Когда раздается очередной звонок мобильного, я вздрагиваю и невольно морщусь.

Потому что в последнее время ничего хорошего он не предвещает. Два дня назад сначала

позвонила хозяйка съемной квартиры и “обрадовала” новостью под Новый год, что она поднимает

квартплату со следующего месяца.

На десять тысяч!!!

Мои и без того худой кошелëк теперь станет по настоящему тощим.

Вчера позвонила мама и с рыданиями сообщила, что мой младший брат-балбес прогулял весь

первый семестр и теперь ему грозит отчисление.

Если конечно он не договорится. А этот “договор” естественно должна оплатить я.

Я ведь должна думать о будущем младшего брата.

То, что Ваня младше меня всего на два года – никого и никогда не волнует.

Я старше, а значит должна помогать маме с ним.

Она же и так нас воспитывает одна.

Деньги я конечно перевела.

Лишив себя возможности побывать вообще на любых новогодних праздниках.

Теперь моë развлечение в праздничную ночь составят – оливье, пара мандаринок, растянутая

домашняя футболка и бессменная “Ирония судьбы”.

Ну, что ж. Тоже не плохо.

Правда теперь мне нужно искать дополнительные способы подработать.

А перед Новым Годом это в основном всякие рекламные компании. Самых разных уровней безумия.

Вот сейчас звонок мобильного меня застал в костюме Енота.

Уж, не знаю как связан Енот и Новый Год, но хозяева магазина бытовой химии посчитали, что –

идеально.

Костюм хоть и не тяжелый, но неимоверно жаркий. А искусственный мех то и дело лезет в рот и

глаза.

А отвечать на звонок будучи енотом, та еще проблема.

Разблокировав телефон носом, потому что руки спрятаны в полосатые меховые перчатки, я

наконец отвечаю:

– Да?

– Леська, привет. – Слышу я голос Вани.

Брат. М-да, так и знала, что звонок не предвещает ничего хорошего.

– Простите, вы ошиблись номером. Леся уехала в Антарктиду поднимать упавших пингвинов.

– У неë и здесь хватает падающих пингвинов.

– Ага, и главный из них ты, – фыркаю я. – Ладно, чего хотел?

– Да тут подворачивается отличная работенка. Как раз для тебя.

– А себе ты не хочешь подискать? – Я фыркаю.

– Не, на новогодние праздники работать не моë. Да и вообще, пока ничего путного не

находится, – привычно отмахивается Ваня. – Зато есть классная штука для тебя. Енотов и

снегурочек ты уже изображала. А теперь сыграешь невесту. Оплата – сто пятьдесят тысяч.

– Это сколько я должна месяцев туда ходить? – Удивляюсь я.

– Всего разик. Представь, один раз исполнишь роль и сразу столько бабла получишь.

– Ого, – я присвыстываю, но тут же настораживаюсь. – А это вообще нормальная работа или ты

меня в какой-то стриптиз бар сейчас отправишь?

– Обижаешь, – Ваня цокает языком. – Ты вообще-то моя сестра. Я бы никогда с тобой так не

поступил. Да и в любом случае, ты же можешь отказаться. Просто попробуй. Я сейчас скину

телефончик, позвонишь, скажешь, что от меня.

– Ладно, я подумаю, – отвечаю я.

Хотя точно понимаю, что позвоню.

Хоть и немного подозрительно, но под Новый год у многих сносит крышу и в принципе, я могу

поверить в то, что кому-то понадобилась невеста-аниматор.

Главное нормально обсудить обязанности и оговорить то, что я делать точно не буду.

Поэтому, когда три оставшиеся еното-часа проходят, я переодеваюсь и устроившись на один из

диванчиков в торговом центре, где я работала, звоню по номеру, который скинул мне брат.

– Добрый день, с кем я говорю? – раздается такой официальный сухой женский голос, что я

даже теряюсь.

Привыкла, что обычно аниматоров нанимают кто-то не намного старше меня.

– Эммм… мне нужна Кира Сергеевна, – немного сбивчиво отвечаю я. – Мне Иван Бондарь –

сказал, что вам требуется невеста.

– Олеся Николаевна Бондарь, верно? – уточняет эта Кира Сергеевна. – Да, дело очень срочное.

Хорошо, что вы связались. Значит, поиски уже можно прекратить. Вашу фотографию утвердил

лично Егор Александрович. Ну и служба безопасности подтвердила, что ваша кандидатура

подходит.

– А, ясно... здорово, – неловко мямлю я, потому что понятия не имею кто такой Егор

Александрович. Да и служба безопасности. Они настолько серьезно к выбору аниматора подходят?

Ничего себе.

– Где вы находитесь? Церемония уже через четыре часа. За вами пришлют машину.

– Что? – Я потрясенно моргаю. – Так быстро?

– Если бы не срочность, мы бы подобрали другую кандидатуру, – холодно замечает Кира

Сергеевна.

Ладно-ладно, понимаю. С этой мадам лучше не выделываться.

– Торговый центр “Мега”, – сообщаю я.

– Хорошо, через пять минут за вами заедут. Документы для заключения договора при себе?

– Ну, да. Паспорт есть. Отлично. Ждëм вас.

– Так, подождите. А куда вы меня отвезете? Мало ли. – Я настораживаюсь.

– Похвальная предусмотрительность, – неожиданно одобряет Кира. – Я вышлю адрес. Отправьте

брату, подругам. Церемония будет длиться около сорока минут, банкет рассчитан до часу ночи.

А после, мы отвезем вас домой.

– Хорошо, – становится немного спокойнее.

Машина приезжает даже раньше, чем говорила Кира.

И я уж точно не могла представить, что это будет здоровенный черный внедорожник.

Ого! Я такие только во всяких видео видела, про богатых богачей.

Не думала, что и сама когда-нибудь в такой проедусь.

Еще больше меня повергает в шок то, куда мы приехали – загородный дом в самом крутом

районе. И даже на фоне фешенебельных соседний, особняк в который привезли меня выделялся

размахом и просто идеальным видом на бухту.

Я ещë никогда не развлекала настолько крутых гостей.

Надеюсь у них хоть сценарий примерный есть. Я конечно умею импровизировать, но лучше чтоб

был хоть какой-то набросок плана.

А после меня встречает та самая Кира Сергеевна – красивая худощавая женщина с в строгом

сером деловом костюме.

Проводит через несколько громадных то ли гостиных, то ли коридоров.

И поднявшись на второй этаж, заводит в кабинет, где сидит мужчина. Которого Кира

представляет как уже упоминавшегося Егора Александровича.

Ох, только от одного пристального взгляда карих глаз мне становится не по себе.

На вид лет тридцать пять, с квадратным волевым подбородком, жесткими довольно резкими

скулами и такой же твердой линией губ.

– З… здравствуйте, – заикнувшись улыбаюсь я. – Я – Леся. Невеста. А где жених? Он позже

подойдет?

– Жених – я, – холодно сообщает Егор Александрович.

– Вы? – я сглатываю воздух.

Нет, находится рядом с таким жутким мужиком, я точно не смогу.

Тем более, отыгрывать невесту.

– Эм, знаете. Я наверное откажусь. Простите, что заняла ваше время и всë такое.

И без того суровые черты Егора Александровича мрачнеют ещë больше.

– Нет, Олеся. Раз уж ты здесь, то отказываться уже поздно.

– Пугающе спокойно чеканит он.

Будто по команде, по обе стороны двери встают два здоровенных охранника, которые до этого

просто сидели на небольшом диванчике.

Мне становится мягко говоря не по себе.

Куда я приехала, блин? И для чего вообще Ваня показывал мои фотографии непонятно кому?

– Я вообще-то ничего ещë не подписывала, – голос срывается и становится до смешного

тоненьким. – И я между прочим, предупредила всех, куда поехала. Так, что если не вернусь,

тогда… !

– Тогда? – Вскидывает бровь этот Егор Александрович.

– Полицию вызовут, вот что! – Я вскидываю подбородок.

– А, полицию, – хмыкает жуткий мужик. – Ну, раз полицию, то дело серьëзное. Кира, –

поднимает он глаза на помощницу. – Боится, девушка. Вы утверждали, что всë договорено. Гости

уже вскоре прибудут, а в Азии ценится точность. У нас есть кем заменить?

– У нас нет времени, – поджимает губы Кира Сергеевна, а после смотрит на меня. – Ваш брат,

Иван. Уверил, что сумма в шестьсот тысяч вас вполне устроит.

– Сколько?!

У меня округляются глаза.

– Этот гад мне озвучил всего сто пятьдесят.

Егор Александрович хмыкает.

– Зарабатывать на сестре. Ваш брат настоящая мечта.

Я поджимаю губы.

– Это уже наши с ним дела. У него к тому же дела.

Егор Александрович склоняет голову к плечу.

– Похвальное отношение к семье. А как насчет того, что я подниму вам оплату до миллиона. И

его получите именно вы, а не ваш брат.

– Миллион за роль невесты? – Мои глаза округляются, а опасения сдвигаются куда-то в

сторону. – Да, я согласна.

– Наконец-то, – подëт голос Кира Сергеевна.

Мне кажется или теперь в нëм слышится какое-то раздражение.

Наверное злит моя медлительность. Я привыкла со всеми быть в дружеских отношениях, поэтому

стараюсь тут же сгладить углы:

– Да, конечно. Тогда, просто говорите, что мне делать.

– Вам нужно просто быть чуть собраннее. – Суровость из еë голоса никуда не пропадает.

Чем я ей так не угодила?

– Сейчас нам необходимо подобрать вам платье, посетить стилиста, визажиста, мастера

маникюра.

– Я делала маникюр на прошлой неделе, – сообщаю я. – И получилось вполне…

– Какого он цвета? – Обрывает меня Кира Сергеевна.

– Синий, – я выставляю ладонь тыльной стороной вверх. – Со снеговичками.

– Со снеговичками, – повторяет за мной Кира Сергеевна, вскинув бровь.

– Ну, да. – Я уже неуверенно говорю и неловко улыбаюсь. – Новый год же.

Кира Сергеевна со вздохом переводит взгляд на Егора Александровича.

– Снеговички, вы слышали? Я говорила, что проще нанять девушек, которые специализируется

по… так сказать сопровождению и ублажению мужчин из высшего общества.

– А я еще раз повторяю, – спокойно, но с нажимом говорит Егор Александрович. – Мои партнеры

очень взыскательные и с большими возможностями. Они очень легко могут розыскать настоящую

информацию о моей невесте. А, Олеся, Николаевна чиста как девственный снег, – он смотрит на

меня с ухмылкой.

Мне от его пристального взгляда становится не по себе.

И чтоб сбросить с себя странное чувство, я взмахиваю руками.

– И кстати, давайте уточним сценарий.

Я решаю подойти со всем профессионализмом.

– Какой я должна быть невестой? Милой и общительной, скромной и покорной или может быть

весëлой и заводной.

В уголках его глаз собираются легкие лучи морщин, обозначающие намек на улыбку.

– Хм, интересно. На самом деле, выбор очень сложный. Что касается меня, я предпочитаю

заводных и покорных одновременно, – он поднимается и медленной уверенной походкой

направляется ко мне.

И с каждым шагом мне становится всë больше не по себе.

Я даже сглатываю воздух от напряжения.

И Егор Александрович это замечает.

– Что-то не так?

– Просто вы очень ну… большой, – я нервно улыбаюсь. – Придется каблуки повыше брать. Хотя я

и на них совсем маленькая на вашем фоне буду.

– Ничего, – ухмыляется Егор Александрович, глядя на меня снизу вверх.

Так пристально, что я могу разглядеть своë отражение в его зрачках.

– Ты быстро привыкнешь к моему размеру.

Ой, мне показалось или это правда прозвучало как-то двусмысленно?

– Да, – я неловко смеюсь. – Надеюсь.

Егор Александрович склоняется еще ниже, а у меня сердце пускается в лихорадочный галоп.

– Главное хорошо провести подготовку. Ну, это я беру на себя.

Он касается моего подбородка кончиком указательного пальца.

– Кажется будет интереснее, чем я думал.

Абсолютно всех мастеров вызвали к нам. Даже платья привезли в особняк к Егору

Александровичу, чтобы мне подбирали платья наряд там же.

Платье для меня подбирала какая-то высокая пышнотелая женщина в платье цвета металлик и

короткой стильной стрижкой.

Мое мнение при выборе само собой не спрашивали, но я еще сегодня днем работала в шикарном

костюме енота. Поэтому, в плане нарядов я совсем не притязательна.

Это решает работодатель. А за миллион, я и в костюме сосиски в тесте бы походила.

В итоге выбор падает на нежное набивное платье выше колен само собой белого цвета.

Того же цвета туфли-лодочки с блестящими серебром каблуками.

Но в самый большой восторг меня привело колье и серьги.

Они были бриллиантовые!

Мамочки, да я такие только в фильмах и соцсетях видела.

Даже уточнила.

– Это что, бриллианты?

На что Кира с дамой-стилистом лишь снисходительно переглянулись.

– Бриллианты, милая. Конечно, бриллианты. – Кивает стилист с таким видом, будто это

очевидно даже ребëнку и я задала самый глупый вопрос в мире.

И всë же, промолчать я не могу.

– Ой, я наверное не буду надевать, – делаю шаг назад. – Это слишком дорого. Если что-то

случится, я же не смогу всë возместить, даже если продам себя целиком.

– Милочка, ты – невеста Егора Муратова. – Стилист цокает языком. – Слово “дорого” для тебя

должно звучать как обычная повседневность.

Ладно, поняла. Играем богатую женщину купающуюся в роскоши.

Но едва я смиряюсь с колье и серьгами, как меня буквально прибивают следующими словами.

– Так, с платьем определились. Прическа и маникюр сделаны. Остался макияж, ну и конечно

нижнее белье.

Я давлюсь воздухом, а после эмоционально взмахиваю руками:

– Что?! Какое нижнее белье? За кого вы меня принимаете?!

Дама-стилист в ответ издает смешок.

– Ты чего дикая такая, м?

Кира Сергеевна вздыхает.

– Егор лично одобрил. Так, что работаем с тем, что есть.

– А я вот, ничего не одобряла, – складываю руки на груди. – Для чего это невесте нужно на

свадьбу еще и нижнее белье подбирать?

Стилист хохочет снова. На этот раз ещë громче.

– Какое очарование. Нет, кажется я понимаю почему Егор выбрал вас. Для чего нижнее белье

невесте? Ну, например для брачной ночи. Или ты предпочитаешь на свадьбе быть сразу без

нижнего белья? Ну, это правильно. Муратов такой мужчина, что ждать не любит. А приступает к

делу немедленно.

Я вспыхиваю до корней волос.

– А я-то здесь причем? Мне только выступить в роли невесты. И всë! Какая брачная ночь?

Зачем мне это? У меня вообще-то парень есть.

На самом деле у меня был парень. А потом бросил меня потому что его мама не захотела иметь

дело с нищебродкой вроде меня. Ну, а Стас идти против мамы не захотел.

Но ведь никто из них этого не знает. Так, что могу и приврать.

– Милочка, в любом случае ваши трусики с мишками и пусть и чистый, но видавший виды

бюстгальтер, под такое платье не подойдут. Вы согласны?

–Да, – я нехотя признаю, что в этом она права.

И со вздохом снова отдаю себя в руки профессионалов.

Хотя, лично на мой взгляд нижнее белье, ну слишком уж открыто.

А когда приносят белые кружевные чулки на подвязках, мне и вовсе становится не по себе.

– А это обязательно?

– Милочка, – закатывает глаза стилист. – Что ж, ты такая зажатая, м? Молодая, красивая, а

боишься свои прелести всем показать.

– Потому что мои прелести, только для меня и очень особенных людей, – защищаюсь я.

Женщина склоняется к самому моему лицу.

– Послушай меня, девочка. Я многое прожила и хочу дать совет. Егор Александрович самый

особенный, который повстречался и повстречается на твоëм пути. Поэтому, надевай бельë,

чулки, подвязки и если после праздничного вечера, Егор скажет тебе ехать к нему. То можешь

благодарить судьбу за везение. Поняла? Так что иди, и делай всë, чтобы он тебя захотел.

– Ясно, – я киваю.

А в голове строится совершенно другой план.

Сделать всë, чтобы этот жуткий Егор Муратов меня не захотел совершенно точно.

И я обязательно постараюсь.

Провозились со мной так долго, что к нам уже трижды заходили мордовороты Егора

Александровича и просили поторопиться, потому что гости уже собрались.

Стилист, которую как оказалось зовут – Алла, выгоняла их и грозилась вообще никогда меня не

выпустить, если они будут продолжать нам мешать.

Они пытались возражать, но это помогало мало и охранникам всë же приходилось.

Наконец, я была полностью готова.

– Ого, – я довольно кручусь возле зеркала, когда мне разрешают в него посмотреться. – А

оказывается свадебное платье мне очень даже идëт. Надо будет замуж почаще выходить.

– Лучше выбрать себе мужа, который сможет покупать тебе платья такого же уровня как и это –

каждый день.

Делится своим жизненным опытом Алла, пристально наблюдая за тем как моë платье село в

талии, и то и дело поправляя короткую, но очень красивую фату.

– Согласна, – отвечаю я и тут же со вздохом развожу руками. – Но где же его взять-то?

Алла ответить не успевает.

В комнату уверенным быстрым шагом входит сам Егор Александрович.

– Почему так долго? – Рычит он.

А после, его взгляд останавливается на мне и он на мгновение замолкает.

– Старались довести до идеала, – поспешно отвечает Алла, начиная излишне суетливо бегать

вокруг меня. – По моему, вполне не плохо получилось. С невестой нам повезло. Очень

миловидный типаж. Такие вызывают доверие.

Егор медленно скользит по мне взглядом, от которого мне становится непосебе.

А после, коротко кивает:

– Да, очень неплохо. Олеся, идëм. – Он чуть отставляет локоть и я с опаской беру его под

руку.

Муратов такой большой. От него так и веет властью и силой, что рядом с ним мне даже дышать

трудно. Настолько я его боюсь.

Мы выходим в коридор:

– На торжестве в основном будут присутствовать иностранные гости. Это очень и очень важные

люди. Не могу даже их в полной мере назвать партнерами. Скажем так, они – представители

одной из самых влиятельных организаций в мире. Куда необходимо попасть и мне. Свадьба

устраивается для них, потому что среди прочих требований – наличие семьи. Всë должно быть

максимально правдоподобно. Материалы о том, как мы проводили время раньше – уже им

предоставили. Тебе нужно запомнить, что познакомились мы с тобой на благотворительном вечере

для сирот. Ты была среди волонтеров, а я – спонсором этого вечера. Произошло это первого

марта, год назад. Даты выбирал специально легкие, чтоб никто из нас не забыл. Видимся мы

конечно мало из-за моей занятости. Но трижды летали в совместный отпуск. Два раза на Фиджи –

тебе там очень понравилось. И один раз в Испанию. Биографию твою не трогали. Так более

достоверно. Простая русская девушка.

– А, ясно, – рассеянно киваю я.

Информации столько, что в голове она укладывается с трудом.

– А Фиджи – это где?

Егор Александрович бросает на меня быстрый, раздраженный взгляд.

– Это острова в районе Новой Зеландии. Ты что же? Геонрафию не учила?

– Учила, но там нам рассказывали о темах вроде полезных ископаемых. – Пожимаю я плечами. –

Так, что если вам…

– Тебе, – резко обрывает меня Егор. – Не вздумай мне “выкнуть” на празднике.

– Простите, – я испуганно вздрагиваю и тут же исправляюсь. – То есть, прости.

– Повторяю, свадьба очень важна, – уже спокойнее говорит он. – Тем более, они хотят увидеть

как она проходит в России.

Я невольно улыбаюсь.

– Простите, но этого они точно не увидят.

Егор хмурится.

– Это еще почему?

– Ну, как минимум нужны родители жениха и невесты, которые благословят иконой, каравай, где

мы будем выяснять кто в семье главный, ну и куда же без конкурсов для выкупа невесты? – Я

уверенно киваю. – Меня брали дружкой уже трижды. Я знаю о чем говорю. А так, это будет

просто стандартный обезличенный праздник.

Егор Александрович резко останавливается.

– Да, в твоих словах есть смысл. И так достовернее. Конечно родителей и выкуп мы

организовать не успеем, а вот каравай – вполне себе.

Тут же берëт мобильный и позвонив кому-то коротко приказывает.

– Когда подъедем, чтоб был свадебный каравай. Да, где-то минут через десять

Ничего себе задания! Хорошо быть богатым!

Перед выходом мне на плечи кто-то из многочисленных помощников набрасывает белую легкую

шубу.

– Откуда у вас шуба моего размера?

Меня начинает понемногу всë это нервировать.

– Мы выбирали вместе с платьем, – Егор Александрович берет свободной рукой меня за

подбородок и заставляет посмотреть в глаза. – Олеся, успокойся. Если ты будешь так дергаться

на самой свадьбе, то ничего хорошего не получится, ясно?

– Ясно, – вздыхаю я.

Мы садимся в лимузин и мне почему-то становится ещë страшнее.

– Ты вся бледная, – замечает Егор. – Смотри в обморок не упади.

– Ну, в этом случае ты всегда можешь сказать, что это от счастья. – Неловко улыбаюсь я.

– Ты когда пришла, вся такая боевая была. А теперь, трясëшься как осиновый лист. – Егор

склоняет голову к плечу. – Так не пойдет, Олеся. В твоих глазах должно светиться обожание

или как минимум радостное волнение.

Мы подъезжаем в этот момент к загородному парку и останавливаемся даже не у особняка, а у

громадного замка.

Ничего себе!

Всë как в детских мечтах – потрясающее платье, шикарная машина, дворец, богатый и красивый

жених.

Вот, только всë это моë лишь понарошку.

– Тебя нужно немного взбодрить, – слегка ухмыляется Егор и не успеваю я ответить, как он

запечатывает мои губы настойчивым поцелуем.

Он в своем уме?! На это я не соглашалась!

Я упираюсь двумя ладонями в грудь Егору и пытаюсь отпихнуть его от себя.

Само собой, что с такой разницей в росте и весе как у меня с ним, это всë равно, что

пытаться сдвинуть с места скалу.

Но Егор всë же сам отстраняется и я тут же вжимаюсь в противоположную дверь лимузина.

– Что ты делаешь?!

– Целую свою невесту, – с ледяной невозмутимостью отвечает Егор и что самое бесячее, по

факту ничего возразить я и не могу.

Я ведь действительно его невеста.

И всë же, молчать я тоже не собираюсь.

– Вот как? А что ещë ты собираешься делать со своей невестой? Проводить первую брачную

ночь?

Но судя по лукавым огонькам, которые зажглись в глазах Егора, этого спрашивать не стоило.

Потому что есть большая вероятность, что ответ мне не понравится.

– Хм, мне нравится, что эту тему подняла ты сама, – он склоняет голову к плечу. – Впрочем,

в любом случае решение остается за мной. А когда твой брат предложил тебя, то я лично выбрал

твою кандидатуру не просто так.

Меня это внезапно злит.

– В таком случае, ты ошибся. Я соглашалась исполнить роль невесты. А прыгать в твою постель

я не собираюсь. Если моя роль подразумевала и это, то я ухожу прямо сейчас.

Делаю паузу и уже совсем в порыве отчаянии выпаливаю:

– И засунь этот свой миллион себе в зад, понял?!

Егор ухмыляется.

– Ну, вот. И следа от страха не осталось. Эмоции, злость, дерзость, чувство собственного

достоинства. Это мне и не нужно. А теперь, идем, Олеся. И кстати, вспомни, что после

объявления нас мужем и женой, я должен буду тебя поцеловать.

Поэтому, сдержи немного свою дикость, ладно?

Я смотрю на него раскрыв глаза.

Он всë это специально сделал? Чтоб я выбесилась?

Вот манипулятор!

Всë высказать я не успеваю, потому что дверь мне открывают и я едва не вываливаюсь.

Хорошо хоть Егор успевает меня поймать за руку.

Иначе моë эффектное появление совершенно точно не оставило бы никого из гостей

равнодушными.

Первым выходит из лимузина со своей стороны Егор.

И обойдя машину, галантно предлагает мне руку.

Я протягиваю ему ладонь и тоже выхожу.

От лимузина до замка расстелена красная дорожка. Так, что я теперь могу почувствовать себя

не только принцессой, но и звездой.

Впрочем, самый красивый вид был даже не здесь.

Егор проводит меня через громадный холл насквозь, в сад, который сверкает холодными

праздничными огнями, украшенный так, будто мы попали в снежную сказку.

Еще одна красная дорожка ведет нас к небольшой беседке с прозрачным куполом, где стоит

расположен небольшой столик возле которого стоит торжественно одетая женщина.

По обе стороны от дорожки на белых длинных скамейках расположились гости.

В основном азиаты и восточной внешности. А еще, подавляющее большинство было мужчинами.

Многие смотрели с интересом. Но один – жгучий брюнет в белоснежном костюме, буквально

пожирал меня глазами.

Даже стало неловко как-то.

От мыслей меня отвлек тихий голос Егора.

– Сначала церемония, а потом каравай.

– Да, без проблем, – тихо отвечаю я.

Когда мы подошли к беседке, женщина начала торжественную речь о семейном корабле и всë

такое.

Потом, каждый из нас торжественно ответил: да, – на вопрос о женитьбе.

Даже пришлось ставить подпись в каком-то документе.

После чего, женщина торжественно сообщает:

– Объявляю вас мужем и женой.

Я мысленно уже радуюсь будущему миллиону, но в следующий миг, в мой паспорт ставят… штамп.

По настоящему!

– Что за…

Моë возмущение запечатывает Егор, властным поцелуем.

А я всë ещë не верю в произошедшее.

Мы что?! По настоящему поженились?!

В этот раз отстраняться или пытаться вырваться я не могу. Иначе образ счастливой невесты

разом разрушится. А я всë-таки на работе как никак. Да и откровенно говоря, у меня бы этого

не вышло при всëм желании.

Егор обхватил меня так, что прижал мои руки к талии. Я по сути оказалась в тисках. Теплых,

мускулистых тисках.

Вокруг грохочут аплодисменты, глаза слепят вспышки фотоаппаратов, а у меня в голове бьется

только одна надежда. Что это только муляж моего паспорта и всë не по настоящему.

А ещë… ещë голова понемногу начинает кружиться от поцелуя Егора.

Не сказать, что я прямо сильно популярна была у парней, но поцелуи в моей жизни были и они

кардинально отличались от того как сейчас целует меня Егор.

Уверенно, спокойно, даже без намека на нежность, но при этом то, как его губы поочередно

захватывают мои, сердце невольно замирает. Будто не зная как на всë это реагировать.

Наконец, когда поцелуй прерывается распорядитель всех приглашает в обеденный зал.

Мы с Егором идем первыми, как и положено молодоженам.

Почему-то эти мысли вызывают у меня немного истеричную улыбку.

В зале нас уже встречает девушка в русском народном костюме с потрясающе красивом кокошнике

расшитом жемчугом, которая держит на платке роскошный каравай.

Глядя на неë, я сейчас очень хотела бы поменяться с этой красоткой местами. Увы, у нее не

было такого брата “бизнесмена” как мой.

– Теперь, прошу мужа и жену оторвать по кусочку каравая, – лучезарно улыбается красотка.

Егор отламывает здоровенный, а я отщипываю небольшой кусочек.

– Каждый солит свой кусок, – продолжает девушка.

И вот тут-то я уже отвожу душу по полной, буквально купая свою часть в солянке, стоящей на

каравае сверху.

Егор удивленно вскидывает бровь и аккуратно солит свой кусок каравая, после чего девушка

торжественно объявляет:

– Теперь, накормите своими кусочками своих возлюбленных и пусть соль на этом каравае,

символищирует последние проблемы и трудности, которые вам доведется встретить вместе.

Егор смотрит на мой кусочек, практически полностью покрытый солью, который я протягиваю

ему.

– Ты знала об этой традиции, верно? – Прищуривается он.

Я коварно улыбаюсь:

– О, да. Еще как знала.

– Ладно, тебе еще это припомню, – хмыкает Егор и под довольный хохот гостей ест из моих рук

соленый кусочек.

И к его чести, даже не морщится.

Я с его кусочком расправляюсь медленнее, хотя бы потому, что то и дело касаюсь губами его

пальцев и от этого страшно стесняюсь.

Как-то слишком интимно это, что ли.

А дальше, мы проходим в зал и к нам по очереди подходят гости с поздравлениями.

Последним оказывается тот самый черноглазый гость в белоснежном костюме, который так

неотрывно смотрел на меня, когда я только вошла.

– Мне нравится ваши русские свадебные традиции, – говорит он с заметным восточным акцентам,

неотрывно прожигая меня взглядом черных глаз. – Но насколько я слышал, что у вас еще и

похищают невесту. Так, что, – он хмыкает. – Ты уж, не удивляйся, Егор, когда твою красавицу

заберет кто-то другой.

– Спасибо за красавицу, конечно, – я весело смеюсь. – Но…

– Но я не отдаю то, что принадлежит мне, Батур, – неожиданно жестко реагирует Егор. – И ты

это отлично знаешь.

– Моë имя в переводе значит – воин, – ухмыляется черноглазый. – А значит, брать то, что не

хотят отдавать – начертано мне судьбой. А что значит твоë имя?

– Земледелец, – невозмутимо отвечает Егор. – Тот, кто знает, что такое труд и готов в любой

момент, защитить его то, что он считает для себя ценным.

Мужчины буравят друг друга тяжелыми взглядами и я решаю разрядить ситуацию:

– А я – Олеся – девушка из леса. Так, что если хотите незабываемый поход. Это ко мне.

– Не сомневаюсь, красавица, – сладко улыбается Батур. – С тобой, любой поход станет

незабываемым.

– Если не прекратишь, – Егор опускает подбородок. – Я просто выкину тебя отсюда. Ты

прекрасно знаешь, что так поступить я не побоюсь.

Напряжение нарастает ещë больше, мне даже кажется, что ещë немного мужчины просто кинутся

друг на друга и я невольно сравниваю их.

Егор выше, но стройнее. Такую фигуру как у него обычно называют атлетической или поджарой.

С широкими плечами и узкой талией – этой идеальной мужской трапецией, которая сводит с ума

всех женщин.

И да, я тоже не исключение.

А вот Батур, хоть и ниже ростом, но крепче. С уж слишком перекачанными плечами и руками, и

толстой массивной шеей.

Честно говоря, я не знаю кто победит в этой схватке, если она всё-таки случится. Но…мне

очень интересно узнать.

А что? Впервые за меня будут сражаться два мужчины, тем более таких. Я собираюсь

насладиться этим зрелищем по полной программе.

Поэтому, с прежней совершенно невинной улыбкой говорю:

– А ещë, у нас считается, что если на свадьбе нет драки, то ерунда это, а не свадьба.

– О!

Слышу я краем уха восхищенные возгласы гостей из Азии. Китайцев или японцев. Или обеих

национальностей сразу.

– Вот это традиции.

– Так интересно!

– Да уж, – мрачно хмыкает Батур. – Действительно интересно. Но знаешь, – он делает шаг и

оказывается к Егору вплотную.

На мой взгляд, зря. Так он выглядит еще ниже на его фоне.

– Я тут подумал, что нужно проявить гостеприимство присущее моему народу, поэтому, – он

резко оглядывается. – Приглашаю вас всех посетить мой особняк на островах Фиджи.

Все гости разражаются счастливыми аплодисментами. И только Егор хмурится еще больше.

– Я подумаю.

– Думай хорошенько, – хмыкает Батур. – Потому что, если ты откажешься прилетать или

прилетишь один, то все мы посчитаем, что эта свадьба – всего лишь представление, чтобы

попасть в международный совет директоров. Впрочем, – он смотрит на Егора. – Есть куда более

простой способ со мной договориться.

Он смотрит на меня и подмигивает.

– Всегда любил легенды о лесных девах.

– Ну, я конечно не особо лесная, – неловко улыбаюсь.

О том, что к девам меня уже поздно причислять, я тоже умалчиваю.

Невеста чиста, непорочна и всё такое.

О том, что меня уже обманывали путем рассказа о великой любви, сейчас уж точно не стоит

говорить.

Егор

Как же мне хочется сейчас врезать по зубам этому самонадеянному наглому идиоту, который за

всю свою жизнь только и делал, что проматывал нефтедобывающую компанию, которая досталась

ему от отца.

Самое смешное, что Батур настолько бестолковый, что даже не смог удержать кресло в

международной транскорпорации, которая досталась ему так же в наследство.

Его давно вышибли оттуда. Но из-за того, что он так и остался акционером, он может влиять

на решение кого принимать в руководители.

И вот против меня он взъелся основательно.

Скорее всего потому что, возраст у нас примерно одинаковый. Но достиг я всего сам. И меня

действительно уважают в корпорации, в отличии от него.

А после того как глава Транскорпорации – Ярышев, предложил мою кандидатуру в освободившееся

кресло, Батур начал считать меня своим едва ли не врагом. То и дело подставляя подножки.

Я бы в жизни не позвал его на мою якобы свадьбу, если бы на этом не настоял лично Ярышев.

Но этот придурок пошел еще дальше. Берет и лезет к моей жене (да, фиктивной, но жене) прямо

на свадьбе.

Еще и с приглашением этим воду мутит. Зачем?

Бросаю взгляд на Олесю.

Такая тоненькая, миниатюрна и при этом настоящая. В чем-то даже непосредственная и наивная.

Совсем девчонка. Сколько ей? Вроде девятнадцать.

Да, она и сама меня привлекла.

Не знаю чем.

Просто увидел фотографию и захотел именно еë.

Во всех смыслах.

Вот, только кажется, что вкусы на женщин у нас с этим уродом Батуром полностью совпадают.

Заметил как он еë пожирает глазами едва мы вошли.

А понимание того, что она со мной, добавляет ему лишнего азарта.

М-да, всë катится в глубокую задницу.

Ладно, что-нибудь придумаю. Как всегда.

Конечно я ему ничего не обещал, да и постарался свернуть весь праздник как можно раньше.

Сослался на то, что Олеся устала. Да и вообще, не терпится провести первую брачную ночь.

Когда мы всë-таки вернулись домой, первое что делает Олеся – сбрасывает туфли.

– Это кошмар, – заявляет она.

У меня сейчас ноги отвалятся.

А после, уже робко улыбается.

– Ну… я надеюсь ты доволен? Сейчас расплачиваешься и я поехала?

В ярких голубых глазах плещется надежда напополам с опасением.

Она чувствует, что всë так просто для неë не закончится.

И интуиция еë не подводит.

– Нет, – я медленно качаю головой. – Ты никуда не поедешь, Олеся.

Олеся

Я замираю на пороге кабинета Егора. Очень хочется убедить себя в том, что я ослышалась или

неправильно всë поняла.

– Никуда не поеду? – Переспрашиваю я с дурацкой улыбкой. – Предлагаешь мне идти пешком?

Если честно далековато. Но как-нибудь дойду.

Егор медленно качает головой и подойдя ко мне, сжимает предплечье.

Совсем не больно. Скорее просто для подтверждения своих слов.

– Постойте, – я поднимаю указательный палец. – Мы так не договаривались. Давайте деньги и

вообще, где мой паспорт?

– Я его отдал для быстрого оформления заграндокументов, – невозмутимо сообщает Егор.

– Что?!

Я вскидываю руки.

– Каких еще заграндокументов?!

– Ну, как же. Сама слышала, что нас на новогодние праздники пригласили отдохнуть на Фиджи,

– с прежним спокойствием говорит Егор, а я буквально захлебываюсь от возмущения.

– Это тебя пригласили! Я здесь причем?!

– При том, что ты моя жена, – Егор хмыкает, а после сжимает мои плечи. – Так, Олеся, дыши.

А то ты сейчас такая красная, что мне кажется вот-вот взорвешься.

– Ты еще и издеваешься?!

Я отталкиваю от себя Егора.

– Это называется рабство! Отдавай документы и я ухожу.

– Я не отпущу тебя, сказал же, – Егор поджимает губы.

– А знаешь, вообще-то я в стране, где мою безопасность и свободу защищают. Так что, – я

прыгая на одной ноге, надеваю снова ненавистные туфли. – Я ухожу пешком. И будь уверен,

первое куда я пойду – полицейский участок. А затем, суд.

– Пойдëшь в платье и на каблуках по снегу? – Егор склоняет голову к плечу.

– Ничего. У меня есть шуба, которую мне подарил, мой обожаемый муж, – ехидничаю я.

А после, набрасываю на себя белоснежную шубу и гордым шагом выхожу из кабинета.

Что удивительно, Егор за мной не идет.

Что еще удивительнее, когда я подхожу к громадным воротам, ведущим из его особняка, охрана

тоже мне их без проблем открывает.

А передо мной открывается расчищенная дорога, идущая вдоль заснеженного леса.

Внутреннее волнение нарастает.

Мне что? Правда сейчас придется идти в свадебном платье около леса, а после и по трассе?

Не знаю как я доберусь и за сколько. А мороз уже дает о себе знать.

Ой-ой, я как-то не ожидала, что всë зайдет настолько далеко.

К тому же, я вообще не знаю в какую сторону идти.

Ну, вот и что делать? Возвращаться?

Я оглядываюсь на особняк Егора светящийся уютным светом в окнах.

Ну, нет. Не дождется он.

А то возомнил о себе, что может делать с другими, что захочет.

Нет! Со мной он этого не дождется.

Я приподнимаю подол платья и уверенно выхожу за ворота.

Первые полчаса оптимизм меня еще не покидал.

Я всë время надеялась, что мобильный, который я догадалась положить в карман шубы, вот-вот

поймает сеть и я смогу вызвать в эту глушь такси.

Денег с собой, конечно нет. Но я могу приехать к кому-нибудь из подруг и временно одолжить.

Вот, только упрямые палочки сигнала появляются всего на доли секунды, а после издевательски

исчезают.

А мобильный интернет, увы, я уже на сегодня весь использовала.

Поскольку безлимитный мне не по карману. Приходилось всегда выбирать более дешевый тариф.

И вот, результат моей экономии.

Хотя, если здесь не ловит связь, то мобильный интернет, тем более не будет работать.

Спустя еще минут десять шагания, по всë более занесенной снегом дороги меня начинают

терзать смутные сомнения.

В доме Егора сеть ловила нормально. Да и дорога была идеально вычищена.

Кажется, я выбрала не то направление.

Когда же дорога внезапно заканчивается, а передо мной расстилается небольшая поляна, плавно

перетекающая в лес я мысленно вручаю себе приз “Везунчик года”.

Так вляпаться ещë надо суметь.

Сама себе увеличила дорогу.

И что самое плохое, главную проблему игнорировать уже не получается.

А именно – мне очень холодно.

Чулки и туфли оказывается не слишком приспособлены для зимних прогулок. Хорошо хоть шуба

есть.

Я разворачиваюсь и бреду дальше.

Ноги уже плохо слушаются, а меня знатно так трясëт от холода.

Дом Егора я решаю обойти стороной и сворачиваю ближе к лесу, в очередной раз погружая ноги

в высокие снежные сугробы.

Тонкие чулки уже насквозь промокли и ситуации с тем, что мне холодно, помогают мало.

Меня всë начинает раздражать.

Даже обойдя особняк и выйдя обратно на дорогу, я никак не могу найти трассу.

Вдобавок, поднимается метель, швыряя мне в лицо мелкие острые снежинки.

Я уже вообще ничего не вижу и не понимаю куда идти.

Ноги снова вязнут в сугробах.

Неужели так быстро намело?

Одно радует – мне теперь не холодно, а наоборот, очень жарко.

Настолько, что я расстегиваю шубу, пытаясь перевести дыхание.

А ещë, я очень-очень устала.

Ещë некоторое время бреду наугад в белоснежной пелене, а после сажусь прямо на снег.

Не могу больше.

Нужно хоть немного отдохнуть.

Сейчас.

Я выдыхаю и закрываю глаза.

Сейчас, да. Отдохну и пойду дальше.

Хотя, идти не хочется.

Может пока остаться здесь?

Тем более, глаза закрываются сами собой.

-… леся… Олеся…

Меня выдергивает из темноты смутно знакомый голос.

Я с трудом поднимаю свинцовые веки и вижу склонившегося надо мной Егора.

Всегда отстраненное лицо напряжено.

А ещë, спустя мгновение, я ощущаю себя в его руках.

Хочется сказать, что я в порядке.

Хоть это и не так, но горло болит так, будто его изнутри знатно потерли наждачкой.

И выходит лишь слабое:

– Тепло…

Спустя короткое время, я вдруг осознаю, что вокруг абсолютная тишина.

А ещë, у меня кожа практически горит огнем, как всегда бывает, когда долго находишься на

морозе.

Только обычно это касалось только незащищенных щек и рук (если я не надевала перчатки), а

сейчас это болезненное ощущение перекинулось на всë тело.

В особенности на ноги. Которые теперь ничего не чувствовали и при этом обладали наоборот

сверхвосприимчивостью.

Хотя, я вообще не понимаю как это может совмещаться.

Открыв глаза и поморщившись, я обнаруживаю себя лежащей в салоне автомобиля, который не

двигается.

Одну!

Где все? Или хоть кто-нибудь?

Но едва я приподнимаюсь на локте, чтоб оглядеться вокруг, как дверь машины открывается.

Я вздрагиваю от неожиданности и вижу Егора.

Выражение лица, то ли мрачное, то ли встревоженное – не разобрать.

– Проснулась? – Коротко спрашивает он и наклонившись, берет меня на руки и вытащив из

автомобиля несëт к особняку.

– Мне нужно домой, – сама не знаю почему, снова начинаю я спорить.

Но тут же натыкаюсь на жесткий взгляд Егора.

– Ты никуда не пойдëшь, Олеся. Хватит. Нагулялась уже. Я думал ты просто издеваешься, но

никак не мог посчитать, что ты действительно додумаешься ходить в чулках и туфлях по снегу в

двадцатиградусный мороз. Что это вообще за детский сад? Ты головой своей думала?

Мне бы конечно сейчас промолчать, но сдержанность не моя положительная черта.

– Вообще-то, это твоя вина, – я поднимаю голову. – Я просто выполнила свою работу. На

большее мы не договаривались. У меня свои планы. Вообще, Новый Год через день. Я собираюсь

отметить его со своим парнем. Да-да! У меня есть парень.

Но Егор лишь поджимает губы:

– Теперь, у тебя есть муж и Новый Год ты отметишь именно с ним. Со мной, точнее.

– Кто это сказал? – Злюсь я, но Егор коротко отрезает.

– Я. И приучись, будь добра, вести себя нормально. Уясни, что если я что-то говорю, то это

нужно делать. И именно так правильно.

– Да плевать мне на всë, что ты говоришь! Кто ты мне вообще такой?!

Я злюсь ещë больше.

В этот момент, Егор заносит меня в спальню и практически бросает на кровать.

– Я твой муж теперь.

– Ты меня обманул. Я не соглашалась на это!

Я резко сажусь на кровати.

– Твои крики только раздражают. – Егор морщится. – Так вышло. Всë, нет смысла в споре. Я

заплачу больше, но сейчас – ты моя жена и будешь играть эту роль

– Ну, знаешь. Раз ты такой дерзкий, тогда получишь соответствующую себе жену. А ещë, цену

за своë замужество я назову сама.

В голове быстро мелькают варианты и я выбираю самый неадекватный.

– Трехкомнатную квартиру. В центре Москвы

Ну, что? Слабо, миллиардер?

Я поднимаюсь на ноги и вскидываю подбородок.

Но Егор снова опрокидывает меня на кровать.

– Договорились. А теперь, раздевайся, жена.

Я вздрагиваю от такого требования.

– Это ещë зачем?

Егор подходит ко мне ближе и не дожидаясь, пока я начну выполнять то, что он говорит, сам

начинает снимать с меня шубу.

– Затем, что спать в одежде как минимум странно. Это раз. А во-вторых, тебе сейчас

приготовят ванну в которой ты отогреешь все места, которые сама себе отморозила. И которыми,

ты судя по всему обычно принимаешь решения.

– Это нормальная реакция человека, – начинаю шипеть я и зачем-то пытаясь мешать Егору

снимать с себя шубу. – Пытаться сбежать оттуда, где тебя пытаются задержать силой.

– Ничего себе силой, – цокает языком Егор. – Да любая бы на задних лапках передо мной

прыгала, лишь бы просто за мой счет слетать на Фиджи. Ты вообще, хоть куда-нибудь выезжала

из своего района?

– Вот и звал бы любую, –продолжаю фыркать я. – Чего ко мне прицепился?

– Позвал бы с удовольствием, если б заранее знал, что мне подсунули глупую, да еще и

дерзкую девчонку. – Кажется Егор тоже начинает злиться. – Но уже поздно. Мы женаты.

Официально, если ты не поняла. Но главное – тебя видели партнеры и совет директоров. Именно

ты должна доигрывать свою роль до конца. Или что? Трехкомнатная квартира в Москве тебе уже

не нужна?

– Я согласна играть роль.

Сажусь на край кровати, когда Егор всë же оставляет меня без шубы.

– Но только роль. Спать с тобой и даже целоваться я не буду.

– Ты у нас что? Девушка высоких моральных принципов? – Ухмыляется Егор.

– Да, представь себе. – Я поджимаю губы. – Мне нужно влюбиться, чтоб захотеть спать с

мужчиной.

Егор изгибает бровь.

– Влюбиться? Олеся, ты серьезно? Маленькая моя, забудь вообще об этом слове. Ты разве не

знаешь, что в нашем мире абсолютно все взаимоотношения строятся на одном принципе – личная

выгода и использование других, ради собственных целей. Так все делают.

– Значит, я не все, – я вскидываю подбородок.

– Не представляешь как часто я это слышу, – Егор склоняется ко мне. – Но знаю одно.

Продается абсолютно всë. И ты, малышка, тоже. Нужно только назвать самое важное для тебя и

ты тут же расставишь коленки в стороны. И знаешь, – он поднимает мой подбородок пальцем,

нависая надо мной. – Теперь мне это даже интересно. Я куплю тебя, Олеся. Ты переспишь со

мной и вообще, будешь делать абсолютно всë, что я скажу.

Я выслушиваю Егора с максимально невозмутимым видом. И для большего эффекта, даже начинаю

возиться со шпильками, которые не давали мне спокойно жить весь вечер, одновременно пытаясь

снять фату.

– Тебе настолько неинтересно, что я говорю? – Егор изгибает бровь. – Или просто нечего

сказать в ответ?

– Ну, почему же, очень интересно, – бросаю я всë с тем же равнодушным видом,

сосредоточившись на фате. – Слушать чужие фантазии на мой счет всегда достаточно забавно. А

молчу, потому что нет смысла убеждать, что это точно не сбудется. Ты ведь мне не поверишь.

Тем более, какая мне разница, что ты там себе придумал. Хочешь, чтоб я в тебя влюбилась?

Так, вперед, действуй. А если собираешься покупать, то пожалуйста, скидывай мне все свои

предложения в сообщения. Не хочу тратить время на то, что заведомо обречено на провал.

Егор смотрит на меня со странной смесью интереса и задумчивости в глазах.

А после, внезапно выдаëт.

– Малышка, а кто тебе сказал, что купить можно исключительно за что-то материальное?

Вопрос настолько неожиданный, что я лишь хлопаю ресницами.

– Что ты имеешь ввиду?

– Всë просто. Я наводил справки о тебе. Совсем немного конечно. Но прекрасно понимаю, какой

жизнью ты жила всë время. Отец вас всех бросил после рождения брата. И хорошо, если платил

хотя бы копеечные алименты. Мама, чтоб хоть как-то прокормить вас всех, пропадала на работе,

полностью забыв о себе как о женщине. Вся забота о брате и хозяйстве легла на тебя. Но это

воспринималось как данность. Причем со стороны абсолютно всех. Зато брат – был главным

сокровищем семьи. Мужчина ведь растет. Ему всë самое лучшее, а вы с мамой обойдетесь.

Когда Егор всë это говорит, передо мной пролетают картинки безрадостного детства.

Где за любой проступок Вани, наказывала меня.

Потому что старше, потому что девочка и обязана.

Я всегда и всем была обязана.

Даже сейчас, обязана помочь брату с деньгами.

В горле сворачивается тугой и неприятный ком, но я держусь.

– Допустим, – максимально спокойно говорю я. – И что ты собираешься мне предложить?

Оплаченные сессии у психолога?

– Лучше, – Егор ухмыляется. – Самоутверждение. Как насчет того, чтобы завтра мы с тобой

проехались по всем твоим родственникам вдвоем? Ты скажешь о том, что теперь – жена

миллиардера и насладишься тем, насколько резко изменится отношение к тебе. Тебя унижали и

недооценивали из-за брата? Завтра ты покажешь всем, что они поставили не на того игрока.

Пока Егор говорит, на моем лице медленно расползается улыбка.

Пусть он оказался прав и цена есть у всего, но да. Это лучшее предложение в моей жизни.

– Я согласна, – азартно киваю я.

– Отлично, – Егор хмыкает. – А теперь, раздевайся и бегом в ванну.

– А спать где я буду? – Я прищуриваюсь.

– Как где? – Егор изгибает бровь. – Мы же с тобой сегодня поженились. Никогда молодожены в

первую брачную ночь не спят отдельно.

– Ты опять? – Я взмахиваю руками. – Ну, чего ты, а? Нормально же общались. Моë торжество

над всеми планировали. А теперь…

– Теперь я хочу немного расслабиться, – Егор ведëт плечом. – Да и тебе нужно. Не вижу

проблемы.

– Проблема в том, что я тебя сегодня впервые увидела. И ты для меня абсолютно чужой мужик.

– Разве муж может быть посторонним? – Продолжает издеваться Егор.

– В нашем случае очень даже может, – я поднимаюсь на ноги и делаю шаг назад, но Егор берет

меня за руку и наоборот, притягивает к себе.

Так близко, что я невольно прижимаюсь к его груди. Широкой и твëрдой.

А ещë, очень горячей.

– Но если хочешь, можем начать сближаться прямо сейчас.

Он садится на кровать, продолжая удерживать меня за руку ладонью.

В то время как вторая сначала скользит по талии, потом ниже по платью, обрисовывая бедра, а

после, без всякого стеснения ныряет под подол.

– У тебя же чулки там, да? – Он вскидывает на меня блудливый взгляд. – Для меня это

особенно возбуждающе. Чтоб чулки, туфли на каблуке и полное отсутствие белья. Именно так я

тебя сейчас взять и хочу.

Мои глаза расширяются и я практически отскакиваю.

– Извращенец! Озабоченный маньяк! Даже не прикасайся ко мне, я серьезно.

И не дожидаясь ответа я вбегаю в ванную комнату.

Откровенно говоря я надеялась запереться там и дождаться утра, но меня ждет неприятный

сюрприз – защелки на двери нет.

– Решила принять ванну? – Слышу я голос Егора совсем близко от двери. – Правильно. Давно

пора. Помочь с приготовлением? Там есть пена доя ванны, бомбочки, соль.

– Обойдусь! – Выкрикиваю я и сделав голос как можно более суровым, добавляю. – А если ты

зайдешь, когда я раздеваюсь, то обещаю – оболью тебя горячей водой. Еще и пшикну в глаза

освежителем воздуха!

– Жестоко, – хмыкает Егор. – Зачем тебе ослепший муж?

– Мне вообще никакой муж не нужен. – Фыркаю я в ответ. – Пообещай, что сейчас не зайдешь!

– Сейчас не зайду, – на удивлении легко отзывается Егор.

Я еще некоторое время с подозрением кошусь на дверь.

Потом набираю себе ванну (само собой с пеной и другими потрясными штуками).

И только, когда она полностью готова – как можно быстрее выскакиваю из одежды и торопливо

залезаю в ванну.

Сначала даже сдавленно шиплю. Потому что перемерзла я очень и очень сильно, и в первые

секунды вода кажется настоящим кипятком.

Но когда неприятное чувство проходит, наступает блаженство.

Я даже прикрываю глаза от наслаждения.

Впрочем, расслабляться долго не выходит.

Уже через пару секунд дверь и открывается и заходит Егор.

– Ты обещал, что не зайдешь! – Выкрикиваю я, опускаюсь ниже под пену.

– Я и не зашел, тогда. – Хмыкает он и расстегивает манжеты на рукавах рубашки.

– Стой, – я настораживаюсь. – Ты что это делаешь?

– Как что? – Ухмыляется Егор. – Раздеваюсь. Я вообще-то тоже хочу принять ванну. Так что,

двигайся.

– Ты совсем с ума сошел?!

Я взвизгнув, подтягиваю к себе ноги, сгибая в коленях. – Даже не вздумай. Иначе…

– Иначе что? – Егор с ухмылкой расстегивает последнюю пуговицу на рубашке и сняв еë,

аккуратно складывает и кладет на полку с чистыми полотенцами.

Гляньте какой аккуратист, блин.

Почему-то сейчас меня выводит из себя даже настолько простое поведение.

Я бросаю на него сердитый взгляд, но ничего говорю. Хотя бы потому, что не знаю как мне ему

ответить.

Впрочем, Егор любезно делает это за меня.

– Убежишь? Так, пожалуйста, – он делает приглашающий жест рукой. – Дверь в ванну не

заперта. Да и я тебя не держу.

Егор изображает учтивую улыбку, а мне хочется треснуть его чем-нибудь потяжелее.

Он загнал меня в безвыходную ситуацию и прекрасно это понимает.

Если я сейчас встану, то он увидит меня так сказать – во всей красе.

А я, увы, не отношусь к типу девушек, которые любят сверкать своими обнаженными местами.

А если я останусь, тогда Егор залезет ко мне в ванну и сможет не только рассмотреть меня

поближе, но и пощупать.

А это уже совсем ни в какие ворота.

Ну, спасибо, Ваня! Удружил.

Сейчас мне уже не хочется, ни обещанного миллиона, ни “трешки” в Москве, ни даже издевок

над завистливыми родственниками.

Есть только одно желание – оказаться от этого места и особенно от Егора как можно дальше.

И в связи с этим я всë же принимаю решение переселить себя и вылезти из спасительной пены.

Но едва я хватаюсь за бортик ванны и разворачиваюсь, как обнаруживаю, что Егор уже снял не

только брюки, но и белье.

И мой взгляд упирается прямо в… то, что ниже живота.

Я давлюсь воздухом, закашливаюсь, но сил отвести глаза не нахожу.

– Что-то не так?

Егор настолько невозмутим, что кажется будто мы сидим в каком-нибудь кафе и непринужденно

беседуем.

Зато я выдаю наверное самую неловкую вещь на которую способна:

– По-моему слишком большой.

И тут же спохватываюсь, добавляя:

– Я имею ввиду рост. Ты просто не поместишься весь. В ванной. Она уже, чем ты думаешь.

Егор издевательски хмыкает.

– Ничего, я буду потихоньку входить…

Делает паузу и тоже добавляет.

– В ванну.

И именно эти слова подталкивают меня к решительным действиям.

Одним движением я выплескиваю в лицо Егору воду вместе с пеной и одновременно с этим,

выскакиваю из ванны и сразу же, не оглядываясь, вылетаю в спальню.

Там, я оборачиваюсь покрывалом лежащим на кровати (плевать, мне нужно хоть что-нибудь!).

А сверху, накидываю многострадальную шубу и несусь теперь уже к выходу в коридор.

Увы, на моем пути непреодолимой преградой становится дверь.

Запертая дверь.

Этот Егор действительно ненормальный.

Кто не устанавливает защелку на ванную комнату, зато запирает на ключ спальню?

Только натуральные психи!

Обалдеть!

Подработала под Новый Год, блин!

Я хоть живой отсюда выберусь? Или вынесут вперед ногами в белых тапочках?

Бросаю взгляд на дверь ведущую к балкону-веранде.

Нет, это перебор. Хватит с меня забега на каблуках по снегу.

До сих пор дрожь пробегает по коже как вспомню. Хоть и успела полежать в горячей ванне.

Оглядываюсь в панике и понимаю, что у меня остается единственный вариант.

Но сначала я подбегаю к двери ведущей на балкон.

Распахиваю сперва еë, а после и окно ведущее на улицу. Чтоб создать иллюзию того, что я всë

же выпрыгнула наружу.

После чего, подбегаю к громадному шкафу-купе и влезаю внутрь, расположившись в самом

дальнем углу, под висящими сверху многочисленных костюмах и рубашках Егора.

Кто б мог подумать, что он такой дикий шмоточник. У меня одежды раз в пять меньше.

Ладно, это собственно не важно. Сейчас меня волнует только то, чтобы Егор не нашел меня до

тех пор, пока не решит открыть даэверь спальни.

И тогда я уже смогу выйти.

Правда закрадывается вопрос – а что дальше? Ведь мне всë равно нужно будет как-то выбраться

из этого дома.

Но я решаю разбираться с проблемами по мере их наступления.

Сначала мое сердце колотится как сумасшедшее.

Но потихоньку я успокаиваюсь. Мне даже становится жарко и я снимаю свою верную шубу.

А Егор всë не идет и не идет.

Он что? Решил там валяться до завтрашнего утра?

Проходит еще немного времени и я начинаю непроизвольно зевать.

Борюсь с собой, даже щипаю за руку.

Но тепло, темнота шкафа и перенесенная мной беготня и усталость берут свою.

Я взбиваю шубу и свернувшись на ней клубочком, решаю поспать.

Совсем немножечко. Даже не поспать, а так… полежать с закрытыми глазами.

Я совершенно точно крепко не усну.

Раздавшийся над ухом сигнал будильника, заставляет меня недовольно поморщится.

Ну, вот, опять вставать, бежать в универ, потом на очередные заработки.

И повезет, если мне не нужно будет раздавать какие-нибудь листовки на улице.

В декабре месяце это мягко говоря не самое приятное занятие.

Вечно серое небо, мороз, ветер.

А здесь так уютненько. Тепло, мягкое одеялко.

Я страдальчески вздыхаю. И вдруг, меня осеняет один вопрос.

А “здесь” это где?

Я распахиваю глаза и первое, что вижу – светлый потолок с встроенными софитами.

Совершенно незнакомый мне потолок и такие же софиты.

Не то, что я конечно знаю все светильники на память и даю им имена, но всë же…

Так. Стоп. Что за бред вообще у меня в мыслях?!

Нормально сориентироваться дальше мне не позволяет возникшее надо мной лицо Егора.

– Проснулась, малышка?

Он изображает театрально слащавую улыбку, явно продолжая свои издевки.

– Прости, я не знал, что у тебя заведен будильник. Сейчас выключу.

Он протягивает через меня руку и сам отключает сигнал.

Но сейчас, будильник – это последнее, что меня беспокоит.

Всë мое внимание сосредоточено на том, что во-первых – Егор лежит рядом со мной, под

одеялом.

Во-вторых, как я успела заметить, когда он тянулся к мобильному – Егор по пояс (как минимум

по пояс обнажен).

Сердце начинает бешено колотится.

– Ты… ты… , – я даже заикаюсь от возмущения – Ты что здесь делаешь?

– Ну, это кровать, – откровенно издевается Егор. – Очевидно же, что я на ней лежу.

– Прекрати! – Я сжимаю кулак. – Что ты делаешь возле меня и…

Я снова обрываю сама себя, потому что понимаю то, в чем очень хочу ошибиться.

Сглотнув воздух, я аккуратно, одним пальцем приподнимаю одеяло и заглядываю под него.

Мои худшие опасения подтверждаются – на мне полностью отсутствует одежда.

Есть конечно и одна ободряющая новость – Егор к счастью, в штанах.

Но мне от этого не легче.

– Ты! Озабоченный псих! Маньяк ненормальный!

Я взвизгиваю и подтянув колени к груди, оборачиваюсь в одеяло, полностью стянув его с

Егора.

– Что ты со мной сделал?!

– Вытащил из шкафа, – невозмутимо отвечает Егор. – Так что, можешь поблагодарить за заботу.

– Пошел ты знаешь куда? – Я огрызаюсь. – Что еще ты со мной делал?

– Больше ничего, – Егор склоняет голову к плечу. – Но сейчас, у меня очень большие планы.

– С меня хватит. Я серьезно.

Обернувшись одеялом, я встаю с кровати.

– Где моя одежда? Я хочу уйти.

– Твоя одежда в мусорном ящике, – невозмутимо сообщает Егор. – Вообще не понимаю как это

можно на себя надевать. Возьми любую из моих футболок. Позавтракай в ней. Потом тебе

доставят несколько вещей на примерку и мы с тобой поедем, наконец.

– По-моему мы уже давно “поехали”, – я красноречиво кручу я пальцем у виска. – Как минимум

я. Потому что, до сих пор спокойно общаюсь с озабоченным психом.

– Ну, ничего. Такие отклонения не самые страшные, – издевательски ухмыляется Егор и тоже

поднимается с кровати.

А я невольно задерживаюсь на его обнаженном торсе.

Хорош гад.

Широкие плечи с узкой талией, образовывающие идеальный “V” -образный силуэт. Плотная,

жесткая мускулатура, квадратная грудь и кубики пресса, которые у мужчин я видела разве что

во всяких боевиках про крутых парней.

– Хочешь потрогать?

Егор конечно же замечает мой взгляд на себе и не упускает возможности поиздеваться.

– Еще чего, – фыркаю я, но он все равно подходит.

Берет меня за руку и кладет себе на грудь.

– Видишь, я не кусаюсь.

Он ведет моей ладонью вниз, к животу и я ощущаю как под моими пальцами ребрятся его мышцы

пресса.

– А дальше еще интереснее, – продолжает издеваться Егор и опускает мою руку еще ниже.

Но едва мои пальцы касаются резинки на его штанах, как я одергиваю руку.

– Совсем с ума сошел?! И вообще, у моего парня тело не хуже. Даже лучше. Он у меня

кикбоксер!

– Хм, очень интересно, – Егор склоняет голову к плечу. – Знаешь, я решил немного изменить

планы.

– Сначала дать мне одеться и только потом позавтракать? – Саркастично уточняю я.

– Нет. Я хотел поехать к твоим родственникам, как мы и договаривались. Ну и по пути

заглянуть в офис, чтобы тебе по быстрому организовали загранпаспорт, – спокойно отвечает

Егор. – Но теперь я понял, что сперва нужно заехать к своему парню и объяснить, что ты уже

замужняя женщина. Ты ведь не против?

Я давлюсь воздухом.

Егор специально выдумывает очередные способы усложнить мою жизнь?

– Против! – Я практически выкрикиваю в ответ. – Категорически против!

– Вот как? – Егор изгибает бровь. – И почему же?

“Потому что, я с ним уже рассталась! “, – мелькает в голове честный ответ.

Но само собой вслух я говорю совсем другое.

– Потому что я люблю его. И вообще, мы собираемся пожениться.

Неожиданно, лицо Егора ужесточается.

– Значит, тем более мне нужно с ним поговорить. Он должен понять, что ты теперь – моя. И

делиться я не намерен.

Потрясающе.

Вот и что делать? Сказать, что не познакомлю Егора со Стасом из принципа?

Так Егор упертый, это я уже поняла. Не отстанет пока не узнает то, что нужно.

Признаться, что мы уже не встречаемся мне не позволяет гордость.

М-да, ситуация.

А с другой стороны, а почему я должна мешать их встречи?

Когда Стас меня познакомил с мамой, то первое, что я услышала в свой адрес от неë:

– А это ещë что?

“Что”!

Я для неë оказалась настолько ужасной, что она меня даже за живое существо не посчитала.

А Стас мало того, что не возмутился, так еще и поспешил выпроводить меня. А на следующий

день прислал сообщение о том, что у него с такой нищебродкой как я нет никакого будущего и

нам необходимо расстаться.

Смешно. Почему-то спать с нищебродкой ему ничего не мешало, как и часто брать у этой

нищебродки деньги, когда боялся попросить у родителей.

А я ведь всегда подрабатывала, да и бегала за ним как влюбленная дурочка, готовая выполнить

любую его просьбу.

Еще бы, самый популярный парень на потоке решил встречаться именно со мной.

Вот это повезло!

Фу, даже противно вспоминать то, какой жалкой я становилась рядом со Стасом.

И как плакала из-за того, что не смогла понравиться его маме.

Я ведь мысленно уже примеряла свадебное платье и выходила замуж.

Смешно, честно говоря, что и платье, и замужество я получила даже раньше, чем планировала.

Правда совершенно с другим мужчиной.

Что ж, мне теперь очень интересно посмотреть как они пройдут испытания самим Егором

Муратовым.

Но и сам Егор меня порядком злит своей наглостью и высокомерием, поэтому, я не хочу

рассказывать ему правду.

Посмотрю кто лучше себя покажет в дурацкой ситуации – мой бывший или нынешний?

А сама запасусь попкорном и буду наблюдать за этим увлекательным зрелищем.

– Хорошо, поедем к Стасу, – киваю я. – Только позвоню ему и узнаю, где он сейчас.

Предупрежу, что мы будем.

– Что-то быстро ты согласилась, – недоверчиво прищуривается Егор.

– Ну, мы же с тобой женаты, – я делаю максимально ангельское лицо. – А в семье главный

мужчина. Вот я и решила, что не стоит с тобой спорить.

Судя по взгляду Егора, мои слова его мало убедили, но во избежании разговора, я беру свой

мобильный и иду в ванну.

– Хочу поговорить наедине, – сообщаю я и закрываю дверь.

Так, теперь нужно придумать причину по которой Стас согласится со мной встретиться.

На самом деле ничего толкового в голову не лезет. Вообще, нет даже никакой гарантии, что

Стас поднимет трубку, увидев, что я ему звоню.

Хорошо хоть не заблокировал мой номер. Впрочем, он это сделал исключительно из соображений

личной выгоды. На пары он в отличии от меня приходил очень и очень редко, а конспекты и

другую похожую помощь, я всегда давала без проблем.

Почему?

Ну, наверноев глубине души надеялась, что это поможет ему осознать насколько я полезная и

хорошая девушка, как он был не прав в отношении меня, ну и… да, наши отношения возобновятся.

Потому что откровенно говоря, я скучаю по нему до сих пор.

Да, вот такая вот я слабачка. Так и не смогла вытравить из себя эту безответную любовь.

Хорошо хоть научилась еë скрывать как следует.

Но, блин, это что же получается?

Я так стараюсь устроить встречу Егора со Стасом, чтобы просто утереть нос бывшему?

Ужас, как все сложно и примитивно одновременно.

Я нахожу взглядом расческу и взяв еë, начинаю раздраженно расчесывать спутанные волосы.

Это помогает и привести в относительный порядок и внешность, и мысли.

Когда все образовавшиеся “узел”, наконец расчесаны, меня внезапно осеняет.

Выгода! Ну, конечно.

Я стаскиваю телефон и быстро набираю сообщение:

“Привет, мой очень близкий знакомый ищет какое-нибудь новое лицо для рекламы лекарств.

Платит хорошо за один ролик. Я посоветовала тебя. Он заинтересовался и хочет встретиться как

можно быстрее”.

Ответ приходит, едва я вижу, что сообщение прочитано.

“Сколько платит? “

“Не знаю точно. Он сначала хочет с тобой пообщаться. Согласен? “.

“Конечно. Куда подъехать? “

Чего и следовало ожидать.

Я быстро отвечаю – “в Италии через час”.

Сознательно выбирая самый дорогой ресторан, который я вообще знаю.

Отправив сообщение, я выхожу в спальню и вижу и вижу как Егор придирчиво выбирает себе

рубашку в уже знакомом мне шкафу.

– Выбирай белую, не ошибешься, – язвлю я, потому что в большинстве своем они у него именно

этого цвета.

Но Егор остается невозмутим.

– Спасибо за совет, но я предпочту черный. Как говорится – послушай женщину и сделай

наоборот.

– Вообще-то это сексизм и унижение по половому признаку, – возмущаюсь я.

На что Егор поворачивает голову и со своей обычной ухмылкой говорит:

– Да. Так и есть.

Вот ведь гад! Специально выводит меня из себя.

– Со своим парнем договорилась? – Спрашивает Егор и я нервно улыбаюсь.

– Да, но тут такое дело – он не хотел сейчас ни с кем встречаться, поэтому мне пришлось

соврать, что ты хочешь снять его в своем ролике.

– И в качестве кого ты меня представила? – Изгибает бровь Егор.

– В качестве никого, – я развожу руками. – Так, просто. Обычный миллиардер, которого я

знаю.

– И твой парень не задался вопросом откуда и что я вообще снимаю, – Егор неожиданно

хмыкает. – Что ж, это даже интересно.

Меня такая реакция сразу настораживает.

– Что ты уже задумал?

– Узнаешь потом, – ухмыляется Егор. – Сюрприз будет.

То, каким тоном ответил Егор мне совершенно не понравилось. Зная его, ничего хорошего ждать

не приходится.

Но этот гад же всë равно не признается, что он задумал. Остается только надеяться на то,

что у него достаточный уровень адекватности и Егор не выкинет ничего слишком уж ужасного.

– Сейчас позавтракаем, тебе как раз привезут несколько новых вещей. Потому что в том, в чем

ты вчера ко мне пришла, я своей жене позволить не могу.

Егор спокойно переходит на новую тему.

– Ты мне уже говорил что-то подобное, – я складываю руки на груди. – Да-да, я запомнила,

что нищебродкам рядом с тобой не место.

– Если бы это было так, то ты сейчас рядом со мной бы не стояла.

Ухмыляется Егор, а мне хочется снова окатить его водой с пеной, чтобы хоть на мгновение

смыть с лица его бесящую надменность.

– Но чего я действительно не допущу, так этого того, чтобы моя женщина в чем-то нуждалась.

В том числе и в нормальной одежде.

– А если твоя женщина нуждается в чем-то большем? – Я поднимаю подбородок.

– Украшения из бриллиантов и дорогой машины? – Изгибает бровь Егор.

– Нет, – я с ухмылкой качаю головой. – Нежности и любви.

Егор закатывает глаза.

– Ты опять за своë? Мне кажется, что мы уже это обсуждали. Любовь – это выдумки для того,

чтоб хоть придать своей жизни хоть какой-то смысл и оправдать выбор заведомо неподходящего

партнера.

– Ладно-ладно, господин скептик, – я тыкаю пальчиком ему в грудь. – Посмотрим на тебя,

когда ты влюбишься.

– Боюсь, малышка, ждать придется долго. Нельзя увидеть своими глазами то, что впринципе

невозможно.

– Ой, всë, – я отмахиваюсь. – Смысл с тобой спорить? Тем более, ты и правда скорее всего

просто бесчувственный булыжник. Вот и всë.

Егор усмехается и явно собирается ответить, но его прерывает стук в дверь и горничная

приглашает нас на завтрак.

А после него, как по расписанию приносят вещи для меня. Среди которых было и нижнее белье

(куда ж без него).

И я провожу целый час за примеркой.

Ох, это было шикарно, чего уж тут скромничать.

По итогу, я выбираю белоснежное силуетное платье из мягчайшей шерсти, плотные колготки и

высокие белые сапоги на шпильке.

Добавляю к образу легкий холодный макияж, белую уже ставшую мне родной шубку и вуаля –

образ снежной королевы готов.

Ну или как минимум принцессы.

Когда я выхожу к Егору, он медленно пробегает по моей фигуре взглядом и внезапно выдает:

– Когда будем у Батура, не отходи от меня далеко. Да и вообще, одна никуда не ходи.

– Почему это? – Я кокетливо веду плечом.

– Не хочу тебя потом вытаскивать из гарема какого-нибудь арабского принца. Слишком много

времени займет.

– Ого, это типа комплимент? – Усмехаюсь я.

– Понимай как хочешь, – неожиданно раздраженно отвечает Егор и быстрым шагом направляется к

выходу, а я застываю.

Ничего не поняла. Так ему понравилось или нет? Что за странная реакция?

– Ты идешь? – Оборачивается Егор у двери и на удивление галантно предлагает мне руку.

Я беру его под локоть и мы направляемся к машине.

Что ж, очень интересно узнать о чем Егор будет общаться с моим бывшим.

Когда мы подъезжаем с Егором к ресторану, я понимаю, что Стас уже на месте. Потому что вижу

его припаркованную старенькую “бэшку”, которой он страшно гордится.

Ого, вот это пунктуальность. Вот, что значит хорошая мотивация в виде денег. На встречи со

мной, Стас постоянно опаздывал. Как-то на целый час задержался.

Войдя в зал для гостей, киваю Егору на стоящий в углу столик.

– Вон там и мой парень.

Егор склоняет голову к плечу:

– Странно.

– Что именно? – Поворачиваюсь я к нему.

– Не думал, что в твоем вкусе белокожие блондины. – Нагло ухмыляется Егор. – После того,

как ты любезничала с Батуром, я был уверен, что ты предпочитаешь мужчин восточного типа.

Егор явно провоцирует меня на возмущения и попытки оправдаться, но я уже немного начинаю

понимать его приемчики. Поэтому, прищуриваюсь и говорю.

– Господин Муратов, мне кажется или я слышу в вашем голосе нотки ревности?

– Вы, госпожа Муратова, слышите в моем голосе нотки недовольства. – Хмыкает Егор. – Потому

что для замужней женщины, вокруг вас слишком много посторонних мужчин. А должен быть только

один. Законный муж, которым и являюсь я.

– Ну, насчет законности – это очень спорно, – бросаю я через плечо. – Я была уверена, что

речь просто о роли невесты. И уж никак не ожидала, что нас распишут официально.

– А документ с названием “брачный договор” тебе ни о чем не сказал? – С издевкой улыбается

Егор.

Понимая, что в очередной раз проиграла словесную битву (но не войну!), я применяю лучшее

женское оружие в таких случаях и говорю:

– Ой, всë! Вообще не вижу смысла с тобой разговаривать дальше. Идем.

– Я попрошу проводить нас в ВИП-комнату, – Егор направляется к администратору.

Кто бы сомневался, что Его Величество не захочет есть в одном зале с обычными людьми.

Закатив глаза, я не дожидаясь его, подхожу к Стасу.

– Ну, привет.

Мой бывший сначала бросает на меня быстрый взгляд, отворачивается, а после уже едва не

подпрыгнув, поворачивается снова:

– Олеся? Ух, ты. Ничего себе, какая ты стала. Даже не узнал.

– Ой, да брось, – я кокетливо веду плечом. – Всего лишь выспалась. Ну и так, набросила

первое, что под руку попалось.

Глаза Стаса становятся все больше.

– Это ты на роликах этих так поднялась? Ничего себе. Слушай, а может, давай после того, как

я сейчас с этим пузатым богачом договорюсь, потом ко мне махнем, м?

Он поднимается и сделав шаг ко мне, шепчет на ухо:

– Я соскучился. Очень.

Кто бы знал, насколько сильно я мечтала услышать от Стаса эти слова раньше. Да и сейчас, у

меня против воли замерло сердце. Первая любовь. Тут ничего не поделаешь. Кроме того, в нашей

паре всегда именно я была той, кто пытается догнать, соответствовать высокой планке,

заслужить любовь всеми возможными способами, а Стас – тем, кто просто благосклонно все это

принимал и позволял себя любить.

Еще бы, мажорчик. Голубоглазый блондин, спортсмен и наверное самый популярный парень на

нашем потоке. До сих пор не знаю, что он во мне нашел, когда завоевать его внимание пытались

признанные красотки курса с внешностью моделей.

Как же сильно мне хочется поверить в то, что он говорит.

– Действительно скучал? – Слегка улыбаюсь я.

– А разве может быть по другому? С тобой у меня были самые продолжительные отношения. Стас

берет меня за руку. – И самые близкие. – Поедем ко мне после этого разговора? Хочу стащить с

тебя это платье, колготки и взять в этой шубе.

– Это чулки, – закусываю я губу.

Красивое, с высокими скулами лицо Стаса чуть напрягаются, а светло-голубые глаза темнеют.

– Тогда оставим и чулки тоже, – шепчет он.

– Какие интересные разговоры, – раздается голос Егора за моей спиной.

Я вздрагиваю и оборачиваюсь.

– Стас, это Егор…

– …Александрович, – холодно добавляет Егор и даже демонстративно игнорирует протянутую ему

руку Стаса, ограничиваясь надменным кивком головы.

Впрочем, тот не особо расстраивается.

– Очень приятно, Егор Александрович. Ну, а насчет разговоров, вы же понимаете. Тело

молодое, а тут такая аппетитная красотка, – Стас мне подмигивает. – Наверное и себя помните

в моем возрасте. Есть возможность покувыркаться, надо её использовать.

Я вскидываю на Егора испуганный взгляд. Не знаю, как он может отреагировать на такие слова.

От него можно ожидать чего угодно.

Впрочем, лицо Егора остается совершенно спокойным. А дальше, он вообще шокирует меня:

– Это даже хорошо. Для съемок, как раз такие аппетиты и подходят. Но давайте подробности

обсудим уже в отдельной комнате.

К нам подходит администратор:

– Следуйте за мной, прошу.

Стас идет следом, а я придерживаю Егора за локоть и встав на носочки, шепотом спрашиваю:

– Что ты задумал?

– То, что и сказал, – невозмутимо сообщает он. – Обсудить съемки. Идем.

Администратор, приводит нас в отдельную закрытую очень уютную комнатку.

– Благодарю, – кивает Егор. – Заказ я уже сделал.

– Хорошо, Егор Александрович, – кивает она.

Ого, его здесь знают лично?

Едва она выходит, закрыв дверь, Егор садится на диван и лениво откинувшись на спинку

дивана, говорит:

– Что ж, Стас. У меня планируется два ролика – слабительное и для улучшения потенции.

Я давлюсь воздухом, а Егор продолжает:

– Как считаешь сам, какой ролик подходит тебе лучше?

Стас ожидаемо кривится.

– На самом деле, ни один из сценариев мне не нравится. Про потенцию очень маловероятно, что

кто-то поверит, что такой красивый молодой парень как я может испытывать с ней проблемы.

Разве что, меня снимут в разделе “после”. Ну, а слабительное… даже не знаю. Слабо

представляю, что мне нужно будет там делать.

– Ты не знаешь, что делают, после приема слабительного? – ухмыляется Егор. – Ладно. Знаешь,

говорю сразу. Ролики я сделаю максимально унизительные. В которых у тебя ничего не будет

получаться в постели и в туалете тоже. Такой себе мини-сериал, где главный герой – это

неудачник. А играть его будешь ты. А реклама будет очень распространенной. Тебя совершенно

точно будут узнавать на улице. Как тебе идея?

– Паршивая, – фыркает Стас. – Я не собираюсь всю жизнь ходить потом со званием импотента с

запором.

– Ну, это да. Почти наверняка потом тв именно так восприниматься и будешь, – невозмутимо

кивает Егор.

– Тем более, – Стас поджимает губы. – Поэтому, нет уж. Ищите кого-нибудь другого.

Что ж, вполне ожидаемо. У моего бывшего с самоуважением всë впорядке. Конечно он откажется.

Даже не понимаю на что рассчитывал Егор, предлагая такое. Поиздеваться над Стасом не

получится, как он привык это делать с другими. Например, со мной.

Егор тем временем остается невозмутимым.

– Это твой окончательный ответ? – Склоняет он голову к плечу.

– Само собой, – Кивает Стас.

– Что ж, тогда больше не задерживаю. – Егор откидывается на спинку дивана и я нахожусь в

еще большем недоумении.

Зачем он всë это делает? Ехал же сюда с совершенно другой целью. Чтобы сказать, что я

теперь с ним и все такое. А теперь соорудил такую нелепую сцену.

Будто в подтверждение моих слов, Стас протягивает мне руку:

– Что ж, малыш, идем? У меня сейчас как раз мама в командировку уехала. Вся квартира наша,

без всяких выносов мозга.

Я кошусь на Егора.

Ну и что? Он так и собирается просто молчать?

Егор тоже бросает взгляд в мою сторону, но совсем мимолетный, а после, снова

сосредотачивается на Стасе.

– Получается, Олеся – твоя девушка? – Уточняет он.

– Ну, в данный момент да, – Стас складывает руки на груди. – А потом, не знаю. Посмотрим на

ее поведение.

– И ты совершенно точно не собираешься еë уступать? – Опускает подбородок Егор.

Да что с ним сейчас такое? Что за вопросы вообще?

Стас разводит руками:

– Прости, приятель. Но конкуренция среди мужчин вещь жесткая. И я всегда привык побеждать.

Егор коротко кивает.

– Что ж, ясно. Итак, подитожим. Ты совершенно точно не будешь сниматься в унизительных для

тебя роликах, и отказываться от девушки, которую считаешь своей.

Стас самодовольно ухмыляется.

– Именно. Так, что не расстраивайся, но сегодня ты в полном пролете.

Егор складывает пальцы домиком и становится похож на жутковатого злодея.

– А если я скажу, что заплачу за каждый ролик двести пятьдесят тысяч и еще сто за то, что

Олеся сейчас и дальше остается со мной. Но учти, предлагаю один раз. Мы не на рынке.

Самоуверенная улыбка моментально слетает с лица Стаса.

– Больше, чем пол ляма за просто так? Мужик, тебе явно некуда тратить свои деньги. Я

согласен. Есть договор, чтоб подписать? И да, Лесь, прости, но сама понимаешь. Наши

отношения ста тысяч точно не стоят. Без обид.

Мои глаза расширяются.

Обалдеть, вот гад!!!

И в этот момент я ловлю на себе взгляд Егора. Но не мимолетный, как чуть раньше. А

наоборот, долгий и испытывающий.

И до меня доходит.

Весь этот спектакль не для, Стаса. Егор плевать хотел на моего бывшего. Он устроил это все

именно для меня. Чтобы доказать то, о чем он мне говорил – продаются все.

И раз уж, Стас так легко поменял самоуважение на деньги, то по мнению Егора так сделаю и я.

Ну, уж нет. Не дождется.

– Тогда, нам с Олесей пора.

Егор поднимается и кладет на стол визитку.

– Позвонишь по этому номеру, тебе объяснят куда подъехать по поводу съемок сейчас. Ну и

подпишешь договор на работу и оплату.

– Хорошо, спасибо. – Стас немедленно забирает визитку со стола. – И если всë пройдет

нормально, то я всегда готов сняться ещë. Да и вообще, мне мама всегда говорила, что у меня

актерский талант.

Егор хмыкает.

– Ну, раз твоя мама об этом говорит, то я даже не сомневаюсь, что так оно и есть. Олеся,

идем. У нас еще много дел.

Он берет меня под руку.

– Пока, Стас, – бросаю я ему через плечо и вижу, что мой бывший уже сосредоточенно набирает

номер указанный на визитке.

На меня ему абсолютно плевать.

А ведь всего пару минут назад рассказывал, что соскучился и звал к себе.

Как глупо. Уже вроде и расстались с ним. И я уже убедила себя в том, что ничего к Стасу не

чувствую, а все равно, сердце болезненно сжимается от такого отношения.

Всë на что его сейчас хватает – это бросить короткое:

– Да-да, пока, Лесь. Как-нибудь позвоню.

И при этом, даже не поднимая на меня взгляда.

Мы с Егором выходим и направляемся к машине.

– Что-то не вижу радости от встречи с парнем, – хмыкает Егор, когда мы оказываемся в

салоне. – Ты ведь так для него важна.

– Давай-давай, издевайся, – я тяжело вздыхаю и отворачиваюсь к окну. – Ты ведь победил.

Доказал, что любовь всегда проиграет деньгам.

– Я не говорил такого, – Егор цокает языком. – Не нужно выдумывать. Я говорил, что купить

можно любого человека. И да, ты права, я только что это доказал.

– Ну, и молодец, – я поджимаю губы. – Можешь собой гордиться.

– Непременно, – невозмутимо отвечает Егор.

А после, деловито меняет тему.

– С поездкой к твоей родне придется подождать. Скорее всего, сделаем уже после Фиджи.

Сейчас едем в офис. Ты заполнишь документы на загранпаспорт, а потом, тебя отвезут домой. Я

останусь, мне нужно будет поработать.

– Ко мне домой? – Спрашиваю я с тайной надеждой.

Но Егор хмыкает.

– Ты моя жена, не забывай. За нами могут следить агенты. Так, что ты вернешься в мой

особняк и будешь ждать меня там. Кстати, вполне возможно, что кто-то акционеров захочет

устроить проверку и нагрянет, когда меня не будет дома. Так что, вживайся заранее в роль

гостеприимной хозяйки дома.

– Ага, отличная идея, – я резко поворачиваюсь к нему. – Ничего, что я сама в твоем доме

заблудиться могу?

– Уверен, ты справишься. – Спокойно отвечает Егор и погружается в изучение каких-то таблиц

на своем планшете.

Я конечно повозмущалась еще немного, но скорее для вида и чтобы обозначить то, что вся эта

затея мне категорически не нравится.

А так, я прекрасно понимала, что Егору все мои возражения глубоко по барабану.

Сначала мы заехали в какой-то небольшой офис, где я просто поставила подпись на заявлении

на загранпаспорт. Меня сфоткали, а после, Егор отправил меня на такси (само собой бизнесс

класса) к нему домой.

И вот, когда я вхожу в особняк и оказываюсь одна в громадном холле, мне становится

жутковато.

Обычно все мечтают о таком огромном домяре. Да и со мной такое бывало, чего уж скрывать?

Особенно при просмотре всяких зарубежных фильмов про богатых богачей и всë такое.

Но в реальности такие размеры пугают. По крайней мере меня.

Особенно, когда ни с того, ни с сего меня назначили вркменной хозяйкой, а вообще ни в зуб

ногой, что и где находится. И вообще, что я должна делать.

Блин, хоть бы никто из этих партнеров не пришел.

Хотя, с моим везением сюда нагрянет целая исследовательская группа, чтобы проверить

действительно ли я жена Егора и насколько хорошо я справляюсь со своими обязанностями.

Блин, может сбежать? А что? Я вроде не подписывала никаких дополнительных контрактов.

Или подписывала?

Не помню! Эх, значит, лучше не рисковать. А то, вместо миллиона и квартиры буду у Муратова

вечным рабом. И хорошо, если просто трудовым.

А то, свои наклонности он уже показал прошлой ночью.

Так, ладно, нужно смириться с тем, что сбежать не выйдет и лучше подготовиться к возможной

встречи заранее.

Хм, а может выйти к возможным гостям в бигуди и засаленном халате? Чтоб уж точно понятно –

я жена.

Представляю шок агентов. Особенно, если они зарубежные.

Немного развеселив сама себя, я бросаю сумочку на диван в гостиной, а сама отправляюсь

искать кухню или какую-нибудь горничную, которая меня туда проводит.

Потому что в первую очередь гостей нужно будет накормить и напоить. Ну, а спать

укладываются пусть уже у себя дома.

Но едва я пересекаю гостиную, как позади раздается хлопок двери.

Я оборачиваюсь и вижу высокую фигуристую брюнетку с небольшим дорожным чемоданчиком в

коротком кожаном платье, на каблуках.

Агент!

Вот ведь, а я даже не успела понять, где кухня.

Так, ладно. Не нервничать. Сейчас быстренько представлюсь, усажу ее на диван и пойду…

– Эй, милочка, – отрывает меня жеманный голос. – Давай сюда быстрее. Не представляешь как я

устала.

Ну, ничего себе обращение! Или это специально в рамках проверки?

Что ж, тогда нужно не ударить.

– Добрый день, – я подхожу к незнакомке. – Рада вас видеть. Проходите, я распоряжусь

принести закуски. Но давайте договоримся, что фамильярностей вроде “милочка”, вы употреблять

больше не будете. Как минимум, это неуважение ко мне, как к хозяйке этого дома.

Карие глаза незнакомки округляются:

– Кого? Хозяйке дома?

Ого, ничего себе, как она натурально отыгрывает удивление. Но и я от роли не отступлюсь:

– Ну, да. Я ведь жена Егора Муратова.

Глаза брюнетки становятся еще больше.

– Это шутка такая? Если ты жена, то я тогда кто?

Более тупой ситуации я и представить себе не могла.

– Так-так, погоди. – Я выставляю ладонь. – Хочешь сказать, что ты жена Егора?

– Да, заюш, представь себе, – брюнетка странно кривит ярко накрашенные губы.

Скорее всего она пыталась изобразить гримасу презрения или надменности, но из-за обилия

силикона, еë губы только смешно складывются в жирненькую букву “о”.

И меня невольно тянет на смех. Но я все же сдерживаюсь.

– Честно говоря, представляю не слишком хорошо, – я развожу руками. – Потому что…

– Заюш, посмотри на моë лицо, – брюнетка указывает на себя пальцем с накрашенным

ярко-розовым ногтем. – По нему видно интерес к твоему рассказу?

– Нет, – качаю я головой, снова силясь сдержать неуместную улыбку. – По нему вообще

никакого интереса не видно.

– Тогда, можешь не продолжать. Тем более, – она подходит и изображая сочувствие, кладет мне

ладонь на плечо. – Я и так знаю, что происходит.

– И что же? – Я изгибаю бровь.

– Егор воспользовался моим отсутствием и опять пошел веселиться. Думаешь, ты такая одна?

Да, он постоянно знакомится с какими-нибудь наивными милашками, рассказывает о вечной любви,

затаскивает в кровать, а на утро забывает об их существовании. А эти дурочки льют слезы

потом. Мне даже жалко вас, правда.

Откровенно говоря тон этой мадам мне не очень нравится, но если она с Егором действительно

в отношениях, то здесь именно я не имею права вообще хоть что-то возражать.

Девушка права.

– Так, давай сядем и успокоимся, – я киваю на диван.

Хотя, судя по виду, жена или кто она вообще? особо и не переживает.

Но на диван все таки усаживается.

– Все немного сложнее, чем кажется. Во-первых, говорю сразу – мы не спали. Со мной Егор

тебе не изменял.

– Хорошо, – усмехается брюнетка. – А то я уж было забеспокоилась о том, что его вкус резко

ухудшился.

Мне хочется ответить грубостью на грубость, но я снова напоминаю себе о том, что это я

здесь на чужой территории и просто продолжаю:

– У нас с ним заключен договор о том, что…

–... ты его секретутка, – с усмешкой перебивает меня брюнетка, но я медленно качаю головой.

– Нет. Что я его жена. Временная, – поднимаю я палец. – Егору нужно было изобразить свадьбу

для бизнеса и он нанял меня. Вот только, поженили нас официально.

И тут, лицо брюнетки наконец-то меняется. Глаза и рот широко раскрываются, а щеки отчетливо

багровеют под слоем макияжа.

– Нет! – Она вскакивает. – Егор не мог так со мной поступить! Я уезжала специально, чтоб он

наконец дал мне денег на то, что я хочу. Знала, что ему некуда деваться. Или свадьба, или

большие потери в бизнесе. Он должен был уступить, а не связывать себя с какой-то

нищебродкой!

Я щурюсь.

– Так-так. Что-то я одного не поняла. Так ты жена ему или нет?

Брюнетка щурит глаза с нарощенными, неестественно длинными ресницами.

– Я не собираюсь отчитываться непонятно перед кем.

– Ага, ясно, – с улыбкой киваю. – Значит, не жена.

– Я – невеста Егора. Он обещал жениться на мне уже два года! – Неожиданно всхлипывает она и

утыкается лицом в ладони. – Но стоило мне переступить порог, как он тут же берет в жены

непонятно кого! Что я не так делаю? Я не понимаю!

Мне становится невероятно стыдно перед ней. Я даже не обижаюсь на “непонятно кого”. Если

она действительно невеста Егора, то меня еще мягко обозвали. Я могла бы отхватить гораздо

больше.

И по сути, это было бы справедливо.

Но вообще, конечно, самый знатный гад здесь – это однозначно Егор.

Я вообще не понимаю его логику. Для чего нужно тратить на меня время и деньги, если у тебя

есть девушка?

Причем, явно больше подходящая по типажу к богатой жизни, чем я. Именно странички таких

девушек, вызывают зависть простых обывательниц вроде меня.

– Эй, послушай… , – я неуверенно кладу ей ладонь на плечо. – Как тебя, кстати зовут?

– Анфиса, – всхлипывпает она.

– Анфис, я не знала, что этот гад в отношениях – это раз. Но главное – другое. Он всего

лишь нанял меня на роль жены, понимаешь? Я ведь тебе уже говорила. Это не настоящий брак. Он

мне за это даже гонорар заплатил. И само собой, между нами ничего не было. Мы с Егором не

спали. Так, что ваши отношения такие же как прежде.

– Тогда почему Егор нанял тебя, а не просто женился на мне? – Анфиса поднимает мокрое от

слез лицо.

– А вот этого не знаю, – я развожу руками. – Сама себе задаю этот вопрос. Может не хотел

рисковать? Там какие-то шейхи были. Вдруг, боялся что уведут тебя? Ты ведь такая красивая.

На удивление эта простая неприкрытая лесть срабатывает.

Анфиса смахивает очередную слезу с уголка глаза и поправляет волосы.

– Но вообще, да. Такая опасность действительно есть. Я сама много раз говорила Егору, что

он должен радоваться, что встречается со мной. Именно моя женская энергия, которую я беру из

Вселенной, и позволяет ему быть таким успешным как он есть.

Я несколько раз киваю, соглашаясь.

Хотя в голове проносятся вопросы вроде: “Что она вообще несет?”

Но спорить со странной, да еще и обманутой девушкой я не решаюсь.

Поэтому, перевожу разговор на тему не касающуюся энергий и Вселенной.

– А знаешь, что?

Я достаю мобильный.

– Давай, мы прямо сейчас позвоним Егору и спросим какого черта он творит?

Анфиса улыбается:

– Давай. Заодно, озвучу ему за какой подарок я смогу его простить. Пусть раскошеливается,

если хочет меня удержать.

Я смещаю взгляд на Анфису. М-да, умеет она решать вопросы в свою сторону. Даже не знаю,

осуждать еë за меркантильность или восхищаться продуманностью? В любом случае, будь я такой

же – не подписала бы тот дурацкий контракт, не ознакомившись нормально с его условиями.

Берет трубку Егор практически сразу.

– Да, Олеся. Что-то случилось?

– Нет, ничего страшного, – я специально говорю самым непринужденным тоном на который

способна. – Просто хотела передать тебе привет от невесты.

– От кого? – Егор хмыкает. – Лесь, тебе там скучно стало? Так, погоди. Я скоро приеду,

развлеку.

– Вот, гад! – Анфиса складывает руки на груди. – Убила бы.

– Ты что-то сказала? – Уточняет Егор.

– Да нет, это не я, – усмехаюсь. – Это Анфиса тебе привет передает и говорит, что теперь еë

прощение будет стоить оооочень дорого.

На мгновенье в трубке повисает пауза. После чего, Егор спрашивает:

– Анфиса приехала?

Что ж, значит все, что она рассказала – правда, судя по тону.

– Чтоб его… , – вполголоса бормочет Егор, а после сменяет голос на резкий. – Я скоро буду.

Поднимайтесь на второй этаж и сидите в библиотеке. Если кто-то придет, встречаешь ты,

поняла? Анфиса чтоб не вздумала высовываться.

– А может пусть она? – Неуверенно начинаю я, но Егор жестко отвечает.

– Олеся, я тебе непонятно сказал? Встречаешь ты. Про Анфису никто знать не должен. Как и

она, собственно. Надеюсь ты ей ничего не рассказала?

– Ну… кое-что, – напряженность Егора передается и мне.

Я решаю на всякий случай не уточнять при сидящей рядом Анфисе, чтоб она не кзнала реакцию

Егора и главное то, что он сказал о приеме гостей.

– Ясно, – глухо подытоживает Егор. – Больше ни слова, поняла? Говорите о шмотках,

бюти-блогерах, о чем угодно, кроме происходящего.

– Да поняла, я поняла. – Я вздыхаю. – Приезжай скорее. Буду ждать.

– Кажется кто-то злится, что его уличили в обмане и измене, – поправляет прическу Анфиса,

когда я убираю телефон.

– Точно, – устало киваю я. – Так выбесился, что сказал нам сидеть в библиотеке, пока он не

придет. Придется послушаться, – добавляю я как можно быстрее. – Не стоит злить Егора еще

больше. А то, потом нормального разговора не получится.

– И то, правда, – Анфиса неожиданно соглашается и поднимается с дивана. – Идем?

– Да, – я радостно киваю. – Ты иди, а я сбегаю на кухню. Закажу нам что-нибудь принести

туда. Кстати, а где кухня?

– Налево по коридору, – машет рукой Анфиса, обозначая направление. – Мне что-нибудь

низкокалорийное и смузи с авокадо.

– Ага, хорошо, поняла.

Я дожидаюсь, пока Анфиса скрывается на втором этаже и иду в сторону кухни.

Но снова не дохожу. Меня прерывает звонок, на этот раз домофона с видео экранчиком.

Поколебавшись, стоит ли брать или нет, я все же отвечаю:

– Да?

– Олеся Николаевна, – раздается мужской голос. – Это пропускной пункт. К вам посетитель.

У меня сердце опускается вниз.

Да что ж за невезуха такая? Не могли приехать уже после того, как Егор вернется?

– Да? И кто это? – Спрашиваю я.

– Батур Полат. Разрешить въезд?

О, блин! Только его и не хватало. Всегда может быть хуже, да?

– Нет!

Сначала выкрикиваю я, но почти сразу понимаю, что просто сделать вид, что никого нет дома и

спрятаться, точно не получится.

Да и Егор попросил меня встретить гостей.

Ужас! А если сейчас спустится Анфиса и начнет рассказывать, что настоящая жена здесь она? А

я вообще, считай просто работница по найму?

Блиииин! Ну, почему я вообще ей про все рассказала? Вот, что значит женская солидарность.

Стало жалко еë, потому что Егор ей в некотором смысле изменяет.

Но головой-то надо было подумать?

Ладно, что сделано, то сделано. Поздно сокрушаться, нужно придумать как действовать сейчас.

И как можно быстрее.

– Так нам сообщить, что у вас нет времени на прием? – Уточняет охранник.

Блин, он серьезно считает, что гостям это нормально говорить? Представляю как это будет

выглядеть со стороны.

– Нет, я не то хотела сказать, – исправляюсь я. – Пусть проезжает.

– Хорошо, понял. – Отвечает охранник и прерывает связь.

Я в ту же секунду со всех ног бросаюсь на кухню.

На этот раз успеваю.

– Здрасьте!

Залетаю я так резко, что повар и горничная одновременно вздрагивают.

– Я…

– Олеся Николаевна, мы знаем, – кивает повар.

– Да, отлично, – тараторю я. – В общем, сейчас пришел гость. И мне надо, чтоб мы с ним

находились не в доме, но при этом было тепло и не подозрительно.

Повар с горничной переглядываются.

– Могу предложить накрыть для вас столик у крытого бассейна с джакузи и фонтаном. –

Предлагает девушка. – Они находятся в другой части двора, но…

– Мне этого достаточно, – прерываю я горничную. – Как туда пройти?

– Через холл в дверь на задний двор. Крытый павильон в форме купола. Вам туда.

– Хорошо, спасибо. И тащите туда еду! – Распоряжаюсь я и мчусь обратно.

Едва я пересекаю гостинную как в дверь неспешно, с видом какого-нибудь султана входит

Батур.

В наброшенном на плече длинном черном пальто.

– За что не люблю Россию, так это за ужаснейшую зиму, – морщится он, стряхивая с плеча

налипшие снежинки.

– Не знаю, а по моему холодная зима – это здорово, – говорю я хоть что-то, лишь бы как-то

поддержать разговор, пока нет Егора.

– Не могу согласиться, – фыркает Батур, а после хмурится. – А ты почему такая

взволнованная? Даже щеки раскраснелись.

– Так, это. Тебя ждала, вот и разволновалась, – я развожу руками. – Предупреждаю сразу,

Егора нет. В доме мне сидеть не хочется, поэтому, пойдем к бассейну и джакузи, ладно?

Согласен?

Батур окидывает меня медленным взглядом и улыбается будто сытый кот.

– А вот за что, я Россию просто обожаю, так это за шикарных женщин. Ну, конечно, согласен,

Олеся. Уверен, мы оба получим удовольствие от нашего общения.

Я прекрасно понимаю к чему все эти намеки, но какие у меня варианты?

Да, никаких. Чтоб не подставлять Егора еще больше, мне только и остается, что изображать

милую наивность и ангельски хлопать ресничками.

– Ну, конечно, Батур. – Я придаю своему голосу самую невероятную нежность, на которую

только способна. – Уверена, мы отлично проведем время. Идем.

– Егора ведь нет, я правильно понимаю? – Спрашивает, оглядываясь Батур, когда мы проходим

гостинную насквозь.

– Пока нет. Но скоро будет, – поспешно отвечаю я.

Про себя добавив: “Очень на это надеюсь”.

Пройдя через гостиную и двор, мы входим на веранду с тем самым крытым бассейном.

Как же всë разительно отличается. Вот мы шли по двору с заснеженными деревьями, поеживаясь

от холода.

И тут же, будто попали в субтропики.

Внутри очень ярко, прозрачная крыша, которую подпирают настоящие пальмы.

А вообще, все внутри выполнено в древнегреческом стиле – с белыми мраморными статуями и

широкими колоннами.

Ну и конечно большую часть всей территории занимает бассейн, чуть в стороне находится

широченное джакузи оформленное в виде каменистого берега, межлу ними лежаки, столики и

диванчик.

– Мне нравится твой выбор места. – С улыбкой оглядывается Батур. – Давай помогу раздеться.

– Спасибо, – я выставляю ладонь. – Не утруждайся. Справлюсь сама.

– И все же, я настаиваю.

Батур сначала скидывает с себя плащ, а после галантно помогает мне снять шубку.

– Эм, спасибо, – я неловко потираю плечи, наблюдая за тем как Батур кладет нашу верхнюю

одежду на один из диванчиков.

– Не за что, Олеся. Если станет еще жарче, я только– за, чтобы помочь тебе снять что-нибудь

еще, – он ослепительно улыбается и протягивает ко мне руку.

– Я замужем, забыл? – отступаю на шаг. – Поэтому, давай не будем развивать эту тему.

Присаживайся, и говори зачем приехал.

– Какая серьезная дама, – Батур садится на диван, но внезапно подается вперед и схватив

меня за обе руки, тянет к себе.

Охнув от неожиданности, я падаю ему на колени.

– Тебе это не идет, милая, – смеется он. – Такая нежная красивая блондиночка не должна

забивать себе голову проблемами. Оставь такие дела решать мужчинам. А от тебя требуется

только радовать.

– Ну, то что от меня требуется, будет мне говорить муж, – я пытаюсь отстраниться, но Батур

не дает.

Напротив, прижимает меня к себе еще теснее и горячо шепчет:

– Да, брось. Мы оба знаем, что ваш брак – это фикция. Поэтому, предлагаю тебе договор – ты

все рассказываешь, я плачу тебе ооочень много денежек и мы едем отдыхать в какую-нибудь

теплую страну. Как тебе вариант?

Я не сдерживаюсь и закатываю глаза.

– Слушай, восточный сказочник. Я не спорю – поешь ты красиво. Да и сам весь из себе

прекрасен, но во-первых, не распускай руки, – я легонько шлепаю его по ладоням и все же

умудряюсь сесть на диванчик, а не на колени Батура. – Во-вторых, я замужем. И в третьих,

расскажи все это кому-нибудь другому. Тому, кто поверит.

Карие глаза Батура темнеют еще больше. Непонятно. То ли из-за гнева, после моей дерзости,

то ли еще почему-то.

– Олеся, – его баритон становится более низким, вибрирующим. – Ты знаешь, теперь я

заинтересован еще больше. А для меня это редкость, чтобы какая-то женщина могла зацепить

меня настолько сильно. Ты особенная. Настоящая звезда на небосклоне.

Я прокашливаюсь в кулак, чтобы хоть как-то подавить рвущийся из груди смешок.

– Ну, и на скольких девушках подобные слова сработали? Вот правда, аж интересно.

– На русских – всех, – улыбается Батур. – Вы ведь все недолюбленные. У вас слабые

безответственные мужчины, которые вообще не обращают на вас внимания.

– Хорошо, что есть такие благодетели как вы. – В который раз, не выходит у меня сдержать

сарказм. – И чтоб мы делали без наших восточных спасителей.

– Ты иронизируешь, лесная девчушка, но просто не знаешь, что именно я тебе могу подарить. –

Батур склоняется ко мне, а его ладонь сначала сжимает мою коленку, а после, бесстыдно

скользит вверх по ноге. И ныряет по подол платья.

Я тут же вскакиваю.

– Ты совсем обалдел?! Не смей меня трогать! На каком тебе еще языке напомнить, что я

замужем?!

Пытаюсь отбежать, но Батур меня нагоняет всего за один шаг. Хватает за руку и разворачивает

к себе.

– Да, брось, сладкая. Я не дурак. Прекрасно понимаю насколько ваш брак настоящий. А знаешь,

хочешь проверим? Я предложу Егору полное содействие в том, чтобы он занял кресло в

правлении. Он уже завтра его получит, но в обмен на тебя. Как считаешь, что он выберет?

Смазливую молодую девчоночку или цель к которой стремился последние лет десять своей жизни?

Ответить я не успеваю

Потому что на крытую террасу входит сам Егор.

От неожиданности, Батур меня отпускает, а я воспользовавшись моментом, подбегаю к Егору.

Вот только его взгляд, полностью сосредоточен на Батуре.

– То, предложение, которые ты только что озвучил, – Егор опускает подбородок. – Ты

действительно готов мне сделать?

Я замираю.

Егор серьезно спрашивает именно это? Не что-то вроде – ты чего свои лапы загребущие к моей

жене тянешь, а именно про предложение?

Вот же гад!

С другой стороны, меня это по сути удивлять не должно.

Егор ведь сам сказал, что ни в какие чувства не верит, зато уверен, что всех можно купить.

Поэтому, между мной и целью его жизни, действительно выбор очевиден.

Другое дело – как и что делать в этой ситуации мне?

Батур, конечно, очень даже ничего такой. Чисто внешне. Но интуиция подсказывает, что ничего

хорошего с ним меня не ждет.

Как минимум, провести с ним ночь он точно будет требовать.

А мне такого не нужно.

Блин, что же делать-то?!

А мужчины тем временем продолжают общаться, будто меня здесь и нет.

– Готов, – Батур ухмыляется.

– Странно, – Егор склоняет голову к плечу. – Ты же был так против того, чтобы я входил в

совет. С чего так резко передумал?

– Ну, меня на то место уже не восстановят. Пока, как минимум, – Батур усмехается. – А мне

будет приятно осознавать, что без меня у тебя бы ничего не вышло. Ну и к тому же, ощущать

твою женщину под собой. Это власть даже больше, чем просто более высокая должность.

Мне становится еще страшнее и я практически выкрикиваю:

– Я против, ясно? Вы оба не имеете права обсуждать кому меня отдавать. Я свободная

гражданка своей страны, между прочим.

– Какая она у тебя забавная, – улыбается Батур. – Нет, правда, девочка мне очень нравится.

Егор в ответ сначала просто молчит, задумчиво глядя на меня, а после переводит взгляд на

Батура.

– Понимаю. И самого заводит.

– Но власть и карьеру ты любишь больше. Это я знаю, – хмыкает Батур. – Поэтому, уверен, что

отдашь свою лесную девочку без проблем.

Егор ведет плечом.

– В любой другой ситуации ты бы оказался прав. Но во-первых весь совет директоров был на

нашей с Олесей свадьбе, а значит уступать ее тебе будет как минимум странно. Тем более, все

они заядлые традиционалисты и почитатели семейных ценностей. Во-вторых, я уже сказал – Олеся

мне нравится и отдавать я ее не собираюсь.

“Фух”, – мысленно выдыхаю я. Но рано.

Потому что, Егор выдает:

– Вдобавок, Олеся от меня беременна.

Чего, блин?! На кой черт он это сказал и как нам потом из этого выпутаться?

Батур меняется в лице.

– Ты сейчас серьезно?

Мне очень хочется повторить его вопрос, тем более, что выражение лица у меня уже наверняка

точь в точь такое же.

Единственным, кто остается невозмутимым – Егор.

Впрочем, ничего удивительного.

– Да, правда, срок совсем маленький. Я недавно узнал, – Егор бросает на меня мимолетный, но

при этом очень выразительный взгляд.

По-видимому хочет, чтоб я подыграла. Легко сказать. Я сама нахожусь в шоке от его слов, но…

надо так надо.

Я выдаю самую смущенную улыбку на которую только способна, делаю шаг к Егору и прижимаюсь

щекой к его плечу.

– Вообще-то, я не хотела говорить, – ковыряю носком сапога каменную плитку. – Понимаю, что

предрассудки, но все же на маленьком сроке хочется защитить малыша вообще от всего. Но раз

Егорчик так решил, – я поднимаю голову и хлопаю ресничками. – Значит, так надо. Он –

мужчина,он лучше знает.

Батур слушает меня и мрачнеет всë больше.

– Чтоб тебя, Муратов, и где ты нашел такую женщину?

– Ты уже спрашивал, – хмыкает Егор. – Где встретился, там еë уже нет.

– Всегда ты был удачливым, – фыркает Батур. – Но я считал, что это распространяется

исключительно на дела. Но женщины…

– Спасибо, конечно, – я решаю прервать очередной назревающий конфликт на ровном месте. – Но

ты меня прямо перехвалил. До идеала мне далеко. Да и вообще, сам понимаешь, что если б не

беременность, то Егор бы на мне не женился. Он здесь пострадавшая сторона.

– Я бы тоже хотел от тебя пострадать, – хмыкает Батур.

– Пострадаешь, но от меня, если не закроешь рот, – Егор поджимает губы, а Батур все же

замолкает.

И я считаю, что это мой шанс, поэтому, быстро говорю:

– Но именно из-за беременности, полететь я не могу с вами. Сам понимаешь, ранние сроки.

Нельзя.

Теперь я ловлю недовольный взгляд Егора.

Ага, не ожидал?

Но, тут уж каждый сам за себя. Мне нужно как можно скорее отгородиться от всей их

развеселой компании.

– Да? – Хмурится Батур. – Какая жалость. А ведь там будет даже генеральный директор.

– Родная, ты кажется забыла, что доктор запретил летать до шести недель, – Егор говорит

нежно, но глаза метают настоящие молнии. – А у тебя уже восемь. Так, что мы совершенно

спокойно можем лететь. Но если хочешь, сходишь к врачу еще раз.

Вот гад!

Все же заставляет лететь. А я так надеялась, что все это представление закончится уже

сегодня.

– Не сочти за не гостеприимство, – Егор склоняет голову к плечу. – Но ты пришел с какой-то

конкретной целью? Или просто попытаться купить у меня жену.

– Конечно попытаться купить жену, – ухмыляется Батур. – Тем более, ты сам сказал, что

любого человека можно купить.

– Мне совсем недавно рассказали, что бывают исключения, – Егор косится в мою сторону, а я

почему-то чувствую смущение и опускаю голову.

– Вот как? – Батур очевидно замечает взгляд Егора. – Получается, все же существует человек,

который способен убедить хоть в чем-то невыносимо упрямого и принципиального Муратова? Надо

же. Становится всë интереснее.

– Тебе помочь еще чем-то? – Егор закатывает глаза. – Или ты уже очень занят и наконец

пойдешь?

– У меня парочка документов с собой по нефтедобычи. Ярышев просил передать тебе и ввести в

курс дела. – Тон Батура наверное впервые за наше знакомство становится серьезным и даже

официальным.

Егор кивает.

– Хорошо, тогда распоряжусь принести кофе в кабинет. Лесь…

– Поняла, уже иду, – я поднимаю ладони. – Тем более в нефтедобычи я понимаю только то, что

существует нефть и что еë нужно добывать. С помощью всяких вышек. Ну и очищать ее.

– Ну, ты уже понимаешь больше, чем некоторые, – ухмыляется Егор. – Правда, Батур?

– Муратов, чтоб тебя! – Взрывается турок. – Может хватит своих издевок. Именно из-за этого

тебя практически все на дух не переносят.

– Да, брось ты, – хмыкает Егор. – На правду не обижаются.

Я вижу как темнеют и без того черные глаза Батура и решаю, что пора уже идти.

Попрощавшись, выскальзываю из комнаты с крытым бассейном, набросив себе на плечи шубку. И

перебежав через уже знакомый садик, вбегаю в дом.

И практически сразу натыкаюсь на Анфису.

Блин, я уже совсем забыла о ней.

– Ты чего спустилась? – Вскидываю я руки.

– Услышала, что пришел Егор. Мы же собирались поговорить, – надувает и без того пухлые

накачанные губы Анфиса.

– У него очень важные гости! Мы не должны мешать, идем в библиотеку.

Но брюнетка только дергает плечом.

– Никуда я не пойду, пока не поговорю с Егором.

– Слушай, он очень злой. Ему там какие-то документы по нефтедобычи принесли. Поэтому,

оставайся, конечно. Если не боишься попасть под горячую руку.

Анфиса засомневалась.

– Ладно, идем, но все равно я хочу с ним поговорить.

– Конечно, я тоже.

Я беру Анфису под локоть и практически тащу ее по ступенькам вверх.

На втором этаже, она к счастью сама пошла в библиотеку.

Я захожу следом и захлопываю дверь.

– У меня знакомая сопровождала одного из акционеров на вашей свадьбе, – непонятно к чему

выдает Анфиса.

– И? – Вскидываю я бровь.

– Она сказала, что вас всех пригласили на Фиджи, – продолжает она.

– И? – Я все еще не понимаю к чему она ведет.

– Я тоже хочу! – Топает Анфиса ногой как капризный ребенок. – Сделай так, чтобы и я

полетела.

У меня округляются глаза.

– Каким образом?

– Меня это не интересует, – брюнетка отбрасывает назад волосы. – Договорись или я закачу

скандал прямо здесь и сейчас.

Вот, блин, только скандала от великовозрастной инфантилки мне и не хватало.

– Ладно-ладно, – я поднимаю ладони. – Что-нибудь придумаю. Не бесись только.

К моему великому счастью Анфисе кто-то позвонил и она на время забыла о моем существовании

и о том, что еще я должна сделать, чтоб она хоть немного успокоилась.

Разговаривала она достаточно долго. Я даже успела просмотреть несколько конспектов. Зимнюю

сессию я сдала автоматом, но впереди маячит защита диплома, а значит, расслабляться еще

очень рано.

Наконец, я слышу чьи-то шаги на втором этаже, приоткрываю дверь и вижу Егора, который

заходит в спальню.

Я выскальзываю из библиотеки и захожу следом.

– Я думал ты меня будешь ждать здесь, – он разворачивается. – Где ты была?

– Успокаивала твою вторую жену, – фыркаю я. – Ты вроде не турок, в отличии от Батура, тебе

вторая жена не разрешена.

– И я очень этому рад. Кувыркания втроем – для меня давно пройденный этап. – Ведет плечом

Егор и я невольно понимаю, что он раздражен.

Очевидно, беседа с Батуром была не из приятных.

– Ну, тогда давай подытожим, чтоб ты понимал в какую яму ты сам себя загнал враньем, – я

складываю руки на груди. – У тебя есть девушка, которой ты обещал, что женишься на ней, но

не выполнил обещания.

– Это простые фантазии, – фыркает Егор. – Я всегда говорил Анфисе, что кроме постели нас

ничего не связывает.

– Но тем не менее она в курсе про твое желание войти в совет директоров и грозит всë

рассказать, – я развожу руками.

– Вот, коза, – цедит Егор, на ходу ослабляя галстук и скидывая его на кровать. – Сама тупая

как пробка, но туда же – строит пакости и преграждает путь, тем кто куда сильнее еë.

– Мне вроде как удалось с ней договориться, – я неуверенно ударяю друг о друга указательные

пальцы. – Но это не совсем решит проблему. Точнее, трудности вполне возможно могу возрасти.

Егор хмурится.

– Что ты ей пообещала?

– Что мы возьмем ее с собой на Фиджи, – я развожу руками.

– Твою мать, Олеся, – Егор резко разворачивается ко мне. – И в качестве кого я ее

представлю? Сестры? Племянницы?

К тому же там у неë еще больше может развязаться язык.

– Слушай, а что я по твоему должна была сделать? – Я тоже выхожу из себя. – Я просто шла на

небольшую подработку, а попала в какие-то жуткие игры громадных корпораций. И кроме того, ты

разве лучше? Зачем ты сказал, что я беременна от тебя? Как из этого мы будем выпутываться?

Егор неожиданно ухмыляется.

– Ну, здесь на самом деле всë куда проще. Я немного обдумал этот вопрос и пришел к выводу,

что это и вправду мне будет на руку.

– Что именно? – С подозрением уточняю я.

– Чтобы ты родила мне наследника, – Егор берет меня за руку. – Я считаю, что это отличная

идея. Тем более, мы официально женаты.

Я медленно поднимаю поднимаю руки и несколько раз хлопаю в ладоши.

– Потрясающий план, просто великолепный. Вот только у меня один вопрос. А меня ты не хочешь

спросить?

– Ну, я ведь говорю тебе, что решил, – Егор пожимает плечами. – По моему, этого более, чем

достаточно.

– Нет, дорогой мой муженек, – фыркаю я. – Недостаточно. Потому что у меня нет планов

становиться матерью еще лет пять.

– Ну, планы можно изменить, раз уж тебе попался такой шанс изменить жизнь, – невозмутимо

сообщает Егор.

– Это ты себя шансом называешь? – Я изгибаю бровь. – Тут уж скорее злой рок.

Егор медленно качает головой, а после, берет меня за руку.

– Олесь, давай посмотрим правде в глаза. Тебе действительно невероятно повезло. Ты не

просто подработала невестой у крайне влиятельного мужчины. Тебе даже удалось его

заинтересовать. Разве не об этом мечтают девчонки вроде тебя? Ты ведь понимаешь, что с

рождением ребенка ты получишь пожизненное обеспечение. Независимо от того, будем мы женаты

или нет.

– Очаровательно, – я со смешком качаю головой. – Теперь ты решил купить не только меня, но

еще и ребенка. Которого еще даже не существует. И уж не знаю о чем там мечтают “девчонки

вроде меня”, – показываю я пальцами кавычки. – Но лично мне такое точно не интересно.

Егор выслушивают всë это с бесячей снисходительной улыбкой. Очевидно считая все мои слова

просто сотрясанием воздуха.

Как же бесит!

– Хорошо, Леся. Обсудим это позже. На Фиджи, – невозмутимо говорит он и я срываюсь.

– Да нечего обсуждать! Разве не ясно?! Мне всë это неинтересно.

Я эмоционально взмахиваю руками, но Егор неожиданно резко перехватывает их.

Сжимает запястья и притягивает меня к себе так молниеносно, что я успеваю только удивленно

охнуть, прежде, чем впечатываюсь в его широкую грудь.

– Зато мне интересна ты, Олеся, – его голос угрожающий, даже рычащий и я испуганно

сжимаюсь, не в силах даже пошевелиться. – А я всегда получаю то, что мне интересно. И если

ты считаешь, что я всегда буду таким спокойным и уступчивым, то ты очень сильно ошибаешься.

Отказов я не терплю.

Не знаю как реагировать. Просто замираю и боюсь лишний раз вздохнуть. Егор сейчас слишком

пугающий и я боюсь сделать лишнее движение, чтобы не спровоцировать его на…

Даже сама не знаю на что именно. Но лучше все же не рисковать.

Но Егор сам прерывает молчание.

– Ты поняла меня?

– Что я должна понять? – Поднимаю я на него глаза. – Что мне с тобой все равно придется

переспать, чтобы ты потешил своë самолюбие? А если я не хочу?

– Может не стоит отказываться сразу от того, чего еще не пробовала? – Егор притягивает меня

к себе одной рукой, а второй сначала обнимает за талию, а после медленно скользит ей вниз.

По ягодицам, чуть сжимая их, заставляя меня невольно податься вперед и ещë больше вжаться в

его грудь.

Егору это только на руку. Теперь он просто не дает отстраниться . Его ладонь опускается

ниже по бедрам и без всякого стыда ныряет мне под платье.

– Стой, – только и успеваю пискнуть я. – Я не могу, правда…

– Тебе ничего не надо делать, малышка, – Егор рывком поднимает меня и вжимает в стену. – Я

всë сделаю сам.

На мою шею ложится настойчивый поцелуй. Я громко выдыхаю и запрокидываю голову, жмурясь от

смущения и нарастающей сладкой тяжести в животе.

Что он со мной делает?

– Егор, – зову я его, сама не знаю зачем.

– Малышка, – рычит он. – Какая же ты сладкая. Только увидел тебя в кабинете и сразу же

захотел.

Разве так бывает? Меня одновременно пугает этот огромный суровый властный мужчина и при

этом любое, даже самое мимолетное его касание, заставляет покрыться кожу мурашками.

– Я правда боюсь, – все же решаюсь признаться я. – У меня было всего лишь раз. А ты…

– Большой, знаю, – рычит он. – Значит, нужно расслабиться. В ванне. Идем, маленькая.

Егор подхватывает меня на руки, будто мы снова находимся на свадьбе и он несет меня к

машине. Чтобы создать очередную красивую позу для фотографии.

Вот только сейчас это порывисто и действительно страстно.

Но едва Егор делает шаг к ванной, как дверь распахивается и в спальню без всякого стука

влетает Анфиса.

– Вот, значит, куда ты ушла. Егор! – Вскрикивает она. – Объясни, что ты творишь?! Ты мне

снимаешь квартиру, забыл? Ты обязан мне!

Егор медленно разворачивается к ней. Я не вижу выражение его лица, но по его движениям

очевидно, что не тон, ни тем более заявления Анфисы его мягко говоря не устраивают.

– Детка, – обращение ласковое, как и ко мне. Но сейчас это звучит одновременно и как

угроза, и как пренебрежение. – Ты ротик-то прикрой. Уже потому что именно я полностью тебя

обеспечиваю

– Но женился ты почему-то на этой замухрышке! – Взвизгивает Анфиса.

Нет, нормально? Я ей значит, сочувствую, а она меня замухрышкой обзывает!

– Ты за языком следи! – Фыркаю я.

– Хватит меня затыкать, я прекрасно знаю, для чего ты устроил весь цирк со свадьбой, – она

выставляет указательный палец в сторону Егора. – И теперь тебе придется очень хорошо

постараться, чтобы я не рассказала об этом кому-нибудь из окружения Ярышева. С его

несколькими помощниками я знакома лично.

– Так и скажи – кувыркалась с другими мужиками, в квартире, которую снимал тебе я, –

хмыкает Егор.

А после, ставит меня, на пол и неожиданно резко, в один шаг оказывается около Анфисы.

– Ты не в том положении, чтобы меня шантажировать, ясно? Я сейчас продолжаю выслушивать

твой бред, исключительно из-за нашего довольно веселого прошлого. Но мое хорошее настроение

вот-вот иссякнет.

– Егорчик, – Анфиса резко меняет тон с требовательного на жалобный. – Ну, ты ведь добрый, я

знаю. Мне ведь просто хочется на Фиджи. Я понимаю, что у нас с тобой уже всë. Может я и

тупая, но в любом случае – женщина и с интуицией у меня все впорядке. Я прекрасно вижу твой

взгляд в сторону Леси. Поэтому, прошу дай мне возможность познакомиться с кем-то своего

уровня.

– Никого моего уровня там уже нет, – самодовольно хмыкает Егор. – А насчет знакомств – тоже

не вижу смысла. Сама ведь говорила пару секунд назад, что знаешь помощников Ярышева. Так

вперед, вешайся на них.

– Егор, ну пожалуйста. Мне правда это нужно, – в голосе Анфисы звучат уже не капризы, а

искреннее отчаяние.

– Нет, Анфиса. Никаких Фиджи. А если вздумаешь кому-то растрепать про нас с Олесей, то

клянусь. – Он грубо хватает ее за локоть. – Знакомиться ты сможешь разве что с клиентами на

трассе.

– Егор, – испуганно хлопает ресничками Анфиса. – Ты что? Как ты можешь?

– Свободна, – равнодушно бросает он.

А я вижу слезы на глазах у Анфисы и неожиданно даже для себя, прошу:

– Егор, пусть и она полетит. У меня… у меня есть для нее задание.

Егор медленно поворачивается ко мне.

– Ты сейчас серьезно?

Я очень напугана и если честно уже жалею, что решила проявить внезапное благородство.

Но и отказываться от своих слов я не привыкла, тем более, что у меня действительно созрел

план по которому Анфиса со своим желанием найти себе богатого мужика, придется очень кстати.

Поэтому, я собираюсь с духом и киваю.

– Да, серьезно. Считаю, что Анфиса на Фиджи нам очень поможет.

– Что ж, даже интересно. Я слушаю, – Егор склоняет голову к плечу.

– Я тоже, – подключается Анфиса, но тут же добавляй. – Но имей ввиду, работать в качестве

горничной или чем-то подобном я отказываюсь.

Я закатываю глаза. Очень сложно помогать человеку, который сам этому активно мешает.

Хочется попросить Анфису помолчать хоть пару минут, но очевидно, что это выше еë сил.

Поэтому, я лишь вздыхаю и успокаиваю еë.

– Нет, к горничной и похожей работе ты не будешь иметь никакого отношения. Наоборот, ты

должна будешь сделать то, что и так собираешься – подцепить богатого мужчину. Но не любого,

а одного конкретного. Того, кто нам мешает.

Егор не сдерживает смешка:

– Ты хочешь натравить Анфису на Батура? А что? Креативно. Не могу не признать.

– Кто этот Батур? – Прищуривается Анфиса.

И тут в ход идут все те навыки, которые я приобрела благодаря подработкам в рекламных

компаниях в роли енотов, матрешек, дракончиков и всего такого:

– Представь – богатый, молодой, красивый мужчина. – Я подхожу к Анфисе и одной рукой

приобнимаю ее плечи, а второй провожу перед глазами, будто обрисовываю будущие горизонты. –

Еще и турок. А значит, страстный восточный мужчина, который умеет еще и делать красивые

комплименты в отличии от наших парней.

С каждым словом, я вижу как в глазах Анфисы разгораются огни азарта

И в конце, она почти выкрикивает.

– Всë, я только – за. Уверена, окрутить Батура мне труда не составит.

Я смотрю на Егора и замечаю, что его задумчивый взгляд сосредоточен на мне, а не на Анфисе.

Будто еë ответ вообще ему неинтересен.

Странно, конечно, но ладно.

– Так, что? – Осторожно спрашиваю я. – Летим на Фиджи втроем.

Егор ухмыляется. Все это для него будто бы забавный эксперимент. Но все же кивает:

– Можем попробовать. Интересно, поведется ли Батур?

– Можете смеяться, но я ни разу не летала на самолетах и очень боюсь.

Признаюсь я, когда мы втроем уже стоим в аэропорту на регистрации.

– Самое страшное – это лететь эконом классом, – передергивает плечами Анфиса. – А остальное

неважно.

– Потише с выбрыками, – поджимает губы Егор. – Вы с Лесей – сестры сейчас, а значит опыт

богатой жизни не должен сильно отличаться.

– Просто я самая успешная сестра, – с гордостью поправляет волосы Анфиса.

– Ага, но не самая умная, – фыркаю я.

– Девочки, не ссорьтесь, – ухмыляется Егор, а после приобнимает меня за талию и шепчет на

ухо. – Я буду держать тебя за руку во время взлета и посадки. А во время полета могу

посадить на коленки. И кстати, – мурлыкает он. – В самолетах, в отделе бизнес-класса очень

удобные туалеты.

Я резко разворачиваюсь к нему.

– Спасибо за информацию. Но развивать тему, не нужно, ладно? Помни, кто я такая на самом

деле.

– Моя беременная и горячо любимая женушка, – невозмутимо хмыкает Егор и мне хочется ударить

его чем-нибудь потяжелее.

Записалась на подработку, блин, а теперь вот лечу на Фиджи в компании наглого

самовлюбленного богача.

Нас ведь еще и в один номер поселят, это наверняка. Если на последние мне удалось все же

выпросить себе отдельную спальню, то сейчас этот номер явно не пройдет.

Блин, что-то мне все страшнее и страшнее.

Еще и этот полет. Ужас как страшно.

Но зато в самолете было очень круто – отдельные отсеки с диванчиками и столиками.

Людей, почти нет.

Да здесь даже жить можно, настолько красиво.

Правда лететь туда оказывается нужно 3 суток. Еще и с дозаправками, само собой.

М-да, все бы ничего, но в закрытом помещении вместе с Егором и Анфисой.

Боюсь кто-то из нас все же не долетит.

Но на удивление, эти трое суток проходят достаточно мирно.

Не считая постоянного нытья Анфисы, что ей уже всë надоело.

Впрочем, к концу полета я уже с ней солидарна. Надоели и фильмы, и полный доступ к

компьютерным играм и обалденная еда.

Хотелось уже просто выйти.

И вот, командир экипажа объявляет посадку.

А после, когда мы спускаемся с трапа самолета, я невольно жмурюсь.

Какой же невероятный контраст. В России холодно, снег лежит. А здесь яркое солнце, зелень и

лазурь океана.

Правда таможня, да и сам аэропорт здесь выглядит в десятки скромнее, чем в России. Мне

вообще напоминает он какой-то сельский клуб.

Проходим через неë и в зале нас встречает Батур собственной персоной.

В легких светлых брюках и белоснежной футболке-поло, он будто бы сошел с интернет рекламы

об успешном успехе.

Красивый, богатый, самоуверенный.

– Ну, наконец-то, – разводит он руками, будто желая нас обнять. – Добро пожаловать в рай.

– Анфиса, – тихо шепчу я. – Давай, твой выход.

– Обалдеть, – так же тихо выдыхает Анфиса. – И мое задание замутить с этим красавчиком? Да

это же просто работа мечты.

Она взбивает ладонью волосы, которые старательно укладывала сидя в самолете последние часа

два.

Одергивает белый сарафан из коттона с открытыми плечами и походкой от бедра направляется к

Батуру, который еще не знает о том как же ему повезло.

– Добрый день, – томно произносит она протягивая ему ладонь. – Вы – Батур, верно?

Тот бросает на нее на удивление равнодушный взгляд.

– Да, я – Батур и я сейчас встречаю своих гостей. Так, что прости, я занят.

– Она со мной, – тут же сообщаю я, тоже подходя к Батуру и тут же оглядываюсь на Егора. – В

смысле с нами.

– Да, я – сестричка Леси. – Анфиса хватает меня под руку. – Мы с ней неразлучны с самого

детства. Кстати, моё имя – Анфиса.

– Что-то вы мало похожи, – хмыкает Батур.

– Мы же двоюродные, – изображаю я невинную улыбку.

Блин, когда мы обсуждали этот момент перед вылетом всё звучало куда убедительнее.

– Просто, Леся мне столько рассказывала о том, с каким восхитительным мужчиной её

познакомил Егор, что я очень захотела познакомиться лично, – Анфиса смеясь, разводит руками.

– Буквально шантажом заставила.

Забавно, но именно слова про шантаж пока единственная правда из всего, что сказано.

Взгляд Батура быстро пробегает по мне, а после мужчина вздыхает:

– Да, меня Леся тоже сразила наповал. Но увы, мы встретились слишком поздно.

– Ну, почему же, – Анфиса лучезарно улыбается. – Возможно, так и должно было быть. У нас

обычно говорят – всë, что делается, всë к лучшему.

Батур кивает.

– Здесь согласен. Егор, – он с ухмылкой поднимает голову. – Надеюсь ты тоже обладаешь такой

же философией. Так ведь проще встречать проигрыши.

В голосе турка отчетливо слышится ехидство, но Егор выслушивает его с присущей ему

невозмутимостью.

– Моя философия предполагает достижение целей любыми средствами, -он спокойно выдерживает

взгляд Батура. – И тебе это известно, как никому другому. А что касается проигрышей, то с

ними не сталкивался. Но раз ты говоришь, что так их переносить легче, значит так и есть, –

дьявольская улыбочка. – В этом твой опыт весьма обширен.

Ух… так и хочется сказать – не урыл, а закопал просто.

Скулы Батура напрягаются, выражая крайнюю ярость, но на удивление он справляется с эмоциями

и даже выдает дружелюбную улыбку:

– Наверное ты прав, друг. Но учти, всë бывает в первый раз.

А после оглядывается на стеклянную дверь выхода.

– Что ж, пойдемте. Машина давно ждет.

Машиной оказывается белоснежный кабриолет и я почему-то не удивлена. Наверное потому что на

таком острове – утопающем в тропической зелени и лазури океана именно такой тип машин

представляется сам собой.

Хотя, когда мы едем по насыпным дорогам нам достаточно часто встречаются и легкие

внедорожники без крыши и дверей, и скутеры. Последних особенно много и на них как я могла

увидеть, разъезжают в основном местные жители.

– Нам нужно будет переехать через несколько островов, подальше от основного туристического

потока. Мой отель стоит на отдельном острове, – сообщает Батур, глядя на меня в зеркало

заднего вида.

Он приглашал меня сесть на переднее пассажирское сиденье, но к счастью туда быстро юркнула

Анфиса и теперь, изо всех сил старалась обратить на себя внимание.

– Отель на отдельном острове? – Восторженно переспросила она, как бы невзначай касаясь

колена Батура. – Ого! Ничего себе! Может и сам остров принадлежит тебе.

– Нет, – тот пожимает плечами, с легким раздражением дергая коленом.– Землю здесь можно

лишь арендовать. В полное владение не передают.

Я слушала вполуха, любуясь красотами острова, точнее островов.

Особенно мне нравилось переезжать с одного острова на другой по коротким но довольно

крепким мостикам.

А еще дважды нас перевозил маленький уютный паромчик.

Наконец, мы подъезжаем к отелю, который занимает практически весь остров. Как минимум на

первый взгляд.

Белоснежный, с открытыми террасами и бассейнами, он будто сошел прямо со сцен фильмов про

роскошную жизнь.

– Добро пожаловать, – улыбается Батур, останавливая машину у входа, а рядом уже топятся

помощники, принимающие наш багаж.

– Обалдеть, – тут уже и я сама не сдерживаю восхищения.

– Ничего особенного. Это самый скромный из моих отелей. – с притворной скромностью

улыбается Батур, а Егор закатывает глаза. – Позвольте я устрою вам экскурсию, дамы. А ты

Егор, наверняка захочешь поздороваться с Ярышевым и другими членами совета, – хмыкает Егор –

Они уже прибыли.

Но Егор качает головой.

– Сначала предпочту посмотреть номер со своей молодой женой, – он хмыкает. – Ты же

понимаешь, что у нас сейчас как разгар медового месяца.

Блииин! Я только сейчас осознала, что всë это время мне придется спать с Егором в одном

номере. Чувствую, что будет очень весело.

– А где будет мой номер? – Анфиса не дает о себе забыть.

– Ну, мы конечно не знали про дополнительных гостей… , – начинает Батур, оборачиваясь к

ней, но Анфиса не дает продолжить.

Кладет ладонь ему на плечо и томно улыбается.

– Ну, ты же не позволишь красивой девушки ночевать на улице. Тем более, так и быть, я

готова остановиться в твоем номере, раз уж ты настаиваешь.

Я давлюсь воздухом.

Ого, вот это я понимаю напор. Мне бы поучиться.

– Да ладно-ладно, – мягко хихикает Анфиса. – Я шучу.

Она делает шаг назад и подмигивает.

– Или нет?

Батур ухмыляется:

– Какая активность. Знаешь, иногда действительно хочется расслабиться и чтобы награда сама

шла в руки, но вообще, я – мужчина и больше люблю завоевывать, – в этот момент он почему-то

переводит взгляд на меня. – Даже если она уже в руках кого-то другого. Так даже интереснее.

– Ну, то что само идет в руки, тоже нужно уметь удержать, – внезапно поддерживает

образность Анфиса. – Потому что все слишком расслабляются, а после приходят в шок, когда

теряют то, что уже давно считали своим.

Огл! А Анфиса умеет удивлять. Батур тоже определенно впечатлился. По крайней мере, я

впервые заметила как он долго и заинтересованно смотрит на неë. А после, кивает:

– Я распоряжусь, чтобы твой номер, был на одном этаже с моим.

Он идет вперед, а мы с Анфисой обмениваемся радостными взглядами.

Что сказать? В охмурении она действительно профи. Это задание будто специально сделано для

неë.

Напряжение спадает, когда Батур вместе с персоналом показывают нам наш номер:

– Вот это дааа! – Невольно вырывается у меня.

Гостиная с плазмой и столиком на котором стоит ваза с фруктами, многие из которых я видела

впервые.

Спальня с громадной кроватью и видовыми окнами от пола до потолка, веранда с лежаками,

зонтиками и джакузи!

– Рад, что тебе нравится, золотце, – улыбается Батур, а после смотрит на Егора.

– Через час совместный обед. Ярышев специально дожидался тебя. На свадьбе его не было, так

что он хочет познакомиться с твоей молодой женой.

– Понял, – кивает Егор. – Тогда нам нужно хоть немного отдохнуть и переодеться.

– Мне казалось там был кто-то с такой фамилией, – неловко улыбаюсь я, когда Батур выходит.

– Сын и брат, – бросает на меня короткий взгляд Егор. – Сам Ярышев – глава международной

ассоциации. И ты должна сделать всë, чтобы ему понравиться, поняла?

От его жесткого тона мне становится не по себе, но я все же нахожу в себе силы возразить:

– Если будешь ставить подобные условия, то тебе действительно нужно было брать в жены

Анфису. Я не умею как она и это очевидно. Постараюсь ли я произвести хорошее впечатление –

само собой. Но гарантировать это не могу, так что учитывай это заранее.

Егор делает ко мне шаг и обхватывает ладонью мой подбородок.

– Леся, лично мне нравится твоя дерзость. Но давай ты на время спрячешь ее куда подальше и

побудешь тихой и послушной девочкой. Ярышев любит именно таких.

– Слушай, – я подхожу к своему дорожному чемоданчику и начинаю оттуда вытаскивать свои

вещи. – Давай так. Ты просто скажешь, что и как я должна делать, ладно?

Большую часть из которых я видела только мельком. Их опять подбирали за меня вездесущие

стилист Алла и Кира Сергеевна.

– Потому что мне по сути, абсолютно всë равно. Это ты заинтересован в Ярышеве-Хренавищеве

или как его там?

– Можно просто Юрий Петрович, – раздается у меня за спиной.

И у меня внутри всë обрывается.

Да, ладно. Ну, что за попадалово, блин?!

– Приветствую, Егор, – здоровается всë тот же сухой, чуть скрипучий голос.

– Добрый день, Юрий Петрович.

Я медленно поворачиваюсь, сжимая в руках одну из вещей, которую как раз вытащила из сумки.

И вижу как Егор пожимает руку высокому крепкому мужчине. В белой футболке-поло и легких

тканевых штанах бежевого цвета.

– Зашел вот поприветствовать, – Ярышев поворачивается ко мне. – И заодно познакомиться с

молодой супругой. Олеся, верно?

– Да, – я неловко улыбаюсь. – А вы Хре…

Ой, да что со мной такое?! Олеся, блин!

Меня бросает в жар от одного только взгляда, которым награждает меня Егор.

– Ярышев, – почти выкрикиваю я. – Юрий Петрович.

– Именно, – Ярышев кивает. – А я наслышан о вас, Олеся. О вашей привлекательности,

энергичности и неординарности…

Даже восхищает как он красиво заменил слова: “сумасбродная дикарка”.

– Но всë же, вы превзошли самые смелые ожидания.

Так! Это комплимент. Надо ответить, чем-то схожим.

– Да и вы превзошли, – ляпаю я. – Столько наслышана о том какой вы важный и пугающий.

Представляла вас каким-то жутким толстым стариком, а вы такой красивый. Если б не зашли, я

бы в коридоре точно бы не поняла, что вы и есть тот самый жуткий Ярышев.

Юрий Петрович ухмыляется.

– Рад, что понравился. Но открою секрет – пугающим я тоже быть умею. Особенно, когда кто-то

себя очень плохо ведет.

Он подмигивает, а мне становится не по себе.

– Жду вас обоих на обеде, – продолжает Ярышев. – Олеся, можешь прийти в том, что уже

выбрала.

Он растягивает губы в улыбке, я опускаю взгляд и вижу, что в руках у меня полупрозрачный

розовый пеньюар.

Это я общалась с главой совета директоров, держа в руках ЭТО?!

– Придем, – кивает Егор. – Но на правах мужа, наряд я ей выберу другой.

– Вот это тиран, да, Леся? – цокает языком Ярышев. – Ну, не переживай. В случае чего, тебя

есть кому защитить. И кто разрешит ходить хоть голой.

– Спасибо, – напряженно улыбаюсь я. – Ну, тогда пойду готовиться к обеду.

Хватаю какое-то платье и скрываюсь в ванной.

Фууух, до чего же странная ситуация.

Я сменяю одно легкое платье на другое – цвета морской волны, короткое, воздушное на тонких

бретельках.

И выхожу из ванной в спальню, где нахожу на удивление хмурого Егора. Который сидит на

кресле, задумчиво глядя на океан.

Хотя, почему – на удивление?

После того, что я наворотила само собой он будет недовольным.

– Я всë испортила, да? – Спрашиваю я и тут же решаюсь хоть немного оправдаться.

– Ну,вообще-то этот твой Ярышев тоже хорош. Входить без стука – считается неприличным, если

он этого не знал. Тем более к молодоженам. Мало ли, чем мы сейчас занимаемся.

Егор хмыкает, я подхожу к нему и неуверенно кладу ладонь ему на плечо.

Егор оглядывается и медленно кладет свою ладонь, сверху моей.

– Да, в этом доля правды есть, – он кивает, а после одним движением притягивает меня к себе

и я успев только ойкнуть, оказываюсь у него на коленях.

Егор задумчиво и как бы невзначай гладит меня по коленкам, будто взял на руки любимую

кошку.

– Нет, на самом деле всë неплохо, – говорит он. – Ты Ярышеву точно понравилась, вот только

один маленький нюанс.

Егор переводит на меня взгляд в упор.

– Понравилась ты ему явно не в том смысле в котором мы собирались. Ярышев известный

любитель женщин.

– Что? Еще скажи, что этот взрослый дядька ко мне приставать будет, – злюсь я. – Да,

выглядит он хорошо, но блин, он же мне в отцы годится. И ты еще называешь это – неплохо?

– Ну, это новое обстоятельство, которое нужно учитывать, – Егор ведет плечом. – Нужно

только подумать, что мне следует с ним делать. Выгоднее закрыть на это глаза или подобный

факт уронит мой авторитет.

Я медленно моргаю.

– Что прости? – Я до глубины души поражена таким цинизмом. – А факт того, что мое желание

необходимо учитывать – ты рассмотреть не собираешься?

Егор закатывает глаза.

– Лесь, давай только без истерик. Ярышев один из самых влиятельных мужчин в мире. И

получить его покровительство…

Я вскакиваю на ноги.

– Нет-нет-нет, дорогой мой. Ты кажется спутал меня с Анфисой. А мне такие расклады не

нужны. Я не собираюсь даже флиртовать с ним, как бы тебе этого не хотелось.

– Леся, – Егор тоже поднимается и нависает надо мной. – Не забывай ради чего мы сюда

прилетели.

– Егор, – копирую я его серьезную манеру. – Не забывай, в качестве кого мы сюда прилетели,

– я тыкаю его указательным пальцем в грудь. – Я – твоя жена, понял? Так что, будь добр,

дорожи своей молодой супругой. Иначе намерение развестись я оглашу прямо перед твоим

ненаглядным Ярышевым.

Егор смотрит на меня пару секунд, а после неожиданно ухмыляется.

– Вот это да, никогда бы не подумал, что женюсь на девушке с таким вредным характером.

– Это не вредность, – фыркаю я. – Это всего лишь самоуважение. Я понимаю, что ты привык к

тому, что подобная черта есть только у таких как ты с Ярышевым. А остальные вроде Анфисы

готовы на всë, лишь бы просто побыть рядом с таким “счастьем” , – показываю я пальцами

кавычки. – Как ты. Ну, что ж, привыкай к новой реальности.

Егор склоняет голову к плечу.

– Ну, так на самом деле даже интересней. Лишний раз в этом убеждаюсь.

Егор приобнимает меня за талию, но выглядит неожиданно задумчивым.

– В любом случае, Ярышев совершенно точно будет уделять тебе внимание. И самое плохое, что

я не могу с точностью сказать, что за этим стоит – банальный мужской интерес, просто интерес

как человеку или желание показать мне моë место.

– Уверена, что второе, – я развожу руками. – Потому что сомневаюсь, что смогу впечатлить

чем-то такого как Ярышев. У него наверняка столько красивых женщин было за всю жизнь, да и

будет тоже. Что я – это просто нечто несуразное.

Егор вглядывается мне в глаза и проводит по щеке подушечками пальцев.

– Ты сильно недооцениваешь себя, Леся. У меня тоже нет проблем с женщинами, но такая как ты

встретилась впервые.

Я чувствую, что начинаю краснеть и стараюсь спрятать неловкость за шуткой:

– Вот видишь, а ты такую уникальную девушку собираешься какому-то левому мужику отдавать за

то, чтоб он тебя похвалил. И то, не факт. Разве так можно?

Егор медленно качает головой и улыбается.

– Ты права, нельзя.

– Вот и хорошо, – я всë ещë стараюсь спрятаться от взгляда Егора, вызывающего мурашки. –

Тогда, идем на обед.

Егор кивает:

– Давай.

Стол накрыли на громадной веранде расположенной на крыше отеля с потрясающим видом на

океан.

Мамочки, ну какая же это красота!

К моему удивлению за столом на белом диванчике расположились всего несколько человек –

Батур, Анфиса, темноволосая красивая стройная женщина в белом алом платье с глубоким

декольте. И сам Ярышев.

– А вот и вы, – коротко улыбается последний. – Я уж собирался посылать за вами доставщика.

Хотя, ради такого очарования, – он смотрит на меня в упор. – Можно ждать сколько угодно.

– Спасибо, – улыбаюсь я, смущенно приобнимая себя за плечи одной рукой.

– Присаживайтесь, – кивает Ярышев. – И кстати, познакомьтесь – Лидия. – Кивает он на

брюнетку. – Моя жена.

Стоп, кто? Это Ярышев при своей жене так себя ведет? Ужас, какой.

Егор

Мне не нравится происходящее. Что этот хитрый лис Ярышев решил сотворить?

Еще и жену свою притащил. Я виделся с Лидией пару раз и впечатление, что они друг друга

достойны. И в плане хитрости, и в плане весьма размытых моральных ценностей.

Да, пока ничего не происходит, но я привык доверять интуиции. Без нее в бизнесе никак, как

и без здравых расчетов.

– Очень приятно, – Леся улыбается, но выходит очень напряженно.

Видимо тоже чует неладное и это немного успокаивает.

Значит, опасается и не будет делать никаких глупостей. Надеюсь.

И тут же она крепко обхватывает мою ладонь своей, будто инстинктивно ища защиты.

И это…приятно и непривычно. Обычно с женщинами у меня отношения в виде взаимовыгодного

обмена. Я получаю от них тело, они от меня – ресурсы. Просто и понятно.

Но с Лесей всë не так. Я украдкой бросаю на неë взгляд.

Я ведь женился на ней. Официально, ведь та же Анфиса вцепилась бы в меня мертвой хваткой

питбуля, чтоб не упустить такой шанс.

А во взгляде Олеси читаются совершенно противоположные чувства.

Она наоборот, только и думает, чтобы поскорее улизнуть от меня.

Вот только как раз еë, я отпускать не собираюсь.

Проясню намерения Ярышева и вплотную займусь своей девочкой.

Тем более, спать мы будем в одном номере и совершенно точно в одной постели, как бы Леся не

пыталась возмутиться.

От одной мысли о том, что эта нежная малышка будет вплотную ко мне, в тоненьком

пеньюарчике, брюки начинают казаться довольно тесными.

Чтобы отвлечься, я перевожу взгляд на остальных.

– Приветствую, – сухо киваю и делаю шаг к столику, не разрывая наших рук с Олесей.

Она явно встревожена, даже напугана этими сидящими пираньями, потому что хватается за меня

еще крепче и следует за мной по пятам.

Но это даже приятно. Хорошо. Пусть знает, что здесь только я – еë единственный защитник.

Когда мы располагаемся на диванчиках, Лидия откидывается на спинку своего диванчика и

смотрит на меня с хищным прищуром.

– Когда Юра сказал, что ты женился, Егор, я даже не поверила сперва. Но вынуждена признать,

Олеся просто очаровательна.

– Спасибо за комплимент, конечно, – тут же реагирует Леся. – Но, я ведь еще ничего не

сделала. Только поздоровалась.

– Тебе достаточно и этого, – напоминает о себе Батур и я бросаю на Анфису раздраженный

взгляд.

Она вообще собирается оправдывать свое пребывание здесь?

К счастью, Анфиса понимает всë правильно и улыбнувшись, поворачивается к Батуру.

– Ну, мы с тобой уже кофе выпили, а экскурсию по отелю ты мне так и не провел. Хотя обещал.

– Возможно позже, – фыркает Батур, но как ни странно Анфису поддерживает Ярышев.

– Слово нужно держать. Так, что порадуй девушку.

Он говорит спокойно, но твердость в голосе отчетливо дает понять, что это не просьба, а

своего рода приказ.

Батур это понимает и со вздохом поднимается.

– Впрочем, и правда. Почему бы не прогуляться?

Когда эти двое уходят, Ярышев склоняет голову к плечу, внимательно глядя на Лесю.

– Батур прав, тебе Леся действительно достаточно появиться. Настолько ты свежая ромашечка

среди искусственных цветов. Но если ты хочешь что-то сделать. То мы с женой будем только

рады, – они с Лидией переглядываются.

– Точнее, предложение у нас для вас обоих, – добавляет его жена.

Егор

Я снова теряюсь в догадках. Не могу понять о каком предложении может идти речь. Деловом?

Потому что другие меня не интересуют.

Но тогда почему о нем говорит Лидия, а не сам Ярышев.

Да, у нее тоже есть пост в корпорации, но если брать исключительно карьеру, то с моей

смешно даже сравнивать.

Не будь она женой Ярышева, то считалась бы обычным предпринимателем средней руки и о

попадании в международную корпорацию, даже в среднее звено, могла бы только мечтать.

– Очень интересно? – Я склоняю голову к плечу. – И что же это за предложение?

– Так напрягся, – Лидия посмеивается. – Муратов, разве можно быть всегда на взводе и

ожидать нападения? Иногда что-то новое сулит не неприятности и трудности, а удовольствие.

– И тем не менее, я предпочитаю быть готовым готовым ко всему. – Я веду плечом. – И никто

из вас пока мне не ответил на вопрос.

– Предложение простое, – Ярышев делает вальяжный глоток из кофейной чашки и возвращает еë

на место.

– Мы оба знаем, что ты метишь в кресло совета директоров. Даже женился ради этого. Я ведь

не дурак, – ухмыляется этот змей. – И да, по профессиональным, интеллектуальным и лидерским

качествам ты подходишь идеально.

– Сейчас будет классическое “но”, – не удерживаюсь я от сарказма.

Ярышев невозмутимо кивает.

– Само собой. Но эти качества не всë, что нужно для попадания в “ премьер лигу”. Сам

знаешь, это совсем другой уровень. Назвать нас там семьей язык не поворачивается, но мы все

повязаны друг с другом. А ты, за многие годы первый человек, который достиг наших высот и

при этом не относишься ни к одной из династий. И поэтому, нам необходимо доказательство

твоей лояльности и преданности.

– Я так понимаю, что речь идет не о контракте о неразглашении. – Мрачно хмыкаю я.

– Это не более, чем бумажка.

Ярышев наклоняется вперед.

– А нам нужны конкретные действия доказывающие это. Мы должны понять, что корпорация и

совет для тебя выше личных интересов.

Я молча слушаю, не вижу смысла что-то говорить. Ярышеву мои слова явно не интересны.

Он делает паузу, видимо ожидая от меня реакции, но не получив еë продолжает:

– Ты должен уметь делиться с советом всем. Даже самым важным для тебя.

Его губы растягиваются в тошнотворной ухмылке.

– Ты ведь любишь свою молодую нежную Лесю?

Егор

– Вы ведь сами женаты, – я опускаю подбородок. – А значит, прекрасно понимаете какие

чувства испытывают к супруге.

Мне несложно согласиться с Ярышевым, но чем меньше он знает о моих чувствах, тем меньше у

него возможностей манипулировать. Хотя, он уже и так нажимает на эту тему как может.

– Знаю, – ухмыляется Ярышев. – Поэтому и гово…

– Простите, что перебиваю, конечно, – внезапно вклинивается в разговор Леся. – Но меня

немного напрягают эти разговоры. Как-то странно звучат слова про то, что нужно делиться всем

самым важным, а потом вопрос о том, любит ли меня Егор. – Она сужает глаза. – Можете считать

меня параноиком, но такое ощущение, будто вы хотите, чтобы Егор поделилась с вами именно

мной.

Я едва сдерживаю смешок, хоть и напряженный.

Вроде и взбалмошный поступок, но прямота Леси на самом деле одним ударом помогает прояснить

ситуацию.

Ярышев со своей женой переглядываются, а после одновременно начинают смеяться.

– Ох, Юра, эта девочка просто нечто, – Лидия касается пальцами уголков глаз. – Давно я так

не смеялась. Да и не удивлялась. Обычно идут очень долгие разговоры. А здесь раз и сразу в

лоб.

– Да, такая непосредственность просто чудо, – кивает Ярышев, а после склоняется вперед. –

Но вообще, раз ты спрашиваешь прямо, то и я отвечу так же. Да, моя хорошая. Чтобы сделать

приятное мужу – усадить его в кресло совета директоров. Ты, ромашечка, должна сделать

приятное мне.

Голубые глаза Леси становятся похожими на два больших блюдца.

– Ч-что? – Давится она воздухом. – Это шутка разве? Да здесь ваша жена, в конце концов. Как

вы можете?!

– Ой, не волнуйся, детка, – Лидия вальяжно отмахивается кистью с громоздким браслетом. –

Мне абсолютно плевать. Я бы скорее удивилась, если бы Юра не захотел тебя. Более того, ты на

мужа своего посмотри, – она склоняет голову к плечу и указывает взглядом на меня. – Он ведь

даже не удивлен. Верно, Егор? Ты знал, что так будет?

Леся медленно поворачивается ко мне.

– Егор? – Еë голосок дрожит. – Это ведь неправда, да?

Ох, как же мне хочется успокоить свою малышку, но глядя в еë глаза я – прожженный на таких

переговорах мужик, просто не могу ей врать.

– Догадывался, – не хотя признаюсь я и Леся вскакивает.

Так резко, что посуда на столе звенит.

– Ну, знаешь, – еë губы подрагивают от сдерживаемых слез. – Я конечно знала, что ты козел.

Но не ожидала, что настолько.

– Леся, – я тоже поднимаюсь, но едва касаюсь еë руки как она отдергивает еë.

– Не смей меня трогать, – она быстрым шагом направляется к двери, но на самом пороге

оборачивается. – И вообще, пошел ты в зад, Муратов. Пошли вы все!

– Тыкает она в нашу сторону пальцем и выскакивает, громко хлопнув дверью.

Леся

Я бегу по коридору отеля, но вижу всë как в тумане. Сердце лихорадочно колотится, а перед

глазами всë расплывается. Поэтому, я вообще, плохо понимаю куда иду.

В голове снова и снова мелькают мерзкие лица Ярышева с его женой и надменно-отрешенное лицо

Егора.

Предатель! Как он мог?!

Хотя, конечно, с его стороны это просто гениально. Жениться на совершенно незнакомой

девушке, на которую ему будет плевать и потом спокойненько отдать еë в пользование этому

отвратному Ярышеву в обмен на свою главную цель – должность в корпорации.

Это и есть мир бизнеса и богатства? Вот, так, без зазрения совести распоряжаться другими

людьми? Тогда я не хочу иметь с этим миром ничего общего.

И самое ужасное, что я сейчас даже уйти никуда не могу. Я в чужой незнакомой стране, да еще

и на отдельном острове. Без денег, билета и даже минимального понятия куда нужно идти.

Я выскакиваю на площадку, которая находится около двора, где стоит машина Батура.

Смотрю на неë некоторое время и вздыхаю. Кажется, есть только один вариант, кто мне может

помочь в этой ситуации. Надо только найти его для начала.

И это оказывается довольно непростой задачей.

Мало того, что я просто ужасно ориентируюсь на местности и могу вполне спокойно ходить

несколько раз по одному и тому же коридору, даже не понимая этого.

Так еще и персонал совершенно не говорит на русском, а я практически ноль в английском.

Практически к каждой своей жертве я подходила и спрашивала писклявым голосом, и большими

глазами:

– Вэра из Батур? Ю кнов Батур?

Предполагаю, что со стороны это смотрится незабываемо, потому что почти все только качали

головой с улыбкой, а кто-то даже предложил позвать врача (это слово я знаю).

Я уже и сама запуталась в этих бесконечных лестницах и коридорах. И неожиданно для себя

выхожу прямо на пляж, к океану.

И на мгновение застываю потрясенная этой бескрайней синевой.

Как же красиво!

Ветерок нежно перебирает мои волосы, обдавая соленым ароматом океана.

Я подхожу к самому краю и наклонившись, опускаю ладони в прозрачную приятно прохладную

воду.

Даже зажмуриваюсь на мгновенье, сосредотачиваясь на моем пребывании – здесь и сейчас.

Нет никаких проблем и обид. Есть только я на берегу ослепительно голубого океана.

Но уже в следующую секунду меня окликают:

– Мне сказали, что ты меня ищешь, лесная девочка. Что ж, я весь к твоим услугам.

Даже не оглядываясь, я знаю что это Батур.

Так долго искала, но теперь не уверена, что рада тому, что мы все-таки встретились.

Выдохнув, я поворачиваюсь к нему и вижу, что Батур стоит в легких белоснежных брюках и

такого же цвета рубашки, которая полностью расстегнута показывая идеальный пресс и красиво

оттеняет смуглую кожу.

Мне снова приходит на ум сравнение с каким-нибудь арабским принцем.

Красивый, яркий, самоуверенный.

– Батур, – я подхожу к нему. – Мне нужна твоя помощь. Пожалуйста.

– Ну, конечно, – он обнимает меня. – Леся, сердце моë, только покажи пальчиком на то, что

хочешь получить и я брошу это к твоим стройным ножкам.

Не знаю, действительно ли подобные слова кого-то способны впечатлить?

Потому что у меня они вызывают лишь ощущение лицемерия. Слишком уж неправдоподобно. Но есть

ли у меня хоть какой-то адекватный выбор сейчас?

Увы, благодаря Егору и Ярышеву боюсь, что нет.

Именно поэтому, я делаю над собой усилие и изображаю милую, даже кокетливую улыбку.

– Ох, Батур, ты не представляешь сколько женщин были бы счастливы услышать подобные слова.

– Конечно представляю, сладкая. Особенно в России. У вас в стране мужчины не знают как им

повезло общаться с такими красавицами, ценить их, решать их проблемы.

Меня коробит такие рассуждения, тем более, что он явно на это давит. Но всë же молчу.

А турок делает ко мне несколько шагов и берет меня за руку.

– Но я не такой. Ради тебя, Леся, сделаю, что хочешь. Только скажи. Не знаю как это

правильно выразить, но… , – Батур прожигает меня пламенным янтарно-медовым взглядом. – У

меня такое чувство, будто мы были знакомы еще до рождения. Родственные души, понимаешь?

– Ага, понимаю. – Рассеянно киваю.

– Ты тоже это чувствуешь? – Не отстает Батур и я с трудом сдерживаюсь от гримасы

раздражения.

Если я хочу более менее нормально вернуться домой, то нужно держаться изо всех сил.

– Честно говоря, ещë не разобралась, – неуверенно улыбаюсь. – Сам знаешь, у меня последнее

время столько всего происходит. Но одно я поняла точно, – я копирую страстный взгляд самого

Батура и смотрю ему в глаза. – Мне здесь не место.

Хочу обратно в Россию.

Теперь я уже подражаю Анфису и наивно хлопаю ресничками.

– Отвезешь меня назад?

Батур качает головой и посмеивается.

– Я знал, что так будет, ромашечка. Но ты сделала неправильный вывод. Дело не в месте, а в

том, что ты не должна быть рядом с Муратовым. У него же калькулятор вместо сердца. Кроме

выгоды его ничего не интересует.

– Это я уже поняла, – не весело улыбаюсь я. – Но всë же, хочу оказаться как можно дальше от

него.

– Я тебя услышал, ромашечка, – Батур по очереди целует мои руки.

Вроде нежный и романтичный жест, но я с трудом сдерживаюсь, чтобы не поморщиться.

– У меня есть самолет, завтра мы с тобой улетим, обещаю, – он проникновенно смотрит мне в

глаза.

– Эм… , – я пожимаю плечами. – А сегодня никак?

– Нет, его же еще подготовить надо, пилотам сообщить, заправить, провести осмотр, –

начинает перечислять Батур.

– Всë-всë, я поняла, – киваю со вздохом.

– Не грусти, ромашечка, – Батур приподнимает пальцем мой подбородок. – Я распоряжусь, чтобы

твои вещи перенесли в другой номер.

– А вот это уже радует, спасибо, – улыбаюсь я.

– Ну, простым спасибо не отделаешься, ромашечка, – Батур подмигивает. – Как насчет поцелуя.

Ответить я не успеваю.

– Леся, – окликает меня женский голос.

Я поворачиваюсь и к своему удивлению вижу неспешно подходящую Лидию.

– Мы тебя уже все обыскались, – цокает она языком. – Впрочем, я рада, что первой нашла

тебя. Хочу поговорить с тобой наедине. Батур, – она холодно улыбается. – Оставь нас. Будь

так добр.

Я ожидаю, что Батур сейчас напомнит, что он здесь вообще-то хозяин и вообще, он меня сейчас

будет переселять.

Но Батур неожиданно для меня, просто улыбается.

– Конечно, Лидия. Леся, подожду тебя в баре, – он подмигивает мне и уходит.

Вот, трус. А потом удивляется почему ему тяжело произвести впечатление.

Мы с Лидией провожаем его взглядом, а после, некоторое время смотрим на бескрайнюю гладь

океана.

– Красиво, да? – Наконец, нарушает молчание Лидия.

– Да, красиво, – отстраненно киваю я.

И ничего больше не добавляю.

В конце концов это она хотела со мной поговорить, а не я с ней.

– Леся, я понимаю, что для тебя всë происходящее непривычно, но…

– Знаешь, да, – резко поворачиваюсь я к ней. – Для меня непривычно, что какой-то мужик

предлагает молодому мужу поделиться своей женой. И что ты совершенно спокойно на это

реагируешь, – мне надоедает говорить намеками. – Тебе правда плевать, если я сейчас

соглашусь переспать с Юрием?

– Ну, мы с ним в основном друзья. – Ведет плечом Лидия. – Но само собой мне это было бы

неприятно.

– Что-то незаметно, – фыркаю я, но Лидия смеëтся и приобнимает меня за плечи.

– Леся, я понимаю, что это выглядит и звучит дико. Но это была всего лишь ваша проверка. Не

более. И скажу честно, твоя реакция нас впечатлила. Обычно все были только – за, чтобы

получить себе такого мощного покровителя. Ты – первая, кто продемонстрировал высокие

моральные принципы.

– Прямо так уж и первая, – я с недоверием отстраняюсь. – А Егор был в курсе?

– Он видимо подозревал, но посчитал, что это глупость и после того как ты убежала, очень

жестко поговорил с Юрой.

– Если бы он ему еще и по зубам дал, я бы расстроилась, что ушла и не увидела это зрелище,

– фыркаю я.

– Понимаю-понимаю, – Лидия поднимает ладони. – Мы виноваты. Поэтому, в качестве извинения

хотим пригласить вас на прогулка на яхте. Расслабимся, а заодно, Егор подпишет приказ о

своем назначении.

– То есть, его все-таки взяли на эту должность о которой он так мечтал?

– Да, – Лидия кивает. – И во многом, благодаря тебе.

– Так ведь это прекрасно!

– Значит, приглашение принимаешь? – Склоняет голову к плечу Лидия.

– Ну, конечно, – я киваю. – Пойду и расскажу Егору.

– Конечно, он как раз тебя искал. – Лидия улыбается.

Я направляюсь обратно в отель и едва поднимаюсь на второй этаж, встречаю Егора.

– Леся, ты где была? – Он подходит ко мне и сжав плечи, склоняется ко мне. – То, что они

предлагали…

– Проверка, знаю, – я веду плечом. – Мне собственно плевать. Лидия от имени их с Ярышевым

пригласила нас завтра покататься на яхте.

– И ты согласилась? – Изгибает бровь Егор.

– Ну, конечно, – я даже не скрываю торжествующей улыбке. – Завтра ты подпишешь приказ о

своем назначении там, а значит я смогу наконец забыть обо всех вас как о страшном сне.

Поскорее бы.

Егор поджимает губы.

– Леся, ты уверена, что хочешь на эту прогулку?

– Ты ещë спрашиваешь? – Я фыркаю. – Конечно не хочу. Будь моя воля, я бы улетела отсюда уже

сейчас, но Батур сказал, что самолет у него освободится только завтра. Ну и отлично.

Прокатимся на яхте, подпишешь контракт на свою должность мечты, чтоб ко мне уж точно не было

никаких претензий и всë. Могу смело улетать.

– Насчет прогулки на яхте еще надо подумать, но с Батуром ты точно никуда не поедешь, –

опускает подбородок Егор.

– Да неужели? – Я склоняю голову к плечу. – И кто же мне запретит? И главное – на каком

основании?

– Я запрещу, – взгляд Егора суровеет. – На том простом основании, что я твой муж.

– Можешь об этом рассказывать Батуру, своим знакомым по работе и Ярышевым, но никак не мне,

– я горько усмехаюсь. – Ты прекрасно знаешь, что меня держало здесь – обещанные деньги. Хотя

нет, было еще уважение как к сильному мужчине способному защитить. Но после того как ты

совершенно спокойно отреагировал на предложение подложить меня в постель Юрию, то ни о каком

уважении уже и речи быть не может.

– Леся, успокойся и давай поговорим в номере, – Егор пытается взять меня за руку, но я еë

отдергиваю.

– Нет уж. Не нужно закрывать мне рот.

Пережитые шок и возмущения берут своë и я уже просто не способна остановиться.

– Я всë равно скажу. Ты мне рассказывал о том, что все продаются и покупаются. Так вот,

если ты посчитал, что в той ситуации ты обменял меня просто как бесполезный ресурс на что-то

куда более ценное, то ты ошибаешься. Потому что купили именно тебя. Причем очень дешево и

бесцеремонно. Ты показал, что готов выслуживаться перед Ярышев ради своей должности.

Унижаться настолько, что кроме презрения – это ничего не вызовет. Ты же весь такой из себя

крутой бизнесмен. Неужели не понимаешь, что никто и никогда не будет относиться на равных к

человеку, который позволяет кувыркаться с собственной женой? Ты унизил сам себя. Это же

очевидно.

Договорив я наконец выдыхаю и замечаю, что Егор стоит совершенно спокойно и даже не

пытается меня перебить. Как-то это подозрительно.

Более того, он даже уточняет.

– Всë сказала?

– Эм… вообще-то нет, но основное высказала, – теряюсь я.

– Ну, тогда скажу я.

Егор хмыкает.

– Во-первых, ты права абсолютно во всем, что касается уважения.

– Права? – Я поднимаю брови.

Если честно это было последнее, что я ожидала услышать.

– Само собой, – невозмутимо кивает Егор. – А что во-вторых мы уже обсудим у нас в номере.

Он берет меня под локоть одной рукой, а второй приобнимает за талию.

– Поверь, тебе этот разговор будет интересен.

Иду я хоть и с неохотой, но выбора у меня всë равно нет.

Как минимум, я должна забрать свои вещи из номера.

Оказавшись в нашей комнате, Егор кивком указывает на диван.

– Присядь.

– Спасибо, я постою, – я скрещиваю руки на груди. – Да и вообще, задерживаться не планирую.

– Садись, Леся, – хмыкает Егор. – И пожалуйста, прекрати упрямства даже по таким мелочам.

Сказал же, что хочу поговорить, не начинай показывать характер на ровном месте. Я и так уже

понял, что он у тебя есть.

– Ладно-ладно, – я закатываю глаза и всë же, присаживаюсь на диван. – Давай поговорим.

– Всë на самом деле просто. – Егор садится рядом, разворачиваясь ко мне. – Ярышев не из

тех, кто отступается. Если он что-то захотел. В данном случае кого-то. Тебя. То он не

успокоится пока не получит желаемого.

– Я просто улечу и…

– Лесь, – Егор качает головой. – Ты меня не слышишь. Не поможет это. Мы говорим о

генеральном директоре одной из самых влиятельных корпораций в мире. Уйди ты хоть жить на

болота, он всë равно отыщет тебя.

Мне становится страшно и одновременно мерзко.

– И… что же делать? – я инстинктивно обнимаю себя за плечи.

– Ну, наверное самым простым и гарантированным способом будет просто дать ему то, что он

хочет, – цинично отвечает Егор и я вскидываюсь.

– Да пошел он! И ты вместе с ним! Тоже мне, муж называется.

– Тихо-тихо, – Егор посмеивается и неожиданно мягко протягивает руку и одним движением

прижимает меня к себе.

Я собираюсь вырваться, но неожиданно передумываю и просто устало прижимаюсь щекой к его

груди.

Пусть это и странно, но объятия Егора мне сейчас кажутся единственным местом, где я

нахожусь в безопасности.

– Можешь мне не верить, Леся, – бархатистым баритоном прокатывается его голос по моей коже.

– Но я тоже совсем не хочу тебя отдавать. Ты нравишься мне. И это усиливается с каждым днем.

– Поостерегся бы такое говорить, – я невольно улыбаюсь. – Иначе проиграешь в нашем споре –

чувства против расчета.

– Подумаю об этом позже, – хмыкает Егор. – Сейчас же нам нужно как-то обезопасить тебя на

этой самой яхте, пока я буду подписывать контракт.

– Считаешь, что Ярышев будет приставать? – Я запрокидываю голову вверх, чтоб увидеть глаза

Егора.

– В этом я не сомневаюсь.

Тот кивает.

– Но у нас есть с тобой небольшой туз в рукаве. Мы напомним то, что он и Батур уже

подзабыли. Или игнорируют.

– Что именно? – Я хмурюсь.

– То, что ты беременна, – хмыкает Егор. – И тебе на яхте станет просто ужасно плохо, ведь

так?

Я не сдерживаю ухмылки.

– О, да. Еще как станет.

– Это будет наша с тобой основная стратегия. Ну и плюс неадекватное поведение. Включай

капризы на полную. – Егор подмигивает. – Нам нужно сделать так, чтобы Ярышев не только

передумал к тебе лезть, но еще и мне посочувствовал.

– Это я могу, – зловеще потираю ладони. – Но учти, муженек. Тебе на яхте тоже трудно

придется.

– Ничего, – Егор изображает покорный и приторно сладкий голос. – Ради своей ненаглядной

жены и малыша я готов на всë.

– Ну, что ж, – я улыбаюсь. – Умеешь ты убеждать. Тогда нужно будет сообщить Лидии, что мы

согласны.

Я намереваюсь встать, но Егор удерживает меня за запястье и притянув к себе, усаживает меня

на колени.

– Успеешь, малышка. Посиди со мной.

От этой его “малышки” у меня мурашки по телу бегут.

А в низу живота мелькает странное томительное ощущение. Приятное, но настолько непривычное,

что мне становится страшно.

И я снова пытаюсь сбежать. Под любым предлогом.

– Надо хоть Батуру сказать, что я передумала лететь. Он ведь меня в баре всë ещë ждëт.

Я снова пытаюсь подняться, но и Егор снова возвращает меня к себе на колени.

Уже гораздо настойчивее.

Еще и фиксирует мои бедра на себе, лишая меня возможности повторить попытку побега снова.

– Насчет Батура вообще не переживай. Ему полезно иногда просто спокойно посидеть. – Хмыкает

Егор. – Глядишь, случится чудо и он начнет думать головой, а не задницей.

– А ты злой, – слабо улыбаюсь я.

– Так и есть, малышка, – бархатисто отвечает Егор. – Но тебе меня бояться уж точно не

нужно. Да и вообще, – одна его ладонь, плавно ползет вверх по талии и сжимает мое плечо. –

Ты слишком зажата и напряжена. Я знаю, что нужно сделать, чтобы ты расслабилась?

– Принять ванну? – Неловко улыбаюсь я.

Егор приподнимает уголок губ.

– Кстати, весьма неплохой вариант. Но я имел ввиду что-то другое.

Карие глаза Егора с янтарными крапинками, смотрят так пристально, что я невольно сглатываю

воздух от напряжения.

– И что именно?

– Как насчет массажа? – Спрашивает Егор и я вообще, теряюсь в том как на это реагировать.

– Здесь делают массаж?

– Наверное, да. – Ведëт плечом Егор. – Но тебе его сделаю я.

Его ладонь уже начинает понемногу разминать мне плечи и шею.

Как же приятно!

Но я не должна терять бдительности.

– Нет уж.

Вскочить мне Егор не даëт, поэтому, я просто уворачиваюсь от его руки.

– Знаю я, чем обычно заканчиваются такие массажи.

– Хм, как интересно. – Щурится Егор. – И чем же? Расскажешь?

Я чувствую, что начинаю краснеть, но отступать не собираюсь.

– Чем-чем, совместной ночью.

– А разве это плохо? – Егор ухмыляется. – Тем более, у нас еще не было брачной ночи. Пора

это исправлять.

Меня это до ужаса пугает.

– Егор, – я умоляюще смотрю на него. – Ну, будь ты человеком. Неужели не понимаешь, что я

тебя боюсь? Я… я не могу так. Просто не могу. Для меня это всë очень серьезно.

– Лесь, мы с тобой женаты, – ухмыляется Егор. – Куда уж серьезнее.

– Да, но знакомы мы сколько? Пару дней?

– Я качаю головой. – Нет. Прости, но я так не могу и не хочу. Ты для меня чужой человек. Я

не знаю тебя, какой ты. Вообще о тебе ничего не знаю. Не обижайся, но пока ты в моих глазах

не особо отличается от Ярышева по поведению и мотивам. Основная цель для тебя – это

должность. А я лишь игрушка, которая может скрасить твое время. Меня такое не устраивает.

Егор склоняет голову к плечу, задумчиво глядя мне в глаза и вдруг выдает:

– Ты права, Леся.

– Эм, что? Серьëзно? – Я даже несколько раз моргаю.

Вдруг, показалось.

Но Егор спокойно продолжает.

– Я и правда всю жизнь сосредоточен на карьере. С деньгами проблемы были разве что в

студенчестве. Но именно в те времена, я кажется и был в последний раз на нормальном

свидании. А после, – он пожимает плечами. – Времени на такое у меня уже не было. Но куколкам

вроде Анфисы это было и не нужно. Главное, давать деньги на их “хотелки”, да и всë. И

кажется я забыл, что значит завоевывать интерес девушки, а не покупать его.

– Ну, как говорится – осознание проблемы, уже первый шаг к излечению, – я посмеиваюсь.

– Тогда, будем делать и второй.

Егор поднимается.

– Мы на отдыхе, в конце концов, а ты ещë не выходила за пределы отеля. Я здесь раньше часто

бывал, так что могу показать одно интересное место. Тем более, уже темнеет, а на него лучше

смотреть вечером.

– Умеешь ты заинтриговать, – я улыбаюсь.

– Тогда, надевай что поудобнее – шорты, кроссовки и поехали. – Егор улыбается и я впервые

вижу его таким воодушевленным.

Кажется, что он и сам устал от жизни вечно холодного сосредоточенного бизнесмена.

Похоже, что ему эта поездка нужна ничуть не меньше, чем мне.

– Уже бегу, – киваю я и иду в спальню, где разбирала сумку.

– А я за машиной, но на ней можно проделать только часть пути, – сообщает Егор вдогонку. –

Потом придется пересесть на самый популярный транспорт здесь – скутеры.

– Ух, ты! – Я выглядываю из спальни. – А ты мне дашь порулить?

Егор хмыкает.

– Ну, конечно, детка.

Честно говоря, даже не поняла когда мы успели собраться.

Просто раз – и мы уже сидим в машине, а наш паром причаливает к соседнему острову.

В отеле нам старательно пытались навязать гида, но Егор сказал, что отлично знает местность

и если честно, я даже рада, что мы только вдвоем и никто нам не мешает.

– Если честно, я ожидала, что здесь будет больше туристов, – признаюсь я, когда мы на

машине подъезжаем к высокой горе покрытой низкой и пушистой даже на вид травой, насыщенно

зеленого цвета.

Кроме нас я замечаю нескольких приятно бодрых старичков в белоснежных шортах до колен и

футболках-поло.

А также, троих девушек с рюкзаками на плечах.

Вот и всë.

– Может для тебя это и будет открытием, но большинство людей предпочитает весь отпуск не

вылезать из отеля беспрерывно курсируя от бассейна к бару и обратно.

– Фу, это же такая скукотень, – морщусь я.

– Полностью согласен. Не зря я на тебе женился, – Егор подмигивает, а после мы вдвоем

начинаем смеяться.

Как странно, я сейчас будто совсем с другим человеком общаюсь.

Веселым, открытым и очень приятным.

Вот только какой из этих двоих – настоящий Егор?

Выйдя из машины, мы арендуем скутер у небольшого магазинчика, стоящего у подножья холма.

Снова с трудом убеждаем торговцев, что гид нам не нужен.

А вот остальные туристы с удовольствием согласились на его сопровождение.

– Ну, готова?

– Егор садит меня вперед на скутере и показывает как завести.

Вроде и не хитро, но с первого раза я рванула слишком резко и если б сидящий позади меня

Егор, не успел вовремя выровнять руль, мы бы врезались в громадный булыжник, лежащий у

холма.

– М-да, с моим талантом к вождению, наше путешествие продлится буквально пару метров, –

хихикаю я.

– Ничего страшного. Ошибаются все, а добиваются успеха только те, кто не продолжает

пытаться, – хмыкает Егор.

– Сборник мотивационных цитат от великого Егора Муратова? – Улыбаюсь я.

– Именно, – невозмутимо кивает он. – А теперь, давай. Пробуй еще раз.

Во второй раз вышло гораздо лучше. Проблемы возникли только со слишком резким торможением.

А в третий раз, я уже и вовсе освоилась. Даже проехала несколько кругов, вокруг

магазинчика, под одобрительные возгласы хозяев.

Хорошие они здесь. Очень дружелюбные.

– Ну, что? А теперь наверх?

– Ага, – я киваю.- Но тут уж, принимай управление ты. Я еще не готова к такой

ответственности.

– Хорошо, но только не говори потом, что я ущемляю твои права, – легонько касается моего

носа Егор, дурачась.

– Я скажу в любом случае, – поддразниваю я его.

Мы меняемся местами.

Я сажусь позади Егора и крепко его обнимаю.

Такой теплый, твердый и кажется, что невероятно надежный. Но так ли это?

Хоть мы и отказались от гида, но первое время мы все равно вынуждено ехали в его колонне.

Уж очень узкая тропинка на подъеме. Обогнать никак не получится.

Но за очередным поворотом, Егор останавливается и пропускает всех дальше.

– Что-то случилось? – Спрашиваю я.

– Нет. Они поехали на вершину. Там конечно красиво, но не сравнится с тем, куда попадем мы.

Слезай.

Мы сходим со скутера и Егор, будто волшебник отодвигает свисающие на холме лозы и я вижу

проход в скале.

Достаточно широкий, чтоб втащить туда и наш скутер.

Пройдя всего пару шагов по каменистой пещере, мы выходим прямиком к водопаду, а внизу

переливается разноцветными будто фосфорными бликами вода, наполняя светом всю пещеру.

– Это из-за местных рыбок так светится, – поясняет Егор, но я могу лишь выдавить из себя:

– О-бал-деть!

– Нравится? – спрашивает Егор, с улыбкой глядя на меня.

– У меня аж дыхание перехватило. Просто нет слов! Так, сфоткай меня. А то никто не поверит.

У меня начинается короткая фотосессия и должна признать – фотографировать Егор умеет

отлично.

Я себе понравилась вообще на каждой фотографии, а это для каждой девушки огромная редкость.

Сделав целую кучу фотографий, я замечаю лестницу, ведущую от нашего места к самому подножью

водопада.

А около неë какую-то табличку. Видимо на местном языке и ещë на английском.

Но моих знаний хватает только перевести слова – “любовь” и “навсегда”.

– Что здесь написано? – Спрашиваю я у Егора.

Он пробегается по табличке взглядом и переводит.

Это лестница любви. Если мужчина донесет свою любимую на руках до самой нижней ступени, то

они будут вместе до самой старости. А ещë, у них непременно родятся близнецы.

Я ловлю на себе азартный взгляд Егора.

– Ты же не собираешься… ?

– Еще как собираюсь. Очень хочу, чтоб у меня были близнецы, – хмыкает он.

И прежде, чем я успеваю среагировать, хватает меня на руки и начинает спускаться.

Он это делает так легко и быстро, будто бы я совсем ничего не вешу.

А мне напротив, так страшно от высоты, что я прячу лицо на груди Егора, слушая его

равномерное дыхание и понемногу успокаиваясь сама.

К концу лестницы он все же начал уставать. Это я почувствовала, по все более напрягающимся

бицепсам.

Но все же, последней ступеньки мы достигаем и Егор ставит меня на землю, переводя дух.

Вблизи вода кажется еще ярче, а шум водопада приятно ласкает слух.

– А на этой табличке, что записано? – Замечаю я ещë одну.

Егор бросает на неë взгляд.

– Что после того как влюбленные окажутся внизу, девушка должна поцеловать своего кавалера.

Я моргаю.

– Там правда так написано?

– Нет, – хмыкает Егор и делает шаг ко мне, нависнув надо мной. – Но какая к черту разница.

– И то правда, – успеваю прошептать я, после чего Егор притягивает меня к себе за талию, а

на мои губы ложится горячий поцелуй.

Этот вечер был больше похож на сказочный сон, чем на реальность.

Мы с Егором кажется целовались целую вечность и просто не могли оторваться друг от друга.

После нашей прогулки около водопада, мы всë же поднялись и на вершину, где посидели в

небольшом ресторанчике под открытым небом.

Но сидеть за столиком мы не захотели, а вместо этого расположились на лавочке-качели.

Я удобно расположилась на плече Егора. Мы пили коктейли прямо из половинок кокоса,

украшенных разноцветными зонтиками. И наслаждались потрясающим видом на ночной океан.

Хотя Егор периодически пугал меня рассказами, что сейчас лезть в воду – худшая идея, потому

что просыпаются самые жуткие и смертоносные обитатели океана.

Да и в джунглях будет не безопасно. Мягко говоря.

Но всë же, мне невероятно спокойно. Я почему-то уверена, что рядом с Егором мне ничего не

грозит.

Да, всë было нереально волшебно. Даже слишком.

И как же мне было неприятно возвращаться назад в отель и уродливую реальность.

Мы прогуляли всю ночь и вернувшись лишь под утро, нам хватило сил, лишь принять душ и

упасть в кровать.

А перед тем как заснуть, в моей голове мелькнула мысль, что Егор всë же добился того, чего

хотел и мы засыпаем вместе.

Но сейчас, я совершенно не против проиграть в этом споре.

Главное для меня выиграть в другом – любовь против расчета. Не знаю почему, но мне кажется,

что сейчас я стала ближе к своей победе.

Просыпаемся мы от настойчивого стука и голоса Ярышева.

– Эй, молодожены. Яхта подана.

– Вот, блин, – я резко вскакиваю. – Проспали.

Егор лениво потягается и кричит:

– Юрий, одну минуточку, – после чего смотрит на меня. – Помнишь наш план?

– Ну, конечно. Я глубоко беременна. – Не сдерживаю смешка. – О, кстати, сейчас мы сразу это

и подтвердим. Одевайся быстро, а я им открою.

Сама накидываю халат и делаю максимально измученное лицо.

Выйдя в гостиную, открываю дверь и вижу Ярышева вместе с Лидией.

– Солнышко, всë в порядке? – Спрашивает меня Лидия. – Что-то ты бледновата.

– Да, конечно. Просто… не помню, говорил ли вам Батур, но я беременна. И по утрам бывают

проблемы.

– Беременна? – Ярышевы переглядываются, но Лидия внезапно радостно улыбается.

– Ох, да это даже еще лучше, чем мы думали. Правда, Юра?

Ярышев хмыкает.

– Ну, да. Быстрее – это уж точно.

– Собирайтесь скорее, – Лидия берет меня за руку. – На яхте нам предстоит много о чем

поговорить.

Час от часу не легче. У Лидии с Ярышевым очень странная реакция на мои слова. Мы с Егором

совершенно точно на такое не рассчитывали. Что эта парочка змеев задумала?

– Хорошо, да. Мы скоро будем, – я мягко киваю и отступив на шаг, закрываю перед ними дверь.

Да, это мягко говоря невежливо, но приглашать их к нам в номер я сейчас не собираюсь. Мне

надо поговорить с Егором. Может у него будут догадки, что здесь происходит?

– Егор, – я захожу в спальню и сразу попадаю в горячую хватку сильных рук.

– Поймалась моя беременная женушка, – рычит он мне на ухо.

Егор только вышел из душа. На широкой груди поблескивают капельки влаги, а из одежды на нем

только широкое белоснежное полотенце, обернутое вокруг бедер.

От него так и веет хищной агрессивной притягательностью. Я даже на мгновение запинаюсь и

сглатываю воздух, старательно глядя ему в глаза. Хотя, взгляд то и дело соскальзывает вниз,

на рельефную грудь, пресс и узкую темную полоску волос идущую от пупка и развратно ныряющую

под полотенце.

– Поймалась, да, – чуть заторможено отвечаю я.

Но собрав волю в кулак, качаю головой, отгоняя посторонние мысли.

– Ярышевы, особенно Лидия почему-то обрадовались, что я беременна. Есть варианты почему?

– У них самих детей нет, – Егор пожимает могучими плечами. – Может просто рады за нас с

тобой?

– Не похоже, если честно, – качаю я головой.

– Тогда, они будут пытаться купить нашего еще несуществующего ребенка, – ухмыляется Егор.

А я едва не падаю от шока.

– Ты серьезно что ли? Да что у вас богачей вообще в голове? Больные, блин!

– Ну, они увидели возможность и решают ей воспользоваться, – пожимает плечами Егор.

– А тебе всë равно, как я посмотрю, – я выворачиваюсь из хватки Егора. – Может еще и

одобряешь их поведение? Знаешь, тогда ты ничем не лучше, чем они.

– Не одобряю. Не нужно мне приписывать то, чего я не говорил. Но понимаю, это да, – хмыкает

Егор, а после снова притягивает. – В любом случае – расслабься. Просто находись возле меня и

я договорюсь о тех условиях, которые выгодны мне.

Мне не особо понравилось как всë это прозвучало. Но как обычно, выхода у меня нет. Так, что

пришлось смириться.

Но ореол теплоты и романтики, который витал между нами с Егором, сразу же растворился. Егор

снова стал прежним собой – циничным, расчетливым и холодным.

И это, если честно, меня разочаровывает. Я-то думала, что смогла откопать истинную суть

Егора, которая скрывается под маской меркантильности, но всë же ошиблась в этом.

В этот раз я одеваюсь проще – в белоснежные шортики, легкую салатовую футболку и белую

бейсболку. Так, на всякий случай.

Получается немного спортивный, но при этом женственный образ.

А Егор выбирает легкие брюки кофейного цвета, белоснежную футболку и крутые непроницаемо

черные очки, будто у героя боевиков.

И выйдя из комнаты, мы под руку, будто и правда настоящие молодожены, проходим через весь

отель и выйдя к океану, поднимаемся к уже ожидающей нас двухэтажной яхте.

Наверняка бы впечатлилась роскошью и богатством, но сейчас я нахожусь в слишком напряженном

состоянии и отмечаю всю эту красоту лишь краем сознания.

Наконец, наша яхта отходит от берега, а к нам подходит Лидия.

– Детка, тебе не плохо? Хорошо себя чувствуешь? – Она с участием кладет мне ладонь на

спину, но у меня от этого прикосновения почему-то поднимается мороз по позвоночнику.

– Да, уже получше, – натянуто улыбаюсь я.

– Пойдемте тогда на второй этаж и поговорим.

Лидия берет меня за руку и вообще, будто боится отойти даже на шаг. Что происходит?

Зайдя на второй этаж мы располагаемся на белых диванчиках около низкого прозрачного

столика, на которых уже расположены сырные и фруктовые закуски, а еще какая-то папка.

Ожидающий нас Юрий выпрямляется и поворачивается к Егору.

– Чтож, не буду тянуть. Знаете ли вы, что в этой папке? – Похлопывает он по ней рукой.

– Не люблю строить предположения, – хмыкает Егор.

– Тогда скажу прямо. Здесь не просто назначение на место в совет директоров, Егор. Здесь,

назначение на место его генерального директора. То есть, моë.

Лицо Егора остается невозмутимым, но я вижу как в его глазах вспыхивают огоньки интереса.

А у меня, усиливается дурное предчувствие.

– Вы решили отойти от дел? – Уточняет Егор.

– Решу, если для этого будет достойная причина. – Ярышев кивает. – Дело в том, что мы с

Лидией не можем иметь детей. Усыновление от не пойми от кого, для нас не вариант. А потом,

появилась ты, Лесенька, и мы поняли, что ты – то, что нужно. У нас был вариант предложить

тебе забеременеть от меня и отдать ребенка. Но раз уж ты уже беременна, а Егор один из самых

способных и хватких мужчин, которых мы знаем, то наше предложение такое.

Моя должность, в обмен на вашего ребенка.

Повисает пауза, во время которой я борюсь с накатившем на меня возмущением, но ничего

сказать не успеваю.

Меня опережает Егор и холодно чеканит:

– Мы согласны.

– Вот и хорошо, – улыбается Ярышев. – Я знал, что мы быстро найдем общий язык. Держи папку

с договором. Дай своим юристам посмотреть. Но уверяю, там все красиво. И потом можете

подписывать.

И вот именно это “можете”, наконец возвращает мне дар речи.

– Нет, – я резко мотаю головой.

Горло будто сдавила невидимая рука, а из-за с трудом сдерживаемых слез, губы то и дело

подрагивают.

Как же я ошиблась. Думала, что Егор всë же нормальный, но нет. Им всë так же движет

исключительно циничный расчет. Да, никакого ребенка еще нет, но я уверена, что это мало его

останавливает.

И то, насколько быстро и легко он решается отдать своего ребенка в обмен на должность меня

по настоящему пугает.

– Нет? – Торопливо переспрашивает Лидия. – Лесечка, что это значит?

– Нет – это значит нет. – Холодно поясняю я. – Вы не находите странным, что носить и рожать

ребенка буду я, но при этом вся выгода достается Егору?

– Ну, я считаю, что если муж занял настолько высокую должность, то от этого выигрывает вся

семья, – ведет плечом Ярышев.

– Вот как? Забавно, – я качаю головой.

Егор видимо начинает подозревать, что я вот-вот что-то “выкину” и предупредительно окликает

меня:

– Леся, успокойся. Мы обсудим всë в отеле.

– Что именно? Где взять ребенка, чтобы ты стал мега крутым директором? Спасибо, мне это уже

неинтересно.

– Леся, – уже почти рычит Егор, но меня уже не остановить.

– Что Леся? – Я улыбаюсь будто сумасшедшая. – Знаешь, ты победил. Всë можно купить. Вот

только, с этой философией ты забыл одну простую вещь. Всегда найдется тот, кто сделает более

выгодное предложение.

Я перевожу взгляд на Ярышева.

– Знаете, мы вас обманули. Я не беременна. Более того, наша свадьба с Егором – это фикция.

Я увидела его впервые лишь накануне этого брака. А все для того, чтобы он смог войти в этот

ваш совет директоров.

Но потом Егора одолела жадность и пошло поехало, – я поджимаю губы. – Меня здесь вообще

быть не должно. Поэтому, я требую, чтобы мы вернулись сейчас обратно в Россию. Сегодня. А

там, я подаю на развод. И ты все равно мне заплатишь по контракту, Егор. Потому что свои

обязательства я выполнила.

Наступает долгая гнетущая пауза, после чего Ярышев смотрит на моего уже по сути бывшего

мужа:

– Господин Муратов, это правда?

Егор поджимает губы, бросает на меня холодный взгляд, а после, с вызовом поднимает

подбородок.

– Частично.

– То есть? – Изгибает бровь Ярышев.

– Моя супруга и правда не беременна. Мы выдумали это, чтобы наш брак казался крепче. А с

женитьбой уже сложнее. У нас действительно были отношения. Она испытывала ко мне чувства, но

после того как мы сыграли свадьбу, Олеся узнала, что у меня была любовница. Я не

оправдываюсь, – качает он головой. – Это не лучшее мое поведение. Но теперь Леся как и любая

обманутая женщина, старается разрушить мою жизнь. А вы прекрасно знаете, что в таком случае

женщина пойдет даже на самую чудовищную ложь.

Я вскакиваю с дивана.

– Ах, ты гад. Да как ты можешь?!

Эмоции меня переполняют настолько, что я размахиваюсь, чтобы залепить Егору пощечину, но

даже этого не получается.

Он перехватывает меня за запястье, не больно, но твердо удерживая мою руку и качнув

головой, коротко говорит:

– Нет, Леся.

Я пытаюсь вырваться в отчаянии, но теперь не удается даже это. Наоборот, Егор тянет меня к

себе и практически силой усаживает на колени, заключив в объятья будто в тюрьму. После чего,

снова повторяет:

– Нет, Леся. Успокойся.

В этот момент Ярышевы приходят в себя и Юрий цокает языком:

– М-да, конечно, я разочарован таким поворотом. Егор, как ты мог изменять такой

очаровательной девушке? Да еще и в самом начале отношений.

– Не смог вовремя отказаться от привычного образа жизни, – глухо отвечает Егор. – И

совершил чудовищную ошибку. Но всë равно, сдаваться и отпускать тебя, Леся, я не собираюсь.

Дай мне ещë один шанс, – странно, голос его продолжает звучать уверенно, но делается мягче.

Будто Егор меня в чем-то убеждает.

Он смотрит мне в глаза, а я вообще ничего не понимаю.

О каком шансе речь? Что он вообще от меня хочет? Всë кончено.

– Пойдем, детка, ты вся заплаканная, – Лидия протягивает мне руку. – Покажу, где можно

умыться.

Егор до последнего не хочет меня отпускать. Удерживает, смотрит еще более пристально, но

теперь я даже не хочу раздумывать, что прячется за этим взглядом янтарным глаз.

Мне всë уже очевидно – цинизм и расчетливость.

– Да, спасибо, – я беру Лидию за руку и все же выбираюсь из объятий Егора.

Вот только, чем дальше мы отходим от столика, тем больше в моей груди нарастает тревога.

Будто я лишилась своей единственной защиты.

Но это же бред.

Егор и не думал меня защищать.

Я здесь одна и нужно рассчитывать только на себя.

– Держи, – Лидия протягивает мне сухую салфетку, когда мы оказываемся в небольшой уютной

каюте.

С диванчиком и квадратным низким столиком.

– Ни один мужчина не стоит твоих слов, уж поверь. Даже такой шикарный как твой Егор.

Она улыбается и усаживает меня на диван, садясь рядом.

– Спасибо, – я беру салфетку, промакивая уголки глаз и тут же поспешно добавляю. – Он не

мой. И никогда моим не был. Я правду говорю. Егор меня нанял и…

– И это замечательный шанс, – Лидия кивает и кладет мне ладони на плечи. – Леся, девочка

моя, просто обернись и посмотри куда тебе повезло попасть.

– Я бы сказала, да вы обидитесь, – поджимаю я губы.

Сил и желания вести светские беседы у меня нет вообще.

И я действительно готова в глаза Лидии назвать всë их сборище – аморальными беспринципными

отбросами. Коими они и являются.

Но она снова улыбается и кивает:

– Уверяю, как бы ты нас не назвала, всë равно меня не удивишь. Но, Леся, ты хоть и юная, но

должна понимать, что нужно пользоваться теми подарками, что судьба сама тебе вручила. Как ни

крути, но ты официальная жена Муратова. Да и на свадьбе произвела полный фурор. Независимо

от того разведëшься ты сейчас с ним или нет – все дороги для тебя уже открыты. А если ты

обзаведëшься сильными покровителями, то твоей жизни будут завидовать большинство женщин

нашей страны.

У меня вырывается истерический смешок.

– Дайте угадаю. А покровители – это вы с Юрием?

– Именно, – кивает Лидия. – Очень приятно общаться с такой сообразительной девочкой.

– Ну и что я должна буду сделать в благодарность своим покровителям? – Мой голос дрожит от

злости и бессилия. – Родить вам ребенка?

– И снова верно, – улыбается Лидия.

– А зачем это всë? Со связями и властью вашей семьи, неужели вы не можете найти суррогатную

мать?

Лидия со вздохом разводит руками.

– Можем, конечно. Но Юра очень придирчив. Его никто не устраивал, все были как бы это

сказать… , – хмыкает Лидия. – Помятые жизнью. А тут появляешься ты – чистая, порывистая,

трепетная. Мы сразу поняли. Ты – это то, что нужно. Тем более, что поначалу Юра хочет

попробовать завести ребенка естественным путем.

Как хорошо, что я сижу. Иначе, просто свалилась бы на пол.

– То есть, вы предлагаете мне с ним переспать?

– Ну, что ты, детка, – смеется Лидия. Но в этот раз еë голос звучит пугающе холодно. –

Такие как мы не предлагаем. Мы просто ставим перед фактом. Вот и всë.

От тона и взгляда Лидии мне становится страшно.

Ледяные, отстраненные и безжалостные. Я отчетливо понимаю, что против власти и богатства

этих людей у меня нет ни единого шанса выстоять.

Что мне сейчас сделать? Устроить истерику? Вряд ли поможет. Еще чего доброго засунут в

какую-нибудь частную клинику под видом заботы и будут делать, что в голову взбредет.

Лучше не рисковать.

– А просто подумать мне позволят такие люди, как вы? – Не удерживаюсь и все же слегка

иронизирую.

Лидия медленно качает головой, прищурив хищные кошачьи глаза.

– Ты такая интересная девочка. Очень умная. Давно мне такие не встречались. Понимаю почему

Юре ты так понравилась.

– А вот я, если честно, совсем не понимаю как вы можете сами помогать мужу переспать с

другой, – я эмоционально взмахивают руками. – Неужели вам всë равно?!

Лидия запрокинув голову, хохочет.

– Ох, детка, это так мило и наивно. Всë, что ты говоришь. Пойми, никакой любви у нас и не

было. В наших кругах это впринципе невозможно. Есть только выгода, расчет либо тщеславие и

желание самоутвердиться. Собственно, это же касается и твоего Егора, – она цокает языком. –

Хотя, сложно не признать – хорош, гад. Но любовь…

– Да, я знаю, – я медленно киваю головой. – Он не верит в неë.

– Леся, – Лидия касается моей щеки пальцами. – Понимаю, для тебя все это чуждо и скорее

всего дико. Но поверь, нужно просто использовать шанс. Кстати, сколько мужчин у тебя было?

Я вся вспыхиваю от ужаса.

– Это вам еще зачем знать?

– Не мне, – Лидия усмехается. – Просто Юра очень любит неопытных. Ясное дело, что с Егором

ты уже спала. Поэтому, на невинность рассчитывать не приходится.

На этих словах я едва сдержала истерический смех.

Как раз с Егором у нас дальше поцелуев не зашло. И принуждением он не занимался.

Но конечно ничего такого я говорить не собираюсь.

– Один, – говорю я и насчет количества не вру. – У меня был только мой муж.

– Какая прелесть, – улыбается Лидия и вдруг яхта вздрагивает, не давая ей продолжить.

Мы одновременно поворачиваем головы к окну.

– Причалили уже? – Хмурится Лидия. – Так быстро?

– Дамы, к вам можно?

В каюту заходит Егор, очаровательно улыбаясь. Что выглядит очень непривычно на всегда

суровом лице.

– Путешествие пошло не по плану. И мы с Юрием договорились продолжить общение вечером.

Поэтому, хочу забрать свою супругу и немного отдохнуть. Ночью мы спали мало, – хмыкает Егор.

Лидия расплывается в похотливой улыбке.

– Прекрасно понимаю. У меня бы ты вообще не спал, Егорчик. Жаль, конечно. Мы с Олесей так

мило беседовали.

Ага, так мило, что у меня до сих пор мороз по коже от этой змеи.

– Ничего, вечером обязательно пообщаемся больше. Все вместе, – подмигивает Егор и

протягивает мне руку.

Я некоторое время медлю. Егор для меня такой же враг сейчас, как и Ярышевы.

Но всë же, я решаюсь сжать его ладонь.

Он подтягивает меня ближе, приобнимает за талию и попрощавшись с Лидией выводит меня из

каюты.

Не знаю почему, но я была уверена, что с яхты нас все же не выпустят, особенно когда

поймала на себе плотоядный взгляд Ярышева.

Но Егор спокойно и смело провел меня по перекидному мостику и спустя минут пять, мы уже

зашли в наш номер.

Я тут же отталкиваю от себя Егора.

– Как ты мог? Ты даже не раздумывая согласился отдать…

– Кого? Нашего несуществующего ребенка? – Егор сжимает мои плечи. – Леся, сейчас ты должна

запихнуть истерику куда подальше и понять главное – ты влипла. И нам нужно хорошенько

постараться, чтоб Ярышевы от тебя отстали.

Я на мгновение замираю.

– Стоп. Ты сказал – нам?

Егор хмыкает.

– А ты считаешь, что я позволю превращать свою супругу в подстилку для развратного деда?

Хорошего же ты обо мне мнения, женушка.

Я смотрю на Егора и хмурюсь.

– Не понимаю. Тебе ведь должность предлагают.

– Да, – Егор ведет плечом. – И я намерен еë получить.

– У меня сейчас голова лопнет от всего этого, – я сжимаю виски пальцами. – Тебе же сказали

условия для этой сделки.

– Иди сюда, – вместо ответа Егор притягивает меня к себе и обнимает.

Такой сильный, теплый, наверняка способный защитить от целого мира. Так и хочется просто

расслабиться и довериться ему.

Вот только, я не могу этого сделать. От Егора я жду не меньшего удара, чем от Ярышевых.

– Не отходи от темы разговора, – я выворачиваюсь из его объятий и в упор смотрю ему в

глаза. – Что ты теперь собираешься делать? Посоветовать в каком белье мне лучше выйти к

Ярышеву?

– Я лучше посоветую в каком белье выйти ко мне, – ухмыляется Егор и подмигнув, добавляет. –

Ни в каком.

– Очень своевременная шутка, – фыркаю я. – А если серьезно?

– Если серьезно…

Егор делает пару шагов назад, держа меня за руку, а после садится на диван и усаживает меня

к себе на колени.

– … если серьезно, малышка, то мне надо подумать. Я понимаю как для тебя всë это выглядит

со стороны, но послушай сюда, – он берет меня за подбородок и всматривается мне в глаза. – Я

никогда не отдам ни тебя, ни своего ребенка.

Эти слова и голос Егора – спокойный, твердый, уверенный заставляют сердце биться чаще.

Как же хочется отбросить все сомнения и поверить, но я не могу. Слишком уж наглядно мне

показали темную сторону всех богатых и успешных.

Нет среди них благородных, только расчетливые эгоисты.

– Ты сам говорил, что у всего и всех есть цена, – напоминаю я.

– Говорил, – кивает Егор. – Но Ярышевы такую заплатить не смогут.

– Тогда… , – я запинаюсь и робко смотрю на Егора. – Увези меня отсюда и разведись со мной.

Пусть всë будет как раньше.

Егор медленно качает головой:

– Ты разве не понимаешь, маленькая? Не будет как раньше. Они нашли себе жертву с которой

будут играть пока не уничтожат.

– Что же делать? Я не знаю просто.

Я прячу лицо в ладонях и Егор мягко обнимает меня.

– Не паниковать. У тебя есть я. Ярышквы считают, что ради той сделки я спокойно позволю им

творить все, что они хотят. Но именно это покажет мою слабость. Какой же из меня будет

президент компании, которого все будут считать неудачником? Нет. Так дела не делаются. Да и…

, – тут уже он делает паузу. – В любом другом случае, отдавать тебя тому старому кобелю я не

собираюсь.

Егор обнимает меня крепче и шепчет именно те слова, которые сейчас нужны мне больше всего

на свете.

– Я защищу тебя, малышка. Всë будет хорошо.

Несколько секунд я молчу и просто наслаждаюсь теплотой тела Егора и успокаивающим уверенным

тоном.

Но после, всë же нахожу в себе силы отстраниться.

– Мне очень хочется верить, правда. – Я вяло улыбаюсь. – Но не получается. И прости, Егор,

но я не верю, что ты способен отказаться от главной цели своей жизни ради женщины. Тем

более, женщины, которую ты просто нанял для работы и знаешь сколько? Неделю?

– Кое-кто упрекал меня в отсутствии романтики, – шутливо напоминает Егор. – Называл

циником.

– Теперь этот кое-кто считает, что это было правильно, – вяло улыбаюсь я. – Я имею ввиду

твой цинизм. Могу даже извиниться.

– Леся, – Егор смотрит на меня. – Как мне убедить тебя довериться мне?

– Как? – Переспрашиваю я. – Отправь меня домой и сделай так, чтобы ни ты, ни Ярышевы с

Батуром больше не пытались сломать мою жизнь. Я обычная студентка, Егор. Та, которая просто

хотела подработать, чтоб помочь брату и маме. А теперь посмотри, во что я вляпалась по твоей

милости.

Я обхватываю голову руками.

– Лидия прямым текстом сказала, что я должна переспать с Юрием. И не факт, что один раз. Да

еще и родить им ребенка, которого они естественно заберут.

Меня начинает бить дрожь.

– Я в безвыходной ситуации. Меня до тошноты страшно. И в этом виноват ты, Егор!

Я начинаю всхлипывать и Егор снова меня обнимает, успокаивающе гладя по спине.

– Лесь, я согласен, что поступил как мразь. Но честно говорю, этого всего я не хотел и тебя

в обиду не дам. Но для этого повторюсь, ты должна быть рядом со мной, а во-вторых – нужно

прижать Ярышевых.

Последние слова меня немного отрезвляют.

– Что ты сказал? – Медленно отстраняюсь я.

– Я сказал, что я прижму этого старого извращенца, – хмыкает Егор. – И кстати, ты права –

от своей цели я не откажусь. Просто собирался достигать ее более честным путем, но с мразью

нужно поступать его же методами.

– Но как ты собираешься это сделать? – Я моргаю.

– Ну, по сути он это сделал сам. И уже давно, – Егор хмыкает. – Или ты считаешь, что мы с

тобой единственные игрушки, с которыми Ярышевы решили поиграть? Должность в совете я уже

получил. Она одобрена. С этого и начнем. А ты поработаешь моей секретаршей и шпионом, – Егор

подмигивает. – И как раз, всегда будешь у меня на глазах. Ну и самое интересное. Сейчас я их

выбешу.

Я смотрю на Егора будто на фокусника, который сейчас сделает что-то невообразимое.

И по сути, так и происходит.

Он вынимает мобильный и выбрав какой-то номер, включает громкую связь.

– Да, Егор, – почти сразу раздается голос Ярышева.

– Юрий, знаете, такое дело. Спасибо за приглашение, но мне что-то надоело прохлаждаться в

отпуске. Не терпится приступить к новым обязанностям. Поэтому, я решил сегодня же вернуться

обратно. А вы отдыхайте, само собой.

Повисает короткая пауза.

– Егор, это шутка? – В конце концов, раздраженно спрашивает Ярышев.

– Конечно, нет, – невозмутимо отвечает Егор. – Мы сегодня улетаем. Так, что до встречи на

работе. Хорошего вам отпуска.

И не дожидаясь ответа, он сбрасывает вызов.

У меня вырывается истерический смех.

– Нет, Муратов, я ошиблась. Ты не циник, ты – псих.

Следующие пару часов всë как в тумане. Мы с Егором собираем вещи и несмотря на мою крайнюю

нервозность, он настаивает на том, чтобы мы прошли через главный зал.

Нагло, с вызовом и открыто.

Ярышевых там не оказывается, но у меня все равно холод по ползет по позвоночнику.

Кажется, что они наблюдают за нами из каждого угла.

Зато Егор спокоен и невозмутим. Даже останавливается, чтобы пообщаться с каким-то своим

знакомым.

Блин, мне бы его самообладание.

Наконец, мы выходим из аэропорта и такси отвозит нас через паром в аэропорт.

– А у нас разве есть билеты? – Вдруг до меня доходит первый по очевидности вопрос.

– Билетов нет, – ухмыляется Егор. – А вот самолет – есть.

Я давлюсь воздухом.

– Что? Ты вызвал самолет?

– Ну, почему вызвал? Выбрал из тех, которые были здесь. Ну и такие, чтоб не стыдно было

перед птицами за внешний вид, – хмыкает Егор.

На “нестыдный” частный самолет нас провожает улыбчивая бортпроводница в ярко-красной

униформе.

И если снаружи этот нестыдный самолет был просто – очень красивый, то внутри я будто бы

оказалась в президентском номере самого дорогущего отеля.

Ну, из тех, которые я в соцсетях видела, само собой.

– Ого, – я падаю на бархатный диванчик. – Да здесь даже жить можно.

– Ну, нет, аскетизм – это не про меня, – хмыкает Егор, садясь рядом.

И сначала пристегивает ремень безопасности на мне, а после и на себе.

– Да и окружающие будут задавать вопросы почему моя жена проводит все время в самолете.

– Скажешь, что она просто забыла, где там выход, – я нервно шучу.

А когда самолёт начинает взлёт, я поворачиваюсь к Егору.

– Неужели это правда и всë закончилось?

– Нет, малышка, – он качает головой. – Всë только начинается.

Обратно дорога мне показалась вдвое короче. Наверное, потому что большую еë часть я просто

проспала.

Собственно, учитывая что я почти не спала последние сутки и сколько перенервничала – это

неудивительно.

Собственно, открыв глаза, я обнаруживаю себя удобно лежащей на сиденье автомобиля, а моя

голова, так и вовсе удобно устроена на коленях Егора.

– Ой, – резко поднимаюсь, но он гладит меня по плечам и укладывает обратно.

– Тихонечко, мы уже почти дома.

Я смотрю вперед и вижу, что за рулем сидит водитель, а потом понимаю, что я вся укутанная в

плед.

– Как это я так умудрилась переместиться из самолета в машину. Просто волшебство, –

улыбаюсь я.

– Ну, ты так сладко спала, что я не захотел тебя будить и перенес на ручках.

Только я собираюсь умилиться такой внезапной заботливости, как Егор с плотоядной ухмылочкой

добавляет:

– Кстати, мои руки способны ещë и не на такое волшебство. И не только руки.

– Ой, иди ты, – фыркаю я и толкаю его в грудь. – Взял и всë испортил.

Егор хмыкает:

– Но это же правда.

Я собираюсь ему ответить в похожем тоне, но в этот момент на его мобильный приходит

сообщение.

Открыв его, он кивает сам себе:

– От Ярышева, по поводу встречи на работе. Что ж, начинается самое интересное.

– Что там? – Испуганно спрашиваю я.

– Всë хорошо, – Егор гладит меня по руке. – Просто они тоже решили прервать свой отпуск.

Да, совершенно внезапно, – ухмыляется он. Завтра Юрий проведет общее совещание, на котором

представит меня уже официально в качестве нового участника состава совета директоров.

– Я боюсь. Он точно устроит какую-нибудь гадость.

– Пусть устраивает, – невозмутимо кивает Егор. – Нам это только на руку. Твоя задача,

пообщаться с секретаршами и выяснить, кто из совета больше всего ненавидит его, либо Лидию и

причины этого. Понятно? Справишься?

– Постараюсь, – вздыхаю я.

– Эх, раньше играла енота, потом невесту и жену богача, а теперь болтливую ассистентку.

– Ну, зато ты точно не можешь сказать, что твоя жизнь – скучная, – ухмыляется Егор. – И да,

нам надо сейчас заехать в один магазин.

– Какой ещë?– Хмурюсь я.

– Магазин одежды, само собой, – ведет плечом Егор. – У тебя ведь нет ничего официального. А

ты ведь должна блистать и поражать воображение, – он подмигивает.

– Если я приду на работу в ростовой кукле Мойдодыра, то поражу воображение гораздо больше,

– хмыкаю я. – И вообще, блистать мне не хочется. Чем неприметнее я, тем лучше.

– Лесь, ты моя жена и про неприметность можешь забыть, – Егор целует меня в висок, но я

сажусь и отодвигаюсь в сторону. – Ты сам прекрасно знаешь, что это не по настоящему. Уж при

мне эту комедию, не ломай, пожалуйста. У меня одна цель сейчас – сделать так, чтоб Ярышевы

от меня отстали и я бы вернулась к прежней жизни. Забыв эту как страшный сон.

– Тебе настолько плохо находиться рядом со мной? – Склоняет голову к плечу Егор.

– Мы чужие друг другу, понимаешь? – Я развожу руками. – Я для тебя инструмент достижения

цели, а ты для меня – защита и возможность заработать.

– Разве этого мало? – Хмурится Егор.

– Да, чтоб тебя, мало! – Я взмахиваю руками. – Этого достаточно для работы, совместных

проектов, но не для отношений!

– А если ты меня уже привлекаешь? Что тогда? – Егор начинает склоняться к моим губам, но я

вжимаюсь в дверь машины.

– Ничего. Я именно, что просто привлекаю тебя. Как вещь, которую ты никак не можешь

получить. Уверяю, как только у нас произойдет близость, ты потеряешь ко мне всяческий

интерес.

– Не нужно решать и думать за меня, Леся, – опускает подбородок Егор. – Я и сам в состоянии

разобраться в своих мотивах. Но раз уж ты так уверена в своих рассуждениях, то это легко

проверить.

– О, правда? – Я издевательски изгибаю бровь. – И как же?

Егор легко приподнимает уголки губ.

– Сама угадай, – он кладет мне ладонь на колено и медленно ведет еë вверх. – Тебе нужно

всего лишь довериться мне.

Я смотрю в янтарно-карие глаза Егора с красивыми золотистыми искрами и невольно понимаю

насколько же он притягательный.

Будто всполох далекого костра, в темной пугающей части.

Невольно хочется устремиться туда, чтобы наконец успокоиться и согреться.

Вот только, неизвестно что меня ждет там. Подарит ли мне этот огонь долгожданное тепло и

сожжет мою душу дотла.

– Нет, – я убираю ладонь Егора со своего колена. – Если хочешь, чтобы я доверилась тебе –

докажи, что тебе можно доверять.

Егор хмыкает и откидывается на спинку сиденья.

– Как с тобой сложно, Леся.

Я прищуриваюсь.

– Ты всегда можешь просто подать на развод и отпустить меня на все четыре стороны.

Егор внимательно смотрит на меня и медленно качает головой.

– Мне кажется, что уже не могу. И чем больше ты рядом, тем меньше у возможности от тебя

отказаться. Может, уже и не смогу никогда.

– Красивые слова и только… , – я отворачиваюсь к окну, но не для того, чтоб понять, где мы

сейчас находимся, а чтоб скрыть от Егора, что мне очень нравиться слушать то, что он

говорит.

Я ведь неприступная и всë такое.

Чем меньше он знает, что способен влиять на мои чувства, тем лучше.

В магазин мы само собой заезжаем и скупаем кажется всë, что так или иначе можно считать

офисным стилем.

Особенно Егору понравилась темно-синяя юбка-карандаш и белая блузка с треугольным вырезом и

узким галстуком того же цвета, что и юбка.

Ну, вынуждена признать, что эта одежда и правда смотрится на мне потрясно.

Официально и притягательно одновременно.

Само собой, на следующий день, я надела именно эти вещи.

– Страшно, – кажется уже раз в десятый повторяю я, когда мы с Егором входим в стеклянный

лифт, главного здания их компании, которое находится в центре города.

– Всë будет хорошо. Как минимум, у тебя есть работа с которой тебя точно не уволят, –

хмыкает Егор. – Так, зайди пока в отдел кадров, подпиши договор о приеме на работу. Я еще

вчера дал задание его подготовить, тебе дадут пропуск и… , – Егор смотрит на меня. – Можешь

приступать. В отделе кадров, кстати, очень осведомленные девушки работают.

– Я поняла, – невесело киваю. – Надеюсь с ролью помощницы я справлюсь лучше, чем с ролью

жены.

– Ты – идеальная жена, любовь моя, – ухмыляется Егор, склоняется ко мне и целует в губы.

А в этот момент, двери распахиваются и нас видит весь находящийся рядом персонал.

М-да, Егор же это специально.

Вот, только, вряд ли к жене босса воспылают огромной любовью.

Чувствую, мне придется очень “весело”.

– Всем доброе утро, – Егор выходит из лифта, приобнимая меня за талию.

– Доброе утро, Егор Александрович, – почти хором отзываются работники, при этом не отрывая

от меня взгляда.

– Хочу вам представить новую коллегу и между прочим мою любимую супругу, – Егор притягивает

меня к себе ближе. – Муратову Олесю Николаевну. Здесь она будет работать на должности моей

ассистентки.

После слов “моя супруга” лица работников резко меняются.

На них одновременно появляются натянутые учтивые улыбки, а взгляд становится настолько

внимательным и оценивающим, что мне кажется они во мне сейчас вот-вот дыру прожгут.

– Давайте просто Леся и на “ты”, – поспешно добавляю я, чтоб хоть как-то разбавить

напряжение.

– В общем, Лесю не обижать, а помогать, если есть возможность, покажите ей что здесь и как,

– Егор говорит спокойно, даже с небольшой шутливостью, но я понимаю, что за этим стоит

скрытый приказ и одновременно забота обо мне.

Приятно, если честно. Не ожидала, что он вот так с ходу, сразу обозначит все границы.

– Наташ, назначаешься главным куратором, – подмигивает Егор высокой пышной брюнетке, явно

старше его. С круглым открытым лицом. – И да, теперь у тебя есть дополнительный перерыв.

– Спасибо, Егор Александрович, – Наташа улыбается. – Но я уверена, Леся отличная работница

и дополнительный отдых мне не понадобится.

– Ничего, зато будет повод посидеть, выпить кофейку и посплетничать, – он подмигивает, но я

понимаю, что фраза относится не только к Наташе, но и ко мне. – Только сначала, отведи в

кадры, к девочкам. Она договор должна подписать.

– Да, хорошо, – Наташа подходит ко мне. – Давай, Лесь, клади вещи на своем столе и сходим.

– А где мой стол? – Я оборачиваюсь.

– Идем, – Егор ведет меня через коридор с несколькими дверями и толкает самую внушительную.

Внутри очень светло из-за большого окна.

В одном углу стоит дерево в кадке и большущий аквариум, а напротив – стол с компьютером.

Диван, видимо для ожидания, кулер. И несколько шкафчиков на котором стоит кофемашина,

капсулы, чашки и вазочка с печеньем.

Очевидно, это и будут мои главные обязанности – принести, унести кофе с вкусняшками. Ну,

вроде не сложно.

– Всë, девочки, продуктивного всем дня, – Егор целует меня и заходит в следующую, такую же

гигантскую дверь как и ведущую сюда.

– Просто так к нему никого не впускать, сначала спрашиваешь, что надо, кто пришел, ну и по

телефону спрашиваешь у Егора Александровича, готов ли он принять посетителей, – начинает

объяснять Наташа. – Телефон на столе. Кофемашиной пользоваться умеешь?

– Да, я подрабатывала в кофейне, – киваю я.

– А принтером, ксероксом, сканером?

– Тоже. Подрабатывала в пунктах печати, – снова киваю я и Наташа улыбается.

– Напоминаешь мне меня. Я в молодости тоже крутилась как белка в колесе. Рано забеременела

и родила, а отец ребенка оказался не готов. Это ведь такая ответственность, – фыркает она.

– Вот гад, – я цокаю языком.

– Ага, – Наташа разводит руками. – Но это мои проблемы. У тебя такого точно не случится.

Егор Александрович сама ответственность, хотя и любит “потиранить”. Особенно, когда в плохом

настроении.

– Да уж, знаю, – улыбаюсь я. – Сегодня скорее всего такой и будет. Вроде с Ярышевым

какие-то проблемы, – закидываю я удочку.

– С каким именно? – Склоняет голову к плечу Наташа. – Их трое. И каждый – это отдельная

история. Еще и ненавидят друг друга.

Трое? Ого. Это что-то новенькое.

– Ну, Юрий, который сейчас возглавляет совет, его брат и их отец. – Рассказывает Светлана.

– Вообще-то, главой должен был стать Борис – старший брат. Но Юрий сначала увел у него жену,

а тот погрузился в такую депрессию, что и от совета директоров отказался. Ну, а кресло

опять-таки занял его брат. Из-за чего на него злится и Борис Ярышев, и их отец. Но сама

понимаешь, это мало, что меняет.

– Ого, – я поднимаю брови. – Получается, Лидия – это бывшая жена брата Юрия? Это не жизнь,

а настоящие интриги королевского двора, честное слово.

– О, ещë какие, – понижает голос Наталья и я понимаю почему Егор мне именно еë назначил

куратором.

Наташа явно не из тех, кто любит молчать и игнорирует сплетни.

– Это ведь не всë, – продолжает она. -Знаешь, в чем самый ужас?

– Не могу даже представить, – честно признаюсь я.

– Я конечно не знаю наверняка, но говорят…– Наташа еще сильнее понижает голос и мне

приходиться сделать к ней шаг и наклониться поближе. –... говорят, что она была беременна,

когда уходила от мужа. Юрий настоял на аборте, а после него Лидия уже не может иметь детей.

Но они в последнее время, буквально помешались на этой теме. Уж не знаю в чем дело, но такое

ощущение, что им срочно понадобился ребенок.

– Они что? Ко всем пристают с этим предложением? – Я не сдерживаю нервного смешка.

Но Наташа остается серьезной.

– Нет, не ко всем. Но было у нас две девочки… блондиночки, жизнерадостные такие. Одна как

раз в отделе кадров работала, а другая вообще простенькая – клинингом занималась. Так им

Ярышев предлагал. Одна отказалась, та что в кадрах была, а из клининга согласилась. Вот

только, через пару недель, каждая из них внезапно решила уволиться. Вот просто так, без

объяснений.

– Ты прямо какие-то ужасы рассказываешь, – натянуто улыбаюсь я.

– Ну, я ж не виновата, что так было, – Наташа пожимает плечами. – Я бы в другом случае,

сказала бы тебе быть осторожной. Потому что ты такого же типажа, но к счастью ты замужем за

Мур…Ой, здравствуйте, Юрий Петрович, – не договорив, Наташа резко выпрямляется.

Я поднимаю голову и встречаюсь с пронзительными глазами Ярышева, от которых у меня мороз по

коже.

– О, у нас новый сотрудник, – вежливо улыбается он. – Приветствую, Олеся.

– Здравствуйте, – напряженно выдыхаю я.

– Да, вот Егор Александрович попросил провести что-то вроде экскурсии, – Наташа поспешно

кивает.

– Замечательная идея. Но думаю, Наталья, у вас и так много работы, поэтому, идите. А

экскурсию Леси продолжу я, – Юрий берет меня за локоть и так резко сдавливает, что я

невольно ойкаю.

Но Ярышев мою руку не отпускает. А вместо этого, повторяет.

– Идите работать, Наталья. Дальше мы с Лесей вдвоем прогуляемся.

Я большими и очень умоляющими глазами смотрю на Наташу и к моему удивлению, она даже

возражает.

– Но, Юрий Петрович, проводить Олесю в отдел кадров и есть моë задание. Егор Александрович

лично попросил.

Да, звучит неуверенно, но спорить с генеральным директором всей корпорации ради девушки,

которую впервые видишь – это определенно смело.

Наташа – мой герой.

Само собой, ни к чему еë заступничество не приводит.

– Ну, можешь смело рассказать Егору Александровичу, что с заданием справилась, –

раздраженно поджимает губы Ярышев. – В отдел кадров Леся обязательно попадет. Только чуть

позже. Так, что, до встречи, Наташа.

Это вот “чуть позже” мне совсем не нравится.

Что опять задумал этот мужик?

Наташа лишь смотрит на меня с видом:

“Прости, сделала, что смогла”.

И попрощавшись, уходит.

– Очень рад встретить тебя здесь, давай прогуляемся, – Юрий ведет меня по коридору, а я

нехотя плетусь за ним.

– Может чуть позже? – Без всякой надежды спрашиваю я. – На обеденном перерыве, например. Я

всë же на работу пришла, странно, что сразу начну просто гулять.

Пока мы говорим, то уже успеваем подняться в лифте еще на пару этажей и выходим в шикарно

обставленном коридоре, который больше напоминает гостиницу, а не офис.

– Девочка моя…

Юрий открывает какую-то дверь электронным ключом и мы входим в просторную комнату, видимо

для отдыха – широкие белые диваны, бильярдный стол, громадная плазма на всю стену и даже

бар.

Он захлопывает за собой дверь и притягивает меня к себе.

– Мы оба знаем каким именно местом ты будешь работать здесь на Муратова. Так вот, Леся, –

голос Ярышева становится угрожающим. – Сейчас ты поработаешь этим местом и на меня. И

впредь, будешь являться ко мне по первому моему требованию. Поняла?

У меня внутри всë замирает.

– Нет, не поняла.

Я всë же пытаюсь возразить.

– Мне не нравятся ваши намеки, Юрий Александрович. Я вообще-то замужем.

– Что ж ты такая, упертая, девочка? – Голос Ярышева становится прерывистым и хриплым. –

Любишь своего ненастоящего мужа? Так постарайся ради его карьеры. Леся, ты меня с ума просто

сводишь, маленькая. Давай же, порадуй меня.

Он одним движением заламывает мне руку и бросает на ближайший диван лицом вниз.

Я быстро разворачиваюсь. Пытаюсь подняться, но не успеваю.

Ярышев бухается рядом и силой усаживает меня к себе на колени.

– Что ты делаешь?!

Я забываю обо всех приличиях и перехожу на “ты”. Настолько я напугана и шокирована

происходящим.

По широкому лицу Ярышева расползается сальная улыбка.

– Мне нравится, что ты наконец отбросила все формальности, малышка. Я конечно люблю, когда

девочки вроде тебя выказывают покорность и уважение, но предпочитаю, чтоб они это

демонстрировали поступками, а не словами. Да и не настолько я старше тебя, чтоб постоянно

“выкать”. Это вы – женщины очень быстро стареете и становитесь непригодными, а мужчины с

годами только становятся лучше, как хорошее вино.

– Ну, вот и общайтесь с ценительницами таких напитков. Я к ним уж точно не отношусь.

Я предпринимаю новую попытку подняться, но Ярышев легко возвращает меня к себе на колени.

– Ты просто не знаешь от чего отказываешься, детка. Скажи, в контракт с Егором входило

исполнение супружеского долга? Потому что, если ты оказываешь такие услуги, то не переживай,

я щедро заплачу. А за возможность поиграть по особенному…

Его рука ныряет мне под бедро и недвусмысленно шлепает по попе.

–... заплачу дополнительно. Я знаешь, ли очень люблю разнообразие.

Меня прошибает пот. Мне вообще не хочется углубляться и представлять, что именно входит в

это его разнообразие.

Явно ничего адекватного.

Старый извращенец, блин!

В голове мелькает сотня мыслей, что делать и ни одной толковой.

Могу конечно попробовать кричать или попытаться достучаться до Ярышева и сказать, что с его

деньгами он может найти девушку его типажа, которая будет только рада всему происходящему.

Но что-то мне подсказывает, что заводит Ярышева именно понимание того, что я к таким не

отношусь. Зато, я нахожусь в связи с другим мужчиной – богатым, успешным и главное молодым.

Его интересует процесс присвоения чужого и осознания своей власти.

Вот, что делать?

Даже позвонить Егору не получится. Ярышев просто не даст мне этого сделать.

Пока я лихорадочно прокручиваю в голове все варианты, ладонь Юрий скользит по моей ноге.

– Такая ножка стройная, так бы и съел, – пошло и мерзко шутит он. – А эти колготки

тоненькие… ммм… я просто порву их вверху, а на твоих ножках они останутся. Это особенно меня

возбуждает.

Божечки, меня сейчас стошнит.

Надо что-то делать и срочно.

Мой взгляд падает на бильярдный стол.

И я решаю рискнуть.

– Ну, нет. Так не пойдет, – как можно веселее отвечаю я. – Сам говорил, что хочешь

разнообразие, а уже все распланировал. Веселиться, так веселиться.

Судя по всему, эти слова – последнее, что ожидал от меня услышать Ярышев.

Его глаза удивленно округляются.

– Ого, а ты оказывается та еще штучка. И что же ты задумала?

– Игру в бильярд, – я отодвигаюсь и пересиливая себя, кокетливо подмигиваю. – На желание.

Кто выигрывает, тот и загадывает. Любое.

– Хах, действительно, прямо студенческие годы вспоминаются, – хмыкает Ярышев. – Ну, что ж,

давай. Тем более, в бильярд я играю отменно.

– У меня с этим тоже все в порядке, – самоуверенно улыбаюсь я и при этом нагло вру.

В бильярд я играла всего лишь два раза в жизни.

– Ну, что ж, малышка. Я даже не буду особо занудствовать, дам тебе шанс, – Ярышев подходит

к столу. – Можешь просто выбрать какие шары твои – полосатые или цветные?

– Цветные, – рассеянно отвечаю я, а сама становлюсь на другой край стола.

Как можно дальше от Ярышева и оглядываюсь.

Что же делать дальше?

Вариант просто тянуть время, в принципе не плохой, но как долго мне это удасться и главное

– поймут ли что меня пора спасать?

Очень сомневаюсь.

На то, что я выиграю у Ярышева и надеяться не стоит, а значит, нужно придумать что-то ещë.

Взгляд падает на кофемашину.

– Может хотите чего-нибудь выпить? – с самым простым видом спрашиваю я.

– А что? Играть мы уже не хотим? – Юрий подходит и вжимает меня в бильярдный стол.

Так, что я почти усаживаюсь на него, а мне в колено упирается его пах… подозрительно

твердый.

– Хочу конечно. Просто подумала, что пока вы смотрите за тем как я побеждаю, можете еще

кофейка попить.

Ярышев не сдерживает смешка.

– Леся, ты просто само очарование. Давно никто меня так не веселил. Но только я же просил –

на “ты”.

– Да, прости, никак не привыкну. – Я развожу руками. – Так что? Американо, латте, капучино?

Я всë умею делать.

– Какая умная и талантливая девочка, – губы Ярышева растягиваются в похотливой улыбке, а я

с трудом сдерживаюсь, чтобы не закатить глаза.

Он все будет приводить к пошлым намекам? Ладно это любят подростки в пубертатном периоде,

для них это прям особенно круто.

Но Ярышев же взрослый зрелый мужик.

Хотя, сейчас он явно думает не тем местом, которым нужно.

– Давай то, где больше пенки. Очень хочу чтоб ты еë потом слизала, – ухмыляется Юрий, а мне

так и хочется сказать: “Может уже выпьешь таблетки, да успокоишься? “

Но вслух, я конечно говорю совсем другое.

– Тогда капучино. Я пойду делать, а вы начинайте.

Как ни странно, Ярышев действительно ставит шары в треугольник, а после разбивает это

построение звонким точным ударом. Шары весело раскатываются по полотну, а я сосредотачиваюсь

на приготовлении латте, точнее капучино.

Сейчас это единственное, что я могу делать.

Налив готовый напиток в чашку я медленно подхожу к Ярышеву.

Сердце бешено барабанит от напряжения и того, что я собираюсь сделать.

– Твой капучино, – я изображаю услужливую улыбку.

– И моя девочка Леся, – добавляет Юрий и касается моих губ пальцем. – Правда же? Моя?

– Да хрен тебе!

Я выплескиваю ему в лицо ооочень горячий напиток.

– Ах, ты тварь! – Неестественно громко взвизгивает он, хватаясь за обожженные места.

А я со всех ног бросаюсь к двери, но едва врезаюсь в нее плечом, понимаю – изнутри она тоже

закрывается на электронный ключ.

Всë. Я попала. Страшно даже представить, что Ярышев со мной сейчас сделает.

Всего один удар сердца и он – с красной обожженной рожей оказывается возле меня.

– Ну, всë девка. Ты попала! Сейчас будешь делать то, что я скажу.

Он размахивается для удара и я невольно зажмуриваюсь.

По спине пробегает холодок, будто от непонятно откуда взявшегося сквозняка.

И раздается электронный короткий писк.

А ещë, я понимаю, что удара не следует.

Открываю глаза и вижу как запястье Ярышева крепко удерживает сильная мужская рука.

Лицо Ярышева медленно меняется.

– Слушай, ты…

– Нет, это слушай ты, – раздается над моей головой знакомый низкий голос, с угрожающими

нотками.

Сердце пускается сумасшедшим галопом.

Не знаю как, но Егор всегда оказывается рядом, когда мне это необходимо.

Сейчас, он не выпуская руку Ярышева, делает шаг вперед и я оказываюсь за его спиной.

Такой широкой, прямой и кажется – надëжной.

– Я скажу один раз, – рычит Егор.

Его лица я не вижу, но от одного тона становится страшно. Я не завидую сейчас Ярышеву.

– Если ты ещë раз тронешь мою жену, то у тебя не будет ни рук, ни компании, ни денег, чтобы

оплатить лечение.

– Ты, кажется, забыл, кто здесь главный, Егор? – Злобно цедит Ярышев.

– Да нет, – неожиданно фыркает Егор. – Об этом определенно забыл ты. Но ничего, я напомню.

– Муратов, не смей, – неожиданно резко выдает Юрий, но впервые за всë мое недолгое

знакомство с Ярышевым его голос звучит… испуганно?

Ого, так получается Егор действительно может сделать что-то такое, что навредит этому

похотливому пню?

– А это уже зависит и от тебя в том числе, – Егор берет меня двумя ладонями за плечи и

практически переставляет через порог.

Так, что я в один момент оказываюсь в коридоре.

– Леся, моя жена. Запомни это и завяжи у себя на узел всë, что на неë реагирует, – бросает

он через плечо и тоже выходит в коридор, захлопывая за собой дверь.

– Ну, что? Как ты, Лесь? – Спрашивает Егор и теперь я и в его голосе слышу что-то

совершенно новое для себя.

Но на этот раз, я слышу заботу.

И почему-то именно еë проявление вызывает у меня настолько сильную истерику, что я просто

бросаюсь к Егору и прижимаюсь к его груди щекой.

Не в силах произнести даже слово.

Всë, что я могу – это вдыхать тяжелый древесный запах его туалетной воды и вслушиваться в

сильный размеренный стук сердца.

– Испугалась, – тихо спрашивает Егор, нежно поглаживая меня по спине.

Я только молча киваю. Кажется, что если я только разомкну губы, как немедленно разрыдаюсь

как маленькая девочка.

А мне не хочется быть настолько жалкой в глазах Егора.

Но вся моя сила воли рушится, когда Егор приподняв мой подбородок пальцем, заглядывает в

глаза и низким, чуть хриплым голосом произносит:

– Лесь, прости меня. Прости, моя девочка. Я так виноват перед тобой. Я должен был

предусмотреть такой поворот.

И тут весь поток слез скопившийся у меня в груди, вырывается наружу:

– Да, да! Должен был! – Я хлопаю его ладонями в грудь. – Это было так ужасно. А он…а я…

Мысли разбегаются. Я не могу их нормально сформулировать, только громко всхлипываю, а

после, снова горячо его обнимаю и шепчу:

– Спасибо. Спасибо, что пришел и спас.

– А разве по другому могло быть, – Егор гладит меня по плечам. – Я ведь твой муж. И никому

не дам тебя в обиду.

Егор заводит меня к себе в кабинет, защелкивая за собой дверь. А я лишь краем сознания

понимаю, что делает он это на виду у всех.

– Что о нас подумают? – Я нервно улыбаюсь и сажусь на один из стульев, стоящих у длинного

стола, во главе которого стоит удобное офисное кресло, напоминающее трон.

Само становится очевидным, что это место занимает Егор.

– Даже не знаю, – хмыкает он. – Возможно самое страшное, – он понижает голос и заговорчески

добавляет. – Что мы с тобой – муж и жена.

– Это еще полбеды, – я рассеянно улыбаюсь. – Но все ведь могут начать представлять, чем мы

здесь занимаемся в разгар рабочего дня. Наедине. А ты ещë и дверь на замок закрыл.

Егор опирается на стол, прямо передо мной. Так, что мой взгляд оказывается на уровне его

живота и сплетает руки на груди.

– Хм, не совсем понимаю, – изящно вздергивает он бровь. – И что же ты имеешь ввиду? Чем это

мы можем заниматься в моем кабинете наедине, в разгар рабочего дня и за закрытой дверью.

Ой, всë. Кто меня вообще за язык тянул начинать эту тему?

Ясно же Егор только получит удовольствие, издеваясь надо мной.

Я надеялась, что он хотя бы сейчас не станет развивать этот разговор, после того, как

Ярышев меня практически набросился.

Но нет.

Даже сейчас Егор остается верен себе.

Или это он таким образом пытается меня отвлечь?

Что ж, тогда это у него отлично получается, потому что вместо страха и горечи, я снова

начинаю злиться и одновременно чувствовать неловкость.

Ну, не умею я на такие темы разговаривать!

Поэтому и сейчас пытаюсь еë перевести максимально быстро.

– Понятия не имею, – фыркаю я. И чтоб уж наверняка переместить внимание, я восхищенно

восклицаю. – Кстати, у тебя здесь такой шикарный стол.

Егор бросает на него взгляд и прищуривается.

– Правда? И чем же он так тебе понравился?

Я догадываюсь, что уже где-то есть подвох, но всë равно отвечаю.

Пусть и немного растерянно:

– Ну, он выглядит очень внушительно. Такой большой, широкий…

– … удобный, – подсказывает Егор с ухмылкой.

– Удобный, – инстинктивно киваю я, а потом до меня доходит насколько здесь всë

двусмысленно.

– Эй, ты опять за своë?! Да сколько можно! Имей уважение, в конце концов. Я только

несколько минут назад была в руках у отвратного мерзавца Ярышева!

– А что я такого сказал? – Пожимает плечами Егор, изображая из себя полнейшую невинность. –

Обсуждаю с тобой преимущества этого стола. Кстати, очень интересная тема, – нагло скалится

он.

– Прекрати! – Я злюсь еще больше. – Ты назвал его удобным. Для чего еще может быть удобным

стол, м? У тебя мысли только об одном. Вот уж, озабоченный.

– Вообще-то тему про стол начала ты, – прищуривается Егор. – Да и видишь двусмысленность в

этом. Так что, – он склоняется ко мне так близко, что я могу рассмотреть собственное

отражение в его зрачках. – Озабоченная у нас ты. Но я как примерный муж готов поддержать и

разделить твои интересы.

– Просто герой, – язвлю я.

– Что есть то, есть, – отвечает тем же Егор, склоняясь еще ближе.

И вдруг, резко серьезнеет.

– Леся, – зовет он меня. – Помнишь наш спор? Про покупку и чувства. Так вот… кажется я

проиграл.

Я невольно улыбаюсь.

– Если это такой способ отвлечь меня от происшедшего, то он довольно странный. Но не могу

не признать, вполне себе рабочий.

– Тц, – Егор цокает языком. – Сначала женщины ничему не верят и критикуют.

А потом жалуются, что мы не даем им романтику.

– А может дело в том, как вы себя ведете до этого и после? – Я склоняю голову к плечу. –

Сам подумай, много ли причин у меня тебе верить?

Егор склоняет голову к плечу.

– Соглашусь, если ты мне назовешь хоть один случай, когда я тебе врал.

– Ты сказал, что наш брак – просто формальность, – я легонько тыкаю ему в грудь

указательным пальцем.

Но Егор плавно и сдержанно, касается моего запястья, уже не давая убрать руку.

Какие же горячие у него пальцы, будто согревают мою кожу изнутри.

– И что не так? – Бархатисто спрашивает он, а у меня от этого тембра, невольно бегут

мурашки по коже. – Брак у нас до сих пор ничем существенным не закреплен. И между прочим,

исключительно по твоей вине.

– Наши поцелуи и разговоры о моей беременности – это по твоему не существенно? – Я

вскидываю бровь и тут же возмущенно уточняю. – И почему это исключительно по моей вине? Вот

не надо тут сразу меня обвинять.

– А ты хочешь, чтобы наш брак стал настоящим, а не просто официальным? – Егор склоняет

голову к плечу, отчего карие глаза становятся еще более выразительными.

Этот вопрос и взгляд выбивает у меня почву из-под ног.

– Я… я не знаю, – растерянно бормочу я. – А разве ты этого хочешь?

– Ну, жениться и завести детей мне всë равно рано или поздно придется, – Егор пожимает

плечами. – А ты не самый худший вариант, – с привычной ехидностью добавляет он и я толкаю

его в грудь уже другой рукой.

– Не худший вариант?! Ах, ты гад! Егор, ну разве можно быть настолько невыносимым

человеком?!

– Мне можно всë, – ухмыляется Муратов. – А тебе – почти всë.

– Как щедро с твоей стороны, – фыркаю я.

А Егор вместо следующей колкости, смотрит на меня очень внимательно и бережно убирает мой

локон, упавший на лицо.

– Так, что? Ты готова попробовать? – Неожиданно серьезно спрашивает он.

Мне очень хочется ответить да, но вместо этого я делаю шаг назад и качаю головой.

– Я ничего не могу обещать и говорить, пока Ярышев нарезает вокруг нас с тобой круги, будто

акула.

Взгляд Егора в мгновение ока превращается в лед.

– Я и сам ему не позволю больше угрожать тебе. Только что он переступил черту. Но знаешь,

то что он собирался сделать теперь нам только на руку.

Он хмыкает.

– Этот придурок забыл об одной маленькой детали – в той комнате стоят камеры, которые еще и

звук записывают. Вряд ли что-то выгорит с полицией, но глава корпорации, который бросается

на жен других директоров вряд ли понравится совету.

Мне бы радоваться, но я слишком устала от всего этого. От грязи, которая неизменно

сопровождает это такой грязи, которая находится в высшем обществе.

Я поднимаю глаза и честно признаюсь:

– Егор, я устала. У всего есть предел и я больше просто не могу здесь находиться.

– Хорошо, я понимаю, – кивает Егор, но я качаю головой.

– Нет, я хочу к себе домой.

Наступает пауза, после чего Егор говорит тихо, но твердо.

– Прости, Леся, но нет. Только когда ты рядом я могу обеспечить тебе безопасность. Поэтому,

ты останешься рядом со мной. А здесь или у меня в особняке – это уже как хочешь.

– М-да, отличный выбор, – фыркаю я. – В любом случае будет по твоему.

– А как иначе? – Егор ухмыляется и разводит руками.

– Надо не просто показать все записи советам, – я вспоминаю все те сплетни, которые

рассказала мне Наташа. – Ярышев не только ко мне приставал. Он это делал еще с несколькими

девушками здесь. Обе уволились после этого.

– Хм, – Егор потирает подбородок. – Хорошо бы их найти.

– Одна клинингом занималась, а вторая работала в отделе кадров. – Рассказываю я.

– Если найдем и уговорим вас всех троих подать в суд за домогательства на рабочем месте и

злоупотребление должности, тогда совету будет еще интереснее, – хмыкает Егор. – Плюс, записи

с видеокамеры. Мне нравится.

– Мы правда это сделаем? – я невольно сжимаю руку Егора, на что он невозмутимо кивает.

– Ну, конечно. Ярышев уже конкретно так обнаглел и потерял последний страх. Потому что

лезть к моей жене – это надо быть полнейшим придурком.

– У нас же просто контракт, – я упираюсь лбом Егору в плечо, а он меня мягко обнимает.

– Но даже согласно ему – ты моя жена. А значит, твои безопасность и спокойствие – это моя

ответственность. Я сейчас попрошу тебя отвезти домой, а сам наведу справки про этих девушек

и изыму записи.

– Хорошо, – я бросаю взгляд на дверь, но после снова смотрю на Егора. – Только пообещай,

что будешь осторожен.

Он изгибает бровь.

– Ну, ничего себе. Неужели это забота о зажравшемся наглом богаче?

Я невольно улыбаюсь и легонько целую его в щеку.

– Нет, это забота о моем муже. Тем более, у него настолько сильный враг.

– Всë со мной будет в порядке, малышка, – Егор гладит меня по спине. – Ярышев считает себя

всесильным – это его и свалит с пьедестала.

Как же я глупо себя чувствую. Так долго просила о том, чтоб меня, наконец, оставили одну и

дали перевести дух. Но едва я села в машину Егора, чтоб водитель отвез меня в особняк, как

мне становится не по себе.

Меня снова накрывает пугающая мысль – а что если с Егором что-то случится?

Он ведь встал на дороге у слишком могущественного человека.

Да, Егор и сам очень влиятельный, но явно уступает Ярышеву.

Нервозность нарастает и я не выдержав, хватаю мобильный и набираю ему.

– Да, Лесь, – отвечает Егор через пару длинных гудков.

– Ты в порядке? – Торопливо спрашиваю я. – Ничего не произошло?

– Ну, минуту назад я вошел обратно в фойе центра и даже нажал на кнопку вызова лифта, –

хмыкает в трубку Егор. – Как видишь, спустя минуту после твоего отъезда в моей жизни

случился настоящий водоворот событий.

– Я вообще-то переживаю, – фыркаю я. – Мало ли, что могло случиться. И вообще, на лифте не

едь, поднимайся по лестнице.

– На двенадцатый этаж? – Уточняет Егор. – Мне просто нужно именно туда.

– Ничего страшного, ты – спортсмен. – Парирую я. – А на лифте сейчас опасно. Мало ли, что

он решит сделать.

– Полезет в шахту лифта и перережет железные тросы как злодей из старого фильма? – Уточняет

Егор.

– Он наймет, кто это сделает, – убеждаю я. – А ещë, ничего не ешь и не пей. Вообще. И когда

будешь возвращаться, пересаживайся из машины в машину. Мало ли, может там будут какие-нибудь

киллеры.

– Маленькая моя, – Егор посмеивается. – Ты смотрела слишком много криминальных сериалов. Но

мне приятно, что ты обо мне беспокоишься.

– Только попробуй не вернуться к семи вечера, ясно? – Угрожаю я. – Ты хотел себе жену?

Значит, будь добр, мирись и с темной стороной семьи.

– Я пока этой темной стороны не вижу, – судя по голосу, Егор улыбается. – Кажется, впервые

в жизни кто-то действительно ждет меня, а не выгоды, которую я принесу.

– Ты просто не знаешь, насколько я меркантильна, – с вызовом отвечаю я. – Именно поэтому, я

беспокоюсь, чтобы с тобой всë было в порядке и я могла очень долго тобой пользоваться.

– Ммм… , – бархатисто протягивает Егор. – Мне нравится как это звучит. Я очень даже за,

чтобы ты мной пользовалась. Тем более долго.

– Озабоченный! – Фыркаю я и сердито сбрасываю звонок.

И всë же, весь разговор у меня вызывает улыбку.

Интересно, с каких это пор мне стало настолько нравиться общаться с Егором?

Даже не знаю. Это случилось совсем не заметно.

По приезду в особняк, я еще пару раз созваниваюсь с Егором, чтобы убедиться, что с ним всë

хорошо.

Но уже вечером, он пропадает.

Начиная с пяти часов, Егор не берет трубку.

Шесть часов, семь, восемь.

Я даже звоню в офис, но никто не отвечает.

Девять, десять.

В конце концов, время близится к полуночи, а мой муж с работы так и не вернулся.

Боже мой, что же делать? Так и знала, что нужно было оставаться с ним. Да, я бы ничем не

помогла, но все опасности бы встретила вместе с Егором. А теперь, я одна и мне дико страшно.

Что в таких случаях делают обычно? Вроде звонят по больницам и моргам.

Наверное ещë в полицию надо будет зайти.

Написать заявление о пропаже человека. Я в каком-то сериале видела, что самые важные часы

при поиске – это первые. Потом шанс найти человека живым существенно снижаются.

Брр… , ужас какой. Даже думать не хочется о таком.

Но я всë же решаюсь взять себя в руки и набираю первой же государственной больнице, которая

находится в районе между офисом, где работает Егор и его домом.

– Приемное отделение, – раздается в трубке спокойный женский голос, а я теряюсь и чуть

заикнувшись, говорю:

– Добрый вечер, в смысле ночь. Подскажите, мой муж пропал. Я переживаю, сто с ним что-то

случилось? К вам не поступал случайно Муратов Егор Александрович?

– Секундочку, я проверю.

Повисает мучительная пауза, после чего женщина сообщает:

– Нет, пациенты с такой фамилией не поступали. И пострадавшие без идентификации личности

тоже. Обратитесь в полицию, на всякий случай.

– Да, спасибо большое.

Я сбрасываю звонок и поспешно скинув легкий спортивный домашний костюм, подхожу к двери в

гардероб, чтоб переодеться.

Мысли уже полностью заняты поездкой.

Надо не забыть паспорт и блин, я не помню. Сейчас нужно ждать трое суток после пропажи

человека для подачи заявления или нет?

Ладно, в любом случае съездить стоить. В полиции мне всë расскаж…

– Какой прекрасный вид, – раздается у меня над ухом.

– А!

От неожиданности я вскрикиваю и поворачиваюсь так быстро, что едва не падаю.

Но меня вовремя ловят руки Егора.

– Фух, ты вернулся, – я с облегчением выдыхаю, но тут же хлопаю ему поьгруди ладонью.

– Ты с ума сошел? Нельзя так подкрадываться! Я чуть инфаркт не поймала! И вообще, уже

двенадцать ночи. Где ты был?

Егор ухмыляется.

– Оу, так вот как выглядят семейные скандалы? Как по мне, так очень соблазнительно.

– Прекрати шутить! Я вообще-то все больницы и морги обзвонила, – преувеличиваю я для

большей важности. – Сейчас вот в полицию собиралась ехать.

– Всë хорошо, малышка. Я решал проблемы. Сама знаешь и завтра нам уже есть о чем поговорить

с Ярышевым с позиции силы.

Внутри у меня всë ликует, но я всë равно продолжаю соблюдать образ строгой жены.

– А позвонить нельзя никак было? – Я упираю руки в бока. – Ты вообще-то женат. Сам любишь

повторять это.

– Виноват. Как мне загладить вину?

Егор склоняет голову к плечу, а голос становится на тон ниже.

– Может, так? – Он склоняется ко мне и медленно, чувственно целует в губы.

– Этого мало, – выдыхаю я, когда он отстраняется.

– Тогда так?

Егор кладет мне ладонь на талию, притягивает к себе теснее и на этот раз, захватывает

губами нежную кожу на моей шее.

По телу немедленно проносится табун мурашек.

Я запрокидываю голову, зажмурившись в потолок. И у меня вырывается тихий стон, вперемешку с

выдохом.

– Всë равно недостаточно.

– Вот как? Тогда постараюсь уже как следует.

Наступает короткая пауза. Я слышу немного учащенное дыхание Егора, улавливаю яркий свежий

аромат эвкалипта и чайного дерева, вероятно от его духов.

А после, охаю от неожиданности, потому что оказываюсь на руках.

Пару мгновений и я уже лежу на кровати, а губы Егора, снова жадно захватывают мои.

Но конечно больше остального меня сводят с ума прикосновения.

Я даже представить не могла, что обычные касания ладонью, даже не поцелуи, а просто легкие

поглаживания, могут настолько будоражить всë тело.

Егор проводит подушечками пальцев по моей шее, вынуждая снова запрокинуть голову.

После спускается ещë ниже, к плечам, слегка массируя их двумя ладонями.

Пару секунд и я уже осознаю, что лишилась и бюстгальтера, и трусиков.

Дальше ещë ниже – грудь.

А ладони Егора немедленно касаются еë. И первые же прикосновения, буквально выбивают из

меня сдавленный стон.

Ладони Егора будто с каждой секундой становятся все напористее, а спустя секунду к ним

присоединяются ещë и его губы. Которые попеременно захватывают то, правую, то левую грудь.

У меня снова вырывается стон, куда более протяжный и громкий.

Сердце колотится так оглушительно, что кажется его можно услышать на другом конце города.

Ладони и губы Егора скользят ещë ниже.

Он прокладывает дорожку из легких, влажных поцелуев вниз по животу.

Задерживается около пупка, обрисовывая его языком.

Я бы уже давно пыталась его оттолкнуть, вырваться. Уж слишком непривычные ощущения я сейчас

испытываю.

А поцелуи продолжают горячей дорожкой спускаться вниз.

И чем ниже Егор опускается, тем лихорадочнее я начинаю дышать.

А после, его язык касается самой чувствительной точки.

Я вскидываюсь, громко вскрикнув.

– Подо… подожди. Стой.

Но Егор и не думает останавливаться. Лишь властно кладет ладонь мне на грудь, вжимая

обратно в кровать.

Для меня это совершенно новый опыт. Тело не знает как реагировать, подрагивая от

нахлынувшей чувственной волны.

Стас никогда со мной такого не делал.

А поцелуи не прекращаются. К губам присоединяется язык и мой стон повторяется. Потом еще и

еще.

– Погоди, – я мечусь на подушке. Вся взмокшая и дрожащая. – Стой. Это слишком… слишком…

ммм…

Но Егор будто и не слышит. Приподнимается надо мной. Теперь его губы сменяют пальцы.

Длинные и настойчивые в своей безжалостности.

Я уже забываю о любой сдержанности. Стоны переходят в всхлипы. Голова кружится, а ноги

подрагивают.

Очередное круговое настойчивое движение пальцев Егора, его поцелуй, который ложится на мою

грудь, с легким прикусыванием и меня накрывает волна безумной эйфории.

Тело сначала напрягается до предела так, что я резко выгибаюсь. А после, безвольно падаю

обратно на подушку.

Голова идет кругом.

Я кожей чувствую его желание, хоть он и пытается не торопиться. Целует, массирует плечи

жадно и путанно. Хочет большего.

Да и я тоже. Хотя отчаянно боюсь это показать.

– Леся, малышка моя, – выдыхает он, двигаясь вперёд всем телом.

И я уже не могу сдержать стона.

Что же дальше?

Я обхватываю его талию ногами, притягивая к себе, отчаянно закусываю губу, чтобы стонать не

так громко.

– Твоя…да, твоя, – шёпотом отзываюсь я.

Пытаюсь заполнить нехватку ласки, страх будущего, неуверенность в себе, которые давили на

меня всё это время.

С ним я вспыхиваю как спичка. Безумие.

Егор кладет руку мне под спину, приподнимает и вжимает в себя, полностью контролируя и не

давая двинуться лишний раз.

Он управляет и решает, что будет дальше. И хорошо, потому что я сейчас думать не могу

совсем. Лишь стонать и запрокидывать голову, полностью отдавшись в его руки.

В какой-то момент Егор до безумия взвинчивает темп.

Вскрикнув, я выгибаюсь от наслаждения и прижимаюсь к нему всем телом.

Егор прихватывает кожу на шее, толкается ещё дважды, после чего замедляется.

Боли нет. Только блаженство и невесомость. Тело мелко подрагивает. Осторожно выдохнув, он

целует место своего укуса и спрашивает:

– Ну, что? Я загладил свою вину.

– Разве что частично, – слабо улыбаюсь я.

– Тогда пойдем на второй круг, – Егор нежно прикусывает мне мочку уха, а после шепчет:

– Не знаю, почему все так не любят, когда жена скандалит. По моему это невероятно

увлекательный процесс.

Егор

Что за девчонка? Даже после целой ночи марафона, смотрю на неë и снова хочется взять.

Какое-то непреодолимое желание раз за разом делать еë своей. Всю без остатка.

Она будто из разряда напитков, которые чем больше пьешь, тем больше хочется.

Но даже это не всë. Мне хочется не только иметь.

Но и любить, защищать, заботиться. Дать Лесе всë, что она захочет и даже больше.

Вот и сейчас, она спит, разметав по подушке светлые локоны и забавно раскинув во сне руки,

будто желая обнять весь мир.

А у меня не хватает выдержки даже на то, чтобы просто смотреть.

Я склоняюсь и целую еë в худенькое плечико. Как можно невесомее и нежно, чтобы случайно не

потревожить еë сон.

Последние дни для Леси превратились в кромешный кошмар.

Она заслуживает того, чтобы отдохнуть.

А вот мне как раз отдыхать нельзя. Если я действительно хочу защитить еë спокойную жизнь.

Забавно.

Я ведь и затеял всю свадьбу, чтобы выслужиться перед Ярышевым, произвести положительное

впечатление.

А теперь, я собственноручно собираюсь сбросить человека которого раньше даже побаивался.

Но ради Леси я пойду и не на такое.

Аккуратно выбравшись из под одеяла, я направляюсь в душ.

Освежившись, собираюсь и выпив кофе с омлетом, выезжаю из дома.

Видео домогательств я уже получил. И вчера успел поговорить с Ксюшей – бывшей работницей

отдела кадров к которой тоже приставал Ярышев.

Она согласилась давать показания против него только при условии, что будет еще кто-то кроме

Леси.

А со второй девушкой – Кариной, которая работала в клининге мы договорились встретиться с

самого утра.

Смогу убедить еë и всë. Ярышев у нас в кармане.

Меня немного смутило то, что Карина мгновенно поняла кто я такой. Хотя лично, мы с ней

кажется и не разговаривали ни разу.

По крайней мере, я даже не помню как она выглядит.

Еще более странно, что она отказалась от ресторана и пригласила меня к себе домой.

Обычно женщины куда внимательнее относятся к своей безопасности (что на мой взгляд очень

правильно).

Ну, что ж. Это еë выбор.

Навигатор меня приводит в один из городов-спутников нашего.

Высокие панельные дома немного давят серостью, но немного сглаживает впечатление

находящийся поблизости парк.

Припарковавшись, я нахожу нужную парадную.

Карина впускает меня я помощью домофона и поднявшись на последний этаж, я почти сразу

лицезрею стоящую в дверях высокую сочную брюнетку. С ультра короткими шортами и топом с

глубоким декольте.

Но мое основное внимание привлек ребенок с любопытством выглядывающий из-за ноги мамы.

Мальчик. Кажется года два.

А это… это очень подходит по возрасту, когда к ней подходил Ярышев со своим великолепным

предложением забеременеть.

Так чей это сын?

– Доброе утро, – приветствую я Карину.

Изо всех сил удерживая себя от желания начать вопросы по поводу происхождения ребëнка

немедленно.

– Доброе утро, Егор Александрович, -торопливо здоровается Карина, пропуская меня в

квартиру. – Очень рада, что вы пришли. Сейчас, заброшу это чудо соседке, чтоб не мешал.

Она берет мальчика на руки. Он не капризничает, не плачет, а просто продолжает с

любопытством смотреть на меня круглыми серо-голубыми глазами.

– Да он и не мешает совсем, – я улыбаюсь. – Наоборот, такой молчун. Мужики много не

разговаривают, да?

Я подмигиваю и протягиваю ему руку.

– Тебя как зовут, мужик?

– Миса, – на удивление парнишка не теряется, а с каким-то благоговейным трепетом жмет мою

руку своей маленькой пухлой ладошкой.

– Михаил, значит. Сильное имя, – я улыбаюсь, а мальчик смущается и прячет лицо у мамы на

плече.

Да уж, есть в этом что-то особенное для мужчины.

Когда видишь мать с ребенком на руках. Как будто в голове вспыхивает осознание той

единственной цели ради которой стоит жить и то, что нужно защищать несмотря ни на что.

Даже ценой своей жизни.

А ещë, в голове кажется, впервые в жизни вспыхивает вопрос – интересно, а какого это, когда

перед тобой не просто женщина с ребенком, а твоя любимая? И малыш, который вот так же

смотрит на тебя круглыми, но уже твоими глазами? Такого же цвета?

Воображение услужливо рисует картинку с Лесей, которая держит нашего сына.

И чтоб его, мне очень это нравится.

– Нет-нет, – прерывает мои планы чуть резковатый голос Карины. – Я знаю, что будет мешать.

Одну секунду.

Она выходит из квартиры и стучится в соседнюю.

Очевидно, что это в порядке вещей, потому что мальчик спокойно идет на руки открывшей им

женщине с опухшим, заспанным лицом.

– Всë, вечером сочтемся, – бормочет Карина. – Я тебе уже всë рассказывала.

– Да, помню, – женщина зевает и закрывает дверь.

– Ну, вот мы и одни, – Карина возвращается и провожает меня на просторную, но захламленную

кухню с целой кучей пустых бутылок напитков разного рода крепости.

– Может за встречу? – Подмигивает она.

– Сейчас десять утра, а у тебя ребенок, – я изгибаю бровь. – Помни об этом.

– Я просто предложила, – хихикает она. – Давай по кофейку тогда.

Она бросает мне в чашку растворимый кофе и включает электрический чайник.

– Что насчет темы нашего разговора? – Долго засиживаться я не собираюсь, так что перехожу к

главному.

– Ты по поводу Ярышева? – Она пожимает плечами. – Ну, он долбанутый, но богатый. Да и его

женушка тоже. Платили мне за то, чтобы я с ним спала, а женушка за этим наблюдала и иногда

тоже участвовала. Извращенцы ещë те. Но щедрые. Что есть, то есть.

– Почему тогда ушла от них? Раз всë устраивало? – Спрашиваю, глядя на Карину.

Та пожимает плечами и будто невзначай так наклоняется ко мне, что ее грудь оказывается

прямо перед моим лицом.

Хорошая такая грудь. Сочная.

Раньше, я бы на такой сигнал точно отреагировал, но сейчас у меня совсем другие приоритеты.

– Они хотели, чтоб я ребенка им родила. Я забеременела. Вот только, – Карина пожимает

плечами. – Юрий сделал тест ДНК. Оказалось, что корпоратив нашей компании имел последствия.

Она зачем-то делает паузу и смотрит на меня.

– Ясно. – Я хмыкаю. – Ребенок не его.

– Да не его, – она склоняет голову к плечу. – Егор, ты меня совсем не помнишь, что ли?

– Нет. А должен?

– Ну, хотелось бы. – Иронично усмехается она. – Потому что на том корпоративе, я переспала

именно с тобой.

Я свожу брови к переносице.

– Это что? Шутка такая? Хочешь сказать…

– Да. Миша – твой сын. Сюрприз. Когда ты позвонил, я думала, что ты вспомнил. – Карина

разводит руками.

Наступает пауза, во время которой я смотрю на Карину в упор, после чего спрашиваю.

– Скажи, пожалуйста, ты совсем головой долбанулась? Я если даже и встречал тебя в коридорах

компании, то вообще не обращал внимания. Даже лица твоего помню.

– Пф, милый, – улыбается Карина. – Ты ведь уже взрослый мальчик. Наверняка знаешь, что для

того, чтобы сделать ребенка, нужно совсем не лицо.

Тьфу, ты.

Я мысленно сплевываю.

А ещë мужиков пошляками называют.

– Ну, прости, другие места я уж точно не запоминаю, – презрительно фыркаю.

– Но я могу показать, – Карина многозначительно проводит пальцем по ложбинке на груди. –

Вдруг, всë-таки узнаешь?

Мне это надоедает.

– Так, давай, завязывай. Во-первых, не держи меня за идиота. Миша – славный парень, но быть

моим сыном он точно не может. Хочешь доказать обратное – жду подтверждение днк-экспертизы.

Карина надувает пухлые, но на удивление естественные губы.

– Пф, Егор, ну почему ты такой жестокий? Я вообще-то пока работала, только о тебе и

мечтала. Ты когда позвонил, я чуть с ума от радости не сошла. А ты берешь и не веришь мне.

Карина поднимается и берет меня за руку..

– Ты ведь еще не женат, я точно знаю.

– Только не говори, что ты сейчас достанешь кольцо, встанешь на колено и попросишь моей

руки, – хмыкаю я. – Кстати, не знаю, что у тебя за источники, но совершенно точно устарели.

Я женился.

Взгляд Карины остается совершенно не меняется.

– Я готова и на роль любовницы.

– Но к этому не готов я, – закатываю глаза. – Хватит уже. Не позорься. Давай поговорим

нормально. У тебя есть претензии к Ярышевым?

– Под них копаешь? – Карина возвращается на стул. – Что ж, у меня к ним претензий нет. Но

есть один материальчик, который я засняла, когда там была. Как знала, что это можно будет

продать.

– Покажешь? – Я приподнимаю бровь.

Карина что-то щелкает на телефоне и протягивает мне.

Но в руки не дает.

На видео я четко вижу Юрия с какой-то молодой девушкой:

“– Смотри не перепутай. – Говорит он, передавая какой-то флакон. – Не более 10 капель в

день. Мне надо, чтоб отец плохо соображал, а не чтоб откинулся. Сомневаюсь, что он напишет

адекватное завещание на меня. Я ж для него слишком “гнилой”. – Фыркает он. – Вот, пусть

тогда сам побудет овощем. “

Сказать, что я охренел от этого видео, это ничего не сказать.

Как говорится – искал медь, а нашел золото.

Проклятье, а ведь последние года отец Ярышевых и правда сильно сдал. Причем, как-то

внезапно.

– Сколько хочешь за это? – Спрашиваю я.

– Хех, – Карина ведет плечом. – Два миллиона и ты признаешь Мишу своим.

Я вскидываю бровь.

– Давай уж, не фантазируй. Даю пять миллионов. И крайне советую воспользоваться. У меня на

Ярышева и так есть компромат. А если ты откажешься, то вряд ли тебе еще кто-то предложит

такие деньги.

Карина поджимает губы, а после фыркает.

– Ладно. Пусть будет пять. Переведешь мне на счет и видео твоë.

Карина поднимается из-за стола.

– Подождешь, пока я оденусь?

Я изгибаю бровь.

– А куда ты собралась?

– Ну, как же? – Она усмехается. – В лабораторию. Сам же сказал про тест днк. Сейчас ещë

Мишу одену.

Стоп, что? Она серьëзно?

Пока мы направляемся в лабораторию, Карина не прекращает болтать о какой-то ерунде, в

которую я даже не собираюсь вникать.

Тем более, мои мысли сейчас заняты совсем другим.

Я смотрю на сидящего на заднем сиденье мальчика.

У Карины машины нет, но к счастью соседка одолжила детское кресло и он надежно пристегнут.

И всë равно, я веду машину настолько аккуратно, насколько это возможно.

Тем более, что малыш почти сразу уснул.

Неужели Миша – это мой сын? По лицу непонятно. Он светленький, в отличии от меня, но это

конечно ничего не значит.

В детстве и я был куда светлее.

Сам корпоратив трехлетней давности, я разумеется не помню. Но поведение у меня было куда

более веселое.

Не в выпивке, ни тем более в женщинах я себе никогда не отказывал.

И да, лица многих как и имена, я совершенно точно не вспомню.

То есть, в теории… в теории Миша и правда может быть моим сыном.

Вот же ж…

Я даже не знаю как на это реагировать.

В голове пустота, осознать не получается. Слишком неожиданная новость.

Я даже не задумывался о том, хочу ли я детей. Но вполне возможно, что жизнь в который раз

всë решит за меня.

Карина настаивала на одной конкретной лаборатории. Вполне неплохой и недалеко.

Но именно из-за того, что она предлагала именно еë, я выбрал другую.

В центре и совершенно точно независимую. Она слишком дорожит репутацией своих клиентов,

чтоб делать какие-то фабрикации.

Сдав материал, я веду всех обратно в машину.

Миша с крайне важным видом вышагивает на еще нетвердых ножках впереди.

Явный предводитель.

Так забавно.

Но посадив всех в машину, я поворачиваюсь к Карине.

– Я конечно проверку устроил, но очень сомневаюсь, что все твои россказни – правда. Про

что, про что, а про защиту я помню в любом состоянии.

Карина молчит и я не могу по еë лицу понять – она волнуется или наоборот, спокойна по этому

поводу?

Ладно. Всë.

Экспертиза покажет, а у меня сейчас другая головная боль.

– Я с банком созвонился, – перевожу я тему. – Укажешь счет и тебе сначала переведут пятьсот

тысяч. Я отправлю видео на проверку. Если подтвердят подлинность, переведу остальное.

– Даже не половину? – Возмущается Карина, но я лишь резко отрезаю.

– Да. Даже не половину. Доверять тебе мне нет никакого резона.

– Ладно.

Карина продиктовывает номер счета из мобильного банковского приложения.

И когда деньги приходят, я отбираю телефон, на всякий случай.

– Всë. Дожидайся вечера, – командую я.

Отвезя их домой, я привожу телефон к старому приятелю по универу, который теперь управляет

IТ-компанией.

И пока мы общаемся, его ребята шаманят над видео.

Проходит меньше часа, когда мне сообщают вердикт – видео подлинное.

А значит, Юрий Ярышев у меня под колпаком.

Егор

Я приезжаю в компанию уже к обеду и едва подхожу к своему кабинету, как ко мне подбегает

Наташа.

– Егор Александрович, добрый день. Вас с самого утра разыскивает Юрий Петрович.

– Говорил по какому поводу? – Я останавливаюсь около двери.

– Нет, но очень сильно просил, даже требовал, чтоб вы к нему зашли, когда приедете.

Наташа обнимает себя за плечи.

– Если честно, он какой-то нервный был, дерганный. Никогда его таким не видела.

Не удивительно. Скорее всего чувствует, что я под него копаю. Или вообще, ему уже всë

доложили. Только поздно уже дëргаться . Он попался. Даже интересно, что он хочет мне

сказать?

Будет пытаться договориться или начнет угрожать?

– Спасибо, Наташ, сейчас зайду. – Киваю я.

Но сам не тороплюсь.

Сначала захожу к себе и включив компьютер, связываюсь с китайским отделением, чтобы

огласить им сроки поставок.

Потом просматриваю сметы по закупкам и корректирую до необходимого объема, выпиваю кофе,

всë это время игнорируя разрывающийся внутренний телефон.

И только после этого, иду к Ярышеву.

Ничего, ему полезно понервничать. Слишком уж этот урод поверил в свою неприкосновенность.

Поднимаюсь на последний этаж, где расположены зал совещаний и кабинет главы корпорации.

Меня уже на выходе из лифта ловит миловидная блондиночка, типаж Леси – очередная секретарша

Ярышева очевидно.

Что и говорить, Ярышев своему вкусу не изменяет.

– Егор Александрович, вас Юрий Петрович давно уже ждет, – щебечет блондиночка. – Пыталась

вам дозвониться, но вы не брали трубку.

– Я был занят, – коротко бросаю я и вхожу в кабинет к Ярышеву.

Он сидит у себя за столом и откинувшись на спинку кресла, раздраженно покачивает ногой.

Увидев меня, тут же выпрямляется.

– Егор, неужели решил почтить меня своим присутствием? – Саркастично спрашивает он.

– Я работал, – невозмутимо сажусь на стул напротив. – В нашей корпорации ведь ещë можно

работать? Или полагается проводить всë свое время за кувырканиями с молодыми девочками?

Лицо Ярышева дергается от гнева.

– Юля, выйди, – бросает он, а после поднимается и обойдя стол, нависает надо мной. – Егор,

что ты творишь?

– А что я творю? – Изгибаю бровь. – Уточните суть вопроса. Я не понимаю о чем он.

– Думаешь, я не знаю, что ты снял копию с записи из комнаты отдыха? Или что ты с Ксюшей и

Кариной встречался?

– И? – Я продолжаю сознательно действовать Ярышеву на нервы.

– И я тебя по хорошему прошу, не лезь куда не следует. Да, я понимаю. Ты психанул, что я на

твою бабу полез. Заметь, даже ничего не сказал, что ты прервал нас. Больше я еë трогать не

буду. Но и то, что ты сейчас делаешь.

Ярышев опускает подбородок.

– Ты не понимаешь, что слишком мелкий для меня. Продолжишь всë раскручивать, то я знаю как

на тебя надавить. Поэтому, давай просто прекратим и продолжим жить и общаться как до этого

инцидента.

Я спокойно выслушиваю его, а после бросаю.

– Хорошо. Я подумаю на этот счет. Теперь я могу идти? Или у вас есть еще какой-то важный

вопрос?

– Иди, – цедит Ярышев, прожигая меня ненавидящим взглядом.

Олеся

Без Егора и без того огромный дом, кажется еще больше. Но при этом становится холодным и

пустым.

Хотя, кроме меня здесь есть как минимум горничная, повар и конечно же охрана.

Это я еще не беру во внимание персонал о котором я не знаю.

Может здесь садовники есть или кладовщики.

Не удивлюсь, на самом деле.

Позавтракав, я сначала набираю Егора, но почти сразу скидываю.

Он же поехал решать проблемы с Ярышевым. Лучше не мешать ему.

Вместо этого, пишу ему сообщение: У тебя всë хорошо? “

Но ответа не приходит. Радует, что хотя бы сообщение дошло.

Побродив по дому, я слышу звонок и мчусь к телефону, который как назло забыла на первом

этаже.

Да уж, особняк это вам не квартира-студия, где можно одной рукой заправлять кровать, а

второй – готовить себе завтрак на “кухне”.

В доме у Егора и потеряться можно.

Наконец, я нахожу телефон, но на экране высвечивается номер Вани, а не Егора.

Звонок брата – это никогда не сулит ничего хорошего. Если Ваня звонит, значит, ему что-то

от меня нужно.

Мысленно закатив глаза, я нажимаю “ответить”.

– Привет, Вань, что надо?

– Что надо? – Поражается брат. – Леся, ты вообще офигела? Забыла про мать? Когда ты ей

последний раз звонила?

– Я только позавчера вечером прилетела с Фиджи, а вчера было некогда. Да и мама обычно сама

звонит, когда ей что-то нужно.

– Ага, звонит, – фыркает Ваня. – Пока ты на Фиджи своих загораешь, твоя мать попала в

больницу. Деньги нужны. Срочно!

– Что с ней? – Испуганно спрашиваю я.

– Что-то с мочевым пузырем или желчным. Кароч, камни надо вытаскивать или как там это

называется. А у нее что-то со страховкой. В общем, деньги нужны. Только тебя и ждем.

– Но Егор же тебе переводил. Я точно знаю. – Дрожащим голосом спрашиваю я, а сама начинаю

быстро одеваться. – Дай сейчас, потом решим этот вопрос.

– Издеваешься? Это ты у нас жена миллиардера, вот и раскошеливайся, бегом.

– Но у меня ничего нет, – я теряюсь ещë больше. – Ладно, скажи в какой больнице? Я приеду.

– Да не надо никуда приезжать, зачем ты здесь? – Злится Ваня. – Переведи мне деньги и всë.

– Я хочу видеть маму, узнать еë состояние, – объясняю я.

Ваня ругается себе под нос, а после говорит:

– Ладно, как скажешь. Сейчас скину адрес.

Он сбрасывает вызов и только спустя минут пятнадцать приходит адрес.

Странно, почему больница находится в совершенно другом районе? В нашей тоже такие операции

должны делать.

Ладно, не суть.

Приеду и всë выясню.

Быстро собравшись, вызываю себе такси. В голове сплошной сумбур, но главное – это страх за

маму.

Да, мы с ней не всегда ладили. Это правда. В основном, я обижалась на то, что у меня были

исключительно обязанности, а у брата – права.

“Он же младший, да и вообще, он – мальчик, ему важнее, нужнее, ты должна понимать”.

Но всë равно мама – есть мама. И никогда, и никто еë не заменит.

Поэтому, я очень переживаю.

А еще, не уверена, что мне хватит моих накоплений на лечение.

Да, я подписала контракт с Егором, но ведь его действие ещë не щакончилось. Поэтому, и

денег у меня никаких лишних нет.

Чем ближе мы подъезжаем к больнице, тем сильнее я нервничаю по этому поводу.

Настолько, что наконец, решаюсь позвонить Егору.

Да, именно позвонить, а не написать.

Как раз в этот момент, такси привозит меня в какой-то двор, где здание больницы выглядит

настолько крохотным, что теряется на фоне серых многоэтажек.

Странно, что в нашей районной, которая раза в три больше, чем эта не делают нужных

операций, а здесь проводят.

Может какая-то специализированная?

Попрощавшись с водителем и выйдя из машины, я на ходу набираю Егора.

– Да, Лесь? – отвечает он почти сразу.

– Прости, что отвлекаю. Ты занят, знаю, – начинаю я виновато тараторить. – Но тут такое

дело. В общем, мне могут понадобится деньги. Ты не мог бы мне хоть часть перевести из тех,

что ты собирался заплатить? Да, я понимаю как это странно выглядит и в другом бы случае

никогда не попросила, но сейчас…

– Леся, Лесь, маленькая, – настойчиво зовет меня Егор. – Ты можешь толком сказать, что

случилось?

– У меня мама в больницу попала, – всхлипываю я. – Нужна срочная операция. Ее даже в другую

больницу отправили.

– Понял, говори где, – моментально сосредотачивается Егор. – Я вызову своих. Заберут в

частную клинику, если состояние позволяет, сделают все идеально. Если нет, проследят за

состоянием. Об оплате вообще не переживай.

– Хорошо, спасибо. Сейчас скажу адрес, – я сверяюсь. – Ленинский проспект, 13. Больница

имени Калинина.

– Приехала наконец, -ко мне подходят со стороны припаркованного внедорожника Ваня и двое

крепких мужчин. Очень внушительных, да еще и гораздо старше брата.

Это еще кто?

В этот момент в трубке раздается голос Егора.

– Леся, я не понял. Это психиатрическая больница…

Дослушать я не успеваю, потому что один из громил вырывает у меня телефон.

– Ваня!

Я вскрикиваю, инстинктивно пытаюсь отобрать телефон, но второй громила хватает меня за

запястье и сжимает руку так сильно, что я слышу хруст кости и вскрикиваю от боли.

– Ай, пусти! Что происходит?

– Лесь, прости, – Ваня опускает взгляд. – Я наврал насчет мамы. С ней всë в порядке. Но вот

у меня проблемы. Огромные. Я хотел открыть бизнес, всë просчитал. Занял крупную сумму у

влиятельного бизнесмена и всë прогорело.

– Прогорело ещë даже не открывшись? – Удивляюсь я.

– Что ты по ушам ездишь? – Первый громила подходит и хорошенечко вмазывает брату под дых.

Ваня кашляет и складывается пополам.

– Ты тупо просрал все бабки. – Рычит громила. – Каким идиотом нужно быть, чтоб проиграть за

вечер десять лямов, которые ты взял у Сабурова в долг?

Я без понятия кто такой этот Сабуров, но с деньгами у него явно проблем нет.

А вот с логикой…

– Почему он вообще решил дать деньги человеку без каких-либо гарантий? – Взволнованно

спрашиваю я, но здоровяк удерживающий меня лишь ухмыляется.

– Ошибаешься, детка. Гарантии у босса были.

– Да? И какие же? – Я вскидываю подбородок, а громила наклоняется ко мне ближе и скалится в

лицо.

– Ты, детка. Брат сказал, что ты женушка самого Муратова. А значит, стоишь очень дорого.

– Ваня! Ты с ума сошел?!

Выкрикиваю я и в этот момент здоровяк закидывает меня на плечо и несет в сторону

психиатрической больницы.

– Куда вы меня несете?! Помогите! Кто-нибудь! Ваня!

Я надрывно кричу и бью кулаками дуболома по спине.

– Не прекратишь, я тебе врежу, – цедит он и я мгновенно успокаиваюсь.

Сомневаюсь, что я нормально перенесу удар от этого гада.

В больнице я хоть и вижу несколько медицинских работников, но они усиленно делают вид, что

девушка которую тащит на плече уродская горилла – вполне обычное явление.

Он затаскивает меня в комнату, где стоит внушительный тяжелый стол с черной лакированной

поверхностью, дорогой и сильно выделяющийся на фоне стен оббитых мягкой тканью и валяющегося

в углу матраса.

Окно одно и то, зарешечено.

А около стола на широком кресле, будто на троне восседает высокий дорого одетый мужчина, на

вид явно старше Егора, но младше Ярышева.

Черные волосы коротко подстрижены и на висках проступает легкая проседь.

Взгляд серых прищуренных глаз, будто прощупывает меня изнутри.

А высокие четко очерченные скулы на удивление расслаблены.

Будто для него всë происходящее так же привычно, как и для персонала больницы.

– Итак, это и есть девка Муратова. Хорошенькая. Люблю таких воздушных бабочек, – он

склоняет голову к плечу. – Что ж, сейчас подумаю, как именно тебя выгоднее использовать –

отдать Муратову, отдать Ярышеву…

Он всë знает! Ужас какой!

– … или, – хмыкает Сабуров. – Оставить себе.

От слов Сабурова меня бросает в холодный пот.

По одному лицу этого человека понятно насколько он опасен и жесток.

А я сейчас в полном его распоряжении!

Какой ужас! Куда меня втянул Ваня?

– П-простите, – я заикаюсь от ужаса. – Н-но это какое-то недоразумение.

– Тебе разрешали открывать рот, соска? – Орет охранник и швыряет меня на лежащий в углу

матрас.

Хоть падать и мягко, но голова все равно начинает кружиться и я не сразу успеваю подняться.

– Ну-ну, Анатолий, обзывать девушку – это последнее дело.

Сабуров поднимается и не спеша подходит ко мне.

Я испуганно смотрю на него снизу вверх и он мне кажется просто огромным.

Моя голова оказывается четко напротив его паха. Из-за чего мне становится ещë более не

комфортно.

Сабуров – это замечает и ухмылка становится еще более зловещей. Скорее напоминающей оскал.

– Парни, оставьте нас, – коротко приказывает он.

– Да, босс.

Громилы уходят, закрыв за собой дверь, а я оказываюсь один на один с диким зверем.

– В общем, расклад такой, Леся. – Он смотрит на меня сверху вниз. – Тебя очень и очень

сильно подставил брат.

– Я поняла уже, – опускаю взгляд.

– Самое хреновое, что он даже не знает о том, что происходит в высоких кругах. На тебя

объявили охоту. Ярышев хочет забрать тебя, а Муратова устранить. Сама понимаешь, сейчас у

меня просто идеальная возможность укрепить связи с президентом мощной корпорации. В моих

руках ты, а значит и Муратов.

Я вздрагиваю.

Нет, только не это. Я не хочу, чтобы из-за меня и Вани пострадал ещë и Егор.

– У меня с Муратовым только фиктивный брак, не более, – пытаюсь хоть как-то переубедить

его, но Сабуров лишь хмыкает.

– Ты же понимаешь, что это легко проверить? Я просто свяжусь с Муратовым и скажу, что ты у

нас. Если ему плевать, то он так и скажет, а если нет, то… мы с ним покончим.

Я бледнею.

– Нет. Пожалуйста, не надо.

Сабуров хмыкает.

– Так вздрагиваешь, побледнела. Волнуешься за него?

– Конечно, – я сглатываю воздух.

– Что ж, тогда мне интересно на что ты готова, лишь бы я не трогал твоего Муратова? –

Сабуров усмехается. – Если хорошо постараешься, то я могу и послать Ярышева. Тем более, как

человек он полное дерьмо.

Мне становится всë страшнее.

– Я не знаю, что вы имеете в виду, – подаюсь назад и вжимаюсь в стену спиной. – Что я

должна сделать? Как постараться? Я готова ради безопасности Егора на многое. Просто… я

правда не понимаю, чего вы хотите? Чтобы я с вами переспала?

Сабуров ухмыляется.

– Переспала. Слово-то какое. Я уж и забыл, что так говорят.

– В любом случае, не понимаю для чего вам это, – продолжаю говорить я, с трудом справляясь

с дрожью в голосе. – Вряд ли я смогу вас поразить своими умениями. Скорее наоборот, удивлю

неумением.

Сабуров изгибает бровь.

– Неумением? Разве Муратов не научил? Так я могу помочь с этим.

– Ни с чем не надо помогать! – Вспыхиваю я, но Сабуров резко поднимает указательный палец.

– Рот закрой. Еще раз поднимешь на меня голос, отработаешь так как я захочу.

Вздрагиваю и вжав голову в плечи, шепчу:

– Простите, я просто сильно нервничаю.

Сабуров расслабленно прячет руки в карманы и снова окидывает меня взглядом сверху вниз.

– Так, что? Обслужишь меня ради своего Муратова?

Я чувствую в глазах собираются слезы, а после начинают струиться в глазах.

– Не понимаю, – всхлипываю я. – Вы же… вы же такой сильный, красивый, богатый, влиятельный.

Зачем я вам? Да с вами любая согласится.

– Затем, что я так захотел, – коротко отвечает Сабуров.

А после, резко наклоняется и схватив меня за предплечье, рычит будто дикий зверь:

– Так ты скажешь, наконец? Ложишься под меня или я убиваю Муратова. Решай уже.

Меня трясет как в лихорадке и так холодно, что зубы стучат сами собой.

Боже мой, а я еще когда-то Егора боялась.

Да он нормальный, сильный, уверенный мужчина, а этот Сабуров даже не человек, а какой-то

дикий зверь.

Разве можно таким быть?

– Хорошо, хорошо, – я киваю, жмурюсь и громко всхлипываю. – Я сделаю всë, что вы хотите.

Только… только не трогайте Егора.

Странно, но после этих слов, Сабуров резко меня отпускает и хмыкает.

– Что ж, тогда бери телефон и звони.

Это настолько неожиданно, что я даже на мгновенье перестаю всхлипывать.

– Кому звонить?

– Егору своему, – ухмыляется Сабуров. – Расскажешь ему какая у него защитница в семье.

– Но… но… я не понимаю, – медленно вытираю мокрые от слез щеки пальцами.

Сабуров закатывает глаза.

– Малая, не тупи. Иначе передумаю и отымею. Звони Муратову, говорю. Будем с ним общаться по

сложившейся ситуации.

Я всë ещë трясясь от ужаса, достаю непослушными руками свой телефон.

Но не успеваю я набрать Егора, как мобильный звонит у Сабурова.

Он лениво смотрит на экран и хмыкает:

– Хех, оперативно. Что? Успела поговорить с муженьком по пути сюда? Умничка, хорошая

девочка. Еще б своему шакальному братцу не доверяла так слепо, так вообще бы, была самим

воплощением осторожности.

– Не понимаю, – я напряженно смотрю на Сабурова, боясь поверить в мелькнувшую у меня

надежда.

Сабуров же неторопливо подносит к уху мобильный.

– Да? О, здравствуй уважаемый. Чем обязан такому внезапному звонку?

Я даже на расстоянии, через динамик телефона узнаю до мурашек знакомый голос.

Егор!

Я не знаю как он это сделал, но он всë понял сам! Нашел меня!

Милый мой, хороший, родной.

На глаза невольно наворачиваются слезы, хоть я и стараюсь сдерживать их изо всех сил.

А Сабуров тем временем продолжает ухмыляться.

– Какая комедия? Ничего я не ломаю, ты о чем?

Егор отвечает что-то короткое и жесткое, после чего Сабуров серьезнеет.

– Ладно, согласен. Пошутили и хватит. Да, милашка твоя у меня в гостях. Славная такая

девочка, сладенькая, в моем вкусе.

И снова я могу различить только короткий и явно агрессивный ответ.

Сабуров поджимает губы.

– Муратов, спокойнее. Ничего я с ней не делал. Пока, по крайней мере. Но обсудить с тобой

наше дальнейшее сотрудничество, конечно имеет смысл. Давай, в… Что? Ты уже приехал? Ни хрена

ты быстрый. Ладно, понял, за девочкой своей примчался, – Сабуров бросает на меня взгляд. –

Да уж, любовь зла. Сражает даже сильнейших из нас.

“К бессердечным монстрам это не относится”. – Так и хочется мне крикнуть Сабурову, но

конечно я молчу.

Так глупо рисковать я не собираюсь. Эмоции надо держать под контролем.

– Всë, выхожу тогда, – продолжает говорить Сабуров, опять выслушивает что-то от Егора и

вновь бросает взгляд на меня.

– Иначе что?

После чего зловеще смеëтся, но кивает.

– Ладно, сам знаешь, люблю принципиальных и настойчивых. Давай.

Сабуров скидывает звонок и с ухмылкой командует мне:

– Поднимайся, там муженек твой больницу штурмовать собрался.

После чего, даже протягивает мне руку, чтобы помочь, но я сознательно еë игнорирую и встаю

на ноги сама.

– Ну и парочка. – Скалится Сабуров. – Упертые и самостоятельные. Оба. Ладно, идем.

Мы выходим в коридор, где нас ждут два знакомых здоровяка.

– Там Муратов с охраной пожаловал, – докладывает один из них. – Никита уже там. Пасет их.

– Ясно. Но я иду поговорить. Конфликт раскачивать не хочу, – бросает Сабуров. – Поэтому,

просто стойте на страже.

– Ясно, босс.

Мы вновь идем по коридору больнице, а когда выходим, то я даже замираю.

Около своей машины стоит напряженный Егор, а позади него пять внедорожников и человек

двадцать громадных мужиков с пушками.

– Хрена себе, Муратов, – Сабуров присвистывает. – А чего танки не притащил?

– Если понадобится, притащу. Ты же знаешь, – Егор опускает подбородок и требует. – Жену мою

отпусти.

Сабуров хмыкает и смотрит на меня.

– Эту малышку? А может она мне самому нравится. Дай хоть разок испробовать.

Егор опускает подбородок.

– Алекс, давай ты уймëшься. Это моя жена, что непонятного?!

– Она мне денег должна десять лямов, Егор, – Сабуров продолжает давить, а я не выдерживаю и

выкрикиваю.

– Это Ваня занял. Я не знала.

– Под залог тобой, – невозмутимо продолжает Сабуров. – Или ты хочешь, чтоб я всë это

стребовал с твоего брата-идиота?

– Да, – Егор кивает. – С ним и общайся. Ты же бизнесмен. Должен просчитывать риски. А то,

что ты отдавал десять миллионов явно легкомысленному придурку, определенно риск.

– Я отдавал, потому что знал, чей он брат и прекрасно осознавал, что он деньги не отдаст. –

Сабуров кивает на машину Егора. – Ладно, давай посидим, пообщаемся.

Егор прищуривается.

– Только после того как Леся будет стоять рядом со мной.

Сабуров продолжает без тени улыбки смотреть на Егора, даже с вызовом.

Мамочки, без драки не обойдется! Совершенно точно.

А здесь же оружие.

Если Егор пострадает из-за Вани и моей глупой доверчивости, я себе этого никогда не прощу.

Поэтому, развернувшись умоляюще смотрю на Сабурова.

– Не трогайте, Егора, я прошу. Если надо, то я… я сделаю то, что скажите.

– Ты просишь меня не трогать Егора? – Уточняет Сабуров. – Ну, как бы целый взвод бойцов

притащил именно он. А я здесь просто стою, около своего кабинета. Как мирный цивилизованный

человек.

Ага, такой цивилизованный, что угрожал мне насилием прямо на полу.

Конечно, вслух я это не говорю. Сейчас нужно выпутываться из конфликта любыми способами, а

не провоцировать новые.

– Сабуров, давай уже нормально всë порешаем? – Егор поднимает руку и раздраженно смотрит на

часы. – Или у тебя сегодня выходной, раз ты тратишь время на всякий бред. Тебе деньги нужны?

Ладно, без проблем.

– Ты с Ярышевым сцепился, я слышал? – Без всякого вступления переводит тему Сабуров. –

Снова твоя малышка виновата? – Он цокает языком и бросает взгляд на меня. – Ох и провокатор

ты.

– Допустим сцепился, – Егор поднимает подбородок. – И?

– Подставил меня, Ярош. И сильно. – Сабуров мрачнеет. – Заказал у меня партию лекарств.

Рецепторных. Уверял, что для благотворительности. А по итогу, с их помощью своих

родственников контроллит, девочек заставляет ноги разводить и даже устраняет кое-кого. Так

ещë на все мои предъявы угрожает сдать, что я занимаюсь незаконными поставками. Урод.

– Очень интересно, – Егор приподнимает бровь. – Кажется, у нас с тобой к нему одинаковое

отношение.

– Он еще и трус. Бегает от меня как сопливая целочка, – Сабуров поджимает губы. – Так вот,

малышку возвращаю тебе. А ты, делаешь так, что мы с Ярышем встречаемся и я провожу ему

активную лекцию о том, что друзей подставлять нехорошо.

Егор ухмыляется.

– О, дружище. Это я сделаю с удовольствием.

Когда наконец мужчины прощаются и мы садимся в машину, я будто замираю. Не в силах

произнести даже слово

Водитель заводит машину, мы выезжаем с территории больницы, а я всë так же сижу, полностью

оглушенная произошедшим

– Леся, – наконец зовет меня Егор. – Лесь, ты как?

Я продолжаю смотреть перед собой, а тело внезапно начинает бить крупная дрожь.

– Испугалась? – Голос Егора непривычно мягкий, заботливый и почему-то именно это

“размораживает” меня окончательно.

– Да, – шепотом отвечаю я и медленно киваю.

После чего внезапно выкрикиваю:

– Да! Очень! Егор!

Я бросаюсь к нему и крепко обнимаю, буквально вжимаюсь всем телом в Егора, потому что

только так я чувствую себя полностью защищенной.

– Спасибо, что приехал! Что не бросил меня! Этот монстр – Сабуров он хотел… хотел...

Я не выдерживаю и начинаю рыдать. Громко и болезненно.

Так, что меня буквально сотрясает всю от всхлипываний.

– Спасибо, что забрал меня!

– Тихо, маленькая, – Егор крепко обнимает меня и целует в висок. – Да разве может быть по

другому? Я за тебя горло перегрызу хоть Сабурову, хоть Ярышеву, хоть любому монстру из

кошмаров. Веришь?

Я киваю, вжимаясь в прохладную ткань его рубашки, щекой мокрой от слез.

– Кстати, я еще не наказал главного виновника всей ситуации.

Я медленно отстраняюсь и опускаю взгляд.

– Ваня… да, я никак не ожидала от него такого. Но Егор…

– Никаких “но”, Леся, – голос Егора становится привычно жестким. – Он продал тебя

невероятно жесткому и влиятельному человеку. Это нам обоим повезло, что Сабуров имеет хоть

какие-то моральные принципы, да и заинтересован в том, чтобы подставить Ярышева. Иначе, нам

пришлось бы очень нелегко.

– Я понимаю…

– Вот и хорошо, – Егор не дает продолжить. – Я сам свяжусь с твоим братом и заставлю его

выплатить долг, который он взял. Только не Сабурову, а тебе. Это будет справедливо, после

всего, что случилось.

Мои глаза округляются.

– Но у Вани нет таких денег!

– Значит, найдутся, – невозмутимо ведет плечом Егор. – Научу, что значит работать и нести

ответственность за свои поступки и близких. Раз это ему не привили в семье. Будет работать у

меня, но большую часть зарплаты отдавать тебе. До тех пор, пока не выплатит все десять

миллионов.

Мне сложно представить Ваню работающим и тем более, отдающим деньги, а не берущим.

Но понимаю, что Егор прав. Да и мои возражения явно ни к чему не приведут.

Поэтому, лишь слабо улыбаюсь.

– Хорошо, как скажешь. Даже интересно будет на это посмотреть.

– Вот и славно, – Егор ухмыляется и склонившись к моему уху, шепчет. – Люблю, когда ты у

меня такая послушная девочка. Хотя и непослушную тоже люблю.

От его голоса и слов по телу разбегается горячая волна.

– Вот как? – Начинаю улыбаться я и вдруг машина резко тормозит, практически у нашего дома.

И я вижу стоящую у ворот какую-то светловолосую девушку с маленьким ребенком в коляске.

Завидев нашу машину, она активно машет рукой.

А Егор сжимает зубы и бросив мне:

– Оставайся в машине, – быстро выходит.

Я послушно остаюсь в салоне машины, наблюдая за происходящим в окно.

Что происходит не совсем понятно.

Девушка что-то быстро тараторит, указывая на спящего ребенка.

А Егор выслушивает еë с отстраненным, даже враждебным видом.

Иногда качая головой или отвечая явно односложными фразами.

Автомобиль Егора был дорогущий. Кажется, майбах если правильно прочла.

И наверное именно из-за этого я не могла вообще ничего расслышать.

Но понемногу, обстановка накалялась.

Ребенок проснулся и начал плакать, на что Егор несколько раз указывал незнакомке, но та

видимо под эмоциями, не обращала на это внимание.

Постепенно, даже до меня начали долетать обрывки фраз.

Точнее, фраза была только одна. Девушка повторяла снова и снова:

– Он твой! Понимаешь? Твой!

Честно говоря, сложить два и два, и догадаться о чем речь совсем не трудно.

Очевидно, что речь об этом малыше.

Это ребенок Егора? Но почему он не хочет признавать его?

Неужели из-за меня?

Я одновременно чувствую злость, ревность, но при этом ещë и жалость.

Я без понятия, что случилось между Егором и этой девушкой, из-за чего они поссорились и

разошлись, но ребенок в этом совершенно точно не виноват

Да, Егор приказал мне сидеть в машине, но я чувствую, что должна вмешаться.

Распахнув дверь, я выбираюсь из салона и решительным шагом направляюсь к Егору с

незнакомкой.

Увидев меня, Егор мрачнеет и опускает подбородок.

– Леся, я ведь велел оставаться в машине.

– А почему это? – Взвизгивает блондинка. – Это твоя очередная игрушка? Не хочешь, чтобы она

узнавала о том, какой ты подлец?

Я сознательно игнорирую слова и вопросы их обоих.

Вместо этого, подойдя, представляюсь.

– Привет, я – Леся. Жена Егора.

Услышав слово “жена” незнакомка меняется в лице.

– Карина, – растерянно представляется она. – Я не знала…

Впрочем, очень быстро она приходит в себя.

И в еë голос возвращается наглая самоуверенность.

– Ну, раз жена, то лови шикарную новость. У твоего мужа есть сын, которого он не хочет

признавать.

Карина поднимает подбородок.

– Как тебе сюрприз? Не удивлюсь, если подашь на развод. Это ведь реальная проблема и жесть.

– Почему я должна это делать? – Улыбаюсь я. – Даже если и правда сын Егора, то это не

причина для развода. Тем более, он мне не изменял. Ну и ребенка я не считаю, ни проблемой,

ни тем более жестью, – я поднимаю глаза на Егора с мягкой улыбкой и невольно теряюсь.

Он смотрит на меня так завороженно и внимательно, будто впервые видит.

– Что? – Я поднимаю брови.

– Леся, – низко выдыхает он. – Я хочу завести с тобой малыша. Много малышей.

Я закашливаюсь от неожиданности, а после со смешком развожу руками:

– Прости, но вот прямо сейчас никак не получится.

– Это всë очень мило, – фыркает Карина. – Но учти, дорогуша. Если твой муж не признает

одного своего ребенка. То наверняка и ваших забросит, когда ты ему надоешь.

– Спасибо за заботу, – невольно улыбаюсь. – Но с твоего позволения с нашими детьми мы с

Егором разберемся сами. Тем более, что и детей-то никаких пока нет.

– Кроме того, Карина, – Егор опускает подбородок. – Я тебе русским языком сказал, что если

экспертиза подтвердит отцовство, то Мишу я признаю.

– Она подтвердила. Я же говорю тебе, – Карина вытаскивает из кармана в козырьке коляски

какую-то бумагу. – Вот, смотри!

Егор берет еë и развернув читает.

– Видишь, – Карина тыкает пальцем в одну из строчек. – Вероятность отцовства – 99,9%

Ну, что ж. Не могу сказать, что я рада этому факту, но нужно смириться, что теперь Миша и

скорее всего сама Карина станут постоянными участниками жизни Егора.

Что ж, по отношению к мальчику – это будет правильно. Он ведь не виноват, что никто из

родителей не повел себя ответственно.

Я обвиваю руку Егора обеими руками и прижимаюсь щекой, демонстрируя принятие и поддержку.

И невольно ощущаю как под тканью рубашки перекатываются внушительные мускулы.

Егор украдко гладит меня по макушке, будто любимого котенка, а после – снова

сосредотачивается на результате экспертизы.

– Вижу, – хмыкает он. – Вот только, бланк из совершенно другой клиники.

– Ну и что? – Эмоционально взмахивает руками Карина. – Просто я сегодня еще в одну

заезжала.

– И как они делали экспертизу, если я не сдавал им свою днк? – Изгибает бровь Егор. – Ну и

конечно, очень забавно, что городская клиника внезапно сделала экспертизу быстрее частной, в

которой я оплатил ускоренную проверку.

Он поднимает взгляд на Карину и сухо, даже жестко отвечает:

– Давай ты не будешь держать меня за идиота. То, что ты притащила этот фальшивый бланк

подтверждает то, что Миша – ребенок от кого-то другого.

Карина затихает и только сердито сопит.

Что ж, очевидно высказанные Егором догадатки – верные.

И да, я очень рада.

– За видео я тебе переведу сейчас остальную сумму, как и договаривались, – Егор опускает

подбородок. – Сумма немаленькая. Поэтому, обеспечь своему сыну адекватные условия, раз уж с

папашей ему не повезло.

– Егор, – Карина протягивает к нему руку. – Мы ведь можем…

Но Егор поднимает ладонь и указывает пальцем на обручальное кольцо.

– Нет, Карина, не можем.

После чего, обнимает меня за талию.

– Идем, Лесь. Надо немного передохнуть и составить план действий.

Но едва мы подходим к воротам, как у Егора звонит мобильный.

Он вытаскивает его и взглянув на экран, хмыкает:

– Да уж, передышку надо отложить, а с планом ускориться.

– Почему? – Хмурюсь я.

– Потому что Ярышев звонит по мою душу. Чует неладное. – Егор качнув головой, подносит

мобильный к уху. – Слушаю, Юрий Петрович.

Я напряженно сжимаю пальцы на предплечье Егора.

Если звонит Ярышев, то ничего хорошего ждать не стоит.

– Поужинать? Конечно, с удовольствием. Где? – Егор говорит совершенно невозмутимо. – А, да.

Конечно знаю. Леся? Нет, она не придет. Занята. Я буду один. – Холодно сообщает он.

Мне бы его самообладание. Будто бы ощущая моë волнение, Егор перекладывает телефон на

другую руку, а свободной, успокаивающе обнимает меня за талию.

И вот почему-то именно от этого жеста меня накрывает леденящим ужасом.

Егор – первый кто по настоящему обо мне заботится. Кому на меня не плевать. И кто

действительно чувствует меня, и понимает.

А его приглашает куда-то человек, который вполне способен устранить кого-то, как подставив,

так и просто убив.

От мысли, что я могу потерять Егора, мне становится дурно.

Именно поэтому, сглотнув воздух я как можно тверже произношу:

– Нет, Егор. Я поеду с тобой.

Он хмурится и выключив микрофон, недовольно смотрит на меня.

– Леся, девяносто процентов, что там будет ловушка. Вполне возможно – смертельная.

– Именно поэтому, я и хочу пойти, – смотрю Егору в глаза. – Как там в клятве – и в горе, и

в радости? Пока смерть не разлучит нас.

– Мы не произносили клятвы, Лесь, – Егор вглядывается мне в глаза, а его собственные

искрятся заботой и тревогой одновременно. – Да и вообще, та свадьба была по контракту. Сама

ведь напоминаешь об этом всегда.

– Это не важно. – Я улыбаюсь. – Тем более, в контракте написано, что я должна сыграть роль

жены как можно лучше.

– Ты еë играешь просто безупречно, даже слишком, – Егор поднимает ладонь и мягко касается

моей щеки подушечками пальцев. – Именно поэтому, я обязан защищать такое сокровище всеми

силами.

– Егор, я поеду, – упрямо поджимаю губы, пытаясь его убедить. – Пожалуйста.

– Леся, нет, – он опускает подбородок,а в голосе звучит металл. – Это опасно, говорю же

тебе.

– А если с тобой что-то случится, разве мне не будет опасно? Куда бы я не пряталась потом,

уверена, что Ярышев меня найдет.

Я обхватываю запястьею Егора двумя руками и трусь об него щекой, будто кошка.

– Пожалуйста. Только с тобой я буду в безопасности по настоящему.

Егор некоторое время смотрит на меня и я вижу как в глубине его глаз, отчаянно мелькают

эмоции сомнения и борьбы.

После чего, он включает микрофон, подносит его к уху и коротко говорит:

– Планы изменились. Леся будет со мной.

Место куда нас пригласил Ярышев было мне уже знакомо. Именно здесь Егор предлагал моему

бывшему подработку в рекламе слабительного, чтобы поиздеваться над ним.

Кажется это было несколько жизней назад.

Тогда я еще жутко боялась Егора и мечтала поскорее от него сбежать.

Конечно, я и сейчас прекрасно отдаю себе отчет насколько мой муж опасный человек. Ведь у

него не только есть деньги и влияние, но и стратегический ум, интеллект, рассудительность,

уверенность в собственных силах.

Такое сочетание мужских качеств делает его практически непобедимым в любых условиях.

И как же я рада, что я под его непробиваемой защитой.

Бросаю взгляд на Егора сидящего за рулем и аккуратно подъезжающего к парковке.

Лицо спокойно, сосредоточено, но в золотисто-карих глаз нет, ни капли нервозности.

Он будто уже просчитал все варианты развития событий и готов к каждому из них.

– Интересное место выбрал Ярышев. – Егор бросает взгляд на здание ресторана.

– Ну, по крайней мере, мы можем надеяться, что он не устроит какую-нибудь перестрелку в

людном месте.

– Я бы не был так уверен, – ведет плечом Егор. – Машин практически нет. Только несколько

внедорожников. Думаю его охрана. Так, что скорее всего он полностью выкупил ресторан на это

время. Кроме нас там никого не будет.

– Нууу… ресторан всë же не на отшибе, – продолжаю надеяться я.

Егор поворачивается ко мне и смотрит в упор.

– Леся, там будет опасно. О чем я тебе и говорил. У тебя еще есть шанс отказаться и не идти

со мной.

– Что?! Нет. Даже не подумаю, – я горячо прижимаюсь к Егору и выдыхаю в шею. – Я пойду за

тобой. Как жена декабриста.

– Кто бы мог подумать, что еще существуют настолько верные и самоотверженные женщины, – он

целует меня в висок и обнимает за плечи.

Тепло, надежно и уверенно.

– Мне так повезло с тобой котëнок, – шепчет он мне на ухо. – Знаешь, я никогда и никому

такого не говорил. И не думал, что скажу. Но это случилось. Лесь, мне кажется, что я тебя…

– Нет, – я резко отстраняюсь и затыкаю его поцелуем.

А после говорю:

– Ты что? Никаких фильмов не смотрел? Если герой такое говорит перед боем, то обязательно

погибает. Нет уж, мой дорогой. Так легко не отделаешься. Вот решим проблему с Ярышевым и

тогда признаешься. Причем, очень и очень романтично.

Егор смотрит на меня пару мгновений, а после, несмотря на усилия все же не сдерживает

смешка.

– Ну, раз в фильмах так бывает, то да. Не будем рисковать. – Он прокашливается в кулак. –

Леся, с ума сойти. Наверное, ты единственная девушка, которая запрещает своему мужу делать

признание насколько ты ему дорога.

Я прищуриваюсь.

– Не наверное, а совершенно точно – единственная. Так, что дорожи столь редким экземпляром.

– Я и дорожу, – Егор целует меня в уголок губ, гладит по затылку, чуть придавливая волосы,

а после, его голос суровеет.

– Ну, что ж. Пора.

– Да.

Я киваю и мы выходим из машины.

В ресторане нет посетителей, зато на каждом углу стоят здоровенные мордовороты в черных

одинаковых костюмах.

– Егор Александрович, Олеся Николаевна, – к нам подходит девушка хостес. – Вас уже ожидают.

Пройдемте со мной.

Она ведет нас в дальний зал.

Открыв дверь мы видим еще больше охраны и Ярышева по хозяйски откинувшимся на спинку дивана

за столом.

Увидев нас, он поднимает голову и хищно улыбается.

– Егор, наконец-то. Ну, входи. Будем разбираться, что же делать с той кашей, которую ты

заварил. И каким образом ты со мной за это расплатишься.

На последних словах, он красноречиво смотрит на меня.

Егор лишь бросает на Ярышева холодный взгляд.

– Ты для этого нас позвал? Чтоб не сказать ничего нового? Твоя одержимая озабоченность,

лично меня уже порядком достала. К тому же это просто скучно. И тупо. Даже не знаю насколько

нужно быть безмозглым, чтоб этого не понимать.

Скулы Ярышева напрягаются.

– Я сиотрю ты отрастил еще большие клыки, Муратов? Баба помогла? Помнится, ты был совсем

другим, когда мы сжалились и позволили твоей компании к нам присоединится.

Егор ухмыляется.

– Забавно. Вообще-то твой отец лично приезжал ко мне и несколько раз менял контракт под мои

условия, лишь бы я согласился. Или тебя в такие подробности не посвящают? – Он изгибает

бровь, а после жестко добавляет. – А бабы в секс шопе продаются. И сделаны из резины. Тебе в

самый раз.

Губы Ярышева дергаются и я буквально вижу, как он собирается выругаться, но на удивление он

сдерживается и даже выдает улыбку:

– Что ж, твои ценные ремарки я определенно учту. Ну, садитесь. Долго и спокойно на ногах не

поговоришь.

Он кивает на диван.

Егор пропускает меня вперед.

И садится так, что с одной стороны у меня оказывается пустующий диван и стена.

Спереди от Ярышева меня ограждает стол, а слева уже садится сам Егор, отгораживая от охраны

Ярышева.

Видимо, Егор создал самую безопасную позицию для меня в настоящих условиях.

Эх, знал бы он, что я переживаю о нем не меньше.

Вот, только защитить никак не смогу. Да и не нуждается он в этом.

Слишком силен и опасен. Страх перед моим мужем я без труда замечаю в глазах Ярышева.

Он знает, что Егор способен на многое, именно поэтому и сам постоянно действует.

– Давай поговорим адекватно, – Ярышев поджимает губы. – Я совершенно точно знаю, что ты

нарыл на меня кучу компромата по поводу моего общения с женщинами. Но ты же прекрасно

понимаешь, что мне хватит влияния, чтоб никто из типа пострадавших, – Ярышев делает кавычки

пальцами. – Не написал заявление и даже свидетелем не прошел? Ладно, Егор, я понимаю. Ты

выбесился из-за Леси. Ну, хочешь я извинюсь? Малышка, ты ж простишь дядю Юру, – он мерзко

ухмыляется.

Ответить я не успеваю. Только сжимаю ладонь его ладонь.

– Это не важно, – жестко цедит Егор. – Потому что этого не спущу я. Ни тебе, ни кому либо

еще. Никто не имеет права даже пальцем касаться моей жены. И к слову, компромат мой

заканчивается не только на женщинах. Есть личности и не менее влиятельные, чем ты.

Уж не знаю, понял ли Ярышев, что речь о Сабурове, но он заметно бледнеет.

– Егор, ты же понимаешь, что это прямая угроза? – Он делает паузу, а после добавляет. – Ты

сам прямая угроза. И хоть обозвал меня безмозглым, сам не лучше. Прийти сюда одним, без

охраны. Это верх идиотизма.

Егор хмыкает.

– Я пришел не один. К нам сейчас присоединятся гости.

В этот момент у него звонит мобильный.

– А вот и они, кстати.

– Они не смогут сюда войти, – шипит Ярышев, но Егор лишь ухмыляется.

– О, поверь. Этих людей ты пропустишь.

– Егор, что за фокусы? – Рычит Ярышев, медленно поворачивая голову к двери.

Хоть он и пытается казаться спокойным т надменным, во взгляде и голосе откровенно

проскальзывает нервозность. – Общаемся только мы. Разве я не ясно объяснил это?

– Мне твои условия неинтересны. Правила выбрал ты сам, – Егор ведет плечом. – И с чего-то

решил, что я буду по ним играть. Уж не знаю с чего у тебя возникла такая бредовая идея.

– Потому что всегда и все подчиняются мне. И тебя, Муратов, я заставлю мне подчиняться. Уже

одно это заставит меня наслаждаться жизнью.

Егор изгибает бровь.

– Кто бы мог подумать, что у меня есть такой пылкий фанат.

– Ты просто бесишь, Муратов, – Ярышев опускает подбородок. – И я тебя уроню так, что ты

будешь передо мной ползать на коленях, полируя языком мои ботинки, пока я имею твою куклу.

Не знаю, удалось мне ли скрыть отвращение, которое я испытала после этих слов. Но меня в

буквальном смысле затошнило от Ярышева.

Разве может быть человек настолько мерзким?

Даже не представляю насколько сильное самообладание у Егора, если он выслушивает эти

мерзости с надменно-непроницаемым видом.

Только то, что я знаю его достаточно близко, позволяет мне разглядеть в черноте его

зрачков, дрожащие искры гнева.

Но ничего ответить Егор не успевает.

Его опережает вошедшая в комнату испуганная девушка хостес.

– Прошу прощения, Юрий Петрович, но к вам здесь пришли. Настойчиво требуют пропус…

– Ты совсем дура?! – Орет Ярышев так, что и я, и бедная девушка вздрагиваем. – Я столько

денег отвалил, чтобы выкупить эту забегаловку. Но такая тупоголовая курица, все равно не

может понять суть слов – никого не пуск…

Он отсекается, потому что дверь в комнату распахивается и к нам вальяжной походкой входит

Сабуров.

С уже знакомым мне пугающим оскалом.

– Ай-ай, Юрий Петрович, как некрасиво так орать на барышню. Ты правда считаешь, что такая

тростиночка смогла бы остановить меня с моими парнями? Задержать, да, – он бросает на

замершую девушку плотоядный взгляд. – Чтоб повеселиться. Но не более.

– Сабуров, – шепчет Ярышев, а с его лица разом стекают все краски.

– Гляди-ка, помнишь, – скалится тот. – Смотри не обделайся.

Сабуров подходит к нам и расслабленно садится на одно из свободных кресел.

Ярышев медленно сжимает лежащие на столе ладони, в кулаки.

А я замечаю, что руки у него нещадно дрожат.

Видеть то, насколько испуган твой безжалостный враг – непередаваемое чувство.

А ещë, мне немного спокойнее из-за того, что Сабурова так сильно боюсь не только я, но и

такой беспринципный урод как Ярышев.

Единственный на кого Сабуров не производит такого леденящего чувства страха – это Егор.

Но мой муж в моих глазах – это просто запредельное воплощение крутости.

Заставить такого как Сабуров уважать себя – это еще нужно суметь.

– Алекс, – криво улыбается Ярышев. – Да я давно собирался…

– Для тебя, гнида, Александр Михайлович, – Сабуров опускает подбородок и темные глаза

становятся еще более пугающими. – Это во-первых. А во-вторых – какие новости по сибэрсу?

Многим страждущим помог препарат, который я поставил совершенно бесплатно?

– Да, конечно. Я же говорил, что основал фонд помощи…

– Себе самому по сбыту халявного препарата и отравлению своего окружения? – Сабуров

изгибает бровь. – Ты понимаешь насколько сильный удар по моей репутации ты нанес?

Ярышев морщится.

– Какой репутации? Ты связан с криминалом, Алекс. И все это знают. Невозможно испортить то,

чего нет.

Сабуров хмыкает.

– Похоже, я в тебе ошибся.

– Считал меня трусливее? – Надменно улыбается Ярышев.

– Считал тебя умнее, – медленно качает головой Сабуров. – А ты, просто избалованный

инфантильный сорокалетний мажор, попутавший берега.

– Я – глава крупной международной корпорации, Алекс, – самодовольно напоминает Ярышев. – И

моего влияния хватит, чтобы передушить всех вас. И мелкого мафиози, – смотрит он на

Сабурова. – И бесящего выскочку, – переводит он взгляд на Егора. – Ну и конечно смазливую

подстилку. – Смотрит он на меня.

А в следующий миг, Егор протягивает руку и со всех сил ударяет Ярышева головой об стол, так

что сотрясается вся комната.

Потом еще раз. И еще.

Охранники Ярышева дергается с места, но сопровождение Сабурова, угрожающе вытаскивает

пистолеты и те замирают.

– Ты и правда, глупый Ярош, – хмыкает Сабуров. – Даже я понял, что к Олесе Муратовой стоит

относиться с уважением.

Не знаю почему, но мне это нереально приятно слышать.

– Потому что у тебя есть мозги и принципы, – совершенно спокойно отвечает Егор и отпустив

голову Ярышева, брезгливо вытирает ладонь салфеткой.

– Ты труп! Вы все трупы! – Ярышев вскакивает и хватается за голову.

Из разбитой брови и носа стекают струйки крови.

– Вы… вы не знаете с кем связались. Вы вообще, помните кто мой отец?

– О, сорокалетний мальчик прикрывается папой. – Издевательски скалится Сабуров.

– А ты сам помнишь кто твой отец? – Раздается за спиной.

Мы оборачиваемся и я вижу стоящего у двери седовласого крепкого старика.

Ярышев давится воздухом.

– П… папа?

Я моргаю. Так вот, как выглядит Ярышев старший. Очень… бодро. Я почему-то представляла его

немощным и слабым стариком.

Егор поднимается и протягивает ему руку:

– Петр Васильевич, приветствую.

– Да, здравствуй-здравствуй, Егор, – тот пожимает ему руку. – Спасибо за приглашение.

– Пап, и давно ты здесь? – Ярышев вскакивает на ноги и тоже протягивает ему руку.

То как он суетится и заискивает перед отцом невольно вызывает ассоциацию с тем как

подростки застукивают за каким-нибудь нарушением. Курением, например.

Да уж, прямо как сказал Сабуров – сорокалетний мальчик.

Или скорее пятидесятилетний. Что ещë хуже.

– Я здесь достаточно, чтоб услышать много всего интересного.

Протянутую ладонь сына, Ярышев старший игнорирует и обходит его.

– Добрый день, – напряженно улыбаюсь я, когда он садится около меня и мы встречаемся

взглядом.

– Олеся, да? – Улыбается Ярышев старший одними губами, а цепкие синие глаза пробегают по

моему лицу и фигуре.– И правда, само очарование. Понимаю, почему вокруг вас столько

внимания. Приветствую, и прошу прощения за то, что вытворяет мой неблагополучный отпрыск.

Я смущаюсь, потому что не знаю как правильно ответить.

Ничего страшного? Но это будет неправдой.

Потому что Юрий действительно очень сильно навредил и мне, и Егору.

Поэтому, решаю применить лучший женский способ увильнуть от неудобной ситуации – хлопаю

ресничками и выдаю наивную улыбку.

– Да, хорошо, конечно.

Сабуров единственный, кто ограничивается только кивком.

Ну, да. Не царское это дело - здороваться словами. А рукопожатие Сабурова ещë заслужить

нужно.

Егор вот заслужил.

– Пааап, – снова до смешного жалко канючит младший Ярышев, но его отец, властно поднимает

ладонь.

– Закрой рот. Я не зря не хотел отдавать тебе президентское кресло. Догадывался, что

адекватно распорядиться властью и компанией ты не сможешь. Но чтобы оказаться настолько

гнилым и травить брата… устроить гребанный бордель из компании, связаться с криминалом, а

после подставить и их. Чтоб тебя, сын, да это нужно быть гением.

– Пап, ты всë неправильно понял!– Юрий вскидывает руки.

– Не делай из меня идиота, – сурово осаживает его отец. – Я видел видео, общался с

некоторыми свидетелями. Так вот, если загремишь в тюрьму, на меня не рассчитывай. И конечно

управления компанией ты лишаешься. Саша благодаря тебе, тоже неспособен к управлению.

Поэтому, я назначаю молодого, но гораздо более умного и способного руководителя.

– Он в упор смотрит на Егора.

– Отец, ты не можешь!

Восклицает Юрий, но Ярышев-старший лишь морщится.

– Могу и сделаю.

– А это от меня, – хмыкает Сабуров и протягивает Юрию какой-то листок.

– Что это? – Хмурится тот.

– Сумма, которую ты мне должен за “благотворительный” препарат. Плюс покрытие моих

репутационных ущербов из-за тебя.

Юрий меняется в лице:

– Это смешно. У меня нет таких денег.

– Меня это не волнует, – хмыкает Сабуров. – Занимай, продавай цацки своей бабы, машины,

недвижимость я тоже возьму.

– Пап, – Ярышев беспомощно смотрит на отца, но тот лишь пожимает плечами.

– Ничем не могу помочь. Сам вляпался в это дерьмо, сам и выпутывайся.

– Тяжелый у нас сегодня был день, – Егор поворачивается ко мне, когда мы уже въезжаем на

территорию его особняка.

Уже давно стемнело и только садовые фонари, освещают занесенный снегом двор.

И от холодного света фонарей, весь покров сверкает и серебрится будто усеянный мелкими

драгоценными кристаллами.

Несмотря на всë пережитое, я хоть и дико вымотана физически и морально, но самое главное –

я чувствую себя абсолютно счастливой.

Мы справились! Мы победили.

– Да уж, денëк и правда был крышесносным. – Улыбаюсь я.

– А знаешь, что самое грустное? – Хмыкает Егор. – Большую часть времени мы пробыли в

ресторане, но так и не поели.

Я хихикаю.

– И правда. Наверное, потому что были сытым происходящим по горло.

– В любом случае, предлагаю это исправить и заказать что-нибудь вкусненькое, – Егор уже

вытаскивает ключи и собирается выйти, но я неожиданно даже для самой себя, хватаю его за

плечо.

– Нет.

– Ты не хочешь есть? – Изгибает бровь Егор. – Надо, малышка. Иначе тебя вообще ветром

сдувать будет.

– Да я не в том смысле. Есть я хочу, но не заказывать, – я расправляю плечи. – Хочу тебе

что-нибудь приготовить сама. Я ведь жена в конце концов.

Егор поднимает брови:

– Ух, ты, домашняя еда? Уже сто лет не ел такую.

– Тогда, иди в душ, отдыхай, а я все организую. Потому что кто я? – со смехом указываю я на

себя. – Правильно, идеал жены.

– Тут уж и не поспоришь, – Егор наклоняется и целует меня в конце, щекотно проведя языком

по верхней губе.

Войдя в дом, я чтоб не тратить время на переодевание, просто забираю у Егора одну из

футболок, и направляюсь на кухню.

Там надеваю сверху еще найденный синий фартук в горошек.

И повязав его вокруг талии, залезаю в холодильник.

Как не удивительно, а там обнаруживаются все необходимые ингредиенты. А именно –

охлажденное мясо, картошка, сыр, зелень и овощи.

Потому что человечество пока еще не придумало для мужчин вкуснее еды, чем запеченное мясо с

картошкой, сыром и зеленью. И овощным салатом в качестве гарнира.

Самым сложным было – это разобраться с современной духовкой Егора.

Я привыкла к стареньким газовым плитам, с черными тяжеленными противнями, которыми убить

можно.

А здесь, плита похожа на какую-то машину из будущего.

И противень легкий, прозрачный. Очень удобный.

Но со всеми задачами я справляюсь.

И пока мясо с картошечкой запекаются, я нарезаю салатик и сервирую стол в гостиной.

Да! Все будет идеально как в фильмах.

Наконец, главное блюдо доготавливается и я выложив его на красивую тарелку, беру поднос и

снова иду в гостиную, где уже сидит Егор.

– Всë почти готово, мой господин, – решаю я пошутить и даже кланяюсь. – Сейчас будет самое

вкусненькое.

Егор внезапно меняется в лице. Пробегает по моей фигуре взглядом и резко поднимается.

– Даже не сомневаюсь.

Он отбирает у меня поднос, ставя на стол почти не глядя.

И одним шагом, вжимает меня спиной в стену.

Глаза темные, почти черные. А дыхание рваное и сбитое.

– Егор, что случилось?

Я удивленно хлопаю ресницами.

– Ты, – рыком отвечает Егор.

Одним движением запускает руку мне под футболку, рывком стягивая трусики и отбрасывая в

сторону.

А после, поднимает меня так, что я вынуждена обхватить его талию ногами.

– Ты, – он не даже не целует, а буквально пожирает меня губами, выдыхая. – Ты случилась,

Леся.

Голова начинает кружиться от беспорядочных поцелуев, ласк и касаний его рук – груди, талии,

бедер.

А после, он резко подается вперед, делая нас единым целым.

Я громко выдыхаю и тут же срываюсь на стоны, потому что Егор мгновенно взвинчивает темп.

Я будто попадаю в чудовищный по силе ураган и единственное, что могу – это стонать,

полностью отдаваясь в его власть.

Комната кружится перед глазами и я инстинктивно вцепляюсь в широченные плечи Егора, чтобы

хоть как-то остаться в реальности.

Но это не помогает.

Еще пара сумасшедших толчок и мое тело выгибает сладкой судорогой так, что я откидываюсь

назад.

И если бы не ладонь Егора, которую он успел подставить.

То наверняка бы сильно ударилась затылком.

– Ты случилась, моя девочка, – Егор постепенно замедляется и целует меня в висок. – Если бы

ты знала, насколько я тебя люблю.

Без понятия сколько мы нежимся в постели, наверное целую вечность. Ну, ночь как минимум.

Потому что в спальне уже пляшут солнечные лучи.

Самое смешное, что я даже не помню как мы в неë попали.

Была готовка ужина, чтобы продемонстрировать мою идеальность в качестве жены, была

сервировка стола, потом… сумасшедшее удовольствие подаренное мне Егором..

А потом кажется ещë. И ещë. На полу, диване, в душе. И вот теперь мы лежим в кровати.

Я удобно свернулась калачиком на его плече, а Егор обняв меня, притягивает к себе ещë

теснее.

– Ужин наверное остыл. – Сонно бормочу я.

– Вероятно, – расслабленно хмыкает Егор. – Зато у меня сегодня будет королевский завтрак.

– Может с утра что-нибудь попроще? – Я улыбаюсь. – Овсяночку там, или гренки?

– Вот что я действительно ненавижу, так это овсянку, – морщится Егор. – Фу.

– Поняла, записала себе в голову. – Стучу себе пальцем по виску. – Я, кстати, и сама

овсянку не люблю. Хоть и пыталась начать еë есть. Она ж такая полезная, – закатываю глаза.

– Ну, кто б сомневался, что мы идеальная пара, – ухмыляется Егор.

– Ага, – я пытаюсь подняться, но он лишь крепче прижимает меня к себе. – Ты куда?

– Завтрак тебе готовить. Ну или хотя бы сварить кофе и подогреть ужин.

– А я по твоему безрукий? – Егор изгибает бровь. – Да, у меня есть персонал, который все

это делает. Но в основном это потому что у меня раньше дома часто проходили переговоры и

встречи с партнерами. Самому подготовить все, времени банально не хватает. А вообще,

заниматься готовкой я очень даже люблю.

Я моргаю.

– Эм… что? Мужчина умеющий готовить и убирать за собой посуду существует?

– Не просто существует. Тебе еще и посчастливилось выйти за него замужем, – Егор

подмигивает.

– Я даже не буду спорить. И правда повезло. – Я смеюсь, а после качаю головой. – Мама всю

жизнь мне говорила, что это исключительно женские обязанности и нагружать мужчину подобным –

недопустимо. Ваня у меня например, даже не знает как приготовить чай или намазать хлеб

маслом.

Егор вздыхает.

– М-да, без обид, но методы воспитания у твоей мамы весьма сомнительны. И я даже не беру

то, что она эксплуатировала одного ребенка и превозносила другого. А дело в том, что она

оказала ужасную услугу своему сыну. Ведь мужчине важно что? Быть лидером. Побеждать. А это

невозможно, ведь она лишила твоего брата самостоятельности. Она его буквально привязала к

женщине – себе. Он всю жизнь теперь будет психологически желать находиться рядом с ней – ибо

удобно ведь. Зачем развиваться? Либо искать себе такую же жену. С такой же безусловной

любовью. Когда он хороший и его полностью обслуживают просто за то, что он родился и живет.

Хорошо покушал и поспал – уже молодец. Вот только, он еë не найдет. – Егор пожимает плечами.

– Потому что жена – это не мама. Она не только заботится, она хочет что-то получать взамен.

А значит, тут же будет объявлена меркантильной стервой, которая только и умеет, что

требовать и не способна ценить то счастье, которое у нее есть – двухметрового мальчика Ваню

и возможность его обслужить. Он и с детьми-то не сладит, потому что они будут забирать

ресурс сил, времени и внимания жены, которое она обязана тратить исключительно на него.

Я рассеянно улыбаюсь.

В голове всплывают девушки Вани, которых он… вот так совпадение – называл меркантильными

стервами.

– Иногда мне становится не по себе из-за того, что ты всë знаешь, – я качаю головой.

– Я знаю далеко не всë. Но о том с чем приходится сталкиваться мужчине, мне хорошо

известно, – Егор гладит меня по голове. – Ладно, маленькая. Пора вставать. Сейчас

позавтракаем и я поеду разгребать все завалы дерьма, которые оставил Ярышев.

Егор начинает подниматься, но я неожиданно даже для самой себя, бросаюсь ему на шею.

– Не нужно ехать. Егор, пожалуйста.

Он изгибает бровь.

– Это еще почему?

Я опускаю голову.

– Можешь смеяться, но у меня плохое предчувствие.

Но Егор не смеется, а только усаживает меня к себе на колени и укачивает будто ребенка.

– Это не предчувствие, родная. Просто не пришла в себя после всего пережитого.

– Может быть, – шепчу я, вжимаясь лицом ему в плечо и вдыхая родной запах. – Просто… я

очень боюсь тебя потерять.

Вопреки всем опасениям в тот день ничего ужасного не случилось. Как и на следующий. И через

день тоже.

Егор отправлялся на работу, проводил масштабные перестановки, после того как принял пост

президента корпорации. Часто задерживался, но всегда исправно возвращался ко мне, а я его

радовала очередным вкусненьким домашним блюдом.

Егор даже шутил, что так вкусно готовить – противозаконно. Еще пару месяцев такого питания

и он превратится в мужика с пивным животом, который будет называть свой жирок – комок

нервов.

Ну, я конечно в ответ только смеялась, потому что Егор и уродливое брюхо – это

несовместимые вещи. Он даже в своем сумасшедшем распорядке дня умудрялся выделить время на

тренажерный зал – ходил туда во время обеденного перерыва.

Так прошло больше месяца. Я понемногу успокоилась, но когда решила, что уже отлично вжилась

в роль идеальной жены, внезапно поняла, что мне перехотелось заниматься хоть чем-то вообще.

Ничего себе. Это получается, что я обленилась настолько быстро?

Это еще хорошо, что у Егора целая армия персонала и я переложила всю работу на них. Даже

готовку.

Единственное, чего мне хотелось – это спать. Всегда. В любом положении.

Я конечно поднималась утром, чтоб хоть немного побыть с Егором перед его отъездом, но даже

это давалось мне с трудом, хоть я и тщательно это скрывала.

Точнее, я думала, что скрываю.

За одним из таких совместных завтраков, когда горничная приносит Егору омлет с гренками и

кофе, я в очередной раз борюсь с сонливостью и морщусь от запаха еды.

Уж слишком он резкий.

– Олеся, – Егор склоняет голову к плечу, вглядываясь мне в глаза. – Ты мне ничего не хочешь

рассказать?

У меня испуганно сжимается сердце.

Блин, он всë понял и наверняка разочаровался во мне.

– Егор, прости, – я резко выпрямляюсь. – Я правда стараюсь быть хорошей женой, хозяйкой

дома. Но у меня не получается. Я ленивая, только и хочу делать, что спать. Даже готовить не

хочется.

От осознания того, насколько я отвратительна, на глаза наворачиваются слезы.

– Прости, что я разочаровала. – Всхлипы вырываются все громче. – Я отвратительна. Тебе пора

со мной развестись.

Егор поднимается со своего места и подойдя ко мне, крепко прижимает к себе.

– Эй, малышка, ты чего? Да не хочешь не готовь, плевать мне. Я вместе с тобой потому что

мне нужна ты, а не бесплатная прислуга. Я спрашивал, потому что мы уже несколько дней очень

бледная.

Я начинаю рыдать еще громче.

– Ты… ты такой заботливый! Мне так с тобой повезло.

Егор приподнимает мой подбородок указательным пальцем, заставляя посмотреть ему в глаза.

– Малышка, я тебя очень люблю. Это во-первых, а во-вторых, – он улыбается. – Я попрошу

Марию кое-что купить и ты это используешь сегодня. Для меня, ладно?

Просьба настолько необычная, что я даже теряюсь и поэтому успокаиваюсь.

– Ладно, хорошо.

– Вот и умничка. А мне пора. И очень надеюсь, что сегодняшний вечер будет особенным, – Егор

нежно целует меня в висок и убегает, оставляя в полнейшей растерянности.

А спустя где-то час после его ухода, ко мне подходит Мария – экономка дома и по доброму

улыбаясь протягивает бело-розовую коробочку.

– Егор Александрович просил купить для вас.

Я беру коробочку и читаю надпись.

– Тест на беременность?

– Вам нужна будет помощь? – С готовностью спрашивает Мария.

Я все еще дрожа, качаю головой, отчаянно считая в голове дни.

А ведь и правда… у меня задержка.

Неужели…

Я практически несусь в туалет, а спустя пару минут смотря на две нежно-розовые полосочки на

ленте.

Беременна.

Ой, мамочки! Я действительно беременна!

Хочется прыгать и кричать от счастья.

А еще – немедленно позвонить Егору.

Но я не хочу его отвлекать. Пусть лучше будет сюрприз вечером.

Главное дождаться.

А вот дождаться оказывается сложно. Десять вечера, одиннадцать, начало двенадцатого, а

Егора все нет.

Мне не спится и завалившись на кровать, я начинаю листать новостную ленту и на одном посте

замираю.

Сегодня вечером на выходе из бизнес центра, был расстрелян президент международной нефтяной

корпорации Транснефть – Егор Муратов.

Нападавший задержан, а личность заказчика выясняется.

– Я уже в который раз говорю тебе, Леся, всë должно было пойти не так.

Сабуров стоит прислонившись мощным плечом к стене.

Хоть и одетый в черную футболку и джинсы – по сути обычную повседневную одежду, но все

равно умудряется внушать опасность одним своим видом.

Но сейчас мне на это плевать.

– Но пошло всë именно так, – я поднимаюсь с кресла. – Ты вообще понимаешь насколько ужасно

произошедшее?

Меня начинает бить истерика. Дыхание становится рваным и я хватаюсь за сердце.

– Я больше никогда не смогу жить спокойно.

– Ну и зря, – этот хладнокровный гад, лишь ведет плечом. – Исполнителя задержали, а Ярышева

при задержании устранили. Его жена сбежала в Австралию. Всë, можно выдыхать.

Я не верю своим ушам.

– Можешь выдыхать?! Твои люди не смогли защитить Егора!

Сабуров закатывает глаза.

– Твою мать, Леся! Ты меня уже выбешиваешь. Я уже в миллионный раз объяснял, мы должны были

засечь и устранить исполнителя и заказчика – хоть законными, хоть нет. Мы это сделали. Егор

ставил нам задачу – полностью обезопасить его семью. Мы это и сделали.

Меня трясет:

– Егор тоже наша семья. А ты…

– Ну и Алекс тоже уже наша семья, – в комнату входит Егор, на большущих теплых руках

которого удобно устроились Саша и Соня.

Мои два ангелочка с всегда удивительно серьезными глазами.

Точь в точь как у папы.

– Скорее я – когтеточка для когтей твоей супруги, – морщится Сабуров. – Уже полтора года

прошло, а я выслушиваю претензии.

– Егор попал в реанимацию. Я чуть с ума не сошла.

Я прикрываю рот ладонью, вспоминая как мчалась в больницу, как меня с трудом пустили в его

палату с этим ужасным пикающим экраном, капельницей и бледным обескровленным Егором.

Как расцарапала лицо Сабурову, когда он рассказал, что это все было частью их с Егором

плана.

– Это были худшие месяцы моей жизни, – злюсь я, глядя на обоих мужчин.

– И почему я продолжаю сюда ходить, – фыркает Сабуров. – Если б хотел, чтоб мне выносили

мозги, уже б женился давно.

– Потому что ты Санькин крестный, – с ухмылкой напоминает Егор.

– Да, Санек, здесь единственный адекватный человек.

Сабуров берет моего сына на руки и улыбается.

Блин, так странно. До того как мы сказали, что он будет у нас крестным, я вообще не могла

представить, что этот мужик способен улыбаться.

Саша узнает его и отвечает пока еще беззубой искренней улыбкой и даже выдает пару громких

фраз на своем языке.

Сабуров невозмутимо кивает.

– Полностью согласен. Эх, как же приятно пообщаться с рассудительным человеком.

В отличии от некоторых, – бросает он на меня взгляд.

Соня в отличии от Саши полностью папина дочка и если Егор дома, то слезать с его рук она не

собирается.

А еще она более недоверчивая и осторожная.

Вот и сейчас, она пристально следит, кто это взял на руки еë братишку.

Потом смотрит на меня и на папу, ища признаки беспокойства, и только когда не находит их –

успокаивается.

Егор подходит ко мне и приобняв свободной рукой за талию, целует меня в макушку.

– Родная, знаю что неправ, что тогда не рассказал. Испугал тебя, подверг опасности наших

котят, не родившихся еще. Но теперь, моя цель сделать всю оставшуюся жизнь идеальной.

Ванька твой и тот уже за ум взялся, в компании от него действительно толк есть. Один из

лучших продажников у нас. И мама твоя от малышей с ума сходит.

– Да, – я улыбаюсь. – С семьей отношения и правда наладились. И кстати, я рада, что ты

позволяешь Мишу привозить к нам.

– Ну, он хоть и не мой сын, но хороший паренек. Не хочу, чтоб мама его угробила. Пусть хоть

увидит нормальный пример мужика перед собой. – Егор ухмыляется. – Кстати, у меня есть кое

какая новость.

Он достает из заднего кармана джинс узкий небольшой конверт оформленный в виде жемчужин и

сердечек.

– Что это?

Я беру его и открыв, не могу сдержать улыбку.

– Приглашение на свадьбу Батура и Анфисы? Вот это да.

– Ты у нас оказывается объединительница сердец. Кто бы мог подумать, что отпуск на Фиджи

перерастает у этих двоих во что-то настолько серьезное.

– Да и у нас тоже, – я улыбаюсь и целую Сонечку в пухлую нежную щечку.

– Ну, про нас я знал, – Егор хмыкает. – Мы же были у водопада любви.

– А я думала, что ты в любовь не веришь, – поддразниваю я мужа.

Егор смотрит на меня пристально, а после мягко улыбается:

– Я и не верил. А потом появилась ты, Леся.