiPr0lMAAoAwEBbQ/hJdlYdpRUFkYqSO1QiomxcyC/uluA11gCLkjYKY0yjBeGZ5KEbB8rWV0wtt8swFV2fwgvcwjXeL1yXzevSW9rFmd/8YJXu/LMCumjt/XLE6WOz/wDGIELKVowEfRL3k9a00XrVX1uHLIRiau8S0AeJiNwnmKzoYAhwSrhbDjY8xKsDla+Uxnrc3k6G7DNchS2m/wDIcChzH1VXZBAPIMrutLp5YYIOlP8AX4mUBEQ59TRJoKwEeLe5gzgn3Os6lWaTAZtj7x5h5ny74RAM3W8fO9g+JkjFTxer+o3rmgu4tzv/ABL3maPKaC2mvuOg5QiVqYVq4Dux9Vi7fptGgFZdSGv2QHAWq7v16fUZYuhd3+y9wJ7JqIYS2Y5q07RjDxMHxUqOw6lfGsBrogp/v7OJpLzQJQuB1XTTiADDWcjm34N+NYwVJnD9anz3ggi/1xG6Ep1Z/RPeB8E3Bt/UrivcRZ/yEXBYzMvT/Zi1ZMAPxiWEWVjKXWJTys6KS0uNqZcf/RgkEh+trgDeNqtuug6a/dTaJWRXg4O0Xs971dD4fiahvQP2bPU0ABDqAXz7yKU6yKFMIgsXU5q8+5nNCI0sq/uWGe4ME6we7cd92rO5LNjK37lV4Ib90w12lpMug/z6gFMHezh9MswRtS08cQoCIRVYaGzZR8QQvAl35f8AIowUCNta/csDU9+55PqLlNoBZBly4lXM4Kqla0kMFwCqBtPVpvhhgTvc/rtGmKuMl5ZPEHVCg+Q+vmMr6iPF2fcDeR4hR8F+Y9mpuWlfmNlH5dil90eIypQ13Pb/AGDOEXL8SkGngmGsWoK49yxhcQpo6P8AkZruZNw3hsvkpPhJHMrv7ALTo376xG1EClQXlVT5CGBjDcvsPNaeuYlKy2XjrGoaEJ3qvsiAtVe0ZwoD4G4VDIL2IT4fSKk1omBp7lEDEwa8k4uf1iR9WvbV9ylHQe9D8ygJQ7dIR6rTlJfxHhYhHgX2u4DBAY7kpGYSb/i6nsNlQ0HhuxNAEG7erACEcWUcvZfAIwNR/v7tBDjQK9jEyCI81Qa9qxs9E3zT5ZfmNayeTZ5/7OIOI1AXBHDApsfz6iM2UeD5YV2YxbCl8AYljCuCT+0x7mU0ASjWtHcH/wAgpXsR9spTwr+ksKUdYiWZ98SxpYgjf8CraXB3VY2Gpd/eMEnABBs5KxHjcLYB9EYVLVtXp0gtNFPjH3cbkaquzT/fcEOih2IBloA5/wACEFhUaVV2F9y+npXm9D3Gv4iXOmtVas8Zh9kC72nd1rWD0DYcH7CxtUuXIlMe1G3a20/UFYG64QD6Y6vxBtnc+4rLkeWH6iRQRVG8Axa6v0Epz+QhRYHufUFt96NZ8yUFk7wYpACpDS6hUZtBIDFzS069hIBkt6g4viM7QLW7juqwQA1AO/8AfUAKaI7/ANU0GcNzm/1DJil+60ebQHopt2GX2J5DaLVpS42fk8nWFghBzywV38mKlKC3vyvkiOYfg7PgXzFi3h7CfaCgYog8kuYo6XGJUN9kyxtborvifBBm6HdqZGh5zobzcQbH7sDVD5iRX9+Jrv0YTVD85R8R203Q6FQHiWsxMsA7EO5eMSpttAvuzI16L/usoayn5r6UYrNQdxwSk+TP60VXSALKkanonZBGa+wb48D9kqYwzmILTE2EUngD3Iyy5U6FvhD5ieAEs2/aCW9zqFMwnlQu7fs4jqOxBBoj8LX7Yl/vefyEFVVOYrI/fpjogTBtrBNoxVRiEXq994fVBIjxWOdadYlbfwTQThvF8ATxDQybfAQrmvMvAbN9J9zBjFrwVYfFniBd5UGzpK8YaGawF+KPEDiIe8fcde0MiWYE1HK2R2RzKlSaR6WsPayAZQLVq2FW66MAiFAvdRmaX/Qs+nSc5iD+/wCRjSndg2nvUBxaPjQfT7gFCIfA2/eu8dkAaZnDS7mqBRuCcB0Ll+qG2CywpXjTL6Pn8ruQB0mGFOlaywIytAEDYAi0WmnJj5h3A1tisTxTzAEOVInQq8hpo7yk1PVC+EfuJ8Y0ACaK4+o4Nw3wmkN0py7HbowR92Jo1cokHF47xnOwVuCivFU8wPcVuyWsdq8jUFgAINGr9gsPCQew7zU2ZdKakuTo4nkPcslq/EENukI5QBg6hHCl7iUXZk2TcgUHLrHol3aeKmzDtAA9IqnxNUCbpfIS9voGmwDUOvcjBaWtrBjbuoTIrrcozWbLoOw6MbnNVyGDA1rWZVnKDQF9mLvtFkOdXQ4vVPcZitB2KWiqdiZlceGVprXSMJIUKJaryi7THM5VXiFAmCb2NI4p2hfkCstCtTqx2yS2Mff9wedd0Axe2MZiwg+wuDjGMsU0ArrJ0bWuPmIZWJ0Ay7cXnpG4/wBKCsqpdYte6HcWGqKhTgEhhQxXb3EHGYRco9ckW0B4m6R5I1qFFZdCXVALLjxHeusdnkeR0qCTXHJbur9O5MO0mQ74bCKMXSCY9QzpV05vahk0UFRq9480NWZsOtXslBNCcYf9m5VILRHhMrKOdnEFK2W7I4iStTqBwG97+ER1qJRYpf8AWCJsidSwDPNxXb81KoUCtv3czhbsq2nfqF2qCljDPu4Q8DOMzYtsa9H6j4P+GXCFMprZ+5HR0LxsKoBse2Nc4O/WKluYu20SNatzXRGt4otW2cLrMFBYlXns/qKeTkxNeuSJUrqtAOPW9Q6DPuGlHOX4lKFZRC87i67N4atTvBQHi8wa6JRdxQ+IRYKa01zAbkMrfJMHcmBYBQKSANhxE7xvt0WY7ttJdbRYKjoz0IItKq1AGvuKE0Ww6ddpSlr8DqTTT5xGBYrhsg13/SGAJMQJ0YtcEz0105vR8sSh1Ls8cad28Z6YCuov5v8A8q1Y1iwa1cBCARmhRxsnY9zDR1KTrXP9mY3LvSW1V4jKR0L0NZZEeHZGcRplc6TMlxs1Zbyy53HYIht1HuOEtDBbj0tZy0m9xhgRClYWgu40LuS2u81AvdlvL+NQLXLNNGn6x19QxMvOpY630J1jn/0xpsUrbnWMAI3Wg8GD8NWXyacJ/UGMiDWtLPRh/wAg45Z3qI+9anyFFmTRiVSKkAFukNgC20cL2bXA8yFMAluHlg845rpoO3eBxY9tl74xeK9KIU+H1FpMIOmhhaxCltb6F3z0MMwzrnkUx3lTzbMzFxSpjkoENuGNp+i1LrjkjlJhroF24hxWZW22Q9RV1S2ouK7w+gCsNrdupM/oWLa/9U3qTT0St1rnSGVBXUbm7vLaWLq5878QwPoyIYMMcyrULMKd4qabvFpPuUeqdcur4lz5fIE+NE7OiTqr+k5dYC9tj+jp+PLKzGutBvFdIOwZBdWTKtfIGlqJpxfzt0vHRmYml8c0sFLfQSRlBp5GP/g1v0XGF+1+CGf6X0RU9lS9j+EzKG1YdKisSpWWVYHUoKXXEWBEhUrmIPAg0jXN8xmmWBg85Zv4TV72T9T40TvakrDA0s1OUJ59gUNU5dmf0dPx5W7WKCibKuojVwBfd/5KmzaMHGRMRpG0JkrYMHnLKteGvYfITpcvi8n2ny/4CuPyTiq7wsodgjsRsgjMVACOAXZLvNxB6/Q2eIq9Jgsrqd+IJUbxmIFXW9cQLDXyzPk4mf5/1RKLa64qoKqniKTceHAvDiOuNQVPSmYHRHLb2o4+YDacgMR2rGW9YToNkYisVmkvWGvyGwvo3rBQwBvLRrTzG7FqgrOoiGNUGKMg1rtLGIxwFzo3rHjB1tHGjcpkyAFyHhHX0hddACaY066zP4G7i3m+422lDG3a6nWHbZtOawJCQDBoR276P5WFCY0owP1AUOMW5prHLWFbhJJhW1Uh6pjMlTUpTU6Y+ZrkWFvhoz9TfksAryr8/g//ADa2/wDAK0ZiPyAHJHD9+4Iyzjn7Xq/n/9k=</binary></FictionBook>
