Завершив деловую встречу, Прияншу вышел из ресторана. Втянул носом морозный воздух, поежился, кутаясь в пальто с меховой подкладкой. За три года в этом городе он так и не привык к климату, где зима длилась бесконечно долго, а короткое лето пролетало, не успевая зарядить теплом.

Возвращаться в казенную квартиру совершенно не хотелось. Поймав такси, доехал до посольства как раз вовремя — охранник собирался запереть дверь.

— Что-то забыли, господин Прияншу?

— Да, документы. Я быстро.

— Не спешите. Просто скажите, когда будете уходить.

Прияншу поднялся на нужный этаж. В коридоре было темно, горели только аварийные лампочки. Зайдя в свой кабинет, не стал включать верхний свет. Он прекрасно ориентировался и в полумраке. Подойдя к столу, собрал необходимые документы и уже собрался положить их в папку, как краем глаза заметил чей-то силуэт, сидящий на диване.

— Твою ж мать! — выругался с перепуга Прияншу, метнувшись к двери, но зацепился ногой за стол и едва удержался от падения.

— Ну что ж ты, милок, сразу мать вспоминаешь, — раздался мелодичный голос с нотками недовольства. Щелчок пальцами — и включились все лампы, освещая помещение.

Прияншу на минуту зажмурился от ударившего по глазам яркого света. А потом посмотрел на не званую гостью.

— Каль Хо На Хо [Kal Ho Naa Ho — Наступит завтра или нет], — выдохнул он.

— Ик! Не поминай всуе! Мы ж договорились, что можно по-простому — "бабуля"!

— Как ты сюда попала?

— Глупый вопрос, не находишь?

— Тогда зачем пожаловала?

— За отчетом. Припозднился ты, однако, подводишь.

— Работы было много.

— Я, знаешь ли, тоже без дела не сижу, мотаясь по каждому зову. Да за вас «работяг» еще должна все помнить, а я не молодею...

— Хорошо-хорошо, — перебил старушку мужчина. — Завтра пришлю, ок?

— А че б не сегодня, коли я уже здесь?

— Не готов. Дополнить надо. Завтра пришлю обязательно.

— Ну, смотри, носатик, — бабка прищурилась, неодобрительно поцокала языком и решила добить: А то желающих на твою должность много.

Прияншу глубоко вдохнул, прикрывая глаза и пытаясь сдержать рвущуюся изнутри отчаянную отповедь, а когда открыл, старушка уже исчезла. Он устало опустился в кресло, помассировал пальцами виски, — опять разболелась голова.

Забрав документы, поехал на квартиру. Назвать домом это пустое и холодное жилище не поворачивался язык. По факту Прияншу здесь только ночевал, ну и работал, когда возникала строчная необходимость, как сейчас.

Заварив кофе, включил ноутбук, открыл нужный файл и пробежался глазами до конца списка. Выделил последнюю информацию и удалил ее. После чего, отправил файл КХНХ по электронной почте.

Впервые он нарушил правило. И не одно. Во-первых, он влюбился в объект вербовки, во-вторых, удалил его данные из отчета и, что самое главное, скрыл все это от КХНХ. И теперь молился, чтобы бабка об этом не узнала, а иначе его ждут печальные последствия.

Тремя годами ранее.

«Первый секретарь посольства Прияншу Чаттерджи» — гласила табличка на двери кабинета. Его кабинета. Прияншу радостно улыбнулся, открывая дверь и проходя в просторное помещение с большим окном почти во всю стену, из которого открывался прекрасный вид на парк.

Первый рабочий день в новой должности, которую Прияншу и не надеялся получить так скоро. Видимо, звезды сложились в его пользу, но ему хотелось верить, что все-таки это результат его самоотверженного труда.

— Господин Прияншу, — ближе к обеду в кабинет постучалась Пуджа, его помощница. — К вам посетительница.

— Пригласи, пожалуйста, — Прияншу устроился за столом, делая сосредоточенное лицо и напуская внешней важности.

В кабинет вошла миниатюрная женщина преклонных лет. Седые волосы собраны в обычный пучок. Немного смущали ярко-розовый спортивный костюм и кроссовки, а так же сумка с ракеткой для большого тенниса. Как будто женщина только что с корта. На первый взгляд Прияншу решил, что ей далеко за семьдесят, но когда она заговорила, понял, что дама будет поэнергичнее многих молодых.

— Ну, здравствуй, касатик! Вот и свиделись, наконец. А че лицо такое кислое? Ты уж, будь любезен, красоту не погань. Улыбайся! Ведь повод есть, — старушка хлопнула в ладоши, и на столе материализовались корзины с фруктами и цветами, украшенные лентами. — Принимай поздравления!

— А Вы кто будете? — наконец, выдавил из себя Прияншу.

— Ох, прости! На радостях забыла представиться. — И в следующее мгновение как будто выросла на глазах. Засверкали молнии, налетел непонятно откуда взявшийся ветер, сдувая бумагу с принтера, а голос дамы зазвучал величественно и как будто с эффектом эха. — Великая и Могучая Каль Хо На Хо! (Ик!) Пади ниц предо мной!

Однако, Прияншу, впечатленный представлением, был похож на каменное изваяние.

— Ну ладно, можешь не падать, — смилостивилась КХНХ, выключив спецэффекты. Снова приняла вид безобидной старушки и, как ни в чем не бывало, устроилась на диване. — Чаю-то хоть предложишь? На шампанское уже не претендую.

Прияншу отмер, позвонил Пудже, попросив принести чай и печеньки. За это время успел немного прийти в себя и понять, что, кажется, перед ним одна из ведьм, о которых он, проживая в Мускане, слышал, но никогда лично не сталкивался. И теперь недоумевал, что ей от него нужно.

— Ты, я смотрю, шибко удивлен моему визиту, — бабка как будто читала его мысли. — Присаживайся поближе, разговор будет долгий.

Пуджа подала чай с печеньем и пирожным. Вежливо улыбнувшись, тихо удалилась. Помолчали, пока КХНХ уплетала предложенное угощение, но, наконец, она заговорила.

— Ну, спрашивай. Хватит уже сверлить взглядом.

— Мое назначение на новую должность Ваших рук дело? — Да, эта мысль пришла в голову Прияншу, потому что иного объяснения этому странному визиту он не находил.

— А ты смышленый, — одобрительно кивнула старушка. — За то и выбрала тебя. Ну, еще мордашка симпатичная, что немаловажно.

— И что Вы хотите взамен?

— Да сущий пустяк! — всплеснула руками КХНХ. — Будешь работать на меня и на благо народа.

— И в чем же будет заключаться эта работа?

— Ты же в курсе, что демографическая ситуация в Мускане в последние годы все хуже и хуже? — Мужчина утвердительно кивнул. — Ну вот. Нам нужна свежая кровь — девушки, способные осчастливить наших холостых мужчин, мечтающих создать семью и продолжить свой род. И ты, дорогой мой, поможешь им осуществить эти мечты.

— Боюсь, что одному мне это не под силу, уважаемая Каль Хо На Хо.

— Ик! Так, давай для начала договоримся. Называй меня просто — «бабуля», а то от твоей вежливости меня икота берет. И, конечно, ты не один, но внесешь свою лепту в общее дело.

— Где ж я возьму этих девушек? Вы собираетесь отправить меня в другой город?

— А вот это самое главное. — И тут бабулька извлекла из кармана медальон на цепочке и протянула его мужчине. — Держи. С помощью этого устройства ты сможешь перемещаться в параллельный мир и обратно. Дорожка уже протоптана. Инструкцию, договор и должностные обязанности получишь позже на электронную почту.

— Параллельный мир? — Даже в своих самых смелых фантазиях Прияншу не мог бы зайти так далеко. — Такое возможно?

— Возможно и не такое! — хмыкнула пожилая дама. — Но об этом ты узнаешь в свое время.

— Но разве это правильно по отношению к девушкам, которые не по своей воле окажутся в другом мире, без возможности вернуться?

— Так мы же их не в рабство загоняем. А, наоборот, гарантируем безбедную и счастливую жизнь.

— Да, но.. — Все еще пытался сопротивляться мужчина. — У них же не будет выбора.

— Выбор есть всегда! — отрезала КХНХ. — Но не все это понимают.

— Я могу отказаться? — решил все-таки задать вопрос Прияншу, на который в принципе уже знал ответ.

— Можешь, но в Мускане больше не устроишься даже дворником.

Прияншу молчал несколько минут, глядя на медальон с витиеватым рисунком, лежащий на столе. Сейчас у него не было другого выхода. Возможно, он найдет его потом.

— Хорошо. Я согласен.

— Вот и чудненько! — заулыбалась довольно старушка. — Ну, побежала я. Вернусь на корт. А то не хорошо заставлять ждать уважаемых людей. Будут вопросы — зови, а лучше пиши.

За КХНХ закрылась дверь, а мужчина еще долго сидел с мрачным лицом, уставившись в одну точку.

Зазвенел будильник. Прияншу вздрогнул, открывая глаза. Потянулся, разминая спину. Оказывается, он так и заснул вчера в кресле, пока просматривал бумаги. Приняв душ, оделся с особой тщательностью. Ведь сегодня важный день. Сегодня он должен исчезнуть из жизни женщины, любовь которой изменила его судьбу.

Спустя два года.

Самое обычное утро. Вторник. Таша ехала на работу, по дороге обсуждая с менеджером по персоналу срочные вопросы. Остановившись на красный свет светофора, посмотрела на пешеходов, переходящих дорогу и спешащих по своим делам. В большом городе, где нет времени оглядываться по сторонам, где часто не различаешь лиц, идущих рядом людей, такие мгновения выпадают редко.

Таша обратила внимание на высокого мужчину, единственного, кто не спешил в этом пешеходном муравейнике. Он шел, словно по подиуму. Прямая спина, широкий шаг, гордо поднятый подбородок. Что-то в этом было знакомое. Еще секунда, и Таша кричала в открытое окно машины:

— Яшка!

Мужчина остановился, озадаченно оглянулся по сторонам. Тогда Таша для верности помахала рукой и еще раз окликнула его по имени. Вообще-то мужчину звали Прияншу, но она называла его Яшей или Яшкой. Он заметил ее и направился к машине, но тут загорелся зеленый, сзади раздались возмущенные сигналы клаксона, и Таше пришлось проехать вперед, где она смогла встать на временную стоянку и выйти из машины. Подошедший к ней Прияншу удивленно улыбался.

— Никогда не думал, что встречу тебя так. Здравствуй.

— Привет. Я тоже удивилась, увидев тебя пешком.

— У меня была встреча неподалеку. А ты?..

— Еду на работу. Тебя подвезти? Тут нельзя долго стоять.

— Нет, спасибо. Я дойду.

— А, ясно. — Возникшая неловкость вызвала у Таши сожаление о своем порыве. — У тебя все хорошо?

— Да, спасибо. А у тебя?

— Прекрасно. Что ж, рада была тебя видеть.

— Я тоже, — он замялся на секунду. — Может… может, встретимся вечером?

— Хорошо. Мой телефон не изменился. — ответила девушка.

Прияншу кивнул:

— Я позвоню.

Отъезжая, посмотрела в зеркало заднего вида на мужчину, который снова появился в ее жизни. Эта неожиданная встреча грозила всколыхнуть волну воспоминаний из прошлого, и Таша с трудом собравшись, переключилась на дорогу.

Ресторан только открылся, когда она вошла и, пройдя через зал, поднялась на второй этаж в свой кабинет. Обычно Таша приезжала до открытия, но сегодня ее задержала встреча с Прияншу.

В должности управляющего рестораном она работала всего год и старалась максимально посвящать себя работе, поднимая рейтинг ресторана, который благодаря ее нововведениям за последние полгода повысился на двадцать пять процентов, и девушка была довольна собой, но не останавливалась на достигнутом.

Подписав оставленные помощницей документы, спустилась вниз пообщаться с шеф-поваром и проверить готовность зала к приему посетителей. Все службы работали, как единый отлаженный механизм, так что можно было надеяться, что день пройдет без неожиданностей.

После обеда, разбирая счета в кабинете за чашкой чая, Таша снова вспомнила встречу и разговор с Прияншу. «Никогда не думал, что встречу тебя так».. «Мой телефон не изменился.. Я позвоню» . Из этих фраз напрашивался вывод, что он думал о ней и до сих пор сохранил контакты, хотя с их последней встречи прошло больше двух лет.

Таша сама не понимала, зачем окликнула Прияншу там, на дороге. Минутное помешательство, не иначе. Неконтролируемая реакция на знакомое лицо в толпе. Теперь она ждала его звонка, не зная как поступить — соглашаться на встречу или придумать отговорку. Увлеченная мыслями она вздрогнула от звонка мобильного. И выдохнула с облегчением.

— Да, — ответила на звонок.

— Душа моя, я так соскучился! — Нежность в голосе Сону вызвала улыбку на губах Таши. — А ты?

— Я тоже. Ты где?

— Ох, мне предложили провести еще один концерт, и я не смог отказаться, так что задержусь на пару дней. Прости. Я безумно скучаю! Но должен работать, ты же понимаешь?

— Конечно.

— Люблю. Целую. Сердце мое, до встречи. — И Сону отключился.

Таша вздохнула, почувствовав вину. Ну вот, она должна скучать и думать только о своем парне, а не о том, кто без сожалений вычеркнул ее из своей жизни давным-давно. И она снова погрузилась в работу, через какое-то время позабыв о недавних тревогах и сомнениях.

Вечером, раздав последние поручения, Таша вышла из ресторана и направилась на парковку. Но не успела она дойти до своей машины, как ее окликнули.

— Таш! — конечно, это был Прияншу.

— Что ты здесь делаешь?

— Не смог до тебя дозвониться и решил заехать на удачу. Подумал, что, может быть, ты все еще работаешь в этом ресторане.

Таша достала телефон и, действительно, несколько пропущенных с незнакомым номером.

— Наверно, ты звонил, когда я вышла из кабинета без телефона. Возникла срочная проблема. Новая официантка перепутала заказы, и мне пришлось лично извиняться перед постоянным клиентом.

— Все обошлось, я надеюсь?

— Да, но девушку я уволила.

— Жаль.

— В нашем бизнесе даже такие, казалось бы, незначительные проступки недопустимы, тем более, в отношении постоянных посетителей.

— Ты стала настоящим профессионалом.

— Стараюсь им быть. Как ты знаешь, я тоже начинала официанткой. И прошла путь до управляющего рестораном менее, чем за пять лет.

— Уверен, тебя ждет большое будущее.

— Спасибо.

— Как насчет чего-нибудь выпить? — предложил Прияншу. — Или поедим? Ты успела поужинать?

— Да, я перекусила недавно. А вот от бокала вина не откажусь. Здесь недалеко есть уютное заведение, можем посидеть там. У них и кухня не плохая.

— Отлично. Веди.

И вот они сидели в небольшом семейном ресторанчике с приглушенным освещением и приятной атмосферой. Фоном играла музыка, не мешая посетителям общаться. Таша не спеша потягивала из бокала красное вино, а Прияншу заказал пиво.

— Знаешь, я действительно рад нашей встрече.

Таша внимательно посмотрела на собеседника. Он почти не изменился. Может быть, немного сильнее заострились черты лица. Но Прияншу по-прежнему был очень красив. Черные волосы, еще не тронутые сединой, волнистыми прядями уложены в деловом стиле. Густые брови в разлет, большие выразительные глаза, почти черные в этом освещении, прямой нос с небольшой горбинкой, чувственные губы, которые сейчас сложились в неуверенную улыбку. Когда-то именно эта улыбка покорила сердце Таши. Прияншу расслабил узел галстука, расстегнул пару верхних пуговиц рубашки и закатал рукава. Он держался непринужденно, видимо, сказывался дипломатический опыт, но Таша чувствовала в нем внутреннее напряжение. Возможно, потому, что и сама не могла расслабиться, мысленно коря себя за уступчивость и... любопытство.

— Для тебя, скорее всего, это уже не актуально, — продолжал Прияншу, — но.. я все равно хотел бы попросить прощение за прошлое. То, что произошло, целиком моя вина. Мне, правда, очень жаль. До сих пор.

Таша молчала. Она не ожидала, что он заведет разговор о прошлом и уж тем более, будет извиняться. И теперь не знала, что ответить. Сказать, что прошлые обиды забыты? Отчасти так и было. Время лечит. Но вот сейчас, когда он напомнил о них, о том, как поступил, Таша снова почувствовала это неприятное ощущение внутри, как будто что-то сжимает сердце.

— Ты прав, не актуально, — сухо ответила она, слегка взбалтывая вино в бокале и пристально наблюдая за тем, как оно скручивается в воронку и омывает прозрачные стенки, ненадолго окрашивая их своим благородным бордовым цветом. — Благодарю за твои слова, но предпочла бы оставить прошлое в прошлом.

— Ты все еще обижена на меня, — скорее утвердительно предположил Прияншу.

— Если ты продолжишь в том же духе, я лучше пойду. — Таша уже потянулась к сумочке, когда он поймал ее за руку и попросил:

— Не уходи. Обещаю, больше ни слова о прошлом.

Они еще посидели какое-то время, допивая напитки. Прияншу пытался поддержать беседу, но получал от Таши односложные ответы и, наконец, сдался.

— Что ж, уже поздно. Пойдем, провожу тебя до машины.

Они вышли из ресторанчика и направились в сторону парковки. Таша зябко поежилась. Все-таки конец августа, вечерами уже было прохладно. Прияншу накинул ей на плечи свой пиджак, вопреки ее возражениям.

Когда дошли до парковки, девушка быстро попрощалась и почти бегом направилась к своей машине. И только сев за руль, увидела, что забыла отдать пиджак. Аккуратно сложив его, оставила на заднем сидении, решив, что завтра вернет владельцу.

Утро не задалось. Таша проспала, потому что полночи не могла сомкнуть глаз, думая о вчерашней встрече, которая все-таки всколыхнула воспоминания. В результате не услышала будильник и теперь металась по квартире, спешно собираясь. Она надеялась, что все же успеет проскочить до пробок, но, выйдя из подъезда, увидела, что ее машина перекрыта припарковавшимся лимузином.

Девушка направилась к окошку водителя, чтобы попросить его освободить выезд, но из лимузина вышел Сону.

— Душа моя! — Сону, раскрыв объятия, устремился к девушке. Обняв ее за талию, потянулся было губами для поцелуя, но Таша отстранилась, высвобождаясь из его рук.

— Сонь, я опаздываю на работу. Причем, катастрофически!

— О, — парень явно не ожидал такого приема. — Али, отгони лимузин, пожалуйста, — обратился он к водителю.

— Кажется, сюрприз не удался, — продолжил он грустным тоном, заглядывая в лицо девушки.

— Извини, — опомнилась Таша. — Я очень рада, что ты приехал! Правда! Просто…

— Работа для тебя важнее.

— Ну что ты! Да, работа для меня важна, особенно, на данном этапе. И я не хочу, чтобы из-за этого пострадали наши отношения. Но… прости, Сонь! Мне, правда, надо бежать. Увидимся вечером, ок?

— Окей, — вздохнул Сону, помахав рукой вслед отъезжающей на машине девушке, и запел:

Chand mera dil chandni ho tum

Chand se hai door chandni kahan

Laut ke aana hai yahin tumko

Jaa rahe ho tum jaao meri jaan

Мое сердце — луна, а ты — лунный свет.

Разве может лунный свет оставаться вдали от луны?

Тебе все равно суждено вернуться сюда же.

Поэтому, если хочешь уйти — иди, моя любимая.

[фильм Hum Kisise Kum Naheen (1977)] *

Не зря говорят, как день начнешь, так он и пройдет. Не успела Таша вбежать в ресторан, как посыпались проблемы. То не допоставили овощи, то вместо лангустов привезли крабов, плюс выяснилось, что заболел шеф-повар, а под занавес клиент пожаловался, что чуть не подавился косточкой, попавшейся в рыбном блюде. Таша весь день крутилась, как белка в колесе, и к вечеру уже валилась с ног от усталости. Когда решив все рабочие вопросы, она, наконец, вышла из ресторана, был глубокий вечер. И тут она вспомнила про Сону.

— Сонушкааа, — виновато пропела она в трубку. — Простиии! День выдался сумасшедший.

— Сердце мое, не волнуйся. Я сам только закончил репетицию. Жду тебя. Приезжай быстрее.

Открыв заднюю дверь машины, чтобы поставить сумки, Таша увидела пиджак, о котором совершенно забыла. Звонить Прияншу и встречаться с ним ей совсем не хотелось, но оставлять у себя его вещь тоже. Поэтому, недолго думая, бросила пиджак в пакет, решив заехать по дороге и оставить его на охране в посольстве. Да, поступок некрасивый, но девушка надеялась, что краснеть за него не придется, ведь они с Прияншу больше не увидятся. Каково же было ее удивление, когда в посольстве сказали, что Прияншу в штате не числится.

Другого выхода не оставалось. Таша нашла его номер в телефоне и нажала кнопку «вызов». Но… «абонент вне зоны доступа». По дороге она еще несколько раз пробовала дозвониться до Прияншу, но безрезультатно. Что ж, решила Таша, она честно пыталась. Пакет с пиджаком был оставлен на мусорном контейнере недалеко от дома, где снимал квартиру Сону. Тем самым была поставлена жирная точка на прошлом.

И снова жизнь девушки вошла в привычную колею. Сону занимался подготовкой к фанмитингу и записывал новые песни, но находил время и для любимой. Почти каждый вечер они вместе ужинали или просто прогуливались, держась за руки, по набережной.

— Солнце мое, я заказал столик в ресторане на завтра, — сказал Сону в одну из таких прогулок. — Хочу кое-что отпраздновать.

— И что же? — заинтересовалась девушка.

— Ни о чем не спрашивай, все узнаешь завтра, — загадочно пообещал Сону.

Прошло около месяца с его приезда, и Таша подозревала, что скоро он опять уедет на гастроли. Особенно, если выйдет новый сингл. Такая перспектива совсем не радовала девушку, но ей оставалось только надеяться, что разлука будет недолгой.

И, конечно, уже с утра Таше не давали покоя мысли о вечерней встрече. Почему именно ресторан? Ведь даже заключение договора со звукозаписывающей компанией в прошлом году они праздновали в его маленькой квартирке. Видимо, повод и правда весомый.

— Только что звонил наш постоянный поставщик овощей, — размышления Таши прервала ее помощница Евгения, входя в кабинет начальницы. — На следующей неделе заканчивается срок договора, и Лавруша хочет его продлить. Только сказал, что сам приехать не сможет, ногу повредил.

— Прекрасно, — вздохнула Таша. — Давно я не выезжала за город. Жень, позвони ему, пожалуйста, и скажи, что я сама к нему приеду до конца этой недели.

— Мы с ним уже это обсудили. И он попросил приехать сегодня, завтра ему надо быть в больнице и, возможно, грозит госпитализация.

Таша посмотрела на часы. Если она выйдет прямо сейчас, то успеет вернуться до вечера. Или не успеет? Девушка решила рискнуть.

Поездка сложилась на удивление удачно. Единственным минусом стало только то, что, пробираясь по сельским дорогам, Таша угваздала в грязи машину. На обратном пути пришлось заехать на мойку при въезде в город. Пока ждала машину, заказала в кафе чай с малиновым пирогом и позвонила Евгении.

— Да, Жень, с договором порядок, завтра привезу. В ресторане никаких проблем?.. Отлично. Тогда сегодня я уже не вернусь, у меня вечером встреча. Даже еще успеваю заехать домой переодеться. Если что, я на связи.

Таша как раз закончила перекус, когда к ней подошел работник мойки.

— Черная бэха ваша?

— Да.

— Готова. И еще вот.. — он положил на стол медальон на цепочке. — Нашли в салоне во время уборки.

— Спасибо, — девушка взяла в руки оставленный предмет, разглядывая его. Эту вещицу она видела впервые, и уж точно у нее такой не было. Возможно, кто-то из своих обронил. Она бросила медальон в сумочку и поспешила оплачивать оказанную услугу.

К ресторану подъехала с небольшим опозданием. Пока дома принимала душ, два раза отключалась горячая вода, потом в спешке порвала последнюю пару светлых колготок, поэтому пришлось вместо платья надеть голубой брючный костюм и белую шелковую блузку. Да еще куда-то подевалась любимая губная помада. Так что Таша всю дорогу нервничала, что опоздает. Будучи пунктуальным человеком, она ненавидела опаздывать даже на свидания.

— У меня назначена встреча, — сказала она девушке на входе. — Столик заказан..

— Да, позвольте Вас проводить, — кивнула та и сразу повела ее через зал.

От волнения Таша и не заметила, что, собственно, в ресторане нет посетителей, кроме них с Сону, который поднялся ей навстречу, радостно улыбаясь. И в этот момент заиграла романтичная музыка, а молодой человек подошел к ней с прекрасным букетом белых роз. Он и сам был невероятно красив в белой рубашке без галстука, черном костюме с атласными лацканами и лампасами на брюках, который подчеркивал артистичность его натуры.

— Что происходит? — растерянно пробормотала Таша, принимая букет и наблюдая, как Сону опускается перед ней на одно колено.

— Любовь моя, душа моя, жизнь моя! — Сону смотрел на нее нежным взглядом полным обожания. А затем протянул маленькую коробочку с кольцом. — Выходи за меня!

И запел под сменившуюся мелодию:

Falak dekhoon zameen dekhoon

Jahan dekhoon tera chehra vaheen dekhoon

Har ek manzar tera manzar

Woh kya manzar jahan tujhko nahin dekoon

Falak dekhoon zameen dekhoon

Jahan dekhoon tera chehra vaheen dekhoon

Куда бы взор не обратил,

В толпу людей иль в небеса,

Повсюду вижу я тебя.

Меня твой образ покорил.

О, сладкая моя!

Ко мне являешься в мечтах.

Мечтаю образ свой

Увидеть я в твоих глазах.

[фильм Garam Masala (2005), стихотворный перевод Рейна] **

Сказать, что Таша была в шоке, это ничего не сказать. Она оторопело молчала, переводя взгляд с Сону на кольцо и обратно. Поход замуж совершенно не входил в ее планы на ближайшее будущее. Сперва она хотела добиться своих целей, построить карьеру, а потом… Но как объяснить это Сону, не задев его чувств? Видя замешательство девушки, он обеспокоенно спросил:

— Дорогая, что-то не так?

«Да все не так!» — хотелось ответить Таше, но, посмотрев в его глаза, почему-то произнесла:

— Все хорошо. Просто ты застал меня врасплох.

— Так и было задумано, — улыбнулся парень. — Так ты выйдешь за меня?

И столько любви и мольбы было в его глазах, что…

— Да, — Таша начала подозревать, что в нее вселился другой человек и, скорее всего, блондинка. Но было поздно это выяснять — кольцо уже оказалось на ее безымянном пальце, а она — в объятиях счастливого Сону.

Ужин прошел для Таши, как во сне. Она решительно не понимала, что делать с этой внезапной помолвкой. И не понимала своих чувств. Казалось бы, любая девушка на ее месте была бы счастлива получить предложение руки и сердца от красивого парня, к тому же, перспективного певца. Но у Таши было ощущение, словно ее лишили выбора. Да, ей очень нравился Сону, она скучала по нему, когда они расставались, а ее сердце замирало от его голоса. Но любовь ли это? Сейчас Таша не была в этом уверена.

От размышлений ее отвлек звонок мобильного. Когда открывала сумочку и доставала из нее телефон, в глаза бросилось кольцо на пальце. Рука дрогнула, и сумочка упала на пол. Хорошо, хоть телефон Таша успела поймать, который к тому времени замолчал, оставив на экране уведомление о пропущенном звонке. Опять реклама.

Сону кинулся помогать, но Таша уже сама склонилась над упавшей сумкой, вывалившейся из нее косметикой и ключом от машины. Быстро покидав все это обратно, заметила завалившийся под стол медальон. Достав его, она вспомнила, что хотела спросить Сону, не его ли он.

— Сонь, это не твое, случайно? Нашлось в машине. Интересно, внутри что-нибудь есть…

— Нет! Не открывай! — крикнул изменившийся в лице Сону. Но было поздно.

Девушку ослепил яркий свет, ударивший мощным потоком по глазам. Голова закружилась, и как будто пол начал куда-то уходить из-под ног, а Таша падать, словно в бездонную пропасть. В ушах зазвенело, и ее накрыла спасительная темнота.

А где-то в Мускане на экране ноутбука всплыло уведомление: Прибыл новый попаданец. Проводник — Прияншу.

— Ну вот, — хмыкнула старушка, глядя на сообщение. — А сказал, что увольняется. Ох, уж эта мОлодежь. Сплошное непостоянство!

Примечания автора:

*перевод оригинала на русский с сайта pesni.guru

**перевод оригинала на русский Анна

— Ташенька! — Она как будто издалека слышала взволнованный голос Сону, зовущий ее. — Очнись, пожалуйста! Прошу тебя!

Попыталась открыть глаза, но даже это небольшое усилие вызвало головную боль. Таша поморщилась и спросила:

— Что это было? — и не узнала свой голос, прозвучавший хрипло и еле слышно.

— На вот водички. — Девушка почувствовала, что к губам поднесли чашку. Сделала глоток теплой воды, второй. Першение в горле постепенно проходило.

Еще одна попытка открыть глаза. Кажется, удачная. Несмотря на полумрак в помещении, Таша увидела склонившегося над ней Сону. И впервые за все время знакомства она заметила в его ласковых шоколадных глазах отчаянье и страх.

— Я че, в обморок грохнулась? — наконец-то голос ее слушался.

— Эм.. ну можно и так сказать, — Сону замялся, отводя взгляд.

— Что случилось-то?

— А что ты помнишь?

Таша задумалась, прислушиваясь к себе. Последнее, что она помнила…

— Твое предложение.

Она поднесла руку к лицу, проверяя, не приснилось ли ей это. Нет, то был не сон. Кольцо сверкнуло камешком, поймав тусклый свет ламп.

— Надеюсь, я не сильно испугала работников ресторана. Кстати, а где это мы?

Девушка огляделась по сторонам. В небольшой комнате, кроме дивана, на котором она сейчас сидела, оказался еще столик с зеркалом и напротив вращающееся кресло, какие бывают в парикмахерских. Из освещения — всего пара ламп по бокам от столика. Комната была больше похожа на гримерную артиста, чем на какую-то служебку ресторана. Таша перевела взгляд на Сону, который нервно теребил пальцы, стараясь не смотреть на нее. Наконец, он как-то уж судорожно вдохнул, словно перед прыжком в воду, и осторожно проговорил:

— Дорогая, ты только не волнуйся… тут такое дело… я не знаю, как сказать… но, понимаешь… в общем… мы с тобой не в ресторане.

— Я уже догадалась. А где?

— Мы… мы в клубе. — Парень продолжал заикаться, и это выглядело странно.

— Прекрасно, — с иронией протянула Таша. — Но я что-то не припомню никакого клуба рядом с рестораном, где мы были. Как он называется?

— ОШО, — промямлил Сону.

— Хм, знакомое вроде название. Может, я в нем бывала.

— Это вряд ли… потому что он в другом мире, — наконец, набрался храбрости парень.

— В смысле, ночной клуб?

— В смысле, в параллельном мире.

Таша посмотрела на Сону, как на наивного ребенка, решившего подшутить над взрослыми.

— Сонь, не смешно. В тебе приколист-фантаст вдруг проснулся?

Девушка ждала, что он сейчас рассмеется своей нелепой шутке, но Сону молчал, и ее насторожило его странное поведение. Таша вскочила и бросилась к двери, но от резкого движения перед глазами все поплыло. Однако молодой человек успел вовремя ее подхватить и потянуть на себя. Они приземлились на мягкий диван и пару секунд смотрели друг другу в глаза, переводя дыхание.

— В нашей реальности есть только мы, душа моя, — прошептал молодой человек. — Что бы ни случилось, помни об этом.

Девушка хотела встать, но Сону еще крепче сжал ее в своих объятиях. Словно боялся, что она сейчас выйдет из этой комнаты и исчезнет навсегда. В некотором роде это было возможно.

Однако через пару минут он ослабил хватку и позволил Таше высвободиться из его рук. Она поднялась и, скрестив руки на груди, потребовала:

— К черту патетику! Рассказывай, какого хрена происходит!

Сону обреченно вздохнул, принимая сидячую позу. Немного помолчал, собираясь с мыслями и, наконец, произнес:

— Мы с тобой попали в параллельный мир. Я понимаю, что звучит невероятно, но это так.

— Я не верю! То есть… такое просто невозможно!

— Пойдем, — Сону встал, протягивая руку Таше. — Я докажу.

Она посмотрела на него все тем же возмущенно-неверящим взглядом, но он лишь кивнул, открывая дверь и крепко сжимая ее пальцы в своей руке.

Из комнаты они вышли в длинный коридор с несколькими дверьми, но Сону уверенно повел девушку к той, что в конце коридора. Они вошли в зал, где Таша увидела сцену, бар и всю клубную атрибутику, включая ниши с диванами и, видимо, vip-комнаты на втором этаже, к которым вела широкая лестница.

Пока она осматривалась, в зале появился молодой человек.

— Сону! Дружище! — воскликнул он, направляясь к ним.

Сону вздрогнул и далеко не дружелюбно посмотрел на вошедшего, потом покосился на Ташу, ловя ее реакцию. Но девушка лишь с интересом рассматривала новое лицо. А посмотреть было на что.

Взрыв вьющихся черных волос на голове парня каким-то чудом удерживала пестрая бандана, длинные концы которой свисали на грудь и колыхались при движении. Аляповатая рубашка в гавайском стиле, драные поношенные джинсы и высокие ботинки без шнурков дополняли образ недохиппи, который уже стоял напротив Таши, ослепляя белоснежной улыбкой и распыляя обаяние.

— Зубин, — представился он, протягивая руку для приветствия. Таша обратила внимание на множество разных фенечек и браслетов на запястьях парня. — А Вы у нас кто?

— Никто, — вмешался Сону, вставая между ними и загораживая собой девушку. — Мы уже уходим.

— Как жаль, — протянул разочарованно Зубин, не отрывая глаз от Таши. — Если что, всегда буду рад продолжить знакомство.

Он подмигнул девушке, хлопнул по-дружески Сону по плечу и, ловко запрыгнув на сцену, удалился в закулисье.

— Кто это был? — спросила Таша.

Сону повернулся к ней, незаметно выдыхая с облегчением.

— Художественный руководитель клуба.

— Интересный персонаж, — хмыкнула девушка. — И давно вы знакомы?

— Эм… — И снова трудные вопросы, на которые Сону пока не готов был ответить. — Сейчас уже и не вспомню.

— А там что? — Таша указала на плотные портьеры, за которыми находился главный вход. Ну, или выход в данном случае.

Парень нервно сглотнул. Если до этого еще были цветочки, то теперь предстояли ягодки. Он же не мог запереть Ташу в клубе. Рано или поздно она выйдет и…

Пока Сону взвешивал все «за» и «против», и угадывал дальнейшие перспективы, девушка уже исчезла за портьерами. Он кинулся ее догонять и буквально налетел на нее на пороге клуба.

Если в мире, из которого они пришли, сейчас была ночь, то здесь вовсю светило солнце, и время близилось к полудню. Было непривычно жарко после прохладного сентября в ее городе, и Таша на какое-то мгновение порадовалась, что сейчас не в шубе.

Она смотрела на проходивших мимо людей, одетых, как в индийских фильмах, которые любила в детстве, и не верила своим глазам. Даже в воздухе, казалось, витал аромат каких-то пряных специй и индийских блюд. Таша тогда еще не знала, что при клубе располагался ресторан. Оттуда и долетали эти вкусные запахи, которые напомнили ей, что за ужином она почти ничего не успела съесть.

Девушка заметила, что некоторые прохожие разглядывают ее с любопытством, но тут же понимающе кивают головой и идут дальше по своим делам.

— Это что, Индия? — пробормотала она.

— Нет, — ответил стоявший позади нее Сону. — Это параллельный мир, где сбываются даже самые глупые мечты.

Таша повернулась к нему и посмотрела пристально и настороженно, словно видела перед собой не новоиспеченного жениха, а незнакомца, к тому же, опасного.

— Ты вообще кто такой?

Этого вопроса Сону ждал, но все равно не решался ответить. А девушке, видимо, и не требовался ответ.

— Впрочем, мне плевать. Где бы мы ни были, верни меня обратно! Немедленно!

— Я не могу. Даже если и хотел бы, я не могу это сделать.

То ли жара так подействовала на Ташу, то ли стресс на голодный желудок, но к горлу подступила тошнота, а голова снова закружилась. За секунду до того, как потерять сознание, девушка почувствовала, как сильные руки подхватили ее, уберегая от падения.

Сону мерил шагами небольшую гостиную, где от входной двери до двери, за которой сейчас находилась его драгоценная ноша, было всего-то пять-шесть шагов. И начинал чувствовать, что задыхается от волнения. Когда Таша потеряла сознание, он подумал, что Амрита-джи непременно должна помочь, поэтому и отвез девушку в таинственную лавку. Благо возле клуба всегда дежурили таксисты. И сейчас Амрита-джи оказывала ей необходимую помощь.

Наконец, дверь открылась и появилась хозяйка лавки.

— Ну, как она? — подорвался Сону.

— Да не волнуйся ты так, — успокоила его женщина. — Сам понимаешь, стресс у девушки. Плюс побочка от перемещения. Ей нужен холод, голод и покой. Ой! Что это я! Тепло, вкусняшки и любовь. И капельки успокоительные я ей пропишу. Но принимать исключительно во время истерики или обморока.

— Я могу ее увидеть?

— Конечно, можешь. Только, пожалуйста, не волнуй девицу понапрасну. Тебе ее еще до гостиницы надо благополучно доставить.

Но Сону уже не слушал Амриту-джи, открывая дверь и заходя в комнату к Таше.

— Как ты себя чувствуешь, сердце мое? Уже лучше?

Девушка подняла на него затуманенный успокоительным взгляд. На фоне бледного лица ее карие глаза сейчас казались почти черными. Она кивнула, но ничего не ответила. Сону присел рядом, нежно обнял ее и тихо проговорил:

— Все будет хорошо. Обещаю.

На выходе Амрита-джи вручила молодому человеку маленький пузырек и инструкцию, наказав не злоупотреблять каплями, а дать девушке отоспаться и прийти в себя.

Таша едва держалась на ногах, поэтому Сону отнес ее на руках до такси, осторожно спускаясь вниз по крутым ступеням длинной лестницы. А пока добирались до места назначения, девушку окончательно укачало, и она заснула.

Наконец у Сону появилась возможность немного перевести дух. После того, как он привез Ташу в свой дом и уложил в кровать в одной из гостевых комнат, направился в кабинет. Нужно было сделать пару звонков по работе и пригласить приходящую прислугу. Он не был дома несколько месяцев. Дом требовал внимания, как и его карьера здесь, в Мускане.

Давид, его менеджер, приехал через полчаса.

— Я уж думал, ты не вернешься. В этот раз тебя не было дольше обычного. Лейла уже начала истерить, а я устал придумывать про твои затянувшиеся гастроли.

— Честно говоря, я и не планировал пока возвращаться. Все произошло случайно, — Сону устало провел по волосам, приводя и без того вольные кудри в еще больший беспорядок.

— Что ж, ты здесь. Какие планы? Закатим вечеринку? Лейла будет в восторге.

— Эм.. видишь ли.. я не один.

— В каком смысле? — не понял менеджер.

— Со мной девушка. Оттуда.

— Опять?! Ты же хотел завязывать с этим…

— Нет. На этот раз это моя невеста. — Но, говоря это, Сону не выглядел счастливым.

— О, — менеджер на некоторое время потерял дар речи. — Теперь понятно, почему ты отсутствовал так долго. Лейле это не понравится.

— Извини. Я сам поговорю с ней об этом.

— Я-то что, но ты знаешь мою дочь. Если что втемяшила себе в голову, то никого не слушает. Так что готовься.

Сону невесело усмехнулся.

Они с Лейлой росли по соседству, и он всегда считал ее младшей сестрой, а вот девушка, повзрослев, стала проявлять иные чувства. Сону не раз давал ей понять, что других отношений, кроме дружеских или почти родственных, между ними быть не может, но Лейла отказывалась в это верить. И даже отец не мог пресечь сумасбродство дочери. Со временем Сону перестал обращать внимание на ее собственнические выходки, надеясь, что однажды Лейла повстречает своего мужчину, и забудет эту детскую блажь.

— Я думаю, тебе нужно как можно быстрее организовать помолвку, как это принято здесь, — произнес Давид. — Если поползут слухи, это не пойдет на пользу твоему имиджу.

— Я знаю, — вздохнул Сону. — Но я только вчера сделал Таше предложение, и она сразу оказалась в нашем мире, в который и поверить-то трудно, не то, чтобы принять. У нее стресс, и я опасаюсь за ее здоровье. Ей надо время осознать, привыкнуть.

— Помолвка должна состояться. Хотя бы формальная и скромная, — настаивал менеджер.

— Скромная? — фыркнул молодой человек. — Ты видел у нас такие? Единственное, что остается, это организовать банкет дома, на котором я объявлю о помолвке с Ташей. Но сперва я должен поговорить с ней, все объяснить.

— Так она не в курсе, кто ты?

— У нас не было возможности все прояснить, — озадаченно нахмурил брови парень. — Боюсь, она заблуждается на мой счет. И это все усложняет.

— Говори от сердца, сынок, — Давид иногда называл так Сону, потому что, по сути, годился ему в отцы и видел, как тот рос. — Она почувствует и поверит в твою искренность!

Проводив Давида, Сону решил проведать Ташу. Он зашел в комнату и посмотрел на спящую девушку. Она выглядела уже гораздо лучше, чем днем, бледность прошла. Молодой человек надеялся, что сон восстановит ее силы.

Вернулся он, когда работники клининговой службы прибрались в комнате рядом с его спальней на втором этаже, куда он и перенес Ташу незаметно для чужих глаз.

Когда уборка дома была завершена, уже наступил вечер. Сону принял душ, сменил одежду на свободные легкие брюки и джемпер, перекусил печеньем с кофе. Это все, что он нашел на кухне. Хорошо, что завтра придет экономка, а то утром было бы нечем накормить Ташу.

Девушка по-прежнему спала, когда он вошел в спальню. Сону подумал, что не мешало бы переодеть ее во что-то более комфортное. И для этой цели захватил из своей комнаты чистые футболку и треники. Но как провернуть операцию с переодеванием, чтобы потом не было стыдно смотреть Таше в глаза?...

Самое легкое — снять пиджак и расстегнуть пуговицы блузки. Сону замялся на секунду, но сообразил натянуть для начала через голову девушки футболку, прикрыв до плеч для верности одеялом. Наконец, с верхом было покончено, парень так же под одеялом расстегнул и снял с девушки брюки. Но вот на то, чтобы одеть на нее треники его уже не хватило. От приложенных усилий и смущения лицо его горело, а по спине стекали капельки пота. Сону оставил треники на тумбочке, а одежду девушки повесил на спинку стула. Сам же решил устроиться на небольшом диване. Оставлять Ташу на ночь одну он не рискнул.

Не спалось. Мало того, что диван неудобный, так еще мучают мысли. Почему-то вспомнилось, как он впервые увидел Ташу. Это была фотография, на которой она сидела в кафе. Перед ней на столе стояла забытая чашка, наверно, с чаем и открытый ноутбук. Но девушка с задумчивым видом смотрела куда-то вдаль.

Таша беспокойно заворочалась и что-то пробормотала во сне. Сону подошел к ней, взял ее руку в свои и негромко запел:

Anjaane ho tum jo begaane ho tum jo

Pehchaane lagte ho kyun

Tum gehri neendon me jab soye soye ho

To mujh mein jagte ho kyun

Jab tujhko paata hai

Dil muskurata hai

Kya tujh se hai waasta

Kya tujh mein dhoondhoon main

Kya tujh se chaahoon main

Kya kya hai tujh mein mera

Jaanoon na main tujhmein mera hissa hai kya

Par ajnabi apna mujhe tu lagaa

Jaanoon na main tujhse mera rishta hai kya

Par ajnabi apna mujhe tu lagaa

Если ты незнакомка, если ты чужая мне,

То отчего кажешься такой родной?

Почему, когда ты спишь крепким сном,

Ты бодрствуешь во мне?

Когда ты рядом,

Сердце ликует от радости.

Что меня связывает с тобой?

Что я ищу в тебе?

Чего хочу от тебя?

Что в тебе есть моего?

Я не знаю, какая часть меня живет в тебе,

Но, незнакомка, я почувствовал, что ты принадлежишь мне.

Я не знаю, что за нить связала меня с тобой,

Но, незнакомка, я почувствовал, что ты принадлежишь мне.

[Фильм «1920 Evil Returns» (2012)]*

Утро в Мускане ничем не отличалось от утра в мире Таши. Солнце взошло над горизонтом, заглядывая любопытными лучами в окна жителей и оповещая о начале нового дня.

Открыв глаза, первое, что увидела девушка, это картину с абстрактным рисунком на фоне голубых обоев. На больницу не похоже, решила Таша, припоминая, что вчера пару раз грохнулась в обморок. И тут она почувствовала, что кто-то держит ее руку. Прикорнувший на краю кровати Сону одной рукой сжимал Ташины пальчики, а вторую подложил под голову и мирно спал.

Вчерашние события в одно мгновение всплыли в памяти девушки. Она выдернула руку и резко села на кровати. От ее движения проснулся Сону и с беспокойством в голосе спросил:

— Как ты, душа моя?

— А ты как думаешь? — холодно поинтересовалась девушка.

Сону потер ладонями лицо, прогоняя остатки сна, поднялся с пола и присел на кровать. Потянулся, чтобы взять девушку за руку, но Таша вскочила, откинув одеяло, и… запрыгнула обратно.

— Это что такое?! — грозно спросила она, показывая пальцем на футболку.

— Я переодел тебя. Но я честно-пречестно ничего не видел! — быстро добавил парень, уворачиваясь от летящей в него подушки.

— Ах ты, гад!

— Ташенька! Я, правда, ничего не видел! И почти не прикасался..

— Сволочь! — полетела вторая подушка.

— Ну, пожалуйста! Послушай меня!

Но Таша использовала непереводимый набор слов, который Сону доводилось слышать от некоторых людей в ее мире. И понял, что пора менять тактику. Отбив очередную подушечную атаку, он запрыгнул на кровать, подминая девушку и блокируя ее руки.

— Давай поговорим спокойно, — попросил он.

— О чем? О том, какой ты мерзавец?! — Таша дернулась, пытаясь освободиться.

— Я могу все объяснить, — но Сону держал крепко.

— Все ли?! — запыхавшись от борьбы, выплюнула девушка.

Она шумно дышала, ее лицо раскраснелось, а длинные волосы разметались по подушке. Сону на мгновение залюбовался этой соблазнительной красотой, и в голову даже пришла шальная мысль «Так бы и зацеловал», но парень вовремя одумался, испугавшись последствий неуместного в данной ситуации поступка.

— Прошу тебя, успокойся. Иначе мне придется запереть тебя в этой комнате и не выпускать до самой свадьбы.

— Ах, ты… — и снова попытка вырваться, сопровождаемая потоком непереводимой лексики.

Сону поморщился, дождался, когда он иссякнет, и спросил:

— Ты, наверно, есть хочешь, да? Давай позавтракаем и потом мирно все обсудим.

Кажется, смена темы помогла. Таша фыркнула, сдувая с лица упавшую прядь волос, но согласно кивнула.

— Только чур не драться и не орать, — предупредил на всякий случай молодой человек. — Я отпускаю, ок?

Девушка снова кивнула.

Сону про себя помолился, чтобы экономка уже пришла и успела приготовить завтрак. Вряд ли ему удастся задобрить Ташу столетними печеньками.

— Ты пока одевайся, умывайся, а я схожу вниз, посмотрю, как дела на кухне.

Он уже был в дверях, когда Таша спросила:

— Кстати, где я?

— Ты у меня дома, — улыбнулся Сону. — Не волнуйся, тут ты в полной безопасности.

— Ага, — с сарказмом хмыкнула девушка, но парень уже вышел, прикрыв за собой дверь.

Таша встала и отправилась на поиски ванной комнаты. Открыв нужную дверь, застыла на пороге, увидев, во-первых, размеры этой самой комнаты, а, во-вторых, оснащение и убранство. По размерам два помещения были, как вся ее квартира. А уж о такой сантехнике она могла только мечтать.

Однако время подгоняло. Решив опробовать джакузи позже, девушка быстро приняла душ. Таша хотела было облачиться в свою вчерашнюю одежду, но та требовала химчистки. Поэтому пришлось снова надеть футболку и треники, заботливо оставленные хозяином дома на тумбочке. Одежда, конечно, была ей велика, но это лучше, чем халат, который висел на вешалке в ванной.

Она уже расчесывала пальцами волосы, подсушивая их полотенцем, когда в дверь постучали. Надо же, какая неожиданная галантность.

— Ну! — крикнула она, как бы разрешая войти.

— Эм, — но парень предпочел остаться за закрытой дверью. — Если ты готова, то жду тебя в столовой.

— Иду.

На завтрак был банальный омлет, гренки с айвовым джемом, фруктовый салат и на выбор — чай или кофе. А Таше почему-то захотелось какао, но пришлось согласиться на чай.

Пока они ели, Сону пытался уловить настроение девушки, но по ее сосредоточенному на еде лицу трудно было что-то угадать.

— Хватит меня сканировать, — наконец, не выдержала Таша. — Если есть, что сказать, говори. Пока я добрая.

— Если ты закончила, может, перейдем в гостиную? Не хотелось бы, чтобы в меня полетели ножи с вилками.

Таша впервые за это утро улыбнулась. Допив чай, встала.

— А экскурсия по дому будет?

— Обязательно, но позже, — парень тоже улыбнулся.

К удивлению девушки гостиная была обставлена не кожаными, а мягкими, цвета кофе с молоком, диванами и креслами с замшевой обивкой. Куча разноцветных подушек, белый журнальный столик, кремовый ковер и много цветов в ярких кашпо придавали помещению уют. Большие окна сейчас были завешены легкими, не пропускающими солнечные лучи шторами в тон к ковру. Кстати сказать, Таша заметила, что во всем доме была комфортная температура, но кондиционеров она не видела.

Девушка расположилась в одном из кресел, сразу утонув в его мягкости и плюшевости, а Сону присел на край дивана. Помолчали.

— Не знал, что ты умеешь так витиевато материться, — вдруг ляпнул парень.

— Ты еще многого обо мне не знаешь. Как выяснилось, и я о тебе тоже.

И спросила, сразу переходя к главному:

— Когда я вернусь домой?

— Не знаю, — честно ответил Сону.

— В смысле? Ты понимаешь, что у меня работа, обязательства и, в конце концов, просто жизнь там , а не здесь?!

— Я понимаю. И клянусь, что не причастен к тому, что произошло.

— Но ты из этого мира.

— Да, это так.

— И когда ты собирался мне об этом рассказать? После свадьбы? А потом притащить меня сюда? — девушка снова начала закипать.

— Теперь это уже не имеет значения. Но это не я тебя переместил.

— Тогда кто? — и тут Таша вспомнила. — Медальон! Это все тот чертов медальон! Кто-то подбросил мне его, не иначе.

Сону предпочел промолчать. В любом случае, сейчас он ничего не мог изменить. И не хотел еще больше все усложнять.

— Через пару дней я планирую устроить банкет, на котором представлю тебя, как мою невесту и объявлю о нашей помолвке.

— Никакой помолвки не будет, и, тем более, я не выйду за тебя!

— Тогда тебе придется выйти за кого-то другого. Таковы здесь правила. Подумай, какой вариант предпочтительней. Я, надеюсь, ты примешь правильное решение, — более жестким тоном, чем хотелось, проговорил Сону.

Таша молчала, и по ее глазам было видно, еще немного, и она снова взорвется.

— Душа моя, — включая очарованца, молодой человек опустился на одно колено перед девушкой и сжал ее руки в своих. — Я обещаю, что найду способ вернуть тебя обратно. Ты же знаешь, я люблю тебя. И твое счастье для меня важнее всего. Но… сейчас нужно подстроиться под обстоятельства.

Выслушав его, Таша встала и быстро направилась на второй этаж. Сону тяжело вздохнул, усаживаясь на пол и прислоняясь спиной к дивану. Смотреть в глаза любимой и лгать — было невыносимо.

На обед Таша не вышла. А на приглашение Сону спуститься в столовую, откликнулась коротко:

— Оставь под дверью.

Ну, хоть голодовку не объявила, и то хорошо.

Вернувшись в комнату, Таша несколько раз глубоко вдохнула и выдохнула, отгоняя наваждение. Она начала подозревать, что Сону имеет какое-то особое воздействие на нее, потому что когда она смотрела в его глаза там, в гостиной, была готова согласиться буквально на все. Как тогда в ресторане. Единственным выходом было сбежать, чтобы спокойно все обдумать.

Но, несмотря на то, что девушка всеми силами пыталась сдержать в себе нарастающую панику, той удалось прорваться. Таша металась по комнате, меряя ее шагами то от входной двери до окна, то от двери ванной до кровати. И думала, думала, думала. Конечно, первая мысль была «Бежать!», но вторая — «Куда?». Здравый смысл говорил ей, что она не знает этот город или мир, как он устроен, какие здесь правила. Нет никого, к кому бы она могла обратиться за помощью. У нее нет даже сменной одежды и элементарно денег на нее и еду. Выйти за порог этого дома было легко, но что ее там ждало, она не знала. Искать дополнительные приключения девушке совершенно не хотелось. Но и полностью довериться Сону она не могла. Теперь он был не тем человеком, которого, как она думала, знает.

Поэтому она решила принять условия игры. И, во-первых, докопаться до правды, во-вторых, найти виновных и… выход. В прямом смысле слова.

Сону как раз собирался позвать Ташу на ужин, когда позвонил Давид.

— У нас проблемы.

Парень редко слышал от своего менеджера эту фразу. А за последние несколько лет так ни разу. Обычно Давид все решал сам, иногда даже не ставя Сону в известность, если только ситуация не была достаточно серьезной. И это, видимо, был тот самый случай.

— Что случилось? — нахмурился певец.

— Во-первых, кто-то слил твое фото с девушкой на руках в желтую газетенку. Я их уже прижал, но информация о том, что ты обзавелся невестой, успела просочиться. Во-вторых, Лейла едет к тебе. В-третьих, и это самое главное, организаторы потребовали с нас возмещение за отложенные концерты. Тут вопрос даже не в деньгах, а в репутации.

— Что значит, Лейла едет ко мне? — Сону, конечно же, услышал самое важное для себя.

— А, — отмахнулся Давид. — Не переживай. Я ей сказал, что ты в студии.

— Да от студии до меня ехать минут 15, — подорвался Сону, направляясь к лестнице на второй этаж. — Как давно она уехала?

— Трудно сказать, — замялся менеджер. — Может, с полчаса.

— Черт! — выругался парень. — Я перезвоню. Нужно срочно спрятать Ташу.

Но он не успел. Раздался мелодичный перезвон, сообщающий о приходе гостя. В холле появилась экономка, спешащая к входной двери.

— Стоп! — крикнул ей Сону. — Не открывайте. Я сам.

Прежде, чем открыть дверь, он сделал глубокий вдох.

— О, Лейла, — максимум удивления на лице. — Ты тут какими судьбами?

— Почему не позвонил, когда приехал? Почему я все узнаю последняя? — накинулась девушка с вопросами.

Сону по-прежнему стоял в дверном проеме, не впуская Лейлу в дом.

— Слушай, я тут за хлебушком собрался, составишь мне компанию? — И, подхватив опешившую девушку под руку, поволок к машине.

Та очнулась, когда парень усаживал ее в машину, приговаривая, что ему вдруг захотелось сэндвичей, а подходящего хлеба дома не нашлось.

— У тебя же экономка есть, — включилась Лейла в дурацкий диалог.

— Не хочу по пустякам тревожить милую женщину, у нее и так забот хватает. К тому же, прогуляюсь перед ужином, — пока садился за руль, лихорадочно соображал, где здесь поблизости булочная, а лучше подальше.

— Сону, подожди, — вдруг очнулась Лейла. — Я же на своей машине приехала. Совсем меня заговорил.

— Тогда поехали на твоей.

— Ты прямо так поедешь? — кивнула девушка на домашний прикид Сону.

— Да кто меня осудит.

Они пересели в ее красный мерседес. Когда выезжали за ворота, парень посмотрел на окна второго этажа, в одном из них горел свет. Он надеялся, что Лейла этого не заметила.

После принятого решения, Таша немного успокоилась и подумала, что надо как-то закрепить результат. Был бы у нее сейчас ее мобильный, включила бы послушать любимых азиатов. А, может быть, попробовала бы позвонить кому-нибудь в свой мир. Чем черт не шутит. Она видела такое в фильмах, когда попаданцам в параллельный мир каким-то чудом удавалось сообщить о себе близким.

Заняться было нечем, и девушка решила повнимательнее изучить комнату, которая, возможно, надолго станет ее приютом. Таша окинула взглядом помещение: у окна — двуспальная кровать, небольшой диван с креслом и журнальный столик расположились у противоположной стены от нее. Все выдержано в светлых нейтральных тонах — голубой, песочный, белый. Скучновато. Две двери — одна в ванную комнату, а куда вела вторая, девушка не знала. Открыв ее, она обнаружила гардеробную. Пока пустую. Вернувшись в комнату, Таша присела в кресло и только начала прикидывать, чем бы раскрасить эту блеклую пастель, как зацепилась взглядом за какой-то аппарат на второй прикроватной тумбочке. Это оказался телефон. Самый обычный стационарный. Она подняла трубку и услышала привычный длинный гудок. Но, к сожалению, как ни пыталась, не смогла вспомнить ни одного номера друзей, знакомых или хотя бы коллег. Все номера были в мобильном, и не было необходимости запоминать или записывать их. Девушка с сожалением вздохнула и пошла в ванную комнату. Пора было опробовать джакузи.

Время близилось к ужину, судя по тому, что солнце почти село за горизонт, и за окном постепенно темнело. Таша решила, что на этот раз осчастливит Сону своим присутствием за столом. И хотела уже спуститься вниз, когда услышала голоса на улице.

Слегка отодвинув занавеску, увидела внизу Сону. Он сел в красную машину с какой-то девушкой, и они уехали.

Да у нас тут любовный треугольник намечается! Таша оживилась и пошла искать экономку, чтобы узнать подробности.

— В какую булочную тебя отвезти? — спросила Лейла, когда они с Сону выехали за ворота его дома.

— Эм, — замялся он. — А знаешь, поехали к вам. Я вспомнил, что мне надо обсудить кое-что важное с твоим отцом.

— А со мной ты ничего обсудить не хочешь? — спросила Лейла капризным тоном.

— Вот у вас и поговорим, — решил не накалять обстановку в машине Сону.

Лейла надула губки, но промолчала. Наверно, тоже решила, что разговоры за рулем дело небезопасное. И домчала их до дома в рекордно короткое время.

Не успели они войти, как Лейла выпалила:

— Это правда, что у тебя есть невеста?

Сону готов был к этому вопросу, но не ожидал, что допрос начнется прямо с порога. Он сделал вид, что не расслышал.

— Давид у себя в кабинете? Пойду к нему.

Но с Лейлой этот номер не прошел. Она дернула Сону за руку и потребовала:

— Отвечай! Это правда?

— Да.

А что еще ему оставалось. Ведь рано или поздно это станет достоянием общественности. Лучше принять бой сейчас. Может, обойдется малой кровью. Но Лейла зашлась в истерике, обвиняя Сону в предательстве. На ее крики выбежала их экономка, а следом Давид. Оба пытались ее успокоить и отцепить от Сону. Лейла схватила его за джемпер и трясла, как грушу, выкрикивая ругательства. Наконец, Давиду удалось переключить дочь на себя и увести в ее комнату.

Сону выдохнул, надеясь, что самое страшное позади. Экономка принесла ему виски со льдом, понимающе улыбнулась одними губами и удалилась. Молодой человек сделал небольшой глоток, подержал напиток во рту, чтобы тот немного нагрелся, а затем проглотил. Он почти не пил алкоголь и, тем более, холодное, берег горло. Но сейчас виски пришлось кстати.

Давид спустился в гостиную где-то через полчаса. Улыбнулся виновато и сказал:

— Она теперь нескоро успокоится. Но я убедил ее, что у нас важный разговор, а потом ты ей все объяснишь. Кстати, как ты оказался у нас дома?

— Я не мог впустить Лейлу в свой дом. Если бы она увидела Ташу, мне страшно представить, что произошло бы. И хорошо, что я приехал к вам, давай обсудим, что надо сделать, чтобы решить все проблемы.

— Тебе необходимо провести по два-три концерта в трех городах. Это главное и обсуждению не подлежит. Заодно увезешь девушку из Мускана, и до помолвки никто о ней не узнает. С газетчиками я уже договорился, завтра выйдет опровержение. За это я им обещал эксклюзив с помолвки.

— Ты предлагаешь взять Ташу в тур?

— Ну, тур это громко сказано, — отмахнулся менеджер. — Скорее, откупные продюссерам. А девушку замаскируем под стафф или поработает моей помощницей.

— Но она ничего не знает не только о шоу-бизнесе, но и о нашем мире! — растерянно воскликнул Сону.

— Ничего, научим. Главное, месяц-другой вам придется побыть на периферии и постараться не засветиться снова в газетах. А по возвращении отгрохаем помолвку с максимальным размахом.

К сожалению Таши, экономка оказалась неразговорчивой или просто не в ее правилах было сплетничать о работодателе. Никакой ценной информации она не сообщила кроме голых фактов. Что девушку зовут Лейла, и она дочь менеджера Сону, Давида. А сама экономка просила называть ее Падма-джи. Это была женщина неопределенного возраста, маленького роста и средней комплекции. Ее черные волосы, гладко зачесанные и убранные в тугой пучок, едва тронула седина. Сегодня она была одета в традиционный шальвар камиз, сочетающий в себе темно-синий и бирюзовый цвета. Тонкая дупатта обрамляя шею, струилась по плечам, а края свисали почти до колен. Бирюзовый цвет выгодно освежал лицо Падмы-джи, затрудняя Таше задачу угадать ее возраст.

На ужин экономка подала отварной рис с курицей в соусе, который сильно пах специями. Таша с подозрением посмотрела на это блюдо и спросила:

— Падма-джи, а что это?

— Курица под соусом карри. Это вкусно, попробуйте. Я подумала, что Вам будет интересно отведать местной кухни.

Таша предпочла бы что-то «неместное», но вслух сказала:

— Спасибо, — не обижать же женщину в первый день знакомства.

Старательно счистив бо́льшую часть соуса с кусочка мяса, Таша отправила его в рот, внутренне приготовившись выплюнуть обратно. На вкус было очень колоритно. И остро. Девушка поморщилась, заела этот колорит пресным рисом и для верности запила водой. По лицу экономки, наблюдающей за ней, Таша поняла, что женщина все-таки обиделась.

— Очень вкусно, — попыталась сгладить ситуацию Таша. — Просто я не привыкла к такой еде.

— Я понимаю, — кивнула Падма-джи с каменным выражением лица. — Что Вам приготовить на завтрак?

— Кашу. Рисовую или гречневую. Можно манную.

Экономка смотрела на Ташу, как на инопланетянку, заказывающую диковинные блюда.

— Что? Здесь не едят каши? — девушка тоже казалась крайне удивленной.

— Могу предложить кашу из нута, — нашлась, наконец, Падма-джи.

— Спасибо. С детства не люблю горох. Но молоко-то у вас есть? — не теряла надежды девушка.

— Конечно.

— Ну и отлично, сварю себе хотя бы рисовую.

— Вы умеете готовить? — кажется, экономка искренне верила в обратное.

— Естественно. Я же в ресторанном бизнесе работаю. В смысле, работала, — поправила себя Таша.

— Если Вы покажете мне, как готовить эту кашу, то я смогу подавать Вам ее каждое утро.

— Совсем не обязательно каждое. Конечно, покажу. А сейчас можно мне просто яишенку на хлебе? — с милой улыбкой порушила Таша только что возведенные мосты.

После ужина она спросила экономку, есть ли в доме библиотека, где можно взять что-нибудь почитать. Та проводила Ташу в другую часть дома, где она еще не была. Там находился кабинет Сону и небольшая библиотека с выходом на застекленную террасу, заставленную комнатными растениями, а в уголке этого минисада приютилось кресло-качалка.

Взяв первую попавшуюся книгу с полки, Таша устроилась в кресле, слегка покачиваясь, и открыла книгу наугад.

Из тьмы я пришел, где шумят дожди. Ты сейчас одна, взаперти.

Под сводами храма своего путника приюти!

С дальних троп, из лесных глубин принес я тебе жасмин,

Дерзко мечтая: захочешь его в волосы ты вплести?

Медленно побреду назад в сумрак, полный звона цикад,

Ни слова не произнесу, только флейту к губам поднесу,

Песню мою — мой прощальный дар — посылая тебе с пути.

[Рабиндранат Тагор]

Девушка шмыгнула носом, понимая, что ревет.

В старшей школе они с подружкой часто гадали на томике стихов Пушкина. Загадывая вопрос, открывали случайную страницу и читали ответ. Сейчас Таша ничего не загадывала, потому что вопросов было слишком много. Но ответ, который она получила через этот сборник стихов, напомнил, насколько она одинока здесь, в чужом для нее мире. Где даже самая пылкая с виду любовь может оказаться иллюзией.

Вытерев слезы рукавом футболки, Таша встала, оставляя книгу на кресле. Стихи Рабиндраната Тагора, конечно, прекрасны, но настроение было далеко не поэтичное. Девушка отправилась в свою комнату в надежде, что скоро вернется Сону, и она сможет побольше расспросить о его мире.

Проходя мимо спальни хозяина дома, Таша решилась заглянуть в нее хотя бы одним глазком. Потянула ручку, дверь оказалась не заперта. Комната была похожа на ее спальню, только в другой цветовой гамме — серый, белый, бежевый, с вкраплениями темно-лилового в виде диванных подушек, покрывала на кровати и широких полос на серых шторах. В комнате стоял типично мужской запах — сладковато-терпкий мускусный и немного хвойный, наверно, от парфюма Сону.

Таша легко нашла гардеробную. И, заглянув в нее, подобрала себе новый набор из футболки с легкими брюками на завязках, которые легко можно в талии адаптировать под ее размер.

Кстати, надо обсудить с Сону вопрос покупки одежды. Не может же она все время ходить в его футболках и трениках. И, тем более, в таком виде совершенно не приемлемо выйти в город.

Чтобы убить чем-то время, девушка села за составление списка покупок. Одежда, обувь, белье, косметика. Только необходимый минимум. Но все равно список получился внушительный. Закончив его, Таша еще раз с сомнением перечитала. А есть ли здесь вообще приличные магазины, задалась она вопросом. Так много хочется спросить, а Сону все нет!

Ожидание раздражало. Таша приняла душ, надела взятую из комнаты Сону смену одежды, высушила волосы. Послонялась по комнате, пожалев, что не взяла из библиотеки какую-нибудь книгу или журнал. Но идти в другой конец почти пустого и темного дома ей было страшновато.

Кажется, время было уже за полночь, но спать Таше совсем не хотелось. Видимо, отоспалась накануне. Она решила спуститься на кухню и состряпать себе какой-нибудь перекус. Главное, не разбудить экономку.

В итоге получилось целое ночное пиршество. Холодильник приятно удивил не только обилием разной вкуснятины, но и наличием пива. Таша знала, что Сону его не любит. Видимо, держал для гостей. А она кто? Правильно, гость. К тому же, по русской традиции ей жизненно необходимо снять стресс. Водрузив закуску и выпивку на поднос, она расположилась в гостиной, включив телевизор. Он давал достаточно света и в то же время создавал шумовой фон, спасая Ташу от мрачных мыслей и чувства тревоги.

Пощелкав каналы, остановилась на каком-то музыкальном шоу, сделав минимальную громкость, чтобы ненароком Падма-джи не испортила ей праздник души.

Однако праздника не получалось, несмотря на задорные песни, льющиеся с экрана телевизора. С каждой выпитой порцией алкоголя Таша только острее чувствовала одиночество и все ярче представляла себе Сону с той девушкой на красной машине. И хотя она толком ее не рассмотрела, воображение рисовало некую роковую красотку, обворожительно улыбающуюся своему кавалеру, то есть Сону, который нежно смотрел в ответ, поддерживая даму под локоток.

Тьфу! Таша одним глотком допила остатки пива в банке, отгоняя картинки, вызывающие желание что-нибудь разбить. А еще она не отказалась бы сейчас от сигаретки. Таша бросила курить, когда ее назначили на должность управляющей ресторана. Новый виток в ее жизни, по мнению девушки, подразумевал перемены в ней самой и определенные жертвы. Ведь это постепенно приближало ее к мечте и к тому образу бизнес-леди, какой она видела себя в будущем. И что она имела сейчас? Путешествие в этот гребанный волшебный мир в буквальном смысле разрушило все: ее планы, ее мечты, ее жизнь. Таша всхлипнула, размазывая слезы по лицу, и открыла новую банку пива. Да где же этот засранец?!

В пять утра, когда небо стало постепенно светлеть, предвещая скорый рассвет, Таша уже собралась будить экономку, чтобы та позвонила в полицию, больницы, морги, Соньке, в конце концов. А вдруг с ним что-то случилось? Авария на дороге или похитили безумные фанаты. Да мало ли что может произойти в этом их мире!

Но помощь Падмы-джи не потребовалась. Таша услышала, как открывается входная дверь, и на пороге появился целый и невредимый Сону. Он включил верхний свет и замер в шоке от представшей его глазам картины.

О том, что Таша пила всю ночь, красноречиво говорили выстроенные длинной шеренгой на полу пивные банки и изрядно помятый вид самой девушки.

Буквально пару секунд они смотрели друг на друга, оценивая ситуацию. Каждый по-своему. Наконец, Таша убийственно спокойным голосом констатировала факт:

— Ты спал не дома.

— Я вообще не спал, поэтому так не скажешь, — осторожно ответил Сону, потихоньку приближаясь к линии из пивных банок.

— Тебя не было всю ночь, разница небольшая.

И только он занес ногу, чтобы перешагнуть через них…

— Стоять! — скомандовала девушка. — Не пересекай линию.

— Это, — указала она пальцем на пивные банки. — Граница между твоим и моим мирами. Если ее нарушить, быть беде.

При этом Сону заметил, что в другой руке Таша держит нож для чистки фруктов. Он нервно сглотнул и отступил на пару шагов назад.

— Ты злишься?

— Я? — излишне эмоционально воскликнула девушка. — С хрена ли?!

— Тогда, может, положишь нож? — попросил молодой человек, показывая глазами на озвученный предмет.

Кажется, Таша и сама удивилась, откуда взялся нож в ее руке, но послушно положила его на стол.

— Душа моя, я думаю, тебе нужно поспать, — пошел в нежное наступление Сону. — А потом я тебе расскажу, что мы с Давидом придумали…

— Значит, ты был у них, — снова констатация факта, произнесенная таким тоном, словно Таша ставила галочки в блокноте, и явно не в пользу Сону.

Парень предпринял еще одну попытку загладить вину.

— У меня есть две новости. Одна хорошая, а вторая очень хорошая. С какой начать?

— Дай угадаю, — остановила его Таша. — Я возвращаюсь домой. И я возвращаюсь домой немедленно. Угадала?

Девушка встала, но ее так мотыляло из стороны в сторону, что Сону испугался, вот-вот упадет. Он быстро «пересек границу», подхватил Ташу на руки и понес на второй этаж. О поездке на гастроли он расскажет потом.

— Прости, что оставил тебя одну и заставил волноваться, — произнес парень своей пьяной ноше, но Таша уже не услышала. Она уткнулась носом ему в шею и отключилась.

Девушка проспала до вечера, и когда открыла глаза, то не сразу разобралась, ночь на дворе, вечер или раннее утро. Голова трещала, мучил сушняк, и отчаянно не хотелось вспоминать события прошлой ночи. А уж какой она оставила срач в гостиной… Падма-джи ей этого не простит.

Тихо постучав в дверь, в комнату заглянул Сону.

— Проснулась, солнце мое? Как ты?

— Не спрашивай, — прохрипела девушка, поморщившись от головной боли.

— Я принес тебе пилюли Амриты-джи от похмелья. Но их нельзя пить на голодный желудок. Вставай, Падма-джи приготовила тебе кашу.

— О боже, — простонала Таша, зарываясь с головой под одеяло.

Она не представляла, как будет смотреть в глаза этой милой женщине.

Экономка встретила их все с тем же непроницаемым выражением лица, по которому невозможно было угадать ее истинные мысли. И подала для Таши рисовую кашу.

— Спасибо, — тихо поблагодарила та. — Как Вы узнали рецепт?

— Гугл в помощь, — отозвалась с сухой улыбкой Падма-джи. — Приятного аппетита.

И ни слова о ночном набеге на холодильник и погроме в гостиной. Таша тоже предпочла промолчать.

После еды, приняв пилюлю от похмелья и запив ее по инструкции большим количеством мангового сока, Таша почти сразу почувствовала себя значительно лучше. Сону о чем-то тихо разговаривал с экономкой. До Таши долетали лишь отрывки их разговора, из которых она сделала вывод, что Сону собирается куда-то уехать.

— Вот ты где, — нашел он ее в гостиной. — У меня к тебе важный разговор.

— Давай, добей меня, — буркнула девушка.

— Не знаю, помнишь ли ты… я говорил, что у меня две новости — хорошая и очень хорошая.

И Сону вкратце рассказал о тех проблемах, которые возникли после их появления в Мускане.

— Но, — продолжил он. — Если я поеду на гастроли и возьму тебя с собой, то все решится прекрасным образом.

— Подожди… что? — переспросила Таша, думая, что ослышалась. — Я еду с тобой?

— Конечно.

— И в качестве кого?

— Простого работника. Стаффа.

— Прекрасно, — протянула девушка, закатывая глаза.

— Я рад, что тебе нравится эта идея…

— Это был сарказм!

— Но, душа моя, другого выхода просто нет.

— И вы называете ваш мир волшебным?!

— Ташенька, это ненадолго, всего месяц-два, и мы заживем с тобой, как в сказке!

— Да иди ты… — в сердцах бросила Таша и направилась на выход. Прочь из этого дома. И, желательно, из этого мира.

— Если ты сейчас уйдешь и попадешь в посольство, тебя завтра же выдадут замуж за первого встречного, — крикнул ей вслед Сону. — И ты точно никогда уже не вернешься домой.

От волнения и охватившего его страха сердце парня бешено колотилось о ребра, едва не выскакивая из груди.

Остановившись у двери, девушка вздохнула обреченно, понимая, что погорячилась.

— Просто потерпи немного, — продолжил Сону, подходя к ней. — Вернувшись после гастролей, мы все решим.

Таша развернулась и посмотрела парню в глаза. Кажется, он был искренен.

— Ладно. Что входит в обязанности стаффа или как там его?

— Не волнуйся, ничего сложного. Главное, ты будешь со мной.

Таша кивнула, раздумывая над предстоящим приключением, а парень, воспользовавшись ее замешательством, быстро чмокнул девушку в щеку.

— Ах ты! — замахнулась она в шутку на него рукой.

Сону рассмеялся и, немного отбежав, запел, пританцовывая и дурашливо подмигивая Таше. И, наконец, вызвал у нее ответную улыбку.

Apne deewane ka

Apne deewane ka karde bura haal re

Ki ankhiyon se goli maare

Ankhiyon se goli maare

Ladki kamaal re ki ankhiyon se goli maare

Своего возлюбленного

Своего возлюбленного она не щадит —

Стреляет пулями из глаз

Стреляет пулями из глаз

Вот это девушка! Стреляет пулями из глаз.

[Фильм Dulhe Raja (1998)]**

Девушка, одетая в черный комбинезон, с надписью на спине «стафф» пробиралась по коридору между толпившимися танцорами и снующими туда-сюда работниками сцены. Она еле удерживала в руках несколько чехлов с костюмами и почти не видела, куда идет. Бейсболка глубоко съехала на глаза, загораживая обзор, а руки были заняты, чтобы это исправить. «Ничего сложного, да?!», — возмущенно пропыхтела девушка, ногой открывая дверь в одну из гримерок и вваливаясь туда со своей поклажей.

В Плешевар они приехали неделю назад. Давид, выехавший раньше на пару дней, забронировал в местной гостинице два номера. Один для себя и другой для Сону с Ташей. Видимо, тот факт, что они жених и невеста, в его понимании оправдывал проживание в одной комнате с единственной двуспальной кроватью. А, может, просто больше не было свободных номеров. Таша так устала в дороге, что на разборки и поиски другого варианта просто не было сил.

— Помни про границу, которую нельзя пересекать. Полезешь — убью, — предупредила она Сону и завалилась спать.

Парень лишь виновато улыбнулся уголками губ. Из-за того, что он неправильно рассчитал время выезда, они попали в пробки на дороге из Мускана и в Плешевар добрались только рано утром, находясь всю ночь в пути.

Через два часа должна была состояться встреча с организующей стороной. Сону быстро принял душ и пошел в номер к Давиду, где они за завтраком еще раз обсудили рабочие моменты.

Когда Таша проснулась, было уже время обеда. После душа заказала еду в номер. И принялась распаковывать чемодан, вспоминая, как они с Падмой-джи отоваривались в Мускане.

Так как девушке нельзя было светиться в центре города, поход в ТЦ «Мэйн хун на» отменялся. И Сону попросил экономку свозить Ташу в какой-нибудь маленький магазин на окраине. Та заверила, что знает хорошее место, где девушку оденут не хуже, чем в брендовых магазинах. Чтобы Таша сильно не выделялась в толпе, Падма-джи принесла ей бежевый с голубой каймой шальварчик племянницы и белые босоножки. Волосы девушки она заплела в косу, и покрыла ей голову дупаттой. Теперь, хотя бы со стороны, Ташу можно было принять за местную.

Пока они долго ехали на рикше, виляя по узким улочкам, Таша с интересом рассматривала город. Фактически это было ее первое знакомство с Мусканом. Улицы, по которым они проезжали, были похожи на те, что она видела когда-то в индийских фильмах. И на какой-то момент она почти поверила, что находится в одном из городов Индии, что подразумевает возможность сесть на самолет и вернуться домой. Но вопрос Падмы-джи вернул ее в реальность… или не реальность.

— Как Вам Мускан?

— Миленько, — односложно ответила Таша.

— Вы еще не видели центра. Вот где красота!

— А куда мы едем, Падма-джи? — решила сменить тему разговора девушка.

— В весьма колоритное место. Вам понравится.

И почему эта женщина решает за нее, что ей обязательно что-то понравится, возмутилась про себя Таша. С карри-то промахнулась.

Когда Таша и Падма-джи, наконец, доехали до места назначения и вошли через большие ворота, на которых огромная и яркая вывеска гласила «Рынок Гарам Масала», на Ташу обрушилась такая какофония звуков и ароматов, что она аж пошатнулась, делая пару шагов назад. И не успела опомниться, как оказалась в самой гуще разноцветия и многоголосия.

— Все, дальше падать некуда. Это самое дно, — пробормотала Таша, почти с ужасом озираясь по сторонам, пока Падма-джи целеустремленно вела ее куда-то вглубь рынка. Девушка только и успевала уворачиваться от выскакивающих, как черт из табакерки, торговцев и нахваливающих на разный лад свой товар.

Здесь смешалось все. Одежда, обувь, хозтовары, фрукты, овощи и прочее. Тут же располагались ларьки, где готовили разную уличную еду или пряный чай. У Таши рябило в глазах от пестрых тканей, и закружилась голова от смеси запахов еды и дыма.

Наконец, они дошли до какого-то строения. Это оказался тот же рынок, только крытый, и внутри все выглядело куда цивильнее, хотя продавцы так же навязчиво заманивали в свои магазины. Но Падма-джи, игнорируя их, провела девушку через ряды, свернув пару раз в только ей известном направлении, и они остановились возле мини-магазина. Здесь была представлена как национальная одежда, так и европейская. Навстречу им вышла молодая женщина.

— Риточка, а вот и мы! — Таша первый раз видела, чтобы Падма-джи вообще улыбалась, да еще так сердечно. Экономку было просто не узнать.

— Падмачка-джи! — вторила ей продавщица, расплываясь в широкой улыбке. — Жду-жду. Заходите.

Их пребывание в магазине длилось гораздо меньше, чем они добирались до этого места. Таша, конечно, любила быстрый шопинг, но этот побил все ее рекорды. Впрочем, как правильно заметила экономка, на гастролях девушка в основном будет носить униформу, поэтому двух шальвариков, двух пар джинсов, пяток футболок и трех рубашек должно было хватить. Бельем и обувью они так же быстро отоварились в соседних магазинчиках. Таша, наконец, сменила чужие босоножки на новые черные лодочки на среднем каблуке, и сразу почувствовала себя лучше. Оставалась косметика. И пока Падма-джи расплачивалась за покупки, девушка вышла в поисках магазина косметики и средств личной гигиены. Как ей показалось, она всего лишь завернула в соседний ряд, но уже через пять минут поняла, что не помнит, как ей вернуться обратно. Зато нашла искомое.

Таша стояла, растерянно оглядываясь вокруг. Мимо нее сновали продавцы и проходили покупатели, но она никого не могла спросить, как ей отыскать хотя бы магазин Риты. Оставалось молиться, что Падма-джи каким-то чудом сама найдет ее.

— Сердце красавиц склонно к изменам и к переменам, как ветер мая, — услышала она, как кто-то напевает знакомые слова из арии. Впрочем, даже по столь маленькому отрывку Таша могла судить, что у исполнителя напрочь отсутствует не только голос, но и слух. Она поморщилась, поворачиваясь в сторону «певца».

Ровно посередине ряда слегка развязной походкой двигался молодой мужчина, перед ним расступались спешащие по своим делам люди, словно пропуская очень важную «шишку», хотя по внешнему виду он на таковую не тянул и одет был вполне обыденно. Белая рубашка небрежно заправлена в потертые джинсы. Несколько пуговиц сверху расстегнуты, открывая постороннему взгляду смуглую накаченную грудь. Белые «Найки» завершали образ. Таша стояла у парня на пути, не думая уступать дорогу. Когда их взгляды встретились, он остановился и движением головы откинул прядь волос со лба, одновременно приглаживая ее ладонью в «звездном» жесте. И улыбнулся, демонстрируя соблазнительные ямочки на щеках. Таша фыркнула, наблюдая весь этот пафос, и собралась было зайти все-таки в магазин, но услышала бархатистый голос:

— Я проснулся утром с ощущением, что сегодня встречу свое счастье. И вот оно! Мое счастье!

Таша обернулась. Парень стоял рядом, и девушке пришлось немного опустить взгляд, потому что оказалось, что она выше его ростом. Впрочем, его это нисколько не смутило, и он продолжил:

— Счастье мое, ты заблудилось? Main yahan hoon, yahan hoon, yahan hoon yahan… (Но я здесь, здесь, здесь, здесь... — перевод с хинди) — пропел он. [слова из песни Main yahan hoon, фильм Veer-Zaara]

Девушка внимательно посмотрела на это чудо мусканское. С первого взгляда молодой человек казался вполне привлекательным, особенно, издалека. Но при близком рассмотрении невозможно было не заметить его большой нос, который можно было бы назвать орлиным, если бы природа слегка не приплюснула его. К тому же, по мнению Таши, у парня был довольно темный цвет кожи. И маслянистый взгляд темно-карих глаз, от которого девушке стало не по себе. Надо было срочно уносить ноги, не хватало еще стать жертвой местного маньяка. Но парень оказался настойчивым. Когда Таша развернулась, чтобы укрыться от него в магазине, он поймал ее за руку повыше локтя и потянул к себе.

— Руку убрал! — девушка резким движением освободилась от захвата.

— Окей-окей, — поднимая руки ладонями вверх, отступил молодой человек. — Я просто хотел помочь и проводить тебя до выхода, а, может, и до дома. Ты же явно заблудилась.

— Я не заблудилась, — уверенно соврала Таша. — И я здесь не одна, так что обойдусь без твоей помощи.

— А зря. У меня чувство, что мы созданы друг для друга, — не унимался приставала.

— Пф! — Таша снова направилась в сторону магазина, но парень преградил ей путь.

— Наша встреча предопределена самой Судьбой! Я уверен!

— Слышь! — девушка почти потеряла терпение. — Если не отвалишь, будет больно, обещаю.

В глазах парня на мгновение мелькнуло опасение, но тут же сменилось восхищением. Тьфу! Извращуга! Только Таша хотела врезать ему по голени мыском туфли, как услышала знакомый взволнованный голос:

— Госпожа! Вот Вы где! — Падма-джи подошла к парочке, без церемоний отодвинув нахала, и бросила на него грозный взгляд.

— Девушка не замужем, Рахул! Совсем уже стыд потерял! — набросилась она на него, заслоняя собой Ташу. — Иди уже подобру-поздорову, куда шел!

— Ну что ж, жаль-жаль. Тогда до новой встречи, — Рахул подмигнул девушке и удалился, продолжая свой пафосный путь через толпу.

— Госпожа Таша, Вы уж, пожалуйста, больше от меня не отходите, — обратилась экономка к девушке. — А то мало ли что! Как я потом буду объясняться перед господином Сону.

— Хорошо. Извините, что заставила волноваться. А кто это был? Смешной такой.

— Рахул. Вы еще наверняка услышите о нем. Он владелец ТЦ «Мэйн хун на» и совладелец этого рынка. Его страсть — замужние женщины, но бывает, что лезет без разбору. Так-то он безобидный, если б не это.

Таша кивнула, принимая информацию к сведению, и напомнила экономке, что осталось купить косметику, и можно, наконец-то, возвращаться домой.

А дома ее ждал еще один подарок — Сону купил ей телефон. И в его адресную книгу были внесены только три номера — Сону, Падмы-джи и Давида на всякий случай. Таша снова с грустью вспомнила про свой утраченный мобильник. Она и не знала, сколько номеров хранила его память, уж точно больше сотни.

Раздался звонок мобильного, возвращая Ташу из воспоминаний.

— Душа моя, — услышала она нежный голос жениха. — Звоню сказать, что мы с Давидом в местном клубе. Надо все проверить и немного порепетировать. Хочешь прийти?

— А что я там не видела? — пробормотала девушка.

— Ну, хорошо. Отдыхай пока. Вечером ужинаем втроем, познакомлю тебя с Давидом.

— Угум.

Ужинали они в ресторане при гостинице. После приветственных церемоний сделали заказ. Таша заскучала, вполуха слушая болтовню мужчин о предстоящем концерте, и ненавязчиво рассматривала Давида. Ей стало интересно, почему мужчина его возраста, а ему явно было в районе шестидесяти, занимает такую неблагодарную должность. Однако, несмотря на свой возраст, выглядел он ухоженно и моложаво. Да и одевался не как старик. По крайней мере, сегодня на нем была надета светлая рубашка в мелкую серую клетку, черные джинсы и кроссовки хорошей фирмы. Не броско, но заметно, что вещи дорогие.

— Кажется, твоей невесте не интересны наши разговоры о работе, — услышала она реплику Давида, пробившуюся в ее размышления о нем.

— Вы правы, — не стала она отрицать очевидное. — Но можете не обращать на меня внимание. Я понимаю, что работа сейчас на первом месте.

— Мы с Давидом подумали, что тебе стоит просто понаблюдать со стороны, как все устроено на площадке. А потом потихоньку сможешь подключиться, — Сону накрыл ее руку, лежащую на столе, своей, нежно поглаживая пальцами. Словно молча уговаривая держать себя в рамках при Давиде. Таша поняла его намек и, ослепительно улыбнувшись, ответила:

— Конечно, дорогой, — при этом положила свободную руку на их сплетенные пальцы.

В глазах Сону мелькнуло удивление, но он тут же справился с собой и немного смущенно улыбнулся в ответ.

Когда они вернулись в номер, молодой человек все еще не мог забыть этот момент, который взволновал сердце, заставив его биться чаще, даже несмотря на то, что жест Таши был продиктован ситуацией.

— Мы можем поговорить? — девушка присела на кровать, серьезно посмотрев на Сону.

— О чем?

— На самом деле, у меня куча вопросов, но я не знаю, с чего начать, и что важнее. Например, от кого ты так старательно меня прячешь?

Сону внутренне напрягся, стараясь ничем не выдать волнение и сохраняя невозмутимое выражение лица. Таша оказалась догадливее, чем он думал. Ему очень не хотелось снова лгать ей, поэтому он выбрал почти правду.

— Эм, видишь ли... я не прячу тебя, а просто так сложились обстоятельства, о которых я уже рассказывал. К тому же, существуют правила относительно попаданок. Им необходимо пройти регистрацию в посольстве, получить документы, удостоверяющие личность, и выйти замуж.

— Да у вас это уже поставлено на поток!

— Если бы мы зарегистрировали тебя в день прибытия, — продолжал Сону, присаживаясь на стул напротив. — Мне пришлось бы объявить о том, что ты моя невеста. Далее нужно было бы провести помолвку и очень скоро за ней и свадьбу.

— Что за дурацкие правила!

— Да, с этим здесь не тянут. Но я сперва хотел дать тебе больше времени на привыкание, а потом свалились проблемы с гастролями. И поэтому пришлось придумать это твое участие под прикрытием в моей творческой жизни.

— А что если я не выйду за тебя замуж? Меня вышлют из этого мира обратно?

— Боюсь, что нет. По крайней мере, я не слышал о подобных случаях. Наоборот, девушки охотно остаются и находят свое счастье и любовь.

— Ну, мое счастье явно не в браке.

— В чем бы оно ни было, ты могла бы попытаться найти его здесь.

— Ты надеешься, что я захочу остаться? А как же твое обещание вернуть меня домой?

— Если честно, я бы очень хотел, чтобы ты осталась здесь, со мной, — молодой человек подсел к Таше и взял ее руку в свои, с мольбой заглядывая ей в глаза. — Я бы помог тебе осуществить все твои мечты.

Глядя в глаза Сону, Таша снова почувствовала это непонятно откуда берущееся чувство почти полной покорности, а так же слабость во всем теле. Еще мгновение, и она скажет, что согласна остаться здесь навсегда на любых условиях. Девушка резко встала, обрывая контакт, и отошла к окну, типа заинтересовавшись видом, открывающимся из него.

— Я не буду торопить тебя, — Сону подошел, обнял ее сзади за плечи и легко поцеловал в висок. — Просто подумай. А я приму любое твое решение.

Таша кивнула. Она все еще не доверяла себе, боясь что-то говорить и смотреть на Сону.

— Что ж, уже поздно, — вздохнул молодой человек. — Я переночую у Давида, а завтра постараемся решить вопрос с дополнительным номером.

После ухода Сону девушка обессилено опустилась на кровать. Кажется, все намного сложнее, чем она предполагала.

И вот уже неделю, хотела она того или нет, Таша вовсю исполняла обязанности личного помощника певца, в которые входило буквально все. Она должна была следить за его распорядком дня, за тем, чем и когда он питается, вовремя приносить ему теплую воду, потому что на гастролях он не пил больше ничего, даже чай, а вода должна была быть определенной температуры, поэтому Таша всегда таскала ее с собой в термосе.

Сценические костюмы певца за последние два дня девушка возненавидела всей душой. Она не понимала, зачем ему столько шмотья, особенно, для концерта в каком-то захолустье. Из-за проблем с доставкой вторая часть багажа с костюмами прибыла с опозданием утром накануне концерта. Повезло, что в городе нашлась срочная химчистка, чтобы привести вещи в порядок.

Девушка, достав мобильник из кармана, нетерпеливо посмотрела на время. Она ждала курьера из химчистки у «черного» входа клуба, успев выкурить уже две сигареты. Да, Таша снова начала курить, чтобы как-то пережить всю эту нервотрепку и не срываться на окружающих по поводу и без. Наконец, появился курьер. Получив костюмы и расплатившись за услугу, девушка поспешила обратно. Пробираясь по коридору между толпившимися танцорами и снующими туда-сюда работниками сцены, Таша еле удерживала в руках несколько чехлов с костюмами и почти не видела, куда идет. Добравшись до нужной двери, толкнула ее ногой и ввалилась в гримерку со своей поклажей.

— Почему так долго? — Сону посмотрел на вошедшую девушку через зеркало, пока визажист колдовал над его лицом.

— Потому что сервис ни к черту! — Таша бросила на диван кучу в пакетах.

Перевернув козырьком назад съехавшую на глаза бейсболку и заправив за уши выбившиеся пряди волос, девушка начала резкими движениями развешивать костюмы на большую передвижную вешалку, вымещая на них свое плохое настроение.

— Нам повезло, что здесь вообще есть химчистка. В прачки я точно не нанималась!

— Ганеш, можно сделать перерыв на десять минут? — обратился Сону к визажисту. Тот утвердительно кивнул и вышел из комнаты.

Певец подошел к Таше. Забрав из ее рук очередной чехол с рубашкой, повесил его на вешалку и развернул девушку к себе лицом. Она упорно не смотрела ему в глаза, уставившись в точку на стене поверх его плеча.

— Милая, успокойся, — Сону дотронулся пальцем до ее подбородка и, слегка приподняв его, заставил девушку встретиться с ним взглядом.

И Таша зависла. Кажется, певец нашел верное средство против всплесков ее дурного характера, потому что стоило ему прикоснуться, а их глазам встретиться, как девушка забыла, о чем говорила и о своем раздражении пять минут назад. Руки сами потянулись и легли на грудь парня, а он ближе притянул ее к себе, обняв за талию. Медленно склоняясь к ее лицу, Сону не отрываясь смотрел на ее губы…

— Сону, ты готов? — внезапно открылась дверь, и в комнату вошел Давид. — Упс!

Таша вздрогнула и быстро отстранилась, а Сону с легким упреком и досадой посмотрел на Давида.

— Я схожу за теплой водой, — промямлила девушка и выбежала из гримерной.

— Ну вы и нашли времечко и место для романтики, — по-доброму усмехнулся менеджер.

— К концерту все готово? — не поддержал тему Сону.

— Готово. А ты?

— Как всегда. И помни, о чем мы договорились. В нужный момент Таша должна находиться в зале.

— Не волнуйся, я уже все подготовил.

Таша дошла до буфета и поняла, что забыла термос. Впрочем, пофиг. Это был всего лишь повод выйти из неловкой ситуации, в которой их с Сону застал Давид. Концерт вот-вот начнется, а, значит, у нее будет еще время предаться самоанализу, закрывшись в гримерной певца.

— Ну? — ответила Таша на входящий звонок телефона.

— Таш, ты где? — в голосе Давида девушке послышалось недовольство. — Как помощник ты, по крайней мере, должна находиться за кулисами, чтобы быть на подхвате.

— Иду.

— Подожди. Я приготовил тебе место в партере. Это твой первый концерт, поэтому Сону хочет, чтобы сегодня ты была зрителем.

Когда Таша вошла в зал, он уже был заполнен пришедшими на концерт людьми. Кому не хватило сидячих мест, просто стояли в проходах. Девушка увидела, что один из охранников машет ей рукой, показывая на место в первом ряду. Что ж, она не против побыть зрителем и посмотреть, на что на самом деле способен Сону здесь, в его мире.

К концу концерта Таша убедилась в несомненном таланте певца. Она, как и все присутствующие в зале, была очарована его голосом и невероятным магнетизмом. Люди танцевали под зажигательные песни, плакали под печальные и подпевали за Сону, нисколько не смущаясь. Все словно находились в какой-то массовой эйфории.

Девушка так увлеклась наблюдением за реакцией окружающих на певца, что не сразу услышала его слова, с которыми он обращался к зрителям.

— … и человеку, который, я надеюсь, изменит мою Судьбу.. эта заключительная песня для него.

Таша посмотрела на Сону. А он… его глаза были устремлены прямо на нее. Даже через разделяющее их расстояние, она почувствовала тепло и нежность, исходящие от него. И девушка не смогла отвести взгляд.

Teri aankhein mujhko take is tarah

Jaise koi rishta ho inse mera

Haan main tera pyaar hoon intezaar hoon

Sun le kehna apne dil ka

Tu jo jaan le, toh phir jaan de

O meri jaan-e-jaan

Tere raaste mein tere waaste deewaana

Tujhe thaam loon

Toh ilzaam loon tere pyaar ka

Mera dil hai pata teri manzil ka

Твои глаза, не отрываясь, смотрят на меня,

Словно между мной и ними какая-то связь.

Да, я — твоя любовь, твое ожидание.

Прислушайся — это говорит тебе твое сердце.

Забирая жизнь, отдай взамен свою

О, любимая моя.

Я стою прямо перед тобой, безумный от любви.

Я схвачу и не отпущу тебя,

Приму обвинение в том, что люблю тебя.

Мое сердце — это адрес твоей конечной цели.

[Фильм Dulha Mil Gaya (2010)]**

Сердце Таши билось, как сумасшедшее, а дыхание сбивалось. Внезапно навернулись слезы. Ей казалось, еще немного, и потеряет сознание. Перед глазами плыло, и только голос Сону удерживал ее от падения в темноту. «Етить! Я таки попала!» — мелькнула последняя связная мысль в голове, и разум отключился.

После концерта Сону раздавал автографы поклонникам в холле клуба. И ему казалось, что эта очередь из желающих получить заветное фото с подписью кумира никогда не закончится. Давид с охранниками сдерживали особо нетерпеливых и старались придать незапланированному ранее мероприятию хоть какую-то организованность.

Молодой человек никак не мог сосредоточиться. Он часто смотрел на часы и нервничал. Но не по поводу происходящего, а потому, что после концерта ему не удалось увидеть Ташу. Давид сказал, что девушка почувствовала легкое недомогание, видно, из-за духоты в зале. И парни из охраны проводили ее в гримерную. Но все же на сердце Сону было неспокойно. И сейчас время от времени он посматривал на дверь, ведущую в служебные помещения, в надежде, что Таша появится в холле.

Прошло около часа, очередь за автографами, наконец, начала редеть. Терпение Сону было на пределе. Ему безумно хотелось поскорее закончить и отправиться на поиски Таши. Когда же он в очередной раз бросил быстрый взгляд на ту самую дверь, то увидел девушку. Стоя в проеме, она помахала ему рукой и улыбнулась. Так, как никогда до этого. Словно самая преданная и влюбленная в него по уши фанатка. Показав жестами, что ждет его в гримерной, послала воздушный поцелуй и исчезла за дверью. Сону выронил ручку, забыв про стоявшего перед ним очередного фаната. Ошеломленный он не слышал слов, обращенных к нему. И только подошедший менеджер смог достучаться до певца, пару раз тряхнув за плечо.

— Эй! Сону, ты слышишь меня?!

— А? Да… — парень сфокусировал взгляд на Давиде. — Ты видел это?

— Что? — Менеджер обернулся. — Там нет ничего. Давай, соберись, осталось недолго.

— Показалось что ли.. — пробормотал певец, возвращаясь к прерванному занятию.

Сделав заключительную подпись на фото для последнего подошедшего поклонника, Сону стремительно направился в сторону служебок. Таша действительно ждала его в гримерной и, как только он вошел, принялась суетиться вокруг него.

— Сонушка, ты, наверно, устал. Водички? — Она налила ему в стакан теплой воды, как он любил.

— Я заказала столик в ресторане. Но только для нас двоих. Хочу отпраздновать начало твоих гастролей. Надеюсь, Давид не обидится. Тебе помочь переодеться?

Говоря это, Таша сняла с вешалки темно-синий костюм, голубую рубашку и подала Сону с вопросом, и одновременно, обожанием в глазах. Певец лишь молча кивнул, не в состоянии вымолвить ни слова, пораженный произошедшими переменами в девушке. Не отрывая от нее изучающего взгляда, он машинально отпил из стакана воды, поставил его на стол и забрал из рук Таши одежду.

— Я переоденусь… сниму грим… и поедем, — на автомате ответил певец бесцветным тоном.

— Хорошо, дорогой, я подожду. Точно не нужна моя помощь?

Сону отрицательно покачал головой и зашел за небольшую ширму в углу комнаты. Повесив костюм на крючок, присел на стоявший там стул и, склонив голову, зарылся пальцами в волосы. В растерянности он просидел так пару минут, пытаясь привести мысли и чувства в порядок.

— Как дела? Где Сону? — услышал певец голос вошедшего в комнату Давида. — Я еду в гостиницу, подбросить вас?

— Спасибо, у нас планы, — ответила кокетливо Таша. — Романтический ужин.

И по-девчачьи смущенно хихикнула, прикрывая рот ладошкой. Давид поперхнулся минералкой и закашлялся. Сону, наконец, справившись с последней пуговицей на рубашке, схватил пиджак и вышел из-за ширмы. Он подхватил менеджера под руку и потащил в коридор, бросив Таше через плечо:

— Я быстро. Забыл кое-что спросить у Давида.

— Что это с ней? — воскликнул менеджер, едва они вышли. — Может, к Амрите вас отвезти?

— Тшшш, — зашипел на него Сону. — Тихо! Не надо к Амрите. Я потом объясню.

— А она точно в порядке? — уже тише спросил Давид.

— Не совсем.. но не в том смысле.. в общем, все сложно, — Сону запинался и поглядывал на дверь, боясь, что девушка может их услышать.

— Это как-то связано.. сам знаешь с кем?

Певец кивнул. И, схватив за руку, умоляюще посмотрел на менеджера.

— Только не произноси это имя.

— Хорошо-хорошо. Я чем-то могу помочь?

— Нет. Все нормально. Просто мне надо привыкнуть. — Сону снова с беспокойством глянул в сторону гримерной. — Ну, я пойду. Сходим в ресторан. Возможно, это временный эффект.

Однако прошла неделя, а эффект сохранялся. Таша по-прежнему вела себя, как любящая жена, нянька, мамка и личный помощник певца в одном лице, практически не отходя от Сону и исполняя все его желания, даже не озвученные им самим. А ему с каждым новым днем становилось все труднее смотреть ей в лицо.

Сону провел еще два концерта в Плешеваре, и теперь предстоял отъезд в следующий город — Чу́ртри.

Певец вернулся в гостиницу с вечеринки, организованной спонсорами, в его честь. Он был пьян и вымотан эмоционально. Ведь пришлось много улыбаться и расшаркиваться как перед спонсорами, так и перед организаторами концертов. Давид, как мог, пытался ему помочь, но все непременно хотели выпить со звездой вечера. Наконец, под предлогом раннего отъезда ему удалось сбежать с этого мучительного мероприятия. И когда он вошел в номер, мечтал только о прохладном душе, мягкой постели и сне до утра.

Собираясь принять душ, Сону разделся и только хотел включить воду, как услышал, что кто-то позвонил в дверь. Он решил проигнорировать незваного гостя, но тот настойчиво продолжал названивать. Наспех повязав большое банное полотенце вокруг бедер, певец открыл дверь с выражением крайнего недовольства на лице.

— Милый, а ты собрал чемодан? — Таша прошла в номер и открыла шкаф.

— Я так и знала! — Воскликнула она. — Завтра рано выезжать, а у тебя еще ничего не собрано.

— Таш.. — попытался остановить поток ее речи Сону, но она его перебила.

— Не волнуйся, я сейчас быстро соберу твои вещи. А ты будильник завел? Впрочем, зачем тебе будильник, когда есть я. Спи спокойно, дорогой, я разбужу тебя в нужное время.

Сону смотрел, как Таша достает чемодан и начинает аккуратно укладывать в него его рубашки, костюмы и прочее из шкафа, и в нем постепенно начало подниматься раздражение, превратившееся в злое отчаянье. Подскочив к девушке, он резко встряхнул ее за плечи.

— Таш, очнись! Хватит…

— Сонь, ты чего? — она прикоснулась к его лицу ладонью. — Устал, да? Да тут делов-то на пять минут осталось. Переодевайся в пижамку и…

— Уходи! — Он оттолкнул девушку и, подойдя к двери, открыл ее. — Иди к себе, слышишь?

— Но…

— Я сам! Иди. Прошу тебя, — уже более спокойным тоном попросил парень.

Таша недоуменно пожала плечами и вышла из номера. И едва за ней закрылась дверь, внутри что-то с грохотом разбилось.

Рано утром Сону и Таша выехали в Чу́ртри. Менеджер с двумя парнями из персонала ехал следом на другой машине, загруженной только ценным реквизитом и личными вещами. Остальной багаж был отправлен через фирму перевозок. Сону подозревал, что Давид неуютно чувствовал себя рядом с новой Ташей. С момента ее преображения он свел к минимуму их взаимодействие даже по рабочим вопросам.

Таша вызвалась сесть за руль, ссылаясь на похмелье Сону, он не возражал. Ему было стыдно за вчерашний эмоциональный срыв. По сути, девушка была ни в чем не виновата, и Сону разозлился не на нее, а на себя и собственную слабость. Пока еще он не был готов потерять все ради эфемерной надежды.

— Милый, сверься с картой, пожалуйста, — отвлекла его от невеселых мыслей девушка. — Не хотелось бы заблудиться.

Певец послушно достал из бардачка бумажную карту, развернул ее и сосредоточился на дороге. Навигатор в этой глуши без интернета не работал, так что пришлось пользоваться старым проверенным способом.

До города они добрались без происшествий и довольно быстро, сделав всего две остановки заправиться и перекусить.

На этот раз организаторы предоставили им для проживания небольшой двухэтажный дом на окраине, но чтобы добраться до него, нужно было проехать через весь город. Проезжая по улицам, Таша снизила скорость, с интересом рассматривая разноцветные дома, в основном, двухэтажные. Сону отметил, что домики смотрятся так, словно их только вчера покрасили свежей краской. Небольшие садики и дворики ухожены, газоны подстрижены, а заборы сверкали белым штакетником. И все это в целом создавало какую-то сказочную атмосферу. Сону ради интереса загуглил информацию о городке.

— Оказывается, — обратился он к Таше, оторвавшись от телефона. — Чу́ртри считается родиной домовых, представляешь? Неудивительно, что здесь практически культ домов.

— Очень необычно! Интересно, каким окажется наш дом.

— Смотри, дорогая, какие колоритные местные жители!

Девушка посмотрела на идущих по тратуару людей. Больше всего поражало буйство красок в одном наряде. Сону обратил внимание Таши на мужчину в ярко-синих, почти василькового цвета, шароварах и желтой длинной ку́рте [национальная индийская одежда — рубашка] то ли с заплатками, то ли разноцветными вставками по подолу. На женщинах помоложе были одеты короткие топы и широкие юбки чуть ниже колена с низкой посадкой на бедра из смеси разных цветов — оранжевого, желтого, зеленого, синего, красного, бордового. И накидки так же не уступали в яркости и пестроте.

В центре города они проехали мимо парка, на входе которого стоял памятник домовому. Это Сону так же узнал из интернета. А клуб, в котором ему предстояло выступать, находился в глубине парка, и с дороги его было не видно. Так же в центре располагались небольшие магазины и ресторанчики.

Наконец, они добрались до дома, в котором им предстояло поселиться на время концертов в этом городе.

— Неужто хозяева пожаловали?! Или опять съемщики…

На перилах второго этажа сидел пухленький мужичок. Со спутанными, явно давно не мытыми волосами, в выцветшей рубашке неопределенного цвета и шароварах в заплатках он был похож на бомжа. Мужичок с надеждой и любопытством разглядывал вошедших в дом девушку и парня. Они его, конечно, видеть не могли по одной простой причине — он так хотел.

— А домишко-то запущенный, — заметила Таша, осматривая первый этаж. — Что снаружи, что внутри. Надеюсь, коммуникации хотя бы работают исправно.

— Вода вроде есть, — крикнул Сону из кухни. — Насчет туалета и ванной не знаю, сейчас проверю.

Давид с помощниками занесли личный багаж и сразу отправились в клуб, сказав, что перекусят в городе.

— Сонушка, ты пока распаковывайся, а я быстро съезжу в центр, куплю провизии и приготовлю что-нибудь, — Таша направилась к машине, но Сону ее остановил.

— Ты наверняка устала с дороги. Может, давай закажем?

— И ты будешь есть непонятно что и непонятно кем приготовленное?! Нет уж! — девушка была настроена категорически. — Я быстро. Ты даже не успеешь соскучиться.

Едва Таша отъехала, Сону позвонил Давиду.

— Что там с клубом?

— Могло быть и лучше, но мы постараемся, чтобы все было на уровне. Вы как, обустроились?

— Какой там, — вздохнул певец. — Таша умчалась в магазин за продуктами.

— Ты, наверно, заметил, но мне дико видеть ее такой.

— Мне самому дико, но, кажется, начинаю привыкать. Иногда даже забываю, что все это ненастоящее.

— Тебе обязательно было так поступать с ней?

Сону молчал.

— Извини. Я, кажется, лезу не в свое дело, — стушевался менеджер.

— Нет. Ничего. Просто… у меня нет другого выхода.

— Выход есть всегда, — осторожно напомнил Давид.

— Возможно, я еще не готов сделать выбор.

— Если что, я всегда на твоей стороне.

— Я знаю.

К тому времени, как вернулась Таша, Сону успел распаковать чемодан в одной из спален на втором этаже. А во вторую занес вещи девушки. Негласно было решено, что Давид с парнями поселится в комнатах на первом этаже.

Таша приготовила ужин, а после того, как они поели, отправила Сону отдыхать. Сама же занялась уборкой кухни, а в итоге прошлась по всему первому этажу. Когда Сону спустился вниз, то застал девушку за мытьем окон.

— Душа моя, ты завтра не встанешь после такой нагрузки! — Он решительно отобрал у Таши тряпку, которой она протирала только что вымытую фрамугу, и снял девушку с подоконника. — Завтра пригласим кого-нибудь, чтобы убрали в доме. А ты даже не думай этим заниматься!

— Но, Сонь.. — и так она это сказала, с той же интонацией, как бывало прежде, что Сону вздрогнул, и внимательно всмотрелся девушке в лицо.

— Я же для тебя стараюсь! Чтобы ты пылью не дышал, — обиженно надув губки, отвернулась от него Таша.

— Эх, — вздохнул про себя парень. — Показалось.

Утро началось с пропажи. Сону спустился к столу с озабоченным видом, и Таша поинтересовалась, в чем дело.

— Я не могу найти свои любимые джинсы и синюю рубашку. Не мог же я их забыть в гостинице.

— Это которые с дырками на коленках и цепочками на карманах? — уточнила Таша про джинсы.

— Ага.

— Может, попали в чемодан со сценическими костюмами. Не расстраивайся, дорогой, найдем.

После завтрака мужчины уехали в клуб, а девушка, вооружившись справочником, задалась целью привести дом в порядок. И следующие три дня она была занята тем, что выбирала цвет краски для фасада дома, крыши, оконных рам и забора, доводя рабочих до истерики, так как по несколько раз на дню меняла решение. В то же время несколько женщин, которых Таша нашла по объявлению в местной газете, отмывали дом внутри. А приглашенный садовник косил бурьян вокруг дома и облагораживал посадки.

— Зачем ты так стараешься? — спросил ее Сону, когда вечером третьего дня приехал с генеральной репетиции перед концертом. — Мы ведь скоро отсюда уедем.

— Не знаю, — пожала плечами Таша. — Мне просто жалко его.

— Кого?

— Дом. И еще… мне бы хотелось жить в таком же. С тобой.

Сону сглотнул образовавшийся ком в горле и онемел. Просто смотрел на девушку во все глаза.

— Твой дом, конечно, красивый, но он, словно без души, холодный, — продолжала рассуждать Таша, не замечая состояния парня. — А этот, он как будто говорит со мной и радуется вниманию и заботе о нем. Когда вернемся в Мускан, надо будет подыскать что-то похожее.

Ну все, Сону больше не мог это слушать.

— Хорошо. Как скажешь, — постарался он произнести будничным тоном. — А теперь пошли спать. Придешь завтра на концерт?

— Конечно, приду! Прости, я немного забросила свои обязанности твоего помощника, но как только закончу здесь, отработаю.

— Не спеши. Занимайся тем, что тебе по душе, — Сону нежно провел рукой по волосам девушки, убирая прядку за ушко. И заметил, что пальцы дрожат.

Концерт прошел с аншлагом. Давид предложил отпраздновать успешное начало, пригласив всех в ресторан. Пока ждали заказ, Таше позвонил бригадир предупредить, что завтра утром рабочие планируют начать покраску дома. Ведра с краской уже подготовили и завезли, так что изменения по цвету больше не обсуждаются. Девушка так была взволнована этой новостью, что не смогла дождаться окончания ужина, и уехала раньше, чтобы как можно скорее убедиться, соответствуют ли цвета тем, на которых она, в конце концов, остановилась.

Подъезжая к дому, Таша увидела, что какой-то мужик красит забор.

— Эй, уважаемый, — подбежала она к нему, выскочив из машины. — Вы не той краской красите! Мы же договорились, что для забора белая краска.

— А я желтую хочу, — мужичок усмехнулся и с довольным лицом продолжил возюкать кисточкой по забору.

— Что значит «хочу»? — возмутилась девушка и попыталась отобрать у него кисть, но тот оказался проворным. Увернулся и, перепрыгнув через низкий забор, оказался по другую сторону.

Мелькнули коленки, звякнули цепочки. Таша пригляделась и узнала не только пропавшие джинсы, но и синюю рубашку Сону.

— Ах ты! Вот я щас позвоню… полиция здесь есть, интересно? Ладно, и бригадира хватит для начала!

— Да не кипишись ты, красавица! — Несмотря на угрозы девушки, мужичок продолжал лыбиться, показывая крупные и неровные зубы. — Я вообще-то ждал тебя, чтобы спасибо сказать, и не удержался…

— Какое еще спасибо?!

— За то, что позаботилась о нас, хоть и не хозяйка.

Таша моргнула, не понимая, что происходит. Опять взялась за телефон, чтобы набрать номер бригадира, но мужичок снова ее ошарашил:

— Не надоело еще дурочкой влюбленной ходить? На вот, — он протянул ей на кожаном шнурке кулон в виде метлы. — В благодарность от нас с ним, — и кивнул головой в сторону дома.

— Да кто ты такой? — пробормотала Таша, не притронувшись к подарку.

— Вообще меня зовут Хранитель дома Дэвдасарам, но можешь называть меня Домовенок Дэва, а уж совсем по-простому — ДД.

Про домовых Таша, конечно, слышала и в своем мире, но там их, само собой, никто и никогда не видел. Но сейчас она была в волшебном мире, где даже невозможное становится возможным. И все равно ее пробрал озноб от осознания, кто перед ней.

— О, гляньте, испугалась! — Верно угадав состояние Таши, засмеялся ДД. — Что, никогда домовых не видела?

— Н-н-нет, — призналась девушка. — Как-то не доводилось.

— Да не боись, я добрый. Особенно, сейчас, когда мы чистые, ухоженные да с обновкой.

Он довольно огладил руками ткань рубашки и заправил за ухо прядь волос, выбившуюся из аккуратной прически.

— Ну так че, подарок примешь? — Он снова протянул ей кулон.

— А что это?

— Да так, пустячок. Чары полностью не снимет, я ж не колдун какой, а скромный домовой. Если будешь в Мадурайске, найди бабулю, что на вокзале торгует и любит на пляже мусор собирать. Скажешь, что от меня. Вот она точно поможет. Если захочет, конечно. Вредная бывает иногда.

— Какие еще чары? — еще больше удивилась Таша. — Со мной все в порядке.

— Вот наивная! — всплеснул руками домовенок. — Надевай, не бойся! Завтра спасибо скажешь.

Таша приняла кулон и надела его через голову на шею.

— Под одежду спрячь, чтоб никто не видел, и не снимай, — напутствовал ДД. — Ну-с, два прихлопа, три притопа и опа…

Он хлопнул в ладоши, Таша зажмурилась, ожидая… сама не зная чего.

— Ик! — икнула она, а потом еще и еще.

— Ух ты, работает! — То ли радостно, то ли удивленно воскликнул домовой. — Завтра проснешься почти как прежняя. Не волнуйся, память при тебе останется. И главное не забудь — забор желтый хочу!

Дэвдасарам развернулся и направился по тропинке к дому. Через несколько шагов щелкнул пальцами и исчез. Таша снова икнула.

— Какого хрена…

Рано утром Ташу разбудили шум и крики, доносившиеся с улицы. Рабочие, как и было обещано, приступали к покраске. Девушка потянулась к тумбочке за телефоном, чтобы посмотреть время. Шесть утра.

— Ну, совсем ополоумели, — раздраженно пробурчала она, переворачиваясь на другой бок и накрываясь одеялом с головой.

Но сон ушел безвозвратно. Таша еще повалялась с полчасика для порядка, но пришлось вставать. Вопли рабочих настораживали: как бы не перепутали, что и чем красить.

Стоп. А не все ли ей равно, каким цветом выкрасят забор? «Желтый хочу!» — всплыли слова в голове, и Таша охнула. Твою ж мать! Это че, она вчера запросто с домовым общалась?! Если бы раньше кто-нибудь сказал ей о подобном опыте, конечно, не поверила бы.

Девушка нащупала на груди кулон, спрятанный под футболкой. И пазлы из отрывков домыслов и картинок в ее голове начали складываться в четкое понимание.

Когда Сону спустился к завтраку, то застал внизу только голодных парней и Давида, который жарил яичницу на скорую руку.

— А где Таша? — спросил певец.

— На улице. Рабочих гоняет, — ответил менеджер. — Есть будешь? Кажется, придется нанимать кухарку.

— Почему?

— Это ты у невесты своей спроси, — проворчал Давид. — Странная она у тебя.

Таша и правда была в боевом настроении с самого утра. То ли от недосыпа, то ли от невозможности сорвать зло на том, кто это действительно заслуживал. Рабочие вздрагивали от ее окриков и краснели от умения девушки витиевато и красочно материться. Даже их бригадир, здоровенный дядька, терялся и робел, не веря, что это та же девушка, что пару дней назад не могла определиться с цветом краски.

Когда Таша вошла в дом, мужчины уже закончили завтракать. Она оглядела кухню, заметила ворох немытой посуды и только открыла рот, чтобы устроить разнос, но вовремя осеклась. Ведь она решила повременить с разоблачением.

— Душа моя, — к ней подошел Сону, слегка обняв, чмокнул в щеку. — Ты сегодня рано. Какие-то проблемы с рабочими?

— Проблемы? — Девушка почувствовала слабость в ногах и легкое головокружение, на мгновение теряя связь с реальностью.

— Что ты! Никаких проблем! — махнула рукой Таша, незаметно отодвигаясь от жениха. — Они настоящие профессионалы, все понимают с полуслова. А вы в клуб?

— Да. Надо отладить звук и переставить освещение. Вернемся к вечеру.

— Отлично! В смысле, успею приготовить вам ужин. — Вовремя поправила себя Таша.

После обеда рабочие закончили покраску, и девушка вышла принимать работу. Дом сиял свежей краской и, казалось, на радостях готов был пуститься в пляс. По крайней мере, так показалось Таше. Она тоже была довольна результатом, все получилось именно так, как она и хотела. Синяя крыша и белые окна выгодно смотрелись на фоне фасада, выкрашенного в цвет шампань. Ну и завершал общую гармоничную картину желтый забор.

— Ну как тебе, Дэва, нравится? — произнесла Таша, вспомнив о домовенке.

— Ага, — раздалось рядом, и девушка от неожиданности подпрыгнула и оглянулась.

Возле нее стоял Дэвдасарам и лыбился своей кривозубой улыбкой.

— Тьфу, напугал! — Таша покосилась на рабочих. — Не боишься, что тебя увидят?

— Не увидят, если не захочу, — отмахнулся домовой. И продолжил:

— Эх, такую красоту и оставлять не захочется.

— Ага, — поддержала Таша. — Я буду скучать по вам.

— Ну, может, и не придется, — пробормотал Дэва.

— Ты что-то сказал? — не расслышала девушка.

— Не, показалось. Ну, спасибо тебе.. хозяйка.

— Да какая я хозяйка, скоро уеду ведь.

— Нет, для нас ты навсегда останешься хозяйкой.

Таша посмотрела на домовенка, на котором как-то странно было видеть Сонины рубашку и джинсы.

— Я че спросить хотела.. как тебе удалось подогнать чужие вещи под свой размер?

— Да это проще простого.. два прихлопа, три притопа и...

— Поняла-поняла! — остановила его Таша от греха подальше, а то мало ли, чего нахлопочет. — Ну, раз все довольны, пойду готовить ужин.

Девушка расплатилась с рабочими, поблагодарив их за проделанную работу, и отправилась заниматься домашними делами. Когда Сону и Давид вернулись домой, их уже ждали роскошный ужин и Таша в отведенной ей роли влюбленной дурочки.

Вечера в этом городке были наполнены волшебно-романтической атмосферой. Это Таша прочувствовала в полной мере, разглядывая ночное небо, усыпанное множеством ярких звезд. Она сидела на веранде и наслаждалась этой красотой и тишиной. Пожалуй, это единственное место, которое ей не хотелось бы забывать, когда она вернется домой. И если бы не обстоятельства, в которых она оказалась, пребывание здесь можно было бы считать отпуском или даже медовым месяцем. Вот только жених оказался обманщиком. Таша вздохнула и собралась было пойти в дом, но заметила, что у двери кто-то стоит.

— Прости, я напугал тебя? — Сону оттолкнулся от дверного косяка, выходя из тени, и подошел к девушке. — Ты была такая красивая, погруженная в свои мысли, что я залюбовался и не посмел тебя потревожить.

— Здесь такие изумительные звезды, видел? — Таша постаралась изобразить восторг.

— Да, очень красиво, — но Сону не сводил глаз с девушки.

Таша занервничала. На фоне романтической обстановки намерения влюбленного парня рядом были слишком очевидны.

— Сонушка, что приготовить тебе на завтрак? — ляпнула Таша первое, что пришло на ум. — Может, пирожков забацать с картошечкой? Точно! Тогда пойду-ка я баиньки, а то завтра рано вставать…

Но не успела она дойти до двери, как Сону сгреб ее в объятия и прошептал на ухо:

— Останься. Мы так редко в последнее время бываем вдвоем. Я соскучился.

По телу девушки побежали мурашки. Если она сейчас посмотрит Сону в глаза, то все пропало, никакие домовенкины кулоны не спасут. Таша зажмурилась, мысленно взывая о помощи. Не важно, к кому. Губы парня были уже в сантиметре от ее губ, когда рядом с верандой раздался душераздирающий кошачий вопль. Сону чертыхнулся, отпуская Ташу и всматриваясь в темноту, а девушка воспользовалась возможностью сбежать.

Едва солнце взошло над горизонтом, Ташу разбудил Дэва. Он громко сопел и бормотал что-то под нос, расхаживая по комнате. Наконец, видя, что девушка не собирается вставать, начал стягивать с нее одеяло.

— Какого ху.. дожника! — девушка потянула одеяло на себя, но домовенок не сдавался.

— А кто-то пирожков обещал… с картошечкой.

Таша разлепила один глаз и недовольно воззрилась на нахала, посмевшего разбудить ее в такую рань.

— Какие еще пирожки?

— Сама ж обещала. Вот не надо было вчера тебе помогать! — обиженно надулся Дэва, но одеяло из рук не выпустил.

— Так это был ты? — девушка села в кровати, потирая глаза и потягиваясь. — Спасибо, Дэвдасарамчик. Ты и, правда, спас меня!

— Ну, ладно-ладно, — довольно разулыбался домовенок. — Делов-то, два прихлопа, три притопа и…

— Пирожки! Хорошо, будут тебе пирожки! — Таша вскочила с кровати и поспешила в ванную.

К завтраку пирожки были готовы, правда, с вишней и яблоками. Картошки в доме не нашлось. Еще Таша приготовила пышный омлет, гренки с персиковым джемом и сварила кофе.

На вкусные запахи, разлетевшиеся по дому, пришли мужчины и, уплетая поданные блюда, нахваливали кулинарные способности Таши.

— Да ладно вам, — смутилась девушка. — Как говорится, чем богаты, тем и рады. И, кстати, провизию надо бы пополнить.

Сону с Давидом переглянулись, и менеджер отдал команду парням.

— Сгоняйте-ка в магазин, купите все, что нужно.

Когда получив наличку и список, парни уехали, Давид с серьезным лицом заговорил.

— Ну, а теперь скажу вам кое-что без свидетелей. Я слышал, что на южной границе появились мобильные посты, через которые можно проехать только при предъявлении удостоверения личности. Говорят, что на самом деле эти проверки связаны с попаданками. Мол, некоторые сбежали на юг, бросив мусканских мужей. И получается, у нас могут быть проблемы при въезде в Мадурайск.

— Это какие же? — не понял Сону.

Давид выразительно посмотрел на Ташу.

— Точно! — щелкнул пальцами певец. — Как я мог забыть!

— Вот именно!

— Минуточку! — вмешалась девушка. — Может, хватит говорить обо мне, как будто меня здесь нет?!

— Извини, дорогая, я объясню. Дело в том, что у тебя нет ИНП.

— Чего?

— Идентифицирующий Номер Попаданки. Это типа паспорта в вашем мире.

— А как его получить?

— Удостоверение выдается в посольстве при регистрации, — пояснил Давид. — Но, как ты понимаешь, ты эту процедуру еще не прошла.

— И что делать? — спросил Сону.

— Есть два варианта. Первый — купить фальшивое удостоверение, но если поймают, не оберемся проблем. Второй — провезти ее багажом.

— В смысле? — возмутилась Таша. — Вы еще в чемодан меня посади́те!

— Идея хорошая, — на полном серьезе кивнул Давид. — Но я думаю, обойдемся коробкой.

Девушка хотела разразиться гневной тирадой, но сдержалась. Нельзя было выходить из образа.

— Что ж, если другого выхода нет… — скрепя сердце согласилась она.

— Вот и решили, — хлопнул ладонью по столу Давид и поднялся. — Я все организую. И главное, помните, никому доверять нельзя. Нам везло до сего дня, что никто из персонала не заподозрил в Таше попаданку, а гастроли на периферии избавили нас от лишнего риска, но Мадурайск достаточно крупный город, нельзя терять бдительность.

— Меня как-то Ганеш спрашивал о Таше, — вспомнил Сону. — И я сказал, что она твоя дальняя родственница, дочь троюродного брата, женившегося на попаданке, и отлученного от дома.

После того, как вернулись парни из магазина, мужчины уехали в клуб. Вечером Сону давал очередной концерт, но Таша решила не ходить, сославшись на то, что есть дела по дому.

Угостив домовенка пирожками, она принялась разбирать продукты и попутно анализировала полученную информацию. Из которой напрашивался вывод, что побег однозначно отпадает. Это не только глупо, но и опасно. А рядом с Сону у нее есть, хоть и маленькая, но надежда вернуться домой. Ведь у него точно такой же медальон, который отправил ее в этот мир. По крайней мере, в тот вечер в гостинице Плешевара, когда пьяный Сону открыл ей дверь в одном полотенце, она видела медальон у него на шее.

Наступил день их отъезда из Чу́ртри. Концерты прошли с большим успехом, осталось провести завершающее выступление в Мадурайске, и гастроли, наконец, закончатся.

Таша с грустью покидала уютный дом, который успела полюбить. Накануне вечером она попрощалась с Дэвдасарамом, подарив ему на прощание пару рубашек и брюки из гардероба Сону. Он был очень рад обновкам, а на ее отъезд отреагировал как-то слишком спокойно. Впрочем, кто их поймет, этих домовых.

Давид отправил парней вперед на машине Сону, а сам с певцом и Ташей выехал на машине с багажом, предварительно показав девушке коробку, в которой той предстояло спрятаться в случае необходимости.

До нового города они добирались окольными путями, что заняло немного больше времени, но зато им не встретилось ни одного блок-поста, и в целом путешествие прошло без происшествий. И только на самом подъезде к Мадурайску, девушке все же пришлось спрятаться в коробку. Давид решил подстраховаться.

Наверно, Ташу укачало, и она задремала. Проснулась от того, что кто-то открывает коробку. Она с испугу дернулась, но услышала взволнованный голос жениха.

— Ташик, ты как, в порядке?

Она в ответ кивнула, еще не до конца придя в себя. Сону помог ей выбраться из коробки и порывисто обнял, прижав к себе.

— Наконец-то мы доехали! Я всю дорогу с ума сходил от волнения! Так боялся, что… они отнимут тебя у меня.

Искренность его слов тронула Ташу. Она чувствовала, как гулко бьется сердце Сону под ее ладонью. Честно признаться, девушка и сама испугалась. Она поняла, что крепко сжимает пальцами рубашку на спине парня, и расслабила руку.

— Пойдем. Покажу тебе виллу.

Сону вывел девушку из машины. Они стояли во дворе какого-то дома, и Таша услышала шум, очень похожий на звуки моря.

— Это что, море?

— Нет, дорогая, это океан, — улыбнулся Сону. — И он совсем близко.

Они обошли виллу, и перед их взором до самого горизонта предстала водная гладь. Солнце как раз опускалось где-то между океаном и небом, и это зрелище было настолько завораживающим, что у Таши перехватило дыхание. Постояв еще немного, любуясь закатом, они вошли в дом. Давид, как всегда, действовал предусмотрительно, сняв небольшую виллу на побережье подальше от центра города, где их никто не потревожит.

Таша почти не смотрела на обстановку, просто выбрала первую попавшуюся комнату, приняла душ и легла спать. Она слишком устала, чтобы даже поесть.

На следующий день девушка проснулась поздно. В доме никого не было. На холодильнике нашла записку от Сону, в которой он сообщал, что у них с Давидом деловая встреча в городе. Девушка осмотрелась в доме, затем позанималась привычными домашними делами, а после обеда решила выйти на пляж.

Однако послеобеденное солнце пекло слишком сильно, и Таша смогла совсем немного побродить по полосе прибоя, намочив ноги и с удивлением обнаружив, что вода прохладная. За время прогулки она не встретила ни одной живой души. Действительно, Давид выбрал достаточно уединенное место.

Когда она вернулась в дом, ее ждал Сону. Он беспокойно мерил шагами гостиную, без конца набирая чей-то номер на телефоне.

— Ташенька, ну где же ты ходишь?! — завидев ее, воскликнул певец. — И почему твой телефон не отвечает?

— Да я на пляж ходила, а телефон, наверно, в комнате забыла. А что случилось?

— Как что случилось?! Тебе надо быть осторожней! Лучше вообще никуда не выходить.

— Если я буду прятаться, это, наоборот, привлечет внимание. Тебе не кажется?

— Да, но…

— Сонушка, — включила Таша «влюбленную дурочку», подходя к жениху и ласково проводя рукой по его груди. — Обещаю, я буду предельно осторожна.

— Ну, хорошо, — сдался Сону.

— Когда у тебя концерт? — перевела она разговор на другую тему.

— Послезавтра вечером.

— А кто же занимается твоими костюмами?! — спросила девушка. — Времени-то в обрез!

— Да все в порядке… вроде.

— Знаю я этот порядок! В общем, я приступаю к работе. Хватит уже с меня роли домохозяйки, — тоном, не терпящим возражений, заключила Таша и пошла переодеваться.

Девушка подъехала к прачечной, которая находилась недалеко от вокзала. Теперь, когда в ее распоряжении была машина Сону, белая Volvo седан, ей не надо было зависеть от курьеров, и проблемы решались гораздо быстрее. За прошедшие сутки Таша успела исколесить, как минимум, полгорода, выполняя поручения Давида, и в том числе, в поисках приличной химчистки, предоставляющей экспресс услуги за умеренную цену, пока случайно не наткнулась на эту прачечную. Хозяин, добродушный дядечка с пышными усами, гарантировал максимально быстрое выполнение заказа, и цены у него были очень разумные.

Погрузив в машину пакеты с выглаженными сценическими костюмами и собираясь сесть за руль, Таша поправила бейсболку, надвинув козырек немного глубже на глаза, и одернула съехавший ворот футболки. Вдруг недалеко от нее взвизгнули тормоза, раздался глухой звук удара, и кто-то вскрикнул, а потом разразился проклятиями в адрес лихих водил, купивших права на блошином рынке. Девушка обернулась и увидела старушку в бордовом сари с крупными круглыми серьгами на крыльях носа, блеснувшими на солнце. Она сидела на проезжей части ближе к тротуару и сейчас пыталась подняться, попутно собирая фрукты и овощи, вывалившиеся из большой авоськи. Оценив ситуацию и поняв, что старушке вроде ничего не угрожает, Таша хотела уехать. Но, увидев, что той никто и не думает помогать, решила все-таки подойти.

— Бабушка, с вами все в порядке? Давайте помогу.

— Я тебе не бабушка, — огрызнулась пострадавшая, звякнув браслетами на запястье, когда отмахнулась от предложенной помощи, словно от надоедливой мухи.

— Ну, раз хамите, значит, жить будете, — парировала Таша, наклоняясь, чтобы поднять манго и пару откатившихся грейпфрутов.

Кулон домовенка выскользнул через широкое горло футболки и закачался почти перед лицом старушки, Таша машинально поймала его и закинула вовнутрь.

Девушка положила фрукты в сумку вредной бабульки и развернулась, чтобы уйти. Она уже пожалела о своем порыве. Наверно, здесь не принято помогать пожилым.

— Эй! — раздалось ей в спину. — Подвези до магазина. Здесь недалеко.

Таша обернулась. Пожилая дама уже стояла на своих двоих и держала в руках на вид тяжелую авоську.

— А «пожалуйста» говорить вас не учили? — буркнула недовольно девушка, но воспитание не позволило ей отказать пожилому человеку, оставив его на дороге. — Ладно, поехали.

Поставив авоську в ногах, старушка уселась на переднее сидение, с любопытством разглядывая девушку за рулем.

— Куда ехать? — спросила та.

— К вокзалу. Знаешь, где это? Сдается мне, ты не местная.

— Знаю, — ответила Таша, сосредоточившись на дороге и ловко лавируя между машинами и рикшами.

Когда они подъехали к вокзалу, старушка показала на магазин на другой стороне улицы с говорящим названием «Съестное».

— Поможешь донести сумку? Пожалуйста, — попросила она, выделяя последнее слово. Только это совсем не звучало, как просьба.

Таша обреченно вздохнула, возводя глаза к небу, но промолчала. Бабка вылезла из машины, оставив девушке сумку, и уверенно посеменила через дорогу, игнорируя движение и ругаясь в ответ на возмущающихся водителей. Видимо, переходить дорогу в неположенных местах было для нее привычным делом.

Когда девушка вошла в магазин, за дверями которого скрылась старушка, та вынырнула из-за прилавка и приказала:

— Неси туда, — показывая рукой на дверь, ведущую, скорее всего, в подсобку.

Терпение Таши иссякло. Она поставила авоську, где стояла, и направилась на выход.

— Что, даже чайку не попьешь?

— Обойдусь.

— Вот все вы такие, попаданки, дерзкие и невоспитанные! Понаехали! На правила и приличия плюете! Счастье ищете! Хм! А оно, может, под носом, только глаза разуй. Ну и что, если немного магией сдобренное, главное то, что у тебя в сердце.

Таша уже открыла дверь, когда услышала последние слова, и обернулась. Она ожидала увидеть злое лицо старушки, но та смотрела на нее вопрошающе. Словно ждала вопроса. И девушка его задала.

— Вы знаете Дэвдасарама? Домовенка из Чу́ртри.

— Вы знаете Дэвдасарама? Домовенка из Чу́ртри.

Бабка то ли улыбнулась, то ли оскалилась, сверкнув золотыми зубами, и направилась вглубь магазина.

— Проходи, — бросила она через плечо.

Девушка последовала за хозяйкой магазина и оказалась в небольшой комнате, где стоял круглый стол и пара стульев, а вдоль одной стены что-то вроде шкафа-купе.

— Рассказывай.

— Что рассказывать? — растерялась Таша.

— Как попала сюда, конечно, — хмыкнула пожилая дама. — Ну, и про жениха своего.

— Откуда вы про жениха знаете?

— Раз ты здесь, он у тебя должен быть. По умолчанию. Или муж. Но ты без синдура, значит, пока не замужем. Да и кольцо у тебя не обручальное, а только по случаю помолвки. Логика, милочка!

— А вы кто такая, можно узнать?

— Ведьма я, — совершенно будничным тоном ответила бабулька. — Что, не веришь?

Таша и правда смотрела на старушку больше с сомнением, чем с удивлением или страхом.

— Ну что, будешь рассказывать? А то мне магазин пора открывать.

— Так история длинная, в пять минут не уложусь. Может, вы как-нибудь сами узнаете? Вы же ведьма все-таки.

Бабка недовольно вздохнула, пошарила в шкафу, достав оттуда кусок ткани, и разложила его на столе. Рядом бросила небольшую лупу.

— Клади сюда кольцо.

Девушка попыталась снять кольцо, но оно не проходило через фаланг пальца, как она ни крутила.

— Не снимается, — пропыхтела Таша. — Руки отекли что ли.

— Жрать надо меньше! Ладно, давай вместе с рукой.

Таша протянула руку и положила на стол поверх ткани. Ведьма взяла лупу и поднесла ее к камешку на кольце, словно ювелир, оценивающий его ценность. Девушка затаила дыхание и ждала, когда та сама заговорит.

— Ясно, — наконец, изрекла пожилая дама, откладывая лупу.

Таше не понравилось, с каким выражением лица она это сказала. Словно обнаружила что-то очень неприятное.

— Значит, вы мне не поможете? — сделала свои выводы девушка.

— Девонька, участие твое я оценила. Уж вечность мне никто за просто так помощь не предлагал. Но если бы не Дэва, я бы и разговаривать с тобой не стала. Однако, так или иначе, всех вас ждет одна участь. Не вижу смысла вмешиваться.

— Бабуль…

Но старушка жестом руки прервала девушку и скривила лицо.

— Называй меня Ситой. Не такая уж я и старая, чтобы бабкой меня величать.

— Сита-джи, вы моя единственная надежда. Дэва сказал, только вы можете мне помочь.

Ведьма молчала, задумчиво теребя длинную сережку в ухе.

— Сита-джи…

— Ну, ладно-ладно! — рявкнула бабка и пошла в помещение магазина, откуда через минуту вернулась с бутылкой растительного масла.

— Намажь палец. Кольцо надо снять или ничего не получится.

Таша густо полила палец маслом и снова потянула кольцо. После небольшого сопротивления, оно все-таки проскочило препятствие. Девушка выдохнула с облегчением и бросила его в чашу с водой, которую поднесла Сита. Затем та достала маленький пузырек из мешочка, что висел у нее на шее, капнула в чашу одну каплю какой-то прозрачной жидкости и, убрав пузырек, подула на воду.

— Теперь ты подуй, — приказала она девушке.

Таша подула, и ведьма поставила чашу на стол.

— Можешь надеть обратно. И не снимай, что бы ни случилось, и кто бы ни просил.

— А что делать с кулоном домовенка? — спросила девушка.

— Носи, пока сам не отвалится. Ну, все, я сделала, что могла, а остальное с певуном своим сладкоголосым решай. Он даст ответы на все твои вопросы.

Девушка вышла из магазина, находясь в некоторой растерянности. Понадобится время, чтобы осмыслить произошедшее, а пока зверски хотелось курить и есть.

— Сита-джи, — позвала Таша, вернувшись.

— Ну, что еще?! — выглянула та из-за прилавка.

— Продайте мне сигарет, пожалуйста, и что-нибудь сладкое.

— Возьми, что нравится, и иди уже. Денег не надо.

— Спасибо, бабуль! — нарочно назвала ее так девушка и услышала, как ведьма фыркнула, удаляясь в другое помещение.

Таша села в машину, покурила и, надкусив какой-то сладкий десерт, завернутый в виноградный лист, посмотрела на время. В общей сложности она провела с ведьмой около двух часов, а ей казалось, что больше. Странно, что ее никто еще не начал разыскивать. И только она подумала, раздался звонок телефона.

— Ну, — ответила Таша, заводя машину и выруливая на дорогу.

— Эм, душа моя? — Сону растерялся, подумав, что ошибся номером.

— Сонушка, я за рулем, — сменив тон, проворковала девушка. — Костюмы забрала, насчет доставки для афтепати договорилась. Еду домой. Ты что-то хотел, сладкий?

— С тобой все в порядке? — с легким сомнением в голосе уточнил певец.

— Конечно! А что?

— Нет, ничего. Наверно, показалось. Тогда жду тебя, дорогая.

— Ага, жди! — зло бросила Таша, после того, как отключилась, и выжала педаль газа по максимуму.

Доехав до побережья, девушка остановила машину недалеко от виллы и спустилась на пляж. Солнце постепенно клонилось к горизонту, завершая очередной день, и небо окрашивалось во все оттенки розового и пурпурного буквально на глазах. Усевшись на теплый песок, девушка закурила и, резко выдыхая дым, смотрела на синюю гладь океана.

Да, она была зла, но мысли ее были ясными, как никогда. Наконец, Таша чувствовала, что стала прежней. Она посмотрела на кольцо, и снова перед ее глазами предстал тот вечер, когда Сону сделал ей предложение. Тот роковой момент, когда решалась ее судьба. Интересно, по чьей прихоти? Ей не верилось, что Сону обладает достаточной властью и возможностями, чтобы притащить ее сюда из другого мира. Сейчас, вспоминая его поведение, Таша понимала, что он сам, возможно, чего-то или кого-то боится.

Докуривая вторую сигарету, девушка пришла к выводу, что сейчас эмоции могут только навредить ей. Нужно успокоиться и дождаться подходящего момента, чтобы выяснить всю правду, приперев женишка к стенке фактами. А пока придется играть роль уже порядком надоевшей ей влюбленной дурочки.

Войдя в дом, Таша сразу направилась к себе в комнату, отчитавшись вышедшему к ней навстречу Сону.

— Костюмы в машине. Я дико устала, поэтому в душ и спать.

— Э.. а поесть?

— Я перекусила в городе. Спокойной ночи, дорогой.

— Спокойной, — озадаченно пробормотал Сону закрывшейся за девушкой двери.

В концертном зале под открытым небом шли последние приготовления перед завершающим выступлением Сону. С самого утра центральный парк Мадурайска, в котором располагался концертный зал, был закрыт для посетителей, но уже с обеда перед входом начали собираться фанаты в надежде увидеть кумира до концерта. И, конечно, они не знали, что певец уже давно находится на территории, готовясь к предстоящему шоу.

В гримерной Таша развесила на передвижной вешалке сценические костюмы Сону в том порядке, в котором они будут использованы в процессе выступления. Проверила наличие теплой воды в термосе и приготовила стопку полотенец, выложив их на стол. Непонятно почему, но она нервничала. Поэтому старалась занять себя какой-то работой, чтобы меньше думать. Сону предложил ей остаться на вилле, но она отказалась. Лучше быть при деле, чем сходить с ума в четырех стенах.

Позвонил Давид, попросив Ташу прогуляться до ворот и дать отмашку охране запускать зрителей. Девушка дошла до входа в парк, бросила беглый взгляд на скопившихся фанатов, распевающих песни любимого певца, и кивнула одному из охранников, давая понять, что можно открывать ворота.

Когда она вернулась в служебный корпус, Сону уже ушел за кулисы, и девушка решила сходить на перекур, пока шоу не началось. На выходе она чуть не столкнулась со здоровенным амбалом, который протянул руку, намереваясь позвонить в звонок. Рядом с ним стояла миниатюрная на его фоне девушка, кажется, вдвое моложе ее спутника.

— А вы чего здесь? — поинтересовалась Таша. — Вход за углом.

— Мы от Давида, — мужчина протянул ей билеты, на которых стояла размашистая подпись менеджера.

«Интересные знакомства у Давида, — подумала про себя Таша. — Наверно, и в этом мире не обошлось без мафии».

— Хорошо. Проходите, — кивнула она парочке и отошла в сторону, прикуривая.

В этот момент у нее в кармане завибрировал телефон. Торопясь достать его, Таша нечаянно выронила сигарету.

— Епрст, — прошипела девушка с досадой и ответила звонившему:

— Да иду-иду.

Прикурив новую сигарету, быстро сделала пару затяжек и поспешила за кулисы, куда ее вызывал Давид.

Следующие три часа прошли в жестком ритме. Делая перерыв через две-три песни, Сону вбегал в гримерку и, пока он переодевался, Таша обтирала ему полотенцем лицо и шею от пота, а затем подавала стакан с теплой водой. Он отпивал пару глотков, кивал в знак благодарности и возвращался на сцену.

Наконец, стоя за кулисами, девушка услышала:

— Спасибо! Вы самые лучшие! — прокричал Сону.

Под громкие овации он поклонился, прощаясь со зрителями, послал всем воздушные поцелуи и покинул сцену.

«Ну, вот и все», — пронеслось в голове Таши, и она выдохнула, отпуская напряжение. Осталось совсем немного, и они вернутся в Мускан. А там, кто знает, может, ей повезет вернуться и домой.

Через два дня Таша и Сону сидели в зале ожидания для ВИП-персон на вокзале Мадурайска. Давид был с ними, но в качестве провожающего. Он оставался в городе, чтобы завершить деловые вопросы, а в Мускан собирался вернуться с двумя парнями из персонала на машинах.

Когда накануне Таша узнала, что в Мускан придется ехать на поезде, то пришла в ужас, представив поезда, которые она видела в индийских фильмах. Никакого комфорта, куча народа, сплошная антисанитария и жара.

— Не волнуйся, — видимо, прочитав ее эмоции по лицу, успокоил девушку менеджер. — Сону выделили отдельный вагон для ВИП-персон. Его прицепят в конце состава, и никого, кроме вас двоих, в нем не будет. Это подарок Мэра Мадурайска. Он большой поклонник Сону.

И вот теперь они ожидали прибытия поезда и приглашения на посадку. ВИП-зал был небольшой и, хотя тут работал кондиционер, Таше все равно как будто не хватало воздуха.

— Я схожу в магазин, куплю что-нибудь в дорогу, — не выдержала она, наконец, поднимаясь и направляясь к выходу.

— Но, дорогая, скоро подадут поезд, — Сону вскочил в попытке ее остановить.

— Тут близко, я успею.

Девушка вышла из здания вокзала и направилась в магазин вредной старушки. И только сейчас Таша поняла, что не за едой к ней идет, а чтобы задать один важный вопрос, который не пришел ей в голову в прошлый раз.

— Сита-джи, — позвала девушка, зайдя в пустой магазин.

— Иду-иду, — донесся из подсобки голос ведьмы, а через минуту появилась и она.

— Опять ты? — увидев Ташу, скривилась Сита-джи. — Чего на этот раз?

— Я уезжаю. Из Мадурайска. И… хотела попрощаться и купить что-нибудь в дорогу.

— Да ладно, — ведьма с подозрением посмотрела на девушку. — Ну, выбирай вкусняшки тогда.

— Положите на свой вкус. И пару пачек сигарет еще.

Сита-джи собрала в бумажный пакет разных десертов, прихватила сигареты и направилась на кассу.

— А можно задать один вопрос? — заплатив за покупки, спросила Таша.

— Я так и знала, — хлопнула в ладоши старушка. — Вот чуяла подвох! Нет, нельзя! На вопросы твои не мне отвечать.

— Ну, пожалуйста, всего один. И больше Вы меня не увидите.

— А это еще неизвестно.

— Ситочка-джи…

— Ладно, спрашивай. Но не обещаю, что отвечу, — сдалась хозяйка магазина.

— Как мне вернуться домой? В мой мир.

— Это под силу только ведьме, — нехотя ответила старушка, выдержав небольшую паузу.

— Такой, как вы?

— Не как я, а той, что тебя сюда притащила. Но найти ее ты должна сама. Поэтому держись за надежду и не упусти свой шанс, если он настанет.

— Но…

— Все. Я и так сделала больше, чем надо. Иди, а то твой шанс без тебя уедет, поезд уже на перроне.

— В любом случае, спасибо, бабуль… за все! — Таша прихватила пакет с покупками и вышла из магазина.

И в этот момент в кармане джинсов зазвонил ее телефон. Девушка хотела достать его, но чуть не выронила пакет.

— Гадство!

— Подержите, пожалуйста, — обратилась она к мужчине, который собирался войти в магазин.

Мужчина едва успел поймать всученный ему пакет, и растерянность в его взгляде сменилась любопытством, пока он смотрел на девушку, извлекающую телефон из заднего кармана джинсов.

— Ну.. не истери.. говорю, бегу я бегу.. какой перрон?.. а, ясно.. через пять минут буду!

Таша рванула было к вокзалу, но ее остановил приятный мужской голос:

— Девушка! А пакет?!

— Ой.. спасибо!

Она забрала свою поклажу из рук обладателя приятного голоса, мельком заметив улыбку в шоколадных глазах и длинные красивые пальцы, которые слегка соприкоснулись с ее. Невольно она улыбнулась в ответ и помахала рукой, переходя дорогу. Направляясь быстрым шагом к вокзалу, Таша почувствовала, что ее покидает та удушливая нервозность, что преследовала последние дни. «Все-таки, какой бы вредной не была бабулька, а даже общение с ней идет на пользу», — подумала девушка.

Таша вбежала на перрон и увидела поезд. Судя по единичным пассажирам, впрыгивающим в вагоны, посадка вот-вот закончится. Прибавив скорости, девушка помчалась в конец состава.

— Ташик, ну, наконец-то! — взволнованный Сону встретил ее у последнего вагона. — Я уже успел испугаться, что ты опоздаешь. Но в любом случае, я бы без тебя не уехал!

— Ага, — только и смогла выдохнуть Таша, едва переводя дыхание, после пробежки.

— Что ж, хорошо вам добраться, — попрощался Давид. — Увидимся в Мускане.

— Поезд «Бхаратпурген — Мускан» отбывает с первого перрона. Просьба пройти в вагоны и занять свои места, — раздался мужской голос из невидимых динамиков. — Повторяю…

Но парочка не стала слушать объявление до конца, а поспешила войти в вагон. Внутреннее убранство которого действительно соответствовало его статусу «ВИП». Таша и не подозревала, что обычный вагон можно разделить на несколько зон. Здесь была гостиная с диванами, журнальным столиком и барной стойкой. А через перегородку небольшая обеденная зона со столом и стульями. Дальше шла спальня с двуспальной кроватью, небольшой гардеробной и ванной комнатой, в которой была даже ванна с джакузи. В вагоне было прохладно, особенно, в сравнении с температурой на улице, значит, работал кондиционер. Окна закрыты римскими шторами, почти не пропускающими солнечный свет, что тоже способствовало поддержанию комфортной температуры. Но больше всего Ташу поразила отделка в стиле индийского барокко. Перебор красного цвета и золота.

— Похоже на вагон для молодоженов, — ляпнула не подумавши Таша, но было поздно, — Сону услышал.

— Я бы путешествовал с тобой в этом вагоне хоть всю жизнь, — девушка не поняла, пошутил он или сказал серьезно.

В следующее мгновение поезд тронулся, и Таша от неожиданности чуть не упала.

— Давай присядем и перекусим, — предложила она. — Зря я что ли марафон сегодня бегала за вкусняшками. Вот только где бы нам чай раздобыть?

— Я сейчас попрошу принести напитки из вагона-ресторана? Может, заказать что-нибудь посущественней?

— Уже поздно для плотной еды, обойдусь чаем и сладостями.

Сону подошел к телефонной трубке, что висела на стене у входа, и сделал заказ. Пока ждали официанта, Таша заглянула за барную стойку, нашла тарелки и выложила из пакета слегка помятые десерты от Ситы-джи. Через пятнадцать минут пришел официант. Постелив на стол скатерть с логотипом «ЖДС», разложил салфетки, приборы и поставил на стол большой термос с помпой и многоуровневый железный контейнер с едой.

— Спасибо, — поблагодарил Сону. — Дальше мы сами справимся.

За едой Таша обратила внимание на логотип.

— А что обозначает «ЖДС»?

— Железные Дороги Саварии.

— Саварии? — переспросила девушка.

— Да. Это страна, в которой мы находимся.

— Тогда Мускан…

— Это столица.

— Красивое название. Словно имя любимой женщины.

— Практически так и есть. Как-нибудь я расскажу тебе эту легенду, — пообещал Сону.

После перекуса девушка расположилась на диване возле окна, на половину подняв штору, и смотрела на мелькающие за окном пейзажи, постепенно исчезающие в сумерках.

— Ванная в твоем распоряжении, — сообщил ей Сону, выйдя после душа. — Тебе какую сторону кровати оставить, правую или левую?

И тут Таша поняла, что в вагоне всего одна кровать, хоть и двуспальная, но спать вместе с Сону она явно не собиралась.

— Я попозже приму душ и переночую здесь на диване, — ответила девушка.

— Кровать большая, мы спокойно поместимся на ней вдвоем…

— Ты забыл про границу, которую нельзя пересекать?! — выпалила Таша и по тому, как изменилось лицо жениха, поняла, что выдала себя с головой.

Что ж, впереди километры пути и целая ночь. И никто не помешает ей расставить все точки над "i".

Поезд прибыл в Мускан рано утром. После того, как схлынул основной поток пассажиров, из последнего вагона вышла девушка в светлых джинсах, голубых кроссовках и клетчатой рубашке явно с мужского плеча. Ее темные волосы были собраны в небрежный пучок на макушке. Несколько прядей, выбившиеся из прически, обрамляли лицо, наполовину закрытое большими солнцезащитными очками. Следом за ней из вагона по ступенькам спустился молодой человек в легких кремовых брюках, светлых сандалиях и широкой белой рубашке. Его лицо так же наполовину скрывали очки от солнца. Он вынес два чемодана. Один оставил себе, второй поменьше покатила девушка.

— Я не понимаю, как ты мог перепутать чемоданы, и вместо моего взять два своих! — высказывала Таша своему спутнику.

— Ташик, они же не подписаны. К тому же, Давид тоже был уверен, что это твой, — пытался оправдываться Сону. — И вообще, если бы ты не ушла в магазин в самый важный момент, то все было бы в порядке.

— Ага, значит, это я виновата.

— Я не это имел в виду.

— Да ну!

— Кстати, тебе идет моя рубашка.

— Не подлизывайся.

Так, незло препираясь, парочка прошла через здание вокзала и вышла на привокзальную площадь, где, несмотря на раннее время, вовсю кипела жизнь. Водители машин боролись с рикшами за место на дороге, громко сигналя и ругаясь. К этому шуму добавлялись крики зазывал, объявляющих маршруты частных мини-автобусов. Таша поморщилась от внезапного приступа головной боли. Заслонив ладонью глаза от яркого солнца, оглядела площадь в поисках встречающей их машины и вдруг чертыхнулась.

— Черт, нам же нельзя светиться! Что будем делать? — она осматривалась, ища место, где можно было бы укрыться и не привлекать внимания. — А где машина? Ты че, не договорился с Давидом, чтобы нас встретили?

— Я совершенно об этом забыл.

— Хоспади, ты хуже дитя малого. Звони тогда Падме-джи.

— Она не водит машину.

— Супер! На такси тоже нельзя. Можно было бы воспользоваться прокатом, но у меня нет.. как там его.. ИНП?.. так что, меня загребут быстрее, чем тебя узнают фанаты. Кстати, надень какую-нибудь кепку что ли, а то твои кудри слишком бросаются в глаза.

— Бейсболка в чемодане. Не волнуйся, я сейчас позвоню Давиду, и он что-нибудь придумает.

Но не успел Сону достать телефон, как возле них остановился черный Range Rover. Из него вышел плотный невысокий мужчина в черном костюме и черных очках, и направился к ним.

— Это что еще за «люди в черном»? — опешила Таша.

— Али? — удивленно воскликнул певец. — Как ты здесь оказался?

— Приехал за вами, господин Сону, — вежливо поклонился мужчина.

— Я имел в виду, как ты оказался в Саварии?!

— В смысле?! — пришла очередь Таши удивляться. — Это тот самый мужик, что возил тебя на служебном лимузине во время гастролей у нас?

— Так же, как и вы, — проигнорировав реплику девушки, ответил Али. — Прошу, садитесь в машину. Мадам ждет вас.

— Какая еще мадам? — Таша требовательно посмотрела на Сону.

А тот внезапно побледнел и, ей даже показалось, покачнулся, теряя равновесие. Девушка на всякий случай подхватила парня под руку повыше локтя.

— Она хочет видеть только меня? — надломленным голосом уточнил певец.

— Нет, вас обоих.

— Сонь, что происходит? — теперь девушка по-настоящему забеспокоилась. — Это та, о ком ты рассказывал ночью?

Жених кивнул и продолжил свой диалог с Али.

— Я поеду один.

— Но мадам велела привезти вас обоих, — настаивал мужчина.

— Мне плевать, что она велела! — повысил голос Сону.

Таша впервые видела его таким непреклонным и решительным, и это даже восхитило ее в тот момент.

— Ладно, — сдался Али. — Объясняться будете сами.

— Душа моя, — однако, когда Сону обратился к девушке, голос его слегка дрожал. — Езжай домой на такси. Позвони Падме, чтобы встретила тебя и открыла дом. Я приеду позже и…

— Я поеду с тобой!

— … мы придумаем, что делать.. Что?! Нет! Ты не можешь!

— Еще как могу! Хочу посмотреть в лицо этой тетке, которая лишила меня всего!

— Но последствия могут быть непредсказуемые.

— Хуже уже точно не будет, я и так в аду!

— Может, вы продолжите разговор в машине? — вмешался Али. — Мадам не любит ждать, а ехать неблизко.

Сону умоляюще посмотрел на Ташу, все еще пытаясь вразумить ее.

— Али, забросьте, пожалуйста, чемоданы в багажник, — попросила девушка, и первая уселась на заднее сидение машины. Сону обреченно вздохнул и нехотя присоединился к ней.

Когда машина тронулась и, набирая скорость, влилась в поток дорожного движения, Сону взял Ташу за руку и прошептал:

— Ты такая упрямая, душа моя. И бесстрашная.

Он поднес ее руку к губам и поцеловал.

— Мне не страшно, потому что нечего терять.

Сону, не отпуская руки девушки, откинул голову на подголовник и прикрыл глаза в надежде немного вздремнуть, ведь прошлую ночь они не сомкнули глаз. Да и перед разговором с бабулей не мешало бы набраться сил и мужества.

А Таше было не до сна. Сперва она смотрела в окно на улицы и дома, которые они проезжали, пытаясь вычислить, куда они едут. Но скоро поняла бессмысленность занятия. Город она не знала, так что куда их вез Али, все равно не могла разобрать. Девушка решила воспользоваться отведенным временем и вспомнить, что услышала от Сону об этой даме, встречи с которой теперь было не избежать.

— Ладно, — делая неопределенный жест рукой, Таша поднялась с дивана, после того, как неосторожно выдала себя. — В любом случае, мне до чертиков надоело претворяться влюбленной в тебя идиоткой, так что самое время поговорить. И, пожалуйста, не делай такое лицо, как будто тебя приговорили к расстрелу. Я, конечно, была очень зла на тебя, но сейчас готова выслушать твои объяснения. Без вранья! — выделила она последнюю фразу.

— Как много тебе удалось узнать? — серьезным тоном спросил Сону, внимательно изучая Ташу и оценивая ситуацию.

И девушка заметила, как в одно мгновение он словно скинул маску, становясь другим человеком. Неужели она, наконец, увидит настоящего Сону, а не того приторно-сладкого влюбленного мальчика, каким он хотел ей казаться? Интересно.

— Достаточно, чтобы сделать выводы, но не так уж много, как хотелось бы, — резюмировала Таша. — Надеюсь, как мне и обещали, ты расскажешь всю историю от начала и до конца.

— Кто обещал? — вскинул на нее глаза парень.

— Одна милая старушка, но речь сейчас не о ней. Не отвлекайся.

Сону прошел к бару и плеснул в бокал немного вина.

— Будешь? — спросил он девушку.

— Нет. Мне нужна ясная голова.

— А мне нужна смелость, — пробормотал молодой человек и, прихватив бутылку с собой, направился к Таше.

— Итак, — расположившись в кресле и отпив вина, начал Сону. — Что ты хочешь услышать?

— Все. С самого начала.

Девушка прошла к столу, налила себе в чашку чай, чтобы было чем занять руки, и присела обратно на диван на безопасном расстоянии от парня. Ее немного потряхивало от волнения, но она старательно это скрывала.

— Ты помнишь, как мы познакомились? — спросил Сону.

— Конечно. В тот день ты пел в моем любимом кафе, а потом подошел ко мне и подарил розу. Банально, но я была очарована твоим голосом, впрочем, как и все в кафе.

— Вот именно. Если я скажу, что это было спланировано, ты, наверно, не удивишься.

— Уже нет, — спокойно ответила девушка, хотя почувствовала, как злость и обида начинают волнами накатывать на нее.

Она вертела в руках чашку, и та противно позвякивала о блюдце, что еще больше раздражало Ташу. Не выдержав, она поставила их на стол.

— Что ж, — парень достал телефон и показал фото. — С этого все началось.

Таша увидела на фото себя. Она сидела в том самом кафе. Перед ней на столе стояла забытая чашечка, наверно, с чаем и открытый ноутбук. А сама она с задумчивым видом смотрела куда-то вдаль.

— Я получил это фото и приказ от Нее привезти тебя в Мускан, — продолжил певец.

— От Нее? А поточнее можно?

— Это могущественная ведьма из Мускана, но сейчас я не могу назвать ее имя.

— Почему?

— В этом случае она найдет нас. А я приложил столько усилий, чтобы она не знала о тебе какое-то время.

— Значит, от нее мы прятались и слонялись по периферии?

— В основном, да, — не стал отрицать Сону. — А ситуация со спонсорами послужила хорошим предлогом.

— Значит, с самого начала все было игрой? — это было скорее утверждением, чем вопросом.

— Поначалу, да, — тихо ответил певец, пересаживаясь на диван поближе к девушке.

Он дотронулся до ее пальцев, но Таша отдернула руку.

– Но с каждой новой встречей, — продолжал певец. — Постепенно узнавая тебя, я начал понимать, что меня по-настоящему тянет к тебе. Я не знаю, когда это случилось, когда я влюбился. Возможно, с первого взгляда, когда увидел твое фото, а, может, когда изо дня в день наблюдал, с каким упорством и воодушевлением ты идешь к своей мечте. И однажды я понял, что мог бы остаться в твоем мире с тобой на любых условиях.

Сону залпом допил оставшееся вино в бокале и налил новую порцию, а потом нерешительно посмотрел в глаза девушки. Верит ли она ему?

— Тогда почему мы оказались здесь? — Таша ответила прямым взглядом, в котором не было ничего, кроме холодного интереса.

— Из-за медальона, который ты нашла.

— И у тебя такой же медальон, — наконец, девушка использовала заготовленный аргумент и с удовольствием отметила, как лицо Сону вытянулось от удивления, а в глазах мелькнула растерянность.

— Как ты узнала?

— В гостинице Плешевара после вечеринки, — напомнила Таша. — Да, тогда я была не в себе, но когда мне помогли развеять твои чары, я вспомнила.

— Так вот где я прокололся, — впрочем, певец не выглядел сильно расстроенным. — Не хочу тебя разочаровывать, но это не один и тот же медальон. Тот принадлежал другому человеку. Наверно, он должен был переместить тебя в Саварию. А, может быть, и не тебя.

— А какая разница? Разве медальон не служит всего лишь порталом?

— Медальоны именные и подчиняются своим владельцам. У ведьмы есть программа, которая отслеживает любое перемещение и уведомляет, когда в Мускане появляется новая попаданка, а так же указывается имя агента, связанного с этим. Поэтому мы до сих пор были в относительной безопасности, потому что Она не знает, что я вернулся с попаданкой.

— Тогда почему ты не отправил меня домой? — задала Таша вопрос, который не давал ей покоя с того самого дня, как она узнала о медальоне.

— Я не могу. Для попаданок медальон работает только в одну сторону.

— Думаешь, я поверю?

— Пожалуйста, — Сону снял с шеи медальон и протянул девушке. — Можешь убедиться.

Таша внимательно рассмотрела предмет. Да, медальон в точности такой же, как тот, что попал ей в руки в ее мире. С замиранием сердца девушка нажала на замок и открыла, развернув две половины медальона. Но, увы, ничего при этом не произошло. Ее не ослепил яркий свет, и пол под ногами остался цел и невредим.

— Значит, это правда, что только ведьма может вернуть меня обратно? — Таша с сожалением положила медальон на стол.

— И не любая, а именно та, в чей список ты попала.

— Но почему именно я!? И вообще, что это за способ такой насильно делать кого-то счастливым. Я была вполне счастлива и без вашего мира.

— Я не знаю, что тебе ответить, — вздохнул Сону. — Если ты когда-нибудь встретишься с Ней, то сможешь задать вопросы напрямую.

— А я с ней встречусь?

— Рано или поздно это случится. Я не смогу вечно прятать тебя. Есть порядок, который мы не можем нарушить.

— Что ж, я не боюсь Ее! — бросила Таша, тряхнув головой, от чего копна волос взметнулась и улеглась в беспорядке на ее плечи.

Но девушка привычным жестом лишь заправила за ухо упавшую на глаза прядку и посмотрела на жениха. В его глазах она увидела грусть и какую-то безысходность.

— А я вот боюсь… очень боюсь потерять тебя и… все, чего добился за эти годы, — признался Сону.

— Как давно ты работаешь на Нее?

— С 16-ти лет, — с заминкой и неохотно ответил парень.

— Что?! — воскликнула Таша. — Ты же был еще ребенком!

— Точнее было бы сказать, что я знаю Ее с этого возраста, — поспешил внести ясность певец. — И у меня был выбор.

— И какая Она?

— Я никогда не видел от Нее ничего плохого. Всем, что имею, я обязан Ей.

— Светает, — сменил он тему, показывая на окно, где в свободном от штор пространстве, было видно, как занимается рассвет. — Скоро приедем в Мускан.

— Я так надеялась, что по возвращению закончатся мои мытарства в вашем мире, но, похоже, они только начинаются, — проговорила Таша, задумчиво глядя на первые лучи восходящего солнца.

И услышала, как молодой человек тихо спросил:

— Ты простишь меня? Дашь мне еще один шанс?

Таша всмотрелась в глаза Сону, увидев в них искренние чувства и всполохи боли. И что-то в груди сжалось и заныло, что девушка непроизвольно прижала руку, почувствовав, как гулко бьется ее сердце. Неужели опять чары? Или и, правда, стоит дать ему шанс?

— Хорошо, — наконец, решилась она. — Надеюсь, я не пожалею.

— Спасибо, — Сону улыбнулся. От его теплой и ласковой улыбки у девушки на миг перехватило дыхание.

Вдруг, нарушая неловкость момента, зазвонил телефон у входа в вагон, заставив обоих вздрогнуть.

— Это, наверно, проводник, — поднялся парень.

Он ответил на звонок, поблагодарил звонившего и, повесив трубку, сообщил:

— Через полчаса поезд прибывает в Мускан.

— Ясно, — Таша направилась в спальню. — Значит, я успею принять душ.

Девушку все-таки сморило в дороге, и она прикорнула на плече Сону. Проснулась от резкого толчка, когда Али затормозил, останавливая машину.

— Где это мы? — спросила Таша, — без особого, правда, интереса выглядывая в окно машины.

— В Бомбеево, — ответил Сону.

— Я еще толком Мускан не видела, а уже всю вашу «заграницу» объездила, — пробурчала девушка, открывая дверь и выходя из машины.

Сону улыбнулся, присоединяясь к ней.

— Я обязательно покажу тебе город, если выберемся отсюда живыми.

Они стояли перед высоким забором, за которым не было видно даже крыши дома. Али позвонил в звонок у калитки, через несколько минут раздался щелчок, и дверь открылась.

— Проходите, а я загоню машину с другой стороны, — сказал мужчина, снова садясь за руль.

Войдя в калитку, Таша замерла, не веря своим глазам. Перед ней стоял дом ее мечты — фасад цвета шампань, белые окна и синяя крыша. От калитки до ступенек крыльца вела широкая дорожка, выложенная светло-серой плиткой. По обеим сторонам от нее росли яркие цветы и низкие кустарники. Справа был разбит плодовый сад, а слева Таша увидела большую белую беседку, стоявшую в тени деревьев и обвитую плющом. К ней от дома тоже вилась дорожка через идеальный газон.

Открылась входная дверь, и на пороге появилась пожилая дама в сари небесного цвета, расшитом серебром. В руках она держала книгу.

— Заждалась я вас, голубки, — на удивление молодым голосом обратилась она к парочке. — Вон, уже почти дочитала новый роман Дасани. Когда ж он, наконец, влюбится и порадует нас историей со счастливым концом? — вздохнула она. — Сонушка, ну что ты, как не родной? Заходи и невесту свою приглашай.

Таша глянула на Сону. Он выглядел напряженным, скулы заострились, а в глазах, когда он посмотрел на нее, светилась мрачная решимость. «И чего он так напрягся, — подумала девушка. — Старушка вроде безобидная».

Поднявшись по ступенькам крыльца и оказавшись в небольшом холле, молодые люди услышали голос хозяйки дома:

— Проходите в гостиную. Вы, наверно, еще не завтракали. Сейчас поставлю чайник.

— Ташик, я сам с ней поговорю, — шепнул девушке Сону, когда они прошли в комнату через двустворчатые двери, что вели из холла в гостиную. — А ты не вмешивайся. Так будет лучше.

Таша кивнула, скорее, машинально. Сейчас ее занимала обстановка дома больше, чем предстоящий разговор с его хозяйкой. Она присела на диван и осмотрелась. Гостиная была обставлена мебелью из темного дерева, а темно-зеленая обивка дивана, стульев и кресел напомнила девушке советские времена ее страны. Но в этой комнате было много текстиля и других цветов. Например, диванные подушечки горчичного, бордового и шоколадного цвета. Многослойные занавески на окнах и обрамляющие стеклянную дверь, ведущую в сад, были трех цветов — светло-серые, кофе с молоком и коричневые. И все это вместе создавало немного странный стиль, но уютный. Стол, накрытый бордовой скатертью с серым кантом, был сервирован на три персоны. На нем уже стояли блюда с самосами, печеньем и пирожными, белые фарфоровые чашки с блюдцами и пузатый красный заварочный чайник явно из другого сервиза.

Голодный желудок Таши жалобно заурчал, стоило девушке увидеть еду и почувствовать вкусные ароматы. Тут как раз в дверях появилась хозяйка дома с подносом в руках.

— Вот еще штрудель с маракуйей подоспел, — радушно пропела она, ставя поднос на стол, а Сону помог ей с чайником.

— Ну, давайте знакомиться, — предложила пожилая дама, когда чай был разлит по чашкам, а еще горячий штрудель разложен по тарелкам.

— Ба, это Таша — моя невеста, — начал молодой человек.

— Ба?! — забыв о приличиях и наставлениях Сону, выпалила Таша.

За столом на пару секунд повисло неловкое молчание, которое нарушил мелодичный смех пожилой женщины.

— Сонушка, кажется, девушка шокировалась нашими родственными связями, — отсмеявшись, заметила она.

Певец посмотрел на Ташу говорящим взглядом, в котором смешались мольба и предупреждение.

— Извините, — стушевалась она, но при этом ответила Сону не менее красноречивым взглядом-угрозой.

— Очень приятно познакомиться, — девушка постаралась вложить в улыбку все свое обаяние.

— И мне, дорогуша, — улыбнулась дама в ответ одними губами.

— А это моя бабуля Каль Хо На Хо, — представил Сону хозяйку дома.

— Ик! — икнула та, легко шлепнув парня по руке. — Лучше просто бабуля. Вот и познакомились. Ешьте давайте, а то штрудель простынет. Ох, и навозилась я с ним. А разговоры все потом.

После завтрака хозяйка расположилась в кресле, а молодых людей попросила присесть на диван. Таша смотрела на нее, и ей с трудом верилось, что перед ней могущественная ведьма Мускана. С виду это была самая обыкновенная бабулька.

Несколько минут Каль Хо На Хо изучала их внимательным взглядом, от которого Таше стало не по себе, а потом спросила у девушки:

— Как я понимаю, в посольстве ты еще не была?

Таша утвердительно кивнула, отметив, что приветливый тон старушки сменился на холодный деловой. Сону хотел вмешаться, но бабка не дала ему и рта раскрыть.

— Помолчи, милок. Я не с тобой разговариваю. — И снова обратилась к девушке:

— Переночуешь сегодня здесь, а завтра Алим отвезет тебя в посольство. Негоже, что ты столько времени без регистрации по Саварии шастаешь. Поймали бы, пришлось бы мне за тебя краснеть.

— Ба, я сам отвезу Ташу в посольство, — все-таки подал голос Сону.

— Цыц! — зыркнула на него КХНХ.

— Но, бабуль, ей же надо будет указать в анкете имя жениха.

— Вот и укажет! Но не твое! У нее уже есть жених.

— Что? — в один голос воскликнули Таша и Сону.

— А что это вы так всполошились? — Каль Хо На Хо встала, прошла к шкафу и вернулась с макбуком. — Все согласно моему плану и списку.

Она открыла макбук, поискала в нем нужный файл и продолжила:

— Вот. Жених — владелец студии танцев, преподает разные стили. Слегка за 35-ть, приятной наружности, без вредных привычек…

— Я Ташу никому не отдам, — перебил ее Сону.

— Вот упрямец! — воскликнула КХНХ. — Не для того я тебя растила и пестовала, да карьеру твою строила, чтобы ты женился на попаданке!

— Да плевать мне на карьеру!

— Это ты сейчас так говоришь! А потом спасибо мне скажешь!

— Я скажу спасибо, если ты разрешишь нам пожениться!

— Да из-за нее изменится твоя Судьба!

— Ну и пусть! Это моя Судьба, мне и выбирать!

Наблюдая эту перепалку, Таша не хотела встревать, но все-таки не сдержалась.

— Так! А ну-ка замолкли оба! — И, увидев испуганное лицо Сону, добавила:

— Пожалуйста.

— Вы, наверно, очень удивитесь, но я не горю желанием выходить за вашего внука и, тем более, за неизвестного мне мужика! Все, чего я хочу, это вернуться домой! И я буду очень благодарна, если вы мне в этом поможете.

— А с чего мне помогать? — в голосе КХНХ появились жесткие нотки. — Я столько времени потратила, чтобы заполучить тебя в наш мир, потеряла из-за тебя своего лучшего агента и почти поссорилась с внуком, и ради чего? Чтобы отправить тебя обратно? Нет уж!

— Агента? — прищурилась Таша. — Значит, был кто-то еще?

— Вот именно, что был! — раздраженно взмахнула рукой КХНХ. — Пока не влюбился, как дурак, и не потерял все из-за тебя. Вот, что происходит, когда идешь против своей Судьбы! — с этими словами она выразительно посмотрела на Сону, приподняв брови.

— Прияншу? — пробормотала Таша, побледнев.

Она почувствовала, как накатывает дурнота. Вот только для обмороков было неподходящее время. Девушка несколько раз глубоко вдохнула, стараясь удержать сознание. Заметив ее состояние, Сону подал ей воды. Таша сделала пару глотков и с благодарностью кивнула.

— Где он сейчас? — спросила она, не особо ожидая ответа.

— Если б я знала! Его следы затерялись где-то в Азии в вашем мире, — с легким раздражением ответила пожилая дама.

— Отправьте меня домой, — устало попросила Таша. — И все будут счастливы.

— Не все. Ты забыла про своего жениха. Он уже очень давно дожидается тебя, и я не могу разочаровать его. Ты выйдешь замуж за своего суженного и точка.

— Почему вы выбрали меня?

— А почему нет? Ты целеустремленная, не глупая, а главное, с мечтой. Нам такие здесь нужны. Не понимаю, че ты противишься своему счастью! Если правильно выйдешь замуж, то не только поможешь мужу обеспечить тебе достойную жизнь, но и исполнишь все свои мечты.

— Я бы их и так исполнила, и без вашего вмешательства, — бросила Таша в ответ, чувствуя, что на споры сил уже не осталось.

— Если не хочешь окончательно поссориться со мной, то оставь Ташу в покое, — снова вступился за нее парень.

— Шельмец! Вот лишу тебя дара!

— Лишай! Это не дар, а мое проклятие!

— Сонушка, ну зачем она тебе, мальчик мой? — сменила старушка тон на ласковый. — Уже не девочка, да еще с разочарованием в прошлом. Не упрямься, отпусти.

— А кто мне это разочарование подсунул, между прочим, — слабо возмутилась Таша. — Да и возраст чем не угодил? Подумаешь на пару лет старше. Можно сказать, ровесники.

— На четыре года, два месяца и шестнадцать дней, — внесла ясность КХНХ.

— Ба, я люблю ее! — воскликнул Сону, порывисто вскакивая с дивана.

— Зато она тебя не любит, дурень!

— А вот возьму и полюблю, — ляпнула Таша, тоже вставая и беря Сону за руку.

Его рука оказалась холодной, как лед. Девушка и не подумала, что парню должно быть тяжело дается это противостояние. Она посмотрела на его решительный профиль и поняла, что в этом мире некому защитить ее, кроме него. Он может потерять все, что имеет, рискнув пойти против воли родного человека и ведьмы в одном лице. Какие еще доказательства любви и искренности ей нужны?! Если ей суждено остаться в этом долбанном волшебном мире, то пусть рядом будет человек, готовый ради нее на все, и которому она готова ответить взаимностью.

Сону, не ожидавший такого поворота событий, с изумлением на лице посмотрел на стоявшую рядом с ним девушку. Но в следующее мгновение крепко сжал ее ладонь в руке, полный решимости ни за что не отпускать.

Несколько мучительных секунд ведьма молча испепеляла их взглядом. Потом захлопнула крышку макбука, от чего парочка вздрогнула, и поднялась. Молодые люди инстинктивно сделали шаг назад, ожидая нового нападения, но старушка лишь вздохнула и махнула рукой.

— Ох уж эта мо́лодежь! Упрямые, как мулы. Ладно, делайте, что хотите. Но не говорите потом, что я вас не предупреждала.

Таша заметила, как Сону выдохнул, отпуская внутреннее напряжение. Она и сама задышала спокойней, не веря, что они выстояли. И, хотя сейчас она потеряла шанс вернуться домой, но надежда все равно оставалась. Просто нужно найти другой путь.

— Алим отвезет вас домой, — проговорила устало Каль Хо На Хо. — Провожать не буду, пойду вздремну часок-другой.

— Бабуль, — Сону подошел к ней, обнял и поцеловал в щеку. — Прости меня. И спасибо! Обещаю, я сделаю все правильно.

— Ладно-ладно, — улыбнулась та, потрепав парня за кудри. — Если ты счастлив, счастлива и я. Все, езжайте.

Выйдя на ватных ногах из дома, Таша обернулась, чтобы еще раз посмотреть на него. Мысленно она пообещала себе, что однажды обязательно будет жить в таком же, и не важно, в каком мире.

— Почему ты не сказал, что она твоя бабушка? — спросила девушка, пока они с Сону ждали машину.

Она прислонилась к забору, чувствуя прям таки вселенскую усталость.

— Не хотел лишний раз волновать тебя. Извини. Помнишь, я говорил, что знаком с ней с 16-ти лет? — Таша кивнула. — Но об этом не знает никто, кроме Давида. Хоть она мне и не родная, бабуля заботилась обо мне, заменив родителей, и ни в чем никогда не отказывала. Она была моей опорой все эти годы, моим другом, моим первым спонсором и тем, кто помог мне достичь того, что я имею.

«А так же вырастила из тебя своего агента, ловца наивных дурочек», — подумала девушка, глядя на Сону с сочувствием. Она хотела задать еще вопрос, но тут подъехал черный Range Rover, и парень открыл заднюю дверь, приглашая ее сесть в машину.

— Али, ты знаешь, где мой дом? — спросил Сону водителя.

— В этом мире я — Алим, господин Сону, — ответил тот. — Да, мадам сказала, куда вас отвезти.

— Хорошо. Алим, ты так и не объяснил, как оказался в Саварии.

— Мадам сделала мне предложение, от которого трудно было отказаться, господин Сону. — Алим многозначительно посмотрел в зеркало заднего вида на молодого человека.

Сону поймал его взгляд, кивнул и не стал больше задавать вопросы.

— Я, пожалуй, вздремну, — сообщила Таша жениху, устраивая голову на его плече.

Эта встреча порядком вымотала ее и морально, и физически. И, хотя у нее имелось еще много вопросов к парню, сейчас было не время и не место для них.

Певец тепло улыбнулся, обнимая девушку за плечи. Придвинув ее к себе поближе, поцеловал в висок и нежно погладил кончиками пальцев по волосам.

— Спи, — шепнул он. — Теперь все будет хорошо.

Однако Сону не питал иллюзий. Зная Каль Хо На Хо достаточно хорошо, он понимал, что даже уступив им сегодня, она не успокоится, пока не добьется своего. Но пока у них есть время для небольшой передышки, которым молодой человек собирался воспользоваться в своих целях. С этой мыслью он закрыл глаза и почти сразу провалился в сон.

Выезжая на главную дорогу, ведущую в Мускан, Алим посмотрел на спящую парочку через зеркало заднего вида, покачал головой и тихо вздохнул.

Проснувшись в своей комнате в доме Сону, Таша неожиданно для себя почувствовала радость и облегчение, увидев ставшие почти родными стены. Она и не думала, что этот дом когда-нибудь сможет дать ей чувство защищенности и покоя. Было раннее утро, но девушка чувствовала себя хорошо отдохнувшей и готовой на новые подвиги. Принимая душ, она вспомнила вчерашнюю встречу с ведьмой и, наконец, осознала, что застряла в этом мире если не навсегда, то надолго. Эта мысль слегка омрачила ей настроение, однако она заставила себя мыслить позитивно и не терять надежду.

Выйдя из ванной в банном халате, девушка поняла, что у нее снова та же проблема, что и в начале своего пребывания в этом доме. У нее нет сменной одежды. Ее чемодан с вещами, купленными для гастролей, все еще был в пути. Надев футболку и треники хозяина дома, Таша спустилась вниз.

Она нашла Сону в гостиной, он разговаривал по телефону.

— Почему я не могу созвать пресс-конференцию? — спрашивал он у Давида на другом конце связи.

— Это плохая идея. От репортеров не будет покоя до самой помолвки, а то и до свадьбы, — отговаривал его менеджер. — Вы и шагу не сможете спокойно ступить, подумай о Таше.

— Но я должен что-то предпринять, чтобы лишить ба возможности нам помешать.

— Дождись меня, поговорим вечером.

— Когда приедет Давид? — спросила Таша у парня, едва он закончил разговор.

— Сегодня вечером, — Сону выглядел рассеянным, видимо, все еще размышляя на тему разговора.

— Душа моя, а ты чего так рано встала? Отдыхала бы…

— Можно было бы съездить в посольство, но придется ждать приезда Давида. Ведь мой чемодан с вещами у него. — Таша указала руками сверху вниз на свой наряд, прибавив к этому выразительный взгляд на жениха.

— О, я и забыл, — виновато улыбнулся Сону. — Чем займемся сегодня? Может, посмотрим кино на диване?

— Я бы сперва позавтракала, — хлопнув его по плечу, Таша пошла в столовую.

Удивительно, но Падма-джи встретила девушку с улыбкой, подавая ей легкий завтрак.

— Как прошли гастроли? — спросила экономка, явно имея в виду впечатления Таши от них.

— Скажем так, я получила незабываемый опыт, — ответила девушка, намазывая джемом тост и вспоминая свое общение с яркими представителями волшебного мира.

— Понимаю, — кивнула Падма-джи и удалилась на кухню по своим делам, тактично оставив девушку в покое.

Когда вечером приехал Давид, Таша смотрела в гостиной по телевизору фильм с участием местной знаменитости, актера Али Кхана, и объедалась сладкими десертами, приготовленными Падмой-джи. Сону растянулся на диване рядом, положив голову ей на колени и, кажется, дремал. Девушка старалась его не беспокоить, понимая, что он не столько устал за время гастролей, сколько от выматывающей встречи с бабулей.

— Рад, что у вас все хорошо, — улыбнулся Давид, наблюдая диванную идиллию и присаживаясь в кресло.

Сону открыл глаза и недовольно посмотрел на гостя, помешавшего этой самой идиллии. Ему очень не хотелось покидать уютную подушку в виде колен Таши, которая, наконец-то, не отталкивала его. Но разговор с Давидом все-таки был важен.

— Ты смотри фильм, — сказал Сону девушке, вставая. — Мы поговорим в кабинете.

— Можете поговорить здесь, — предложила та. — В конце концов, речь наверняка пойдет обо мне.

— Не только. О работе тоже, а это может затянуться.

— Ладно, — насупилась Таша и прибавила звук на телевизоре.

— Почему ты против пресс-конференции? — сразу задал вопрос Сону, едва они с Давидом вошли в кабинет.

— Я уже объяснил. Ты не решишь этим проблему, а только привлечешь новые. Лучше, если пресса пока будет не в курсе твоей личной жизни. Если что-то пойдет не так…

— Ты о чем? Думаешь, ба удастся помешать мне?

— Я не хочу думать о плохом, но надо учесть все варианты. Поэтому предлагаю действовать по обстоятельствам и первым делом решить вопрос с регистрацией Таши в посольстве. По крайней мере, она уже не будет нелегалкой, и у вас появится больше возможностей для маневров.

— Согласен. Тогда завтра же отвезу ее в посольство.

— Лучше я, — Давид поднял руку, опережая возражение Сону. — Мысли здраво. Представь, что будет, если ты заявишься с невестой в посольство.

— Не важно, — отмахнулся певец.

— Это равносильно пресс-конференции, только негатива будет больше.

— Они все равно узнают, когда Таша укажет мое имя.

— Не сразу. Я предлагаю использовать твое настоящее имя. Его давно уже никто не помнит.

— Зачем?

— Так мы убьем двух зайцев — получим ИНП для Таши и не вызовем шумихи слухами о твоей помолвке.

Сону несколько секунд задумчиво смотрел на менеджера, потом кивнул.

— Ладно, как скажешь. Но я все равно поеду с вами.

— Не поедешь. У тебя завтра с утра плановая встреча с пиар командой, забыл?

— Впервые об этом слышу. Отмени. Это может подождать.

— Нельзя. Они подготовили проект пиар кампании для твоего нового альбома. Ты всегда лично этим занимался.

— Ты иногда такой нудный, — проворчал Сону. — Ладно, убедил. А ты обещай, что присмотришь за Ташей.

— Обещаю, с ней ничего не случится. Привезу в целости и сохранности, — улыбнулся менеджер.

На следующее утро Давид отвез Ташу в посольство. По дороге туда девушка волновалась больше, чем предполагала накануне. Ей казалось, что они едут в какое-то страшное заведение, где за любое неверно сказанное слово начнут выкручивать руки или привлекут к уголовной ответственности. Впрочем, она не знала, какие здесь законы для попаданок, кроме обязательного замужества, и это пугало еще больше.

Но оказалось, что это вполне обычное учреждение, похожее на подобные государственные учреждения в ее мире. Холодное и безликое. Когда они вошли в здание, Давид предложил Таше присесть за столик, что стоял в холле, а сам прошел к окошку и попросил бланки на регистрацию.

— А вы кем будете? — спросила его девушка, ведущая прием.

— Я водитель жениха, — так они с Ташей договорились в машине.

— И кто у нас жених? — продолжала любопытствовать работница посольства, не спеша доставая бланки регистрации и анкеты.

— Боюсь, его имя ни о чем вам не скажет, — улыбнулся Давид одной из своих фирменных улыбок и посмотрел на бейджик с именем девушки, приколотый у нее на груди, задержав на нем взгляд несколько дольше. — Эм.. Мирта, у вас очень красивая… блузка.

Представительница посольства зарделась, засуетилась, поправляя прическу. Улыбнулась кокетливо и спросила:

— Вам нужна помощь при заполнении?

— Спасибо за предложение. Вы так любезны. Я думаю, моя будущая госпожа справится сама.

Получив бланки, Давид подошел к Таше, которая пробежав глазами анкету на нескольких листах, возмущенно посмотрела на него.

— Это что за хрень? Может, им еще всю мою биографию расписать?

— Тшшш, — прошипел менеджер. — Просто напиши что-нибудь. Но главное, имя жениха — Сандар Гаан.

— А кто это?

— Сону, — прошептал Давид. — Это его настоящее имя.

— Ты хочешь сказать, что я могу стать миссис Гаан? О таком предупреждать надо! — тоже шепотом продолжала возмущаться Таша.

— Если тебе что-то не нравится, то можешь стать миссис «ктоугодно», а я умываю руки, — не выдержал Давид.

— Ладно-ладно, я просто удивилась, — успокоила его девушка. — Красивый и поющий? Что ж, его родители знали, как назвать будущую звезду Саварии.

Через час они вышли из посольства. Давид достал из кармана носовой платок и промокнул лоб и лицо, вытирая выступивший пот. Он не ожидал, что эта поездка заставит его поволноваться. Таша держала в руках листок временного удостоверения личности и смотрела на него с разочарованием. Столько нервов из-за какого-то клочка бумаги, распечатанного на старом принтере. Сунув листок в сумочку, девушка взглянула на слегка бледного Давида и улыбнулась. Она, конечно, не знала, что ждет ее впереди, но почему-то прибавилось надежды на то, что все будет хорошо, даже если она станет миссис Сандар Гаан.

По дороге домой Таша задала Давиду вопрос, который не решилась бы задать Сону.

— Ты знаешь, как Сону встретился со своей якобы бабкой?

Давид, съехав на обочину и остановив машину, повернулся к девушке и серьезно на нее посмотрел.

— Откуда ты про нее знаешь?

— А Соня разве не сказал? — в свою очередь удивилась Таша. — Едва мы сошли с поезда, как попали к ней в гости.

И она вкратце рассказала, как прошла их встреча с КХНХ.

— Вот оно что. Из его слов, я решил, что он был без тебя. И как тебе бабуля?

— Жуть, — передернуло девушку. — С виду милая старушечка, а под этой маской скрывается чудовище.

Давид рассмеялся.

— На самом деле, она неплохая, но лучше ее не злить. Все-таки ведьма и одна из самых могущественных в городе, если не во всей Саварии.

— То есть ты предлагаешь смиренно выйти замуж за того, кого она записала мне в суженные? — возмутилась Таша. — Я и за Соню не пошла бы, будь у меня выбор.

— А разве у тебя его нет? — усмехнулся менеджер. — Целых два жениха или попроси бабулю огласить весь список кандидатов.

— Не смешно! И все-таки... как они встретились? — вернулась Таша к своему вопросу.

Давид задумчиво посмотрел на нее, словно решая, рассказывать или нет. Завел машину и, продолжив их путь, заговорил:

— Сону был еще ребенком, когда они с отцом поселились по соседству с моим домом. Я не знаю, кто его мать и где она. Мы никогда не говорили об этом. Несмотря на то, что я часто бывал в их доме, не могу сказать, что мы дружили с его отцом. Он был выдающимся музыкантом и слишком увлечен музыкой. Окружающий мир его мало интересовал. Если бы не мы с Лейлой, это моя дочь, Сону было бы совсем одиноко в чужом городе.

При упоминании этого имени Таша поморщилась, вспомнив бессонную ночь, проведенную в доме Сону в одиночестве и отчаянии.

— Однажды, — продолжал свой рассказ мужчина. — Отец Сону уехал на гастроли на юг и... больше не вернулся. Мальчик остался один без средств к существованию и защиты. Все, что он умел, это петь и играть на фисгармонии, как и его отец. Но, конечно, не так виртуозно. Я предложил Сону переехать к нам и стать членом нашей семьи, но он отказался, сказав, что сумеет прокормить себя сам. В свои пятнадцать лет он стал зарабатывать, выступая на площади, иногда пел на малобюджетных свадьбах.

Слушая о нелегкой жизни Сону, Таша почувствовала, что в горле образовался ком, а к глазам подступили слезы. Вот она оборотная сторона любого мира, где счастье и благополучие выставляются напоказ, а стоит копнуть глубже, становится больно и грустно от правды.

— Я пытался разыскать его отца, но поиски ни к чему не привели. До сих пор неизвестно, что с ним стало, жив ли он. Когда Сону исполнилось шестнадцать, он пришел ко мне с пожилой женщиной и сказал, что переезжает. Тогда я не знал, что она ведьма. Она заверила меня, что будет относиться к мальчику, как к родному внуку, и он ни в чем не будет нуждаться. Я разозлился, о чем потом, конечно, пожалел. Но в тот момент во мне взыграла обида, что Сону выбрал чужую женщину, а не меня, кто несколько лет был рядом и считал его частью своей семьи. И я не стал удерживать его.

— Но как они встретились? Почему она решила взять его к себе?

— Причины я не знаю, — вздохнул Давид. — Спустя несколько лет Сону вернулся и предложил мне быть его менеджером. Я не смог ему отказать, хотя к тому времени уже подумывал продать агентство и уйти на заслуженный отдых. Как-то в разговоре я задал ему похожие вопросы, но он рассказал только об их встрече на городской площади. Бабка сказала, что нельзя марать его талант подобными местами, что он достоин большего. И что она поможет ему достичь небывалых высот.

— Похоже, она не врала, только средства, которыми она воспользовалась, сомнительные. Ты ведь знаешь об особом даре Сону?

Менеджер кивнул.

— И ты еще говоришь, что она не чудовище. Она использовала парня, как орудие для своих экспериментов над наивными девушками из моего мира! Надо мной в том числе. Теперь я понимаю, что Соня не виноват в том, что со мной произошло, и мне его искренне жаль. Я бы хотела ему помочь, но сама нуждаюсь в помощи. Мы, как два беспомощных котенка, а боремся с тигром.

Они уже почти подъехали к дому, поэтому Давид притормозил и повернулся к Таше со словами, произнеся их глубоким голосом:

— Ваша любовь придаст вам силы и мужества противостоять любым невзгодам.

— Тьфу, — скривилась девушка. — Не ожидала от тебя такого шаблонного пафоса!

— А если серьезно, — Давид положил руку на ее плечо и слегка сжал его. — Вы уже выстояли одну битву. Вместе вы все преодолеете.

Таша лишь с сомнением покачала головой. Пока Давид парковал машину возле дома Сону, ему кто-то позвонил, и девушка не стала мешать, а вошла в дом и оказалась в объятиях жениха.

— Поздравляю, теперь ты полноправный житель Мускана.

— Еще нет, — возразила она, слегка отстраняясь. — Как выяснилось, им я стану только после замужества.

— Ну, это дело поправимое, — подмигнул ей Сону.

— Как прошла встреча? — сменила тему разговора Таша.

— Быстро, — улыбнулся парень. — Я так волновался за тебя, что ни на чем не мог сосредоточиться.

— Даже мне пришлось сегодня поволноваться, — произнес с легким упреком вошедший в дом Давид. — Наверняка к моим сединам добавились новые по вине твоей невесты.

— Если бы вы не шушукались за моей спиной, а рассказали все заранее, я была бы готова! Господин Сандар Гаан?!

Таша выразительно смотрела на Сону, ожидая извинений.

— Душа моя, — молодой человек с виноватой улыбкой попытался снова ее обнять, но девушка увернулась и направилась к лестнице на второй этаж.

— Даже не мечтай, что я возьму твою фамилию, — бросила она на ходу. — Останусь при своей или вообще бесфамильной.

На самом деле Таша не злилась. Наоборот, узнав хотя бы часть правды о непростой жизни жениха, чувствовала в себе желание защитить его от всех бед и волнений насколько это было в ее силах. Но испугалась, что когда придет время расставаться, она невольно причинит ему боль и пострадает сама. Поэтому необходимо держать дистанцию и не поддаваться чувствам.

Переодевшись и спустившись через полчаса вниз, Таша увидела в гостиной Давида, который разговаривал по телефону. Он присоединился к ним с Сону в столовой и спросил:

— Не хотите сходить на свадьбу?

Таша чуть не поперхнулась водой, прокашлялась и уточнила:

— На чью?

— Санджай женится, — пояснил Давид, глядя на Сону. — Он очень просил, чтобы ты пришел. Сказал, его невеста будет счастлива, если ты споешь на их свадьбе.

— Еще бы! — фыркнула Таша. — А кто такой Санджай?

— Одно время он отвечал за безопасность Сону, — объяснил Давид. — Потом мы стали добрыми друзьями.

— Я с удовольствием спою на его свадьбе, — согласился Сону. — Даже не верится, что он снова женится, после пережитого опыта.

— Что интересно, это их вторая свадьба. С первой невеста сбежала, а помолвка вообще прошла без них обоих. Что только не бывает в Мускане! — усмехнулся Давид. — Надеюсь, Таша не сбежит с вашей свадьбы, и все пройдет, как надо.

Девушка сделала вид, что не слышала его слов, и сосредоточилась на стоявших на столе блюдах, выбирая, что бы съесть без ущерба для здоровья. Она так и не могла привыкнуть к местной кухне.

После обеда менеджер уехал, и Таша хотела незаметно ускользнуть в свою комнату, но Сону, разгадав ее намерения, оказался шустрее. Он подхватил ее под руку и повел в гостиную.

— У меня для тебя кое-что есть, — сказал он, усаживая девушку на диван.

И, достав из кармана пухлый конверт, протянул ей.

— Что это? — с подозрением спросила Таша.

— Деньги. Поезжай завтра с Падмой в "Мэйн", обнови гардероб.

— Зачем?

— Скоро наша помолвка, тебе нужны красивые наряды. И вообще, можешь купить себе все, что нужно или понравится.

Таша взяла конверт, но, не открывая, положила рядом на диван.

— То, что мне нужно, это работа. Я не могу сидеть у тебя на шее, как содержанка.

— Сердце мое, не говори так! — воскликнул Сону. — Ты почти моя жена. Все, что мое и твое тоже.

— В любом случае, я с ума сойду от безделья. Я не привыкла к такой жизни.

— Хочешь, я куплю тебе кафе? Или даже ресторан? Раз тебе нравится этот бизнес.

— Спасибо, не надо, — девушка вздохнула раздраженно. — Я хочу добиться всего сама.

— Прости. Я понимаю. Просто хочу, чтобы ты была счастлива.

Таша с грустью посмотрела в глаза парню.

— Сейчас я не уверена, что это возможно в этом мире. Но надо что-то делать, как-то двигаться вперед.

— Давай вернемся к этому разговору после нашей свадьбы, — предложил Сону. — А пока считай это, — он указал на конверт, — моим подарком.

Девушка кивнула, неохотно соглашаясь.

— Я попрошу Падму отвезти тебя завтра в "Мэйн", — Сону поднялся и пошел на поиски экономки, а Таша с неприязнью посмотрела на конверт.

На следующий день после завтрака они с Падмой снова отправились за покупками, но на этот раз в ТЦ "Мэйн хун на" [Main hoon na (хинди) — я рядом с тобой], который находился в центре города. По сравнению с окраиной города, центр блистал дорогими ресторанами, презентабельными магазинами, ухоженностью и красотой зданий. Это был мир достатка и высокого социального статуса.

Войдя в торговый центр, Падма-джи с прежней уверенностью повела Ташу в нужном направлении. Та успевала только мельком смотреть по сторонам. Впрочем, торговый центр отличался от тех, что в ее мире, только наполняемостью, а устроен был примерно так же. Они поднялись на лифте на третий этаж и, пройдя мимо пары магазинов, остановились возле ярко украшенного павильона с вывеской "Каби Куши Каби Гам" [Kabhi Khushi Kabhie Gham (хинди) — и в печали, и в радости]. В нос Таше ударил резкий приторно-сладкий запах. Она чихнула и, достав из сумочки носовой платок, прикрыла рот и нос, боясь, что разыграется ее давнишняя аллергия.

— Падма-джи, зачем вы меня сюда привели? — сдавленным голосом спросила девушка, наконец, разглядев, что это магазин свадебных нарядов и аксессуаров.

— Так у вас же скоро свадьба, а платье надо подбирать заранее, — невозмутимо напомнила экономка.

— Не настолько скоро, — возразила Таша. — Давайте начнем с обычной одежды.

Падма-джи посмотрела на нее с легким упреком, но спросила прежним невозмутимым тоном:

— Вы предпочитаете брендовые вещи премиум класса или сойдут брендовые, но в половину дешевле?

— Я за разумную экономию не в ущерб качеству.

Падма-джи кивнула и пригласила следовать за ней. Они посетили несколько магазинов на этом этаже, где Таша подобрала себе вещи так, чтобы можно было миксовать их друг с другом. И только одну вещь специально для помолвки — длинное голубое шифоновое платье без рукавов с вырезом лодочкой и драпировкой в области груди. К нему идеально подошли кремовые туфли на высоком каблуке и клатч в том же цвете.

Шоппинг изрядно утомил девушку. К тому же, близилось время обеда, и Таша почувствовала, что проголодалась.

— Падма-джи, тут есть, где перекусить? — спросила она экономку.

— Конечно. На втором этаже прекрасный ресторан с большим выбором в меню, и готовят вкусно. Пойдемте.

Они спустились по широкой лестнице, застеленной темно-синим ковром. И через несколько метров оказались перед рестораном. На стеклянном ограждении Таша увидела вывеску, переливающуюся разными цветами — "Бэлли чата хэ" [Belly chahta hai (английский и хинди) — желание живота. Здесь обыгрывается название фильма "Dil chahta hai" (хинди) — желание сердца].

В зале было прохладно, но сильно пахло специями. Таша сразу поняла, что кухня здесь, скорее всего, традиционная, и это ее немного расстроило. Присев за столик, она открыла меню и убедилась в своих подозрениях. Что ж, придется выбрать что-то нейтральное, не уходить же голодной.

Девушка профессиональным взглядом окинула зал. Посетителей было немного, были заняты еще два столика у большого окна, выходящего на площадь. Расположение выгодное, отметила про себя Таша. Но зал требовал ремонта и доработки в оформлении. Она огляделась в поисках официантов, но не увидела их. Внезапно возле их столика возник немолодой мужчина, заставив девушку вздрогнуть от неожиданности. У него была странная прическа, как будто он не успел причесаться, и так и ходил с взъерошенными после сна волосами.

— Что будете заказывать? — спросил он приятным мелодичным голосом.

— Эм, — Таша перевела взгляд на меню. — Мне, пожалуйста, простой черный чай и самосы с курицей.

— А что будет мадам? — обратился забавный дядечка к Падме, пригладив указательным и большим пальцами редкие усики.

— Курицу карри, немного пряного риса и чай.

Заказ ждали недолго, через минут пятнадцать снова появился дядечка и начал расставлять на столе заказанные блюда. Таша сразу узнала курицу под соусом карри. По запаху и цвету, от которых к горлу подступила тошнота. Самосы с курицей оказались вполне съедобными и не острыми, как она и рассчитывала.

Закончив с трапезой, они попросили счет. И снова к их столику подошел все тот же мужчина. Оплатив счет, Таша не выдержала и задала ему вопрос:

— У вас нет официантов?

— О! Госпожа так внимательна, — мужчина широко улыбнулся.

Девушка продолжала вопросительно на него смотреть, и ему пришлось ответить.

— Официант недавно уволился, а замена пока не нашлась.

— Яяясно, — протянула Таша. — Спасибо. Все было очень вкусно.

— Я очень рад! Приходите еще.

Едва они с Падмой-джи вышли из ресторана и дошли до лестницы, как девушка развернулась и устремилась обратно.

— Вы что-то забыли? — крикнула ей вслед Падма-джи.

— Подождите. Я сейчас вернусь.

Она вошла в ресторан и, найдя обслуживающего их мужчину, спросила:

— Как мне переговорить с владельцем?

Тот удивленно и немного растерянно посмотрел на нее и ответил:

— Он перед вами.

Таша на мгновение опешила, но тут же взяла себя в руки.

— У вас случайно не вакантна должность управляющего?

— Да, я подумывал нанять управляющего в филиал, но трудно найти подходящего человека.

— А что, если я скажу, что ищу работу и у меня есть опыт управления рестораном?

— Давайте пройдем в мой кабинет, — опомнился владелец заведения, оглянувшись по сторонам.

Они стояли посреди зала и привлекали внимание посетителей.

Кабинет оказался совсем крохотным. Там едва уместились рабочий стол, на котором стоял ноутбук, два стула и двухместный диванчик. Предложив Таше присесть, мужчина с интересом в глазах уточнил:

— Так у вас есть опыт?

— Да. Свыше пяти лет. Я прошла путь от официантки до управляющего рестораном.

— Но не в Саварии, насколько я понимаю.

Девушка сконфуженно кивнула.

— Вы имеете что-то против попаданок, господин...? — напряженно спросила она.

— Ах да, я забыл представиться! — воскликнул мужчина, эмоционально взмахнув руками. — Называйте меня Удит. И я совершенно не против попаданок. Ведь главное, что у человека здесь, — он приложил руку к груди в области сердца.

— Вы уже замужем?

— У меня скоро помолвка, но это никак не повлияет на качество работы.

— Наоборот, замужество приветствуется. Когда человек счастлив, он и работает лучше, не так ли?

Таша поежилась. Понятно, еще один представитель мусканской идеологии о счастье в браке и благополучии. Но утвердительно кивнула в ответ, работа ей нужна, как воздух.

Удит немного помолчал, задумчиво поглаживая усы и посматривая на собеседницу. Потом отбарабанил пальцами по столу какую-то мелодию и кивнул, словно вел в уме с кем-то диалог и, наконец, вопрос решился.

— Я, конечно, не думал нанимать в управляющие женщину, но вы мне нравитесь. Давайте попробуем. Как вас зовут?

— Таша, — девушка радостно улыбнулась, не веря, что вот так быстро нашла работу, да еще по специальности.

— У меня есть филиал при клубе ОШО [Ом Шанти Ом]. В последнее время прибыль в основном от банкетов, вечеринок, помолвок и свадеб, проводимых в клубе, но мне хотелось бы, чтобы ресторан начал пользоваться популярностью и приносить постоянную прибыль. Если вам это удастся, я буду очень рад. А если нет, то, извините, придется расстаться.

— Я попробую, Удит-джи, — согласилась девушка. — Но вы же понимаете, что на раскрутку нужно время.

— Конечно-конечно, — закивал головой Удит. — Как насчет полугода?

— Договорились!

В душе девушка надеялась, что вернется домой раньше, но в любом случае, у нее есть возможность проявить себя в этом мире, а не смиренно сидеть и ждать той участи, что ей уготована ведьмой.

Таша вышла из ресторана окрыленная. Давно она не чувствовала такого эмоционального подъема и желания что-то делать. В голове начали зарождаться различные идеи, хотя девушка еще даже не видела, с чем придется работать. Находясь под впечатлением, она даже забыла про Падму-джи, которая все еще дожидалась ее у лестницы. И кинулась бегом к бедной женщине.

— Простите, Падма-джи, — извинилась перед ней Таша. — Я заставила вас ждать. Но вопрос и, правда, был важный.

— С вами все в порядке? — поинтересовалась экономка, глядя на девушку с беспокойством.

— Более чем! Я нашла работу!

Падма-джи удивленно охнула и неодобрительно покачала головой.

— Господину Сону это не понравится.

И Падма-джи оказалась права. Правда, Таша не ожидала, что реакция Сону на ее новости будет настолько резкой и эмоциональной.

Певец весь день провел в студии, обсуждая вопросы касательно выхода его нового альбома с сотрудниками из рекламного отдела, и прослушивал записи песен, чтобы еще раз убедиться в правильности выбора. Но не забывал о девушке, что должна была ждать его дома. И, несмотря на усталость, по дороге домой попросил водителя заехать в цветочный магазин, чтобы купить букет цветов для Таши.

Девушка с воодушевлением что-то писала в блокноте, когда Сону вошел в дом, и даже не заметила его прихода, увлеченная этим занятием.

— Сегодня случилось что-то хорошее? — спросил молодой человек. — Или тебя так вдохновил шоппинг, что ты вся светишься?

Оторвавшись от своих записей, Таша с улыбкой посмотрела на парня.

— Ты не поверишь, но я неожиданно нашла себе работу. Выхожу в понедельник.

— Что? — Сону изменился в лице и неверяще смотрел на девушку. — Кем? Где?

Было ощущение, словно певцу что-то сдавило горло, и ему стало трудно говорить.

— Управляющим ресторана при клубе «ОШО», — Таша как будто не замечала его состояния.

— Ты должна была сперва обсудить это со мной, а не решать все сама! — вдруг взорвался Сону, швыряя букет цветов, что держал в руке, на столик.

Девушка вздрогнула от его неожиданного выпада и перевела удивленный и немного испуганный взгляд с букета перед ней на Сону.

— Мне казалось, мы договорились вернуться к этому вопросу после свадьбы, — в его голосе прозвучали жесткие нотки с оттенком злости.

— Так и было, — согласилась Таша, стараясь говорить спокойно. — Но работа подвернулась случайно, и я не могла ее упустить.

— И ты решила, что вправе решать самостоятельно!

Обвинительный тон жениха задел девушку за живое, она вскочила с дивана и, чеканя каждое слово, бросила ему в лицо:

— Да, я более чем вправе решать свою собственную судьбу! А не ты и не ведьма Мускана.

Сону побледнел, в глазах на мгновение мелькнула боль, но он продолжал упрямо гнуть свое.

— Ты почти моя жена!

— Вот именно — почти. И даже не совсем невеста. По крайней мере, в этом мире. Ведь официальной помолвки еще не было. А ты уже тиранишь меня!

— Но я беспокоюсь за тебя!

— Это не беспокойство, это контроль. — Взгляд девушки обдавал холодом. — А я никому больше не позволю контролировать мою жизнь!

С этими словами Таша забрала блокнот с ручкой и поднялась в свою комнату. Когда громко хлопнула дверь, сотрясая стены дома, Сону вздрогнул и опомнился. Застонав, он опустился в кресло, запуская в отчаянии пальцы в волосы.

Девушка была вне себя от злости и обиды. Саданув дверью, что аж люстра в ее комнате закачалась, она бросилась лицом вниз на кровать и несколько раз ударила кулаком по подушке. Потом перевернулась на спину и уставилась пустым взглядом в потолок. Если недавно ее одолевали сомнения по поводу правильности принятого решения насчет работы, то теперь Таша была уверена в своих действиях. Для того, чтобы выжить в этом мире, ей нужен не муж, а возможность самореализоваться. И она ни за что не упустит данный ей шанс.

Девушка была неприятно удивлена той стороной Сону, которую он сегодня продемонстрировал. Видимо, он, как и многие мужики, считал, что женщине место на кухне и, желательно, босой и беременной. Что ж, Таша намерена доказать, что он ошибается.

Утром за столом в столовой между парой ощутимо чувствовалось напряжение. Падма-джи, заметив накаленную обстановку, молча подала завтрак и тихо удалилась на кухню. Сону украдкой поглядывал на Ташу виноватым взглядом, но не решался заговорить. Девушка же с непроницаемым лицом делала вид, что полностью поглощена намазыванием мангового джема на тост. Она плохо спала, и ей казалось, что круги под глазами выдают этот факт. Да и аппетита практически не было, но она заставила себя проглотить тост и выпить чашку чая. Закончив, молча и не глядя на Сону, направилась в свою комнату. Парень проводил девушку печальным взглядом и отставил тарелку. Ему тоже было не до еды.

Как назло, сегодня вечером они должны были идти на свадьбу Санджая Анджаны. Таша, как всегда, в роли помощника, поэтому с нарядом можно было не заморачиваться. Она подготовила униформу: джинсы, футболку с надписью на спине "стафф" и удобные кроссовки. После чего решила принять расслабляющую ванну и еще поспать, чтобы на свадьбе хотя бы выглядеть прилично и не портить людям праздник.

Вечером приехал Давид, чтобы отвезти Сону и Ташу в дом Анджаны.

— Ребята из агентства подготовили оборудование, группа тоже уже там, настраивает инструменты, так что просто скажи им, какие песни будешь исполнять, — обратился он к Сону, когда они сели в машину. И спросил с подозрением, когда Таша предпочла сесть на переднее сидение рядом с ним:

— Что-то случилось? Вы чего такие мрачные?

— Ничего серьезного, — ответил певец, отводя взгляд.

Девушка хмыкнула, резко натягивая ремень безопасности и с силой защелкивая замок. Давид перевел взгляд с нее на певца и обратно, покачал головой и завел машину.

— Не лучшее время вы выбрали для ссор.

Во дворе дома будущей четы Анджана суетились официанты, накрывая столы и заканчивая последние приготовления перед началом торжества. Давид показал Сону и Таше беседку, возле которой была установлена небольшая сцена, стояли высокий стул для исполнителя и микрофон. А сам отправился поприветствовать и поздравить жениха.

Пока шли к беседке, Таша окинула восхищенным взглядом большой дом и территорию, которые в разы превосходили жилище Сону.

Певец подошел к музыкантам, перекинулся с ними парой слов, затем проверил микрофон и устроился на стуле. Через минуту заиграла мелодия, и он запел.

Kabhi jo tum socho ki tum yeh dekho

Are kitna mujhko tumse pyaar hai

To chup mat rehna yeh mujhse kehna

Are koi kya aisa bhi yaar hai

Dil hi nahin de jaan bhi de jo tumhein

To main kahoonga sarkaar main hoon na

Когда однажды ты подумаешь или увидишь,

Насколько сильно я люблю тебя,

То не молчи, скажи мне:

"Неужели есть на свете человек, который любит настолько сильно...

...что готов отдать мне не только сердце, но и саму жизнь?"

И тогда я отвечу: "Госпожа, ведь это же я!"

[Песня Main Hoon Na. Фильм «Main Hoon Na» (2004)]*

Таша достала из дорожной сумки термос с теплой водой, с которым она не расставалась на гастролях, и поставила на столик, стоявший позади сцены. Услышав слова песни, посмотрела на исполнителя. Он сидел к ней в полупрофиль, голова немного откинута назад, глаза закрыты. Он полностью был поглощен музыкой или своими переживаниями, и Таше почему-то показалось, что слова песни были адресованы ей.

Девушка увидела Давида и поспешила к нему.

— Ты не мог бы сказать Сону, чтобы он сменил репертуар? У людей свадьба, мог бы что-нибудь и повеселее петь.

— А почему не скажешь сама? — менеджер хитро прищурился.

— Мы поссорились, — неохотно призналась Таша. — И я не собираюсь заговаривать с ним первая, пусть даже и по работе.

— Ох, вы, как дети малые, — вздохнул Давид, но подошел к певцу и что-то шепнул ему на ухо.

Тот кивнул, повернулся к музыкантам и дал какие-то указания. Заиграла новая мелодия, и Сону снова затянул с надрывом:

Tumko Pooja Hai Tumhaari Hi Ibaadat Ki Hai

Humne Jab Ki Hai To Phir Aise Mohabbat Ki Hai

Я молюсь на тебя, лишь тебя боготворю.

С тех пор, как я полюбил — я любил именно так.

Таша закатила глаза, подумав, что парень не исправим, но в следующее мгновение ритм сменился, вступили ударные, а музыканты подпевали за певцом слова песни.

Dil Mera Paagal Hai Jaana, Isko Tum Behla Do

Dil Mein Kyoon Halchal Hai Jaana, Mujhko Tum Samjha Do

Maheka Jo Aanchal Hai Jaana, Isko Tum Lehra Do

Zulf Jo Baadal Hai Jaana, Mujhpe Tum Barsa Do

Jaana Leke Jaan Aaya Hai Tera Yeh Deewaana

Jaana Tujhpe Mit Jaayega Tera Yeh Parwaana

Jaana Mere Dil Mein Kya Hai Tune Yeh Na Jaana

Jaana Tujhko Yaad Aayega Mera Yeh Afsaana

Dekho Pyaare Yeh Nazaare Yeh Deewaane Yeh Parwaane

Hai Ishq Mein Kaise Gum

Haai, Tumse Milke Dil Ka Hai Jo Haal Kya Kahe

Ho Gaya Hai Kaisa Yeh Kamaal Kya Kahe

Мое сердце сумасшедшее, любимая, образумь его.

Почему в моем сердце такая неразбериха, любимая, объясни мне.

Любимая, пусть твой благоухающий край сари развевается по воздуху.

Любимая, пусть эта туча из твоих волос прольется дождем на меня.

Любимая, этот безумец пришел к тебе, поднося свою жизнь в подарок.

Любимая, этот мотылек погибнет в твоем пламени.

Любимая, ты ведь не знаешь, что в моем сердце.

Любимая, легенда о моей любви будет жить в твоей памяти.

Посмотрите вокруг, дорогие, взгляните на этих безумцев, на этих мотыльков,

Насколько любовь поглотила их.

Ах, встретившись с тобой, что стало с сердцем — как тебе сказать?

Как произошло такое чудо — как тебе сказать?

[Песня Tumse Milke. >Фильм «Main Hoon Na» (2004)]*

Девушка покачала головой. Сону и, правда, не исправим. Что бы он ни пел, ей казалось, что он поет о них. Давид, стоявший рядом с Ташей, толкнул ее в бок локтем и подмигнул. Смущенная улыбка на мгновение тронула губы девушки, но она взяла себя в руки и переключилась на работу. Пора было отыскать жениха с невестой, чтобы позвать их на церемонию.

— Что-то я не вижу жениха, — сказала Таша менеджеру.

Она искала среди гостей мужчину в традиционном свадебном одеянии, но не видела никого, одетого соответственно.

— Вон тот высокий мужчина в темно-зеленом костюме, — подсказал ей Давид.

Девушка с удивлением узнала в нем того здоровенного амбала, которого пропускала на концерт Сону в Мадурайске. Сейчас он выглядел вполне презентабельно и не так угрожающе, как тогда в сумерках.

— Господин Анджана? — Таша подошла к жениху, с интересом разглядывая его уже вблизи. — Церемония вот-вот начнется, приготовьтесь, пожалуйста.

— Спасибо, — ответил он приятным глубоким голосом.

Он пригладил лацканы пиджака и поправил и без того идеально завязанный узел изумрудного галстука с металлическим отливом. Было видно, что он волнуется.

— А где невеста? — спросила Таша у него.

— Она ушла переодеваться в гостевой домик. Скорее всего, скоро подойдет.

Таша посмотрела на часы. Ясное дело, что без невесты свадьба не начнется. Поэтому есть время сходить на перекур. Спрятавшись за ветвями большого мангового дерева, девушка с наслаждением сделала первую затяжку за весь день. До нее донеслась пронзительно грустная мелодия, и Сону запел с тоской в голосе:

Tere liye hai bechain dil

Dhoonde tujhe hi meri nazar

Chaahoon tujhe main kitna sanam

Tujhko nahin hai uski khabar

Khwaabon mein tu, aankhon mein tu

Dhadkan mein tu, saanson mein tu

Dekha karoon main jise raat bhar

Tu hai vahi chaandni

Bin tere kuch nahin ab meri zindagi

Tu hi meri aashiqui jaaneman

Tujhse hai meri khushi

По тебе томится сердце.

Лишь тебя ищет мой взгляд.

Насколько сильно я люблю тебя —

Тебе об этом неизвестно.

Во снах ты, в глазах ты,

В сердцебиении ты, в дыхании ты.

То, чем я любуюсь ночами напролет —

Ты и есть то лунное сияние.

Без тебя моя жизнь — ничто.

Душа моя, лишь ты моя любовь,

В тебе мое счастье.

[Фильм «Khakee» (2004)]*

Девушка сквозь листву посмотрела на певца и неожиданно встретилась с его взглядом. Сону, не отрываясь, смотрел на нее, как тогда на концерте, но в этот раз в его глазах читались раскаяние и грусть. Таша почувствовала, что к горлу подступает ком, и становится нечем дышать. Слезы прочертили соленые дорожки по щекам. Девушка резко отвернулась, промокнула глаза рукавом футболки и вышла из своего укрытия, оглядев немногочисленных гостей, которые уже заметно притомились в ожидании праздника.

Давид привлек ее внимание, постучав пальцем по часам на запястье, и показал в сторону беседки. Таша увидела там светлокожую девушку в длинном светло-зеленом платье, ее русые волосы чуть ниже плеч украшала заколка с цветами жасмина. Она разговаривала с женщиной средних лет. Таша быстрым шагом направилась к ним.

— Все готово к церемонии, — сообщила она, входя в беседку и обращаясь к молодой девушке. — Вы ведь невеста?

Та кивнула. Таша заметила, что свечи на столе стоят не зажженными и, достав зажигалку, поднесла пламя по очереди к каждой.

— Меня зовут Киния, — представилась невеста.

— Таша, — коротко ответила девушка, убирая зажигалку в карман джинсов.

— Церемония начинается. Пойдемте, — засуетилась женщина, с которой до этого разговаривала Киния, и почти выбежала из беседки.

Девушки последовали за ней. Не успели они сделать и пары шагов, невесту подхватила под руку какая-то странная женщина с длинными черными волосами, которые как будто жили своей жизнью, перекатывались волнами, колыхались, даже когда не ощущалось ни малейшего дуновения ветерка. Она повела ее к импровизированному алтарю со словами:

— Я отведу тебя к алтарю. Передам твоему мужу.

Почему-то в этот момент невеста не выглядела счастливой. По крайней мере, так показалось Таше. Но она решила, что происходящее не должно ее волновать, поэтому отошла на некоторое расстояние, присоединившись к Давиду.

В сгущающихся сумерках арка, украшенная цветами и лампочками, создавала волшебно-праздничную атмосферу. Под ней стоял Санджай с ярко-желтой веревочкой в руках и с улыбкой ожидал свою невесту.

Дама с длинными волосами начала церемонию бракосочетания.

— Согласны ли вы…

— Это местная судья что ли? — спросила Таша шепотом Давида.

— Ведьма, — как можно тише ответил менеджер. — Тетушка КАНК.

— Да ладно?!

Впрочем, чему тут удивляться. Волшебный мир, мать его. И тут до Таши вдруг дошло, что девушка рядом с Анджаной может быть такой же попаданкой, как и она, которую выдают замуж за местного мужчину. Вопрос в другом, добровольно или нет? Но Таша не успела расспросить Давида — на ее глазах начала разворачиваться настоящая мыльная драма.

Напротив жениха и невесты стояла невысокая худощавая женщина. Ее точеная фигура была обтянута кроваво-красным платьем, поблескивающим в свете от фонарей. Густые вьющиеся волосы собраны в высокую прическу. А на лице застыла зловещая усмешка. Присутствующие гости смотрели на нее с ужасом, тихо перешептываясь между собой.

От нее исходила холодная и злая аура, и Таша поежилась, обнимая себя руками, чтобы прогнать колючие мурашки. Из перепалки между главными героями, девушка поняла, что это бывшая Санджая, и с сочувствием посмотрела на невесту. Но та, хоть и выглядела испуганной, не спасовала перед нежданной гостьей.

— Только этой ведьмы здесь не хватало, — с досадой пробормотал Давид.

— Ты это в переносном смысле или в буквальном? — уточнила у него Таша.

— Буквальном.

— Какая интересная свадьба, — воскликнула девушка. — Не хватает только нашей бабули для полного комплекта.

В этот момент тетушка Канк решила ускорить мероприятие.

— Давайте сократим церемонию, — с улыбкой произнесла она. — Вы согласны отныне быть мужем и женой?

— Согласен.

— Согласна.

— Вот и прекрасно. Объявляю вас мужем и женой. Эй, можете зарегистрировать невесту! — крикнула она, и к новоиспеченным молодоженам подошла девушка с папкой бумаг.

Прежде чем расписаться Санджай надел на шею невесте ярко-желтую веревочку, нанес ей на пробор синдур и что-то тихо прошептал. После того, как пара поставила подписи в бумагах, Кинии выдали какую-то карточку, похожую на обычную банковскую.

— Что это у нее? — Таша по-прежнему использовала Давида в качестве справочного бюро.

— Такую карточку получает попаданка после замужества. Это окончательный документ, подтверждающий ее статус.

Гости кинулись поздравлять молодоженов, никто уже не обращал внимание на женщину в красном, сидящую у бара с пустым бокалом.

Таша тоже хотела пойти поздравить девушку с законным браком, но тут кто-то схватил ее за руку и повел в сторону сада. Сону, не говоря ни слова, вел ее, крепко сжимая ладонь в своей руке. Наконец, они остановились, и Таша смогла перевести дыхание после быстрой ходьбы. В темноте почти не было видно его лица, только блеск глаз, и это немного пугало девушку. Она не понимала, зачем он привел ее в сад в чужом доме.

— Сонь, ты чего? Зачем ты притащил меня сюда?! — голос почему-то дрожал. — Если для разговора, то можно было бы поехать дом…

Но договорить она не успела. Сону порывисто обнял девушку за талию, привлекая к себе, и поцеловал. Отчаянно, пылко, почти причиняя боль. Таша дернулась в попытке освободиться, но парень только сильнее сжал объятия, углубляя поцелуй и не оставляя девушке ни шанса на побег.

Таша смотрела в окно машины, едва различая дома, мимо которых они проезжали. Глаза как будто застилала пелена, а ее мысли и чувства были в раздрае. Сону тоже молчал, сидя на заднем сидении и уставившись в одну точку. Он, как и девушка, не реагировал на слова Давида, который скоро перестал донимать их разговорами и включил радио, чтобы чем-то заполнить гнетущее молчание в салоне.

Произошедшее в саду никак не отпускало Ташу. Она вспоминала поцелуй Сону и свою реакцию, когда сдалась под напором ласковых губ, не в силах им сопротивляться. И если бы не звонок Давида, ворвавшийся в тишину ночи и отрезвивший их, Таша и не представляла, как далеко бы все зашло.

Раньше, наблюдая подобные моменты в кино, она досадовала и злилась на сценаристов, что такими глупыми приемами нарушали моменты романтики между главными героями. Но сегодня, находясь в похожей ситуации, девушка была благодарна спасительной трели телефона.

Сону не сразу отпустил ее, продолжая обнимать. Он тяжело дышал, и Таша чувствовала, как под ее ладонью в бешеном ритме заходится его сердце. Она и сама едва переводила дыхание, а ее пульс зашкаливал. Телефон смолк, и в наступившей тишине хриплый голос Сону пробирал до глубины души.

— Не покидай меня.

Он отстранился и пристально смотрел ей в глаза.

— Сегодня я понял, что не смогу без тебя жить. — Парень провел рукой по волосам девушки, коснулся дрожащими пальцами лица. — Ты ведь не оставишь меня?

— Сонь...

Но Таша не смогла договорить, снова зазвонил ее телефон в кармане джинсов. Сону вздохнул, убирая руки и отпуская девушку, сделал шаг назад.

— Ответь. Это, наверно, Давид.

И это, правда, был он.

— Куда вы пропали? — его взволнованный голос был слышен даже Сону. — Все уже разошлись. Оборудование собрано, и парни уехали. Я жду вас у машины.

— Хорошо. Мы идем, — промямлила Таша и посмотрела на певца.

Он кивнул и пошел вперед, показывая дорогу.

Когда они вошли в дом, Сону сразу направился к лестнице на второй этаж, но Таша остановила его, взяв за руку и развернув лицом к себе.

— Я думаю, нам надо поговорить.

Так девушка решила по дороге. Больше всего она ненавидела неопределенность и недосказанность. Если сейчас оставить все, как есть, то неловкость и отчуждение между ними будут только расти с каждым днем.

— Я хочу ответить на твой вопрос, — продолжила девушка.

И, посмотрев парню в глаза, в которых светилась надежда, произнесла:

— Однажды мне придется оставить тебя, когда придет время вернуться домой. И это разбивает мне сердце. Но... до того момента я не покину тебя по двум простым причинам: я хочу быть с тобой и... мне просто больше некуда идти.

Вот так. Обнадежила и тут же приземлила. Зато честно. Возможно, со временем причины изменятся, но об этом девушка пока умолчала.

Похоже, Сону было достаточно и того малого, что могла предложить Таша. Он подошел, обнял ее и тихо проговорил:

— Спасибо за правду. Я понимаю. И надеюсь, что моей любви хватит нам на двоих. Прости, что был несправедлив и груб.

Девушка кивнула.

— Прошу тебя, больше никогда не заставляй меня стать тупой домохозяйкой. Я буду кусаться, — Таша улыбнулась, чтобы сгладить резкость слов.

— Обещаю. Я люблю тебя, — и Сону снова поцеловал ее, но на этот раз коротким поцелуем примирения.

Девушка охнула, однако, увидев лукавую улыбку на губах жениха, а в глазах смешинки, улыбнулась в ответ и смущенно отвела взгляд.

— Ты когда выходишь на работу? — уже будничным тоном спросил Сону.

— В понедельник.

— Значит, завтра, вернее, уже сегодня мы проведем весь день вместе. Иди спать. На сон осталось, — он взглянул на часы. — Около шести часов.

— Что ты задумал?

— Это сюрприз. Иди. А мне надо сделать пару звонков. Я разбужу тебя.

И он действительно сдержал слово, разбудив Ташу поцелуем в щеку. Кажется, ей придется привыкнуть к новому уровню их отношений, нравится это или нет. Однако она не могла врать самой себе. Ей нравилось.

— Семь утра?! — возмутилась Таша, посмотрев на время. — Куда ты поднял меня в такую рань?

— Не скажу. Быстрей вставай, одевайся в удобную одежду, но возьми с собой пару красивых вещей. Завтракать будем на месте.

— Значит, не скажешь куда мы? — нахмурилась девушка.

— Нет. А если будешь тянуть время, — парень наклонился и, потянувшись к ее губам, многозначительно прошептал:

— Придется тебя поторопить.

Таша увернулась и быстро перебралась на другую сторону кровати.

— Ладно-ладно, встаю!

Когда они подъехали к частному аэродрому за пределами Мускана, Таша не поверила своим глазам.

— Только не говори, что мы полетим на маленьком самолете!

— Вообще-то, мы полетим на вертолете. А что не так?

— Как что?! Я боюсь летать на обычных самолетах, что уж говорить про эти скорлупки, в которых защита чисто условная! — воскликнула девушка.

— Уверяю тебя, это безопасно. Да и лететь меньше часа. Ты не успеешь испугаться.

— А нельзя как-нибудь по земле добраться? — взмолилась Таша.

— Это займет больше времени, а мне бы хотелось провести его с тобой, а не в дороге. Ну же, пойдем.

Сону подхватил ее под руку и повел к стоявшему наготове небольшому вертолету. Он помог девушке устроиться на сидении, пристегнул ремень безопасности, достал свой телефон, где открыл папку с аудиозаписями, и наушники, и предложил:

— Давай сделаем так. Включи музыку, закрой глаза и держи меня за руку. А когда будешь готова, откроешь глаза и убедишься, что все не так страшно, как ты думаешь. Хорошо?

— А если окажется, что ты ошибаешься? — Таша трясущимися руками пыталась попасть штекером в гнездо для наушников на телефоне, но постоянно промахивалась.

— Тогда, — парень помог ей справиться с проблемой и взял ее холодные руки в свои. — Ты снова закроешь глаза, сделаешь музыку погромче и дождешься окончания полета.

Парень уселся рядом с девушкой, пристегнулся и надел большие наушники с микрофоном. Повернувшись к Таше, он надел ей на голову такие же наушники и сделал знак включить музыку. Затем показал пилоту большой палец вверх. Заработал двигатель, приводя лопасти в движение, и через пару минут машина потихоньку оторвалась от земли, набирая высоту. Таша зажмурилась, крепко сжимая руку парня, и проклиная свою уступчивость. Вертолет пару раз качнуло, но потом, набрав необходимую высоту и скорость, он полетел заданным курсом.

В ушах Таши звучал голос Сону, красиво поющий о любви, она чувствовала тепло его руки, и постепенно страх отступал. Девушка не знала, сколько прошло времени, но в какой-то момент решила открыть глаза. И первое, что увидела, это бескрайнее голубое небо вокруг. Набравшись храбрости, Таша опустила взгляд вниз. В первый момент закружилась голова, и девушка снова зажмурилась, но в ней уже проснулось любопытство, и она снова посмотрела вниз на открывающуюся картину. Это и правда было очень красиво. Они пролетали над маленькими деревеньками, зелеными коврами полей, дорогами, петляющими между ними и создающими причудливые узоры. Девушка выключила музыку и повернулась к жениху. Он радостно заулыбался и показал взглядом куда-то вперед. На горизонте показалась синяя гладь океана. Он сверкал в лучах солнца, ослепляя яркими бликами, и казался бескрайним. За всю свою жизнь Таша не видела ничего более прекрасного.

Наконец, сделав пару кругов над океаном, вертолет приземлился на небольшой площадке возле дома, который примостился на краю скалы. Выбравшись из кабины и ступив на землю, Таша почувствовала, что ее не держат ноги. Но Сону уже был рядом, подхватывая под руку. Парень забрал багаж и, пригнувшись, они отошли на безопасное расстояние. Пилот махнул им рукой, и вертолет снова взмыл в небо, через минуту превратившись в маленькую точку на горизонте.

— Где мы? — спросила Таша, пока они шли к дому. Шум океана становился все ближе.

— Это тайное убежище Давида, — пояснил парень. — Правда, он давно здесь не был.

— И что мы будем делать в запущенном доме? — спросила девушка, когда они уже входили внутрь.

Но через мгновение была приятно удивлена тем, что в доме царит идеальная чистота, словно он ждет, что хозяин в любую минуту может войти в его двери. На столе в гостиной стояли свежие цветы. Стеклянные двери во всю стену с видом на океан были открыты, и ветер играл с занавесками, то надувая их, то отпуская в свободное падение. И еще Таша почувствовала запах еды и вопросительно посмотрела на Сону.

— Не удивляйся. Приходящая прислуга из местной рыбацкой деревеньки все подготовила к нашему приезду, — объяснил он.

Таша кивнула и решила осмотреть дом. Много времени это не заняло. Из гостиной девушка попала в столовую, совмещенную с кухней, а чуть дальше находилась спальня. Дом был устроен на одного человека, и здесь не было лишних вещей, только самое необходимое.

Выйдя на огражденную площадку перед домом, Таша залюбовалась бескрайней водной гладью, которая простиралась, на сколько хватало взгляда. Завороженная видом, она вздрогнула, когда к ней подошел Сону и обнял со спины. Он потерся щекой о ее волосы и поцеловал в висок. Девушка напряглась, задавшись вопросом: а зачем, собственно, он привез ее сюда? Не рановато ли для медового месяца, учитывая события последних суток?

— А что у нас на завтрак? — спросила она преувеличенно бодрым тоном, высвобождаясь из объятий жениха и направляясь на кухню.

Там она нашла свежие лепешки, самосы, жареную рыбу и много пряного риса. Порывшись в шкафчиках, обнаружила банку сливового варенья, чай и кофе. Быстро накрыв на стол, они поели, и Таша спросила:

— Чем займемся?

— Ближе к вечеру в деревне будет праздник. Уж не знаю, в честь какого божества, но Давид сказал, что это стоит увидеть, — ответил Сону и пристально на нее посмотрел.

— А пока, — и он, взяв ее за руку, отвел в гостиную, где они присели на диван. — Мне нужно кое-что спросить у тебя?

Начало Таше не понравилось, но она ждала продолжения.

— Давай сразу поженимся, пропустив помолвку? По сути, она у нас уже была.

— Нет.

— Ты даже не подумала!

— Извини, вырвалось. Но… я не думаю, что это хорошая идея.

— Почему? Я люблю тебя, ты… тоже не против брака со мной. Так зачем нам тянуть время? Оно работает против нас.

— Подожди, — девушка подняла руку в попытке остановить поток доводов в пользу брака между ними.

— Ты должна знать, — не сдавался парень. — Ба не даст нам много времени. Скоро она начнет действовать, чтобы разлучить нас и выдать тебя замуж за того, кого считает более подходящим для тебя. Ты этого хочешь?

Конечно, Таша этого не хотела. Но и выходить так скоро замуж за Сону тоже. Ей казалось, что это будет означать, что она сдалась, потеряла надежду на возвращение домой. Подсознательно оттягивая помолвку и свадьбу, девушка надеялась, что ей удастся найти выход. Но теперь получалось, что у нее нет даже времени на поиски. И все же…

— Сонь, я понимаю твое беспокойство, но давай следовать установленному порядку, — решила рискнуть Таша. — Возможно, ты ошибаешься насчет бабули.

— Душа моя, — вздохнул Сону. — Мне бы очень хотелось, чтобы это было так. Очень!

— Если тебя это утешит, то давай проведем помолвку в конце следующей недели? — предложила Таша. — За эту неделю я немного осмотрюсь на работе. И спрошу владельца, может быть, он позволит провести мероприятие в ресторане.

Сону взял ее руку и приложил ладонью к своему лицу, прижавшись щекой, а затем поцеловал в ладонь с такой щемящей нежностью, что у Таши екнуло сердце. Сжимая ее руки в своих горячих ладонях, он тихо сказал:

— Ты не представляешь, как сильно я тебя люблю, и на что готов ради твоего счастья. Пусть будет, как ты хочешь. А после свадьбы, когда ба смирится с этим фактом, я буду умолять ее отпустить нас в твой мир. Если ты не можешь жить в моем мире, то я научусь жить в твоем, лишь бы не потерять тебя.

Девушка всхлипнула. Соленые капли упали на их сплетенные пальцы, и Сону поднял руку, чтобы вытереть большим пальцем мокрые дорожки на ее щеках. Он улыбнулся.

— Пока мы вместе, все будет хорошо.

Таша кивнула, опуская голову ему на плечо и устраиваясь в теплых и надежных объятиях человека, отдавшего ей всю свою душу. И ее сердце чувствовало искренность его души, начиная отвечать. Девушка, наконец, успокоилась, решив отдаться на волю Судьбы и чувств и не бояться столкнуться с трудностями в этом мире. Если не брать в расчет всякую волшебную ересь, не так уж и сильно он отличается от ее мира.

Девушка не знала, сколько они просидели так в гостиной, глядя на синие воды океана и погруженные каждый в свои мысли. Сону пошевелился первый и спросил:

— Посмотрим окрестности и сходим на праздник в деревню или… останемся здесь?

И почему-то последнее предложение прозвучало из уст жениха так интимно и обещающе, что Таша почувствовала, что ее щеки заливает румянец. Вот те раз, краснеет, как невинная девица! Но все равно перспектива дальше оставаться наедине с Сону немного испугала девушку. Несмотря на то, что их отношения заметно продвинулись вперед, ее смущала скорость, с которой это происходило. И двигаться еще дальше она пока была не готова.

— Мы приехали в такую даль, чтобы поваляться на диване? Этим можно было заняться и дома. Там хоть телевизор есть, не то что в этой глуши, — ответила Таша, вставая. — Я только переоденусь и пойдем.

Но дойдя до спальни, обернулась и спросила:

— А ты не боишься, что тебя узнают?

— Люди в деревне уже знают меня, и никто из них не будет сливать информацию о нас с тобой, — заверил ее Сону.

Девушка переоделась в свободное платье макси из легкого хлопка с длинным рукавом. Надо было беречься от солнца. Шею прикрыла синей дупаттой в тон цветам на платье. При необходимости ею можно будет накрыть и голову. А на ногах оставила белые кроссовки, в которых приехала. Неизвестно по какой местности им придется передвигаться. Когда Таша вошла в гостиную, Сону стоял к ней спиной. Он тоже переоделся в светлые брюки и белую майку, которая выгодно подчеркивала ширину его плеч и тонкую талию. Девушка невольно зависла, не в силах оторвать взгляд от фигуры парня. В этот момент он обернулся, надевая сверху майки рубашку, и спросил:

— Проголодалась? Можем перекусить на дорогу.

Собираясь ответить, девушка поперхнулась воздухом и закашлялась. «Неужели мой взгляд был настолько «голодным»?» — пронеслось у нее в голове.

— Нет-нет, обойдусь. В деревне на празднике наверняка будет, чем поживиться.

Взяв с собой немного воды и лепешек, пара отправилась на прогулку. Вначале они шли по каменистой местности, скудной на растительность, но чем ниже спускались по тропинке, тем чаще встречались кусты или низкие деревья причудливой формы, видимо, искривленные под воздействием сильных ветров, а под ногами хрустел песок. Наконец, парень с девушкой вышли к деревне. На первый взгляд там было с десяток домов, и стояли они полукругом, а в середине получалось что-то вроде площади, в центре которой возвышалась фигура неопределенного пола, грубо вырезанная из дерева, раскрашенная и увешанная ленточками. У основания лежали дрова, и стоял стол для подношений. Вокруг суетились жители деревни, готовясь к празднику.

Завидев гостей, к ним подошли женщина и мужчина в ярких нарядах, напомнившие Таше жителей Чу́ртри. Они поздоровались, приветливо улыбаясь.

— Эта пара присматривает за домом, — ответил Сону на молчаливый вопрос Таши в глазах.

— Мы надеялись, что вы придете, — сказала женщина. — Поэтому приготовили для вас отдельный стол.

И она повела их к временному сооружению с крышей, под которой стояли уже накрытый стол и скамейка.

— Спасибо, — поблагодарил Сону. — А когда начнется праздник?

— Скоро, — ответила женщина. — Вы пока угощайтесь.

И, действительно, не успели Сону и Таша отведать местной еды, вокруг статуи стали собираться люди. Сперва были сделаны подношения, затем мужчина в длинных одеждах долго и нудно читал что-то похожее на молитвы, а потом забили барабаны, отбивая ритм, и жители стали танцевать вокруг статуи.

Танцы сменяли друг друга, как и ритм барабанов, то на быстрые самозабвенные, то на медленные, почти медитативные. Под конец в полной тишине вышел немолодой мужчина и сильным голосом запел балладу о рыбаке, который вышел в океан на своей лодке и попал в шторм. Он молил божество помочь ему, чтобы он мог вернуться домой к жене и детям. И божество услышало его молитвы. Шторм прекратился, и рыбак благополучно добрался до берега. Сюжет, конечно, был наивный, но исполнение пробрало Ташу до слез. Завершив пение, мужчина взял факел и поджег дрова у основания статуи. Постепенно пламя поглотило всю фигуру. Огромный костер освещал лица всех присутствующих и обдавал жаром. Жители деревни что-то выкрикивали, впав практически в транс, до тех пор, пока догорающая статуя не упала, разбрызгивая искры. Девушка невольно вздрогнула, настолько это зрелище было впечатляющим.

К домику на скале Сону и Таша возвращались практически молча. Девушка все еще была под впечатлением от увиденного, испытывая смешанные чувства восторга и удивления, что подобные первобытные ритуалы все еще имеют место быть, пусть и в волшебном мире. Сону же был увлечен наблюдением за девушкой и ее реакцией и не хотел мешать ей осмыслить впечатления.

Вертолет прибыл ровно в назначенное время, и уже через пару часов молодые люди были дома.

— Спасибо за сегодняшний день, — сказала Таша с улыбкой на губах. — И… спасибо за то, что ты рядом со мной.

Она подошла к жениху, поднялась на мысочки и, прикоснувшись ладонью к его лицу, поцеловала. От неожиданности Сону замер и выронил сумку, но в следующее мгновение заключил девушку в объятия и ответил на поцелуй со всей пылкостью влюбленного сердца.

Утром Сону мерил шагами гостиную, ожидая, когда Таша выйдет к завтраку. Наконец, увидев спускающуюся по лестнице девушку, он поспешил к ней навстречу.

— Душа моя, — певец чмокнул ее в щеку и приобнял за талию. — Я уж подумал, ты проспала.

— Такое вполне могло случиться, учитывая, что заснула я где-то на рассвете. Спасибо будильнику, — девушка нервно поправила воротник белой в серую полоску блузки.

— Завтракать будешь?

— Только чаю выпью. Боюсь, больше в меня ничего не влезет.

Пока Таша делала себе чай, Сону позвонил водителю.

— Я отвезу тебя на работу, — сказал он девушке, когда быстро сделав пару глотков, она отставила чашку и направилась на выход.

— Не надо. Будет плохо, если нас снова кто-нибудь сфоткает.

— Я не буду выходить из машины, а через тонированные стекла ничего не видно.

— Ага, а по номерам нельзя догадаться, чья машина, — с легким сарказмом произнесла Таша, обуваясь и надевая пиджак. — Я возьму такси, адрес у меня есть. Не волнуйся, со мной все будет в порядке.

— Дорогая, но я настаиваю. И возражения не принимаются. Сегодня твой первый рабочий день, и я хочу быть частью этого события.

Они вышли из дома, где у порога уже ожидал черный мерседес с тонированными стеклами. Водитель открыл им заднюю дверцу и ждал, когда молодые люди займут свои места в машине.

Таша вздохнула, но не стала тратить время на пререкания, а села на заднее сидение и достала телефон, чтобы позвонить Удиту. Тот сказал, что подъедет в ресторан примерно через полчаса и будет ее ждать.

— Сколько нам ехать? — спросила Таша у Сону, когда машина тронулась.

— Я думаю, за полчаса доедем.

Парень посмотрел на стиснутые на коленях руки девушки и накрыл их ладонью.

— Не волнуйся, все будет хорошо.

Машина остановилась, не доезжая несколько метров до входа в клуб. Сону повернулся к девушке со словами:

— Как закончишь, позвони, я заеду за тобой.

— Я могу и сама...

— Можешь, но не сегодня, — перебил ее парень.

Таша засобиралась и уже открыла дверь, когда жених спросил, остановив ее за локоть:

— Ты ничего не забыла?

Девушка непонимающе смотрела на него. Тогда Сону притянул ее к себе и поцеловал.

— На удачу, — шепнул он, улыбнувшись ей в губы. И добавил:

— Я буду скучать.

— Я тоже, — смущенно пробормотала Таша и, выйдя из машины, поспешила к клубу.

Прежде, чем войти, она посмотрела на здание. Девушка почти не помнила это место, куда попала из своего мира, и сейчас разглядывала его новыми глазами. И тут поняла, что не видит вход в ресторан. Пришлось снова звонить Удиту.

— Как зайдете, сразу направо будет лестница. Ресторан на втором этаже.

Наконец, девушка вошла в зал ресторана и замерла в шоке. Он был больше похож на дешевую забегаловку, чем на ресторан. Помещение требовало не просто ремонта, а полной перестройки и нового оформления. Таша нервно сглотнула, стараясь не показать глубокого разочарования владельцу, который уже спешил ей навстречу с широкой улыбкой.

— Доброе утро! — поприветствовал он девушку, прям таки излучая позитив. — Пойдемте, я вам все покажу. Ресторан сегодня не работает, но через три дня здесь будет проходить празднование дня рождения. Заказчик оставил свои пожелания, позже я все расскажу.

Таша кивнула. Сперва они прошли в служебные помещения, и Удит показал ее кабинет, который, кажется, был еще меньше того, что в ресторане ТЦ. Набор мебели тот же, только вместо диванчика стоял офисный шкаф, хаотично забитый журналами, папками и прочей документацией. Далее заглянули в складские помещения, которые оказались в относительном порядке и, наконец, вошли на кухню. Таша ожидала и здесь увидеть беспорядок и устаревшее оборудование, но к ее удивлению, кухня сияла чистотой и была оснащена по-современному.

Заметив одобрительный взгляд девушки, Удит заулыбался еще шире и произнес:

— Это святая святых нашего шеф-повара, господина Анура Кхира. А вот, собственно, и он сам.

И только сейчас Таша увидела, что в помещении они не одни. К ним подошел невысокий мужчина средних лет в униформе — белый китель на пуговицах и черные брюки. На поясе был повязан бордовый фартук, а голову украшал большой белый колпак, из-под которого виднелись седые волосы. Его круглое лицо выражало высшую степень гордости своими владениями, но глаза по-доброму улыбались.

— Анур, это Таша, наш новый управляющий. Пока этого филиала, а там посмотрим, — представил девушку Удит.

— Очень, очень рад! — шеф-повар расплылся в приветливой улыбке, от чего тонкие седые усики над губой растянулись в сплошную линию.

Он протянул девушке руку для приветствия, и Таша вложила в его ладонь свою, ожидая обычного рукопожатия, но Анур, накрыв ее руку своей, слегка сжал обеими руками, похлопал сверху пару раз и отпустил. Девушка заметила его цепкий взгляд, которым он ее окинул, видимо, отмечая светлую кожу и европейскую внешность. В глазах появилось любопытство, но шеф деликатно промолчал.

— А это мои работники, — оборачиваясь и делая знак подойти двум парням, сказал Анур. — И мои сыновья — Зитам и Гитам. Не стесняйтесь, мальчики, поздоровайтесь.

К ним подошли два высоких молодых парня, похожие друг на друга, как две капли воды. У обоих было такое же круглое лицо, как у отца, а большие глаза и длинный прямой нос они, скорее всего, унаследовали от матери.

Молодые люди представились, но Таша тут же забыла, кто из них кто.

— Ну что ж, — всплеснул руками Удит. — Не будем вас отвлекать от подготовки к празднику. Займемся организаторскими вопросами.

И он повел Ташу в зал ресторана, где они долго обсуждали не только нюансы организации мероприятия, но и другие рабочие моменты.

— Удит-джи, может, нам найти официантов на постоянной основе? — предложила Таша, когда выяснилось, что в целях экономии владелец нанимал только временных работников. А те относились к работе не очень добросовестно, часто подводя работодателя.

— Можно установить испытательный срок, например, три месяца. И в это время не платить основную ставку. Если человек покажет себя с хорошей стороны, переводить на постоянную работу, если нет, то либо расторгать договор, либо продлевать еще на три месяца на тех же условиях.

— А мне нравится ваше предложение, — согласился Удит после некоторого раздумья. — Хорошо. Тогда займитесь этим вопросом и подберите в этот филиал официантов на свое усмотрение.

— И еще... залу нужен ремонт и новое оформление, а так же было бы хорошо повесить на входе в здание вывеску с названием ресторана. Если мы хотим привлечь посетителей, то нужны перемены.

Владелец, задумчиво посмотрев на девушку, кивнул.

— Я рад, что вы настроены серьезно. Подготовьте мне предложение по переделке, а потом прикинем, во сколько это обойдется.

После обеда Удит уехал в ресторан в ТЦ, а Таша осталась обживаться на новом месте. Сделав уборку в кабинете и проветрив помещение, она засела за составление плана дел на ближайшие дни. Она так погрузилась в работу, что не сразу услышала стук в дверь и откликнулась только на повторный.

— Войдите.

На пороге стоял то ли Зитам, то ли Гитам с подносом в руках.

— Госпожа Таша, отец... то есть шеф.. просит.. это... попробовать блюда из меню для праздника, — промямлил он, заикаясь и явно смущаясь.

Таша улыбнулась.

— Проходи. Я с удовольствием попробую. К тому же, уже почти время ужина, а я и не заметила.

Молодой человек поставил поднос на стол и быстро ретировался из кабинета. Таша посмотрела на содержимое подноса. На нем были представлены минипорции нескольких блюд, красиво оформленные, да и запахи тут же вызвали у девушки обильное слюноотделение. В дверь снова поскреблись, и парень вошел со вторым подносом, уже с десертами и напитками. Таша охнула, не представляя, как все это попробовать и не заработать несварение желудка. В своем ресторане она полностью доверяла шеф-повару и не занималась отбором блюд, только согласовывала конечное меню.

Не успела Таша определиться, с чего начать дегустацию, зазвонил мобильник.

— Ты знаешь, сколько уже времени? — раздался в трубке возмущенный голос Сону.

— Соонь... я как раз хотела тебе звонить, — бессовестно соврала девушка. — Но у меня тут дегустация в самом разгаре и вообще работы много.

— Подождет твоя работа. Буду через полчаса на том же месте, где высадил тебя утром. Тебя ждет сюрприз, не опаздывай. — И он отключился.

Сюрприз? Таша вспомнила последний сюрприз жениха, который закончился их перемещением в этот мир, и ей стало не по себе. Она обреченно вздохнула, окидывая взглядом вкусняшки на столе. Взяла вилку и ткнула в первую попавшуюся тарелочку с чем-то мясным под оранжевым соусом. Осторожно пожевала, на вкус было вполне съедобно. Она так же по чуть-чуть попробовала еще три блюда и убедилась, что вкусу и умениям Анура можно доверять.

Посмотрев на часы, Таша поняла, что пора собираться. Сону, наверное, уже ждет ее у клуба. Она быстро покидала вещи в сумку, подхватила ноут, в котором уже начала делать презентацию проекта переделки ресторана, и вышла из кабинета.

Предупредив Анура о своем уходе и сказав, что согласна с меню, девушка поспешила на выход. И, действительно, выйдя из здания, увидела черный мерседес певца. Не успела Таша сесть, как машина сорвалась с места, а девушка оказалась в крепких объятиях Сону.

— Наконец-то! Я так соскучился! — он было потянулся с поцелуем, но девушка остановила его, закрыв ему рот своей ладонью.

— Стоп! Лучше рассказывай давай, что там за сюрприз у тебя.

— Скоро увидишь.

— Знаешь, я уже начинаю ненавидеть само слово "сюрприз" после того дня, как мы оказались здесь.

— Уверен, этот тебе понравится.

Едва машина остановилась у дома, Сону вышел и открыл дверцу девушке. И сразу повел ее к гаражу, где Таша увидела черную "бэху", точно такую же, какая была у нее.

— Ну как тебе сюрприз?

— Это мне?

— Конечно! Я не всегда смогу отвозить тебя в ресторан или забирать. И наверняка тебе придется разъезжать по работе, а своя машина не только удобнее, но и безопаснее, чем такси.

Таша открыла дверь и села за руль, огладила рукой панель управления и кожанные сидения. Она словно сидела в своей малышке, и сердце девушки радостно забилось. Она повернулась к певцу и счастливо улыбнулась. У парня на мгновение аж дыхание перехватило. Давно он не видел у Таши такой улыбки. Эх, знал бы, что простой покупкой машины можно так ее осчастливить, давно бы купил, и не одну!

— Спасибо! — девушка подошла к Сону и, привстав на носочки, чмокнула его в щеку. — Ты не представляешь, насколько важный подарок мне сделал.

Парень нежно обнял ее, прижимая к себе, словно оберегая в своих объятиях нечто хрупкое и бесценное.

— Как прошел день? — спросил жених, когда они сидели в гостиной после ужина.

Таша чувствовала, что объелась, и сейчас предпочла бы выкурить сигаретку.

— Прогуляемся в сад? — предложила она. — Мне надо кое-что сказать тебе.

Дойдя до скамейки у большого куста роз, Таша присела и закурила. Сону стоял рядом и смотрел с неодобрением.

— Я знаю, что тебе это не нравится, но спасибо, что держишь свое мнение при себе.

Девушка коротко улыбнулась и продолжила:

— Насчет помолвки..., — она глубоко затянулась и, выпуская дым, заметила напряженный взгляд парня. Таша поспешила его успокоить:

— Не волнуйся, я не передумала, но ресторан, где, как я думала, можно провести мероприятие, совершенно не годится для этого.

И рассказала в подробностях о своих впечатлениях от нового места работы и планах на ремонт.

— Пока мы с владельцем только обсудили саму возможность реконструкции, и неизвестно, дойдет ли до нее дело и если да, то трудно предположить, когда закончится ремонт. Поэтому придется подыскать другое место. У тебя есть что-нибудь на примете?

— Остается только два варианта — у нас дома или в клубе, — ответил Сону.

— Я думаю, лучше в клубе. Так я смогу подключить кухню ресторана, и не придется тратиться на доставку.

— Согласен.

— Тогда остается договориться с организаторами в клубе. Завтра загляну и...

— Лучше я сам! — перебил девушку жених. И, поймав ее удивленный взгляд, пояснил:

— Просто я знаю там кое-кого, и он мне не откажет.

Следующие два дня Таша полностью посвятила себя работе, готовясь к предстоящему празднику заказчика. Ей приходилось много разъезжать по городу, знакомясь с постоянными поставщиками и заводя новые знакомства, так что подарок Сону пришелся очень кстати. Попутно она провела собеседование и наняла троих официантов, а так же продумывала новую концепцию ресторана и делала презентацию для Удита. Вечером они с Сону встречались за поздним ужином и делились событиями за день. Он готовился выпустить свой новый альбом сразу после помолвки, поэтому тоже пропадал до вечера то в агенстве, то в студии.

За день до мероприятия Таша следила за последними приготовлениями в украшенном зале ресторана, помогая новым сотрудникам добавить последние штрихи. Сперва девушка подумала, что ей показаось, но, выйдя из ресторана в холл, поняла, что действительно слышит музыку. А потом до нее донесся сильный голос, который словно рассекал пространство и, отражаясь от стен, буквально заполнял собой все вокруг. Девушка спустилась вниз и вошла в помещение клуба. Виртуозно перебирая струны на гитаре, на сцене сидел молодой человек, раскачиваясь и кивая в такт музыке, а в следующее мгновение девушка снова услышала его мощный голос, проникающий прямо в душу.

Bina Tere Na Ek Pal Ho

Na Bin Tere Kabhi Kal H

о

Yeh Dil Ban Jaaye Pathhar Ka

Na Is Mein Koi Hulchul Ho

Sanam Pe Haan Ishq Pe Haan Mita Doon Luta Doon Main Apni Khudi

Kasam Se Haan Luta Doon Mita Doon Main Yeh Hasti

Ya Ali Reham Ali

Ya Ali Yaar Pe Qurbaan Hai Sabhi

Ya Ali Madad Ali

Ya Ali Yeh Meri Jaan Yeh Zindagi

Без тебя не проходят мгновения

Без тебя не наступает завтрашний день

Окаменеет это сердце

Уже ничто не будет его трогать

Ради любимой, ради любви я сотру, уничтожу свою гордыню

Клянусь, я разрушу, сотру свою жизнь

О, Боже, будь милостив

Боже, ради любимой я готов на любую жертву

О, Боже, помоги

Боже, вот моя душа, вот моя жизнь

[Ya Ali — Zubin Garg, Фильм «Gangster» (2006)]*

Когда смолкли последние аккорды, исполнитель поднялся со стула, прислонив к нему гитару, и спустился со сцены. Таша, все еще находясь под впечатлением, стояла в оцепенении и просто смотрела, как он медленно идет к ней.

— Мне кажется, мы уже знакомы, — парень в цветастой рубашке улыбнулся, подходя к девушке.

Она, наконец, очнулась от наваждения и внимательно посмотрела на собеседника. Да, определенно они уже встречались. Таша вспомнила, что это было в ее первый день пребывания в этом мире, но не помнила имени молодого человека.

— Зубин, — словно прочитав ее мысли, напомнил он. — Меня зовут Зубин. А вот твое имя я не успел узнать.

— Таша.

Парень удивленно приподнял брови, а потом понимающе кивнул.

— И какими судьбами на этот раз?

— Я услышала музыку и... твой голос. Ах да, я работаю в ресторане Удита-джи.

И тут Ташу осенило.

— Было бы здорово, если бы ты пел у нас в ресторане!

Зубин рассмеялся.

— Извини, милая, но это невозможно. Я давно этим не занимаюсь.

— А чем ты занимаешься?

— Я тут как бы художественный руководитель и организатор мероприятий.

— Жаль. В смысле, что ты больше не выступаешь.

— Возможно, — и молодой человек подошел к Таше ближе, включая очарованца. — Для тебя, сладкая, я бы сделал исключение.

— Спасибо, — обдала его холодом девушка. — Нам таких одолжений не надо. И, кстати, у меня на днях помолвка.

— Ну, так не свадьба же, — продолжал балагурить Зубин, явно забавляясь ситуацией.

— Вижу, я зря трачу свое время. — Таша развернулась и пошла на выход.

— Я знаю пару певцов, которые не откажутся подработать в твоем ресторане.

Девушка обернулась. Молодой человек уже улыбался по-доброму, без тени флирта или издевки.

— Извини. Я просто хотел подшутить и немного увлекся. Мир?

— Мир, — согласилась Таша. — Обещаю обед раз в неделю за счет заведения, если найдешь мне хотя бы одного певца.

— По рукам, — подмигнул Зубин.

Мероприятие прошло по плану. Заказчик был очень доволен и обещал, что обязательно порекомендует ресторан своим друзьям и знакомым. Удит, который приехал поддержать, но Таша подозревала, что проверить ее, тоже не скупился на похвалу. Девушка поняла, что как минимум первую проверку она прошла.

Настроение было прекрасным, когда она приехала вечером домой, спеша поделиться с Сону своим первым успехом.

— Я так рад за тебя, душа моя! Надо это отпраздновать хотя бы по грамулечке шампанского. Падма-джи, — позвал молодой человек экономку. — У нас сегодня праздник! Давайте выпьем шампанского!

После вкусного ужина и шампанского Ташу немного разморило. Она сидела на диване в гостиной, положив голову на плечо жениха, и лениво переключала каналы в телевизоре. Сону читал какие-то документы, делал пометки и, время от времени поглядывая на девушку рядом, улыбался.

— ... ожидается в ближайшие дни в Мускане, который идет с побережья, — вещала диктор с экрана на каком-то канале. — Как говорят синоптики, подобного шторма не было в Саварии уже очень давно. Так что, дорогие жители Мускана, настоятельно рекомендуем вам отложить все ваши дела, запастись провизией и укрыться в безопасном месте, где вы сможете переждать приближающийся шторм.

Сонливость прошла в мгновение ока. Таша подняла голову и вопросительно посмотрела на Сону, в глазах которого увидела беспокойство и обреченность.

— Кажется, кто-то Наверху очень не хочет нашей помолвки, — тихо проговорил парень.

Выключив телевизор, Таша взяла мобильник и загуглила информацию о шторме. Новостей на эту тему было предостаточно и все они сводились к тому, что в ближайшие дни в Мускан придет мощный шторм. Живя в средней полосе России, подобные природные явления девушка видела только по телевизору и, честно говоря, совершенно не горела желанием увидеть в реальности, пусть и волшебной.

Сону тем временем разговаривал с Давидом.

— Да, я уже в курсе. К сожалению, помолвку придется перенести, как и премьеру альбома. ... Нет, мы останемся дома. Здесь мы в безопасности. ... Хорошо, если что, звони.

— В смысле, останемся дома? — Таша отложила мобильник и озадаченно посмотрела на жениха. — Мне завтра обязательно нужно быть на работе.

— Давид приглашал нас к себе переждать непогоду, — пояснил Сону. — Но в моем доме тоже есть надежное укрытие, где мы сможем отсидеться, если шторм и правда будет представлять опасность.

— Да? — заинтересовалась девушка. — И где оно?

— Это подвал. Но сегодня уже поздно туда спускаться, завтра увидишь. Однако я надеюсь, что все не так страшно, как предсказывают.

Проснувшись на следующее утро и выглянув в окно, Таша поняла, что синоптики не врали. Небо заволокли предгрозовые тучи, а порывы сильного ветра раскачивали деревья и стучались в окно. Быстро приняв душ, надев джинсы и футболку, девушка собиралась на работу, когда в дверь постучался Сону.

— Ну, — отозвалась Таша, подкрашивая тушью ресницы.

— Душа моя, ты все-таки едешь на работу? — молодой человек прошел в комнату и встал позади девушки, наблюдая за ее манипуляциями.

— Да. Нужно кое-что закончить и забрать ноутбук. Судя по тому, что творится за окном, шторм и правда может разыграться нешуточный. Но мне, по крайней мере, будет чем заняться, если придется отсиживаться в подвале.

— Ну, есть занятия и поинтересней...

— Например? — девушка бросила быстрый взгляд на Сону через зеркало, одновременно делая последний мазок помады по губам.

— Нууу, — протянул парень, многозначительно глянув на невесту. — Что-нибудь романтичное.

— Пф! Какая может быть романтика в подвале во время грозы. Не смеши меня!

Таша поднялась, взяла сумочку, голубой джинсовый пиджак, как и джинсы на ней, и направилась к двери.

— Тогда мне ничего не остается, как доказать тебе обратное, — улыбнувшись с предвкушением, Сону последовал за ней.

— Удачи!

Проводив Ташу, молодой человек задумался. Если им предстояло провести в подвале какое-то время, то ему бы хотелось как-то скрасить его, а так же воспользоваться возможностью просто побыть с Ташей наедине в романтичной атмосфере, а шторм за пределами их убежища добавил бы остроты моменту. Оставалось создать подходящую обстановку. Столь важную миссию Сону не мог доверить никому. Однако вылазка в город требовала маскировки. Певец открыл шкаф и, оглядев содержимое, решил надеть простые черные джинсы и рубашку, а сверху длинное черное пальто из плотного шелка с капюшоном от Према Джохара, почерк которого проглядывался в обработке швов яркими бирюзовыми нитками и в круглых серебристых пуговицах. Повязал на голову черную бандану с рисунком в виде красных маков и скрыл пол лица за черными солнцезащитными очками. Глянув на себя в зеркало, удовлетворенно кивнул и отправился в "Мэйн" за рулем своей белой Вольвы. Однако, подъехав к торговому центру, певец не нашел ни одного свободного места на парковке. Покружив по близлежащим кварталам, Сону случайно наткнулся на гипермаркет и, что удивительно, на парковке нашлось место. Молодой человек поспешил занять его.

Дойти до входа в магазин стоило ему значительных усилий. Сильный порывистый ветер путал полы пальто, что затрудняло движение. Наконец, оказавшись в гипермаркете, певец осмотрелся. В торговом зале творилась суматоха. Покупатели метались между стеллажами, хватая товары с полок практически не глядя, что берут, и, не задумываясь, надо им это или нет. Сону потерянно двинулся между рядами стеллажей в поисках необходимого ему отдела. И, наконец, ему показалось, что нашел, но, рванув в нужном направлении, вдруг споткнулся о какую-то банку и едва не упал. Ругательство сорвалось с его губ. Певец успел налету поймать слетевшие с лица очки и воровато огляделся. Едва мелькнула мысль, что, кажется, пронесло, Сону наткнулся на внимательный взгляд незнакомца.

— В-в-в-вы же…

Носатый мужчина вдруг разволновался и начал заикаться.

— Да, я вор! — громким шепотом прервал его певец, пытаясь плотнее натянуть очки, словно это поможет скрыть лицо полностью. — Не выдавайте меня, пожалуйста.

— Нет, я вас узнал, — не унимался мужчина. — Вы же Сону! Ну, это…

И, сильно фальшивя, затянул песню о великой любви, свидетелями которой стали луна, солнце и манговое дерево. Сону поморщился и воскликнул:

— Тише, прошу вас, тише! У меня здесь важное дело. Нельзя, чтобы меня узнали. Если я дам вам автограф, вы можете просто тихо уйти?

— И фото! — оживился носатый певун. — Мои красотки от вас млеют! Когда мои кошечки узнают, что я вас встретил, то такое будет!

Молодой человек тяжко вздохнул, но оставил свой автограф в протянутом мужчиной ежедневнике. После чего тот встал рядом с Сону, широко улыбнулся и вытянул руку с телефоном.

— Снимите очки, — не разжимая зубы попросил он.

Певец сдвинул очки вниз, позволяя фанату сделать фото, а затем быстро вернул их на глаза. Однако он зря волновался. Люди вокруг были заняты сметанием товаров с полок и не обращали внимание на странную парочку.

— Почему у них нет гречки? — раздался тонкий женский голос в соседнем ряду. — Нет, ты не понимаешь, на такой случай всегда должна быть гречка. Рис не то!

Носатый поклонник на мгновение отвлекся, выглянув из-за стеллажа, чтобы посмотреть на обладательницу подобных убеждений. Сону же, воспользовавшись ситуацией, быстро ретировался, постаравшись при этом оказаться в нужном ему отделе. Но, увы, полки оказались пусты. И только на самом верху он обнаружил дорогущий набор ароматизированных свечей. Покрутив пахучую коробочку в руках, молодой человек радостно направился к кассам, но вовремя вспомнил, что у Таши аллергия на запахи, и она не простит ему подобной оплошности.

На мгновение Сону растерялся, размышляя, чем можно заменить свечи.

— Мамочкаааа, — мимо певца молодая женщина волокла за руку упирающегося и истерившего ребенка. — Я хочу гиляяяянду! Ну, купиииии! ААААА! Хочу гиляяяяндуууу!

— Хватит орать! — прикрикнула на него мать. — До Нового года еще далеко. Потом куплю, если будешь хорошо себя вести.

Певец бегом кинулся в видневшийся справа от него отдел с мишурой, игрушками и прочими новогодними товарами. На этот раз ему повезло — удалось урвать последние три коробочки со светящимися гирляндами, одна из которых даже оказалась с фигурками в форме сердечек.

Выйдя в приподнятом настроении из магазина, Сону хотел позвонить Таше, чтобы узнать, когда она приедет домой. Однако налетевший порыв ветра чуть не вырвал из его рук пакет с покупками, заставив покрепче прижать его к груди и, насколько это было возможно, быстро направиться к машине. Посмотрев на часы, певец решил не тратить время на звонки, а поскорее заняться обустройством подвала. Он завел машину и уже собирался тронуться, как вдруг кто-то постучал в окно с другой стороны.

Таша подъехала к клубу в тот самый момент, когда рыжий потрепанный грузовичок занял ее любимое парковочное место. К тому же, последнее из свободных.

— Ах ты, — девушка выругалась сквозь зубы, вылезая из машины, и направилась к грузовику с намерением отстоять права на персональную парковку.

Из него выпрыгнул Зубин и, завидев Ташу, помахал рукой и улыбнулся.

— Значит, это твоя колымага?

Улыбка сползла с лица парня, он недоуменно посмотрел на раздраженную девушку, не понимая причину ее недовольства.

— Я бы попросил не оскорблять мою старушку.

— Ты не мог бы убрать эту.. свою старушку с моего парковочного места? — Таша старалась быть вежливой.

— Да пожалуйста! — добродушно улыбнулся Зубин.

Приготовившаяся к сражению и не ожидавшая подобной уступчивости со стороны молодого человека, девушка растерялась.

— Спасибо, — пробормотала она, наблюдая, как парень садится в грузовичок и отъезжает.

Быстро поставив «бэху» на освободившееся место, Таша поспешила в ресторан, чтобы избежать еще одной встречи с худруком.

Работники в полном составе встретили ее в зале с выражением беспокойства на лицах.

— Что-то случилось? — спросила у них девушка.

— Мы ждем от вас указаний, госпожа Таша, — вышел вперед Анур. — Учитывая ситуацию.

Он многозначительно посмотрел в окно.

— Ах, да. Честно говоря, я сама еще не получала особых распоряжений от Удита-джи, но думаю, вряд ли сегодня у нас будут посетители. Поэтому езжайте по домам, пока погода позволяет.

— А как же вы? — спросил один из официантов.

— Я тоже попозже уеду. Всем до свидания. Будьте осторожны по дороге.

Таша зашла в свой кабинет, намереваясь немного поработать над проектом реконструкции, подозревая, что дома Сону не даст ей сосредоточиться на презентации. И сама не заметила, как погрузилась в работу, совершенно забыв о времени. Наконец, девушка сохранила последние изменения в документе, потянулась, разминая затекшую спину, и посмотрела на время. Оказывается, она задержалась дольше, чем планировала. Пора было ехать домой. Упаковав ноутбук, Таша как раз направилась к двери, когда внезапно погас свет. Девушка достала телефон и, подсвечивая себе фонариком, добралась до щитка. Подергав рычаги, поняла, что проблема районного, а, может, и городского масштаба, потому что света не было и в близстоящих зданиях. Дождь лил, как из ведра. А сильный ветер подхватывал водный поток и бросал его в разные стороны, омывая стены домов и окна. Таше стало страшно выходить, но и остаться в пустом и темном здании она тоже не могла. Забрав вещи из кабинета, девушка подошла к выходу и потянула ручку, но дверь не открывалась.

— Что случилось? — поинтересовался Сону, опуская оконное стекло машины.

— Пожалуйста, помогите! — в салон Вольвы вместе с ветром и первыми каплями дождя ворвался взволнованный голос мужчины. — У нас тут травма. Нужна медицинская помощь.

— У вас травма? — Сону внимательно посмотрел на полного мужчину средних лет в традиционной рубашке темно-синего цвета с вышивкой по воротнику.

— Нет, моя ученица упала и, кажется, подвернула ногу. Пожалуйста, очень важно поскорее ей помочь.

Незнакомец с беспокойством оглядывался куда-то назад, от чего некоторые его слова уносило ветром, и Сону их не расслышал, но суть проблемы уловил. Он еще раз глянул на часы. Успеет ли он домой до возвращения Таши? Ему очень не хотелось ехать в больницу, хотя он понимал, что не может отказать пострадавшей в помощи.

Погода портилась на глазах. Дождь усилился, падая тяжелыми крупными каплями на лобовое стекло.

— Хорошо, — согласился певец, накидывая на голову капюшон. — Я отвезу вас, садитесь.

— Спасибо! — воскликнул с облегчением мужчина. — Подождите минуточку, я схожу за ученицей.

И он довольно резво для своей комплекции побежал к входу в магазин, вернувшись через несколько минут с девочкой лет 15-ти на руках. Сону протянул им коробку с бумажными салфетками и спросил:

— Куда вас отвезти? В клинику Амита?

— Что вы! Там очень дорогое лечение, нам не по карману, — отозвался мужчина, вытирая предложенными салфетками пухлое лицо и помогая девочке подсушить волосы. — Я владею студией танцев, но мой доход довольно скромный.

— Как насчет лавки Амриты-джи? — предложил певец.

— Да-да! Я несколько раз покупал там чудесную мазь от растяжений.

Дорога заняла гораздо больше времени, чем расчитывал Сону. Из-за дождя видимость на дороге была почти нулевая, поэтому ему приходилось ехать очень медленно и снять очки, рискуя быть узнанным. Молодой человек молился, чтобы лавка работала, и не пришлось везти нежданных пассажиров в клинику Амита.

Учитель танцев без умолку болтал, то ли от нервного возбуждения, то ли от природы был любителем поговорить. Он рассказывал о своей школе и учениках, о сегодняшней несостоявшейся экскурсии в центр классической музыки. Сону устал от его болтовни и к концу пути мечтал поскорее избавиться от пассажира. Девочка, видимо, привыкшая к особенностям учителя, задремала и мирно посапывала, прислонив голову к его плечу.

Наконец, они добрались до Таинственной лавки Амриты-джи. В окнах горел свет, и Сону с облегчением выдохнул. Однако возникла другая проблема.

— Могу ли я попросить вас еще об одном одолжении? — спросил мужчина на заднем сидении. — Боюсь, мне одному не поднять девочку по этой крутой и сейчас мокрой лестнице.

Обреченно вздохнув, певец вышел из машины. Когда они вошли в лавку, мокрые насквозь от проливного дождя, Амрита сперва испуганно охнула. Но когда Сону стянул с головы капюшон, всплеснула руками и воскликнула:

— Сонушка, ты опять кого-то приволок в безсознательном состоянии?

Он криво усмехнулся, переводя дыхание и опуская свою ношу на ближайший стул. Мало того, что девочка оказалась тежелее, чем казалась, так еще шелковое пальто, пропитавшись водой, тянуло его вниз и путало ноги.

— Вы никогда не думали установить вместо лестницы лифт? — спросил певец, стаскивая с себя пальто и бросая его прямо на пол. — Эта лестница когда-нибудь кого-то убьет.

— Что произошло? — спросила хозяйка лавки, игнорируя его вопрос и переводя взгляд на склонившегося над девочкой мужчину.

— Кажется, она подвернула ногу. Я привез их от гипермаркета.

— В такую-то погоду?! Вам очень повезло. Я как раз собиралась уходить. Ну что ж, давайте посмотрим. Несите девочку в соседнюю комнату, а я пока возьму все необходимое.

Учитель танцев перенес девочку и усадил на кушетку. Амрита-джи осмотрела ногу ученицы и резюмировала:

— Ушиб и небольшой вывих. Наложим мазь, приложим холодный компресс, и скоро ей станет лучше.

Пока шел осмотр, Сону пытался дозвониться до Таши, но ее телефон был вне зоны доступа. Певец начал волноваться. Гроза на улице набирала силу, сильный ветер пригибал деревья, ломая наиболее хрупкие. Внезапно за окном раздался сильный хруст, что-то с грохотом упало, и на всей улице вырубило электричество. Молодой человек посмотрел на экран мобильного, связь пропала. Сону понял, что оказался в ловушке. Он уже не рискнет садиться за руль и ехать до дома, где, возможно, его ждет невеста. Оставалось только надеяться, что она в безопасности.

Несколько раз подергав ручку, Таша раздраженно вздохнула. Неужели кто-то из работников умудрился закрыть ее здесь? Достав ключ, она повернула его в нужном направлении, но он только прокручивался в замке, а дверь по-прежнему не открывалась. Почему этот старый замок решил сломаться именно сегодня?! Девушка со злостью пнула ногой дверь. "Надо хотя бы позвонить Сону и сказать, что задерживаюсь", — подумала Таша, но обнаружила, что сигнала нет. Видимо, вместе с электричеством пропала и мобильная связь. Теперь она даже не могла вызвать спасателей или позвать хоть кого-нибудь на помощь.

— Гадство! — выругалась она, в сердцах пнув дверь еще пару раз.

— Эй! Тут кто-то есть? — услышала девушка знакомый голос за дверью.

— Да! — крикнула она. — Помоги, пожалуйста. Замок сломался, я не могу выйти.

— Таша? — Зубин подергал ручку двери с другой стороны, но она не поддалась. — Подожди, я поищу какие-нибудь инструменты.

Молодой человек ушел, и Таше показалось, что прошла вечность, пока она снова услышала его голос.

— Отойди подальше от двери на всякий случай.

— Ты что, собираешься ее взорвать? — хмыкнула девушка.

— Нет, — она услышала в его голосе улыбку. — Но я ничего не нашел, кроме лома.

Он вставил конец лома между дверью и косяком на уровне замка и надавил. Дверь жалобно заскрипела, сопротивляясь. Зубин удвоил усилия, и, наконец, замок не выдержал напора.

— Ты как? — парень подошел к Таше, с беспокойством всматриваясь в ее лицо. — Сильно испугалась?

— Немного. Спасибо. Не знаю, что бы я делала, если бы не ты. Света нет, телефон не работает.

— Похоже, мы здесь застряли до утра.

Сильный порыв ветра налетел на здание, сотрясая окна. Таша вздрогнула, испуганно глядя на разбушевавшуюся стихию.

— Пошли, — потянул ее за собой Зубин. — У меня есть свечи и вкусное вино. Ночь обещает быть долгой и романтичной.

Девушка с опаской покосилась на спасителя, выбирая меньшее из двух зол. Но, кажется, выбора у нее не было.

Таша наблюдала, как Зубин зажигает новые свечи, помещая их в рюмки и ставя на барную стойку. Несколько свечей он так же поставил на столик в диванной зоне. По залу клуба постепенно расползался запах теплого воска, а мягкий свет создавал в помещении атмосферу романтической таинственности, из-за того, что дальние углы оставались неосвещенными.

— Мне вчера привезли пару бутылок прекрасного южного вина, — Зубин поставил бокалы и бутылку на столик. — Не думал, что случай его попробовать представится так быстро. Хотел распить с другом на его помолвке. А ты что, как не родная? Доставай хавчик.

Девушка ожила, вспомнив про закуски, которые они прихватили из холодильника ресторана. Без электричества их все равно ждала бы печальная участь. Она нашла несколько тарелок за барной стойкой и разложила еду.

Молодой человек разлил вино по бокалам и, подняв свой, провозгласил тост.

— Ну, за волшебную штормовую ночь и прекрасную девушку рядом!

Таша угукнула и отпила глоток пахучего и сладкого вина, закусив его сыром.

— Эх, щас бы еще музычку для фона, — с преувеличенным сожалением вздохнул парень. — Но ничего, у меня есть кое-что получше.

Подмигнув Таше, он отлучился на пару минут и вернулся с гитарой. Взяв несколько пробных аккордов, заиграл лиричную мелодию, ловко перебирая пальцами струны. Завороженная музыкой, девушка вздрогнула от неожиданности, когда Зубин резко прервал игру и накрыл струны ладонью.

— Ты говорила, что у тебя скоро помолвка? — вдруг спросил он.

Таша посмотрела на молодого человека, удивляясь неожиданному вопросу. Но кивнула утвердительно.

— Должна была состояться на днях, но из-за шторма пришлось перенести.

— И кто у нас жених?

— Не важно.

— Еще как важно.

Зубин отложил гитару и подлил им еще вина, при этом стараясь говорить непринужденно.

— В конце концов, мне просто любопытно, — поправился он, заметив недоумение в глазах Таши.

— Если тебе от этого станет легче, то его зовут Сандар Гаан.

Девушка специально назвала реальное имя Сону, раcсчитывая, что парень его либо не знает, либо не помнит.

Но тот, уcлышав имя, поперхнулся вином и закашлялся. Вскочив с дивана, отошел на несколько шагов к бару, делая глубокие вдохи. Таша смотрела ему в спину, гадая, чем вызвана такая реакция. Или вино и, правда, зашло не в то горло.

— Что-то не так? — спросила она осторожно.

Зубин обернулся и покачал отрицательно головой. Он выглядел расстроенным, и не пытался это скрыть.

— Вот я дурак! Не видел очевидного. Значит, ты невеста Сону. Я должен был догадаться, ведь вы были вместе в тот день, когда мы впервые встретились.

— А ты тот самый друг, которого он просил организовать помолвку?

Пришел черед Таши удивляться. Впрочем, теперь и ей все казалось очевидным.

— Давно вы знакомы?

Молодой человек вернулся на диван, взял закуску на шпажке и рассеянно вертел ее в руке, как-будто раздумывая, съесть или не стоит.

— Кажется, около двух лет, — ответила Таша.

— Но ты же не из Мускана.

— Да, но… — девушка замялась, не зная, можно ли посвящать Зубина в детали ее появления в этом мире.

— Клянусь, я никому не расскажу, — словно почувствовав ее сомнения, произнес парень. — То, что ты попаданка, и так видно, но мне жутко интересно, как ты здесь оказалась.

— Это длинная история, — Таша попыталась избежать дальнейших расcпросов.

— Если что, у нас впереди целая ночь, и я точно никуда не спешу.

Парень поиграл бровями, устраиваясь на диване поудобней. Откинулся на спинку, закидывая нога на ногу. Он выжидательно смотрел на девушку, но было еще что-то в его взгляде, от которого Таше становилось неуютно. Несмотря на то, что Зубин помог ей сегодня, она не спешила ему доверять.

— Лучше спроси у Сону, раз вы закадычные друзья.

— Хм, так значит.. ну ладно, — он поболтал остатки вина в бокале и выпил их одним глотком.

На его лице легко читалось разочарование.

— Кстати, как давно вы дружите?

Не то чтобы Таше было очень интересно, но хотелось переключить тему разговора, да и неловко просто молча сидеть.

— Да целую вечность! Еще со времен, когда выступали на улице, зарабатывая на хлеб.

Зубин почухал затылок, потянулся, зевая.

— Давай-ка попробуем поспать, — предложил он, видимо, тоже пытаясь уйти от разговора. — Ты устраивайся здесь, а я в гримерку пошел. И не бойся, это здание строил мой пра-пра-прадед, оно еще сто лет простоит.

Таша посмотрела, как парень запрыгнул на сцену и через минуту исчез за кулисами. «Странный он все-таки», — мелькнула в голове мысль. Девушка осмотрелась. Свечи догорали в импровизированных подсвечниках, в помещении становилось все темнее. Допив оставшееся вино, она зажевала его кусочком ветчины и убрала остатки ночного пиршества со столика. Спать особо не хотелось, и Таша снова проверила телефон, но связи по-прежнему не было. Как бы ей сейчас хотелось связаться с Сону и убедиться, что он в безопасности. Девушке почему-то было тревожно на душе.

Сону мерил шагами участок перед лестницей в помещении подвала. Он не находил себе места от беспокойства и злился на себя за свою уступчивость, которая нынче вышла ему боком и завела в ситуацию, которую он был не в силах контролировать.

Когда отключилось электричество, Амрита по доброте душевной предложила своим визитерам переждать непогоду в подвале ее дома. Сперва они спустились на первый этаж, где проживала хозяйка лавки, а потом по шаткой лестнице в подвал при тусклом свете свечи, рискуя навернуться и сломать себе что-нибудь. Подвал был небольшой, часть его была заставлена стеллажами с различными заготовками и запасами. В другой части стояла тахта, старые кресло и стол, а в углу свалены кучкой набитые сухой травой мешки. Девочку устроили на тахте, а ее учитель расположился рядом, бросив на пол пару мешков.

— Я принесу одеяла, термос с чаем, какой-нибудь еды и еще свечей, — крикнула сверху Амрита.

Певец остался под лестницей, ожидая ее возвращения, чтобы помочь. Он вышагивал туда-сюда, хмуря брови, то складывая руки на груди, то опуская их вдоль тела и сжимая кулаки.

— Надеюсь, это здание выдержит непогоду, и нам ничего не угрожает, — подал голос учитель танцев.

Сону тяжко вздохнул, кинув раздраженный взгляд на виновника его проблем, перестал ходить и прислонился к косяку дверного проема.

— Знаете, — продолжил как ни в чем не бывало говорить пухлый мужчина. — Чем больше на вас смотрю, тем больше мне кажется, что я вас где-то видел. Мы раньше не встречались?

— Нет, — коротко бросил парень, явно не настроенный на разговор.

До него вдруг дошло, что ему абсолютно все равно, если этот мужчина его узнает.

— Кстати, меня зовут Говрам, а вас?

— Сандар.

— Спасибо вам, Сандар, за помощь сегодня. Без вас мы бы пропали.

— Угум.

Наверху послышались шаги, и Амрита попросила Сону подняться и помочь ей с вещами, избавив его от дальнейшего общения с назойливым собеседником.

Перекусив самосами с чаем, они устроились на ночлег. Сидя на мешке с сеном и укутавшись в одеяло, молодой человек чувствовал внутренний озноб и волнение, которое не дало ему сомкнуть глаз до самого утра.

Проснувшись, первое, что увидела Таша, это лицо Зубина. Он сидел возле дивана на корточках и смотрел на нее. Девушка дернулась, инстинктивно натягивая плед до подбородка.

— Че? — спросила хриплым спросонья голосом.

— Да так, — пожал плечами парень, усаживаясь на столик. — Разбудить хотел.

— Сколько сейчас?

— Почти восемь.

Зубин поднялся и отошел к бару. Таше показалось, он улыбался довольной улыбкой, словно чему-то радуясь про себя.

— Есть немного теплой воды в термосе, — голос парня прозвучал приглушенно, когда он скрылся за барной стойкой. — Умоешься или оставишь на кофе?

— Я не пью кофе.

Девушка поднялась, сложила плед на край дивана и попыталась привести в относительный порядок волосы, прочесывая их пальцами. Проверила телефон. Зарядка была в норме, а вот связь с внешним миром по-прежнему отсутствовала.

— Я тоже. Есть еще лимонад. Будешь?

Зубин выглянул из-за стойки и показал бутылку с оранжевой жидкостью. Таша кивнула. Хотя вчера они выпили немного, но сейчас ее мучила жажда.

Выпив сладко-кислого лимонада, вкус которого она так и не поняла, девушка засобиралась.

— Ну, я пойду. Проверю ресторан и полечу домой. Сону, наверно, с ума сходит от волнения.

— Я с тобой.

— С хрена ли?

— Да я про ресторан.

— А, — девушка хлопнула себя ладонью по лбу, а Зубин рассмеялся.

— Ты такая забавная!

— Хватит ржать. Пошли.

К облегчению Таши, ресторан практически не пострадал от ночного шторма. Были выбиты пара стекол, пол в обеденном зале залит водой, но это были легко поправимые мелочи. Но когда девушка выглянула в окно, то пораженно ахнула, увидев масштабы бедствия и понимая, что им действительно повезло. На соседнее здание упал фонарный столб, пробив крышу. На дороге валялись обломки деревьев, перевернутые машины, оконные рамы и кучи различного мусора.

— Черт, беха! — испуганно вскрикнула девушка и бросилась со всех ног на улицу.

От долгого сидения ноги затекли, и Сону в очередной раз поменял положение, вытянув их и разминая руками. Посмотрев на экран телефона, отметил, что время самое подходящее, чтобы уйти незаметно для остальных, пока те мирно посапывали. Стараясь не шуметь, он поднялся по лестнице на первый этаж и вышел на улицу, тихо закрыв за собой дверь. Сону надеялся, что машина не пострадала от шторма, а иначе ему придется добираться домой пешком. Его Вольво оказалась цела, только несколько некрупных веток от деревьев лежало на крыше и капоте, оставив небольшие вмятины. Убрав ветки, Сону сел за руль и отправился в путь, объезжая завалы на улицах.

Дом встретил его темными окнами, но Сону все равно первым делом бросился на второй этаж. Не обнаружив Ташу ни в одной из комнат, он проверил первый этаж и спустился в подвал, но и там было пусто. Вот теперь он ощутил настоящую панику. Выбежав из дома, певец снова сел в машину и поехал в ресторан при клубе «ОШО».

Когда он подъехал к ресторану, то увидел, что Таша садится в рыжий грузовичок. Сону прибавил газу и, перекрыв проезд отъезжающей машине, резко затормозил.

— Таша! — крикнул он, выскакивая из машины, и бегом бросился к девушке.

— Сонька?

Таша едва успела выпрыгнуть из грузовичка, как оказалась в объятиях жениха.

— Любовь моя, как ты? С тобой все в порядке? Где ты была? Что случилось? — тараторил Сону взволнованным голосом.

Он то прижимал Ташу к себе, то отстранял, пробегаясь по ней взглядом в поиске травм.

— Да цела она и невредима, — подал голос Зубин. — Неужели я бы позволил твоей невесте пострадать.

Наконец, убедившись, что девушка и правда в полном здравии, Сону выдохнул и посмотрел на друга.

— А ты что тут делаешь?

— Ну, я как бы исполнял обязанности рыцаря на бэлом коне, — усмехнулся худрук.

Сону свел брови и, прищурив глаза, посмотрел на шутника.

— Ладно-ладно, не бычься, — поднял руки в знак примирения Зубин. — Я просто оказался в нужном месте и в нужное время. Клянусь, честь твоей невесты не пострадала. Только моя гордость.

— Вот засранец! — воскликнул певец, впрочем, совсем без злости, и сделал шаг в сторону друга, но Таша удержала его за руку.

— Сонь, он и правда очень мне помог. Я тебе все расскажу дома. Поехали?

— Хорошо, — неохотно согласился парень. — А где твоя беха?

— Да вон она, — махнула рукой в сторону парковки Таша. — Цела, но дерево упало прямо позади, и выехать не получится.

Попрощавшись с Зубином, парочка отправилась домой. Пока они ехали, объезжая улицы, по которым нельзя было проехать из-за преград, оба поделились своими приключениями в эту штормовую ночь.

— Ты не представляешь, как я испугался, душа моя, когда не застал тебя дома! — все еще с волнением в голосе произнес Сону. — Слава всем богам, ты не пострадала! Я бы не пережил…

— Сонь, — девушка накрыла его свободную от вождения руку своей и слегка сжала. — Все позади, не волнуйся. Главное, мы живы и здоровы. Спасибо добрым людям, которые нам помогли в трудную минуту.

Сону кивнул. Поднес ее руку к губам и поцеловал.

— А как наш дом? — вдруг всполошилась Таша.

— Стоит, — улыбнулся жених. — Только соседская пальма упала на наш забор.

— Ох, — вздохнула девушка, посмотрев на разрушения вокруг. — Всем нам предстоит много работы.

И, действительно, следующие несколько дней потребовали от Таши полной отдачи на работе. Так как больше всего от шторма пострадал ресторан в ТЦ «Мэйн хун на», то на восстановление были брошены все имеющиеся денежные средства и переведены большинство работников из других филиалов. Таша моталась между клубом и торговым центром, еле успевая решать все насущные вопросы и еще планировать помолвку.

Сону вернулся к пиар-кампании своего нового альбома, премьеру которого запланировали после помолвки. Молодые люди почти не виделись, встречаясь дома поздно вечером, когда сил хватало только на короткое объятие, чтобы пожелать спокойной ночи.

В один из дней, когда восстановительный ремонт ресторана в торговом центре завершился, Таша приехала домой неожиданно рано, предвкушая сделать Сону сюрприз. Так как Падма-джи все еще гостила у родственников, девушка сама приготовила незатейливый ужин — жареная картошка и курица под сладким соусом. Накрыв на стол и откупорив бутылку белого вина, Таша принялась ждать жениха. Однако, прождав его больше двух часов, девушка забеспокоилась, а когда и дозвониться не смогла, то разволновалась не на шутку. Звонок Давиду тоже не внес ясности — тот не знал, где Сону может быть.

Когда молодой человек, наконец-то, вошел в дом, Таша уже не находила себе места от беспокойства.

— Сонь, ну ты где ходишь?! — кинулась она к нему, полная возмущения. — Позвонить не судьба, да?

Но осеклась, когда увидела уставшее и бледное лицо жениха.

— Что? Что-то случилось? — спросила тихо.

— Все нормально, не волнуйся. — Парень улыбнулся одними губами. — У меня была встреча. Просто устал. Прости, что не предупредил. Думал, что быстро управлюсь.

— Хорошо-хорошо. Я поняла. Есть будешь? Я ужин приготовила. Правда, он уже остыл…

— Я бы выпил чего-нибудь, — попросил Сону, опускаясь на диван в гостиной.

— Белое вино будешь? Я как раз открыла бутылку.

Парень в ответ утвердительно кивнул, прикрывая глаза и разминая переносицу.

Пока Таша ходила за вином, Сону пытался решить, говорить ей о своем визите к КХНХ или лучше не стоит. Сейчас он понимал, что зря потратил время и нервы. Как он и ожидал, на его приглашение на помолвку ба ответила отказом. В голове все еще звучали ее слова:

— То, что состоится помолвка, еще не значит, что и свадьбе быть.

— Держи, — к нему подошла Таша, протягивая бокал вина и устраиваясь рядом. — Не расскажешь, чем ты так расстроен?

— Ничего такого. Просто немного устал. — Сону все-таки решил не волновать девушку перед помолвкой. В конце концов, может, все еще обойдется.

— Иди сюда, — он обнял ее одной рукой, придвигая поближе и целуя через каждое слово в щеку. — Я очень… очень… очень… преочень по тебе соскучился, знаешь?

Таша улыбнулась, укладывая голову ему на плечо.

— Знаю. Потому что я тоже жутко соскучилась.

Она сделала вид, что поверила отговоркам жениха. Если он не хочет ей о чем-то рассказывать, то это может быть связано только с ведьмой. А Таше сейчас совсем не хотелось портить себе настроение плохими новостями. «Что бы это ни было, прорвемся!» — решила она.

День помолвки приближался, и Таша как-то поймала себя на мысли, что если бы она согласилась с предложением Сону не проводить ее, а сразу пожениться, то уже через несколько дней она могла бы стать миссис Гаан. От этой мысли ей стало не по себе, но в то же время сердце почему-то замерло в груди, хотя девушка совершенно не испытывала волнения или предвкушения, свойственных невестам на ее месте. Ташин подход к предстоящей помолвке был скорее рациональным, чем романтичным. По крайней мере, она так считала.

Организационные вопросы по оформлению клуба и проведению мероприятия полностью взял на себя Зубин, Таша отвечала только за работу официантов и подготовку фуршетной зоны, решив уделить особое внимание напиткам. Из опыта работы в ресторане девушка знала, что на подобных мероприятиях предпочитают пить, а не есть.

Цветовым решением для украшения зала и сцены клуба стало сочетание голубого и белого. Таша хотела ограничиться лишь цветами, расставив кашпо на сцене и вазы на столах для гостей. Но когда они обсуждали с Зубином программу мероприятия, он настоял, что зал и сцену нужно украсить голубой органзой.

— Но это же не свадьба, — запротестовала Таша.

— Если бы это была свадьба, то твоего мнения вообще никто не спрашивал, все было бы сделано по высшему разряду.

Зубин взмахнул рукой в эмоциональном жесте.

— Значит, решено: голубая органза, белые розы, голубые и синие эустомы. Не забудь прикупить официантам униформу в заданной цветовой гамме — белая рубашка и синие жилет с брюками.

— Лишние траты! — фыркнула девушка, но поймав возмущенный взгляд худрука, сдалась. — Ладно, придумаем что-нибудь.

Когда Сону принес домой образец приглашения на помолвку и показал Таше, она была приятно удивлена, с каким вкусом оно было сделано.

— Кто выбирал дизайн? — спросила девушка жениха.

— Лейла, дочь Давида. Тебе не нравится? — Сону с беспокойством посмотрел на Ташу.

— До того, как ты сказал, кто этим занимался, приглашение мне нравилось больше.

Девушка, сдвинув брови, вертела в руках открытку из плотной бумаги синего цвета, на развороте которой серебряным витиеватым шрифтом был напечатан текст с указанием места и времени проведения торжества. А на титульной стороне теми же серебристыми буквами, но покрупнее, были написаны имена и выгравированы два сплетенных вместе кольца. Таша вложила приглашение в еще не подписанный белый конверт и протянула жениху.

— Сойдет, — одобрила она. — Но здесь указан твой псевдоним, а не реальное имя. Не будет ли вопросов у посольства?

— Думаю, не будет. Скорее, приглашенные не разберутся, на чью помолвку их приглашают, если указать Сандара Гаана.

— Наверно, ты прав, — согласилась девушка.

— Эм, у меня еще кое-что есть, — немного замявшись, произнес певец и, достав из портфеля бархатную коробочку, протянул Таше.

— Что это? — та вопросительно вскинула глаза на жениха, уже догадываясь о содержимом.

— Открой.

Девушка осторожно открыла коробку и невольно ахнула от представшей ее глазам красоты. На бархатном ложе лежал комплект — ожерелье и серьги с голубым аквамарином и бриллиантами. Таша провела пальцами по украшению, не сводя восхищенного взгляда.

— Нравится? — спросил Сону, впрочем, уже наблюдая ответ.

Таша кивнула, но в следующий момент решительно закрыла коробочку и вернула парню.

— Я не могу это принять.

— Еще как можешь! — воскликнул молодой человек, не ожидавший такой реакции. — Я хочу, чтобы ты надела их на помолвку.

Девушка снова хотела возразить, но Сону прервал ее:

— Я настаиваю. А если откажешься — обижусь, — и он демонстративно надул губы, вставая в позу и отворачиваясь.

— Сонь, ну, это слишком… дорого для меня, — попыталась объясниться Таша.

— Ты моя невеста, — повернулся снова к ней парень. — И должна соответствовать статусу. Я не хочу, чтобы люди говорили, что я недостаточно тебя люблю. Потому что это не так! Я очень тебя люблю! И хочу, чтобы у тебя было все самое лучшее!

— Ой, ладно-ладно! — прервала возмущенный поток его речи Таша, понимая, что проиграла. — Я надену это, надену!

Сону радостно хлопнул в ладоши и, приобняв девушку, звонко чмокнул ее в щеку.

— Жду не дождусь увидеть эту красоту на тебе. Может, примеришь?

— Ну уж нет, без платья и макияжа не будет смотреться.

— Ну, хорошо, — кивнул Сону. — О, чуть не забыл! Я ж еще кольцо купил на замену этого, — он взял девушку за руку, на безымянном пальце которой было надето кольцо с их первой помолвки.

Таша напряглась, вспомнив, что наказала ей ведьма из Мадурайска. Правду она говорила или нет, девушка была не уверена, но решила не проверять опытным путем. Осторожно высвободив руку, она произнесла непринужденным тоном:

— Я уже привыкла к этому. К тому же, оно не снимается. Кажется, я поправилась.

— Как же быть? — озадачился певец.

— Ты можешь притвориться, что надеваешь мне кольцо.

— Или надеть второе. Хорошо, будем действовать по обстоятельствам.

Девушка покрутила кольцо на пальце, мысленно выдохнув с облегчением.

Вечером накануне помолвки, выйдя из ресторана и направляясь домой, Таша решила заглянуть в клуб и посмотреть, все ли готово к завтрашнему дню. Но дверь оказалась закрыта. Набрав номер Зубина, девушка долго слушала гудки, но он не отвечал на звонок. Она еще пару раз безуспешно попыталась до него дозвониться и, наконец, сдавшись, написала сообщение: "Надеюсь, завтра обойдется без сюрпризов". Пнув ногой дверь, она отправилась на парковку. И когда уже отъезжала от клуба, пришел ответ: "Обещаю, тебе понравится". И куча ехидно улыбающихся смайлов.

На следующий день Таша не пошла на работу. По случаю ее помолвки Удит дал ей выходной, но девушка все равно собиралась приехать в ресторан до начала мероприятия, чтобы проконтролировать работу официантов и кухни. А полдня она провела в спа-салоне, получив полный комплекс ухода за лицом и телом. На этом тоже настоял Сону, аргументируя тем, что ей необходимо расслабиться. Но неожиданно именно сейчас девушку накрыло волнение. Если бы сегодня ее ждала свадьба, а не помолвка, она, наверное, сбежала бы.

Наконец, приехав в клуб за три часа до начала мероприятия, Таша снова была вынуждена мириться с хитрыми придумками Зубина, который по-прежнему не позволял ей попасть в зал. Девушка зашла в ресторан, где ее встретили официанты, одетые в новую униформу. Парни хорошо в ней смотрелись, и Таша отметила, что все-таки не зря потратила деньги. Анур заверил начальницу, что фуршетная зона готова к приему гостей, а напитков более, чем достаточно.

— Скоро приедет Удит, — успокоил девушку Анур. — Так что ни о чем не волнуйтесь, все под контролем.

Им с Сону отвели две комнаты, где уже ждали визажисты и парикмахеры. Когда они закончили колдовать над мейкапом и прической Таши, она надела платье, которое купила в «Мэйне». Голубой шифон струился мягкими складками до самого пола. Драпировка в области груди выгодно подчеркивала фигуру девушки. Надев кремовые лодочки на высоком каблуке, она посмотрела на себя в зеркало, ловя одобрительный взгляд визажиста. Остался последний штрих — ожерелье и серьги, подаренные Сону. Таша не узнала себя в зеркале. Она выглядела, как те богатые и ухоженные дамы, со страниц модных журналов. Но было кое-что, что портило образ — кулон домовенка. Девушка так и носила его, не снимая, но сейчас она не могла оставить его на шее. На мгновение задумавшись, Таша сняла кулон и, скрутив шнурок, засунула его в бюстгальтер. Другого выхода у нее не оставалось.

В дверь постучали, и на пороге комнаты появился Сону. Он был ослепительно красив в велюровом костюме глубокого синего цвета. При первом же взгляде на него сразу становилось понятно, что это одно из творений Према Джохара. А когда Сону повернулся к невесте спиной, отвечая на чей-то вопрос за дверью, Таша увидела, что сзади пиджак имеет вырез в виде сердца. Но самое пикантное было в том, что пиджак Сону надел на голое тело.

Таша кашлянула, привлекая внимание жениха.

— Сонь, не слишком ли это.. эм, провокационно? — поинтересовалась она, слегка отгибая пальцем лацкан пиджака.

— Я надеялся, что тебе понравится, — подмигнул парень, расплываясь в довольной улыбке.

— Душа моя, какая ты красивая! Я знал, что это ожерелье создано для тебя! А ты — для меня!

Молодой человек окинул невесту взглядом обожания и, подойдя совсем близко, тихо шепнул:

— Ты готова?

— Д-да, — девушка немного смущенно улыбнулась.

— Тогда пошли.

Таша кивнула, ощущая себя, словно во сне.

Убранство зала клуба Таша увидела, только когда они с Сону прошли по проходу между столами и поднялись на сцену, где возле небольшой трибуны их уже ожидала Пуджа, представительница посольства. Пока Зубин толкал высокопарным тоном речь для собравшихся в этот знаменательный день по случаю помолвки его друга и девушки, покорившей его сердце, Таша окинула взглядом помещение и поняла, что придраться не к чему. Стены были драпированы голубой органзой, повсюду были расставлены кашпо с цветами. На столах белые скатерти, синие салфетки и вазы с букетами из белых роз и синих эустом. Ограда прохода, по которому они шли, была так же украшена органзой и цветами. А над сценой под потолком парило целое облако воздушных шариков белого, голубого и синего цветов.

Зубин продолжал рассказывать собравшимся о выдающемся таланте жениха и достоинствах невесты, а Таша тем временем посмотрела Сону в глаза. Он держал ее руки в своих, и его взгляд излучал море любви и нежности. Сердце девушки пропустило удар и забилось сильнее, гулко ударяясь о ребра. Она вдруг осознала, что все это происходит с ней здесь и сейчас, и следующим шагом должна быть свадьба. Это та реальность, которой она не хотела, но которую должна принять. Обратной дороги нет. Страх на мгновение закрался в душу девушки. Словно почувствовав ее состояние, Сону крепче сжал ее ладони, давая понять, что ни за что не отпустит ее.

Фоном тихо заиграла песня, и из невидимых колонок полился голос Сону, нежно и как-будто только ей одной, рассказывая о любви.

Sapna Jahan Dastak Na De, Chaukhat Thi Woh Aankhein Meri

Baaton Se Thi Tadaad Mein, Khamoshiyan Zyaada Meri

Jabse Pade Tere Kadam, Chalne Lagi Duniya Meri

Mere Dil Mein Jagah Khuda Ki Khaali Thi

Dekha Wahan Pe Aaj Tera Chehra Hai

Main Bhatakta Huaa Sa Ek Baadal Hoon

Jo Tere Aasmaan Pe Aake Thehra Hai

Мои глаза были тем, куда не осмеливались войти мои мечты.

В моей жизни тишины было намного больше, чем слов.

С тех пор, как ты шагнула в мою жизнь, мой мир ожил.

Пустым было место в сердце, где обычно живет Бог,

Но сегодня там я вижу твой облик.

Я превратился в блуждающее облако.

Я приплыл на твои небеса и остался там.

[Фильм Brothers (2015)]**

Словно загипнотизированная, Таша не отрываясь смотрела в глаза жениха и как-будто все глубже погружалась в темный омут его глаз, подхваченная теплыми волнами нежности, покачиваясь на них и забывая все сомнения и страхи.

Голос Зубина ворвался в сознание девушки, предлагая жениху и невесте обменяться кольцами. Очнувшись от наваждения, Таша надела кольцо на палец Сону, а на ее безымянном пальце к первому кольцу присоединилось второе с таким же аквамарином, обрамленным мелкими бриллиантами, как и в ожерелье.

Наконец, официальная часть подошла к концу. Сону с Ташей расписались в бумагах представительницы посольства, а Зубин объявил, что теперь гости могут поздравить жениха и невесту. Сону подал девушке руку, чтобы проводить ее к их столу. Едва они спустились со сцены, как к ним ринулись не только гости, но и журналисты. Вспышки фотокамер ослепили Ташу, а посыпавшиеся вопросы об их отношениях до помолвки и планах на будущее вогнали в ступор. Она крепко вцепилась в предплечье жениха, отступая немного назад, невольно прячась за Сону. Он накрыл ее пальцы свободной рукой и шепнул на ухо:

— Не бойся, Давид сейчас с ними разберется.

И, действительно, к журналистам вышел Давид, немного оттесняя их от пары и принимая огонь на себя.

— Спокойно. Уважаемые представители СМИ, сегодня разрешена только фотосъемка. Пожалуйста, оставьте вопросы на потом. Завтра Сону даст интервью и все вам расскажет, а также будет выпущено официальное заявление от агентства.

Журналисты немного погалдели, но уступили и, разойдясь по залу, продолжили фотографировать с разных ракурсов мероприятие и гостей.

— Примите мои поздравления! — искренне произнес Давид, похлопав Сону по плечу и улыбнувшись Таше. — Еще немного и вы станете мужем и женой.

— Па, — раздалось за его спиной.

К ним подошла невысокая темноволосая девушка в бирюзовом сари. Ее колкий взгляд сразу остановился на ожерелье невесты, а потом скользнул вниз и вверх к лицу, словно оценивая. Вздернув подбородок, она с очевидной неприязнью смотрела на Ташу.

— Лейла, — было видно, что Давид удивлен. — Ты же сказала, что не пойдешь.

— Я передумала! — почему-то Таше послышался вызов.

— Это моя дочь — Лейла, — представил ей девушку Давид.

— Очень приятно, — ответила невеста дежурной фразой и улыбкой.

Лейла тоже натянуто улыбнулась в ответ и перевела взгляд на Сону. В ее глазах на мгновение мелькнула боль, но парень лишь улыбнулся одними губами, молча игнорируя девушку.

— Благодарю за приглашения, — решила быть вежливой Таша. — Видно, что занимался профессионал.

— Спасибо, — холодно произнесла Лейла, не ответив на порыв невесты взаимностью.

— Что ж, не будем отнимать время у других, — заметив возникшее напряжение, Давид поспешил увести дочь. Та пару раз дернулась, вырывая руку, но, в конце концов, уступила.

Значит, вот она, ее соперница. Таша провожала задумчивым взглядом упирающуюся девушку, но совершенно не чувствовала ни ревности, ни угрозы для своего спокойствия.

Не успела она толком обдумать эту встречу, как к ним с Сону стали подходить приглашенные гости и те, кого занесло на помолвку без приглашения. Девушка старалась приветливо улыбаться, но с каждой минутой держать улыбку становилось все сложнее. Особенно, когда подошел расфуфыренный мужик в ярко-голубом костюме, на лацкане его пиджака сверкала большими искусственными каменьями брошь и слепила не хуже вспышек от фотокамер. Обдав пару волной удушливого парфюма, он кинулся к Сону с объятьями, пытаясь расцеловать в щеки, но метил явно в губы. Певец еле успел уклониться от столь бурного проявления эмоций.

— Сону, дорогой, прими мои поздравления! Такой прекрасный день! И ты... божественен в этом костюме! Никто, кроме тебя, так не украшает собой мои творения! — мужик всплеснул руками и снова хотел броситься к Сону, но тот вытянул вперед руку, предупреждая порыв.

— Прем. Спасибо за поздравление. Извини, я, кажется, забыл тебя пригласить.

— Это мелочи! Наши отношения выше этого, не так ли, дорогой?

— Конечно, — улыбнулся Сону, но Таша почувствовала, как напряглась его рука под ее ладонью. — Прошу, наслаждайся вечером, угощайся, веселись.

— О, да! С удовольствием! — и, махнув им рукой, Прем поплыл восвояси, направляясь к столу с напитками.

— Это что за...

Но Таше не дали договорить подошедшие гости. На этот раз кто-то из работников агентства Давида. Продолжая улыбаться и кивать головой, Таша посмотрела на желающих высказать свои поздравления и заметила, что через толпу, активно работая локтями, пробирается девушка в светло-зеленом платье. Выражение решимости на ее лице насторожило Ташу. Вдруг это одна из тех фанаток, что не принимают личную жизнь кумира и устраивают скандалы? Таша поискала глазами Давида, но он куда-то испарился. Наверно, беседует с журналистами. Как не вовремя! Девушка приближалась, и Таша внутренне сжалась, не зная, что ожидать. Она дернула Сону за руку, но тот был слишком увлечен разговором с парнями из агентства. И в этот момент из-за спины первой девушки показалась другая. Первое, что бросилось в глаза, это фиолетовое платье с блестящей вышивкой. Русые волосы девушки были убраны назад с помощью заколки, на лицо спадали только две прядки, как-будто случайно выбившиеся из прически. Таше показалось знакомым лицо этой второй девушки, но сейчас ситуация не позволяла пускаться в долгое путешествие по задворкам памяти. Она была почти уверена, что эти двое пришли по ее душу, чтобы обвинить в том, что она отобрала у них любовь всей жизни.

— Привет! — девушка в светло-зеленом платье встала прямо перед невестой, игнорируя недовольство толпы в свой адрес. — Там в подсобке нужна твоя помощь. Срочно.

Она многозначительно показала глазами в сторону выхода из зала.

Таша пристально посмотрела в лицо девушки, столь нахально пытающейся ввести ее в заблуждение. Надо сказать, красивое лицо. Девушка нетерпеливо дернула головой, от чего ее светлые распущенные волосы колыхнулись, скользнув по плечам. Таша прекрасно понимала, что это всего лишь повод, чтобы выманить ее из клуба, а там, кто знает, что они задумали.

В этот момент из-за плеча первой девушки выглянула другая, в фиолетовом платье. Она робко улыбнулась и произнесла:

— Извините, что мы вас побеспокоили в такой момент, но без вас, правда, никак нельзя.

Внимание Таши переключилось на нее. Нет, эта девушка определенно казалась знакомой. И она, хотя бы, была вежлива, не то что ее подруга.

— А вы кто такие, можно узнать? — слегка повышая голос, спросила Таша, вонзая ногти в руку Сону, чтобы наверняка привлечь его внимание к происходящему.

Парень вздрогнул и посмотрел на невесту.

— Душа моя, что случилось?

— Таша! — воскликнула все та же девушка. — Меня зовут Киния Анджана. Мы с вами познакомились на моей свадьбе, помните? Ваш жених тогда пел. Мы с Ромой очень хотим с вами поговорить. Сейчас неудобно, да?

Вторая девушка вдруг немного растерянно посмотрела на Ташу и её озадаченного жениха, словно только сейчас поняла нечто очень важное. Она наклонилась к уху подруги и что-то тихо прошептала ей.

— А, так это супруга Санджая?! — воскликнул Сону, приветливо улыбаясь Кинии. — А он сам здесь?

Он обвел взглядом зал в поисках друга и, кажется, разглядел его в другом конце зала.

Таша, наконец, вспомнила Кинию, ее представительного мужа и необычную свадьбу. А еще их с Сону поцелуй в сумерках. Поспешив отогнать воспоминания, девушка посмотрела на Кинию, отметив про себя, как все-таки одежда и макияж сильно меняют внешность.

— Да, прекрасная была свадьба, — в ее голосе проскальзывала теплота. — Теперь я узнала вас. Но не очень понимаю, о чем нам говорить. К тому же, не все гости еще успели подойти с поздравлениями.

На самом деле, Таша с удовольствием сбежала бы, оставив Сону общаться с гостями, но не хотела ставить его в неловкое положение. Да и решила повредничать, чтобы хоть немного отомстить за тот испуг, который она испытала благодаря этим девицам.

— Кроме нас уже никого нет, — Киния робко улыбнулась, покрутив головой, чем обратила внимание Таши на то, что гостей вокруг них и, правда, заметно поубавилось.

— А дело срочное, — продолжила она. — Сами понимаете, мы бы не стали так ломиться к вам сквозь толпу из-за пустяка.

— Да-да, — кивнула в знак согласия ее подруга.

— Ташенька, — Сону приобнял невесту за талию, поворачивая ее к себе лицом. — Может, ты сходишь переодеться в гримерку? И там сможете спокойно и не спеша поговорить. А я пока найду Санджая. Странно, что он до сих пор не подошел сам.

Таша посмотрела на жениха, потом на девушек, которые согласно закивали головой, явно одобряя предложение певца. Что ж, она не прочь переодеться во что-то более удобное, да и новые туфли уже сильно намяли ноги, что не то что ходить, а даже стоять было больно.

— Ладно, — согласилась девушка и направилась к двери, ведущей в служебные помещения, краем глаза заметив, что Киния и Рома последовали за ней.

Когда они вошли в гримерку, и светловолосая девушка в зеленом платье заперла дверь, повернув ключ в замке, Таша снова напряглась и спросила у обеих резким тоном:

— Так какого хрена вам от меня надо?

Киния выглядела растерянной. Она с надеждой посмотрела на подругу, видимо, предлагая той первой начать разговор.

Но та, увидев свое отражение в зеркале, воскликнула:

— Какой ужас! Я и не думала, что все настолько плохо! Как я могла такое надеть?! — Рома подошла ближе к зеркалу и брезгливо оттопырила рукав-фонарик своего платья. Было видно, что она сильно расстроилась своим видом.

В это время Киния прочистила горло, возвращая внимание подруги к происходящему. Та посмотрела на невесту и, наконец, заговорила серьезным и уверенным тоном.

— Перейдём сразу к делу. Мы слышали, что ты одна из тех попаданок, которые не готовы мириться со своей участью. Впрочем, как и мы.

Они переглянулись, и Киния согласно кивнула, поддерживая подругу.

— Мы с Кинией хотим придумать план, как вернуться домой. И чем больше у нас будет союзников в этом деле, тем лучше, — объяснила Рома.

Такого поворота Таша не ожидала. Злость и раздражение тут же испарились, она в полной растерянности уставилась на девушек, застигнутая их предложением врасплох. Ей нужно было время, чтобы переварить свалившуюся на нее, как снежный ком, информацию.

— Так, вы пока присядьте. Термос с чаем вон там, — махнула она рукой в сторону тумбочки в углу, на которой стоял термос и пара чашек. — Мне нужно переодеться. От этих чертовых туфлей я уже почти теряю сознание.

Взяв с собой одежду и сменную обувь, Таша зашла за ширму.

Первым делом Таша скинула туфли и с наслаждением встала босыми ногами на прохладный пол. Теперь, когда тупая боль в ступнях не отвлекала, мозг заработал, обрабатывая поступившую информацию. То, что эти девушки попаданки, сомнений у Таши не возникло. Как внешне, так и по поведению, они не были похожи на местных. И, кажется, они тоже из России. Таша настолько привыкла, что благодаря встроенному волшебному переводчику в этом мире не возникает проблем с общением, что уже почти не чувствовала разницы между разными языками. Но сейчас ей захотелось отключить его хотя бы на время, чтобы услышать родную речь. Дотянувшись до молнии на спине, девушка расстегнула платье и, сняв с себя, закинула на ширму. Вопросы один за другим начали приходить в голову, и ей не терпелось задать их девушкам. Она ускорилась, натянув синие брюки и надев свободную шелковую рубашку белого цвета. Украшения решила оставить, так как мероприятие еще не завершилось и, возможно, придется общаться с гостями. Таша вынула шпильки из прически, распуская волосы и взбивая их пальцами, всунула ноги в лодочки на низком каблуке и вышла к ожидающим ее девушкам.

— Во-первых, давайте на "ты", — начала она без предисловий. — А, во-вторых, расскажите, как вы попали в этот мир. Желательно, кратко. Как-никак, сегодня наша с Сонькой помолвка, а он один отдувается там перед гостями. И, кстати, про Кинию я в курсе, а ты замужем? — обратилась Таша к Роме.

— Пока не замужем, но уже через неделю назначена свадьба, — ответила девушка. — И, если есть хоть малейшая возможность избежать этого события, я готова попробовать.

Выслушав рассказ девушек о том, как они оказались в этом мире, и что их ждало дальше, Таша поняла, что ей, можно сказать, повезло. Ведь с ней с самого начала был любящий ее человек.

— Значит, к вашему попаданству приложила руку одна и та же ведьма? Мне тоже довелось встретиться с той, по воле которой я оказалась здесь. И она наотрез отказалась возвращать меня домой. Более того, она хочет выдать меня замуж за другого.

И Таша тоже кратко рассказала о своих приключениях и о встрече с ведьмой, правда, опустив их "родственные" отношения с Сону.

— Из всего этого вывод напрашивается один — путешествие между мирами происходит через артефакты или порталы. Значит, если мы найдём их, то сможем перенестись домой, — задумчиво произнесла Рома. — С другой стороны, можно просто найти того, кто занимается поиском попаданок, и заставить его переместить нас.

— А как заставить? — усмехнулась Киния. — В этом замешаны ведьмы, а против них мы бессильны. Но на всякий случай я постараюсь найти у Сандика оружие и что-то припрятать.

— Не знаю, как в вашем случае, но я проверила медальон Сону. Увы, эта штука работает для нас только в одну сторону. Но в то же время полной уверенности нет, ведь я переместилась сюда через медальон другого агента ведьмы. Увы, этот артефакт остался в нашем мире.

— Если у меня всё получится с издательством, и господин Гупта не уволит меня после первого же рабочего дня, то я постараюсь найти в редакции какие-то материалы на тему попаданок. Возможно, там в архивах есть какая-то информация, которая может оказаться полезной, — поделилась своими соображениями Киния.

— Хорошая идея! — воскликнула Таша. — Надо использовать все, что нам доступно, чтобы найти выход.

— Отлично, — воодушевленно хлопнула в ладоши Рома. — Обменяемся контактами. Как только что-то найдёте, дайте знать. Телефона, правда, у меня пока нет, но Киния знает, где я живу.

— Да, но ты всё-таки постарайся поскорее купить телефон. А то неудобно без него. Вдруг мы неожиданно нароем что-то.

Рома кивнула, а Киния с Ташей обменялись номерами.

Вдруг за дверью послышался шорох, словно все это время за ней кто-то стоял.

— Там кто-то есть, — напряглась Рома и, схватив со стола стеклянный кувшин с водой, подошла к двери. Быстро провернув ключ в замке, она резко открыла дверь и замахнулась.

— Ром, ты чего? — дернулся за дверью незнакомый Таше мужчина, интуитивно закрывая голову руками.

— Ты? — удивилась девушка, опуская сосуд. — Что ты здесь делал?

— Мне сказали, — начал тот неуверенно, пытаясь заглянуть в комнату, — что ты ушла в гримерку. Кто там с тобой?

— Что это значит? — Рома сдвинула брови, а мужчина продолжал попытки рассмотреть тех, кто находится за ее спиной.

— Прости, Ром, — вздохнул незнакомец и глянул в сторону зала. — Мне сказали, что ты ушла в гримерку... с мужчиной.

Рома проследила за взглядом молодого мужчины и еще больше нахмурилась. Она зло выдохнула и толкнула ногой дверь, открывая ее и показывая, что в комнате с ней были Киния и Таша. Мужчина явно сконфузился, смущенно помахал девушкам и застенчиво произнес Таше свое поздравление.

— Это жених что ль? — спросила Таша. И добавила с легким сарказмом:

— Какие у них высокие отношения.

— Жених, — кивнула Киния. — Знаменитый писатель, но... странный он какой-то. Я бы не стала с ним связываться. Хотя... Жене ли бандита об этом говорить?

Девушка невесело усмехнулась.

— Теперь я понимаю, почему вам так хочется вернуться домой. Но, кажется, твой муж искренне тебя любит. Судя по тому, как он смотрел на тебя на вашей свадьбе.

Киния замялась. Скорее всего, она не готова была откровенничать с новой знакомой, поэтому просто коротко проговорила:

— У нас всё сложно... И я надеюсь, что он сможет переместиться со мной. В наш мир.

Рома попросила своего жениха подождать ее в зале и вернулась в гримерку.

— Мне пора. Нужно кое с кем разобраться, — она хотела поставить кувшин обратно на стол, но замешкалась. — Я могу его взять?

Невеста непонимающе кивнула, Рома быстро поблагодарила её и вылетела в коридор.

— Ну и цирк с конями, — пробормотала Таша себе под нос.

Проверив время на телефоне, удивилась, что прошло довольно много времени. Странно, что и Сону не пришел ее искать.

— Ну что, вернемся в зал? — спросила она у Кинии. — А то наши мужчины, наверно, нас потеряли. Да и перед гостями неудобно.

— Конечно. Извини, что мы так не вовремя на тебя налетели. Как-то так само получилось. Да и мы боялись, что потом можем не пересечься с тобой, если вы с Сону уедете снова на гастроли.

— Хорошо, что подошли. Теперь я знаю, что не одинока, — улыбнулась Таша, и девушки поспешили вернуться в зал.

Заметив в другой части зала Санджая, Киния попрощалась с новой подругой и направилась к мужу. Таша проводила ее глазами, подумав о том, что вот так неожиданно она обрела если не подруг, то единомышленниц. Возможно, общими усилиями им удастся изменить свою Судьбу.

Улыбнувшись своим мыслям, Таша осмотрелась, сразу не обнаружив Сону там, где оставила. Оказывается, он тоже переоделся в голубую шелковую курту [традиционная рубашка] и белые льняные брюки, все так же поддерживая цветовую тему мероприятия. Жених стоял спиной к девушке и разговаривал с Зубином, когда Таша подошла к ним. Они оба казались напряженными, а на лице Зубина явно читалось недовольство. Он не громко выговаривал что-то Сону резким тоном, но завидев девушку, замолчал и, улыбнувшись своей излюбленной немного саркастической улыбкой, спросил друга:

— Значит, пришел-таки конец холостяцкой жизни? Как же я теперь без тебя, а?! — он преувеличенно жалобно посмотрел на Сону.

— Хватит дурака валять, — хмыкнул певец, оборачиваясь и слегка натянуто улыбаясь Таше. — Найди себе хорошую девушку и тоже женись. Да, Ташик?

— Да ладно! Чтобы я променял вольный ветер на удушливость серых будней… да и вряд ли мне посчастливится встретить такую же интересную девушку, как твоя невеста.

— Мы бы поубивали друг друга в первую же неделю, — присоединилась к их шутливому разговору Таша. — Тебе нужна кроткая овечка, готовая ждать тебя, пока ты таскаешься по свету в поисках себя или черт знает там чего.

— Злая ты, — в шутку надулся Зубин. — Хоть и красивая. В общем, еще раз поздравляю вас! Любите друг друга и наслаждайтесь счастьем! Оно, знаете ли, мимолетно.

— Что это тебя на патетику опять понесло? — хлопнул его по-дружески Сону по плечу рукой. Но уже серьезно произнес:

— Спасибо. За все.

И прозвучало это как-то многозначительно. Но Таша в тот момент не придала этому значение.

— Да, спасибо, Зубин, — искренне поблагодарила она парня. — За всю проделанную работу. Мероприятие удалось только благодаря тебе! Хотя ты и заставил меня немного понервничать.

— Только немного? — поиграл бровями худрук, и троица улыбнулась.

Однако, стоило Зубину отвернуться, оставляя пару, как его лицо мгновенно помрачнело.

После его ухода Таша почувствовала, что зверски проголодалась. Ведь фактически она с самого утра ничего не ела.

— Пойдем, присядем где-нибудь, — предложила она Сону. — Если я сейчас что-нибудь не съем, то просто не продержусь до конца вечера.

Они заняли ближайший пустой стол и подозвали официанта. Попросив его принести каких-нибудь закусок, Таша скучающим взглядом окинула зал, по которому бродили или стояли кучками гости. Многие уже были в хорошем подпитии и подтанцовывали под ненавязчиво играющую музыку.

— Может, сбежим, пока никто не обращает на нас внимание? — предложил Сону, шепнув ей на ухо.

— Угум, — кивнула девушка, когда официант принес большую тарелку с разного вида закусками и поставил перед ними. — Но сперва я наберусь сил, а то придется тебе тащить меня на руках.

— Ты же знаешь, я с радостью! — продолжал балагурить жених.

В этот момент к их столу подошел мужчина. На несколько секунд он завис, не сводя глаз с Таши, затем тряхнул головой и кашлянул, привлекая к себе внимание. На первый взгляд ему было прилично за 30-ть. Его полная фигура была затянута в шервани [длинный сюртук, застёгивающийся до воротника] темно-синего цвета, расшитый замысловатой серебристой вышивкой, из-под которого виднелись синие шальвары. Черные, немного вьющиеся на висках волосы, большие карие глаза, ничем не примечательное, но вполне приятное лицо, которое мгновенно преобразилось, стоило ему широко улыбнуться, демонстрируя ряд ровных белых зубов, словно из рекламы зубной пасты. Эмоционально размахивая руками, он обратился к Сону:

— Сандар, я так рад, что успел! Вы помните меня? Вы помогли мне и Нармаде, моей ученице, в штормовую ночь.

Сону несколько мгновений смотрел на него непонимающе, потом кивнул. Конечно, он помнил учителя танцев, но был удивлен, увидев его на своей помолвке.

— Знаете, Нармада вас обожает! Это она сказала мне про вашу помолвку. Уж не знаю, откуда она узнала.. фанаты всегда все знают о своем кумире, не так ли? И я поспешил приехать, чтобы поздравить вас и еще раз поблагодарить за помощь! Жаль, что не застал торжественную часть, уверен, она была прекрасна, — тараторил мужчина, не давая вставить и слова.

Таша посмотрела на него с нескрываемым раздражением и положила тарталетку с копченой курицей и огурцом, которую только что хотела съесть, обратно на тарелку.

— Да-да, я помню вас. Спасибо, что пришли, — Сону собрался по-быстрому спровадить гостя, но тот не унимался.

— Помните, я говорил, что вы кажетесь мне знакомым? Оказывается, я знал вашего отца и был большим поклонником его таланта. Правда, тогда я был еще мальчишкой, — снова всплеснул он руками.

Сону и ухом не повел. Он не впервые встречал таких «поклонников таланта» его отца, которые, как правило, оказывались пройдохами.

— Ясно. Очень рад, — сухо произнес он, надеясь, что болтливый учитель, наконец, отстанет.

— Давайте выпьем! — воскликнул мужчина, подзывая официанта с бокалами шампанского.

Приняв из рук Сону бокал, Таша задумалась, а стоит ли пить на голодный желудок, но жених умоляюще посмотрел на нее, как бы говоря, что так они быстрее избавятся от надоедливого и незваного гостя.

— За талант! — пафосно произнес мужчина тост. — И за удачу!

Они чокнулись с ним, вставая со своих мест, и отпили по глотку.

— И, конечно, за вас, такую прекрасную пару!

Таша сделала еще пару глотков. А через минуту, внезапно потеряв сознание, упала на пол. Все произошло настолько неожиданно и быстро, что Сону даже не успел ее подхватить. Испуганно вскрикнув, он бросился к девушке, склоняясь над ней и пытаясь привести в чувство. Звон разбившегося бокала, выпавшего из руки невесты, привлек внимание гостей и журналистов, которые тут же бросились к месту происшествия за сенсацией.

Девушка в красном свадебном сари бежала по полосе прибоя. Хотя нет, это ей казалось, что она бежит. На самом деле, она едва могла передвигать ноги, которые путались в намокшей и тяжелой ткани. Ее ступни обжигала ледяная вода, но она почти не замечала этого. Девушка остановилась и, будто заблудившийся путник, огляделась вокруг. Она кого-то искала. С одной стороны до самого горизонта простиралась водная гладь, а с другой — бескрайнее пространство, покрытое белым песком, больше похожим на снег. Ярко светило солнце, но девушка почему-то чувствовала холод. Отражаясь от белого песка, солнечные лучи ослепляли ее до рези в глазах. Она прикрыла глаза рукой от нестерпимо яркого света. И в этот момент услышала голос. Он то отдалялся, то приближался. Словно отражаясь от невидимых стеклянных стен, звучал эхом повсюду, повторяясь и окружая девушку со всех сторон, пленяя и не позволяя вырваться из этого странного места.

O Priya Jab Jab Tu Mere Samne Aati Hai

Mere Dil Mein Ek Ajeeb Si Hulchul Hone Tagti Hai

Tu Mera Pyaar Meri Pooja Meri Zindagi Hai

Aa Dekh, Dekh Tu Mera Pagalpan

Ke Mein Har Chehre Mein Tera Chehra Talash Karta Hoon

Yeh Mujhe Kya Ho Gaya Kya Kahoon… Pas

Tujhe Chhoone Ko Dil Kare

Tujhe Paane Ko Dil Kare… Pas

Любовь моя, всякий раз, когда я вижу тебя,

В моем сердце возникает странное волнение.

Ты — моя любовь, моя молитва, моя жизнь.

Приди и посмотри на мое безумие,

Как я ищу твое лицо среди других лиц.

Что со мной случилось.. что я могу сказать...

Желание моего сердца — прикоснуться к тебе.

Желание моего сердца — это ты.

[Jaan (2000)]*

Девушка снова заметалась на границе между водой и сушей, тщетно ища обладателя этого голоса.

— Где ты? Где же ты? — прошептала она беспомощно.

Вдруг пространство моргнуло яркой вспышкой, и девушка оказалась на зеленой лужайке. Перед ее ногами начиналась тропинка, вымощенная плиткой. Проследив взглядом, куда она ведет, девушка увидела белую беседку, украшенную цветами и очень похожую на свадебный алтарь. Там спиной к ней стоял мужчина в традиционном свадебном наряде. Она радостно вздохнула и, подобрав подол сари, побежала к нему со всех ног.

— Я нашла тебя! — воскликнула девушка и, взяв мужчину за руку, развернула к себе лицом.

Но перед ней стоял незнакомец. Он улыбнулся ей и протянул руку. Девушка испуганно отшатнулась и, оступившись, начала падать. В бесконечную пропасть.

Таша громко вскрикнула и села в кровати, тяжело дыша. К ней сразу подскочил Сону, заключая дрожащую девушку в теплые объятия.

— Таша! Ташенька, ты очнулась! — шептал он.

— Где ты был? — тихо пробормотала Таша, все еще находясь в плену сна. — Я не могла тебя найти.

— Я? Я здесь.. я все время был здесь, с тобой! Я всегда буду с тобой! — Сону крепко обнимал любимую, поглаживая рукой по волосам. — Это просто сон, тебе приснился плохой сон.

Девушка вздохнула, на минуту прижимаясь к надежной груди жениха, затем немного отстранившись, потерла руками глаза, прогоняя остатки сна.

— Черт, — проговорила хрипло. — Это было действительно страшно. Кстати, что случилось? Я что, опять в обморок грохнулась?

Сону кивнул и посмотрел на нее как-то странно. Словно приглядываясь к ней.

— Сколько время?

— Десять.

— Чего?

— Утра.

— Хренасе! Я что, со вчерашнего вечера в бессознанке?

Сону молчал, продолжая изучать девушку взглядом.

— Ты чего на меня пялишься, как-будто первый раз видишь? — не выдержала Таша странного поведения жениха.

Парень моргнул, прочистил горло и зашел издалека:

— Как ты себя чувствуешь?

— Да вроде терпимо. Сушняк, правда… я что, вчера знатно накидалась? Может, уже расскажешь, что произошло?

Молодой человек замялся на секунду, а потом предложил:

— Давай сперва позавтракаем. Кстати, Падма-джи вернулась, так что завтрак будет почти праздничный.

— Понятно, — хмуро резюмировала Таша. — Значит, не просто накидалась, а еще и опозорилась на всю вашу долбаную Саварию.

Сону рассмеялся с чувством облегчения. Нет, это определенно была его любимая Таша.

Оставив девушку приводить себя в порядок, парень вышел из комнаты и спиной тяжело привалился к закрытой двери. Он провел бессонную ночь в страхе и мучаясь чувством вины. Когда Таша упала без сознания на помолвке, они с Давидом предположили, что виной переутомление и шампанское, выпитое на голодный желудок. Эту версию Давид озвучил журналистам и гостям, объявив о завершении мероприятия, и попросив всех расходиться. Но время шло, а девушка не приходила в себя. И тогда Сону позвонил Амрите и попросил ее приехать в клуб. Осмотрев Ташу, целительница развела руками, сказав только, что с девушкой все в порядке, и нужно подождать, когда она справится и очнется. С чем должна справляться Таша, она не пояснила. Сказала набраться терпения и ждать. И Сону ждал. Они с Давидом привезли девушку домой, и жених не отходил от нее всю ночь, терзаемый мыслями о том, что, возможно, это он всему виной. И его дар, ставший для него черным проклятием. Ведь на помолвке, когда пришло время обменяться кольцами, Сону не смог его остановить. Всю ночь он молился, чтобы Таша очнулась прежней, чтобы дар дал осечку. И его молитвы были услышаны. Парень оттолкнулся от двери, улыбнулся и пошел вниз сказать Падме, чтобы накрывала на стол. Его Спящая красавица проснулась.

После ухода Сону, Таша выбралась из кровати и отметила с улыбкой, что на этот раз жених не рискнул ее переодевать. Белая шелковая рубашка и синие брюки все еще были на ней, и даже весь комплект украшений. Оставив ожерелье и серьги на тумбочке, девушка направилась в ванную, чтобы принять душ. Снимая рубашку, она вдруг чем-то зацепилась за ткань. Это оказалось кольцо с первой помолвки. Вчера она перевернула его камнем внутрь ладони, чтобы оно не бросалось в глаза, да и забыла. Отцепив нитку, Таша увидела, что камушек на кольце почернел. Нехорошее предчувствие заставило ее проверить кулон домовенка, но в бюстгальтере остался только шнурок и… пепел. Девушка в оцепенении присела на край ванны. Итак, что же все-таки вчера произошло? И почему Сонька смотрел на нее виноватыми глазами? Опять, мать их, вопросы, которые некому задать, кроме, пожалуй, одной старушки из Мадурайска. Кажется, это единственная ведьма в Саварии, которая не стремится ей напакостить или выдать замуж.

Таша сняла второе кольцо с аквамарином и хорошенько намылила палец. Чисто интуитивно она сообразила, что раз камень на кольце почернел, то значит, он свое дело сделал, и носить его уже не имеет смысла. Приложив некоторые усилия, девушке удалось стянуть кольцо с пальца. Ополоснув водой и вытерев, она завернула его и шнурок от кулона домовенка в носовой платок и спрятала в ящик комода.

После душа Таша почувствовала себя немного лучше, хотя беспокойные мысли еще роились в голове. Она спустилась вниз и поздоровалась с Падмой-джи, которая заканчивала накрывать им завтрак.

— Госпожа Таша, — улыбнулась ей женщина, искренне радуясь встрече. — Как вы себя чувствуете? Может, желаете что-нибудь особенное на завтрак?

Девушка на минуту опешила от столь непривычного отношения к ней со стороны экономки. Она что, прошла какой-то тест или получила супер-статус в этом доме, пока Падма-джи отсутствовала? Таша сдержанно улыбнулась, поблагодарив экономку за участие, и уселась за стол.

— Если вдруг передумаете, дайте знать, — Падма-джи снова одарила девушку улыбкой и удалилась на кухню.

«Да уж, придется заново к ней привыкать», — усмехнулась про себя Таша.

За завтраком Сону рассказывал о своих планах на ближайшие дни. Невеста слушала его вполуха, погрузившись в размышления о том, как, не вызывая подозрений, выбраться в Мадурайск. Выход был только один — командировка по работе. Но, насколько знала Таша, весь ресторанный бизнес Удита был расположен в Мускане, не считая поставщиков из близлежащих городков.

— ...поэтому тебе надо будет подъехать в студию на фотосессию, — в размышления девушки вклинилась фраза, произнесенная женихом, и вызвавшая у нее вопрос:

— Зачем?

— Как зачем?! Я же только что сказал, что буду давать интервью. И чтобы показать, что с тобой все в порядке, сделаем пару снимков. Ты вообще меня слушала?

— Угум, но фотографироваться не буду.

— Почему?

— Послушай, — вздохнула с легким раздражением Таша. — Для меня это все… дико. Я не хочу быть в центре внимания.

— Но ты уже…

— А, так значит, вчера произошло что-то такое, что теперь надо сгладить сладкими речами и постановочными фото?

— Не придумывай! Ничего, кроме твоего обморока, не случилось. Но люди могут подумать…

— Мне плевать, что подумают люди, — отрезала девушка. — Через несколько дней об этом забудут, так что я не собираюсь лишний раз мелькать в сомнительного рода газетенках.

С минуту Сону молча наблюдал, как Таша резкими движениями кромсает ножом и вилкой яичницу в тарелке, а потом осторожно спросил:

— Душа моя, что с тобой?

Девушка положила приборы на стол и подняла на жениха тяжелый взгляд.

— Это ты мне скажи, что со мной, — обманчиво спокойным тоном попросила она.

Молодой человек отставил тарелку и поднялся.

— Пойдем, — позвал он невесту и направился в сторону кабинета. — Здесь не место для этого разговора.

Едва они вошли в кабинет, и Таша закрыла дверь, Сону произнес:

— Я понимаю, о чем ты. И я сам думал, что дело в чарах, пока ты… спала так долго. Но утром я убедился, что они не сработали. Ты же сама знаешь, какие были бы последствия.

— В смысле, не сработали?

— Ну, — жених замялся. — Я не смог их остановить и подумал… что все повторилось.

Таша задумалась, вспоминая вчерашние события, и в голове всплыл момент, когда она почувствовала, что поплыла. Перед тем, как они обменялись кольцами. Итак, это объясняет, почему кулон домовенка превратился в пепел. Но кольцо… Значит, было что-то еще. Мощнее Сонькиных чар.

— Я правда не хотел, — вывел девушку из раздумий взволнованный голос жениха.

Она посмотрела на парня, отмечая его расстроенный вид, и поняла, что не может рассказать ему про кольцо и сон. Девушка, хоть и не была уверена, но догадывалась, кто сделал свой ход.

— Я верю, — Таша подошла к жениху и прижалась к нему, обнимая за талию. «Но не доверяю», — добавила мысленно.

— Извини, что сорвалась.

Он заключил ее в объятия, но почему-то волнение не отпускало. Сону показалось, что что-то изменилось. Не только между ними, но и вокруг.

Несмотря на уговоры жениха остаться дома, Таша все-таки поехала в ресторан. Ей не терпелось залезть в бухгалтерские отчеты и понять, стоит ли предлагать Удиту расширение бизнеса или они это пока не потянут. Впрочем, он даже еще не выделил ей деньги на ремонт зала.

Парковка у клуба была полностью забита, и девушке пришлось оставить машину аж в двух кварталах и идти пешком. Раздраженная, она резко открыла дверь в ресторан, и застыла в шоке на пороге. Зал был полностью заполнен посетителями! Обойдя столики с левой стороны, Таша подошла к ресепшену, где за кассой сидел сам Удит.

— Что происходит? — спросила она у него, поздоровавшись.

— Кажется, популярность нашего ресторана возросла наравне с вашей, — мужчина улыбнулся своей фирменной улыбкой, по которой девушка не поняла, рад он или стебется.

Она оглянулась и заметила, что многие посетители смотрят на нее и перешептываются между собой. Среди них было много молодых барышень, которые с интересом или завистью разглядывали Ташу, а некоторые даже исподтишка фотографировали на мобилки.

— Вижу, у вас все под контролем. Я пойду к себе, — проговорила она и быстрым шагом направилась в кабинет.

— Гадство! — выругалась Таша, бросая сумку на стол и падая в кресло.

Вот только этого ей и не хватало! Погруженная в другие мысли и заботы, она совсем не подумала о последствиях официальной помолвки с Сону. Теперь каждая собака в Мускане знает, что она невеста знаменитого певца.

Выкурив две сигареты подряд на заднем дворе клуба, Таша немного успокоилась и начала мыслить рационально. В конце концов, пока никто не вмешивается в ее личное пространство, она в состоянии вытерпеть повышенное внимание к своей персоне. В этом есть и свои плюсы — ей удалось привлечь посетителей в ресторан. И если получится их удержать, то скоро заведение начнет приносить постоянную прибыль. Девушка довольно улыбнулась и достала из пачки третью сигарету. Надо подумать над стратегией.

Ближе к обеду, когда поток любопытствующих фанатов немного схлынул, к ней в кабинет зашел Удит. У Таши уже было готово предложение, как использовать внезапно свалившуюся на них популярность в своих интересах и с максимальной выгодой.

— Еще раз убеждаюсь, что чутье меня не подвело, и я не зря принял вас на работу, — изучив ее предложение, сказал Удит, расплываясь в улыбке. — Вижу, что вы, скорее всего, оправдаете мои надежды гораздо раньше оговоренного срока.

Они еще около часа обсуждали рабочие вопросы и финансовые возможности. Таша предложила нанять еще персонала в ресторан, а также напомнила начальнику о запланированном ремонте и закинула удочку насчет расширения бизнеса в других городах, например, Мадурайске. Удит был озадачен ее смелостью и даже немного растерялся.

— В свете последних событий персонал, конечно, нужно пополнить. И на ремонт деньги найдем. А вот о расширении бизнеса говорить еще рано, — он задумчиво пригладил усы и продолжил. — Я не против, но для этого мы должны твердо стоять на ногах и иметь внушительную финансовую подушку, если вы понимаете, о чем я.

— Понимаю, — кивнула Таша. — Есть ли в городе фирма, которой можно было бы поручить разработку бизнес прогноза? Ну так, ради интереса. Я даже готова заплатить из своего кармана.

Начальник достал свой мобильный телефон и полистал контакты. Найдя, что искал, он отправил контакт девушке.

— Не фирма, но я знаю одного человека, который сможет это сделать. Причем, за символическую плату. Я отправил вам его номер. Можете связаться с ним и сказать, что от меня. Его зовут Идри́с. Ему можно доверять.

Возвращаясь домой поздно вечером, Таша мысленно проанализировала события дня и пришла к выводу, что в ресторане все складывается куда удачнее, чем ей казалось утром. Главной головной болью оставалась проблема с ведьмой и непростая ситуация с Сону. Теперь, когда у нее не было защиты от его чар, она не могла чувствовать себя в безопасности рядом с ним. И, конечно, она не знала, когда и какой следующий удар нанесет ведьма. Поездка в Мадурайск была единственным спасением для нее, но, увы, она пока неосуществима. Девушка досадливо поморщилась, мысленно матюгая всех ведьм Мускана и одну в частности.

Подъехав к дому, Таша увидела на парковке машину Давида. Интересно, что он делает так поздно у них дома? Неужели опять какие-то проблемы?! Девушка быстро поставила «бэху» в гараж и поспешила в дом.

В гостиной и столовой никого не было, и Таша отправилась на поиски мужчин в кабинет Сону. Когда она подошла к двери, то услышала их приглушенные голоса. Вроде они говорили спокойно. Девушка покорила себя за излишнюю мнительность и, решив не беспокоить мужчин, развернулась, чтобы уйти. Но тут она услышала одно слово, которое остановило ее. «Мадурайск».

Открыв дверь, Таша без стука вошла в кабинет.

— Ташик?! — при ее появлении жених вздрогнул, как-будто она застала его с любовницей. — Уф, напугала.

— Не помешаю? Я только приехала. Увидела машину Давида… привет, Давид... и подумала, вдруг что-то случилось.

Менеджер улыбнулся и кивнул, приветствуя девушку.

— Ничего не случилось, — Сону смотрел на нее наичестнейшим взглядом, даже не моргая. — Мы тут дела обсуждаем.

— Тебе лучше сказать ей сейчас, — хмыкнул Давид, едва сдерживая смех.

— Давид! — шикнул на него певец.

— Все равно сюрприза уже не получится.

— Сюрприз? — переспросила Таша. — Никаких сюрпризов! Ты же знаешь, как я к ним отношусь.

Жених замялся на пару минут, но потом сдался.

— Ладно. Мы едем в Мадурайск. Послезавтра.

И, опережая ее возражения, пояснил:

— Это всего на два дня с ночевкой. Агентство будет снимать мой клип на побережье. Я знаю, у тебя работа. Просто хотел, чтобы ты немного развеялась, после.. ну, в общем…

— Я поеду, — Таша постаралась, чтобы голос прозвучал не очень радостно, хотя внутри она ликовала.

— Я поеду, — сказала Таша. — Вот только Удит может быть против. Потому что теперь я — главная приманка для посетителей.

И девушка рассказала мужчинам о свалившейся на нее популярности.

— Душа моя, может, мне позвонить Санджаю и попросить прислать тебе парней для охраны? К сожалению, таковы издержки моей профессии. Мне бы не хотелось, чтобы ты от этого страдала.

— Да ну! — отмахнулась девушка. — Потерплю как-нибудь. Тем более, мы извлечем из этого выгоду, раскрутив ресторан.

На следующее утро Таша с особой тщательностью выбирала, что надеть на работу. Ведь теперь, когда на нее нацелены оценивающие взгляды, она должна, как минимум, выглядеть прилично. Пересмотрев свой гардероб, девушка вздохнула с легким разочарованием. Придется отправляться за покупками в торговый центр. Но этим она займется после Мадурайска.

Ресторан снова встретил ее почти полным залом. Довольно улыбнувшись, девушка неспешной походкой прошествовала в свой кабинет, краем глаза примечая взгляды, направленные на нее, и игнорируя их. Она чувствовала себя уверенно в голубом брючном костюме и белой шелковой блузке. Кремовые лодочки на высоком каблуке, которые она надевала на помолвку, все еще безжалостно сдавливали ступни, но Таше хватило выдержки дойти в них до кабинета. Едва она успела сменить туфли на удобные слипоны, в дверь постучали, и в кабинет практически вбежал один из сыновей Анура.

— Госпожа Таша, отец хочет с вами поговорить, — быстро проговорил парень, промокнув лоб платком и сунув его в карман брюк. — Сказал, срочно. Ну, я побежал. У нас запарка.

Таша бросилась следом, не зная, чего ожидать. Когда она вошла на кухню, там вовсю кипела работа. Анур сам стоял у плиты и был занят приготовлением какого-то блюда, а, может, и не одного. Близнецы ловко орудовали ножами и забрасывали в сковородки и кастрюли измельченные ингредиенты.

— Анур, что случилось? — крикнула Таша.

Шеф-повар на секунду оторвался от своего занятия и глянул на девушку.

— Нам срочно нужны еще руки! Если так будет продолжаться и дальше, мы просто свалимся без сил! — воскликнул он, хватая сковородку и ловко жонглируя ее содержимым.

— Черт! Я уж подумала, что-то страшное. Будут вам руки!

Вернувшись в кабинет, Таша позвонила Удиту.

— Повара не справляются с объемом. У вас есть, кого можно позаимствовать из других филиалов?

Начальник на минуту завис, потом пообещал прислать одного повара.

— Одного мало, как минимум двух. И еще официантов!

Таша раздраженно бросила телефон на стол, когда Удит неопределенно угукнул в ответ и отключился. Ее начала раздражать эта его вялая манера ведения дел и сплошные косяки с персоналом. И как в такой ситуации она может уехать на два дня в Мадурайск?! Но ведьмы важнее. От этой поездки зависит ее будущее и вообще жизнь.

Девушка снова схватила телефон и позвонила в агентство по подбору персонала, куда она обращалась, когда искала официантов. Там ее заверили, что в ближайшие два часа пришлют временных работников. Лучше подстраховаться, решила Таша.

Через два часа, как и было обещано, пришла подмога в лице двух поваров и аж пяти официантов. И только к вечеру Удит привез повара и официанта из другого филиала. Таша к тому времени уже составила план кадровых перестановок, с учетом нагрузки всех ресторанов, и набора нового персонала. Она займется этим первым делом после возвращения с побережья. А пока она отдала план Удиту и предупредила его, что ее не будет два дня. Именно так — поставила перед фактом, и он даже не возразил. Кажется, шокированный ее наглостью. Но Таше уже было все равно. Она поспешила домой. Ведь они с Сону выезжали в Мадурайск сегодня в ночь, чтобы уже с утра он мог приступить к съемкам.

Агентство Давида выкупило все места в вагоне. У Таши с Сону был свой персональный двухместный VIP, а Давид и съемочная группа разместились в остальных купе. Пока поезд, набирая скорость, уносил их все дальше от города, Таша, глядя в окно на сгущающиеся сумерки, вспоминала ночь разоблачений по дороге из Мадурайска в Мускан. Сейчас ей казалось, что это было очень давно.

Сону смотрел на невесту и по ее лицу пытался угадать, о чем она думает. Его настораживала ее хмурая задумчивость. Подсев к девушке, он обнял ее, притягивая к себе. В первый момент Таша вздрогнула и хотела отстраниться, но парень не позволил.

— У меня ощущение, что должно что-то случиться, — тихо проговорил он. — Я всеми силами гоню от себя плохие мысли, но они все равно не дают мне покоя. Когда ты упала на помолвке, — Сону тяжело сглотнул, делая паузу, — мне показалось, что небо обрушилось мне на голову.

Таша пошевелилась, меняя положение, и обняла жениха за шею, прижимаясь щекой к его щеке. Она еле сдерживала себя, чтобы не рассказать, зачем едет в Мадурайск.

— Давай поженимся, когда вернемся в Мускан, — голосом, полным тихого отчаяния предложил Сону. — Хотя бы просто зарегистрируем брак в посольстве, а потом сыграем свадьбу, когда и какую захочешь.

Девушка замерла в его руках, не зная, что ответить. Поводов для отказа у нее не было. Кроме одного — противостояние ведьме. Если поездка окажется удачной, то вопрос со свадьбой так и так будет решен. Таша вздохнула и кивнула утвердительно. Почувствовав ее согласие, парень еще крепче прижал девушку к себе и зарылся лицом в ее волосы, счастливо улыбаясь.

Поезд прибыл в Мадурайск, едва солнце взошло над горизонтом. Спустившись на перрон, Таша осмотрелась вокруг и вдохнула сладкий воздух надежды. Кажется, для нее этот город навсегда связан с ожиданием перемен.

Съемочная группа поехала в гостиницу, а Давид повез их с Сону на частную виллу. Таша даже не удивилась, когда увидела тот же дом на берегу океана, где они жили во время гастролей.

Спать совсем не хотелось, хотя ночью она почти не сомкнула глаз. Закинув чемодан в комнату и быстро приняв душ, девушка отправилась готовить легкий завтрак из того, что нашла на кухне. Позже она съездит за провизией. Это будет хорошим поводом выбраться в город, чтобы встретиться с Ситой-джи.

Когда съемки шли полным ходом, Таша оставила записку на столе в гостиной и, взяв машину Давида, отправилась в привокзальный магазинчик. Однако, когда она оказалась на месте, магазин был закрыт, а на двери висело объявление: « Ушла в горы за травами ». И было неизвестно, когда хозяйка магазина ушла и когда вернется. Расстроено вздохнув, Таша решила закупить продукты, а затем вернуться. Но когда она снова подъехала к магазинчику, ничего не изменилось. Прождав в машине часа два и выкурив полпачки сигарет, девушка почувствовала надвигающийся приступ паники. Что если старушка не появится и завтра? Вдруг Таше так и не удастся дождаться ее до отъезда домой? Что тогда делать?

С этими мыслями она завела машину и отправилась на виллу, где даже не заметили ее отсутствия. Приготовив обед, Таша вышла на пляж, чтобы посмотреть, как проходят съемки, и предложить сделать перерыв, тем более, что солнце было в зените и пекло нещадно. Долго уговаривать никого не пришлось, и скоро за большим столом на открытой веранде собралась вся съемочная группа. Сону, приняв душ и переодевшись, нашел Ташу на кухне, когда она собиралась отнести шумной компании очередной кувшин с лимонадом.

— Душа моя, — жених, обняв девушку со спины, положил подбородок ей на плечо. — Ты такая заботливая! Спасибо тебе!

Он чмокнул ее в щеку и продолжил:

— Сегодня вечером отснимем важные сцены, и завтра у меня будет больше свободного времени. Так что мы сможем прогуляться по городу. Что скажешь?

Вот чего-чего, а в город Таша хотела бы съездить без сопровождающих.

— Эм.. давай не будем загадывать, — неопределенно повела плечами Таша, одновременно отстраняясь от жениха и отходя на безопасное расстояние.

— На вот, отнеси на веранду, — всучила она ему в руки кувшин. — А я схожу переодеться.

После обеда съемки продолжились, а Таша помыв посуду и прибрав на кухне, решила немного отдохнуть, пережидая жару. В гостиной ей на глаза попался путеводитель по Мадурайску, и девушка открыла его, устраиваясь на диване. Правда, скоро глаза стали слипаться, и не в силах сопротивляться, Таша закрыла их и провалилась в сон.

Сону подошел к спящей девушке и несколько минут смотрел на ее красивое и сейчас расслабленное во сне лицо. Снилось ли ей что-то или сон ее не был ничем омрачен? Молодой человек присел на край дивана, стараясь не потревожить Ташу, но не удержался и пальцем отвел с ее лба упавшую прядь волос и осторожно взял ее руку в свои. Он сам не понимал, что с ним. Почему его так тянет к Таше, почему хочется держать ее в своих объятиях и не отпускать ни на минуту. Сону прерывисто вздохнул. Сердце волновалось и глухо стучало о ребра. Он склонился к лицу спящей невесты и невесомо коснулся губами ее щеки. Девушка заворочалась и открыла глаза. Улыбнулась сонно и вопросительно посмотрела на жениха, как бы спрашивая взглядом, не случилось ли чего. Сону отрицательно мотнул головой, улыбнулся и прошептал:

— Ничего. Я просто…

Ему не хотелось разрушать волшебство и интимность момента. Хотелось удержать, продлить его как можно дольше. Впитать в себя каждое мгновение, каждый взгляд и каждый вздох. Поднеся ладонь любимой к губам, поцеловал нежно. Остаться бы сейчас с ней наедине, чтобы никого вокруг. Но на пляже его ждет съемочная группа для работы над клипом.

— Съемки закончились? — спросила Таша.

— Еще нет. Я зашел переодеться для финальной части.

Девушка посмотрела на шелковый костюм жениха графитового цвета, который в полумраке комнаты казался почти черным. Белая рубашка ярким пятном выделялась на его фоне. Таша заметила, что в петлицах манжет вдеты золотые запонки с черным агатом.

— У тебя новые запонки?

— Да, подарок Давида на помолвку, — кивнул Сону.

Он поднялся. Уходить от Таши очень не хотелось, но нужно было вернуться к работе. На пороге обернулся, собираясь что-то сказать, но передумал.

Съемки завершились, когда солнце давно зашло за горизонт. Съемочная группа отбыла в гостиницу, а Давид, сказав, что ему еще надо поработать, уединился на веранде.

— А где Сону? — спросила его Таша.

— Остался на пляже. Сказал, что хочет полюбоваться на звезды.

Девушка нашла жениха возле догорающего костра. Он сидел на бревне и как-то отрешенно смотрел на небо. В руках у него был небольшой флянец, из которого он что-то пил маленькими глотками, морщился и вздыхал.

— Что ты тут делаешь? — спросила Таша, присаживаясь рядом.

Сону посмотрел на девушку пьяненьким взглядом и улыбнулся.

— Душа моя, глянь, какая красота! — он указал в небо рукой с флянцем и, немного удивленно посмотрев на него, закрутил крышку и отложил в сторону.

— Да я уж вижу, — с легким сарказмом ответила Таша, явно имея в виду не звездное небо. — Пошли в дом. Поздно уже.

Она поднялась и, подхватив жениха под руку, помогла встать. Его качнуло, но он сумел удержать равновесие. Слегка пошатываясь, Сону побрел к дому, провожаемый озадаченным взглядом девушки.

Утро для Таши началось очень рано. Она специально завела будильник, чтобы улизнуть из дома до того, как проснутся Сону с Давидом, и не объясняться, зачем и куда она едет. Девушка собрала немного провизии, проверила наличку в кошельке. Если жених начнет поиски, она сможет объяснить свой ранний отъезд в город необходимостью пройтись по магазинам. А для этого у нее должно быть достаточно денег.

На этот раз привокзальный магазинчик встретил Ташу открытыми дверьми. Уже подъезжая, девушка заметила отсутствие объявления, и сердце радостно забилось. Припарковав машину, она вошла в магазин. На мгновение показалось, что с последнего визита прошло много времени, но здесь все было по-прежнему.

— Сита-джи! — позвала Таша.

— Иду, — донесся до нее голос старушки откуда-то из внутренних помещений.

Наконец, через несколько минут появилась и сама хозяйка магазина в ярко-зеленом сари, от цвета которого у Таши даже заболели глаза. Волосы старушки, заплетенные в косу, были перекинуты вперед. В ушах и в носу все так же раскачивались большие золотые кольца. Сита-джи посмотрела на посетительницу, и в ее глазах на секунду мелькнуло узнавание, быстро сменившееся напускным равнодушием.

— Чего желаем? — спросила она у девушки, словно видела ее в первый раз.

Таша сперва растерялась, но потом, вспомнив неприветливый нрав старушки, решила зайти с другой стороны.

— Мне, пожалуйста, сладостей. Вон тех с грецким орехом и тех, с фундуком, — девушка пальцем показывала на полки рядом с Ситой-джи. — Еще пяток ваших фирменных пирожков, бутылку мангового сока и сигареты, как обычно.

Старушка ловко покидала заказ по пакетикам и, прихватив пару пачек сигарет, вернулась на кассу, где ее ожидала Таша.

— Спасибо, — поблагодарила девушка, расплачиваясь и принимая пакет с покупками. — Вы меня не узнали, Сита-джи?

— А должна?

— Я надеялась, что вы меня помните.

— Всех проходящих не упомнишь, — фыркнула ведьма, разворачиваясь к девушке спиной и начиная переставлять товары с места на место на полке.

— Однако, меня вы, скорее всего, запомнили, раз положили именно те сигареты, которые я брала и в прошлую нашу встречу.

— Я положила те, что ты попросила.

— Нет. Я сказала «как обычно», — лукаво улыбнулась девушка.

— И куда ж я дела этот мешок с новогодними игрушками? — вдруг воскликнула озабоченно старушка, заныривая под прилавок.

Таша тяжко вздохнула и решила использовать еще один козырь.

— Сита-джи, я вам кое-что привезла.

Она достала из сумки носовой платок, в который были завернуты кольцо и остатки кулона домовенка, и положила на прилавок. Старушка некоторое время чем-то шуршала, не показываясь, и бормотала что-то себе под нос. Наконец, она поднялась, бросила сердитый взгляд на Ташу и посмотрела на сверток. Девушка откинула один конец платка, чтобы женщина смогла увидеть содержимое. Та же нахмурилась еще больше, подперла бока руками и развернулась к Таше с вопросом:

— И что на этот раз?

— Мне снова нужна ваша помощь, Ситочка-джи.

— Я что, единственная ведьма в Саварии?

— Да, единственная, кому я могу доверять. И еще.. вы хорошая.

Конечно, это была наглая лесть, но Таша решила использовать все доступные способы.

Ведьма рассмеялась хрипло и с издевкой, но по лицу старушки девушка заметила, что подхалимаж не прошел впустую. Сита-джи еще раз посмотрела на «гостинцы», прищурив глаза, и поцокала языком, как бы чему-то возмущаясь про себя.

— Ты ж все равно не отстанешь, да? Ладно, проходи, — махнула она рукой в сторону подсобок.

Оказавшись в той же комнате, что и в прошлый раз, Таша присела за стол и стала ждать, когда Сита-джи закроет магазин и подойдет. А та взяла свое объявление «Ушла за травами в горы» и, дописав «Навсегда!», прикрепила его на дверь.

Зайдя в комнату, ведьма достала из шкафа лоскут ткани и лупу. Таша, уже понимая, что от нее требуется, положила содержимое платка на ткань. После беглого осмотра под лупой предметов, Сита-джи обратилась к девушке:

— Ну и что тут тебе было не понятно?

— Мне нужна защита от чар жениха и происков «бабули», мусканской ведьмы.

— Не нужна тебе никакая защита.

— Но…

— Послушай меня, — перебила ее Сита-джи. — Скоро все, что тебя окружает, изменится. Придут перемены. Не противься Судьбе, и ты обретешь настоящее счастье.

— И вы туда же! Да не хочу я это «счастье» по чьей-то указке! — возмутилась Таша.

— Вот дуреха! Я про истинное счастье тебе говорю! Оно само тебя найдет. Но чтобы его обрести тебе придется пройти испытания. И от тебя зависит, выберешь ли ты правильный путь или из-за глупого упрямства будешь цепляться за то, что тебе не нужно.

— А поточнее можно? Одни загадки.

— Когда придет время, поймешь, — отмахнулась от нее Сита-джи.

Девушка, тяжко вздохнув, посмотрела на старушку, понимая, что конкретики от нее не добьется. Ох уж эти ведьмы! Только и умеют, что пыль в глаза пускать, да загадками говорить.

— А с этим что делать? — спросила Таша, кивнув головой на кольцо и шнурок.

— Оставь, я избавлюсь от них, как положено.

И, видя явное разочарование на лице гостьи, добавила:

— Вот тебе мой совет — не суди по первому впечатлению. Дважды присмотрись, прежде чем принять решение.

— Это вы о чем?

Но ведьма ответила девушке лишь многозначительным взглядом, давая понять, что больше она ничего не скажет.

Выйдя из магазинчика и закинув пакет с покупками на заднее сидение машины, Таша прислонилась к дверце и прикурила, размышляя над словами Ситы-джи. Несмотря на туманность сказанного, девушка чувствовала, что не зря приехала. Оставалось только надеяться, что скоро она поймет смысл, заложенный в словах ведьмы.

Едва Таша отъехала от магазинчика ведьмы, зазвонил мобильник. «Наверно, Сонька разыскивает», — мелькнула у нее мысль. Но, глянув на экран, удивилась. Это была Киния, ее новая знакомая.

— Да, — ответила на звонок Таша.

— Привет. Это Киня. Удобно говорить?

— Я за рулем, но говорить могу.

— Тогда сразу к делу. Мы можем встретиться?

— Я сейчас не в городе. Сонька снимает клип в Мадурайске, и я с ним.

— О, завидую. Чудесный город, — вздохнула Киния. — А когда вернетесь?

— Завтра утром, если ничего не изменится. И сразу выйду на работу.

— У меня тоже работа. Может, созвонимся и встретимся после?

— Ок, договорились.

Отключившись, Таша бросила телефон на сидение рядом и задумалась. Наверное, Киния нашла что-то интересное, раз предложила встретиться. Что ж, и у нее есть, что рассказать.

На вилле было тихо и пусто, когда девушка вошла в дом. Никто не выбежал ей навстречу с упреками и вопросами о том, где она пропадала и почему не предупредила об уходе. Выложив сладости на блюдо и налив в стакан мангового сока, Таша, отпивая на ходу, вышла на пляж. Однако в обе стороны до горизонта никого и ничего не увидела, кроме океана, песчаного берега и пальм. Они ведь не бросили ее здесь? От этой мысли девушка даже чуть не подавилась соком. Откашлявшись, она достала телефон и набрала Сону. Но вместо него ответил Давид:

— Ты вернулась?

— Да. А вы где?

— Пришлось поменять локацию. Режиссер захотел сменить фон на более зеленый.

— А позвонить не судьба? Я, между прочим, подумала, что вы меня тут забыли и уехали домой.

— Забудешь тебя, ага! — хмыкнул менеджер. — Мы торопились, поэтому Сону не успел тебя набрать.

— Ясно. Когда вернетесь?

— Пока не знаю.

— Скинь мне координаты, я подъеду и подожду. Соня предлагал потом прогуляться по городу.

Местом, где снимали оставшиеся сцены для будущего клипа, оказался ботанический сад. Давид сориентировал девушку по телефону, и Таша нашла их в дальнем конце сада, где огромные деревья были увиты лианами, свисающими с ветвей, что очень напоминало джунгли. Здесь было много орхидей и других незнакомых Таше растений и цветов.

— Экзотично тут у вас, — оценила девушка обстановку, подходя к менеджеру и переводя взгляд на съемочный процесс.

Сону с полуобнаженным торсом, почти в роли Тарзана, раскачивался на веревке в гуще деревьев и пел под фонограмму. Таша, впечатленная фактурой жениха, подумала, что надо не пропустить клип, когда он выйдет. Образ певца меняли еще несколько раз, одевая его то в красную рубашку романтического стиля и джинсы, то в строгий костюм графитового цвета, который Таша уже видела. И в любом образе парень был невероятно хорош собой и притягателен.

Наконец, съемки завершились, и Сону подошел к девушке, приветствуя ее поцелуем в щеку.

— Душа моя, давно ты здесь?

— Самое интересное я застала, — девушка подмигнула и поиграла бровями, чем вызвала озорную улыбку в ответ.

— Ты можешь видеть это «интересное» хоть каждый день, стоит только попросить.

— Так, — встрял в их шутливый разговор Давид. — Пошлить будете дома наедине, поимейте совесть.

— Ты просто завидуешь! — хохотнул Сону. И обратился к невесте:

— Подожди еще немного. Смою грим, переоденусь и я весь твой.

— Жду тебя, сладкий, — пропела Таша и рассмеялась.

— Тьфу на вас! — взмахнул рукой Давид и пошел к режиссеру.

Спустя полчаса пара, держась за руки, не спеша шла по дорожке через сад.

— Куда пойдем? — спросила Таша.

— Не знаю, — улыбнулся парень. — Может, потеряемся здесь?

— Согласна, если только ты добудешь нам еды.

— Тогда поехали в ресторан. А потом на карусели и по мороженке. Идет?

— Ты серьезно? — не поверила девушка. — А как же твои фанаты? Они же и шагу не дадут ступить.

— В этом городе не так, как в Мускане. Здесь принято уважать личное пространство знаменитостей, которые часто приезжают сюда отдохнуть от своей звездности.

— Что-то я не заметила этого уважения на концерте.

— Поверь мне, в городе к нам никто не подойдет, — заверил Ташу жених, когда они дошли до машины. — Поведешь? Я покажу дорогу.

Ресторан, в который они приехали, оказался по-домашнему уютным, что удивило Ташу, ибо располагался он в гостинице. Сону рассказал, что у владельцев гостиничный бизнес в крупных городах юга, а недавно они стали открывать и рестораны при своих гостиницах. Девушка записала название, чтобы потом навести справки о владельцах и предложить Удиту сотрудничество с ними. Если пока не хватит средств для открытия собственного ресторана, то можно начать с совладения, а со временем выкупить долю.

Погруженная в размышления, Таша не сразу расслышала вопрос Сону.

— Так ты пойдешь?

— Куда? — переспросила девушка.

— Ты опять где-то витаешь, — вздохнул жених. — Я говорил, что вечером мы будем отмечать окончание съемок клипа. Давид решил проставиться и отблагодарить режа и команду.

— У нас же вечером поезд, — напомнила Таша.

— Да, но обратно поедем только мы. Ну, так что, пойдешь?

— Я, пожалуй, воздержусь. Отдохну, спокойно соберу вещи и заеду за вами с Давидом.

Сону пожал плечами и согласно кивнул. Подозвав официанта, он сделал заказ и стал рассказывать девушке о блюдах местной кухни, которые должны были принести.

Ресторан Таше понравился и даже еда, несмотря на то, что она тоже оказалась специфичной. Но почему-то в Мадурайске девушке нравилось почти все. Наверно, так на нее влияла общая атмосфера города, располагающая к умиротворению.

После они гуляли в парке, катались на каруселях и каких-то детских аттракционах, ели мороженное и дурачились. И, действительно, никто не кидался к Сону за автографом, не визжал от восторга, не просил селфи. Сперва Таша замечала взгляды молодых девушек, бросаемые на певца, и перешептывания, но потом перестала обращать на это внимание, полностью отдавшись импровизированному романтичному свиданию с женихом. Кто знает, когда у них еще выпадет возможность так повеселиться, не оглядываясь ни на кого.

Ближе к вечеру, когда они вернулись на виллу, Давид встретил их в гостиной.

— Нагулялись, голубки? — спросил он с усмешкой. — А мне теперь за вами подчищать.

Он помахал телефоном, на экране которого Таша заметила статью с их фотографиями.

— А кто-то говорил, что здесь уважают частную жизнь знаменитостей, — с сарказмом произнесла девушка, переводя взгляд на жениха.

— Не волнуйся. Давид разберется, — улыбнулся певец. — Да, Давид?

— Куда ж я денусь, — вздохнул тот. — Но лучше бы вы были поосторожней.

После легкого перекуса, мужчины собрали вещи, погрузили багаж в машину и, переодевшись, отправились в ресторан. А Таша вышла на пляж и, расположившись в шезлонге, прикурила сигарету. Не спеша выпуская дым изо рта, девушка мысленно подводила итоги этой двухдневной поездки в Мадурайск.

Она чувствовала, что страх и напряжение, сковывающие после последних событий, отпустили ее. Удивительно, но находясь в парке рядом с Сону, она совершенно забыла об осторожности и его даре. И то ли жених все-таки мог его контролировать, то ли не было подходящего момента, когда дар мог себя проявить, но она не ощутила сегодня ничего странного. Понять бы еще, как он работает. И тогда можно было бы избегать опасных ситуаций. Девушка вздохнула, выбросила окурок и направилась в дом. Пора было собираться и ехать на вокзал.

Таша уже почти подъезжала к ресторану, когда позвонил Давид.

— Ты далеко?

— Буду через пять минут. А что случилось?

— У нас тут форс-мажор. Давай быстрей. Жду на входе.

Прежде чем Давид отключился, до девушки донесся голос жениха. Тот что-то бессвязно пел.

Она почти сразу увидела Давида, когда подъехала к ресторану. На его плече повис Сону, а менеджер пытался удержать его в вертикальном положении. Таша выскочила из машины и открыла заднюю дверь, помогая погрузить пьяного жениха.

— Когда он успел так накидаться? — воскликнула девушка, отъезжая от ресторана. — Ты же знаешь, он плохо переносит алкоголь. Куда ты смотрел вообще?!

— Да я сам не понимаю! Я отошел сделать пару звонков, а когда вернулся.., — менеджер развел руками и тяжело вздохнул.

— Никогда не видела его таким пьяным.

— Я не пьян! — раздался возмущенный протест с заднего сидения.

А через мгновение Сону затянул дурным голосом какие-то местные частушки, пытаясь при этом еще и пританцовывать.

Как вам, парни, рассказать,

Чтоб смогли меня понять?!

Свою несчастную Судьбу

Щас подробно изложу.

Раз пошел поесть халвы,

Обжег пальцы, губы... гыыы...

Ох, наивный парень я,

Обмануть легко меня.

Как мне, брат, тебе сказать

То, что страшно вспоминать?!

Избежал большой беды я,

Еле смог я убежать.

Я бежал, бежал, бежал,

Я не пил, не ел, не спал.

Когда дал мне лист бетеля,

Спас от гибели меня.

О, бетель из Банараса!

Прочищаешь ты мозги,

Открываешь все замки,

К жизни возвращаешь ты.

Луноликая краса

Всех затмила, всех зажгла,

Сладким ножиком мне сердце

Ах! поранила.

Мотыльком порхаю я

Вокруг жаркого огня.

Как бы крылья уберечь

И красу к груди привлечь?!

Я такой простой парнишка,

Я невинен, как дитя.

Обмануть легко меня,

С берегов ведь Ганга я!

Луноликая краса

С мягкими глазами.

Как красива, как дерзка!

Мое сердце.. ох! украла!

[Фильм «Don: The Chase Begins Again» (2006)]*

*вольный стихотворный перевод — Рейна Рой

Таша поморщилась, крепче сжимая руль и чувствуя, как в ней поднимается волна раздражения.

— Давид, уйми его или я за себя не ручаюсь, — стиснув зубы, попросила она менеджера.

Пока тот пытался утихомирить разбушевавшегося пьянчужку и привести его в чувство, Таша максимально быстро мчалась по улицам Мадурайска к вокзалу. К концу поездки Сону вырубился, и менеджеру пришлось тащить его на спине до вагона. А там с помощью проводника затаскивать в купе и платить тому за молчание. Девушка тем временем оставила машину на стоянке и оформила багаж. В вагон она поднялась буквально за минуту до отправления поезда. Войдя в купе, склонилась над спящим женихом, чтобы укрыть пледом, но тот внезапно открыл глаза и посмотрел на нее нечитаемым взглядом.

— Ты кто? — пробормотал хрипло.

Таша моргнула, на минуту растерявшись.

— Дед Пихто. Спи уже, чудо мусканское.

— Меня похитила красивая девушка, — хихикнул парень и, повернувшись к стенке, снова засопел.

Поезд прибыл в Мускан по расписанию, в семь утра. Естественно, после излишних возлияний накануне Сону чувствовал себя отвратительно, да и выглядел не лучше. И, конечно, ничего не помнил. Оставив его и получение багажа на менеджера, Таша взяла такси и поехала домой, чтобы собраться на работу.

Не успев позавтракать дома, Таша перекусывала у себя в кабинете, когда ей пришло сообщение от Кинии, в котором она переслала смс от Ромы:

«У меня появился телефон, но я не всегда на связи. Свадьба отменяется. Мы с Дасани уехали в другой город и поженились. Подробности потом».

Следом последовало еще одно сообщение от Кинии:

— У нас все в силе? Встретимся в 19.00 у торгового центра?

— Конечно, встречаемся! — ответила Таша. — Мне в любом случае пошопиться надо.

— Тогда договорились. Мне нужно заодно к Джии-джи зайти, поговорить. У нее кстати я брала платье на твою помолвку и свою первую свадьбу. Можешь присмотреть что-то себе. И для свадьбы она что-то подберёт. Или Мадху сошьет на заказ. В общем, давай начнем с ее магазина.

— По ходу, свадебное платье мне все-таки понадобится. Тогда до встречи.

Таша подъехала к «Мэйну» около семи. Поиск свободного места на парковке занял какое-то время, поэтому к главному входу она подошла немного с опозданием. Киния уже ждала ее, поглядывая на экран мобильного, то ли собираясь позвонить, то ли проверяя время.

— Привет! Извини, никак не могла припарковаться, — слегка запыхавшись от быстрой ходьбы произнесла Таша, подходя к девушке.

— Ничего. Я все равно объясняла мужу, куда отправилась, — усмехнулась Киния. — Пойдем сразу к Джии-джи или сначала перекусим?

— Давай сперва покончим с делами, а потом спокойно поговорим и поедим. Кстати, мне еще нужно в пару приличных магазинов заглянуть и прикупить шмотья. Новый статус обязывает, — Таша многозначительно закатила глаза и театрально вздохнула.

— Отлично. Ну, да, ты же все-таки невеста звезды. Интересно, есть ли какие-то неписаные правила, как должна одеваться жена бандита? — хихикнула Киня. — Если есть, то я их точно нарушаю.

Таша на ходу окинула девушку взглядом и ответила, когда они вошли в лифт:

— Без боевого раскраса и в футболке с шортами ты куда симпатичнее. Я тоже люблю удобный стиль, но после последних событий приходится соответствовать ожиданиям. Впрочем, я это делаю только ради раскрутки ресторана.

— В моем случае одежда должна быть не просто удобной, а максимально подходящей для побега, сидения в подвале, возможно, драки. Так что футболка и шорты — скорее необходимость, чем просто практичность. Нужно узнать, можно ли где-то заказать кроссовки, которые при необходимости могут стрелять.

— Я думала, что за экстрим в вашем браке должен отвечать твой муж, как никак, имидж и профессия обязывают, — улыбнулась шутке Таша. — Или на новой работе тоже опасностей хватает?

Они подошли к магазину с яркой вывеской «Каби Куши Каби Гам», из которого очень сильно пахло благовониями.

— Пока не знаю, но есть что рассказать. Когда останемся одни, — тихо проговорила Киния.

— Ок. А пока попробуем не задохнуться в этом магазине, — и Таша звонко чихнула, когда они вошли внутрь.

— Будь здорова, красавица! Это хорошая примета — быть счастью скоро в твоей судьбе! — навстречу уже спешила Джия-джи, пока ещё не заметив Кинию. — Дай угадаю... Нужно свадебное платье? Самое шикарное, как и положено невесте нашего сладкоголосого соловушки!

— Тут и гадать нечего, — не смогла удержаться от усмешки Киня. — Во всех новостях и газетах Таша уже мелькнула.

— Киния? — старушка обиженно поджала губы. — Что ты здесь делаешь?

— У меня шопинг с подругой. Но я ещё хотела перед вами извиниться. В прошлую нашу встречу вышло небольшое недоразумение...

— Это теперь так называется? — старушка поправила очки и недобро посмотрела на девушку.

— Понимаете, я тогда немного не в себе была... Сложно объяснить.

— Да уж не старайся, — Джия-джи совсем не спешила принимать извинения.

Посмотрев на обиженно поджатые губы хозяйки магазина, Таша поняла, что надо как-то разрядить напряженную обстановку.

— А где у вас свадебные платья? — спросила она, окидывая взглядом магазин. — Желательно традиционные.

Конечно, покупать она не собиралась, но пока знать об этом старушке не обязательно.

— Пойдем, пойдем, милая, — взгляд Джии-джи устремился на Ташу и сразу потеплел. — Ты ведь предпочтешь красное сари, раз уж хочешь следовать традициям? Не то, что некоторые.

Старушка кинула на бывшую сотрудницу колючий взгляд.

— Черт! Разрядила обстановку, называется, — пробормотала Таша в сторону так, что ее могла слышать только Киния. И уже обращаясь к Джии-джи, сказала громче:

— Точно. Красное сари. И еще мне нужно платье для торжественного случая, но не броское.

— Милая моя, дело, конечно, твое, но разве можно являться на торжество в чем-то неброском? Это же просто нарушение всех этических норм! Тем более, учитывая, чья ты невеста! — старушка прошла в отдел с традиционными красными нарядами. — Вот. Это для свадьбы. Что показать поближе?

От предложенного выбора Таша на минуту опешила. Все наряды слились в одну яркую красно-золотую массу. Она наугад ткнула пальцем:

— Вот это.

Джия-джи сняла с вешалки сари и уточнила:

— Точно это?

— Да, — даже не глядя подтвердила девушка и, пройдя к следующему отделу, принялась выбирать второе платье.

Она решила купить платье-кокон из молочного жатого шелка с длинным рукавом и длиной миди.

— Это платье я беру, а насчет сари.. подержите за мной бронь пару недель, пожалуйста.

— Конечно, без проблем, — кивнула женщина. И не удержалась от вопроса:

— Ты уверена насчет этого платья? Я бы все-таки посоветовала...

— Уверена, — твердым тоном прервала ее Таша и добавила более мягко:

— Спасибо.

Джия-джи снова поджала губы и посмотрела на девушек, явно не одобряя поведения попаданок. Таша оплатила платье, они попрощались и вышли из магазина.

— Она хорошая женщина, — попыталась оправдать бывшую начальницу Киния. — Просто любит своё дело. А ты пришла со мной, да еще и не выслушала ее мнения.

— Тебе видней. Только нельзя забывать золотое правило: клиент всегда прав. Будь я одна, объяснила бы, куда ей идти со своим мнением, — усмехнулась Таша.

Девушки поднялись на этаж выше, где Таша смогла обновить гардероб нарядами, соответствующими ее новому статусу.

— Ну что, идем к Удиту или есть на примете другое место, где сможем спокойно поболтать и вкусно поесть? — спросила Таша, когда они вышли из последнего на сегодня бутика.

— Пойдем к Удиту. Надеюсь, там никто нам не помешает. Тем более, что я там давненько не была.

Они пришли в ресторан и сделали заказ. Как только официант оставил их одних, Киния спросила:

— А зачем ты отложила свадебное сари? Джия-джи хорошая, но потом может и цену из вредности поднять за простой.

— Скажу тебе по секрету.., — начала Таша, но тут вернулся официант с подносом и начал расставлять на столе пиалки с соусами, манговым щербетом, корзинку с лепешками, тарелки и раскладывать приборы.

Девушка смотрела, как он не спеша это делает, и терпеливо ждала, когда можно будет продолжить беседу.

— Так вот, — вернулась она к прерванному разговору, когда официант отошел. — Возможно, мы скоро поженимся без широкой огласки. Для этого случая я и купила платье. К сожалению...

— Госпожа Таша, — раздался рядом голос того же официанта. — Шеф-повар спрашивает, вам самосы приготовить как обычно или подойдут те, что в меню?

Девушка подняла тяжелый взгляд на стоявшего около столика парня, затем посмотрела на бейджик, приколотый к карману униформы и обманчиво спокойно ответила:

— Имран, передай шеф-повару мою благодарность за то, что он помнит о моих предпочтениях.

— Понял, — кивнул парень. — А еще шеф хотел узнать, вы тут с проверкой или как?

Таша сделала глубокий вдох, сдерживая раздражение, медленно выдохнула.

— Еще один глупый вопрос от шефа, и я точно пройдусь с проверкой, — пообещала она.

Официант покраснел, потом побледнел, извинился несколько раз и ретировался прочь.

Девушка повернулась к подруге со словами:

— Извини, не думала, что они так всполошатся. Так, о чем я?.. А, о свадьбе. Скорее всего, мне ее не избежать, хотя я и не очень-то мечтаю стать миссис Сандар Гаан. По многим причинам.

— Почему миссис Сандар Гаан?

— Я не говорила? Это настоящие имя и фамилия Сону, — пояснила Таша

— Не помню.

Подруга задумчиво смотрела на манговый щербет, наверно, раздумывая, начать с него или оставить на десерт. И вдруг воскликнула:

— Гаан? Я недавно где-то слышала эту фамилию... Но не от тебя. Вспомнила! Я на днях немного осмотрела архив в редакции. Там была папка, которая, кажется, называлась то ли «Пропажа Гаана», то ли «Потерянный Гаан». Твой Сону не терялся?

— Насколько я знаю, нет.

Таша на секунду задумалась. А потом вспомнила давний разговор с Давидом.

— Сону не терялся, а вот его отец... он пропал, когда парень был еще ребенком. Я особо не знаю подробности.

— Если хочешь, я могу посмотреть, что в этой папке. Или даже сделать фото, — шепотом предложила подруга. — Только никому не говори.

— Хорошо, — заговорчески кивнула Таша. — У меня будет та же просьба. В конце концов, это информация личного характера. А что, в этом архиве есть что-то еще интересное? Например, на нашу тему.

— Я пока ничего особенного не отыскала о попаданках, кроме одной папки. Но ее нашла не совсем я.

Девушка рассказала о странном летающем шарике и деле семьи Кумар.

— Я понимаю, что в это сложно поверить, но это правда, — завершила она свой рассказ.

Таша пару минут озадаченно смотрела на Кинию, не зная, что сказать. В этот момент снова появился официант уже с горячими блюдами. Он быстро поставил тарелки на стол, пожелал приятного аппетита и удалился.

— То есть эта хреновина типа тех, что показывают в фантастических фильмах? Вроде робота? — уточнила она, наливая себе в чашку простой черный чай.

— Похоже на то. Хотя я думала, что это помощник ведьмы, но действительно напоминает робота. Когда я предположила, что он связан с Канк, шарик расхохотался. Кажется, он недолюбливает тетушку. В этой истории интересно то, что девушка была попаданкой. А вдруг она нашла путь домой? Но почему же тогда Лара забрала мужа, но оставила здесь маленького сына?

— Любопытно, — протянула Таша. — Поймать бы этого шарика.. или хотя бы узнать об этой семье и что стало с ребенком. Если это давняя история, то он сейчас должен быть взрослым мужчиной. Может, он что-то знает.

— Да, он сейчас должен быть немного старше меня. Поймать? Это было бы интересно, — засмеялась девушка. — Только как можно приманить летающего робота? Что он ест?

— Ты сказала, что это он нашел папку. — Таша отщипнула кусок от лепешки и задумчиво пожевала. — Тебе не кажется, что приманка уже у тебя в руках?

— Но я положила ее обратно. И даже не знаю, наведывался ли Пикс снова в редакцию. Возможно, он уже ворует ее сейчас. А если нет, то может появиться там ночью. Я же не могу дежурить на работе круглые сутки. Хотя нет, там же теперь повесили видеонаблюдение, так что вряд ли этот колобок вернётся. Не давать же мне объявление в интернете о том, что могу продать данные о семье Кумар!

— Хм, я думаю, если он не сможет добраться до папки, то сможет добраться до тебя. — Таша взяла с тарелки самосу и разломила ее пополам, проверяя начинку. — И если ты не можешь поймать этого шарика, то можно попробовать навести справки о семье.

— Наверное, ты права. Если он меня найдет, то я постараюсь быть готова. Вот только где навести справки? На ноутбуке в редакции все запаролено. Если только в посольстве... Нужно встретиться с Каджал и попробовать расспросить ее.

— Ага, попробуй, — согласилась Таша. — А если появится шарик, поторгуйся. Наверняка за ним кто-то стоит. И надеюсь, не ведьма. У меня на них скоро аллергия начнется.

— И у меня тоже, — девушка передернула плечами. — А что с тобой случилось на помолвке, если не секрет? Мы уже с Сандиком хотели поймать того мужика, который подходил поздравить тебя и Сону. Но оказалось, что он не при делах вроде?

— Какой мужик? А, это был какой-то знакомый Соньки, — отмахнулась Таша. — Но на помолвке действительно что-то произошло, и я пока не все знаю.

Она рассказала Кинии про кольцо, кулон домовенка и о своих выводах.

— Я ведь в Мадурайск не просто так с Сонькой поехала, — продолжила она. — А к местной ведьме, которая мне уже однажды помогла. Вреднющая бабка, но хотя бы не мечтает выдать меня замуж за первого встречного. Правда, в этот раз много туманного наговорила. Ни хрена не понятно, кроме того, что грядут какие-то перемены.

— Ой, а когда они здесь не грядут? — махнула рукой Киния. — Каждый день что-то случается, только и успевай в себя приходить. Мы хотим на Новый год тоже в Мадурайск поехать с Сандиком. Может быть, мне тоже к той ведьме сходить? Где ты ее нашла?

— Поезжайте. Город просто создан для медового месяца, — подмигнула Таша. — Бабулька хозяйка магазина «Съестное» недалеко от вокзала. Только не говори, что я посоветовала, а то она меня на порог больше не пустит.

— Подожди... Так я у нее была! Старушка со скверным характером и, кажется, ненавидит попаданок, но любит пирсинг. Так она тоже ведьма? Мне показалось, что она слеповата и глуховата... Не думаю, что она мне захочет помочь.

Таша рассмеялась.

— Да, она самая. Видимо, умело прикидывается по настроению. У меня в первую встречу была рекомендация, так сказать. И то еле уломала.

— У меня рекомендаций нет, так что лучше соваться не буду, а то вдруг еще хуже сделает, — пробормотала Киния и принялась за долгожданный щербет.

Девушки еще немного поговорили о жизни до Мускана, а потом Таша подбросила Кинию до дома.

Падма-джи как раз собиралась уходить, когда Таша вошла в дом.

— Сону уже приехал? — спросила она у экономки.

— Да. И давно. Выглядел он не очень.

— Еще бы, — хмыкнула девушка, но не стала вдаваться в подробности.

Попрощавшись с женщиной, она поднялась на второй этаж и заглянула в комнату жениха. Там было темно и тихо. Девушка осторожно закрыла за собой дверь, стараясь не разбудить спящего Сону.

На следующее утро у Таши была назначена важная встреча с Удитом, и она уехала рано, так и не встретившись с женихом.

Девушка предложила начальнику закрыть филиал в «ОШО» на три дня, чтобы сделать ремонт в зале и заменить мебель. Только она не сказала ему, что уже перевела основных работников, начиная с сегодняшнего дня в ресторан при «Мэйне», а временных отпустила до понедельника.

— Было бы хорошо встретить Новый год обновлением, — убеждала Таша Удита, который в первый момент отнесся к ее предложению скептически.

— Вдруг вы не успеете открыться? — сомневался он.

— До Нового года больше недели, а мне нужно всего три дня. Уже в понедельник ресторан будет работать в прежнем режиме.

— А как же насчет бригады ремонтников и поставки мебели? — продолжал упрямиться Удит.

— Я уже обо всем давно договорилась. Люди ждут отмашки. Я лично прослежу за всеми работами.

— Могу ли я взглянуть на конечный дизайн зала?

— Я отправляла вам на почту файл презентации, но у меня есть и распечатанный вариант, — и девушка протянула мужчине папку.

Удит долго листал страницы, переходя от одного к другому и снова возвращаясь в начало. Таша уже начала терять терпение, когда он наконец кивнул и, как ей показалось, скрепя сердце, согласился.

— Я позвоню бухгалтеру, чтобы он выделил вам необходимый бюджет. Постарайтесь не превышать его.

— Конечно. В эту сумму уже входят возможные траты сверх первично оговоренного бюджета. Естественно, остаток вернется на счет, — заверила Таша начальника.

Подъехав к ресторану после встречи с Удитом, девушка достала из багажника машины чемодан и направлялась к входу, когда ее кто-то окликнул.

— Ты куда это с чемоданом? — нагнал ее Зубин и открыл дверь. — Давай помогу.

— Ближайшие три дня мне придется жить в ресторане. Затеваю ремонт. А чтобы не тратить время на дорогу домой и обратно, собрала все необходимое с собой, — ответила Таша, позволяя парню нести поклажу.

— Серьезно? — удивленно воскликнул худрук.

— Что конкретно из сказанного тебя удивило, поясни, пожалуйста.

— Не, я просто не думал, что ты так основательно подходишь к работе.

Они остановились на лестничном пролете между первым и вторым этажами. Зубин на минуту замялся, почухал затылок, а потом спросил:

— А ночевать ты где будешь?

— Да как-нибудь в кабинете перекантуюсь. Или в подсобке.

— Может, лучше на моем мягком диване? — предложил Зубин и, увидев, как округлились от возмущения глаза девушки, со смехом поправился:

— В гримерной. Конечно же, в гримерной. А ты что подумала?

— Все шутки шутишь! — фыркнула Таша, отбирая у него чемодан и заходя в ресторан.

— Да нет. Я как раз вполне серьезно. Я бы мог предложить тебе удобную кровать у себя дома, но, боюсь, Сону мне этого не простит.

Девушка внимательно посмотрела в лицо парня. Кажется, он и правда не шутил. От необходимости что-то отвечать Ташу избавил звонок бригадира, который хотел уточнить, когда можно приступать к работе.

— Можете приезжать. Я на месте.

Она махнула рукой Зубину, прощаясь, и направилась в кабинет.

— Ты все-таки подумай над моим предложением! — крикнул ей вслед парень.

— Над каким из? — хмыкнула девушка с сарказмом.

Однако ближе к вечеру Таша поняла, что не готова ночевать в спартанских условиях. К тому же, пыль и запах от ремонтных работ просочились и в кабинет. И вообще, девушке казалось, что она сама вся покрылась грязью, пока наблюдала за тем, как рабочие демонтировали в зале мебель и рушили лишние перегородки.

— Твое предложение еще в силе? — позвонила девушка Зубину.

— Какое из? — в голосе парня чувствовалась улыбка.

— Арендовать на две ночи одну из гримерок. И еще.. мне бы душ принять.

— Чего?! — худрук вдруг поперхнулся воздухом и закашлялся.

Таша озадаченно посмотрела на трубку и, снова поднеся ее к уху, спросила:

— Алё, ты там как?

— Норм.. Нормально, — ответил парень заикаясь. И, прочистив горло, быстро произнес:

— В клубе душевая давно не работает. Если только у меня…

— А горячая вода есть? — уточнила Таша.

— То есть ты придешь?

— А что, нельзя?

— Можно, но…

— Не волнуйся, Сонька об этом не узнает. Я только чемодан в гримерку занесу и поднимусь.

— Да я вообще-то не о нем волновался, — пробормотал Зубин, но Таша уже отключилась.

Молодой человек осмотрелся по сторонам и заметался по своей холостяцкой квартире, принимаясь быстро наводить относительный порядок, собирая с поверхностей мусор, упаковки от фаст-фуда, разбросанную то там, то сям одежду и обувь. Зайдя в спальню, он наткнулся взглядом на фотографии в рамках, стоящие на тумбочке. Чертыхнулся, сгреб их в кучу и засунул в ящик комода. Пробежался по гостиной, хватая другие фотографии и пряча их туда же. Стук в дверь оповестил о приходе девушки, и Зубин, еще раз окинув взглядом помещение, бросился открывать.

— Привет, — прерывающимся голосом зачем-то поздоровался парень, пытаясь восстановить дыхание.

— Привет, — улыбнулась его странности Таша, поправляя на плече ремешок сумки с банными принадлежностями.

Она с интересом осмотрелась, заходя внутрь. Девушка знала, что Зубин живет над клубом, но, естественно, никогда не была в его квартире. На первый взгляд это была обычная студия, где единое пространство делилось на зоны либо мебелью, либо перегородками, но не глухими стенами. Да и дверей здесь не было. В квартиру попадало много света за счет больших окон вдоль одной стены, ничем не занавешенных. Сейчас в эти окна было хорошо видно, как небо окрашивается в розовые и пурпурные цвета заката.

— Красивый у тебя вид, — заметила Таша.

— Ага.

— Так мне куда? — спросила девушка, вопросительно приподняв одну бровь.

— Ванная там, — махнул парень неопределенно рукой куда-то в сторону. — Я покажу.

За полустеной, которая отгораживала гостиную от спальной зоны, девушка увидела большую двуспальную кровать. Рядом стояла тумбочка, напротив комод и платяной шкаф. А дальше, за такой же полустеной — душевая кабина с матовыми стеклами, небольшая ванна на ножках и унитаз.

Таша застыла на месте, понимая, какую глупость совершила. Из замешательства ее вывел голос Зубина:

— Я спущусь вниз, проверю, все ли закрыл. Твои рабочие уже ушли?

— Н-н-нет, они еще пару часов будут работать.

— Тогда загляну в ресторан, посмотрю, как там дела. А ты можешь не торопиться. Не бойся, я не буду подглядывать, — он усмехнулся привычно и направился на выход.

Девушка максимально быстро приняла душ, надела чистые футболку и спортивные брюки. Закинув полотенца и грязную одежду в сумку, Таша замотала мокрые волосы сухим полотенцем, так как фен искать не стала. Она прошла в гостиную и сперва думала уйти, но почему-то решила остаться и разглядеть жилище более внимательно. Ей стало любопытно, какой же Зубин на самом деле. Девушка подошла к стеллажу с книгами и, ведя по ним пальцем, читала неизвестные ей названия и имена авторов. Здесь были в основном книги о музыке и путешествиях. Одна книга в старом потрепанном переплете заинтересовала ее тем, что она не смогла прочесть надпись на ее корешке. Видимо, она написана на каком-то неизвестном для ее внутреннего волшебного переводчика языке. Таша достала книгу и стала ее листать. В середине ей попался сложенный пополам лист бумаги, пожелтевший от времени и с неровно оборванными краями. Кажется, это был рисунок. Девушка как раз собиралась его развернуть, когда внезапно перед ней оказался хозяин квартиры. Он резко выхватил у нее из рук листок и, вложив обратно в книгу, захлопнул ее и поставил на полку. Таша вздрогнула от неожиданности и посмотрела на Зубина. Его лицо было мрачным и, как ей показалось, она увидела в его глазах мелькнувший на мгновение страх.

Таша отступила на пару шагов назад. Не то чтобы она испугалась, но холодок по коже пробежал.

— Извини, я просто…

— Ничего, — перебил ее Зубин и выдохнул, а затем немного натянуто улыбнулся. — Ты закончила? Есть хочешь?

— Эм, да. В смысле, пойду-ка я.

Она подхватила сумку и направилась к двери.

— Черт! — с тихим отчаяньем выругался парень и кинулся следом за девушкой. — Давай поедим. Я заказал лапшу в китайском ресторане, скоро привезут.

— Я не голодна, — отказалась Таша, спускаясь вниз по лестнице, но ее желудок громким урчанием напомнил, что сегодня она толком и не ела.

— Ведь не заснешь же, — уговаривал парень. — Будешь потом среди ночи в холодильнике шариться и меня будить.

Таша вздохнула, понимая, что глупым упрямством сделает хуже только себе. В конце концов, что такого, если они вместе поужинают?

— Ладно, — согласилась девушка, резко останавливаясь и разворачиваясь лицом к идущему за ней Зубину.

Тот едва не налетел на нее, успев остановиться буквально в нескольких сантиметрах. Зубин навис над девушкой. Одной рукой он упирался в стену, а другой ухватился за перила лестницы. Так как парень стоял на ступеньку выше, глаза Таши оказались на уровне его шеи. Слова, что еще собиралась сказать, вылетели из головы. Она смотрела, как пульсирует вена слева, выдавая учащенное сердцебиение. И это зрелище завораживало. Молодой человек сглотнул, и движение его кадыка вызвало у Таши неуместное желание дотронуться до него. Девушка отпрянула, забыв, что они все еще стоят на лестнице. Когда она начала падать назад, Зубин вскрикнул и, протянув руку, поймал ее под спину, притягивая к себе.

Все случилось настолько быстро, что девушка даже не успела толком испугаться. Зато, судя по выражению лица парня, он перепугался не на шутку, и, хотя опасность миновала, продолжал поддерживать ее рукой.

— Ох, и напугала ты меня, — выдохнул он, и его дыхание коснулось ее лба.

— Да все нормально. Можешь уже отпустить. — Таша впервые почувствовала неловкость, находясь так близко к этому странному парню и ощущая его руку на своей талии.

Зубин отстранился, и они, наконец, спустились на первый этаж.

— Я отнесу сумку, — сказала девушка и, не оглядываясь, пошла в гримерку, которую выбрала для ночлега.

Там она сняла с головы полотенце и повесила его на стул. Причесала уже подсохшие волосы и посмотрела на себя в зеркало. Что-то непонятное творилось сегодня не только с Зубином, но и с ней. Таша внимательно всматривалась в свое отражение, словно ответы могли проступить на поверхности зеркала. Но, конечно, этого не случилось. Девушка качнула головой, отметая странные ощущения и мысли. Наверно, просто разыгралось воображение, — решила она.

Таша уже собралась вернуться в зал клуба, но вспомнила, что не успела сегодня позвонить Сону и предупредить о своих планах. Набрав его номер, долго слушала гудки и, наконец, жених ответил:

— Душа моя! — прокричал он в трубку. — Подожди, я найду тихое место.

Таша слышала, что на заднем фоне сперва громко гремела музыка, но постепенно звук становился все приглушенней и, наконец, почти стих, а в трубке раздался голос Сону.

— Я как раз хотел тебе написать. Не жди меня на ужин, я задержусь.

— А ты где?

— Спонсорская вечеринка в загородном клубе.

— Ты же не любишь на них ходить.

— Да, но… не смог отказаться.

— Давид с тобой?

— Он подъедет позже. А ты зачем звонишь? — спросил парень, и по его тону девушке показалось, что он не очень-то и хочет это знать.

— Хотела предупредить, что до понедельника поживу в ресторане. У нас тут ремонт, и мне нужно держать все под контролем.

— Правда? Ну, хорошо, — спокойно отреагировал певец.

Девушка удивилась его реакции и поинтересовалась:

— И ты не будешь против, если я переночую у Зубина?

— А почему я должен быть против? — кажется, жених искренне не понимал, к чему клонит Таша. — Если так удобней и комфортней для тебя, то почему нет.

— Ясно. Тогда так и сделаю, — холодно произнесла девушка.

— Ну, я пойду, — сказал Сону, не замечая ее тона. — Увидимся в понедельник. Буду скучать. Целую!

— Ок, — только и смогла ответить Таша, обескураженная поведением жениха.

В клубном зале за накрытым столиком на двоих Зубин, не притронувшись к еде, терпеливо ожидал девушку. Впрочем, так могло показаться со стороны, хотя на самом деле, он уже несколько раз порывался сходить за ней, решив, что она не придет.

— Извини, я разговаривала с Сону. Давно привезли? — Таша открыла коробочку, в которую была упакована лапша. Оттуда пошел ароматный пар, давая знать, что еда еще не остыла.

— Приятного, — пожелал ей парень и открыл вторую коробочку, залезая туда палочками и наматывая на них лапшу.

Ели молча. Зубин бросал короткие взгляды на девушку, словно ловил удобный момент, чтобы что-то сказать, но не решался. И Таша это видела, хотя старалась не обращать внимание.

— Насчет того, что было наверху, — начал худрук, когда они доели и уже пили чай. — Я бы хотел объяснить.

— Забей, — ответила Таша. — Я понимаю, что нарушила какое-то твое негласное правило для гостей.

— Да нет у меня никаких правил, и в гости ко мне никто не ходит… уже давно. Поэтому я и не подумал убрать книгу. Она очень старая и написана на древнем языке. Не думал, что кроме меня, она кому-то будет интересна.

— Коллекционируешь старые книги?

— Не совсем. Эта книга, как и пара других, досталась мне по наследству.

— Не волнуйся, я все равно ничего не смогла прочесть. Язык не перевелся, наверно, потому, что древний.

— Да, очень древний, — кивнул Зубин и добавил: — Если был резок, извини.

Он улыбнулся несвойственной для него смущенной улыбкой, и девушка на минуту зависла.

«Нет, определенно, сегодня что-то в атмосфере, раз все ведут себя не так, как обычно», — мелькнула в голове мысль.

— Это я должна извиниться, — сказала Таша. — Полезла в твои вещи без спроса. И вообще, с голодухи чуть не нахамила.

— Значит, мир? — подмигнул парень, протягивая девушке руку, и снова стал похож на себя прежнего.

— Ага, — кивнула девушка и подала руку в ответ. Зубин слегка сжал ее пальцы в своих и отпустил.

И снова с раннего утра Таша окунулась в работу. На этот день были запланированы отделочные работы и монтаж света. Во второй половине дня рабочие должны были привезти новые стеклопакеты и заменить ими старые окна. Несмотря на то, что все шло по плану, девушка не расслаблялась. Расположившись на диване в ВИП-зоне клуба, работала за ноутом, расставляя персонал по филиалам с учетом нагрузки, как и собиралась. А также назначала на завтра собеседования с временными работниками, чтобы отобрать кого-то из них в штат.

За этим делом ее и застал Зубин, когда вошел в клуб. Пройдя за барную стойку, налил себе воды и обратился к Таше.

— Боюсь, сегодня ты не сможешь здесь переночевать.

— Почему? — девушка оторвалась от экрана ноута и посмотрела на парня.

— Вечеринка, — он пожал плечами как бы извиняясь. — Рокки, местная знаменитость, арендовал зал, чтобы отпраздновать день рождение одной из жен.

— У вас и такое можно? В смысле, многоженство, — удивилась Таша.

— Насколько я знаю, это уникальный случай, — хмыкнул Зубин и предложил:

— Если хочешь, переночуй у меня. Я все равно буду здесь.

— Нет, — слишком поспешно отказалась девушка и добавила: — Поеду домой. Надо забрать флешку с анкетами для завтрашнего собеседования.

Это не совсем было правдой, но Таша действительно собиралась домой, чтобы принять душ и переночевать в комфортной обстановке. Еще один визит в квартиру Зубина она бы не осилила. И еще она надеялась застать Сону и поговорить о том, что с ним происходит.

Зубин с минуту сканировал ее нечитаемым взглядом, потом кивнул и сообщил:

— Подготовка начнется в шесть, имей в виду.

Развернувшись на пятках, он махнул на прощание рукой и направился в сторону лестницы.

Странно, но, глядя вслед парню, девушка почему-то испытала смутное чувство вины, словно обидела его чем-то.

Вечером Таша проверила и приняла законченные работы в ресторане. Пока все шло, как по маслу. Сверив с бригадиром план на завтра, девушка собрала вещи и, погрузив чемодан в багажник, поехала домой.

Когда она подъехала, то с удивлением обнаружила, что места для парковки в гараже нет, да и подъездная дорожка занята чужими машинами. Оставив «беху» у соседского забора, девушка вошла в дом с нехорошим предчувствием. И едва ступила на порог, услышала смех и обрывок разговора:

— … а какие у них песни душевные! — Таша узнала голос Сону и, особенно, когда он запел, перевирая мелодию: — Ой, марооось, марооось, не марось.. mujhe… mujse... а! меняяяя…

Несколько пар мужских глаз, в том числе, и жениха с изумлением уставились на девушку, когда она появилась в гостиной.

— Ну, и какого хрена здесь происходит? — спросила, обводя присутствующих тяжелым взглядом и замечая бутылки с алкоголем на столе и незамысловатую закусь.

— О! — воскликнул Сону и запнулся, силясь то ли вспомнить имя невесты, то ли сказать что-то в свое оправдание. — Ташик! А ты чего так рано?

— Мне что, нужно особое разрешение, чтобы приехать домой? — вкрадчиво спросила Таша.

Почувствовав назревающую бурю, мужчины стали пробираться на выход, стараясь не привлекать к себе внимание разъяренной хозяйки дома.

— Эй, парни, вы куда? — попытался остановить их Сону, но холодный взгляд невесты припечатал его к месту.

— Сонь, что все это значит? — спросила девушка с волнением в голосе, когда они остались одни.

— Душа моя, мы же ничего такого не делали. Просто отдыхали после работы.

— Я не об этом… хотя, и об этом тоже.. но ты изменился в последнее время! Ты же почти не пил, не любил тусовки и вдруг…

— Ташик, это всего лишь работа и издержки творческой профессии, не волнуйся.

— Хорошо, допустим, — кивнула Таша. — А ты помнишь, что мы собирались пожениться после возвращения из Мадурайска?

— Конечно! — и по его глазам она поняла, что жених вполне искренен. — Но сейчас работа забирает все мое время и внимание. Впрочем, как и твое, не так ли?

Девушка промолчала. В чем-то он был прав.

— Давай поженимся в конце следующей недели? — Сону подошел к Таше и взял ее руки в свои. — И начнем новый год, как супружеская пара.

— Посольство вряд ли будет работать. Праздники же.

— Я договорюсь, — подмигнул парень и чмокнул ее в щеку.

Таша оттаяла и согласно кивнула. Может, ей и правда что-то не то показалось? Глядя сейчас на жениха, она видела перед собой прежнего Сону, который улыбался ей нежно и с любовью во взгляде.

Следующий день прошел у Таши в рабочих хлопотах, и к концу дня она просто валилась с ног. Но зато была очень довольна собой. Как, впрочем, и Удит, который приехал посмотреть на результат ремонта. После проведенных собеседований штат ресторана пополнился поваром, помощником шеф-повара и двумя официантами. Теперь, начиная новую рабочую неделю, Таша не боялась, что в ответственный момент что-то пойдет не так.

Реклама в интернете о новом стиле ресторана и выход клипа Сону сыграли свою роль — всю предновогоднюю неделю ресторан был забит до отказа, на улице стояла очередь из желающих к ним попасть, а также люди бронировали столики на будущее.

Конечно, работы прибавилось, но девушка была только этому рада. Ведь с ростом престижа ресторана, рос общий доход и непосредственно ее зарплата, что немаловажно. Ей с трудом верилось, что за короткий срок ресторан из забытого заведения превратился в востребованный и модный. Да, в большей степени благодаря популярности Сону и их прогремевшей на весь город помолвке, но и Таша уверенно могла сказать, что вложила немало усилий и энергии в этот ресторан.

За прошедшую неделю девушка почти не виделась с женихом. Она рано уходила и поздно возвращалась домой. Он, видимо, тоже был занят своим творчеством и пиаром. Одно она знала точно — больше в их доме не собиралась пьяная компашка, да и сам певец вроде воздерживался от подобного рода мероприятий.

Близился Новый год и день, когда Таша должна была обрести статус замужней женщины и полноправного жителя Мускана. Накануне они с Сону, наконец, вместе завтракали, и он сам поднял эту тему.

— Душа моя, завтра Новый год и наш день. Ты помнишь?

— Такое, знаешь ли, не забывается, — усмехнулась девушка.

— Я уже обо всем договорился. Нас будут ждать в посольстве завтра вечером. Мы успеем зарегистрировать брак и вернуться домой до полуночи. Мне заехать за тобой на работу или встретимся на месте?

— Не хочу, чтобы кто-то что-то заподозрил. Давай встретимся у посольства.

На следующий день работа не спорилась, все валилось из рук с самого утра, несколько раз приходилось разбираться с недовольными клиентами, которые придирались по мелочам и настаивали на встрече с управляющим ресторана просто ради фотки с невестой знаменитости. Таша нервничала из-за предстоящего бракосочетания и с трудом удерживала на лице улыбку, потакая клиентам, изо всех сил стараясь не сорваться на них. К тому же, к вечеру в ресторан пожаловал Удит, который решил вдруг устроить проверку. Правда, так и не нашел, к чему придраться. Его визит оказался на руку девушке, она могла со спокойной совестью уехать на встречу с Сону, оставив дела ресторана на владельца.

Переодеваться в шелковое платье, которое Таша купила для церемонии, пришлось в машине. Хорошо, что она поставила ее во внутреннем дворе здания, где меньше шансов, что ее кто-то увидит. Сменив одежду, девушка вышла из машины, чтобы расправить платье и переложить сумку в багажник, когда за спиной раздалось покашливание.

— На свиданку собралась? — услышала она знакомый голос с нотками иронии.

Девушка повернулась и наткнулась на колючий взгляд черных в сгущающихся сумерках глаз Зубина.

— Можно и так сказать, — неопределенно ответила Таша.

Ей совершенно не хотелось сейчас препираться с ним на пустом месте.

— С Наступающим! — поздравила она парня и села в машину, заводя двигатель.

Зубин ничего не ответил, лишь проводил мрачным взглядом отъезжающую машину.

Прошло больше часа с назначенного времени, а Сону так и не появился у посольства. Таша несколько раз звонила, но натыкалась на автоответчик и с каждой минутой волновалась все больше.

— Давид, ты знаешь, где Сону? — не выдержав, позвонила она менеджеру.

— Должен быть с тобой, — удивился тот. — Мы расстались днем. Я поехал домой, а он остался в студии. Сказал, что оттуда поедет к тебе. Может, вы разминулись, и он ждет тебя дома?

Подумав, что это лучше, чем сходить с ума от ожидания, Таша решила проверить. Домчавшись по почти пустым дорогам за рекордное время, девушка вбежала в дом, но ее надежды не оправдались — Сону здесь не было. «Только бы с ним ничего не случилось!» — молилась девушка, снова и снова пытаясь дозвониться до жениха.

Не зная, что делать, и куда еще звонить, Таша мерила шагами гостиную, когда услышала, что к дому подъехала машина. Девушка бросилась к двери. Из такси, с трудом держась на ногах, выбрался пьяный Сону. Он бросил пару купюр водителю, помахал ему рукой и нетвердым шагом направился к дому.

— Где ты был? Почему не пришел к посольству? Ты знаешь, что я чуть с ума не сошла, передумав всякого?! — набросилась на него Таша, встретив на пороге.

Певец остановился и, сфокусировав взгляд на девушке, посмотрел на нее, как на незнакомку.

— А где Падма? — вдруг спросил он, заплетающимся языком.

— Она уехала на праздники. Забыл?

— Ты вместо нее что ли?

— В смысле? — опешила Таша.

— Мне на праздники приходящая прислуга не нужна. Можешь идти, — отмахнулся он и собрался пройти мимо девушки в дом, но она остановила его.

— Сонь, ты че несешь? Какая прислуга? Я похожа на нее?!

— Аааа, — протянул парень, прищурив глаза. — Так ты из фандома! Пролезла в мой дом. Я звоню в полицию. — И он начал шарить по карманам в поисках телефона.

— Черт! — выругалась Таша. — Допился до белочки.

Она подошла к Сону и тряхнула его за плечи, пытаясь привести в чувство.

— Алё, посмотри на меня! Я твоя невеста! Помнишь?

— Да не знаю я тебя! — воскликнул певец, отталкивая Ташу от себя. — Если сейчас же не уберешься из моего дома, я звоню в полицию, ясно?!

И тут до Таши начало доходить, что это вовсе не шутка, и даже не пьяный бред. Сону на полном серьезе не узнавал ее. И она не понимала, почему. Как ни старалась, но сейчас она была не в состоянии ясно мыслить и анализировать. Крупная дрожь сотрясала тело, к горлу подступил горький ком, а грудь сдавило, словно железным обручем, затрудняя вдох. Она так и стояла на крыльце в полном раздрае, когда на пороге снова появился Сону с телефоном в руках. Он прислонился к косяку, найдя точку опоры, и с раздражением посмотрел на девушку.

— Ты еще здесь? Даю две минуты и звоню в полицию.

Девушка вздрогнула и посмотрела на жениха. Нет, все тот же взгляд без тени узнавания. На ватных ногах она дошла до машины и села за руль, завела двигатель и выехала на дорогу. У соседей шумно взорвались петарды и взлетали в небо фейерверки, рассыпаясь разноцветными искрами. Наступил Новый год.

Таша не помнила, как доехала до клуба. Видимо, ежедневная езда выработала привычку, и сейчас сработал внутренний автопилот. Она посмотрела на здание, откуда доносился приглушенный шум праздника. В окнах ресторана было темно. Прикуривая сигарету, девушка заметила, что руки дрожат. В горле царапало и, казалось, что она вот-вот разрыдается, но слез почему-то не было. Наверно, потому, что она все еще не могла поверить в то, что произошло. Она даже не понимала, что произошло.

Из клуба вывалилась шумная компания, вернув Ташу к реальности. Она выбросила окурок в окно и вышла из машины. У нее в кабинете в сейфе хранилось немного налички. На первое время должно хватить. Документы и телефон у нее с собой — это главное. А шмотки — дело наживное. Прихватив сумку из багажника, Таша вошла в здание, открыла ресторан и прошла в свой кабинет, не включая свет. Там собрала волосы в пучок, переоделась обратно в слегка мятый костюм, а злополучное платье бросила в мусорное ведро. Взяв деньги из сейфа, девушка направилась на выход.

— А ну стоять! — услышала она грозный окрик, едва вышла на темную лестницу, и застыла на месте.

«Твою мать, может, хватит на сегодня уже приключений!» — взмолилась мысленно.

— Ты кто? И что тут делаешь? — сурово спросил Зубин, крепко сжимая увесистую биту в руке.

— А ты как думаешь? — спросила Таша, поворачиваясь на голос.

— Ташка? Ты как здесь оказалась?

— Неважно. У тебя выжрать есть?

— Да у меня целый подвал этого добра, если ты не в курсе, — парень шутил и пристально всматривался в темноту, пытаясь разглядеть лицо девушки. — Пошли.

Они поднялись в его квартиру. Зубин включил свет, прошел к шкафчику, где хранилось вино, и достал бутылку красного.

— Проходи, не стесняйся, — пригласил он девушку и сходил на кухню за бокалами и штопором.

Открыв бутылку и разлив вино по бокалам, присел на низкий пуф напротив дивана, где сидела Таша.

— С Новым годом, — произнес он, поднимая бокал.

— С Новым..

Девушка залпом выпила содержимое и потянулась за бутылкой, но Зубин перехватил и плеснул немного бордовой жидкости ей в бокал.

— Что случилось? — парень вгляделся в лицо девушки, отмечая бледность, темные круги под глазами и отчаяние во взгляде.

— Ты не поверишь, — хмыкнула она.

— Тебе — поверю, что бы ни сказала.

— Я и сама-то во все это не верю, — пробормотала Таша, протягивая бокал за новой порцией напитка. — Но если не расскажу кому-нибудь, то просто свихнусь.

— Сегодня мы с Сону должны были пожениться в посольстве, — начала она. — Но он не пришел.

По мере рассказа девушки, лицо Зубина все больше мрачнело. Он отставил бокал и, переплетя пальцы, с силой стиснул руки, сдерживая эмоции, чтобы не порушить все данные самому себе обещания.

— Я не знаю, что мне делать. Это так больно, — закончила Таша и всхлипнула, закрывая лицо ладонями.

Парень присел рядом и обнял за плечи рыдающую девушку.

— Тшшш, все будет хорошо, обещаю, — успокаивал он. И зло процедил сквозь зубы: — Глупый мальчишка! Я же предупреждал… сам развязал мне руки…

За два дня до помолвки Сону и Таши

Мускан, улица Арти Саксены

Красный «мерседес» въехал на улицу Арти Саксены. Медленно проезжая мимо домов, брюнетка за рулем машины, внимательно смотрела по сторонам, ища дом из красного кирпича. Она надеялась, что правильно расслышала улицу и описание дома, когда случайно подслушала разговор одной из клиенток. Та в разговоре с подругой обсуждала сплетни про общую знакомую. Мол, совсем отчаялась в браке с мужем-бабником, что пришлось обратиться за помощью к мусканской ведьме Рекхе. И свершилось чудо — муж перестал ходить на сторону. Девушка расценила услышанное, как знак Свыше, который получила в момент отчаянья.

Когда отец впервые заговорил о помолвке Сону, Лейла была вне себя. Она до последнего надеялась, что слухи про невесту, с которой его якобы видели, всего лишь журналистская «утка». И даже признанию парня она не поверила до конца. Но отец не стал бы шутить такими вещами, как помолвка его любимого Сону. Да еще с кем! С попаданкой! Девушка крепче сжала руками руль. Только от одной мысли об этом кровь в ее венах снова закипала.

Как-будто издеваясь над ней и ее чувствами к Сону, отец поручил ей заняться изготовлением приглашений. Лейла, конечно, закатила ему громкий скандал. Но он был непреклонен, снова и снова возвращаясь к этому вопросу. Уговорами, посулами или откровенными угрозами лишить финансирования ее фирму, но добился своего — дочь согласилась, однако, у нее уже тогда созрела уверенность, что она сделает все возможное, чтобы разлучить Сону с этой попаданкой. Откуда она только взялась?! И как смогла так быстро охмурить этого тюфяка Сону, что он готов жениться на ней?! Наверняка ведьмы сосватали.

Ну, ничего, Лейла тоже нашла способ вернуть себе свое. Девушка вгляделась в один из домов. Кажется, это тот, куда она направлялась.

Поселок Бомбеево

Дом по улице Сезам, раннее утро

Пожилая женщина в розовом спортивном костюме и такого же цвета кроссах вышла на идеально подстриженную лужайку перед домом. Она поправила на голове белую бейсболку, глубоко вдохнула и, прикрыв глаза, начала выполнять плавные пассы руками, при этом делая неспешные выверенные шаги. Это было похоже на медленный причудливый танец.

Так «танцуя» женщина двигалась некоторое время, но вдруг остановилась и резко махнула рукой, словно все это время мысленно с кем-то спорила, и сейчас пришло время ставить точку в споре.

Каль Хо На Хо расстроенно фыркнула. Даже оздоровительно-медитативная гимнастика, разработанная специально для нее Амитом, не помогала избавиться от неприятного осадка после вчерашнего визита внука. Упрямый мальчишка! Он все еще держится за эту попаданку, не предназначенную ему Судьбой, рискуя потерять все, что имеет благодаря ей, КХНХ. Нет, она была слишком добра к парню все это время! Лишившись одного из лучших агентов из-за этой девицы, она не допустит повторения ошибки. Пора принимать радикальные меры!

С этой мыслью старушка направилась в дом. Заварив зеленый чай и отрезав кусочек от вчерашнего сливового пирога, она расположилась на веранде. Теперь, когда решение было принято, Каль Хо На Хо почувствовала, что нервоз отступает. Не спеша позавтракав, она взяла телефон и, найдя нужный контакт, нажала кнопку «вызов».

— Господин Арора, это я, — пропела ведьма в трубку. — … Да, утро действительно доброе! А будет еще добрее, мой золотой, когда ты приедешь ко мне и согласишься на мое предложение. … Сейчас. … Я пришлю за тобой Алима.

Мускан, улица Арти Саксены

Лейла вышла из машины и огляделась. Странно, что проезжая по улице, она не увидела ни одного жителя. Вот и сейчас улица была пустынна. Заблудись она здесь, и даже дорогу спросить не у кого.

Некоторые дома до сих пор стояли не восстановленные после шторма. И только два дома на этой улице выглядели так, словно ураган их вовсе не коснулся.

Внезапно налетел порыв ветра, взъерошивая прическу девушки, а в доме напротив раздался резкий звук, как-будто захлопнулось окно. Лейла вздрогнула и, испуганно поежившись, покосилась на строение. Ей показалось, что за ней кто-то наблюдает. Отогнав неприятные ощущения, она уверенной походкой направилась к дому из красного кирпича.

Калитка оказалась не заперта и, пройдя через двор, Лейла начала подниматься по ступеням, ведущим к входной двери. Не успела она дойти и до середины, как дверь открылась. Навстречу ей вышла женщина в черной футболке с ярким принтом на груди и красных шортах до колен. Ее темные густые волосы были собраны в низкий небрежный хвост и перекинуты вперед через плечо. Окинув незваную гостью холодным взглядом, она спросила:

— Ты кто такая?

Следом за женщиной из дома вальяжно вышел большой черный кот. Он потерся о ногу хозяйки и уселся на крыльце между ней и Лейлой, уставившись на нее немигающим и, как показалось девушке, недобрым взглядом зеленых глаз.

— Здравствуйте, я ищу ведьму Рекху.

Голос Лейлы слегка дрогнул под взглядами этих двоих.

— Ты ее нашла. И что дальше?

— Мне нужна ваша помощь. Очень!

— Помощь? — ведьма усмехнулась, складывая руки на груди.

— Может, в дом пригласите, и поговорим? — вздернув подбородок, осмелела Лейла. Надменное поведение ведьмы начало ее раздражать.

В глазах Рекхи мелькнул интерес. Она наклонилась к коту и погладила его ладонью между ушей. Тот довольно заурчал, подставляя голову за добавкой.

— Ладно. Заходи, — бросила ведьма и, не оглядываясь, вернулась в дом. Кот, дернув хвостом, засеменил следом, так же не обращая внимание на гостью.

Рекха двигалась почти бесшумно, ступая босыми ногами по идеально чистому деревянному полу. Лейла на минуту замешкалась на пороге, но указаний от хозяйки дома не последовало, и девушка прошла внутрь в туфлях. Стук каблуков гулко раздавался в тишине дома, пока Лейла шла за ведьмой в гостиную.

— Итак, — обернулась Рекха, когда они вошли в комнату. — Чем же я могу тебе помочь?

Она присела за круглый стол у окна, жестом указав девушке на стул напротив.

— Есть человек, — начала Лейла. — Которого я люблю с детства, но он хочет жениться… на попаданке.

Ведьма внимательно посмотрела на гостью, приподняв одну бровь. Кое-что в ее истории было знакомо Рекхе. На короткое мгновение она даже почувствовала в ней родственную душу.

— Помогите мне разлучить их! — выпалила девушка.

Поселок Бомбеево, позднее утро

Черный Range Rover въехал в Бомбеево, лихо выбивая гравий из-под колес на поворотах. Алим торопился доставить важного гостя в дом по улице Сезам. Мадам не любит долго ждать. Подъехав к высокому забору, он остановил машину, вышел и открыл заднюю дверцу. Из машины почти вывалился полный мужчина в темно-зеленой рубашке и белых брюках. Ступив на землю, он слегка пошатнулся, и Алим подхватил его под руку, помогая удержать равновесие.

— Укачало что-то, — пробормотал мужчина, обмахивая бледное лицо платком.

— Проходите в дом. Мадам ждет.

Алим слегка поклонился, сел за руль и поехал к воротам с другой стороны дома.

Мужчина вошел в открытую калитку и, пройдя по дорожке, поднялся на крыльцо. Дверь в дом так же была открыта.

— Проходи-проходи, — раздался мелодичный женский голос, едва мужчина переступил порог. — Уж заждалась тебя.

Каль Хо На Хо поднялась с дивана, когда ее гость вошел в гостиную.

— Ты уж извини меня, старую, что разбудила и притащила в такую даль, но это в твоих же интересах.

— Это я должен извиняться, что заставил вас ждать, уважаемая Каль Хо На Хо!

— Ик! — старушка постучала ладошкой себе по груди. — Пирога, наверно, переела. Давай-ка, милейший, без формальностей. Можешь называть меня просто бабуля. Присаживайся, — она пригласила гостя за накрытый стол. — Чаю? Ты что-то бледный какой-то.

Мужчина согласно кивнул и присоединился к старушке за столом.

— Ты все еще хочешь жениться на попаданке, что я тебе сватала? — перешла сразу к делу КХНХ, разливая чай по чашкам.

— Да! Конечно! — закивал головой мужчина.

— Это хорошо. Только, боюсь, теперь она не так легко тебе достанется, как раньше.

— Что вы имеете в виду?

— Да она замуж собралась. По любви, — ведьма хмыкнула и отпила глоток чая. — Но ничего, это поправимо, — добавила она, увидев в глазах потенциального жениха беспокойство.

— Каюсь, я была слишком беспечна и доверчива, — с преувеличенным раскаянием вздохнула старушка. — Поэтому и хочу искупить вину, чтобы воссоединить два сердца, предназначенных друг другу Судьбой.

— Ну что вы.. бабуля, вы совсем не обязаны…

— Нет, так надо! — повысила голос ведьма. — И тогда моя совесть будет спокойна.

— Что я должен сделать? — осторожно спросил мужчина, начиная догадываться, к чему клонит КХНХ, и, ощущая, как мурашки побежали по его спине.

— Так ты согласен? — уже деловым тоном поинтересовалась КХНХ и, дождавшись от гостя немного неуверенного, но утвердительного кивка головой, продолжила:

— Сейчас есть только одно средство, способное изменить ситуацию. «НЕ сахар».

И, достав из кармана спортивной куртки маленький прозрачный пузырек, поставила его перед мужчиной. Содержимое пузырька было похоже на мелкий белый песок.

Мускан, улица Арти Саксены

Рекха устало вздохнула, глядя на свою гостью. Все они приходят за одним и тем же. Все они хотят сделать себя счастливыми за счет чужой боли. Скучно. Она задумчиво постукивала ногтями по поверхности стола, размышляя, стоит ли вмешиваться в эти судьбы или отправить девицу восвояси. Кот запрыгнул на стол и требовательно мявкнул, привлекая к себе внимание. Затем подошел к хозяйке и положил лапу ей на руку.

— Раджа, не видишь, у нас гости. Мне не до игр с тобой, — отмахнулась от него Рекха.

Кот фыркнул недовольно и, подойдя к колоде карт, что лежала на столе, сдвинул лапой несколько штук сверху. Ведьма краем глаза посмотрела на верхнюю карту, что открылась в середине колоды.

— Даже так? — пробормотала она, приподнимая одну бровь. — Интересно. Хороший кот, — она погладила животное по спине, — а теперь гуляй отсюда.

Раджа еще раз потерся о руку хозяйки и, бросив зеленый озорной взгляд на девушку, которая наблюдала за всем этим с недоумением, спрыгнул со стола и выбежал из комнаты.

— Ты знаешь, что придется заплатить? — наконец, спросила ведьма у Лейлы.

— Конечно, я заплачу́. У меня есть деньги.

— Деньги, — с сарказмом повторила ведьма и усмехнулась. — Не все так просто, милочка. Когда вмешиваешься в чужую Судьбу, то приходится платить чем-то более важным.

— Я согласна, если получу то, что хочу.

— Ну, смотри, я предупредила. Ты ведь принесла его вещь?

— У меня нет его вещей, но я подарю это ему на помолвку.

И девушка достала из сумочки маленькую коробочку, в которой лежали золотые запонки с черным агатом. Рекха поднялась и направилась на кухню. Через несколько минут она вернулась с подносом, на котором Лейла увидела медную чашу, замшевые мешочки, две красные свечи и сосуд с водой.

— Поиграй пока с Раджой во дворе. Как все будет готово, я позову.

— Но…

— Иди, — тон ведьмы не предполагал возражений.

Лейла вышла на крыльцо и увидела кота. Он как-будто ждал ее. Радостно подпрыгнув, он скаканул по ступенькам вниз, словно приглашая девушку присоединиться к его веселью. Однако, Лейла спустилась на пару ступеней и присела прямо там. Она терпеливо ждала, наблюдая, как Раджа гоняется за бабочкой. Наконец, ему удалось поймать ее лапами и придавить к земле. Кот победно зарычал и прикусил трепыхающееся существо зубами.

Лейла довольно улыбнулась.

Где-то между Бомбеево и Мусканом

Черный Range Rover катил по шоссе, везя Говрама уже домой в Мускан. Теперь поездка была спокойной, Алим не спешил, соблюдая скоростной режим на трассе.

Мужчина на заднем сидении выглядел озадаченным. Он достал из белого конверта синюю открытку-приглашение на помолвку, на которой серебристыми буквами были начертаны имена жениха и невесты, а также день и время торжества. Потом взглянул на маленький пузырек с белым песком в другой руке и нахмурился. Теперь его счастье зависело от него самого, так сказала ведьма. Если он сделает все правильно, то уже скоро Таша войдет в его серую жизнь в качестве жены и раскрасит ее новыми яркими красками.

К своим сорока годам Говрам Арора не достиг какого-то важного положения. В молодости он был подающим надежды танцором Катхак [один из стилей классического индийского танца], но в силу своей природной нерешительности больших успехов не добился, в конечном итоге отдав предпочтение педагогике. Да и с личной жизнью не сложилось, скорее всего, по той же причине. Однако Говрам все еще мечтал о банальном счастье рядом с пусть и некрасивой, но доброй и любящей женщиной. И с этой мечтой он обратился к ведьме в надежде, что она сбудется.

Впервые увидев Ташу на фото, он странным образом почувствовал, что это именно та единственная, кто ему нужна, и готов был терпеливо ждать того момента, когда сможет назвать эту девушку своей женой. Но он не предполагал, что придется бороться за нее и даже прибегнуть к обману, чтобы достигнуть желаемого.

Единственным оправданием его поступку может послужить только то обстоятельство, что, возможно, в сердце девушки уже поселилась любовь к другому мужчине. Поможет ли Говраму этот «НЕ сахар» завоевать Ташу или его ждет горькое разочарование? Мужчина с сомнением посмотрел на пузырек в руке, а через минуту крепко сжал его в кулаке.

День помолвки

Мускан, клуб «Ом Шанти Ом»

Торжественная часть подходила к концу, когда Лейла вошла в зал. Окинув взглядом пышное праздничное убранство и присутствующих гостей, она посмотрела на сцену, где Сону и Таша обменивались кольцами. Лейла сцепила покрепче зубы, чтобы не закричать, что эти двое не должны быть вместе. В конце концов, это не свадьба, а помолвка. И, если верить ведьме, то до свадьбы дело не дойдет. Главное, чтобы ее, Лейлы, подарок достиг цели.

Усевшись за один из столиков, девушка наблюдала, как пара спускается со сцены, чтобы принять поздравления гостей. Первым делом к ним кинулись журналисты, наперебой задавая вопросы и фотографируя. Под их напором невеста, кажется, совсем растерялась и попятилась испуганно за спину Сону вместо того, чтобы показать всему миру, что этот мужчина теперь принадлежит ей. Лейла с презрением фыркнула и поднялась с места. Она сказала отцу, что не пойдет на помолвку, но соблазн посмотреть в лицо невесте, которая скоро останется с носом, оказался слишком велик.

К тому моменту, как она подошла к месту, где стояли жених и невеста, отец уже разогнал журналистов и поздравлял пару.

— Еще немного и вы станете мужем и женой, — услышала Лейла его последнюю фразу.

— Па, — окликнула она его в попытке оборвать на полуслове, но, к ее досаде, не успела.

Первое, что бросилось в глаза Лейле, когда она оценивающе посмотрела на невесту, это ожерелье на ее шее с аквамарином и бриллиантами. Наверняка стоит целое состояние, с завистью подумала девушка. Вздернув подбородок, она постаралась вложить в свой взгляд все испытываемое ею презрение. И, судя по ответному прохладному взгляду невесты, ей это удалось. Таша, конечно, старалась быть вежливой, но Лейле показалось, что она вот-вот сорвется на грубость. И только Сону оставался безучастным и делал вид, что не замечает мольбы в глазах старой знакомой. Лейла уже была готова закатить скандал, когда отец, крепко ухватив ее под локоть, поволок прочь от парочки. Девушка пару раз дернулась в попытке освободиться, но в конечном итоге сдалась.

— Зачем ты пришла? — строго спросил Давид дочь, когда отвел ее в тихое место подальше от гостей. — Если собираешься закатить истерику, то лучше езжай домой.

Лейла пару раз глубоко вдохнула, сдерживая подкатившие слезы. Нет, сейчас она не будет реветь! Только не сейчас.

— Па, я хотела подарить Сону подарок. Честно! Но когда увидела их вместе… — девушка шмыгнула носом и, быстро смахнув все-таки соскользнувшую с ресниц слезу, посмотрела на Давида.

Она достала из сумочки коробочку с украшением для Сону и протянула отцу.

— Вот. Просто отдай ему это. Но не говори, что от меня, ладно? Иначе он не примет. Пусть это будет моим прощальным подарком.

Давид с сочувствием в глазах посмотрел на дочь. Покачал головой, привлек ее к себе и обнял, поглаживая рукой по голове.

— Я все понимаю, дорогая, все понимаю. Но так распорядилась Судьба. Просто отпусти, хорошо? Ты ж у меня умная девочка. А подарок я передам, не волнуйся.

Мускан, клуб «Ом Шанти Ом», почти в то же время

Говрам приехал на помолвку немного раньше, чем думал. Просто ему попался проворливый таксист, который быстро домчал его до клуба.

На входе мужчина окинул себя в зеркало придирчивым взглядом, чтобы убедиться, все ли в порядке. Следуя дресс-коду мероприятия, он надел синий шервани, расшитый серебристой вышивкой, такого же цвета шальвары и черные туфли из мягкой кожи, лучшие из тех, что у него были.

Он вошел в зал клуба, когда торжественная часть только началась. Стараясь не привлекать внимания, мужчина нашел укромное место, из которого мог наблюдать за происходящим, но при этом находится в тени.

Когда Говрам посмотрел на сцену, то с удивлением узнал в женихе того самого молодого человека, Сандара, который помог ему и его ученице, Нармаде, в день шторма. А ведь девочка потом говорила, что их спаситель — «звезда» Саварии. Но Говрам не поверил, что человек с подобным статусом снизошел бы до них, простых смертных.

Мужчина расстроенно вздохнул. Его задача с каждой минутой усложнялась. Глядя на эту молодую и красивую пару, на то, с какой любовью они смотрят друг на друга, Говрам почувствовал легкую зависть, но и муки совести. Он должен стать тем, кто разлучит их — красивую девушку с искрящимися от переполняющих ее чувств глазами и отзывчивого молодого человека с добрым сердцем и бесконечной нежностью во взгляде на свою любимую. Мужчина уже не был уверен, что у него хватит духа сделать это. Он начал жалеть, что приехал к началу торжества. Слишком много времени на то, чтобы передумать, пока он ждет возможности подойти к Таше.

А удобный момент все не наступал. Когда пара спустилась в зал, их обступили журналисты и гости, желающие выразить свои поздравления. Потом Таша ушла с какими-то двумя девушками в служебные помещения и долго не возвращалась. Говрам даже подумал, что случая подойти к девушке уже не представится, и придется уехать ни с чем.

Наконец, Таша вернулась. Но сразу же нашла жениха и больше от него не отходила. Говрам решил, что использует знакомство с Сандаром, как предлог. Он остановил официанта, который разносил шампанское, и взял три бокала. Отпустив парня, мужчина дрожащей рукой высыпал в один половину содержимого пузырька. Он повязал на него тонкую ленточку синего цвета, оторвав ее от букета цветов, а два других бокала пометил такими же белыми.

Сердце бешено колотилось в груди, когда Говрам, собравшись с духом, направился к Сону и Таше. Они сидели за столом и о чем-то тихо переговаривались, обмениваясь многозначительными взглядами и улыбками. Оказавшись так близко к своей мечте, Говрам на несколько секунд онемел, не в силах оторвать взгляд от Таши. Она переоделась и распустила волосы, и вблизи оказалась еще красивее. Мужчина кашлянул, чтобы прочистить горло, чем и привлек к себе внимание пары.

Широко улыбаясь, он обратился к Сону:

— Сандар, я так рад, что успел! Вы помните меня? Вы помогли мне и Нармаде, моей ученице, в штормовую ночь.

Сону несколько мгновений смотрел на него непонимающе, потом кивнул. По его реакции Говрам не понял, помнит тот его или нет. Впрочем, сейчас ему было все равно. Сильно нервничая, он тараторил без умолку. Певец вставлял односложные слова в нужных местах, без особого энтузиазма поддерживая беседу. Говрам заметил раздраженный взгляд девушки, и он почему-то больно уколол его. Что ж, пора переходить к главному. Мужчина подозвал официанта и, показав на стоявшие на подносе бокалы, попросил принести их. Бокал с синей ленточкой Говрам протянул Сону первым и, как и ожидал, тот передал его Таше.

— За талант! — произнес тост мужчина. — И за удачу!

Это он пожелал уже себе. Они чокнулись и отпили по глотку.

— И, конечно, за вас, такую прекрасную пару!

Говрам одним глотком опрокинул в себя остатки шипучего напитка, даже не почувствовав вкус. Руки предательски дрожали. Внезапно прямо на его глазах Таша упала без чувств, где стояла. Испуганно вздрогнув, он сделал пару шагов вперед в инстинктивном порыве помочь девушке, но над ней уже склонился жених, не менее шокированный произошедшим. Мужчина попятился назад и отчаянным жестом провел рукой по лицу, словно прогоняя охвативший его страх. Что же я наделал! — стучала в голове мысль. Он развернулся и, не глядя по сторонам, быстро направился прочь, случайно налетев на высокого и мрачного мужчину. Ударившись об него, как об скалу, и пробормотав извинения, Говрам кинулся к выходу.

Возле клуба скопилось несколько машин такси, ожидая окончания мероприятия. Запрыгнув в первое попавшееся, и, назвав адрес, Говрам откинулся на сиденье и закрыл глаза. Его трясло и немного мутило. Раскаянье накрыло удушливой волной.

Такси везло мужчину в его новое будущее. Он горько усмехнулся. Не о таком счастье он мечтал. Но назад пути уже нет.

«Любовь все искупит, — твердил себе Говрам по дороге домой. — Моя любовь все искупит».

КОНЕЦ ПЕРВОЙ КНИГИ