Ноша хрономанта. Том девятый Владимир Мясоедов [xyz-ips snippet="Card"] Содержание книги В пыльных коридорах времени, где прошлое и будущее скованы узами хрупкой памяти, разгорается древний конфликт — борьба за право управлять хрониками судеб. Светлана, женщина-стихия, чья воля сковывает пламя и сжигает все, что угрожает равновесию мира, стоит на перепутье великих событий. Её огненный дар способен карать и защищать, но в сердце хранится нечто более ценное, чем магия — несломленная решимость и внутренняя сила. В этом мире, где сама ткань реальности рыхла и хрупка, вместе с немало закалённым временем героем, чьи мысли прокручиваются дальним эхом хрономатического мастерства, начинается новый виток борьбы, сотканной из боли, надежды и неумолимой необходимости сохранить то, что дорого. Владимир Мясоедов приглашает читателя отправиться в бесконечную вечность, где грань между жестокостью и справедливостью затуманена, а жажда управления временем становится роковой силой. Уже не просто сражение за города и империи — это испытание духа, где каждый шаг, каждое действие отзовётся эхом в прошлом и будущем. За бдительным взглядом главного героя таится груз ответственности, которым давит знание — стать хрономантом, чье сознание способно пробиваться сквозь зыбкие границы нескольких временных линий. Он — мастер, чей дар равнозначен силе смерти и жизни, но уж слишком часто судьба лишает его ясной памяти о собственных победах, оставляя лишь обрывки и фрагменты, как будто само время играет с ним в жестокую игру зеркал. В центре сюжета — ожесточённое столкновение не только с внешними врагами, но и с внутренними демонами, с беспрестанным и изматывающим процессом сохранения и утраты воспоминаний. Словно хрупкий кристалл, который можно потерять или украсть, память оказывается ключом к могуществу. Но кто вправе обладать ею? Какую цену готов заплатить за власть над временем? Ответы — в каждом жесте и каждом вздохе героев, вынужденных бороться не только на полях сражений, но и внутри самих себя. Светлана — огонь, жёсткая и беспощадная, но умеющая сохранить людей, тех, кто не заслуживает кары. Её путь крепок и опасен, а сила — велика, ведь она словно руки судьбы, сжигающие ложь и оберегающие истину. Неаполь, город, где время словно застыло, превращается в арену, где смешиваются страх и надежда, боль и триумф. Сотни тысяч жизней повернуты к концу света и новому началу, а среди них — люди, освобождённые от цепей рабства и смерти, взирающие на огненного исполина, что разрушает или спасает, в зависимости от своего каприза. История наполнена духом сопротивления, скорбью о потерях и неукротимой волей идти вперёд — несмотря ни на что, несмотря на все испытания. В «Ноше хрономанта. Том девятый» оказывается переплетено неизбежное с возможным — свободная воля сталкивается с неумолимостью предопределённости, а между ними — между разрывающимися плоскостями времени — шагает герой, чье имя звучит как эхо многомерных судеб. Он борется не столько с внешними врагами, сколько с собственными сомнениями и страхами, пытаясь сохранить часть себя, утраченную в лабиринтах вечности. Его предназначение — быть связующим звеном между мирами, хранителем тех мигов, которые способны изменить ход истории. Под покровом пламени и тени, среди каменных стен заброшенных империй, рождается новая легенда. Легенда о том, как один человек, хранящий в душе отголоски множества жизней, не смирился с тем, что время — нечто неподвластное, а память — лишь призрак. Здесь нет места случайностям, здесь каждый выбор — вызов самой судьбе. Книга, созданная Владимиром Мясоедовым, — это приглашение к размышлению о сущности времени, о хрупкости человеческой природы и могуществе, способном изменять любой ход событий. Это повествование не просто о битвах и магии. Это рассказ о том, как глубоко прячутся силы, управляющие не только мирами, но и сознанием. Как пламя, что не сгорает, может стать спасением или проклятием. Как память, освещённая кристаллом истины, держит в своих руках ту тонкую грань, где начинаются настоящие чудеса. И как дух человека способен восстать из пепла забвения, чтобы вновь стать хранителем своего времени. ==================== Глава 1 Глава 1 Вот стоишь ты близ завоевываемого твоей армией города, в храме, построенном у жерла вулкана, победив великое зло, мысленно материшься, подбираешь слова, которые нужно сказать собственным солдатам, что словно по команде на тебя вытаращились, вдруг узнав о дружбе своего начальства с всякими подозрительными типами, настораживающе похожими на неких мифически-библейски-фольклорных персонажей…И вдруг все твои предыдущие проблемы с коммуникацией резко становятся уже как-то не очень актуальными, ибо пространство начинает дрожать и рваться, пробиваемое выпадами какого-то странного металлического веера, состоящего из одних только лезвий и большей своей частью находящегося за пределами этого мира, а через бреши прямо к усталым и торжествующим победителям рвутся те, кто вот прямо-таки жаждет их схватить и покарать. Причем у них даже могло получиться! Ибо зло, которое пало на вершине Везувия, может и было великим, хитрым, умным, опасным для планеты Земля и почти устроившим жертвоприношение сотен тысяч людей во имя своего вознесения, но оно все ещё оставалось принцессой. А потому, как и положено принцессам, имела родителей превосходящих свое чадо по всем статьям. Правительницу одного из миров Бесконечной Вечной Империи и божка, которого мне как-то раз уже доводилось оставить в дураках. Могущества хватало у обоих. Верных слуг, что были готовы выполнить любой приказ своих повелителей — тоже. И по крайней мере один из них видимо обладал достаточно развитыми родительскими инстинктами, дабы отреагировать на гибель своего потомства. — Жалкие грязные насекомые! Я заставлю вас заплатить за то, что вы сделали с моей дочерью! — Орала сидящая на троне темноволосая женщина, одетая в странную похожую на прикрепленный к затылку веер корону, наручи, поножи и некое подобие металлического бикини. Ей, кстати, очень даже шло. Сия королева, обладающая ну очень развитой харизмой и невозможными без магии сиськами какого-то суперпоследнего размера, могла показать всем желающим и просто оказавшимся рядом зрителям действительно роскошное тело, о котором большинство косплеерш, порномоделей и порномоделей-косплеерш не могло бы даже и мечтать. Увы, сейчас все портила перекошенная от бешенства физиономия и руки, удерживающие тот самый веер из лезвий, который мог вытягиваться во много-много раз, заодно пробивая проходы между мирами. Один из них открылся прямо внутри живота какого-то из моих солдат, в результате чего бедолагу словно бы засосало в черную дыру и взорвало на мелкие кусочки одновременно. Только вот непосредственную угрозу в ближайшие секунды для нас представляла явно не столько сама правительница, сколько расфуфыренные мужчины и женщины в пышных обильно усыпанных драгоценностями и кружевами камзолах или платьях, десятками врывающиеся в распахнутые для них порталы. — Вы проклянете тот день, когда появились на свет! Я вечность стану жарить вас в пламени, дровами для которого станут души всех тех, кто были вам близки!!! Мои солдаты организованно встретили нападающих свинцовым ливнем, источником которого служили автоматы и парочка ручных пулеметов, а также примерно десятком гранат, несколько из которых имели довольно занятные эффекты благодаря алхимической начинке и даже боевыми заклинаниями, которыми плевались имевшиеся у них артефакты. Эффект был…Минимальным. Иногда у землян получалось нанести противнику легкие раны, чуть снижающие их боеспособность, но не реже случалось и так, что их атаки производили на свою цель впечатление снежков, летящих в строй решительно настроенных бойцов спецподразделений, явившихся в полном обвесе толпу протестующих разогнать. Пули били в расфуфренных аристократов Бесконечной Вечной Империи, да только те на месте не стояли и двигались не сильно медленнее атакующих гепардов, из-за чего девять десятых выстрелов уходили в молоко. Причем оставшиеся попадали в цель лишь благодаря количеству рвущихся к нам сквозь несколько порталов противников, сгрудившихся на относительно ограниченной территории. Только вот успех в меткости далеко не всегда означал появление у неприятеля хоть каких-то повреждений, даже удачно выпущенные кусочки металла зачастую либо застывали в полете, чтобы бессильно шлепнуться на пол, либо просто отскакивали от одежды, кожи и даже глаз наших врагов, произведя на них примерно такой же впечатление, как брызги воды на прущую вперед бронетехнику. А вот ответные атаки, увы, оказались очень даже эффективнее. Воздушное ядро пролетело навылет сквозь неровный строй моих солдат, прихватив с собою сразу троих, которым разбросало в разные стороны как сухие листья. Пробившиеся сквозь камень зеленые побеги окутали ещё десяток, заматывая людей в себя словно мух в паутину. Ударившая с чистого неба метель, состоящая из острых как бритва снежинок прижала к земле группу из двух пулеметчиков и пытавшегося прикрыть их барьером от вражеских атак волшебника, разрезая их одежду на лоскуты, высекая искры из лат и покрывая открытые части тел десятками глубоких кровоточащих царапин. Да, кое-какую защиту от заклятий мои бойцы имели, т не всегда она даже могла бы считаться убогой, а потому честно отрабатывала свое, поглощая часть убойной силы или же пытаясь отклонить атаки в сторону…Однако здесь и сейчас тех, кто был обычными или пусть даже не совсем обычными обывателями примерно полгода назад прессовала истинная элита магического мира, и силы были явно не равны. А также опыт, навыки, уровни и достижения. — Эва, в небо! Прикрывай огнем! — Я метнулся наперерез самым резвым из непрошенных гостей, уже начавшим раздавать люлей моим солдатам и в ближнем бою, занося для широкого размашистого удара свой дуручный молот. Пробивающий пространство веер являлся до крайности опасным оружием, без сомнения находящимся на высшей планке мифического ранга, а то и на божественном…Однако даже самое лучшее в мире оружие зависит от эффективности того, кто его держит. И пока я использую её собственных людей как живой щит, мамаша покойной принцессы Шикхалаз вряд ли постарается ткнуть меня этой дрянью, от последствий удара которой даже хромантия вряд ли спасет. Не из боязни зацепить своих слуг, для Королей Мира практически любой кроме равных им считается расходным материалом…Просто ей меня окажется не видно. Да и вообще, зачем собственноручно бить того, кого вполне успешно метелят её вассалы? А метелить меня они будут, ибо их много, а каждый равен или почти равен легендарному варлорду, находясь примерно на том же уровне опасности, да вдобавок почти наверняка располагает столетиями боевого опыта и артефактами, за которые не стыдно, когда в присутствии правительницы целой планеты находишься. — Нам нужно выиграть время! Широкий взмах легендарного оружия должен был смести человек пять и ещё одного вроде бы орка, но поразить сумел только воздух. Целых три противника сместились на несколько метров в сторону каким-то аналогом телепорта или многократного ускорения, двое пригнулось, почти распластавшись по земле, один подпрыгнул, а ещё один вообще умудрился стать бесплотным, пропуская сквозь себя атефакт, вообще-то способный и призраку размозжить его нематериальную черепушку. Однако задействованное умение или навык оказались невероятно хороши, позволяя этому типу подойти вплотную и только после этого вновь обрести материальность…Чтобы поймать грязный, подлый и эффективный пинок по яйцам, которого сие расфуфыриное аристократическое мурло явно не ожидало, из-за чего и подлетело в высоту на пару метров, в полете скалыдваясь буквой зю. Его обтягивающие кружевные штанишки не стесняли движений и защищали намного лучше, чем кажется, но с учетом моей аномальной силы, наверняка выделяющейся даже на фоне других обладателей легендарных классов, доктору будет проще его половые органы отрезать и заново отрастить, чем исцелить из состояния омлета всмятку. Эва старалась как могла, заплевывая драконьим пламенем все и вся, на что падал её взгляд, но благодаря усилиям кого-то из вражеских магов то тухло, едва покинув её зубастый ротик. А удары конечностей, крыльев и хвоста взяли в барьерах, которыми противник окружили сию огнеопасную боевую единицу, теперь ставшую напоминать взбешенно шипящую кошку, рвущую изнутри свою переноску. И к неё еще штук пять или шесть летунов воспарило. Воздух вокруг меня загустел, обретая плотность если не камня, но хотя бы дерева, а вдобавок обжигал легкие ядом, но я вместо того чтобы оказаться неподвижной статуей снова вмахнул молотом, преодолевая действие магии, наложенной кем-то из придворных чародеев и все-таки смог зацепить краешком какую-то воительницу, несмотря на тяжелое и неудобное вроде бы платье до пола очень даже ловко сигающую туда-сюда с двумя то клинками, то ли спицами. Она отлетела в сторону, будто кошка, которую пнул хулиган-футболист, а рука её с громким хрустом сломалась, выгнувшись в неправильную сторону…И встала на место, полностью регенерировав, даже раньше чем эта весьма опасная но также и довольно легкая девица приземлилась на ноги. Число солдат стремительно сокращалось даже несмотря на то, что к нам тоже успело подойти подкрепление со стороны Убежища. Увы, на сей раз технический прогресс столкнулся с могущественной магией, ни в чем принципиально ему не уступавшей, а то и превосходившей по количеству тех великих умов, ресурсов и человекочасов, которые понадобились на создание противостоявших нам врагов и всей их экипировки только с виду кажущейся непрактичной. Взрывные устройства бахали прямо под ногами атакующих, но даже идущая снизу вверх ударная волна могла тех, максимум, слегка пошатнуть или пощекотать осколками, заставляя этих типов лишь недовольно кривить лица, покрытые слоями пудры, румян и какого-то грима. Патрик вроде бы умудрился забросить зажигательный боеприпас прямо в напоминающую какую-то башню пышную прическу одной из леди, входящих то ли в гвардию правительницы целого мира, то ли в её же придворные, а в результате ударившая оттуда вверх струя жидкого огня, способного танковую броню расплавить, лишь слегка укладку растрепала! А вот сами эти типчики, увы, добивались куда больших результатов. И очень быстро. — Не сметь, тупой ты ублюдок! — Краем глаза я увидел, как какой-то расфуфыренный хлыщ выронил из своей руки покрытый кровью кинжал и полетел кубарем, получив пощечину…От той самой дамы с высоченной прической, в чьих волосах догорал то ли белый форсфор, то ли какая-то иная, ещё более жуткая дрянь. — Её величеству убийцы её высочества нужны живыми! Или же ты сам их место у палачей займешь! Да, враг хотел нас пленить, а не убить и возможно только по этой причине битва ещё продолжалась. Лучшие из лучших одного из магических миров Бесконечной Вечной Империи воздерживались от того, чтобы применять свои козырные карты и старательно дозировали удары, дабы не прогневать случайно свою повелительницу, а вот перед нами никаких ограничений и в помине не было. Увы, даже с учетом подобного карт-бланша соотношение сил оказалось слишком неравным. Левую ступню зажевало выскочившими из земли металлическими зубьями, сумевшими прогрызть ботинок, но капкан все же получилось раздробить раньше, чем он добрался до костей, а боль от измочаленной плоти можно было стерпеть, пусть даже мобильности подобная травма не добавляла. В правой руке застрял короткий арбалетный болт, распространяющий онемение. В ноздри словно бы ввинтились струи усыпляющей мятной прохлады. Щеку прожгло огненной стрелой, выбившей заодно несколько зубов, а в спину телепортировавшийся в тыл ублюдок вонзил какую-то до чертиков мешающую штуку, предположительно копье. Однако я стоически преодолевал подобные мелочи и старательно махал молотом, изображая взбесившийся вентилятор. Самостоятельно победить Короля Мира, ну королеву, учитывая её пол, у нас не получится даже с учетом того, что со своего трона эта любительница длинных шестов если и встанет, то на другую сторону собственноручно открытых порталов точно не перейдет. Таким как она в родном доме по определению стены помогают, а любимый дворец в центре столицы — эпицентр её власти и средоточие мощи, в котором такая как она может и кого-нибудь из божков Бесконечной Вечной Империи минут за пять-десять на кукан насадить, если тот сунется в её владения дуром, без нормальной свиты и предварительной подготовки. А на Земле или в ином другом месте она заметно слабеет и убить её, причем без возможности воскрешения, становится делом хлопотным, но даже иным легендам посильным…Однако у меня нет цели перемолоть ударные отряды этой дамочки, у которой есть много недостатков, но явно не внешность и не отсутствие родительских инстинктов. Нужно просто продержаться пока мои самоизолировавшиеся внутри божественных защитных чар коллеги не выберутся наружу. Не уверен, в каких мы будем с ними отношениях…Но уничтожить аристократов Бесконечной Вечной Империи, фактически самостоятельно пришедших к ним в руки, они точно не откажутся. — Жалкое ничтожество, ты падешь пред величием… — Раздвинув наседавших на меня бойцов, вперед шагнул какой-то старый хрыч, старавшийся показать всем какой он тут гордый и важный. И осторожный, ведь геройствовать он решил лишь после того как пытающегося единолично задержать такую орду вражедбных аристократов легендарного варлорда местами утыкали как ежика, а местами издырявили, словно швейцарский сыр, вдобавок успев несколько раз проклясть и отравить. Кстати, чего-то общее в морде лица у него наблюдалось и с восседающей на троне гадиной, и с погибшей принцессой. Старший брат-неудачник или же какой-нибудь дядя-канцелр? Впрочем, неважно. Важно, что я хрономант, и дрались мы покуда совсем недолго! Реальность дрогнула, когда я убедил её, что должен быть таким же, как и минуту назад. Полностью таким же, неотравленным, непроклятым, не имеющим ран или отверстий в броне, непредусмотренных её конструкцией. Вероятно, придворный очень удивился, когда вместо израненного и обессилевшего врага, чьи латы хоть и были легендарного качества, но уже оказались превращены в какие-то лохмотья, перед ним вдруг оказался полный сил и очень-очень злой варлорд. Но отреагировал правильно — попытался вновь спрятаться за спинами своей свиты, и лишь чуть-чуть не успел, поскольку я вновь воспользовался своим даром, теперь уже ускоряя течение реки времени для себя…И вгоняя навершие своего боевого молота, так напоминающее расправившего крылья в дракончика, точно в грудь аристократа. Грудь, в принципе, выдержала, поскольку засиявший перламутром кружевной камзол явно мог бы и танковый выстрел остановить. Но, судя по тому фонтану крови и костяных осколков, который брызнул у раззявившего свой рот засранца, про внутренние органы такого сказать было нельзя. — Защитить герцога! — Крикнул кто-то из придворных, сноровисто заслоняя придурка своим телом. Впрочем там было такое тело, что его даже моим молотом прошибить не вдруг удастся: широкое, толстое, покрытое щитками естественной брони из-за чего затянутый в шелка и бархат тип напоминал большую прямоходящую черепаху, забронировавшую себе не только спину, но и все остальное…То ли мутация, то ли представитель неизвестной расы, то ли просто защитная магия такая, экзотический аналог известной чуть ли не по всему мирозданию каменной кожи. Впрочем, не важно…Важно, что я — хрономант и свою добычу я ещё никуда не отпускал! Круговой взмах молотом очистил пространство вокруг меня, мимоходом отшвырнув в сторону какого-то идиота, возомнившего себя то ли невидимым, то ли бессмертным…А может он просто понадеялся, что мое оружие заблокирует кто-то другой прежде чем то дотянется до его драгоценного тела? В любом случае свободное место позволило без лишних помех сформировать прямо под ногами ритуальный круг из крови. И в этом круге время вело себя так, как надо было мне! Реальность встретилась с волей хрономанта, подкрепленной щедрым выплеском магической энергии, дрогнула и поверила, что миг соприкосновения герцога с дракончиком, венчающим рукоять, все ещё продолжается, в результате чего тело эвакуиромого объекта исчезло из рук тех, кто оттаскивал его в тыл. И возникло там, где надо было, чтобы всего лишь легкий доворот оружия, буквально ввинтившегося в тело аристократа через уже имеющуюся рану, нанизал тело ублюдка на артефакт, словно канопе на шпажку! А после я рванул в сторону от начавшей терять стабильность хроноаномалии…Утаскивая её за собой, словно шайбу при помощи своей необычной «клюшки» и зашвыривая сей снаряд прямо в плотные ряды противника, защищенные практически от чего угодно, но только не от этой фундаментальнейшей силы мироздания. — Нееет! — Отчаянно завопила какая-то дамочка, полными ужасами глазами взирая на то, как идет морщинами её прежде гладкая и ровная кожа. Впрочем, до конца пронять весь ужас ситуации она не успела, так как рассыпалась прахом. Рядом с нею рухнул на землю мастер меча, чьи маленькие детские ножки больше не могли удержать взрослое тело. Вывалив язык на бок задергался в судорогах волшебник, словно иссыхающий изнутри от действия какого-то навыка, который словно бы проработал намного дольше, чем это было безопасно для этого конкретного одаренного. Пару-тройку человек поджарили, заморозили или ещё как подпортили собственные артефакты или защитные чары, вышедшие из строя по той причине, что они на аномальное время работы оказались не рассчитаны. Ещё человек двадцать просто подохли когда от вполне понятных явлений вроде растворения в ничто половины тела, когда от каких-то внутренних травм, все-таки когда твоим легким лет триста, то прекрасное состояние остального тела уже не поможет дышать полной грудью. — Не стоило вам приходить сюда, мрази! — Оскалился я, стряхивая с молота остатки герцога, который так и не успел мне представиться, а после наступая на малость сбледнувших аристократов Бесконечной Вечной Империи, которые явно не привыкли к тому, что их в бою могут пачками косить, словно каких-нибудь ополченцев, крестьян и прочую чернь. — Этот мир — мой! И я вас сюда не приглашал!!! ---------- Глава 2 Глава 2 С небес чуть ли не мне на макушку рухнул какой-то смелый птиц, между прочим даже вполне себе с пернатыми крылышками на манер ангела, который вместе с несколькими примерно столь же шустро порхающими товарищами пытался завалить мою дракиду-дракону…Но понимания у Эвы не встретил, а кроме того моя любовница в отличии от обычных крылатых ящеров разбиралась в тонком деле мордобития на вполне профессиональном уровне и не пыталась взять свое тупо за счет превосходства в грубой силе, прочности и размерах. Вероятно, потому-то её численно превосходящие силы противника все никак не могли скрутить, а самый настырный придурок оказался отфутболен мордой в землю, да ещё и жидким магическим огнем оплеван на дорожку. Впрочем, волшебно-биологический напалм, способный так-то пожрать даже камни, скорее скатывался с предложенного ему топлива, чем пытался вцепиться в него, пусть даже захватывая с собой определенное количество зачарованных тканей и не сильно уступающих им по энергонасыщенности кожи или мышц придурка, вопящего во всю глотку и даже в агонии пытающегося отбиваться от товарищей, пытавшихся его затушить. Впрочем, раз сразу не сдох, то скорее всего шустро утащенного обратно в родной мир через ближайший придурка быстро вылечат. Придворный медик Короля Мира, ну королевы в данном случае, имеет все шансы даже размазанного мной по пространству, времени и нескольким десяткам придворных герцога обратно в кучу собрать и воскресить. Услуга по меркам Бесконечной Вечной Империи крайне дорогая, но для высшей аристократии вполне посильная, а частнопрактикующие специалисты так ещё меньше берут… Сначала сделавшие небольшую паузу, дабы дать своему лидеру расправиться со мной, а после опешившие и откровенно напугавшиеся влетевшей в их ряды хроноаномалии, придворные вновь ринулись в атаку, подгоняемые криками своей королевы. К сожалению, их скорость и мощь не слишком-то сильно уступали моей. К счастью, они сегодня и сейчас явно не собирались вступать в бой во имя мести за погибшую принцессу, а потому вместо нормальных доспехов и оружия размахивали всякими аналогами вытряхнутых из рукавов кинжалов, ну может статусными побрякушками, которые при дворе показывали их статус и наличие особых заслуг, позволяющих даже в присутствии королевы таскать оружие. Вдобавок благодаря редкости не чурающихся боя лицом к лицу хрономантов они пока ещё не очень понимали, с кем столкнулись и как такого противника правильно из строя выводить. Какая-то волшебница метнула в мои ноги россыпь ледяных игл, пусть и пробивших даже легендарный доспех из драконьей шкуры, но оставивших после себя очень незначительные ранки, которые легко отменить. Как и воздействие снова попытавшегося прицепиться ко мне облачка парализующей отравы. А потом вообще нашелся смельчак, в лицо засветивший боевым кастетом, пусть даже позолоченным и с какими-то фамильными вензелями вместо ударных шипов. Противники вновь пытались меня измотать, стреножить и спеленать, что было очень тупой стратегией против того, кто способен откатывать свое состояние к изначальному эталону…Увы, никто другой тут больше так не мог, ну может за исключением чернокожего кукольника-некроманта, покуда так и не вылезшего из активированного им же божественного барьера. Подкрепление со стороны Убежища лились сплошным потоком, стреляя на бегу и бросаясь разнообразными взрывающимися предметами, от связок алхимически улучшенного динамита до сверкающих магическими рунами боевых топоров. И нет-нет, да улыбалась кому-нибудь удача в виде засаженной прямо в глаз врага бронебойной пули, отправившей свою цель не в морг так в нокаут, все-таки в меткости бойцы по живым мишеням тренировались долго и упорно, а потому Бесконечная Вечная Империя щедро спонсировала их развитие навыками, позволяющими сделать такие выстрелы, которые за пределами комиксов или кинематографа раньше не увидел бы ни один снайпер. На втором месте по результативности оказались, пожалуй, ударные волны от взрывов, периодически заставляющие сильных, но легких и не особо ловкого придворных падать прямиком в вулкан. Примерно половина таких неудачников либо умела летать, либо тупо карабкалась оттуда обратно по склонам жерла, но ведь остальные купались все-таки в лаве, где гореть им предстояло долго, больно и обидно! Правда для того, чтобы атаковать врага, сейчас моим солдатам следовало уже пробираться через целые баррикады из своих павших товарищей, которым либо сломали большую часть костей в организмах, либо не оставили возможности и бровью пошевелить благодаря каким-нибудь чарам паралича. Следовало порадоваться, что приказ «брать живьем» противник все ещё честно старался выполнять. Ну и ещё многочисленности наших подкреплений, мешающих аристократам Бесконечной Вечной Империи начать оттаскивать убийц их принцессы прямиком к палачам… — Ааа! — Выкрикнула Эва, что сумела вырваться из коробки барьеров, но сразу же сорвалась в штопор, поскольку её крылья захлестнуло переливающимся ослепительно яркими электрическими разрядами лассо, которое сжимал один из врагов. А второй в это время уже накидывал на шею моей любовницы примерно такую же удавку. Несмотря на вцепившиеся в её алую чешую потоки энергии она сумела выдохнуть несколько десятков кубометров пламени и на того, кто обидел, и на тех, кто находился у него за спиной…И лишь оставила на их одежде несколько жалких едва заметных подпалин вместо того, чтобы испепелить свои цели к чертям собачьим! Я же ей никак помочь не мог — был очень занят, пытаясь не отхватить по морде от целых четырех расфувыренных мордоворотов, явно привыкших работать именно таким составом. Какие-то странные дубинки в их руках так и мелькали на огромной скорости, уверенно откалывая куски от моих доспехов, между прочим доспехов легендарного ранга, заодно каждым своим ударом вызывая просто чудовищные вспышки боли и растекающегося по мускулам тела онемения, ломая кости, травмируя ауру и вообще всячески выбивая из попавшей в эту молотилку добычи дерьмо, боеспособность и волю к сопротивлению. — Сколько можно копаться, ленивые бездари⁈ Почему эти ничтожества ещё не лежат предо мною в цепях⁈ — Громко возмущалась королева, однако же только лишь возмущениями её действия пока и ограничивались по большому счету. Даже новые порталы она уже не открывала, видимо сосредоточив свои усилия на поддержании текущих…И это, вообще-то, было очень даже серьезным результатом! Возможность перебрасывать между мирами с высочайшей точностью целые воинские подразделения без помощи обелисков, покуда требующих за перемещение на Землю изрядно завышенные суммы, явно показывало, что и от Системы сия особа могла бы отлипнуть без особенных проблем для себя, поскольку по праву могла называться великим магом. — Если через сотню ударов сердца вы не закончите с ними возиться, то придворному палачу понадобится срочно закупить новые розги, поскольку старые он обломает о ваши спины! Энтузиазма в метелящих меня придурках определенно прибавилось, и они стали рисковать, пытаясь нанести мне действительно серьезные удары, пусть даже и ценой молота, мазнувшего от них в опасной близости, а то и мимоходом проехавшегося по чьей-нибудь физиономии, разрывая кожу, надламывая кости и выбивая зубы. Однако видимо риск слишком близко познакомиться с королевским палачом и тем понести урон репутации в их глазах перевешивал необходимость терпеть боль и возможность вполне реально взять и сдохнуть. Ситуация стала становиться по-настоящему опасной несмотря на то, что кто-то в Убежище решил поддержать нас метким минометным огнем, укладывая снаряды точно в открывшие порталы, из которых между прочим подкрепление к противнику продолжало прибывать…Но тут наконец-то случилось то, чего я так долго ждал, а именно появление на поле боя повелительницы огня, имеющей в своем распоряжении возможности мифического класса и опыт прошлой жизни, а также её коллеги, пусть менее грозного в прямом противостоянии конкретно здесь и сейчас, но в квалификации ей ничуть не уступающего. А также использующего в самых смертоносных и эффективных своих шедеврах темную магию и тот материал, которого на вершине Везувия сейчас хватало с избытком. Трупы. Со скоростью, которую глаз осознавал только постфактум, будто сотканный из чистейшего пламени женский силуэт заметался между порталами, проходя через них словно раскаленный нож сквозь пачку сливочного масла. Только кипящие брызги в разные стороны от мгновенно исчезающих разрывов в ткани реальности брызгали…Вернее не кипящие, а представляющие из себя жуткую смесь нестабильного пространства с кусками тела полностью перешедшей в энергетическое состояние волшебницы, которые из неё это самое пространство тупо вырывало. Те придворные, на кого угодили подобные «капельки» одновременно и словно бы оказывались вывернуты наизнанку полностью или частично, и обжаривались местами до состояния едва ли не атомарной аннигиляции. Но даже они могли считать себя счастливчиками, поскольку гибель их оказалась хоть и жестокой, но как правило очень быстрой, поскольку даже задранная до неприличных высот выносливость вкупе с обилием праны и прочей живучестью. А вот тем, на кого напали те из высокоуровневых обитателей этого храма, кто уже сдох, но внезапно по воле могущественного некроманта решил вернуться к жизни, а вернее некому извращенному ею подобию, пришлось гораздо хуже. — Ааа! — Выла какая-то ране отсиживавшая в относительном тылу наших врагов волшебница, которой внезапно поднявшийся с пола труп залез под юбки…И явно не за тем, за чем он туда мог бы полезть туда раньше, судя по хлеставшей из под тех самых юбок струе крови, источником которой могла являться лишь перекушенная бедренная артерия. Ну и прочие части, который живой мертвец сейчас старательно грыз.- Нееет! — Хррр! — Захрипел одетый в шелка и бархат фехтовальщик, когда сгоревший до состояния одной большой груды угля тип, не утративший тем не менее своих прижезненных кондиций, а то и увеличивший их, старательно обеими руками сминал шею пока ещё живого человека, напрочь игнорируя вонзающийся в его живот и грудь зачарованный клинок. Обычного зомби даже царапина подобного лезвия могла бы упокоить надежно, да и силы бы ему для того, дабы доставить неудобства обладателю высоких уровней не могло бы хватить. Но тот, кто в моих воспоминаниях прославился как величайший темный маг эпохи, которая отныне уже не должна наступить, имел над своими творениями такую власть, которая обычным некромантам и не снилась. А его марионетки соответственно по своим тактико-техническим характеристикам лучше всего описывались словосочетанием «Кошмар наяву». — За ВДВ! — Вполне отчетливо на русском языке рявкнул один из тех немногих моих солдат, которых нападающие все-таки пришибли, сил своих слегка не рассчитав, а потом на сумасшедшей скорости рванулся к одному из последних порталов, разбрасывая в стороны клочья плоти, отлетающей с его костей от чрезмерных нагрузок, а также две или три чеки гранат, отыскавшихся среди его снаряжения. Королеве мира сей немертвый камикадзе своим самоподрывом даже в случае критического успеха максимум бы платье запачкал слегка…Но насколько я знаю психологию подобных долгоживущих параноиков, одно лишь обозначение атаки должно заставит их чисто рефлекторно усилить свою защиту, наплевав на все остальное. Ведь среди неопасных казалось бы ударов может скрываться нечто подсунутое её конкурентами или даже наследниками, опасное и для почти неуязвимых и почти всемогущих бессмертных. Ослепительно яркий луч света, который на самом деле был снарядом техномагического рейлагана, пронзил пространство и несколько защитных барьеров, чтобы упереться точно в сидящую на троне женщину. И это было довольно странно. Я не видел в небе громады моей летающей крепости…Кто-то из артиллеристов получил навык, позволяющий ему даже из такого орудия стрелять не по прямой, а навесом или даже с изменением траектории движения уже на середине пути? Вероятно… Да, существовала и мобильная версия подобных устройств, но пока только в чертежах и обломках одного единственного прототипа. Когда мастера по моему спецзаказу сделали для Эвы одноразовое переносное орудие, при помощи которого одиночные бойцы могли бы победить легендарного или даже мифического врага без пафосного превозмогания, нереальной удачи, нарабатываемых веками боевых рефлексов и прочих читов, то они изготовили всего одну подобную игрушку. У неё просто себестоимость получилась слишком уж астрономическая! Однако видимо кто-то обладающий достаточным количеством ресурсов и доступом к нашим лучшим военным разработкам озаботился сделать для себя дубликат. — Я буду казнить тебя по десятку раз за каждый волос в бороде, проклятый гном!!! — Завизжала сидящая на троне королева, которая даже после близкого знакомства с разогнанной до гиперзвуковых скоростей зачарованной болванкой осталась жива…Но не сказать, чтобы совсем уж невредима. В данный момент её величество своими наманикюренными пальчиками держалась за левую сиську, на которой чуть выше закрывающей сосок металлической чашечки расплылось ярко-алое пятно свежей ссадины, из которой даже несколько капелек крови выступило. — И весь твой клан я… Договорить свои угрозы одному из моих заместителей, по совместительству являющемуся лидером общины низкорослых бородачей, в настоящее время являющихся лучшими артефакторами, трудящимися на благо Земли, эта особа не успела. Последние порталы разрушились, не выдержав близкого знакомства с протаранившей их своим пылающим телом Светланой и разрывая связь между вершиной Везувия и тем местом, где сидела мамочка потенциальной завоевательницы нашей планеты, ныне превращенной лишь в горстку пепла. А новые проходы между мирами открыть эта волшебница то ли вот прямо сейчас не могла, то ли попросту не хотела. Да, королеве мира снаряд, способный навылет пробить десяток танков или же просверлить военный корабль от носа до кормы лишь слегка кожу повредил…Но это вполне могло оказаться самым тяжелым уроном, который она понесла с тех пор, как уселась на свой трон. Единственной травмой за целые века, а то и тысячелетия. Опыт меня-прошлого, полученный в грядущие века более масштабного противостояния с высшей знатью Бесконечной Вечной Империи, свидетельствовал о том, что многие подобные персоны хоть и обретали огромнейшее могущество, но в то же время и быстро начинали брать пример с той мега-сущности, которая контролирует нашу часть мироздания. Ленились, теряли форму, некогда позволившую им стать самой зубастой акулой на целой планете, очень нервно реагировали на любые угрозы своему непрерывному комфортному существованию на вершине пищевой цепи. Ранее пытавшиеся схватить нас живыми аристократы Бесконечной Вечной Империи резко осознали, что теперь в шаговой доступности от них нет почти всемогущей королевы и почти неиссякаемого количества подкреплений, а потому стали драться всерьез…Но чтобы переломить ход битвы было уже поздно. Ежесекундно сжигающая десятки из них повелительница пламени, даже защитные чары легендарного ранга то ли продавливавшая, то ли вообще изящно обходящая, постоянное увеличивающееся количество живых мертвецов и прибывавшие со стороны Убежища сотни и тысячи новых солдат, заливающих свинцом из автоматического оружия всё мало-мальски похожее на организованное сопротивление буквально за минуту позволили взять поле боя под контроль союзных сил. Самые умные из врагов попытались сдаться, бежать или спрятаться, но пленных мы брать оказались немного не в настроении, сумевших обогнать пули живчиков скосила ударившими с летящей крепости снарядами рейлагана, а марионетки некроманта отлично чуяли невидимок и буквально в несколько движений могли дорыться до хитрецов, сумевших спрятаться прямо внутри камней посредством какого-то плавания в земле или фазового сдвига. — Мне радостно видеть, старый друг, что твои последователи ныне верно идут за тобой в отличии от тех отщепенцев , что сгинули вскоре предательства своего патриарха . — Прошелестело пламя, принявшее облик отчетливо женского силуэта и с довольным видом оглядывая моих солдат, как стоящих на своих двоих, так и тех, кто пытался своих менее везучих товарищей в чувство привести или освободить от той дряни, которой их враги спеленали. Все или почти все они сражались с могущественными аристократами Бесконечной Вечной Империи до последнего, стреляя в них, пытаясь пырнуть противников зачарованным железом, колошматя руками с прицелом на выдавливание глаз и поражение прочих болевых точек или даже кусая, покуда эти ублюдки пытались пленников к порталам отволочь. Вероятнее всего столь отчаянная их храбрость объяснялась тем, что большая часть народа не успела разобраться в ситуации и просто не поняла, насколько их превосходят эти расфуфыренные леди и джентльмены. Ну и побеждать всегда и везде они слишком уж сильно привыкли, пройдя через множество битв, а потому бойцов оказалось гораздо проще вырубить или спеленать по рукам и ногам, чем напугать и лишить боевого духа. — И в то же время странно мне видеть смертность и слабость того, кто мог когда-то погасить мой огонь, словно свечу на ветру… — Временные трудности, не более, — поспешил заверить я огненную деву, что в форме пламени одеждой себя не утруждала. Особыми анатомическими подробностями, впрочем, тоже. Хотя ей, вероятно, этого и не требовалось. Вот лично у меня мыслей о том, чтобы облапать сию воплощенную стихию или хотя бы помечтать о подобном даже близко не возникало. Слишком уж аура Светлану окружала жгучая, яростная, горячая и беспощадная. Ну и вид лежащих тут и там головешек, считанные секунды назад бывших обладателями сильнейших классов и высочайших уровней, здорово утруждал. — И потом, нам ли не знать, что нет особой разницы между смертными и бессмертными…Эй вы, охламоны, которые стоят, уши развесив! А ну хватит прохлаждаться! Вам делать нечего, кроме как на нас глазеть⁈ Марш захватывать город!!! ---------- Глава 3 Глава 3 Бряцали доспехами и оружием солдаты, настоящими реками текущие из подземных помещений вновь поднявшегося в воздух Убежища в сторону массивных грузовых лифтов, за один рейс спускающих вниз сотни бойцов, кто не может с высоты пары сотен метров просто взять и вниз спрыгнуть. С гортанным гномьим акцентом кто-то материл лихача-танкиста, чуть не промахнувшегося мимо предназначенной для него площадки и почти сумевшего улететь к земле своим ходом. Воняло дымом, гарью и кисловатым запахом алхимической пены из самодельных огнетушителей, при помощи которых пожарная бригада заливала пожар в одном из строений, с которым у них почему-то справиться всё никак не получалось. Я смотрел с высоты своей летающей крепости как по Неаполю бродит ослепительно яркое пламя, способное даже самую темную ночь превратить в ясный день, ибо от распирающей его энергии сияло оно как маленький кусочек самого солнца. Причем пламя это имело отчетливо женские очертания и бродило до крайности аккуратно, сжигая только то и тех, кого примерно стометровая огненная исполинша хотела сжигать. Получалось у неё неплохо: быстро, качественно, с минимумом побочного ущерба. Вот сотканная из чистой стихии ступня размером с многоэтажный дом проходит через окруженный ярко светящимся магическим барьером особняк, во дворе которого штук десять чародеев пытаются устроить жертвоприношение толпы рабов, дабы то ли оборону укрепить, то ли сбежать отсюда куда подальше, а вот уже никакого барьера там нет. И чародеев нет. А особняк на месте, целый и невредимый, только пеплом своих бывших владельцев слегка запачкан, а в пепле этом копошатся невольники, живые и здоровые, стряхивающие с себя остатки кандалов и цепей, которые хоть и расплавились, но почему-то совершенно не обжигают самую обычную человеческую кожу. И нечеловеческую. В этом плане Светлана довольно толерантна, если будет за что карать, она покарает всех! А остальных — не тронет. Пусть казалось будто Неаполь подвергся нашествию особо симпатичного кайдзю и число погибших после буйства ожившей стихии будет измеряться как минимум многими десятками тысяч, но скорее всего, ни один невинный человек там от её рук, ног и магии не пострадал. Или нелюдь…Хотя количество погибших все равно окажется огромным, только вот гибель их либо произойдет по собственной вине, ведь за затоптанных своими же товарищами или в панике подравшихся из-за красивого подсвечника мародеров моя союзница особой ответственности не несет, либо окажется вполне заслужена и очень даже не случайна, ведь большую часть тех кварталов, которое безжалостное воплощение правосудия прямо сейчас очищало от жильцов, обращая хозяев жилплощади в чистейший пепел, населяли те, кто под понятие «невинный» не подходил даже с большим скрипом. Например, придворные ныне уже покойной принцессы, почти сумевший превратить Везувий в один большой жертвенный алтарь или же их охранники, волшебники, доверенные слуги…Невольники, дети и те, кто обладает слишком маленьким количеством уровней, чтобы оказаться замазанным в военных преступлениях или массовой эксплуатации порабощенных землян, отделают испугом и моральными травмами. Готов в эти поклясться всеми воспоминаниями, полученными мной от самого себя из будущего, которое теперь вряд ли произойдет. — Эй, смотрите! Там внизу какой-то крупный отряд пытается прорваться к площади с обелиском сквозь огненное кольцо, что её окружило! — Отвлек меня от любования батальным пейзажем выкрик одного из моих собственных офицеров. — Ну, если ещё пытаются, а не распались пеплом на ветру, значит нет среди них тех, кого можно сходу опознать как рабовладельцев, насильников, каннибалов или практиков тех школ магии, где активно применяются человеческие жертвоприношения. — Пожал плечами я, устало созерцая, как примерно три с половиной сотни человек пытаются прорваться к мерцающей всеми цветами радуги колонне обелиска сквозь огненный барьер, которым была временно огороже площадь. Сил не было вообще. Все потратил на то, чтобы воскресить тех погибших солдат, кого сумел и кого успел, из-за чего натруженная аура сейчас ныла абсолютно везде: по всему телу и даже за его пределами. Впрочем, лишний раз шевелиться и не требовалось. Бойцов или хотя бы тех кто мог сойти за бойца со скрипом в этой группе была от силы половина, остальные фигуры были одеты слишком непрактично для драки, периодически пытались от своих спасителей убежать, а то и вовсе путешествовали у кого-то на руках или на спине, поскольку сами двигаться нормально не могли либо в связи со своим возрастом, либо же из-за каких-то травм. — Пускай долбятся, пока не устанут, их потом нашим солдатам окажется проще повязать и пропустить через фильтрацию…Хотя…Передайте расчетам катапульт, пусть долбанут по этим героям слезогонкой! Кажется, народ там собрался бывалый, раз даже сейчас не паникует, при столкновении с десантом могут быть потери, если наши зевнут или на волне головокружения от успехов попробуют взять такой отряд нахрапом… — Может лучше из рейлагана вдарим аккуратненько на малой мощности? — Кровожадно предложил наводчик ближайшего техномагического орудия. — Угол подходящий, а до обелиска от них достаточно далеко, не зацепим… — Отставить! Ты в своем уме⁈ — Вызверился я на этого канонира, готового вогнать чуть ли не в самый центр Неаполя массивную болванку, разогнанную до гиперзвуковых скоростей. А может быть через пару мгновений после попадания и подменить её бомбой. — Легких уровней срубить захотел⁈ Или по достижению: «Массовый убийца» соскучился⁈ Да я без бинокля вижу, что больше половины там женщины и дети! — Ну а чего их жалеть, — пожал плечами мужчина, в чьих волосах хватало ранней седины, а суровое лицо портил большой шрам на щеке, явно оставленный чьим-то клинком. — Они же не жалели жителей нашего мира, которых сгоняли в концлагерь у подножия Везувия, чтобы в жертву принести…А там, может быть, кто-то из моих родных… — Вот и не надо становиться такими как они! Мы — лучше, мы не убиваем без разбора! — Припечатал его я. — Выговор тебе…Без занесения в личное дело. Но если что-то подобное повторится или вообще до стрельбы дойдет, так и знай, переведу из артиллеристов в пехоту! — Ну, может это и будет стоить того, — не слишком-то испугался подобной угрозы мужчина, который со времен конца старого мира то ли слишком уж ожесточился, то ли вообще легонько поехал крышей. — Навыки для лучшего прицеливания у меня уже есть, да и потом, будет приятно смотреть в лица врагам, которых я убиваю… А ведь он серьезно готов обменять относительно безопасную, престижную, высокооплачиваемую и даже быстро приносящую уровни работу по обслуживанию техномагического орудия на чувство морального удовлетворения, которое будет возникать у него после участия в боях на относительно близкой дистанции. Мда уж, тот день, когда планета Земля оказалась включена в состав Бесконечной Вечной Империи действительно многое для всех обитателей нашего мира изменил раз и навсегда. И далеко не к лучшему, пусть даже эти изменения подарили магию с крайне завлекательными перспективами личностного роста тем счастливчикам, которым удалось выжить и даже в рабство не угодить. — Бальтазар, что ты такое? — Отвлек меня от мрачных размышлений и созерцания разрушительного и ужасного, но все же в чем-то захватывающего зрелища очищения Неаполя голос моей любовницы. И голос её звучал на редкость встревожено, если не сказать испуганно. — Бальтазар, ответь! Я жду твоего ребенка, я заслуживаю право знать! — Да вроде с утра ещё человеком был, — я покосился на Эву и отметил, как по её красной чешуе и большим кожистым крыльям пробегали волны дрожи. Расширившийся до предела зрачки заняли собою глаза дракиды практически полностью. Хвост нервно ходил из стороны в сторону, словно у взволнованной кошки. А зубки, более заслуживающие наименования клыков, друг об друга заметно постукивали. — Вчера ночью ты в этом точно могла убедиться, причем десяток раз… — Я знаю, что было вчера ночью, но наши кувыркания в кровати ещё ничего не значат! Эта женщина, эта великая владычица пламени…Она ведь говорила с тобой как с равным! Может даже как с кем-то более старшим и сильным! — Эва, тоже созерцающая творящееся внизу одностороннее побоище, а вернее выжигание заполнивших эту часть планеты Земля вредителей, даже не дрожала, она натуральным образом вибрировала, словно строитель, вцепившийся в отбойный молоток. — И она ведь не обычный обладатель мифического класса, правда? Мне ведь доводилось видеть таких…Издалека, и всего пару раз, но доводилось! А ещё смотреть в иллюзиях хроники того, как могут они сражаться…И эта Светлана отличается от них примерно также, как я отличаюсь от пьяного малолетнего гоблина-шамана, случайно сумевшего наколдовать пару огненных искорок! — Ну что ты, Эва, ты гораздо симпатичнее гоблина…Или даже гоблинки, — хмыкнул я, ничуть не кривя душой. Зеленокожие в подавляющем большинстве своем мне не нравились! Ни маленькие, ни высокие, никакие! Впрочем, не могу сказать, что бордели, в которых работали представительницы данных народов, в прошлой жизни мне не случалось посещать. А вот завалить дракона не в плане прибить и разделать на ингредиенты довелось только относительно недавно. Занятная штука эти альтернативные временные линии… — Им до твоих форм ещё расти и расти! Да и языком, способным вытягиваться чуть ли не на полметра без того, чтобы лезть под нож к пластическому хирургу-химерологу, они похвастаться не могут. — Хватит заговаривать мне зубы! — Оскалила Эва свой набор кусалок, которыми вероятно без активного использования магии могла бы прогрызть череп крокодилу или не слишком толстую сейфовую дверь. — Огонь, он не просто подвластен ей, он словам сам по себе жаждет выполнить её приказы! Нет, даже не приказы, капризы! Желания и тени мыслей, которые она, вероятно, даже сама для себя и сформулировать то толком не успела! Я пиромант и дракон, я чувствую это! Часть меня дрожит в ужасе, а часть желает склониться в поклоне, и без её приказа, не разгибаться вообще никогда! — Ну…Что ж, у тебя очень хорошее чутье, — пришлось признать мне. В воспоминаниях о будущем я был если и не самым лучшим хрономантом во всем мироздании, то по крайней мере одним из серьезных претендентов на этот титул. Во всяком случае, в Бесконечной Вечной Империи, вобравшей в себя тысячи и тысячи миров, в магии времени равных мне не было. Ну, или я их не встречал, благо уж для кого, а для меня и моих коллег отменить неприятную им встречу постфактум дело хоть и не самое простое, но при должном старании все же выполнимое. А Светлана находилась плюс-минус в той же весовой категории, только сроднилась она с огнем. И, кажется, к настоящему времени вернула вполне существенную часть своего привычного могущества, позволявшего когда-то испепелять пылающими цунами натуральные божественные рати вместе с божками, которые те собрали, ибо им одним на эту хрупкую и слабую девушку даже толпою нападть было как-то сцыкотно. — Светлана действительно превосходит большинство обладателей мифического ранга, специализирующихся на всех формах пламени или каком-то конкретном аспекте огня. Может не так как ты сама превосходишь новорожденного гоблина, но очень и очень существенно. — Но ведь недавно, меньше часа назад, она была всего лишь смертной, так? — Продолжала пытать меня расспросами одна из немногих персон в этом мироздании, которой я не мог просто приказать взять и заткнуться. Вернее, мог…Никто бы мне не помешал. Причем Эва, получив жесткий приказ, все бы поняла и умолкла, она была для этого достаточно умна. И горда как настоящая женщина, да вдобавок истинный дракон. Подобного она бы не забыла. А ещё мне просто не хотелось давить её авторитетом, не говоря уж о том, что вообще-то дракида являлась моей подчиненной, заключившей довольно жесткий рабочий контракт. — Я ведь видела её, когда она летела вниз головой в вулкан! — Видела, — согласился я, мысленно уже раздумывая, а не потратить ли мне оставленную в резерве заначку на ораторские курсы. Если раньше перед подчиненными можно было делать вид, что их начальник обычный или почти обычный гений, везунчик, достигший успеха своими собственными трудами авантюрист и вообще нормальный человек, как и прочие, то теперь такое уже не прокатит. Не тогда, когда под боком будут находиться мои коллеги, не слишком внимательно следящие за своим языком и поведением. — И была… — Как ты? — Помолчав еще немного, уточнила дракида. — Ты ведь с того момента когда мы познакомились был…Странным. Слишком компетентным, слишком спокойным, слишком опытным и слишком готовым к той власти и могуществу, которое так быстро приобрел — Ну…Да. Как я, — отрицать очевидное было столь же бесполезно, как пытаться отредактировать интернет. — Понимаешь, Эва, иногда для того, чтобы выйти из тупика и сделать шаг вперед, приходится для начала отойти на несколько шагов назад, после чего пройти снова покоренную уже вроде бы дистанцию. — Бальтазар… — Помолчав ещё немного, осторожно произнесла моя любовница. — Ты…Бог? Один из богов этого мира, что не пожелал склонять голову перед Бесконечной Вечной Империей, но в то же время и не решился его покинуть, а потому таким вот причудливым образом решил остаться в своих владениях? — Пфф! Бог⁈ Вот скажешь тоже! — Мне едва удалось не рассмеяться. — Да где я, а где эти никчемные паразиты… — Паразиты⁈ — Выпучила глаза Эва. — Ты осмеливаешься называть богов паразитами⁈ — Нет, ну вообще-то достойные личности среди них то же есть… — Был вынужден признать я, ибо в памяти меня-будущего нечто подобное мелькало. Бесконечная Вечная Империя была велика, и она отнюдь не требовала от своих подданных и инструментов становиться подонками. Просто подонкам быть было проще. Однако находились же на фоне общей неприглядной массы уникумы, которых не могло развратить и заставить оскотиниться ни окружение, ни искушение властью. Вот как сама Эва, например. Да, доброй её нельзя назвать было даже близко, однако и злодейкой, помешанной на выгоде и могуществе, ради которых она была бы готова на все, дракида отнюдь не являлась. — Однако же большая часть тех, кого я знаю, представляют из себя не более чем паразитов, сосущих энергию, души и прочие ресурсы. Просто в Бесконечной Вечной Империи сосут они их не столько для себя, сколько для хозяйки, довольствуясь лишь крохами с барского стола. Однако же здесь или же за её пределами о верующих подобная публика заботится лишь для того, чтобы сохранить или же расширить свою кормовую базу. Заплати им тайно какая-нибудь демоническая тварь за сто тысяч человек достаточно, чтобы можно было купить и пристроить в свои владения к делу триста тысяч — согласятся на сделку, не раздумывая. Возможно, этим и объясняются подозрительно частые успехи во время набегов подобных монстров на Бесконечную Вечную Империю… — Это…Это…Это самая жуткая ересь, о которой я хоть когда-нибудь слышала! — Выпалила дракида, вжимая голову в плечи и словно бы ожидая, что сейчас по нам ударит молния. Ну, в принципе подобный вариант развитий не был бы совсем уж исключен…Если бы на территории Убежище имелся хоть один действующий храм. Вот только поскольку их не было, то подчиняющиеся Бесконечной Вечной Империи божки были в моей летучей крепости слепы и глухи. Да и вообще за одни лишь непочтительные слова уничтожать легендарного варлорда бы не стали, ведь им же тогда Системе офигеть какие большие штрафы опалчивать… — Возможно и ересь, но такова жизнь, — пожал плечами я. — В любом случае, Эва, пожалуйста, истерии потише. В социальном и, возможно, политическом плане из-за твоих воплей ситуация может образоваться…Сложная. — Шеф, не хочу вас пугать, но для этого уже малость поздновато, — подошедший с другой стороны Патрик храбрился и пытался делать вид, будто все в порядке…Однако в глазах малость помятого даже после визита к целителям ирландца плескалось подозрение, и направленно оно было на меня. Было обидно. Даже несмотря на то, что мне прекрасно был понятен ход его мыслей, всё равно обидно, все-таки мы с этим здоровяком уже через многое прошли, начиная от испытаний Тренировочного Лагеря и заканчивая то ли объединением то ли завоеванием немалого куска Европы. — После того, что было на верхушке Везувия, половина моих парней уже шепчется о том, что дьявол, оказывается, женщина…Вторая же в шоке от того, что Санта-Клаус черный и грешит людоедством. Ну а то, что оба они ваши старые добрые знакомые, знает уже вся наша чертова летающая крепость! ---------- Глава 4 Глава 4 — Вот чего бы людям какие-нибудь полезные знания не распространять с такой же скоростью, как выдумки и сплетни? — Усталый вздох сам по себе вырвался из груди, а в голове поселилась четкая уверенность — отмыться теперь будет попросту невозможно. Мне ведь даже не удалось всех до конца убедить, что я не Дракула! — Светлана абсолютно точно не дьявол. Да и Клаус подарки детям по всему свету не разносит… — Не разносил, не разношу и разносить больше вот вообще никогда не буду! Вы бы только знали, как меня уже это задрало! — Обнаружившаяся в паре метров от меня фигура «деда мороза» негроидного происхождения с комфортом устроилась на легком пластиковом стульчике вроде тех, которые во всяких уличных кафе для посетителей предназначены и с крайне сосредоточенным видом наводил себе коктейль. Кажется — Кровавую Мэри. Во всяком случае, в воздухе рядом с ним висела пачка томатного сока и несколько бутылок с выпивкой, чье содержимое тоненькими струйками текло в громадную стеклянную пивную кружку. — И шутки на эту тему перестали быть смешными уже много веков назад! Особенно от этой перекрасившейся тупой блондинки, которую хлебом не корми, дай в какую-нибудь грешную душу вцепиться, чтобы очистить её в адском пламени! — Клаус…Ты не помогаешь, — с ещё более тяжелым вздохом заметил я своему то ли соратнику, то ли союзнику. Пусть и сомнительному слегка… — Кстати, а почему ты здесь, а не в городе? Там же после Светланы остаются целые залежи бесхозных трофеев, до которых ей дела нет. — А я и там, и тут, и вообще много где сейчас одновременно, — помахал рукой один из тех, кто подобно мне вернулся в прошлое, чтобы изменить судьбу этого мира. — Знаешь же, многозадачность — мое второе имя…И не только я, между прочим! Вот посмотри, какую карманную раскаленную занозу в заднице я к тебе притащил! Можно вместо ночника использовать, можно вместе прикуривателя… — Николай! Когда-нибудь я точно вырву твой гадкий язык, жалкий труполюб! — Тонюсеньким голосочком пропищала маленькая Светлана, полыхающая подобно раскаленному углю, которую чернокожий любитель дистанционно управляемых кукол вытащил откуда-то из своих штанов. И это могло бы смотреться очень забавно…Если бы не развернувшаяся в нашу сторону стометровая огненная исполинша, что уперла руки в боки и грозно нахмурилась. А также буквально мимоходом стряхнула со своих изящных пальчиков, каждый из которых сейчас напоминал сотканную из огня водокачку, россыпь капелек белого пламени. Оное пламя метнулось по воздуху и догнало россыпь каких-то мотоциклистов, что практически синхронно выехали за границы Неаполя и явно старались поскорее убраться из города. — И прижгу его так, что даже полноценное путешествие обратно в прошлое не сумеет вернуть тебе этот мерзкий отросток! — Кстати, а почему Бальтазар-то? Чем тебя твое старое имя не устраивало? — Мой коллега, между прочим и кое-какие трюки высшей хрономантии освоивший, привычно проигнорировал возмущение славящейся массовыми убийствами и разрушениями пиромантки. И то, что его напарница чуть не довела меня до инфаркта, ляпнув во всеуслышание нашу самую главную тайну! Её, правда, все посторонние благополучно мимо своих ушей пропустили, посчитав обычным речевым оборотом…Но сам факт! — Мы себе чуть последние мозги, причем исключительно мои мозги, не сломали, пока пытались понять, кто это нарисовался вдруг в Англии такой красивый, что и Аркхалаза прищучил раньше чем придурошный принц закончил строить плацдарм для войск своего папаши, и рой полиантов вытравил в зародыше, не дожидаясь пока уродцы расплодятся в многомиллионную орду, и всяких мелких феодальчиков с полевыми командирами либо с Земли выгнал, либо под ноль зачистил, либо поставил в стойло и заставил строем ходить… — Опасался, что найдутся те, кто его вспомнит. А там…Ну, сам понимаешь, — судя по пришедшим ко мне во снам видениям, даже обладателя нескольких сотен уровней можно было не убить, а так всерьез и надолго ослабить, накладывая проклятия через его кровную родню. Клаус по прозвищу Каспер это должен был знать лучше других, ибо и спасал от подобного нас. Или же морил аристократов Бесконечной Вечной Империи как тараканов после того, как ему притаскивали пленника, принадлежащего к нужному роду. А расстояние до цели, пребывание её внутри какой-нибудь защитной системы чар или вообще нахождение в ином мире хоть сложность задачи и увеличивали когда во много раз, а когда и во много порядков, но принципиально непреодолимыми преградами все-таки не являлись. — Я не понимаю, — осторожно заметил Патрик. — Но знаете, очень хочу понять…Может мне кто-нибудь объяснит, что тут вообще происходит и откуда вы друг друга знаете? — Во многих знаниях многие печали, а некоторые тайны способны прожечь разум, душу и саму судьбу тех несчастных, кто столь страстно алкали их, жадно погружаясь в истинный смысл бытия и не думая о последствиях , — пропищала раскаленная малявка. — Не гневаюсь я на любопытство твое и даже кажется мне, ты достоин узреть скрижали истины, но лучше прямо здесь и сейчас выжечь мне тебя дотла, чем распахнуть их, ибо сердце мое полно жалости и милосердия… — А в башке твоей последние мозги, видать, на золу ушли, раз ты такое ляпаешь, да ещё и заговариваешься при этом! — Довольно резко перебил её нахмурившийся кукловод. И думаю разозлила его все же не столько манера речи Светланы, сколько почти выболтанная меньше минуты назад великая тайна. Просто отреагировать тогда значило привлечь к ней внимание, а вот сейчас у некроманта появился законный повод устроить своей напарнице суровую выволочку. — Тебя опять заносит, как светлячка при виде лампы!С непривычки, наверное, к прежним своим возможностям полностью не адаптировалась ты пока. Возвращайся уже обратно в то состояние, где у тебя нормальные материальные сиськи есть, пока вконец не одичала. — Но…Но…Но ведь в городе же ещё остались те, кого мне нужно покарать… — Маленькая огненная Светлана закрутилась на месте, смотря то на меня, то на своего делового партнера, с которым они вели себя подчас как старые супруги, что постоянно ссорятся, однако же жить друг без друга не могут. — Я чую зло, которым смердят их душ! Там много таких! Сотни! Тысячи! Нельзя допустить, чтобы они ушли от возмездия! — Из города оставшиеся там подонки никуда не убегут, — успокоил я пиромантку. — У меня есть армия, а этой армии есть достаточно солдат, чтобы сначала выставить оцепление по периметру Неаполя, а потом и занять его, очищая от враждебных нашему миру сил и примкнувших к ним землян-предателей квартал за кварталом. И артиллерия, которая не позволит им покинуть город ни по земле, ни по воздуху. А всех заслуживающие внимания телепортеры нами либо уже убиты, либо к настоящему моменту сбежать успели наверняка. — Ладно…Склонюсь я перед твоей мудростью и авторитетом, как склонялась раньше. Мы продолжим нашу беседу позже, старый друг. А на этот день я стану стражем обелиска, что внизу! — решила забавно пищащая кроха, а вслед за этим рассыпалась отдельными искорками. И сразу же буйствующая вдалеке пылающая великанша двинулась к центру города, постепенно уменьшаясь в размерах, а также теряя гуманоидную форму. Уже через несколько секунд она трансформировалась в подобие толстой стены из застывшего огня, а может даже света. По идее пламя на подобные трансформации вообще не способно, однако законы физики здесь и сейчас решили не спорить с правилами магии. А последние В Неаполе сейчас диктовала воля величайшей пиромантки планеты Земля. — И пусть угаснет мой огонь, как спичка на ветру, если хоть один враг этим путем прибудет в Неаполь или сбежит из него! — Насчет сжечь меня дотла из жалости и милосердия — это она серьезно? — тихонько осведомился у меня Патрик, опасливо косясь на постепенно затухающие искорки и осторожно смещаясь так, чтобы я прикрывал его своим телом и от маленькой Светланы, и от находящейся вдалеке великанши. — Вполне. И я бы на твоем месте не рисковал, ибо если она вдруг чего-то для себя решит, то медлить не станет. И советоваться со мной — тем более. — В очередной раз вздохнул я, понимая, что этот неприятный разговор станет лишь первым в целой куче таких же. И очень многие земляне по итогам его могут либо покинуть Убежище, да и вообще конфедерацию, либо просто утратят к своему лидеру в моем лице большую часть доверия, которое раньше испытывали. — И сейчас она сильнее. Может потом это и изменится, но до этого потом нам всем ещё дожить надо. — Бальтазар дело говорит. Я не считаю тебя слабаком или глупцом, мальчик, для твоего возраста и этой эпохи ты смотришься очень даже достойно. Почти как истинный герой! Вот только в наши тайны тебе стоит совать свой нос не раньше, чем ты сможешь выйти из-под влияния Системы. Да не на минуту или две, а надолго…Желательно, навсегда, — снисходительно посмотрел на ирландца мой чернокожий коллега. Кстати, интересно, а на каком он сейчас уровне и какой класс имеет? Если правильно помню, то одновременно находиться в двух местах, посредством марионетки или там фантома, а может зеркальной копии, в последнем свободном городе Земли начинали с исключительного ранга. Нет, чисто теоретически можно и с редкого, навреное, но тогда это должно быть что-то сильно специфическое, с серьезными ограничениями и побочками, а также целой кучей вспомогательных артефактов и ритуалов. Однако Клаус явно находится сейчас минимум в трех местах одновременно, иначе бы желание поболтать со мной всухую проиграло его жадности. Значит, он скорее всего легендарный… Если же его копий сейчас мародерит по свежему пеплу два-три десятка, то тоже легендарный, но уже ближе к мифическому. — Бесконечная Вечная Империя вообще-то чихать хотела на всякую мелкую возню бесчисленных смертных, её населяющих. Они ей интересны примерно настолько же, насколько тебе любопытен один из триллионов микробов, которые сейчас живут в твоих кишках или же к коже прицепились. Однако провоцировать её лишний раз не стоит, даже если шансы на это и малы…Поверь, тебе не понравится то, что сия сущность считает адекватным иммунным ответом на те раздражители, которые проскальзывают мимо её стандартных защитных алгоритмов. Ядерная бомбардировка этого места и ближайших его окрестностей на фоне подобной катастрофы показалась бы не более чем резким окриком. Я-то подобную встряску переживу, и Бальтазар — тоже. А вот насчет всех прочих обитателей этого города и его окрестностей, знаешь, вот как-то не уверен. — Понял, заткнулся, не лезу… — Кажется, на Патрике было использовано какое-то запугивающее умение, ну а может способствующее передаче информации, поскольку смуглый ирландец стремительно побледнел до состояния истинного арийца, покрылся испариной и сделал пару шагов назад. Особо впечатлительным он вроде бы никогда не был, а тут, смотрите-ка, чуть не до мокрых штанов впечатлился. — Ну, вот и молодец! Иди в буфет, возьми с полки пирожок, — ухмыльнулся тот, кто провел немало времени в последнем свободном городе Земли и явно довольно плотно общался с моими соотечественниками, в результате чего даже в язык Бесконечной Вечной Империи начал вставлять наши идиомы. — А вот ты, Бальтазар, совсем не молодец…По части именования — так точно. Конфедерация «Маяк»? Серьезно? Ничего лучше придумать не смог? — Я был против, — мне наименование сформированной государственной структуры тоже не слишком нравилось, оставалось лишь надеяться, что со временем люди одумаются…Эх, кого я обманываю? Этого точно не случится никогда! — Однако я тут не царь и бог, а скорее просто первый среди равных. Теоретически меня даже могут сместить… — Пусть только попробуют! — Всполошился Клаус, окидывая взглядом нагло глазеющий нас народ. — Я тогда не поленюсь и лично выпишу по морде каждому, ну вот вообще каждому, причем много-много раз! Если бы кто-то тут не занялся наведением порядка, то вся западная Европа представляла бы из себя сейчас не единое государство с более-менее функционирующей взаимопомощью отдельных его сегнментов, а беззаконные джунгли, где выжившие бы грызлись за остатки ресурсов старого мира между собой и отхватывали от шаек разных приходимцев, явившихся на Землю кто поохотиться, кто пограбить, кто рабов себе набрать! Кстати, мне чего надо-то…Ты одноразовые божественные артефакты перезаряжать уже умеешь? — Пока нет, — пришлось поморщиться мне от признания своей слабости. У обычной волшебной побрякушки, пусть даже использованной, восстановить исходное состояние можно было бы попробовать…Но связываться с тем, что называется высшей магией, не говоря уж о творениях всяких божков, зачастую функционирующих чисто на вложенном в них волевом посыле конкретного небожителя, было рановато. — Занимаясь политикой, дипломатией, налаживанием подобия функционирующей экономики и прочими подобными глупостями я, честно говоря, слегка собственное развитие запустил…По сравнению с вами двумя — так точно! — Не, ну твой путь всегда отличался определенной неспешностью, потихоньку переходящей в абсолютную неудержимость. А в скорости роста с той, чье имя значит: «свет», тут конкурировать в принципе бесполезно, она ведь рекордсменка, которую фиг догонишь! Пока огню есть чего сжигать, он распространяется и усиливается, это в общем-то его суть, неотъемлемое свойство и едва ли не закон природы. — Попытался подбодрить меня тот, кто в моих воспоминаниях был способен конкурировать со мной или постоянно угрожающей ему окончательной смертью огненоносной разрушительной, причем не лично, а всего лишь посредством одной из своих многочисленных кукол. — Следует признать, я тоже хорошо так по уровням взлетел просто потому, что сразу после Тренировочного Лагеря упал ей на хвост, ведь никакие ресурсы нашей вечной бунтарке не нужны, а мои мастерские в них нуждаются постоянно…Кстати, можно я их у тебя в размещу десяток или два? — Да хоть сотню, только не здесь, а в Лондоне. А лучше вообще в Стоунхендже, там и сильнейший магический источник сейчас свободен практически абсолютно, и дерева высокого качества, после убийства мифического древня, на собственные нужды оставили пару десятков тонн. — С легким сердцем предложил я несколько сомнительному союзнику стратегические активы созданной мной конфедерации. Ведь если они придутся ему по вкусу, то удержать их отдельно от этого мастера марионеток и темной магии в любом случае не получится. Да и потом, его присутствие может нивелировать или хотя бы ослабить один из главных моих недостатков, имеющихся на сегодняшний день. Невозможность присутствовать в нескольких местах одновременно, чтобы лично приводить в чувство оплеухами каких-нибудь местечковых царьков, которые своими играми в политику, интригу и рейдерский захват власти могу помешать нам спасать планету. Внимание подданный! В ходе боевых действий вы победили в официальном военном конфликте, полностью уничтожив лидеров противостоящей вам фракции, а также заставив всех способных занять их место офицеров и лиц благородного происхождения погибнуть, бежать или капитулировать, тем самым утратив власть над своей территорией. Под вашу руку, как руку единственного законного хозяина, переходит множество владений со всеми их богатствами! Получена средняя имперская награда. Легендарный варлорд. Уровень 37 Получено свойство: Недосягаемость легенды ( легендарное) В мироздании существует множество легендарных существ, явлений, мест, заклинаний, артефактов…И некоторые из них находятся от досягаемости большинства смертных и бессмертных так далеко, что дотянуться у них не получится, даже если они окажутся в правильном месте, в правильное время и будут очень-очень стараться. К вам это тоже относится в полной или почти полной мере. Раны, оставленные оружием, что не заслуживает легендарного класса или действие заклинаний и навыков, до этой высокой планки не дотягивающих, оказывают на вас значительно меньший эффект, чем должны. Впрочем, вас все ещё можно заколоть простым столовым ножом, если кто-нибудь станет им бить вас очень долго, долго, долго…Или похоронить заживо в собственном дворце, обрушив вам на голову многие тысячи тонн самых обычных, в общем-то, кирпичей. Сила +1 Ловкость +1 Резерв +6 Контроль +3 Исток + 1 Чувствительность +1 Свободные очки характеристик + 5 Легендарный варлорд. Уровень 38 Сила +1 Ловкость +1 Резерв +6 Контроль +3 Исток + 1 Чувствительность +1 Свободные очки характеристик + 5 Гениальнейший хрономант. Уровень 29. Получен навык: «Гибкие ритуалы». Гибкие ритуалы (Легендарное). Всем известно, что могущество и эффективность ритуалов компенсируются их же статичностью и сложностью, ведь если неправильно расположить или не в том порядке активировать хотя бы одну часть подобного магического действа, то результат, в лучшем случае, окажется совсем не тем, на который рассчитывали. А скорее всего и вовсе никакого результата не окажется. И того, кто проводил ритуал, не окажется. Ну и какое-то количество прилегающей территории тоже затронет то ли взрывом, то ли энергетическим выплеском, то ли разрывом в ткани бытия…Однако вам за счет опыта, мастерства, таланта, тщательной подготовки или же сочетания целой кучи отдельных факторов удается сгибать нерушимые, казалось бы, принципы ритуальной магии в ту сторону, в которую вам нужно, наплевав на те правила, за нарушения которых в магических академиях даже особо не наказывают никого, ибо некого уже после таких нарушений наказывать. Главное помните — то, что у вас получилось совершить невозможное один раз или даже несколько отнюдь не значит, что задуманное всегда будет получаться как нужно. И чем масштабнее окажутся ваши ритуалы и чем больше вы отклоняетесь от норм их проведения, тем выше окажется сила той катастрофы, которая из-за ваших действий рано или поздно обязательно произойдет! Гениальнейший хрономант. Уровень 30. Получен навык: «Легендарная комбинаторика». Легендарная комбинаторика (Легендарное). Для магов является абсолютно нормальным комбинировать одни свои чары с другими, дабы получить тот эффект, на который отдельные их действия окажутся просто не способны. Раздувать огонь ветром, укреплять рунами барьеры, вплетать в безобидные иллюзии порабощенные души, дабы контролем всяких мелких деталей свой собственный разум не напрягать…Но никто не будет отрицать, что вы способны скомбинировать свое волшебство таким образом, который смогут повторить очень немногие, добившись в этом деле такого мастерства, которое не может зваться иначе как легендарным! Только помните, есть вещи, которые либо совсем друг с другом не сочетаются, либо сочетаются насколько хорошо, что выдержать результат ваших скомбинированных чар даже вы сами вряд ли сможете. — Гм…Неожиданно. Думал с учетом того, сколько у врага городов с обелисками, мне для завершения этой войны придется помотаться туда-сюда дней пять, а то и все десять…Но видимо все высшее руководство было все-таки здесь, и прямо сейчас последний аристократ высокого ранга то ли поймал пулю в башку от прочесывающих город солдат, то ли решил не рисковать собой и задрал ручки кверху. — Решил я, вникая в суть очередного подарочка, на который расщедрилась Бесконечная Вечная Империя, отмечая мои деяния. Впрочем, была Система довольно скуповата, что часто случается в последнее время…Всего-то четыре уровня и средняя награда за уничтожение региональной державы, пусть и не признанной? Причем такой, где правительница всерьез рассчитывала вознестись до статуса божества⁈ Ну, правда, в гибели принцессы Шикхолаз я сыграл далеко не самую главную роль, но все же…Маловато будет! Или это во мне говорить зависть к могуществу собственных коллег, которых наконец-то довелось увидеть своими глазами? ---------- Глава 5 Глава 5 Важно задравший голову к высокому потолку Тень по мягкому ковру в направлении моего рабочего стола даже не шел, нет, он шествовал! Шествовал неспешно и величественно, с таким самодовольным видом, будто именно ему принадлежит эта комната, этот этаж, эта летающая крепость, эта планета и вообще вся наблюдаемая и ненаблюдаемая Вселенная, не говоря уж о таких мелочах, как Бесконечная Вечная Империя. Дойдя же наконец-то до стола, он прыгнул на тот угол, где специально для всяких мелких пушистых паразитов с переизбытком наглости в хвостатом организме была постелена маленькая мягкая подушечка. И, уже оторвавшись от твердой поверхности и взлетая на высоту полутора метров, мой питомец наконец-то соизволил опустить взгляд чуточку ниже…А после обнаружил на своем привычном месте белую кошку, крайне недовольным взглядом наблюдавшую за приближением к ней летающего объекта того же вида, но противоположенного пола. Уже движущийся прямым курсом к неизбежному казалось бы столкновению фамильяр, по связи с которым прошло отчетливое ощущение испуга и паники, отчаянно забарахтался в воздухе, замахал всеми конечностями и начал буквально фонтанировать магической и жизненной энергией, пытаясь зависнуть в воздухе. Причем у него даже получилось! Секунды две или три Тень изображал из себя какой-то экзотический мохнатый квадровертолетик со сбоящим гироскопом, слегка колеблясь в воздухе то туда, то сюда…Но потом гостье надоело мельтешение его выпучившей глаза физиономии перед своей мордочкой, и она стремительным грациозным движением с размаху стукнула его лапкой по носу, сбивая концентрацию, выбивая из равновесия и явно разбивая на куски самооценку моего питомца, полетевшего вниз с паническим взвизгивающим мявом. — Эй! Дя ты вяябще кто тякая⁈ — Громко возмутился Тень уже с пола, опасливо косясь на непрошенную гостью. Вообще-то по размерам она моему питомцу сейчас заметно проигрывала, однако ориентировался пушистый паразит явно не на физическое тело захватившей одну из его любимых лежанок особы, а на её ауру. Причем в этом не было ничего удивительного, кошки являлись одними из немногим действительно волшебных существ, которые вплоть до недавнего времени на Земле себя вполне неплохо чувствовали и острота их восприятия мистических энергий человеческую превосходила куда сильнее, чем обоняние или слух. А с ростом уровней магические способности представителей данного вида лишь усиливались, как и когнитивные. И потому до недавнего времени самый главный и самый сильный мурлыка в Убежище, который достиг высот своего положения благодаря объединяющей нас духовной связи, не мог не понять, что вот эта светлошерстная миниатюрная особа является фамильяром Светланы. Следовательно, она сильнее его примерно настолько же, насколько повелительница пламени сейчас могущественнее меня. — И пячему себя тяк нягло вядешь⁈ — Умолкни, мелочь, пока я тебя не стала хорошим манерам учить! — Высокомерно и без малейших следов мяукающего акцента бросила захватчица моего рабочего стола, а после принялась вылизывать ту лапку, которой законного хозяина оккупированной лежанки стукнула. — Штя⁈ — Громко возмутился Тень, воинственно поводя увелчившимся в размерах хвостом из стороны в сторону, выгибая спину и топорща шерсть по всему телу. — Дя кяк ты смеяшь⁈ — Вижу, котеночек, заняться педагогикой мне все-таки придется, — прекратившая умываться кошечка посмотрела тяжелым взглядом на моего питомца, который как-то сразу попятился и шумно сглотнул. А после во вспышке пламени исчезла с одного места, чтобы возникнуть в другом — аккурат за спиной у посмевшего предъявлять ей свои претензии фамильяра. И сразу же наподдать ему по заднице с обоих лап, окутанных огненными искрами, ещё и за основание хвоста укусить попытавшись. Вновь испуганно взвизгнувший и подпрыгнувший в высоту на расстояние человеческого рота питомец, на такое бесцеремонное с собой обращение разозлился, обиделся и полез в драку. Ускорившись и усилившись за счет жизненной энергии, он ринулся на обидчицу, занося для удара лапу с выпущенными когтями, на которых уже сияла паразитными потерями энергии какая-то боевая техника, вероятно способная и кирпич с одного удара насквозь процарапать, снова но получил по морде и полетел кувырком. Впрочем, практически сразу же поднялся обратно на четыре лапы, чтобы опять побежать в атаку.Особой рассудительностью, выдержкой или богатым боевым опытом в стычках с равными себе противниками мой фамильяр уж точно не отличался…Что в общем-то было вполне объяснимо, ему в конце-то концов и года нет. Зато неготовность смириться с поражением и умение действовать нестандартно он перенял от своего хозяина в полной мере. В третий раз с лениво-презрительным выражением мордочки легко отшвырнувшая в сторону Тень кошечка не заметила, что оставшаяся на столе бутылка с минеральной водой вдруг без всяких видимых причин упала на бок. И крышка на горлышке открутилась там сама собой, а вернее энергетическими проекциями чьих-то пушистых лапок. Затем нечто невидимое и нематериальное, но явно существующее, а именно воля ранее безраздельно владевшего данным помещением кота, стиснула гибкие пластиковые стенки, одним махом обрушивая на посмевшую недооценивать его задаваку настоящий поток чистейшего аш два о. — Ах тяяяк! — Заорала теперь уже с характерным мяукающим акцентом она, рефлекторно выпрыгивая из-под стекающей на неё жидкости, отряхиваясь и грозно-испуганно распушив всю свою светлую шерстку, одним махом увеличившись в размерах минимум вдвое. Кажется, пыталась высушиться при помощи магии, и с водой успешно справилась, но в результате сделала со своим мехом нечто такое, чего от человеческих причесок сумеет добиться далеко не каждый стилист, годами добавлявший волосам клиентов пышности. — Сяйчас ты у меня пялучишь!!! Пламя заполнило мои апартаменты от и до, расходясь во все стороны широкой волной…И выжигая из него все лишнее или то, что могло лишним стать, например магическую энергию. А после застыло тончайшей чуть переливающейся пленкой на мебели, стенах, потолке. — Можем говорить свободно…Ну, почти свободно. От фоновой части Системы я нас отсекла. — Решила Светлана, провожая взглядом выкативший из помещения кошачий клубок, громко орущий и мяукающий на две голоса, а после опускаясь в ближайшее кресло, прикрыв глаза и концентрируясь на действии созданных ею барьерных чар. — Ах, снова увидеть Алису столь молодой и полной энергии стоило того, чтобы пройти через все те испытания Тренировочного Лагеря, за которые мне награды выдали…Может это и эгоистично, но её потеря стала для меня одним из самых страшных ударов в первые месяцы после падения старого мира. — Ну, некоторые животные вполне могут считаться членами семьи…А некоторых членов семьи, к сожалению, по праву стоило бы приравнять если и не к диким зверям, то к тем ещё свинтусам. — Вспомнил я кое-кого из своей дальней родни, с кем до Конца Света года три не виделся и с удовольствием бы не виделся более отныне и во веки веков. Когда мы последний раз с ними встречались, поводом для чего послужило празднование юбилея одного из них, то была грубо высмеяна моя работа художником, мое увлечение искусством и мое нежелание нажираться до соплей воняющим сивухой деревенским самогоном. А также они толкали меня на страшное, на попытки сблизиться с успевшей основательно нализаться девушкой, являвшейся их если не подругой, то как минимум хорошей знакомой, за которой я когда-то до армии пытался ухаживать, но был довольно резко отвергнут как слишком скучный и бедный. Только вот с момента нашей последней встречи она успела найти себе нескольких кавалеров повеселее, веселилсь с одним из них пару лет, родив двух детей, а после сей весельчак свалил, оставив их троих веселиться дальше одних в меру сил и возможностей. Радоваться чужим несчастьям, конечно, нехорошо…Но, помнится, узнав через третьи руки о злоключениях своей потенциальной пассии я испытал некоторое чувство морального удовлетворения от восстановления кармического баланса. — А такие чары маскировки — не перебор ли? — Задумался застывший у порога Клаус, с явным интересом оглядывающий мое скромное обиталище. — Это само по себе может привлечь внимание одного из дежурных администраторов Бесконечной Вечной Империи… — Не нуди, их сейчас должно существовать от силы штук десять. И большая их часть давно обленилась и выполняет свои обязанности спустя рукава, больше времени уделяя балам, пирушкам, фавориткам и стравливанию своих слуг с другими аристократами и прочим развлечениям тех, кто всю свою жизнь только и делает, что жрет, но никак не нажрется. — Отмахнулась от него Светлана. — Я точно помню, что прошлый раз кто-то из них хотя бы мельком взглянул на Землю уже после того как мы выпотрошили первый десяток мешающих нам божков. А если мои чары вдруг попытается преодолеть кто-то менее квалифицированный, то это я должна почувствовать. Во всяком случае, именно этим заклинанием выцепила одного мифического шпиона, по совместительству являющегося архимагом-тихушником, засекла…Жаль, не знаю, догнала или все-таки нет, сон оборвался чуть ли не самом важном месте. — Значит у вас тоже вместо нормального пакета воспоминаний нарезка фрагментов, сильно разнесенных во времени, не всегда целостных и почти никак не связанных между собой? — Уточнил я, прислушиваясь к идущим из соседней комнаты звукам кошачьей потасовки, усаживаясь поверх огненного покрова на свою кровать и с наслаждением вытягивая ноги после долгого, очень долгого дна. Окончательный захват Неаполя не представлял из себя большой военной проблемы после того как его руководящая верхушка оказалась выбита, а по отдельным очагам сопротивления прошлись огнем в прямом и переносном смысле…Но ещё какую административную — представлял! Не знаю уж, когда в нем имелось больше жителей: до Конца Света или после. Зато точно могу сказать, что сейчас там народа было под миллион! Может меньше, может больше…И солдаты, после капитуляции более-менее дисциплинировано сдавшие оружие и тихо сидящие в собственных казармах, представляли из себя наименее проблемную его часть. Частично потому, что нескольких пытавшихся выделываться дворянчиков мои солдаты образцово-показательно расстреляли, после развесив на деревьях, но все же. Однако оставались еще сотни тысяч склонивших голову перед завоевателями землян, а также не сильно меньше притащенных покойной принцессой рабов, слуг, ремесленников, торгашей, проституток и прочих обывателей Бесконечной Вечной Империи, которых и убивать вроде особо не за что, и оставлять без присмотра как-то не комильфо. — Ну, вообще-то мы должны были сами определять, какую часть нашей памяти можно забрать с собой, а какую придется оставить в неслучившимся будущем вместе с бессмертием, опытом, богатствами, на которые можно купить целые миры… — Отозвался чернокожий кукольник, зачем-то подходя к стене и очень пристально начиная её рассматривать. — Только заранее этого сделать было почему-то нельзя, а когда уже начался процесс, то нам то и дело активно мешали, из-за чего процесс чуть медным тазом не накрылся… — Ты помнишь сам процесс отправки наших сознаний в прошлое⁈ — Подался вперед я, мысленно почти крича от такой несправедливости. Вот как так получается, что звание лучшего хрономанта по идее должно принадлежать мне, а память об этом моменте, ставшем пиком и кульминацией карьеры повелителя времени, находятся у кого-то другого! — И…Как это было? — Как попытка поработать трансформатором между бьющими с небес молниями и фабрикой, где через старые видеокарты майнят криптовалюту, — поморщился чернокожий, внезапно отодвигая в стене скрытый паз, о существовании которого мне раньше было ничего неизвестно, а после выуживая из обнажившейся ниши какой-то прозрачный кристалл. — Поэтому, честно говоря, я особо-то и не помню ничего. А что помню, то урывками и отрывками. Слишком занят был, стараясь не выгореть от пропускаемых через меня потоков энергии, чтобы по сторонам глазеть. Плюс приходилось отвлекаться на то, чтобы чистить морды всяким посланным по наши души божественным утыркам, когда они до меня прорывались…Кстати, а девочка у тебя довольно умненькая через стенку живет. Сама жучок поставила скрытненько незнамо когда, сама удаленно деактивировала пару часиков назад…О! Да он ещё и с функциями записи! Эй! А ну отдай! — Если записи сии останется в твоих руках, наглый греховодник, то они определенно будут выложены в интернет сразу же, как человечество восстановит интернет! — Непреклонным тоном заявила Светлана, сжигая в своих пальцах отобранную безделушку, а после на всякий случай ещё раз сжигая её пепел. — Да мы вроде уже, — пожал плечами я, не слишком переживая из-за самодеятельности Эвы с записывающим кристаллом. Вот руку даю на отсечение, причем без возможности возврата этой самой конечности, интересовали её не какие-то мой тайны, а возможные соперницы, способные оказаться в постели, которую она столь часто оккупировала по ночам. И даже если бы записи эти действительно каким-то образом утекли в информационное пространство, откуда однажды выложенные файлы до конца уже никак не вытравишь…Ну, стыдиться мне было бы точно нечего, чести гордого сына планеты Земля в постельных битвах с коварной чешуйчатой обольстительницей не посрамил! Хотя конечно наказать её за такой поступок надо. Только пока не уверен как, особенно учитывая её положение. Может, отправить на кухню, картошку чистить на недельку-другую? — Во всяком случае, в Лондоне, Оксфорде, Кале, Париже и ещё нескольких городах локальные сети уже есть. Над их соединением воедино — работаем… — Радостно мне слышать сиё, и надеюсь, кто-нибудь начал уже воссоздавать подборки видео с котятами смешными, — вспыхнули в прямом и переносном смысле глаза у Светланы. — Нервы ни к черту. А тут ещё и пламя на мозги давит. И рожи наглые, что надо покарать нещадно огня не жалеючи, начинают мерещиться даже там, где хватит лишь окрика строгого, да ожогов на память парочки…Если хоть немного не сброшу стресс, то точно с катушек слечу. — Нет, ну вообще-то, можно уже и перекур сделать, — забеспокоился тот, кто чаще всего был ближе всего к неуравновешенной пиромантке, поскольку самым наглым образом за ней все трофеи подбирал. Ну, может не совсем все, но больше девяноста процентов точно, ибо Светлана особенно к материальным вещам не привязывалась и могла ходить хоть в мешке из под картошки. Во-первых, она бы даже в мешке из под картошки выглядела на все сто. А во-вторых, имела обыкновение сжигать свое имущество когда слишком уж увлекалась, а увлекалась она часто. — После Тренировочного Лагеря года не прошло, а территорий у Бальтазара примерно столько же, сколько и у Города было в лучшие наши годы. А людей, по крайней мере, землян, так точно больше будет. — Пока ты спишь — враг качается! — Удивила нас обоих Светлана знанием старых игровых мемов. — Хотя, не могу не согласиться с тем, что результат его усилий более чем приемлем. Многие угрозы, которые в будущем способствовали гибели нашей цивилизации, были купированы на ранних стадиях и многие из тех, чьи жизни должны были оборваться — выжили…На этом фоне моя личная погоня за личной силой почти заставляет сгореть со стыда. Сколько я могла сделать для других, если бы не была так зациклена силе своего пламени… — Ну, я уверен, ты и так сделала немало. И Клаус — тоже. — Решил слегка польстить я союзникам. — Ведь своего текущего могущества вы достигли устраняя наиболее серьезные угрозы себе и прочим землянам там, где находились, а следовательно положение выживших явно окажется куда лучше, чем могло бы быть. Кстати, касательно поверженных злодеев…А что бы случилось, не останови мы вовремя принцессу Шикхалаз? — Да абсолютно ничего, — снисходительно махнул рукой чернокожий кукольник. — В радиусе примерно ста шестнадцати километров от Везувия…Потом бы ударная волна сошла на нет, а облако раскаленного и вместе с тем проклятого отголосками сгоревших душ вулканического пепла остыло, позволяя уцелеть тем кто догадался при его приближении спрятаться в подвале и хотя бы пару дней не вылезать. — Так вот значит, почему я о ней и её государстве совершенно ничего не помню, — мне стало чуть-чуть спокойнее, поскольку одна из мучивших меня загадок оказалась успешно решена. Кстати, а чем там занимаются наши коты? Почему я больше не слышу звуков их драки? Неужели Тень и его новая знакомая все-таки смогли примириться? — Скажите, а исчезновение с карт и страниц мировой истории Московской скалы — это тоже вы? — Точно не я. После Тренировочного Лагеря высадился на одном из островов Средиземного моря, где раньше обустраивал себе берлогу очень удобный для меня в плане единоличного убиения краб легендарного ранга, почти дотянувший до мифа. Ну а после отправился на поиски Светланы, — покачал головой Клаус. — По пути конечно пару раз отвлекался на то, чтобы обеспечить себе запасы материалов и прокачаться слегка, притравив более-менее впечатляющих тварюшек, мощных но тупых и не способных учуять в подсовываемой им отравленной приманке моих кукол, уже внутри бестий разворачивающихся из маленькой гладкой капсулы в боевую форму…Но к Москве ближе чем на три тысячи километров вроде не приближался. — Я выбрала своей первой целью Зеленый океан, тот который раньше был Атлантикой, — пожала плечами пиромантка. — Выжигала секту Тысячи Масок, пока сии психованные культисты не начали распространять свое учение в нашем мире…Вы что, их не помните? Серьезно⁈ Да ведь именно из-за агентуры этих уродов, ворующих воспоминания, тела и даже души, наш Город десяток раз чуть не пал! И, вероятно, именно многочисленные акты саботажа на протяжении сотен лет в итоге нас подкосили, ведь люди перестали доверять даже вроде бы не один раз доказавшим свою преданность чужакам, да и друг другу… — Не помню их вообще. То ли для меня уничтожение этих конкретных врагов не было личным, то ли я в будущем решил, что ты и сама с этим прекрасно справишься. — Безразлично пожал плечами Клаус. — Но видимо покровительствующий этой секте божок должен стать одной из первых целей на устранение. Может избавиться от него придется даже раньше, чем заменить моими марионетками Королей Мира из династии Халаз…Бальтазар, не смей их всех убивать одним махом! В этот раз — не смей! Я не хочу ещё раз воевать чуть ли не с половиной Бесконечной Вечной Империи, когда коллеги этих идиотов решат превентивно устранить угрозу своим бессмертным задницам! — Эй! Я там был не один! Вроде бы… — Проблему с нацелившимся на Землю кланом-корпорацией высшей знати Бесконечной Вечной Империи требовалось как-то решать, но наиболее простой, логичный и приятный лично мне по моральным соображениям вариант в долгосрочной перспективе обернулся бы слишком большим количеством проблем. — И уж тем более не я тогда принимал решение об атаке, ибо в число истинных топов нашего Города вошел значительно позже тебя и уж тем более Светланы. Кстати…А какие у вас двоих цели теперь, когда вернуться в прошлое все-таки получилось? Долгосрочные и краткосрочные? ---------- Глава 6 Глава 6 — Начи с себя, — тут же предложил мне Клаус. — В конце-концов, без тебя бы у нас оказаться здесь и сейчас точно бы не получилось, и мы так и остались бы страшными байками Бесконечной Вечной Империи, которые таятся в её темных углах, потихоньку теряя то немногое, что в нас от людей оставалось… — Моя — сделать Землю стабильным, процветающим и преуспевающим миром, где доступ к чистой воде, вкусной еде, всеобщему образованию, безопасности, свободе слова и прочим основополагающим правам человека будет, по крайней мере, не сложнее, чем раньше. — Ничуть не смутился я, одновременно с поддержанием беседы пытаясь понять, а где находится Тень и чего он задумал. Обычно когда питомец сначала шумел и бесился, чтобы потом вдруг резко стать неслышным и невидимым, он готовил какую-то редкостную шкоду…И, кажется, нечто подобное наблюдалось и в этот раз. Во всяком случае попытавшись почувствовать фамильяра по нашей связи, вдруг понял, что не ощущаю практически ничего. Мой кот закрылся от своего человека так старательно, как никогда не пытался закрываться раньше…Он явно был жив, но где находился и чем занимался оставалось только гадать. — Желательно, конечно, все сделать лучше и добиться создания настоящей утопии, где наука, магия и здравый смысл будут идти рук об руку, создавая для всех лучшее будущее……И когда-нибудь мы такого должны достигнуть, если только не помешают внешние угрозы и внутренние распри. В Городе, который все мы помним, во всяком случае, почти получилось…Но более реальная цель — завоевать мир. Больше чем уверен, если обитатели нашей планеты станут едины и прославятся своим нетерпимым отношением к разного рода рода налетчикам и вторженцам, то большинство угроз для них устранятся сами собой, ибо цель врагов — получить прибыль с легкой добычи, а не сдохнуть быстро, но мучительно. — Бесконечная Вечная Империя есть зло. Не по форме или же сути, но по замыслу и выбору, сделанному где действиями, где бездействиями. И злу должно сгореть! — Прошипела подобно заливаемым углям Светлана, подаваясь вперед и преображаясь на миг в чистейшей пламя возмездия…Впрочем спустя секунду девушка вернулась к своему обычному облику, ничуть не напоминая пылающую фурию, от которой большинство настоящих демонов предпочли бы держаться как можно дальше, в идеале на противоположенной стороне мироздания. — Впрочем, я признаю, что некоторые её принципы и механизмы скорее полезны, чем вредны. И даже отдельных высокопоставленных обитателей этого формирования подчас можно и должно считать исключениями из списка существ и сущностей, приговоренных мною к искоренению огнем. Надо лишь устранить высший разум, такой ленивый, и такой злой, создавший тот цикл насилия и страданий, который позволяет сему колоссу расти и не рушиться под собственной тяжестью. Однако сиё — далекая цель, нереально далекая. И если мы не дадим злу хотя бы в нашем доме одержать победы столь же полной и всеобъемлющей как в прошлый раз, я сочту это успехом. Временным…Но торопится некуда. Если нужно потратить на подготовку очищающего похода века и тысячелетия, мы должны потратить века и тысячелетия. С промедлением я смирюсь, как смиряются пылающие звезды с пустотой и холодом космоса. — Соглашусь со всем здесь прозвучавшим, но мне кажется слишком опасной попытка сокрушить сущность, успешно пережевавшей сотни если не тысячи божественных пантеонов или развитых цивилизаций. И абсолютно бессмысленно раз за разом отбрасывать дикарей, выросших в той банке с пауками, которые представляют из себя миры Системы. Проще покинуть границы Бесконечной Вечной Империи со всем, что дорого нам. А заодно и всех прочих обитателей Земли туда загрузить, ибо без них в прошлый раз получилось…Нехорошо, — и без того черное лицо некроманта на миг дохнуло каким-то первородным мраком. Мраком безрадостно существования без цели, смысла и надежды на лучшее будущее. Лишь тех, кто погрузился в ту же бездну безнадежного отчаяния, что и будущий я можно было привлечь к нашему плану, позволившему совершить невозможное и переиграть саму судьбу. — Сделать эдакий ковчег и отправиться прочь, ведь мироздание бесконечно…А если и все же конечно, то настолько велико, что даже знакомая нам Система на его фоне лишь одна песчинка в бархане. Но да, для этого единая планета и отсутствие помех в виде всяких набегающих завоевателей или сект, желающих превратить всех людей в паству своего божка, очень даже желательна. Ну и ещё я намереваюсь снова создать ту же семью, что и в прошлый раз, но не допустить, дабы судьба моей жены и наших детей повторилась. Свою будущую невесту я уже нашел, незаметно для всех от всяких случайностей охраняю…Жду, пока она дойдет до кондиции… — И ведешь себя не то как любящий подглядывать за женщинами извращенец, не то вообще как маньяк-каннибал! — Фыркнула Светлана, на миг обратившись в огненную деву и даже привстав…Но затем плюхнувшись обратно на задницу. Причиной этого послужила вбежавшая в комнату белая кошечка, выглядящая какой-то взъерошенной и растрепанной. Гонявшая моего питомца по всему помещению хвостатая особа без тени сомнений взлетела хозяйке на покрытые языками пламени коленки и буквально забурилась под руку девушки, срочно требуя то ли поглаживания, то ли почесывания. Тот факт, что та полыхала достаточно ярко и жарко, дабы нормальные люди обращались бы с ней словно с пламенем газовой горелки, оказался фамильяром начисто проигнорирован. — Впрочем…Если бы ты не стал ждать, пока она повзрослеет, я бы тебя точно спалила! Хм…Раз цель объединения планеты — наша общая цель, вернее необходимый промежуточный этап перед свершением более великих деяний, то как мы добьемся сего? — Предлагаю тот способ, который уже работает. Демонстрацию многократно превосходящей военной силы на фоне привлекательных экономических перспектив. Ни один нормальный человек не захочет оставаться постоянно борющимся за выживание бедным и больным неудачником, ютящимся в халупе, если можно легко и просто переселиться в современный дом с канализацией, водопроводом, электричеством и интернетом, который охраняет армия, где порядок на улицах поддерживают далекие от коррупции полицейские, а помереть от болезней при наличии медиков и целителей надо ещё постараться. — Хмыкнул я, пытаясь ощутить теперь уже своего питомца. Он там вообще живой? — А разного рода бандитов и диктаторов крупнокалиберная артиллерия отлично убеждает вести себя прилично…Для большинства хватит даже не использования пушек, а одной лишь демонстрации какого-нибудь летающего замка с орудиями как у линкора, чтобы криминальные элементы и местечковые царьки по собственной воле и с минимумом жертв перековались в достойных членов общества. — Ты недооцениваешь степень человеческого идиотизма, — заметил Клаус. — Оставим за скобками бешенных животных в человеческом обличье, которых стоить усыпить на месте, а не перевоспитывать…Однако я даже после падения Города встречал идиотов, которые думали, что они могут прожить своим умом так как жили целые десятилетия в какой-нибудь глухой дыре или же их мнение имеет значение для аристократов Бесконечной Вечной Империи, хотя за этими наивными мечтателями не стояло ни личной силы, ни покровительства кого-то значимого. — Мы не нанимались спасать идиотов от последствий их собственной глупости, а если они встанут на пути спасения остальных, то им придется расхлебывать последствия принятых решений, — пожала плечами Светлана, благодаря медативному поглаживанию кошечки слегка успокаиваясь и перебирая её пушистую шерстку своими огненными пальчиками. Пиромантку после недавнего усиления явно штормила как вернувшегося из дальнего плавания моряка, просадившего все деньги в каком-нибудь ресторанчике. Относительно нормальный стиль мышления и речи мог легко сместиться в сторону чего-то почти непонятного и почти нечеловеческого, а затем за пару секунд снова вернуться к норме. — Что? Я искренне желаю всем хорошим людям всего самого лучшего и готова сгореть дотла за их право жить так, как им нравится… Но иногда лучшим вариантом для упорствующего в опасных заблуждениях человека будет принудительное приведение в чувство внутри тюрьмы или же вообще лечение в психушке. А лучшим вариантом для окружающих — исчезновение безумца, чьи слова или действия рано или поздно приведут к большим жертвам. Меня больше волнует то, что при принуждении к миру негодяи замаскируются под нормальным членов общества и выцепить их будет…Проблематично. А когда настанут трудные времена, они ведь рано или поздно настанут обязательно, такие мрази без тени сомнения ударят нас в спину. — Есть такое дело…Но те, кто сможет надеть маску цивилизованных людей, достаточно умны, чтобы воздержаться от предательства, пока не будут уверены в том, что это сойдет им с рук.Значит, чтобы не получать от них удары достаточно не проигрывать и не подставляться…Для нынешних нас задача сложная, но вне всяких сомнений посильная. — Я был согласен с мнением Светланы о подобных мразях…Но при всех своих недостатках они хорошо чуяли силу, а найти на Земле кого-то сильнее и опаснее нас было, мягко говоря, проблематично. — И мне кажется лучше умеренная коррупция сейчас и много расследований мелких злоупотреблений потом, чем массовая гибель невинных в результате естественного отбора, проверяющего в первую очередь не моральные качества, а умение выживать и приспосабливаться. — Вынуждена согласиться, — с тяжелым вздохом призналась Светлана, поморщившись и вспыхнув пламенем, которое медленно и словно бы неохотно трансформировалось обратно в плоть. Может она и была фанатичкой, но дурой точно не являлась. — Тогда вероятно стоит решить, будем ли мы действовать вместе или раздельно. Мне кажется — лучше раздельно. Мы без сомнения можем многое, но покуда даже у меня не получится эффективно находиться одновременно в двух местах за сотни километров друг от друга. А ещё ныне, когда перехватила я чужое пламя и сделала его сутью собственного огня, сражение на одной стороне с союзниками будет для них…Разочаровывающим. Бесконечная Вечная Империя с большой неохотой станет выдавать им свои дары, и хотя её презираю сию структуру всем сердцем, но не могу отрицать, что подарки её полезны как минимум для девяти человек из десяти. — Нуууу, может быть, но эти её ограничения можно обойти, если действовать умеючи… — Протянул Клаус, которому явно не хотелось лишаться доступа к бескорыстному поставщику огромного количества ресурсов. Плюс из нас он лучше всего подходил для того, чтобы любые свои действия проводить удаленно, от научных диспуток до битья морд. — Что тебя с моего хвоста не стряхнуть я уже поняла, и даже мысленно смирилась с этим печальным фактом. — Фыркнула пиромантка, окончательно угаснув и вернув себе относительно привычный уровень здравомыслия. — С большинство чудовищ легендарного и мифического ранга, находящихся сейчас на Земле, солдаты Убежища должны справиться своими силами. И артиллерией. Я им даже особо помогать не будут больше, так, подстрахую на всякий случай. Ну а трофеи с монстров помогут усилить тех, кто должен будет нас подстраховать…И, в случае если мы где-то себя слишком уж переоценим — заменить. — Я слегка запнулся, поскольку в помещение вошел Тень. Медленно, величественно, задрав морду к потолку, почти по-человечески улыбаясь и буквально источая самодовольство! Причем когда его взгляд мазнул по белой кошечке, сидящей на коленях у хозяйки, эмоции хвостатого паршивца усилились чуть ли не на порядок! Однако свои мысли и эмоциональное состояние он по-прежнему скрывал, и в в моей голове внезапно появилось жуткое подозрение. Подозрение, что через несколько месяцев Светлане куда-то придется пристраивать котят! И будь я проклят, если в случае их появления с виновника появления этих самых котят не будут как минимум затребованы алименты! Хотя нет…Скорее всего наша поборница справедливости все-таки устроит брак, и одному хвостатому паразиту придется либо согласиться с её требованиями, либо приспосабливаться к бытию в виде кучки пепла. — Впрочем, если вы вспомните об этих тварях чего-нибудь полезное, было бы неплохо. — Само собой, — кивнула Светлана, подозрительно посматривая то на своего питомца, чье выражение мордочки было каким-то невинным-невинным, то на моего фамильяра, очень пытавшегося надуться как рыба-шар от распирающей его гордости. — Думаю, нам с Клаусом стоило бы как можно скорее отправиться в Китай. Или Монголию. Кто-нибудь помнит, где находится первоначальная опорная база тех гоблинов-некромантов, которых мы убивали снова, снова, снова и снова, а они все не кончались и не кончались, продолжая тревожить границы Города ордами ходячей мертвечины и отдельными тварями, от незаметных как тени ночных убийц и до пытающихся снести наши стены неостановимых джаггернаутов, на изготовление которых пошли миллионы трупов? — Вроде где-то там, да, — неуверенно подтвердил Клаус, который кажется в альтернативной временной линии и пошел в некроманты, чтобы можно было бороться с этими надоедливыми зелеными коротышками их же оружием. Ну и лучше противостоять всем тем подлянкам, которыми раз за разом «радовали» нас их лидеры, во имя своих целей готовые отправить миллионы собственных сородичей убиться о наши системы обороны. Ну а поднятые из могил трупы и чужих крестьян, ставших топливом для их темных ритуалов, они и вовсе никогда не считали. — Точно не помню…Зато помню, что король гоблинов этих в клан Халаз вошел через брак! И они его приняли, а не стали доводить ситуацию до войны на уничтожение! — Нет, это не наш метод, — покачал головой я. — Ещё не уверен как именно будет функционировать верховная власть на нашей планете после того как все устаканится, но она точно должна быть избираемой и сменяемой. Все прочее ведет к стандартному аристократически-магическому застою…Да и тупо опасно доверять судьбу мира всего одному человеку. — Даже если этот человек справится с подобной ношей точно лучше чем какой-нибудь выборный комитет, где каждый будет тянуть одеяло на себя? — Уточнила Светлана. — Распри, конкурентная борьба и междоусобицы в конечном итоге нанесли нам не меньше вреда, чем орды варваров из иных миров…Может и больше. Я помню города и страны, опустошенные не клинками чужеземных завоевателей, а свинцом, что выпускали автоматы и ружья. — Себе я подобную власть и ответственность не доверю, — решил я совершенно точно, вспоминая один из самых худших своих кошмаров. Тот, где люди о которых я заботился превратились в чужаков, с которыми у меня не осталось ничего общего, кроме некоторых воспоминаний. — А раз не доверю себе, то не доверю и другим, побуду эгоистом…Кстати, а как этот гоблин-брачный аферист свою задницу на трон Короля Мира посадить-то умудрился? Мне казалось остальные представители клана Халаз такого «родственничка» должны были при знакомстве как минимум через мясорубку пропустить. И это только для начала… — Ну, они вроде и пытались, но потом плюнули и решили, что проще будет с этимублюдком договориться. И вообще, раз он настолько коварный и могущественный сукин сын, то добро пожаловать в семью… — Пожал плечами Клаус. — А вообще ситуация там сложилась достаточно любопытная. В его мире борьба принцесс и принцев выдавила всех остальных конкурентов на верховную власть, а после затянулась на несколько веков, сформировав три центра силы, которые между собой столетиями неспешно бодались…Потом два из них все же смогли договориться и совместно завалили третьего. А во время празднования общей победы советник одного из кандидатов в Короли Мира передал своего патрона на блюдечке с голубой каемочкой его коллеге, по совместительству женщине, обеспечивавшей беспрекословное повиновение своих солдат и придворных сложными магическими клятвами. И пока та праздновала победу, ритуально принося своего кузена в жертву, как-то извратил её ритуал, тем самым взяв победительницу в сексуальное рабство. Ну и в любое другое тоже заодно. Все её слуги и поданные же сделать ничего не смогли, вынужденно став служить хозяину своей хозяйки. — Я раза два-три похожие ситуации видела, пусть и в куда меньшем масштабе. — Задумалась Светлана. — И как минимум однажды это точно пошло нам на пользу, поскольку промывший мозги владыке армии рабов-солдат менталист жил в Городе, а войско ударившее в спину осаждавшим нас придуркам позволило ненадолго разорвать кольцо блокады и получить передышку…Кстати, а не этот ли тип помогал нам всем с тем, чтобы сформировать пакеты информации, которые в прошлое отправятся? И вообще кто пережил падение Города и последующие века окончательного упадка? Сколько таких вообще? Перекрестный сеанс воспоминаний хоть и позволил достоверно убедиться в том, что где-то по этому миру бродит тот же любитель всё и вся делать при помощи стали, а также несколько других наших коллег…Но касательно куда большего количества народа лишь еще сильнее всё запутал. Так, например, сразу в двух разных описаниях Клаус узнал себя. Один раз по прозвищу, один раз по любимому на протяжении нескольких веков посоху, сделанному из позвоночника какого-то кристаллического зверобога. И в своей манере чуть ли не каждый раз представать в новом облике, а то и теле, он был отнюдь не оригинален. Далеко не все мои собратья по духу и замыслам придерживались столь же стабильной приверженности некогда выбранному стилю, как и я или Светлана, скорее уж наоборот, использование иллюзий, а также пластической хирургии, биомагии и аурных трансформаций стали нормой для большинства землян, переживших падение последнего свободного города планеты и века дальнейшего упадка. С учетом того, что в кровниках у них имелись десятки небожителей, и высших аристократов Бесконечной Вечной Империи, а также миллионы врагов поплоше, вполне способных опознать в случайно встретившимся им человеке то самое древнее чудовище, сказочками о котором их в детстве пугали на ночь, это даже нельзя было назвать чрезмерной осторожностью. — Если округлить и считать, что силы у каждого были более-менее уникальны, то видимо нас было где-то штук десять, ну может дюжина. — Подытожил я после пары часов напряженных следственных мероприятий, напоминающих не то восстановление событий после великой пьянки, не то групповую борьбу с рассеянным склерозом. — Только вот не факт, что представители нашей малость сбрендившей компашки ископаемых, переживших собственное вымирание, в своих специализациях не повторялись, — заметил Клаус. — Ты владеешь высшей магией времени и ритуальной магией, и я владею высшей магией времени и ритуальной магией…Да, хрономантия у меня даже и близко не на твоем уровне, а в ритуалах обойду тебя как стоячего, но это понимаем мы с тобой! Однако же со стороны разницу меж нами заметит не каждый божок, пока всякие там архимаги глядя на наши деяния падают в обмороки на руки к собственным секретаршам или же от зависти грызут на руках ногти примерно до локтей. — Перед тем как вы отправитесь кошмарить зеленокожих некромантов, я бы все же хотел взглянуть своими глазами на ваши воспоминания о наших коллегах при помощи древа былого. Ну и конечно готов предоставить свои взамен, — взглянуть на себя-прошлого со стороны было бы как минимум интересно. Также не стоило сбрасывать со счетов то, что получилось бы чего-то понять в той великой магии, которая была создана мной же, пусть и немного другим. Между прочим за одну только возможность лицезреть подобное чудо многие великие волшебники согласились бы без тени сомнения отдать глаз, можно даже свой и можно даже вынутый со своего законного места без всяких следов наркоза. — Опасно… — Заколебался чернокожий кукольник. — Все-таки этот артефакт ты купил у Бесконечной Вечной Империи… — Купил, когда ничего особого из себя по большому счету ещё не представлял, — поправил его я. — Ставить жучки в потребительские товары подобного уровня для неё тупо нерентабельно. А вносить изменения в уже сделанную работу — совсем не её стиль. Плюс — свои воспоминания там уже просматривал, и пока не прекратил быть. — И все же лучше бы эту штуку разобрать на дрова, а дрова скорее сжечь самым жарким моим пламенем. Во избежание, — хмыкнула Светлана. — Для того, чтобы выявлять воришек и подтверждать честность сделки труполюб лучше другую такую же штуку для Убежища купит… — Эй! А почему это я должен её покупать⁈ — Возмутился кукольник. — Потому, что все твои деньги заработала я! — Последовал уверенный и безжалостный ответ той, которая несмотря на всю свою близость к пламенной стихии все ещё оставалась настоящей женщиной, уверенной, что деньги проводящего рядом с ней столько времени мужчины принадлежат ей по праву…По какому именно праву она вряд ли могла бы сформулировать, но уверена всё равно была. — А вот и не все! Всего лишь процентов семьдесят…Восемьдесят…Ну, может девяносто… — Смутился Клаус. — И вообще, минимум половина их — моя законная доля за соучастие в тех военных преступлениях, которые ты делаешь во имя справедливости! ---------- Глава 7 Глава 7 Один чернокожий некромант-кукловод торчал у ствола древа былого, напялив на голову бутон. Второй покрывал это самое древо какими-то руническими символами. Третий создавал вокруг волшебного устройства для работы с памятью защитные барьеры. А вот настоящим был вроде бы только четвертый, тот самый, который разговаривал…Хотя не факт, не факт…Да остальные три марионетки не дышали, для сканирующих навыков выглядели как-то послабее и, если хорошенько присмотреться, были покрыты шрамами и стежками, при помощи которых трупы убитых врагов превратили в почти идеальные подобия Клауса, но со старого параноика сталось бы вести дела через очередное удаленное устройство, спрятав истинное свое тело подальше от моей летающей крепости, забитой вооруженными людьми, в чьей лояльности у него имелись вполне обоснованные сомнения. — Вот, вроде все, — с явными нотками раздражения буркнул некромант-кукловод, покуда его копии заканчивали дерево былого минировать. Или вернее готовиться это самое древо аннигилировать, ибо по истечению всего-то получаса от этого живого артефакта не должно было остаться даже щепочек, и если не ошибаюсь, таймер обратного отсчета он уже опустил. Во всяком случае чего-то там среди вычерченных им на земле и коре рун присутствовало целых три защитных барьера, не дающих обязанному вскоре разразиться внутри замкнутого периметра буйству энергий выпустить наружу ни единой искорки, а также вся созданная им система на каком-то едва ощутимом уровне реальности колебалось ритмично со все сокращающимся интервалом…И когда тот дойдет до нуля, лучше бы находиться подальше от обреченного шедевра биомагии. — Воспоминания свои туда залил, защиту обеспечил…Слушай, Бальтазар, а почему тут так людно-то⁈ Меня, знаешь ли, нервирует, когда на меня все пялятся, а после шушукаются за спиной! — На тебя хотя бы просто пялятся и за спиной шушукаются, а меня теперь вопросами будут задалбывать по двадцать раз в день, причем скорее всего одними и теми же вопросами. — Я покосился в сторону своих подчиненных, старательно делающих вид, будто они не косятся на собственное начальство, а также его гостей. Персон, мягко говоря, необычных и необычность свою вряд ли бы сумевших замаскировать даже если бы они постарались…Чего ни Клаус ни Светлана вот вообще не делали. — Возрадуйся, что ты хотя бы на правительственных заседаниях сидеть не будешь. Впрочем, если есть желание, это можно устроить! Для обладателей достаточно высоких уровней, вносящих существенный вклад в дело создания, развития и обеспечения безопасности Конфедерации у нас предусмотрены места и голоса, даже если они представляют лишь себя и никого больше. — Может позже, — всерьез задумался темнокожий некромант. — Когда буду иметь достаточно кукол с частичной или полной автономией, чтобы позволить одной из них терять время подобным образом, ведь связь с общественностью важна, да и наблюдать за теми персонами, которых я запланирую своими двойниками заменить лучше раньше, чем они начнут доставлять реальные проблемы… — Попадешься на том, что перерабатываешь невинных или хотя бы не сильно виноватых людей в свои игрушки — спалю! — Сразу же уведомила его напрягшаяся всем телом и аурой Светлана, воздух вокруг которой ощутимо нагрелся и стал потрескивать. — В полном соответствии с законами Конфедерации спалю, так и знай! — Не волнуйся, — отмахнулся от поборницы справедливости мастер темной магии. — Не попадусь…Потому, что не будут делать с невинными людьми ничего запрещенного, конечно же! А всех злодеев буду отдавать тебе, если пообещаешь сжигать не тела, а души. Тела мне их ещё пригодятся. Хотя бы для того, чтобы заставить эти тела рассказать о себе всё и всех своих подельников сдать… Оставив эту парочку то ли препираться, то ли торговаться, то ли совместно планировать в будущем совершение особо тяжких преступлений во имя лучшего будущего созданного мною государственного образования, я шагнул вперед и надел на голову бутон древа, дабы увидеть наконец-то момент финального триумфа в карьере меня-будущего, пусть даже и через призму чужих воспоминаний. Бесконечная Вечная Империя была может не совсем бесконечной и вечной, доказательством чего являлись периодически присоединяющиеся к ней миры, но большой, очень большой. И в силу своих размеров эта то ли структура, то ли сущность, то ли все-таки государство могло считать себя малоуязвимым. Даже очевидные казалось бы болевые точки в виде обелисков, крайне сложных, многофункциональных и дорогих в изготовлении устройств, связывающих воедино тысячи разных миров, на самом-то деле были не слишком ей важны. Какие-то идиоты разрушат один из них? Их судьба и судьба их близких, которым позволят умереть ой как нескоро, сделает повторение подобного события в ближайшем будущем маловероятным после того как окажется задействован алгоритм, что привлечет к делу наказания вредоносных элементов лучших специалистов-карателей имеющихся в этом секторе Вселенной. Или даже в соседнем, экономия на транспортных расходах в долгосрочной перспективе обернулась бы большими убытками чем содержание подобных специалистов. Думающие будто у них есть какие-то шансы остановить Бесконечную Вечную Империю дикари, пускай даже с коронами на головах или же нацепившие на себя мантии архимагов, одновременно выведут из строя несколько десятков подобных артефактов? Принцип действия тот же, лишь масштабы увеличатся пропорционально. Пусть хоть на всех континентах своей планеты одновременно бьют по переливающимся всеми цветами радуги колоннам, а после разрушают ту сложную паутину чар, которая обеспечивает смертным или бессмертным получение уровней и достижений, а также выплату подданными всех полагающихся налогов. Добьются лишь того, что обязательная к исполнению миссия окажется даже выдана одному из тех, кого общественная молва считает богами. А может не одному, может целому пантеону, в конце-то концов для того и выдавался им божественный статус с божественными привилегиями, чтобы они решали те вопросы, которые входят в сферу их должностных обязанностей и компетенции. — Я закончил с основой ловушки для обелисков! — Лязгнул голос сталью голос человека, в котором собственно от человека сейчас бы получилось найти разве только часть воспоминаний. Сделанный из лезвий самого разного размера и формы трехметровый гуманоид припал на одно колено и словно бы пустил в землю корни. Металлические, являющиеся продолжением его собственного тела. Тела, которое раскинулось в разные стороны на километры, подобно какой-то странной грибнице. Только вместо выступающих плодовых тел на ней были впадины. Много-много цилиндрических впадин, которым оставалось пустовать буквально считанные секунды. — Можно начинать. — Ну, понеслась! Теперь либо мы сдохнем так, что нас запомнит само мироздание, либо нагнем это самое мироздание в такую позу, которая и не снилась лучшим эльфийским проституткам! — Одновременно шепнули мои-не мои губы на десятках тел, активируя схему, что по своей сложности приближалась, вероятно, к той самой паутине чар, которые являли собой саму суть Бесконечной Вечной Империи. Магический импульс по наводящим каналам маячков ушел к сотням массивов-активаторов, которые были разбросаны по всей Земле. И не одной только Земле. — Готовьтесь, смертнички! Секунд через двадцать-тридцать нас захочет отлюбить самая крутая сучка в этой Вселенной, та самая, грубо дышать в сторону которой ссутся даже внешние боги! А мы с размаху впендюрим ей так глубоко, что она вновь почувствует себя девочкой, постигающей каково это, впихвать невпихуемое! — Я бы дал минуту, а может и немного больше, — прокомментировал откуда-то из-за спины тот, чей прогноз касательно точных временных рамок мог оказаться более точным, чем мой, ибо время было его епархией. Сутью. Смыслом. Областью знаний. Безответно влюбленной психически ненормальной фанаткой, заранее говорящей: «Да! Да-да-да, скорее, наконец-то!» на любые даже самые извращенные и изощренные предложения своего кумира. — Слишком давно Бесконечную Вечную Империю никто всерьез не шевелил, а потому она неплохо так заржавела, не сразу поверит в то, что происходит, а после немедленно испугается и заподозрит какой-то хитрый подвох. — Хватит болтать, идиот! — Рявкнули на него женским голосом, раздавшимся не в ушах, а прямо в головах…Всех моих головах, даже тех, которые сейчас далеко-далеко от Земли находились. — Сейчас у тебя нет всего времени мира на то, чтобы подумать, пофилософствовать и морально подготовиться! Начинай пробивать канал в прошлое! — У меня уже все настроено, — последовал спокойный и размеренный ответ того, кто привык никуда не торопиться и всегда успевать делать свои дела вовремя, даже если перед тем как приступить к ним он сначала отдохнет недельку или две. Не удивлюсь, если ради возможности сколько угодно откладывать важные дела и встречи, он когда-то и начал осваивать высшую хрономантию. — Не хватает только энергии творения, которой бы хватило для того, чтобы создать парочку сотен миров…Или же один мир создать один раз, а потом, по мере необходимости, пару сотен раз чуть ли не целиком переделывать, меняя облик планеты и существ, её населяющих, а также физические и магические константы — Энергия сейчас будет, — заверил я его, и всех собравшихся, уже ощущая, как сделанные мной системы артефактов начинают свою работу…Запуская другие сети артефактов, куда более разветвленные и многочисленные. Первичные контуры, вторичные контуры, третичные контуры…Вплоть до контуров шестого порядка, актвириующихся сейчас в мирах, которые к моей родной планете по меркам мультивселенной достаточно находились близко или, по крайней мере, не слишком далеко. Там, рядом с каждым или почти каждым обелиском, мной заранее и в обстановке высочайшей скрытности был размещен сложный рунический массив, обычно применяемый для созданий устойчивых межмировых порталов. Ну, в принципе, нечто подобное начинало свою работу и сейчас в тысячах мест по всему мирозданию. Только разница между ними была как между неспешной прогулкой по лужайке и поездкой на водных лыжах, привязанных канатом к какой-то сверхзвуковой ракете! — Начинаю тырить наши ключики к всемогуществу… Пространство в радиусе сотни километров содрогнулось и пошло волнами, которые могли бы легко и небрежно перетереть в ничто даже богов, если бы те вдруг оказались здесь и сунулись в эту завораживающую своими масштабами и мощью аномалию. Тысячи могущественных рунических схем, на создание которых у сотен моих тел ушли долгие-долгие годы делали свою работу. Каждое конкретное ритуальное заклинание выдергивало намеченный артефакт, словно рыбу из воды, перетаскивая его сквозь пространство и грани измерений, дабы украденные обелиски Бесконечной Вечной Империи сквозь стабильные колодцы в этом хаосе взбесившейся ткани реальности падали на металлическую поверхность огромной ловушки. Вернее, не просто падали в случайном порядке куда попало, а более-менее аккуратно ложились в цилиндрические ниши, предназначенные именно им. И там волей повелителя их накрывало слоем жидкого металла, зажимало и блокировало намертво, не столько физически, хотя и это тоже, сколько концептуально. Все знали о том, что через подобные устройства Система может воздействовать на мир, мало кто понимал, что воздействие — это отнюдь не всегда переброска солдат, героев или даже божков, по совместительству являющихся хорошо выдрессированными цепными песиками своей хозяйки. Фактически каждая переливающаяся всеми цветами радуги колонна могла считаться эдакой волшебной палочкой, через которую создательница подобных артефактов могла бы воздействовать на окружающий мир так, как никакому архимагу не мечталось даже в сладких снах после пары бутылочек особо крепкого вина. И потому пытавшиеся провернуть нечто подобное нашим нынешним действиям «гении» обычно жили плохо, но недолго… — Я держу крепко! — Пролязгало бесчисленными клинками всего своего тела то существо, что было самим воплощением концепции «стали» и когда-то давно родилось человеком, имеющим очень твердый характер и слишком уж полюбившим драться на мечах. — Их не вырвут из моей хватки, покуда мы живы! — Переподчиняю их операционные системы, чтобы исключить вероятность дистанционного исключения… — Прошелестел в моих многочисленных головах женский голос, вроде бы и приятный, но отдающий чем-то таким опасным, что самые жуткие, страшные и разрушительные творения темной магии, известные мне, казались бы не более чем злобно тявкающими щенками рядом с этой телепаткой. — Как удачно, что сделаны они на основе поглощенных Системой душ…И как неудачно, что нам нельзя разрывать их связь до конца, если мы хотим их использовать! Одна за другой переливающиеся всеми цветами радуги колонны подчинялись воле могущественной менталистки Земли, и скорость процесса нарастала лавинообразно. Я был уверен, что тело у неё одно, и мозг в нем тоже один, но почему-то сложнейшие артефакты, каждый из которых мог считаться тем ещё крепким орешком и был в своем роде уникален признавали новую хозяйку чуть ли не быстрее, чем были выкрадены из тех мест, где находились секунды назад. А после того как обелиск оказывался во власти своей новой госпожи он получал приказ. Довольно простой приказ, исполнить который сумело бы и куда более грубое устройство. Тянуть сюда энергию из того самого искусственного измерения белой пустоты, которая была знакома любому подданному Бесконечной Вечной Империи. Тянуть сюда энергию творения, ту самую энергию, которая позволяет формировать мироздание или хотя бы какие-то его частички в соответствии с волей того, кто этой энергией обладает и отличает настоящих богов от обычных изрядно разожравшихся долгожителей. Тянуть сюда из запасов Бесконечной Вечной Империи так много этой энергии, обычно приберегаемой в хранилищах Системы ради самых важных и сложных чудес, как только мог тянуть обелиск, не разрушаясь в течении ближайшей четверти часа. Дольше нам просуществовать в этой реальности даже при самом оптимистичном раскладе не светило. Мои тела, выполнившие первую часть назначенной им работы, спешно пользовались теми же самыми пространственными переходами, при помощи которых были сворованы обелиски. Запланированный уровень потерь должен был составлять от десяти до пятнадцати процентов, но места проведения ритуала не сумела достигнуть примерно четверть от общего числа марионеток, которые либо оказались уничтожены резко усилившимися искажениями в ткани реальности, либо оказались не там, где надо, отклонившись от своей цели когда на сотни километров, а когда и на целые миры. Разницы в данном случае не было, они бы не успели сюда вовремя, а значит стали бесполезны. И объяснение такому отклонению от первоначальных расчетов могло быть только одно. Бесконечная Вечная Империя уже почувствовала как сотни и тысячи переподчиненных нами обелисков тянут энергию творения из её могучего тела и обширного тела подобно комариным жалам, добравшимся до мельчайших капиллярных вен…Украденного нами хватило бы на то, чтобы каждый из здесь присутствующих, будь он все ещё обычным человеком, смог бы сравняться в грубой силе с самыми могущественными из божков Системы, но для неё это все ещё оставалось одной единственной каплей крови. Ну, двумя или тремя, потерянными после осторожного укола медицинской иголкой для забора анализов. Вот только эта сущность не привыкла к тому, что её иголками колют. Она встрепенулась. Разозлись. Мобилизовалась…И, кажется, сейчас мы начнем от неё огребать… — Начинаем накачку основного контура! — Одновременно произнесли все имеющиеся здесь и сейчас тела, активизируя нанесенные прямо на стальную поверхность ритуальные схемы и при помощи них стягивая украденную у Бесконечной Вечной Империи силу воедино, заодно несколько стабилизируя и обуздывая сей способный миры разрушать и создавать обратно из праха поток первородной мощи, дабы передать его дальше. К магическим схемам, моим собственным не сказать, чтобы уступающим, но очень узконаправленным, предназначенным сугубо для одной задачи. Управлению временем. Очень хотелось посмотреть, как величайший хрономант нашей части мироздания будет создавать чары, обязанные отправить наши разумы на сотни лет назад, но к сожалению даже одну из марионеток вместе с мельчайшей частичкой внимания выделить на это было нельзя. Вернее можно, но для того, чтобы направить к цели поток энергии творения требовалось все мое внимание без остатка. Украденные обелиски выдавали энергию творения не легким стабильным потоком, а хаотично меняющимися импульсами, едва ли не уникальными в каждом конкретном случае, поскольку каждый из них имел определенную индивидуальность, да и хранилищ, откуда они тырили чужие запасы, явно насчитывались как минимум десятки. И процессу явно пытались помещать, судя по периодически возникающему в головах матерному эху и скрежету зубов борющейся за контроль над артефактами менталистики, а также тому, что потоки силы могли как иссякать до отдельных капель, так и выдавать такой напор, который у всего одной или двух марионеток полностью обуздать не получалось. Вдобавок уже начинали появляться первые из тех, кого Бесконечная Вечная Империя послала с нами разобраться. Возникающие прямо из воздуха тут и там люди, нелюди и прочие существа, самые слабые из которых являлись обладателями легендарного ранга, сотнями и тысячами разрывались на части взбесившимся пространством каждую секунду. А кому везло прорваться к одному из относительно стабильных колодцев, где находился обелиск, растворялись в первородной энергии творения быстрее чем одна единственная крупинка сахара в полном бокале крутого кипятка. Эта сила была почти всемогуща, и с её мощью даже мне и даже с учетом длительной предварительной подготовки и настройки ритуальных фигур, здесь и сейчас буквально переписавших законы мироздания для того, чтобы работать без сбоев, справиться было тяжело. В ореоле ярких солнечных лучей и с сотрясающим сами небеса криком ударился о край металлического поля мускулистый гигант в белой тоге, чье тело казалось выкованным из звездного пламени…Не просто так ударился, само собой, а потому как в груди его теперь темнело убедительное подобие черной дыры, стремительно расширяющееся во все стороны и пожирающее плоть божка, вопящего в агонии. Тени, отбрасываемые некоторыми моими телами, словно бы закипели и взбесились, когда пытавшиеся атаковать нас через этот слой реальности враги встретились с тем, кто их там уже давно поджидал. И, кстати, имя его с некоторых пор среди акклиматизировавшихся в Бесконечной Вечной Империи демонов стало самым страшным ругательством. - Огонь, в котором сгорает божественность возжигаю я, и никто не пройдет чрез пламя моё, в котором ныне сгорает отныне и во веки веков сама суть моя, ежели не лишится он там бессмертной части себя, что опадет с него навсегда прогоревшем пеплом! — Провозгласила на всю Землю и несколько близлежащих миров сразу та несносная и доводящая меня до белого каления идиотка, которую я бы давно уже убил и переработал в куклу божественного ранга, если бы не два обстоятельства. Во-первых, только лишь благодаря ей одной число моих марионеток подобного качества превышало десяток единиц. А во-вторых, в случае если наконец-то дать волю эмоциям, то вероятность превращения в груды сажи всех моих тел, включая сделанные на крайний случай двойники-филактерии, надежно укрытые в самых укромных уголках Бесконечной Вечной Империи и даже вне её, равна плюс-минус пятидесяти процентам. Ведь кое-кто, кого я распотрошил, дабы превратить в свои инструменты, пытался от неё туда бежать и там спрятаться… — И каждая толика смерти и бессмертия, что сгорит в огне — усилит его! Ибо такова воля огня! ТАКОВА МОЯ ВОЛЯ!!! Казалось, все мироздание утонуло в огне…Но так, только казалось, ибо на самом-то деле концептуальным пламенем, по сравнением с которым и поверхность звезды выглядела бы уютным теньком, оказался затронут относительно небольшой участок планеты. Аккурат по периметру металлического поля и тех ритуальных фигур, которые мы здесь нагородили. По периметру во всех измерениях и планах, которые только могли быть. Или по крайней мере тех, которые сумела перекрыть своей стихией Светлана, что ныне натуральным образом сжигала сама себя, за счет этой техники самопожертвования увеличив свои способности, те способности, которые заставляли трепетать небожителей Бесконечной Вечной Империи, как минимум на порядок. Никто и ничто отныне не могло проникнуть внутрь этого барьера, не соприкоснувшись с ним и не пожертвовав частью своей сути и силы. Очень весомой частью, для большинства обладателей легендарных и мифических классов составляющих все сто процентов. Тела разного рода героев, королей, полководцев, архимагов, великих убийц и прочих высокоуровневых подданных Бесконечной Вечной Империи все равно появлялись тут и там, но теперь появлялись они в основном как разваливающиеся на части под собственной тяжестью груды пылающих костей, с которых стекали ручьи жидкого мифрила и адаманта с единичными вкраплениями более тугоплавких материалов. Ну а отдельные «везунчики» всего-то напоминали из себя забытый на сковородке бифштекс, который надо было снять как минимум десяток минут назад, поскольку оказывались прожарены до состояния угольев. — Аааргх! — Прорвавший пылающий барьер рой из дюжины зеленых метеоритов, орущих примерно одно и то же, пусть и несколько разными голосами, без сомнения представлял из себя целый орочий пантеон. Ну, теперь уже не совсем пантеон, ибо как минимум части божественности они лишились в огненной завесе, которую нельзя было миновать без потерь и, думается мне, немалой части. И формально пантеон сей был все же орочье-гоблинский, судя по тому, что одни враги были другим по пояс, а то и по колено, да и вообще казались скорее жилистыми, чем мускулистыми. И, кстати, перенесли бывшие коротышки близкое знакомство с пламенем куда лучше, чем свои более крупные родственнички. То ли в силу большой склонности к мистическим искусствам, помогающим в том числе и лучше сопротивляться чужой магии, даже самой концептуальной, то ли из-за привычки к боли, ведь больше чем уверен, привыкшие больше полагаться на грубую силу громилы даже после обретения божественного статуса продолжили субтильных по сравнению с ними коротышек при каждом удобном случае шпынять. Гостей непрошенных, но ожидаемых и в некотором роде долгожданных встретили, как полагается. Заранее созданные и подготовленные автономные псевдоразумные артефакты, дальними и примитивными родственниками которых являлись боевые дроны и автоматические турели, обрушили на явившихся божеств целый шквал умных ракет, чьи покрытые защитными рунами корпуса были сделаны из адамантия, а на начинку пошла концентрированная эссенция чистейшего хаоса, которая мгновенно начала бы проедать дыры в самом мироздании, если бы освободилась из плена сдерживающих её чар раньше срока. Интеллектуальные системы нацелились на те участки божественных тел, которые избежали концептуального пламени и результат был…Ну, и он был,обычное высокотехнологичное оружие не сумел бы даже поцарапать небожителей, пусть даже таких убогих, как цепные псы Бесконечной Вечной Империи, однако на сей раз обладатели божественности столкнулись с оружием, созданным как раз таки в расчете на успешное поражение богов. Мистические знаки на реактивных снарядов выгорали от нагрузок, но противились воле почувствовавших угрозу себе исполинских зеленокожих и не растворялись в ничто. И даже более активным попыткам перехвата они противились, беспрепятственно пролетая через вставшие на их пути барьеры из жесткого как камень воздуха, выросших прямо в воздухе цветов и трав, волны кипящей крови…Впрочем не все, несколько вознесенныъ гоблинов успело сообразить как заблокировать барьерами рвущуюся к ним угрозу, как и парочка орков, видимо имевших неплохие боевые рефлексы. Зато тела оставшихся врагов украсились множеством заноз, что стремились забуриться как можно глубже и уже там взорваться, создавая на божественных телах примерно такие же раны, как на телах обычных оставила бы попавшая туда дробь. Да, по отдельности они почти не представляли угрозы…Но ранить небожителя, причем готового к бою небожителя, между прочим не так уж и просто! А ещё таких ран на и без того обожженных, а то и горящих местами ублюдках за несколько мгновений появилось достаточно много. И у нас были те, кто мог бы встретить ослабленных и ошарашенных столь горячим приемом врагов лицом к лицу, дабы поскорее завершить начатое, не дав им собраться с силами и мыслями. Сотканная из стальных лезвий фигура не разорвала своей связи с металлическим полем, но рывком увеличилась в размерах, сравнявшись в размерах с пытающимися раздавить его небожителями. И клинки в обеих руках мастера меча, который уже не раз убивал много возомнивших о себе божков в прошлом,с кажущейся легкостью отвели в сторону тесаки в руках двух мега-орков и прорезая их шеи, словно те были сделаны из рыхлого снега. Ссыпавшиеся вниз головы небожителей, видимо давно уже не сталкивавшихся в бою с противником, которого нельзя было сокрушить тупой мощью и напором, разевали рты, вращали глазами и пытались то ли восстановить связь с телами, то ли вообще новые себе отрастить…Но у них не получалось. Не могло получиться, поскольку нанесенные им раны разрезали на части не плоть, но саму суть этих зеленокожих, сделав их состояние маленьким локальным законом бытия. Всё, что им теперь оставалось — это быстро и бесславно умирать, как и положено тем, кому в бою башку срубили. Выдвинувшийся откуда-то из-за спины высоченный водяной столп,ощетинившийся десятком длинных гибких щупалец, уже фехтовал своими гибкими конечностями сразу с двумя мега-орками, наплевав на разницу в размерах и даже умудряясь одновременно тормозить всех остальных наших врагов, которых выплюнутая им жидкость приморозила к стальному полю…В котором те вдобавок начали тонуть, словно в болоте. Впрочем, они могли бы вырваться, если бы им не мешали. Но им мешали, выбивая самых резвых уродов точечными атаками запредельной мощи. У кого вдруг голова изнутри взорвется, кто изнутри вспыхнет как свечка, кому горло перережет ножом, хотя никого ножа на самом деле там нет и близко не было… — Сразитесь честно и умрите, трусливые людишки! — Прогрохотал на всю округу воистину титанический орк, габаритами своими превосходивший девяносто процентов стоящих в Бесконечной Вечной Империи замков, что мог делать одновременно сразу четыре дела: размахивать подходящим ему по габаритам зазубренным двуручным фламбергом, орать, светить раскаленными доспехами, частично выплавившимися в его зеленое тело и переть вперед тупо как кабан, ибо ориентироваться в пространстве он видимо толком не мог, поскольку глаза его в приветственной завесе огня сварились и лопнули. Да, без сомнения это было какое-то по-настоящему могучее божество зеленокожих налетчиков, причем, скорее всего, верховное божество всей сунувшейся к нам шайки…Но здесь и сейчас его ждала та же судьба, что и приведенного на бойню быка. Выдать много бесполезного шума и немного посуетиться, а потом быстро и бесславно сдохнуть. — Я не вижу вас, но я найду вас! Я! Великий… Ударивший из-за спины луч ослепительно яркого света вошел в полную клыков пасть этого великого идиота, а после вышел у него из затылка. Тот, впрочем, выжил, ведь мозг был не сильно-то нужен для функционирования данному организму то ли в силу его личных особенностей, то ли из-за его принадлежности к небожителям…Однако опасность той атаки заключалась не в этом. От места раны во все стороны распространялось сияние, источником которой служила божественная плоть, то ли зараженная чем-то, то ли стремительно трансмутируемая в нечто новое…Итог этих изменений был быстрым и ослепительным — громила взорвался как самоходный фугас или же бочка пороха, в которую зажженную спичку бросили, повалив пятерку своих чуть меньших по габаритам собратьев, пытавшихся вокруг него сформировать некое подобие строе. Несколько десятков моих тел, каждое из которых обычные архимаги признали бы принципиально вечным, нерушимым и неуязвимым артефактом божественного ранга, стали покрываться грибами, растущими как снаружи, так и изнутри.Часть металлического поля попыталась превратиться в покрытую травою землю и даже выпустила из себя несколько обелисков, мгновенно утащенных Бесконечной Вечной Империей куда-то далеко. Орущий от боли зеленокожий гигант, у которого задница полыхала во всех возможных смыслах этого слова, как и волосы на голове или пальцы, из которых буквально вываливалась дубина, судя по всему сделанная из костей какого-то божественного дракона, попытался несколько марионеток раздавить. Взявшийся непонятно откуда ветер, пахнущий кровью, попытался вклиниться в собираемой мной поток энергии, отбирая власть над ним…И я позволил это, более того, усилил напор уворованной мощи, который попытался перенаправить кто-то из зеленокожих коротышек, пусть даже и вымахавших поголовно до размера великана. И одним из небожителей тотчас же стало меньше, поскольку покрытая какими-то шкурами чуть сгорбленная длинносая фигура, опирающаяся на массивный посох, не сумела справиться со свалившейся на него внезапно мощью и то ли взорвалась изнутри, то ли лопнула, выпуская из себя во все стороны чистейшую энергию творения и разлетаясь на мельчайшие осколки как физического тела, так и духовных оболочек. Более того, эти взрывом ещё парочку его собратьев затронуло, словно водой захлестнуло. Да, они в потоках первородной мощи не погибли, и даже не оказались ими существенно травмированы…Однако же замешкались, подставившись под удары тех, кто равен был мне по происхождению, возрасту, силе и ненависти, которую питали они к наиболее доверенным инструментам и цепным псам Бесконечной Вечной Империи. Какая-то божественная ведьма природы, довольно симпатичная, кстати, несмотря на изначальную принадлежность к зеленым коротышкам и покрывающие её местами ожоги, оказалась вморожена в большую ледышку, а после эта ледышка выпила из неё силы и жизнь, уменьшаясь за счет силы собственной пленницы до размеров контейнера, гроба, бульонного кубика, песчинки… Одновременно с этим покрывающие часть моих тел грибы иссохли и исчезли в никуда, дохнув на прощание космическим холодом, одновременно и смертельно опасным, и конкретно ко мне конкретно сейчас дружелюбным. Начавший бить в бубен старый-старый шаман, судя по всему попытавшийся усмирить буйство пространственных искажений, дабы подкреплениям легче было сюда прорваться, на середине второго взмаха собственной колотушкой внезапно рухнул лицом вниз без видимых причин, истлев словно мумия раньше, чем успел своей мордой до земли долететь. Могу ошибаться, но кажется он умер от старости, ведь есть среди нас тот, кто может помочь времени достать даже тех, кто по определению считает себя истинно бессмертным…Уже натянувший свой тлеющий лук обгорелыми пальцами бог-охотник успел сделать выстрел, и способная расколоть материковую плиту стрела, не способная после выстрела не оборвать чью-то жизнь, сорвалась в полет. И финишровала прямо в черепе подкопченного орка-гиганта, размерами похожего на оживший небоскреб и уже готовившего обрушить на вросшего в свой металл повелителя стали сучковатую дубину размерами хозяину особо не уступавшую. Ну, в принципе она все равно упала и сия могущественная реликвия могла одним лишь прикосновением и весом могла бы размазать взрослого дракона словно муху мухобойка…Но все-таки когда её владелец оказался мертв полностью, окончательно и концептуально, ибо его верхнюю половину вместе с большей частью энергетики и сути буквально обратило в ничто, эффект оказался уже не тот, и состоящему из лезвий гуманоиду доставил, максимум, легкие неудобства. - Морские глубины примут всех, и пусть никто из обладателей божественности и бессмертия не выйдет оттуда, не дав водам моим забрать часть своей вечности! — Вновь содрогнулась реальность, когда ей приказал один из тех, кому мироздание просто не могло отказать, и под огненным барьером, способным даже богов пронять, развернулся во все стороны сразу и сразу во всех планах бытия ревущий океан. С одной стороны прослойка его казалось маленькой, а с другой, больше чем уверен, туда бы получилось спрятать все Гималаи, да и на какой-нибудь Уральский хребет бы место осталось. А ещё эта водная преграда оказалась сюрпризом для следующей порции незваных гостей, куда более разнообразной и многочисленной. — По воле моей да поглотит растущая Бездна дерзнувших пройти сквозь неё, от участи их становясь лишь сильнее! Посланные в качестве авангарда орки на своей шкуре прочувствовали всю мощь нашей обороны. И, видимо, несмотря на принятые меры предосторожности как-то Бесконечная Вечная Империя сумела отследить состояние своих цепных псов и понять, с чем им пришлось столкнуться перед смертью. А потому прибывшие следом цепные псы Системы были готовы к купанию в огне, что сжигает саму их бессмертную суть…Но не к силе, столь же эффективной, погибельной и неумолимой, но находящейся на противоположенной части стихийного спектра. Мои тела смотрели во все стороны сразу,а потому видели десятки и сотни темных силуэтов либо же пылающих как звезды защитной магией врагов что прорвались сквозь царство пламени, дабы застрять в глубинах искусственного океана. Застрять и раствориться в нем без следа, лишь подпитав великое заклинание, которое сейчас жадно пожирало смертных, бессмертных и даже самих богов. Всех, кого Бесконечная Вечная Империя смогла в нас бросить…Однако даже дополнительный барьер отфиьтровал не всех непрошенных гостей, а только большую их часть. Ступившие на стальное поле враги на сей раз были представлены божествами людей, эльфов, дриад и, если не ошибаюсь, среди них как-то затесался один единственный гнолл. Или оборотень…Впрочем, это не имело значения, огромный человековолк, покрытый доходящими до костей подпалинами и слежавшейся мокрой шерстью, сделал от силы пару шатающихся шагов, прежде чем вдруг схватиться обеими лапами за свою же шею, влив доступный ему максимум энергии в блистающие как солнце когти, и голову себе оторвать. Относительно нормальных размеров человек в темной мантии и маске, видимо какой-то возвысившийся убийца или ассасин, поймал левым глазом метательный кинжал и оказался буквально стерт из мироздания. Одновременно разбухшие от влаги и горящие всей корой деревянные человекоженщины, на своей шкуре познавшие насколько эффективной может быть синергия стихий, когда повелители этих самых стихий работают друг с другом, попали под новый залп автоматических орудий и в большинстве своем просто рассыпались окровавленными щепками, не выдержав натиска снарядов и хаоса. Пяток каких-то божественных эльфов, донельзя тощих и худых, словно бы целыми эонами сидевших на голодном пайке, смогли ступить на стальную равнину…И трое из них немедленно упали, крича в агонии и держась свои ноги, которые пронзило металлическими шипами. А оставшимся двум упасть помогли, после чего одним ушастым пантеоном в мироздании стало меньше, поскольку всех участников этого — добили. — Энергонесущие контуры в минимальном объеме заполнены, — донеся чей-то сухой и спокойный голос из центра ритуала, обязанного сделать невозможное и переписать саму реальность…Ну, вернее те молодые версии нас, которые когда-то в этой реальности существовали. — Начинаю раскрутку первичных граней хроноворонки. Место назначения — год, предшествующий появлению Бесконечной Вечной Империи. Плюс-минус пара месяцев… — Надеюсь, вы наконец-то выбрали воспоминания, которые я должна отправить в прошлое, — прошелестел прямо в сознании голос величайшей менталистки если не мироздания, то как минимум Земли и пары сотен близлежащих измерений. — Больше времени у нас нет… Мои тела, находящиеся в родном мире, но расположенные вдали от места проведения ритуала, начали умирать. Те из них, кто обладал наиболее совершенной защитой, делали это не сразу, а спустя несколько секунд, после того как успевали увидеть, как уничтожается окружающее пространство.Горы рассыпались прахом, что таял, не успевая долететь до земли, да и никакой земли там уже не было. Мгновенно обнажившееся океанское дно ещё больше углублялось, а появившиеся там провалы в раскаленную мантию росли ещё быстрее и вот-вот должны были уже открыть само ядро планеты. Энергетический фон засасывало словно во внезапно появившуюся на орбите черную дыру…Или она и правда где-то там вдруг открылась? От городов и биосферы давно уже не осталось ничего, ну вот совсем ничего. Даже дворец того урода, который сейчас считался королем нашей родины, растаял как крупинка сахара в целой кастрюле крутого кипятка вместе со всеми своими обитателями, от которых даже душ не осталось. Обрушившийся на наш мир поток запредельной космической мощи буквально стирал сей участок мироздания в ничто, расщепляя материю на атомы, а заодно сводя на нет любую энергетическую активность к полному и абсолютному нулю, состоянию, которое вряд ли хоть когда-нибудь здесь наблюдалось со времен Большого Взрыва. Воля, разум и полное безраздельное внимание Бесконечной Вечной Империи уничтожало аномалию, которую сия сущность посчитала для себя опасной, не считаясь с потерями и затратами. Сущность, контролирующая нашу часть мироздания, неприятно быстро пришла к выводу о полной бесполезности заваливания нас пушечным мясом, пускай и божественным…И оставалось лишь надеяться что те многочисленные небожители и армии прихваченных ими с собой героев, которые уже сдохли в барьерах, своей гибелью усилив их и подпитав, сумею выиграть нам достаточно времени, чтобы перенос в прошлое все-таки состоялся. Одни украденные обелиски пытались взорваться от перегрузки, проводя через себя реки украденной силы, а другие словно бы забивались изнутри блокирующим течение мусором, как трубы по которым подали густую грязь вместо воды. Бесконечная Вечная Империя пыталась отключить их удаленно или хотя бы испортить, мешая воровать ту силу, которая должна была бы считаться даже не кровью, а костным мозгом Системы, если бы та человеком являлась. И иногда у этого истинного сверхбожества искусственного происхождения все-таки получалось, несмотря на принятые нами меры, обязанные предотвратить подобный вариант развития событий. Мой разум, распределенный по великому множеству тел, которое всего за несколько минут уже успело сократиться раза в два, отчаянно балансировал потоками мощи, способными играючи разорвать в клочья схему ритуала, если будет допущена ошибка…Это было похоже на жонглирование работающими бензопилами разных размеров с произвольно изменяемой каждую секунду геометрией, если бы половина бензопил оказалась покрыта горящим напалмом, а вторая источала смесь машинной смазки с жидким азотом…Укутывающая нас всех защита сжималась, трескалась и шла волнами, изо всех сил сопротивляясь обращению в ничто, и с каждым потерянным её участком те, кто сотворил эти великие чары навсегда теряли частички своей сути…А ещё очень отвлекала некая наглая особа, беспардонно вторгнувшаяся в сознание и требующая предоставить ей фрагменты оного самого сознания, которая она сейчас будет перетаскивать в хроноворонку… ---------- Интерлюдия Сложности воссоединения Интерлюдия. Сложности воссоединения. — Долорес, псы! — Ужас, плескавшийся в истеричном голосе мальчишки, разбудил Долорес даже раньше, чем осторожная, но сильная тряска, источником которой являлась тыкающая в носок на её ноги длинная веточка. — Вставай, вставай, пожалуйста! Около ворот опять крутятся псы! Бутчер думает, что они опять пойдут на приступ! — Ухх…Собаки… — Злобно, заспанно и очень недовольно процедила испанка, откладывая в сторону длинный столовый нож, почти кинжал, которым чисто рефлекторно попыталась дотянуться до объекта, который её разбудил. Женщина, какая вот-вот должна была отпраздновать свой пятидесятилетний юбилей, раньше даже немного гордилась своими спокойными нервами и крепким сном, но после прихода Бесконечной Вечной Империи научилась спать чутко, очень-очень чутко, а при малейшем подозрительном шорохе рядом с собой могла схватиться за оружие и ударить даже раньше, чем откроет глаза. Очень уж большое впечатление на неё и нескольких выживших её товарищей по несчастью произвела одна из ночевок на свежем воздухе в первые дни после перемещения в Тренировочный лагерь. Засыпало-то их на кое-как обустроенной лесной полянке два десятка человек, а проснулась от силы дюжина. И четверо из них проснулось уже внутри каких-то гигантских червяков, очень бережно и аккуратно всасывавших бессознательные тела людей, чтобы потом начать добычу заживо переваривать внутри себя. Причем когда пожилая испанка очнулась, её ноги уже были примерно по колено в склизком, теплом и влажном чехле, бодрыми темпами натягивающимся выше. К счастью, зубов у этих тварей не было и срезать их оказалось не слишком сложно. К нечастью те, кто в желудки этих отродий погрузился целиком или почти целиком, быстро сдохли от соприкосновения с пищеварительными ферментами чудовищ, которые очень плохо оттирались или смывались водой и всего за несколько минут разлагали человеческие тела в полужидкую кашицу. — Сколько их там⁈ — Много! Много! — С ненавистью и страхом процедил мальчик, содрогаясь всем своим излишне худым телом. В стихийно образовавшуюся общину беженцев, куда входила Долорес, он попал благодаря матери…Матери, которую псы растерзали примерно месяц назад прямо в двух шагах ворот, куда та так и не успела заскочить. Причем животных пытались отпугнуть, а её отбить…И чуть не потеряли ещё четырех человек, которых основательно подрали клыки мутировавших животных. — Сотни две! А может и три! И там не только псы! Там и волки есть, и лисы, и даже медведей вроде парочка… — Действительно будут штурмовать, — вздохнула Долорес, пододвигая к себе связку самодельных дротиков и окончательно прощаясь с идеей ещё хотя бы пять минуточек понежиться под одеялом…Вернее тремя. И даже под ними испанка была вынуждена спать в одежде. Здание автомастерской, превращенное их общиной в импровизированную крепость, имело много достоинств: просторный внутренний двор с высокой прочной оградой, которую просто так не повалить и не перепрыгнуть, очень толстые кирпичные стены, надежные решетки на окнах первого этажа, по качеству вряд ли уступающие тюремным и не позволяющие просунуть сквозь прутья хотя бы руку, собственную работающую колонку, позволяющую без всякой магии получать сколько угодно воды, просторный подвал, мастерскую с инструментами и склад с бочками машинного масла. Однако же в нем было холодно, очень холодно. И хотя дрова на сделанную в одном из уголков кухню таскали каждый день, обогреть всего одним очагом эту громадину с наступлением холодов оказалось решительно невозможно. — Иначе бы не стал этот проклятый дьявол в собачьем обличье воедино собирать воедино такую ораву. Мелкий эстонский городок с каким-то воистину непроизносимым названием, казалось состоящим из одних согласных и не предназначенным для произнесения человеческим горлом, облюбовали сразу две стаи то ли мусорщиков, то ли падальщиков, с большой неохотой покидающих руины поселения, дабы исследовать окружающий мир. Двуногие и четвероногие. Первые нуждались в ресурсах старого мира, а кроме того опасались далеко удаляться в темный хвойный лес, окруживший поселение со всех сторон и даже частично поглотивший его, поскольку живущие под кронами пушистых колючих лап представители флоры и фауны представляли из себя серьезную угрозу, а кроме того прекрасно устраивали среди деревьев засады на легкую добычу, которой им казались люди, собирающие дикие ягоды или волшебные травы. Вторые обладали явственными территориальными инстинктами, заставляющими перегрызать глотки любым чужакам, видели в представителях вида хомо сапиенс вкусное мясо, ценили оставшиеся от бывших хозяев планеты здания в качестве укрытий, подходящих для того, чтобы спрятаться от непогоды или вывести внутри щенков и тоже не горели желанием лезть в дремучую чащу. Столкновение между ними за приглянувшуюся обеим сторонам конфликта территорию оказалось неизбежным…И, к удивлению группы из нескольких десятков беженцев, оказалось оно более-менее равным. Обладатели полноценного разума, позволяющего использовать разного рода оружие, инструменты и броню хоть и прошли через Тренировочный Лагерь, благодаря чему стали куда более суровыми, злыми и непритязательными, чем прежде, но далеко не сразу поняли, что им нужно не просто отгонять от себя одичавших собак, а вести полноценные боевые действия, в результате чего потеряли пару десятков человек мертвыми или так сильно искалеченными, что о возвращении к полноценной жизни без могущественной магии не могло быть и речи. Звери хоть и оставались после исчезновения хозяев на Земле, но тоже прежними не остались. Животные, в чертах которых все ещё угадывались некогда лучшие друзья человека, невероятно быстро вконец одичали, практически поголовно увеличились в размерах, инстинктивно научились пользоваться навыками, ну по крайней мере некоторые из них, а также обзавелись воистину чудовищным монстром-вожаком, который по степени своего интеллекта людям определенно не уступал, да вдобавок вполне активно использовал ментальную магию для атак или же пополнения рядов своей стаи, которую рассвирепевшие люди порядочно проредили…Причем далеко не всегда пополнялась она именно псовыми, пусть даже своим дальним родственникам этот монстр. Сам ли он научился ей или же тело пса захватил какой-то злой дух, оставалось лишь догадываться, но сомневающихся в наличии подобных способностей у животного давно уже не осталось, ибо были те, кто чувствовал в своей голове постороннее присутствие и нестерпимое желание либо выбраться за ограду и отбежать от неё подальше, причем темной ночью или же когда в округе видели свору. И были те, кто ни о чем таком не говорил, но просто исчез, а их разодранную собачьими клыками окровавленную одежду вместе с отдельными кусками человеческих скелетов находили потом невдалеке от автомастерской. Просторный двор автомастерской, предназначенный для того, чтобы заехавшим в гости клиентам было где припарковать машину, дожидаясь своей очереди на обслуживание, ныне казался маленьким и тесным. Часть пространства съел перевитый колючей проволокой пятиметровый частокол, подпирающий старую бетонную ограду, которая смогла бы остановить далеко не всех монстров, ибо высокоуровневые псы её бы, скорее всего, перепрыгнули. В одном углу под навесом громоздилась поленница из дров, рядом с которой лежали чуть меньшие кучки пригодных в хозяйстве длинных прямых веток, кое-как распиленных кривоватых досок или лиан, легко заменяющих канаты благодаря своей длине и прочности. В другом громоздились притащенные со строек кирпичи, глина и цемент. Между ними медленно сохла на веревках трава, обладающая полезными волшебными свойствами или просто полезным набором витаминов и микроэлементов, а также рыба, пойманная в протекающем неподалеку ручейке. Крытый загончик из толстой проволоки, защищающей от крупных птиц и прочих летунов, содержал в себе детскую горку, песочницу, маленькую карусель…Все те нехитрые развлечения, которые могли занять подрастающее поколение, пока их родители занимаются делами и хоть немного отвлечь ребятишек от мрачной действительности. Рядом с воротами, единственным выходом во внешний мир из их маленького убежища, уже собралосьтридцать восемь человек. Большая их часть заваливала ворота всем чем придется, экстренно укрепляя их создавая тем самым более-менее надежную баррикаду. Меньшая же, которой просто места особо не нашлось на ограниченном пространстве, нервно топаталась на месте, сжимая в руках копья, луки, топоры, дубины и щиты. Что-то было принесено из Тренировочного Лагеря, что-то найдено или даже сделано уже здесь, но ничего по-настоящему качественного, дорого или тем более волшебного у их группы попросту не имелось. Крепкое дерево, не самое поганое железо, кое-как перекованная в примитивной самодельной кузнице сталь, ранее бывшая частью водопроводных труб или какой-нибудь деталью автомобиля. Доспехи своим качеством оружию примерно соответствовали, и у настоящих воинов родом из Бесконечной Вечной Империи вызвали бы скептическое хмыканье, ибо сделанные из нескольких слоев ткани и нашитых металлических пластин куртки были слишком тяжелыми, толстыми, неудобно скроенными…Ну не было среди нынешних обитателей этого городка профессиональных швей, портных или тем более модельеров! Не было! Кое-какой паритет с псами удавалось поддерживать разве только благодаря бутылкам с самодельной зажигательной смесью, представляющей из себя единственный козырь главных ударных сил их маленького убежища. Главных и по большому счету единственных, ведь остальные обитатели автомастерской если и могли взять в руки оружие, то были либо слишком малы, либо слишком стары, либо слишком тяжело больны, чтобы всерьез рассчитывать на победу в драке с одной из собак. А по одной они не перемещались и не нападали. Никогда. — Долорес! Ну где ты шляешься⁈ — Очень недовольно и весьма нервно вызверился на испанку седой и склочный старик по кличке Бутчер, бывший бессменным дозорным их маленькой общины. Со специально построенного наблюдательного помоста у ворот, оборудованного навесом от дождя и вытащенным из какого-то фешенебельного офиса роскошным директорским креслом, он почти никуда не уходил потому, что ходить на одной ноге ему было сложно даже с костылями. Впрочем до того как в Тренировочном Лагере их группа не слишком-то удачно решила поохотиться на матерого взрослого тролля, превратившего десяток человек в трупы и ещё столько же наградив увечьями разной степени тяжести, этот бывший житель Нью-Йорка довольно неплохо развил себе восприятие, а ещё приобрел навык прицеливания аж редкого ранга…Которыми пользоваться теперь от силы процентов на тридцать. Глазомер у него был идеальный, а вот оружия, способного добивать до предела дальности, на котором Бутчер мог бы муху сбить налету, им не хватало. То ли кто-то с развитыми навыками мародерства прошел по городу раньше, чем их община здесь обосновалось, то ли их компании не повезло наткнуться на самых больших пацифистов Восточной Европы, которые заодно и охотой брезговали, однако же самым лучшием трофеем, обнаруженным среди развалин, покуда должно было считаться гарпунное ружье для подводной охоты швейцарского производства, невесть как оказавшееся в этих краях. — Там, где и положено шляться той, кто вернулся из чертового леса вчера уже чуть ли не в полночь, да причем не просто так, а таща на своих плечах чуть ли не целую косулю! — Отбрила нападки в свой адрес женщина, которой повезло стать одним из самых боеспособных и могущественных представителей их маленькой общины благодаря классу: «спортсменка». В молодости она, правда, занималась фигурным катанием, а не беготней по кустам за дичью, однако же каждый день продолжала прилежно делать зарядку, чтобы формы не терять и как можно дольше сохранить красоту молодости в паре со здоровьем…И Бесконечная Вечная Империя оценила, предоставив обучающий кристалл, где были собраны методики упражнений и тренировок, позволяющих обычному человеку достигнуть такого уровня, что на олимпиаде в старом мире его бы точно завернули по подозрению в злоупотреблении неизвестными видами допинга. А когда человек может двигаться очень быстро, да ещё и с чем-нибудь тяжелым в руках, то нанесенный им удар обязательно окажется невероятно мощным! Во всяком случае, если в цель попадет… — Тем более эти собаки все равно ведь держатся слишком далеко, чтобы мы до них достали, верно? Метров двести? — Верно, — с неудовольствием признал старик, нервно поглаживая свое гарпунное ружье. Мощи в нем вполне хватило бы, чтобы вне жидкой среды пробить собачью шкуру, если только та не будет покрытая какой-нибудь костяной броней или же активным магическим барьером, однако всего один снаряд с длительным временем перезарядки делал боевую мощь Бутчера, мягко говоря, сомнительной. — До остальных членов стаи даже триста почти. Знают они, что ты даже под максимальным усилением дротик так далеко не метнешь… — Эти — метнет, — протянул испанке пяток блестящих ровных палок Шень. Рыбак родом откуда-то из Вьетнама мог считаться самым близким к настоящему оружейнику, что имелся в их маленькой общине. Да, Бесконечная Вечная Империя сочла его всего лишь учеником столяра, и облегчающие работу навыки выдавала соответствующие…Но у других и такого ведь не было! — Для древка я взял стебли тростника, что растет у ручья, наконечники сделаны из смеси водорастворимого лака и битого стекла… — Легковаты, — взвесила оружие в руке Долорес, недовольно закусив губы. — Ветром сдувать будет. И, когда долетят, шкуры псам толком не пропорют, оставив на память только царапины. — Царапины, которые не зарастут, если стеклянные занозы останутся в ране, — пожал плечами Шень. — Умрет ли зверь от потери крови или же от гноящейся раны не имеет значения, главное — чтобы он сдох. — Если он сдохнет через неделю или даже через три часа, значения для нас это иметь уже не будет! — Язвительно фыркнул Бутчер со своего насеста. — Эти ублюдки явно намерены покончить с нами здесь и сейчас! В прошлый раз пара дюжин волков почти смогли прогрызть ворота, прежде чем сдохнуть от ожогов, а сейчас их тут почти четыре десятка! А этот обгаженный не иначе как самим дьяволом вожак ещё и в качестве живых таранов аж двух медведей пригнал! Причем один из них — бронированный! Когда эти груды меха, сала и мускулов пойдут на штурм, то они пройдут сквозь нашу оборону как танки сквозь живую изгородь! Встревоженная словами старикашки, который характер имел крайне скверный, но до откровенной лжи опускался редко, Долорес поднялась к нему под навес по шаткой лесенке, не забыв прихватить с собой облегченные дротики…И, к сожалению, прогноз желчного американца выглядел верным, как никогда. Растительность вблизи автомастерской давно была вырублена, частично дабы подступы лучше просматривались, частично дабы дрова тащить не так далеко приходилось, а потому взору испанки открылось целое воинство зверей. В высокой траве, вытаптывать которую было почти бесполезно и в тени деревьев стояли, сидели или даже лежали сотни собак: высоких, мохнатых, мускулистых животных, большая часть которых была человеку где-то по пояс. Миниатюрные породы в составе этой огромной стаи если и были когда-то, то до момента повторного знакомства с людьми просто не дожили. Некоторые псы явно мутировали ибо были гораздо крупнее положенных им норм, и ещё год назад своим появлением вызвали бы настоящий фурор на любой выставке: белый как снег изящный дог, размерами почти уже догоняющий лошадь, почти равный ему по высоте но явно куда более массивный бульдог, у которого череп украшали короткие острые рожки как у какого-то козла, сидящая на ветке дерева овчарка, чья шкура меняла цвет почти как у хамелеона, а громадные выпущенные когти по цепкости явно не уступали кошачьим…Сильнее всего выделялся вожак. Массивная заросшая серо-рыжей шерстью туша размером с быка, у которой вдоль спины шел напоминающий веер гребень из шипов и кожаной перепонки, как у какого-то доисторического ящера, а глаза источали яркий синий свет, хорошо заметный даже днем. В данный момент он сверху-вниз смотрел в глаза одному из волков, очень крупных и очень страшных бестий, чья шкура отливала подозрительным металлическим блеском, держащихся несколько в отдалении от основной массы псов…Как показывал недавний опыт знакомства с подобными бестиями — клыки у них по прочности превосходили сталь или, как минимум, могли очень даже успешно её рвать. Однако же ни один из диких родичей собак не осмеливался скалить на остальную свору зубы или хотя бы пытаться отсюда убежать. Ужаснейшие звери из лесных дебрей под влиянием волшебства и звериных инстинктов беспрекословно слушались того, кто являлся альфа-хищником этой территории. Оба медведя, кстати, находились у него за спиной, видимо в роли эдаких бодигардорв-телохранителей, обязанных прикрыть патрона в том случае, если осажденные сделают вылазку. Один вроде бы более-менее обычный, бурый, если не считать размеров, от которых бы и белому поставили диагноз «гигантизм», а второй хоть и меньше, но зато обросший на груди, животе и башке пластинами костяной брони, сильно напоминающими идеально подогнанные к телу доспехи. — Да, большую силу собрал этот ублюдок… — Процедила испанка, с ненавистью взирая на монстра, из-за которого их община лишилась уже стольких людей. Да, если честно сказать, далеко не все погибшие ей нравились. Парочку она и вовсе весьма активно недолюбливала…Однако даже самый последний криворукий раздолбай, который начинал бледнеть и заикаться от предложения сходить вместе в большой, темный и страшный лес, имел ту ценность, которую женщина всю свою предыдущую жизнь сильно недооценивала. У него ведь были рабочие руки! Руки, одним своим функционированием решающие какие-то проблемы их маленькой общины, пусть даже самую казалось бы незначительную: уборку, готовку, стирку, присмотр за детьми, проведение ремонтных работ…А теперь, когда они погибли, эти абсолютно необходимые дела пришлось бы делать кому-то другому. Возможно даже и самой Долорес, которая несмотря на полученные в Тренировочном Лагере уровни и некоторое повышение характеристик отчетливо чувствовала свой далеко уже не детский возраст! — Сможешь его достать, пока эта тварь занята гипнозом своих инструментов и за окружающим миром не следит? — Смирил свою извечную язвительность Бутчер. — Ветра сейчас вроде нет, сдувать снаряды не будет…А если мы убьем вожака, то стая распадется, а отдельные псы или даже мелкие своры на двадцать-тридцать собак проблемой не станут… — Сомневаюсь, что эта тварь сдохнет от парочки заноз, пусть даже и стеклянных, — вздохнула испанка, примеряясь к облегченным дротикам. Обладатель сильных сканирующих навыков в их группе был всего один, и погиб он незадолго до возвращения на Землю, когда на лагерь сформировавшейся общины напала толпа нищих бродяг, не сумевших за три месяца скопить достаточно империалов для билета в родной мир и отчаянно не желающих становиться чьими-нибудь рабами, мясом для жертвоприношений, а может и просто мясом. — Впрочем, даже если не удастся, мы ничего не тяреяем, кроме нескольких стеблей бамбука и пригоршни битого стекла… Пожилая испанка на миг прикрыла глаза и сосредоточилась, используя один из самых полезных навыков, подаренных ей Бесконечной Вечной Империей, а именно экстремальный мускульный форсаж. Мускулы правой руки, тела и плечевого пояса Долорес налились кровью и разбухли минимум трехкратно, их словно начало поджаривать в пламени десятков свечей и колоть множеством очень острых игл, а после окончания действия усиления останется целая кучка микротравм, которые станут зверски болеть еще сутки, а может и больше…Однако возможность в рывке совершить невозможное, например отправить в нокаут апперкотом тролля, перепрыгнуть через дом или же разбить распускавшего руки латника об дерево, в процессе дерево оное нафиг сломав, стоила того. — Сдохни, тварь! — Рявкнула испанка, один за другим посылая в полет все пять дротиков. Возможно, в меткости до Бутчера она не дотягивала, но кое-какие усиливающие пассивки для лучшего поражения цели у неё тоже имелись. А также практика, очень-очень много практики, и потому женщина была уверена — снаряды имели неплохие шансы попасть в цель, думающую будто она находится в полной безопасности. Или, по крайней мере вонзятся куда-нибудь не сильно далеко от неё, может в землю, а может в ктелохранителей-медведей или волка. То ли атаковать ей стоило молча, то ли разрезавшие воздух изделия их лучшего мастера в полете слишком сильно свистели, однако же вожак прервал сеанс гипноза и шарахнулся в сторону…И в результате все равно попал повстречался с дротиком, ударившим его прямо по морде и оставившем глубокую кровоточащую царапину чуть левее правого глаза. Ещё один слегка мазнул кончик спинного гребня, но разбился все-таки о землю. Два бестолково тыкнулись в грунт, а последний получавшему ментальные указания волку, тоже попытавшемуся уйти от атаки, вонзился практически под хвост! — Одним серым меньше, этот уже не боец! — Усмехнулся Бутчер, наблюдая за тем, как грозный лесной хищник вертится волчком и скулит, пытаясь вырвать из своего крестца застрявшую там занозу. Только вот бамбуковое древо в его зубах сразу же треснуло, а извлечь обломок дротика без рук было тем ещё аттракционом. — Хотя жаль конечно, что это не вожаку задницу ты продырявила… — Да, от такой мелочи он явно не сдохнет, — печально согласилась Долорес, при помощи специальной техники массажа разминая свою рабочую руку, вернувшуюся к нормальным габаритам. Полностью боль это упражнение снять не могло, но хотя бы слегка ослабило бы ту агонию, которую сейчас испытывали почти порвавшиеся мышцы. — У ублюдка даже глаз не задет, так, бровь рассечена…И заражения крови ему бояться явно не стоит. Даже мне почти не стоит, выносливость для обычных болезней слишком высокая, а эта тварь меня явно намного сильнее… Пусть жизни вожака особо ничего не угрожало, но гордости, по всей видимости, оказался нанесен огромный урон. Забыв о дополнительном зомбировании своих подчиненных, ну а может выдаче им ценных телепатических указаний, мутировавший пес громко завыл, и сразу же собравшаяся под стенами автомастерской орда зверей настоящей лавиной рванулась на приступ. И первыми в атаку бежали те, кто не являлся частью его стаи, и кем он мог пожертвовать с легким сердцем: медведи, волки и лисы, на которых до этого момента Долорес не обращала особого внимания, так обладатели рыжей шерсти по сравнению с остальными псовыми выглядели какими-то мелкими и особых проблем доставить были не должны. — Они пошли на приступ! — Закричала испанка, хватая самые обычнее дротики, которые были складированы на этом помосте чуть ли не в первые же пять минут после его возведения. К сожалению, другой такой удобной позиции для обстрела нападающих не было — не успели возвести, все силы бросив на то, чтобы закончить частокол, через который звери не могли бы просто перепрыгнуть, как делали пару раз отправленные вожаком в самоубийственную атаку животные. — Всем готовиться! Люди внизу засуетились, переставая укреплять баррикаду и хватаясь за оружие, которое было в сторону отложили. Атакующая орда стремительно сокращала расстояние с последним оплотом человечества в этих краях. Гарпунное ружье в руках Бутчера легонько засветилось, как и глаза старика, использующего свои навыки, чтобы сделать максимально мощный и максимально меткий выстрел, а после сделанное руками швейцарских мастеров устройство сухо щелкнуло, и в следующий же миг самый крупный из медведей споткнулся на бегу, поскольку в глазу его выросла лишенная оперение металлическая стрела, которая изначально являлась вообще-то трезубцем, но боковые отростки с того спилили, дабы бронебойность у снаряда оказалась повыше. Поднявшийся от боли на дыбы зверь страшно заревел, махая лапами и распугивая других животных…А после плюхнулся на пузо и, кажется, умер, поскольку даже вся его мощь не могла ничего поделать с большим и острым куском металла, пробившимся прямо в мозг. — Кидайте зажигалки! — Крикнула Долорес, начиная швырять дротики в накатывающую массу животных несмотря на боль в натруженных мышцах. И, учитывая количество мишеней, промахнуться было чуть ли не сложнее, чем попасть. — И открывайте стрельбу навесом! Прямо перед воротами! Надо сбить им темп! Бутылки, наполненные смесью бензина и машинного масла, взвились вверх и перелетели через стену, полыхая на ветру привязанными к их горлышкам полыхающими фитилями и тряпками. Лужицы пламени, появившиеся там куда они шлепнулись, не слишком впечатляли, но звери все-таки оставались зверьми и огня инстинктивно шугались, шарахаясь в сторону. А уж парочке волков, забрызганных пылающей смесью и превратившейся в живые факелы, помочь теперь не взялся бы ни один ветеринар, с такими ожогами хищники уже драться толком не смогут несмотря на ментальные приказы вожака, и даже если каким-то чудом переживут сегодняшний день, то долго все равно не протянут. Компанию огнеопасным снарядам составляли стрелы, пущенные наугад и те же дротики, которых по счастью заготовили с большим запасом, благо в палках или острых железках вроде гвоздей недостатка у их общины и близко не было. Некоторые подобные гостинцы промахнулись мимо цели, но некоторые и скользнули по меху животных…Однако если несколько тявкающих от боли лис им удалось вывести из строя, то вот блестящий серый мех санитаров леса слишком уж хорошо сопротивлялся человеческому оружию, пытавшемуся её раздвинуть, ведь большинству обосновавшихся в автомастерской беженцев оставалось лишь мечтать о тех же показателях силы и ловкости, которые имелись у Долорес, что была признанна Бесконечной Вечной Империей как обладательница редкого класса: «спортсменка». Бронированный медведь врезался в загудевшие ворота, словно таран, но после столкновения не отбежал назад, а встал на задние лапы и начал колошматить передними по преграде, словно боксер. Очень-очень сильный боксер весом под тонну, ни капли не жалеющий своих рук, брызгающих во все стороны каплями крови, но все же гнущих, проминающих или даже надрывающих металлический лист, несмотря на все усилия людей по его укреплению бывший не таким уж и толстым. Долорес прямо на покрытый костяной броней череп прицельно швырнула сверху вниз бутылку с зажигательной смесью…И монстр не обратил ни малейшего внимания на потекшую по его морде пылающую смесь бензина и машинного масла, впав в некое подобие боевого безумия то ли под влиянием магии вожака, то ли благодаря собственным навыкам косолопаго. Бутчер с вновь заряженным гарпунным ружьем опасно приблизился к краю помоста, выцеливая глаз этого кажущимся неуязвимым тяжеловеса…И с крикпом полетел вниз, во внутренний двор, прямо на головы перебрасывающих свои снаряды через забор бойцам, поскольку в него подобно живой рыжей торпеде врезался лис, попытавшийся перегрызть старику горло. С этими пушистыми мелкими лесными хищниками община беженцев раньше особо не сталкивалась, а потому просто не знала, что представители данного вида, получив в свое распоряжение капельку волшебства, научились очень даже неплохо взбегать по вертикальным стволам деревьев или бревнам частокола, а потом прыгать на людей, подобно суицидально настроенным лягушкам. — Не паниковать! Мы справимся! Я не для того прошла через столько дерьма, чтобы стать собачьим кормом! — Заорала во всю глотку Долорес, выплескивая свой гнев и страх, а заодно сворачивая шею одному из прыгнувших на неё мелких диких посов, а второго буквально размазывая по доскам платформы метким пинком. Мелкие зубы животного прошлись по руке испанки, легко пропарывая и кожу, и мясо, но по большому счету это была просто царапина, почти не снижающая её боеспособности. Мускулы, во всяком случае, после недавнего кратковременного экстремального усиления болели куда сильнее. — Эти твари не такие уж и смелые! Если выбьем штурмовую группу, стая отступит! Бросок дротика перебил хребет одному из волков, что клыками сияющими от использования то ли магии, а то ли запаса жизненных сил, помогали бронированному медведю расширять дыру, которую тот уже успел проделать в воротах. Оттуда в морды мутировавших зверей уже тыкали копьем, с примотанной к нему на скорую руку пылающей тряпкой, но примерно с тем же успехом огромное мутировавшее чудовище, игнорирующее даже растекшийся по морде горящий бензин, можно было бы колоть зубочисткой. Люди сражались за свой дом и свои жизни с теми, кто был им более или менее равен, проигрывая в одних аспектах, но выигрывая в других. — Тетушка Долорес! Тетушка Долорес⁈ — Появившееся в воздухе серо-белое марево, напоминающее не то большой клуб дыма, не то пару кубометров непонятно откуда взявшегося плотного тумана, а также прозвучавший оттуда голос испанка поначалу посчитала то ли галлюцинацией, то ли очередным хитрым ходом вожака собачьей стаи, при помощи своей ментальной магии сумевшего забраться к ней в голову. Впрочем несмотря на эти отвлекающие факторы она продолжила свое дело, а именно утыкивание боеприпасами волков и тех мест огромного медведя, где костяная броня пока не наросла. Огня этот монстр мог не бояться, а боли не чувствовать…Но кровь у него все ещё текла, а если эту тварь они могли ранить, то могли и убить. Не одним решительным ударом, так кучей постепенно накапливающихся в её могучем организме неисправностей и недостатком жидкости, переносящей кислород от легких к мозгу этого существа. — Ты меня слышишь⁈ У тебя все в порядке⁈ Ты сейчас можешь говорить⁈ — Изабелла… — Тяжело выдохнула одна из главных защитник автомастерской,пытаясь нашарить очередной дротик, но неожиданно находя вместо них одну лишь пустоту. Казавшийся столь большим запас снарядов кончился неожиданно быстро…А штурмовая группа зверей все ещё оставалась боеспособной, несмотря на все усилия защитников мастерской. Измочаленные остатки ворот были измочалены и рухнули на землю, и теперь медведь вместе с несколькими оставшимися волками уже с треском крушил баррикаду, а в спину лесным обитателям уже дышали начавшие подтягиваться к человеческому жилищу псы, скалящие зубы, грозно лающие и явно уже предвкушающие момент, когда они смогут вонзить свои клыки в людскую плоть. — Не знаю, что за магию ты использовала, чтобы найти меня…Но, если можешь, разверни её на поиск кого-нибудь другого! И, ради всего святого, не лезь сюда! Нас тут убивают, мы уже мертвы, передай моей сестре, если сможешь, что я прощаю её за… Договорить Долорес не успела, поскольку из серого марева выпрыгнула изящная женская фигурка, узнаваемая несмотря на сжатое в руках копье и блестящую серебристую кольчугу, укрывающую племянницу испанки подобно рыбьей чешуе. И падала она прямо на голову беснующимся зверям, которые уже практически успели разломать баррикаду и должны были растерзать школьную учительницу в мгновение ока…Но сдохли, кажется, даже раньше, чем та успела приземлиться на землю. Сверкнувшее в воздухе копье, словно бы удлинившееся в несколько раз, легко и просто срезало бронированному медведю, казавшемуся ранее практически неуязвимым, голову вместе с частью плеча и одной из лап, как раз вздернутой для удара по шатко балансирующему на остатках баррикады мужчине, пытавшемуся бутылку с зажигательной смесью прямо в пасть ужасного чудовища запихнуть, пусть и вместе со своими руками. А после Изабелла совершила какое-то изящное, практически танцевальное па, крутнувшись вокруг своей оси, в результате чего все волки оказались разрезаны заодно с несколькими наиболее нетерпеливыми псами, сунувшимися в человеческое убежище. — Ууу-у-у-ууу… — По ушам ударил злобный протяжный вой, а в умах людей прочно поселился ужасный страх, а скорее даже парализующий ужас, заставляющий сжаться в комочек, заплакать, опустить руки и выронить из разжавшихся пальцев оружие. Находящийся в одном шаге от долгожданной победы вожак лично повел свою стаю, задействовав на полную имевшуюся в его распоряжении магическую мощь и врываясь в ворота во главе элитной части своей своры. Самых крупных, самых злых, не так уж и сильно уступающих своему лидеру может быть не остротой ума, но по крайней мере статями и физической мощью. Рогатый бульдог, окруженный кроваво-красной аурой, метнулся в ноги учительнице пения. Громадный дог потянулся своей пастью к её голове, причем голова девушке в той пасти поместилась бы целиком, да ещё и с запасом. Меняющая цвет овчарка с необычной ловкостью и грациозностью прыгнула к копью, явно намереваясь вцепиться в грозное оружие и заблокировать его движения…Причем вцепиться она собиралась не только зубами, но и лапами, развитые длинные пальцы на которых почти уже требовали назвать эти конечности руками! — УМРИТЕ ! — Развернувшаяся лицом к накатывающей на неё собачьей лавине Изабелла, бросила в оскаленные слюнявые пасти всего одно короткое слово. И от слова этого у Долорес мучительно заболели уши, в которые словно бы ввинчивалось по раскаленному шурупу, а из носа закапала кровь. Людям, стоявшим на баррикаде, пришлось, кажется, ещё хуже, многие даже не смогли устоять, и с криками упали под ноги товарищам. Но, конечно же, в полной мере познать на себе мощь пущенной в дело магии, явно могущественной магии, пришлось тем, на кого и был обращен фокус атаки. Псам. Рогатый бульдог, почти уже достигший своей пастью колен Изабеллы смялся, словно жестяная банка, на которую наступили с размаху. Обезглавленная туша дога перекувыркнулась в воздухе, чтобы повиснуть на частоколе. Овчарка осталась одним куском, но судя по частично слезшей с неё шкуре, лопнувшему животу, откуда вылетели кишки и брызнувшему изо рта фонтану крови, порадоваться этому уже не могла. Остальные псы, находившие чуть дальше, физических деформаций по большей части избежали, но не то, чтобы им это слишком уж помогло. Сотни животных одновременно повалилсь на бок или на спину, корчась в агонии и дрыгая лапами, словно бы став жертвами эпидемии одновременных инфарктов. Лишь где-то вдалеке, где находились самые медлительные или самые трусливые члены стаи, остались выжившие особи, которые сейчас с испуганным визгом и одновременной массовой дефекацией пытались отползти подальше на ногах, которые их тела просто не держали. Единственным, кто выдержал удар, оказался вожак. Погубивший десятки людей монстр, который когда-то был обычным псом, может быть даже и домашним, тряс башкой, по которой обильно стекали кровавые слезы, пятился задом и шатался из стороны в сторону, будто боксер, ставший жертвой нокдауна. Он уцелел, но сражаться явно больше не мог, все свои мысли и силы направив на то, чтобы просто остаться в живых, доказательством чего стал мерцающий полусферический барьер, сгустивший перед его мордой. — Мне эту фигню не пробить! Там пленка прочная, как чертова кирпичная стена! — Отчаянно завопил откуда-то сзади Бутчер, который хоть полноценным сканированием и не владел, но вот мощь её брони или защитных навыков на глаз определял как-то. — Скорее, бегите к нему и бейте с боков! Или засуньте ему меч в задницу! Быстрее! Уйдет же… Огромный мутировавший пес с магическими способностями уйти никуда так и не успел. Или хотя бы развернуться. Вряд ли он даже увидел мелькнувшее в воздухе копье, посланное в короткий полет уверенной рукой школьной учительницы, что вошло ему в голову, будто раскаленный нож в брусок масла, мимоходом лопнув волшебную пелену словно стенку мыльного пузыря. — Изабелла… — Медленно, буквально по слогам, произнесла старшая из женщин, наблюдая за тем, как оружие вполне самостоятельно вылезает из трупа чудовища, почти погубившего всех обитателей этого городка. А после стряхивает с себя кровь и самостоятельно летит в руку женщины, которая его швырнула вперед на такой скорости, что почти профессиональная метательница дротиков едва успела увидеть этот снаряд. — Ты… — Тетя Долорес! Как я рада, что ты жива! — В то, что им больше не грозит смерть, поверить было сложно. В то, что все произошло так быстро — ещё сложнее. Разум банально отказывался осознавать объективную действительность в виде нескольких сотен туш мутировавших псов, передохших как какие-то садовые мушки от струи средства от насекомых. Стиснувшая испанку в объятиях девушка, которую бывшая спортсменка помнила еще только-только вынесенным из роддома хмурым сопящим свертком, как-то не ассоциировались с той губительной силой природы, которая буквально за три секунды уничтожила стаю монстров, почти сумевших в этом городе изничтожить представителей человечества. И вообще в голове сами собой начинали рождаться подозрения о том, что это все нереально…Что вожак-телепат оказался ещё более грозным менталистом, чем казалось раньше, и теперь жрет обстрелявшую его дротиками женщину, одновременно внушая той, будто все хорошо… — Ты же не ранена, нет? Мне позвать сюда целителя? — Я в пордяке! В порядке… — Упоминание о целителях вывело Долорес из ступора, поскольку забуксовавший было разум сразу же вспомнил, сколько эти сволочи драли за свои услуги. А уж если это было что-то большее, чем снятие воспаления или заживление царапин, и других врачей в зоне досягаемости у больного не было, то иногда оказывалось дешевле и проще сдохнуть или остаться калекой, чем лечиться и попрощаться со свободой, жизнью, а то и душой! — Слушай, Изабелла, как ты…Здесь? — А, магия конечно, — беспечно отмахнулась её племянница, которую бывшая спортсменка, честно говоря, уже не особо надеялась когда-нибудь увидеть живой. Впрочем как и кого-нибудь другого, кого знала до появления Бесконечной Вечной Империи. — Команда специализированных малефиков-поисковиков отслеживает родственную кровь заказчика, маги пространства по полученным целеуказаниям открывают портал… — Но…Это же дорого? — Неуверенно предположила Долорес, которая по-настоящему искусных магов в Тренировочном Лагере видела от силы раз пять…И очень хотела бы видеть их гораздо реже, поскольку эти могущественные чудотворцы смотрели на обычных людей как на тараканов. И давили их с примерно тем же удовольствием. Бывшая спортсменка отчаянно пытаясь сообразить, в какие долги могла влезть её скромная тихая и вежливая племянница…Или совсем не скромная и не тихая? Может она просто не знает что-то про дочь своей сестры? Ну, вроде принадлежности к правительственным спецагентам или любви к экстремальной охоте на акул с одним ножом? Просто старшая испанка никак понять могла, как обычная девушка из приличной семьи, которая максимум школьных хулиганов вызывавшая к директору, превратилась…Вот в это. Выпрыгивающее из пустоты и одним единственным коротким словом способное наделать больше трупов, чем несколько длинных-длинных пулеметных очередей, а после копьем дорезающее тех, кто сразу не сдох. Понятное дело, что появления Бесконечной Вечной Империи изменило многое, однако же такие кардинальные метаморфозы в голове у женщины ну никак не укладывались! — Сотни тысяч империалов, наверное… — Шестьдесят девять миллионов плюс несколько мелких и средних наград… — Долорес от названной суммы чуть не поперхнулась воздухом. В их общине еле-еле получилось скопить достаточно денег, чтобы жетоны на всех купить и в Тренировочном Лагере никого не оставить. И то иждивенцев выкупили не всех, из-за чего было много криков, ругани, даже два убийства. Однако совокупный их капитал не дотягивал и до одного процента тех средств, которые потратила Изабелла. — Не надо так удивленно глаза пучить! Я там не одна платила, у нас народа, который жаждет воссоединиться со своими близкими, которые находятся непонятно где — десятки миллионов как минимум! Естественно несколько тысяч для максимального облегчения и убыстрения процесса скооперировалось, да и наняло вскладчину профессионалов на долговременный контракт…Эй, парни, заберется меня отсюда часиков через шесть! Ну и всех прочих, кто в Неаполь уйти захочет! — Будет сделано, госпожа губернатор, — послышался вежливый голос из дрожащего серого марева, которое в следующую же секунду рассеялось без следа. — Так…Ты, девочка, получается…Эээ… Губернатор Неаполя? — Со смесью скепсиса и недоверия спросил Бутчер, по стариковски кряхтя и аккуратно отходя на всякий случай подальше на пару шагов. Впрочем, этот медлительный в силу возраста и полученных при падении ушибов инвалид все равно остался к испанкам несколько ближе чем все остальные обитатели автомастерской, которые взирали на Изабеллу кто с опасливым уважением, а кто с испуганным интересом. Примерно также как на рокочущий мотором танк, заляпанный кишками тварей, лишь минуту назад пытавшихся тут всех убить, ибо неким танком племянница Долорес видимо теперь и была. Только тихим, миниатюрным, чистеньким и симпатичным. — Вообще-то Лондона, но мы недавно Неаполь завоевали, в смысле освободили. — Отмахнулась от него Изабелла. — Там…Ну, немного сложно. Если вы пойдете со мной, то сами увидите. Рекомендую пойти. У нас есть выборная власть, централизованная система здравоохранения, гарантия оплаты труда и неплохо работающая полиция. А в крупных городах так найдется еще и льготное образование для обыденных и магических специальностей, а также электричество и работающий водопровод. Ну и армия, чтобы все это защищать от монстров, бандитов, захватчиков из других миров. Возможно, даже немного чрезмерно большая армия… — Большая армия — это хорошо! Большая армия — это надежно! — Истерически расхохоталась из рядов слушающих младшую испанку женщина с обезображенным лицом, которая присоединилась к их общине лишь пару недель назад. После того как её первоначальных спутников вырезала другая стихийно образовавшаяся группа беженцев, двигавшаяся по дорогам этой страны в поисках легкой добычи. И она бы тоже исключением не стала, если бы не умела очень хорошо скрываться среди деревьев, и не имела при себе купленного в Тренировочном Лагере целительного зелья, благодря которому сумела пережить застрявшую в спине стрелу. — Скажи, а там, откуда ты пришла… Там, где есть нормальная жизнь…Там примут всех⁈ — Всех, кто не приносит людей в жертву, не работорговец, не маньяк, не каннибал… — Принялась перечислять Изабелла. — А если я нашел того парня уже мертвым и слегка погрызенным крысами, сам его не убивал, и кто в том виноват не имею ни малейшего понятия, это считается? — Тот час же уточнил ещё кто-то крайне встревоженным голосом. И Долорес его понимала. Она сама, чтобы выжить и вернуться в родной мир, оказалась вынуждена пойти на многое…И пошла бы на куда более неприятные и гнусные вещи, если бы это означало возможность вернуться к старой жизни или хотя бы её подобию. Ну и если бы её теперь уж точно самая любимая племянница не принесла своей тетушке эту возможность Лихорадочная суета, вызванная приготовлениями к тому, чтобы покинуть автомастерскую и переселиться куда-то в более благодатные края, захватила практически всех обитателей этого изолированного анклава за исключением двух испанок. Долорес слишком сильно желала поговорить со своей племянницей, которую остальные люди после столь эффектного появления девушки, мягко говоря, побаивались…Да и вещей у неё было, честно говоря, немного. Во всяком случае, ценных. По меркам той, кто связан неразрывными узами с губернатором Лондона, а значит наверняка получит от неё некоторую минимальную поддержку, минимальную по меркам властьимущих, так точно… — Итак… — Бывшая спортсменка замялась, не в силах точно сформулировать все те вопросы, которые крутились у неё в голове. — Значит, твоя семья в порядке? — Ну, маме кошмары снятся после отсидки в концлагере для жертвенных рабов, да и отцу, если честно, тоже…Но все-таки нам всем повезло куда больше, чем многим. — Откликнулась Изабелла, усевшаяся на поленницу дров и с ленивым интересом наблюдающая за тем, как более-менее опытные охотники вместе с одним начинающим скорняком разделывают мутировавших псов. Для того, чтобы сохранить имевшееся в тушах аномальных зверей волшебство требовались специфические навыки, которых ни у кого тут просто не было, однако даже поврежденные и неправильно законсервированные трофеи подобного класса обещали прибыль в сотни империалов, если продать их обелиску. А если уж дойти до настоящего алхимика или артефактора, то эта цена обещала вырасти минимум в два-три раза. — Мы выжили, и даже остальных наших, кто уцелел, теперь начнем потихоньку собирать… — Это хорошо! — Горячо одобрила Долорес, которой надо было много кого найти…Конечно, если ещё было, кого искать. — А как получилось, что ты стала, ну…Кем стала? — Да честно говоря просто повезло! — Призналась старшей испанке племянница. — Буквально в первую же неделю после попадания в Тренировочный Лагерь встретила очень необычного…Ммм, как бы это сказать…Мужчину…Очень и очень необычного…Мужчину. Способного горы свернуть, и вероятно даже не только в переносном смысле. Он прошелся по Тренировочному Лагерю, как запойный алкоголик по содержимому чужого бара, собрав настоящую армию, выпотрошив несколько легендарных чудовищ, заполучив парочку обелисков и даже убив барона, который правил тем сектором, где мы оказались. А после возвращения на Землю только сильнее набрал обороты, создав государство буквально из ничего… — О! Я узнаю этот тон! — Оживилась бывшая спортсменка, которой в любви за все время её жизни везло даже меньше, чем в достижении заметных хоть кем-нибудь за пределами родной страны результатов…И, видимо в качестве компенсации, у этой женщины появилась просто таки феноменальная тяга к разного рода сплетням, особенно пикантным. — Именно им пользовалась моя сестра, когда говорила о своем будущем муже и твоем отце! — Ээх… — Тяжело вздохнула Изабелла. — Нет, не тот случай…У нас ничего не получится… — Ты мне эти пораженческие настроения брось! — Гаркнула старшая испанка на свою младшую родственницу, даже позабыв от возмущения про то, что вопит она вообще-то на особу, которая буквально за несколько секунд уничтожила всё звериное воинство. — Не получится у неё…Ты что, хочешь подобно мне оказаться старой девой, окруженной четырьмя кошками⁈ — Не хочу… — последовал ответ. — Но одна кошка у меня уже есть. Знаешь, она такая умненькая и даже может… — Не желаю этого слышать, — отрезала бывшая спортсменка. — В смысле, желаю конечно, ты же знаешь, я люблю кошек…Но такими мужиками не разбрасываются! Судя по интонациям в твоем голосе, он тебя уже сделал губернатором Лондона, а у вас ещё даже и не было ничего! Так не пойдет! Подобный дисбаланс нужно вот прямо немедленно исправить! Изабелла, ну ты же всегда была такой умненькой девочкой…Что тебе мешает пробраться к объекту своего воздыхания в койку⁈ — Он меня как женщину, кажется, даже не замечает, — пожаловалась племянница старшей родственнице. — А ведь я делала намеки… — Судя по тому, что созданная им всего за пару месяцев страна уже раскинулась от Лондона до Неаполя, и там даже есть местами электричество и работающий водопровод, на замечание намеков у него времени просто нет! — Отмахнулась от подобного аргумента Долорес, мысленно уже выбирающая белье, в котором она запихнет племянницу в спальню к мужику, которого бывшая спортсменка ещё не знала, но уже одобряла всем сердцем. Могла бы и какими-нибудь иными частями тела одобрить, если бы была помоложе…Или не все ещё потеряно? С набором уровней и повышением своих физически характеристик гнет давящего на плечи и организм возраста стал заметно меньше, седых волос в прическе убавилось, фигура после вынужденной диеты определенно стала стройнее, а о возможности просто взять и купить у обелиска вторую молодость она точно чего-то слышала… — И это, в принципе, даже неплохо! Влюбленные в свою работу мужчины меньше будут замечать всяких вертихвосток… — Одну он уже заметил! — Пожаловалась тетушке бывшая школьная учительница, словно бы снова ставшая маленькой девочкой и дующаяся на кого-то из соседских мальчишек, отобравшего у неё игрушку. — Вперед меня! Только оторвать хвост этой ящерице проклятой не получится, слишком сильна, зараза…И сиськи у неё больше…А теперь она ещё, кажется, беременная… — Это хуже, — признала старшая испанка, пытаясь сообразить, за что обладательницу явно выдающегося бюста можно ящерицей назвать…Нет, понятное дело, что у них с Избалелой отношения как минимум напряженные, но почему ящерицей, а не каким-то иным, более обидным словом? — Но, честно говоря, то, что мужчина занят, отнюдь не делает его негодным для нас, ну в смысле для тебя…Тем более, если у них пока свадьбы не было. А и будет — не страшно! Любовница короля — это конечно не королева, но честно слово, бороться бы стоило и за меньше…Да-да, я помню, что у вас там вроде как демократия, но как ты должность не назови, суть от этого не изменится… — Он — граф Дракула! Настоящий! — Последовал новый аргумент, и вот на него Долорес уже не знала, как реагировать. Единственная мысль, крутившаяся в голове бывшей спортсменки, была о том, что склонность к плохим парням — это у них видимо семейное…Во всяком случае ей когда-то именно плохие парни и нравились. Очень плохие…Ни один под венец так и не позвал… — И хотя ничего общего с киношными персонажами у него практически нет…Но только потому, что они всем скопом не дотягивают! — Это точно? — Помолчав немного, уточнила старшая испанка, пытаясь понять, пересматривает ли она свои старые планы или все-таки не пересматривает…Нет, ну по крайней мере возраст её такого мужчину уж точно смущать не станет, если личико и тело бывшая спортсменка к временам своего расцвета вернет! — Насчет графа… — Он пытается отрицать… — Пожала плечами Изабелла. — Но кое-кто из убитых им врагов его легко опознал. И пара недавно появившихся союзников…Союзников, которые пытаются убедить всех, что они не Люцифер и Санта-Клаус…Только у них не очень получается… ---------- Глава 8 Глава 8 Я с преогромнейшим наслаждением вдохнул затхлый болотный воздух, наполненный сыростью, запахом тины, характерной рыбьей вонью и легким душком чего-то тухленького…Ну да, ароматы тут мало напоминали цветочный луг или парфюмерную лавку, но честно говоря сейчас мне на это оказалось попросту наплевать. Неаполь со всеми его освобожденными жителями, захваченными военнопленными и проблемами моей собственной армии остался позади. Как и соратники, наличие которых спасало от целой кучи проблем, но иногда, например после появления несдержанных на язык коллег, создавало их ничуть не меньше, только уже совсем других. Даже Эву, в чреве которой зарождалась новая жизнь, я оставил сейчас далеко позади, чтобы побыть немного в полном одиночестве, прогуливаясь по английским тропическим болотам…Ну, почти полном… — Посмотри вокруг, Тень! — Обратился я к своему фамильяру, обводя рукой поросшие мелкой чахлой травой кочи и заполненные гнилой водой бочажки, от которых даже среди бела дня вверх, к смыкающимся над нашими головами кронами высоких тропических деревьев, поднимались вверх туманные испарения. — Ну, разве тут не прекрасно? Мой питомец мне ничего не ответил. Он был для этого слишком занят. С выпученными глазами орал, всем своим вытянутым в струнку телом содрогаясь крупной дрожью. — Никаких планов на следующие завоевания, никаких отчетов о проделанных работах, никаких срочных дипломатических переписок, никаких ещё более срочных распоряжений по улаживанию неизбежно возникающих в чем-то вышеперечисленном проблем, никаких согласований, ибо с первого раза мало с кем договориться получается, никаких разборов полетов с очередными высокоуровневыми бутозерами, которые офигев от появившихся у них сил и чувства собственной важности чего-то там важное сломали или же друг другу набили морды! — Продолжал радоваться жизни я, усаживаясь на симпатичненькую зелененькую кочку. Та, правда, под моим весом хотела провалиться в глубины болота, опуская человеческое тело в трясину, выбраться откуда даже владея магией воды могло оказаться не просто…Однако я воспользовался своей властью над временем и внушил реальности, что данный объект держится на том же уровне, на котором и раньше держался. И на котором будет держаться, держаться, держаться…Без подготовленного ритуального круга уговаривать мироздание пойти навстречу желаниям хрономанта было тяжеловато, но пора уже потихонечку отвыкать от костылей, пусть даже они удобны, привычны и позволяют сильно увеличить коэффициент полезного действия чар. — Вот честное слово, Тень, у меня имеется немалое такое искушение сюда взять и переехать., плюнув на все…Нет, я так конечно никогда не сделаю, но искушение — имеется! — Мяааааааа…! — Продолжал тянуть свое на одной ноте молодой кот, моих восторгов, судя по всему, не разделявший. Нет, он в общем-то тоже поначалу нашел в этом месте кое-что интересненькое…Однако теперь оно ему уже совершенно точно не нравилось! — Да отпусти ты уже этого электрического сома! — Вздохнул я, перехватывая поудобнее свой молот и пытаясь аккуратно отцепить лапу питомца с сильно удлинившимися когтями от башки замершей на одном месте участой рыбины, по размерам больше напоминающей автомобиль. Сей болотный хищник охотился вероятно скорее на меня, чем на кота, ибо Тень ему был на один зуб. Но раньше, чем обитатель зловонной трясины совершил свой бросок и поплатился за собственную наглость, фамильяр решил, что такая добыча как раз по нему и совершил бросок. Успешный. Способный проглотить человека целиком или же позавтракать средних размеров крокодилом магический мутант даже дернуться толком не смог, когда маленькая тоненькая пушистая лапка одним махом легонько тюкнула его по покрытой чешуей и слизью башке, запуская тем самым энергетические проекции когтей прямо в мозги и вынося их нафиг вместе с большей частью черепа! Только вот генерирующие электрический ток органы в замершей неподвижно туше, похоже даже не почувствовавшей свою гибель и потому не пытающейся биться в агонии, работали от центральной нервной системы, судя по всему, совершенно независимо. И в результате мой питомец на своей шкуре ощутил, что чувствует монтер, сдуру схватившийся за оголенный провод под напряжением. — Все равно ведь ты его не сожрешь! Он слишком здоровый! Да и вряд ли вкусный…С чего ему быть вкусным, если питается он тут всякой дрянью, а по магической насыщенности нам с тобой уступает где-то на порядок? — Няяяят! Сожру-у-у! — Принялся возмущаться наконец-то получивший свободу кот, наблюдая за тем, как его добыча начинает медленно погружаться в трясину. — Я яго посля ятого из прянципа сожру! Не съям, тяк понядкусываю-у-у! Решив не спорить со своим котом и не отягощать поваров размышлениями о том, чем ещё можно покормить этого пушистого проглота, регулярно сжирающего еды во много раз больше собственного веса, я спрятал рыбью тушку в свое пространственное хранилище, а после взял на ручки кота и принялся его успокаивать, наглаживая аккуратно, но энергично. Или не его, а все-таки себя, ибо мне по причине как следует расшатанных за последнее время точно требовалась некоторая психологическая разгрузка и расслабляющая терапия. Впрочем, неважно…Торопиться нам было некуда, да и дальше лезть вглубь болот незачем. Тот, кого мы собирались убить, после подобного представления, прошумевшего на всю округу, сам нас найдёт. Ну, должен найти, во всяком случае, если донесшие до Убежища информацию обитатели ближайшей к этому месту деревеньки более-менее верно оценили видовую принадлежность хозяина этих зловонных топей и его неуемный голод, на порядки превосходящий аппетиты моего кота, готового жевать вкусняшки решительно в любое время дня и ночи. Использовав умение легендарного ранга «Взгляд неба», позволяющее наблюдать за округой словно через какой-нибудь спутник шпион, оборудованный до кучи сенсорами для улавливания тепла, жизни и магической энергии, я внимательно изучил окрестности, от смыкающихся над головой крон деревьев до неожиданно далекого дна и его причудливых обитателей, подчас напоминающих каких-то инопланетян…Впрочем с учетом того, что Земля для большей их части родным миром точно не являлась, не только напоминающих. На глубине примерно полусотни метров в вязкой жиже ползали разнообразные болотные раки, крабы и креветки, самые маленькие из которых могли сойти за двоюрдных братьев океанического планктона, а самые большие пытавшегося атаковать нас электрического сома могли бы и сами попробовать скушать. Буквально прямо под нами одно такое членистоногое, весящее под тонну, заворачивал в свои длинные-длинные листья какой-то местный аналог росянки, буквально разжижая твердый хитиновый панцирь, который вероятно и пистолетной пулей-то не пробьешь. Сновали туда-сюда рыбки, от ничтожных мальков до вполне себе грозных кистеперых барракуд, приспособившихся к местной среде и, в случае необходимости, вполне способных ненадолго на сушу выскочить, дабы скрыться от более крупных хищников или же какую-нибудь наземную добычу поймать. На уровне поверхности топи оказалось неожиданно пустынно, если не считать бесчисленных насекомых и какие-то кустики, время от времени слегка шевелящиеся или переползающие в сторону на пару сантиметров. Похожая картинка наблюдалась и в ветвях деревьев: никого и ничего кроме совсем уж мелких обитателей джунглей и разнообразной волшебной флоры. Ни птиц, ни ящериц, ни каких-нибудь мартышек или тропических болотных белок…Ничего, кроме нескольких обглоданных дочиста скелетиков, лежащих в дуплах, опустевших гнездах или прямо на листьях местных деревьев, благо некоторые из них имели достаточную прочность и жесткость, чтобы по ним человек в тяжелой броне спокойно расхаживать мог… — Добыча приближается, Тень, — сообщил я своему питомцу, наблюдая за тем, как дрожат ветки деревьев и кусты. Причем в нескольких местах одновременно. Нечто невидимое, весьма эффективно скрывающееся и в оптическом диапазоне, и в магическом, быстро приближалось к замершей посреди болота парочке из человека и кота, охватывая их с разных сторон, чтобы уж точно никто не ушел. Мы были слишком уж желанным лакомством, да еще и с доставкой на дом…Причем в доме том уже давненько было шаром покати. Удаляться от расположенного в глубине топей магического источника средней паршивости нуждающийся в том числе и в поглощении больших доз энергии местный сверххищник не желал, а всю мало-мальски подходящую для питания физической части своего организма добычу в виде животных, птиц и даже выбирающихся на сушу крупных членистоногих уже сожрал. Не трогал он только растений и рыбу. Первых, потому как они ему в пищу тупо не годились, а вторых в силу своей крайней привязанности к дыханию атмосферным кислородом. — Будь готов. И не забудь мне их много нужно! Причем может и не совсем невредимыми, но живыми. Ставлю барьер на счет три. — Мяяя… — С явным оттенком предвкушения и кровожадности заявил мой котик, сверкая глазами, выпуская из подушечек на своих лапках коготки и подставляя свое ухо под чешущие его пальцы. Ибо когда наша добыча, считающая себя охотником, решится сделать атакующий бросок ещё непонятно, а вот лишнюю возможность покайфовать упускать мой фамильяр точно не собирался. — Всях порвям, мррр…Аккурятненько, чтобы срязу не сдохли… Деревья и кусты в отдалении от нас шуршали ещё секунд тридцать. Угроза, из-за которой в радиусе примерно пятидесяти километров от эпицентра топей не было ни одного человеческого или нечеловеческого поселения, а редкие путешественники либо пропадали без вести, либо поворачивали назад, находя где-нибудь на остатках дорог изорванную одежду и кости слишком смелых людей, вовсе не была тупой или безрассудной. Для легендарных монстров подобное вообще не свойственно. Я и Тень выглядели подозрительными. И сильными. Мои доспехи имели легендарный ранг, их носитель имел легендарный класс и задранные в неприличную высь даже по меркам обладателей легендарных классов характеристики, молот своему владельцу и его экипировке плюс-минус соответствовал…Развитые хищники в обязательном порядке имели какие-то сканирующие способности и умели более-менее адекватно оценивать уровень опасности потенциальной пищи, иначе они просто не доживали до столь высокой планки развития, сдохнув или опасно покалечившись, а уже потом сдохнув, не на первой же охоте, так на тысячной. Но в конечном итоге атака все-таки состоялась, ведь мы были слишком соблазнительным лакомством, способным насытить почти любого, доспехи были недостаточно герметичными, чтобы защитить от этой конкретной угрозы, а предназначенное для пробивания лат и панцирей холодное оружие казалось абсолютно неподходящим инструментом для сражения с тем, что внезапно темной волной со всех сторон ринулось на нас из кустов. — Р-р-рязня-а-а-а! Радостно завопил Тень, молниеносно спрыгивая с моих рук и ещё в полете пластая на две части особо шустрого плотоядного древесного червя. Вытянутое почти прозрачное студенистое тельце, напоминающее зубастый носок, от одного лишь соприкосновения с его когтями шлепнулось на кочку, сразу в нескольких местах почти перерезанное на шесть отдельных частей, соединяющихся друг с другом лишь тончайшими лоскутиками плоти. Проблема была в тех десятках тысяч товарок уничтоженной тварюшки, что остались целы, невредимы и взяли нас в кольцо, ведомые единым сознанием, распределенным по каждой из составляющих роя. Я двинулся, взмахивая руками и посылая во стороны снопы маленьких кровавых игл, что пробивали прозрачные тела червей, топча ногами накатывающий на меня живой прилив будто отбивающий чечетку танцор и выпадами молота проделывая в болоте целые борозды, которые вздымали вверх десятки и сотни килограмм жижи, заодно давя червей, от которых оставались лишь брызги студенистой крови да воспоминания. Нет, они отнюдь не являлись такой уж легкой добычей, как выглядели, их мускулистая плоть прекрасно сопротивлялась бы обычным людям, даже окажись те вооружены ножами, топорами, какими-нибудь охотничьими двустволками с мелкой дробью…Всего один подобный монстр в старом мире смог бы в прямом противостоянии уничтожить туристический лагерь, наряд полиции или небольшую уличную банду. Может атакующие нас твари и выглядели как носки, но каждый такой носок по прочности плюс-минус соответствовал куска бронежилета, а кроме того отлично умел регенерировать всякие царапины и прочие микротравмы. Вот только пусть мы с Тенью и не давали сейчас себя сожрать, уничтожение накатывающей со всех сторон орды прожорливых мерзостей не являлось на самом деле моей целью. Просто было бы слишком подозрительно, если бы добыча не сопротивлялась. Подобное могло бы ещё пройти с каким-нибудь кроликом, ну на худой конец беженцем, однако обладатель легендарного класса должен был нанести рою хоть какой-то урон, а иначе стоящий за всеми этими самоходными желудками разум мог бы заподозрить подвох. Он даже близко не был человеческим, вряд ли умел считать и даже понятия не имел о письменности или механике, но было бы слишком наивно лишь на этом основании считать его тупым. — Меньше акробатики, не удаляйся слишком далеко! — Прикрикнул я на кота, что на всей доступной ему скорости ходил вокруг меня едва ли не колесом, буквально размазываясь в воздухе, но перехватывая большую часть атакующих нас вечноголодных монстриков, которые никогда не смогут насытиться до конца, ибо когда одна из составляющих роя накопит достаточно энергии и питательных веществ, то буквально за пару минут возьмет и поделится на две отдельные части. Отдельные черви все-таки избегали близкого знакомства с когтями Тени, карабкаясь мне по ногам, прыгая на руки, спину и грудь или же вообще метя прямо в голову, но меня давно уже не могли испугать какие-то ожившие носки, пусть даже снабженные мелкими-мелкими, но зато многочисленными и острыми как иголки зубчиками, способными прогрызть любую шкуру и плоть, да вдобавок покрытыми очень эффективным ядом, блокирующим работу любых мышц, включая те которые отвечают за дыхание и даже сердцебиение. — Раз! Два! Три-и-и! Кровь, струей ударившая из моей высоко вскинутой руки, очертила барьер вокруг меня, моего фамильяра и относительно небольшого количества тех, кто пытался нас заживо сожрать. Следом я использовал свою власть над временем, словно бы отсекая затронутый объем пространства от остального мироздания, а вернее смещая его в принципиальное не поддающееся грубой силе «не сейчас»…И почувствовал, как в преграду впитываются десятки, сотни, тысячи прожорливых ртов! Ртов, которые могли поглощать не только материю, но и энергию. Пожалуй, даже мою магию они могли бы тупо прогрызть, пусть и очень даже не сразу…Конечно, если им не мешать. — Хвятит? — Поинтересовался Тень, прыгая туда-сюда по извивающимся плотоядным тварюшкам и аккуратно их надрезая. Некоторые, конечно же, дохли сразу же или секунды через три-четыре, но некоторые и оставались вяло шевелиться у нас под ногами, истекая своей прозрачной студенистой кровью с травмами, снижающими их подвижность до ничтожных трепыханий, но не грозящими быстрой гибелью, вроде разрыва того нервного пучка, который заменял подобным созданиям позвоночник. — Должно хватить, — согласился я, отрывая от своей щеки пытающегося прогрызть мне кожу червя и одновременно с этим извлекая из пространственного хранилища заранее заготовленный металлический лист, а также набор жидких магических красок. То, что сейчас придется провернуть, дабы разделаться с монстром, было намного сложнее элементарного по сути своей барьера, а потому экономить на инструментах и расходниках не следовало. — Сможешь поддерживать сразу и стабильность этой кочки, и внешний барьер? Энергией поделюсь… — Ня вопрос! — Легкомысленно мявкнул фамильяр, что был связан со своим хозяином на уровне души, а потому являлся чуть ли не лучшим волшебным помощником из возможных. Во всяком случае в ритуалах для подобных питомцев было очень легко выполнять роль эдаких дополнительных подпроцессоров, берущих на себя какие-то рутинные задачи, чтобы обладатель более развитого разума на них не отвлекался и занимался действительно важными вещами. — Но с тябя рыбка! Ня та, которую я уже пяймал! Пябольше! Ряза в два! Нет! Три!!! — Не вопрос, — повторил я за своим котом, ощущая контролируемый им отток энергии и начиная наносить на ровную и плоскую металлическую поверхность символы, которые должны были облегчить мне работу. В принципе, можно было бы притащить и уже готовую основу для ритуала, но мне кажется, в таком случае выхлоп будет меньше, а Система к моим успехам и без того изрядно придирается. — Так-с, а теперь нужно найти в этой куче беспозвоночных инвалидов самого пожилого червяка… Использовав одно из тех практически незадокументированных свойств хрономантов, о которых мало кто задумывается, я принялся искать наиболее старую тварюшку. Да, составляющие рой особи размножались делением…Но когда формировалась пара новых монстриков, то в ней был тот, кто сформировался по большей части за счет запасенных питательных веществ и тот, кому остался так сказать базовый комплект этого организма, своеобразный родитель… И чем старше он был, тем меньше поколений его отделяло от той первоначальной бестии, которая невесть с чего решила пойти не по стандартному пути эволюции большинства чудовищ Бесконечной Вечной Империи, который заключался во вполне понятном и даже естественном желании живых существ стать больше, сильнее, выносливее, эффективнее, глазастее и, в конечном счете, даже умнее, а выбрала альтернативную ветку развития, разделив свою суть между собой и своим потомством. — Три недели, два дня, шесть месяцев, полтора года… — Бормотали мои губы, пока взгляд скользил по корчащимся полураспотрошенным червям, а их вполне себе нормально функционирующие сородичи в количестве нескольких тысяч штук грызли окружающий нас барьер. Основная же часть роя от магической преграды отхлынула и держалась на определенном удалении, посылая вперед лишь те частички целого, которых объединяющие все эти плотоядные носки воедино сознанию было бы не жаль потерять в том случае, если бы мы вдруг взорвались, загорелись, покрылись кислотой или использовали иную столь же неприятную для облепляющих нас врагов тактику. — Девятнадцать лет⁈ О! Вот этот подойдет! Червь-долгожитель был аккуратно, чтобы вдруг не издох окончательно, перенесен в центр ритуальной магической фигуры. Его сородичи же, видя как умело владеющий волшебством человек занимается чем-то непонятным, рассредоточились по округе ещё сильнее. Некоторая часть их так вообще спешно расползлась в разные стороны. Коллективный разум уже сталкивался с коварством представителей рода людского, которые очень не хотели заживо превращаться в корм для плотоядных живых носков и вообще несколько раз пытались уничтожить данную необычную форму жизни с применением взрывчатки, зажигательных смесей, алхимии и боевой магии. Собственно информация в правительственные структуры конфедерации о хозяине местных болот была отправлена только после того, как обитатели ближайших поселений с горечью признали собственное бессилие в охоте на легендарную тварь, уничтожение которой могло бы очень и очень недурно прокачать везучника…Только вот уничтожать отдельные частички этой орды было примерно столь же продуктивно, как пытаться убить человека путем выдергивания у него волос. Даже если бы по той части топей, где сейчас развлекались мы с Тенью, нанесли удар из пары десятков рейлаганов, а после прошлись ковровой бомбардировкой, не жалея боеприпасов, победу бы артиллеристам не засчитали. Пока в живых оставался хотя бы один единственный червяк, рой бы выжил, чтобы полностью восстановиться не через пару дней, так через месяц или два. И мне не требовалось обладать способностями оракула, чтобы точно знать — какие-то страхующие заначки, спрятанные где-нибудь в дуплах деревьях или под кустами на максимальном удалении, которое только может позволить себе воля и магия нашего врага, у этой твари точно есть. По меркам легендарных монстров опустошивший болота и прилегающие территорию альфа-хищник определенно не являлся самым сильным, быстрым, умным, зубастым или магически развитым, но зато его определенно можно было причислить к первым строчкам рейтинга наиболее живучих. Рано или поздно этот рой определенно бы дорос до мифического статуса…Если бы не нарвался раньше на тех, кто может уничтожить найти абсолютно всего тела. Уничтожить их вместе с десятками квадратных километров прилегающей территории. Ударить не по многочисленным плотоядным носкам, но по разуму или энергетике, объединяющей этих бестий воедино…Ну или сделать то, что планировал я. Создать маленький временной парадокс, заставив сами законы мироздания истребить эту мерзость всю целиком, вплоть до последней частички, сделав её окончательно и бесповоротно мертвой. Едва живой червяк, являющийся одной из полноправных частей роя, оказался щедро полит моей кровью, что благодаря правильно нанесенным мистическим символам убогим и примитивным подобием связи между фамильяром и хозяином соединило воедино меня и это существо. Между прочим, оно немедленно попыталось разорвать эту связь — единый разум и инстинкты орды маленьких прожорливых бестий не ждали от подобного контакта ничего хорошего…Однако при всей своей инаковости и живучести особого опыта плетения чар монстр, состоящий из тысяч отдельных тел, не имел, а потому в поединке за эту конкретную свою единицу не то, чтобы проигрывал…Скорее у нас было некое подобие ничьей, чего для осуществления моих планов вполне хватало. Смутно ощущаемый зубастый живой носок повышенной прозрачности был положен прямо в центр фокусирующей магической звезды, а дальше я стал насыщать своей магической силой до предела тот объем, в котором он находился, одновременно возводя дополнительные барьеры, отсекающие лист металла и его содержимое от реальности. Реальности, которую я принялся очень старательно убеждать сразу в двух противоположенных вещах. В том, что этот почти разделанный на несколько частей живой носок всегда был старым, очень старым, самым старым представителем своего рода. И в том, что эта же наполовину выпотрошенная когтями Тени тварюшка вот уже через пару мгновений станет молодой, ну очень молодой, буквально пару мгновений назад родившейся… Реальность над центром ритуала задрожала, пошла волнами, начала образовывать хроноаномалии, эпицентром которых являлся несчастный полудохлый червяк, оберегаемый от того, чтобы быть стертым с ткани бытия только и исключительно моей волей, волей гениальнейшего хрономанта с просто запредельным количеством опыта управления временем из своей прошлой-будущей жизни, который начавшиеся возмущения либо сглаживал, либо отводил в стороны от червя, от себя и от Тени. Однако масштаб зарождающихся катаклизмов все нарастал, нарастал и нарастал, если бы одна отдельная часть мироздания могла материться, она бы сейчас материлась как сапожник, поскольку в этой самой части сейчас реку времени поставили в какую-то на редкость неприличную позу, а потом принялись оскорблять действием сразу с двух противоположенных сторон! Возмущение континуума все усиливалось и усиливалось, поскольку я продолжал пытаться доказывать самой вселенной, что сей вот будущий молодой червяк на самом деле уже давно безбожно стар! Я закручивал законы природы и по часовой стрелке, и против неё до тех пор, пока только мог…А потом каким-то запредельным усилием воли, разума, магии и самой души перекинул держащиеся непонятно на каких метафизических соплях чары на энергетику лежащей передо мной части роя, будто передавал легендарному монстру обжигающее горячую картошку…Или скорее запихивал её в первое более-менее подходящее отверстие, куда она могла бы засунуться, хотя бы со скрипом. И созданное с немалым трудом заклятие отпустил, одновременно разрывая нашу связь. Металлический лист с основой ритуала даже не уничтожило, а буквально стерло с ткани бытия. Валявшихся под ногами червей скукожило, распушило, перемололо, раздуло и высушило. Одновременно, а заодно немного в прошлом и, возможно, капельку в будущем. В разные стороны от них рвануло серое марево рвущейся или как минимум надрывающейся ткани бытия, щедро сбрызнутой содержимым реки времени…От каждого из них! В том числе и от тех, которые находились за лопнувшим от ударов снаружи и изнутри барьером, ведь с точки зрения Системы, да и мироздания тоже, все это был один монстр, просто имеющий необычайно высокое количество тел! Сия тварь могла многое. Была многим. Но вот легендарным, средненьким или хотя бы совсем уж захудалым хромантом не являлся. Однако созданный посреди болота маленький локальный хронокотаклизм спросил с него, как с такового. Ну, вернее сей хронокотаклизм просто случился, когда обработанный моей магией участок мироздания резко вернулся в норму, а вся отдача от умышленно проваленного ритуала пришлась на суть чудовища, к подобным испытаниям не готовую. И по этой самой сути, связывающей воедино каждый из плотоядных живых носков повышенной скрытности и зубастости, она дошла до каждого из находящихся в единой сети червей, уничтожив тех намного надежнее, чем это получилось бы у целой армии заявившихся на болота охотников-сыщиков, обвешавшихся ружьями, топорами и огнеметами. Гениальнейший хрономант. Уровень 31. Получен навык: «Насильственное внедрение заклятий». Насильственное внедрение заклятий (Легендарное). Именно маги создают те заклинания, которыми они пользуются. Конечно, если они настоящие маги, а не просто какие-нибудь пользователи артефактов или марионетки, через которые действует кто-то другой…И этим кем-то другим вполне можете быть именно вы! Ну, зачем-то вы ведь научились творить свою магию через посредников в виде других живых существ, причем даже если те резко против и вообще сопротивляются вашим действиям как только могут! Сей навык обычно считается скорее вспомогательным, но тем не менее он очень полезен для того, чтобы перевести затраты энергии ваших чар на кого-то другого, а может скинуть на этого же другого вредные для здоровья отголоски пущенных в дело сил или же социальные последствия вашего деяния. Насильственное внедрение ваших заклинаний в чужую ауру, безусловно, до полноценной одержимости все же не дотягивает…Но если ваша цель именно она — то вы идете верной дорогой и почти уже её достигли! Главное не сообщайте о своих успехах слугам богов или инквизиторам. Почти наверняка им они не понравятся. — Ну, не достижение или награда, но для примерно получаса работы целый уровень — это неплохо, — хмыкнул я, поднимая голову к кронам деревьев и прислушиваясь к хлопкам драконьих крыльев, с которыми к месту проведения ритуала приближалась моя страховка, любовница и, по совместительству, средство эвакуации. То, что мы с котом в себе не сомневались и были полностью уверены в успехе, отнюдь не означало отсутствие у меня здравого смысла или чувства самосохранения. — Жаль только трофеев особо с этого легендарного монстра добыть не получится, поскольку эти ошметки теперь ни на что не годны… — А вот с такими выводами я бы не торопилась, милок, — раздавшийся из-за спины слабенький и едва слышимый женский голос заставил нас с Тенью синхронно вздрогнуть, резко развернувшись к источнику этих звуков, непонятно откуда взявшемуся посреди топей, где лишь несколько секунд назад буйствовал опасный для всего живого и теплокровного легендарный монстр! И обнаружили мы…Старушку. Очень и очень необычную старушку. Сидящая в инвалидной коляске посреди болота дама была одета в чистое и вроде бы даже выглаженное легкое светлое платье, а также выглядела на все сто! Лет. И еще пару-тройку диагнозов, с которыми живут вопреки любой официальной медицине. Сухие морщинистые руки были настолько тонкими, что грозили сломаться от легкого ветерка и вены на них выделялись настоящими канатами. Затянутые желтоватыми бельмами глаза явно были слепы. Короста, в несколько слоев покрывающая уши, определенно являлась то ли лишаем, то ли ещё какой-то отдельной формой жизни. Расплывающиеся по лицу огромные сине-зеленые пятна наводили на мысли о последних стадиях некоего кожного заболевания, перекинувшегося в том числе и на лысину, лишь символически прикрытую пятком волосинок. А ещё я чувствовал, что её возраст…Нестабилен. С одной стороны он измерялся веками, а с другой был в пару раз меньше чем у моего кота, которому и года не исполнилось. — Я бы даже сказала после всей той фантасмагории, что ты с этими червячками учудил, они только лучше стали…Конечно, если правильно их обработать…Настолько качественное мясо, несущее в себе отголоски несбывшегося напополам с ложным будущим, не так-то просто найти, знаешь ли! — Фейри, — всплыли в голове воспоминания меня-будущего, сталкивавшегося уже с этими симбиотическими организмами. Наполовину гуманоидами, наполовину духами…Причем пропорции могли меняться в ту или иную сторону в зависимости от желания самого фейри, особенностей внешней среды и целой кучи иных факторов. И свою гуманоидную часть они, как правило, у кого-то крали, захватывая тела людей или представителей иных рас. Впрочем, рожать себе подобных тоже могли, хотя и не слишком любили это дело. — Здесь и сейчас меня называют тетушкой Шеалой, — представилось сидящее в инвалидной коляске существо, чья немощь была абсолютно обманчивой. Больше чем уверен, своими сухонькими ручонками фейри могла бы ломать стальные клинки как веточки, а встав с инвалидного кресла имела бы все шансы обогнать в рывке не только профессионального спорстмена, но и гоночный болид формулы один. — И я работаю старейшиной в деревеньке Питтерсонвиль, что находится под твоей рукой, неизвестный мне бог. ---------- Глава 9 Глава 9 В памяти меня-будущего фейри отводилось не так уж много места. Они периодически мелькали в числе врагов, с которыми тогда приходилось дело иметь, но были не слишком многочисленны относительно людей или орков и не слишком сильны, если сравнивать их с драконами, титанами или иными тяжеловесами родом из дальних частей Бесконечной Вечной Империи. Так, крепкие середнячки, пусть и из верхней части шкалы потенциальных неприятностей по меркам простых людей или же не слишком крепких общин с минимумом тяжелого вооружения и высокоуровневых чемпионов…Очень упертые, запугать или подкупить, заставив изменить своим клятвам, их было почти невозможно. Довольно живучие, симбиотическая природа делала их материальную часть устойчивой к всяким площадным экзорцизмам, ну покуда те не сжигали в прах затронутое чуждой этому плану реальности энергетикой тело, а духовная позволяла игнорировать мелкие житейские неприятности вроде лишней дырки в голове или груди, если только тех не наделать много, быстро и больших. Невероятно компетентные в той сфере, которую они для себя когда-то выбрали, но почти беспомощные в других. Так стоящая передо мной болотная ведьма в топях определенно способна на многое, однако где-нибудь в большом городе, пустыне, лесу или чистом поле процентов восемьдесят от её арсенала тупо не сработает и переучиться ей окажется ненамного проще, чем полностью свою расу сменить. — Я не бог, — слова отдались в моей памяти каким-то странным эхом, словно это уже не раз говорил…Или слышал? В любом случае, возможность просто стоять и болтать у меня была, поскольку Эва как раз пробила лиственный покров местных болотно-тропических деревьев и заходила на посадку…Только вот приземляться тут было негде, а потому покрытая алой чешуей драконья туша зависла в воздухе подобно какому-то вертолету, периодически хлопая крыльями видимо для чувства морального удовлетворения, поскольку такую тушу удерживать от падения могла сейчас только магия. — Уже не бог или ещё не бог? — Усмехнулась проживающая на британских болотах фейри. — Я ведь чувствую, как наш мир с готовностью оказывает тебе поддержку, а само время склоняется перед тобой, словно перед своим повелителем…Хотя нет, не повелителем…Старшим братом? Отцом? — У той женщины, чье тело ты захватила — маразм, тетушка Шеала. И похоже его тебе довелось унаследовать вместе со всеми остальными старческими болячками. — Констатировал я, отчаянно пытаясь понять, зачем это существо вышло со мной на контакт здесь и сейчас. Да, мне вроде попадался на глаза какой-то доклад об аномально сильной престарелой волшебнице, проживающей в деревеньке под названием Питтерсонвиль и не желающей ни шагу делать из своих родных болот, но если бы мы не встретились здесь и сейчас, её маскировке бы абсолютно ничего не угрожало. Поехавших крышей людей на планете теперь невероятно много, добившиеся изрядных результатов в новом мире гении среди них тоже встречаются, а малость сдвинутый гений это вообще такой стереотип, что считаются не исключением из правил, а одним из вариантов нормы. Даже если бы в ней заподозрили кого-то из старых владык Земли, во всех смыслах старых, покуда сия особа сидит в своем болоте, примечательном разве только уничтоженной мной тварью, о которой она же и доложила, то никому бы до этого и дела не было! — Я ничего не захватывала, господин Бальтазар! Клянусь своей жизнью, сутью и честью, — расплылась в улыбке сидящая в инвалидном кресле старушка, показав мне приблизительно три с половиной зуба, обильно тронутых кариесом. Если не ошибаюсь разнообразные болезни, которые поразили это тело, фейри не ослабляли, а скорее уж усиливали…Вернее она использовала их как шаблон, насылая на своих врагов проклятия, по факту являющиеся уподблением их организмов её собственному. Функционирующему исключительно благодаря духовной сущности, которая в него вселилась, и достаточно сильный экзорцизм не освободил бы человеческую часть данного существа, а просто добил, словно отключение от аппарата жизнеобеспечения. — Мне завещали его по договору, и был он исполнен лишь после того как душа связанной со мною контрактом ведьмы вылетела из тела после её смерти от старости в возрасте ста тридцати одного года. У меня даже документ на пергаменте был, заверенный подписью, кровью и отпечатком ауры бывшей владелицы… — Если ты подтвердишь это магической клятвой, то я поверю. — В сохранившихся на Земле среди обывателей поверьях утверждалось, что фейри не могут лгать, и должен сказать, это было очень близко к истине. Для этих полудуховных сущностей прямой обман был формой тяжелого психического отклонения, чем-то средним между галлюцинациями и боевым безумием. Чтобы провернуть подобное им приходилось долго и трудно учиться, а потомсознательно готовиться к подобному противному их натуре акту и ещё дольше возвращать себя в норму, на что мало кто соглашался. Жаль только на игру смыслом слов и умалчивания подобный заскок почему-то не распространялся. — А вот во что я не поверю, так это в то, что ты пришла сюда только за тем, чтобы поздравить меня с успешной охотой и познакомиться. — И, тем не менее, это правда, — усмехнулась болотная ведьма. — Я хотела посмотреть своими старыми глазами на того, кто так сильно и так быстро встряхнул этот мир…Ну и что-то сделать с этим конгломератом червей, покуда он не разросся ещё сильнее, тоже надо было. — Болотная ведьма фейри не может подчинить себе одного из обитателей этих самых болот? — Удивленно приподнял я одну бровь. — Неожиданно! Кстати, а само ли по себе здесь появилось такое чудовище или же ты его создала? — Эх, если бы я обладала всем тем могуществом, которое приписывают каждой из мне подобных… — Показательно пригорюнилась сидящая в инвалидном кресле старушка. — Увы, моих сил хватало лишь на то, чтобы скрывать свое присутствие от этих червей, ну и травить помаленьку те их охотничьи партии, которые ползли в сторону Питтерсонвиля. Все-таки уж вы-то, господин Бальтазар, как никто другой должны знать: как далеко не каждый человек является богом, что спустился на землю, так и далеко не каждая волшебница фейри может назвать себя королевой воздуха и тьмы или хотя бы кем-то из её придворных… — А можно поподробнее про его божественный статус? — Перебила фальшивую старуху моя любовница прямо в воздухе превращаясь в свою форму дракиды и опускаясь почти до самой поверхности болота, видимо чтобы было удобнее разговаривать. Из-за факта своей беременности Эва изменила привычному стилю одежды, стоящему где-то между гранью приличия и нудизмом, нацепив на себя прикрывающий живот панцирь, а также скрывающие бедра латную юбку, шлем и гарнитуру связи. Через последнюю, магически улучшенную за счет знаний чародеев Земли, она поддерживала связь с Убежищем и могла запросить оттуда хоть вылет дополнительного подкрепления, хоть артиллерийский удар по указанным координатам. — Бальтазар про свою истинную суть вот вообще ничего не говорит, а мне, знаете ли, интересно узнать, чье же наследие может в моем животике вырасти! — Эва, я уже сказал все, что мог, — мне захотелось то ли сплюнуть, то ли выругаться, но делать первое в присутствии ведьмы подобного опыта было небезопасно, а второе — попросту невежливо. Поэтому пришлось ограничиться тем, что взял на руки кота и принялся его поглаживать, надеясь хоть таким путем успокоить нервы, которые за последнее время моя любовница порядочно потрепала. Осторожненько, аккуратненько, так чтобы не оскорбить, не разозлить, не преступить границы дозволенного и не поставить свое положение под угрозу…Но методично и с такой целеустремленностью, что займись эта женщина с подобным рвением собственным развитием и стала бы драконом намного раньше, чем мы познакомились. — А теперь я хотела бы услышать не твое мнение, а мнение других, — пожала сразу плечами и крыльями Эва, которая как настоящая женщина всегда довольно чутко чувствовала те пределы, в которых она может бесить своего мужчину. И пользовалась моей кроткостью и добродушием, по меркам большинства обитателей Бесконечной Вечной Империи настолько чрезмерным, что его уже лечить пора…Конечно, если нельзя обладателя подобных душевных отклонений как-нибудь с толком употребить к собственной пользе. — Или это мне тоже нельзя⁈ — Можно, — не стал спорить я, подозрительно присушиваясь к шипению, исходящему из её гарнитуры, подозрительно похожему на мычание через закрывающую рот ладонь. Нас что, прямо сейчас кто-то из находящихся в Убежище на дежурстве бойцов слушает? Блин, опять слухи поползут, а ведь ещё и предыдущие особо утихнуть не успели… — Только будет оно ошибочным, я тебе это сразу говорю. И больше не обзывайте меня богом! Клянусь — между мной и ими нет ничего общего! — Может быть, — неожиданно признала фейри. — Честно говоря, я никогда не видела настоящих богов, так как родилась спустя несколько лет после того как они покинули этот мир, в лучшем случае оставив вместо себя каких-нибудь доверенных слуг…Но всегда представляла их себе как-то так… — Как так? — Тут же насела на неё Эванлориангорхрианзис. — Подробности! — Как ты когда-то была младшей ухудшенной версией дракона, что однажды в теории могла возвыситься до одного из владык неба или хотя бы уподобиться им, так и мы, фейри, представляем из себя что-то вроде недоразвитых богов. — Пожала плечами болотная ведьма. — Сравнивать нас с истинными небожителями это все равно, что сравнивать маленькую едва тлеющую частичку золы с большим полыхающим костром, но тем не менее я ощущаю мир немного не так, как смертные, будь они даже магическими одаренными долгожителями. Особенно этот мир, мой родной мир, мир с которым я за долгие века своей жизни сроднилась настолько плотно, что точно сдохла бы, если бы в Тренировочный Лагерь вместе с прочими обитателями этой планеты отправилась не на три месяца, а на четыре или пять. В бытии по большей части духовным существом есть свои минусы, очень даже существенные минусы, о которых неведомо тем, кто с рождения обладал материальными телами… — Ближе к сути,- попросила её дракида. — Без этих растеканий мысли по древу! — Стараюсь, как могу, — насупилась фейри, откидываясь на спинку своей инвалидной коляски. — Когда я смотрю на Бальтазара глазами или помощи заклятий, то вижу человека, может даже и смертного… А когда прислушиваюсь к тем чувствам, что роднят меня с богами, то ощущаю себя эхом крохоткой искорки статического электричества перед ревом бьющего из земли неугасимым пылающим факела, похожего на горящее месторждение природного газа, которое подпитывают сами недра планеты. И будут это делать если и не вечно, то во много, много раз дольше, чем такой как мне повезет просуществовать даже в самых идеальных условиях. — Видимо трехмесячный разрыв с родными болотами оказался для твоей психики слишком тяжелым испытанием, — заключил я под насмешливо-согласный фырк кота. — Думаю, от меня бы не укрылось обладание какой-то феноменальной космической мощью. И, кстати, когда я находился в иных мирах, то никакой слабости по сравнению со своим обычным состоянием не испытывал. — Мощи и нет, — пожала плечами болотная ведьма. — Есть тень этой мощи…Только вот фейри точно знают, когда такая тень на самом деле является отражением истинной реальности. И совсем не обязательно находиться в пределах нашего мира, чтобы иметь его поддержку. Для подобных… Ммм…Давайте назовем их сущностями, за неимением в языках людей более подходящих терминов…В общем для них расстояние особой роли не играет, и своего избранника они могут поддержать даже на другом конце Вселенной, а может быть и за её пределами. Ну, я так думаю… — Ты можешь думать как угодно! Исправлять чужие мысли не собираюсь. — С максимально гордым и независимым видом фыркнул я, стараясь позаимствовать большую часть уверенности у своего кота. Конечно, куда легче было считать, что покрытая болячками старуха-полудух просто сбрендила…Но уж мне-то точно было известно, что совсем уж обычным человеком не являюсь. И я действительно всегда хотел для своего родного мира всего самого лучшего, ну вернее для его обитателей. Могло ли это не остаться незамеченным? Ну, в принципе могло. А могли ли перемещение в прошлое наделить меня не только воспоминания и опытом альтернативной временной линии, но и чем-то ещё, что эта фейри принимает за отзвуки божественности? Да запросто! Так как я мироздание нахлобучил даже Бесконечная Вечная Империя, скорее всего, никогда не делала. — Предлагаю вернуть нашу беседу в практическое русло. Чего ты хочешь от меня, тетушка Шеала? Ну, кроме остатков валяющихся у нас под ногами червяков. Их я отдам тебе всех, если пообещаешь сдать в казну конфедерации половину продукта, полученного из этого сырья. Способности нашего лучшего алхимика я хорошо знаю, и хотя Джун без всяких сомнений весьма талантлива, но больше специализируется по всякой неорганике и налаживанию массового производства сложных составов. Изувеченные хроноаномалиями органические останки, среди которых два одинаковых ещё поди найди, она если и не отправит в ближайший бак для отходов, то как минимум законсервирует на долгое время, чтобы вернуться к опытам над подобным сырьем спустя годы, а то и десятилетия. Фейри же столько возиться вряд ли станет, ведь не любит их раса быть в долгах. Им это психологически некомфортно примерно в той же степени, как прямая ложь. — Я хотела представиться вам лично, чтобы потом не было меж нами никаких недоразумений, главнокомандующий Бальтазар. Ваша держава и её лидеры очень уж быстро набирают силу, рано или поздно, но кто-нибудь бы смог заметить мою маскировку, а после бы пробился под неё и узнал о том, что старостой Питтерсонвиля работает не человек…И пусть лучше этот факт окажетсяоформлен официально в документах, чем станет поводом для преследования меня слугами закона. — Пожала плечами немощная старушка, лишь недавно утопившая в этих самых болотах тысячу карателей Аркхалаза, да вдобавок успешно пережившая и темные века, и наступившую после них диктатуру магов, ставших теневыми правителями нашей планеты. Да, человеком она не являлась, но одним из законных обитателей Земли от этого быть не перестала. Насколько сие существо было безопасно для окружающих — это уже другой вопрос…Полагаю, по сравнению со мной — совсем не опасно. Или с моими коллегами. Или с некоторыми другими талантливыми людьми, которые уже добились многого на нашей планете или ещё даже не успели родиться. Все-таки её природа многое давала болотной ведьме, одновременно и ограничивая в доступных вариантах развития. — А ещё я хочу найти своих внучат. Когда Бесконечная Вечная Империя перемешала жителей всех стран межу собой, Питер, Соночка и Вильма потерялись…И почему-то до сих пор ко мне не вернулись…Но мои малыши живы! Я знаю! Чувствую! — Вам очень повезло. В Неаполе как раз недавно открылся целый центр по поиску кровных родственников, где специалисты по собственно поиску работают в тандеме с умелыми магами пространства, способными по переданным координатам порталы открывать. — Наличие в конфедерации дополнительной общины фейри моим планам помешать было не должно. Во-первых, благодаря идущим людям на пользу действиям тетушки Шеалы жители Питтерсонвиля и, в некоторой мере, иных соседних поселений смогли избежать изрядной части опасностей, которые угрожали покинувшим Тренировочный Лагерь разрозненным беженцам. А во-вторых, на фоне иных общин нелюдей их точно не будет слишком много, поскольку размножаются на порядки медленнее людей, почти как драконы какие-нибудь. — Но сколько лет вашим внучатам, если не секрет? — Ой, да молоденькие они ещё! Сто-шестьдесят, сто-семьдесят! — Всплеснула руками болотная ведьма. — Небось потому и не хотят ко мне возвращаться, неслухи…Один ветер в голове! Почище ещё, чем у моей дуры-дочери, что решила восстание искусственных людей против магов поддержать, да и сгинула с ними за компанию! Вот зуб даю, любой из трех, на выбор, они не хотят возвращаться потому как думают, что без моего пригляда им будет лучше, да и вообще питаться хотят всякими новомодными шоколадками да гамбургерами, причем непременно с перцем да прочими специями, а не полезной для их молодых растущих организмов ухи из бобра или овсяной похлебки на воде… ---------- Глава 10 Глава 10 — Итак, дамы и господа, позвольте начать с главного…Для нас с вами абсолютно ничего не поменялось, не так ли? — Я обвел очень выразительным взглядом тех, кого можно было назвать моим старшим офицерским составом…Ну и парочкой союзников, которые решили несколько задержаться, прежде чем отправиться то ли в Монголию, то ли в Китай, чтобы дохлых и пока ещё не совсем дохлых гоблинов кошмарить. Сугубо по соображениям практичности, ведь некроманту чтобы развернуться на полную нужны качественные тела или их фрагменты. И я как раз собирался прибить кое-кого, кто будучи мертвым и подлежащим дальнейшей переработке в нечто новенькое рисковал вызвать у любого мага смерти, марионеточника, кукловода и прочих смежных специальностей смерть от счастья. — Вы все далеко не глупы, а значит уже должны были сообразить, что я не так-то прост, как кажется. Поздравляю, теперь вы знаете немножко больше чем раньше, вот и остановимся на этом, а дальше лезть не будем. Пока, по крайней мере. — Мы-то не полезем, — сочла нужным заметить Изабелла, которая выглядела сегодня как-то не так как раньше. Более…хм…Симпатичной? Вероятно, так на неё повлияло наконец-то случившееся воссоединение с родней. Эх, скорее бы и мне тоже получить возможность родителей обнять…Без того, чтобы этих самых родителей подставить под удар и вновь загнать в могилу, на этот раз вероятно окнчательно. — Я банально слишком многим тебе обязана, чтобы ослушаться. И большинство солдат, магов и офицеров, которые сейчас несут службу в Убежище — тоже. Однако будут исключения из правил, а уж главам городов и территорий, входящих в Конфедерацию, ты и подавно рот не заткнешь. Они начнут задавать вопросы. И требовать ответы…А приказать им замолчать не получится, по крайней мере если ты станешь нарушать те законы, за которые сам же и голосовал. — Проблемы будем решать по мере их поступления, — пожал плечами я, на самом деле не видя в происходящем особой проблемы. То, что твой деловой партнер какая-то мутная сволочь, крутящая свои интриги, в политике является абсолютной нормой жизни со времен каменного века, если не раньше. — Тем более подавляющий перевес голосов все равно на нашей стороне. — Пока на нашей стороне, — заметила испанка. — Однако с ростом конфедерации и включением в её состав новых земель и новых обладателей высоких рангов это рано или поздно изменится. — Если принципы подсчета голосов останутся неизменными, то меня устраивает. В тот день и час, когда эта страна захочет и сможет сместить своего верховного главнокомандующего, поскольку найдутся более компетентные и могущественные личности, я с легким сердцем немедленно подам в отставку…Эх, скорей бы этот день настал… — Против воли на мое лицо вылезла мечтательная улыбка. Не знаю пока, что я тогда стану делать с таким количеством свободного времени, однако точно чего-нибудь придумаю! Время, в конце-то концов — это то, в чем черта с два кто-нибудь меня обставит! Хрономант я или погулять вышел⁈ — Однако до сего светлого мига, к сожалению, ещё далеко, а потому нам придется сосредоточиться на первоочередных задачах. Патрик — на твоих заместителях и всех наших военных силах лежит задача окончательного подчинения владений покойной принцессы Шикхалаз. Без привлечения мощностей Убежища но с возможность взять с собой усиление из наемников они справятся? — Мороки много, но крупных проблем не предвидится, — отозвался ирландец. — Все её высшие офицеры мертвы, большая часть среднего звена тоже была сосредоточена в Неаполе. Максимум, что мы встретим в других городах — несколько сотен солдат с десятком-другим посредственных рыцарей или магов, в огневой мощи проигрывающих автомату с подствольным гранатометом во всем кроме универсальности и нетребовательности к боеприпасам…Они могли бы справиться с такой задачей сразу после того как покинули Тренировочный Лагерь, а уж сейчас — и подавно. Проблемы ожидаются разве только с тем, чтобы удержать мирных жителей от голода, бунта, бандитизма, актов самосуда над бывшими хозяевами… — Ну, значит поступим как обычно, делаем что можем, надеемся на лучшее и пусть те, кто сам виноват — не жалуются, — хмыкнул я, отчетливо понимая, что как минимум самосуд над явившимися в наш мир захватчиками никто останавливать не будет. Ну, разве только если освобожденным рабам совсем дети под горячую руку попадут… — Изабелла, отправишь кого-нибудь из своих людей с войсками, чтобы они помогали тем порядок навести через учет, контроль и бюрократию…На сама ты нужна мне будешь в совсем другом месте, как и Патрик, а также все остальные, кто присутствует на этом собрании. Ибо настала пора нам всем немного подумать о себе, ну а заодно и пополнить бюджет лишней парой сотен миллионов, ну и артефакторов вновь осчастливить, одновременно до экзистенциального кризиса доводя…Ведь мы будем охотиться на мифического монстра! Позвольте представить нашу следующую цель — Горшомарукарт Мудрый. Я щелкнул мышкой на ноутбуке, который заранее водрузил на стол, и висящий в углу под потолком проектор, изъятый из какой-то школы, изобразил на стене фотографию грандиозного морского змея, с комфортом разместившегося в руинах какого-то приморского городка, ныне полузатопленного и разрушенного гораздо сильнее, чем большинство видимых мною населенных пунктов. Если в том же Лондоне или Париже здания рушились больше сами себе, во время случайных подвижек земной коры, тот тут казалось будто кто-то очень сильный намеренно лупил по небоскребам и высоткам, разламывая их как дети-вандалы чужие куличи, а после топтался по обычным зданиям, словно злобный ребенок по грибам, выросшим, по его мнению, не там где надо. И в эпицентре разрушений, определенно оставленных батрачившими на Бесконечную Вечную Империю божествами, которых припахали к участию в процессах магического терраформинга, свивалось в тугие кольца тело исполинской рептилии, что сейчас как никогда походила на банальный садовый шланг. Ну, и цвет у нее был какой-то серовато-черно-синий, словно у полежавшей на солнце дешевой резины, и устроилась устроилась она эдакой пирамидкой, когда верхние более узкие кольца лежат на нижних более широких. Впечатление портила только голова — массивная, похожая на драконью, с крупными практически гипертрофированными челюстями, определенно предназначенными для захвата и раздирания добычи сопоставимых размеров, несколькими то ли шипами, то ли рогами и крупными выпуклыми глазами, из глубины которых даже через цифровое изображение чувствовалась какая-то древняя и вечноголодная злоба. — Разведка обнаружила эту тварь среди руин того, что раньше было Афинами. — Сочла нужным добавить Изабелла. — Скорее всего, он свился кольцами на каком-то магическом источнике повышенной мощности, чтобы максимально впитывать его энергию… В будущем, которое я помнил, эта тварь устроила свое главное логово в Марианской Впадине. Но сейчас она видимо самую глубокую и самую магически насыщенную точку мирового океана найти попросту не успела. Да и Афины — город древний, с тысячелетней историей…Почти наверняка там имеется свой и не хуже. Во всяком случае, одним из центров античной цивилизации в те времена когда ни о каком исходе-истреблии нелюдей и прочих магических существ никто даже не задумывался он точно был. Да и характер целенаправленных разрушений указывают на большое присутствие магов Земли, некогда имевшихся в том районе, а где попало они бы селиться не стали. — Внушает, гадина…Внушает…Но, как ни крути, поверженный Бальтазаром древень был потяжелее, — задумчиво произнес Патрик, изучая чудовище, чье свившиеся в клубок тело по высоте было вполне сравнимо с устоявшими огрызками высотных зданий, то есть составляло минимум сотню метров. Площадь оно также занимало немаленькую, где-то квадратный километр…Потрясающая воображение своими габаритами рептилия хоть и могла считаться относительно стройненькой, по телосложению напоминая угря или какую-то иную змею, однако общее её водозимещение без сомнения превосходила большинство танкеров и была их намного, намного длиннее! — Размер не главное, — скромно заметила сидящая в кресле Светлана, что хоть и была достаточно миниатюрной, однако же Системой оценивалась примерно так же, как и титанический морской змей, по сравнению с которым обычная анаконда, пусть и магическая, выглядела бы даже не шнурком от ботинок, а скорее уж какой-нибудь коротенькой тоненькой вермишелиной. — То, что большинство монстров тяготеют к гигантизму, это им скорее минус…Те, кто может ужаться в относительно компактные габариты, несмотря на общее количество своей магической и жизненной энергии, будут гораздо опаснее всяких разожравшихся переростков. — Сей змей — достойная добыча, чья голова могла бы удачливому охотнику принести благосклонность любой принцессы моего родного мира, и подобный брак даже никто бы не рискнул назвать мезальянсом. — Впервые за совещание подал голос тот из моих вассалов, кто лучше всего разбирался в охоте, а именно полуэльф по имени Местер. — Правда как её взять я, если честно, даже и представить не могу…Это чудовище явно будет куда мобильнее уничтоженного мощью техномагического орудия древня. И, вероятно, умнее. Сомневаюсь, что оно будет безучастно наблюдать за нацеливающим на него пушки Убежищем, пусть даже то и будет держаться на безопасном, казалось бы, расстоянии. А когда почувствует угрозу своей жизни, то ринется в глубины моря, где мы его попросту не достанем. — Да, это очевидная проблема, — согласился с его мнением я, изучая свой будущий трофей. Снимок, на котором тот оказался запечатлен, был сделан только вчера, а после доставлен одним из отправленных на разведку наемников, специализирующихся на полетах и длительных автономных рейдах. Ещё и экстренные курсы технической грамотности специалистам из сугубо магических миров оплачивать пришлось…Впрочем с современными камерами и телефонами могла справиться даже обезьяна, а до уровней, когда коренные жители Бесконечной Вечной Империи могли меня заинтересовать своими профессиональными навыками, доползали лишь те люди и нелюди, которые были несколько поумнее. — А значит, нам нужно либо лишить эту тварь мобильности с первого же удара, либо прикончить. И придумать как провернуть подобный фокус, покуда монстр не решил в новые охотничьи угодья перебазироваться, ведь долго на одном месте он сидеть не любит. Впрочем, это не такая уж невозможная задача как могло бы показаться, ведь Мудрым сей змей нарек себя сам. За то, что догадался разрушать не все подряд прибрежные деревни и города, а только те, где ему отказались платить дань, таким образом обеспечивая в ареале своего обитания постепенное распространение полезных лично ему наземных народов и рас, для которых приемлемо раз в годик или два отдать сотню-другую рабов чудовищу на съедение. — Любая охота — это риск, — осторожно заметила Изабелла. — В данном случае размеры этого риска очевидны…Как в прямом, так и в переносном смысле. Уничтоженный недавно древень мог бы сшибить Убежище, если бы оказался чуть более проворен или мог похвастаться большим радиусом поражения своих сильнейших способностей. Бальтазар, ты уверен, что атаковать этого морского змея нам нужно именно сейчас? Через несколько месяцев или даже год вероятность успеха будет намного больше, ведь артиллеристы повысят свои навыки, а количество техномагических рейлаганов и их расчетов станет измеряться трехзначнымт числами…Установим орудия на какие-нибудь вертолеты, а может летающие танки, и устроим с разных сторон загонную работу на гадкого любителя человеческого мяса. — Дело не в том, что я хочу заполучить себе новую голову чудовища, чтобы повесить её над камином…Тем более для такой обширной морды подходящий по размеру камин ещё поди найди. Как раз чтобы обеспечить лучшее будущее всей конфедерации и её лучшим представителям, работающим на меня, нам и нужно добыть эту змейку именно сейчас. — В словах испанки в общем-то содержалось здравое зерно, однако воспоминания о будущем буквально подгоняли меня изгонять с Земли захватчиков как можно сильнее, чтобы потом столь же высокими темпами повышать обороноспособность планеты. Или по крайней мере отдельных её частей, тех самых, где будут стоять мегополисы, каждый из которых окажется сравним с Городом, который я вижу в своих снах. — Как доказало недавнее столкновение с принцессой Шикхалаз, мы не можем в дальнейшем полагаться на одну лишь мощь своей артиллерии. Против некоторых врагов или защитных чар чисто физические атаки окажутся либо неээфективны, либо к ним на дистанцию поражения, пусть даже поражения рейлаганом, ты ещё поди подойди. Нам нужна магия, могущественная магия…Например такая, которую имеет мифический монстр. А у морских змеев, чтоб вы знали, наиболее волшебная часть тела это не чешуя, не сердце и даже не мозг…Это их зубы. — Оружие, достойное истинных героев! — Вспыхнули азартом глаза Местера. — Оружие, которое способно ранить тех, кого называют истинными героями, то есть самых крутых отморозков в какой-либо стране, а может даже и цело мире. — Поправил его Клаус, для которого зубы мифического монстра вместе с его же тушей являлись прямым билетом к вершинам того, на что с дозволения Системы способен некромант-кукольник. Ну а что он навязываемые Бесконечной Вечной Империей границы перешагнет, когда ему это будет удобно и нужно, я даже и не сомневаюсь. — Пробить защитные барьеры архимагов. Пробить доспехи королей, может быть даже Королей Мира. Пустить кровь небожителям…Но самое главное — такое оружие отлично подходит для того, для чего оно и нужно любому морскому змею. Рвать на части равных ему соперников. — Именно! Мифический монстр, чью голову мы просто обязаны заполучить, носит в своей пасти ключевой ингридиент, столь нужный нам для производства средств производства, а именно охоты на любых других тварей сопоставимого уровня могущества. — Подтвердил я. — Причем клыков Горшомарукарт Мудрый себе отрастил не один и не два, а как минимум пару дюжин. И каждый годится на изготовление костяных артефактов и оружия мифического ранга, что мы не раз и не два используем в охотах на иных монстров, сейчас населяющих далекие части Бесконечной Вечной Империи. Охотах, которые должны пройти чисто и быстро, чтобы формальные владельцы территории, где на самом деле властвуют могучие твари и всякие прочие мимокродилы не успели предъявить свои права на наши трофеи — Все остальные трофеи с этого морского змея для того, чтобы укрепить мощь наших солдат и нашей державы тоже очень даже пригодится. — Довольно пробурчал старейшина гномов, который как и положено старейшине гномов отличался немалой рачительностью. В руках он уже держал непонятно откуда взявшийся охотничий атлас, в который внимательно вчитывался, видимо чтобы узнать на какие именно богатства может рассчитывать его клан после победы над чудовищем. Там конечно расписывались куда менее внушительные монстры…Однако взять поправки на размеры и повышенный магический фон источника ценных ингредиентов для умелого ремесленника было не сложно. — Шкура и чешуя должны быть рангом пониже клыков, причем сильно пониже…Но на то, чтобы упаковать наши ударные отряды в легендарную или почти легендарную броню, не сильно уступающую комплекту Бальтазара, их должно хватить. Тысячи бойцов, которые будут почти неуязвимы для стали и магии, особенно водной! Может даже десятки тысяч! А особые железы в его мозгу, будучи правильно обработанными умелым алхимиком, даруют исключительную склонность к гидромантии, сопротивление её же и свойство подводного дыхания. Пара-тройка классов наших неофитов после знакомства с ним за месяц или два превратятся в готовых специалистов, способных на равных работать с русалками. Кусочки сердца откроют прану тем, у кого её пока нет, ну и вообще для поднятия характеристик полезны… — Два вопроса, — поднял руку Патрик, который очень старался не коситься нервно то на меня, то на новейших участников нашего рабочего совещания. — Во-первых, нафига такой громаде люди? Даже пара сотен человек ведь для него так, семечки…Пусть бы на каких-нибудь китов-мутантов в море охотился, вот не поверю, что там теперь таких нет… — Конечно есть, — согласилась с ним Светлана. — Вон, видишь утолщения на четвертом, пятом и седьмом кольцах? Это добыча, может кит, может кашалот, может гигантский кальмар или какой-нибудь легендарный глубоководный краб размером со здание…Собственно потому-то этот змей и сидит на одном месте. Подобно всем рептилиям после успешной охоты он малоактивен и занят перевариванием. Ну а люди, эльфы, гоблины и прочие представители разумных рас ему нравятся по той простой причине, что у нас есть развитые души. И вынудить каой-нибудь портовый город сбросить ему в пасть толпу рабов гораздо проще, чем наловить аналогичное количество каких-нибудь русалок, которые от подобного сверхищника в разные стороны разбегаются, а то и могут навалять ему, собравшись действительно большой толпой. — Эээ… — Озадачился ирландец. — А разве морские змеи души жрут? Они же вроде не демоны и даже не фейри какие-нибудь… — Старейшине и сильнейшие драконы — жрут. Вернее поглощают, чтобы подпитывать ими свое внутреннее пламя. — Спокойно кивнула пиромантка, умеющая делать то же самое ничуть не хуже владык неба. Скорее всего, даже лучше, быстрее, легче и с куда большим КПД, в чем на своем опыте наверняка уже успели убедиться многие из тех, кого обладательница крайне горячего нрава причислила к числу зла, недостойного существования. — И морские змеи им достаточно близкая родня, чтобы в этом плане особенно не отличаться. — Ну, собственно это мой второй вопрос, еще больше смутился Патрик. — Леди Эванлориангорхрианзис, а вас не смущает, что мы собираемся убить, выпотрошить и сожрать кого-то из ваших дальних родственников? — Пф! Не больше чем тебе зелье, сваренное из крови тролля! Морские змеи мне родня даже меньшая чем людям — гоблины! Крыльев у них нет, лап нет, огнем не дышат…Да даже на то, чтобы говорить и собирать сокровища мозгов у них хватает далеко не каждому! — Несколько резко фыркнула моя любовница, за последние дни подрастерявшая часть своего былого апломба и самоуверенности, но ставшая заметно более нервной. То ли беременность на ней так сказывалась, то ли наличие буквально через стенку пиромантки мифического ранга, ради которой пришлось попросить слегка подвинуться офицерский состав. — И вообще меня бы не смутило, даже если бы наша цель оказалась драконом…Ну, если бы это не был дракон, с которым я имею общую кровь или хотя бы дружеские отношения. Самих драконов это не смущает, когда они друг с другом сражаются и зачастую не только грабят проигравшего до последней монетки, но ещё и пожирают его, так почему других должно? — У меня ещё один вопрос, — взял слово Аркарог, что был единственным, кто ни разу так и не покосился в сторону моих коллег. Вряд ли он не испытывал любопытства и не страдал от опасений, их даже я опасаюсь и, в общем-то, правильно делаю, ведь каждый из нас это тот ещё могущественный псих, однажды поучаствовавший в том, чтобы мироздание перевернуть вверх тормашками. Просто старейшина гномов за долгие века жизни и клановых интриг своей ныне сгинувшей родины в совершестве овладел главным из навыков дипломатии — сохранять уверенный и спокойный вид, когда что-то идет не так, а потому хочется рвать на себе волосы, бить морду собеседнику или хотя бы громко-громко завывать, бегая туда-сюда с выпученными глазами. — Со всем уважением к нашим новым союзникам, но каковы их планы в Конфедерации Маяк? В чем будет заключаться их вклад во время охоты на это чудовище? И какую долю они они намерены взять за свое участие. — Я возьму свою законную долю и законные права. Не больше, но и не меньше… — Усмехнулся чернокожий некромант. — Как рассчитывают доли и трофеи других членов вашей конфедерации, так и мои можете рассчитывать. А уж за вкладом дело, хе-хе, не станет…Свою работу я люблю, и моя главная работа заключается в том, чтобы все новые и новые рабочие руки делать, а потому такая арифметика мне нравится! — Моя же судьба — выполнять сугубо роль подстраховки на тот случай, если чего-то пойдет не так, ибо пламя мое в грядущем сражении должно остаться по большому счету излишним. Нужным лишь за тем, чтобы не дать сбежать монстру, что не заслуживает жизни… — Воздух от слов Светланы прогрелся, словно где-то рядом растопили кузнечный горн или хотя бы большой костер развели, из-за чего градус нервозности резко подскочил. За последние три дня она сожгла семь человек, не обращая внимания на их уровень, должность или принадлежность к той или иной фракции, сформировавшейся внутри Убежища. У четверых в вещах обнаружились магические устройства связи и шпионские доклады. Двое оказались маньяками, хотя кого, когда и где они убили, установить не получилось, однако не будет же нормальный человек хранить под половицами своей комнаты коллекцию женских скальпов и полкило дамских пальчиков, к виноградному сорту с подобным названием ни малейшего отношения не имеющих. Последний же представлял из себя жертву некоего паразита, захватившего человеческое тело, ведь в его обугленной черепушке обнаружились остатки скелета, принадлежащего какому-то иному существу, свившему себе гнездо в пожранном изнутри мыслительном центре. — И в управлении страной, что рождается ныне, роль моя не изменится. Наблюдение со стороны и выжигание того, чему должно сгореть. Деньги или же трофеи пусть другие берут, мне нет в них необходимости. Единственным исключением пусть станут голоса в тех подсчетах, что определяют решения правительства…Но не думаю, что стану участвовать в дебатах слишком часто. Или что выбранная мной точка зрения станет иметь большое значение, ведь скоро, очень скоро, обладателей мифических классов в вашей Конфедерации станет больше, гораздо больше… — Эй, могла бы и мне свою долю трофеев передать! — Возмутился Клаус. — Особенно если хочешь, чтобы я как можно скорее смог восстановиться полностью! Ты же знаешь, чем больше ресурсов для моих творений, и чем они качественнее — тем лучше! — О, я знаю, — промурлыкала пиромантка, поглаживая вскочившую к ней на колени белую кошечку. — Потому и занимаюсь благотворительностью… — Господа и дамы, собачиться в свое удовольствие вы можете и потом! — Перебил я эту сладкую парочку, которая точно когда-нибудь либо убьет друг друга, либо образует такую ячейку общества, на изучении которой целая армия психиатров свои дипломы защищать будет. Конечно, если не решат радикально сменить свою область интересов, уйдя куда-нибудь в более безопасные для собственной психики профессии, каскадеры там или те же охотники на драконов… — Давайте сначала мы определимся с тем, чего нам ждать от этого угря-переростка, и как его убивать будем.! ---------- Интерлюдия Проблемы в шпионской деятельности Интерлюдия. Проблемы в шпионской деятельности. Вождь Тран чувствовал себя с одной стороны несколько непривычно, а с другой его же одолевало мощнейшее чувство дежавю. Новизна ощущений выражалась в том, что всё было, в общем-то хорошо, пожалуй даже очень хорошо. Лидер общины крысолаков теперь пользовался искренней любовью и почтением всех своих подданных, после захвата власти чуть было свое новое руководство не растерзавших, а ныне готовых чуть ли не молиться на своего любимого вождя проявившего столь великую мудрость и нашедшего им таких хороших, сильных и щедрых покровителей. Также он как следует отъелся, за месяцы регулярного обильного и вкусного питания мясом могущественных монстров, волшебными растениями и невероятно вкусными сладостями этого мира нарастив и мускулов на руках, ногах и хвосте, и кое-какой жирок, отложившийся на теперь уже вполне заметно выделяющимся пузике да широченных щеках, являвшихся его предметом гордости. Его роскошные одежды, перешитые умелым портным из какого-то трофейного дворянского камзола, дарили тепло в холод и прохладу в жару, а ещё не шуршали при движении и могли выдержать удар стилета. Обычного, конечно же стилета, а одного из тех, которые вождь распихал по скрытым кармашкам в рукавах и штанах, те могли бы и рыцарские латы пробить, причем для этого не обязательно было целиться в сочленение доспехов или иное уязвимое место. А ещё удачно выживший во время неудачного нападения на людей Тран получил класс аж выдающегося ранга: «начальник службы внутренней безопасности», в котором набрал целых два десятка уровней, став уважаемым гражданином Бесконечной Вечной Империи, который мог бы голыми лапами какого-нибудь молодого василиска задушить или там единолично отпинать средних размеров разбойничью банду. В общем, он сейчас был сильнее, богаче и могущественнее чем все его племя совсем недавно…И, несмотря на это, прятался в тени, трясся от страха и потел так, словно каким-то чудом превратился обратно в тщедушного полуголодного слабого и нищего крысолака, который предпочитал не связываться с более крупными врагами, например людьми, а если и атаковал их, то только в спину или спящими…Притом жизни Трана сегодня даже ничего не угрожало! Наверное. Если повезет не подвернуться никому под горячую руку. — Большинство некромантов, повелителей душ, химерологов, конструкторов големов, кукольников и прочих любителей создавать армии из подручных средств по моему сугубо личному мнению слишком уж гонятся за эффектностью, позабыв про эффективность. — Вело импровизированную лекцию сразу три чернокожих колдуна,произнося слова когда по очереди, когда одновременно и не отвлекаясь от лежащего перед ними на парящем операционном столе тела. Тела, которое они кромсали скальпелями, накачивали какими-то странными составами при помощи полых игл, покрывали вырезанными прямо в мертвой плоти рунами…И тем делали все больше и больше похожим на себя. Буквально с каждым мгновением и каждой новой процедурой труп, при жизни бывший одним из высших аристократов уничтоженной в Неаполе вражеской армии, становился все более и более похожим на тех, кто его обрабатывал. — Они либо лепят ужасающих монстров, больших, бронированных, сильных, страшных, извергающих огненные молнии из своих задниц, либо же стремятся окружить себя армиями, простирающимися от горизонта до горизонта. Ну, или комбинируют эти два пути в силу собственных возможностей и фантазий, используя где массовых дешевых болванчиков, а где элитные единицы, плюс-минус сравнимые когда с выползшими из-под ближайшей изгороди бедными рыцарями, а когда и с великими титанами… — Все так делают, — осторожно заметил ему какой-то гном, у которого на плече сидела маленькая механическая птичка, сверкающая начищенными до блесками латунными деталями. — И добиваются огромных успехов, между прочим…Ну, если раньше не убьют, покуда у мастера ещё нет собственной армии или же какого-нибудь механического дракона. — Делают, — согласился с ними темнокожий колдун. — Даже я иногда делаю, поскольку иногда лучшее — враг хорошего и ради экономии времени, ресурсов и собственного времени можно сделать одноразовый дрон, которому запас прочности или интеллектуальные резервы попросту не нужны или специализированное устройство, показывающее повышенную эффективность если оно станет работать строго в рассчитанных для него рамках. Однако все это лишь подпорки для дара настоящего творца! Инструменты! Костыли! Вот скажите мне честно, разве может что-то быть таким же подвластным тебе, как то, что изначально всегда твоим было? Разве есть что-нибудь, что знаешь лучше, чем себя самого? Разве может что-то также сильно резонировать с мощью твоей души, как ты сам? — Эээ… Нет, — признал зритель, опирающийся на костяной посох, сделанный из чьего-то позвоночника. — Именно поэтому когда некромант превращает себя в лича то он, если не напортачил или хотя бы напортачил не слишком сильно, сразу же обретает такое могущество, о котором ранее и мечтать не мог. — Тупиковое направление! Невероятно ограниченное, гарантированно ведущее к постепенной деградации души и разума, самостоятельно обрезающее себе практически все возможности для роста! — Взмахнул окровавленным скальпелем тот, для кого обычный лич судя по всему являлся не воплощенным кошмаром, а лишь жалким ленивым неудачником, из лени дурно сделавшим свою работу. — Я выбрал иной метод! Вместо того, чтобы всегда и во всем полагаться на разного рода приспособления, пусть даже полезные, мощные и относительно автономные, я делаю себя! Как можно больше себя и как можно более идеально правдоподобного себя! Такого, чтобы сам уже затруднился сказать, где копия, а где оригинал! Разумеется, если того требуют обстоятельства, то внешность или же особенности энергетики могут быть созданы с вариациями, облегчающими выполнение тех или иных задач, но основа, основа всегда должна быть та же самая…И, кстати, это экономит мне как минимум семьдесят процентов усилий, потребовавшихся бы на создание конструкта, основанного на иной матрице, но примерно с теми тактико-техническими характеристиками… — Пошли вон, криворукие неумехи! — Несся с другой стороны достаточно просторного помещения громкий драконий рык, сопровождающийся также запахом дыма, жаром пламени и какой-то светящейся от вложенных в неё чар металлической загогулиной, брошенной вообще-то не в крысолака, но почти сумевшей раскроить ему череп. — И не смейте возвращаться, чтобы снова мешаться под ногами у настоящих профессионалов да своими тупыми вопросами их от работы отвлекать! — Мы не такие уж и криворукие, леди Эва! — Громко возмутился тот из подмастерьев то ли дракиды, то ли уже полноправной драконы, кто вовремя успел пригнуться и тем едва не оставил службу внутренней безопасности летающей крепости без своего начальника. — В конце-концов, мы же меньше чем за полчаса смогли починить движители Убежища после того как оно впечаталось в Везувий! — Вы⁈ Починили⁈ Вы, сборище скудоумных и магически бездарных гремлинов, всего лишь активировали резервный комплект! — Вызверилась на своих учеников-помощников обладательница алой чешуи, драконьей силы, огненного дыхания, скверного нрава и очень-очень острых клыков, к которой сам Тран по доброй воле никогда бы не приблизился, и уж тем более не прикоснулся. Увы, его повелителя-нанимателя на этот счет было совсем другое мнение. Не то, чтобы вождь крысолаков как мужчина его совсем уж не понимал…Однако же по его скромному мнению любые женщины, не покрытые мехом, были на ощупь какими-то никакими. И вообще никакие сиськи подобного риска просто не стоили! — И тем не менее! — Это считается! — Значит, чего-то мы в работе сложных артефактных механизмов все же поняли, несмотря на ваши заверения в обратном… — Заткнулись все!!! — Ещё громче гаркнула Эванлориангорхрианзис, на сей раз замахиваясь гаечным ключом на окружающих её молодых и нахальных чародеев, желающих как можно ближе посмотреть на работу по-настоящему великих магов, а ещё и вопросиков всяких и разных им позадавать. — Я сама составляла для вас, ленивых идиотов, схемы размещения всех компонентов этого запасного движителя! И сама покупала составляющие для него, а после сама их друг на друга настраивала! Если бы вы смогли что-то напутать в настолько элементарной задаче как правильно расположить или состыковать друг с другом каких-то две сотни уже готовых артефактов, то всем кагалом оказались бы разжалованы в старшие помошники младшего дерьмоноса, да и такую работу подобным имбецилам можно было бы поручить исключительно как аванс, и то если больше просто некому! А здесь и сейчас идет работа чуть ли не над концептуальной вершиной сотворения зачарованных предметов, поскольку в этой мастерской на свет рождается настоящий мифический артефакт! — Вероятно нам все же придется ограничиться все-таки легендарным, пусть и повышенной мощности. — Поправил её Бальтазар, который вычерчивал уже четвертый магический круг вокруг стола, на котором были разложены какие-то камушке, веточки, клубни, склянки, щепочки, шестернки…И нос Трана самым предательским образом шмыгал, пытаясь втянуть в себя побольшие их аромата, а рот сам по себе наполнялся слюной. Все эти предметы содержали в себе магию, довольно могущественную магию, и как минимум некоторые из них точно пришлись бы его организму по вкусу, если их съесть или как минимум просто пожевать, пусть и с риском сломать зубы. Это точно стоило бы того, тем более уж зубы-то у представителей его расы даже без магии вырастут очень быстро! — Да, выглядеть эта обманка все же будет как сердце мифического древня и мощь источать соответствующую… Но есть большая разница между тем, чтобы быть великим сокровищем и тем, чтобы просто им казаться. — А зачем вообще делать эту обманку и рисковать, пытаясь убедить змея её сожрать? — Задался вопросом один из подмастерьев, предусмотрительно держащий между собой и наставницей заклинательную фигуру, разрушить которую та явно не рискнула бы. — Почему бы просто не пристрелить этого мифического монстра из рейлагана, как предыдущего? — В-первых, повторение одного и того же действия с точки зрения Бесконечной Вечной Империи дает меньшие результаты, а потому и наград заслуживает тоже уменьшенных. — Пожал плечами чернокожий маг смерти, вернее один из нескольких таких магов. — Во-вторых, если у древня самым слабым его местом очевидно являлась мобильность, причем он Убежище, судя по рассказам очевидцев, чуть не сумел догнать и сшибить, то у морского змея она несмотря на внушительные размеры скорость окажется больше в разы, а то и на порядки. Плюс для змей, пусть даже очень больших и очень магических, разнообразные версии навыка «рывок» являются примерно таким же непременным атрибутом как для котов — возможность падать на все четыре лапы. Они с его помощью буквально выстреливают собою в добычу с тех пор, как вылупляются из яйца. Если мы не завалим урода с первого и единственного выстрела, а с первого и единственного выстрела мы его почти не завалим, то сей особо крупный садовый шланг свалит в океан быстрее гиперзвуковой ракеты…И там его будет сложновато снова найти и ещё сложнее убить. Даже для всех наших объединенных возможностей сложновато. Поэтому придется поиграть со змейкой в сказу о Белоснежке и отравленном яблочке… — А кто это у нас тут такой мохнатый и любопытный в тенях притаился? — Внезапно для себя Тран обнаружил, что висит в воздухе, поскольку кто-то подкравшийся сзади к рефлекторно спрятавшемуся на входе в помещение крысолаку просто взял и поднял его за шкирку, словно самую обычную крысу. Пальцы и хвост вождя дернулись к спрятанному в его одежде оружию…А после разжались, оставляя в покое рукоятки зачарованных кинжалов, поскольку скосивший глаза в сторону этого очень непочтительного и очень сильного типа начальник службы внутренней безопасности Убежища обнаружил там ещё одного чернокожего колдуна. Точно такого же как и те, которые внутри присутствовали. — Шпион? — Ну…Да…Шпион, — был вынужден признаться в очевидном Тран, решив не обострять ситуацию и не злить этого могущественного и страшного человека, на которого большинство других людей Убежища поглядывали как-то странно, а ещё шушакались по углам: Клаус это или все же не Клаус, тот он Клаус или все же не тот… Был в этом мире, оказывается, какой-то легендарный то ли добрый герой-волшебник, то ещё кто-то подобный, известный своей способностью одновременно дарить подарки большому-большому количеству людей в разных частях света. Лично Тран думал, что Клаус все-таки тот…Он ведь прямо здесь и прямо сейчас в пяти местах одновременно находился, поскольку один Бальтазару краски для магической звезды подавал, второй вел лекцию по основам высшей некромантии, ну а остальные ещё одного себе подобного Клауса доводили. И ещё как минимум пара штук точно таких же Клаусов, не считая держащего его за шкирку, точно где-то в крепости бродили. Но вот про щедрость этого типа народные предания видимо наврали, поскольку ничего такого за жутковатым магом смерти никто не замечал…Да и вообще вождь племени крысолаков уже слишком большой, чтобы верить в добрых волшебников, просто так делающих подарки…А если не просто так, а во имя исполнение какого-то хитрого плана, то крысолак в этом тем более участвовать не желал, поскольку не ждал от хитрых планов магов смерти лично для себя абсолютно ничего хорошего! — Не то, чтобы это мне прямо вот сильно нравилось, но что поделать, если работа такая? — Да-да, если бы мне давали золотой империал за каждый раз, когда слышу такие песенки, то лишних тысяч пятнадцать или двадцать в моем бюджете уже завалялось бы, — хмыкнул Клаус. — Хотя, признаю, ты будешь получше большинства: и прятался неплохо, и после того как попался не истеришь, не гадишь во все стороны продуктами жизнедеятельности или взрывчаткой, не пытаешься мне в лицом плюнуть…Может подскажешь, что мне теперь с тобой таким красивым делать, а? — Поднести поближе к Бальтазару? — Подумав, предложил Тран. — Ну, ты и нааааглый, — с каким-то даже оттенком восхищения протянул темнокожий колдун. — Хотя конечно респект тебе за такую высокую рабочую этику. — Спасибо, — принял вполне заслуженный комплимент вождь племени крысолаков. — Но к Бальатазару меня все-таки поднесите, пожалуйста, если вам не трудно. В конце-то концов, я ведь именно его шпион, вернее руководитель службы внутренней безопасности… — За своими шпионишь? Ля ты крыса, — громко хмыкнул чернокожий колдун, чему-то усмехнувшись, но просьбу Трана все-таки исполнил. — Действительно Тран работает на меня, — подтвердил хозяин Убежища,оторвавшийся от своей работы, после чего начальника службы внутренней безопасности немедленно поставили обратно на пол и даже отряхнули. Руки Бальтазара сделали пару пассов, после чего на земле вспыхнул магический круг и окружающий мир словно застыл и размылся, а шерсть крысолака встала дыбом от мощи магической энергии, направленной всего лишь на то, чтобы их троих никто не сумел подслушать. — Причем совсем уж по пустякам он покуда никогда от важных дел не отвлекал…Итак, что у нас стряслось? — Пока ничего, но среди солдат-землян есть…Эээ…Заговор? — Неуверенно предположил крысолак. — Или тайное общество, не уверен, как правильно их идентифицировать…В общем они очень боятся вас и ваших новых союзников и думают, что вы какие-то древние монстры, которые лишь притворяются людьми, и от которых не стоит ждать ничего хорошего. — Нет, ну они конечно ошибаются…Но не во всем, — хмыкнул один из чернокожих некромантов, которые готовились к противостоянию с мифическим монстром столь же деловито и обыденно, как сам Тран мог бы готовиться к охоте на зайцев. Словно бы подобная дичь могла навредить ему или его союзникам лишь чисто теоретически, если фатально не повезет или если будут допущены какие-то невероятно глупые ошибки. — И что планируют эти заговорщики? Дезертирство? Переворот? Установление контактов с кем-нибудь из врагов вашей конфедерации, чтобы устранить угрозу чужими руками? — Насколько мне известно, пока они лишь помогают друг другу изыскивать возможности перевестись с Убежища куда-нибудь в города или деревни на границах, причем чем меньше населенный пункт. И чем слабее он связан с властями Конфедерации Маяк, тем больше он им нравится. — Пожал плечами крысолак, который не видел ничего плохого в том, что его начальство и его друзья представляет из себя каких-то чудовищ в переносном смысле слова, а может даже и в прямом. Главное, чтобы они ценили верных слуг, а они их определенно ценили, он мог бы в этом поклясться и хвостом, и всеми четырьмя лапами! — Но да, один из главных аргументов в пользу такой передислокации — формально не нарушая своих клятв они оказываются в месте, откуда им проще убежать…А ещё эти люди пытаются искать безопасные места за пределами конфедерации, куда бы могли тайно перевести своих родственников. Правда, пока таких ни одного не нашли… — Неприятные новости, но ожидаемые, — поморщился Бальтазар. — Я уже давно ожидаю того, что самым смелым, осторожным и параноидальным людям мы будем казаться слишком мутными и подозрительными, чтобы с нами связываться, пусть даже ради надежных вроде бы тылов, а потому они предпочтут попытаться пойти своим путем. — То есть ты ничего делать не будешь? — Уточнил у него Клаус. — Нет, ну так-то в принципе можно…А зачем? — Пожал плечами хозяин Убежища. — Пока эти заговорщики никому не вредят, пусть развлекаются. Даже на некоторое нарушение ими своих контрактов можно глаза закрыть, если чересчур наглеть не будут. В конце-то концов, те, кто решатся уйти, подобны в своем мышлении мне и тебе, только не имеют того же опыта и могущества. Плюс теперь у них есть доступ к качественному оружию, снаряжению и обучающим кристаллам, а наиболее серьезные угрозы в Европе мы либо уже вычистили, либо добьем в ближайшее время. Не скажу, что жизнь вдали от цивилизации станет похожей на кемпинг на природе старого мира…Но зато смельчаки, сумевшие освоиться на лоне дикой природы вдали от таких таинственных и страшных нас, очень даже неплохо подкачаются и научаться быть полностью самостоятельными, не полагаясь на палочку-выручалочку в виде государственной машины. А для тех, кого прижмут звери, болезни, неспособность обеспечить себя всем необходимым и прочие обстоятельства дорога обратно в цивилизацию будет всегда открыта, покуда они никого не ограбят и не убьют… ---------- Глава 11 Глава 11 Конец света Афины пережили значительно хуже большинства видимых мною городов, фактически от них остались одни лишь полузатопленные руины, но даже в этих руинах теплилась разумная жизнь, решившая будто обломки домов и выкапывание из-под них остатков богатств старого мира — это продуктивнее, чем выживание где-нибудь в лесу. Раньше теплилась. До того как сюда приплыло мифическое чудовище, облагающее громаднейшей данью тех, кто согласен заплатить, а остальных просто сжирающее. На оставшихся в стороне от воды холмах, где располагались дома и виллы частного сектора, пережившие мировые катаклизмы гораздо лучше уничтоженных подчистую высоток, кто-то вырубил растительность и перегородил несколько улиц стенами, сделанными из грузовых автомобилей, кирпичей и мешков с песком. Только вот ныне эти укрепления и жилища напоминали набор детских кубиков, рассыпанный злобствующим карапузом, поскольку нечто невероятно мощное, вероятнее всего магическим образом созданная волна, повалила подобие крепостной стены и прочие укрепления, а после разломала на куски дома. По странному капризу судьбы полностью уцелело сколоченное на скорую руку подобие причала, определенно использовавшееся для рыбацкого промысла, судя по перевернутым лодкам и сохнущим сетям, чьи хозяева без следа сгинули в желудке монстра, греющегося неподалеку на солнышке. Мне не требовалось нанимать ясновидящего использовать свою магию и заглядывать в относительно недавнее прошлое, чтобы понять, что здесь случилось. Местные обитатели видимо решили, что обойдется это много о себе возомнившее пресмыкающееся без подкормки их товарищами, а также женами, детьми или хотя бы стариками. Нет, сражаться с чудищем, на фоне которого современные линкоры выглядели убогими скорлупками, они наверняка даже не пытались, вместо этого просто попытавшись как можно скорее удрать подальше от воды… Надеюсь, что хоть у кого-нибудь это действительно удалось, но сомневаюсь в этом, сильно сомневаюсь. В грубой разрушительной силе Горшомарукарт Мудрый был плюс-минус равен Светлане. В прямом бою она бы его за счет своего опыта и мастерства сделала, как чемпион мира по боям без правил сделал бы сельского дурачка, пару раз дравшегося на дискотеках со своими сверстниками, однако их магическую мощь в излюбленной стихии следовало признать как минимум сопоставимой. Морской змей был слишком велик, чтобы нормально охотиться на отдельных людей, да и вообще на суше чувствовал себя не слишком уютно, поэтому он просто наслал на отказавших ему людей одна или две волны, ударивших аккуратно, но сильно. Вода разбила укрепления, затекла в дома, догнала беглецов, а после отхлынула обратно уволакивая с собой добычу. Помятую, испуганную, возможно даже успевшую передумать насчет неприемлемости сотрудничества с чудовищем, но живую и увлекаемую прямо в широко распахнутую пасть исполинского морского змея, своей магией выцедившего местное население как ситечком. — А может, просто выстрелим в него из пары десятков рейлаганов, да и все на этом? — Предложил Патрик, в сомнении рассматривая выбравшийся на мелководье ужас глубин. Появление «Убежища» вблизи Афин тварь, к сожалению, не пропустила. Во всяком случае, вряд ли мог оказаться случайностью тот факт, что лежащая на чешуйчатых кольцах голова чудовища была направлена точно на мою летучую крепость. Обладал ли он какими-то достаточно развитыми сенсорными навыками или же ему просто повезло не проспать опасную для жизни аномалию вблизи себя оставалось неясно, однако планов моих это в любом случае не меняло. — Зачем совать льву голову в пасть? — Это уж точно не лев, но склонен согласиться. — Поддержал ирладнца старейшина гномов. — Я раньше думал, что неплохо изучил морских чудовищ, как-никак всю жизнь на острове провел никуда не отлучаясь…Однако если бы вот это приплыло в старый дом моего народа, то тот мог бы сгинуть, взрыва вулкана не дожидаясь. — Риск минимален и просчитан, — заверил я своих заместителей, обнимая на дорожку Клауса. А затем еще одного Клауса. И ещё, ещё, ещё и ещё…Но настоящим все-таки побрезговал, ограничился сугубо подобиями некроманта-кукольника, которых тот наклепал целую дюжину. Или в его случае следовало говорить: «всего дюжину?». — Оставим артиллерийский обстрел как запасной вариант номер два. Тем более, он может подпортить наш трофей, а этого хотелось бы избежать. — Очень хотелось бы! — Не скрывая своего энтузиазма, закивал мой коллега, вернувшийся из будущего, которому в сегодняшнем представлении предстояло сыграть вторую роль после меня, если сам я не справлюсь. И поскольку убить морского змея мы собирались своими руками, ну вернее скорее не руками, а магией, награда имела шансы оказаться выше, чем за расстрел чудовища из техномагического орудия. — Если я получу в свое распоряжение тело такого существа, пускай даже лишенное сердца, клыков и некоторых иных ценных частей, то я смогу…Я смогу…Ооо, как много я смогу! Ну, объявлять войну кому-нибудь из богов как в старые добрые времена будет, конечно, рановато, но если вдруг — и совсем уж бесполезным я не стану! Кстати, а запасной вариант номер три у нас есть? Ну, на всякий случай, вдруг эта тварь приберегла какие-то козыри, о которых мы не знаем… — Это я, — скромно откликнулась Светлана, которая в данный момент с выражением крайней сосредоточенности на лице и с громким стуком клавищ гоняла какую-то компьютерную игру на подаренном ей ноутбуке, с видимым наслаждением вновь приобщаясь к тому разнообразию всевозможных удовольствий, которыми так богата была наша цивилизация до её краха. А после выдула большущий пузырь жевательной резинки и громко его лопнула. — Если тварь убежит от Бальтазара, не подавится тобой и вытерпит десяток снарядов из рейлагана, пробивших её чешую, то тогда на ужин у нас будет жареная змеятина. Много жареной змеятины. Так много, что мы и через месяц, наверное, только ей питаться и будем. Вообще-то у нас и запасной план номер четыре имелся. Просто взять и улететь очень быстро, при необходимости выписывая сбивающие зенитный огонь зигзаги. Хотя прибегать к нему мы будем вряд ли…К сожалению, ни Светлана ни Клаус не вспомнили особенностей того, как в альтернативной временной линии был убит этот морской змей. Зато пиромантка точно могла сказать, что после расправы над ним был праздник, не омраченный поминками по убитым в бою. И к тому моменту сильнейшие бойцы нашего города, в число которых она только-только собиралась войти, были не сказать, чтобы сильно круче нас нынешних даже по формальным признакам в виде рангов, уровней и характеристик. — Э-эх…Только совсем уж в уголь эту гадину не превращай. И по возможности сохрани череп…Череп в нем для меня — это самое главное. Из него можно выточить скелеты тех моих новых тел, которые будут наголову лучше, чем эти убогие поделки. — Поморщившись от осознания возможных перспектив, попросил чернокожий некромант, окидывая неприязненным взглядом дюжину своих подобий, идентичных ему настоящему настолько сильно, что различия пришлось бы с микроскопом искать. В магии подобии чем их меньше — тем лучше, а именно разновидностью магии подобия и являлся его коронный трюк, позволявший одновременно присутствовать во многих местах, работать над сильно отличающимися друг от друга задачами и даже думать в несколько потоков мышления. — Другие кости — не подойдут. Ну, в смысле подойдут, но результат будет таким же паршивым, как от переработки трупов дохлых аристократов, только уже с другим набором отклонений… — Вот эти шедевры вы называете паршивым результатом⁈ — Не сдержался один из наблюдавших за нашими приготовлениями к охоте зрителей. Судя по наличию множества украшавших его одежду костяных висюлек и чуть изогнутому посоху, сделанному из чьего-то позвоночника, этот тип решил сделать приоритетным направлением своего развития магию, отдавая предпочтение именно магии смерти. — Да они настолько качественно сделаны, что кажутся живыми! Более того — одушевленными! — Ну, в определенном смысле мы действительно живы. И даже некое подобие моей собственной души, вернее ничтожная её частичка, искусственно наращенная до состояния функционирующего суррогата, тут имеется. — Развернул к нему свое лицо ближайший из «Клаусов», чем заставил многих в толпе зрителей испуганно вздрогнуть. Сильнее всего дернулся, побледнел и, кажется, почти обделался какой-то маг из числа наемников, лучше прочих осознавший, каким монстром надо быть, чтобы отделить от своей души дюжину частичек и на их основе создать то ли высшую нежить, то ли нечто ещё более странное, могущественное и потому страшное, увязав эти творения с собою в единую сеть. — Однако до настоящих шедевров им ещё при всем моем желании далеко. Да, фоновую деятельность эти куклы могут поддерживать достаточно неплохо и на протяжении почти ничем не ограниченных периодов времени, а их психоэмоциональная матрица достаточно стабильна, дабы не наломать дров даже при длительном отсутствии корректирующих воздействий…Однако же настоящего интеллекта, а не его убого кастрированного подобия, у них нет. И если дело дойдет до пиковых нагрузок, то каждая из них станет уступать своему оригиналу, то есть мне, раза в два! — Но ведь их двенадцать! То есть, получается, колдовать в бою они будут так, словно вас ещё шестеро… — Мгновенно произвел нехитрые арифметические подсчеты начинающий некромант. — Это круто…Ну, мне кажется, что круто…А вы ещё легенда или уже миф? — Пока — легенда, пусть и из числа сильнейших, — с явной неохотой признался Клаус, стыдящийся то ли своей временной «слабости», то ли «несовершенства» своих конструкций. Конечно, по меркам бывшей армии из одного человека всего двенадцать копий оригинала, каждая из которых имела приблизительно пятьдесят процентов его собственных возможностей и подчинялась создателю чуть ли не охотнее, чем собственные пальцы — это немного…Но некоторые феодальные владения и города Бесконечной Вечной Империи при известии о том, что их идут воевать сразу шесть-семь обладателей легендарных классов могли бы сдаться сразу, избегая лишних телодвижений, дабы поберечь нервы, время, здоровье и окружающую среду. Ещё бы и радовались, что у них теперь появились такие сильные хозяева. — Но во-первых, это может измениться в течении часа, а во-вторых, я бы не советовал тебе так уж сильно обращать внимание на эти шаблонные штампы Бесконечной Вечной Империи. Уж поверь, то, что я или Бальтазар можем сотворить сейчас, сумеет повторить далеко не каждый миф…И, если бы надо было вот очень надо или же риск был бы вот прям сильно-сильно оправдан, то же самое мы бы могли попробовать провернуть и раньше. Намного раньше… Причин, по которым темнокожему некроманту было сложновато достигнуть высшей планки, теоретически допустимой для смертных в Бесконечной Вечной Империи, было несколько. Самой главной скорее всего следовало считать её алгоритмы, которым вернувшийся из будущего мастер темной магии сильно не нравился. Почти так же, как и я сам. Да, собственной страны и армии у него не было, но зато личная мощь имелась, причем в таких количествах, что наши разрушительный потенциал оказывался сопоставим. И Систему при расчете выдачи поощрений, столь быстрый и стремительный рост каких-то винтиков, грозящих в кратчайшие сроки перерасти роль полезных и беспроблемных человеческих ресуров, явно настораживал. Плюс собственная энергетика чернокожего колдуна пока не способствовала превращению в объединяющие разные носители-серверы магическую сеть, которой изначальный организм уже не слишком-то нужен. Вероятно наименее значительную роль играли доступные материалы, способные любого другого чернокнижника привести в буйный восторг, но чем-то не устраивающие прирдирчивого к мелким деталям маэстро некромантии. Полагаю, он мог бы довести имеющееся сырье до ума и стопроцентной эффективности созданных из них копий своими силами…Но за месяцы или даже годы, а ждать столько никто не хотел. — Ну, все уже⁈ — Рыкнула красная драконица, нервно топчущаяся на одном месте. Все её инстинкты категорически не советовали приближаться к титаническому морскому змею, для которого кто-то из молодых владык неба представлял из себя скорее остренькую котлетку с доставкой на дом, чем какую-то угрозу. Однако мне она все-таки доверяла достаточно сильно, чтобы рискнуть…Ну и жажда наживы заглушала голос самосохранения, поскольку при начавшемся заранее разделе покуда не убитого чудовища моя любовница смогла выклянчить в свое распоряжение как минимум пару тонн чешуи мифического монстра, столько же его крови, кусочек сердца и один зуб. — Мне надоело ждать! — Да все-все, можно лететь…Кстати, Эва, а тебе ещё не вредно поднимать тяжести да и вообще подвергаться тяжелым физическим нагрузкам вроде охоты на монстров размером с какую-нибудь гору, махания крыльями на максимальной скорости или разделыванию особо тяжелой и крепкой добычи? — Уточнил я, покрепче прижимая к себе кота и усаживаясь на шею своей любовницы. Та, правда, пребывала сейчас в драконьем обличье, а потому особого дискомфорта от этого точно не испытывала…Ну, может за исключением психологического, ведь владыкам неба не нравится, когда на них ездеят. И женщинам тоже. А уж когда это коктейль два в одном… — Что смена ипостаси на беременность у магических рас вплоть до начала родов особо не влияет я в курсе, видел как-то даму, что в человеческом обличье была с лезущим на глаза пузом, а когда становилась пантерой оставалась стройной, будто на диете из собственноручно пойманных по лесам зайчиков годами сидит. Но вот на счет чисто физических нагрузок у меня такой уверенности нет… — Я ещё года три буду в состоянии выполнять абсолютно все свои обязанности! — То ли гневно фыркнула, то ли злобно прорычала обиженная в лучших чувствах красная драконица, которую предположение будто она сейчас не в состоянии поучаствовать в охоте и, самое главное, разделе мифической добычи, явно пришлось не по вкусу. Одновременно она подпрыгнула в воздух, отрываясь от поверхности летучей крепости и начиная мерно махать крыльями, неся нас обоих через воздушный океан. Иными путями добраться к находящемуся посреди затопленных руин морскому змею все равно бы оказалось невозможно. Кстати, погружение части города под воду объяснялось не только изменением уровня океана, но и тем, что теперь русло какой-то реки проходило прямо через один из старейших населенных пунктов мира вообще и Греции в частности. Не уверен, как она называется, и существовала ли вообще до появления Бесконечной Вечной Империи, однако же точно могу сказать, что водная артерия получилась немаленькая, только в ширину метров сто, да и глубина тут была явно солидная. Ну, судя по прорезающим блестящую гладь загнутым плавникам то ли дельфинов, то ли акул…- Что, думал живот мой быстрее надуется? У бессмертных все делается неспешно, даже беременность! — Драконы не бессмертны, прост очень и очень долгоживущи, — внес важное уточнение я, покрепче перехватывая Тень. Тот, увидев внизу рыбное изобилие в виде снующих туда-сюда морских существ, по каким-то причинам то ли совсем не пугающихся замершего неподалеку исполина, то ли воспринимающих настолько большой объект просто как часть ландшафта, чуть не сиганул вниз, чтобы проверить на зуб обитателей мокрой стихии…Нет, купаться он не любил, но ради возможность отведать новых деликатесов был бы готов стерпеть недолгое пребывания в жидкости. А уж что он там наваляет всем или, по крайней мере, всем кто выглядит достаточно вкусным у фамильяра в его пушистой башке и тени сомнений не возникло! — Дракиды — тем более. Вы, хотя теперь уже скорее они, все-таки ближе к людям или каким-нибудь гномам, чем к крылатым ящерам. — А ты видел хоть одного дракона, который помер от старости? — Немедленно последовал возмущенный ответ женщины, по чьим болезненным местам я грубо потоптался…В переносном смысла, правда, ибо драконья чешуя могла бы выдержать даже целый ансамбль чечеточников в железных сапогах, а её обладательница почувствовала бы максимум легкую шекотку. — Видел, конечно! — Большую часть, правда, состарил сам, причем до состояния мумий. Но будущий я точно однажды на такого наткнулся! Вломился в пещеру, чтобы убить её хозяина, всех доставших своими налетами, а тот уже сдох, причем сдох своей смертью, так и не сумев ни поднять себе уровень или физические характеристики, ни поглотить достаточно жизненной энергии из своих сожранных жертв, дабы подпитать ей до крайности могучее, но все же одряхлевшее тело. Причем эта скотина ещё и пованивала нещадно, поскольку изволила скопытиться от инфаркта почти за неделю до визита очень сердитого на этого конкретного владыку неба хрономанта. Вот чего потом с таким «подарочком» следал — уже не помню… — Я вообще много чего видел! — Значит, и опыт воспитания детей имеешь? — Обрадовалась Эва, даже разворачивая голову к своему седоку, благо длинная драконья шея позволяла проворачивать и не такие фокусы, а в воздухе за дорогой можно было особо не следить, так как вероятность столкновения с какой-нибудь преградой минимальна. Ну, если птиц не считать…Только вот пернатые от одного из владык неба сами в разные стороны на максимально возможной скорости разлетались. — Ну, как бы имею но…Негативный, очень негативный, — я аж всем телом передернулся от воспоминаний об одном из самых страшных своих снов. Том, где свои вдруг оказались чужими. — Настолько негативный, что пришлось убивать тех, кого когда-то нянчил…И, то, что они к тому моменту давно превратились в полноправных владык далеко не самого маленького и никчемного клочка земли, не сделал тот день менее болезненным. Эва, не спрашивай меня больше об этом. Пожалуйста… — Не буду… — После долго, очень долгого молчания ответила моя любовница, и остальной путь мы проделали молча. Ясное прежде небо буквально за несколько секунд затянуло тучами, из которых хлынул проливной дождь. Уровень моря в затопленных руинах под нами повысился сразу метров на десять, подпитываемый водами близкого океана, которые внезапно потекли в гору. Ужас глубин решил на всякий случай приготовиться к бою, сделав окружающую среду максимально удобной и комфортной для масштабного применения гидромантии. Свившиеся кольца титанического змея, по которым теперь непрерывно стекала жидкость, в одну мгновение способная обернуться прочнейшим слоем дополнительной брони громко проскрежетали друг об друга со звуком, похожим на гром, когда монстр слегка изменил положение своей головы. Так, чтобы держать в фокусе своего внимания сразу и Убежище, наш приближающийся по воздуху дуэт. Подобно большинству опаснейших хищников, не слишком заботящихся о том, кто там может к ним подкрадываться с флангов, он имел довольно ограниченный угол обзора, поскольку оба громадных глаза на его морде были предназначены для того, чтобы смотреть строго вперед, на потенциальную добычу. А именно ей для него мы и были, а потому нам осталось только одно. Спровоцировать этого могущественного, жадного и привыкшего быть альфа-хищником урода на атаку. Наиболее стремительную, решительную и мощную атаку, на которую он только мог быть способен. — Да пошел ты, злобный тиран! Я на такое не подписывалась! — Я полетел кувырком, когда Эва внезапно каким-то неуловимо ловким движением буквально вывернулась из-под меня, сбрасывая своего всадника, а после на максимальной скорости устремилась прочь, громко хлопая крыльями. — Сам разбирайся с этой морской жутью! Надеюсь, он тебя сожрет! Пара секунд лихорадочного кувыркания в воздухе сменилась плавным парением со стабилизацией в пространстве, после того как был задействован полетный артефакт, предусмотрительно положенный в один из карманов одежды, поверх которой и были позже нацеплены доспехи. — Горшомарукарт Мудрый! Я пришел договориться! — Громко крикнул я во всю мощь легких, смотря прямо в огромные зеленые глаза морского змея, с интересом наблюдающим за устроенным прямо перед его мордой представлением. Нас с ним сейчас разделяло где-то километра полтора. Ну, то есть прилетевший чуть ли не прямо в пасть чудовища человечек оказался от мифического монстра в шаговой доступности, и его органам чувств ничто не помешало оценить фальшивое ядро мифического древня, которое я извлек из пространственного хранилища, дабы показать монстру. — Помоги мне уничтожить моих врагов, и ты получишь сокровище, что воистину тебя достойно! ---------- Глава 12 Глава 12 Крупная рубинового цвета сфера, неярко светящаяся изнутри, покоилась в моих руках, буквально источая магию и просто умопомрачительные запахи, заставляющие думать не то о ни капельки не конфликтующего с собственной дуалистической природой гибриде шашлыка и мороженного, не то о свежих спелых арбузах, только сорванных с грядки и фаршированных копченой колбасой…Нет, серьезно, даже настоящая пахла чуть слабее, а теперь при взгляде на неё создавалось впечатление, будто бы уничтоженный древень свои корешки уже в ряды небожителей потихоньку протягивать собирался! При изготовлении этой обманки мы с Клаусом почти превзошли сами себя, и пусть на должном уровне она бы функционировала лишь в руках того, кто сожрал настоящее сердце, таким образом забрав его магию, ныне проецируемую в миру через настроенный специально на неё артефакт, по большей части сделанный из частей тела того же древня, только лишь чуть менее качественных, словно через своеобразную линзу. Эффект получался просто убийственный, из-за чего я теперь рисковал захлебнуться собственной слюной, даже прекрасно зная о том, что на самом деле под поверхностью нет пригодной для усваивания моим организмом концентрированной магии. Ну, чисто формально концентрированная магия-то там есть, но переварить её не получится. Взрывоопасные магические аномалии, которые одним своим существованием нарушают структуру реальности, а в относительно компактной и стабильной форме удерживаются лишь благодаря хрономантии, искусственно оттягивающей тот миг когда все это добро пойдет вразнос, они вообще плохо перевариваются. Причем не только людьми, но и мифическими монстрами. Даже какому-нибудь божку вероятно с подобного лакомства бы поплохело вплоть до необходимости не бежать сломя башку к доктору для небожителей, так срочно благословить своим внутренним миром ближайшие кусты. Я не мог прочесть мысли, вспыхнувшие сейчас в сознании морского змея по имени Горшомарукарт Мудрый, но мне этого и не требовалось, поскольку логика и инстинкты подобных тварей работали, в принципе, по одним и тем же схемам, в которых логика, эгоизм, привычка охотиться на доступную добычу и магические способности отлично дополняли друг друга. Эта вымахавшая сверх всякой меры рептилия, какой-нибудь более-менее равный ему краб или же мой старый знакомый Метай Мореход руководствовались практически идентичными поведенческими паттернами! Человек, у которого есть несколько легендарных артефактов, прибыл сидя на спине у дракона? Значит он сильнее и опаснее дракона. Дракон, который его стряхнул, чтобы броситься наутек, не выглядит особо крупным, могущественным и опасным по сравнению с ними и даже ощущается как-то послабее, чем всадник? Следовательно, этот излишне трусливый ящер однозначно всего лишь добыча и тот, кто его подчинил и поставил под седло, тоже добыча, только чуть более лакомая, пусть и более кусучая. Был бы человек сильнее, то подчинил бы себе кого-нибудь сильнее. Или его бы так просто не стряхнули с себя. С могучим и опасным владыкой вод говорят и торгуются, значит чего-то хотят, значит точно равны или слабее, поскольку сильные не договариваются и не торгуются, они берут или приказывают, да и вообще им помощь в уничтожении врагов вряд ли бы оказалась нужна. У человека в руках великое сокровище, которое им точно нужно, которое может сделать их сильнее, которое такой жалкий слабак или уж тем более подчиненный ему ещё более жалкий дракон точно не заслуживают⁈ Сожрать! Взять! Сию минуту! Сейчас! Немедленно! Покуда жалкий двуногий глупец его сам не съел, тем безвозвратно испортив! Вместе с ним сожрать, благо этот человечек, сильный лишь на фоне прочих человечков, абсолютно ничтожных,как раз приблизился на расстояние удара, и ничего не сможет противопоставить всеподавляющей мощи тела, разума и магии Горшомарукарта Мудрого! Если бы я не разгонял себя относительно нормального временного потока, то скорее всего просто не уловил бы того момента, когда неподвижный прежде как скала морской змей взял и прыгнул прямо на застывшую в воздухе приманку, распахивая во всю ширь свою отвратительную морду, куда могла бы пролезть не меньше десятой части Убежища. Свившаяся в несколько лежащих друг на друге колец титаническая громада, на фоне которой большинство небоскребов казались бы немощными былинками, не поднималась в воздух медленно и мучительно, словно стартующая с космодрома ракета! Нет! Выстреливая собой как распрямившаяся на сверхзвуковой скорости пружина он буквально прорезал собой пространство, кажется в самом деле имея некоторую связь с этим аспектом бытия, ведь я даже моргнуть не успел, а напоминающее по своим размерам горное ущелье пасть, из глубин которой мощно несло тухлятиной и едкими испарениями, способными за пару мгновений разъесть плоть обычного человека до костей без всякой активной магии, уже почти смыкалась над верховным главнокомандующим Конфедерации Маяк со всех сторон, заодно захватывая сотни кубических метров пустого пространства. Моргнуть не успел, а вот воспользоваться заранее сделанными приготовлениями, усилием мысли активизируя один из начатых перед отправкой на дело ритуалов, времени хватило. Как и то ли уронить, то ли зашвырнуть поглубже в глотку чудовища сферу фальшивого сердца. Реальность размылась и дрогнула, суживаясь до единой точки прошлого и топя в безбрежном океане возможностей потенциального будущего, а также альтернативно возможных временных линий, когда воды Реки Времени захлестнули собою самонодеянного хрономанта, чтобы растворить его навсегда между возможным и неслучившимся…Но бултыхаться в них помогало наличие якоря, точнее целой композиции из нескольких отдельных якорей, просто сгруппированных в одном месте. Они служили сразу же и путеводным маяком и веревками разной степени прочности и ухватистости, цепляться за которые собственной волей было не сказать, чтобы просто…Но возможно. И даже если одна или две из них выскальзывали из хватки моей магии из-за каких-то хаотических подвижек континуума, никогда не остающегося стабильным, то тогда можно было использовать иные, осторожно и вместе с тем неуклонно вытаскивая себя прочь. Причем не просто прочь, а точно в нужное время и в нужное место. С финальным усилием я вернулся в реальность и Река Времени отхлынула, оставляя меня точно там, где и надо было. В ритуальном круге на обзорной площадке, по периметру которого стояли многочисленные Клаусы, послужившие эдакими дополнительными якорями, необходимыми для самостоятельного бегства из пасти монстра. А если я не справился, они бы могли меня выдернуть, благо в хрономантии разбирались на должном уровне, но страховка все-таки не потребовалось, чему оставалось только порадоваться. Чуть дальше, за защитными барьерами, нужными на случай неконтролируемого выплеска энергий, находились зрители сегодняшнего бесплатного представления, к которым вот-вот собиралась присоединиться заходящая на посадку Эва. Целая и невредимая к немалому моему облегчению, разве только слегка запыхавшаяся, ибо двигалась обратно в безопасное место она на таком форсаже, который даже дракона, усилившего себя за счет расходования запасов жизненной энергии, мог за считанные секунды измотать. Челюсти Горшомарукарта Мудрого сомкнулись на сверхзвуковой скорости с таким громким лязгом, что в Афинах наверняка бы все стекла вылетели, если бы там хоть одно ещё осталось. А после его тело, ранее вытянутую в струнку и летевшее к цели подобно самой большой в мире ракете, плюхнулось обратно в полузатопленный город, пару десятков зданий собою раздавив и, кажется, даже не заметив этого. — Приятного тебе аппетита, гадина! — Пожелал я морскому змею, на чуть подрагивающих ногах переходя в соседний ритуальный круг. Тот, который был составлен с таким расчетом, чтобы максимально облегчить возвращение в прошлое свое состояние уже не меня, а одноного конкретного магического предмета. Того самого, что сейчас находился где-то внутри морского змея, замершего с крайне сосредоточенным и напряженным выражение свой ужасной морды, свидетельствующей то ли о внезапной дефекации у мифического монстра, то ли о его же напряженной умственной деятельности. Скорее все-таки последнее. Тварь уже явно сообразила, что случилось чего-то не то, поскольку не ощутила ни чарующего вкуса сердца древня, плюс-минус равного ему по силам, ни даже маленького но тоже вполне себе симпатичного сухарика в виде бронированного человечка легендарного ранга с соответствующим обвесом, который бы в желудке подобной жути тоже запросто переварился полностью и без остатка. Однако куда они подевались, сей ужас глубин пока сообразить не мог. И чего все это значит — тоже. — И чтоб ты подавился! Мое пожелание исполнилось буквально через полторы секунды, когда лишенной стабилизирующего воздействия и оказавшееся в агрессивных условиях внешней среды фальшивое сердце древня наконец-то долбануло. Чешуя исполинского морского змея примерно в сотне метров от его головы вспучилась изнутри, раздираемая неконтролируемым выплеском магической энергии, состоящим частично из кинетического удара, а частично из взбесившихся частиц Реки Времени, которые я в ту сферу очень долго и старательно запихивал. И именно они вырвались на свободу первыми, обгоняя такую банальную и чисто физическую вещь, как ударная волна. Некоторые чешуйки, каждая из которых была размером с танк и примерно такой же прочности, если бы оный танк представлял из себя цельнометаллическую болванку, резко постарели и стали ломкими, некоторые напротив, уменьшились и вернулись к тому состоянию, когда Горшомарукарта Мудрого от обычных морских чудовищ особо ничего не отличало. Кое-где они треснули или вообще осыпались прахом, не выдержав подобного диссонанса. С плотью, укрытой под ними, произошли примерно те же самые изменения, дополненные тем, что какие-то мускулы сокращались и гнили в силу своего возраста, а какие-то расслаблялись, словно молодея и становясь слабее. Попавшее под столь необычное воздействие мясо рвалось как истлевшая простыня, когда оставшиеся здоровыми ткани конвульсивно вздрогнувшего морского змея потянули в разные стороны. А потом по уже поврежденной шее мифического монстра изнутри ударил взрыв, плюс-минус равный детонации какого-нибудь специализированного противобункерного боеприпаса. Струи темно-алой крови, напоминающие работу пожарных гидрантов, брызнули из шеи морского змея в десятках мест сразу…И сопровождались оглушительным шипением, полным не столько боли, сколько злости. Горшомарукарт Мудрый наконец-то сообразил, что был самым наглым образом спровоцирован и обманут. Возмутился отсутствию кормежки таким из себя питательным сердцем древня и несколько менее привлекательным мной. И даже догадался о том, кто в этом виноват, в бешенстве поднимаясь на своем хвосте и впившись кипящим от ненависти взглядом в летающую крепость. Раны на том, что у человека и прочих существ должно было бы называться верхней частью шеи? Ну, да…Раны были. Многочисленные и рваные, напоминающие след от удара громадной зазубренной дубиной, но в принципе не особо значительные, для существа его масштабов, обладающего просто феноменальным запасом выносливости и жизненных сил. Льющиеся оттуда реки крови для подобного чешуйчатого титана являлись скорее каплями. да и капли эти на глазах уменьшались, поскольку регенерация, возможно подстегнутая каким-то навыком или пассивным свойством, уже брала свое, и разорванная плоть смыкалась, нарастала пластами, покрывалась новенькой свежей чешуей, вряд ничуть не уступающей той, которая защищала от угроз остальное его тело. — Кха-ш-шааа! — Оглушительно прошипело чудовище, сплевывая кровавой слюной на ближайший остов здания, из-за чего тот остов немедленно рухнул и начал плавиться, как кубик сахара, на который вылили стакан обжигающе горячего чая. Его тело снова свиваться в несколько колец, явно готовясь для нового прыжка, которым подобный монстр мог покрыть сотни, а то и тысячи метров. — Жалкие сухие креветки! Я буду варить вас живьем и есть живьем! Есть — медленно! Вода, которой в Афинах было много, стремительно хлынула вверх, покрывая тело мифического чудовища броней, ещё больше увеличивающей его размеры. И пусть она состояла из жидкости, но больше чем уверен, прорвать её не сумел бы и артиллерийский обстрел из орудий старого мира.А кроме того десятки потоков, напоминающих собою щупальца, рванули от затопленного города вперед и вверх, намереваясь дотянуть до Убежища и то ли притянуть его к земле, то ли просто придержать, пока Горшомарукарт Мудрый готовится к нам в гости запрыгнуть…И тут я активировал ритуальный круг, рядом с которым стоял, направив в него поток магической мощи, служащий не столько для выполнения поставленных задач, сколько катализатором уже начатых процессов или скорее путеводным огнем, показывающим начавшей изменяться реальности каким должен стать конечный результат. В конце-то концов, зачем нужны мощные магические накопители, если ими не пользоваться? И при создании этой волшебной фигуры было использовано столько мощных магических накопителей, сколько только сумели впихнуть профессионалы в лице меня и Клауса, однажды встряхнувшие само мироздание. Может по нашим меркам батарейки, набранные в качестве трофеев, изготовленные из подручных средств или даже купленные через обелиск и были товаром не первого сорта, и даже не второго, а так, каким-то хламом посредственным…Но даже полный неумеха с такой поддержкой мог бы срыть настоящую гору, пусть даже выгорев в процессе и обломками той самой горы поубивав кучу народа в радиусе пары сотен километров. Только вот неумехой я точно не был и при помощи целого океана доступной энергии заставил само сущее поверить в то, что фальшивое сердце древня, то самое, которое было нестабильным, готовым рвануть от малейшего чиха и под завязку наполнено моей силой…Что оно все ещё существует. За мгновение до взрыва. Точно там же, не существовало в прошлый раз… — Кхаш! – Подавилось собственными словами и кровью мифическое чудовище, видимо собиравшееся сказать нам ещё что-то насчет нашей неизбежной гибели, когда в его глотке оказался второй гибрид крупнокалиберной бомбы с нестабильной хроноаномалией. Вновь распадалась на части чешуя, от которой бы отскакивали пули и противотанковые ракеты, вновь рвалась его практически неуязвимая плоть, что сама по себе превосходила по прочности какой-нибудь там идущий на изготовление бронежилетов кевлар, вновь брызнули во все стороны реки крови морского змея, на сей раз оказавшиеся, кажется, немножко больше чем раньше. Ведь пусть его шея восстановилась за считанные секунды, но совсем уж идеальным это восстановление оказаться не могло. И способная выдержать как бы не попадание баллистической ракеты запределельно мощная водяная броня ему абсолютно ничем не помогла, более того, на истончилась и участками стекла обратно вниз, на город. Во-первых, защищала она ведь снаружи, а не изнутри. А во-вторых, энергетика Горшомарукарта Мудрого от детонации фальшивого сердца испытала серьезный дисбаланс, ибо сложно удержать концентрацию, когда твои чары вдруг начинают сбоить местами резко увеличивая энергопотребеление, якобы проработавшее в разы дольше чем казалось, а местами вообще получая дыру, поскольку там и тогда их вроде бы никто и не творил… — Что ты… Кхаш! ---------- Глава 13 Глава 13 Для любого кроме меня использованная тактика выглядела бы дикой, невозможной, нелепой! Примерно как попытка забить врага насмерть атомной бомбой или же конвоирование его в открытый космос. Нет, это в общем-то сработает, тут никто спорить не будет…Но и заниматься такой бессмысленной ересью никто не будет тоже! Обычно восстановление взрывного устройства, зелья или одноразового артефакта при помощи хрономантии было настолько опасным, энергозатратным и невыгодным в плане сил и ресурсов, пошедших на изготовление материальных компонентов для ритуала, что теоретически имеющие шансы обмануть мироздание и заставить реальность выплюнуть дубликат желанного объекта маги времени просто шли в магазин за заменой нужного им предмета. Только вот я обычным хрономантом не являлся даже близко, а потому стереть самого себя с ткани бытия не рисковал. Если же речь шла о действительно могучих предметах, то стоимость их заказа у какого-нибудь легендарного мастера из легендарных же ингредиентов по его легендарным расценкам уже начинала более-менее соответствовать волшебству подобной мощи. Плюс созданный мной ритуальный круг, специализированный для одной конкретной школы магии, более того, для одного конкретного то ли заклятия, то ли ритуала позволял снизить невероятно огромные затраты энергии до просто огромных. Тщательная настройка на фальшивое сердце древня, сделанного из тех же материалов, которые пошли на формирование волшебной фигуры, уменьшило их просто до больших. А те в свою очередь почти целиком легли на накопители. Фактически если сравнить созданную мной систему чар с техническим устройством, то на ум приходил какой-то антикварный автомобиль времен первых самоделок, сделанных разными энтузиастами. Повозился как следует собирая эту фигню из чего придется, крутанул вставленную куда надо ручку с десяток раз, запрыгнул на водительское место, пока твой рыдван тебя же не переехал и рули себе куда надо, лишь иногда отвлекаясь на то, чтобы подкорректировать маршрут. После второго внутреннего взрыва тянущиеся к Убежищу водяные щупальца замедлились и истончились, одно из них так и вовсе полностью опало хлынувшим на город безвольным потоком. Внезапно получивший тяжелую травму шеи морской змей был подобен архимагу, столь же внезапно получившему пинок по яйцам металлическим сапогом с поведенным к нему электричеством. Даже если жизни такой удар вроде как не угрожает напрямую, концентрацию ты попробуй сохрани! Но он все-таки был силен, опытен, могущественен, по-настоящему велик! Даже в такой ситуации он по большей части справился! Начавшая было рассеиваться водная броня быстро восстановилась, став ещё более толстой и объемной, видимо под влиянием боевого опыта или инстинктов монстр рассудил, что собственное выживание важнее, чем атака находящегося в воздухе объекта…В девяти случаях из десяти он бы поступил верно. Может даже в девяноста девяти случаях из ста. Но конкретно в этой ситуации ему помочь не могла ни самая лучшая защита, ни личный бункер. После третьего моего удара рана, которая так и не успела зарасти, ещё больше расширилась, и теперь уже Горшомарукарт Мудрый мог похвастаться не легкими травмами шеи, а натуральным перерезанным горлом! Да, мифический монстр был чудовищно силен, прочен, живуч и все тому подобное…Но три последовательных атаки в одно и то же место, каждая из которых могла бы сравнять с землей какой-нибудь маленький замок, выдержать без последствий не мог даже подобный исполин, от брони, клыков и гидромантии которого в настоящий момент не было абсолютно никакого толку. Решив будто «я» все ещё нахожусь где-то у него внутри и продолжаю злобствовать вовсю, раз за разом выдавая свою лучшую атаку, Горшомарукарт Мудрый не нашел ничего лучше, чем выгнуться дугой и попытаться выхаркать того мелкого злобного человечка, которого он вроде как проглотил, и который видимо делал ему так больно! Тошнило его долго, обильно, едкой-едкойкислотой, которая была тяжелее воды, а потому скапливалась в одном месте и прогрызла в земле Афин нехилых размеров котлован, куда получилось бы какой-нибудь маленький стадион спрятать. Я мысленно поаплодировал его сообразительности и нанес ещё два удара, на сей раз чуть сдвигая область воздействия возникающей благодаря моей воле и магии аномалии. Убедить реальность в том, что фальшивое сердце долбануло парой сотен метров левее или правее места своей первоначальной детонации было сложно…Но опять же, не невозможно. Во всяком случае для меня и при имеющихся запасах энергии, бывших не то, чтобы совсем бездонными, но покуда опустошенными едва ли процентов на двадцать-двадцать пять. А на шее мифического морского чудовища уже появилась рана таких размеров, будто обычную змеюку кто-то не слишком умело рубанул топором или может быть шашкой с явным намерением обезглавить. Задуманного не добился и даже позвоночник не перешиб, но тем не менее обычное пресмыкающееся от подобной травмы точно бы отправилось куда-то в страну вечной охоты для холоднокровных, пусть и не совсем сразу. Прекратив пытаться выплюнуть из себя то, что его убивает после пятого внутреннего взрыва, Горшомарукарт Мудрый вместе со всей окружающей его водой на миг засветился белым, заодно покрываясь льдом. Потом синим, если не ошибаюсь на сей раз он насытил себя и окружающее его пространство энергией эфира. На смену тому пришло гнилостно зеленое сияние смерти, как-то плавно перешедшее в мягкий изумрудный оттенок жизни, от которой на значительной площади Афин немедленно выросли водоросли, окрасившие воду… Впрочем, просуществовали они недолго, вскипев вместе со всей окружающей влагой. Последовательно перебирал все доступные ему хотя бы в теории виды энергии, а заодно изображал из себя новогоднюю гирлядну, морской змей не просто так, а в попытке избавиться от внутренней угрозы или хотя бы нащупать её наконец, а после вырвать с мясом, пусть высокой ценой, но избавившись от вцепившейся в него чужеродной магии. Только сложно найти готовую долбануть как следует хроноаномалию между теми неуловимо краткими мгновениями между тем, когда её ещё нет и когда её уже нет. И навыки по постановке помех для течения Реки Времени, через которую я работал, достаточно специфичны, ведь грубая сила против воздействий оттуда в принципе не поможет, как и целый океан стихийных энергий. Не удивлюсь если на планете Земля сейчас находится лишь два волшебника, способных на такое, причем одного из них вижу в зеркале, а второй — Клаус. Моя аура от пропускаемых через неё потоков энергии уже начинала болезненно ныть, но я мог выдержать много, много больше, а потому в шестой раз шея мифического монстра подверглась сначала безжалостному действию времени, пущенного вразнос, ну а затем и ударным нагрузкам. Из облаков над моей крепостью хлынули потоки воды…Точно на Убежище хлынули, в объеме, который не мог быть естественным. Крупнейший из них попытался обернуться чем-то вроде торнадо, а бьющие в защитный барьер капли получили энергию выпущенных из огнестрельного оружия пуль…Но экстренно произведенная седьмая атака сбила мифическому монстру всю его концетрацию. Как тут сконцентрируешься, когда уже позвоночный стол, местами поврежденный, атмосферному воздуху открыт⁈ В результате пущенная им в дело магия резко потеряла в эффективности, и магический катаклизм сменился обычным ливнем, переходящим в легкий дождик, не сумевшим даже наблюдающих за моей работой слегка увлажнить благодаря заранее принятым мерам предосторожности. Горшомарукарт Мудрый, который уже даже кровью нормально плеваться не мог, ибо слишком много крови у него через ещё больше увеличившуюся дыру наружу вытекало, судя по всему сообразил — так дальше продолжаться не может. Ещё чуть-чуть и ему враг, которого даже найти не получается, тупо отпилит башку, а потому мифический монстр пришел к довольно однозначному выводу, что сегодня ну вот совсем не его день. И поступил он так, как от него и ожидалось. Стрелой, а вернее огромнейшей сверхзвуковой ракетой, исполинское чудовище метнулось в сторону открытого моря, некоторые здания огибая, а некоторые просто тараня собой и разбивая на куски. Собственно у него оставалось два варианта: атаковать летающую крепость или же попытаться спастись бегством. Первый был рискованным сразу по нескольким причинам. Монстр не умел плавать в воздушном океане, а дистанционными атаками при помощи гидромантии хоть и владел, но были они в его арсенале сугубо вспомогательным оружием, сильно не дотягивающим до мощи клыков, способных пронзить даже бога или тела, способных внутренности какого-нибудь совсем уж хлипенького небожителя выдавить как зубную пасту из тюбика. Он наверняка мог каким-нибудь образом чувствовать силу защитных барьеров Убежища или хотя бы о ней догадываться, а также точно видел нашу артиллерию. И кроме того среди зрителей, столпившихся сейчас было множество обладателей довольно сильных классов, в том числе легендарных. Нашу общую силу любящий закусить человечиной урод не знал, но за время своей очень долгой жизни в Бесконечной Вечной Империи не мог не сталкиваться с людьми, способными даже такому как он сделать больно плохо не по-одиночке, так хотя бы толпой. Особенно если атаковать заранее подготовленные к этому позиции, которые между прочим подготовлены были. А если что-то убивает его само по себе сейчас, то при поддержке армии и орудий оно точно станет убивать его быстрее, надежней и качественней! Возможно, он мог бы парящую скалу сокрушить, но ведь он уже был ранен! Серьезно ранен! А значит, если полезет в драку, почти наверняка бы сдох! И не имелось у него никаких гарантий, что уничтожение Убежища остановит те удары, которые ему с каждым разом сложнее переносить! Вдруг это тоже обманка как тот человечек, который должен был оказаться переварен в его желудке? — Расстояние тебе не поможет, гад мокручий, — хмыкнул я, слегка выдыхая, но тем не менее продолжая готовиться к новому воссозданию нестабильной аномалии. В восьмой раз это уже было проще, чем в первый, заметно проще. Время для одного конкретного мифического монстра колебалось так часто, что создалась своеобразная амплитуда, которую я использовал в своих целях, просто не давая сей метафизической субстанции успокоиться и устаканиться. — Хоть на противоположенный конец земного шара свали, я тебя и там достану, ведь для хрономантии оно не имеет такого уж принципиального значения, там используется совсем другая система координат. Девятый, десятый, одиннадцатый, двенадцатый и даже тринадцатый удар прошли тихо, размеренно, спокойно, без каких-либо нервных потрясений и огонька. Примерно как работа артиллерии с закрытой позиции, даже если ты не видишь результата своих действий, это отнюдь не означает, что его нет. Я уж начал думать, что так и добью себе спокойненько Горшомарукарта Мудрого и единственной нашей проблемой будет выловить его труп из той толщи океана, куда бы эта тварь забилась в надежде скрыться или хотя бы противостоять чужеродным чарам за счет мощи столь близкой ему жидкой стихии…Но, как оказалось, у гигантского морского змея на этот счет имелось все же свое мнение, а также козырная карту, которую он приберегал на совеем уж крайний случай. И использовать на мелководье типа Афин, скорее всего, просто не мог. В нескольких десятках километров от города вода вспухла горбом, который стремительно возносился все выше и выше, одновременно разрастаясь в размерах. Считанные секунды потребовались, чтобы со стороны моря на город стала накатывать невероятно мощная волна-цунами, достигающая высоты шестиэтажного дома…А потом её ширина стала сокращаться, а вот высота, напротив, увеличиваться. Венчал же эту конструкцию, в итоге ставшую напоминать какой-то клинок одного из морских богов, Горшомарукарта Мудрый. И теперь его голову с шеей соединял ледяной воротник, не дающий этой самой голове отвалиться под собственной тяжестью от остального туловища, которое бы без неё сдохло, несмотря на всю его мощь. Возможно, по меркам людей этот угорь-переросток был не слишком-то и умен, однако же определенный интеллект и смекалка у него наличествовали. И никто не мог отрицать, что в гидромантии он являлся большим профессионалом, пусть и всего лишь за счет количества доступной ему магический энергии. Да, мастерство этого монстра до какого-нибудь архимага явно не дотягивало, но кому какая разница, если у него имелась возможность снести прибрежный город не одним чихом, так по крайней мере за несколько минут целенаправленного прикладывания усилий. — Если эта волна до нас доберется, то щит Убежища не выдержит. И маневрировать бесполезно, она движется в несколько раз быстрее чем крепость, да и запас высоты километра два. — Спокойно заметила Светлана, как-то незаметно оказавшаяся рядом. — Сама скала-то после такого удара уцелеет, то некоторые постройки точно обрушатся…Мне вмешаться? — Подожди ещё пятнадцать секунд, — процедил я сквозь зубы, концентрируясь для того, чтобы прыгнуть выше головы, да ещё и в прыжке оттолкнуться ногами от воздуха. Фигурально выражаясь, конечно, ведь уничтожить такую цель иначе как при помощи в очередной раз воссозданного фальшивого сердца при нынешних инструментах и возможностях без посторонней помощи просто не представлялось возможным. До того момента, когда вытянувшееся в подобие клинка цунами дотянулось бы до Убежища, заодно забросив к нам в гости Горшомарукарта Мудрого, оставалось секунд сорок-сорок пять. И половины минуты пиромантке мифического ранга хватит с лихвой, чтобы выдернуть из-под стойкого на рану мифического монстра его опору, отбив её в сторону или банально испарив. Добить же подранка после этого точно проблем не доставит, у него уже сейчас голова должна держаться то ли на честном слове, то ли на соплях… Магия, жизненная энергия, воля и самая моя суть сплелись воедино, выжимая все возможное из накопителей, что рывком отдали все оставшиеся в них запасы энергии и лопнули от перегрузок, из магического круга, буквально аннигилировавшего от пропущенной через него мощи и чуть было меня самого одновременно не стершего с ткани бытия, и, конечно же, из себя самого. Река Времени уже не один раз бурлила и нарушала свое обычное течение, раз за разом воссоздавая готовый к разрушению объект, но моя воля заставила её буквально вскипеть, проделывая вроде бы все то же самое, но гораздо, гораздо быстрее! Пять разделенных лишь мельчайшими долями мгновения хроноаномалий и внутренних взрывов произошли там, где когда-то находилась шея исполинского морского змея. В несколько разных местах произошли, пусть и очень близких, пусть даже сдвинуть их получилось вообще уж каким-то запредельным усилием, от которого мир окрасился в красный по причине лопнувших в глазах сосудов, из носа хлынул поток крови, сердце попыталось остановиться, а протянутые к магической фигуре руки частично осыпались прахом, что было просто дико больно! — Ургххх! — Вырвалось у меня сквозь плотно стиснутые зубы, несколько из которых вроде бы треснуло или вообще сломалось, что на общем фоне запредельной агонии, впрочем, лишь едва чувствовалось. Но Горшомарукарту Мудрому пришлось хуже. Ледяной воротник его разлетелся громадными сверкающими осколками, пусть даже подобный массив замороженной воды, наверняка упрочненный гидромантией до абсурдных значений прочности, мог бы пережить все кроме забуренной прямо в этот защитный айсберг ядерной бомбы не самой малой мощности. А за ним была уже не плоть, а большая-большая дырка, за которой находился серый туман искаженного времени, ведь сразу пять хроноаномалий, частично наложившихся друг на друга, не могли не породить возмущений в ткани бытия, как не могли бы не породить кругов камни, брошенные в воду. И ещё взгляду открылось совсем немного измочаленного, кровоточащего мяса вместе с покрытыми трещинами и сколами костями, что прямо сейчас рвались на части, поскольку источенный безжалостным временем скелет морского змея таких испытаний выдержать уже не мог. Мой удар, нарушивший сами правила реальности, все-таки не смог окончательно обезглавить мифического морского змея. Слишком уж велика была эта тварь и слишком прочна. Вероятно монстр даже мог бы полностью прийти в норму за считанные минуты — несмотря на ухудшившееся зрение было видно, как стремительно нарастает плоть, уменьшая губительную, казалось бы, рану. Однако после такой встряски Горшомарукарт Мудрый контроль над созданной им мега-волной не удержал, и под собственным весом громадный водяной клинок оплыл и разрушился, роняя исполинское пресмыкающееся с высоты нескольких километров прямо в затопленные Афины. Мордой вниз роняя, на огромной скорости. А притормозить свое падение гидрокинезом чудовище то ли не успело, то ли вообще не додумалось, поскольку раньше для него подобная встряска оказалась бы почти незаметна. Раньше, но не сейчас. Вписавшийся с размаху свой башкой в здание с на редкость прочным железобетонным каркасом, пережившим даже Конец Света, морской змей здание, конечно же, разметал на мелкие кусочки. Но и позвоночник его, надломанный и источенный в целой куче мест, таких нагрузок уже не выдержал, лопнув с гулким хрустом. Длинное гибкое тело, целое, невредимое, полное сил, взметнулось практически на сверхзвуковой скорости, на чистых инстинктах стремясь уйти то ли от боли, то ли от угрозы…И жалкие лоскутки плоти, все ещё соединяющие его с головой, этого уже не выдержали, лопнув от нагрузок. В результате большая часть Горшомарукарт Мудрого конвульсивно извиваясь и снося все на своем пути поползла в одну сторону, а меньшая, разевая пасть и отчаянно вращая глазами, полетела по навесной траектории совсем в другую. — Ну…Ладно… — Помолчав немного, хмыкнул я, устало плюхаясь прямо там, где стоял. Здоровым и чистеньким, ибо откатить себя пусть не к состоянию полной боеспособности, но к мигу предшествующему финальному мега-удару у меня вышло на одних рефлексах, причем без помощи каких-нибудь посторонних приспособлений. — Это вышло немного не так, как я задумывал, но тоже сойдет… — Не, ну чисто формально монстр ещё жив, — заметил Клаус, наблюдая за тем, как щелкает громадными клыками пасть морского змея, уже мертвого, но отчаянно отказывающегося это признать. Более того, башка Горшомарукарт Мудрого перемещалась в пространстве, двигая себя при помощи воды и явно желала бы воссоединиться со своим обезглавленным туловищем. Больше чем уверен, она могла бы прирасти, если её к измочаленным останкам шеи прижать и подержать немножко… — Он ещё может собраться с силами и попробовать устроить второй раунд. — Не такая близкая родня морские змеи гидрам, чтобы новую башку отрастить, — фыркнула Эва, заворожено наблюдая за агонией мифического чудовища, такого могущественного и такого бессильного. — Согласен, — поддержал я свою любовницу, наблюдая за тем, как корчащееся тело чудовища ползет в одну сторону, а вот башка пытается плыть по руинам в другую. Не сторого противоположенную, но градусов семьдесят там было…Видимо пока голова его летела по воздуху и кувыркалась, Горшомарукарт Мудрый слегка потерял ориентацию, а из нового, непривычно низкого положения толком в городе ориентироваться не мог, поскольку ему оттуда было плохо видно. — Да и вообще не думаю, что ждать нам осталось долго. Да, это весьма живучая тварь, но её мозг и без того уже сколько времени должен функционировать без нормального кровоснабжения, на чистой магии… Внимание подданный! Возрадуйтесь! В кратчайшие сроки после предыдущей своей единоличной победы над мифическим чудовищем вы вновь смогли совершить поступок, что должен войти в историю вашего мира отныне и во веки веков! И ваше имя теперь точно узнают в остальной части мультивселенной, причем не просто узнают — запомнят! Навечно или как минимум очень и очень надолго! Даже в необъятных просторах Бесконечной Вечной Империи далеко не каждый век появляются смертные, которые с полным на то правом могут похвастаться тем, что сразили не одного, а двух мифических чудовищ, чье могущество признавали все, включая богов и тех, кто стоит над простыми богами! Гордитесь! Ваша битва достойна послужить вдохновением для величайших бардов и примером для подражания великих героев, ведь способных потрясти своей яростью целые континенты врагов вы уничтожили быстро, безжалостно и не понеся особого вреда своему здоровью! Причем сделали это единолично или же с такой небольшой помощью со стороны, что её и упоминать смешно! Даже среди тех, кто по праву считается истинно бессмертным, таким деянием могут похвастаться очень немногие! Ваше могущество и удача настолько высоки, что практически недосягаемы! Небожители посматривают на вас с интересом, одобрением или опаской, но уж точно не безразличием и вполне допускают мысли, что однажды вы сможете решить для них какую-нибудь проблему, с которой им самим справиться будет сложновато. Или же станете одним из них. А может подсобите им с тем, чтобы слегка подкорректировать состав какого-нибудь недружественного пантеона… Получено достижение: Охотник на мифы Охотник на мифы. «Мифическое». Чудовища, угрожающие существованию великих городов и даже целых цивилизаций, для вас не более чем добыча. Да, могучая, да, опасная…Но ведь тем слаще одержать над ней победу, верно? Ну а все, кто ниже них, должны трепетать перед великим охотником и убийцей мифических монстров, равных которому в мироздании не так уж и много. Или же они столкнутся с вашим гневом, с гневом того, кто будет опаснее, чем любой другой их враг, покуда не достигший божественности. Внимание подданный! Получена большая имперская награда! Внимание подданный! Возрадуйтесь! За ваше деяние, воистину достойное зваться достижением мифического ранга, Бесконечной Вечной Империей вам дарованы навыки, которые обычно не предоставляются никому, кроме высших её аристократов и небожителей, ставших её вассалами! Бесконечное Вечное Хранилище (божественное). Разнообразные пространственные хранилища известны столько же времени, сколько и сама магия пространства. Но то, к которому вы отныне можете получить доступ, находится настолько же выше них, насколько сама Бесконечная Вечная Империя больше какого-нибудь жалкого куска грязи, который можно пешком за один день обойти, но все же называемого суверенной территорией. Отныне и вовеки вы сможете поместить любой объект, который больше вас не более чем в десять раз и которого вы коснетесь, в Бесконечное Вечное Хранилище, заслуживающее зваться именно так, и никак иначе. Для оказавшихся внутри предметов или существ время не движется, и пусть пройдут десятки тысячелетий, но положенная туда горячей пища не остынет, а пленники — не заскучают. Размер его неограничен и, в теории, позволяет упрятать внутрь хоть целый мир, если вы сумеете разбить его на достаточно маленькие кусочки. Энергии на работу этого навыка требуется ненамного больше, чем на дыхание, ибо Бесконечная Вечная Империя берет сию ношу на себя! Аура Вечного Величия (божественное). Смертные и бессмертные заслуживают знать, насколько жеим повезло лицезреть вас! При активации этого навыка каждый, кто увидит вас лично или же посредством магии или неких технических приспособлений сможет осознать, насколько же он ничтожен по сравнению с вами! Неумение считать не помешает ему понять, во сколько раз или скорее десятков и сотен раз ваши характеристики выше, чем его, а отсутствие полноценного разума не станет препятствием для того, чтобы впечатлиться вашими достижениями и трепетать пред ними в ужасе и почтении! Разумеется, если вы не хотите кого-нибудь шокировать слишком уж сильно, то можете показать лишь часть своего могущества, сколь угодно малую… Гениальнейший хрономант. Уровень 32. Получен навык: «Хронокатаклизм». Хронокатаклизм (Мифическое). Очень опасно играть с самим Временем, куда опаснее, чем подчинять себе стихии или, скажем, дразнить своей собственной кровью стаю долго-долго голодавших оборотней. Однако пытаться разорвать Время на части, да притом во множестве мест сразу и так, чтобы последствия этого точно не сразу сошли на нет, это не просто опасно — это…Это настоящий катаклизм! Может быть не такой большой, как некоторые, но лишь потому, что вся его мощь оказалась сконцентрирована в одном месте, в том месте, где вы устроили настоящий хронокатаклизм! Явление природы, способное оставить в ткани творения рану, которая может не зажить вообще никогда и даже сами боги не факт, что смогут остановить начатое вами бедствие или полностью ликвидировать его последствия. Но что они вам столь безрассудное и опасное поведение не забудут — это точно! Гениальнейший хрономант. Уровень 33. Получен навык: ' Повторение чар'. Повторение чар (Легендарное). Обычные волшебники творят чары по очереди. Хорошие волшебники могут одновременно использовать два или может даже три заклинания. Вы? О, вы способны пустить в дело их больше, гораздо больше! Особенно если эти чары будут одинаковыми. Если они все же будут, то при желании у вас с совершенно возмутительной легкостью получится сотворить их столько, что все могут не успеть сосчитать…Ну, в том случае, когда останется кто-нибудь, чтобы их пересчитывать. Главное не исчерпайте себя до донышка и переживете откат, вернее откаты, много откатов! Гениальнейший хрономант. Уровень 34. Получен навык: «Власть над бытием». Власть над бытием «Мифическое». Есть правила, по которым существует само мироздание, а есть вы. И вы эти правила нарушаете! Не ищете в них лазейки, чтобы аккуратно обойти или использовать те в свою пользу и даже не проламываете грубой силой, а просто приказываете — и реальность вам повинуется. Не всегда, не во всех аспектах, но повинуется же! Такая власть над бытием не свойственна смертным, да и бессмертным с подобным заигрывать вообще-то не стоит, если они не хотят на своем примере узнать, как близко к ним может оказаться абсолютное небытие…Но она у вас есть. И вы есть. Пока есть… Гениальнейший хрономант. Уровень 35. Получено свойство: «Высочайшая устойчивость к магическому откату». Высочайшая устойчивость к магическому откату (Мифическое). Сотворение волшебства всегда ложится нагрузкой на энергетику, дух и саму душу мага, и вес этой нагрузки принято называть откатом. Эта усталость проходит далеко не сразу, а если слишком сильно переоценить себя, то можно запросто покалечиться или даже умереть…Но, скорее всего, можно это не вам. Ваша устойчивость к магическому откату по меркам Бесконечной Вечной Империи признана высочайшей! Целые гильдии одаренных не факт, что выдержат те же нагрузки, с которыми легко справитесь вы один. — Пожалуй, распродавать излишки змеиного мяса мы не будем, — хмыкнул я, пытаясь осознать список всех тех даров, которыми меня осыпала Система…И был он немножечко с подвохом. Да, теперь сама Бесконечная Вечная Империя согласна для меня поработать бесконечной кладовой, но кладовая эта будет работать лишь пока я нахожусь в её пределах. И пока верен ей. А в случае бунта или просто попытки выйти из-под охватывающих целые миры чар, контролирующих все и вся, предметы и существа, помещенные в такое удобное хранилище, станут недоступны. Да и навык демонстрации себя божественного ранга работает на том же принципе и нужен по идее лишь для того, чтобы превентивно призывать к порядку всяких герцогов и местечковых корольков, не говоря уж о обычных рыцарях, магах и городской страже, тем уберегая слишком жадных или агрессивных личностей от дерзости в адрес незнакомца и уменьшая для Бесконечной Вечной Империи напрасную трату ресурсов. — Теперь оно не пропадет… — А дублировать сердце или мозг этого морского змея ты сможешь? — Уточнил Клаус. — Про клыки я пока и не заикаюсь… — Надо конечно попробовать с каким-нибудь маленьким кусочком, но все же скорее нет, чем да, — расстроил я некроманта, который мог бы дубликаты данных органов использовать для усиления своих кукол, выводя тех на качественно новый уровень энергетического развития. — Я и ту фальшивую сферу-то после разрушения этого конкретного ритуального круга вряд ли восстановлю, а она ведь до жути нестабильной была, и для насыщения чужих аур своей энергией вот вообще не предназначенным…Придется подождать ещё немного. Скажем месяца два или три, ну в крайнем случае годик… — Подождем, — пожал плечами чернокожий колдун, переводя взгляд на тело мифического змея, которое все ещё дергалось, в отличии от головы, полностью и окончательно сдохшей. — Чего ж не подождать, ради бесконечного доступа к ресурсам мифического ранга-то…Да и заняться нам в это время найдется чем… ---------- Глава 14 Глава 14 Вытряхнув из пространственного хранилища все необходимое и в вооружившись до зубов, я внимательным взглядом окинул окрестности, проводя тщательную рекогсценировку. Солнце светило мне в спину, господствующая высота позволяла видеть всё, как на ладони, тысячи вооруженных топорами и баграми солдат находились на оптимальной дистанции: такой, которая позволяла рассмотреть их лица, но в то же время спасала от брызнувшей не в ту сторону крови или разлетающихся в разные стороны осколков. От темно-алой воды пахло сыростью и железом, вдалеке, где-то в километре отсюда, где располагались пограничные кордоны, шла стрельба…Судя по частому, сухому и достаточно громкому треску выстрелов в дело оказались пущены автоматические дробовики, которые расположенные в Лондоне мастерские теперь ежедневно извергали из себя сотнями, если не тысячами. Сделать их стволы на основе усиленных рунами труб было не слишком сложно, а в крупные гильзы алхимики могли утолкать вполне приличное количество пороха, уделывавшего большинство аналогичных составов старого мира как ракетное топливо керосин. В результате даже в руках обладающих относительно низкими уровнями непрофессионалов подобное оружие представляло огромную опасность для тех врагов, которые не могли похвастаться размерами слона, не умели защищать себя магическими барьерами и не обладали действительно впечатляющим бронированием. Удовлетворенно кивнув сам себе, я установил мольберт на более-менее ровном пригорке, кажется бывшем руинами какого-то дома, разложил кисти и краски на специальных выдвижных полочках и принялся зарисовывать процесс разделки мифического морского змея. Процесс этот был начат часов двенадцать назад, но в ближайшие несколько суток закончиться ему точно не грозило, несмотря на то, что каждый из орудующих топорами и баграми людей пару лет назад на Земле вполне мог бы сойти за сбежавшего из секретных лабораторий суперсолдата, ну или ожившего героя комиксов…Однако слишком уж длинным и толстым был Горшомарукарт Мудрый, веками или даже скорее тысячелетиями пожиравший все на своем пути и потому нажравший такие активы, которые даже армии Убежища вот так вот сходу переработать было сложно. Ну и прочность его тела тоже сказывалась. Чтобы подрубить и отодрать всего одну чешуйку от его мертвой туши требовалось в среднем человек пять, и уходило у них на это минут тридцать. А по степени жесткости мясо этого морского змея напоминало какой-то противоественный сплав титана с литым каучуком, из-за чего затупившиеся инструменты приходилось то и дело затачивать мастерам-ремесленникам. А сточившиеся под ноль или хотя бы до такого состояния, когда работать ими дальше просто невозможно — заменять. Линии разных цветов одна за другой ложились на холст, создавая быстро обрастающий деталями набросок. Далеко не везде я соблюдал фотографическую точность в изображении занятых работой людей или даже потихоньку меняющихся деталей анатомии поверженного монстра. Моей задачей было не увековечить момент во всех подробностях, но передать для зрителей сам дух этого события: деловитую, рутинную, повседневную спокойную работу, в которой внушающее некогда трепет могучее чудовище представители человечества разделывали на блоки и бруски, что в будущем станут основой для стейков… — Бальтазар, а чем ты тут таким занимаешься? — Раздавшийся сзади голос Эвы отвлек меня в тот момент, когда я в очередной раз решил слегка исказить реальность в угоду творческому замыслу. И нарисовал в левом верхнем углу картины нескольких вооруженных связками гранат и автоматическими дробовиками часовых, что отстреливали лезущих через установленные в воде сети заграждения крокодилов. Нет, часовые такие были! А также заграждения и, конечно же, прекрасно чувствующие себя в соленой воде крокодилы, от относительно мелких до таких, что могли бы сожрать небольшой автомобиль прямо вместе с пассажирами. Просто эти тяжеловооруженные работники пищевой промышленности располагались значительно ближе к морю, примерно километрах в двух от места расположения самой туши, останавливая лезущее к нам на бесплатный фуршет зверье на дальних подступах. Почти всегда — успешно. А если одуревший от запаха крови мифического зверя хищник мимо них все-таки прорывался, будучи готовым на все, лишь бы попытаться урвать свой кусок от павшего ужаса глубин, то за дело принимался Местер, кружащий в воздухе на своей виверне. И второго выстрела полуэльфу покуда ни разу так и не потребовалось. — Снимаю стресс, тренирую навыки, увековечиваю историю для потомков… — Третья причина была, по факту, скорее предлогом впервые за довольно долгое время взяться за кисть и краски. Весь процесс охоты на Горшомарукарта Мудрого был заснят видеокамерами с нескольких ракурсов, а потому ничего принципиально нового в этом плане картина бы не дала. Зато она действительно помогала мне успокоиться. И чтобы начать эффективно объединять свое мастерство хрономанта с собственными художествами мне сначала надо бы слегка подтянуть последние. Так, чтобы не было стыдно перед окружающими. И чтобы реальность было проще убедить поверить в нарисованную картинку как в истинную реальность… — В общем, наслаждаюсь честно заслуженным отдыхом! — Я хотела поздравить тебя с победой немного по особому, но охрана не пустила меня в твои апартаменты. — В голосе Эвы плескался сложный коктейль из раздражения, сожаления об упущенных возможностях, любопытства, подозрения и даже некоторой опаски. И слышать последнюю было ну очень неприятно. Почти также неприятно, как стук, без которого дракида теперь в гости не входила, хотя раньше подобной вежливостью себя никогда не утруждала, без предупреждения вламываясь ко мне своей частично одетой персоной в любое время дня и особенно ночи. — А ещё там почему-то активированы системы магической защиты на полную катушку… — Эти барьеры сейчас сдерживают древнее зло! — Патетически воскликнул я, откладывая в сторону кисть, сделанную из тщательно измельченных и разхломаченных волокон шкуры морского змея, чтобы взять иную, которой намеревался малевать текущую его огромной туши кровь. И окунул её в ту самую кровь, заранее набранную в специальную баночку, чье содержимое сейчас предстояло перегнать на максимально чистую эссенцию. — Ну, вернее не такое уж и древнее, скорее уж наоборот, только-только от мамкиной сиськи оторванное…Но аппетиты у этого пушистого засранца уже успели вырасти такие, что Горшомарукарту Мудрому впору! И пронырливость как у какого-нибудь короля воров, когда тот работает не за страх, а за совесть, о наличии которой у себя ранее даже не подозревал…Ты представляешь, поймал своего кота на кухне буквально в последний момент, перед тем как эта наглая усатая морда нырнула мордой вперед в жаркое, которое Нгиа поставил тушиться на трое суток… Идущий по духовной связи с фамильяром непрерывный заунывно-тоскливый мяв, в котором отсутствовали какие-то членораздельные слова, но зато отчетливо слышалась мольба о прощении и желание покинуть ставшие ему тюрьмой аппартаменты, раздражал…Очень раздражал. И скорее всего в ближайшие двое-трое суток обещал лишь усилиться, достигнув крещендо в тот момент, когда придет пора проверять, насколько хорошо вьетнамская кухня может справляться с мясом мифических монстров змеиного типа. Однако в своем решении я был непреклонен! Тень — наказан! И ни единого кусочка этого конкретного мяса не получит! И ведь объяснял же паразиту пушистому, что самая главная мышца в теле морского змея настолько плотная, что силу свою отдает крайне неохотно и почти не переваривается, словно какая-нибудь кора дуба. Заранее объяснял. При помощи пальцев и математики, которую мой кот уже отлично знает, показывал соотношение предполагаемой эффективности обработанного нужным образом жаркого, что под влиянием высокой температуры и нужных алхимических катализатором должно было размягчиться часиков за семьдесят-восемьдесят с попытками сожрать такой трофей сырым, лишившись где-то сорока процентов заключенной в нем магии…Однако фамильяр все равно не удержался от попытки проникнуть в строго запрещенную ему для посещения главную кухню Убежища. И не успел бы его схватить — сожрал бы все сам! Целиком! Наплевав на то, что оно его в десяток раз больше и потом у него точно будет болеть живот, а количество потерянных единиц характеристик хватило бы на то, чтобы раскачать первого попавшего крестьянина в машину смерти, голыми руками способную троллю морду набить! — Да, потерять такое сокровище, что может серьезно усилить даже бойца легендарного ранга, это было бы…Неприятно. — Облизнулась дракида, которой была обещана порция того самого жаркого. Как и остальному моему ближнему кругу, а также парочке гостей. Насколько точно можно будет разделить трофей для максимального эффекта станет ясно только после завершения процесса готовки, но думаю как минимум десяток человек по паре десятков единиц характеристик от подобного угощения получат, а может и что-нибудь дополнительное освоить сумеют. Лично я надеюсь на улучшение склонности к гидромантии — очень поможет с картинами, да и краски, опять же, станет куда удобнее разводить… — Слушай, Бальтазар, а может это сердце тоже стоило отдать на переработку обелиску? Как железы из мозга твари? — Алхимика, способного их обработать правильно или почти правильно у нас нет, и появится такой нескоро. А вот повар экстра-класса, что уже успешно пару раз приготовил легендарные блюда и точно шагнет выше, если обеспечивать его нужными ингредиентами — имеется. — Не согласился я с Эвой. — Может настоящий профессионал с более развитыми кулинарно-алхимическими навыками и мог бы из готовящегося жаркого выжать больше, вероятно даже в два-три раза больше…Однако Нгиа все-таки доказал свою преданность ещё когда вместе со всеми в Тренировочном Лагере по лесам бегал, достаточно патриотично настроен к интересам нашей планеты и активно старается передавать весь свой опыт остальным поварам и прочим кухонным помошникам. Позволить ему набить руку на сердце морского змея, чтобы в будущем не переплачивать нанятым специалистам и не рисковать с непроверенными кадрами, в долгосрочной перспективе банально выгодней. — А мне кажется, что в долгосрочной перспективе выгоднее было бы все же скормить все сердце целиком не тебе, так твоему коту, усилив его по максимуму. — Нерешительно заметила моя любовница, которая явно очень хотела бы попробовать это жаркое, когда то наконец-то будет готово…Но в то же время явно рассчитывала, что я буду оказывать матери своего будущего ребенка помощь и поддержку если и не вечно то как минимум очень и очень долго, а вот на остальное высшее руководство Убежища ей было чихать. Кое с кем, например с Изабеллой или со старейшиной гномов, она так и вовсе конфликтовала, пусть даже ограничиваясь лишь не особо оскорбительными язвительными репликами и без особого ущерба делу. — Тень в определенном смысле часть тебя, и усилить эту часть навсегда за счет ассимиляции части магии столь могучего существа было бы очень полезно… — Нет, тут ты в корне не права. — Помотал я головой, вновь меня кисть, ибо теперь намеревался начать работать с лицами тех человеческих фигур, которыми уже успел украсить свое полотнище. — В долгосрочной перспективе этому коту подобная трапеза пользы бы вот вообще не принесла, поскольку он уже ассимилирует магию существа куда более могучего…Мою! Я, в принципе, даже допускаю мысль от своей порции жаркого отказаться, если вдруг оно слишком уж сильно утушится… — Да ты что⁈ — Аж содрогнулась всем телом Эва выпучив глаза так, как способен вероятно только дракон, которому кто-то растолковал смысл термина «меценатство», и он впервые в жизни задумался о столь странной и противоестественной с его точки зрения концепицией. — Ты серьезно⁈ Но разве это не…Ну…Безумие? — Теперь я абсолютно уверен, что если меня раньше не убьют, то в кратчайшие сроки, измеряемые скорее годами, чем десятилетиями, будет достигнуто то состояние, когда материальное тело и всякие там очки характеристик с дарованными Бесконечной Вечной Империей особенностями строения энергетического тела или пакетами информации, позволяющими практически мгновенно освоить тот или иной трюк, особого значения больше играть не будут. — Кажется, мое безразличие к грядущей трапезе, которую любой король Бесконечной Вечной Империи немедленно признал бы вопросом государственного значения, меланхоличное пожатие плечами без отрыва от творческого процесса и абсолютное спокойствие в голосе шокировали её чуть ли не сильнее чем недавняя победа над мифическим монстром. — Нет, даже на таком уровне развития они все ещё остаются полезны но становятся больше…Хм…Надстройкой? Примерно как одежда, которая играет свою роль в повседневной жизни, но которую по желанию можно сменить или даже снять, обойдясь без неё. Для той же Светланы, как ты могла убедиться, уже сейчас параметр выносливости или силы не играет абсолютно никакой роли, поскольку она скорее воплощение пламени, чем материальное существо. А ведь пока она вернула даже не одну десятую того могущества, которое было ей когда-то доступно…У меня будет немного по-другому с технической точки зрения, но принцип — тот же… — И ты ещё говоришь, что не бог, — тихонько пробормотала себе под нос Эва. — Абсолютно точно не бог, — кивнул я, размышляя над тем, сколько всего людей мне изобразить на этой картине. Явно меньше, чем в реальности, поскольку солдаты облепили тушу морского змея будто муравьи закусанного ими насмерть ужа…И, тем не менее, даже несмотря на все свое количество они пока не успели добыть столько мяса и костей, чтобы заполнить склады Убежища. Лишь после того, как места там не останется, излишек будет отправлен в то хранилище, которым Бесконечная Вечная Империя так своевременно меня обеспечила. Все-таки человек смертен и, что хуже, внезапно смертен, даже если он самый великий хрономант из тех, кто есть в наблюдаемой части мультивселенной. И если я вдруг сдохну, ну или как вариант потеряюсь где-нибудь в иных измерениях всерьез и надолго, Система оставленными ей на хранение ценностями делиться с моими наследниками точно не станет. А лишить по собственной глупости защитников нашей планеты доступа к этому полезному, вкусному и прибавляющему им очков характеристик продукту было бы, мягко говоря, неприятно! — Иная сфера интересов, иной способ взаимодействия с мирозданием, иные сильные и слабые стороны…К слову, настоящих богов в Бесконечной Вечной Империи вообще днем с огнем не найти. Лишь подделки под них и те, кто возможно раньше и мог с грехом пополам претендовать на подобное звание, но ныне оказался настолько скован и ослаблен наложенными на саму его суть нерушимыми обетами, что является лишь тенью себя былого… Внимание подданный! Возрадуйтесь! Меньше чем за год войска, сражающиеся под вашим мудрым руководством, исполняющие вашу волю, переданную им через служащих вам офицеров или же действующие самостоятельно, поскольку для того, чтобы справиться со всякими повседневными делами или же мелкими угрозами, совершенно недостойными вашего пристального внимания, им никаких дополнительных приказов не требуется, уничтожили, захватили, принудили склонить голову и платить дань или же попросту разогнали не менее тысячи расположенных на территории вашей страны варварских поселений, бандитских лагерей или дикарских стоянок, где врагов, обладающих классами хотя бы выдающегося ранга, насчитывалось не менее десяти. Да, любому скопищу подобных врагов было далеко до настоящего города или хотя бы правильно организованного фортпоста, ибо обелиска Бесконечной Вечной Империи они не имели, как и не могли похвастаться своей принадлежностью к одной из признанных на официальном уровне структур…Но количество само по себе может считаться в некотором роде качеством. Особенно если это количество ваших врагов, которые врагами быть перестали или же просто перестали быть. Получено достижение: Бич недостойных Бич недостойных. «Легендарное ». Вы не терпите на своей земле отбросы, осмаливающиеся не признавать вашей власти. И те из них, кто не склонит голову пред вами или вашими солдатами, заплатят за свою ошибку ту цену, которая будет угодна вам, а не им. Они могут попытаться бежать от вас, прятаться в глубинах лесов или же пытаться отстоять свои грязные логова с оружием в руках, но успех им может сопутствовать лишь временный и лишь в том очень маловероятном случае, если вы на какое-то время окажетесь заняты чем-то более важным, чем эти ничтожества! Получен навык: «Нюх на нарушителей» Нюх на нарушителей ( Легендарное). Вы не любите, когда кто-нибудь нарушает те законы, которые вы от имени Бесконечной Вечной Империи установили в своих владениях. И когда их кто-то нарушает, то вы знаете кто! А также в каком направлении он от вас находится и как далеко. Как правило, второй раз нарушитель обладателей этого навыка уже не тревожит. И вообще не тревожит. Ну, разве только кладбищенских червей… Получена средняя имперская награда Легендарный варлорд. Уровень 39 Сила +1 Ловкость +1 Резерв +6 Контроль +3 Исток + 1 Чуткость + 1 Свободные очки характеристик + 5 — Однако…- Пробормотал я, осознавая свалившийся вдруг на меня внезапно подарочек. Впрочем, не так уж и внезапно, пожалуй. Скорее уж полностью закономерной, ибо варлорд, он ведь и лорд тоже, прогресс его владений — его прогресс. Да и успехи государства, в котором я числюсь верховным главнокомаднующим, тоже с точки зрения Системы не хухры-мухры, а вполне себе целевой вид деятельности для представителей данной профессии, который она не может не поощрить, если есть заслуживающие внимания успехи, ценность которых нельзя отрицать. Например массовую зачистку территорий площадью во много тысяч квадратных километров от враждебно настроенных элементов или же слишком хитрожопых нейтралов, отказавшихся и следовать законам конфедерации, и покинуть контролируемую нами территорию. Ну, или согласившихся для виду, но после пойманных на горячем и потому отнесенных в категории «противники» или «преступники» со всеми вытекающими из этого результатами. Теми результатами, которые меня устраивали, пусть даже о происходящих где-то далеко мелких стычках я знал только из переданных в виде статистики докладов, да и то не факт. Вооруженные силы конфедерации одним лишь Убежищем не ограничивались даже близко, каждый населенный пункт сейчас в обязательном порядке имел собственные силы самообороны, где-то меньшие, где-то большие…Но совсем уж шизанутые на всю голову пацифисты, принципиально избегающие оружия или криворукие трусы, не способные даже толпой отбиться от пары пьяных гоблинов с какими-нибудь ржавыми заточками, до нынешнего дня если и дожили, то исключительно в рабских ошейниках. И пока я и мои солдаты равняли с землей самые серьезные угрозы нашему молодому государству, ну и миру заодно, иные участники этого политического объединения занимались тем, чем занимался бы в их положении любой нормальный человек. Укрепляли свой новый дом, налаживали быт, договаривались со скитающимися по разрушенному миру группами беженцев или относительно коммуникабельными и малочисленными общинами чужаков, а также устраняли угрозы своему спокойствию, используя для этого произведенные в Лондоне боеприпасы, ну и банальное численное превосходство. Вот что будет делать более-менее здравомыслящая личность, которая в наши сложные времена получила власть благодаря своей компетентности и силе, когда узнает, что где-нибудь в полусотне километров от его дома обосновалась шайка из пары десятков дикарей-людоедов, ну или просто грабящих народ бандитов, пусть даже формально числящихся копьем какого-нибудь рыцаря, явившегося в новый мир с горсткой своих подручных, дабы завоевать себе немного жизненного пространства? Правильно, пошлет разобраться с ними солдат, человек сто. С ружьями, пулеметами, гранатами, минометами. Благо все это есть и даже не надо приберегать сей арсенал на случай совсем уж трындеца или разборок с соседями, поскольку никаких разборок с соседями вне судебно правового поля не будет. Боеприпасы продаются всем участникам конфедерации фактически по себестоимости в любых разумных количествах, а потому экономить на них — глупо. А к желающему помахать кулаками придурку не через неделю так через месяц явится государственная машина возмездия в виде летающей скалы с кучей дальнобойных артиллерийских систем и распылит горе-завоевателя вместе в с приближенными. И потому лидеры городков или даже деревень предпочитали решать появляющиеся у них проблемы быстро, эффективно и кардинально, чтобы не пропадал работающий на них и платящий им налоги народ, торговцы не меняли маршрутов своего движения, да и сами они не рисковали однажды проснуться от того, что какое-нибудь смертельно опасное мурло вломилось в их дом. Разумеется, если проблемы были относительно мелкими и посильными…Но если не были — им просто следовало сообщить по радио в ближайший из более крупных населенных пунктов. И в течении пары дней, ну максимум недели, оттуда бы прибыл отряд, вполне готовый немного пострелять, чтобы устранить угрозу согражданам, а заодно повысить себе уровень или хотя бы просто разжиться трофеями. ---------- Интерлюдия Суд и справедливость Интерлюдия. Суд и справедливость. Лагерь, возникший на руинах одного из погибших городов старого мира, напоминал по своему строению какого-то морского ежа. В роли растопырившихся во все стороны и изредка смещающихся туда-сюда колючек выступали сотни и даже тысячи живых мертвецов, в большинстве своем представленных ходячими скелетами, на которых не осталось ни грамма мяса. А вот «телом» этого образования выступало обнесенное невысокой деревянной оградой скопление из пары сотен домов, либо уцелевших в прокатившихся по планете катаклизмах, либо построенных на скорую руку для нынешних хозяев этого места и двух десятков длинных низких бараков, предназначенных для тех, кто день за днем разбирал руины, выискивая среди них ценности, что могли оказаться отправлены на телегах к располагавшемуся отсюда в паре дней пути обелиску. Тот принимал все: вытащенную из бетонных обломков арматуру, одежду, обломки мебели или грязные тряпки, осколки стекла, вышедшую из строя электронику…И платил за ненужный владыкам лагеря хлам довольно существенным количеством империалов, которые те с легкостью бы нашли куда пристроить. На небе, если хорошенько присмотреться, ещё можно было увидеть последние звезды, а некоторым людям сегодня уже предстояло умереть. И все же Сяо Фанг чувствовал себя удивительно хорошо как для того, чья смерть должна была состояться в течении ближайшего часа, ну максимум двух. Более того, бывший сотрудник одного из Пекинских зоопарков почти мог назвать себя счастливым человеком, несмотря на впивающиеся в руки туго затянутые веревки, боль в сломанной ноге, словно бы грызущий ребра изнутри живот, где уже два дня не было абсолютно никакой пищи и проклятых мух, то и дело опускающихся на его спину, толком не успевшую зажить после экзекуции у лагерного палача…Слишком уж ему нравились те чудные, практически божественные звуки, которые в данный момент раздавались со стороны жертвенного алтаря с примыкающей к нему кухней…Или это все-таки место разделки и приготовления тел было главным, а не посвященная кому-то из гоблинских богов здоровенная темная каменюка, поглощающая попадающие на неё свет и кровь? — Нет! За что⁈ Вы не можете! Я же служил вам! — Отчаянно вопил его бывший бригадир, которого гоблины подтаскивали к месту будущей казни, подгоняя смешками, пинками и тычками острого железа в спину и задницу. Не очень активно подтаскивали, давая обреченной жертве время как следует прочувствовать весь ужас её положения и возможность всласть поразвлечься публике в виде пары сотен жестоких зеленокожих коротышек, всегда готовых немного помучить свой будущий обед. Могли и не немного, но сдерживали себя, оставляя на человеческом теле лишь синяки и легкие, абсолютно не угрожающие жизни порезы, из которых вряд ли выступало больше двух-трех капель крови, поскольку их покровитель требовал себе вполне себе живых и более-менее трепыхающихся подношений. А за попытку «порадовать» его испустившей дух мертвечиной или какой-нибудь бьющейся в агонии жертвой инсульта мог содрать кожу с нерадивого последователя. По слухам один из учеников главного шамана лагеря именно так и помер в позапрошлом месяце, попытавшись обменять уже бьющегося в агонии старика на очередную порцию заемного могущества. — Я же здоровый! Я сильный! Я могу трудиться! За что-о-о-о⁈ — Возрадуйся! У меня сегодня праздник, ибо этой ночью моя любимая дочь напитала своей кровью и жизнью самого господина Жо Го, четвертого помощника секретаря генерала тридцать второй некродивизии, получив за это для своего благородного отца жетон врат несмертия! — Расхохотался в ответ начальника лагеря, один из самых маленьких зеленых коротышек, парадоксальным образом бывший также самым сильным, быстрым и опасным. Возможно даже опаснее шамана со всеми его учениками-поварятами. Сяо видел броневики каких-то то ли военных, то ли просто повстанцев, пытавшихся атаковать их лагерь, чтобы освободить рабов, а может просто перебить гоблинов, успевших основательно задолбать всех тех, кого они же ещё не успели поработить, убить или сожрать. — Теперь даже если я умру, но труп мой останется более-менее цел, то моя служба нашему великому королю продолжится, причем не особо-то изменившись! Рыцарем смерти я не стану ни слабее, ни глупее, и даже вкус вина да мяса не стану чувствовать хуже, чем сейчас! Сегодня великий день! Счастливый праздник! И ты, как самый жирный из людей этого лагеря, почти не имеющий мышц и полнящийся нежнейшим салом, разделишь его со мной! Мои солдаты пожрут твою плоть, славя мою щедрость, а твои кости будут служить нам, причем может быть даже куда продуктивнее чем сейчас! — Нееет! — Завыл бригадир, получивший свое место за то, что доносил гоблинам о том, какие рабы пытаются припрятать среди своих лохомтьев острые осколки железа, которые могли бы стать ножами и прочие ценности, какие поедают на месте выкопанные из руин консервы, конфеты или лекарства, благодаря своим герметичным упаковкам покуда не испортившиеся, какие нелояльно высказываются о их зеленокожих хозяевах…И за это он получал огромные привилегии! Его очень редко били, дозволяли собственноручно почти не работать и разрешали снимать пробу со всех тех объедков, которыми потчевали невольников, чтобы не сдохли слишком быстро. И, как оказалось, это всё была не плата верному лизоблюду и цепному псу, а всего лишь своеобразный откорм ходячего разумного деликатеса. — Этого не может быть! Вы же не варвары! У вас есть законы! Я невиновен! Я ничего плохого не сделал! Вы слышите⁈ Я не виновен!!! — То есть это не виновен⁈ — Округлил в притворном изумлении глаза начальник лагеря,покуда сотни его подчиненных буквально изнемогали от смеха, держась за животы, хватаясь друг за друга, чтобы не упасть, в исступлении катаясь по земле и хлопая по ней ладонью…Правда, Сяо казалось, что некоторые из них явно переигрывают, кривляясь настолько исступленно не столько по причине своего хорошего настроения, сколько в угоду своему командиру, сейчас изволившему шутить. — Да ты только посмотри на себя…На рабочем месте отсутствуешь! Внешний вид не опрятный! Смотришь дерзко и не осмеливаешься спорить с начальством, то есть со мной…И потому, своей властью я осуждаю тебя! Приговор — смерть на алтаре всемилостивого Безгграда Мучителя с последующей передачей твоего мяса, освященного его великой благодатью, на нужды доблестных защитников этого лагеря! Ну а кости пойдут ко всем прочим костям — работать на нас, раз уж живыми вы, рабы, так скверно себя ведете! Исполнение приговора — немедленно! Вот видишь? Мы не варвары! У нас всё по закону, мой дорогой друг, хе-хе, по нашему, самому правильному закону! — Нееет! — Жирное тело бригадира, казалось, утроило свои силы, начав дергаться в истерике так, что толкающие его к месте будущего жертвоприношения гоблины аж начали спотыкаться и падать…Но на помощь им немедленно пришло ещё десятка полтора зеленокожих коротышек и бывшего главного раба лагеря все-таки положили на жуткий камень, что каждый день принимал нового невольника и хорошо ещё, если всего одного, а не двух-трех или целый десяток. Несмотря на свои относительно скромные размеры эти нелюди могли сожрать удивительно много мяса, особенно если человеческого, которое они любили больше всех прочих, о чем ни капли не стеснялись громко заявлять! Ещё и стенали, что в этих краях им попадается удивительно мало нежных и вкусных детей, чьи тонкие косточки так забавно хрустят у них на зубах, а взрослые или тем более старики — это уже не то… Сгорбленный седой шаман, казалось состоящий целиком из морщин, но все равно вызывающий страх у всех обитателей лагеря, кроме его начальника, быстро и умело приступил к обработке очередной жертвы, брошенной на алтарь и словно бы намертво прилипшей к нему. С нечленораздельно воющего от ужаса и боли бригадира сняли кожу, причем вся кровь лилась исключительно на темную поверхность каменной глыбы, впитываясь туда без остатка, а после обреченного человека начали нарезать его маленькими кусочками в казалось бы случайном порядке, начав с пальцев рук и ног, каждого из которых хватало на пять-шесть отдельных ударов. Когда укорачивать стали уже сами конечности, то их обжаривали магическим пламенем, чтобы запечь вены и артерии, а заодно присыпали солью и перцем. Минут тридцать потребовалось на то, чтобы перед зеленокожим колдуном осталось одно лишь туловище, по идее давно обязанное сдохнуть от ужаса и боли, но благодаря его темной магии лишенное такой спасительной лазейки. Более того, этот теперь уже кусок мяса, в прошлом бывший человеком, не сдох даже после того как на свет начали появляться его внутренние органы, некоторые из которых оказывались приготовлены и нарезаны на порции прямо внутри тела. Звуки страдания и агонии, временами перекрывающие даже смешки и разговоры гоблином друг с другом, прекратилась лишь тогда, когда начальнику лагеря с поклоном преподнесли на искусно украшенной золотой тарелочке еще бьющееся сердце бригадира, покоящееся на серой мозговой ткани, выскобленной специальной ложечкой из вскрытого черепа где вовсю пульсировал мозг. — Ну а теперь, мои славные воины, вам пришла пора украсить это славное утро блистательной победой, над ненавидящим нас врагом! — Провозгласил отведавший свежего деликатеса зеленокожий коротышка, указывая прямо на Сяо Фанга, а также пяток его товарищей по несчастью…Или их все-таки следовало скорее счастливчиками считать? Ведь как бы ужасна не оказалась их смерть в бою, но по сравнению с участью покойного бригадира она могла бы считаться не более чем незначительным дискомфортом. — Пусть выйдут вперед молодые бойцы, желающие показать свою доблесть, сразившись в честном бою с этими непокорными бунтовщиками, каждый из которых намного сильнее и старше их! И тогда мой несравненный навык выдающегося ранга «Признание гладиатора» значительно повысит шанс того, что подвиг сей окажется замечен и оценен самой Бесконечной Вечной Империей! Кто-то за спиной Сяо Фанга громко сплюнул на землю, и бывшему работнику зоопарка оставалось лишь поразиться тому, что у этого человека ещё есть силы и слюна на такой показательный жест презрения по отношению к их будущим убийцам. А победить в «честном» бою шансов у них не было. Ну, почти. Какая-то астрономически низкая вероятность сохранялась, ведь дожидающиеся сейчас своих последних минут рабы не были сломлены ментально и действительно очень хотели убить своих пленителей. И их бы перед началом схватки даже развязали и выдали оружие. В общем, сделали все необходимое, дабы по итогам подобных побоищ самые молодые и слабые гоблины нет-нет, да повышали уровни, причем воинскими классами. Только вот за несколько месяцев существования этого лагеря удача обреченным невольникам не улыбалась ещё ни разу. То ли отпугивала её слабость тех, кого не кормили несколько суток, а заодно подвергали предварительным избиениям, после которых и стоять-то было почти подвигом, то ли не могла она сопутствовать бедолагам, которые тела своего почти не чувствуют, настолько то в умело завязанных веревках затекло, то ли безбожно тяжелые, тупые и ржавые куски металла, сильно напоминающие железные кирпичи, но формально числящиеся мечами, считались этой ветреной персоной оружием крайне недостойным. Синяки, ссадины, трещины в костях и закрытые переломы…Большего вреда ни один человек ни одному зеленокожему коротышке в «честном» бою причинить так и не смог. А те в свою очередь довольно ловко и даже по своему изящно кромсали их тела своими легкими, но очень острыми и прочными клинками, разделывая своих жертв почти так же, как старый шаман, только не на самом алтаре, а на посвященной тому же богу арене и несколько менее профессионально. Вздернутый на ноги Сяо Фанг, с которого путы сорвали одним неуловимо быстрым движением, чуть не выронил всунутый ему в руки меч…Но все-таки сжал пальцы, удерживая это убогое и нелепое оружие до поры до времени. Махать им с мало-мальски приличной скоростью было попросту невозможно, но и просто позволять зарезать себя как свинью на бойне бывший сотрудник зоопарка не собирался. Он твердо решил попытаться напоследок вцепиться в глотку своему убийце, насадившись на вражеское лезвие и таким образом сократив между ними дистанцию. Человеческие зубы явно были куда более полезным и опасным инструментом для убийства зеленокожего коротышки, ещё и облаченного в какие-то смягчающие удары доспехи из толстой ткани, чем весящий сразу как три большущих лома неудобный железный кирпич, какими-то соплями присобаченный к неудобной деревянной рукоятке! Однако самого боя так и не произошло. Едва его противник, какой-то на удивление высокий и не сильно даже зеленый гоблин, возможно полукровка, сделал пару шагов по направлению к своему сегодняшнему сопернику, как небо вспыхнуло. И рухнуло. Ослепительно яркий алый свет, наполненный удушливо-обжигающим жаром и напоминающий какое-то странное прозрачное пламя, наполнил собою весь мир. Мир, который словно бы содрогнулся от удара, нанесенного с невероятной, чудовищной, потрясающей воображение силой. Земля под ногами заходила ходуном. Некоторые постройки лагеря, возведенные из обломков, нарубленных в ближайшем лесу жердей и прочего мусора покосились, а то и частично обрушились. Заорали испуганно гоблины, причем к недоумению их нередко примешивалась и самая настоящая боль, поскольку разнообразные костяные амулеты, которые зеленые коротышки таскали на себе иной раз настоящими охапками, раскалились или и вовсе вспыхнули. Сяо Фанг не смог сохранить равновесие на своих ногах, ощущающихся почти как какие-нибудь деревянные протезы, а потому полетел лицом вниз прямо в песок арены, оказавшийся неожиданно горячим и имеющим медный вкус крови. В чисто рефлекторно распахнувшийся рот бывшего сотрудника зоопарка попала целая горсть песка, от которого тот немедленно принялся отплевываться как мог…А мог плохо. Во рту его давным давно уже все пересохло, словно в пустыне, видимо все излишки жидкости организм потерял вместе с кровью, которая сочилась из избитой спины. — Ядерный взрыв⁈ — С ясно слышимым в голосе изумлением и радостью выкрикнул кто-то из его товарищей по несчастью. — Неужели кому-то из рабов повезло раскопать в руинах боеголовку, и он сумел активировать её, чтобы избавить себя и своих товарищей от мучений и позора, а заодно превратить этих зеленых уродов не в груды пепла, так в ходячие опухоли, разваливающиеся от радиации⁈ — Нет, это что-то другое, — возразили ему. — Мы не видим гриба, хотя чувствуем жар, да и ударная волна от настолько близкого ядерного взрыва уже сдула бы весь этот лагерь… Черный камень гоблинского алтаря вспыхнул сразу и весь, а после сгорел сверху донизу так быстро, что это получилось осознать лишь слегка постфактум, примерно как проскочившую от неба до земли молнию. Лопнули огнем многочисленные морщины на теле старого шамана, будто взорвавшегося изнутри. Загорелся песок арены, причем даже тот, который находился во рту у Сяо Фанга! Взвыли в агонии гоблины, покрывшиеся языками пламени…Все, кроме того высокого и не сильно зеленого типа, который должен был стать убийцей бывшего сотрудника зоопарка. Сотрудника, который приготовился за компанию с нелюдями заорать от жуткой боли, причиняемой ему огнем, но внезапно с удивлением понял, что ему совсем не больно. Песок горел на его зубах, горел на губах, горел на внутренней поверхности щек, на слегка припорошенном той же субстанцией лице горел, сгорая без следа…Это чувствовалось! И притом ни малейшего дискомфорта это самое горение человеческому организму не доставляло, из-за чего сознание испытывало самый натуральный когнитивный диссонанс. Горели путы, на тех, кто еще был связан, распадаясь пеплом, который даже до земли не успевал долететь. Горели многочисленные раны на его теле, каким-то образом абсолютно не причиняя боли и оставляя после себя абсолютно здоровую плоть. Горела уже давно гнетущая его потихоньку хроническая усталость и всё то отчаяние, которая незаметно накапливалась в нем с того момента, когда старый мир рухнул. Бывший работник пекинского зоопарка буквально всем своим естеством чувствовал, как возрождается в пламени подобно фениксу…И притом он не был в это каким-то уникальным. То же самое происходило и с другими рабами, приговоренными сегодня к смерти на арене. Находящиеся в других частях лагеря невольники тоже, кажется, подобной судьбы не избегли, судя по тому, как распрямлялись их фигуры, будто сбросившие с плеч тяжелый груз. — Что это⁈ — Заверещал главный из зеленокожих коротышек, непонятно когда успевший выхватить два кривых зазубренных меча и заодно подвесивший в воздухе пяток длинных острых игл, выпорхнувших из его рукавов. Только весь его арсенал оказался бесполезен, поскольку начавший крутиться то туда то сюда гоблин просто не мог обнаружить ничего подозрительного кроме странного света, с каждым мгновением все больше и больше похожего на огонь. — Что здесь происходит, во имя всех зеленых богов⁈ — Справедливость… — Шепотом тухнущих углей и ревом горящего пламени прошелестел со всех сторон словно бы сам мир, ставший огнем. И огонь этот был дружелюбно настроен к людям…Хотя и не только к людям. Краем глаза Сяо Фанг заметил как из лагерной конюшни настороженного выходит рыжеволосая женщина-кентавр, трущая глаза руками и очень удивленно взирая на мир. Мир, который она лицезрела впервые за неделю, ведь именно семь дней назад её ослепили при помощи раскаленного железа за то, что она в отличии от прочих захваченных в рабство «лошадок» пыталась лягаться, не давая себя так просто насиловать пьяным гоблинам-кавалеристам. И, кстати, руки ей тогда тоже отрезали, вернее отпилили. Медленно. Чтобы таскать на себе хозяина или развлекать его иначе эти конечности ей, по мнению зеленокожих карликов, совсем не требовались. А правильную дорогу ослепшая рабыня должна была находить благодаря шпорам седока и его же командам, боли от разрывающей рот уздечки, а также ударам короткой плети. — Здесь происходит справедливость, праведное возмездие за все ваши грехи…И покровительствующие тебе фальшивые боги ещё будут мечтать о том, чтобы их кара оказалась столь же быстрой, как и твоя, но я не дам им подобной милости! Сяо Фанг всерьез задумался о том, поседеет ли он после этого дня или же просто свихнется, если ещё не успел с ума сойти. Нет, царящее вокруг пламя пока не сделало ему совсем ничего плохого, хотя явно очень даже могло…Но почему-то сильно спокойнее от этого не становилось вот ни капельки! А вот бывшие хозяева лагеря, ранее такие веселые, сильные и кичащиеся собственным превосходством, подобными вопросами сейчас точно не задавались. Были слишком заняты. Горели, вопили, метались туда-сюда и корчились в агонии, поскольку все они вспыхнули сразу и одновременно. Но горели не так быстро, как камень алтаря или старый шаман, а полыхали подобно вытащенным из костра веткам, словно явно магический огонь пожирал их плоть медленно, давая возможность злобным зеленокожим коротышкам раскаяться во всех своих грехах. Впрочем, вряд ли они смогли оценить подобную милость, когда обугливались до костей, шкворчали мгновенно вытопившимся из их тел жиром и вообще вели себя как упавшие в большой костер сосики. Крики, такие громкие и пронзительные пару секунд назад, быстро утихали, поскольку либо кричать уже было некому, либо все еще цепляющимся за жизнь вопреки всему медленно тающим огаркам кричать оказалось банально нечем, ведь у них сгорели не легкие, так голосовые связки. Единственным, кто еще пытался хоть как-то бороться за жизнь, оставался лидер зеленокожих коротышек, что совсем недавно радовался тому, как выгодно он сумел распорядиться жизнью своей любимой дочери. Окутанный каким-то темным защитным облаком и в то же время активно истекающий большим количеством крови, чем могло вместиться в его не столь уж и крупном теле, он каким-то образом сумел перетащить вцепившееся в него пламя на темно-красную жидкость, покинувшую его организм. Только вот горела она быстро, очень быстро горела, а когда сгорала почти целиком, то огонь вновь вспыхивал на гоблине, пошатывающейся походкой ковыляющим куда-то прочь в отчаянной надежде спастись. — Не уйдешь! — Сяо Фанг сам не понял, как бросился в погоню, замахиваясь выданным ему мечом. Поднять это оружие выше головы бывшего сотрудника пекинского зоопарка было тяжело, очень тяжело, он даже мог немного надорваться! Но это того стоило, ведь неумелый удар, нанесенный сверху вниз пусть и всего лишь задел лопатку начальника лагеря, но тем не менее все же сшиб его на землю. А дальше в ход оказались пущены ноги, которые вяло отмахивающегося и наконец-то вспыхнувшего по-настоящему засранца пинали, пинали, пинали…Тот пытался отбиваться. Только меч, который с невероятной скоростью метнулся к животу человека, сгорел без остатка гораздо раньше, чем смог дотронуться до кожи орущего что-то яростно-нечленораздельное мстителя. Как и летающие иглы, которыми если верить слухам, этот зеленокожий коротышка мог прошивать навылет дома вместе с теми, кто в них засел и пытался от гоблинов отбиваться. Когда к делу превращения некогда сильнейшего существа во всей округе в одну большую тлеющую отбивную присоединились другие рабы, Сяо Фанг сказать не мог. Все, что он знал — так это то, что пока они были заняты делом, заполнивший собою будто весь мир огонь исчез в никуда также внезапно, как и появился. Впрочем следы его существования в виде обугленных как головешки гоблинов остались. Единственным живым зеленокожим во всем лагере остался, кажется, несостоявшийся убийца бывшего сотрудника пекинского зоопарка, который сейчас прижался спиной к стене ближайшей постройки, выставив вперед трясущийся в его руках кинжал, и очень старался не упасть, поскольку ноги у него не просто тряслись, а буквально ходуном ходили. — Ну, теперь-то ты мне, гаденых, за все заплатишь… — Злобно процедил один из рабов, покинувших свои бараки, покрепче перехватывая короткое копьецо, явно принадлежавшее ранее одному из зеленокожих злобных карликов, но по счастливой случайности избежавшее превращения в пепел вместе с хозяином оружия. — А ну назад! — Дернул его за плечо другой невольник, пытаясь оттащить назад. — Хочешь, чтобы этот урод вспорол тебе брюхо⁈ У него наверняка уровней десять, а может и все пятнадцать…Надо забросать ублюдка камнями! — Распнем его! — Предложил ещё кто-то из задних рядов толпы, начавшей стихийно образовываться вокруг последнего живого гоблина этого лагеря. — Молоток у меня уже есть! И я примерно представляю, где в закромах интенданта должны лежать гвозди! — Не советую вам трогать этого юношу… — Раздавшийся с разных сторон голос напоминал скрежет костей, и к нему мгновенно прислушались все. Хотя бы просто потому, что источниками данных звуков служили гоблины, которые вдруг абсолютно синхронно вздрогнули и поднялись на ноги рваными неловкими движениями, будто марионетки, которых вздернули невидимые нити некоего кукловода. Очень-очень сильно сгоревшие гоблины, которые совершенно точно не могли быть живыми. В том числе и начальник лагеря, чья практически расплющенная голова сейчас была сжата в его же переломленных пальцах, поскольку его обугленная до состояния сажи шея просто не выдержала непрерывной очереди ударов, вернее пинков.- Он невинен…Ну, более-менее, невинен набитую морду и пяток сломанных костей может и заслуживает, а вот высшую меру наказания — нет, ибо не убивал, не насиловал, не угонял кого-нибудь в рабство…Не столько по собственному выбору, сколько потому, что ничего по-настоящему предосудительного сделать ещё попросту не успел в силу молодости и подчиненного положения абсолютно всем остальным членам своего клана, но тем не менее! И если вы казните его, то моя коллега, чья звезда сегодня утром столь ярко воссияла на местном небосклоне, может и вычеркнуть вас из своего списка хороших мальчиков и девочек. Она конечно все поймет, и за один единственный проступок, тем более такой, как относительно оправданная месть тому, кто оную месть уже вот-вот собирался заслужить, карать без разбора не будет…Но она запомнит. И не простит. Она вообще никогда и никого не прощает, поскольку попросту не умеет это делать. А вам, уж поверьте, не захочется быть одними из тех, кто своими поступками переполнил чашу её терпения… — Благодарю вас за щедрый дар в виде вашей мудрости, о Великий! — Мгновенно согнулся в глубоком поклоне Сяо Фанг по направлению к ближайшему из оживших трупов. Бывший сотрудник пекинского зоопарка не был уверен, кто или что сейчас разговаривает с ним и прочими освобожденными рабами…Но он, в общем-то, был человеком непривередливым, и вполне мог выразить свою искреннюю благодарность кому или чему угодно. Особенно если он, она или оно работает совместно с тем пламенем, которое покарало всех гоблинов, с той же легкостью, с которой человек мог бы мимоходом прихлопнуть противно зудящего над ухом комара, спасало ему жизнь, вылечило всех рабов…Предостережение от того, чтобы разгневать тот невероятно могущественный и нарушающий все мыслимые законы природы огонь чудом спасенный человек тоже оценивал очень высоко! Пожалуй, даже выше чем свою руку или ногу, ибо всего пять минут назад за возможность хотя бы одного зеленого коротышку убить можно было бы пожертвовать хоть всеми конечностями сразу! Наличие определенных моральных ориентиров, заставляющих заботиться о невинных, пусть даже невинность та была несколько сомнительна и явно не идеальна, тоже однозначно заслуживала определенной доли уважения с его стороны. А уж если о Сяо продолжат заботиться, ну например защищать от других таких же агрессивных нелюдей и всех им подобных, то и за искренним поклонением бы дело не встало! — Молю вас! Скажите, как мы можем быть вам полезны! — Постарайтесь не сдохнуть и не сделать так, чтобы за ваше спасение нам стало стыдно… — После довольно продолжительного молчания изрек один из обугленных трупов, пока все остальные четко печатая шаг сходились в одном месте и выстраивались в какую-то сложную трехмерную фигуру, при необходимости залезая друг другу на плечи словно цирковые гимнасты и принимая такие позы, на которые далеко не каждый акробат способен. — Прошу прощения, о Великий, но кроме этого лагеря гоблинов есть и другие! Их много, очень много! И некоторые из них охраняют целые армии могущественной нежити!- Кланяться ещё ниже Сяо Фангу было попросту некуда, но он очень пытался продавить своей головой дыру в земле.- Без вашей защиты нам не выжить здесь и даже бежать в иные, более безопасные края, вряд ли получится. — Если бы ты залез на крышу какого-нибудь здания, то мог бы увидеть, что ближайшие лагеря горят прямо сейчас, — смешок сгоревшего мертвеца выглядел до крайности жутко, но тем не менее более прекрасного звука бывший сотрудник пекинского зоопарка давно уже не слышал. — И с теми, кто был там рабами, я уже веду примерно такую же беседу. Можешь забыть об этих гоблинов и тем более об их нежити. Все имущество уродов останется вам, да и прочие угрозы в этом регионе мы по возможности подчистим… Однако же я очень давно привык к мысли о том, что люди зачастую в состоянии без лишних мыслей испортить то, от чего зависят их жизни, просрать абсолютно любые шансы на свое лучшее будущее и на ровном месте перегрызть друг другу глотки по самым нелепым причинам. Не надо ещё больше разочаровывать меня в человечестве. Вот не надо…Иначе отрабатывать свою ограниченность мышления, агрессивность, тупость и прочие грехи вам придется намного больше чем этим гоблинам. И понравится вам это ещё меньше, чем им. - Понравится? Отрабатывать? — Машинально переспросил Сяо Фанг, покосившись в сторону сложной акробатической конструкции из обугленных тел зеленокожих коротышек, которая, словно дожидаясь его взгляда, окуталась всполохами изумрудных разрядов и начала то ли ужиматься сама в себя, то ли проваливаться под собственной тяжестью в какое-то иное измерение. — Великий, но разве они не…мертвы? — Мертвы, — согласился с ним тот, кто говорил через обугленный и обезглавленный труп бывшего начальника лагеря. — Вот только их души под воздействием карающего огня не покинули свои тела, а скажем так, основательно к тем пригорели. Причем окончательно уйдут на тот свет они не раньше, чем рассыплются в прах бренные оболочки этих зеленокожих, а рассыпаться столь удобным дл меня инструмент я ещё очень долго не дам…В конце-то концов, ведь моя коллега желала устроить тут не просто спасение тех, кто его заслуживает и уж тем более не банальную месть за всех замученных гоблинами людей, а натуральное торжество справедливости…И чтобы та восторжествовала по-настоящему, исправлять или хотя бы компенсировать свои грехи всем местным вонючим ушлепкам понадобится целую вечность! ---------- Глава 15 Глава 15 Постройка нового ритуального контура, что создавал стабильную зону тридцатикратного ускорения времени в апартаментах, куда я планировал переселиться в самом ближайшем будущем, отдав свои бывшие комнаты кому-нибудь из офицеров, происходила довольно…Сложно. Это было в общем-то вполне ожидаемо, да только легче от того не становилось. Вселенная сопротивлялась тому, чтобы на этом её участке все происходило настолько быстрее положенных норм. Реальность приходилось уговаривать, уламывать, временами даже практически заставлять, силой продавливая свой вариант правильного порядка мироздания в той или иной точке, причем куда глубже желаемого результата, а после шустро сдавая назад, чтобы «проиграть», довольствуясь теми самыми результатами, на которые нацеливался изначально…Процесс, вероятно, напоминал соблазнение опытным искусителем совсем ещё неопытной великанши, которая не то, чтобы активно вырывается, но все-таки ещё не до конца уверена, что ей это действительно можно и уж тем более именно так и именно туда. С одной стороны имелась воля, непреклонно ведущая к цели и разум, молниеносно реагирующий на любые запинки и препоны единственно правильным образом, сглаживающий шероховатости или же компенсирующий конвульсивные взбрыки точечными воздействиями в нужное место, а с другой бескомпромиссная и тупая мощь, не из злобы или злого умысла, а просто по природе своей способная раздолбать в хлам все и вся, а в первую очередь — самоуверенного пользователя недостаточной сопротивляемости…Переброска уже завершенных чар на поддерживающие их артефакты тоже делом, к которому можно было подойти спустя рукава. Стоило мне где-нибудь напортачить, допустив хотя бы малейшую небрежность, и все помещение охватил бы масштабный и мощный хронокатаклизм, что обязательно бы прорвался сквозь защитные барьеры и банальные стены, чтобы заглянуть к соседям. И соседям соседей. А также соседям соседей соседей заодно. Однако процесс потихоньку двигался, причем двигался он в нужную сторону, к своему логичному завершению. И даже наличие отвлекающих факторов в виде военно-политических переговоров этому не мешало. — Владыка Бальтазар, мой род может и не относиться к высшей знати Бесконечной Вечной Империи, но поверьте, мы можем предложить вам многое! — Стоящий передо мной убеленный сединами волшебник нервничал и переминался с ноги на ногу, словно только-только покинувший школьную парту студент первого курса обучения, попавший в кабинет к ректору своего нового института. Сходство еще больше усиливалось благодаря массивному гримуару, напоминающему висящий на боку прямоугольный ранец. Разве только массивный посох из древесины легендарного качества, прошедший легендарную же обработку то ли при помощи облеиска, то ли у какого-то нанятого мастера малость выбивался из образа. — У нас есть девять сотен опытных воителей и магов, что имеют редкие, выдающиеся или же исключительные классы! Также мы можем до семидесяти пяти тысяч ополченцев собрать, чтобы было кому утверждать вашу власть в захваченных землях и городах… — Я не владыка. Можно звать лордом, можно главнокомандующим, можно просто по имени. И вот уж кто-кто, а едва умеющие держать копье ополченцы мне и даром не нужны, — фыркнул я, подозревая, что ради сбора такой толпы пушечного мяса родственнички этого дедушки выдернут из принадлежащих им деревень абсолютно всех взрослых мужиков и некоторую часть физически развитых женщин…Да, населенные пункты после подобного могут загнуться, а если уж войска сгинет где-нибудь на чужбине, то загнется гарантированно, однако с точки зрения правящей аристократии сделка все равно может оказаться чертовски выгодной! Людишек они себе и новых захватят, украдут или попросту купят, а вот доступ к чешуе, мясу и потрохам легендарных монстров, а то и мифического морского змея, на дороге не валяется…Если тряхнуть кошельком и превратить подобные сокровища в артефакты или усиливающие элексиры, то их личное могущество вырастет в несколько раз, а ради такого можно рискнуть если и не всем, то очень и очень многим! — Подобные вояки вызовут со стороны жителей завоеванных территорий скорее скепсис, усмешки и мысли о том, что можно было бы их и прогнать-перебить…Нет, если я кого и найму по вашей рекомендации, уважаемый Помтр, то только действительно опытных солдат и волшебников. И это будут достаточно долгосрочные контракты. Не десятилетия, но как минимум годы. Нужны ли мне дополнительные солдаты здесь и сейчас? Да, нужны, особенно если их доставка будет произведена не по зашкаливающим расценкам обелиска, а с применением более рентабельных методов. Чем эффективнее у конфедерации вооруженные силы, тем сильнее присоединяющиеся к данному государственному образованию территории окажутся настроены на мирную интеграцию. И те солдаты, кому я более-менее могу доверять, поскольку они и их семьи уже плотно интегрированы в наше общество смогут тратить свое время не на гарнизонную службу, малоперспективную с точки зрения боевого опыта и роста уровней, а на охоту за всякими тварями или бандитами, а также интенсивные тренировки и попытки освоить те специальности, которые дадут им преимущество вроде танкиста, артиллериста, пироманта и мастера боевых искусств…Плюс большая часть территории Земли сейчас населена крайне опасной флорой и фауной и лучше бы чтобы города, наполненные только-только адаптирующимися к новому миру беженцами защищал кто-то сильный и опытный. А заодно подтаскивал решительно настроенных мирных жителей до своего уровня, который хоть по моему мнению и не представляет из себя ничего особого, но все же гораздо выше норм обывателей в Бесконечной Вечной Империи. Да, наши пушки способны разорвать на части почти любую тварь, а одного единственного пулемета хватит дабы уничтожить свыше девяноста процентов возможных угроз при отсутствии в регионе чудовищ легендарного и мифического ранга…Но солдаты, тем более тяжеловооруженные, не могу оказаться повсюду и всегда, а значит выходящие за пределы своих населенных пунктов люди обязательно столкнутся с хищниками. А потому пусть рыцари учат отцов семейств махать клинками, а волшебницы пытаются вбить в рефлексы домохозяек навыки сотворения огненных стрел, пригодных для жарки мяса, пусть даже ещё и живого. В процессе аристократы и обучавшиеся с детства рубаки могут кривиться от отвращения и даже материться во всю на своих учеников, порицая их слабость и изнеженность — главное чтобы не филонили и рук не распускали. И не образовывали тут землячеств или тем более анклавов с собственной территорией и культурными нормами, напрямую конфликтующими с порядками того общества, которое я сейчас пытаюсь создать. — Несколько лет оплачиваемой службы взамен на силу, что будет помогать моим родичам веками — это, безусловно, очень щедрое предложение, лорд Бальтазар. — Склонил голову волшебник, который от многих других наемников отличался не только личным могуществом, почти достигающим легендарного ранга и связями с целой кучей иных аристократов, но и происхождением. Обелиск его выдернул не то, чтобы из дальних частей мироздания, но все-таки из тех мест, которые не входили в состав владений династии Халаз. Более того, сюзерен его сюзерена скорее конфликтовал с ними, поскольку входил в совсем другое политическое объединение. Объединение, которое теперь запросто может предложить Земле не союз, так хотя бы неофициальную спонсорскую помощь, дабы мы барахтались подольше и посильнее, отвлекая внимание и силы их недругов. Они-то не знают, что способно вырасти из нашего мира и будут воспринимать моих соотечественников первое время всего лишь как удобный инструмент, которому укусить руку его кормящую тупо возможностей не хватит. То есть примерно так же как до Конца Света всякие супердержавы воспринимали очередных борцов за независимость какой-нибудь папуасии, которых любая нормальная армия раздавит за пару дней, если те прекратят прятаться по кустам и пещерам в промежуткам между устраиваемыми мелкими пакостями, ни одна из которых даже на звание серьезной гадости не тянет.– Я благодарю вас за это! — Щедрость оплаты для представителей твоего рода окажется полностью компенсирована жесткостью условий контракта, поскольку непрофессионализма, лени, попыток оспорить приказы командования или грабежа подданных моего государства, пусть даже и потенциального,никто тут терпеть не будет. — Пожал плечами я, закрепляя ещё один участок чар на костяной пластине, вырезанной из позвоночника мифического морского змея. Не самый лучший материал для ритуальной хрономантии, ибо Горшомарукарт Мудрый был все-таки больше склонен к воде и избытку жизненной энергии, но все же и далеко не худший, поскольку тварью он являлся достаточно древней. Плюс на материале можно было особо не экономить, мы добыли его достаточно, чтобы обклеить если и не половину помещений Убежища подобными системами замедления времени, то как минимум четверть! — Скажу уважительно относиться даже к каким-нибудь малолетним грязным оборванцем — должны будут относиться увижетльно: не бить, не орать, раз за разом вытаскивать их из опасных для жизни передряг или просто из луж, куда те полезут по собственной дурости. Скажу весь срок контракта сидеть в какой-нибудь пустыне и охранять песок, чтобы его не украли — должны будут сидеть, охранять и бдить в оба! — Я в точности передам ваши слова моему старшему брату, что является главой нашего рода!– С явно видимым на лице напряжением пробормотал волшебник, что и пойти против интересов своей семьи никак не мог, и своего нынешнего нанимателя сердить очень не хотел, поскольку временный наш контракт явно желал бы продлить, расширить, а то и сделать постоянным. Даже такой высокоуровневый человек как он мог поднять не один десяток очков характеристик и получить одно-два полезных свойства на ухе из морского змея, а также пирожках с рыбой и котлетах, которыми сейчас в Убежище кормят солдат-землян на завтрак, обед и ужин. Некоторым наемникам подобное меню тоже перепадает, но либо в счет части их жалования, пусть и по сниженным тарифам, либо как поощрение за какие-то успехи вроде воинского подвига, спасения жизни сослуживца или благодарности, которую данному разумному официально выразили мирные жители конфедерации. — Не сомневаюсь, что он найдет их приемлемыми, восславит вашу мудрость и передаст на утверждение и доработку черновой проект договора между вами и нашим родом в самые ближайшие сроки! Да уж, я ему тут едва ли не ультиматум выставил, обещая гонять потенциальных наемников как сидоровых коз и строить будто новобранцев в учебке, а мне в ответ чуть ли не сделанные из драконьей кожи сапоги целовать пытаются. Все-таки после того как я собственноручно прикончил мифического монстра, потратив на подготовку от силы неделю и в процессе не потеряв ни одного человека из своей группы поддержки, уважение ко мне со стороны коренных жителей Бесконечной Вечной Империи выросло даже не в разы, а на порядки. Они смотрели на меня как восторженная фанатка на шагнувшего с телеэкрана актера, как любитель футбола на выигравшую исторический матч спортивную суперзвезду, как мелкий бандюган из темной подворотни на всесильного диктатора, захватившего себе целую страну, чтобы иметь возможность купаться в элитном алкоголе, бесконечных деньгах и жаждущих внимания женщинах, способных обставить по всем статьям даже самую дорогую проститутку. С их точки зрения я доказал свое право править если и не всей Землей, то как минимум каким-нибудь из континентов, а что это право покуда за пределами конфедерации никто не признает — так это сугубо чужие проблемы. Особенно с учетом наличия целых двух союзников примерно той же весовой категории, пусть даже последние и покинули Убежище несколько дней назад, отправившись на восток. — Это уже двенадцатый, кто прошел через фильтр в виде назначенного Изабеллой секретаря. — Оповестила меня Эва сразу же после того как седеющий волшебник ушел. Дракида наблюдала за моей работой то ли желая больше времени проводить вместе, то ли за тем, чтобы попытаться перенять часть ухваток, пусть время и являлось довольно чуждой для ней концепцией, но могущественный ритуал есть могущественный ритуал, а в ритуализме он как артефактор разбиралась неплохо. — Может нам второго назначить, чтобы подобных визитеров поменьше стало? — Не поможет, — покачал головой я, принимая от своей любовницы следующую костяную пластину. К сожалению, пропорционально готовности коренных жителей Бесконечной Вечной Империи работать на меня не создавая нанимателю особых проблем увеличилось и их желание хоть краешком примазаться к чужим успехам, чтобы в прямом и переносном смысле вкусить побольше плодов недавней победы. И в следующий раз получить не просто крошки с барского стола, а хоть и маленькую, но гарантированную порцию добычи легендарного или мифического качества…Впрочем золото или земли они бы тоже охотно приняли, по части халявы народ, как правило, не привередлив. А воспринимаются мои условия если и не совсем халявой, то чем-то к ней очень близким. Обычно те же наемники могут рассчитывать на сопоставимый уровень вознаграждения лишь если им предстоит участвовать в мясорубке, где выживание хотя бы половины временно поступившего под командование контингента точно не планируется. — Тот отставной филиппинский дипломат, который чудом пережил Тренировочный Лагерь не угодив в рабский ошейник из-за своей физической слабости и кучи возрастных болячек, дело свое действительно знает…Совсем уж бесполезным не был ни один из этих визитеров, и значит поговорить с ними стоило. — Но четвертый посетитель осмелился использовать какой-то навык, облегчающий ведение переговоров. — Осторожно заметила дракида. — И ты даже стражу обратно в коридор отослал, несмотря на то, что мой сигнальный детектор подавал знак тревоги… — Могу ошибаться, но с высоты своего опыта почти уверен, что это было самонаправленное воздействие, может ментальное стимулирование эффективности мыслительной деятельности или повышения красноречия за счет изменения своего гормонального баланса. Такое можно допустить, хоть и со скрипом. А попытайся он сделать что-то со мной или тобой, и резкое изменение нашей судьбы породило бы в Реке Времени своеобразную рябь, которую можно заметить. И тогда бы осмелившийся на подобную глупость даже не умер, а мгновенно прекратил существовать…- Я отвлекся от зачарования следующий костяной пластины, чтобы притянуть поближе совсем не ожидавшую подобного фортеля дракиду, усадить её к себе на колени и как следует поцеловать. Не стоит позволять рабочей рутине поглощать себя с головой, в жизни всегда должно быть место отдыху и безумствам…Конечно, в таком виде продолжать работу над созданием стабильной зоны ускоренного в тридцать раз времени станет ещё сложнее, особенно если мы одними поцелуями не ограничимся, но великий я хрономант или погулять вышел⁈ К сожалению то, что могло стать ну очень смелым экспериментом, в том числе и магическим, пришлось отложить, поскольку нас самым бесцеремонным образом прервали. Звуками тревоги, заполнившими все Убежище и свидетельствующими о том, что где-то рядом находится враг. И он, судя по всему, атакует… ---------- Глава 16 Глава 16 Законсервировать в относительно стабильном состоянии наполовину сформированную хроноаномалию было ничуть не легче, чем закутать Эву в паранджу…И, вероятно, в случае действительно серьезных потрясений созданные мной на скорую руку заплатки слетели бы с этой системы чар так же быстро, как лишние слои ткани с дракиды, знакомой со стеснением больше теоретически и способной большинство одежды порвать в клочья просто пошевелившись слишком резко. Только побочный ущерб окажется нанесен не драконьим огнем и когтями, а потоками нестабильного времени, а потому полностью остановить его не получится. Скорее всего, пострадает весь этаж вместе со всем своим содержимым. А заодно и соседним достанется. Прямо сейчас слуги под надзором крысолаков вытаскивали оттуда все самые ценные вещи, дабы мы их не лишились, что было совсем не оптимально…Только вот иных вариантов найти не получилось, да и искать их оказалось нам особо некогда, поскольку поднятая тревога явно не могла считаться ложной. — Со стороны Ганновера, официальной столицы Ганноверской лиги, к нам приближался облачный фронт, имеющий слишком странные очертания и движущийся слишком быстро, чтобы быть естественным. К счастью дежурные наблюдатели на своих постах не спали и заметили его вовремя, а потому нас все ещё разделяет около пятидесяти километров. — Доложил Местер, отвечавший за воздушную разведку. — Для дополнительной проверки уже после объявления тревоги туда был отправлен летучий патруль в виде пары всадников на пегасах. Результатов пока нет, но скоро будут, поскольку это самые быстрые наши разведчики. Удаленное зондирование аномалии всеми имеющимися средствами результатов не принесло вообще никаких. Ну, если не считать результатом твердую уверенность в том, что облака достаточно сильно насыщены магией, чтобы большинство сканирующих чар или же чар целеуказания оказались внутри них полностью бесполезны. — Я бы лучше послал не самых быстрых разведчиков, а самых бронированных и живучих, да ещё и с каким-нибудь аварийным телепортом за пазухой. — Буркнул Аркарог, нервно скребя чего-то у себя под бородой и рассматривая иллюзию, что сейчас проецировалась в на стену столовой, в очередной раз ставшей импровизированным штабом. — Козе же понятно, что это к нам кто-то из врагов приближается, спрятавшись в тумане от снарядов, которые без божественной помощи останавливать пупок развяжется. Вы посмотрите, какие там ровные грани у этих облаков! Не бывает таких в природе, они искусственные! Старейшина гномов был прав либо целиком и полностью, либо только по большей части. Тревога определенно не являлась ложной, ведь двигавшийся точно навстречу Убежищу облачный фронт напоминал вырубленный из белого густого дыма парралепипед, пусть даже и совершенно грандиозных размеров, у которого даже самая маленькая грань парой десятков километров измеряется. Однако ниже его никакой облачности не было, выше тоже, праве и левее чего-то вроде виднелось, но выглядел аномальный объект на фоне естественных скоплений атмосферной влаги также неубедительно, как бегемот, пытающийся скрыться среди зайцев. Вероятность случайной встречи в чистом небе с подобной дрянью равнялась нулю. Возможность того, что двигающиеся к летающей крепости под подобным покровом неизвестные нам не враждебны была абсолютно такой же. — На кой черт они вообще на нас поперли среди бела дня как бык на красную тряпку? — Озадачился Патрик. — Ночью подкрасться незаметно шансы у них были бы выше…Ну, ненамного конечно, все же дозорные с ночным зрением в темное время суток дежурят обязательно, но ведь выше! — Вообще-то мы к вечеру уже к этому вашему Ганноверу должны были долететь, — заметила Эва, которая хоть и не управляла летучей скалой напрямую, но все равно оставалась в курсе направления движения и скорости Убежища, поскольку периодически заходила проверить обученных ею недоволшебников, освоивших управление нужными артефактами и даже замену готовых деталей на другие точно такие же. — Видимо его обитатели решили не доводить до боя над своей столицей, и выдвинулись нам навстречу. — Мне казалось, что с Лигой по большому счету покончено, и она до сих пор существует лишь потому, что раньше у нас до неё руки не дошли. — Заметил старейшина гномов.– Вроде бы эти люди должны были грызться друг с другом за земли и богатства тех баронов, которых мы уже убили? — Видимо мы дали им слишком много времени на то, чтобы они закончили процесс перераспределения ресурсов и всерьез задумались о своих дальнейших перспективах, — признал я свою ошибку как главнокомаднующего…Или все-таки не ошибку, а объективные обстоятельства, сыгравшие на руку противнику? Если бы не отвлеклись на принцессу, затеявшую превратить Везувий в огромный алтарь, то могли бы получить себе куда более грозного врага, ведь тогда же о наличии союзников в той местности никто не знал. Да и оставлять остатки её державы без внимания, зачистки вражеских солдат и размещения гарнизонов было нельзя. Охоту на морского змея, в принципе, можно было бы отложить. Вот только подобный трофей выглядел слишком удобной возможностью, чтобы её упускать, да и не так много времени мы с разделкой туши потеряли, неделю всего. Ну и дорога плюс туда-сюда… — В Лиге власть находится в руках у тех ещё ублюдков, однако они не дураки, иначе никогда бы не сумели эту самую власть захватить и удержать. Видимо лидеры этого объединения как следует обдумали в какую вонючую дыру себя загнали, осмелившись объявить войну конфедерации, испугались за свои жизни и сокровища, а после сумели родить более-менее дельный план противостояния нашей главной козырной карте. — Вероятно, они нашли себе то ли новых союзников, то ли вообще каким-то могущественным покровителям продались с потрохами, чтобы не сдохнуть при встрече с нами как мыши под сапогом наконец-то наткнувшегося на их гнездо человека. — Добавила Эва, внимательно изучая иллюзорное изображение. — Это довольно могущественная магия там в ход пущена. Облака — это конечно не пламя или камень, но контролировать подобные объемы атмосферы непросто…Ставлю на круг опытных магов-погодников во главе с каким-нибудь архимагом легендарного ранга. А ведь такие силы там только за маскировку отвечают…Для движения воздушной массы на подобной скорости нужна ещё одна команда волшебников, только посильнее. — Открыть огонь из орудий на предельной дальности так, чтобы снаряды улетели в это облако. Вряд ли мы в кого-нибудь попадем, ну разве только случайно, но может хоть отвлечем тех, кто прячется внутри, от разведчиков. — Распорядился я, пытаясь понять, что же задумал противник. На его месте засунул бы под прикрытие облачного фронта летучую пехоту или же относительно небольшие средства для доставки десанта. Магические рейлаганы имели просто ошеломительную мощь…Но они были предназначены в первую очередь для поражения массивных материальных объектов вроде чудовищ и крепостей. Просвиставшая сквозь небо на гиперзвуке болванка конечно могла доставить им неприятностей, поскольку во все стороны от неё расходилась бы мощнейшая волна потревоженного воздуха, но виверны, гигантские орлы или какие-нибудь летучие лодки такое бы пережили. А когда конкретно надо менять бронебойный кусок металла на готовый взорваться боеприпас, чтобы зацепить побольше врагов или хоть кого-нибудь нам из-за этого маскирующего тумана не видно. — Кстати, а просто улететь от этой штуки мы можем? Принимать бой на условиях, которые старательно навязывает нам противник — это не смелость, а глупость… — Текущая скорость этого облачного фронта примерно в двадцать восемь раз превосходит тот максимум, который получится поддерживать для Убежища хотя бы на протяжении часа. — Откликнулся полуэльф, приложив руку к голове и видимо общаясь прямо сейчас с кем-то из своих помощников. — Дополнительное маневрирование может выиграть нам немного времени…Но очень немного, буквально минуты. Мы даже и близко недостаточно быстры, чтобы уклониться от этой погодной аномалии. — Ну, я же вам говорила не раз, что следует улучшить движители при помощи наград Бесконечной Вечной Империи, — поморщилась Эва, восприняв это как камень в свой огород. — Все-таки аэродинамика у нашей летающей скалы ни к черту…Однако почему-то это все время откладывалось! То завод в Лондоне запускался новый, то наставника для студентов по магическим дисциплинам нанимали… — Малых наград для воздействия на столь сложное магическое устройство было недостаточно, а хотя бы средние в пользу государства, а не себя лично, желало использовать не так уж много народа. — Развел руками старейшина гномов, поскольку именно к кому-то из его секретарей должны были обращаться те, кто с дозволения Системы мог слегка нарушить её правила, а вернее разок или два получить более привилегированный доступ к её активам. И хотел выгодно для себя обменять это свое право на регулярные выплаты, домик с приусадебным участком недалеко от центра Лондона или же возможность занять относительно высокопоставленную должность вперед большинства возможных конкурентов. — Тем более, этого все равно бы оказалось сейчас недостаточно. Ну, увеличили бы мы эффективность движетелей процентов на тридцать или даже триста…Однако даже подумать страшно о том, сколько нам пришлось бы потратить, чтобы сейчас иметь возможность ускорить Убежище в целых двадцать восемь раз! Почему-то я думал, что вражеские лидеры меня вот-вот должны выдернуть в белую пустоту, дабы озвучить свои угрозы или же попытаться устроить дипломатические переговоры и заключить мир между Ганноверской Лигой и Конфедерацией Маяк…Вот только ничего подобного не случилось, а самому вызывать их через Систему было лень, да и бессмысленно. Всё равно оставить у власти тех, кто присягнул аристократам Бесконечной Вечной Империи и сражался с ними рука об руку против землян, было решительно невозможно. И если эти ублюдки из нашего мира не сбегут вперед собственного визга, им все равно не жить. Не я до них доберусь, так Светлана постарается, а может и ещё кто-нибудь из наших коллег…Ведь раз есть мы, то должны быть и другие! Конечно, им могло в этой временной линии и не повезти фатально, сам сколько раз чуть не сдох из-за событий, которые не мог контролировать, однако вероятность выживания все-таки выше. Заметно выше. Как говорится самурай без меча подобен самураю с мечом, но только без меча…И хотя при отсутствии привычной силы, в воспоминаниях о будущем позволявшей легко и просто уничтожать божественные пантеоны, а после шатать само мироздание, они в самом начале своей карьеры скорее напоминали какого-то самурая без самурая, но сочетание их силы духа, фрагментов опыта сотен лет войны против высшей аристократии Бесконечной Вечной Империи и какого-никакого знания грядущих событий — это страшная сила. А значит мы рано или поздно вновь соберемся в прежнем или почти прежнем составе… — Разведчики готовятся проникнуть сквозь пелену тумана! — Отвлек меня Местер, который уже вовсю махал в воздухе какой-то побрякушкой, из которой били лучи света словно из проектора, рисуя на ближайшей стене изрядно дергающиеся в такт движениям пегасов, но несмотря на это достаточно четкие изображения. Всего их насчитывалось восемь штук, видимо по числу всадников в отправленном к аномалии дозоре. Правда, отличить одно от другого было тяжело, поскольку маячившие в кадре картинки особым разнообразием не отличались. Быстро приближающаяся белая клубящаяся стена впереди, ну и лошадиная башка с лошадиной же шеей. Тоже, кстати, белые, поскольку у пегасов это наиболее распространенный окрас, и лично я отличить друг от друга этих крылатых коней мог бы исключительно по вплетенным в их светлые гривы амулетам или же особенностям практически всегда зачарованной брони, при помощи которой животных их хозяева старались защитить или же усилить. — Сейчас мы увидим, что там внутри! На несколько томительно-долгих секунд магические экраны заполнила лишь сплошная белая муть, а после один из них внезапно вновь начал показывать что-то кроме молочной пелены, поскольку разведчик прошел через зону аномальной облачности. Правда следом за нею тоже туман вовсю свирепствовал, но уже чуть менее плотный, по крайней мере удавалось разглядеть окрестности метров на сто-сто пятьдесят. Жаль только увеличившаяся зона видимости не смогла помочь всаднику избежать попадания в своеобразное воздушное ДТП, когда он протаранил своим крылатым конем движущуюся встречным курсом гарпию. Причем кому из них пришлось хуже — это ещё вопрос. Да, птицеженщина с каким-то болезненным карканьем отлетевшая в сторону, без переломов вряд ли обошлась, но и её когти, словно облитые жидким металлом, прочертили на шеё заржавшего от боли пегаса длинную алую борозду, почти достойную зваться настоящей раной! А ведь шкура у этих крылатых коней, без волшебства никогда не сумевших бы подняться в воздух, довольно прочная! Не природная танковая броня, конечно, но удар ножом в руках простого человека или же рикошет от мелкокалиберного стрелкового оружия обычно держит. — Их там целая армия! — Пораженно выдохнул Патрик, наблюдая как дергается туда-сюда изображение, когда работающий на нас наемник среди белого тумана отмахивался от все новых и новых гарпий, желающих то ли стащить его с седла и сбросить вниз с высоты во много-много сотен метров, то ли прямо в этом самом седле прирезать и выпотрошить. Птицеженщин, напоминающих чуть увеличенных в размерах гоблинш, которым к рукам пару охапок длинных перьев присобачили, но зеленых пигментов при рождении забыли выдать, за облачной пеленой было как грязи! Впрочем, попадались там также птицемужчины, птицебабушки и птицедедушки, пусть и в меньших количествах, ведь у этой расы наблюдался заметный перекос девочек над мальчиками, а до седых волос в Бесконечной Вечной Империи ещё следовало умудриться дожить. Не хватало разве только совсем маленьких цыплят, что сидят по гнездам или же относительно недавно встали на крыло и не могут часами держаться в воздухе, ведь их никто бы не взял с собой на войну, а с нами представители данной расы собирались именно воевать, судя натянутым на их руки металлическим боевым перчаткам, окованным сталью когтям на ногах, прикрывающим живот и грудь блестящим кирасам, а также шлемам разного фасона. Вдобавок многие тащили с собой связки дротиков или колчаны со стрелами, да и вооруженную явно магическим посохом особь наиболее шустрому разведчику удалось краем глаза увидеть. — Там несколько армий! — Поправила его Эва, указывая на совсем другую иллюзию, отражающую положение за иным участком облачной стены. Нырнувший туда всадник на пегасе теперь вовсю уклонялся от своих коллег, только оседлавших не крылатых коней, а грифонов. Всадники, кстати, были очень большими и очень тяжелобронированными, а потому напоминали какие-то маленькие человекообразные башни. Да и гибриды льва с орлом были покрыты слоями металлических бронеплит, лишь кое-где сменяющимся участками кольчужного полотна везде за исключением клюва, который у них и без того прочный до безобразия. — Но геральдика у них во многом одна! И вроде где-то я её уже видела… — Вон тот символ, напоминающий печной зев, откуда торчат мечи, складывающиеся в контур человеческого тела — это знак Дорго Сгибающего Сталь. — Подсказал я своей любовнице, анализируя третью по счету иллюзию. Картина происходящего в моем сознании сложилась с таким громким щелчком, что его могли бы услышать даже те, кто вообще ничего не понимал в менталистике. Дорвавшийся до могущества небожителей варвар и дикарь, который и так-то был на меня обижен за отказ сыграть по его правилам и сдохнуть, а после гибели своей дочурки, вероятно, вообще озверел как коррумпированный политик, у которого избиратели осмелились отобрать честно украденные деньги, воспользоваться остатками Ганноверской Лиги, чтобы покарать вызвавшего у него столько негативных эмоций смертного, правил Бесконечной Вечной Империи не нарушая. Запугал он оставшихся там лидеров, подкупил или же убедил ему за помощь ещё и приплатить, послав какого-нибудь своего избранного чемпиона дипломатии, прошедшегося по мозгам этих амбициозных выскочек как газонокосилка по высокой траве, значения сейчас не имело. Разбираться с этим следовало уже после того как кончится бой с целой армией, собранной по слову пусть неполноценного с точки зрения нормальных богов, но все-таки покровителя воинов и оружия. — Похоже специально чтобы разобраться с нами он решил собрать если и не все свое святое воинство, то достаточную его часть, дабы устроить аналог крестового похода…Приготовить Убежище к отражению штурма! И вызывайте из конфедерации столько подкреплений, сколько сможете, пока сама битва ещё не началась, а тарифы обелисков не стали совсем уж неприличными! Да и потом тоже вызывайте! На деньги плевать, если надо — потратим хоть все, главное не дать этим ублюдкам нас сломить! Третий по счету разведчик уворачивался от стрел и метательных топоров, которые в него во множестве посылала тяжелая штурмовая пехота, путешествующая на натуральной летающей тарелке…По идее эта штука должна была считаться каким-нибудь плотиком или диском, но форма у неё была слегка вогнутая вовнутрь, ведь задранные вверх края играли роль палубного ограждения, а потому избежать подобной ассоциации ну никак не получалось. Внутри одного транспорта помещалось от силы с десяток бойцов, благодаря изрядной скученности наступающих друг другу на пятки, да только лишь в зоне видимости нашего всадника таких штукенций маячило несколько сотен. Одни выше, другие ниже, ближе и дальше…Дальше насколько хватало его взгляда, тонущего в пусть не таком густом, но все же очень даже плотном тумане. — Значит, сегодня мы сражаемся с богом⁈ — Изумленно и немного испуганно выдохнул Аркарог. — Ух, защитите нас предки…Зря я на пенсию не ущел, титул старейшины передав кому-нибудь из молодых обормотов, ох зря… На четвертой иллюзии показывались железные кони с ожидаемо тяжелобронированными рыцарями в седлах, скачущие прямо по небу без такой сугубо декоративной детали как какие-нибудь там крылышки. И только в зоне видимости их маячило сотни две-три. Пятая картинка показала что-то вроде драконьей морды с уже распахнутой пастью и начавшим разгораться внутри пламенем, а после внезапно исчезла, вероятно этот разведчик попал под магическую атаку и передающий изображение артефакт оказался испепелен вместе со своим владельцем. Шестая демонстрировала стремительно приближающуюся землю, видимо этого пегаса сбили и он даже из пелены маскировочного тумана выпасть успел. Седьмой пытался оторваться от преследующих его виверн, тоже прирученных и покрытых броней как какие-то хвостатые танки, причем бестий там маячило много и большую их часть мы не смогли бы сосчитать, поскольку они все ещё скрывались где-то в облаках, играющих роль камуфляжа. Восьмому же разведчику оставалось лишь посочувствовать, поскольку коня он лишился, но вниз не падал — его куда-то тащили пылающие металлические скелеты, вероятнее всего к мобильному алтарю Сгибающего Сталь. Оставалось лишь надеяться, что мучиться там бедолаге придется недолго и его душа освободится как только мы разобьем эту штуку. — Всего лишь с кем-то из слуг этого бога. — Поправил его я, ощущая как по Убежищу проходит знакомая дрожь, являющаяся отдачей рейлагана. Видимо какой-то артиллерийский расчет, где имелись обладатели навыков, повышающих дальнобойность орудия, уже смог вступить в бой. — Если бы он был тут лично, то наша летающая скала уже оказалась бы сбита. Ну а его верховные жрецы или какие-нибудь генералы-паладины — это уже совсем другой разговор…С ними мы справимся, жаль только, дуэль один на один эти придурки мне вряд ли предложат, поскольку угробить подобных придурков было бы явно проще, чем морского змея обезглавить. Очень дорогой артефакт, уже давно купленный через обелиск и способный подать сигнал на свою копию, даже если та находится на противоположенном конце планеты, был извлечен из моего пространственного хранилища и активирован, а после я направился к нашим артиллерийским батареям. Повелительница пламени, очень полезная для уничтожая многочисленных но не особо сильных по нашим меркам врагов и некромант-кукольник, для которого смерть и трупы в радиусе досягаемости являются лучшими из возможных инструметов, прибудут сюда так быстро, как только смогут. Да, Клаус ещё мог не успеть достигнуть мифического ранга, хотя кучу костей морского змея в свое распоряжение получил для того, чтобы всякие интересные ему поделки конструировать…А мог и успеть, ведь заниматься любимым делом он точно мог без особого отрыва от того, чтобы кошмарить гоблинов. И втроем мы выстоим против любых вражеских чемпионов, если только Дорго Сгибающий Сталь сам не заявится на поле боя. А вот если заявится…Ну, бывали в нашем будущем ситуации и похуже, пожалуй. По крайней мере, сейчас чужой армии можно противопоставить свою собственную! Ничуть не менее решительно настроенную, примерно столь же многочисленную и очень-очень зубастую! Может по боевому опыту и уровням те же гарпии моих бойцов и превосходят, но когти и дротики по эффективности точно проигрывают автоматам, а уж по части характеристик у защитников Земли сейчас вообще должно иметься преимущество перед простыми элитными рубаками и даже командирами младшего, а может и среднего звена. Не просто же так блюдами из мяса мифического монстра солдаты конфедерации присутствующие на борту буквально обжирались в течении недели. Да и раньше сидели они на такой диете из насыщенных волшебством продуктов от разных могучих тварей, о которой большинство аристократов Бесконечной Вечной Империи могли только мечтать! ---------- Глава 17 Глава 17 — Куда вы тащите канистры с дополнительным топливом, придурки клешнерукие⁈ Мы чего, по-твоему, будем круги по скале накатывать до тех пор, пока вниз не свалимся? — Распекал Давид Федотович каких-то снабженцев с вершины башенки своего танка, вовсю готового работать передвижной зенитной точкой. От имевшихся когда-то у этого ветерана седин ныне не осталось и следа, и выглядел он как мужчина в полном расцвете сил, у которого ни одного седого волоса в шевелюре и близко не было. Правда вот темперамент бывшего старика, вернувшего молодость благодаря куче полученных уровней, повышению физических характеристик в несколько раз и диете из мяса магических созданий, особо не поменялся, и юношеской нерешительностью страдать он точно не стал. — Заодно снаряды себе в задницу можете запихать, особенное бронебойные! Куда нам их пихать, если боеукладка у любой машины уже стоит полная⁈ Патроны здесь срочно нужны дополнительные! Патроны к бортовым пулеметам! Пу-ле-ме-там! Понятно⁈ — А что со снарядами-то тебе не так⁈ — Возмутился смуглолицый грузчик-индус, сгибавшийся под тяжестью сразу пяти ящиков, которые он каким-то образом водрузил себе на голову и там сбалансировал. — А то, что даже фугасы для рейлагана почему-то на них не действуют почти! Не видишь, что ли⁈ И вообще, техники или крупных тварей там будет раз в двадцать меньше, чем крылатой пехоты! — Постучал себя по лбу наш главный танкист, которому кто-то уже успел доложить, с каким именно противником мы сегодня будем иметь дело. — А место у нас внутри ограниченное! Даже с учетом пространственного расширения — ограниченное! Мне нужны патроны, чтобы было чем сбивать этих куриц, через которых снаряды пролетят со свистом! — А как же осколки от фугасных снарядов? — Спросил кто-то из танкистов, готовящихся занять место в своей машине. — Разве от них не будет толку? — Будет, но все-таки против гарпий их мощь избыточна. Я десяток таких пташек ещё в Тренировочном Лагере покрошил за попытку добавить мои кости к той коллекции, которая у них в гнезде скопилась. Они может и шустрые, особенно когда в воздух поднимутся, но больно уж мелкие и хилые. Да и кости полые, как у голубей.Взрыватели же у снарядов и без того слишком тугие, чтобы сработать после попадания в пусть крылатую, но все-таки пехоту. — Почесал нос Давид Федотович.- Насколько эффективно окажется против них ударная волна и прочие последствия от близких взрывов сложно сказать, но вот установленные на машинах тяжелые пулеметы подобные цели косить точно должны вполне исправно. Тяжелая пуля сокрушит их скелеты как кирпич оконное стекло, даже если тело окажется скрыто под концептуально неразрушаемой броней, не весящей абсолютно ничего благодаря какому-нибудь массовому божественному благословению. А на индивидуальные артефакты легендарного класса для всех своих воинов или хотя бы ударных отрядов Дорго точно не расщедрится, не тот у этого мудака типаж… Все, хорош лясы точить! По машинам! Мне оставалось лишь порадоваться тому, как эффективно этот военный пенсионер приспособился к реалиям нового мира. Его теория о том, что благодаря благословению Дорго броня наших врагов сковывает их движения намного меньше, чем должна бы, а кроме того обеспечивает заметно лучшую защиту, чем позволяют её материалы и наложенные на них заклятия, лично для меня в доказательствах не нуждается. Все так и есть, готов поставить на это свой молот против ржавого гвоздя — тем более как оружие он мне почти уже не нужен, а если вдруг настолько многочисленный противник окажется гораздо уязвимее, чем должен по всем расчетам, то одного единственного легендарного артефакта за подобный подарок судьбы окажется точно не жаль. Рейлаганы уже работали вовсю, посылая свои снаряды в приближающийся к нам облачный фронт. И их расчеты даже почти никогда не ошибались с тем, когда надо заменить способную преодолеть десятки километров зачарованную болванку взрывным устройством, готовым рвануть от малейшего чиха, а за неимением поблизости чихающих, хотя бы от банального трения об воздух на гиперзвуковых скоростях… Благодаря размерам надвигающейся погодной аномалии не ошибались, ибо одно-два мгновения промедления им её размеры могли простить, но все-таки! Периодически случавшиеся внутри настигающей Убежище туманной завесы мощные объемные взрывы пробивались наружу отсветами или же вообще расшвыривали в разные стороны часть наколдованной дымки, открывая на несколько мгновений мелкие темные точки. И такие же темные точки вываливались с нижней части рукотворного мега-облака, поскольку были мертвы или просто слишком сильно повреждены, чтобы держаться в воздухе. А вот двигались с абсолютно сумасшедшей скоростью они не сами по себе, а благодаря буквально тащащему их вперед облаку…Если бы мы могли найти источник этой магии и уничтожить его, то сегодняшняя битва стала бы в разе проще, возможно даже оказалась бы автоматически выиграна, поскольку те же бесчисленные бронированные гарпии или закованные в металл до кончика хвоста могли бы за парящей скалой просто не угнаться…Увы, показываться нам на глаза и тем более подставляться под артиллерийские залпы руководство противника упорно не желало. В любой другой ситуации защитникам Земли оставалось бы довольствоваться лишь тем, что щедрый артиллерийский обстрел все-таки собирал свою неизбежную жатву, и даже изрядное рассредоточение не могло до конца спасти кого-то из наших многочисленных противников от того, чтобы совместиться с очередным взрывом в единой точке пространства и времени…К их счастью и к сожалению наших врагов на борту летучей крепости был я. — Ты что делаешь, идиот⁈ — Взвыл кто-то из артиллеристов, полностью наплевав на субординацию и пытаясь отпихнуть меня от орудия. Примерно с той же степенью вероятности он мог бы попытаться плевком сдвинуть танк, ибо развивал характеристики явно не в направлении физического совершенствования, однако же должен признать, этот человек старался. Искренне. От всей души и со всем прилежанием, на которое только был способен. — Эй! Все сюда! У нас верховный главнокомандующий рехнулся!!! — Эм…А может он все-таки знает, что делает? — Неуверенно промямлил кто-то женским голосом откуда-то из-за спины. Оборачиваться и смотреть на зрителей мне было некогда — я вокруг артиллерийской позиции ритуальный круг собственной кровью вычерчивал, одновременно изо всех сил вихляя стволов рейлагана туда-сюда с такой скоростью, что опоры орудия жалобно скрипели. — Ну, в смысле… — В коромысле!!! — Последовал ответ от неплохого в общем-то артиллериста, судя по его уровню, однако слишком уж привязанного к материалистической картине мира. Это был довольно частый недостаток у многих землян, и его следовало просто перерасти…Хотя можно было и не перерастать, вплоть до верхней границы легендарного ранга подобная особенность, в общем-то, не особо мешала. — Он же целится с закрытыми глазами и вращает рейлаганом так, что сейчас выстрелит в башню, где алхимики окопались! Помогите мне отцепить его, пока он никого не убил! — При достаточной способности чувствовать мир уже не нужно зрение, чтобы взять верный прицел, — мягко поправил его я, внимательно прислушиваясь к тому отклику, который давала сейчас моя магия. Изменить будущее так, чтобы попасть снарядом точно туда, куда нужно, было сложно…Но возможно, пусть и очень энергозатратно. И созданный мной двойной ритуальный круг облегчал эту задачу, делая её из почти невероятно просто титанически сложной. Невозможной для меня прямо сейчас без использования многочисленных накопителей, сопряженных в единую систему вроде той, которая выгорела при охоте на морского змея. И не очень-то нужной, ведь как хрономант я мог чувствовать сопротивление реальности этому своему желанию. Ведь чем больше корректив пришлось бы внести в мироздание для осуществления моих планов, тем выше обещали оказаться затраты энергии. А вот когда они резко снижались, то это значило, что траектория у снаряда и так будет верная или почти верная, а потому коррекция потребуется минимальная. Следовало лишь почувствовать тот момент, когда оно окажется наиболее незначительным. И выстрелить, одновременно воздействуя своей властью так, чтобы гарантировать результат, а не оставлять его на волю случая. В конце-концов отклонить идущую верным курсом бронебойную сверхзвуковую болванку сложно, но не невозможно. Это можно сделать магическим щитом, случайно оказавшимся на пути древним драконом, божественной волей в конце-то концов…С учетом дефицита времени и скорости настигающих нас ратей подобные случайности лучше не допускать. И потому, по воле моей, этот снаряд в свою цель попадет! И только потом вспомнит, что на пути к ней существовали всякие там препоны… — Внимание! Провожу практическую демонстрацию! Мироздание словно всем своим весом навалилось на плечи и начало вращаться, пытаясь стереть в порошок маленький камешек, вклинившийся в работу его жерновов, но волю мою было сломить не так-то просто и энергии, имевшейся в её распоряжении, теперь имелось вполне достаточно, чтобы буквально навязать маленькой частичке необъятной вселенной свое видение ситуации. Орудие содрогнулось от отдачи, пытаясь сорваться со станины и улететь в противоположенную сторону, а двигающийся на гиперзвуковых скоростях зачарованный снаряд подобно солнечному лучу устремился куда-то вдаль. Я с облегчением почувствовал, как спадает с меня непомерная нагрузка, ибо больше реальность моей магии не пыталась противоречить, успел открыть глаза и проследить, как тает в воздухе оставленный им на пути к облачному фронту след, протяженность которого составляла где-то два-три десятка километров. И даже пару мгновений успел потерзать себя мыслями о том, что чего-то напутал и все-таки промахнулся. А затем белая хмарь повела себя примерно так же, как и должен вести себя нормальный туман. Остановилась, ну вернее замедлилась до относительно нормальной скорости, выпуская из себя тучи гарпий, сотни рыцарей на парящих скакунах, летающие тарелки и прочую малоразмерную магическую авиацию, продолжавшую движение прежним курсом и с прежней скоростью. Более того, эти мега-маскировочные чары стали стремительно рассеиваться, буквально разваливаясь на куски или же выпадая в осадок короткими яростными ливнями. — Тц! Неудача, — пробормотал я, переводя взгляд с металлической цитадели на последствия подрыва, случившегося в порядках вражеской авиации. К сожалению, ущерб оказался не слишком велик, даже вполне своевременная замена болванки отнюдь не дешевым алхимическим боеприпасом далеко не всегда позволяла увидеть падение хотя бы пары сотен гарпий, ну а может кого-то иного. И вряд ли дело было в том, что солдат Сгибающего Сталь разрывало на клочки, слишком мелкие, для моего далеко не самого сильного восприятия. Осколков наши снаряды почти не давали, а ударная волна, то есть движущийся на огромной скорости плотный слой воздуха, то ли плохо действовала на приспособленных к перемещению в небе волшебных птицелюдей и пользователей специально приспособленных к перемещению в небе транспортных средств, то ли изрядно ослаблялась какой-то защитной магией противника. К счастью, покуда бой шел исключительно в одни ворота. Колдуны врага то ли не имели средств для поражения нас на сверхдальней дистанции, то ли тратили все свои силы на создание воздушного потока, движущегося в десятки раз быстрее Убежища. — Скорость движений этой воздушной армады и маскировку видимо поддерживали разные цели…Вот вам и причина того, что даже всемогущие казалось бы существа время от времени берут и проигрывают! Мало иметь возможность решить любую проблему, надо ещё понять, какую конкретно проблему ты должен решить. Ну и успеть сделать это, само собой, пока она не решила тебя. Вражеская летучая армия стремительно покидала объятия тумана, и теперь-то нам становилось понятно, насколько она велика. На Убежище летели десятки, а может быть и сотни тысяч врагов! И у них имелось нечто вроде штаба или, возможно, флагмана. Полностью сделанный из отполированного до блеска металла парящий замок, а может быть храм, бывший раза в два меньше моей летающей скалы, но зато обильно украшенный символами Дорго Сгибающего Сталь. Впрочем сейчас великолепие данной постройки оказалось несколько подпорчено, поскольку сейчас в его геометрическом центре наблюдалась аккуратненькая маленькая дырочка, оставшаяся от зачарованной по самое немогу болванки, пронзивший гарантированно окружающей эту штуку защитный барьер, сами стены крепости, наверняка бывшие до чертиков прочными и каких-то мега-заклинателей погоды, находившихся внутри. — Замена…Невозможна? — Я раскрутил барабан с боеприпасами для рейлагана, чтобы попытаться добавить врагу веселья взрывным устройством, которое должно было возникнуть там, где окончил свой путь бронебойный снаряд, однако реальность неожиданно стала сопротивляться моим усилиям с таким пылом, будто реальность пытается корежить не самый опытный хрономант этого мира и, как минимум, пары сотен соседних, а только-только вступивший на путь ритуальной магии новичок, данную ветвь волшебства изучавший сугубо по конспектам, половину которых от волнения забыл. Более того, в мой дар словно бы вцепились какие-то тиски, сразу холодные и острые как столетиями мариновавшиеся в сердце ледяной стужи клинки, а заодно раскаленные будто жидкий металл и давящие тупой бескомпромиссной мощью титанических раскаленных клещей! — Ургх…Врешь, тварь…Не возьмешь! Вражеская воля, за которой стояла сила, превосходящая мою собственную и количественно, и качественно, вцепилась в мою магию, используя чары как переходник, чтобы дотянуться до их создателя. И уж конечно первым же делом она сделала так, чтобы я свою неудавшуюся атаку не сумел экстренно прервать, спасая себя, да и окружающих скорее всего, ибо пущенная в дело мощь запросто могла уничтожить тех, кто находился в радиусе сотни-другой метров от попавшего в ловушку хрономанта. Тело прямо под доспехами легендарного ранга рвануло болью от появляющихся тут и там порезов, оставленных невероятно холодными лезвиями и покрыло ожогами, под которыми теперь находились свежайшими переломы и внутренние органы, которые тупо раздавило. Если проводить аналогии, то я оказался в положении человека, примерно по плечо засунутого одной рукой в промышленную мясорубку, которая вот-вот его перемелет в фарш и вырваться своими силами никогда бы не смог…Но метафорическая вторая рука у меня все ещё была, и была она вполне работоспособной. А ещё имелись ноги, которыми покуда тоже можно было разные кренделя выдавать. Преодолевая терзающую все мое естество агонию и скованность, остатками ещё не затронутой чужеродным воздействием энергетики, я все-таки пропихнул готовый устроить локальный филиал ада боеприпас куда-то внутрь вражеской крепости, одновременно заставляя реальность измениться и поверить в то, что со мной все также, как было раньше! Минуту назад! До того как начал из рейлагана стрелять в туманный фронт! Это было сложно! Адски сложно! Как балансировать на канате и одновременно показывать мастер-класс в снайперской стрельбе, покуда в тебя шприцами заливают жидкий азот напополам с расплавленным железом! Но я не мог позволить себе проиграть! Не здесь, не сейчас и уж точно не в бою против приспешников какого-то жалкого божка, которого защитники нашей планеты рано или поздно разделают под орех, а то что от него после этого останется, утилизируют на ближайшей помойке или вообще выкинут в канаву!!! Мироздание исказилось, река времени потекла вспять, реальность дрогнула, а вредоносное воздействие на мои тело и душу исчезло, как и не было его. Из зарядного барабана начал падать вниз горячие изломанные куски металла, ранее бывшего бронебойным снарядом, а в центре летающего то ли замка, то ли храма распустился цветок из пламени и разлетающихся в разные стороны обломков, поскольку значительная часть мощи взорвавшегося боеприпаса пошла по пути наименьшего сопротивления, то есть через оставленную болванкой полосу разрушений и дыр в стенах. Впрочем, и в дело пошло явно немало, из-за чего у вражеского командования сейчас точно прибавилось проблем, возможно несовместимых с жизнью, ведь раньше летевшие к нам словно с реактивными двигателями в заднице враги вдруг резко замедлились до тех более-менее нормальных скоростей, которые естественны для различных птичеженщин или там виверн, обвешанных тяжелыми стальными бронеплитами. Хрономантия опять доказала свою пользу для тех, кто желает раздолбать неуязвимое и заодно полностью насладиться всей палитрой опыта многоразового самоубийцы, уцелев вопреки всему…Но, должен признать, это было близко. Неприятно близко. Замешкайся я с экстренными мерами по собственному спасению ещё чуть-чуть, и помер бы, быстро, но мучительно, причем без каких-либо шансов на дальнейшую реанимацию. — Внимание всем артиллеристам! У вражеской крепости присутствует концептуальная защита, делающая обычную тактику замены боеприпасов невозможной! — Рявкнул я во все горло, отходя от рейлагана и уступая место артиллерийскому расчету. Наводчик немедленно стал выцеливать новых жертв, покуда орудие слаженно действующая команда заряжающих готовила к новому выстрелу, причем куда быстрее, чем удалось бы мне сделать это в одиночку. Все-таки для этого у них имелся и опыт, и навыки, полученные благодаря десяткам артиллерийских обстрелов врага из этого самого рейлагана либо же абсолютно идентичных ему устройств… — Не пытайтесь взорвать изнутри эту блестящую жестяную банку! Вы только подставите себя под удар, возможно удар площадными чарами, который уничтожит и вас, и ваших товарищшей! Долбите эту железную фиговину бронебойными снарядами до тех пор, пока она сама не развалится! Предупреждение было крайне своевременным, поскольку большая часть артиллеристов уже прекратила стрелять из пушек по воробьям и перенесла свои прицелы в сторону вражеского флагмана. Ну а как же иначе? Цель большая, блестящая, явно очень-очень важная, ибо другой такой у противника нет…Жаль только выпущенные ими болванки в большинстве своем взяли в магических барьерах этого сооружения. Однако уже то ли две, то ли три стены его все-таки клюнули…И пробили несмотря на вроде как лежащее на них божественное благословение. Ну да я скорее поверю в то, что мой знакомый Клаус по совместительству является ещё и Сантой, чем в то, то Дорго те собственной персоной зачаровывал. Да и верховные иерархи придурка, зовущего себя богом воинов и делающего для воинов оружие из воинов, скорее всего, считали выше своего достоинства облизывать каждый квадратный метр этой штуки подобно каким-то жалким каменщикам. Вот в то, что они для сотворения своего молебна кого-нибудь заживо сожгли, а может утопили в чане с расплавленным железом, а после от всей души, попавшейся им в лапы души, конечно же, защитили весь свой порхающий железный сарайчик или по крайней мере какую-нибудь его отдельную постройку — поверю запросто. К сожалению имевшиеся у врага недостатки, какими бы многочисленными и отвратительными с моей точки зрения они не являлись, не умаляли его достоинств. Защитные чары, использованные противником, базировались без сомнения на прямом манипулировании реальностью посредством божественной мощи. Но даже для клевретов разного рода небожителей Бесконечной Вечной Империи заблокировать мои действия, пусть даже действия меня-нынешнего, а не меня-будущего, оказалось бы ой как непросто, если бы они действовали наобум. Использованная магия одним из более-менее стандартных комплексов воздействий, защищающих разные стратегически важные места от прямого магического ущерба или любителей точечной телепортации, не являлись даже близко. Это была ловушка как раз на ритуалистов, более того, на хрономантов, производящих рокировку объектов за счет магии времени…Меня и тех, кого я обучал в меру своих педагогических способностей. И видимо где-то среди нас, а может наблюдавших за нами зрителей, затесался шпион, передающий информацию противнику. Вполне возможно не один. Оставалось утешаться лишь тем, что верховного главнокомандующего конфедерации враги по-прежнему недооценивают. Нет, почти любого другого специалиста данного направления из Бесконечной Вечной Империи они бы прищучили качественно, раз и навсегда, но вот по моим меркам защита получилась все же не слишком качественная, её явно делал какой-то жрец, а не прикладывающий все свои силы к достижению нужного результата божок. Ну или все же божок, но тогда использующий имеющиеся у него возможности на редкость топорно…Что, в принципе, являлось нормой для небожителей Бесконечной Вечной Империи, слишком уж привязанных к ограничивающим их костылям, а кроме того не привыкших лишний раз напрягаться. — Бальтазар…Они тебя достали? — Прорычала с высоты своего роста Эва, пребывающая сейчас в своей драконьей форме. Лезть в драку своей любовнице я не то, чтобы запретил, но очень убедительно просил её держаться в задних рядах и, при необходимости, прикрывать меня оттуда дальнобойной магией или же огненным дыханием. — Достали, но я переживу, — её забота была приятной, жаль времени на всякие приятные сентиментальности не было, да и обстановка не располагала. — Я, в принципе, чего угодно переживу, если сразу не сдох. Да и в противном случае, пожалуй, могут уже быть варианты…Но прямо сейчас мне, пожалуй, лучше будет отдохнуть минуток пять или шесть, тем более раньше до нас самые резвые придурки и не доберутся… — Скорее десять-пятнадцать, — посмотрела Эва в сторону вражеской армии, которая как раз сейчас несла самые существенные потери в живой силе с самого начала битвы. Откуда-то из арсеналов Убежища была добыта экспериментальная партия снарядов для рейлаганов, которые взрывались в разы хуже обычных боеприпасов, но зато распространяли во все стороны сваренный Джун ядовитый газ. Наш лучший химик изготовил их всего-то штук десять, ну мы как-то особо не предполагали, будто они нам потребуются, однако к своей работе кореянка подошла на совесть, а потому сваренная ею отрава не имела ни цвета, ни вкуса, ни запаха. И через очень малозаметные облака опасных токсинов пролетели тысячи вражеских солдат, которые как раз сейчас в большинстве своем падали вниз, будто листья по осени. Воздух их крылья, искусственные или природные, все так же держал…А вот насытить кровь кислородом сквозь обожженные и отказавшие легкие уже не мог. — Мне кажется воздушный поток, который нес всю эту армаду вперед, начинает замедляться…И мне кажется, что мне не кажется! Я же теперь дракон! Я такие вещи нутром чувствую, причем на большой дистанции… Эва действительно была драконом, а потому среди артиллерийских позиций Убежища выделялась примерно так же как ярко-алый спортивный болид на фоне легковых автомобилей. А может быть вражеское командование сумело как-то отследить, где находится тот самый хрономант, по вине которого им сначала прилетела бронебойная болванка, чтобы спустя пару мгновений смениться по-настоящему пламенным приветом. В любом случае символы Сгибающего Сталь, намалеванные на тех или иных частях летающего железного замка налились недобрым багрово-черным свечением, наводящим на мысли о дыме труб и огне кузниц, а после с потрясающей синхронностью плюнули прямо по нам длинными-длинными, практически бесконечными струями расплавленного металла, двигающимися ненамного медленнее снарядов, выпущенных из рейлагана! — Лупить точно в гербовые каракули! — Приказал я, наблюдая за тем, как первые потоки смертельно опасной субстанции оседают на защитных барьерах Убежища. Барьерах, которые долго не протянут. Да и отдельные команды волшебников, делающих упор на всякой пассивной обороне, что сейчас прикрывают наши расчеты вряд ли сумеют удержать пакость, неприятно близкую к олицетворению божественного гнева. Выиграли бы достаточно времени, чтобы попавший под удар народ успел разбежаться в разные стороны от своих орудий…Или попытаться слегка облегчить им работу, сосредоточив его внимание на себе? — Выбейте врагу его орудия, а после нам будет плевать, насколько у этого сверкающего орешка толстая скорлупа! Эва — сжимайся! — Вот не в такой момент я хотела бы слышать от тебя подобные приказы! — Возмутилась моя любовница, тем не менее действительно принимая свою родную форму дракиды, заметно более уязвимую, но зато гораздо более компактную. — Ерничать будешь после, а сейчас побудь серьезной, пожалуйста, — я отошел от орудия на пару десятков метров, вычертил новые ритуальные круги и воздвиг вокруг нас тройной сферический барьер из измененного времени. В первой зоне события относительно остальной вселенной замедлялись в десять раз, во второй — в тридцать, в третьей же течения реки времени вообще практически не существовало. Самым энергозатратным был конечно же третий, но благодаря первым двум нагрузки, которым он стал бы подвергаться, обещали резко снизиться. Мысленно достав из своего пространственного хранилища контрольную сферу я обменял одну из своих малых наград на то, чтобы максимально стабилизировать данные чары, заодно отвязав их от самой магической фигуры, уже больше ненужной и более того, вредной, поскольку она представляла собой одну большую уязвимость. — Ублюдки нацелились точно на нас, но думается мне, мы ещё обломаем им зубы, для чего меня надо обнять и зависнуть в воздухе, по возможности крыльями не махая…Да, кстати, защиту от высоких температур внутри моего купола поддерживай если получится. И задержи дыхание минут на пять-семь, как ты умеешь, ведь сейчас станет жарко… Потоки раскаленного металла пробурили защитный купол и с разных сторон устремились прямо к нам, игнорируя даже куда более соблазнительные казалось бы цели в виде расположенных не так уж далеко орудий. Разве только ближайшему брызгами досталось, да и то случайно, по остаточному принципу. Интуиция меня не подвела — Дорго Сгибающий Сталь желал разделаться со смертным, к которому у него имелись личные счеты, а ещё очень хотел бы причинить мне боль душевную, прикончив мою беременную любовницу. И его клевреты не могли поставить волю своего бога ниже, чем тактические соображения или военную необходимость. Только вот первые сотни литров расплавленного металла резко замедлились, потеряв свою инерцию, когда попали в зону действия моих чар. Затем почти перестали двигаться. А после и вовсе остановились, лишь формально продолжая движение. На тех темпах, в которых они сейчас текли к нам, им предстояло это делать долгие-долгие минуты, что по меркам артиллерийской перестрелки практически вечность.Окружившая нас со всех сторон сфера из раскаленного жидкого металла нависла сверху, а заодно прожгла почву и попыталась ноги захлестнуть, однако не могла дотянуться до находящихся внутри существ, сколько бы новых слоев на давили на неё сверху, поскольку магические орудия вражеского летучего замка все ещё продолжали работать. Вдобавок замедленная во много раз субстанция принялась делать то, что и положено делать очень горячему жидкому металлу. Остывать, затвердевая. Ведь для той её части, которая оказалась к нам ближе всего, прошло много времени, целые часы! И её подпитки оказалось совершенно недостаточно, чтобы сохранять прежнюю температуру и текучесть. — Чем больше нас поливают этим расплавом, тем толще становится скорлупа, в которой мы находимся! — Ахнула удерживавшая нас обоих в воздухе Эва, позабыв про мою просьбу задержать дыхание и беречь кислород. — Безумно, но по-своему гениально…У меня только два вопроса. Что будет, если по нам перестанут стрелять? И как мы выберемся? Не уверена в своих возможностях прогрызть или проплавить такую оболочку достаточно быстро… — Касательно последнего — я просто перемещу нас туда, где мы были минут пять назад. Или десять, — оставалось только пожать мне плечами, наблюдая за тем, как содрогаются окружающие нас металлические стенки. Внутри сферы было темновато, ведь свет нам давали лишь отдельные участки нашей темницы, все ещё раскаленные докрасна, но в общем и целом обстановка оказалась комфортной, несмотря на удушливую жару. Думал, будет хуже, а тут даже ожогов лица или легких скорее всего не получу, так как благодаря магии доспехов вынослив и устойчив почти как дракон…А для Эвы это и вовсе скорее своеобразный аналог солярия, чем угроза здоровью и жизни. — И вряд ли враг слишком уж быстро изменить тактику. Я таких как Дорго хорошо знаю, они туповатые, но зато упертые и привыкли, что при достаточной настойчивости и силе можно любую преграду раздолбать. Обычно это работает, а когда не работает, их собственные привычки мешают им принять иное решение…И каждую минута покуда он нас пытается тут запечь до хрустящей корочки, рейлаганы бьют по замку, чья защита рано или поздно падет. — Дорго ещё может достать нас, — несколько нервно заметила моя любовница. — Да, на территории Убежища ему это будет стоить до неприличия дорого…Но он бог! Он может позволить себе подобное, а потом просто откупиться от наказания Бесконечной Вечной Империи или перетерпеть его! — Может, — поморщился я, ибо это было самое слабое место моего плана. Металл, лишь недавно покинувший священные кузни, посвященные Сгибающему Сталь воле этого самого Сгибающего Сталь отозвался бы с огромной охотой, вмешайся он в бой собственноручно. И даже слой почти остановленного времени не спас бы от того, кто повелевает не физическими явлениями или энергией, а самими концепциями, видел уже такое во снах… — И это единственное, что нам по-настоящему угрожает прямо сейчас. Но пока у него есть армия, которая может банально выпустить нам кишки, то он скорее всего от подобных действий воздержится, не желая собственноручно разбираться с неизбежными последствиями, которые ему Бесконечная Вечная Империя не позволит перевалить на плечи кого-то другого. Во всяком случае именно так себя бы повели девяносто процентов небожителей, выпестованных Системой, а уж в этой конкретной разновидности дерьма я, хочется верить, разбираюсь… Время шло. Наша тюрьма дрожала от сыплющихся на неё сверху ударов, медленно-медленно сокращалась в объеме поскольку замедлившийся до предела металл, прибывший первым, хоть и остыл, но продолжал двигаться по инерции с заданной ему траекторией и потихоньку становилась все более душной. Однако потом внешние воздействия на неё как-то резко остановились и, выждав минутку для верности, я все же решил покрепче обнять Эву и перенести нас туда, где мы были раньше, а именно к выходу, через который казалось бы, целую вечность назад из здания наружу шагнули. — Бургхэээ… — Немедленно согнулась в приступе жестокой рвоты дракида, попытавшись заодно завалиться на бок, видимо краткое пребывание вне нормального потока времени с частичным смещением в обратном направлении оказалось для её организма тяжелейшим шоком. Пришлось ловить, придерживать и одновременно осматриваться по сторонам, пытаясь понять, а что тут вообще происходит. Ярко блестящего на солнце металлического замка больше не было. Были какие-то медленно теряющие высоту руины, раньше определенно имевшие иные габариты. То ли пожар внутри наткнулся на нечто взрывоопасное, то ли какой-то расчет сумел повторить мой подвиг с внутренним взрывом внутри этой бронированной скорлупки, пускай и ценой своих жизней, то ли снаряды рейлаганов банально разбили несущие конструкции, после чего часть этого архитектурного сооружения отвалилась под собственной тяжестью. К сожалению, на этом хорошие новости заканчивались. Воздушная армия врага наконец-то смогла нагнать Убежища и теперь как могла пыталась закрыть нам своими крыльями небо, а представители этой самой армии швырялась с этого самого неба боевой магией, а также чем-нибудь тяжелым и острым, ну или же приземлялись, чтобы вступить в врукопашную свалку. Правда, удавалось не всем, поскольку многих сбивали ещё на подлете, ведь рейлоганов-то у нас насчитывалось не так уж и много, а вот чем-нибудь иным, менее мощным и дальнобойным, а также находящимся в руках защитников, мы утыкали чуть ли не каждый сантиметр! Собранное на летающей скале воинство конфедерации активно огрызалось во все стороны автоматическим огнем, пулеметными очередями, залпами танковых орудий и баллист, а также примерно того же качества заклинаниями и всякими там метательными дротиками, что были высокоуровневым наемникам намного привычнее огнестрела. Отовсюду слышались звуки пальбы и взрывы, которые почти могли перекрыть собою крики раненных и умирающих, частенько валяющихся под ногами или падающих прямо на голову. — Резня, — с неудовольствием констатировал я очевидное, взмахом молота отбрасывая в сторону летящего прямо на нас с Эвой железного коня. Тот правда, скорее терпел бедствие, чем шел на таранный удар, поскольку в боку необычного скакуна красовался десяток дыр, оставленных скорее всего автоматными пулями, и оттуда струями хлестала жидкость, напоминающая нечто среднее между кровью и машинной смазкой…Однако получить по загривку парой тонн брыкающегося металла было бы в любом случае неприятно. Повстречавшийся с моим оружием то ли конструкт, то ли все же живое существо смялся подобно банке из-под пива и улетел вдаль подобно теннисному мячику по пути перевернув летающую тарелку, откуда уже готовился прыгать вниз десант…А вот его всадник, к сожалению, остался. Закованный в толстые и явно прочные латы трехметровый громила, бывший то ли очень маленьким великаном, то ли аномально крупным человеком, с неожиданной ловкостью выпрыгнул из седла за пару мгновений до катастрофы и замахнулся на меня клинком, с лезвия которого сорвалась почти невидимая, но явно быстрая и острая волна воздуха. Камень у меня под ногами во всяком случае сантиметров на пять-шесть точно прорезало, судя по брызнувшей оттуда крошке, а вот доспех легендарного качества, как и его носитель, попрочнее были, нас лишь поцарапало. И следующим ударом я катапультировал этот ходячий несгораемый шкаф куда-то вдогнку его транспортному средству, правда, уже двумя отдельными частями. — Это плохо, первые наши по-настоящему серьезные потери с момента создания конфедерации будут… Машинально брошенный в ближайшего летающего противника нож вошел точно в глазную щель его шлема, причем без какого-либо активного использования магии или навыков с моей стороны. Но так точно целиться, в общем-то, и не требовалось, поскольку оружие чисто за счет физического импульса оторвало голову, в которую попало. И понеслось дальше, прямо через чью-то грудь, плечо, крыло…Нож, повинуясь моим мыслям, порхал в воздухе, уничтожая ту многочисленную докучливую мелочь, что в любом месте могла бы считаться великим воином, а здесь и сейчас дохла пачками, не способная даже меня отвлечь на пару секундочек. Стукнувшаяся об мой шлем стрела или же пролетавшая мимо гарпия, счастливо избежавшая знакомства с Клыком и попытавшаяся вскрыть Эве шею когтями ног, но в результате мимоходм сцапанная успевшей немного прийти в себя дракидой и потому лишившаяся своих окорочков, выдранных с корнем, думать особо не мешали. Раньше все масштабные битвы складывались плюс-минус так, как желали того в нашем генеральном штабе, а рукопашная начиналась лишь после тщательной артиллерийской и стрелковой подготовки, фактически являясь скорее добиванием врага. Сейчас же инициатива, увы, оказалась в руках противника. Мои действия сумели смешать ему карты, предотвратив практически безнаказанную массовую высадку противника под прикрытием тумана и неизбежный в подобной ситуации разгром сил защитников Земли, однако когда солдаты рвут друг друга на части в плюс-минус равных условиях, то и потери у них образовываться начнут вполне сопоставимые. Вопрос теперь был в том, какая из сторон конфлита раньше утратит боевой дух или же банально кончится, поскольку большую часть её представителей тупо перебьют. Вокруг царил хаос, в котором о какой-либо тактике речи даже не шло. Вот какой-то солдат в бронежилете и с автоматом стреляет вверх из своего оружия, но потом получает упавшую с небес прямо в грудь мощную огненную стрелу и с воплями превращается в живой факел, мечущийся туда-сюда. Налетел он в итоге на бронированную виверну с перебитым крылом, которая хоть и была покрыта надежной защитой, но видимо огня боялась, как и любое другое животное, а потому под влиянием инстинктов шарахнулась в сторону и лишь потому не растерзала кого-то из наших гномов, уже сбитого на землю, откуда он без особого успеха палил в летучую ящерицу из автоматического пистолета-пулемета. Испуг рептилии прошел быстро, но заминки хватило кому-то из солдат, чтобы влепить ей в бочину выстрел из противотанкового гранатомета…А может и противопехотного, не знаю уж точно. В любом случае мощи реактивного снаряда хватило, дабы обрывки мяса и осколки брони разлетелись в разные стороны веером, кого забрызгивая, а кого раня или даже убивая. Например, относительно легкобронированных гарпий, одна из которых шлепнулась почти мне под ноги. Я уже было хотел её пнуть, но просто не успел — пришлось отвлечься на крылатого металлического гуманоида непонятной расы, что набросился сзади и покрытыми электрическими разрядами руками попытался свернуть мне шею. Правда, легендарный варлорд оказался сильнее выходца черт знает из какого мира и отличался завидной магической устойчивостью, а потому удалось отделаться дискомфортом, примерно как от чересчур туго затянутого горячего шарфа. Причем очень кратковременным, ведь уже через три секунды я впечатал его в стену ближайшего здания с такой силой, что враг оказался внутри и, будучи контуженным об кирпичи, разжал свою хватку, а в себя прийти так и не успел, поскольку молот поставил жирную точку в его жизненном пути, когда проломил лоб и дошел до затылка. Правда, пока разбирался с этим типом предыдущая добыча успела слинять, ведь в спину птицеженщины вонзился гарпун, вылетевший из решетки ливневой канализации, отремонтированный в Убежище относительно недавно, а после ту утащило куда-то под землю, вероятно в руки крысолаков, определенно не настроенных сейчас брать добычу живой. Из одних зданий во всю ведут огонь из пулеметов или швыряются ледяными иглами по летающим в небе объектам, дружественных среди которых сейчас вроде нет, а из других свешиваются мертвые защитники, а может нападающие и бой там уже кипит внутри. Разобрать, на чьей стороне находится преимущество в начавшейся свалке, было абсолютно невозможно, поскольку какой-то четкой линии фронта не имелось. Сражались все, сражались везде…Сражались, хотелось бы верить, не путая чужаков со своими, но учитывая масштабы этой битвы, вряд ли нам так повезет и не случится ни одного происшествия с дружественным огнем, последствия которого придется разбирать, если выживем. — Грааа! — Превратившая в дракона Эва задрала свою длинную шею высоко вверх и теперь с надсадным ревом выдыхала целую реку пламени, которая завивалась вокруг моей любовницы в постепенно расходящуюся спиралась. Став эпицентром настоящего пылающего торнадо, она заставила покорную ей стихию разлететься во все стороны брызгами, напоминающими не то горизонтальный дождь, не то работу системы автоматического полива газонов, если бы ту зарядили напалмом. Очень злым и жарким напалмом, как правило прожигающим насквозь в месте попаданий даже те тела, которые прикрывала мощная металлическая броня, дополненная защитными магическими рунами. Накрывший объем чуть ли не в целый кубический километр рукотворный ад буквально расчистил пространство над нами от всяких неопознанных летающих объектов, что плавились, горели или же просто запекались в обрушенном на них драконьем огне. Это было очень кстати, дав мне возможность сосредоточить свое внимание на тех врагах, которые находились на земле. Кольцо на моем пальце буквально раскалилось, едва ли не захлебываясь от жизненной энергии своего носителя, а кровь, которой здесь и сейчас текло более чем достаточно, вскипела и воспарила, чтобы ручьями хлынуть к шлемам тех, кто носил здесь и сейчас более-менее единообразную броню, а следовательно относился к числу воинов Дорго Сгибающего Сталь, ведь земляне и работающие на меня наемники унификацией снаряжения особо не заморачивались в отличии от тех, кто принадлежал к стабильным структурам, существующим многие сотни лет. В нормальной ситуации носитель подобного артефакта никогда не смог бы по-настоящему сравниться с каким-нибудь высокоуровневым кровавым малефиком или там боевым магом крови, способным бить по площадям уничтожая толпами вполне себе могчих врагов и не вредя союзникам, но ситуация нормальной уж точно не была. Я обладал привычкой художника подмечать мелкие детали и потому отличал своих от чужих быстро, легко и массово. Я обладал опытом тысяч битв с обитателями Бесконечной Вечной Империи, а потому даже без использования сканирующих навыков относительно легко сортировал цели, оставляя без внимания мелочевку, которой хватило бы пары-тройки пуль и временно игнорируя всяких там сотников и представителей знати, удар по которым не привел бы к существенным результатам. Я буквально сжигал себя, за счет перерасхода энергии, невероятно мощной воли и недавно повысившегося таланта к магии воды, облегчавшего также управление прочими жидкостями, заставляя эту побрякушку работать далеко за пределами своей эффективности и стремительно изнашиваться. И так я смог продержаться очень недолго, стремительно расходуя свою прану, но тем не менее расчищая вокруг себя поле боя от врагов. Десятки и сотни гарпий или десантировавшихся на Убежище пехотинцев единомоментно дохли всюду, куда падал взгляд легендарного варлорда, обладающего воистину феноменальной выносливостью и живучестью, что ныне горели как топливо в печи. Обладающего и готовящегося вот-вот дать дуба от тех травм, которые он сам собственной ауре нанес…А в следующий миг вернувшегося в свое недавнее состояние — полностью здорового, с готовой к труду и обороне энергетикой, а также артефактом на пальце, что не грозил вот-вот рассыпаться на отдельные обломки. Из обломков теперь восстановить его бы тоже, пожалуй, смог, но до такого лучше было не доводить. — Не отступать и не бояться! — Громким криком подбодрил я своих бойцов, старательно не обращая внимания на валяющиеся тут и там тела, определенно относившиеся к числу моих солдат. Ну и заодно отмахнулся молотом от какого-то рыцаря, оседлавшего крылатого бронированного быка. Его копье проскрежетало по древку моего молота, изогнулось как живое и ударило раскалившимся словно кусочек звезды кончиком в грудь, прожигая дыру в адаманте и драконьей коже…А потом было вырвано из рук владельца, вероятно уже праздновавшего победу и отброшено далеко в сторону, куда-то за край летучей скалы. И раны на мне уже не было раньше, чем обескураженный потерей великого артефакта враг сумел вытащить из ножен на поясе какой-то длинный ковыряльник, которым можно было бы рубить не слезая с седла. Правда, насколько искусно оним владел, проверить не получилось.Помешала пронзившая пространство полоса света, без сомнения являвшаяся выстрелом рейлагана. Целились, правда, совсем не в этого типа, а в какого-то пронесшегося мимо на огромной скорости дракона, развивающего в воздухе неплохую скорость, несмотря на отягощающие его доспехи и потерю левого крыла, срезанного под самый корень, но попавшему под удар любителю порхающих копытных и его скакуну от этого лучше не стало. От обоих остались лишь рожки да ножки, плюс ящеру кончик хвоста оторвало, из-за чего тот только прибавил прыти. — Мы побеждаем! Я повторил свой трюк с почти самоубийственным использованием магии крови на бис. А затем ещё раз, ещё и ещё, покуда не оказался вынужден сделать передышку, поскольку воды реки времени слишком уж взбаламутились и дальше так рисковать вот прямо сейчас стало слишком опасным…Впрочем, получилось неплохо. Будущий я предпочитал устраивать подобного рода представления с какими-нибудь зачарованными мега-бомбами, которые швырял в толпу врагов раз за разом, но сжигание собственной жизни, чтобы порадовать противника магией примитивной но ультимативной, как падающий на башку железный лом, работало тоже вполне себе неплохо. В радиусе примерно километра на месте несколькиз тысяч врагов быстро осталась лишь пара сотен, поскольку все остальные либо уже сдохли, либо прямо сейчас подыхали. А не подыхали, так просто теряли боеспособность процентов на семьдесят-восемьдесят, ибо когда тебе бурлящей от высоких температур кровью ошпарило глаза, а заодно в носоглотку или даже прямо в легкие крутой кипяток налился, воевать становится ну просо очень неудобно. Нет, имелись среди попавших под удар противников те, кто за счет высоких характеристик, качественно снаряжения или защитных навыков сумел пережить атаку или отделаться легким испугом, однако их насчитывалось совсем немного. И теперь на выделявшихся качественным защитным снаряжением аристократах и этих одиночках могли сосредоточить все свое внимание иные защитники Убежища, коллективно подбирающие нужного калибра открывашки для их брони. Кого-то раз и навсегда успокаивали очередью в затылок, кого-то сообща грубой силой валили на землю, чтобы там запинать, кому-то запихивали узкий длинный кинжал в глазную щель или же гранату под латную юбку. Они сопротивлялись, конечно, причем иной раз вполне успешно и с многочисленными жертвами, но как правило в честной драке десяти и одного побеждал отнюдь не одиночка. Воздух вокруг нас во множестве разрезали разнообразные метательные снаряды, либо же энергетические проекции, которыми некоторые враги орудовали с такой скоростью и мастерством, что даже примитивное вроде бы копье могло натворить не меньше дел, чем гибрид крупнокалиберного пулемета со снайперским ружьем. Я привык воспринимать вьющихся вокруг гарпий скорее как раздражающий своими криками фон, опасный лишь для рядовых защитников Убежища, ну или когда они нападают большими слаженно действующими группами, и чуть было не поплатился за это. Какой-то покрытый морщинами старикан с седыми от возраста перьями, в отличии от большинства сородичей таскающий не металлическую, а костяную броню, сделанную вроде бы из хитиновых пластин, но зато украшенную удивительно качественным портретом Дорго, пронесся на бреющем полете, раскатисто заывая некий боевой клич словно боевой вертолет. В его худых артритных руказ была корява кривая палка с невзрачным каменным наконечником, что тряслась угрожая вот-вот выпасть из слабых пальцев пенсионера…Чья дряхлость и немощность оказалось не более чем видимостью, поскольку с каждым содроганием глупого с виду оружия сразу полудюжина невидимых сверлящих снарядов вонзались в меня без промаха, равномерно распределяясь по уязвимым местам и эти самые места дырявя. Вполне успешно дырявя! Два укола в глаза, один в горло, обе подмышки, пах, сердце…А затем ещё раз, ещё и ещё! Под разными углами. Без промаха. С достаточной мощью, дабы пробивать и сделанные Эвой доспехи, и находящуюся за ними плоть, бывшую не сказать, чтобы уязвимой! Так мало того, этот пенсионер ещё и огнеупорным оказался, вполне успешно блокируя ударивший в него поток драконьего пламени барьером, созданным судя по всему, за счет каких-то манипуляций птичьими когтями на ногах! — Шустрый птах, — только и смог сказать я, истекая кровью из множества ран и буквально ощущая, как меня все новыми и новыми ударами разделывают на части. И если бы не возможность откатывать себя в прошлое, то эти самые части уже разлетелись бы в разные стороны, а так пока держался одним куском, заставляя врага раз за разом переделывать свою работу, начиная все сначала. — Настолько сильная легенда, что почти миф… Молот, брошенный в этого нелюдя и прорезавший небеса подобно зенитной ракете, не мог попасть бы в свою цель никогда, если бы само мироздание не поверило, что он в него уже попал! Размазавшийся от скорости и рывком сместившийся на полсотни представитель расы гарпий, вероятно, очень удивился, когда все-таки получил навершием в виде дракончика себе в грудину. Но этот удар он пережил, пусть даже харкнув кровью, прекратив меня атаковать и замедлившись…В результате чего на его башке сомкнулись драконьи зубы совершившей лишь чуть менее впечатляющей рывок вперед и вверх Эвы, прошедшие между шлемом и костяным воротником, чтобы аккуратно срезать седую голову нашего врага. Я восстановил свое здоровье до оптимального состояния, а после сразу же снова продолжил его гробить, используя возможности кольца на полную катушку и топя толпы врагов в кипящей крови их собственных товарищей. Впрочем защитники Убежища и сами неплохо справлялись с тем, чтобы прикончить большинство врагов, хотя и нельзя было сказать, будто игра идет в одни ворота. Союзные люди и нелюди продолжали умирать в бою всюду, куда падал взгляд, периодически летающая скала тряслась от происходящих где-то внутри взрывов, все же далеко не весь десант противника решил пойти в атаку именно на плоской верхушке, да и масштабные магически атаки, накрывающие большую площадь и уничтожающие тот или иной узел обороны, случались нередко…Хотя и не сказать, чтобы часто. От любой иной армии подобного размера и мощи их бы ожидал куда больше, но Дорго позиционировал себя как бог воинов, а потому и прислужники у него были соответствующие. С метанием огненных шаров или чем-то плюс-минус аналогичным они испытывали сложности, зато в рукопашной представляли из себя те ещё машины смерти по меркам простых людей. Да и на дистанции могли неприятно удивить кто метательным железом, кто стрелами, кто энергетическими проекциями своего оружия. — Идем к артиллерийским позициям, посмотрим, что с ними стало! — Крикнул я Эве, что по-драконьему грозно топала за мной следом, на ходу продолжая плеваться пламенем в самый крупные скопления гарпий и прочих летучих противников, маячащих в небесах вблизи нас. Мне-то в соответствии с привычками существа сугубо наземного как-то легче было сосредоточиться на выбивании тех, кто тоже ножками по тверди топает. Тем более среди птиженщин и прочих любителей сражаться не покидая воздушного океана в основном легкие войска имелись, которых свинцом из автоматов в массовом порядке отстреливали вполне успешно. Куда более солидно экипированные латники и рыцари, от которых пули отлетали как от танков, обычно все же предпочитали ближний бой. — Они держатся! — Рыкнула Эва, получая в открывшийся рот пару стрел и какой-то дротик, но едва замечая это. Нет, струйки крови брызнули, а по телу красной драконицы пробежала едва заметная дрожь, но подобную реакцию человек бы получил, слишком небрежно начав орудовать зубной щеткой и повредив десны. — Как минимум некоторые! А вот за танки вражеская элита взялась серьезней! Там много огня и дыма, очень странного дыма, сквозь который я ничего не вижу…Но внутри точно что-то есть! Что-то сильное и страшное! Примерно как твои друзья страшное! Нутром чую В чувствительности моей любовницы не имелось никаких сомнений, а длина шеи позволяла ей при желании взирать на поле боя с высоты, подобно какому-нибудь бронированному огнеплюйному жирафу, а потому я решил положиться на мнение той, кому сейчас видней, лишь мимоходом бросив взгляд в сторону артиллерийских позиций. Тот рейлаган из которого я вел обстрел вражеской летающей крепости найти сейчас было невозможно, поскольку он скрывался где-то в недрах холма из полужидкого железа, до сих пор местами светящегося от внутреннего жара, да и парочке соседних осталось, а рядом с какими-то не осталось ни одного из защитников Убежища или же их разломало на части мощными магическими ударами…Но гораздо больше уцелело и даже пыталось вести бой, чем собственно и объясняло в зоне видимости малое количество вражеских драконов и прочих по-настоящему крупногабаритных единиц. Артиллеристы их сбивали, ведя свою разрушительную работу, несмотря на помехи в виде кипящей вокруг схватки. Разумеется, противник пытался до них добраться и даже периодически умудрялся выбить то одного, то другого человека из расчета, однако же на защите орудий стояли самые лучшие наемники, вплотную подбирающиеся к легендарному рангу или даже достигшие его, а также сильнейшие земляне, ради прокачки которых мы не жалели лучших трофеев и алхимии. На заранее подготовленных оборонительных рубежах, в меру наших возможностей совершенствовавшихся самыми искусными фортификторами каждый день, они держались даже против тех, кого по праву можно было назвать элитными войсками Бесконечной Вечной Империи, круша прислужников Сгибающего Сталь магией, сталью и свинцом. Позиции, где раньше стояли наши гусеничные боевые машины, действительно были скрыты дымом. Горячим, жирным, настолько плотным, что едва удавалось разглядеть в нем свои собственные ноги и наполненным какой-то странной силой, в которой мои чувства веля себя…Странно. Нет, то что глаза почти ничего не видели и слезились, а в носу засвербело не только у меня, но и у продолжающей прикрывать спину Эвы, выпустившей пару громких чиханий, это ещё можно было понять…Но почему и как эта заполнившая воздух сажа ощущается сразу и свежей, буквально только-только появившейся и настолько древней, будто сейчас где-то рядом горит античный музей? Притом вражеским солдатам эта аномалия вредила в той же мере, что и защитникам Убежища. Я видел, как кашляла и задыхалась на границе темного облака какая-то женщина, из последних сил отбивающаяся деревянным посохом от нескольких пехотинцев врага… И сопротивляться численно превосходящему противнику у наемницы получалось потому, что облаченные в массивные доспехи латники, с громким звоном огребающие от неё по своим шлемам, но пытающиеся пронзить её своими клинками, явно тоже желали бы дышать полной грудью, а вместо этого кашляли как бегущие марафонную дистанцию астматики, у которых вдобавок проблемы с сердцем. Эпическая битва инвалидов могла бы продолжаться ещё долго, если бы чужаки внезапно для себя не лопнули изнутри, поскольку вся их кровь вдруг настойчиво попросилась наружу. — Почему под удар вражеской элиты попали танки? — Задалась вопросом Эва, когда мы в дыму наткнулись на первую из подбитых машин, а мои руки практически без участия сознания вколачивали легендарный молот в какого-то стального колосса, почему-то таскающего на своих плечах роскошную ало-золотую мантию и видимо не способного сообразить, что сколько бы он и ему подобные не пытались меня достать руками, клинками и магией от их ударов я просто НЕ умирал. Во всяком случае, не мгновенно. А всё, что не могло убить меня в первую же секунду, во вторую секунду уже было несущественным, поскольку для моего тела становилось словно никогда не существовавшим. — Это же тактически нецелесообразно…Я не генерал, но даже я поняла бы, что нужно бить либо по пушкам, либо по узлам обороны в зданиях… — Значит это все устроил тут тот, кому на тактику плевать, — откликнулся я, отмахиваясь молотом от вынырнувшего из дыма убийцы, что мог становиться нематериальным, буквально растворяясь в этом самом беду…Но вот беда, замешкался чего-то на какую-то жалкую долю секунды и оказался вбит в землю по самую маковку, которая об эту самую землю расплющилась на глубине примерно метра. — И генералов он не слушает… Ближайшая к нам боевая машина оказалась не слишком-то аккуратно разрезанна на две части: левую и правую. Причем даже тот факт, что гномы давно снабдили каждую бронеплиту защитными рунами, значительно увеличивающими их стойкость к магии и физическим воздействиям, неведомого мечника не смутил. Вторая напоминала блинчик, на который наступили. Третья и четвертая, раньше стоявшие друг к другу достаточно близко, угадывались лишь по оплавленным контурам башен, медленно тающих в булькающем озерце из магмы и жидкого металла. Пятый остов опять представлял из себя две половинки, только вроде бы не разрубленные, а разорванные.Для уничтожения каждого танка применили силу, что была явно избыточной…И даже обладатели мифических классов, как правило, не разбрасывались подобными ударами с такой небрежной легкостью тех, для кого это также просто, как дышать. Ну, за рядом исключений вроде меня, нагло обходящего обычные законы сохранения энергии и потому неоправданно долго сохраняющего полную боеспособность или Светланы, с каждым новым подожженным врагом становящейся лишь сильнее. В конце-концов, они же были смертными, а не богами или же теми, кто мог превзойти самих богов… — Эва, назад! — Обратился я к своей любовнице, призывая порхавший прежде рядом нож обратно на пояс и мысленно готовясь к тому, что делал раньше только в своих воспоминаниях о будущем. Сместить себя из обычного потока времени и тем самым получить практически абсолютную защиту от сенсоров, атак и внимания тех, кто обычно полагается на свою магию, чтобы воспринимать окружающий мир. Ведь если меня тут нет «сейчас», то меня и не найти. — Со своим анализом ситуации ты была права, здесь, кажется, совсем не твой уровень…Пока не твой, скорее уж монстров вроде меня, Клауса или Светланы, которых непонятно где черти носят…Отступай, здесь ты не сможешь помочь, максимум выиграешь пару мгновений ценой своей жизни, и твою жизнь я ценю гораздо выше, чем пару каких-то там мгновений. — Ты уже столько раз обещал сделать меня достаточно сильной, чтобы больше ничего о себе не скрывать… Ну вот, спрашивается, когда уже? — Многозначительно буркнула уже пятящаяся задом алая драконица, которая наверняка обиделась, но была слишком умна для того, чтобы раздувать из этого скандал на поле боя. Да и вообще раздувать скандал вместо того, чтобы увеличивать свои шансы на то, чтобы выжить и остаться здоровой, особенно свой живот поберечь. Отвечать свой любовнице я уже не стал, проваливаясь в реку времени и начиная кружить вокруг той её части, которая соответствовала реальности, одновременно сдвигаясь в физическим мире туда, где чувствовался центр странной аномалии. Аномалии, не воздействующей напрямую на время, но тем не менее отражающейся на нем, как мог бы отражаться на течении водного потока большой валун, об который разбиваются волны. Черный дым занимал довольно значительно площадь и чем дальше я углублялся внутрь него, тем больше встречал обломков бронетехники, на сей раз не просто уничтоженной, а буквально размазанной, словно мухи, попавшие под мухобойку. Размазанной теми, кто стоял рядом с обломками и был явно силен на уровне моих старших офицеров, а может и сильнее. Как хрономант я чувствовал насколько находящие передо мной существа и объекты, а потому скользя мимо них не мог не понять, какие монстры тут собрались. Вот боевой маг со стажем в целых шесть веков опирается на посох, похожий на копье, что является его ровесником, и с задумчивым видом выковыривает из недр своей головы куски металла, вероятно являющиеся пулеметными пулями. Вот устало разлеглась на ещё теплых обломках очередного танка какая-то многорукая ламия, чей возраст приближается к тысячелетию, а два из шести её клинков своей хозяйки раза в три старше и, без сомнения, представляют из себя невероятно мощные реликвии. Вот на вековом бычке восседает рыцарь, для которого находящаяся вблизи змеедева просто соплюшика, и хотя его латы относительный новодел, лет двести всего, но не напялит живое ископаемое, что возрастом будет почти как пирамида Хеопса, какой-то ширпотреб, ибо уровней за свою долгую-долгую жизнь он явно скопил много-много и на мелочах экономить не будет. Врагов, каждый из которых был бы проблемой сам по себе, тут было много, очень много. Только вот все эти враги в битве фактически не участвовали! Они держали периметр в этом дыму, словно бы защищая кого-то…И персон, которые могли бы приказывать настолько могущественным существам служить их личными бодигардами, наплевав на тактическую целесообразность их применения в ином качестве во время столь масштабного боя, уже перемоловшего немалую часть этого святого воинства, я мог назвать только одну. — Говори, червь! Кто подговорил тебя пытаться убить меня⁈ — Взбешенный рев, прорвавшийся сквозь смрадный дым, раньше слышать уже доводилось. Давно, правда. В Тренировочном Лагере, когда разведчики случайно перепутали завод с храмом, значительную часть которого составляли жертвенные печи. — Не смей отпираться, ничтожество! Я Дорго Сгибающий Сталь! Ты — ничто передо мной, и ты выдашь мне все свои тайны! Даже те, которые думаешь, что давно забыл или вообще никогда не знал! — Ааа! Пошел ты дрищущему ослу в задницу! Ааа! — Этот голос я тоже знал. Кажется в руки божка попался наш главный танкист, и приходилось Давиду Федотовичу ой как несладко… — И самого жирного глиста там найди, чтобы он научил тебя дерьмо жрать, может с чужой помощью хоть это у тебя да получится! — Как ты смеешь, жалкий смертный ⁈ — Кажется, Сгибающий Сталь быль искренне удивлен тем, что ему довелось услышать. Вероятно этому варвару, как-то дорвавшемуся до могущества небожителей, уже давно никто не смел в лицо дерзить. — Я — бог! И ты сейчас в моей власти! — А я — атеист! И клал с пробором на урода вроде тебя, который столько моих ребят поубивал!– Последовал ответ человека, которому сейчас наверняка было очень больно и страшно…Вот только поводом для того, чтобы смириться перед врагом намного сильнее себя они такие важные факторы как собственное существование и комфорт явно не считал. — Ты пожалеешь об этом! — Единственное, о чем я жалею, так это о том, что мне и моим бойцам не хватило наград на то, чтобы хотя бы сообща купить у обелиска танковый снаряд, который с гарантией мог убить бога! Пришлось каким-то паскудным эрзацем ограничитьсяАаааа! Аккуратно пробираясь через дым и огибая по максимально широкой дуге стоящих тут и там вражеских чемпионов, стойко держащих свои позиции и даже не пытающихся оглядываться на источник всяких подозрительно громких звуков, но вместе с тем выглядящих до крайности встревоженными, если не сказать шокированными, я обнаружил примерно то, что и ожидал. Дорго Сгибающего Сталь, что по совместительству как раз и являлся источником черного дыма с аномальными свойствами и возмущений в реке времени, которые я улавливал. Гигантский варвар примерно десятиметрового роста на свою статую, с которой мы как-то разговаривали, был похож буквально один в один. Правда лысый качок, демонстрирующий всему миру чрезмерно развитую мускулатуру и из одежды признающий лишь короткие шорты, сейчас выглядел заметно менее величественным, чем его изваяние в Тренировочном Лагере. То ли причиной тому была перекошеная от бешенства и боли физиономия, то ли полыхающая радужными всполохами дыра в животе, откуда медленными тягучими каплями сочилась кровь небожителя, напоминающая расплавленный металл. Сочилась, несмотря на явные попытки прижатой к ране божественной руки её остановить. Вокруг усевшегося прямо на землю ублюдка сейчас полыхал десяток непонятно откуда взявшихся тут печей, в которых кто-то безмолвно, но очень-очень энергично стучался изнутри о раскаленные стенки, а их высокие трубы ровным мощным потоком выдавали белый дым, тянущийся к пальцам небожителя и забивающийся в отверстие…Чтобы выйти откуда-то из спины наружу таким ядреным смогом, который сделал бы честь особо устаревшему заводу-гиганту, где руководство давно и прочно забило на здоровье своих сотрудников и сохранность окружающей среды.Впрочем, рана хоть и была неприятной, а также отказывалась заживать вот так прямо сразу несмотря на явные попытки самолечения со стороны Дорго, смертельной очевидно не являлась. И даже не беспокоила ублюдка достаточно сильно, чтобы он прекратил развлекаться пытками Давида Федотовича…Поправка — души Давида Федотовича. Где сейчас находилось тело помолодевшего танкиста сказать было сложно, да и вообще скорее всего от него ничего осталось, однако же на раскрытой ладони божества сейчас корчился в раскаленных до бела цепях призрак моего лучшего специалиста по бронетехнике, возглавлявшего все имевшиеся в Убежище боевые машины…И, кажется, тайком припасшего особый боеприпас, очень особый боеприпас. Такой, который может ранить или даже убить то, что обычным оружием или даже какой-нибудь зачарованной желязкой пришибить в принципе не получится. — Твоя сила воли крепка, смертный, это я признаю…Тем больше удовольствия мне доставит перплавка столь упорной души в сохранивший часть прежнего разума артефакт, что сможет целую вечность страдать от несовместимости своей истинной сути с навязанной формой! — Злобно усмехнулся Дорго, на миг отнимая руку от раны в своем животе, а потом ещё сильнее оскалившись и зашипев от боли сразу же прижимая её обратно. — И даже не надейся, что станешь каким-нибудь легендарным клинком, который сможет дремать в ножках месяцами и годами…Шестеренка в одном из истинно вечных механизмов, по которой молотки будут тысячи тысяч лет стучать, стучать и стучать! И каждый удар будет для тебя почти столь же мучителен, как мой гнев!Клянусь в этом именем своим, ведь даже малой толики милости моей ты, тупой навозный червь, не заслуживаешь! Дерзить мне в лицо и лгать столь глупо, что на это не купились бы и пьяные малолетние гоблины! Кто из моих врагов нанял тебя, ничтожество⁈ Ведь не сам же ты решил потратить десятки имперских наград и состояние, которое не у каждого варварского царька есть, на то, чтобы раздобыть снаряд, который сумел ранить меня! Меня!!! — ААА!!! — Орал призрак танкиста, корчась в жгущих его цепях и не имея возможности ни сдохнуть от боли, ни хотя бы в обморок упасть. — Да на кой черт ты мне сдался, вонючий урод⁈ Да я тебя, мразь, сегодня первый раз в жизни вижу! Этот снаряд мы готовили для Бальтазара! Баль-та-за-раааа!!! — ЧТО⁈ – Выпучил глаза истекающий кровью небожитель, что вероятно просто в силу своего положения отлично умел отличать ложь от правды и на окружающий мир сейчас обращающий ничтожно мало внимания. И его лучшие прислужники сейчас тоже очень дисциплинированно на отведенных им позициях пытались бдить строго вперед и в стороны, старательно не оглядываясь на раненного покровителя, которое может и не простить свидетелям лицезрение своего позора и слабости… Вот зря они так себя ведут, зря! На таких казалось бы мелочах и подыхали зачастую разного рода Великие в воспоминаниях меня-будущего. — Ты хочешь сказать, что ваша коварная засада, в которой был изуродован уничтожен мой великий неразрушимый небесный храм… — Это который мы, считай, подчистую раздолбали? — Воспользовался передышкой в пытках старый танкист, который сохранял определенное присутствие духа даже несмотря на собственную смерть и обещанную ему вечность мучений. Видимо и в самом деле был за уничтожение подчиненной ему бронетехники и экипажей машин сильно на этого небожителя обижен…Или цеплялся за привычную на протяжении большей части жизни картину мира, а потому толком осознать грядущие перспективы толком просто не мог. — Повержено этими вашими бесчестными пушками двое моих непобедимых верховных жрецов… — А они, так понимаю, сегодня все-таки сдохли, раз ты так расстраиваешься? Что и даже от тел совсем-совсем ничего не осталось, а потому и воскрешать нечего? Внезапно выпасть в нормальной поток времени и сходу засандалить молотом в мускулистую спину божественного качка было бы легко. Ну или в затылок, уж я бы допрыгнул…К сожалению это было почти также бессмысленно, как пытаться остановить злую собаку взмахом воздушного шарика. Формально оба они твердые материальные объекты, двигающие с примерно сопоставимой скоростью, да только кпд процесса окажется близок к нулю. И даже если бы я запустил свое оружие в открытую рану небожителя, а после устроил хронокатаклизм внутри его тела, вложив все силы в создании аномалии, результат бы оказался лишь чуть более серьезным, чем подрыв петарды. Да, это больно и точно усугубит его состояние, а заживать все станет и долго и мучительно по меркам богов, может даже целых часа два-три, но Дорго подобную травму переживет с вероятностью в девяносто девять процентов. Все-таки эта сволочь является пусть убогим и неполноценным, но небожителем, его воля буквально навязывает мирозданию его же власть, и чем-то не слишком значительным её не перебить. Однако и совсем уж безвыходной, как мне кажется, ситуация не являлась. Если бы Сгибающий Сталь повернул голову, то мог бы увидеть, увидеть, как лужица его натекшей на землю крови потихоньку мелеет, поскольку я намазываю её на собственные пальцы. Магию, да даже использование инвентаря, где сейчас лежали все кисти для рисования, бог мог бы и почувствовать. Аномалию во временном потоке вблизи себя вообще-то тоже, но для него это было сравнимо с жужжанием комара или писком не совсем исправного конденсатора где-нибудь в глубинах работающей электроники, намекающим на вероятность скорой поломки…Вот часто вы обращаете внимание на подобные мелочи, когда заняты делом, злы как черт, да и вообще у вас дырка в животе адски болит⁈ — Пролив более половины крови моего непобедимого святого воинства, собранного из самых рьяных, преданных и высокоуровневых верующих… — Потери противника свыше пятидесяти процентов? Уже⁈ Ну, тогда сегодня мы видимо все-таки победили, пусть бои ещё и идут… — Да хватит тебе перебивать меня, ничтожество! — Взъярился получивший сегодня столько увесистых плюх божок, у которого в кои-то веки болело не только чувство собственной важности. Я за столь качественное отвлечение этого ублюдка готов уже простить Давида Федотовича даже в том случае, если он готовился стать предателем, а не просто тайно приобрел и хранил боеприпас особой мощности на тот случай, если занимающая пост верховного главнокомандующего крайне подозрительная и сильная персона с ещё более подозрительными и сильными друзьями решит вдруг сбросить маску заботливого лидера и превратится в кровавого диктатора, а может и нечто куда более худшее. Я вообще готов прощать многое, когда прощаю посмертно! Хотя вот кто ему помогал, скидываясь на сей снарядик, обязательно постараюсь разузнать. Тут ведь одного человека с парой малых наград маловато будет, калибр у них не тот, чтобы Система такие подгоны смертным делала. В ход пошли десятки, а может и сотни средних или же несколько больших, какие заработать ой как непросто…– Так ты хочешь сказать, что всё это не было попыткой выманить меня на защиту лучших свои инструментов, чтобы подставить под твой выстрел⁈ — Аааа! Ты чем слушал, дятел⁈ — Даже боль от вновь раскалившихся цепей, жгущих саму его суть, не могла сломить дух старого танкиста…Во всяком случае, не так быстро, все-таки при достаточном количестве времени и концептуальной невозможности сдохнуть от пыток, рано или поздно ломаются все. Я-будущий в этом, к сожалению, убеждался не раз. Возможно потому и проникся к небожителям Бесконечной Вечной Империи такой ненавистью…И, конечно же, думал над тем, как он мог бы справиться с подобными ублюдками, используя магию времени. — Я и мои ребята готовили это снаряд на тот случай, если та жуткая древняя хтонь, которая работает нашим лидером, захочет всех сожрать или поработить! Нарисовать в «не сейчас» ритуальный круг вокруг занятой своими делами парочки было не так уж и сложно. Сложно было оставить его там стабильным! Но божественная кровь — это чертовски хорошие чернила, особенно если с их помощью ты намерен воздействовать на то самое божество, которое и послужило донором. Не став предупреждать о своих намерениях ни занятую переругиванием парочку, ни многочисленную свиту Сгибающего Сталь, что сообща представляли вероятно не меньшую угрозу, чем сам божок, я активировал созданную магическую фигуру, заставляя реальность поплыть и пронести нас сквозь время. Ну и пространство заодно…К лучшему маяку, который только для разного рода ритуалистов был возможен. К своему фамильяру, который хоть и был освобожден из-под домашнего ареста по случаю заточения, но в битве не участвовал и далеко от моих апартаментов так уходить не стал, ибо на хозяина обиделся. Но к счастью не настолько, чтобы упустить из своих когтистых лапок добычу, равной которой у него ещё не было и теперь, скорее всего, ещё долго не будет. Все-таки боги — твари редкие и, наверное, очень вкусные…А, это же не мои мысли, это на меня так вечноголодный кошак влияет… — ШТАААА⁈ — Волна сплошного разрушения рванула во все стороны от Сгибающего Сталь, которого внезапно для него перетащили в некое новое место. Это была даже не магическая сила как таковая, это была воплощенная божественная воля, буквально стирающая реальность в ничто! И первым под удар попало не что-нибудь, а держащаяся на одних соплях система из чар и артфактов, которые могли устроить полноценную стабильную хроноаномалию. Все-таки мой кот сейчас почти самом в её центре сидел, так глубоко, как только смог забраться, ничего не повредив. И из пошедшей вразнос структуры родился такой яростный хронокатаклизм, который я бы одними лишь своими точно никогда не сумел обеспечить, поскольку гораздо раньше либо надорвался бы, либо сам себя выжег потоками пропускаемой через ауру энергии! Взбесившиеся вокруг нас воды реки времени могли бы мимоходом стереть в ничто любого смертного, но только не великого хрономанта, который искусно перенаправлял самые разрушительные импульсы либо на свою защиту от бьющей все стороны сразу божественной мощи, либо же в сторону оказавшегося рядом небожителя, а заодно стоически терпел легкие брызги несбывшихся вероятностей или же концентрированной вечности и когти кота, непонятно как просочившегося к хозяину в штанину и теперь карабкающегося вверх! Только вот Дорго Сгибающий Сталь смертным не являлся и, скорее всего, достаточно давно. Кожа небожителя кое-где покрылась легкими ссадинами, но не более, а сам он успел вскочить на ноги, развернуться к внезапно оказавшейся у него за спиной угрозе, занести кулак, способный одним ударом пробить несколько гор и мысленно сконцентрироваться, готовясь к настоящей атаке, на сей раз прицельной, адресной, разрушительной, стирающей жалкого смертного в кровавую пыль и рвущей саму его суть на мельчайшие части, из которых душе обратно никогда не собраться…И больше не успел ничего, поскольку сразу после нашего перемещения в пальцы мои легла контрольная сфера и, обратившись к Системе, я все имевшие на моем счету награды потратил на собственное усиление. Кратковременное, длящееся едва ли несколько секунд, но зато максимально полное и всеобъемлющее, шаблоном для которого стал образ, столь крепко засевший в моей памяти. Я-нынешний словно бы стал мной-будущим, настолько вдруг изменился окружающий мир, изменилась воспринимаемая часть Вселенной, которая очень даже так расширилась, изменился я. Трансформация вероятно была все-таки не совсем полной и идеальной, так грубым эрзацем…Но этого вполне хватало, чтобы чувствовать реку времени и повелевать ей с той же легкостью, что имелась в некоторых снах. Сейчас у меня для этого было достаточно силы, достаточно контроля, достаточно того, что даже не описывалось Системой как отдельные характеристики, доступные для её подданых, но все равно имело место быть. А опыт по управлению всем этим богатством имелся уже давно, и теперь наконец-то смог реализоваться в полной мере. Бушевавшая вокруг нас хроноаномалия оказалась усилена, переконфигурирована, направлена! До и после отличалось друг от друга словно уголь и алмаз! А потому почти уже уничтоживший меня Дорго вновь неуловимо быстрым движением вскочил на ноги, позабыв о дырке в своем боку, вновь выпустил во все стороны импульс стирающей реальность божественной силы и вновь приготовился уничтожить посмевшего напасть на него повелителя времени…И вновь! И вновь! И вновь! Зацикленная временная петля заставляла его раз за разом проживать один и тот же момент времени, словно бы свитого в кольца на этом участке мироздания! Да, божок мог бы вырваться из этой западни, если бы подумал об этом…Но и подумать он не мог, поскольку я заставил реальность его мышление тоже зациклить на одном и тоже шаблоне! Заемное могущество исчезло также быстро, как и появилось, а после я полетел лицом вниз, чтобы с размаху шлепнуться о камни, а после оказаться засыпанным многотонными обломками. Башни-то, где я жил раньше, больше не было! Что не стерло божественной волей, то само по себе рухнуло, поскольку архитекторы на атаки небожителей свое творение явно не рассчитывали. Откапываться, несмотря на всю мою силу, пришлось достаточно долго, ведь хрономантию для перемещения в пространство, где был раньше, сейчас использовать не мог. Река времени, взбаламученная моими действиями на этот участке мироздания, все никак не хотела улегаться, а потому представляла нешуточную опасность…И сдохнуть по собственной дурости после того, как одержал победу над подобным врагом было бы, по меньшей мере, обидно! Не уверен точно, сколько я ворчался под камнями, прокапывая себе путь наверх и прислушиваясь к звукам боя: может пять минут, может десять. Однако шум схватки и грохот взрывов явно затихал и к тому моменту, когда обломки вдруг раздвинули чьи-то руки, выдернув меня на свежий воздух, словно репку из грядки, битва определенно подошла к концу. — Ну, ты тут и дал жару! — Скалясь так, что коренные зубы было видно, крайне довольным тоном заявил Клаус, выразительно кивая в ту сторону, где находилась стабильная хроноаномалия. И раз за разом пойманный в ловушку варвар-божок оказывался в возникшей из ниоткуда части башни, чтобы уничтожить её подчистую, а после вновь начать этот цикл сначала. — Поздравляю, что ли… — Спасибо, — с наслаждением вдохнул я воздух, в котором кислорода было больше чем каменной пыли, ну а не некоторую примесь гари и крови можно было не обращать внимания. — Где вас черти носили? — Нас? Я тут вообще один! — Всплеснул руками чернокожий некромант. — Светлана сейчас больше похожа на свечной огарок и очень старается хотя бы сама по себе не потухнуть, ведь твой вызов застал нас ну в очень неудобный момент…Если кратко — пришел трындец зеленокожему принцу из династии Халаз, больше эта падла гоблинская не будет нам гадить и портить репутацию честным некромантам… — Хорошая новость, — кивнул я, оглядываясь по сторонам и пытаясь оценить ущерб. Тот явно был значительным…Но не катастрофичным. — Хорошая, — согласился Клаус. — Как и тот факт, что мне наконец-то удалось прорваться к мифу. Только вот момент был выбрано для наших врагов буквально идеально, и лично я в такие совпадения не верю. — Я тоже, — пришлось согласиться мне с очевидным. Атаки на нас были синхронизированы. В прошлом варианте будущего такого не было, но в прошлом варианте будущего не было и нас! И хотя короли мира, их отпрыски и сотрудничающие с данным кланом-корпорацией божки в обычное время любили изображать из себя ту ещё банку с пауками, при наличии общего врага высшие аристократы Бесконечной Вечной Империи очень даже умели кооперироваться между собой. И видимо за последнее время на Земле оказалось уничтожено достаточно их активов, чтобы эти твари в человеческом, ну или не совсем человеческом обличье, озаботились противодействием тем, кого они скорее всего сочли своими конкурентами. — Бальтазар! Ты жив! — Налетела на меня Эва, успевшая обзавестись проходящими через все лицо рваными шрамами, оставленными чьей-то когтистой лапой и лишившаяся примерно трети своего скальпа. То ли в драконьем облике с сородичем поцапалась, то ли нашел её кто-то из тех представителей вражеской элиты, которые своего покровителя проворонили, а потому если выжили, то сейчас больше всего должны бояться не нас, а возвращения своего патрона. — Ты…Ты правда это сделал⁈ Ты сумел пленить бога⁈ — Сумел-сумел, — приобнял я свою любовницу, устало выдыхая. Впереди ещё предстояло решать множество проблем, причем таких проблем, с которыми даже самый лучший хрономант не сумеет справиться, но прямо сейчас можно было позволить себе на пару мгновений расслабиться. — Только он вообще-то не пленник. — Да? — Удивилась дракида, косясь на зависшую в воздухе аномалию, где Сгибающий Сталь раз за разом делал одно и то же, даже не догадываясь, что это у него далеко не первый раз. — А кто? — Кянсерва! — Радостно и громко, буквально на все Убежище, проорал Тень, высунувший свою голову из ворота моих доспехов. Добрый день, мои уважаемые читатели. Данная книга завершена, и вы можете либо открыть следующий том, либо обратить свое внимание на другие мои книги или даже циклы: Ведьмак 23гог века https://author.today/work/22306 Превосходство разума https://author.today/reader/73792/585459 Новые эльфы https://author.today/reader/16933/103708 Искры истинной магии https://author.today/reader/17247/107331 Пожиратель чудовищ https://author.today/reader/18349/119355 Спасти темного властелина https://author.today/reader/122011/971096 Реальность ПЛЮС https://author.today/reader/35281/267393 ---------- Nota bene Книга предоставлена Цокольным этажом , где можно скачать и другие книги. Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту, например, через Amnezia VPN : -15% на Premium, но также есть Free. Еще у нас есть: 1. Почта b@searchfloor.org — получите зеркало или отправьте в теме письма название книги, автора, серию или ссылку, чтобы найти ее. 2. Telegram-бот, для которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по ссылке и 3) сделать его админом с правом на «Анонимность» . Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом: Ноша хрономанта. Том девятый ----------