Архераил Звездная Кровь Книга-6. Эффективный менеджер
Герман Горшенев

[xyz-ips snippet="Card"] Содержание книги Небо затягивает тёмной тенью, осколок метеора рассекает воздух, а в бескрайних джунглях мерцают древние руны — здесь начинается история Архераила. В мире, где реальность сплетена с иллюзиями, а сны влияют на материю, главный герой обречён делать невозможное: управлять силами, выходящими за пределы понимания и здравого смысла. Как кадр в театре космоса, Архераил не просто выживает — он стратег, мудрый и хитрый, ведущий свою команду по зыбким лабиринтам неведомого, где каждый шаг способен изменить судьбы целых цивилизаций.

Автор, Герман Горшенев, создаёт не просто очередной том фантастической саги — он приглашает читателя стать участником таинственного ритуала, где звёздная кровь — не миф, а суровая реальность. Архераил — живое воплощение борьбы между светом и тьмой, разумом и хаосом, властью и свободой. Его внутренний мир — драматичный калейдоскоп, в котором наивность сочетается с цинизмом, а решительность переплетается с сомнениями. Его спутница, хитрая змея Азалана, как тёмный отражатель души, ломает привычные шаблоны, доказывая, что даже в самых опасных союзах можно найти верность и взаимопонимание.

Сюжет разворачивается словно часы яростного боя, где каждый миг выверен и наполнен значением. Падение метеора — больше чем случайность. Это вызов, проверка храбрости и силы духа. На фоне бескрайних миров и скрытых угроз Архераил и его команда сталкиваются с загадками древних стигматов, таинственными рунами и симбионтами, усиливающими тело и разум. Они путешествуют между мирами, где время и пространство подчиняются неведомым законам; архетипы и символы приобретают плоть, а запретные знания пахнут смертью и могуществом.

Искусно сочетая тактическую смекалку с магическими практиками, герой превращается в «эффективного менеджера» собственной судьбы. Это не просто метафора — Архераил оптимизирует силы, разоблачает интриги, восстанавливает утраченное и силится сохранить остатки человечности в бесчеловечном мире. Каждое его действие — это рассчитанный ход на шахматной доске судьбы, где ставки превышают личное благополучие и выходят на уровень масштабных перемен.

Мир, созданный Германом Горшеневым, — это пространство на грани фантастики и философии, где рассказывается не только о битвах с врагами, но и о внутренних конфликтах. Архераил — персонаж сложный, неоднозначный, чьи мотивы порой скрыты даже от самого себя. Он ведёт читателя за собой по лабиринтам разума и души, заставляя сомневаться в простых истинах и открывая двери к новым, неизведанным мирам.

Сакральное значение звёздной крови преобразует героя не только физически, но и метафорически — в проводник между мирами и реалиями. Он учится владеть дарами и проклятиями, балансируя на острие лезвия между спасением и гибелью. Тайны и загадки окутывают сюжетный поток, заставляя следить за каждой деталью, взвешивать решения и ощущать, как нарастающее напряжение медленно оборачивается мощной развязкой.

Архераил Звездная Кровь Книга-6. Эффективный менеджер — это история о силе выбора и последствиях, о тайнах, которые не каждый осмелится раскрыть, и о цене, которую приходится платить за власть над судьбой. Герман Горшенев вывел героя на вершину внутреннего и внешнего конфликта, сделав из него архитектора событий, где каждый шаг может стать началом новой эры или гибелью всего живого.

В этом романе звёзды и кровь сливаются в едином порыве, а менеджмент становится искусством выживания в мире, где старые правила уже не действуют. Важно не просто уметь командовать — нужно чувствовать пульс мира и предугадывать ход игры. И лишь те, кто готов рискнуть всем, смогут не только остаться в живых, но и претворить задуманное в реальность, где границы возможного расширяются с каждым вдохом.

====================

Глава 1 На лабутенах

По золотой дороге великого города шла грациозная красавица, гордо и прямо держа спину. Она была из нео. Кел с усмешкой и лёгким презрением относились к представителям младших народов, но иногда так получалось, что нео, разумеется, не самостоятельно, а под покровительством, сильно вырывались в своём развитии и находили способы стать богаче, могущественнее и влиятельнее многих кел. Они не ленились миллионы лет, а прибывая в Вечность, рвали зубами, вцеплялись когтями, а может быть, работали хвостами, как эта. Да, эта была из народа Воды, с изящным тонким глубоководным хвостом, завершавшимся небольшим плоским плавником. Она шла, вызывая тайную зависть и показательное презрение, но красотка из рыбьего племени глубоководных не замечала пренебрежительных ухмылок.
На ней было короткое платье, абсолютно прозрачное, сотканное из нити цветка Лоо, превосходившей прочностью сталь тысячекратно, но не надо думать, что это защита. Живая ткань была невероятной редкостью и могла выдержать многое, но ячейка сетки, из которой было сделано прозрачное платье, была в пару пальцев и не могла защитить от клинка, стрелы и руны. Это просто украшение. Это дорого, и одежда должна подчеркнуть красоту и статус хозяйки.
В руке она держала тончайшую цепочку из изменённого иллиума, завершавшуюся ошейником, одетым на шею раба. Ещё один нео. Этот был обычный, из какого-то народа Единства, непонятно из какого октагона и круга жизни. Таких, как он, в Вечность приходят миллиарды, и никому это не было интересно, но такой ошейник стоил как сто рабов.
Все смотрели на хозяйку, а она шла, держа ровно спину и демонстрируя свою фигуру. Кто-то с завистью, а кто и с неприкрытым интересом или презрением. Нео должны жить на самом дне общества, быть источником ресурсов для своих хозяев, а не выпячивать достояние, прогуливаясь и виляя хвостом, гордо выставляя напоказ своё богатство. Даже наручи и поножи раба были сделаны из морлиума и показывали, что цена домашнего питомца выше достояния многих поиздержавшихся за миллионы лет кел.
А завершали образ ноги, вернее то, во что они были обуты. На ногах красотки ярко красным пылали босоножки на толстенной подошве и массивных каблуках. Красные кожаные ленты охватывали голени, но простой обувью в Вечности мало кого удивишь. Это были накопители, сделанные в форме ярко красных босоножек на гигантских каблуках и высоченной подошве. В них можно было хранить Звёздную Кровь. Руна-Предмет. Пара накопителей, в которых хранили Звёздную Кровь. Из них можно не восстановить запас, а именно увеличить. Свободная Звездная Кровь в каплях, которые прибавят возможности любого восходящего. Ярко красные босоножки были полны энергией, каждый на две с половиной тысячи капель. Девчонка нео прямо тыкала мордой изрядно поиздержавшихся породистых своими возможностями и богатством. Мало кто пытался заглянуть ей под хвост, все смотрели на её ноги и цацки, которыми была украшена хозяйка и её раб.
Красотка на огромных каблуках прошла несколько телепортов и оказалось совсем далеко, на краю Золотого Города. Её встретил нарядный, высокий и слегка тощий кел. Как и положено, с надменным выражением лица и утончёнными, презрительными манерами. В центральном мире Вечности все старались выглядеть роскошно, и этот тоже. Ногти выкрашены в разные цвета, а брови подведены алмазной пылью. Из одежды нарядное асари. Он обвёл уничижительным взглядом девчонку. Пять тысяч свободных капель Звездной Крови на ногах просто тыкали его мордой в богатство и в мощь. Она пришла сюда тайно, и никто не узнает, кто открыл проход в домен. Понятно, что её покровитель силён и может наказать, но риск того стоил.
— Ты не говорил про домен, — возмутилась она.
— Мы будем говорить на едине, но не можем же мы говорить здесь? — и он картинно обвёл глазами небо над Золотым Городом.
Там, где-то в высоте была раскинута защитная сеть, и любой, кто брал оружие в запретной зоне, погибал от падающих с небес защитников. Можно было убить одного-двух, но на смену им приходили сразу десять, а затем являлись Хранители Вечности. Это все знали. Девушка призадумалась.
— Тогда в домене должны быть только мы. Раб, посмотри, — отдала короткую команду, и ошейник щёлкнул, оказавшись у неё в руке, освободив крепкого мужчину.
Он зашел в домен и вышел.
— Хозяйка, там четверо. Трое воинов и танцовщица, — доложил раб.
Кел, с яркими ногтями и бровями, тонированными алмазной пылью, с неподдельным удивлением произнёс:
— Это мои слуги. Мы будем наедине. Никто не узнает наши тайны. Они не рассказывают ничего о моих делах.
Девушка отрицательно махнула головой. Голос был властный и жёсткий, совершенно не сочетающийся с её внешностью, манящей и вызывающий желание. Она, словно армией командовала:
— Это меня не устраивает. Это нарушение договора. Условие, что мы одни, или разговора не будет. Моя повелительница дала право говорить её голосом.
— А кто твоя повелительница? — с ехидцей спросил кел.
— Ты совсем не умный, раз задаешь такие вопросы?
— Хотел проверить. Вдруг служанка недостаточно истово исполняет поручение и проболтается, назвав имя, которое не должны знать.
Она его бесила, вот этим всем, а особенно накопителями на ногах. Но дело превыше, и надо улыбаться. А потом через портал вышли трое воинов.
— Ещё танцовщица, — спокойно произнесла рыбообразная, но по подрагивающему хвосту было видно, что и она не рада общению.
— Милая моя нео, если разговор затянется, и ты решишь остаться у меня ненадолго, то должен же кто-то подать нам вино в постель и ласкать слух музыкой?
— Тогда я тоже иду с рабом. И у меня будет кому подавать вино.
— Всё своё беру с собой. Как скажешь, моя нео, — ответил кел, сделав ударение на слове нео.
Издёвку в голосе рыба вроде как не заметила.
В начале в домен вошёл раб, потом хозяин, а потом и красотка шагнула в переход.
В домене действительно никого не осталось, кроме хозяина, танцовщицы и пары вошедших гостей. Лишь только глубоководная рыба оказалась в домене, сделав изящный шаг ногой, на которой был надет красный босоножек переполненный энергией, пронеслась каэдометрическая Руна. Это была всего лишь одноразовая небесная подделка на истинную Руну Наблюдателя, но если грамотно рассчитать и провести траекторию через средоточия гостей, то диск рассекал любые преграды, броню, рунные защиты, и в один удар убивал навсегда. Это была очень затратная ловушка, зато надёжная.
Сфера, содержавшая Руну, отлично сработала. Выполненная в одном экземпляре и разрушающаяся после применения, могла сразить любого нежданного гостя, оказавшегося в его домене. Оба тела разрезало через средоточия. Раб, который был наверняка и охранником, развалился пополам, чуть изменивший направление диск Руны рассёк рыбью девку на шаге внутрь, разделив ноги по отдельности, срезав половину тела и раскинув красные босоножки с надетыми на них накопителями в форме туфель. Обрубок хвоста извивался и крутился, как раненая змея, разбрызгивая кровь, а тело, рассеченное от копчика до черепа, заливало всё кровью.
Хозяин домена и гибкая красотка танцовщица смотрели на рассечённые тела. Он хмыкнул, глядя на пару изуродованных тушек:
— Руна небесного уровня. Жаль, что одноразовая. Тайный источник предупреждал о том, что эти двое выглядят как нео, дорвавшиеся до возможностей и власти, наверняка имеющие тайных хозяев и огромную защиту. Но на самом деле более сильные, чем выглядят, и единственный способ что-то с ними сделать — это убить сразу и наверняка. Не пожалели небесной ловушки. Источник надёжный, а звёздных монет сколько попросил за правильные слова. И даже не спрашивай, сколько и где взял.
Танцовщица, стоявшая рядом, слегка прогнулась, пробуя гибкость тела, и произнесла:
— Убедительный источник. Не стали рисковать, сразу прибили.
Нарядный расстегнул асари и осмотрел себя:
— Хорошее тело, боялся, что вложились только в цвет ногтей и алмазную пудру на брови. Не всё так плохо. Чистое золото, и очень сильное. Да и всё остальное очень достойно. Много вложено в дух и разум. Не дурак был, но не хватает. Золото практически везде по несколько звёзд. Прямо неожиданно. Давно я себя так не чувствовал. Хорошо то как.
— А у меня серебро. Всё по девять звёзд, — ответила гибкая девушка.
— Это посеребрённое золото. По силе мало чем уступает, а вот враги видят серебряную служанку для согрева постели, танцев и мелких поручений. Хорошее тело и вкладывались грамотно.
Танцовщица подошла и сгребла руны с мёртвой рыбы. Указала нарядному на тело варвара.
— Слышь, Победоносный, чего не берём?
Он пренебрежительно махнул рукой.
— Мусор. Бронза. Грязь под ногами.
Она пожала плечами и произнесла, забрав руны:
— Тогда ничего личного, нас мобилизовали.
Сняла башмаки с разбросанных по сторонам ног мёртвой рыбообразной и протянула один хозяину домена:
— Кушать будешь?
Нарядный кел протянул руку и забрал Звёздную Кровь из накопителя. Второй опустошила танцовщица. Непонятно, что и кто ждёт на выходе, поэтому запас лишним не будет. Кроме того, излишний запас в серебряном теле хозяйки и тем более в теле раба могли вызвать серьёзные подозрения.
Этот план был сумасшедший и гениальный. В закрытом домене симбионту просто деваться некуда, а если есть два подходящих тела, то житель головы обязательно займёт носитель, и плевать, что в теле кто-то есть. Что произойдет с душами тех, кого заменит имплант, Победоносному и Длани было плевать. Скорее всего они уничтожатся, могут оказаться запертыми в средоточии тела, их может вышвырнуть или будут сидеть в домене, но уже никогда не смогут обрести тела, а может их разрушило. Всё, что угодно. Но самое главное, что будут находиться внутри домена или погибнут, но никогда не окажутся в бассейне душ. Рыбье хвостатое тело было жалко, но сменить лёгкое серебро, да и то, в одном атрибуте, на почти золото, было очень выгодно. Изменили тело рыбы до серебра специально, чтобы отнеслись серьёзно. Никто не поверит в туфли-накопители на бронзовой нео. Всё прошло отлично. После смерти тел раба и рыбы, выпущенные на свободу симбионты, мгновенно выбили из тел торговца и танцовщицы души, заместив своими. При этом удалось полностью прибрать все Руны и Звёздную Кровь, как свои, так и торговца с красоткой, заняв их тела.
Длань деловито оглядывала домен:
— Чё-то совсем пусто. Беседка, кустики, садик и кровать как стадион, на восьмерых. Зато коллекция бухла зачётная. А как ты всё это понял? Откуда знал, что девка в комплекте даётся, а не две девки, или два мужика? С топорами всех выгнал, а девицу оставил? Могло же просто не быть подходящего тела. Ведь мне для симбионта женское тело нужно. Совсем не факт, что девица вообще будет в наличии, ещё и в домене останется.
— Если бы я ошибся, то нужно было бы найти повод перенести встречу, пока девку подходящую не притащит, но я знал. Именно тело танцовщицы многократно сильнее остальных. Это был лучший его выбор. Я очень долго живу и изучил науку делать пророчества. Есть большие и великие, а есть маленькие, на сейчас. Величайшее предсказание на полдреводня.
Наёмница кивнула:
— Это хорошо ты придумал, в будущее глянуть, но что за домен такой куцый?
— Торговый, и теперь мой. Руна у меня, — и он указал рукой на беседку, — тут переговоры, — а тут сделку отмечают, — и перевёл руку на кровать.
Забрали всё. Утерялись только Атрибуты, привязанные к погибшим кускам мяса, но это совсем небольшая плата за огромную, просто гигантскую коллекцию Рун хозяина и смену едва серебряного тела глубоководной рыбы, на почти золотое, забранное у танцовщицы. А ещё было другое. Служанка, в которую действительно вложились как в любовницу и охранницу, знала множество секретов. Удалось раскопать не всё, и часть памяти утерялась в процессе отъёма тушки, но кое-что сохранилось и можно было немного попользоваться.
Перед тем, как шагнуть во вне, танцовщица придержала нарядного за рукав и подошла к одному из небольших кустиков, растущих вокруг беседки и подняла один из круглых камней, точно таких же, как и все остальные. Чем-то он её привлёк. Победоносный хмыкнул, показывая своим видом, что он бы на этот камень точно внимания не обратил, и, взяв из рук девушки почти круглый булыжник, что-то сделал, и рядом открылся проход в ещё один пласт реальности.
— Домен в домене? Зачем? — удивилась наёмница.
В ответ сделали неопределённый жест рукой и кивнули на проход:
— Давай глянем. Я опасности в ближайшем будущем не вижу.
Весь домен оказался в виде каменной площадки шагов в двадцать, висевшей над бескрайней пропастью, окружённой туманом. На каменной плите по кругу стояли двенадцать кристаллов, слегка светившихся и создававших сферу свечения, в которой висели ещё три. Эта тройка была в виде огранённых камней, дававших яркий свет, а внутри них медленно двигались крошечные прямоугольнички, разрисованные мельчайшими узорами. Даже усиленным взглядом почти золотого тела наёмницы, удавалось разглядеть только основные контуры рисунка. Внутри кристаллов сидели Существа золотого ранга, но что-то большее понять было невозможно. Нарядный пожал плечами.
— Это может быть всё что угодно. Я тоже вижу только то, что внутри кристаллов золотые Существа. Чтобы узнать, что это такое, нужно открыть защиту. В Единстве и Вечности множество тайн, причём многие из них могут не иметь ответов. Для трёх золотых Существ, — и он указал на кристаллы, стоящие по кругу, — силовая защита неадекватна. Внутри остановленное время, защищенное несколькими слоями энергетического купола, при этом невооружённым взглядом видно, что это двигается. Выглядит странно. Я никогда не слышал, чтобы так можно было. Время на то и остановленное, чтобы там ничего не менялось и не ползало.
— И что это? Ты же такой умный и начитанный. Почему их боятся выпустить? Чем так страшны эти козявки? — спросила Длань, вглядываясь в странные кристаллы.
— Совсем не обязательно, что боятся. Столько силы для удержания трёх золотых существ явно избыточно. Может быть их прячут, возможно кого-то на них привлекают, или держат как оружие, чтобы выпустить в нужный момент, возможно они ресурс для чего-то большего или резерв для обмена. Вариантов очень много, но пока не выясним, что это, предлагаю оставить всё как есть. Этот милый камень лежал около беседки красивого управителя очень давно, может полежать и ещё немного, — и скривившись, Победоносный глянул на свои нарядные ногти, разукрашенные в разные цвета.
Через полминуты оба покинули тайный домен, а невзрачный камень опять оказался на своём месте. Древний был прав. Сейчас у них столько дел, что вот прям не до тайн. Если бы об этом сохранилась хоть немного в воспоминаниях захваченных тел, то можно было бы уделить этому немного времени, но у обоих в головах информации о том, что сидит в светящихся кристаллах, не было абсолютно.
Вышли из главного домена. Выгнанные из уютного мирка слуги терпеливо ждали. Нарядный мужчина, с подведенными алмазной пылью бровями дал распоряжения. Приказы были глупые и необременительные, вроде «сходи туда, посмотри на то», но подчинённых нужно было отправить в разные концы города по совершенно пустяковым делам, а главное, подальше. А ещё к тем, с кем важный господин не мог никаких дел иметь. Его начнут искать, узнают, чем занимаются его слуги, куда ходили, и зададутся вопросами, что задумал золотой господин, перед тем как исчез, и чем занимался? А ещё много вопросов появиться к тем, кого эти самые слуги посетили, а великие золотые господа кел очень не любят секреты. Возможно, да что там, почти наверняка, у других господ с золотым развитием, появятся вопросы, а чего ими вдруг заинтересовались?
По улицам Золотого Города, переходя через десятки переходов, шёл нарядный кел в красивом асари и в сопровождении изящной танцовщицы-служанки. Он улыбался. Древнему, умному и очень злому на кое-кого существу грело душу предвкушение того, как два могучих дома будут дёргаться и нервничать, пытаясь понять и найти следы, разгадывая загадку появления дерзкой красотки нео и неожиданно сбежавшего и прихватившего кое-какие общие ценности важного человека. Но это ещё не всё. Пока никто не хватился, предстояло продать важные секреты дома на сторону, украсть ценности рода и сделать пару дел для враждующей группы лиц, при этом сделать так, что пусть докажут, что они ни при чём и не имеют к этому никакого отношения.
После десятков странных мест, которые уходили всё дальше и дальше от центрального города, оказались в мире, где растут огромные деревья, а джунгли переполнены животными. И над всем этим великолепным, жарким и влажным лесом возвышался горб ледяного моста. Циклопического размера ажурный мост был сделан из хладонита, и дышал холодом, при этом очень эстетично вписавшись в окружающий пейзаж и не диссонируя с тёплым климатом. Парочка из нарядного мужчины в асари и танцовщицы прошли по ледяному мосту и подошли к крошечному нарядному замку. Рядом со входом, прямо на полу, около плетёной в азиатском стиле корзинки с едой, держа в руке кувшинчик с тонким горлышком, сидел молодой мужчина, восходящий деревянного развития.

----------

Глава 2 Еще один поганый предатель

— Ну как прошло? — спросил я у подошедшей парочки.
— Архераильчик, как тебе мое новое тело? Без хвоста к некоторым вещам заново привыкать нужно, но так выгибается, прямо неожиданно. Кстати, симбионт мне опять беременность отрастил, так что придётся тебе отработать, — крутнулась и изящно изогнулась танцовщица.
— Сегодня и опробуем. Отработаем, — улыбнулся подруге.
Нарядный немного подождал, пока наша парочка перекинется словечком, снисходительно хмыкнул и криво улыбнулся, явно думая о своём. Потом произнёс:
— Всё отлично. До золотого тела симбионт наверняка будет отрабатывать. Паразит прекрасно забрал носитель, зато я увидел его предел. С небом, даже самым слабым, так не получится. Очень бы хотелось, но точно это за пределом его возможностей. Есть несколько Атрибутов золотого ранга, которые тоже могут ограничить возможности. Очень хорошо, что мы проверили. Как там наш второй золотой предатель, вступивший в сговор и укравший секреты у своей родни и достояние могущественного клана? Знал бы он, в какие подлые сговоры вступил и скольким влиятельным людям дорогу перешёл. Его наверняка ищут. Сейчас много кто и кого ищет, — широко улыбнулся Победоносный, глянув на разноцветные ногти своего нового тела, а потом перевёл взор внутрь крошечного замка, посередине хладонитового моста.
— Сейчас множество важных и влиятельных кел уверены, что именно наш поганец и мерзавец, предавший свой род, разбалтывает великие тайны. Ещё и такие великие и секретные, что тот, кто об этом мог узнать не от него, должен был жить ещё до войны с великими червями. Да, самый настоящий предатель и мерзавец, и это точно. Ведь именно он хранитель древних знаний могучего дома. Больше просто некому.
Я мысленно улыбнулся. Победоносный — великий стратег и большой умница. Наверно, в моей голове невозможно представить, какая толпа великих лордов Вечности сейчас гоняется за этим невменяемым телом, которое за моей спиной в крошечном ледяном замке валяется на кровати и ничего больше не хочет, кроме вина и голую лучницу потрепать.
На огромной кровати в обнимку с лучницей, но только в нормальном, а не ледяном теле, с той, которая должна быть без белья и в нарядном платье, лежал мужчина крепкого телосложения, сияющий золотым цветом расфокусированных глаз. Его взгляд был переполнен безумием, а вокруг кровати валялись тарелки от множества деликатесных блюд и груда пустых кувшинчиков из-под вина. Около кровати, пьяные вусмерть, с осоловелыми глазами лежали близняшки, тоже не в ледяной форме, а вполне себе теплой и одетые только в украшения. Либо с кровати обеих в порыве страсти скинули, либо сами по пьяному глазу сползли, а так как они всё делают вместе, то и на полу оказались парой.
Древний ещё немного понаблюдал за кел, развалившимся на кровати и подающим некие признаки шевеления:
— Очень скоро от этого позолоченного лорда останется трясущаяся в жажде удовольствий оболочка. Никогда нельзя игнорировать развитие, связанное с разумом. А знаете, мои дорогие наёмники, всё это мы смогли сделать только благодаря паразиту в голове. Никогда не думал, что отросток гадости, поселившийся в твоей душе, будет настолько полезен.
— А у меня ещё червяк, — напомнил я.
— Архераил, я пока не готов, — сказал Победоносный, находящийся в новом теле красавчика и наблюдавший, как приподнялся золотой кел, пренебрежительным и расфокусированным взглядом глянул на стоящую в дверях крошечного замка троицу. Немножко больше внимания уделили стройной фигуре красотки танцовщицы, тело которой прихватила Длань, а потом, схватили со стола кувшин вина, а на его месте появился новый, такой же сосуд.
— Минус две капли Звёздной Крови безвозвратно. Списывают с него, но мост мне говорит, — сообщил я.
— Так и должно быть. Подлость именно в том, что понемногу и сам этого хочешь. Тебя никто не держит, а траты ничтожные, которые ты даже считать не привык.
Золотой кел, разместившийся на широченной кровати, сделал несколько глотков, выпив почти полностью, а остатки протянул привставшей на кровати лучнице, которая была раньше в нарядном платье и всегда принимала эстетически приятные позы, когда выпускала стрелу, особенно если снизу, через ледяной мост смотреть. Сейчас на ней были только украшения, мятое лицо и растрёпанные волосы. Она допила вино, и очередной пустой кувшинчик со звоном упал на пол. Издав рычащий, предвкушающий звук, золотой подмял девицу. Около постели зашевелились близняшки, явно рассчитывая присоединиться, среагировав или на возню, или на запах алкоголя.
— Ну что ж, не будем мешать ему безвозвратно тратить Звёздную Кровь, — хмыкнул древний, поманил нас к себе, обнял меня и Длань, сменил тело на крылатое и мы полетели.
Через несколько минут все очутились километрах в пятидесяти от места, где над жаркими джунглями возвышался ледяной мост. Я стоял на просторном скальном уступе, в зоне прямой видимости хладонитового резного сооружения. За моей спиной был открытый вход в домен Древнего, а чтобы мы с Дланью о камни «входной группы» голову не расшибли в случае экстренной эвакуации, над провалом любезно установили настил. Это для экстренного драпа. Мне уходить в портал было нельзя, чтобы не вернуть мост в Скрижаль, но и находиться около ледяной ловушки совсем близко не следовало. Руна имела феноменальный радиус действия, а если кто-то и задумал освобождение золотого лорда, то в момент неожиданной атаки, лучше быть подальше. Наш мир среди множества засунутых в Вечность, просто так не найти, но и ищут сейчас не серебряные риксы из младших народов.
Мост, конечно, руна-предмет, но скорее устройство с обратной связью. Когда «предатель» тратил Звёздную Кровь, заказывая бухло и лучницу, то хладонитовая ловушка меня постоянно информировала, предлагала усилить силу завораживающих песен или наоборот ослабить давление, чтобы у золотого кел мозги из ушей не выкипели. Это разумная предосторожность. При моём уходе в домен однозначно будут нарушена связь и функционирование. Мост держит целого золотого лорда кел, и что будет, если он станет просто хладонитовой штукой и пленный очнётся? Кроме того, Руна привязана к душе и не может быть утеряна, и, скорее всего, при перемещении в домен, что является другой вселенной, я утащу её с собой, и тут уже точно пленник окажется на свободе.
Победоносный открыл Скрижаль, а на кончиках пальцев заиграли искорки.
— Бери, — и ко мне упали звёзды развития.
— Это что? — спросил я.
— Звёзды развития, — искренне изумились моему вопросу.
— Вижу. Зачем? И куда мне это девать?
— Суй куда-нибудь, главное, чтобы в одно место. Будем из тебя делать золотого Восходящего. Ты наверняка давно золото в своём ментальном развитии, но это хранится у нас в паразите и никакого отношения к телу не имеет, и этого никто не видит. Надо так, чтобы все узрели и восхитились.
Я, конечно, рассказывал Древнему о том, что у меня огромное древо развития, связанное с ментальными способностями, но из знаков вопроса, и даже пытался нарисовать витиеватую схему своих возможностей. Он тогда покачал головой и сказал, что это развитие уникально, а с учетом того, что формировалось на основе симбионта, в совершенно неповторимых условиях, то даже он не может понять, что это могло быть. Просто махнул рукой, что отросло у меня прямо много, но что это такое, он не в курсе.
Видя моё непонимание, мне объяснили очередной хитрый план:
— Архераил, как ты любишь говорить, мы тут влезли по самые плоды пьяного тыквенника. Я золотой лорд, пошедший на предательство своего рода. Со мной серебряная танцовщица. Для тех, кто не тупой, и умеет думать, будет нетяжело догадаться, что женщина — это серебро, близкое к золоту. И зачем ты, весь такой деревянный нео нам нужен? Назови мне хотя бы одну причину, если мы не собираемся тебя в ближайшее время просто съесть или в Руну засунуть. И то, засовывать в Руну деревянное существо слишком накладно, затрат столько, что проще до бронзы дорастить, а потом запихнуть. Даже в качестве носильщика грузов для нас ты не имеешь никакого смысла.
— Хорошо. А почему золото?
— Потому что серебра здесь полно, а золото — это редко, это уникально, это дорого. Но самое главное не в этом. Золотых нео в Единстве хватает. Они стремятся стать выше и зачастую развиваются больше самих кел, среди них есть великие воины и мастера, но развитые нео всегда на виду. Их имена знает куча народа, а ты появился из ниоткуда и стоишь рядом с золотым предателем. Это очень странно и необъяснимо. Никто не знает, что ты всего на одну звезду выше серебра. Кто ты, откуда и что делаешь в компании мерзавца, который целый древний дом вверх ногами поставил, и не один великий дом? И ещё множество вопросов.
Теперь понятно, почему Победоносный решил добавить мне кучу звёзд в древо развития, но сразу сказал, чтобы я их совал в тело. Засунуть в первое попавшееся место и плевать. Симбионт прислал мыслеобраз, чтобы я поосторожнее был. Очень редко, когда бои шли нереально долго, в кораблях-регенераторах заканчивались специальные подготовленные тела с модификациями и выдавали базовые. Было немало случаев, когда штурмы первой линии, привыкшие с руки вести огонь из плазмомётов ротной поддержки, без модификаций и имплантов просто не могли поднять оружие, которое хватали в горячке боя по привычке. А это секунды, которые как правило оборачивались смертью и возвращением на корабль-регенератор. Примеров много, когда забываешь, что у тебя не модифицированное тело, а обычное. Пилоты погибали от перегрузок, техники застревали в отсеках, не имея своих привычных встроенных в тело модулей, и ещё куча всего.
Хорошее предупреждение. Нужно всунуть туда, к чему не привыкнешь и не будешь пользоваться в случае экстренной ситуации, оказавшись в другом теле и не осознавая, что этих возможностей у тебя больше нет. Вот с этим и возникла проблема. К ловкости и силе привыкаешь очень быстро, а с заменой тела, прямо не хватает. Это я тоже часто замечал. Тогда куда?
Пока думал, древний предупредил:
— Если что, и будет выбор, тело кел брать нельзя, потому что для этого нужно быть кел. По повадкам и мыслям любой сразу поймет подвох. А вот нео вы отличные.
После этого я распределил звёзды, став золотом. Решил, что изменения тела, к которым привыкнешь, а потом заберут, будет самым обидным. То, что меня ещё не раз прибьют, даже не надо гадать. До этого со мной подобное случалось постоянно. Тогда куда? Тело, разум, дух. Не тело, за разум симбионт отвечает, значит дух. Возможно, дублирую своё развитие, но это я засуну в конкретную тушку, в которой стану по Вечности бродить, а моё всё равно при мне. Кстати, если совать звёзды развития руками, то всё отлично читается. Дух у меня был и так полон, а вот на бронзе взгляд зацепился за стихийность. Этим я точно не пользовался, и при смене тела жалеть будет не о чем, но на всякий случай спросил у мудрого дядюшки:
— Эу, самый опытный, что думаешь про стихийность? Я её прочитать могу.
— Суй, тебе всё равно не поможет, — отмахнулся Победоносный.
Понятно. Ну раз так, тогда все серебряные звёзды в витамантию. У меня открылся золотой Атрибут, но со знаком вопроса, о чём я и сообщил окружающим. Древний удивлённо поднял бровь, услышав мой выбор, но отвечать не стал, дав понять всем своим видом, что раз появилось куда всовывать золотую звезду, то надо делать и не отвлекать его такими мелочами. Как я понял из описания, теперь я могу растениями и животными управлять. Я и раньше это делал, общаясь с Кусем, Плешивым и даже разок с червяком удалось словечко чирикнуть, перед тем как прибил, но очень интересно, что поменяется, когда я теперь гордое золото. Прислушался к ощущениям. Ничего, кроме увеличения собственной важности и завышенного порога самооценки, если перед серебряными женщинами выхаживать буду. На тело и всё остальное, как по мне, не сказалось никак. Возможно, для раскрытия таланта необходимы, да что там возможно, наверняка необходимы соответствующие Атрибуты тела. В симбионте есть универсальный ксено, и для общения со своими богомолами из контрабордажной команды я часто им пользовался, но после нескольких чириков у меня голосовые связки так выворачивало, что, бывало, голос садился на пару дней.
— Надо поспать, — произнес наш главный и единственный наниматель.
Разумеется, спали мы не для того, чтобы отдохнуть, собирались заниматься важными делами по планированию действий и гадостей. Мир Вечности огромен и наполнен невероятными чудесами, и чем меньше вокруг нас будет недокументированной чудесатости, тем надежнее будут наши планы. Прямо сейчас и в этом месте никого, кто бы нас мог подслушать не имелось. Это почти наверняка, иначе сюда бы уже набежала куча великих кел и прочих заинтересованных лиц, чтобы найти, покарать, или хотя бы заткнуть пасть продолжающему разбалтывать самые страшные секреты предателю рода. Нас пока никто не услышит и не увидит, но были ещё предсказатели, видящие, целая толпа «гадальщиков» и «ощущальщиков» событий, как будущих, так и прошлых. Разумеется, я говорю не о шарлатанах и жуликах, дающих предсказания с пятидесятипроцентной вероятностью на уровне «сбудется или не сбудется», а о настоящих, на одного из которых я прямо сейчас смотрел, и ещё как минимум одного знал. Тогда Арандесу знатно влетело за умение глянуть в будущее.
— Готова, — сообщила Длань и улеглась на тёплые камни площадки.
Победоносный разумно предполагал, что если мы будем проводить все самые главные совещания во снах, то добраться до нас будет гораздо сложнее, а самое главное, наши планы и эмоции останутся внутри другой эфемерной сущности и не вылезут наружу и не побеспокоят тех, кому эти самые планы предназначались. Я имею в виду нехороших ребят золотого и даже большего ранга, в отношении которых мы собирались делать очень плохие и подлые вещи.
Появилась пара Рун-Существ золотого ранга. Что за животное было до модификаций сказать сложно, но выглядели недобро, в них от души добавили множество рукотворных элементов, сделав скорее биобота с протезированием, нежели просто усиленное существо. Я выпустил свою змеюку. Азалане, а именно так звали мою Руну, иногда нужно развеяться и проветриться, без всяких условий. Женщина-змея была разумна, отлично общалась, даже, похоже, строила некие планы интимного характера на своего нового хозяина, то есть меня, чем вызывала ехидные ухмылки наёмницы. Между прочим, Древний представления не имел, как её зовут, и даже не подозревал, что у змее-женщины вообще есть имя. Как оказалось есть, и мне, такому хорошему новому хозяину, его сообщили.
Пресмыкающаяся глянула на меня, а затем на Победоносного, соскользнула с уступа и растворилась в джунглях. В глазах читалось сожаление, что никого из нас подрезать нельзя, но долго грустные чувства мою Руну не одолевали, и я отлично почувствовал, что она способна найти интересные занятия, и для неё это труда не составит.
Но выпускал я свою змее-женщину не только по доброте, но и в корыстных целях. Золотые бойцы Древнего — это мощь, но, как показывает практика, что когда что-то идёт не по плану, то никакие синтетические мозги не могут противостоять хитростям и гадостям, которые может генерировать разумный, вид которого эволюционировал в условиях конкуренции с такими же нечестными и изворотливыми, как и он сам.
Я тоже улёгся на тёплые камни и сообщил:
— Готов, — и дал команду симбионту: — Спать.
Кстати, Победоносный мне многое пояснил, что для меня и Длани было непонятно. Его симбионт у него все время спал и просыпался только когда переносил душу из погибшего тела. Древний даже научился ставить маяк на золотой гроб, чтобы симбионт перетаскивал именно туда, а не куда придётся. Этим и объясняется, что на фионтаре он не знал о возможностях симбионта. Он никогда ничем больше не пользовался. Когда древний его скопировал и вживил себе, то понял, что это часть существа вселенского масштаба, и тут же блокировал. Победоносный сам защищал своё сознание, имел огромнейшую ментальную защиту и даже не знал о других возможностях симбионта, пока я не достал его под деревом своими мозголомными выходками. Просто, очень давно, он случайно выяснил, что «паразит», как называл симбионта, перетаскивает душу. Тогда группа бойцов нашла его и убила по всем правилам, уничтожив средоточие. Только победоносный неожиданно оказался очень далеко и в чужом теле. Так и началось его приспособление к новым возможностям выживания. В те времена на него была открыта настоящая охота и его несколько раз находили, убивали, но он выживал благодаря «паразиту».
Случайно выяснив, что с помощью его новой частички души он может отлично переселяться в иные тела, грозный воин активно пользовался этим способом, а потом придумал хитрый план. Он создал себе золотое тело, сунул его в сон, и всё самое ценное складывал сюда же, в сновидения. Во сне держал запас Звёздной Крови и уникальные Руны. Если на него вдруг неожиданно нападали, то убить его было непросто. Он оказывал серьезное сопротивление, но подготовленная засада, а засаживали золотому Древнему такие же точно кел, как и он, как правило, завершалась смертью. Однако просыпался постоянно спящий житель головы и уносил его душу. Следом додумался держать вне снов тело серебряного Восходящего из младших народов. Не так затратно, и его недруги решили, что прибили великого, и о нём забыли. Лично ему смысла не было быть всегда готовым к бою с истинным золотом. Его опыт позволял уничтожить практически любое серебро, а если вдруг, иногда, не очень часто, случалась встреча с золотом, то проще потерять немного Рун и Звёздной Крови. Всё равно золото золоту рознь, и нет никаких гарантий, что тебя не встретят двое, трое или пятеро золотых Восходящих.
Все самое нужное и ценное оставалось во снах. Когда Древний засыпал, то получал доступ ко всему своему имуществу. Потом он очень долго бродил по миру. Знал о водяных ведьмах. Но они ему для хитрого плана не годились. Водные тварюшки были очень сильны, но привязаны к месту, никогда не уплывали далеко, и не имело никакого смысла с ними водиться, если не собираешься сидеть в их болоте. А потом Победоносный подобрал ксеносов. Каким боком не людей засунуло в мир снов, даже у древнего объяснений не было. Они были растеряны и без главного вожака жили животной жизнью, не имея цели существования. Негуманоиды были простыми воинами, и им был нужен высший, который возглавит стаю. Хитиновые бойцы сразу приняли золотого кел как своего главного и со всем рвением охраняли его во снах.
Он их развивал, снаряжал Рунами, разговаривал с ними и учил. Разумные твари были довольны, найдя себе предводителя. У негуманоидов, как правило, общество состоит из управляющего разумного и остальных подчиненных, которые ему служат. Это их суть. Более верных, преданных и самоотверженных охранников найти невозможно, тем более в такой эфемерной составляющей, как сон.
Древние кел невероятно сильно развивали это направление. Целые города могли видеть один и тот же сон, сновидения хранили, передавали или, например, использовали для обороны, посылая кошмары на вражеские армии, но это отдельная наука, требующая самых сильных атрибутов разума и ментальности. Искусство уникальных мастеров, которое почти утеряно после войны с червями. Сны не давали полной гарантии, как я это продемонстрировал, но девяносто девять процентов развитых Восходящих, не говоря о простых носителях стигмата из младших народов, даже не подозревают, что так тоже можно.
Получив вожака, ксеносы с удовольствием занимались его охраной. Сон — это другое. Туда нельзя просто взять и протащить доспех, или запускать все подряд Руны. Однако очень редко враги всё-таки заходили глянуть на сновидения Древнего, но скоро прекратили. Благодаря бдительной охране, забредшие хитрованы быстро закончились. Они не имели возможности пользоваться полным своим рунным арсеналом. Во снах запускалось далеко не всё, а вот ксеносы отрывались по полной. Не устрой я полёт с мёртвой петлёй и не имей симбионта, то и меня бы прикопали. Я тогда сделал то, что не делал никто никогда, дурнув всю банду охранников. Нелюди элементарно не понимали, что со мной делать, но и Древний оказался предусмотрительным. Он хранил в шатре отражение тела, которое было вне снов, а истинное, с крыльями, прятал далеко. Он предполагал, что о нём могут вспомнить, и если не знать о крылатой тушке, то почти со стопроцентной вероятностью нападут на поддельное отражение. Что я, собственно, и сделал.
Кстати, попади мне тогда истинное тело, то скорее всего древнего я бы убил. Вот так всё заморочено и сложно. Улыбнуло, что мне удалось примазаться к великим мастерам снов и тоже сунуть мордочку в эту тему и даже немного поучаствовать в движении. Я всё больше убеждался, что предупреждение в описании иллиумового когтя, что о нём рассказывать не надо, является не пафосным сообщением, а реальным предупреждением, и окружающим есть чего бояться.
Как только ощутил себя внутри нашего общего сновидения, взмыл вверх свечкой из положения лёжа. Находившиеся рядом ксеносы вначале дёрнулись, а потом узнав капитана малого тральщика, радостно зачирикали, а я, наверное, со страшным человеческим акцентом, чирикал в ответ на универсальном ксено.
Если Победоносный был для них добрым дядюшкой и вожаком, то я, со знанием языка, а не только возможностью общаться мыслеобразами, ещё и с червивой мутацией, оказался настоящим братаном. Со мной можно словечком перекинуться и такого замутить, что творить с главным хозяином непозволительно. То, что я человек, никого не смущало. У меня такая же мутация, как и у них, с прилипшим к душе куском твари Грани, я отлично пользуюсь универсальным ксено, а то, что сверху не хитин, а кожа, натянутая на пару рук и ног, так не всем удалось родиться такими красавцами как они. Некоторым придётся всю жизнь провести в теле двуногого кожаного.
Древний не передал нам всех своих секретов, пояснив, что мы повязаны настолько, что дальше некуда, и всё, что можно, он рассказал, но есть знания, от которых не только тауро дохнут, и нам пока нельзя касаться такой смертельной мудрости.
Все-таки, именно сон был его изюминкой, с помощью которой он сохранил свою мощь и в принципе выжил, а связка в виде переноса души с помощью симбионта подняла его на недосягаемые уровни живучести и дала возможность многие сотни тысяч или даже миллионы лет пробыть в Единстве и пережить всех тех, кто давно сгинул во времени, не пройдя очередную ступень Восхождения.
Сделав пару петель, я плавно приземлился. А всё-таки здорово у меня получается летать во сне. Привычно сели в кружок на появившиеся нарядные кресла-троны. У Победоносного в мире грёз было припасено немало удобных мелочей, как, например, и эти пафосные стулья. Темой сегодняшнего совещания было, кого мы ещё можем задеть и к кому обратиться за помощью. События так быстро разворачивались, что и поговорить было некогда. Уже через минуту после того, как я сообщил, что есть нетронутые саркофаги вечного сна, получил от Древнего Руну великого перемещения, чтобы я смог перенести нашу банду в разрушенную сферу безликих кел, которую мы с Капюшоном взорвали. Часть оборудования действительно сохранилась. Ещё час Победоносный колдовал над настройками и привязками, давал краткие инструкции, как создавать отражение и что делать, если пошло не по плану, и ещё через час мы были в Вечности и начали делать гадости.
Это была первая возможность спокойно выдохнуть, а не бегом-бегом.
Из всех, кого я знал и кто мог нам помочь или хотя-бы сразу не прибить, это был небесный Восходящий из храма Вечности, но он не станет помогать открыто, и второй была мать Арандеса. Она наверняка бывает не только в Единстве, но и держит контакт с небожителями. Победоносный только ухмыльнулся:
— Архераил, а ты хоть знаешь, кто такая Эснанга? Она хранительница и собирательница секретов. Её задача собрать секреты у младшеньких народцев, а потом похоронить всех, кто этого секрета касался.
— Мне она такой не показалась.
— Это потому, что тебе не показывали. Истинная золотая Восходящая дома Норн. Это те, что выкачивают ресурсы из Единства и контролируют храмы Вечности. Об этой крысе ходят легенды. Конечно, среди тех, кто жив остался.
И мне мило улыбнулись, сделав это с максимальной незамутнённостью и показывая, что если меня на куски будут резать, то тогда можно и к маме Арандеса за помощью обратиться, но не раньше.
Мыслеобраз от Древнего, как всё небо нашего сна закрыло тёмной тенью. Я почувствовал, что в Скрижаль Древнего вернулись сломанные золотые охранники, и ментальный, прорывающийся визг моей, обычно бесстрашной змеюки, которая просилась домой и хотела, чтобы её отозвали, сообщая, что на сегодня она уже нагулялась. Всё-таки хитрость живого существа или просто удача, сильно отличаются от полуразумных биоботов, пусть и золотого ранга. Те были уже уничтожены, а моя хитрозадая змее-женщина ещё была жива. Я мгновенно отозвал Азалану, даже не пытаясь тратить время на выяснения, что там случилось.
За доли секунды все разом проснулись. Я глянул в сторону джунглей. Огромный метеор вертикально валился с неба, разрывая облака и ударился в мост. В мою скрижаль посыпались какие-то Руны, золотые Символы и скакнул увеличившийся запас Звёздной Крови. Я получил сообщение, что Руна золотого моста уничтожена. Не сломана, а именно уничтожена. «Разве такое возможно?», — промелькнула мысль, но также мгновенно растворилась в сознании, уступив место увиденному. Как хорошо, что мы подумали и были далеко от хладонитового сооружения. Победоносный проговаривал вариант, что могут попытаться убить всех и сразу, не разбираясь кто и что, но добавлял, что это очень накладно и невероятно сложно. Вокруг исполинского пылающего пятна, где раньше был мост, различалось несколько летающих Существ, с восседающими на них всадниками, и почти все они были золотого уровня. Кто это, с такого расстояния мне было понять невозможно, но по нашу душу пришли точно не безродные неудачники из нищих нео. При этом себя они совершенно не скрывали. Миг, и появился силуэт, окаймлённый цветом небесного сияния. Я почувствовал на себе внимательный взгляд.
— Бегите! — промелькнул мыслеобраз, полученный от Победоносного.
Это было последнее, что я услышал от древнего. А потом мордой в грязь. Всё сменилось. Мы с Дланью оказались в другом месте, лежащие рядом, с перепачканными болотной жижей рожами. Совсем рядом располагался вход в помещение Бассейна Душ. Такой резкий контраст. Вонючее болото, и сразу стерильная атмосфера и ряды сотен ванн для возрождения и связи с Единством. Первым делом, когда мы пришли в эту часть Вечности, найдя дальний и заброшенный мир, в котором не должно быть ни одного разумного, Победоносный сменил наши точки возрождения и перенёс привязку канала от Единства в это глухое место. Впрочем, не такое оно и глухое, как оказалось. На этот случай у нас была всего одна инструкция, как говорила подруга: «Валим отсюда».
Когда вода с искорками Звёздной Крови уже размывала реальность, готовя отправить меня обратно в Единство, увидел, как несколько силуэтов огромных летающих тварей бодро приземлились у входа Бассейна Душ, а с них спрыгнули воины в нарядных, ни на что не похожих доспехах, окружённые золотыми фреймами. «Быстро же они подсуетились», — получил мыслеобраз от подруги и провалился в эфемерный тоннель, который на колоссальной скорости потащил меня к Единству.

----------

Глава 3 Мордой в грязь

Я очнулся в саркофаге вечного сна. Рядом стоял Победоносный, но это был не он, а его отражение или копия. Это сразу было понятно по отсутствию симбионта. Подобное я уже видел, когда Златоглазка мне свою копию присылала. Вышла Длань. Она по-прежнему была в теле глубоководной рыбы, которое с хвостом. Мы его подняли до сильной бронзы, перед тем как уйти в Вечность, а следом, после появления внутри небесного трона, в одном атрибуте переводили в серебро. Как я понял, это нужно было для солидности и антуража, чтобы важные переговоры не сорвались. С бронзой напыщенные кел даже разговаривать не будут, а вот серебро было минимумом, при котором моя рыба становилась достойным переговорщиком. Древний предупреждал, что если будем внепланово бежать из Вечности, то ни в коем случае нельзя делать синхронизацию с тем, что у нас будет там, и что мы оставляем в Единстве. Пусть всё честно хапнутое пока хранится под приглядом небесного трона, а на внутренней поверхности иллиумового шарика лучше пользоваться имуществом, что было, и стараться не выделяться.
То, что нам, возможно, удастся расковырять совсем неприглядное и дурнопахнущее, было почти наверняка, и как бы осторожно палочкой не тыкали, всё это легко может оказаться непредсказуемого размера и запаха. Главное совсем сильно не влезть, а то будет слишком заметно, кто порядки нарушает. Наверняка есть самые большие хозяева Вечности, которые могут понять, кто, чего и как, но если лично их не будет касаться наша суета, то они и пальцем не шевельнут. Победоносный говорил, что золотые лорды могут задать величайшим вопросы, но скорее всего, если мы лично никого из очень жирных и больших руководителей не тронем, то получить ответы не смогут.
Оглядев нас, двойник заговорил:
— Я точно знаю, где держат мою девочку, но я не знаю, кто из хранителей стоит за этим. Мне известно только о том, что вы не синхронизировали тела. Наверняка воспользовались моим советом и не стали жадничать. Правильно. Тот, кто контролирует храмы Вечности и следит за переходами, скорее всего знает о том, кто вы здесь и кто там, но если мы не наступили на пятки именно ему, то о том, что вместо неизвестного золотого слуги и серебряной танцовщицы будет деревянный нео и бронзовая рыба, никто никогда не узнает. Именно настоящие деревянные и бронзовые восходящие, а не притворяющиеся бронзой и деревом. Меня не ищите, у меня всё плохо, но я не сдамся, и вы мне не поможете. О том, откуда знаю, и что я сказал, тоже не думайте. На вас метки того, что вы должны знать, а моё отражение просто читает их и произносит слова. Вернитесь и заберите её.
Увидев, что у нас полно вопросов, копия нашего нанимателя подняла руку, показывая ладонь и призывая слушать:
— Не спешите. У вас есть время. В сознании Длани я видел одну древнюю легенду. Не переживайте, я смотрел только незащищённые области мозга и только то, что вы сами были готовы мне рассказать. Мне надо было вас понять, и так быстрее. Архераил, твой паразит — настоящий монстр, и туда совершенно нельзя было сунуться, так что я почти ничего не знаю о твоём мире и Претории, кроме того, что ты мне передавал мыслеобразами. Так вот, в той истории говорилось, что старинный воин отправлялся на войну длиной во многие годы и говорил жене, что его нужно ждать, пока у только что родившегося сына не вырастет борода. Можете совершенно спокойно ждать, пока у моей дочери не вырастет всё, что делает маленькую девочку полноценной женщиной, и запас времени у вас есть. А после этого она должна стать золотой восходящей, причём не просто золотой, а иметь очень специфическое развитие. Без этого древние сокровища моего рода никто не получит, будь ты хоть самым могучим единым. Делайте всё так, как вы всегда делали. У вас полно времени, и слушайте мой приказ, который имеет право дать наниматель, купивший все ваши клятвы: Живите!
А затем я увидел, и только сейчас, при этом исключительно потому, что мне пожелали показать. Вокруг нас стояли тощие безликие кел и внимательно слушали наш разговор. То, что они тут могут оказаться в любой момент, Победоносный предполагал. Уничтожая подземную сферу с саркофагами вечного сна, мы с Капюшоном действительно грохнули верхнюю полусферу безвозвратно, а вот нижняя имела защиты вроде силовых полей. Сами конструкции и антураж примяло и подпалило изрядно, но большая часть энергии взрыва пошла на силовое поле, поэтому нижняя полусфера пострадала незначительно, и большинство саркофагов осталось работоспособно. Когда мы решили немного попользоваться оборудованием, то было два варианта, либо тихо подключить пару устройств в дальнем углу, а потом незаметно сбежать, либо отключать всё и сразу. Решили первый вариант. Вероятность, что нас заметят, была, но безликим кел был нужен я, и они не имели никакого отношения к дочери древнего, поэтому наличествовал шанс договориться, а вот если мы начнём крушить остатки ценнейшего оборудования, то на такие действия наверняка отреагируют мгновенно и очень недобро.
Наверное, Победоносный был прав, выбрав вариант, при котором всё по-тихому. По крайней мере, нас до сих пор не убили, хотя и отпускать, похоже, не собирались. Двойник древнего осел на пол, рассыпаясь звёздной кровью, всё вокруг сменилось, и я опять окунулся мордой в грязь. Мы с подругой лежали с перепачканными рожами в липкой луже, прямо по классическому пониманию подобной субстанции. Мы снова, опять, или ещё раз, или в который раз, не знаю, как точно теперь называть такое событие. Ладонь грязи и пара пальцев мутной воды. Самое что ни на есть месиво, как специально готовили. И всё это дополнялось непрекращающимся мелким дождём. Промелькнула мысль, что безликие кел уже, наверное, начали привыкать, что я постоянно сбегаю.
Прямо перед нами, шагах в двадцати, шла жестокая схватка между двумя восходящими. Один со светлыми волосами и шустрый, а другой крепкий здоровяк в чёрных шкурах и с такого же цвета бородой. Дрались насмерть. Наша лежанка с гидроматрасом была на самом краю полянки, и с места липкого вип-ложа было отлично видно всё происходящее на арене. Двое воинов убивали друг друга.
— Какая прелесть! Осталось только бросить на арену лепестки цветов, монеты и показать обнажённую грудь победителю. Я за того, что в тёмных шкурах, хотя, если белобрысый не умрёт, то свой палец обязательно подниму вверх, — сообщила подруга, приподнявшись и всматриваясь в драку на полянке.
— Ты о чём? — спросил я, удобно устроившись в тёплой жиже и не спеша вылезать из липкой грязи.
— Деревня, — отмахнулась подруга.
При чём здесь название поселения людей зарабатывающих выращиванием растений и разведением животных на аграрных планетах я не понял, но дальше мои мысли переключились на другое. Пара восходящих, сцепившихся в поединке, бросили всё и упали на колени. Не преклонили колено, а именно упали на колени. Над нами показалось огромное шестикрылое существо, занимающее всё небо. Чёрное нечто, вроде тени, напоминающее человеческий силуэт, только на всё небо, с шестью крыльями, длинными и узкими, словно клинки, пронеслось где-то на невероятной высоте. Размер существа был такой, что он заслонял собой половину неба.
При появлении летящей громадины дерущиеся именно плюхнулись на колени, грохнув могучие головы о влажный от дождя грунт и замерев, а не изображая благородные приветствия. Я почувствовал на себе мимолётный взгляд чего-то вне категорийной силы и разума. Это совершенно иное. Как пытаться на себя примерять мощь взрыва сверхновой, но, очевидно, наши с Дланью распластанные и лежащие в липкой грязи тела тоже соответствовали уважительному виду, положенному при встрече с подобными существами, затмевающими небо. Мазнув на долю секунды своим вниманием наше грязевое укрытие, интерес ко мне и подруге полностью потеряли.
А потом тень исчезла. Двое бойцов встали, разошлись шагов на десять, уважительно поклонились друг другу и снова сцепились, сделав мгновенный рывок, брызжа рунным льдом, огнем и долбя противника холодным и корявым оружием. Наверное, на случай появления вот этого в небе были чёткие правила и поединок должен был обязательно прерываться, а ещё наверняка выработались условия, как бой должен быть продолжен.
Бойцы нас заметили, но проигнорировали. Влезать и разнимать здоровяков мы тоже не собирались. Рядом я никого не замечал, да и подруга шепнула, что в ближайших окрестностях никого не чувствует, а у неё на это поистине животное чутьё. Конечно, возможно, и притаился где-то невидимка, но это вряд ли. Мир Единства огромен и всяких тихих и незаметных хитрованов здесь хоть отбавляй, но явных зрителей у поединка не было. Мы не знали ни одного ни другого, и влазить в бой, на чьей-то стороне смысла не было. Думаю, это не порадует даже победившего с нашей помощью, и благодарности нам не выскажут. Ведь не зря стычку перенесли в такую глушь. В том, что здесь места нехоженные, я не сомневался. Всё говорило о том. Даже в пределах племени на уровне развития рун и палок есть следы присутствия человека, коих я совсем не замечал.
Ошибся я с невидимками. Как же это слово? Когда-то в древней книжке читал про невыносимую старину. «Дреколье», — подсказал симбионт. Вот именно такое, в два пальца толщиной, со слегка ободранной корой, заострённое бревно с лохматым пучком перьев, на который ушла, возможно, не одна птица, воткнулась в глаз светловолосому воину. Диаметра палки хватило, чтобы череп разнесло в куски, а сила инерции «стрелы» оказалась столь велика, что заточенная деревяшка пролетела дальше и расщепила ствол небольшого деревца в две руки толщиной.
Наверное, у меня какое-то чувство опасности сработало из моего ментального дерева развития, и я бросился к застывшему от неожиданности здоровяку в тёмных шкурах и с косматой бородой, такого же чёрного цвета. Бронзовый восходящий обдумывал ситуацию и явно растерялся, наверняка получая сейчас пачки сообщений от наблюдателя о прерванном фионтаре. Это я так думаю. Ради просто драки вряд ли бы пара бойцов так далеко забрела от обжитых мест, да и бой был похож именно на состязание, а не на нападение.
Воин был реально здоровый, и завалить его своей массой не могло быть и речи, поэтому я подбежал, ударил по ногам. Подсечка получилась, и мы оба распластались на мокрой земле. Придавил рукой к земле удивлённую рожу местного, решившего поднять голову, и показал своим примером, что лучшее положение на сейчас — это мордой в грязь. Чуть в стороне гулко ухнула и взорвалась пылающая штука, разлетелись огненные брызги, которые ускорялись, превращаясь в очень острые и раскалённые небольшие иглы. Раскалённые до огромных температур острые штуки пробивали листву и втыкались в стволы деревьев по краю поляны. Наверняка что-то из рунного арсенала. Здоровенное дерево, которое было рядом с нашей полянкой, прихватило немало таких игл, и древесина начала гореть, несмотря на то что вокруг шёл дождь и всё было мокрое.
Прилегли хорошо. Все иглы прошли мимо, да и использовали руну как-то совсем неприцельно, сильно в стороне. Грохни точно над нами, прибили бы наверняка. В высоте опять пролетел силуэт шестикрылого существа. Что это было, я понять не мог, но пока свет закрывала небесная тень, больше ничего не происходило.
— Возвращается, — крикнула подруга из нашей лужи.
— Она о нас не знает. Ну зачем ему мы? Дрейки на козявок не охотятся, — ответил подруге, успокаивая взволнованную рыбу и себя немного.
Словно услышав, тень поменяла направление и пролетела мимо. Похоже, в этом месте вопрос коленопреклонения — это не вопрос гордости, приходится так изворачиваться, что позы полностью не соответствуют уровню самооценки, но так надо. Я чувствовал врагов, но пока над нами висело вот это, никто даже не пытался дёргаться, да и возвращение тени было явлением неординарным, как я заметил по выражению лица подмятого мной восходящего. Он, конечно, понял, что грохнуло по его душу, и не столкни его с ног непонятный грязевой человек, он бы погиб, но повторное появление шестикрыла в небе его беспокоило гораздо больше. Ещё минут пять всё было тихо, а потом свет стал снова ярким, и небо очистилось.
Здоровяк мгновенно вскочил, и уже была моя очередь немного полетать. Воин неуловимо быстро дёрнул меня за руку, поднимая в воздух, сгрёб в охапку и швырнул на землю, прикрывая уже своим телом. Вовремя. Как раз в место, где мы лежали воткнулось ещё одно оперённое бревно, а второе пронеслось совсем рядом, взъерошив мех на его одежде. Грррыыыы! Раздалось рядом, и из леса выбежали два огромных человекообразных существа, ростом под три с хвостом метра, четыре пары ног и обезьяний торс. Оба бронза. Один побольше, а второй поменьше, и скорее всего был самкой. А вот и луки, вернее, палки толщиной в мою ногу с верёвкой, и колчаны полные таких стрел, которые мне годились как копья. Потеряв терпение, гиганты решили больше не пытаться попасть в юркие цели, а посчитали правильным просто прибить с помощью дубин, в которых были вклинены остро обтёсанные камни.
Четырехногие гориллы неслись в нашу сторону. Бум, бум, бум, бум, раздались беглые выстрелы подствольного гранатомета штурмового комплекса с почти с пулеметным темпом. Голова монстра, который поменьше, разлетелась в клочки. Череп твари был очень прочный, но четыре гранаты, две из которых кумулятивные и две осколочные, не оставили вариантов. Все выстрелы легли в область головы и шеи, превратив верх туловища в ошмётки, болтающаяся на обрывках шкуры вокруг обломков кости могучих шейных позвонков.
Пару последних гранат, используя симбионт, подруга уложила прямо перед мордой здорового самца. Яркие вспышки получились всего в нескольких сантиметрах от рожи. Так получалось, что две последние были объемно-зажигательные, дающие яркую горячую вспышку и разлет мельчайших частичек термитной смеси, разлетающихся на несколько метров жаркими искорками. Несколько таких коснулась моих рук и ног, торчащих из-под прикрывшего меня своим телом здоровяка. Даже через липкий слой грязи почувствовал серьёзный ожог, да и среди одежды воина было видно несколько дымков.
Обе вспышки, которые случились совсем рядом с мордой, видимых повреждений не нанесли. Или шкура слишком прочная, или бронзовая тварь имела рунные защиты, чтобы просто так повредить, но эффект был. Я почувствовал ещё один рывок, которому не сопротивлялся. Это воин сменил наше место лежанки, дёрнув и моё деревянное тело. Объяснять сейчас бронзовому воину, что я со своими пилотскими модификациями быстрее него, не стал, да и когда? Шипастая дубина дезориентированного гиганта врезалась в землю, где мы только что лежали. Раздался обиженный и разъярённый рёв, промахнувшегося четырёхногого. Мы прыснули в разные стороны. Заметил, как хвостатое тело моей рыбы юркнуло из лужи в ближайшие кусты. Выхватил «Дефендер», стреляя в сторону обезьяны-переростка. С первых попаданий стало понятно, что пробить шкуру не удастся, поэтому перевёл огонь на морду и лапы, в попытке замедлить быструю тварь, пока она была ещё под впечатлением от попаданий зажигательных гранат. Пули застряли в непробиваемой шкуре зверюги. Очень правильно, что Длань решила начинать с подствольника, даже не пытаясь повредить зверя обычными пулями. Выстрелы из укороченного «Суворова» кожу зверя пробивали, и я видел следы попаданий, но особого эффекта не было, и таким способом быстро его не остановишь.
Мы понеслись в разные стороны, а дубина ещё не до конца пришедшего в себя зверя с гулом рассекала воздух. В многоногую зверюгу со стороны здоровяка полетели руны. Арсенал был разнообразным, от огня, появившихся ножей до какой-то растительности, которая пыталась обвить ноги зверя, но получилось только обозначить препятствие, чем замедлить бронзовое чудовище ростом выше трёх метров. Рассматривать эффекты было совсем некогда. Монстр яростно взревел, определившись, что будет догонять воина, наверное, как самого упитанного. Я, конечно, тоже сразу сбежал, но мой рывок к кустам проигнорировали. Громадина явно выбрала, за кем гнаться и понимала, что за всеми сразу не успеет.
Обезьян ещё раз попытался схватиться за лук, желая сразить беглеца, но потом отбросил огромное бревно с натянутой веревкой на мокрую землю. Правильно. Если раньше не попадал, то сейчас уж точно никак. Потом попытался рвануться вперед, но быстрая и юркая тень мелькнула за спиной зверя, длинный змеиный хвост опутал ноги, мешая сдвинуться с места, зверь, начавший движение, по инерции рухнул мордой в грязь. Секунда замешательства, но было уже поздно. За пару секунд до этого, с моей руки соскользнула руна-существо. Это моя обожаемая змеюка, яростно мелькая клинками приводила шею и затылок гиганта в полную негодность к эксплуатации. В кровавом месиве было хорошо различимо, что разделка крупной добычи шла с чувством и расстановочкой, хотя и весьма споро. Удобное свойство руны моей змеи, вызываться дважды сразу через тридцать секунд, позволила выпустить мою воительницу сейчас, хотя всего несколько минут назад её чуть не уничтожили в Вечности. И да, как пояснил Победоносный, руна сама восстанавливалась, даже если была сломана, просто время повторной пары призывов могло сильно увеличиваться. Он тогда заметил, что я не зря приметил именно эту руну, а цена серебряного разумного существа с такими возможностями, при хорошем раскладе, может легко перевалить стоимость уверенного золота. Да, очень удобная руна, которую можно было выпускать с интервалом в полминуты.
Пока думал, смерть настигла четырёхногую обезьяну, и Азалана, как бы забыв спросить у хозяина, походя, слизнула звёздную кровь и выпавшие руны. Моя змеюка вырезала ядро сущности из туши, подползла ко мне, вручая ценность и вроде промеждупрочим, скользнула ко второму трупу. Пришлось мысленно цыкнуть, одёргивая хитрожопую змее-женщину, и передать мыслеобраз, что это добыча Длани, взятая в одиночку и только оружием наёмницы, без чьей-либо помощи. И да, как потом выяснилось, змея отлично могла понимать мыслеобразы, единый, и даже была уверенна, что в далёкой родне имеет самих кел, и, на удивление, свободно говорила на высоком наречии самих небожителей.
Я получил неодобрительный взгляд со стороны своей пресмыкающейся, что тормознул её со сбором трофеев. А вышедшая из кустов наёмница, собравшая руны с трупа обезьяньей самки, заслужила второй, разумеется, тоже неодобрительный взгляд от Азаланы. Прямо читалось, что если бы это забрал я, а не подруга, то было бы не так обидно, а так в женском коллективе всё, как обычно.
Перехватил удивлённый взгляд здоровяка. Он агрессии не проявлял и на трофеи не претендовал, просто был удивлён. Ах, да. Дал команду симбионту показать, что я деревянный восходящий. Мой житель головы всегда скрывал это от посторонних, и те, кому я это не показывал, не сразу видели, что я тоже из обладателей стигмата. Заострять внимание на этом событии не стал, а сделал вид, что так и было, а воин в чёрных, перемазанных грязью шкурах, мог этого в горячке боя и не заметить. Тоже сделала и Длань, так же, не заостряя внимания.
Симбионт прислал мне мыслеобраз. По мнению моего жителя головы, мы были в огромном домене. Если так, то пространство было поистине чудовищных размеров. Целый мир, или очень хорошая зрительная иллюзия. Кто мог создать все эти тысячи километров пространства и тем более такое существо, что собой затмевает небо, или оно и есть хозяин местного мирка? Если задание выбраться, то как это сделать? А вдруг это домен испытаний, а тень — это главное препятствие? Надо будет у местного спросить. И хорошо бы понять, зачем нас сунули именно сюда? В том, что наш перенос организовал двойник Победоносного я не сомневался. Просто больше некому и незачем. Возможно, был набор случайных и закрытых от посторонних мест, присмотренных для экстренной эвакуации, чтобы было невозможно отследить наше перемещение, по крайней мере быстро. Для этого домен подходил идеально. Здесь не было присутствия наблюдателя, и, скорее всего, и большинство поисковых рун не смогут работать, не имея связи с внешним миром.
С Дланью тоже понятно. Она со мной, член моей команды наёмников, подружка и верный союзник. Улыбнулся, вспоминая свою историю. Рыбные женщины не могут никак быть против Архераилов. Они всегда были моими женщинами. Даже Пылающая Чешуя ненавидела меня чуть меньше остальных, как я чувствовал, просматривая её ментальный фон, а Красные Плавнички стала моей по итогу, хотя совсем этого делать не собиралась. Ничего нет удивительного, что мы опять с наёмницей вместе и на одной стороне. Даже при последней встрече древнее чудовище, ворующее детей, могло притащить какое угодно тело, но предпочло вариант с телом девчонки из народа воды. Тварь космического масштаба, к которой не мог подступиться даже древний, в момент последней моей встречи учла предпочтения капитана малого тральщика и показала именно хвостатую рыбообразную. Наверняка увидела, что мне женщины из рыбьего племени нравятся больше остальных.
Оставалось выдохнуть, осмотреться и понять, что делать дальше. Подошла наёмница, но за мгновение до этого, увидев, что Длань направилась в мою сторону, ко мне метнулось гибкое тело, а мои ноги обвили змеиные кольца моей руны. Человеческая часть прижалась со спины, положив мне руки на плечи и показывая, что альфа-самец занят. Подруга хмыкнула, но сгонять змее-женщину не стала.
— Ты посмотри, скоро так совсем у меня мужа отожмут, — улыбнулась на шустрость моей руны и добавила. — Мне одной кажется, что это домен?
Мы говорили на глобише. Диалект весьма редкий, и если рядом не бродили «круглоухие», как иногда называли космо местные аборигены, то вероятность что нас подслушают была практически нулевая. Этот точно не «круглоухий», но рядом раздался голос, и тоже на глобише:
— В домене. Не кажется.

----------

Глава 4 Инвентаризация

Сидели у костра, и моральных угрызений, что едим далеких родственников, ни у кого не было. Сейчас можно было выдохнуть, спокойно поесть и никуда до утра не бежать. Сразу после поединка делали всё очень быстро. От обезьян нарезали немало крупных кусков мяса, которое было съедобно и, как утверждал наш новый знакомый, ещё и вкусно, а когда со звёздных тварей, то помимо утоления голода ещё немного запас звёздной крови восстанавливался, что было сейчас не лишним. Большую часть кусков, памятуя о свойствах моего ненормального хранилища, зашвырнули ко мне. У меня оно самое большое, но с традиционными изъянами. Руна хранилище мечтаний. Ранг —??? Время перезарядки — нет. Стоимость активации — нет. Время действия — нет. Тайный ящик навсегда привязан к вашей душе. В него можно положить всё что угодно и вытащить всё что угодно, но помните: положить и вытащить — это разные части вашей сущности, и предметы могут разительно отличаться, изменяясь и подстраиваясь под ваши тайные желания. Очень важно осознавать, что тайные желания не подчиняются вашему разуму, а служат чувствам'. Когда впервые прочитал описание своей руны подруге, то она некультурно ржала и сразу сказала, что спецзаказ именно для меня, нормальному человеку такие руны не достанутся.
Как показывала практика, что если засунул нечто съедобное, то и вытащишь тоже еду, но варианты могут быть самые разные, и чтобы не удивляться и не думать, что готовить на ужин, немного мяса сунули наёмнице в её небольшое хранилище. Немного, зато без сюрпризов. У Длани всегда доставалось тоже, что и засовывалось. Дальше, максимально быстро обыскав трупы и забрав самое ценное, как можно быстрее покинули это место.
Звёздную кровь и руны с убитого светлого воина забрал наш новый знакомый. Одетый в шкуры местный не считал победу своей, но я настоял, сказав, что потом он обязательно отдаст нам положенную долю, и что прямо сейчас это выяснять ну совсем некогда. Помимо вещей белобрысого, прихватили несколько интересных амулетов с обезьян, которые содержали звёздную кровь.
Хотя в домене не было присутствия наблюдателя, но происходила классическая смена дня и ночи, при этом выглядело всё намного хуже, чем под обычными игг-древами. Домен погружался почти в полную темноту, и что происходило в ночи никто не знал. Нечто неизвестное убивало всё разумное, при этом животных и полуразумных тварей, вроде многоногих обезьян, совершенно не трогало. Существовали места, где можно было ночевать. Их было хорошо видно. Деревянный столб, светящийся неярким, как я подозреваю, игг-светом. Вот к такому столбу мы и прибежали. Этот давал защиту метров в сто, но были колонны побольше и даже несколько исполинов высотой в два десятка человеческих ростов, защищавшие от ночной смерти целые поселения на тысячи домов.
Пока совсем не стемнело, сбегали собрать хвороста, спокойно развели костёр и начали готовить мясо. Свою руну я не отзывал, решив дать погулять, пока не закончиться время призыва в шесть часов. Серебряное существо уже доказало свои боевые качества, и пока пресмыкающаяся будет рядом, мы сможем спокойно выспаться, не опасаясь ночных хищников, находясь под защитой моей серебряной воительницы и столба, который оберегает от ночного нечто, убивающего только разумных. Но в отличии от обычного поведения, когда змее-женщина с радостью уползала в темноту и находилась где-то рядом, в этот раз осталась со мной. Передала мыслеобраз, что ей местная темнота совсем не нравится, и до утра даже готова потерпеть компанию Длани, ещё и вида не показывать, что присутствие моей супруги её раздражает. Вот это, да. Что же там такое в темноте обитает, что даже моя бесстрашная серебряная пресмыкающаяся осторожничает? На мой вопрос получил отчет, что она представления не имеет, но до рассвета туда не пойдёт, и мне не советует, если кого и отправлять, то только наёмницу.
Нужно было сесть, ещё раз осмотреться, выдохнуть и объяснится. Симбионт давал на вероятность встречи человека, который был явно из местных аборигенов, с острыми ушами и стигматом в запястье, при этом говорящим на глобише, одну триллионную процента по классической теории вероятности, а вот по теории вероятности Тархана, где присутствовала звёздная кровь и чудеса Единства, целых пятьдесят процентов, на уровне будет или не будет. Согласен. Без постороннего вмешательства такая встреча в глухом месте, в не пойми каком домене, вряд ли бы состоялась. По истории моей предыдущей недолгой жизни, проведенной в Единстве, я прекрасно знал, что даже самые случайные случайности могут выстраиваться в длинные цепи заведомых событий, и ещё попробуй поменяй предначертанное тебе судьбой.
Настоящий бронзовый восходящий, крепкий, крупный, тёмные волосы, грязные шкуры, заострённые уши, возрастом хорошо за тридцать.
— И как теперь сможем посекретничаешь, когда тут глобиш по самым глухим окраинам каждый первый абориген знает? — шепнула Длань мне на ухо, оторвавшись от поедания жаренной обезьянены.
Говорила подруга на наречии народа Воды, и очень тихо. С другого моего бока сидела змея, тоже с удовольствием жуя мясо и внимательно прислушиваясь к нашему общению. Язык рыбообразных ей был знаком, и она согласно кивала, не желая терять возможность участвовать в разговоре с моим присутствием.
Здоровяк, который сейчас сидел с голым торсом, развесив шкуры около костра на просушку, повернул голову в нашу сторону. Во время поединка он получил множество ссадин, ушибов и пару ран на левой руке, правда неглубоких, которые мы уже перебинтовали. Ковыряя палочкой в углях костра, сказал в полный голос, на языке народа Воды, практически без акцента.
— Ни на каком не сможете. Если захотите посекретничать, просто скажите. Я постараюсь не подслушивать, но это сложно. У меня чуткое ухо навыком, убрать не смогу. Уши зажать тоже не получится, я и с зажатыми всё слышу, — произнёс Владеющий Словом.
И да, здоровяка действительно звали Владеющий Словом. Когда он представился, во всей этой спешке расспрашивать было некогда, но мысль промелькнула, что на писателя, победителя конкурса любовного этнического фэнтези, он не похож. Так вот в чём дело, он всего лишь много слов знает.
— Полиглот меховой, — произнесла Длань на высоком наречии Кел.
Перед тем, как действовать в Вечности, Победоносный раздобыл где-то руны-навыки изучения языка, и мы их использовали. Теперь помимо моего большого списка из единого, глобиша и языка народа Воды, я и подруга понимали кел. Помимо этого, Длань знала ещё несколько наречий Единства. Кстати, языки кел тоже имели несколько подвидов, но перед тем, как начали активно действовать, мы с Победоносным немного побродили по Вечности. Я совсем чуть-чуть общался с местными, но проблем с пониманием не испытывал. А потом тихо сидел около своего моста и приглядывал за пленником, чтобы тот случайно не сбежал, вырвавшись из хладонитовой ловушки, а вот подруга много общалась.
Здоровяк виновато пожал плечами.
— Вообще-то на любом языке при мне не удастся посекретничать. Я действительно меховой, одежда у меня из шкур — это тепло, но что такое полиглот и за что вы меня этим обзываете, полиглотом вашим?
Подруга было хотела начать объяснять, что так называют экспертов в изучении языков, и это совсем не обидное слово, но увидела растянутую на всю рожу ехидную улыбку здоровяка. Он, конечно, знал, что это такое, и решил поёрничать, но язык кел? Откуда? Словно поняв, что я хочу узнать, сказал:
— Я очень много языков знаю, может даже все сразу. Оттого и поединок. Слишком умных не любят. С кем я дрался, он нехороший человек, но сердцу женщины не прикажешь. Около моей сестры вился. Они знали, что я много языков знаю и далеко слышу. Придумали на пальцах разговаривать. Только я так тоже понимаю, а потом случайно подглядел разговор белобрысого и одного зашедшего торговца, и увидел о чём они говорят. Тоже на пальцах. Сестра ещё девчонка молодая, безмозглая и влюблённая, а вот этому она для других дел была нужна. Я прилюдно скандал поднял и о планах жениха рассказал. Белобрысый сбежал, а сестра меня ненавидит. Думал поплачет немного и успокоиться. Я человек взрослый, и мне не до того, но, оказывается, обиду не забыли, и меня через полгода на поединок вызвали.
— А чего в такую глушь сунулись? — удивилась Длань.
— Это, чтобы если кто-то победит, но незаслуженно, тоже издох. Знаешь, как бывает? Одного убили, а второй ещё жив, без рук, ног и с животом распоротым. Тоже умереть должен, но родня и друзья прибегают, лечат, рунами поднимают. Или вмешивается кто тайно. А здесь так нужно победить, чтобы обратно сам дойти мог. Безногим, безруким и раненым точно не доползешь, и что бы помощников не оказалось. Моему племени он не доверял, а я его. Мы тогда за руки взялись и шагнули в мелькающую стрелу, и оказались здесь.
Наверное, это какой-то случайный переход в непредсказуемую точку домена, но зачем так сложно? Вот это я и спросил:
— Если объявлен фионтар, то и так никто не может вмешаться, иначе наблюдатель накажет.
— Какой фионтар? Это только под центральным древом, когда тинг, или специально идти.
Я задумался. Место получилось реально подальше от чужих глаз, как раз недалеко от такого светящегося бревна, зато следующее место ночёвки было очень неблизко, а территории действительно необитаемые. Ну да, мы же в домене и наблюдатель не накажет, если кто будет помогать одной из сторон, и вообще представления не имеет, что тут происходит, или имеет? Если запустить в чёрных землях без нанитов наблюдателя червивую руну, наблюдатель сможет об этом узнать напрямую, считав информацию с восходящего? Есть ли подобие «бортового журнала» у носителя стигмата, по которому позднее наблюдатель сможет восстановить действие? Если все следы остались в недоступной зоне и это не связано с заданием наблюдателя?
Вопросов было много. Симбионт на мои мысли сообщил, что за всех не знает, но связь с управляющим миром искином конкретно Архераил осуществляет через вычислительные мощности импланта, и, как бы сказала Длань, «он фильтрует базар», в общении с великими сущностями, и если на то не указывают другие причины, то конкретно от него наблюдатель ничего узнать не сможет. Как устроен гвоздь у остальных восходящих сказать сложно, но он ни-ни. Ну да, наблюдатель никак меня не ругал за полдесятка использований чёрной руны, когда я сцепился с безликими кел. Однако, там я дрался во снах и выходил в домен говорящей Головы, а мой мятежный покровитель наверняка предусмотрел защиту от взора наблюдателя, а вот как будет конкретно в этом и иных доменах? Не так что бы я примерялся к использованию своей чёрной руны, но тема весьма интересная. Но был ещё один момент, который я хотел уточнить:
— А как ты все языки выучил? Это же руна?
— Наверное, но как появилась не знаю. Как только мне вставили стигмат, сразу получилось. Иногда очень тяжело бывает. Когда много народов на тинге под центральным древом собирается, то не понимаю на каком языке говорю.
Мои ментальные умения подсказывали, что мне с большой долей вероятности не врут, и здоровяк был не в курсе, откуда взялась его особенность. Допустим, прихватил руну случайно. Я тоже получил возможность говорить на едином, прибив бандита, с которого и выпало это умение, даже не осознав, но разве может быть универсальная руна изучения всего и сразу? Когда древний выдавал мне с наёмницей навык языка кел, то упоминал, что это недёшево и абы кто не продаст. А сколько такая универсальная может стоить и возможно ли такое, что в забытом всеми Едиными домене валяются подобные редкости?
Кстати, пробежал по своим рунам. «Проклятая руна великого усиления и истинной преданности — чёрная. Семь применений из одиннадцати». Как считалось моё последнее применение чёрной любимицы на малый кокон червей я не знал, просто семь из одиннадцати. Всё остальное оказалось без сюрпризов. Руна-существо — некомплектный «Тарантул», женщина-змея, корзинка удовольствий, иллиумовый коготь сна, телесная эфемерность, термическая смарт-граната с палкой и верёвкой, полигон воображения, руна мгновенного уродливого роста, мобильный подавитель и ошейник Златоглазки со знаками вопросов. Осталась и руна регенерации, подаренная риксом водоплавающих. В этот раз меня никто не убивал, поэтому в скрижали нашлись и обычные руны, которые передал мне Победоносный перед походом в Вечность. Просто бронзовые руны метающие лёд, огонь и камни в ассортименте. Неожиданно обнаружил ещё с два десятка новых рун, почти все серебряные и несколько бронзовых, которые я видел впервые, и все они были с вопросами в описании. Обратил внимание на свой огромный запас звёздной крови, который составлял почти две тысячи сто единиц. Странно. Когда оставался на мосту сторожить предателя, то мой запас был порядка семисот капель.
Обратился к Длани, но решил использовать мыслеобразы. Если наш новый знакомый и такой способ общения понимает, то я не удивлюсь, но нет, он никак не проявил того, что услышал наш мысленный разговор:
— Жена моя, мать детей моих, у меня руну хладонитового моста раздолбали. Появились какие-то символы, куча рун с вопросами и добавили звёздной крови. Пришло сообщение, что руна не сломана, а именно разломана.
Подруга пожала плечами и переправила мыслеобраз в ответ:
— Может и так. Спокойно руками можем любую руну на звёздную кровь разобрать, ничего такого в этом нет. Наверное, можно и удаленно. Представляешь, как удобно сразу всю защиту восходящего и все его руны безвозвратно грохнуть. Всё и сразу, без восстановления на отдельные компоненты. Скорее всего, вопрос цены и средств доставки поражающих элементов. В нашем случае решили наверняка и не пожалели. Ещё-бы. Все предатели мира в одном месте и сразу.
— Так у меня руна моста к душе привязана была. Как они привязанную к душе руну смогли уничтожить?
— А какая разница, привязана или нет? Ничего никуда не делось, поэтому, наверное, к тебе запчасти и вернулись. Из символов и звёздной крови умельцы руны и собирают. Вот тебе она обломками и вернулась.
Оставалось согласиться. Долбанули так долбанули, сродни заряду абсолюта, чтобы всё и сразу выжечь, как в физическом виде, так и в азурическом. Интересно, какие секретики Победоносный раскопал, что приняли решение прибить сразу всех, даже не пытаясь ловить и ничего выяснять, лишь бы заткнуть, и побыстрее. Кстати, при таком способе даже на трофеи не рассчитывали, а там вполне могло быть золото.
Попробовал перекинуть подруге свои новые руны с вопросами, но почти сразу получил обратно, вместе с пояснениями, что и она видит их также и не имеет представления, что это такое. Надо пробовать, но прямо сейчас точно не стоит. Скорее всего тоже запчасти от моего разбитого моста. И ещё наёмница сообщила, что и она сейчас не бедная, а имеет запас в четыре с половиной тысячи капель звёздной крови, и если будет нужно, то во сне лежит накопитель ещё на двадцать тысяч.
Перед посещением Вечности, после разграбления остатков уничтоженного малого кокона червей, у наёмницы был огромный запас звёздной крови, но Победоносный его поделил и частично убрал в накопитель, который хранился в одном из снов подруги. Сложно невероятно, зато надёжно и всегда есть доступ. Убрать лишние запасы было нужно, чтобы не привлекать внимания и не вызвать подозрений. У кел невероятно развиты сканирующие умения, и серебряная нео с запасом в двадцать тысяч капель сразу попадёт под подозрение. Оставили всего две тысячи и в последнем приключении она добавила из башмака ещё две с половиной. Для большинства жителей Единства запас исчисляемый тысячами — эпический, но для небожителей Вечности весьма скромный, не вызывающий интереса.
Больше умничать не стали, а просто легли спать. На сытое брюхо отлично спится, особенно когда около нас на страже находилась моя серебряная змеюка. Обычному зверю, даже сильному, быстро её не уничтожить, а за это время мы вполне сможем проснуться и оказать помощь. Из темноты часто нападали звери и представители полуразумных, вроде диких тавров или твари вроде четырёхногих обезьян. Но это всего лишь животные, и можно было дать отпор, а вот людей из сумрака ночи мы не ожидали, поэтому решили воспользоваться остатком времени, пока моя руна не вернется в скрижаль.
Спал и видел сон о том, как я сплю посреди улицы нарядного города, вздымающего свои шпили в небо, прямо на идеально отполированных камнях мостовой, расположившись поперёк прохода, уперев голову в слегка светящийся столб, такой же, около которого мы ночевали, но нарядно украшенный и покрытый мельчайшей резьбой. Разодетые кел переступали через валяющегося меня, очень нелестно высказываясь о перебравшем с вином наглом нео, бурча что-то про то, что хозяину следует следить за своими питомцами, а не держать подобных мне на самовыгуле. При этом, меня никто не трогал, если не считать нехороших слов в мой адрес. Хотел было взмыть вверх свечой и взлететь. Во сне я всегда это делал отлично, но открыл глаза и проснулся от прикосновения.
Небо начинало светлеть, женщина-змея ушла в руну, и меня ждали на сверхранний завтрак. Потом традиционное мордой в грязь, и можно было идти к следующему столбу, который был очень неблизко. Не так чтобы и мордой, и в грязь, но по ежедневной утренней традиции этого домена Владеющий Словом заставил нас принять раболепные, максимально уважительные и преданные позы, показав пример первым. Это нужно, чтобы проходящая и затмевающая полнеба тень не обратила на нас внимание. С теми, кто не оказывал должного почтения, поступали плохо. Убивали крайне редко, но наказания бывали такими, что по мнению нашего здоровяка, лучше бы убили.
Разнообразие наказаний было просто эпическое. Отрастали носы до пола, мешая ходить, обгаживались в момент, когда собирались заняться любовью, отрастали лишние руки в районе поясницы, а одной женщине, которая что-то нехорошее буркнула в небо вместо поклона, назначили совсем жуткое наказание. Она была бесстрашной охотницей и ничего не боялась, кроме пауков, которые за ней стали ходить целыми стадами, преследуя повсюду. Осознавшим приходилось подолгу выпрашивать прощения и отбивать лбом грунт, показывая, что поняли и больше не станут. Но иногда, очень нечасто, в случае прямых угроз и оскорблений, пролетающее в небе нечто мгновенно убивало.
Позавтракали, покланялись, можно и в путь, и тут пришла мысль.
— Дай ствол, — попросил я наёмницу.
Удивилась, но задавать вопросов не стала. Длань вытащила штурмовой комплекс и передала мне оружие. Оптика имела отличную электронную начинку, прибор ночного видения, тепловизор и могла выступать даже микроскопом в режиме цифрового зума. Покрутил настройки увеличения, пощёлкал кнопки, и в режиме тепловизора различил контуры узоров, давно истёртых временем и неразличимых невооружённому глазу. Тот самый, что я видел во сне. Обернулся и увидел четыре остроконечных пика гор, безжизненных и словно оплавленных. Когда я лежал во сне около столба, то именно в той стороне видел четыре величественных шпиля, уходящих в небо блестящим золотом башен. Ещё подумал, что они такие высоченные, что даже из положения лёжа и поперёк дороги, под ногами клянущих меня всеми ругательствами, великих нарядных господ, шпили отлично видно. Горные пики идеально совпадали по очертаниям, если немного сбить верхушки и слегка ободрать внешнюю отделку.

----------

Глава 5 Новый путь, весьма ломанный

Всё было просто. Шеф предупредил, что прямо сейчас спасать его не надо. Победоносный наверняка всё просчитал и сказал об этом осознанно. Тогда идём спасать девочку, перехватываем богатства, меняем на нашего нанимателя, а потом отжимаем ценности обратно, при этом всех убиваем, не оставляя свидетелей. Хороший план, как я люблю, но для начала нужно было понять, где мы вообще очутились, и только после этого отправляться в Вечность. Ситуация не смущала — это наше с наёмницей обычное состояние, просто надо понять чем, заняться при этом, как обычно или в который раз, или постоянно, что сделать первым, совершенно неочевидно.
Напрашивался вариант, что раз мы оказались недалеко, то можно было сходить к горам, тем более путешествовать нужно между разбросанных световых столбов. Большая часть из мест ночёвок были хорошо известны местным. Без этого здесь не выжить. Все дороги и пути имели самую главную особенность и говорили не столько о расстоянии, а о времени перемещения между подобными местами безопасности со световыми артефактами. Нет разницы, что этот столб дальше, а этот ближе, если до ближнего путь через болота, и до темноты не успеешь дойти и погибнешь? Все дороги строились от гарантированного времени перехода. Те части огромного домена, где до ближайшего столба было больше одного дневного перехода, как правило были белыми пятнами. Часть из таких мест иногда посещали восходящие верхом на быстрых ездовых животных или имевшие в своей скрижали крайне редкую и невероятно ценную руну в виде летающего или быстробегающего питомца, который мог его перенести в нужную точку очень быстро, но регулярного посещения подобных белых пятен не случалось и что там происходило, местные не знали.
Исходя из всего этого, мы не знали, куда идти, что делать, чем заниматься и кто виноват, но вначале нужно было попытаться узнать, что это за место. Больше всего интерес вызвали у меня именно те остроконечные пики. Если мой сон был не просто сновидением, а это почти наверняка, то меня в очередной раз ткнули мордой в верный путь. На самом деле моё любимое занятие — это великие геройства, когда не надо ничего думать, а тебе указали, где именно геройствовать. В этом и есть суть тральщика. Показывают район, где ты должен обнаружить не пойми чего, сколько и кого, а самое главное, вытащить это всё наружу. А потом, когда вываливаются твари грани, порой такого размера, что только глаз больше моего малого тральщика, о тебе забывают, оставляя на самовыгуле, а великие флотоводцы думают, что теперь с этим всем делать, что ты для них наобнаруживал.
Я бы сходил, но прямо сейчас строить какие-то планы совершенно невозможно. Попробовал скинуть мыслеобраз подруге, где наметил два варианта. Идём к горам, возможно развалинам древнего города кел, или надо немного поосмотреться? Длань только пожала плечами. Попробовал поговорить с Владеющим Словом. Глубинный смысл моих стремлений покопаться в древнем городе он не осознал, не имея полноты информации о дочке Победоносного и вообще кто мы, а понял по-своему. Попали мы сюда, убегая от злых и сильных, через случайную руну-переход. Бывает. Мой сон прямо в руку. Да, это действительно горы искусственного происхождения, вернее, развалины древней цивилизации, не пойми каких времён. И сразу дал дельный совет. Прямых дорог через светящиеся столбы нет, места там плохие, и если мы хотим покопаться в старых руинах, то простояли они уйму времени и ещё подождут.
Кстати, эти развалины были не единственные, и ничем не лучше или хуже ещё многих таких мест. Горный массив, который я видел во сне, принадлежал к промежуточной категории. Место крайне труднодоступное, но если очень хочется и иметь быстрых ездовых животных или знать последовательность местных стрел перемещения, то вполне можно добраться.
По большому счёту, в домене существовало всего два правила. Первое: что куда нельзя дойти к наступлению темноты, то туда лучше не ходить. И второе: пониже кланяться пролетающей в небе тени, которую все называли просто Хозяин. Был ли это истинный хозяин домена, или что-то другое, никто не знал. Легенд имелось немало, но скорее додумки. Всё общение было односторонним. Кто не кланялся небесному шестикрылу, получали наказания, и если потом активно просили о прощении и были искренни в своих мольбах, то наказание отменяли. Это всё. Никаких разговоров, обязательных жертвоприношений или праздников. Такие традиции, конечно, существовали, но единого культа не было, из чего следовало, что каждый сам себе выдумщик, а тёмной тени на подобные проявления чувств местных плевать.
Существовала всего одна точная связь между двумя этими сущностями. Каждый деревянный столб, несмотря на то что ободранный и совсем не выглядел монументально, был почти неразрушим, и любую порчу подобного предмета Хозяин наказывал беспощадно, и единственным наказанием была смерть, но не просто шёл и умер, а именно жуткая, с криками и множеством визуальных эффектов. Легенды о том, как убили очередного, решившего подрубить ценный торчащий из земли предмет, аборигены пересказывали своим детям и внукам с большим придыханием, предупреждая, что даже пальцем световые столбы трогать нельзя.
— Тогда туда, — махнул я рукой, и мы пошли.
— Я с вами, — сказал здоровяк, хотя мы даже и не думали, что он решит теперь сам по себе ходить.
С чего я решил, что Владеющий Словом составит нам компанию, а не уйдёт, поблагодарив за спасение и отдав нашу часть рун? Так всегда получалось, и если бы в этот раз вышло иначе, то что-то пошло не так. Горы были недалеко, а при местных замороченных способах перемещения имело смысл воспользоваться тем, что мы рядом с весьма труднодоступным местом.
Сто двадцать, вернее, сто двадцать три шага, как подсказал симбионт, потребовалось для радикального пересмотра планов. Это называлось путеводными обломками великой скрижали. Соответствует это истине или нет, сказать сложно, но помимо столбов, под которым можно прятаться на ночь, весь домен был завален артефактами в виде остроконечных треугольников, сделанных из камня, покрытого узорами. Треугольная каменюка размером от полуметра до десятка шагов действительно напоминала своих взрослых родственников как на вид, так и по принципу действия, хотя с особенностями. Вроде мини-стрелы или транслокационного перехода, но с множеством изъянов и условностей. Обычно все артефакты древних либо работали, либо нет, а эти работали через раз.
Каждая стрела могла работать, а потом перестать, затем снова включиться. Переносила на случайное расстояние в сторону острого угла треугольника, при этом точка перемещения располагалась где-то там по направлению, без особых гарантий, и вошедшие следом люди могли оказаться на расстоянии десятков километров друг от друга. Часть стрел была достаточно хорошо изучена аборигенами, и местные примерно понимали, что вот с такой то вероятностью эта стрела выкидывает туда, иногда чуть ближе, иногда чуть дальше, но и это не гарантировало что не будет перебросов всего на десяток шагов или сразу на десяток километров дальше обычного.
Я так и не припомню, чтобы раньше встречался с тем, что что-то из древнего наследства цивилизации кел то работает, то не работает. Именно не напитывается энергией, как ушедшие на перезарядку руны, а просто так, то включено, то выключено, без всяких правил.
Сто шагов от столба и двадцать три по направлению к горам, и я чуть не транслоцировался через неожиданно включившуюся у меня перед носом такую стрелу. Путеводный обломок великой скрижали находился под слоем дёрна и грязи. Думаю, что никто из местных не мог и подозревать, что он здесь дислоцирован. Только рывок здоровяка за мой воротник уберёг капитана малого тральщика от непланового путешествия. После, очень осторожно, чтобы не попасть в радиус действия древнего камня, Владеющий Словом откапывал грязь, чтобы понять направление движения.
— Это в другую сторону, — сообщил он.
Я и сам это видел. Острый угол показывал в противоположную сторону от горных вершин, а вернее развалин.
— Дорогой, что думаешь? — спросила наёмница.
— А что в той стороне, — указал я на направление перемещения стрелы.
— Ворота к центральному игг-древу, — сообщил чернобородый, но, видя, что это неочевидное пояснение, рассказал подробнее о местном мирке.
В указанной стороне располагались огромные световые врата. Это постоянный вход и выход из домена. Само великое центральное древо росло на летающем острове, и если надо к игг-древу, то ходили через этот портал. Были и другие выходы из домена, которые вели к своим островам, тоже летающим над пропастью, на дне которой клубился вечный туман. Через эти острова жители разных доменов ходили в соседние порталы воевать, торговать, обмениваться невестами или просто поглазеть, как соседи живут.
— Значит, нам туда, — уверенно сказала Длань, и я тоже был согласен.
Раз нам подсунули инструмент быстрого перемещения, то наши метания сами собой в очередной раз решились. Поплотнее обнявшись, мы сделали шаг. Это нужно, чтобы все мы оказались в одном месте, и нас не разбросало на расстоянии в несколько десятков километров вдоль линии действия древнего транслокационного устройства, или путеводный обломок великой скрижали вовсе не отключился. Бывало и такое. Прям перед носом у желающего попутешествовать, и тогда обиженный путник оставался первый в очереди, не зная, когда следующий сеанс.
И опять мордой в грязь, если по-простому и исключить сложные и взаимосвязанные этапы. Только чутье пилота позволила мне завопить и сделать жест, изображающий подсечку. Так легко завалить подругу без её желания весьма непросто. Инстинкты наемницы, когда на тебя могут напасть не только со спины, но и сверху, снизу, сбоку и отовсюду разом, почти полностью исключали возможность уронить её по первому требованию. Про здоровяка молчу. В прошлый раз я его валил с разбега, но когда ты в обнимашках, то я только обозначил желание завалить моих компаньонов на грунт, но меня поняли. И наша троица распласталась на земле.
Вжум, вжум. Я просто почувствовал, как воздух уплотнился от пролетевших над нами крупных крылатых зверюг, которые промахнулись и ушли на второй заход. Ещё одна, чуть видимая тень. Изобразил, что вскакиваю, рванулся вперёд. Мои тоже, но я со всей силой ухватившись за одежду подруги и мохнатые тёмные шкуры Владеющего Словом, а затем, расперев ноги и уперевшись всеми лапами, словно собака, волокущая пакет с мусором вдвое больше себя, дёрнул назад всем телом. Неожиданно. Мы повалились на то же место, только теперь не мордой в грязь, а затылками об камни. И ещё один вжум. Острые когти клацнули прямо перед моей рожей, схватив воздух.
Это были летающие твари. Или сюда вела какая другая стрела, привлекая летающих хищников, у них здесь место засидки, либо мы оказались в неудачном месте в удобное время. Гадать было бесполезно. И мы понеслись к расположенным в десятке шагов от нас крупным деревьям, высотой метров по тридцать, с разлапистыми кронами и массивными ветвями, склоняющимися почти до земли. Ещё несколько зверюг пронеслись совсем недалеко, как только мы вбежали под защиту деревьев. Один, особо крупный, почти догнал нас, но был вынужден сделать боевой разворот, и сломав несколько небольших веток, затем сбив ворох листвы, ушёл в сторону.
В следующую секунду мы разбежались, укрывшись за стволы. Большие мясистые листья вспыхнули от пришедшихся на них рунных попаданий, а вокруг нас зашуршал дёрн от втыкающихся оперённых костяных игл. Через густые кроны кидать прицельно было проблематично, поэтому били по площадям. Острые штуки были похожи на перья, которыми швыряла Склизкая, выдергивая со спины крылореза, но отличия были. Это оказались именно приспособления для метания, а не перья. Костяной шип с прикреплённым пером, очень острый и прочный, судя по тому, как пробивал древесину, даже порой ветки толщиной в мою руку, но если это оружие, то его запас не безграничен, как отрастающие за полчаса перья на крылорезе моей водоплавающей. Если эти дротики изготавливали, то нужно было таскать на себе, а у летунов боезапас совсем небольшой. Можно использовать крипторы или руны хранилища и обладать запасом в тысячи боеприпасов, но уродливые птицы не выглядели продвинутыми восходящими.
Сразу заметил краем глаза, что животина была помельче крылореза, но теперь удалось присмотреться получше. Это были уродливые люди, очень похожие на птиц.
— Никси, — крикнул нам бородач.
— И? — уточнил я.
В единстве было такое количество животных и растений, что можно только названия учить всю жизнь, и то времени не хватит, не то что понимать кто и что. Услышать новое название в круге, где ты давно живёшь, не будет удивлением, а в новом почти все животные могут быть в новинку.
— Птице-люди, с когтями и крыльями, жрут всё подряд, хитрые, нападают стаей, — пояснил бородач.
Я кивнул, что понял. Похоже на далёких крылатых родственников Победоносного, которые нас гоняли по землям степняков, но те были люди с крыльями, а эти почти птицы. Напоминало полуразумных диких тавров, только с крыльями. Попытки сесть на верхние ветки или приземлиться на опушке, чтобы пешком зайти под ветки, мы жестоко пресекли. Патроны в «Дефендере» и в штурмовом комплексе наемницы восстанавливались небыстро, и после боя с четырёхногими обезьянами у меня оставалось меньше половины магазина, и использовать пистолет я не стал, а применил руны. По присевшим около деревьев никси мы с бородачом ударили всей мощью звёздной крови.
Перед походом в Вечность Победоносный мне накидал с десяток разных рун в ассортименте. Огненное копьё, ледяное копьё, огненный шар, ледяной шар, растение в виде живой сети и три вида камней, из которых один здоровый и два в виде мелкой шрапнели. Зная моё отношение ко всему вот этому и воспетое легендами разгильдяйство, мне дали фактически рунную замену стрелковому оружию, только вместо пули во врага летел кусок камня с голову тауро или ледяной шип. Именно эти руны я и применил. По взгляду бородоча заметил, что для местной экосистемы подобные, на мой взгляд, простые вещи, являлись серьёзным аргументом.
Двух крылатых я приземлил удачным пуском каменной крошки и одного из них сразу добил двумя ледяными ударами, а вот второй никси умер не сразу. Я честно хотел подарить лёгкую смерть, запустив большой камень размером с коровью голову, но пернатый подставил крыло. Каменюка переломала кости, ударило в тело, дробя рёбра и ломая позвоночник, но не убив. Раздался вопль, от которого вспорхнули остальные крылатые, решившие составить компанию первым, подстреленным моими рунами. Недобиток с переломанным крылом и парализованной нижней частью тела орал так, что уши закладывало. Проняло всех. Даже Владеющий Словом расщедрился и подарил моему подранку копьё, которое воткнулось в голову и прекратило агонию.
Пока мы демонстративно показательно калечили птиц на опушке, за верхней полусферой следила подруга. В её штурмовом комплексе расширенный магазин был почти полон, да и руны, которые отдал ей наш шеф, были мудрёнее моих, поэтому результат был не хуже. Жаль, не было гранат, они бы сейчас пригодились, но и так неплохо. Летающие никси были гораздо менее прочные чем четырёхногие обезьяны. Выстрелами штурмового комплекса удалось достать сразу четырёх крылатых. Одного, который решил спуститься на землю по веткам и вступить в рукопашную, Длань разнесла руной в клочья, а остальных трёх, решивших взлететь, смогла ранить. Кричащие и бьющаяся в конвульсиях раненые никси создавали гораздо меньше шума, чем мой, но суету поддерживали.
Раненые и не желающие упасть с веток к нам вниз, но не имеющие возможности взлететь, птице-люди сейчас приносили больше пользы, чем просто быстро прибитые. Кружащие над нашим небольшим леском товарки явно были смущены воплями и видом раненных, брызжущих кровью тел и пока не решались нападать на столь шустрых и неожиданно зубатых хищников, как мы.
Пока бегали туда-сюда, я понял, что всё не так. То, что я принял за ошибку переноса, на самом деле оказалось невероятной удачей. Мы появились в десяти шагах от опушки и смогли добежать до деревьев, а если бы нас перенесли чуть дальше или ближе на сотни три метров, то мы бы уже были разодраны в клочья. Пока оборонялись, побегали по нашему небольшому лесу и разобрались с обстановкой. Лес был всего лишь небольшим пятном, метров в сто, с растущими метров по тридцать в высоту массивными деревьями, а вокруг ровная степь.
Равнина, заросшая травой по пояс, раскидывалась на десятки километров, и до ближайшего леска, горы или оврага мы бы точно не добежали. Трава по пояс могла дать защиту от обычного наблюдателя, если ползать на брюхе, но при осмотре сверху, все эти хитрованы, решившие спрятаться в траве, проглядывались отлично. Наше небольшое пятно леса с крупными деревьями, с густой кроной и массивными зелеными листьями было единственным укрытием на десятки километров, и нас выбросило из стрелы именно сюда, с невероятной точностью.
Взбодрённые нашей активностью, десятки крылатых никси кружили вокруг деревьев, но на некотором удалении, а на подмогу им прибывали и прибывали небольшие стаи. Кстати, всегда работающий план. Собрать огромную толпу, и у любого противника просто вариантов не будет. Перехватил взгляд наемницы. Она тоже понимала, что чем дальше, тем крылатых будет только больше. Похоже, все человеко-крылатые слетаются сюда, чтобы покарать обидчиков. И да, так мы уже делали. У меня сейчас была куча звездной крови, и я мог запустить своего металлического паука, и, возможно, мы сможем дойти до настоящего леса под зенитным прикрытием моей боевой машины.
Руна моего «Тарантула» была готова запуститься в любую секунду, единственное что меня останавливало, это очень долгая перезарядка металлического паука. А если нам в ближайшее время придется столкнуться ещё с какой опасностью, где паук с большим и толстым ротором будет единственным весомым аргументом? Пока лучше поберечь, и отрицательно мотнул головой. Это успеем всегда, но пока решил провести один эксперимент.
Подбежал к опушке. Мысленно навёл сознание, поднял и направил руки, для большей точности свёл в кучу глаза, изображая прицеливание, и вообще, всё максимально зависящее от меня, чтобы запутать руну, а враг был поражён. И если не физически, то поражён эстетически, от произведённого эффекта. Запустил первую попавшуюся серебряную руну со знаками вопроса, которая у меня от разрушенного моста отвалилась. Увидел таймер обратного отсчета. Руна изменения, семь, шесть, пять, судорожное метание мысли перехватил житель моей головы, четыре, три два, поздно думать. Я сорвался с места и забежал вглубь леса под прикрытие веток и листвы, а там, где я стоял падали и падали острые оперённые шипы десятками. Грохнуло что-то ледяное, обдавая колючими кусочками льда, хлюпнуло нечто неприглядное, но наверняка неполезное для здоровья капитанов малых тральщиков, даже воткнулись в стволы несколько вполне нормальных стрел. А я на открытом месте и пятнадцати секунд не провёл.
Вроде сбежал и глянул, чего я там напускал. Когда я мысленно завопил, соображая, что делать с руной и таймером, мои чувства и желания подхватил симбионт и принял решение за меня, основываясь на моих предпочтениях и симпатии, применив руну изменения на мою змеюку. Теперь серебряную змее-женщину я смогу вызывать не раз в тридцать дней, а каждые пятнадцать. Скорее всего, именно бы так поступил и я сам, без помощи моего жителя головы, но очень спасибо. И ещё, подобные эксперименты надо проводить в спокойной обстановке.
И традиционное: «Архераил, ты тупой? Так точно — тупой!». Вот на что я рассчитывал, желая применить руны с разбитого моста? Если мне прилетели, то почему это должно быть оружие? Среди них, конечно, могли быть убийственные и жуткие руны, но какова вероятность обнаружить такое с первого применения? Улучшение, усиление, уменьшение или что тут вообще в Единстве применяют? Именно эти руны, из которых создают основу, и надо было ожидать.
На депрессивных орбиталах увесистыми деталями вроде арматурных прутков или простых молотков убивают в разы чаще, чем оружием, при этом использовали инструмент и стройматериалы как в убийствах по пьяни, так и при заказных, совершённых профессионалами. Кусок железки легко найти, а следом швырнуть в утилизатор, безвозвратно удаляя улики. С оружием так не получиться, и если пистолет закинуть в контейнер на переработку, то всегда есть вероятность, что машина, разбирающая на молекулы груды отходов, заорёт на весь орбитал, что в таком-то секторе, в такое-то время были обнаружены фульминат ртути и карбид вольфрама в повышенных концентрациях.
Перехватил удивлённые взгляды моих компаньонов, наблюдавших за моими телодвижениями, и сообщил:
— Хотел попробовать, но не получилось, давайте потом.
Никси прибывали и прибывали, их уже было больше сотни. Это даже для моего металлического паука многовато, но ещё небезнадёжно. Только хотел использовать «Тарантула», но Владеющий словом тронул меня за плечо и просто показал. Через густую листву было видно ещё одну стаю. Голов триста, не меньше. С зенитным огнём опоздали. Если паук ещё мог держать оборону из-под веток деревьев, то вывести нас до ближайшего нормального лесного массива уже был не в состоянии. В небе было слишком много целей, даже для ротора.
Теперь вопрос, что делать? Я всегда держал в голове, что мы в домене и здесь нет наблюдателя, и, возможно, за применение моей чёрной руны не накажут. У подруги были руны объёмного действия, и усиленные тысячекратно, вполне могли выжечь всё небо разом, но меня смущало одно. В условиях применения моей чёрной, прописывалось условие — смерть. Как оно будет действовать? На кого эта смерть примениться? Поэтому пока отложил на крайний случай. Тогда что?
И тут мне пришла очередная гениальная идея. Отсутствие наблюдателя и моя руна уродливого роста, которая мутировала из амулета Нимфеи. Заклинание выращивало теневое растение из обычного. В любом другом месте Единства подобное растение обязательно погибнет от света древа, но в этом домене, похоже, единственные источники игг света были столбы, защищающие людей от убивающей темноты. Кстати, погибнет по-любому. Оно же растение, и если посадить за кругом света, то зачахнет в темноте вечной ночи.
Нужно было делать что-то срочно. Мы не можем сидеть под кроной деревьев вечно. С наступлением темноты обязательно погибнем, а вот птице-люди, со своей животной частью, могут даже не знать, что темнота убивает, будучи полуразумными. Если что, без проблем могут улететь, добравшись за несколько минут до ближайшего убежища, а вот мы так не могли.
Решил не делиться своей очередной умной идеей. Дольше объяснять. Мысленно выбрал руну и направил крошечную звездочку в дерево покрупнее и подальше от нас. Когда-то давно, взращенный таким способом крошечный кустик разрывника удержал развитого и неслабого имаго-командира. Червь был не из простых, но не смог вырваться из шипастых плетей, выросших мгновенно из крошечного ростка.
С деревом всё получилось так же, с соблюдением всех пропорций. Вверх взметнулась огромная крона, накрыв весь наш лес, а сам ствол стал толщиной метров в пятьдесят. Приличная стая никси, летавшая совсем рядом с верхушками деревьев, оказалась внутри кроны неожиданно появившегося исполина. А потом раздался вопль множества пернатых. Так орал тот, которого я камнями закидал, только эти громче. Вниз полетели ошмётки, капли крови и медленно парящие перья. Там, где падали капли, из земли рванулись небольшие побеги, шипастые, недобрые, собирая всё, до последнего пятнышка.
Небо огласилось испуганным визгом, и никси охватила паника. Крылатые рванули в разные стороны от неожиданно появившегося древесного исполина, а в сторону от кроны скользнули щупальца, тонкие древесные лианы, лихо хватавшие не успевших отлететь птиц и затягивающие в густую листву. Хруст костей, ломаемых скручивающимися вокруг ветками, вопли пойманных никси и крики успевших сбежать. Ещё немного, и какафония неожиданного движения сменилась почти тишиной, нарушаемой шуршанием листвы теневого дерева.
— Спокойно подошли ко мне, — сказал я и расставил руки, готовя обнимашки, пока происходила вся эта суета в небе.
Здоровяк и Длань бросились в мои объятия. Вокруг нас из земли поднялись корни, обвили, прошлись по моим рукам, ногам, ощупали моих подельников. Вцепились в сумку бородача и подёргали. Владеющим словом скинул заинтересовавший корни аксессуар.
— Я туда пару кусков мяса положил со вчерашнего, — пояснил он, удивлённо глядя, как его суму затащило под землю.
Это была моя задумка, о которой я традиционно не подумал, прежде чем выращивать теневое дерево, но в голове держал. В том, что подобное растение будет опасно, я не сомневался. Для этого и запускал руну уродливого роста, но почему оно не тронет нас? Понимал, что вырастет что-то нехорошее, что скорее всего отпугнет слетевшихся никси, а как же я? Это, наверное, уже внутренне ощущение, о котором не думаешь. Все они, от этого теневого дерева, Куся или совсем незнакомых теневых чудовищ, названия которых не знаю, мои родственники. У меня такая же примотанная к душе часть древней твари грани, что и у них. Мы все чувствуем друг друга, и если не отбирать еду, то всегда дадут уйти с миром. Любить не станут, но и убивать без необходимости тоже.
Я об этом не знал, но забыл, не оформив эту мысль. Это родственные связи. Здесь нет игг света, нет наблюдателя, и некому будет уничтожать такое красивое и хищное дерево. А что до остальных, то Длань моя самка, а здоровяк член стаи, и тоже не чужие, по крайней мере пока я рядом.
Потом всё затмило. Огромная тень закрыла небо, и, уменьшаясь в размерах, превращаясь в полную черноту, к нам приближался сам Хозяин. Он неспешно падал на крону моего выращенного дерева, всё уменьшаясь и уменьшаясь. Мы плюхнулись на колени, изобразив максимально прилежное поведение, но было так интересно, что просто невозможно отвести взгляд от наверняка редкого зрелища, когда само чёрное небо валится тебе на голову.
Если смотреть вблизи, то вот ни на что не похоже. Шестикрылое существо с острыми, как клинки крыльями, четыре удлинённые конечности с несимметричным количеством суставов, от четырёх до почти десяти, голова, непонятно от кого, длинный гибкий хвост, и кости между суставами гнутся, словно щупальца. Всё это покрыто слоем чёрного, непроглядного и постоянно двигающегося дыма. Что в дали, что вблизи, Хозяин не вызывал у меня никаких ассоциаций. Твари грани могли быть и более разнообразны, но моё чувство молчало. Это может быть чем угодно, но только не червяк, если конечно не скрывает свою суть под амулетами из проклятого иллиума, вроде тех, что таскал Капюшон.
Чёрное существо уменьшилось до пятидесяти метров в длину и устало опустилось на ветви выросшего теневого дерева. Разлеглось на прогнувшихся под тяжестью туши ветвях, свесив лапы и неспешно виляя кончиком хвоста. Мой кот обожал валяться на деревьях, что росли в оранжерее жилого яруса, где я жил в детстве. Дерево в рост человека, с тонкими прутиками веток, а на нём, непонятно как удерживая равновесие, висит четырёхкилограммовый котяра. При этом, животина могла так отдыхать по полдня, на полном серьёзе засыпая в странных, изогнутых позах, нарушающих все принципы равновесия. Сейчас было очень похоже.
Вставать с коленей никто не спешил. Мы ждали. Что делать в такой ситуации Владеющий Словом точно не знал, иначе бы уже нам сообщил. В мою сторону дымное нечто повернуло голову и я встретил взгляд. Глаза, покрытые густыми клубами непроглядного дыма глаза я не видел, и ощущал исключительно взгляд. В нём не было ничего: ни ненависти, ни желания что-то мне сказать, и ничего от меня не хотели, не прогоняли и не выдавали наград. Тёмное шестикрылое существо отвернулось, уложило морду на ветку и пролежало так ещё минут двадцать, а затем, начало вертикально подниматься. Ещё раз глянуло в мою сторону. То, что смотрели именно мне в глаза, просто знал.
Перед тем, как взмыть ввысь и разрастись на всё небо, став тенью, небрежно взмахнуло лапой, и в километре от дерева в землю воткнулся световой столб. Уже вечерело, и нам со всеми этими приключениями точно не удалось бы добежать до ближайшего ночного укрытия. Вот его и предоставили, но зашвырнули немного подальше, чтобы не портить стометровой сферой игг-света столь замечательную лежанку на ветвях теневого исполина.

----------

Глава 6 Основы мироустройства

Утром, как только начало светать, и убивающая ночная темнота перестала иметь действие, на горизонте заметили небольшую стаю никси. Эти либо решили попробовать ещё раз, но, скорее всего, не успевали вчера и собирались проверить место сегодня, а возможно, и вовсе не знали о теневом дереве. Подлетев поближе и лишившись пары особей от выплеснутых в небо лиан, произвели непроизвольное бомбометание экскрементов и на максимальный скорости удалились на базу дислокации.
Больше нас никто не побеспокоил. На обычный дневной свет теневое древо никак не реагировало, а изредка выстреливало своими щупальцами в пролетавших мимо обычных птиц или затаившихся в траве зверьков. При этом массовой охоты не было. Под деревом явно находилось немало живности, а к новым могучим ветвям присматривались целые стаи птиц, на которых древесный исполин совсем не обращал внимания. Неожиданный зелёный оазис не оставил своим вниманием местную живность и заинтересованные животные свободно находились под кроной, не чувствуя от дерева опасности.
Дальнейшее путешествие, до выхода из домена прошло буднично. За несколько часов мы дошли до ещё одного столба, к которому, собственно, и должны были выйти вчера, после появления из путеводного обломка великой скрижали, но были задержаны птице-человеками. Здесь располагалось небольшое поселение, буквально на два десятка домов, в центре которого находился световой артефакт. Как выяснилось, никси постоянно охотились в этих местах, но такого массового скопления и тем более агрессии местные припомнить не могли. В хитрожопости крылатым не откажешь, но когда ты один на один, и даже три никси против одного воина, то летуны могли сделать гадости сверху, но напасть не решались, и тем более не сбивались в огромные стаи, по сотне особей. Они индивидуалисты и лучше упустят добычу, чем будут с кем-то делиться. Хитрые, но трусоватые. С чем было связано всё произошедшее с нами, местные не знали.
Разумеется, во все секреты гостеприимных хозяев мы не посвящали, а просто соврали, что прятались под ветками от птцелюдов, потом увидели как неожиданно начало расти странное хищное дерево и сбежали. Крылатые сделали тоже самое. Заметили столб света недалеко и заночевали, а потом пришли сюда. Про спустившегося с неба Хозяина, что мы сами вырастили милое хищное растение, и что столб нам воткнули на эксклюзивной основе, мы умолчали. Это Владеющий Словом сам предложил. Сказал, что давайте пока не говорить. Нечего не окрепшие умы смущать, пока сами не разберёмся с произошедшим. Я с Дланью великодушно согласился и пообещал, что пока секреты останутся при нас.
Живущие в таких отдаленных местах и небольших поселениях, около световых столбов, местные были рады гостям и обязательным в таких случаях подаркам. При нужде людей жаться с наступлением ночи к путеводным артефактам, у жителей домена существовали негласные правила, что пускать даже чужаков и тех, кому нечего дарить. Чужакам не всегда доверяли, но где-то на краю света тебе обязательно разрешат постелить лежанку и развести костёр, дожидаясь рассвета. Даже если ты находишься во враждебном поселении, то в ночь тебя никто не выгонит. Сейчас этому нужно будет переночевать, а может завтра кому-то из твоих.
После всей этой суеты было приятно просто посидеть на одном месте. Раз гости должны дарить подарки, и это правило, то мы подарили амулеты с обезьян и пару чего-то, что наш бородач снял с белобрысого. Амулеты понравились местным умельцам, и они намеревались из них сделать что-то более полезное, а бытовые предметы, что отдал Владеющий Словом мне были не нужны и я даже не знал, что это такое и как подобные вещи применять, но их приняли с благодарностью. После вручения достойных даров, нам организовали отличный ночлег и кормление. Следом, на рассвете, был ещё один переход буквально в пару часов, и мы шагнули в огромный, просто нереально здоровенный портал.
Всё как обещали. Наша банда оказалась можно сказать на смотровой площадке, расположенной на немаленькой такой горе с отличным обзором. Огромный кусок земли с лесами, реками, озёрами и горами образовывал неровный многоугольник, с отвесно обрывающимися отполированными краями, уходящими куда-то в бездну, наполненную туманом. Что внизу не видно, а сам туман находился метрах в трёхстах внизу. Весь этот остров был в поперечнике километров сто, а посередине росло главное игг-древо круга. По окружности острова, находились похожие пологие горы, возможно тоже с порталами из других гигантских доменов. А в далеке, на огромном расстоянии виднелись схожие острова с малыми игг-древами. Комплект светящихся исполинов был полон, только не хватало самого круга. Как будто кто-то обрезал территорию вокруг древ острым лезвием, сохранив острова по сотне километров в диаметре, а остальное забрал, оставив только бездну, наполненную туманом. Были ещё несколько крупных висящих островов, даже больше центрального, и без древ, но сам принцип неполного круга впечатлял.
Ответов, конечно, не будет, просто интересно, это так изначально задумали или позже получилось? Из каждого домена к центральному древу вёл проход в виде постоянного портала и ещё один проход из каждого домена вёл к своему острову с малым игг-древом. Через центральный круг можно было пройти к любому из малых игг-древ. Традиционно, около центрального игг-древа находился храм Вечности, а при выходе из домена включалась связь с наблюдателем. Но жизнь кипела не только в доменах. Если ты не умеешь летать, то отполированные края островов, уходивших вниз, были твоей границей обитания, но я видел огромное количество тех, кому это не мешало.
Вокруг деревьев парили полярии, в ветвях мелькали длинные тела небесных змеев, заметил всадников на стрекозах из народа Древа, таких же точно, как и у всех центральных деревьев. Скорее всего, те, кто создавал Единство и игг-древа сразу комплектовали эти растения народом, приспособленным для жизни именно в этой экосистеме. Может и нет, и обезьянки сами расселились, следуя за растущим светом, но как мне кажется, народу Древа помогли добраться до нужного места.
Увидел и то, что меня заинтересовало. Если на пушистых хозяев стрекоз в деле полетать между островами рассчитывать не приходилось, то вот на корабли, висевшие в воздухе, я внимание обратил сразу. Это были не космические корабли, а похожие на посудины людей Моря, но с некоторыми доработками. Хватало и лодок всех размеров, и даже виднелись огромные тяжеловозы. Местные просто сооружали судно по образу тех, что должны плавать по воде, и снаряжали летательным устройством. К каждому корпусу были приделаны объёмные мешки со светящимися зелёным светом матовыми шарами размером с голову человека. Внутри них что-то шевелилось, и сразу было понятно, что это и есть та подъёмная сила, которая удерживает судно на весу. Не думаю, что основное усилие обеспечивалось за счёт разности плотности, как на воздушном шаре, скорее всего, фокусы со звёздной кровью. Если небольшие лодки обходились только парой необъятных сеток с шарами, то крупные корабли вдоль бортов были увешаны целыми связками, и сверху, над мачтами, тоже имели здоровенные, скреплённые верёвками матерчатые мешки с зелёными шарами, рвущимися вверх, и поддерживающими на весу всю конструкцию.
Помимо тех, кто умел летать сам по себе, в небе имелось бесчисленное количество зелёных точек, от маленьких лодок, до приличных световых пятен, которые означали крупные корабли, использующие подобные мешки с шарами.
Когда мы вышли на возвышенность перед центральным деревом нам открылся вид на подножие древа. На мой взгляд, одно из самых древнейших и здоровых игг-древ, которое я видел. При поперечнике острова километров в сто, двадцать занимал ствол. Сразу же выйдя из перехода, я понял, что растение не из маленьких, но вблизи осознал, что размеры этого были невероятные. Рядом с этим исполином приютился храм Вечности. Стандартная постройка, которых насмотрелся уже немало, и ничем не отличающаяся от таких же точно в других кругах.
— Да ладно! — восторженно и искренне изумилась подруга, доставая из руны штурмовой комплекс и приникая к оптическому прицелу.
Пришлось немного подождать. Знаю, что рассматривать окружающих через оптику дурной тон, но ничего другого под рукой всё равно не имелось. И только после того, как Длань насмотрелась, оптический прибор получил и я. Сразу понял, что это такое, и чем заинтересовалась супруга, просто хотел увидеть подробности. Совсем недалеко от храма Вечности, покрытый мерцающей пеленой защитного купола, лежал обломок скалы. Черный, безжизненный, инородный среди этого буйства растений, словно огромный великан швырнул сюда глыбу чёрного камня, размером с гору, а потом долго бегал с плазменной горелкой, оплавляя края. Затем накрыл силовым куполом, и сделал крошечную калитку в виде знака переноса на одного посетителя.
Видя, что мы рассматриваем, Владеющий Словом объяснил:
— Это храм Подарков. Если вы понравитесь каменной Таилле, то она может ответить на ваши вопросы, и даже подарить награды.
— А что взамен? — спросил я.
— Ничего. Это же храм Подарков, — искренне изумился чернобородый.
И действительно. Вокруг чёрного каменного массива находилось немало народа. Небольшая группа ждала своей очереди около знака входа, но большая часть располагалась в небольшом лагере, ожидая посещения и понимая, что сегодня они аудиенции с некой каменной Таиллой не дождутся. В лагере перемешались богатые шатры, простые навесы, лежанки, устроенные под открытым небом, и даже просто отдельные аборигены, валявшиеся на травке. Все страждущие входили по одному, и переход на время общения с хозяйкой храма отключался, пока посетитель рассказывал свои чаяния каменному изваянию и вожделел ответов и материальных благ. После этого паломника одаривали и отправляли на огромный, такой же зависший над пропастью остров, только раза в три больше, чем этот, на котором мы находились.
Что это за заведение, я не сомневался ни секунды. Это, конечно был храм Говорящей Головы. Очередной закрытый кусок камня, где наблюдателем прикован древний отступник. Просто было неожиданно встретить храм прямо под основным древом, ещё и в шаговой доступности от храма Вечности. Конечно, у меня нет полноты информации о тех событиях. Возможно, отступников было столь много, что они почти в каждом круге существовали, а может меня просто манит к таким местам. «Поэтому и суют, что чувствуешь», — вспомнил я слова Цая.
Хотелось побыстрее пообщаться со своим покровителем, но вначале надо было подумать немного вперёд. После разговора всех посетителей отправляли на тот самый огромный остров, что висел совсем недалеко. Он был размером раза в три больше того, на котором разместилось центральное игг-древо и на удалении километров в пятьдесят. По прошлым разам помню, что Говорящая Голова отправлял посетителей в случайное место на площади в сотню квадратных километров. На соседнем острове площади хватало с лихвой, вот только как добраться обратно и не потеряться? Выглядел соседний кусок круга нормально, имел ледяную гору, перетекающую в жаркие джунгли и множество рек, бесконечным водопадом срывающимися в бездонную пропасть.
Подтверждая мои догадки, наш абориген объяснил:
— Все, кто получил подарки должны выйти к краю острова к охранным знакам. Там их встретят. Народ Высоты поможет добраться обратно до древа.
— А никто не выпасает отдыхающих? — спросило наёмница, и видя, что её не совсем поняли, пояснила. — Если туда столько народа попадает и все при подарках, то наверняка есть те, кто захочет немного поживиться. Если народ Высоты живёт по краю острова за знаками и уже там наводит порядок, то что в середине, куда попадают те, кого отправили из храма? Можно никого не пускать по краям, только вон сколько летающих лодок, добраться до центра острова легко, да можно просто после посещения храма Подарков не спешить уходить, а подождать следующего в очереди.
— Так и есть, — согласился бородач. — Но слава Творящей, и это она продумала, и дала спасение от нечестных людей. Весь остров наполнен переходами. Они то появляются, то исчезают и ведут в домены вокруг древа, пускают только одного человека и сразу закрываются. Если не хочешь драться, и идти к краю острова, то можно уйти в переход. Это испытание. Тех, кто хочет подарков, должны быть готовы к тому, что своё надо уметь защитить.
Я внимательно слушал. Тоже так себе вариант очутиться в чужом домене, не пойми где, среди леса, но это может быть менее опасно, чем прорываться через банды отморозков, желающих отобрать у тебя всё. В том, что любители поживы сбиваются в банды, я не сомневался. Так легче и безопасней отбирать честно подаренное. Так всегда было, и жульё обожает собираться стаями, хоть ты на облёванном орбитале на окраине астероидного пояса, хоть в Единстве, хоть в книжке про древнюю древность. Всё это требовало тщательного обдумывания.
Я, конечно, мог пройти просто через убивающий барьер силового поля и вернуться обратно, без всякого посещения соседнего острова, оставив Длань около храма. Так бы и сделал, находись храм где-то в глухих землях. Наёмница готова была остаться без подарков, и вопросов у неё к Говорящей Голове особых не было, но было огромное «но». Чёрная скала располагалась под кроной центрального игг-древа, вокруг находилось целая толпа народа, ещё и стояла очередь в ожидании посещения. Если я просто туда-сюда схожу через чёрный ход, то об этом будут знать вообще все. Вот именно этого мне и не надо, когда где-то там, в Вечности, множество злых и обиженных золотых кел-лордов ищут неких мерзавцев, сбежавших в Единство.
Под центральным древом бродило множество народов, при этом были не только люди, но и полулюди и люди с добавочными возможностями. Видел тавров, именно разумных, нарядно одетых и притащивших под древо немало товаров, около которых крутилось много народа. В доменах и на островах жили целые табуны неразумных тавров, но в одном из доменов обитало несколько племён вполне цивилизованных, хотя явно не имевших связи с кругами Тархана, судя по тому, что никаких высокотехнологичных предметов я не увидел. Видел аэри, как их тут называли — народ Ветра. Люди с крыльями. Не как никси, наполовину птицы, а просто люди, к которым прикрутили пару крыльев и наделили умением летать. В круге жизни, где всё организованно в виде летающих островов, крылатым созданиям всегда есть где развернуться.
Никси в круге вне доменов тоже водились, жили на скалах среди отдалённых островов. Их тут гоняли, но целенаправленно не истребляли, и предпринимали рейды по уменьшению популяции только когда наблюдатель давал задание, или если дикие пернатые начинали сбиваться в большие стаи и становились серьёзной угрозой.
Местный рынок был интересен. Не поленился и сходил посмотрел на то, чем торгуют копытные. Наверное, чем-то именно эти плоды, куски копчёного мяса, сыра, кувшины с вином, костяные и кованные ножи, а до кучи наконечники для копий оказывались лучше, чем у остальных. Тавры всегда отличались скрупулёзностью и вниманием к деталям, но лично для меня всё одинаковое. Помимо этого, разумные быки ещё торговали одеждой и доспехами, обменивая одно на другое. Вообще-то в этой части большого и оживлённого рынка, все всем торговали, но меня интересовала другая часть, поменьше и побогаче.
Здесь можно было увидеть десятки представителей разных народов, которые сидели на стульчиках, стояли или даже возлежали на роскошных подушках внутри нарядных шатров. В этой части торговых рядов продавали и обменивали руны, а платили звёздными монетами. У меня было пятьдесят две, ещё были у Длани, но продавать мне совсем ничего не надо, и покупать тоже. Руны с вопросами я решил вначале проверить сам, прежде чем решать, что с ними делать, боевые льда, огня и камня меня вполне устраивали. Добавлять или избавляться от лишнего — смысла не видел. Простые в использовании и убойные руны меня полностью устраивали, особенно с каменной шрапнелью, которой я никси приземлил. Привязанные к душе не обсуждаем.
Походили, поглазели. Торгаши обладают поистине звериным чутьём на деньги. Длань аж присвистнула и щипнула меня, чтобы я отвлёкся и сам увидел это. Ещё несколько раз мне показывали глазами или тыкали некультурно пальцем, но это не было ошибкой. Торговцы бросали важных и напыщенных покупателей и бросались к нам обрывать рукава и предлагать свой товар. Как по мне, у меня на лбу написано, что мне ничего не надо, и я только посмотреть, а не то, что у меня куча звёздных монет и они мне скрижаль жгут. Один раз к нам вышел целый пузан, до этого лежавший на подушках в дорого-богатом шатре, не поленившись встать и выйти при нашем приближении. Если честно, предлагал мусор. Я конечно всё внимательно осмотрел, не пожалев потратить на торговца своё время, раз для нас встать изволили, ещё и поторговаться немного, но потом Длань нашла пару неисправимых недостатков в товаре, и, тяжко вздохнув, мы отправились искать точно такой же, только без крыльев, с возможностью четырёхкратного применения руны-усиления.
Ходили и вздыхали. Мне ничего не нужно, но что-то хочется. Или мы уже откровенно зажрались после того, как через нас прошли двести шестьсот миллионов всяких козявок в рунных кругах. Один только остаток того, что Победоносный после фионтара у меня не забрал, небрежно махнув рукой, может здесь с половиной базара по количеству поспорить, а по качеству и ценности я тут и десятой доли не видел хотя бы близкого. В общем, один мусор.
Меня остановили. Торговец в этот раз не был классическим хитрованом с бегающими глазками, а выглядел как нависающая громада танка прорыва. Просто нереально огромный, почти на полторы головы выше меня, абориген с налитыми мускулами и, как ни странно, выпирающим брюхом, явно пивного формата. Он очень крепко взял меня за плечо. Почти наверняка у него просто хват такой, и он совсем не желал мне ключицу вместе с шеей оторвать.
— У меня есть хорошие руны, — сказал он без придыхания и не делая заискивающего взгляда.
Я улыбнулся в ответ, но, если честно, то уже от этой части базара устал и лучше бы походил по той, где жратву продавали. Но прогонять столь огромного торговца рунами не стал, а произнёс:
— Удиви меня.
Это сразу поднимает планку, и при попытке предложить то, что я раньше видел, просто показываешь пальцем, где ты уже встречался с этим товаром, и, не объясняя, разворачиваешься и уходишь. На этом все вопросы дальше заканчиваются, ведь меня не удивили. Но произошло нечто неожиданное. Мне показали пару небольших камушков. Камни связи. Да, именно такие нам выдавали хастры, когда отправляли в рейды. У них это работало по-другому, каждый камень был завязан на переговорщика, и фактически была целая сеть, но если у тебя есть пара, то отличное средство связи в Единстве, несмотря на расстояния. Не опасаясь, что вдруг эти камешки исчезнут в моей руне хранилище или я убегу, громила положил мне в руку оба камня.
— Сорок две звёздные монеты, — сказал восходящий.
Я передал предметы в руку подруге, и она кивнула, возвращая камни, и приподняла бровь, глядя в лицо торговца. Ходивший с нами Владеющий Словом, хотел тоже что-то сказать о цене и наглости громиле, но глянув на меня промолчал. Я держал в руках камни и думал. Скорее всего, цена завышена. Это целая горсть стигматов. Это мы с подругой не привыкли считать денег, когда вокруг тебя великие космического масштаба, но сорок две монеты — это очень много, и скинуть без торга такую сумму будет просто подозрительно. В том, что это уже мои камни, я даже не сомневался, просто искал способ заполучить, и чтобы при этом не оказаться на примете у всех тёмных личностей разом.
Ммм, да, после встречи с Победоносным вообще все материальное сместилось в другую плоскость, но надо было что-то обязательно сказать. То, что я эти камни беру, это было точно. Я ни разу не встречал подобных вещей в свободной продаже. Взгляд упал на храм Говорящей Головы. Пока бродили по базару, я узнал, что очередь на посещение каменного изваяния расписана почти на двадцать дней. При этом очередь была живая. Берешь побольше продуктов, отправляешься в лагерь около знака входа, стелешь себе удобную лежанку и ждёшь очереди. Нельзя прийти, обозначить себя и уйти на два десятка дней. Либо ты, либо кто-то за тебя должен быть здесь. Указал пальцем на оплавленную чёрную скалу:
— Зайти сегодня в храм Подарков, — произнёс я.
— Две звёздных монеты, — получил спокойный ответ от здоровенного торговца.
Наш бородач, одетый в темные шкуры, опять хотел возмутиться, но громила только пожал плечами:
— Творений путника мало. До следующего праздника очень долго. Слишком много людей хочет зайти и получить ответы. И добавил: — Я не торгуюсь. Я смог удивить. Я выполнил свое обещание и удивил.
Мне пришла клятва с подтверждением от наблюдателя, и я получил камни и небольшую статуэтку, а в скрижаль громилы упали сорок четыре звёздные монеты. Пришла мысль, что проводить торговые операции под древом, в присутствии наблюдателя очень правильно, ведь как посмотреть руну издалека, не читая описания или гарантированно получить эту руну обратно после просмотра, если ее не купят? И ещё одна мысль, что я под этим деревом стал думать как торгаш.
Сделка совершилась, и получил разъяснения, что это за статуэтка и почему она позволяет войти в храм без очереди. Расстались с крупногабаритным торговцем обоюдо довольные. Больше ничего у него, такого, чем стоило нас удивить не имелось, да и он, судя по всему, посчитал, что если у нас и остались звёздные монеты, то ничтожно мало и вероятно, у него тоже нечего было предложить удивительного.
Со статуэткой-пропуском всё было просто. Раз в тинг проводится большой праздник и один из призов, розыгрыш мешка статуэток. Её отдают только самым достойным людям, а потом достойные люди используют для внепланового посещения храма Подарков, как тут его называли, могут отдать или продать. В том, что ты купил пропуск ничего такого местные не видели. Достойный человек получил своё вознаграждение, обменяв возможность поговорить с каменной Таиллой на лично для него более ценное. Никто не скажет, что ты кошельком продавил, и даже если, когда творение путника проходило через третьи или пятые руки, право внепланового прохода соблюдалось неукоснительно, и неважно, каким образом досталось.
Самое главное было решено. Мне точно нужно было идти в храм Говорящей Головы, а наёмница со мной пройти не сможет. Здесь входили только по одному, а потом придётся очутиться на соседнем летающем острове. Даже если Говорящая Голова не сменит точку выхода, и Длань окажется в том же месте, что и я, зайдя на следующий сеанс, то она туда доберётся позже, и я уже могу быть где угодно. Кроме того, нам тогда нужно будет найти ещё один пропуск для подруги. Не сидеть же ей в очереди два десятка дней? Рассматривал, вариант просто оставить её под деревом ждать меня, но без информации, что со мной и когда вернусь, так можно ждать, как там говорил Победоносный, пока у новорожденного сына борода не вырастет. А нам ещё дочку шефа спасать и великих побеждать. Камни связи сразу решали все вопросы. Захотел проверить ещё одну идею и заорал на весь рынок:
— Куплю творение путника! Две монеты! У кого есть подходи, кто хочет секрета, глазом моргни! — заорал я, вспомнив что-то про описание древних ярмарок из старинной книги, но не помню какой.
Ответа и морганий глаз небыло, наоборот, все отводили взгляд, показывая, что таким великим торговцам на конкретный запрос предложить нечего. Видно, действительно праздник был давно и все пропуска уже израсходовали.
Решили, что лучше начать попозже вечером. Не то чтобы я устал и клонило в дневной сон, просто хотел иметь запас времени, при котором я буду бегать по незнакомому острову и делать это лучше, когда будет потемнее. Вне доменов темнота не убивала, а я обладал отличным ночным зрением, во многом даже уникальным, и пользовался этим без зазрения совести. Если вдруг на соседнем острове есть теневые хищники, окружающим по ночам будет крайне некомфортно, а вот мне самое то.
Решили немного побродить, поглазеть и раздобыть еды. Никакие убийства и даже конфликты под приглядом народа Древа не допускались, и если и были, то происходили с большим пиететом после объявления фиантара, на специально отведённой арене. Однако и тут меня ждало некое удивление. К фионтарной арене стояла очередь. Прямо сейчас там происходил какой-то бой, и уже пара следующих выясняльщиков готовилась к смертельному поединку. Странно, но Владеющий Словом пояснил ситуацию. Собственно, мы её уже видели. Наш бородач не знал, но лично я думаю, что в других кругах поединков не больше, просто количество территорий, где есть наблюдатель, гораздо меньше. Есть возможность провести честный поединок, шагнув через случайную стрелу вдвоём и попав в глухое место без свидетелей, использовав бракованную стрелу случайного переноса. Как это сделал здоровяк и белобрысый, но, во-первых, такие переходы не везде есть, во-вторых, это всё равно не гарантировало от подлого удара или неразрешённого амулета.
Если так, то возможно в этом есть смысл выходить для поединка из доменов, и, разумеется, почти все фионтарщики шли к центральному игг-древу. С азурическими возможностями всегда найдётся способ сделать гадость или подыграть любимчику, если за поединком не следит независимый взгляд, видящий всё. Чуть подлечить в процессе, чуть ослабить противника, замедлить, наслать сглаз и порчу, которые в Единстве вполне материальны и имеют чёткое воплощение в виде руны. Если идёт спор за звание рикса у равных противников, то имеет смысл осуществить борьбу за власть именно под центральным древом на арене, а не у себя на хуторе. В выигрыше будут оба. Никто не поможет конкуренту, а победивший получает непререкаемую легитимность, что победил честно, и так всем Единым было угодно.
«Да, да, знаю я», — мысленно ограничил своего жителя головы, который накидал мне сотни вариантов интересных свойств местного круга. Черви могут разгуливать днём, за исключением мест, прикрытых столбами игг-света, в этом случае внутри доменов теневые хищники тоже не бояться дня и по факту ничем от обычных не отличаются. Мы это уже подтвердили взращённым деревом. Черви обычно очень плодовиты и активны, поэтому, скорее всего, в доменах подобной живности нет или существует другой сдерживающий фактор. В Единстве, куда не сунься, червивого отродья полно, но не здесь. А вот про теневую живность нужно было внимательно подумать. Объяснений у меня не было, но странная реакция самого Хозяина, изволившего на теневом древе возлежать, выглядела необъяснимо. К этому всему странное устройство круга, домены без наблюдателя, да ещё и явление Хозяина народу. Владеющий Словом даже сказок о спуске с неба Хозяина домена не припомнит, а на мою голову свалился. Вот прямо чувствую, что мне всё это обернётся, но чем, пока не понятно. Вспомнил наколку на груди Семёна: «Лучше уже не будет. Будет только хуже. Штурмовая бригада „Волки“».

----------

Глава 7 Старый друг

Отдохнули, поели, договорились с Дланью быть на связи. Пока буду в храме Говорящей Головы, подруга должна пройтись до порта и договориться о моей доставке с соседнего острова. Эта услуга здесь предоставлялась массово, вопрос был только в скорости и цене. Имелись огромные летающие баржи, сразу на сотню человек и очень дёшево, подороже скоростные лодки, даже с впряжёнными летающими животными или юркие посудины, члены команды которых имели руны ветра, раздувающие паруса. Можно даже было договорится с аэри. Среди летающих людей все гордые, но были и те, кто не считал работу по перевозке бескрылого восходящего чем-то зазорным, и вопрос только в цене. Как правило, народ Ветра брал заказы на эвакуацию с острова, когда надо очень быстро, подарок имел серьёзную ценность и одаренный требовал защиты. Никто не заказывал пару аэри, чтобы тебя, взяв подмышки, перетащили на полсотни километров между летающими островами, а покупал клятву и целую стаю серьёзных бойцов-восходящих.
Я для себя рассматривал два варианта. Первый как все. Если будет без критических происшествий, то могу перебраться на летающей барже, оплатив за это деревянной руной или ценными штуками, которые тут использовали для обмена. Владеющий Словом передал мне семь деревянных рун, которые были нашей долей с убитого белобрысого, кроме того, у меня в хранилище лежало два ядра сущности от обезьян и больше десятка с никси, которых мы прибили под деревом. Чернобородый настоял, чтобы я забрал на время стигмат белобрысого. По обоюдному согласию мы с подругой оставили гвоздь нашему товарищу. У нас не было племени, и нам подобные вещи без надобности, но перед посещением храма он передал его мне, сказав, что в экстренном случае никто не откажется от стигмата в качестве оплаты.
С первым вариантом всё понятно, а вот со вторым я был в раздумьях. Как показывала практика, возможно, мне надо будет срочно убираться с соседнего острова, и быстро. Я больше был склонен к летающему кораблю с бандой отчаянных головорезов и на деревянные борта надеялся больше, чем на тихий пролёт на бреющем, но Длань была за вариант малой группы аэри из сильных восходящих, и плевать, что меня потащат подвешенным за шкирку. Всей полноты информации я не имел, камень связи был, и отправил супругу глянуть на месте, что там и как, а сам отправился в храм.
Для того, у кого в руке статуэтка-пропуск, войти внутрь проблем не составило, да и все, кто находился в очереди уважительно расступились. Сама фигурка была артефактом и, испарившись у меня в руке, превратилась в портал, шагнув в который, я оказался за защитным убивающим барьером, а за моей спиной отключили стационарный знак переноса. Оставалось только пройти по нахоженной тропинке и оказаться в пещере, где прикован отступник.
Встречала меня молодая девушка в совсем нарядной броне, с луком и клинками за спиной. Ноги, прибитые гвоздями к массивным деревянным платформам, напоминавшим лабутены, но тяжеленные туфли держались на живой плоти. Свобода действий была, но это как ходить, волоча по земле стальную гирю размером с голову человека, привязанную колючей проволокой к твоей почке. Изобретательности наблюдателя осталось только восторгаться. Ни разу ещё не повторился способ фиксации ступившего на червивую дорогу предателя. Как только я зашел, не было ни зарасти, ни привет. Сразу по взгляду понял, что Говорящая Голова уже занял сознание и передо мной мой покровитель.
— Не мог найти что-нибудь поспокойнее, чтобы нам дали подольше поговорить? Таилла безумна и ограничена по времени. Наблюдатель говорит её устами и дарит руны из своей сокровищницы. Не всем удалось сохранить себя под действием изобретательных пыток поганого светоча.
Свет слегка померк и вокруг меня появился тёмный купол.
— Привет! Это от прослушки наблюдателя? — задал я вопрос, глядя на защитный барьер.
— Это место не принадлежит нам, но можно пользоваться. Я замедлил время, и сейчас поганый светоч видит, как ты спрашиваешь у Таиллы о том, как доставить удовольствие привередливой жене, а она объясняет, каким способом подобное можно устроить, и даже подарит руну, вроде навыка любовных речей деревянного уровня. Желающих нереально много, поэтому только один вопрос и только один ответ, а потом тебя вышвырнет. С этим я уже ничего поделать не смогу. Пока кровь вытекает из жил — время идёт, — и указал на нечто вроде водяных часов, только с красной жидкостью, что крепилось шипастыми иглами к венам на руках женщины.
Капли очень медленно набухали и капали. Говорящая голова неплохо тормознул время, но нужно было поторапливаться.
— Домен. Хозяин. Не могу понять, что не так, — озвучил покровителю свои не оформившиеся мысли.
Зная, что долго держать время Голова не сможет, я перекинул мыслеобраз, постаравшись собрать в него всё и сразу что со мной случилось. Я чувствовал большой интерес отступника к тому, что произошло. Ему было интересно всё. Подробности о моём нанимателе Победоносном, древнем кел, который имел большие счёты с самыми сильными домами вечности, о похождениях здесь и том, как мы раз за разом ухитрялись достать тогда ещё притворявшимся серебром великого. Конечно же мой покровитель знал о тех событиях, когда вырастили малое древо, как я из невидимости вытащил малую сферу червей и устроил настоящий праздник живота небожителям, которые всем стадом соизволили спуститься подбирать дармовую звёздную кровь, пролившуюся миллиардным дождём. Но одно дело знать от своих, а другое дело из первоисточника.
На блок информации о том, как мы немножко дёрнули великих Вечности, Говорящая Голова отреагировал весьма спокойно. Отступников интересовало Единство, они хотели вырваться в космос. Если бы хотели наслаждаться бесконечной жизнью, то давно бы жили в пределах небесного трона в праздном безделии, коротая нескончаемую жизнь, а не висели бы прикованные наблюдателем внутри обожженных огнем скал. Голова только ухмылялся тому, что я действительно умею свой досуг отлично организовывать и нахожу такие развлечения, от которых становится весело не только мне, но и окружающим, кто вовремя сбежать не успел.
Дальше начался мозговой штурм. Храмов Говорящей Головы много, но не под каждым деревом и далеко не в каждом круге Единства, и тем более их количество не исчислялось тысячами. Вероятность попасть именно в тот круг, где находится прикованный отступник при простом переборе случайных октагонов, была ничтожна. Даже если это удалось сделать один раз, то во второй, третий и последующие мои перемещения, все случайности исключались. Сам Голова к моему приземлению именно там, где есть храмы, которые я назвал в его честь, никакого отношения не имел, и мои появления для него были не меньшим сюрпризом.
Следовало понять, а чего теперь мне тут понадобилось и какое отношение отступники к этому имеют? Выглядело очевидным совпадением, которое работает, нежели обычная статистика. А дальше мы думали. Если точка, куда меня отправил двойник древнего кел не случайна, а она наверняка была одной из заранее подготовленных, то почему именно сюда? О чём и почему Победоносный нам не рассказал? Чтобы переместить в закрытый домен нужно, как минимум знать, что это за домен, и хотя бы один раз побывать в нём или отправить того, кто подготовит руну перехода в это место.
Вторым, не меньшим вопросом, было: зачем? Место крайне редкое по своей структуре, когда круг состоит из летающих островов и доменов, но оно не является секретом. Во время войны с червями подобные домены, на тысячи и миллионы квадратных километров, со своей экосистемой, становились укрытием для огромного числа жителей Единства и не были чем-то уникальным. Через постоянные открытые порталы все всюду ходили. Имелось немало тех, кто путешествует между кругами. Говорящая Голова приглядывал за своей потерявшей разум подругой, которая целый день выслушивала слезные истории и бравые рассказы из жизни местных, и даже специально прибывших издалека вопрошальщиков и пропускала через себя множество историй о всём том, чем живут местные домены и жители летающих островов.
Об этих местах знали не только местные, но и торговцы с летающих кораблей, которые доходят до великого обрыва, ограничивающего октагон, выгружают товар и отправляют в соседние круги. Разумеется, вместе с товарами и шли рассказы. Если просто спрятать, то имелись миллионы доменов менее известных и отлично подходящих для длительного проживания, но нет, Древний отправил меня именно сюда. Для чего? В этом точно был какой-то смысл.
Реально повеселил, когда рассказал, что взрастил внеплановое теневое дерево, и на него спустился сам Хозяин, а после этого зверюга словно домашний котяра час на ветках валялась, свесив лапы, уложив морду и виляя хвостом.
— Архераил, нет таких слов, чтобы описать обуреваемые мною чувства. Как ты это делаешь? Домены и древо являются одним из древнейших кругов, и я давно слежу за этим местом. Конечно, я знал о странностях, и в каждом из доменов есть свой Хозяин в виде подобного существа. Но никто никогда не видел его ничем иным, кроме небесной тени. Один знакомый тебе небесный восходящий тоже не знает, можешь не спрашивать. Ты единственный за все нескончаемые времена, кому удалось увидеть это вблизи.
— Не может быть, чтобы только я его выманил.
— Специально интересовался этим вопросом. Даже в легендах местных нет ни одного упоминания о том, чтобы Хозяин когда-то спускался. Кот в оранжерее на веточках кустика улёгся. Ха, ха, ха. Архераил, так бывает только у тебя, — веселился Голова.
Чуть успокоившись от веселого смеха, отступник посмотрел на меня выжидающе. Ну да, вроде о всём поговорили, всё обсудили, ничего традиционно не придумали. Пришло время смотреть космос. Открыл сознание, ту часть, где исполинские линкоры выстраивали строй перед ударом, миллионные скопления тварей Грани выходили из разрывов пространства, а москиты, под прикрытием корветов разносили азурическую мелочёвку. Орбиталы и далёкие звёзды открывались в моём разуме, и я очнулся.
— А теперь подарочки! — радостно завопила девушка, уже сменив Говорящую Голову.
В глазах незамутнённая радость и полное отсутствие разума. Реально чокнутая, с которой можно учебники по психическим отклонениям писать. Я думал, мой покровитель пошутил, что наблюдатель видит, как я про любовные утехи эту даму пришёл расспрашивать. Оказалось нет. В дар от каменной Таиллы получил три капли звёздной крови и руну-навык Вытягивающего Поцелуя, деревянного ранга. Через секунду оказался среди зелёных джунглей, и ещё через секунду, получив удар в спину, упал мордой в грязь. На моей шее защёлкнули ошейник, блокирующий руны и звёздную кровь.
Когда ты долго воевал в космосе, то начинаешь различать пустоту, слушать свое чувство, обращаешь внимание на мимолетный блеск крошечных осколков обшивки и кусков панцирей тварей Грани, летящих по космосу после боя. Замечать еле заметные изменения гравитации и промелькнувшие и угасшие вспышки метеоров, входящих в атмосферу. Всё это подчинено твоим ощущениям, чувствам и опытности. Никакой логикой, объяснений и тем более реальной возможности уследить глазами, ушами и всеми остальными органами живого организма, даже усиленными симбионтом, дающим тебе дополнительные возможности.
Подобное всегда появляется у тех, кто долгое время занят чем-то опасным и непредсказуемым. Наверное, сработало какое-то моё чувство опасности, уже появившееся в мире Единства. Беспокойства не было, за себя я не переживал, но ныло другое ощущение, которое я пока не мог сформулировать.
Меня схватили и надели ошейник, блокирующий звёздную кровь. Я одобрительно сообщил напавшим:
— Правильно. В храм Подарков обычные люди не сунутся, ведь они просто не смогут получить настоящие подарочки, не имея доступа к восхождению. Зачем обычному человеку руны и звёздная кровь? Вы очень правильно сделали. Сразу предупреждаю, кто готов мне отдать все свои руны, могут остаться в живых. У вас есть время подумать.
Шагах в тридцати от меня раздался голос.
— Рассмешил! Все угрожают, обещают отомстить. Поэтому если ты отдашь все свои руны, то я сам прослежу, чтобы тебя отнесли к знакам, и мои люди помогут тебе добраться до летающих кораблей народа Высоты. Даже готов отдать немного рун из твоей скрижали в оплату того, что тебя доставят до центрального древа, — пробасил огромный мужик, а один из его подхалимов поставил мне ногу на спину, ещё сильнее вдавливая в грязь.
Ошейник златоглазки так, с ленцой, спросил — «поглотить»? Надетый на меня блокиратор звёздной крови работал, но позволял запускать чёрную руну, и мог в любую секунду быть пожран наследием Златоглазки, но я ответил, что пока не надо, нужно немного подождать. Почувствовал, что мой артефакт был недоволен, но подчинился и был готов потерпеть до команды своего хозяина. Я уже пробовал применять черную руну не на себя. О том, что она станет достоянием постороннего беспокоиться было не надо. В случае Победоносного, он её получил благодаря симбионту, пройдя через истинную смерть, но есть ли такие возможности у простого отморозка, поджидающего выходящих из храма Подарков? Скорее нет, чем да. В крайнем случае можно придержать гвоздь того, кому передам руну и пока не относить в храм Вечности.
После смерти восходящие прячут свою душу в гвозде, а когда перейдут в храм Вечности, то все руны и вся звездная кровь остаётся у дома норн. Об этом мне тоже рассказал Победоносный. В любом случае, если применить чёрную руну не на себя, то наблюдатель наказывает всех подряд, но не капитанов малого тральщика. Тема проверенная и рабочая, как бы сказала моя супруга. Это я знал по прошлому опыту применения на фиантаре, когда я взбодрил своего шефа.
Сразу снимать ошейник я не стал. Симбионт предложил вариант и распределил цели. Проклятая руна великого усиления и истинной преданности — чёрная. Нет большей чести, чем убить врагов во имя Великого червя. Любая ваша атака любым оружием, любой руной, любой стихией будет усилена тысячекратно. Время действия — мгновенно. Стоимость — весь запас звёздной крови безвозвратно. Смерть. Для повышения статуса воспользуйтесь ещё: семь применений из одиннадцати.
Разделил на семь частей, и одну из рун подарил главарю, использовав на него. Запустил не на себя, а именно на предводителя банды. Сделал так же, как на фионтаре с Победоносным. Надетый на меня ошейник блокировки был весьма скромен в своих возможностях и работе с чёрными рунами не препятствовал. Главарь оказался откровенной пустышкой, вырастившей груды мышц и не обращающий внимания, что у него в голове. Шеф всегда говорил, что развитие атрибутов разума не менее важно, чем крепкое тело. Согласен. Усиленный тысячекратно и обладающий пустой головой, главарь банды мгновенно попал под мой контроль. Я смог заблокировать разум, а симбионт взялся за управление мышцами по отдельности. Ничем не отличалось от управления моим «Тарантулом» напрямую, используя сервомоторы по отдельности, только здесь вместо шаговых двигателей были трицепсы, квадрицепсы и косые мышцы пресса.
Моих возможностей с лихвой хватило, и я легко схватил главаря под управление. Применяющий червивую руну всегда виноват. Точка. Даже если он под ментальным управлением и пару секунд назад не знал, что такие вообще бывают. Наблюдатель разбираться не станет. Не знаю почему мне пришла в голову именно эта идея. Мысленно сжал мышцы живота бандита, рассчитывая, что его на месте разнесёт избыточным, усиленным тысячекратно давлением, но всё пошло не по плану. Брюхо разорвало, а усиленный в тысячу раз удар плотной струи всего содержимого кишечника и кишок в землю, выбросил главного по банде на высоту в сотню метров. Что сказать? Неожиданно. Хотел демонстративно прибить гадёныша, когда руки ноги по сторонам разлетятся, а остальные просто разбегутся, но, наверное, атрибуты бронзового тела были очень сильны, и несмотря на разорванное реактивной струёй брюхо, главарь издох не мгновенно, отправившись полетать.
Симбионт сразу отключил мне все рецепторы, отвечающие за вкус и запах. Не знаю, как пережили весь этот ужас подельники, но несмотря на то, что они были в панике, подложили ещё жить и даже не попадали в обморок. Как вишенка на говняно-кровавом торте, в высоте пронеслось нечто огромное, которое мой симбионт определил как каэдометрическая руна наблюдателя. Она рассекла тело. Это что? Первое что я подумал, а потом сам себе и ответил. Архераил ты тупой? Так точно, тупой! Какой-то неопознанный кусок мяса использовал руну червей и взлетел на сотню метров. Наблюдатель непременно должен был среагировать на взлёт подобной сущности после активации червивой руны. Вот он и прибил летающего мерзавца, который посмел использовать запрещённые вещи и резко воспарил. Мне много рассказывали, что наблюдатель уничтожает летающих червей. Я это слышал от Тархана, Победоносного и хастров. Наверное так это и выглядит.
А потом я замер. Уф… Прямо проняло. Перед его смертью я ощутил мимолётную мысль, что бандит сожалел, что не успел продать руну-сагу небесного уровня. Небесного, червь его!
— Чё не жрём? — наорал я на ошейник златоглазки, который вначале обомлел от моей наглости, а потом за доли секунды поглотил сковывающие меня путы, блокирующие остальные руны.
Я теперь мог пользоваться всем своим арсеналом восхождения. Миг, и около меня оказался «Тарантул». Пять секунд, и три бронзовых восходящих, четыре деревянных и не считал сколько, но больше десятка простых бандитов уже были мертвы. Управляемый симбионтом ротор боевого паука, предназначенный для поражения легкобронированной боевой техники и бойцов в силовых кидо, в клочья разнёс тела блюющих негодяев, с расстояния кинжального огня в несколько метров.
Бросив всё, я бежал к упавшему трупу главаря. Может и показалось, но я должен убедиться. Тронул звёздочки над обосранным и разрезанным вдоль трупом. Ничего. Кусок скрижали, который тут же прирос к моей, увеличив и так огромный круг, но пусто. Небесной руны небыло. Значит она в гвозде, если, конечно, это не было игрой воображения. Чёрная руна оказалась среди поднятых, не пожелав уйти в стигмат, и прибавила ещё одно применение. Промелькнула в голове важная мысль. Чёрная руна не попадает в стигмат. Она всегда на виду. После фионтара осталась у Победоносного, когда он сменил тело, а если я не смогу её подобрать с очередного трупа то что? Тысячекратное усиление может попасть к кому-то другому? Говорящая Голова предупреждал, что есть немало тех, кто очень обрадуется такому подарку и применит не задумываясь, не заботясь о своей жизни. Даже если я приспособился обходить наказание наблюдателя способом применения не на себя, а на противника, то не накажут ли меня как источник рун, если мою чёрную любимицу применят где-то в другом месте не так локально, как это делал я, а, например, уничтожив полкруга жизни? Надо быть крайне осторожным при использовании, когда есть хоть малейший шанс, что подобные вещи пойдут гулять по чужим скрижалям.
Вернулся к убитым бандитам и, размышляя обо всём этом, собрал руны с трупов. Симбионт потрошил куски скрижалей и увеличивал мой круг, но это сейчас меня мало интересовало. Я пробовал вспомнить. Житель головы однозначно подтверждал, что и он заметил такой сигнал, но как его понять не знал. По его мнению, перед смертью главарь действительно думал о руне-саге небесного уровня, но как интерпретировать эти знания мой житель головы не понимал.
По крайней, мере гвоздь был у меня, а тот, кто может дать консультацию, на примете. Такие вещи надо отдавать своим, а он точно из моей банды. Вот только как к нему попасть? Лёгкое свечение, и посреди трупов и залитой нечистотами и кровью поляны появился восходящий. Нарядный торговец бронзового развития в красивой одежде. Немного подождал, пока прибывший проблюётся, а потом, мило улыбнувшись, сказал:
— Мне нужна твоя рука с гвоздём.
— Ой, — услышал я в ответ.
Мужик оказался из пришлых торговцев, и с ним было легко договориться. Вначале я просто объяснил, что или отрежу руку, или тут его и прикопают, а потом, когда под приглядом ротора «Тарантула», я перетянул ему руку и отрезал, предварительно дав выпить кувшин вина из корзинки удовольствий, то он и я увидели традиционное задание на живой гвоздь. Клясться перед наблюдателем не стал, но запустил на него свою руну регенерации, пообещал, что у него через месяц вырастет рука, гвоздей он получит сразу два, вместо своего, и потерянные руны компенсирую с процентами. Мой пленный успокоился и выглядел вполне довольным, что жив остался. Растерзанные вокруг два десятка бандитов и важно вышагивающая около меня боевая машина были весомым аргументом резко повышающим договороспособность.
Теперь я имел и подозрительный гвоздь, возможно с небесной руной, и пропуск в храм Вечности. Я получил традиционное задание на живой гвоздь и распоряжение срочно его пристроить. Надеюсь, и в этот раз сам небесный восходящий соизволит почтить меня своим присутствием. Рядом стоял временно дикий восходящий с отрезанной рукой. Вроде все дела на острове сделал. Оставалось только достать камень связи.
Через секунду мне ответили голосом моей супруги:
— Да дорогой!
— Мне нужен крейсер сопровождения. Как ты любишь говорить, я тут кое у кого, кое-что отжал.
— Бюджет?
— Насрать.
— Понял. Принял. Скоро будем, — раздался ответ, и соединение прервалось.

----------

Глава 8 Старый друг снова

Всё как заказывали. Буквально через пару часов над моей головой пронеслась двойка аэри. От острова с главным игг-древом до края моего было километров семьдесят, ещё над этим пролететь, что в поперечнике километров триста, как не больше, и не по прямой. Я появился в джунглях за центральной горой острова, которую крылатые должны были облететь и меня отыскать. Быстро же они для пернатых, ведь это же не истребитель атмосферник, а тут на вскидку больше трёхсот километров. Всё было грамотно. Двойки для боя, как ведущий и ведомый. Это тройки для парадов, чтобы красиво. Сразу приземляться не стали, а вначале одна пара пронеслась прямо над головой, буквально вывалившись из джунглей, пройдя незамеченными почти впритык над кронами деревьев, и мгновенно опять ушла за деревья. Посмотрел вверх и увидел вторую двойку. Если бы сам не был на две трети пилотом, то не сразу бы понял куда смотреть. Зажмурил глаза, оставив узкую щёлку. В высоте, на фоне светящегося центрально игг-древа висела вторая пара, прикрываясь светом ветвей. Очень грамотно. Заход со стороны светила.
Потом последовал второй заход, и убедившись, что со мной всё нормально, прямо сейчас меня никто на куски не разрезает, засады нет, а стоящий рядом со мной незнакомец и металлический паук не представляют угрозы, над моей головой завис крылатый воин серебряного ранга. Вторая пара пока была высоко и, судя по всему, спускаться без нужды не собиралась, наблюдая за дальними подступами. Крылатый приземляться не спешил. Я, конечно, отошёл от основного места боя, где вообще всё было залито нечистотами, но и далеко уходить не стал, чтобы меня не пришлось долго искать. При разрыве брюха главного бандита, и последующем взлёте тушки, всё было заляпано на километр. Почему гордый сын птицы не спешил приземляться было понятно.
— Архераил. Я прибыл тебя охранять по просьбе Длани. Не ранен ли ты, не нужна ли тебе помощь? — при этом, взмахнув рукой, летающий отправил руну в стоящего рядом торговца.
Я посмотрел на моего невольного компаньона. Он ойкнул, и глянул на культю. Рану затянуло, а я проверил работу руны регенерации, подаренную когда-то риксом глубоководного народа Воды. Всё было хорошо. Лечение никак не сказалось на скорости роста новой руки, и, судя по тому, что с меня предполагалось безвозвратно списать тридцать капель звёздной крови за сорок древодней, пройдёт чуть больше месяца, когда у моего знакомого будет новая рука и он сможет снова вставить стигмат.
— Спасибо! Всё хорошо! Единственную рану ты излечил. Нет ли где-то рядом ручья? — спросил у крылатого.
— Там, три сотни шагов, — указал он и показал куда надо идти, и всем своим видом дал понять, что мы под охраной, и он пока тут недалеко полетает.
Я кивнул пернатому, и мы пошли с торговцем мыться. Нам, конечно, не сказали, но я видел, как аэри нос морщит, и наверняка к следующему рейду в договоре народа Ветра появятся слова о доплате в зависимости от запаха спасаемых.
Прошло несколько часов. Я помылся сам, как мог постирал одежду и даже вымыл «Тарантула». Потом с торговцем поели, а когда подошёл корабль эвакуации, одежда даже немного успела просохнуть. Да, как просил, по местной классификации наверняка крейсер. Здоровый такой летающий корабль с целой бандой отмороженных головорезов в сопровождении четырёх быстрых и юрких лодок завис надо мной метрах в десяти. Лодки, пришедшие вместе с главным кораблём, продолжили сновать рядом. Капитаны явно имели какие-то руны, надувающие паруса и обеспечивающие бодрый ход своих летающих посудин, которые были в постоянном движении. Прямо взрослый флот из корабля тяжёлого класса и эскадры сопровождения. Ещё и летающие аэри в качестве истребителей-перехватчиков. Прямо на долю секунды взяла ностальгия.
Отзывать «Тарантула» не стал. Время следующего призыва очень немаленькое, а мои секретики могут не пойми чем обернуться. Вероятность, конечно, ничтожно малая, но вдруг не только я почувствовал мысль о руне саге, которая сейчас сидит в гвозде главного бандита?
Пока цепляли и грузили на борт машину, вниз, по верёвкам спустились несколько бойцов, окружив нас и охраняя. Стараясь делать всё как можно вежливее, предложили мне и торговцу новую одежду, а мою свежепостиранную выбросить. Симбионт по-прежнему не включал мои обонятельные рецепторы и размера амбре я не понимал. Один из парней, сняв с себя все одеяния, сходил к месту боя. Наверняка, чтобы легче отмыться, и не пришлось ещё ничего из одежды отправлять в мусор. В пару ходок притащил кучу оружия и личных вещей бандитов, которые отмывали в ручье и тоже поднимали на корабль.
Всё это время крылатые продолжали нарезать круги, патрулируя окрестности, даже сбросили пару рун, думаю, сгоняя страждущих, желающих посмотреть, чего это тут такое движение организовалось? Когда «Тарантула» всё-таки удалось перетащить через явно не приспособленный для такого фальшборт летающего крейсера, оружие бандитов уже было собрано, мы переодеты и готовы к подъёму на флагман. Оставалось взяться за верёвку, поставив ногу в специально связанную петлю и дождаться, пока тебя втащат наверх.
На палубе меня встречала радостная подруга, честно расцеловавшая, заметившая, что проще нового мужа найти, чем этого отмывать. Владеющий Словом дождался своей очереди и радостно обняв, сказал что рад меня видеть и очень переживал за меня.
Дальше оставалось гордо стоять на носу корабля и смотреть вдаль. Конечно нет. Я с интересом облазил летающий корабль, изучая устройство. Вязанки светящихся шаров по бортам и огромная сеть, тоже набитая шарами, обеспечивали подъёмную силу, а основным движителем были паруса. С этим понятно. Конструкция отличалась от морских, но если честно, что в той, что в этой, для меня всё выглядело просто беспорядочным переплетение верёвок, блоков и канатов. Это целая наука, что держать и куда тянуть, поэтому просто смотрел. А вот стоявшие вдоль бортов корабля штуковины привлекли моё внимание. Три по-одному, и две по-другому. Где-то я похожее видел. Спасибо, поблагодарил своего жителя головы, который держал в своей памяти не только обводы космических кораблей и коконов тварей Грани, но и много полезных знаний, накопленных в Единстве. Кроме поиска растущего разрывника, симбионт замечал технику этого мира и даже классифицировал, если вообще можно применить этот термин к уникальным и неповторимым штукам, созданным на основе рунных технологий, палок и звёздной крови.
— Узнаёшь? — спросил стоящую рядом наёмницу.
— Ага, как увидела, то с выбором корабля определилась. Всё серьёзно.
Это были зенитные машины, которые применяли степняки против неразумных летающих детей Победоносного, когда он вёл армию Подвижных Камней против народа Степи. Эти были чуть поменьше, но само наличие подобных устройств на корабле, где вокруг тебя все летают, могло стать весомым аргументом. Именно из этих соображений я не стал отзывать Тарантула. В случае нападения во время нашего перелёта, ротор с кривыми стволами будет крайне полезен как средство против летающих негодяев. И знаю, что пока грузили моего металлического красавца на борт, то к моей эфемерной составляющей прилипло немало совсем некрасивых слов, как высказанных, так и не высказанных, но пусть лучше зря таскали, чем не будет, когда надо.
Длань посмотрела в сторону очередного однорукого. У него вариантов небыло, просто вопрос в том, что он получит взамен отрезанной руки. В том, что я отрежу торговцу руку, ни я ни он не сомневался. Мне нужен был живой гвоздь, и я это сделал.
— Архераил, а ты знаешь, что в больших корпорациях такой стиль управления называется эффективный менеджмент, а эффективными менеджерами называют тех, кто без раздумий в говно закапывает всех, кто на пути мешается, а если надо, то и руку отгрызёт.
— Ты это к чему?
— Вот думаю, что надо чтобы империей управлять? Я всегда была наёмницей, которой дают всё необходимое, натаскивают как бойцовую собаку и чётко задание ставят. До этого запуганной девкой с нижних ярусов гиперполиса жила. Не укради жирный отморозок моих девочек, и не приди я в отчаянии в братство, так бы и осталась там, среди укурышей и безнадёги. Всех планов — до следующего угла дойти, и если тебя не изнасиловали или не пришлось подставить, ещё и в трусах, и живая, то появляется план до следующего угла идти. Самой большой предусмотрительностью было завещание на детей, где соседку опекуном назначила. Жирнючка Ама не богатая, но добрая. У неё своих четверо, но знаю, что и моих не бросит, кормить будет. Если до вечера не вернусь, то к себе на ночь возьмёт, а если мёртвой найдут или пропавшей безвести признают, то моих девочек совсем жить оставит, может в приют какой пристроит, но это вряд ли, она не отдаст. А как перебралась в братство, то все эти вопросы решились разом, я и Аму сразу забрала. Она за всю жизнь ни разу на верхние ярусы не поднималась. Впервые солнце увидела. Представляешь? Вот такие у меня планы на будущее были, от угла до угла.
— Видел много раз, но не представляю. Я с планеты без денег. Я просто знаю, что так можно, но никогда не пойму. Победоносный наверняка знает как империей управлять. Он планы на миллион лет строит, и ему риксы народов целыми стадами подчинялись.
Подруга кивнула.
— Вытащим шефа, обязательно расспрошу. Просто интересно.
А потом мы стояли и смотрели, как наша флотилия подходила к острову с центральным игг-древом. Зенитное прикрытие не понадобилось. Я отозвал «Тарантула» и в сопровождении подруги, торговца и Владеющего Словом сошёл на причал. Близко к центральному игг-древу такие корабли никто не пустит. Все суда швартовались в специально отведенных местах, которые народ Древа обозначил для крупного флота. Дальше мне предоставили карха, который традиционно хотел всем своим седокам откусить ноги, но был воспитан и только обозначил свои желания, а не попытался осуществить подобное, и мы поскакали к храму Вечности. Вместе с нами двигались ещё несколько парней из экипажа корабля, вызвавшиеся бонусом сопроводить нашу компанию до конечной точки путешествия, в качестве комплимента за щедрую оплату и премию. Отказываться не стали. Расстояние от порта до храма Вечности немаленькое, и предоставленные быстрые птицы были как нельзя кстати, да и охрана тоже. За свои руны, даже в случае смерти, я не переживал, а вот вещи с душой не переходили и могут быть успешно отняты.
Выгрузили меня у самого входа и обещали дождаться, когда я войду внутрь, а потом доставить моего компаньона по живому гвоздю до стоянки торговцев в целости и сохранности, если так можно сказать, после отрезанной руки
Появился в храме Вечности. Всё стандартно. Зайдите туда, повернитесь здесь, немного нагнитесь, поклонитесь, пройдите чуть вперед, повернитесь, потерпите — и вы снова среди мелькающих, проходящих сквозь тебя существ самых разных видов и размеров: от людей до непонятных, ни на что не похожих сущностей. Как обязательное условие, отличный вид на огромный Золотой город кел.
Вначале ко мне подошёл восходящий, под капюшоном которого виднелись глаза блестящие золотым сиянием, но рядом опять появился мой знакомый с фреймом небесного цвета, в нарядных одеждах, перстнях на пальцах и спокойным, ничего не выражающим лицом.
— Восходящий Архераил опять принес живой гвоздь?
— Да, мой господин, — ответил служитель в капюшоне.
— Ты свободен. Я сам всё сделаю, — сообщил небесный, и подчинённый просто растворился в воздухе.
В голосе большого начальника не было ни малейших интонаций. Его опять вызвали на уникальный предмет, и он пришёл, вынужденный являться на подобную ситуацию. Я протянул свежеотрезанную руку. Обычно, перед посещением храма Вечности гвоздь выколупывал, но сейчас, в спешке, было совсем не до этого. Удивил. На меня подняли изогнутую бровь и рука исчезла, оставив только стигмат, зависший в воздухе. Я его взял и протянул большому начальнику уникальный предмет.
Через мгновение мы очутились около водопада, срывающегося с многокилометровой высоты, видом на джунгли и расположенного за спиной скального утёса. Я это место отлично знал. Это опять был мир безвременья, принадлежащий моему собеседнику. По традиции, на нём оказалась простая одежда, без украшательств, а на пальцах отсутствовали перстни.
— Архераил, я, конечно, понимаю твоё рвение и знаю, что мерзавцы занимались тем, что прерывали жизни восходящих, которые могли накопить гораздо больше звёздной крови и рун, чтобы передать храму Вечности. Но должен предупредить, что слишком частое использование подобного способа может вызвать подозрение, что ты сюда приходишь не только для простого обогащения, забирая больше ценностей, чем тебе может достаться при простом убийстве восходящего. Мои слуги никому никогда ничего не скажут, но есть масса других косвенных способов определить наше с тобой общение.
Оставалось согласно кивнуть:
— Без особой нужды не хотел пользоваться, но это обстоятельства непреодолимой силы.
— И что тебе нужно не преодолеть? Я же надеюсь, ты не из-за материальных ценностей стал регулярно таскать отрезанные руки с живым гвоздём, получая уникальные задания поганого светоча? — Задал вопрос небесный восходящий.
— Нет. Хотел тебе передать одну, случайно оказавшуюся у меня вещь, но это не точно. Есть только подозрение и кусок памяти убитого восходящего. Я знаю одного большого специалиста, который наверняка сможет с этим разобраться, но представления не имею, когда с ним встречусь. Может быть, пройдет столько времени, что подарок уже утратит свою силу. Второй знакомый прибит гвоздями совсем недалеко, но скорее всего ему будет сложновато, и его профиль — руны других цветов. Я считаю, всё хорошее должно оставаться у своих. Мне известно где могут вытащить руну из гвоздя, и даже имею запас звёздной крови, чтобы запустить, но решил, что будет лучше отдать тебе. Если я посмотрю эту руну, то увижу послание, но могу не понять или упустить очень важные детали, — и я передал мыслеобраз, где промелькнуло, что бандит сожалел, что не успел продать руну-сагу небесного уровня.
Восходящий с голубым фреймом смотрел на меня, словно она обезьяну, которая неожиданно вытащила универсальный дрон-ключ из сумки мастера, открыла крышку управляющей панели терморегулятора и починила устройство. Сделав именно то, что давным-давно должен был проделать нетрезвый служитель, который спал в этой же клетке вместе со всеми инструментами, придя на смену пьяным, и сил у него хватило только на то, чтобы закусить фруктами из звериной миски и уснуть. Пришлось обезьяне самой всё чинить. Может и не об этом думал мой собеседник, но мне именно это пришло в голову. Наконец, подержав в руке гвоздь, небесный сказал:
— Ты это очень правильно сделал. Руны-саги не только показывают истории. Они могут изменить, добавить или убрать атрибуты, передать параметры, даже руны или просто убить. После просмотра, есть вероятность, что восходящий станет совсем иным. Этим часто пользовались черви, как одним из вариантов. Они раскидывали подобные руны, после которых многие получали настоящие сокровища и меняли сторону. Этого почти не встречается на бронзе и крайне редко на серебре, а вот золото и тем более небо, скорее, обладает схожим действием. Прежде чем активировать руну высших рангов, нужно понять её суть. Это может быть просто ловушка с бесконечной историей без возможности выхода. Твоё сознание будет вечно висеть в пустоте космоса и смотреть как галактика делает свои обороты один за другим.
— В ней охранные системы? — уточнил я.
— Почти наверняка. Саги такого уровня не создают просто так, и наверняка есть ограничения, чтобы её смогли просмотреть исключительно те, кому это положено.
— Я почти так и думал. Вот поэтому я и пришёл к тебе. Уж извини, если с отрубленными руками зачастил.
— Это достойный повод и стоил того. Если ещё будут попадаться подобные находки, то можешь смело резать не только руки, но ноги и уши.
— А ещё носы режут, — добавил я, вспомнив мои похождения у степняков.
— Да, много где и чего режут, — согласился обладатель голубого свечения глаз и продолжил. — Я не дам тебе ответа сейчас, что это за руна. Нужно немало времени чтобы разобраться с находкой и понять, откуда такая может быть у простого бронзового отморозка. Это ещё один хороший и не менее важный вопрос. Вернее, так. Подобного не может быть ниоткуда, если её специально не подсунули. Не обязательно в руки. Она могла оказаться в скрижали случайно найденного трупа, древнем ларце или где угодно, как вариант просто съедена животным и добыта на охоте. И ещё одно нехорошее свойство. Даже многие золотые руны, имею ввиду не простые руны-свойства и усиления, а существ, редкую броню или артефакты Вечности, знают своего хозяина и обладают свойством передать своё местонахождение истинному владельцу. После войны многие золотые руны ходят по Единству, и хозяева, живущие в Вечности, знают, в чьих руках находится принадлежащая им собственность, но пока за ней не спускались. Считают это опасным или нерациональным, может, просто им сейчас не до своих рун, но они знают. Можешь не сомневаться в моих словах.
— А если её сюда притащил? — изумился я.
— Это не работает так прямо. Руна не является камнем связи, который постоянно передает точное место своему владельцу, но всегда есть признаки для тех, кто хочет найти и вернуть свою собственность. И с этим тоже нужно будет разобраться и не допустить оплошности.
— Значит, я всё сделал правильно.
— Ты сделал всё очень правильно, — согласился небесный начальник.
— Возник ещё один вопрос. Руна-сага находится в другом гвозде, не в том, что в отрезанной руке. Не знаю, могу ли я тебе сейчас отдать и второй гвоздь? — уточнил я на всякий случай.
— Обычно восходящие не знают, что находится в стигмате. Просто отдай мне все гвозди сразу, которые ты притащил. Храм Вечности честно рассчитается и выдаст положенные награды, а я уже сам прослежу, чтобы нужный стигмат не отправился в общую кучу. Если удастся разобраться с руной-сагой, и именно если, я в любом случае обязательно тебе всё расскажу или найду способ передать твою долю в случае обыденного указания на припрятанные сокровище. Может так случиться, что это просто ловушка. Подобные руны часто использовали во времена великой охоты, и она может быть отголоском тех времён.
Мой собеседник посмотрел на меня, вопросительно подняв бровь. Я понял о чём спрашивают. Есть ли у меня предпочтения, какие руны выбрать из принесённого мною живого гвоздя. Я сделал непонимающую рожу, и небесный прочитал по моей мимике, что я готов получить награду на его усмотрение. Потом я открыл сознание, где развернулись просторы космоса, эскадры межзвёздных кораблей и транспорты, идущие между галактиками.
А потом всё прервалось, и мы снова стояли среди нарядного зала с панорамным окном на Золотой город. Небесный восходящий снова был в своём нарядном одеянии и спокойным, безразличным голосом сказал:
— Восходящий Архераил, ты получил свою награду. Храм Вечности благодарит тебя за выполнение задания.
Как и в прошлые разы, тон был такой, что сразу понятно, великого начальника вызвали на редкую ситуацию, и именно он должен исполнить конкретно эту функцию. Он её исполнил, награждаемый ценности получил, а необходимое было изъято. Представитель младшего народа желаемое получил и может валить на все четыре стороны, куда посчитает нужным.
— Спасибо, — ответил я, как обычно восторженно и окрылённой походкой поскакал к выходу.

----------

Глава 9 Баран

Выходил из храма Вечности без грустных мыслей и далекоидущих переживаний. Прямо как раньше, только вместо огромной твари из невидимости вытащил руну, с которой, похоже, даже небесный не совсем понимает что делать, но моё дело выявить проблему, а потом пусть адмиралы флота думают.
Оружие бандитов и почти все руны ушли в счёт оплаты нашего сопровождения. Я дал Длани посмотреть все козявки в своей скрижали, что собрал с трупов. Наемница очень быстро распределила всё по категориям. Может другим восходящим и было бы ценно то, что я забрал с дохлых отморозков, но для нас это просто средство обмена. Практически ничего не пришлось доплачивать за столь внушительное сопровождение, даже с учетом хорошей премии, которую мы отдали хозяевам летающих кораблей и аэри. После посещения храма Вечности у меня была целая горсть чистых стигматов и немного звёздных монет. Восемь с бандитов и один отдал Владеющий Словом, что выколупал из белобрысого. Помимо чистых стигматов я получил ещё и по звёздной монете за каждый.
Нужно было сделать несколько дел. Сразу отдал два гвоздя своему бородачу. Один вместо старого и один добавкой. Два отложил для торговца и решил сходить к нему прямо сейчас. Четыре отдал подруге. Места много они не занимали, но решил, что Длань более хозяйственная и распорядится подобным лучше меня. Я бы и все пять передал, но наёмница заставила один у себя оставить, в качестве экстренного платёжного средства.
Место обитания моего знакомого располагалось недалеко от центра рынка. А где ещё быть тому, кто живёт продажей товаров? Я не хотел держать долги и отдать прямо сейчас пару стигматов, потому что непонятно, когда я смогу рассчитаться в следующий раз. Со своей кочевой жизнью могу неожиданно оказаться где угодно в любое время, поэтому решил не откладывать. Все руны, которые достал из его стигмата, тоже собирался честно вернуть и оговорить, что нужно, чтобы полностью закрыть долг перед человеком, у которого я забрал руку, и на время превратил в дикого восходящего. Он мне помог, пусть и в обязательно-принудительном порядке, но без вознаграждения тоже было нехорошо.
Торговцы бродят по всему Единству, и не хотелось с ними ссориться, кроме того, я был совсем не чужим. Пусть я об этом не говорил, но у меня где-то там, в торговом городе Хастров есть ещё одна водоплавающая жена и милый домик с цветочками и насестом для крылореза. Нужно поговорить и сделать так, чтобы никто не остался обиженным. Конечно, подробностей про неожиданно найденную небесную руну рассказывать не собирался, которая, кстати, по мнению большого начальника никак не могла быть случайным приобретением, но спокойно поговорить следовало.
Шли себе мимо, а потом подруга очень некрасиво выругалась, совсем не сочетая слова со своим статусом жены досточтимого деревянного восходящего. Мне оставалось только выдохнуть, а наш бородач резко отдёрнул руку, высвобождая рукав из пальцев схватившего его за одежду взрослого и крепкого мужчины. Рослый взрослый бронзовый восходящий с копной светлых нечёсаных волос и разлапистой, почти рыжей бородой с заплетёнными косичками. Было видно, что последнее время подошедший не сильно занимался мытьём головы и уходом за бородой, был грязный, но глаза горели неистовой яростью.
Владеющий Словом и обрывавший рукава мужик о чём то ругались на местном наречии, но одно слово однозначно понятно. Ну конечно, червь его, фионтар. Подошедший был бронзой, наверняка сильной, он нас тут ждал. Что они не поделили с моим бородачом, пока неясно, хотя была одна догадка. Наш здоровяк обернулся к нам:
— Это отец того, с кем я дрался на поединке. Он хочет крови и не хочет слушать ни о том, что я защищал свою сестру от его грязных дел, ни о том, что сын погиб вообще не от моей руки, а от лап зверя. Сказал, что и вы умрёте, раз напали на его ребёнка, помогая мне его убить. Стрела отправила меня с его ребёнком не туда, где мы будем одни, а туда, где вы ждали в засаде. Я это всё подстроил. Вначале он меня убьёт, а потом вас.
— С чего он так решил? Ты можешь поклясться перед наблюдателем, — предложил я.
Мне в ответ мотнули головой:
— Его сынок влюблял в себя молодых девушек, потом бежал с ними в другой домен и продавал влюблённых дур в трели. Его папашка главный в этой шайке и самый большой лгун и негодяй. Он никому не верит и не хочет слушать, даже если мои слова подтвердит наблюдатель. Я бы, не задумываясь, вышел на арену под священным игг-древом и убил бы папашку мерзавца, но и сам могу погибнуть. Вы спасли мне жизнь, и я не могу умереть, пока не верну долг.
Увидев нездоровое движение в виде намечающейся драки, в нашу сторону с высоты кроны метнулась быстрая светящаяся тень.Это была стрекоза с наездником. Сделав крутой разворот, и зависнув в метре над землёй, замерла, а с неё спрыгнул представитель народа Древа. Традиционно был похож больше на обезьяну, чем на человека. Легкий мех, пушистый длинный хвост, при этом высокий и стройный мужчина пришёл лично выяснить, что за шум. Как раз вовремя. Видя, что Владеющий Словом не спешит соглашаться на поединок, папашка светловолосого похоже решил просто напасть, и только появившийся страж останавливал разгневанного родителя. Дословно, без метафор. В тот момент, когда мужик выхватил нож, представитель народа Древа ткнул его в грудь обратной стороной своего копья, останавливая поножовщину. В последнюю секунду воин, прилетевший на стрекозе, придержал уже было бросившегося на Владеющего Словом противника, который решил не дожидаться фиантара, а просто прибить нашего чернобородого.
Серебряный восходящий, спустившийся ради этой суеты с высоких ветвей чтобы разнять обидчиков, произнес:
— Если хотите драться, под деревом можно только фионтар на арене, или идите туда, — и он указал на арену, — или убирайтесь к себе.
Убрав копье от груди светловолосого, указал на гору, где находился проход в домен.
— Будь ты проклят, трус! Фионтар! — Заорал обиженный папашка, уже перейдя на единый, наверняка, чтобы его все окружающие слышали и поняли.
Вот прямо неудобное время для своей глупой мести выбрал абориген. Я глянул на арену. Очередь из четырёх пар фионтарщиков ждала своего времени, и ещё не пойми сколько желающих выяснить отношения находились в лагере, разбитом около арены. Особенности местного круга не позволяли выяснять отношения под приглядом наблюдателя где угодно и когда угодно. А если и выползать для смертельного поединка из своего домена, то конечно сразу под центральное древо, хотя и под малыми были арены, а ещё можно провести фионтар на любом из десятков островов, но, наверное, в этом был сакральный смысл. Скорее всего, если бы лично мне пришлось драться за звание рикса, то тоже бы выбрал именно то, которое главнее и побольше. Я обратился к серебряному воину, прилетевшему разнимать драку.
— Восходящий Владеющий Словом не трус и не отказывается от фионтара. Мы спешим. Мне надо выполнить обещание, пока не стало поздно, и вернуть долг, а Владеющий Словом должен мне жизнь и не может умереть, пока я не освобожу его от клятвы, — и отправил пилоту стрекозы всё это в виде одностороннего обещания, подтвердив у наблюдателя.
Говорил специально громко и делал демонстративно-показательно, чтобы все знали, что мы на всё согласные, только в очереди стоять не хотим. Как выяснилось, про очередь папашка белобрысого тоже не подумал. Житель ветвей перевёл взгляд на обиженного родителя, ожидая его слова:
— Будь ты проклят! Я тебя буду ждать у арены. Если ты не придёшь вовремя, то я уйду и убью тебя, твою сестру и всю семью в спину из засады, — прямо проорал в сторону моего бородача светловолосый.
— Я приду. Жди. — коротко кивнул в ответ Владеющий Словом.
Растрёпанный родитель отправился занимать очередь, а мы, немного постояв и посмотрев в спину удаляющемуся любителю фионтаров, продолжили свой путь к торговцу. Увидев, что драки не будет, воин сел на свою стрекозу и взмыл вверх, а зеваки, привлечённые суетой, начали расходиться. По пути бородач заговорил:
— Архераил, извини, я подвёл тебя. Ты меня спас. Враг был хитер и ждал, пока один из нас умрет, чтобы убить второго. Я бы обязательно погиб. У меня не было возможности вернуться.
— Ты ничего не должен. Прошу подтверждения наблюдателя, — сказал я, и отправил здоровяку договор подтверждённый великим искином Единства, что ни он мне, ни я ему ничего не торчу, как бы о таком сказала моя подруга в своём любимом жаргонном стиле.
Он ещё что-то бурчал, что перед фионтаром отдаст всё, что у него есть, и если умрёт, то хоть какая-то компенсация для меня, и то, что я официально его освободил от всех обязательств, ничего не значит, и он так и продолжает считать себя обязанным. Спорить было бесполезно. Аборигены невероятно твердолобые и если решили, то будут жать до последнего, особенно всё, что касается клятв и обещаний. При этом всё работало в обе стороны. То они клятву исполнять будут, даже когда это совсем не надо, то наоборот готовы обманывать по делу и совсем без повода, даже там, где это никакого смысла не имеет. Пришла идея:
— Показывай, что у тебя есть, — остановил я ворчание Владеющего Словом.
Спрашивать о рунах и личных возможностях восходящего дурная манера, но он возражать не стал, а просто открыл свои руны. Всё было неплохо. Немножко разум, немножко дух, но больше в тело, развивая силу, ловкость и возможности регенерации. Обычное развитие универсала-дикаря, которому иногда приходится быть чуть умнее остальных, но гораздо лучше быть сильнее и быстрее. Ничего запредельного в развитии и по рунам ничего ультимативного не нашлось. Лёд, огонь, шипастые колючие растения, руна-существо в виде небольшой бабочки, которую можно вызвать раз в семь дней на несколько минут и глянуть её глазами, что твориться за соседним холмом или запустить в пещеру, определяя, есть ли там хищники. Руна-предмет нож и ещё одна руна-предмет с гордым названием «Укрывало замявшегося странника». На самом деле, нечто вроде накидки и палатки одновременно. Плащ с капюшоном треугольной формы, сделанный из войлока толщиной в пару сантиметров, и такой плотный, что мог сам стоять, не сминаясь, вроде шерстяного домика. Можно таскать на себе во время проливного дождя, а можно использовать в качестве спального мешка, чтобы переночевать в холодную погоду. Вещь удобная, но на фионтаре тоже не особо пригодится.
Для обычной дикарской жизни у Владеющего Словом всё оказалось в порядке, а вот для боя с ждущим мести, и наверняка подготовившимся противником явно недостаточно. Идея была, но прямо нужно прогуляться. Надо снарядить нашего товарища так, чтобы все бежали и мелко гадились. Отдавать руны, привязанные к душе нельзя. Даже в случае рун-предметов возникало уйма нюансов. Домкрат наёмницы мы лихо таскали по гробам, можно даже материализовать и отдать, чтобы бородач протащил на арену, но для него это будет всего лишь железяка. С таким же успехом можно простую дубину или копьё взять. У торговцев полно отличного оружия со звёздной кровью, но нужно было именно что-то серьёзное и рунное. Был бы плазмомёт ротной поддержки, купил бы для Владеющего Словом не задумываясь, и до тинга неплохо бы натаскал здоровяка им пользоваться, но ничего подобного не продавали.
Посмотрел вверх на величественное игг-дерево. Вот именно оно сейчас оно совсем не кстати. У меня в скрижали находились под два десятка рун со знаками вопроса, почти все серебряные, но помня, как неожиданно запустилась такая неопознанная руна под деревом, когда нас никси атаковали, эксперименты нужно проводить подальше от людей, и точно не под древом. Здесь даже костры можно жечь только в специально отведённых местах, для тех, что ест исключительно жаренное мясо, и не готов перейти на растительную пищу. Есть такие, и они не выделываются, а действительно едять только мясо, а от фруктов у них живот пучит. Даже обезьянки, хозяева золотого растения были вынуждены разрешить жечь костры, хотя это крайне не приветствовали.
А если выпущу что-то огненное, или наоборот километр зелени заморожу? Вполне может быть, что попадётся именно такая запчасть от хладонитового моста. До нашей очереди на арену фионтаров были уверенные два дня. Отец белобрысого будет неусыпно караулить своё право, а вот нам стоило сгонять обратно в домен и популять рунами со знаками вопроса. За ледяное море или огненную женщину нас там точно никто не накажет. Чтобы не сбивать ноги и не идти полдня, наняли ездовых кархов. Весь остров был километров сто, а до порталов идти около сорока, но часть пути была по горным тропкам и среди камней в гору, где и тратилась основная часть времени, а вот ездовые птицы позволяли сильно ускорить перемещение. Договорились о туда, нас будут ждать и отвезут обратно.
Добрались быстро, зашли в домен и потратили ещё пару часов чтобы отойти от главной дороги, по которой перемещались аборигены к центральному древу. Нужно было убедиться, что за нами не следят и не хотелось проводить эксперименты при посторонних. Вроде всё. Даже если что-то пойдёт не по плану, то никто не спуститься с великого древа и не даст по голове за нарушение порядков. Выдохнуть, сосредоточиться, напыжиться, достать скрижаль, выбрать руну со знаками вопроса и… И на меня напал баран.
Ко мне бросилась животина, странная, пушистая, я бы так и сказал, что именно баран. В Единстве было своё название, но сходство прямо запредельное. Обычное миролюбивое и травоядное, которое всегда убегает при виде двуногих хищников, но этот содержал звёздную кровь и пёр напролом. С какого перепуга он на меня набросился? Может это связанно с приготовлением к рунопусканию? Хорошо. Всё равно надо было что-то подыскать из еды и чем не охота? Мясо с обезьян уже подъели. Трое взрослых едоков, это немало, поэтому просто выхватил «Дефендер» и сделал выстрел, подождав пока до барана будет шагов восемь. Убил животину наповал. Появилась звездочка звездной крови и кручёные рунные глифы. Протянул руку. Руна-сага, ранг дерево, называлась она: «Отчет о хорошо проделанной работе».
Угу. Деревянный звёздный баран набросился на меня посреди пустого места и явно поджидал моего появления. Если знать ситуацию изнутри, то, наверное, могут возникнуть подозрения, а так передать руну через животное вполне удобно, и для этого наверняка нужно очень много возможностей. Оставалось только разделать тушу, с чем отлично справится Владеющий Словом, а мне требовалось немного времени, чтобы посмотреть сагу. От кого она была, я не сомневался.
Уселся на траву, попросив Длань поохранять, и активировал руну. Лиц я не видел, голос был другой, но это и не важно, отчет о хорошо проделанной работе мог быть только от него. Зазвучал голос:
— Да, действительно, это была ловушка и очень серьезная. Руна не случайно небесного уровня. Возможно, её создавал кто-то выше чем просто небо. Это место называется Центр управления. Моё средоточие скованно заданием, и я должен войти и коснуться творения, сохраняя сокровище. Если я не сделаю этого, то погибну. Мне нужно отдать этому творению десять капель безвозвратно, и тогда оно спокойно может пролежать ещё один оборот галактики. Я не знаю что это за творение, но есть одно неучтённое обстоятельство. Я не могу никому никогда рассказывать об этом месте, и должен сообщить только двум великим, и только с ними смогу войти туда. Я не знаю кто они и как с ними связаться. Я это понял уже позже, когда предупреждение сработало. Моё отражение в Единстве скованно, и как только я появлюсь, то буду убит, поэтому сижу в Вечности. Но я нашёл одну особенность. Туда может зайти рикс младшего народа, поклоняющийся великим. Сходи в Центр управления и отдай эти десять капель звёздной крови безвозвратно. Я смогу удержать древнюю ловушку, но не долго. У нас есть тинг, два, может три, но силы того, что пролежало там с давних времён слабеют, и я погибну вместе с творением. Я не знаю, что это, но помочь тебе не смогу. Архераил, тебе придётся сделать это самому.
Зрительный ряд был крайне простой. Да, кто бы сомневался. Это располагалось именно в тех башнях, на которые я смотрел во сне, а потом видение немного сместилось, и, спустившись чуть под землю, я увидел огромные двери. Как и всё, что делали кел, с максимальным уровнем завитушек, перед воротами располагалось знакомое защитное свечение барьера, такого же, как прикрывал замок твари, ворующей детей, и комнаты, которые я с Гюрзой копал. Это и был управляющий Центр.
Это всё. Просто название на языке кел. Ворота из изменённого иллиума и рядом табличка. Сделаны из материала который практически невозможно проковырять и нейтрального к любым рунным воздействиям. Перепрыгнуть подобную входную группу переносом тоже не получится. Что за управляющий Центр, чем управлял и вообще центром чего являлся, тоже сказать невозможно, но туда могли войти избранные и прислуживающий им представитель младших народов, не менее главаря, например, рикса. Скорее всего обычная система доступа с уровнем определенного статуса. Делать тебе в системе управления нечего, если не заслужил. Чем занимался местный владетель из младших народов и зачем его туда пускали, сказать сложно. Наверное, просто бил поклоны, приносил дары и был счастлив, что ему позволили убраться в помещении. А может, возносил молитвы центральному блоку управления, но наверняка не имел ни малейшего представления, что это вообще такое, и ценности однозначно не понимал.
Сага закончилась. В моей скрижали появились тройка новых золотых рун. Все со знаками вопроса. Победоносный говорил, что знаки вопроса могут быть побочным действием паразита, как он называл симбионт, и если что-то приходит изнутри импланта, то интерфейс восхождения просто не может дать определение, пока не увидит данные. Так и есть. Мой симбионт скорее огромный плод пьяного тыквенника всем наблюдателям разом покажет, чем даст посторонней информационной системе у меня в голове копаться, и как следствие — знаки вопроса. Кстати, да, когда загружал звёзды развития руками, что шеф отдал, всё отлично читалось.
Откуда золотишко тоже было понятно. Небесный говорил, что руны саги переносят параметры, руны, могут изменить восходящего, убить или усилить. Хотя большой руководитель жаловался, что помочь не может, но по возможности подкинул.
Была ещё одна информация, раз мы так завязли в этом домене. Небесный восходящий пытался ещё раз выяснить хоть что-то о Хозяине и подобных существах из остальных доменов, но у него ничего не получилось. Даже в сказках и приданиях аборигенов, кроме того, что надо падать на колени, не зафиксировано ни одного описания спуска подобной сущности с неба. Теперь этот вопрос стоял остро, но даже углублённое изучение проблемы результатов не дало, и единственный случай, о котором я старался держать язык за зубами, как раз произошёл со мной. Появились и забавные подробности, из проверенных и свежих. Я не знаю кто и как это выяснял, но рассказ в виде шутки, произнесённый Владеющим Словом, подтвердился и обрёл интересные подробности.
Хозяин нередко наказывал за непочтительное отношение. Существо придумывало самые хитроумные наказания и осуществляло их, пробивая все возможные и невозможные защиты даже очень сильных восходящих, при этом оставаясь эфемерной, необнаруживаемой сущностью, на которую невозможно воздействовать. Когда бородач рассказывал о наказании восходящего, который отругал тень, а потом гадился, когда собирался заняться любовью, окрасился не только коричневыми красками. Мужик был никем иным, как целым фламином крупного племени, имел достойное серебряное развитие, из которого ментальные навыки были не последними, обвешан грудой амулетов, а когда ругал Хозяина, был в поклоне, ничего не произносил вслух, а просто ругал мысленно. Летящая по небу тень почувствовала его мысли, выделив среди огромного числа людей, пробила все защиты, поняв, что о ней думают, и вернула подарочек оказавшему неуважение в виде вот такой особенности.
Как небесный восходящий это выяснил, не знаю, но то, что сведения достоверны, сомнений не было. При этом есть много случаев, когда затмевающее небо существо регулярно игнорировало открытую агрессию в свою сторону от некоторых местных, совершенно не обращая внимания даже на стрельбу из лука или запуск рун.
Возвращаясь к фламину, то он исправился. Вначале пытался решить вопрос сам, через руны и целебные настойки, развивая атрибуты тела, но не преуспел. Осознал, и каждый день при пролёте Хозяина находился на отдалённом холме, где добросовестно долбил лбом землю в поклонах. Что он там говорил, история умалчивает, но был прощён и нарожал кучу наследников, при этом о коричневых экстазах никто больше не рассказывал. Что бы по небу ни летало, но категория существа, изображавшего небесную тень, была запредельна, а потом я его на теневое дерево выманил, где оно кота изображало, который залез на куст в оранжерее.
Если даже возможности моего покровителя не могли дать никакой информации, то оставался вопрос, как это мне удалось и куда я в очередной раз влез? Этим вопросом начальник задавался, но как риторическим, не подразумевающим ответа.
Рядом стояла Длань и с опаской смотрела на меня.
— Что-то случилось? — спросила она, а я просто сбросил ей мыслеобраз со всем вот этим.
Подруга морщила лоб, обдумывая, куда в очередной раз мы влезли, как небесному восходящему нельзя спускаться в Единство, и что мы раскопали, что даже он пропустил ловушку.
— Знаешь Архераил, знаю я одного интересного человека. Он с нижних ярусов и начинал с того, что с бандой малолеток мелким разбоем промышлял, потом почти до беспредельщиков докатился, волчара волчарой, вообще никаких авторитетов не признал. С пера жил, и если хоть как-то авторитетов слушал, то только потому, что мама, которая в тюрьме умерла, перед смертью просила воровские законы соблюдать. Его поймали и отправили на остров. Это такое место посреди океана, куда всех отморозков свозили. Больше половины на пожизненное. Не знаю, что там случилось, и какая нужда его заставила это сделать, но этого волчару назначили главным паханом. Но не всё так просто. Ему надо было своё слово и авторитет поставить, а там почти пятьдесят тысяч самых безбашенных, половина на пожизненном и которым терять нечего. Братство тогда просили помочь, и я участвовала в подавлении бунта. Лично этого парня конвоировала на большую землю. Пока летели, мило общались. Он это сделал.
— Смог?
— Да. По каким личным причинам ему порядок со всей этой братвой надо было навести, никто так и не узнал, но отморозк, который всех авторитетов в плоды пьяного тыквенника не ставил, стал главным по зоне.
Осталось только кивнуть. Я не всё понял из того, что рассказывала моя любимая жена, используя слова из своей прошлой жизни. Служа в братстве, Длани приходилось много общаться с теми самыми представителями зон, как работать под прикрытием, так и усмирять бунты, нередко вспыхивающие в местах массового скопления отморозков, но главный смысл уяснил. Тому парню тоже пришлось стать риксом.

----------

Глава 10 Подарочки

Теперь дело номер один — это выйти в поле и посмотреть, что у меня за руны со знаками вопроса остались. Единственный способ узнать — это пустить. Под центральным древом были торговцы, которые могут на платной основе практически гарантированно опознать руну, предмет или другие непонятности со звёздной кровью, но имелась моя традиционная ненормальность. С обломков моего золотого хладонитового моста могли выпасть такие запчасти, что лучше бы никто об этом не знал. На опознание золота пока решил силы не переводить, да и светить не хотел, а то как запущу всепоглощающий огненный океан. Думаю, слабого золота обладатель небесного фрейма не положил, но наверняка не учёл мою особенность всё видеть вопросам, а то бы обязательно добавил пояснительную записку. Передача тройки рун подруге тоже результата не дала, кроме восхищённого присвиста и комментария, что нескромненько расчехлились. И если это называется ничем помочь не могу, то при встрече надо будет не забыть спросить, что имелось ввиду под оказанием полноценной поддержки?
Золото пока в сторону, а вот серебро проверить и опознать стоило. В домене, где нет наблюдателя, можно было делать что угодно, но притащить неоднозначные возможности под главное игг-древо под ясны очи главного управляющего искина точно не стоило.
Теперь всё выглядело совсем по-другому. Стартовые условия были, конечно, лучше, чем у многих восходящих, мечтающих пройти по лестнице восхождения и подняться до самого неба, но вырисовывались и явные проблемы. На фионтар нашего бородача я теперь смотрел несколько иначе. Мне нужно было прийти к древнему нечто под башнями в статусе не менее рикса, с другой стороны домен был ограничен по территории. Я вспомнил, с каким размахом Победоносный таскал свои армии туда-сюда по пять-семь дней только в одну сторону, чтобы присоединиться к нужному отряду из сотен, идущих давить степняков. А бежавшие тысячами и десятками тысяч беженцы? Целые народы снимались с мест и перемещались по движению руки Древнего. Вот с кого надо брать пример. Наверняка я должен стать риксом не племени в два десятка рыл.
Вот такая развилка. Мне, может быть, ничего и не надо, там давным-давно нет дверей, старинная штука просто валяется посреди заброшенного подвала, а металл со входной группы растащили на поделки. Либо другая крайность. Мне действительно надо будет подаваться, как говорила Длань, в эффективные менеджеры, становиться риксом, и через макание в говно всех, кто будет на пути, возвыситься на лестнице восхождения. Не думаю, что тройка великих, которые имели доступ к некому Центру управления, вообще заметила бы мелкого риксёныша с народцев в сотню аборигенов, а не считала бы его грязью под ногами. И тем более пустила бы полы мыть и восхвалять могущество внутри спецобъекта, о котором саги-ловушки небесного уровня слагают.
Вырисовывался план на сейчас. Запускаем серебряные руны с вопросами, пытаясь понять, что у нас есть. Идём к главному древу на фионтар, прибиваем папашку белобрысого, чтобы под ногами не путался и подло в спину из засады ничего тяжёлого и корявого не кинул. И ещё, я военный, и я за людей, против тварей Грани. Делаю это не задумываясь, но, когда стоит вопрос о том, чтобы уйти и бросить на растерзание азурическим чудовищам облёванный орбитал, зато сохранить флот и защитить развитую систему, то есть понятие целесообразности и понятие «надо». Нельзя жертвовать всем ради одной станции, которая и так окажется внутри кольца тварей Грани, и мы его всё равно не спасем, и даже если там, помимо замусоренных коридоров, не просыхающих работяг и пьяных вусмерть диспетчеров, паркующих потёртые рудовозы на глаз, будут женщины и дети. Всё равно я дам приказ бросить орбитал здесь, чтобы защитить развитую систему в другом месте. Здесь тысячи людей и простая ресурсная система, а там миллиарды, наука, университеты и верфи, которые строят космические корабли для боевого флота. Обязательно найдется другой орбитал и другие безнадеги, которые заменят их. Некрасиво, жестоко, но я зачищаю человечество, а не конкретного человечка.
Моральных угрызений никаких не испытывал. С этой стороны Говорящая Голова и его прикованные наблюдателем отступники, небесный восходящий, наверняка имеющий отношение к ним, просто попробовавший это сделать с другой стороны восхождения и добившийся высоких ступеней в карьерной лестнице, дослужившись аж до неба, но все они из моей банды, обзывающих наблюдателя поганым светочем. А ещё Победоносный, который купил все наши клятвы, но я знал и чувствовал нечто большее, чем просто деловые отношения. Древнее, мудрое и невероятно циничное существо ощущало в нас свою семью. Никаких оснований для подобных мыслей у меня не имелось, просто мне так казалось и я так думаю.
Сейчас надо выбирать. С одной стороны все мои, а с другой стороны аборигены, которых в Единстве миллиарды и миллиарды, разбросанные по внутреннему пространству астроинженерного объекта размером со звёздную систему. Тут одних звездочек на небе, каждая из которых является центральным древом круга столько, что от старости умрешь, пока все сосчитаешь. Для меня выбор очевиден.
Пока думал над всем этим и обсуждал тайное задание с Дланью, бородач уже раздел тушу агрессивного звёздного зверя, содрал шкуру, нарезал лучшие кусочки. Светящийся столб, около которого мы собирались ночевать, был за спиной, в нескольких шагах горел костерок, разведённый в очаге, кем-то сложенным из крупных аккуратно подобранных камней, а кусочки мяса нанизаны на палочки и скоро будут готовы. Здесь было нормой обустраивать места ночёвок. Если ты можешь собрать хвороста больше нужного, то нормально оставить для тех, кто будет ночевать после тебя, собрать навес, не на сейчас, а которым путники смогут пользоваться ещё долгое время, и даже оставить простенький костяной нож или горшок, в котором можно приготовить похлёбку.
С бытом решено, и пока не наступила темнота, на всякий случай я с подругой отошёл на километр от уникального артефакта. Каким-либо образом повредить светящееся игг-светом бревно не хотелось. Даже с учётом, что мы, как никто другой, с Хозяином на короткой ноге, вернее лапе, но за порчу ценного светового имущества нас точно не похвалят, даже если мы сделаем это случайно.
Что сказать? Было здорово. Практически безграничный запас звездной крови по сравнению с тем, что я имел раньше. Две с хвостом тысячи капель позволяли запускать руны не задумываясь о расходе звёздной крови. Десяток — это обычные запчасти в виде уменьшений, усилений и нескольких повышений. При этом запуск руны приводил к вопросу про выбор, к чему её применить, и если не применить ни к чему, то она просто возвращалась в скрижаль и спокойно там сидела, но уже было понятно что это. Всего одна руна опять сработала, запустив таймер активации. Это была ещё одна серебряная руна изменения, которую я опять применил на свою змее-женщину. Но эффект был не такой как раньше. Азалана как и раньше призывалась два раза раз в пятнадцать дней, но теперь не на шесть часов, а на целых двенадцать. Два призыва по двенадцать часов. Раз в полмесяца у меня на сутки появится если и не самый верный, зато самый хитрожопый охранник.
Обратил внимание, что все мои серебряные и бронзовые руны, полученные как запчасти с хладонитового моста, оказались с пометкой, привязаны к душе. А как же я тогда прилепил к змее, когда активировал? Получил пояснение от симбионта, что всё правильно. Привязанная к моей душе руна-существо Азалана получила привязанную к душе руну-изменения, увеличивающую её возможности, уменьшив время между призывами с тридцати до пятнадцати дней и ещё одну увеличив время призыва. Если я здесь найду дефекты в логических рассуждениях, то обязательно должен сообщить своему жителю головы, чтобы он поправил и свои рассуждения. Даже не собирался, а поблагодарил за пояснения.
Был ещё важный момент. Руну привязанную к душе можно передать, но не отдать. Я передавал «Тарантула» Семёну, и он запускал металлического паука перед тем, как его убили. Теперь внимание и нужно было подумать. Руна металлического паука вернулась ко мне в скрижаль, не к нему, и тогда, когда я её отозвал. «Тарантул» остался в материальном виде, хотя здоровяка убили почти сразу после того, как он активировал боевую машину. Семён обладал возможностью переноситься в чужие тела и не имел гвоздя. Система была другая, без симбионта, но и без гвоздя. А если передать руны, привязанные к моей душе другому и его убьют? Куда они денутся в случае смерти обычного восходящего? Что делать, если уйдут в гвоздь? Риск потери рун из моей душевной коллекции при передаче простому восходящему был очень высок. Если можно, то хотелось обойтись без крайних условий.
Всё остальное было что ни есть запчастями, именно в прямом понимании этого слова. Просто разные куски. Если нужно обеспечить себя прохладой и коктейлями со льдом на берегу жаркого океана, то достаточно зашвырнуть такой кусок за бунгало и наслаждаться прохладой и льдом в бокалах. Самым большим оказался здоровенный кусок хладонита, собранный из массивных ажурных балок в узорах, длиной метров тридцать и шириной в десять. Кусочек весил тонн пятьдесят. Просто кусок пролёта моста, который упал от меня метрах в пятидесяти. Решили пока оставить на ночь, посмотреть, растает или нет. Опозналась как руна-предмет пролёт моста. Попробовал подойти, трогать и даже залез на него, но никаких песен и ментальных воздействий не было. Самый обычный кусок льда.
Кроме странного символа золотого ранга, всё остальное после уничтожения руны было серебром. Ни у меня, ни у подруги знаний, почему это так, не имелось, но предположили, что запчасть золотого предмета наверняка может быть серебром, оторвавшись от основного изделия.
Самым лучшим и неожиданным оказалась последняя серебряная руна. Правда, не рассчитывал и ожидал увидеть или кусок льда, или очередное усиление-повышение. Как же я был рад! Нет, правда. Искренне. Этот парень мне нравился больше других, среди всех, кто был на мосту. Окажись здесь близняшки и пьяная голая лучница, я бы так не радовался. Это был тот самый, под два десять ростом шестирукий воин, который бережно охранял вход на ледяной мост. Огромный крепыш держал в нижней паре рук свой топор на длинной рукояти, а в остальных четыре узких изогнутых клинка. Он был разумен и, узнав меня с Дланью, заулыбался. Хладонитовый воин предстал в виде живой ледяной статуи, по-дружески принял обнимашки от подруги и дружеское сжатие плеча от меня, как тут приветствовали по местным традициям. Хорошо, но мало. Через минуту он снова был в моей скрижали.
Это ещё одна особенность. Все руны имели просто гигантский уровень трат на запуск. С моими двумя тысячами капель сейчас было плевать, а если я сменю тело? Руна-существо Верный страж с холодным сердцем, ранг серебро, я мог вызывать раз в десять древодней на одну минуту за скромные сто восемьдесят капель. Не безвозвратно, а за ту звездную кровь, которая понемногу восстанавливалась, но цена была сравнима с запуском всего золотого моста. Самый здоровый кусок моста, который просто упал на землю и валялся, ничего не делая кроме прохлады, при вызове стоил сто двадцать капель. Супруга предположила, что это отголосок, что детали от золотой руны, но ответа всё равно небыло.
Владеющий Словом, пока хлопотал у костра, смотрел на наши запуски, но ничего не спрашивал. Всё, что оказалось со знаками вопроса, было очень хорошим, ценным и даже в моём разгильдяйском хозяйстве найдётся применение, если собирался стать великим риксом. Но было и огромадное но. Почти полтора десятка серебра и несколько бронз были хороши, а вот как это поможет конкретно нашему бородачу на фионтаре, который должен состояться через полтора дня, оставалось вопросом.
С рунами мы выяснили, и всё было хорошо, но проблем не решало. Сильно помочь Владеющему Словом было нечем. Обломок хладонитового моста весом в сорок тонн и с вызовом за сто двадцать капель для размеров арены был великоват и для бородача дороговат. Жаль, что Победоносный не научил, как передавать звёздную кровь. Он собирался это сделать, но события развернулись столь быстро, что не успел, поэтому нужно было приспосабливаться к обстоятельствам. У нашего здоровяка было порядка двухсот семидесяти капель звёздной крови. Это неплохо по местным меркам, но и не прямо гигантская цифра. Все свои руны вроде камней, стрел и ледяных шипов перед боем отдам, тоже собиралась сделать и Длань, но это просто больше рун в штуках, а не качественный скачок. Он тоже обладал похожими рунами, и это больше разнообразие, чем качество. Будь фионтар чуть попозже, я бы отдал свою змеюку, но она ещё долго будет на откате. Серебряная воительница наверняка взбодрит папашку белобрысого, но пока она была в руне, и фионтар пройдёт без неё, как, впрочем, и без моего шестирукого крепыша. Хоть он и вызывался всего на одну минуту, но мог стать аргументом, но тоже нет, и ещё десять дней будет недоступен.
Больше отдавать было просто нечего. Червивые руны, как мою чёрную, так и мерзость из арсенала супруги никому показывать не стоило, а всё наше развитие было уникальным, и мы выполняли совершенно другие задачи, не требующие состязательного элемента на арене. Даже если я и выбирался на поединки, то они сильно отличались от того, что обычно происходит на арене. Напрашивался логичный вариант, перейти к делу номер два. Его отложили на попозже, потому что непонятно, сколько времени займет проверка рун, и если останется время до фиантара, то нужно было сходить к торговцу, отдать стигмат, принадлежащие ему руны и извиниться более обстоятельно.
Как только рассвело, то отправились к выходу из домена через портал, ведущий на остров центрального игг-древа. Перевозчики ждали нас с кархами, и прошло совсем немного времени, когда мы были снова около торговой части. Дальше начиналась толкотня торговых рядов, и нам надо было немного пройти пешком. Ездовые птицы быстры, особенно на горных тропах, но постоянно пытаются немного откусить от зазевавшихся окружающих прохожих, и в толкотне представляли опасность для окружающих. Идти было совсем ничего, и наша небольшая команда прошла в торгующую толпу.
Это был целый квартал лавок, где торговали те, кто приходил из других кругов. На летающих островах и внутри доменов было много ценных и крайне редких ресурсов, из которых мастера в соседних кругах создавали руны и артефакты. А ещё немало ценного откапывали в руинах, которыми были набиты все домены. Многие развалины находились в отличной сохранности. Места всегда опасные, насыщенные хищниками, ловушками и просто древними секретами, которые, может, и были, когда-то обычными бытовыми предметами, но сейчас представляли смертельную опасность. Но те, кто готов рискнуть и поковыряться в древних камнях, почти всегда имели возможность отколупнуть ценные предметы, которые представляли большой интерес для тех, кто умел обращаться с материалами из звездной крови. Торговцы с удовольствием скупали всё это, обменивая на руны и отличные изделия, созданные мастерами из других кругов.
Я об этом знал от моего однорукого товарища и рассчитывал, помимо принятия извинений, поковыряться в товаре. На плазмомёт ротной поддержки не рассчитывал, но всегда знал, что для своих у настоящего торгаша всегда есть что-нибудь такое, чего нет в общем доступе. Годилось любое, что повысит шансы удачно провести фионтар Владеющему Словом.
Торговца звали Честный Глаз. Шутить по поводу того, что можно все честно увидеть, но не сказать, я не стал, хотя по поводу торгашей на Претории ходило много разных поговорок, что всплывали в памяти. Приняли нас по-дружески. Обрезанная рука по моей рекомендации была замотана довольно свободно, чтобы не мешать развиваться новой, в которую через некоторое время может быть вставлен новый гвоздь. К предупреждению не злоупотреблять со звездной кровью тоже отнеслись серьёзно, хотя и похвастались, что все навыки на месте и он ими отлично научился пользоваться.
Правило не брать лишних рун Честный Глаз соблюдал, но попробовать себя в роли дикого восходящего возможности не упустил. Пока на острове после побоища отмывали кровь у ручья и ждали корабль, немного поболтали. Я рассказал, конечно, без подробностей, что имел дело с дикими восходящими, но честно предупредил, что нужно быть крайне осторожным, чтобы не перебрать с развитием и не превратиться в неуправляемое чудовище, на которое наблюдатель выдаст задание на уничтожение. А когда период дикого восхождения будет закончен, то в любом храме Вечности можно поставить гвоздь, и что с подобным я тоже сталкивался. Торговец внимательно меня слушал и принимал информацию к сведению.
Когда мы зашли, встречал нас как лучших друзей. Сказал, что у него были свои навыки, и они все остались, больше того, ухитрился кое-что развить новое, но что это его секрет. Принял в подарок два стигмата. Один взамен того, который потерял с конечностью, а второй добавочный, как я и обещал в качестве компенсации, но теперь они оба чистые и готовы к установке. Половину рун, что отдал мне из живого гвоздя небесный восходящий, я переместил в скрижаль подошедшему помощнику Честного Глаза. Мой знакомый был неслабым руководителем среди торговцев и пригласил нас к себе в дом, приказав собрать чего-нибудь для дорогих гостей.
Низкий столик и подушки вокруг. В традициях торговцев, как и у многих народов Единства, что вели кочевой образ жизни, не было привычки иметь массивную мебель, которую неудобно таскать с собой. Часто использовали подобные низкие столики или вовсе ковры или циновки.
Дальше мы пили и ели. Торговец был очень непрост и с интересом выслушивал истории о наших похождениях, разумеется, в той части, которую мы рассказывали. Не имело смысла утаивать, что мы с далекого круга, но объяснили несколько проще. Да, мы наёмники и выглядим несколько проще, чем имеем возможности. Это пока наша тайна, и все клятвы проданы. В такт моему рассказу, торговец кивал, наверняка припоминая «Тарантула», который ходил среди трупов выпотрошенных бандитов, а учитывая мою возможность разорвать в клочки главаря так, что даже летающие аэри при подлёте к месту боя в воздухе от вони морщились, наверняка делал для себя пометки в памяти.
На нас напали бандиты, просто много, а у меня была руна-ключ от деревянного домена. Она была без пояснений, ранг дерево и всё. Без нужды подобными вещами я бы никогда не воспользовался, но когда припекло и пришла смертельная опасность, то мы сбежали. Наша пара из деревянного восходящего и бронзовой подруги, ещё и имеющая свои секретики, имела немалый шанс выжить в куске пространства низшего ранга, а вот победить нападавшую толпу — точно нет. Но нас неожиданно закинуло в домен этого круга.
— Да, да, у наблюдателя огромное количество ключей. Они никогда не имеют пояснений и, как правило, дерево, очень редко бронза, и все они ведут в один из доменов этого круга. Сюда многие попадают из самых разных мест Единства, — кивнул торговец.
Оставалось только поразиться, как иногда интуитивное враньё совпадает с реальностью. В том, что Честный Глаз не хитрил, я просто чувствовал, а мои мысли и чувства, которые я хотел сохранить, защищал симбионт. Так что это я просто попал. Радушный хозяин разлил ещё раз душистый травяной напиток по пиалам и продолжил:
— Ключей очень и очень много. Кто-то ищет испытаний, кто-то сокровищ. Деревянный домен не так страшен как бронза или серебро, но кто же знает, что это творение такого масштаба? Тот, кто смог создать все эти миры и собрать в круг жизни, должен обладать поистине не поддающимся уровнем силы и быть выше нашего понимания. Но я вижу, что у вас остались вопросы ко мне, кроме того, сколько рун вы мне должны отдать, чтобы полностью закрыть долг за отрезанную руку?
— Да, уважаемый Честный Глаз. У нас тут фионтар намечается. Один сумасшедший собирается убить нашего товарища и наверняка приготовился к этому. Он долго занимался плохими делами, и у него есть наверняка много смертельных сюрпризов. К сожалению, у нас нечего отдать нашему товарищу. У нас такие руны, что он ими воспользоваться не сможет. Хотелось бы купить что-то стоящее для фионтара.
В ответ кивнули и, дождавшись, пока мы допьём пиалы, показали, что мы идём за покупками. Все подробности рассказывали на ходу. Чтобы торговец понимал от чего отталкиваться, наш бородач рассказал в общих чертах о своём развитии и о рунах, что у него были. Я рассказал о своём опыте посещения торгового квартала, где занимались рунами и о том, что если честно, то из всего, что мне там показали, единственной ценностью был ключ на внеплановое посещение храма Подарков. Про камни я не сказал, но и на рассказ о ключе получил согласный кивок и пояснение, что хорошего в свободной продаже не будет.
Живущий всю жизнь на базаре Честный Глаз знал каждый уголок и каждую рожу, где не следует покупать и где товар качественный и даже лучший, но обязательно обманут и на сколько, а где всё будет честно, зато нагрубят пренепременно. Никому нас не доверил, а сам повёл по рядам, при этом не пытался таскать по своим, а мы посещали действительно интересные места, и нам показывали очень достойное оружие, но перед каждым заходом в торговую точку получали инструкции, чего ожидать от посещения данной лавки. С первого же захода было понятно, что лучшего провожатого не найти.
Было интересно, и глаза разбегались. Предлагалась броня, оружие и просто хорошие боевые руны. Владеющему Словом приглянулся топор на длинной рукояти с широким лезвием и рунными усилениями. Нам показывали, доставая из особых запасов, оружие сделанное из когтей воинов наблюдателя, которое осталось после древних битв. Копья и клинки почти мономолекулярной заточки, практически неразрушимые, и даже игнорирующие большинство рунных защит. Как и предполагали, не будь с нами такого важного сопровождающего, то, возможно, мы бы даже не догадались, что всё это можно приобрести в этой скромной лавке в виде нехитрого навеса и со скучающим продавцом, перед которым лежат груды ненужного хлама.
И таких мест мы посетили несколько. Попросили отложить несколько интересных предметов. Каждое оружие требовало пары. Для копья нужен доспех, в котором легко двигаться, а к топору подойдёт крепкий и неважно, что тяжёлый. Нужно было понять, что действительно нужно. Все вещи были штучные и очень недёшевы. Владеющий Словом постоянно бурчал, что он и так должен, а так и вовсе никогда не рассчитается, и проще прибить чем одевать.
Проходя мимо одной из лавок, которая тоже торговала в том числе и оружием, заглянули внутрь. К нам подбежала мелкая девчушка. Она тоже была из торговцев, судя по одежде, и, наверное, дочка местного лавочника. Мелкая наверняка постоянно крутилась здесь была готова помогать во всех родительских делах. Видя, что мы копались среди воинственных железяк, она прибежала к нам, держа в руках небольшую металлическую коробку в которой находился кусок смотанных в шар проволок, шипов и ниток. Мелкая девчушка завопила:
— Купите броню! Дядечке надо драться на фионтаре? Делает кости воина из чёрного камня, у него будет два сердечка, а в животе цветочки, — и сразу озвучила, что все это счастье стоит сто пятьдесят звёздных монет.
По улыбке Честного Глаза я понял, что девчонка сделала отличную попытку и заслужила похвалу большого начальника, и наверняка далеко пойдет в торговом деле. Он потрепал её по голове, взял коробочку и произнес.
— Ты сделала хороший выбор. Умничка. Всегда надо показать весь товар с лучшей стороны и предлагать его вовремя, но есть те, кто будет с нами очень долго, и ты должна помнить, что нужно не только хвалить, но и обязательно предупредить, — и сделав небольшую паузу добавил. — Не всех. Я скоро приду к твоему отцу в гости, обсудить важные дела, и научу тебя кому и что надо говорить. А пока иди, я сам продам твой товар.
Довольная похвалой девчонка не особо хотела уходить, желая посмотреть, как это делают настоящие профессионалы, но видя, что ждут её ухода, она, состроила насупленное лицо, тем не менее отошла в сторону, даже вышла из торгового зала, но продолжала крутиться где-то рядом, наверняка грея уши.
— Действительно броня, а на животе цветочки? — спросила Длань.
— Да, — кивнул Честный Глаз.
— Сто пятьдесят монет — это цена золота.
— Не будем так строго подходить к предложению ребёнка. Без торговли не бывает успешной сделки и искусство торговаться приходит с годами. Молодая помощница всему научится. Цена продажи для вас семьдесят пять звёздных монет. Но это броня не для всех, и не вся цена. Взгляните сами. Один из древних артефактов, которые иногда приносят из руин, — и отдал мне в руки коробочку.
Руна-предмет, ранг серебро, активатор чёрных костей героя. Внутренняя структура кости навсегда сливается с каркасом из морлиума,???, навсегда??? Образует лепестки над брюшной полостью,??? второе сердце,???, инертным к большинству рунных атак, активация тысяча двадцать четыре капли звёздной крови безвозвратно. Установка — семьсот ударов сердца. Готовьтесь к боли, чтобы стать сильнее.
Теперь я понял, о чем говорил Честный Глаз. У кого есть тысяча капель, чтобы потратить, тем более безвозвратно, скорее всего, не нуждается в этом усилении, а тот, для кого это может быть важно, просто не имеет такого запаса. А ещё я точно знал, что это такое. Эта руна являлась практически полным аналогом комплекта имплантов штурмов первой линии или бойцов абордажников, только на звёздной крови, а не на основе пластика и сплавов тантала. Армированные кости, дубль кровеносной системы, два сердца, а лепесточки на животе, которые девчушка считала цветами, это лепестковое плетение, которое в случае резкого удара выступало в качестве монолитной плиты и при этом не сковывало движения, защищая как от режущих, так и кинетических ударов внутренние органы бойца.
Скинул мыслеобраз Длани и передал коробочку. Подруга немного поухмылялась, и передала предмет Владеющему Слову.
Победоносный говорил, что морлиум один из лучших металлов после иллиума. Он крепок, нейтрален к большинству рунных атак, и из него делали много разных прочных предметов, но подобные вещи всегда были невероятно дороги, и даже во времена расцвета кел, доспех из чёрного металла был явлением нечастым.
Бородач некоторое время изучал коробочку, а потом поняв шутку, расхохотался.
Я спросил Честного Глаза.
— Восходящий сам должен активировать?
— Нет. Любой, кто готов подарить тысячу капель звездной крови безвозвратно.
Подруга, получив коробочку из рук расхохотавшегося чернобородого сказала:
— Берём.
Хохот прервался. Владеющему Словом стало не до хиханек, и здоровяк заорал от резкой боли и упал, корчась в судорогах, до хруста сжимая зубы и напрягая все мышцы. Модификатор тела начал свою работу. Торговец был очень культурный и не стал комментировать, а только приподнял удивлённо бровь. Мы открыли скрижали. Девять монет, полученные за возврат сигматов отдал я, а остальные торговец получил от супруги. Чернобородый валялся у нас под ногами и орал. Прожилки тёмной проволоки, словно черви, двигались под кожей, мышцы выворачивались, а конечности тряслись в судорогах.
Наемница сделала всё правильно. Нечего было уговаривать и предлагать. Может быть, это то единственное, что нам было здесь полезным на всём базаре, после камней связи, конечно. Да, запас наших звездных монет закончился, но это всего лишь козявки в скрижали, и не превращённые в нужные вещи, они бесполезны. Единственными, кто мог заинтересоваться подобным приобретением и были мы, а мелкая, которая, судя по всему, активно впихивала всем подряд залежавшийся товар за безумную цену, словно знала, что притащить. Девчушка, торговка очень не зря предложила именно это двум отмороженным восходящим деревянного и бронзового развития, у которых нашлись тысяча двадцать четыре капли звёздной крови и желание потратить их безвозвратно.
Честный Глаз не стал спрашивать, но наверняка принял к сведению. У подруги сейчас оставалось три с половиной тысячи капель, и семнадцать тысячь в специальных накопителях, хранившихся во снах, ещё и немало рун. Достать их было весьма непросто, там целая тема, но вполне возможно. Нам наверняка придётся действовать в Вечности, а там запасами в тысячи капель мало кого удивишь. Это резерв на иные обстоятельства.
— Ждать пока он кричит нет никакого смысла. Предлагаю испить со мной пиалу травяного настоя по старинному рецепту моего народа и отметить удачную сделку. Нечасто удаётся сбыть столь специфичный и столь дорогой товар, — и улыбнувшись, добавил: — А если вы добавите ещё два стигмата, то это достаточно, чтобы компенсировать все остальные руны.
Рун у торговца и вправду было немало, и это была отличная сделка. А потом мы перебрались в дом торговца, оставив бородача кричать, и опять разместились за знакомым столиком, рассевшись вокруг на подушках. Пили отвар, в который Честный Глаз добавлял по несколько капель вина для запаха, и ели крошечные пирожки с мясом. Словно в издевательство, у нас на столе стояло огромное корыто с разваренными с кусками мяса, перемежаемое крупными кусками овощей. Посреди крошечных пирожков и маленьких пиалочек смотрелось весьма странно. Через некоторое время крики стихли. Лавка с мелкой торговкой располагалась буквально в двадцати шагах, через одну торговую точку, и мы прекрасно слышали, как орал наш неожиданно щедро одаренный товарищ.
Через некоторое время крики стихли, а ещё минут через тридцать, шатающегося и поддерживаемого двумя мужчинами, к нам завели Владеющего Словом. С безумными глазами он ввалился в комнату. Может быть он и хотел нас поблагодарить за столь щедрый дар, но ничего не сказал, а плюхнулся на колени около нашего столика и, хватая мясо обеими руками, начал жрать. Обвисшая кожа, кровоподтёки по всему телу образовывали сплошную гематому, а руки тряслись.
— Мы уже продавали эту броню. Это было очень много тингов назад. Её купил богатый золотой восходящий для своей наложницы треля, и теперь она может не только согреть постель, но и побеждать там, где другие погибнут. Не думал, что увижу как продаётся второй комплект.
— Теперь было понятно, для чего нужна была миска с едой, — согласился я.
Торговец ответил:
— Я уже дал поручение, и к арене сходил мой помощник. Сегодня своей очереди на фиантар вы не дождетесь, он будет завтра к вечеру. У вашего друга достаточно времени ещё несколько раз поесть и отдохнуть перед поединком.

----------

Глава 11 Кусь

Вечер фионтара был близок. Здоровье у Владеющего Словом было великолепно, а вот рожа не очень. Нужно было срочно найти что-то подходящее, чтобы прикрыть всю эту красоту. Ещё раз прошлись по лавкам, которые нам показал торговец. Несмотря на отсутствие провожатого, цены остались без изменений. Нашлась удобная и прочная броня в комплекте со шлемом. Основная защита, конечно, была именно в модификации тела, но это нужно было хранить в секрете, а вот резкое изменение пропорций тела и следы от явного вмешательства не могли не насторожить светлого мстителя. Наш бородач сейчас выглядел как слегка отъевшийся труп, накачанный боевыми стероидами для роста мышечной массы, который потом долго пинали по всем местам, стараясь оставить синяки как можно сильнее. Броня была прочна, сделана из кожи с металлическими накладками, усиленными эффектом звёздной крови, а шлем — из черепа хищника, с клыками и полусферой из металла толщиной в пару миллиметров. Штука тяжеленная, зато почти полностью прикрывала рожу, при этом было видно часть лица, и для опознания личности с головы защиту снимать не требовалось, а в полутени нащёчников синяки были не так заметны.
Руна модификации прикрывала сеткой из морлиума всё тело, даже кожу лица, поэтому рожа была такой же синюшной, как и остальное тело. Может этим и объясняется запредельная цена активации? У штурмовиков прикрывали брюшину и усиливали кости, а в руне чёрных костей героя ещё и предусматривали защиту кожи. От сильного удара копья или тычка узкого кинжала, скорее всего, такое не спасёт, но рез ножа или даже рубящий удар меча может остановить. Скорее всего, удержит стрелу и очень много разных видов всего, имеющего костяные или деревянные наконечники, если, конечно, за пробитие не будет отвечать добавка на звёздной крови. А ещё мне даже пришлось прикрикнуть на здоровяка, он не хотел надевать комплект, в котором был похож на кота в брачный сезон. Вокруг шлема была пушистая меховая грива. Да, так и выглядело. Череп с клыками, сверху лишённая волос полусфера отполированного металла, а вокруг гордая пышная грива. Видок аховый. Противник со смеха помрёт, но я отлично помнил, когда был котом, сколько раз мне не удавалось убить противника ударом копыта в голову, из-за того, что у копытных львов была пышная и плотная грива.
Купили топор, копьё и пару отличных ножей. В потугах сделать комплект не таким смешным, нанесли боевую раскраску. В руне-хранилище подруги был комплект флюоресцентных красок для волос. Вначале Владеющий Словом упёрся, что лучше голым на арену пойдёт, но когда подруга закончила работу, хмыкнул и без раздумий надел шлем с пышной гривой, спадающей на плечи. Мы были готовы к бою.
Когда подошли к арене, корпоративное собрание было в разгаре. Руководитель отчитывался перед своим подразделением. Читай, главарь банды в лице отца белобрысого рассказывал своим подельникам о том, как подло его сына убил вот этот, некий восходящий Владеющий Словом, воспользовавшись помощью своих прихлебателей — нас с подругой. Просто так умереть они отказались, поэтому им был отправлен официальный запрос с подтверждением электронной подписи, и все они вызваны на фионтар. Судьба судебного разбирательства будет однозначно решена в виде трупа чернобородого негодяя, а всех присутствующих просят быть свидетелями. На столь значимое событие пришли не только сотрудники его отдела, но и смежных подразделений. Читай, что все представители светловолосого народа, я не знал их названия, даже те, кто не имел прямого отношения к банде обиженного папашки.
Наше появление встретили воплем, но не особо радостным. Все до последнего надеялись, что мы сбежим, и у них будет повод весело погонять нас по домену, кидая в спину остро заточенные копья, а после поимки отрезать, принятое в этом домене. Чего именно надо отделить я не знал. Руки с гвоздём — это моя традиция, и у аборигенов она точно не в ходу, по крайней мере пока. Было выпущено немало нелестных шуток по поводу гривастого доспеха и, разумеется, максимальной подлости и трусости. Наш чернобородый просто игнорировал и ждал. Все шутили, что он от страха надел на себя груду брони, и обосранные штаны под пластинами металла не видно.
При этом перед выходом на арену беловолосого усиливали рунами, заливая по самые уши, помогали надеть доспех, ничуть не менее бронированный, чем тот, который был на Владеющем Словом. Броня противника выглядела весьма недурственно, сделана из плотно подогнанных костяных пластин какого-то зверя, наверняка звездного, а по прочности могла не уступать стали. Я часто здесь встречал много предметов вроде бы природного происхождения, но когда они происходили от зверюг со звёздной кровью, то их свойства могли намного превосходить современные материалы.
Вот и выход на арену. В руках белобрысого деревянное копьё с костяным наконечником, на перевязи очень серьёзный меч из белого металла, массивный щит, а на поясе несколько ножей. После того как арена закрыла купол, мой бородач и белый мститель начали сходиться. А потом под ноги упал камушек. Интересный артефакт. Я такие несколько раз видел. Их применяли хастры. Очень редкие и очень дорогие. Он нейтрализовывал звёздную кровь в небольшом радиусе, недолго, фактически выпивая все заклинания. Буквально несколько секунд. Если что и пролетало в присутствии подобного камня, то это были заклинания очень серьёзного уровня, как минимум серебряного, руны предметы улетали в скрижали, а существа отзывались. Всего пара секунд без рун и усилений.
Светловолосый швырнул свой щит в голову противника и сделал рывок. Летящую массивную деревяшку с острыми шипами по краям Владеющий Словом легко отвел в сторону копьём, открывшись на секунду, получил удар копья противника в грудь. Деревянная, неброская палка с костяным наконечником прошила доспех и левую половину груди чернобородого насквозь, пронзив сердце. При ударе о металл доспеха костяной наконечник разлетелся, а под ним был замаскирован острый шип из иллиума. Невероятно дорогая и редчайшая вещь. На базаре я не видел ни одной такой, иначе бы купил не раздумывая. Попадались клинки из когтей воинов наблюдателя, сделанные из белого металла, но ни одного предмета из иллиума, даже в сопровождении Честного Глаза нам не предложили.
Копье пробило грудь насквозь, пронзив сердце. Можно было иметь любую броню и абсолютно любые рунные защиты, и вопрос только в обычной физике мира и сопротивлении материалов. Если сталь будет толщиной в метр, то для пробития нужно иметь силу, помноженную на скорость, чтобы энергии хватило, чтобы раздвинуть молекулы стали толщиной в метр. Но это был доспех из кожи и металлических пластин, усиленных рунами, которые сейчас не сработали, также не сработала сетка под кожей из морлиума, и наконечник вылетел со спины под лопаткой нашего здоровяка. Это была ошибка. Я бы бил в средоточие.
Владеющий Словом схватился за древко, и резко дёрнул на себя, вгоняя копьё на ещё одну длину рук. Не ожидавший такого рывка белобрысый, и державший оружие, полетел в ласковые объятья чернобородого. Он был схвачен одной рукой за одежду, а в другой руке темноволосого здоровяка появился нож, и клинок начал бить куда попало, но сильно, быстро и много, стараясь подсовывать лезвие в сочленения доспеха белого мстителя, делая надрезы и проворачивая клинок в ранах. Никакого шанса вырваться у схваченного копейщика небыло, а потом они завалились, катаясь по песку и тыкая ножами куда попало и как попало. Хотя одна рука Владеющего Словом была занята, а папашка выхватил сразу два ножа, но были и нюансы. Пышная грива отлично защищала шею от ножей в собачьей свалке, и, не имея возможности перерезать сонную артерию или пробить в шейные позвонки, противник принялся за живот и бока.
Удар, удар, порез, ещё удар и опять тычок лезвия, как в одну сторону, так и другую. Затыкать ножом бронзового восходящего — дело непростое и небыстрое. Действие камня поглощающего заклинания давно прошло, и он светился яркой искрой в песке, около хрипящих от усердия бойцов. К действию простой физики заточенных лезвий прибавились и рунные эффекты оружия, которые были как у клинков белобрысого, так и ножа Владеющего Словом, но ничего мгновенно убивающего не имелось, поэтому предстояло дорезать противника по-простому. Нашего чернобородого били в сочленения доспехов, тыкали в подмышки, в бок и живот, стараясь надрезать брюшину, но настоящая броня была не снаружи, а та, что семьсот ударов сердца истязала восходящего, проращивая нити из морлиума под кожу, врезаясь в тело и по живому раздирая артерии и вены, отращивая второе сердце.
Проковырять чернобородого ножом так и не удалось. Последним чувством разгневанного светловолосого папашки, что я почувствовал, было непонимание. Не страх смерти, даже не сожаление что не отомстил, а именно непонимание. Он сделал всё правильно и не промахнулся, сердце было пробито, а камень не давал воспользоваться рунами. Белобрысый издох, а над ним появились звёздочки и рунные глифы. Наш победитель тяжело приподнялся и сел на песке арены, выдернул из груди обломок копья, который не только торчал со спины, но и обломился, пока фионтарщики катались по арене обмениваясь ударами. На секунду опять брызнула кровь, но тут же остановилась, став лишь слегка сочиться. В модификации штурмовиков есть усиленная регенерация и модули блокировки кровотечения. Даже если оторвать все руки и ноги, то это не значило, что боец умрет от кровопотери. Наверняка и в этом протезировании подобные моменты были предусмотрены. К его боевой раскраске, нарисованной подругой своими флюоресцентными красками добавились обширные пятна крови, как противника, так и собственной.
Попробовал применить руну регенерации. Нормально. Восстанавливаться он будет небыстро, как обычно это и делала моя руна, но под восстановление пробитого сердца в резерв на безвозвратные траты в течение месяца поставила ещё сорок капель звёздной крови к тем каплям, которые были зарезервированы на выращивание новой руки торговца. Ого! Если иметь запас звездной крови, то можно никуда не ходить, а заниматься врачеванием. Сесть под центральным игг-деревом и за сотню капель продавать лечебный курс по выращиванию отрезанных рук и разбитых сердец. Стоит сотку, длиться сорок древодней, с гарантией.
Защитный купол сняли, и мы хлопотали вокруг победителя. На вопросы про самочувствие, бородач отшутился, что пробитое сердце — это совсем не то, когда дарят неожиданные щедрые подарочки, и теперь он десять раз подумает, надо ли ему с нами по торговым лавкам ходить?
Вроде всё шло ничего, подпевалы белобрысого мстителя по итогам фионтара отстали, и мы уже почти удалились, когда на меня, именно на меня, вывалилось не очень умное, зато бронзовое недоразумение в виде крепкого парня восходящего. Он вопил и орал, говорил, что победа досталась нечестной путем. Обзывал неизвестными мне животными, но наверное очень обидными, сказал, что я победил нечестным путем, и он готов мою маму победить таким же способом. Мне было плевать на словоизвержение неадеквата, ведь всё равно без фионтара он меня не посмеет тронуть, иначе его тут стражи древа на куски разнесут, получил сообщение о том, что моя слава уменьшилась на три. Этот недоносок сам не знает, с чем связываться. Я тут буквально вчера с утра хотел стать великим риксом, и это мне нужно сделать ради своих друзей, а он посмел покуситься на такой важный параметр. Но как же они достали со своей тупизной и фионтарами. Зло улыбнулся, но не хотелось стоять в очереди на арену. Однако, ждущие своей очереди фионтарщики, которые должны были зайти после поединка папашки белобрысого и Владеющего Словом, расступились и показали, что я прямо сейчас могу зайти. Мужикам наверняка было интересно посмотреть, чем закончится и этот фионтар. Темноволосый здоровяк с протезированными морлиумом костями явно внёс разнообразие в местные поединки.
Я тоже был готов удивить. Хотел просто долбануть негодяя таким, чтобы разнесло в куски, вроде телесной эфемерности, да так, чтобы разлёт кишок из стратосферы было видно, а обезьянки из народа древа неделю со своих высоких веток при приближении к арене блевали. В крайнем случае выхвачу свой золотой Дефендер и отправлю магазин в режиме автоматического огня в голову. В моём эксклюзивном пистолете такой переключатель был.
Зашли и я замер. Промелькнула руна. Спасибо, мысленно сказал своему жителю головы, получив мыслеобраз. Как имплант это понял за мгновение я не знал, но это было плохо. Очень. Что это такое предстояло разобраться. По мнению симбионта, передо мной был повторяющий все мои действия восходящий преобразованный в равного мне противника. Я даже знал для чего. Тот, кто запустил эту руну, а вернее, тот, который наверняка наврал этому восходящему и подсунул руну великого убивания Архераилов, знал, что у меня много гадостей и я гораздо сильнее многих, даже серебряных восходящих. А хороша тема отражения. Я, со всеми рунами, усилениями тела и ментальными знаками вопроса в развитии имею уйму недокументированных возможностей. Только благодаря предупреждению симбионта не сделал что-нибудь необратимого, вроде выпуска моей змеюки. Тот самый мерзавец, скорее всего, даже не предполагал победы надо мной, зато мог подстроить обоюдную смерть глупого парня, бросившего мне фионтар. Стоило мне запустить что-то ультимативное, то мне продублируют это в ответ. После поединка останется два трупа, а не победитель и побеждённый.
Это меня Симбионт предупредил, что у него есть подозрение, и мои действия повторяют. Это он по движениям противника просчитал и сообразил, что что-то не то. Я замедлился на долю секунды не стал бить всем сразу и самым мощным, а вместо этого удар ноги. Мою конечность встретили боком, не защищаясь, зато нанеся быстрый удар в мне в корпус. Чувствительно. Ещё один удар от меня, но теперь я свой бок прикрыл и натолкнулся ногой на блок восходящего. Встречный удар руки поймали кулак в кулак, развернуться и удар лбом. Точно в подставленный лоб. Звук глухой. В черепушке явно есть мозги. А ещё дополнительная амортизация мозга спасла капитана малого тральщика. Это моя модификация для капитанов кораблей малого класса. Наверняка у гадёныша под руной дублирования есть ещё и дублирующая кровеносная система усиления хрящей.
Мой житель головы давал на это больше девяносто процентов, но предупредил, что для более точного подтверждения данных можно ещё немного ногами попинать, и не обязательно испытывать систему амортизации внутреннего содержимого черепной коробки. Хорошо, согласился я, но ещё разок наверняка можно. Я стал, открылся, распрямил плечи и влепил пощёчину. Синхронность была идеальна. Полное дублирование. Мои и его глаза на секунду свелись в кучу. Он тоже стоял, открывшись и с намечающимися признаками огромной гематомы на роже. И ещё раз, но теперь по-другому. Попробовал противнику отключить сердечную мышцу, используя свои мозголомные возможности, но натолкнулся на сплошную стену ментальной защиты.
Имплант передал, что он тоже прервал попытку отключить мне сердце и повысил процент дублирования до девяносто девяти и миллиарда девяток после запятой. Выхвати оружие или призови огонь с неба, тоже самое будет обращено в ответ. Отошёл на четыре шага назад, думая и разрывая дистанцию. Повторили в точности. У меня есть симбионт, а у него наверняка нет, но как устроена эта руна? От ментальной атаки он защитился отлично, словно обладал моими возможностями. Устрой я состязание по математике, наверняка смог бы победить, перемножая матрицы, а вот как это сделать на рунах и палках? Я выхватил из хранилища копьё и сунул обратно. Тоже не то. Да, у него синхронно появилось оружие, и он его убрал обратно вместе со мной.
Зато я заметил особенность. В глазах ярость и незамутнённая радость сменилась испугом. Восходящий был под контролем и не мог противиться руне. Не тормозни меня симбионт и не предложи вместо поединка заняться научными изысканиями, тут бы уже давно валялись два трупа, изуродованные оружием и рунами. А если использовать чёрную руну? Наверняка именно такой нет, а вдруг ответят чем-то похожим? А мы под внимательным взглядом наблюдателя. Мне надо обязательно выходить из поединка без потери славы. Пришла идея. Раз уже чем-то начал заниматься на этой неделе, то будет логично не бросать весёлое дело, которое у тебя отлично получается.
Я бросился к нему, схватил за руку мёртвой хваткой. Мою руку, повторяя движение, тоже схватили. Капитан малого тральщика, имею ввиду себя, словно мой обожаемый Кусь сделал кусь. Я открыл рот как смог шире и укусил за руку повторяку, чуть ниже локтя. Почувствовал резкую боль. Зубы восходящего впились в мою хватательную конечность. Это я вспомнил слова своей подруги про эффективных менеджеров, которые руку могут отгрызть, если надо. Отрезать уже отрезал, так чего бы не отгрызть? Я сделал ещё один укус, отрывая кусок мяса. Симбионт блокировал боль, а дубль кровеносной системы не позволял истечь кровью. Я грыз врагу руку, что с гвоздём, и мне грызли в ответ. Вот только мой стигмат был в голове.
Мне бы сейчас челюсти Куся — справился бы за секунду. И чего я решил грызть, а не выхватить нож чтобы резать и рубить? Спонтанное решение, возможно, не самое лучшее, но прямо сейчас уже было поздно выплёвывать недоеденного восходящего и идти за хирургическим инструментом, чтобы спокойно, как человек, отрезать врагу конечность, а не отгрызать. Мастер подражания отлично отдирал куски мясо от меня. Со стороны выглядело эпически, но по факту имплант блокировал боль, а капитанские модификации справлялись с последствиями ран быстрее, чем успевало натечь. Больше измазались при выплёвывании и когда рожу к руке прижимали.
Немного пришлось повозиться с костью. Здесь только терпение. Всем тем, кто идёт по пути эффективного менеджмента нужно учиться выполнять рутинную работу. Пришлось некоторое время грызть внешний слой кости. Он почти такой-же прочный, как и зубы. Для первого разрушения, даже пару раз с силой ударил зубами о кость, деформируя плотную поверхность. Главное, сделать первый надкол, а потом дальше просто терпеливо грызть, а к середине уже совсем несложно.
Моя рука оторвалась почти одновременно с его, но мой гвоздь остался в голове, а его отвалился, унося в себе руны и контроль над скрижалью. Я был полноценным восходящим, а он стал диким. Дикие тоже могут использовать руны и звездную кровь, но надо уметь. Склизкая и Арандес прекрасно обходились без гвоздя, зачастую по возможностям превосходя многих восходящих одного с ними цвета развития, но это надо знать, как. Мой противник не знал.
— Кто тебе дал руну повторения? Отвечать! Быстро! — потребовал я, доставая копьё и приставляя к горлу ошарашенного и вернувшего контроль над своим телом восходящего.
— Я не…, — явно тупя, начал буровить вышедший из-под контроля мужчина.
Как обычно, я получил задание от наблюдателя на живой гвоздь, но как его выполнять, было вопросом. Мой небесный руководитель был в Вечности, а отдавать такой предмет постороннему не хотелось. Я тут всего несколько дней, а уже второй живой гвоздь, где сидит очень ценная руна. А как проверить? Прибить говнюка и проверить что осталось. Или сниму с трупа руну отражающую возможности, или она в стигмате, и тогда не надо будет выполнять задание на откушенную руку. Потом найти Тархана. У него наверняка осталось оборудование, для разделки стигматов, ведь старики из гвоздей восходящих вытаскивали всю звёздную кровь и руны без остатка.
Неброский, невысокий, ничем не выделяющийся мужичок из самого заднего ряда метнул руну в моего противника, пробивая защиту арены. Тонкая энергетическая игла убила сразу. Над уже заваливающимся телом появились искорки звёздной крови и козявки глифов. Я кинулся в сторону. Фионтар был закончен. Купол арены отключили, а вокруг упавшего тела вспыхнуло гудящее кольцо пламени, через которое неприметный спокойно заскочил внутрь, забежав на арену, а вот пара человек, что решила повторить трюк, вспыхнула живыми факелами. Прямо почувствовал, что когда он забрал руны с мёртвого, то нужного не обнаружил. Значит руна повторяка в гвозде.
Наблюдатель вопил и раздавал задания на мерзкого предателя, призывая наказать не только негодяя прервавшего фионтар, но и убившего восходящего запрещённой руной. Да, поединок был ещё не закончен, и оба противника, хоть и покусаны, но живы. Быстро он. Я почувствовал опасность, словно моё ощущение тварей Грани сработало, и ещё раз сместился, уходя из-под удара руны, вспыхнувшей электрической дугой. Сквозь неожиданно возникшее пламя в мужичка полетели копья, топоры, стрелы и руны. Древки копий подгорали, а стрелы сгорали полностью, но железяки долетали, часть рун тоже проходила сквозь огонь. Хотя всё это видимых повреждений не наносило, но позволило сбить концентрацию, а мне уйти из фокуса внимания.
По взгляду незнакомца я понял, что руна повторения находится в гвозде, что как раз воткнут в откушенную мною руку, а я её держал и выкидывать не собирался. Я тоже получил задание прибить мерзавца, который помимо того, что прерывает фиантары, ещё и используют совсем нехорошие руны. Но прямо сейчас было совсем не с руки. С верхних ветвей древа сорвались десятки стрекоз. Обезьянки наверняка тоже увидели сообщение и собирались его выполнить, а может почувствовали применение неразрешённой руны, но явно торопились. Золотые летающие питомцы с всадниками на спинах, падали почти вертикально, выходя на рубеж атаки.
В круге огня появилась летающее животное похоже на Дрейка, почти такого, который меня когда-то от своего гнезда гонял. Секунда, и метатель плохих рун сидел уже на кожаной птице. Моя скорость и реакция позволила юркнуть за камни и уйти от промелькнувшего надо мной крыла с недобрым когтем. Сорвалась с места и полетела массивная зверюга с недоброй пастью, очень быстро. Несколько секунд, и она ушла в портал на одной из гор, окружавших главное игг-древо, совсем чуть-чуть опередив подлетевших на стрекозах людей Древа.
Внутрь доменов жители центрального круга никогда не входили. Почему? У меня пока не было ответов. Я этим никогда не интересовался. Просто они не входят, и мне об этом сказали, а я принял к сведению. Затем стрекозы сделали разворот, прошли почти у нас над головами и ушли в высоту. Я понял, что стою посреди абсолютной тишины, держа в руке огрызенную руку и с ног до головы перемазанный кровью. Все смотрели на меня. Я указал откусанной рукой в сторону входа в домен:
— Это кто?
— Фламин огненных Рук. Он к ним сбежал, — услышал я неуверенный голос из заднего ряда воинов.
— Большое племя? — уточнил я.
— Самое большое в нашем домене, — услышал я в ответ.
— Значит бросил своих и захотел власти? Предатель? — задал я очевидный уточняющий вопрос.
— Предатель. Да. Предатель, — говорили разные голоса, как бы пробуя для себя новое понимание.
— Значит, надо отомстить. — спокойным тоном произнес я.
Ответом была тишина.
— Давайте отрежем нос и откусим руку, — столь же невозмутимо произнёс я, и слегка помахал обгрызенной конечностью, что держал.
Уши заложило радостным рёвом множества глоток, которые прямо сейчас были готовы мстить предателю и рассчитывали на щедрую награду управляющего миром искина. Слава плюс шестнадцать, пришло сообщение от наблюдателя. Эффективный менеджер Архераил начал свой путь к восхождению в должность рикса. Кстати, а сколько у меня всего славы и у кого бы узнать сколько надо? По своей разгильдяйской привычке я так ни разу и не удосужился посмотреть на эти цифры.

----------

Глава 12 Хейр

Теперь я знал, кого надо разносить, и это было очень хорошо. У меня была небольшая банда обожальщиков, пришедших в восторг от моей кровожадности и жаждущих мести, а самое главное, из другого домена. Это был важный момент. Только в том, в котором мы появились, жизнь крутилась вокруг световых столбов, а аборигены жили небольшими поселениями на приличном расстоянии или совсем крошечными деревеньками в несколько домов, прижимавшимися к световому пятну небольшого столба. В других изолированных участках пространства круга подобной проблемы не существовало. Конечно, вокруг светящихся штуковин жить удобно, чужие сильно не захаживают, да и больших армий, сметающих всё на своём пути, не будет. Но вот именно жизненное пространство и было главной проблемой, а сбежавший на дрейке фламин был из мест, где подобных ограничений не существовало. Что там за места, кто населяет? Я не имел никакого представления, но точно знал, что по ночам к световым столбам жаться не придётся, и каждый волен проводить ночь где пожелает. Похожие на Хозяина существа присутствовали во всех доменах, но в уважительных поклонах небожителю я проблем не видел, главное, чтобы в моё восхождение никто не вмешивался.
Я стоял с поднятой над головой откусанной рукой, а вокруг меня орали крепкие воины. Пришёл мыслеобраз от Длани:
— Скажи, что будешь мстить за то, что подлец отнял у тебя победу. Для местных это отличный повод обидеться.
— Спасибо, я тебя обожаю, — отправил подруге благодарность.
Я бы так не придумал. А ведь верно? Я же не могу просто так, с непонятного перепуга прийти в домен и начать становиться начальником? У них убили человека, прервали фионтар, а сделал это давний предатель. На что они обиженны — понятно, а я тут при чём? Теперь и у меня был повод.
В военном училище меня хорошо натаскали, и не только пилотировать космические корабли, штурмовать коконы тварей Грани и отбивать абордажи. Нам преподавали статуты орденов, экономику и историю, как нашего, так и других миров. На Претории не было денег, но это не значит, что всё бесплатно. Планете нужны были ресурсы, боевые корабли и возможность содержать население в условиях холодной и агрессивной планеты. Нужны средства на науку и развитие. Я знал о политике, что бывают революции, колониальные и корпоративные войны, восстания и экономическая экспансия. А ещё был в курсе, что у любого движения, будь то война, спортивное состязание или бунт на заброшенном орбитале, должны быть свои знаки, символы, знамена и лозунги. Даже если ты просто горбатишь на скучной и неинтересной работе, то обязательно будешь окружён какими-то символами. Я даже помню такое слово, которое применяют торгаши, как «миссия компании». Это чтобы каждый самый распоследний работяга на самой грязной работе знал, что он тоже причастен к великой цели, и тогда его легче будет убедить в том, что хотя у него нищенская зарплата, но он все равно замечен за великими делами, которые останутся в памяти потомков навечно. Мне тоже нужно знамя. Пришла замечательная идея.
Скинул с себя куртку и используя кровь, слегка сочащуюся из откушенной руки, нарисовал над сердцем пять палочек в виде пальцев и ещё несколько, в качестве запястья со стигматом. Получилось, как будто болт вкрутили, но что это за предмет местным объяснять было не надо. А потом проорал:
— Это ваша месть и ваш человек, но у меня отняли победу, я потерял руку, и пока не отгрызу стигмат предателю, буду не отомщён. Этот знак может быть смыт только кровью, — закончил я, проорав последние слова уже на максимуме.
Моя слава прибавляла и прибавляла. Вокруг арены собралась огромная толпа, и со всех сторон на суету подходили и подходили люди. Друг другу рассказывали, как самый главный червь, появившийся из небытия, прервал бой могучих восходящих, которые откусывали друг другу руки, отрывали ноги и головы, но мерзкие руны остановили величайший поединок, и теперь намечается целая война. А кто не верит, так посмотрите, чем он размахивает. Через ответный рёв и гул голосов услышал крик наёмницы:
— Я с тобой! Справедливость и честь! — проорала Длань, подошла, скидывая с себя верхнюю часть одежды, и обмакнув палец в крови, которой на арене было полно, прямо на обнажённой груди тоже нарисовала набор чёрточек, изображающий откушенную руку со стигматом.
Представительницы народа воды никогда себя лишней одеждой не обременяли, до и после снятия куртки не сильно то и отличалось, но в исполнении моей грациозной хвостатой подруги получилось очень и очень эффектно, и весьма ново для восприятия аборигенов.
— Я с тобой! Справедливость и честь! — крикнул Владеющий Словом, и разорвав на себе с хрустом кожанных ремешков свою броню, зашёл на арену и обмакнув палец в кровь, нарисовал себе на груди изображение руки со вкрученным болтом, стараясь повторит как у меня.
Выглядело впечатляюще. Живот, плечи и руки в порезах, весь в кровоподтёках, это, конечно, не от драки, а от протезирования руной усиления, но кто знает? Новый знак разместился рядом с громадной, но уже переставшей кровить раной в области сердца. А завершал образ обнажённого по пояс чернобородого громилы шлем с клыками и пропитанной кровью меховой гривой.
Людскую лавину больше было не удержать. Симбионт постоянно обращал внимание на то, что я получил очередное сообщение о повышении славы. Все пришедшие вместе с парнем на фионтар поддержать отца белобрысого и потом того, кто бросил мне вызов, рвали на себе куртки и, перемазываясь в крови, рисовали знаки. Было несколько чужих, видевших подлость в прерванном поединке и решивших присоединится к праведной мести. Последним аккордом была слетевшая вниз стрекоза с наездником.
Всё замолкло. С прилетевшего летающего животного сошёл серебряный воин народа Древа. Высокий, стройный, покрытый лёгким мехом, с недовольно подрагивающим хвостом. Стрекоза взмыла вверх и унеслась к ветвям. Проводив взглядом улетевшую зверюгу, он присел и, измазав палец в крови, понюхал красную жидкость. Поднялся и глянул мне в глаза.
— Здесь всё пропитано червивым предательством. Я должен был охранять арену, но не справился. Летающий помощник не может войти в домен, он погибнет, потеряв связь с великим игг-древом, но это могу сделать я. Прими мою дружбу и руку помощи в своей мести хейр Архераил. Я буду стоять рядом с тобой в бою. Это и моя месть. Я помогу выполнить поручение наблюдателя и желаю увидеть тебя танааном. Справедливость и честь, — произнёс он слова, уже ставшие девизом, и нарисовал кровью у себя на мохнатой груди руку с гвоздём.
Ура и рёв множества глоток. Кричали все, даже те, кто на мой взгляд был не в курсе произошедшего. Получил от подруги разъяснения по поводу слов восходящего народа Древа. Она разумно предположила, что я не знаю, и была полностью права. У меня прямо сейчас было, после всех моих выходок, четыреста девяносто шесть славы и действительно звание хейр, что означало признание заслуг восходящего как другими, так и самим наблюдателем, и нужно было выполнить бронзовое задание управляющего миром искина. Супруга не знала, когда это я с бронзовым подвигом подсуетился, но то, что у меня славы сейчас достаточно, она не сомневалась. Зато я знал, что за бронзовый подвиг совершил. Каждый раз, возрождаясь, я убивал мерзкую тварь Архераил, и получал бронзовую награду. Теперь мне намекали, что надо немного подкопить славы и выполнить серебряное задание наблюдателя, которое тут многим прилетело, а конкретно прибить фламина, прервавшего поединок мерзкой руной червей и испортившего арену для фионтаров. Выполнив это, я стану танааном, а там и до риксов будет недалеко. Сколько славы ещё надо и как именно становиться риксом, подруга не знала, но думала, что немного, ведь помимо величайших риксов было полно мелких риксёнышей на небольшое племя, и, скорее всего, слава там не исчисляется десятками тысяч, а крутится около полутысячи-тысячи, что вполне достижимо.
Правильнее, конечно, вначале сходить к башням, посмотреть, может там уже давным-давно нет никаких ворот из иллиума, а кусок железяки, раздающий задания небесного уровня, валяется посреди заброшенного подвала, но раз меня несло течение, прямо тыкающее становиться риксом, то надо заниматься именно этим. Пока всё шло настолько хорошо, что нужно было обязательно пользоваться и не пренебрегать возможностями собственного восхождения.
Я всегда был капитаном малого тральщика, хотя пилотировал корветы, торпедоносцы, дальние разведчики и даже был командиром огромного десантного бота, где у тебя в подчинении три десятка человек экипажа и полторы тысячи закованных в броню бойцов, но это всегда была работа одиночки. Огромное брюхо бронированной махины, внутри которого находилась тысяча пятьсот головорезов, металось, крутилось, входило в атмосферу под самыми неудобными углами, и объятое плазмой, бронированное и покрытые силовыми щитами, виляя и делая мёртвые петли пачками, вваливалось в атмосферу планеты, идя к точке десантирования. Железного монстра кидало по сторонам, уходя от зенитного огня чудовищ Грани, бродивших по планете, и уворачиваясь от взлетевших и бросившихся к нам на перехват мелких и крупных зверюг, наполненных А-мутациями. Это ещё не учитывая обычные природные молнии в верхних и нижних слоях атмосферы и дружественный огонь от случайных росчерков роторов орбитальной группировки и потерявших управление умных ракет, сошедших с ума от превышающего все нормы азурического фона. Умные боеприпасы, потеряв цели, теперь искали себе подходящую жертву, и плевать было кого. И во всём этом, объятый плазмой вваливался в атмосферу дрыгающийся десантный корабль с полутора тысячами обблёванной от перегрузок десантуры. Раструшенные, но живые, грохнув брюхом об землю, вываливались бойцы, идущие в атаку.
И как только последний штурм покидает десантный отсек, наплевав на ещё открытую аппарель, ты срываешься с места и несешься, но всегда это была работа отмороженного одиночки, и не важно, крошечный торпедоносец, когда мы были вдвоем только с Цаем, малый тральщик на четверых и трёх богомолов контрабордажников или огромный десантный транспорт на полторы тысячи десантуры. Всегда только я был единственным, кто принимал решения и делал то, что должен, а все кто был рядом в экипаже, были моей семьёй, бандой и одним целым.
А теперь мне приходилось командовать эскадрой. Да, вместо кораблей были дикари с рунами и палками, но это были отдельные сущности, а не семья, когда ты и они одно целое и по движению бровей, вздоху или просто паузе между словами, понимаешь желание и настроение члена своей маленькой команды. Мне предстояло перейти в другую систему управления, от одиночки командующего крошечной бандой головорезов, к управлению полноценной армией, пусть тоже из головорезов, но со всеми субординациями, приказами и контролем исполнения распоряжений. А ещё вырисовывался малый круг и большой.
Нужно было определяться, каким из великих императоров буду я, читай, риксом, и сформировать стиль управления. Около меня стояла подруга с нанесенным на грудь символом руки, рядом огромный здоровяк, только что победивший в фиантаре и выживший после удара иллиумового копья в сердце, а немного за спиной, возвышавшийся на голову выше меня, стоял представитель народа Древа. Ближняя свита была сформирована. По старой доброй традиции, если само получилось, то я не буду ничего радикально менять, а если и были сомнения в выборе между умными и красивыми, я выбрал к древним. Имею ввиду, что если и начинать, то делать это как Победоносный. Если честно, я хотел пойти по системе управления, как это делал он, когда тот был в теле молодого серебряного рикса, управляя издалека, но лично для себя я не исключал возможность притвориться тупым, диким и кровожадным вождём. Но это на крайний случай. Здесь и сейчас всё так решилось, что уже ничего придумывать больше не надо, да и зачем? У меня был идеальный пример, что надо для получения мирового господства, и оставалось только следовать инструкции и наслаждаться тем, что всё придумали до тебя.
Я стоял, гордо выпятив челюсть, а вступившие в «братство руки со вкрученным болтом» бесновались, орали, придумывали самые извращенные способы отомстить и совершенно неожиданные места, где отрезать. Я стоял, улыбался и кивал. У меня оставались чистые стигматы. Приметил парня. Крепкий, довольно молодой, а с ним была подружка. Девчонка была не из тех, которые дом-семья. Совсем не такая.
Я указал пальцем на парня:
— Ты! — и, увидев, что он обернулся, указал на девушку: — И ты.
Они были темнее большей части народа, имели курчавые каштановые волосы и наверняка были из другого домена и присоединились к моему празднику справедливости по случаю. Восходящими они небыли, но на груди парня и его подруги был нанесён знак руки со стигматом. Девка, как и Длань, скинула куртку, ничуть не стесняясь и даже гордясь причастностью ко всему вот этому движению, нанесла на обнажённой груди знак мести, подражая моей подруге. У аборигенки получалось, конечно, угловато, зато искренне и с полной самоотдачей. Я сразу обратил внимание на эту парочку, наблюдал за ними и неслучайно выделил из общей толпы.
Преисполнившись всепоглощающим чувством, приняв гордую позу и взяв подругу за руку, молодой человек изрёк:
— Мы ушли. Мы обменялись дарами.
Я поднял удивлённо бровь, и он продолжил:
— Родители не хотят видеть её мужем простого воина, не восходящего. Я пришел сюда за стигматом.
— А она? — уточнил я.
— Я добуду стигмат и себе, и ей. Мы будем в Вечности вместе. Вечно! — пафосно и гордо сказал молодой возлюбленный.
Оставалось покровительственно кивнуть, указав на рисунки, выполненные кровью на груди обоих:
— На вас праведный знак мести. Правильно. В мире Единства много чудес. Я никому ничего не обещал, но желание отстоять справедливость должно быть вознаграждено. Вы хотите идти со мной и принесли мне в дар свою помощь. Вы для меня теперь семья, и я тоже хочу с вами обменяться дарами, — и я взял у Длани два чистых стигмата и вложил их в руки парню и его даме. — Вы не побоялись заступиться за меня и бросить вызов червивому предателю, даже не будучи восходящим. А теперь бегом в храм Вечности, и без гвоздя в руке не возвращайтесь!
Немного запоздало я понял, что говорил опять в полной тишине. Все окружающие замерли, слушая мой разговор с парочкой беглых влюблённых. А потом раздался восторженный рёв. Поставил себе заметку, что теперь я великий герой и надо хоть иногда по сторонам смотреть, и обращать внимание, что делают окружающие, а не довольствоваться только туннельным зрением.
Молодые уже унеслись исполнять поручение, а мне оставалось напутствовать:
— И только посмейте прийти не вовремя! Все будут ждать только вас! — проорал я, перекрикивая восторженную моей щедростью толпу.
Молодёжь галопом сдрыснула в сторону купола строения, где болты в руку вкручивают, а вокруг продолжали орать и хвалить меня. Слава росла, и мне надо было только впитывать и гордиться. Прислушался к гулу голосов. Обсуждали, как запросто так, только за то, что на стороне правильного вождя, ведущего к справедливости, молодая пара, сбежавшая от родни и пришедшая под древо, получила стигматы. Местные были в шоке. Стигмат — вещь весьма дорогая и редкая, которая заслуживалась непросто, и получить её всего потому, что вовремя оказались в нужном месте, было событием экстраординарным. А ещё, вручая гвозди, я это делал с максимальным пафосом, как тут любят аборигены, и это тоже стало отдельной темой.
После храма вечности у меня было девять стигматов. Два отдал бородачу, два влюблённым, четыре торговцу, оставался ещё один и стигмат с папашки белобрысого у Владеющего Словом, который он вырезал после фионтара. Ещё стигмат торчал в откушенной руке, но этот я никому отдавать не собирался, пока не вытащу из него руну повторения. Раз уж начался праздник щедрости, то не должно остаться обиженных. Я указал пальцем на группу пришедших с отцом-мстителем, тоже легко определив главного. Поманил его рукой. Он подошел.
Я попросил моего бородача:
— Дай мне гвоздь отца, — попросил я, обратившись к владеющему словом.
Он отдал гвоздь, а я добавил ещё один и вложил в руку воина, со словами:
— Распорядись ими так, как ты считаешь нужным. Я вижу у тебя на груди знак того, что ты желаешь справедливости. Я приношу клятву перед наблюдателем, что ни я, ни восходящий Владеющий Словом не повинен в смерти сына вашего предводителя, место которого ты занял. Его убили дикие звери, напав из засады и прервав честный поединок. Мне плевать, плохими или хорошими делами он занимался, но это сделали животные. Я успел спасти Владеющего Словом, но не успел второго воина. До этого момента я не знал ни одного, ни второго. Ослеплённый местью отец не хотел слушать слова разума и погиб из-за своей глупости. Возьми эти стигматы. Они принадлежат вам, и пусть послужат тем, кто будет умнее.
— Они сегодня же будут в запястьях тех, кто достоин, — слегка кивнул новый главарь бандитской шайки.
Я сразу обратил внимание, что несмотря на то, что эти парни пришли вместе с отцом белобрысого, одни из первых начали рисовать на себе знаки руки и грозились прибить предателя. У местных чувство справедливости довольно специфично, но это я отметил. Не сделай они себе рисунки одними из первых, я бы нашёл применение стигматам получше, но сейчас для эффективного менеджера Архераила это было лучшее вложение.
— Они твои, — кивнул я, отвечая на благодарный поклон и подняв откушенную руку вверх, в которой оставался последний из моих гвоздей, громко сказал, — Но этот я не верну. Эта рука будет указывать мне путь! Она напоминание о том, что пока я не отомщен за отнятую у меня на фиантаре победу и должен выгрызть гвоздь главному предателю.
Четыре стигмата, розданных с кондачка за пару минут окружающих впечатлили. К этому добавить пафос, от которого, казалось, воздух сгущался, а потом рев множества глоток, снова, в очередной раз, как тут принято или постоянно, кому что больше нравится.
Да, действительно, такой карнавал щедрости и красивых слов дело нечастое. Аборигены любили разговаривать высоким штилем, но при этом раздаривать направо и налево ценное имущество не торопились. А руководитель корпорации справедливости, это про себя сейчас пошутил, если кто не понял, мог. Когда главный бандит, занявший место покойного папашки отправил пару человек в храм Вечности я опять обратился именно к нему. Здесь важно не кто что получит, а кто у пульта главного распределительного центра. Указал на кучку принесенных мне вещей, снятых после моего и фионтара Владеющего Словом. Здесь было всё, кроме камня поглотителя заклинаний и обломка копья с иллиумовым наконечником, что уже торчал за поясом у бородача. Всё было проделано таким образом, что не столько ценно, а сколько памятно. Не каждый день у тебя в руках остается штуковина, которая тебе протыкают сердце. А вот всё остальное просто свалили в кучу.
Обратился к главарю банды по имени:
— Лесной Слух, раздай всё это тем, кому нужно и кто принял знак справедливости, и добавил, но тем, кому это будет действительно полезно.
На неожиданный дождь из подарков уже набежала уйма халявщиков, в срочном порядке рисующих кровавые руки и тоже желавших приобщиться к раздаче полезных предметов. Главарь бандитов меня прекрасно понял, улыбнулся и кивнул:
— Сделаю, хейр Архераил.
Всё было отлично. Местным мое выступление понравилось, я продемонстрировал социальные лифты для наиболее лояльных и раздачу премиальных тем, кто вовремя подсуетился лизнуть начальнику, и демонстрацию возможностей всему остальному отделу, который от всей этой суеты ничего не получил, но запомнил, что в следующие разы обязательно надо быть быстрее и ближе к пункту раздачи пищевых концентратов. Мои мотивы были совсем другие, но я получил четырёх дополнительных восходящих, двух сбежавших от своего племени влюбленных и двух головорезов из числа отряда папашки белобрысого, что привыкли заниматься не всегда хорошими делами. Так и так, было отлично. Учитывая юношеский максимализм, получу либо двух отмороженных юных влюблённых, плюющих на запреты, которые бесконечно преданны мне, тому, что я сделал для них больше, чем их племя за всё время, либо просто двух отмороженных, впрочем, и так я тоже отлично найду им применение. А что касается бандитов, то наверняка пара стигматов, переданных новоиспеченному главарю, попадут в запястья самым лучшим и безбашенным.
Оставалось подождать возвращения четырёх восходящих и более близко пообщаться со своей бандой кровавой руки и подумать, что мне ещё надо для моей миссии. Разумеется, желание стать риксом я не озвучивал, а темой намечавшегося корпоратива было празднование всего хорошего и обсуждение будущих славных походов. Это я серьёзно. Если не говорить слово «пьянка», то на языке торгашей и эффективных менеджеров это звучало как слова, что нет лучшего способа сплотить коллектив, чем устроить хороший корпоратив.
Да, иногда сам себе поражаюсь. Это называется остаточные знания. Если ты хорошо учился и тебе что-то рассказали, а не проспал на занятии или думал о чём-то другом, а именно был в теме, то знания никуда не деваются, а просто хранятся в далёких уголках головы и неожиданно всплывают, когда тебе это действительно нужно. За долгие годы, которые я воевал в космосе с тварями Грани, уроки экономики, истории и политического устройства, что обязательно входили в курс капитана корабля малого класса, не вспоминал ни разу. Честно думал, что забыл. Эти занятия воспринимались как дань традиции, и нужно просто потратить определенное количество своего времени жизни, и тебе больше никогда не придётся произносить такие слова, как инфляция, агломерация и мультипликатор.

----------

Глава 13 Бей барабан

Бей барабан, бей, бей, глотка, глотка, пей, пей, кричи, кричи, пей, бей, бей, пей, барабан, пей, бей, глотка, кричи, кричи, бей, барабан, кричи. Неважно в какой последовательности бей, пей, кричи, главное, что громко, все об этом знают, а боевой дух и градус события, как в переносном, так и прямом смысле летел вверх не останавливаясь. Совместное поднятие боевого духа проводилось в формате открытого мероприятия, и все, кто готов был прийти и поддержать, стягивались к нашему празднику, проводимому движением «руки и болта». Всё было за справедливость и очень харизматично. Под мероприятие отвели то место, где можно было жечь костры. Оно находилось достаточно далеко от центрального игг-древа, и да, это не сказки, многие народы, живущие в этом круге, были мясоедами.
Целых три домена из восьми имели климат, схожий с Преторией, и даже холоднее, где вообще ничего не росло, и нормально было в качестве витаминок пить тёплую кровь только что убитых животных. Отлично ели сырое мясо, в котором жира втрое больше, чем мышечных волокон, а вот с растительной пищей возникали проблемы. Растений для еды под центральным их древом было предостаточно, но были и народы, исключительно хищники. Я видел минотавров. Не тавров, с копытами, а именно людей с ходилками как у меня и коровьей головой, и да, они ели только мясо. Почему так, не спрашиваете. Под два метра тело человека и коровья голова, оснащённая клыками и боковыми резцами для пережёвывания мяса в лучших волчьих традициях, рога и когти на пальцах. Такой может целого тауро в одиночку задрать и съесть. Но они стали уже давно цивилизованными, поэтому мясо предпочитали жарить и питались именно в зоне для костров.
Сейчас куски плоти животных жарились громадными ломтями, и, как жарились, так и съедались невероятно быстро. Всё организовалось само по себе. Люди и человекообразные разумные приходили, приходили и приходили, притаскивали припасы, а спиртное появилось как бы само по себе. Я в этом процессе никоим образом не участвовал, всё происходило самопроизвольно, в том числе появление музыкальных инструментов и исполнение боевых танцев и песен.
Праздник справедливости плавно перетёк через ночь и продолжился на второй день. Прибыли вновь испечённые владельцы стигматов, а это справедливый повод, чтобы они тоже не остались обиженные и у них никто не отнял возможность праздновать. С молодняком я не ошибся и получил именно то, на что рассчитывал. Пара беззаветно преданных максималистов, смотрящих в рот и ловящих каждое моё слово, испытывала ко мне искреннюю, свойственную только молодым людям благодарность. Постоянно ощущал лояльность вновь назначенного главарем банды Лесного Слуха, заменившего папашку белобрысого. Внешнего собачьего восторга не было, но я чувствовал все эти эманации настроения. Возможно, Победоносный прав, что я в своём ментальном развитии сравним с золотом, просто это нигде не отражено внешне, но я мог ощутить настроение всего этого гуляния и даже вычленить чувства отдельных аборигенов. Подруга говорила, что это запредельные возможности, и кроме нашего шефа и золотых кел-лордов Вечности больше нигде с таким не встречалась.
Это всё хорошо, но я мучился мыслями, глядя на прибывающих и прибывающих сторонников. Надо ли затевать вот это всё? Беспредельничать лично, как бы выразилась наёмница, и водить легионы по карте — это другое. С одной стороны я неожиданно для себя собрал немалую банду любителей пограбить и справедливости, с другой, мне оно надо? Может действительно, там, куда мне надо сходить, отдав некому Центру управления десять капель звёздной крови и выпустить небесного восходящего, уже давно нет иллиумовых ворот, охраны, и вообще ничего не осталось, а для доступа к древнему артефакту нужно только гору мусора раскопать. Только кому это проверить? Если мне больше не надо становиться риксом, то я найду быстрый способ завершить вот это всё. Попросить у подруги штурмовой комплекс, чёрная руна и короткая очередь в негодяя, который на куски вместе со своей кожаной птицей разлетится. Внутри домена нет наблюдателя и меня никто не накажет, а если и надо будет умереть, то убив себя и предателя фламина, я очнусь в новом теле при этом появлюсь в этом же домене. Симбионт найдёт подходящий носитель поблизости, а не будет пытаться выскочить на другой край Единства. Длань с Победоносным это уже проверяли.
У меня была куча способов разнести фламина, но делать лишнюю работу не хотелось. Я сидел, смотрел, улыбался, кивал празднующим, находясь, как это делал Победоносный, в самой гуще событий, но чуть в стороне имея отличный обзор на всё происходящее, и чтобы все желающие могли меня видеть. Рядом со мной находился Владеющий Словом, представитель народа Древа, который не ел мясо, но и не делал кривое лицо за нашим столом, новый главарь банды бандитов и подруга. Мы почти сразу сменили одежду, умылись, не смывая только кровавые руки, нарисованные на груди. Мою отгрызенную культю уже перебинтовали, и я запустил руну регенерации на себя, зарезервировав традиционные сорок капель.
Оставалось только ждать пока конечность отрастёт, делать гордый вид и улыбаться. Откушенную мною руку с гвоздём подсолили и обработали местными порошками, пообещав, что она скоро совсем высохнет и не будет вонять. У древних королей из сказок почти всегда было что-то из оружия или просто нарядных палок, которые они постоянно таскали с собой на церемонии. Чем откусанная рука хуже, когда совсем подсохнет? А пока она лежала передо мной на краю стола, чтобы все могли посмотреть.
Видя моё внимание, народ искренне и незамутненно радовался предстоящим победам, богатой добыче и причастности к великим и обязательно справедливым делам.
Подруга, заметив мою серьезность, шепнула:
— О чём грустим?
— Думаю о том, как наш наниматель со всем этим ухитрялся управляться, — и сбросил мыслеобразом сразу все свои горькие думы по поводу будущего и возможных событийных развилок.
Наемница согласно кивнула, изучая сгусток моих мыслей.
— Муж мой, отец детей моих, тебе надо диверсионную группу посылать, — сообщила подруга, и я получил в ответ целый хитрый план.
Согласен. Надо быть полным дебилом, чтобы вначале стать риксом, а потом прийти в древние развалины и увидеть отсутствие защитных ворот и валяющийся в свободном доступе артефакт. Однако, бросать столь хорошо начавшееся дело нельзя ни в коем случае. Идти надо, но не прямо сейчас. Группа должна быть небольшой и крайне хитрожопой. Шли Длань и Владеющий Словом, который знает местность, традиции и особенности, а после протезирования стал настоящей машиной смерти. Бородач считал себя должником и обязанным жизнью целых три раза. Да, целую тройку спасений нам записали на счёт, из которых одна на первом поединке, фионтар и спасение от никси. Не знаю, почему бой под деревом мне с подругой засчитали «во спасение», но в купе с безвозвратно потраченной тысячей капель звёздной крови я от здоровяка чувствовал такую волну искренности, что в его надёжности не сомневался. Скорее стоило его одёргивать от желания переусердствовать в нашей защите, чем ожидать удара в спину.
— Думаешь? — спросил я супругу, глянув на выплясывающую парочку молодых восходящих, которым я стигматы, по выражению подруги, «подогнал».
— Даже не сомневайся. Нет никакой разницы, будут они в этой толпе или нет, — и Длань изящно обвела кистью руки прыгающее, пьяное и с барабанами. — Надо забирать и отдельно натаскивать. Они в тебе души не чаят. Ты для них добрый дедушка.
— С чего это дедушка? — Изумился я.
— А потому, что родители так не балуют, — спокойным тоном произнесла подруга, наблюдая за двигающейся, пьяной и жаждущей справедливости массой людей.
Все очаги, в которых можно было разводить огонь под центральным игг-древом, располагались недалеко друг от друга, и, как правило горел один, может, два. Те, кому надо было готовить мясо, приготовив себе еду, уступали место следующим. Просто не было смысла разжигать новые костры. Дрова обычно горят гораздо дольше, чем нужно времени на прожарку мяса, и, слегка обновляя топливо, можно прекрасно всем обойтись одним костром. Сейчас огонь горел во всех очагах, и приходящие и приходящие на праздник вливались в огромный танец. Здесь были восходящие и невосходящие, женщины, мужчины, и даже притащили совсем мелких детей, держа их на руках. Все прыгали и топали, образуя огромный круг с отходящими лучами. Получалось, как будто галактика вращалась вокруг огней костров.
Я так и не понял по тону наёмницы, шутила она про доброго дедушку или была серьезна. И да, я от молодых чувствовал не менее сильную преданность, такую же как и от Владеющего Словом и был согласен, что если их поднатаскать и снарядить, то будет гораздо больше толка, чем отпустить на самовыгул в толпу желающих мести и немного пограбить. Но меня сейчас мучили другие мысли, вернее одна. Как я до этой жизни докатился, и вместо безбашенного одиночки у меня теперь вот это всё? И самое главное, сам же в это и влез.
Словно отвечая на мои терзания пришел, мыслеобраз от наёмницы:
— Хочешь, я тебя делегирую?
Я никогда не отказывался, когда подруга делегирует и в разных позах, но, наверное, сейчас не об этом. Заниматься эффективным менеджментом другое, чем привык обычно, хотя о чём она сейчас, я понял. Нужно будет посмотреть, что у кого есть из оружия и снаряжения. Понятно, что восходящие должны пройти через испытания и стать сильнее, но хотелось бы иметь не только мясо для битья, но и тех, кто жив останется после первого же боя. Обратился к Лесному Слуху:
— Посмотри, кто чем вооружён. Завтра наверняка танцовщики будут спать до обеда, а мы пройдемся по торговцам и купим что надо. Не думаю, что вся толпа, что выплясывала, будет готова на большее, но тех, кто с нами, надо вооружить.
Глянул на подругу и получил одобрительный взгляд. Да я просто монстр делегирования и эффективности. Не напрямую Длани поручил, а озадачил нового главаря бандитов, при этом понятно, что подруга обязательно будет присутствовать, но как же хорошо всё получилось, всем и сразу раздать задания, как прямо, так и косвенно.
Пришло утро, но я был гораздо худшего мнения о местных, думая, что невменяемые тела будут до обеда спать. Расползаться начали гораздо раньше. Было немало тех, кто собирался валяться до обеда и даже дольше, ожидая команды на общую тревогу и боевое построение, но радовало то, что большинство празднующих разошлось. Многие, просыпаясь после вечерней пьянки, осознали, что теперь вообще то кормить не будут, а вот прибить вполне, поэтому как неожиданно набежали, так и рассосались. Но всё равно было немало тех, кто остался под деревом и жаждал идти в бой.
Головорезы из банды папашки и белобрысого — это отдельная тема, и они являлись моей гвардией, у них было отличное снаряжение и уже получили двух восходящих, собственно только за то, что пожелали справедливости. Для относительно небольшого отряда пара дополнительных бойцов со стигматами — серьёзное усиление, но большинство тех, кто прибился из других племён и жаждал стигматов, реального оружия и даже запасов еды не имели. В обмен на будущую добычу и кормление были готовы повоевать и честно отплатить за всё, но как правило имели минимальное оружие пригодное для охоты, а война выдвигает совсем другие требования. Фактически, кроме себя, у них вообще нечего было предложить.
Без копья в бой нельзя, и даже если ты идешь в бой за копьем, то это означало только то, что своё первое копье ты должен добыть сам до этого, и многие могут решить, что все средства хороши. Я прекрасно помнил немало восходящих, которые до пены у рта доказывали, что звёздная кровь это главное. У меня было две тысячи капель, у подруги три с хвостом и семнадцать тысяч, по её выражению, на нычке из общака. И как это помогло пойти и освободить небесного восходящего от руны ловушки? К этим кровям требуется уйма славы, а ещё неопределённое время, которое мне, практически эталонному «забивальщику» и лицу с «низкой восходящей ответственностью», этим словам меня тоже подруга научила, теперь приходиться быть эффективным менеджером и становиться риксом, ещё и не понятно, хватит ли этого? В любом случае, нас теперь легион, и чтобы исключить свободный промысел оружия и снаряжения, лучше выдать. И не палку с костяным наконечником. А ещё хорошо бы составить списки, кто на что способен, и хоть как-то разбить на отряды, и назначить командование.
С такими мыслями я и отправился на поиски нужного. Местный рынок не был готов к централизованной системе закупок, опту, долгосрочным контрактам и тендерам. Это слово я знал, и оно было обычным для людей, занимавшихся обеспечением Претории, но не думал, что меня это коснётся, ещё и в следующей жизни. Есть такая религия, очень распространённая в космосе, что если прожить жизнь хорошо, то в следующей жизни родишься не на заблёванном орбитале на окраине астероидного пояса, а в семье, которая свой жилмод имеет на планете-курорте, и даже выше нулевого яруса, а днём в окна даже свет светила попадает, и видно ухоженный парк во дворе, и даже море. А если будешь обдолбанным отморозком, то в новой жизни родишься на ещё более заблёванном орбитале и назначат тебя министром культуры. Вот об этом я и думал, что я такого сделал, что меня в риксы направили?
Среди развалов товара найти что-то одинаковое, ещё и повышающее живучесть моим, было непросто. По моей просьбе Лесной Слух уже пересчитал восходящих и простых людей, которые не разбежались после попойки, и примерно понимал уровень обеспеченности. К моему удивлению, умевших держать оружие было немало, несмотря на пылкие сердца и желание справедливости. А вот с оружием была беда. Самих копий, стрел и рун имелось немало, но, как и предполагала подруга, почти всё было адаптировано на охоту, а не на войну. Народ реально горел идеей и был впечатлён примером социальных лифтов. Эффективный менеджер должен не только давать задание, но и контролировать выполнение, а ещё вспомнил пришедшую на ум фразу, что молодых надо грузить, а старых и мудрых хвалить. Есть очень интересный принцип, что уровень компетенции штаба, определяется самым опытным его представителем.
Это была свободная лекция одного из прославленных адмиралов, и он рассказывал, как на прямой связи держал несколько очень опытных стариков, видевших всякое, и заставлял их давать умные советы, которые потом учитывал. Он командовал эскадрами целого сектора галактики и пришел к нам на свободную лекцию случайно. Его флот просто был недалеко от нашей системы, и он решил посетить прославленную Преторию и, разумеется, военное училище. Адмирал рассказал невероятно много интересного. Он говорил, что в штабе уйма молодых офицеров, у которых мозг работает быстрее тактических искинов, размещенных на флагмане, но при этом есть и умудренные опытом ветераны, которые выдавали такие советы, что никто другой это был сделать не в состоянии. Из потаённых глубин мозга иногда выплывали редчайшие ассоциации или уникальные случаи, что ни в одной быстродоступной базе подобного найти нереально, тем более связать с происходящим. Затем шёл мозговой штурм молодыми офицерами и принятие решений, порой странных и нелогичных, но нередко случайный обрывок памяти заставлял двигать эскадры из тысяч кораблей, и только это, как потом оказывалось, спасало флот.
Все рекомендации, идущие от древних ветеранов, требовали критического контроля, доработки и перекладки умных советов на текущие возможности эскадры, но однозначно игнорировать подобную информацию нельзя, если ты собираешься просто жить, даже без приставок «долго» и «счастливо». У меня было кого грузить, гонять, пахать или отправлять таскать туши, как тут говорят местные аборигены, подразумевая тяжёлую работу. Но кто у меня в мудрых советчиках? Часть кандидатов я определил, но часть нужно было ещё подыскать. Не менее важно, чтобы система управления работала не только на верху, но и внизу. И это даже важнее, чем обеспечить каждому копьё.
Большая часть войска состояла из окрыленных перспективами и восторженных, но не восходящих. Победоносный свою экспансию начинал со сплоченного племени, вкачав в него огромную кучу ресурсов. Первый отряд практически полностью состоял из восходящих и легко опрокидывал намного превосходившие по численности силы противника, обращая в бегство племена и народы, используя качественное превосходство. По факту, у шефа была армия, состоящая из одних героев, которая потом обросла приверженцами. Это и дало начать резкий старт в завоевательной войне размером с целый круг. Если уже и пользоваться умным советом, где и что купить, то я знал к кому идти.

----------

Глава 14 Пара

Если честно, то полтора дня пьянки сильно утомили, и как-то незаметно заснул, под бой барабанов и пьяные крики. Сны — это другое. Я снова был во сне и стоял у четырёх огромных башен, которые видел раньше. Те самые, что в домене Владеющего Словом, но сейчас передо мной были не древние руины, а четыре величественных шпиля, сияющих лиором и изобилующих множеством архитектурных излишеств.
Я был руной-существом. Меня специально выпустили, и сейчас мне предстоял важный визит. Старый, но крепкий и нарядный слуга, отвечающий за приём гостей, ещё раз оглядел меня и слегка подтолкнул, подбадривая зайти на камень переноса. Церемониймейстер не мог за полчаса сделать из такого дикого нео, как я, хоть что-то культурное, но старался, предупредив, что надо молчать, отвечая только на вопросы, держать уважительное выражение лица и не забывать кланяться. Переодел в чистое и забрал у меня все палки с костяными наконечниками.
Шаг, и я оказался в просто гигантском зале, расположенном около вершины башни. Стены были прозрачны, и можно было видеть на огромное расстояние, ограниченное, пожалуй, только непрозрачностью воздуха. С полсотни кел в ярких, цветастых и нарядных одеждах стояли вдоль дорожки, сделанной из лиора. Лиор — это дорого. Мне его Победоносный показывал, как и ещё несколько очень ценных предметов и материалов, чтобы я, встретив обладателя не слишком броского, но дорогущего украшения или предмета, не тупил, а сразу опознал дорого-богатого индивидуума. В другом краю зала, со всем пафосом, стоял трон. На возвышающемся на метр над всеми кресле сидел ещё один нарядный. Он сильно выделялся. В абсолютно белых одеждах, с голубым светом в глазах и с презрительным и гордым видом. Я пошёл к нему, изображая строевой шаг, но вложив в него всё своё почтение. Старался как мог, даже заслужил лёгкую улыбку уголком губы.
Почти дойдя до величаво сидевшего на троне, развернулся вправо и поклонился неприметному мужчине. Он был не младше и не старше остальных, одет в такой же нарядный и помпезный костюм, как и все окружавшие, а в его глазах горело золото. Я, громко и чётко произнёс:
— Приветствую вас, великий мастер и авгур рода. Направляюсь сдавать доклад о происходящих событиях небесному восходящему, которого вы назначили восседать на троне. Прошу разрешить продолжить доклад!
— Ты не можешь меня видеть глупый нео! Небесный восходящий там, — прямо с возмущением ответили мне, указав пальцем в сторону одетого в белое и сидящего на троне кел.
Я задумался и сделал это с максимально глупой рожей.
— Так точно! Там! — легко согласился я, ещё раз склонив голову. — Прошу простить меня, великий авгур. Я не знал, что не должен вас видеть. Церемониймейстер не предупредил меня о тонкостях торжества. Я не знал, что если глава дома стоит справа, в третьем ряду и немного сзади, то это означает, что я не должен его замечать. Я лишь нео, неосведомленный о тонкостях этикета.
Был вежлив, как никогда, и максимально искренен. Чувствовал, как меня ментально сканирует множество разумов, но в открытом участке, который предоставил мой житель головы, я был искренен и даже в мыслях не мог чего-то плохого. Тупой, верный и придурковатый. И ещё раз уточнил:
— Разрешите мне продолжить доклад?
— Не нужно, а церемониймейстер следующий раз обязательно предупредит, — и глава махнул кистью руки, явно чем-то раздраженный.
У меня в голове, разумеется, в доступной части головы, ни одной мысли не возникло, чего он сегодня не в духе? Искренняя пустота, которую, кстати, постоянно считывали и проверяли мои эмоции. Фрейм главы дома поменялся на небесно-голубой. Он ещё раз сделал движение рукой, и все находящиеся в зале мгновенно исчезли. Просто вот были, а потом перестали. Наверное, есть определенный протокол, когда по взмаху левой руки слева направо, немного вверх и слегка с изгибом, все должны бежать во все стороны. Это я так примерно представил, потому что определил именно такой жест.
Я смог сильно удивить большого начальника, и не будь у меня богатого опыта общения с Победоносным и тощими кел, скрывающими свои возможности, то обязательно бы пропустил стоящего в толпе владетеля дома, расшаркиваясь перед разнаряженным клоуном, которого специально посадили на трон, чтобы я ему челом об пол бил и важности докладывал. А потом меня бы высмеяли, как тупого идиота, который среди стоящих у меня под носом великих не увидел настоящего хозяина. Был ещё вариант, что это такая проверка, но для чего?
Взмах руки кел и перенос. Ещё один зал, но в другой башне. Не смотря на прекрасный вид, обстановка оказалась совсем иная, а ещё внутри был жуткий, просто нереальный ментальный фон. Небесный авгур глянул на меня, наверняка ожидая, что просто сдохну, но прямо сейчас я делать подобного не собирался. Ощущения, как будто после перегрузок, а потом напился и ещё где-то головой стукнулся. Бывало и хуже, но большинство мне известных восходящих погибло бы мгновенно. Внутри всё пространство было заставлено непонятным оборудованием, скорее напоминавшем домик колдуньи из сказок, только изготовленного из самых блестящих материалов и украшенного до предела.
— И вправду не умер, — хмыкнул авгур.
— На всё ваша воля, — ответил я.
Вкруг лежали почти два десятка пленников, среди которых были нео, несколько кел, несколько представителей неизвестных мне зверо-народов, один минотавр и трое представителей народа воды. Все были примотаны шипастыми цепями к массивным металлическим конструкциям. Одна из водоплавающих была она. Та самая, из глубоководных, с длинным гибким хвостом. Я сразу узнал её. Это то самое тело, которое использовала тварь, ворующая детей. Именно с ней я дрался, когда освобождал дочку Победоносного. Слишком ли много совпадений? Задаваться такими глупыми вопросами смысла не видел. Если пытаться ответить на всё и сразу, то «отвечалки» не хватит.
Сейчас шёл какой-то ритуал, и, кажется, я понял, для чего нужен был я конкретно тут. Вопросы, почему оказался руной-существом, зачем мне устроили тупую проверку в зале из лиора, и зачем выпустили на входе, а не притащили сразу сюда в скрижали. В моей голове ответов не находили. Зато работа была проста и незатейлива. Великий кел размахивал резным деревянным посохом, изображая глифы рун, а я на подхвате.
— Раб, принеси мне кристаллы, — произнёс владетель.
Тела были связаны и располагались по периметру зала, довольно далеко от центра, и надо было идти с сотню шагов, чтобы дойти до середины помещения и пройти в светящийся купол, в котором находились небольшие подносы, на которых лежали разноцветные кристаллы. Я взял первый попавшийся и принёс авгуру. Владетель размахивал деревянным предметом, описание которого для меня было знаками вопроса, и выводил им в воздухе символы, которые появлялись, светились, а затем, материализовываясь, падали на зафиксированное тело, впитываясь в пленника. Он взял из моих рук поднос и насыпал кристаллы на тело минотавра. Плоть начала местами сжиматься, вспухать и даже сгнивать, делая это пятнами. Тело человеко-быка обмякло, и восходящий умер, оставив искорки звездной крови и рунные глифы. Небрежно смахнув появившееся рукой, владетель на секунду замер, рассматривая нечто, невидимое мне. За головой умершего на пол упало несколько светящихся кристаллов. Я хотел помочь поднять, но меня остановили жестом. Затем авгур движением руки заставил камешки подлететь, собрал их в ладонь, и они исчезли в руне хранилище. Он пошёл к следующему пленному, произнося:
— Раб, принеси мне кристаллы.
Пока глава дома готовил пленника, и опять размахивал палкой, рисуя символы, я сходил ещё за одним подносом. Мельком глянул на знакомую мне рыбообразную. Она, как и все пленники, была обнажена, руки и ноги примотаны шипастыми цепями к металлическим конструкциям, и даже хвост оказался дополнительно зафиксирован, на что выделили отдельный кусок цепи. Но пока была не её очередь. Следующим оказался кел, два нео, ещё один звероподобный восходящий и опять кел. Я таскал подносы, а авгур забирал руны и иногда упавшие около трупа кристаллы. Последние падали не всегда.
Я, кажется, начал догадываться, для чего я тут такой красивый нужен. С каждым трупом, ментальное давление росло. Скорее всего, поэтому меня сюда и притащили. Кто-то должен таскать подносы, и, судя по всему, здесь могут выжить только очень сильные восходящие, которым показывать происходящее в этом зале не хотят, а простые слуги просто погибали. А потом подвернулся я, со своей деревянной головой. Что может быть менее болтливо, чем руна-существо?
Ещё два нео, последний кел, с которого кристалла не получилось, дожали одного мужчину из народа воды и всех зверо-людов.
— Раб, принеси кристаллы, — махнули мне презрительно рукой в очередной раз, и небесный отправился к рыбообразной.
Я пошёл, взял поднос, принёс к совершавшему ритуал хозяину и немного постоял рядом. Великий явно был раздражён, и что-то шло не так. Глянул на рыбу. Может, показалось, но мне подмигнули. Символы отлично рисовались авгуром в воздухе, материализовывались, но, касаясь, тела рыбы скатывались, падая на пол, и рассыпались искорками звёздной крови, а не впитывались в восходящую как это было обычно.
— Принёс, — честно и искренне доложился, напомнив о себе, прождав несколько минут около размахивающего деревяшкой авгура.
Моё присутствие проигнорировали. Видя, что у меня не собираются брать из рук принесенное, поставил поднос на невысокий цилиндр рядом, по поверхности которого бегали блестящие искорки. Выбрал первую попавшуюся ровную плоскость, повинуясь наитию. Вспышка.
Вдали разгоралась красная лампочка, переросла в зеленое свечение. Просто знал, что именно так теперь выглядел для меня визуальный эффект, при котором вызывали из руны. Я оказался посреди выжженного зала. Тут же по голове получил куском обожженной корявой деревяшки, в которой я узнал посох, с помощью которого совершался ритуал.
— Тупой раб! И кто додумался такого, как ты, засунуть в руну? Соединить кристаллы с накопителем, — и мне нанесли ещё один шлепок по голове.
Это было не желание размозжить мне голову. Авгур наверняка мог это сделать, имея свои небесные атрибуты, а просто изливал гнев на мою неумную надстройку над телом, крепящуюся с помощью шеи. В эти мгновения хотели просто обозначить, что я тупой дебил, а он тот, который пострадал из-за чьей-то неумности. А чтобы я действительно проникся, мне надо было дублировать это тактильно. Пришлось вжать голову, выражая на лице искреннее непонимание, а я-то при чём? Видя мою реакцию, обгорелая штуковина, бывшая ранее предметом особой важности, а теперь просто обожжённой палкой в руках злого кел, полетела на пол, а мне показали рукой на выгоревшую комнату:
— Убери здесь всё, — и сделав шаг, исчез в овале свечения, который тут использовали как межкомнатные двери.
Я стоял и смотрел на выгоревшие до пепла тела пленников, обгорелые неизвестные мне штуковины, и просто груды чего-то, теперь ставшее пеплом. Тело рыбы по-прежнему было привязано к металлической раме. Вернее, выжженые кости, часть которых осыпалась пеплом, но костяк ещё угадывался. Я поднял обгорелую палку, которой размахивал главарь кел, стал над трупом глубоководной рыбы, вспоминая, как мы дрались на выдуманном мной тяжёлом крейсере Раджеп Мадарасп, нарисовал над ней знак шестого ударного флота. Наверное, порыва моих эмоций для обгорелой деревяшки было многовато, и она рассыпалась. Зато прямо в воздухе материализовался здоровый такой знак, выполненный из полированного металла и со звоном грохнулся на обгоревшие кости. Скатившись, железяка рассыпалась звёздной кровью, а среди облака пепла, поднятого от раскрошившихся костей, я увидел абсолютно чёрный глиф руны.
— Не сметь! — Раздался у меня в голове вопль главы дома кел, но было уже поздно.
За краткое мгновение, пока волна ментальной команды авгура давила моё сознание, пытаясь остановить, я тронул рукой чёрную искорку. Команда ударила меня словно разогнанный состав монорельса, но на мгновение замедлилась, натолкнувшись на преграду моей мозговой защиты. А когда сообразили отозвать меня обратно в руну, чёрная звёздочка уже скользнула мне в скрижаль.
И я проснулся. Скрижаль. Вашу червь! В моей скрижали была ещё одна козявка. То, что руна тысячекратного усиления её не слизнула, увеличив число применений, говорило только о том, что это другая руна. «Проклятая руна?????? — чёрная.??????????????????????????? Время действия — мгновенно. Стоимость — весь запас звёздной крови безвозвратно. Смерть». Ещё одна чёрная руна с обязательной смертью и всем запасом звёздной крови? Остался вопрос, как бы узнать то, что скрывается под знаками вопроса.
Оторвавшись от описания своего нового приобретения, увидел озабоченное и серьёзное лицо Длани. Наёмница спала рядом, но при моём шевелении мгновенно проснулась. Лежанку для меня сообразили прямо рядом с пиршественным столом, просто оттащив моё уснувшее тело на пару метров в сторону и уложив на брошенные на землю шкуры. Охранял мой сон воин народа Древа, заодно и храпевших рядом Владеющего Словом и главаря бандитов. Они не заморачивались на шкуры, а просто улеглись на голую землю.
— Плохой сон в руку? — поинтересовалась подруга.
— Не плохой, но пока в какую руку не знаю, — сообщил я Длани, и ткнул локтем дрыхнущего рядом Лесного Слуха. — Вставай гвардия. Службу служить будем.
Мутные истории с пополнением скрижали через сон идут своим ходом, а сделать то, что планировали, нужно было прямо сейчас. Оружие для моей армии само себя не купит.
Честный Глаз встречал меня на пороге своей лавки с распростёртыми объятиями из культи и широко расставленной руки, впрочем, как и у меня.
— Архераил! Ты ли это? О твоём поединке знают все. Я всё понял. Тебе просто необходимо иметь отрезанную конечность, и если у тебя под рукой такой нет, то тебя это гнетёт. Сразу после того, как ты отдал мою руку в храм Вечности, ты отгрыз новую. Я уже предупредил своих, что с тобой можно иметь дело, но издалека, и подходить близко только тогда, когда у тебя уже есть что-нибудь отрезанное.
— И я тебя рад видеть, сообщил я торговцу, и мы дружески обнялись, использовав уцелевшую руку.
Оценил остроумие гостеприимного хозяина, и изложил свою большую проблему.
Любой, кто занимает хозяйственную должность, несет материальную ответственность, владеет или распределяет некое имущество, обязательно становится владельцем дополнительных вещей, которые не проходят по официальным документам. Даже на нашей Претории, где не было денег и понятия продажи на сторону не существовало в принципе, у любого начальника крупного или мелкого склада всегда было что-то дополнительное. Это касалась всех мест с чем-то ценным. Что-то не забрали из оборудования, а потом вышли сроки эксплуатации и его списали, вернули лишнее или просто вычеркнули из списков. Когда идут прорывы и корабли горят целыми эскадрами, то не до пары штурмовых комплексов, которые не успели забрать со склада, и они оказались списанными вместе с десантным флотом. Проще отшвырнуть эти стволы в дальние ящики, чем объяснять, что посчитали неправильно и писать кучу объяснительных из-за такой мелочи. Да и когда звёздная система в огне, вот правда, не до этого.
Ещё один источник ценностей, но это в основном на ремонтных палубах и доках, разборка списанного в безвозвратные. Повреждения бывают разные, и, если уделить этому некоторое время, можно добыть немало полезного, и всё это складывалось, хранилось, сортировалось и держалось вне официальных запасов, но регулярно выдавалось своим, или использовалось по личному усмотрению начальника склада. Почти всегда в этом не было злого умысла, просто это всегда так, и хозяйственность будет свойственна человеку, хоть пройдут миллиарды лет.
Мы шли к четырём пузатым летающим кораблям. Уж не знаю почему, может быть, какие-то генетические эксперименты кел или правила расселения, но почти во всех кругах, где по морям ходили суда по воде, большинство мореходов было из людей Моря. Огромные здоровяки, как мужики, так и их женщины, проводили почти всю жизнь на палубах своих кораблей, сходя на берег только пьянствовать и поединки на оплеухах устраивать. С летающими кораблями было тоже самое. В этом круге их называли народ Высоты, но поголовные размеры крупнее среднего, нереальная ширина плеч, здоровенные ручищи и вороватые пиратские рожи, однозначно говорили о прямом родстве со своими морскими родственниками. Женщины, сбитые, с выпирающими формами и почти всегда выше меня, были под стать своим мужчинам. И традиционные татуировки с причёсками были практически идентичны. Ещё когда меня забирали с острова, обратил на это внимание.
Но конкретно сейчас мы пришли к воздушным волкам не для того, чтобы устроить соревнование по битью рож. Эта информация была крайне тайная и секретная. Без Честного Глаза я бы об этом никогда не узнал. Капитан Надувающий Паруса привёз большой груз. Товар шёл в один из доменов с другого круга. Капитан перевозил его от огромного каравана, состоящего из нескольких тропосов и пришедшего к краю круга, до одного из островов, где есть второй вход в домен. Это были отличные копья, длинные и одинаковые, которыми можно резать и колоть, шлемы из металла и плетёная металлическая броня, укреплённая костными пластинами. Самое главное, их было много и всё было одинаковое. Перехватить груз и не рассчитывал. Свою клятву капитан не нарушит и довезёт в целости и передаст заказчику. Но там, где он это взял, этого много, и если хорошенько покопаться, то наверняка в трюме припрятано немало ценного товара.
Со снаряжением восходящих, как оказалось, проблем не было, им годилось всё. Просто покупаешь любое, в чём есть звёздная кровь, и все счастливы и стали сильнее. А ещё можно под клятву отдать руны, сформировав более-менее стандартные комплекты, чтобы у восходящего немного льда, огня и что ни будь из помогающих существ, вроде жука или птицы, исполняющего роль наблюдательного дрона. Или, наоборот, тягловое животное или зверь для атаки. А вот что делать с простыми людьми?
Желающих справедливости и немного пограбить, было немало. Превратить их хоть какое-то подобие отрядов вполне реально, разделив на группы, дав в командиры восходящих и определив специализацию и место в моей армии, но нужно вначале подобающе вооружить и защитить. При этом хотелось, чтобы древки копий были хотя бы равной длины, и никто не погиб от случайных стрел или скользящего удара по голове в первом же бою. Именно первые бои и определят сложность моего дальнейшего становления. Победоносный так и говорил, что после сокрушительных побед которые пошли с самого начала, даже самые упрямые племена стали включать голову и пытались договариваться.
Вот для скупки излишков мы и явились на корабль. Честный Глаз сразу сказал, что если я хочу вооружить и одеть в одинаковое почти полсотни человек, то искать в свободной торговле подобное количество реально хорошего товара бесполезно. Можно заказать у тавров, и они отлично сделают желаемое, но это не завтра и даже не сто древодней, и единственный вариант — это поговорить с хитрыми пиратами и покопаться в излишках товара среди сэкономленного и честно награбленного.
Не меньшим фактором был и бюджет. Если передать руны и даже оружие восходящим можно под клятву и потерять его только в случае смерти бойца со стигматом, а не потому, что он решил не вернуть, то с обычным человеком такое не проходило. Что мешало получить хорошее копьё и исчезнуть, растворившись в дали? В этом и была проблема номер два. Где найти много одинакового, хорошего и чтобы не жалко?
Без всяких издёвок, товар был. Как шутил торговец, что своему названному однорукому брату плохого не посоветует. Рылись в наконечниках, шлемах, доспехах, и даже нашлись очень удобные заплечные мешки с лямками, которые можно регулировать.
Кстати, молодежь, которую я одарил стигматами, решила окончательно избавиться от своих старых корней и назвались Хранящая Справедливость и Хранящий Справедливость, решив, что после того, как они получили стигматы, то в их жизни начался новый путь, и именно с этими именами они пойдут в Вечность. Свои прошлые говорить даже не собирались, и теперь они восходящие, и могут отстоять своё право на быть вместе. Стоило им нанести на грудь знак откусанной руки, и мечты стали исполняться, а обидные слова про то, что молодого человека послали на гвоздь, сообщив, что шёл бы он за стигматом и больше не подходил к дочери, уже воспринимались как история. Они пошли против всего племени и получили счастливую метку.
Я о них вспомнил неслучайно, потому что пират показал одновременно ценный и бесполезный комплект оружия для восходящих. Руны-предметы бронзового ранга. Это было парное оружие, но не для пары рук, а для двух человек. Каждому по копью и клинку. Если копья были практически одинаковые, то клинки сильно отличались. Первый массивный, сделанный из куска кости, в виде позвоночника длинного существа, у которого были очень недобрые шипы, а второй, возможно, из этого же существа, судя по совпадению синеватого оттенка кости, но уже из клыка или шипа. Наверное, больше всего похож на узкую, тонкую и слегка изогнутую саблю. Прелесть этого оружия заключалась в том, что если оно было само по себе, то это очень прочные, острые и отлично сделанные копья и некие предметы для нанесения колюще-режущих ран, а вот если они оказывались в руках тех, кто вместе, то включались дополнительные особенности.
Как работали свойства на звёздной крови именно здесь, я не имею ни малейшего представления, но по воздействию похоже на техноклинки или виброножи десанта, когда лезвие получало дополнительные режущие свойства за счёт кинетических импульсов на сверхвысоких частотах и энергетической подпитке режущей кромки. Таким оружием можно резать сталь, пластик скафандров и панцири тварей Грани. Вся хитрость заключалась в том, что пара владельцев должна быть чем-то связана.
В Единстве браки, не смотря на внешнюю влюблённость и нарочитые показательные чувства, зачастую являются неким соглашением, по которому супруги совместно выживают, рожают детей и совершают подвиги, но это походит более на боевое братство, чем на душевную связь, а этого, наверное, мало. Главный пират меня уверял и подтвердил клятвами наблюдателя, что всё работает, а вот продемонстрировать было некому. Даже он со своими жёнами не мог запустить секретный механизм, заложенный в оружии. Если честно, покупать просто костяные копья не хотелось. Нужно было пробовать.
— Хочешь беременную жену заставить палкой махать? — искренне и незамутнённо изумилась Длань, взяв копьё, произнеся это на глобише.
— А если тухляк хотят впарить? — попробовал я сгенерировать ответ, вспоминая жаргонные слова из обихода моей супруги, и тоже на глобише.
Кроме Владеющего Словом, никто не понял, но народ одобрительно загудел, видя, как мы поднялись и взяли по копью. Рук мне не хватало, поэтому шипастый дрын, который изображал меч, я просто засунул подмышку, придавив культёй и стараясь держать так, чтобы режущая кромка мне ещё и ногу не отрезала. То-то Честный Глаз повеселится.
— Что скажешь дорогая?
— Ощущения есть, возможно даже работает, вот только какую из наших связок эти палки понимают?
— Это любовь, — уверенно произнёс я, хотя список был обширен, от парных симбионтов, до непосредственно моего ребёнка внутри подруги.
Несмотря на то, что симбионт сразу останавливал развитие беременности, и рождением детей мы будем заниматься позднее, когда со всей этой суетой разберёмся, и эта связь могла учитываться оружием, а возможно, всё, по совокупности.
Бочка, деревянный щит, обитый металлом, несколько шлемов, как костяной, из черепа зверя, так и кованный из металла, проткнулось копьями и рассеклось клинками отлично. Всё работало именно из наших рук, а вот стоило оружию попасть в руки не парных нам людей, то костяные наконечники оказывались именно тем, чем они и были. Местные небесные волки были по габаритам полным аналогом своим водным собратьям и силы имели немеряно, но в их руках, свойства исчезали и непринуждённо проткнуть обитый металлом щит было практически нереально. Для чистоты эксперимента натащили кучу хлама, который мы с подругой рубили и протыкали непринуждённо, а потом выпускали страждущих, у которых даже при всём старании не получалось и десятой доли. Силы воздушным пиратам хватало, чтобы кованный шлем превратить в лепёшку, но не разрубить, и всерассекающий меч в их огромных лапищах выполнял роль дубины, а не клинка.
На такое веселье сбежалась половина команды. Секрета в том, что у них есть столь замечательное оружие, не было, судя по всему, его давно пытаются продать, но хорошо спаренных богатых покупателей пока не попадалось.
— Надувающий Паруса, пошли кого-нибудь. Пусть найдут детёнышей, которых я одарил стигматами и тащат сюда, — крикнул я главному пирату, наблюдавшему за потугами своих матросов проткнуть некую штуку. Что это я не знаю, но вещица прочная и без волшебной силы звёздной крови, явно не протыкаемая.
Мне в ответ кивнули, гонца послали, а мы ушли на соседний корабль, смотреть, считать и торговаться. Парные копья — это хорошо, но без них можно отлично обойтись, а вот отправлять без защиты и оружия своих бойцов в поход я не хотел. Сейчас мы занимались тем, что пытались собрать подобие стандартного комплекта на полсотни простых людей, да и часть восходящих пришла с одними охотничьими пиками, что на мой взгляд для войны маловато.
Что сказать? В трюмах действительно нашлось много полезного, а главное схожего. Не одинакового, но условно идентичного. По торгу и оплате вышло тоже довольно просто, да и какой торг в присутствии Честного Глаза? Он знал цены вообще на всё, причём мог сказать сразу три, когда долго торговались, недолго торговались и облапошили покупателя по самые плоды пьяного тыквенника. Мы всё купили по «долго торговались» и пару предметов по «торговались относительно недолго». Разница невелика, и я просто не захотел время терять. А потом прибежал юнга. Мелкий и шустрый пацанёнок доложил, что мои молодые восходящие идут, и Надувающий Паруса на остальной товар махнул рукой, отдав по первой категории, где долго торговаться, но мы спешили, и всем, включая пиратского капитана, было интересно посмотреть.
Собрались все. Мордовороты и их семьи, кто не был занят на вахте, выползли на палубу. Огромные мужики, сбитые бабы и их потомство, с детства живущее на кораблях, стояли на палубе, висели, удобно устроившись на такелаже, или, словно обезьяны, пристроились на мачтах и реях. Гробовое молчание, нарушаемое только сосредоточенным сопением. Посреди палубы стоял массивный пучок местного сена, перемотанный тряпками, а внутри него спрятан небольшой бочонок, на который мы натянули добротный доспех из дублёной и толстой шкуры, обшитый стальными пластинами.
Влюблёныши шли в полной тишине, непонимающе поглядывая по сторонам. Разумеется, никто им ничего не сказал. Я с самым важным и торжественным видом показал на пучок сена и вручил им копья. Клинки пока решил не давать. Как показали мои эксперименты с подругой, что вообще нет разницы, вытащен из руны один предмет или все, а ещё у кого из пары находятся руны. Даже больше, если руны были у капитана, а мы просто получали в руки по копью, то так тоже работало.
— Бей! — крикнул я.
Раздумий небыло. Как бы сказали в чванливых мирах центра галактики: «нулевой уровень рефлексии». Два острия ударили в объёмную связку тряпок и травы сразу, не раздумывая и не задавая вопросов. Такую штуку и без припрятанного бочонка в доспехе проткнуть сложно. Удар! И два острия на мгновение показались с другой стороны, пробив насквозь, рывок назад, и молодые замерли в боевых позах готовые ко всему, держа копья на изготовку.
— Бей! — заорал я, а мне вторила подруга и главарь пиратов.
Опять копья проткнули преграду.
— Бей! — поддержали мой крик с мачт и палубы одиночные крики.
— Бей! — Прогремел рёв глоток, уже угадывая мою команду.
Бей, бей, бей! Орали лужёные глотки, а копья пробивали и пробивали насквозь вязанку сена с припрятанным бочонком, одетым в доспехи, не замечая преграды и показывая костяной наконечник с другой стороны. Казалось, что от слитного радостного крика с ветвей древа золотые стрекозы повалятся. А потом была пьянка.
Вначале, конечно, мы молодым всё рассказали, заставили проверить клинки, и даже туда-сюда передать руны из скрижали в скрижаль, проверяя, включиться ли парность оружия как было у меня с Дланью, и только потом пьянка.
Руны, разумеется я отдавал под клятву наблюдателя. За потерю самих рун-предметов я бы переживал не сильно, в случае если молодым вдруг захочется сбежать с моими звёздными закорючками, а скорее расстроился из-за того, что не смог просчитать поведение. Но на такую вероятность я ставил миллионные доли процента и на сознательное предательство даже не рассчитывал. Потерю в гвозде со смертью восходящих допускал, но постараемся без этого. Вручал в стиле Победоносного, торжественно и пафосно до невозможности, даже с небольшой речью, утонувшей в радостных и очень громких криках присутствующих.
Подруга мне мыслеобраз прислала, где сравнивала, как в зачуханном отделе огромной корпорации, молодому и младшему сотруднику вдруг вручают суперсовременный терминал для работы, выставляя это так, что в организации заботятся о своих кадрах, а не потому, что старый терминал так устарел, что просто перестал работать, и большие боссы, скрипя зубами от жадности, решили одновременно обновить технику и мотивировать сотрудников. Да, согласен, была в этом своя правда. Но мотивировал я не эту пару, они и так по самое немогу замотивированы, как бы одёргивать не пришлось, а я самым подлым образом решил постричь немного полезного с братии воздушных волков.
Мне был нужен такой параметр, как слава. Увижу ли я этих пиратов ещё когда-нибудь или нет? Сейчас это сказать сложно, но пока есть возможность, то нужно запустить маховик моего возвышения. Историю с моим участием будут рассказывать и рассказывать, безбожно перевирая и передавая друг другу. Я видел сообщения о повышении известности постоянно. Пока я находился на корабле, этот параметр у меня скакнул довольно заметно и продолжал расти, и наверняка завтра продолжит, когда случившееся будут перебрёхивать на соседних кораблях под кружку пенного.
Пожалуй, главным на сегодня вопросом для меня стал: «Ты ли это, Архераил, сын вольной Претории — планеты без денег?».

----------

Глава 15 Крепость героя

К воротам крепости, возвышающейся над гладью воды со стенами в три роста человека, по древней дороге, являвшейся, в сущности, мостом, вернее, широкой дорогой, где четыре повозки тауро в ширину разъедутся, шёл ровный строй копейщиков. Древняя дорога была сделана из несокрушимого камня, стояла на сваях и возвышалась над гладью озера метра на два. Созданному древними кел и почти не утратившему свою красоту и узоры творению было плевать на группу людишек. Щиты спереди, щиты сверху, а с середины стреляли луки, при поддержке восходящих летели руны. Бам! В строй влетела руна блестящих ножей, усиленная огненным заклинанием, и, отрезая руки, ноги, разрывая горло, выбивая глаза и выпуская кишки целому пятну людей, погасила свою энергию в телах. Бам! Прилетели камни, а потом лёд и огонь. Бам! И на стене закричали люди, падая в воду и за стену, объятые ответным пламенем, порождаемым звёздной кровью, да и просто от метких стрел. А в ответ полетели камни со стен, стрелы, копья и рунные лёд и огонь. В сторону скрывшихся за укреплением воинов пришла ответная волна, и опять на атакующих — бам. Ещё одна груда мяса, которая называлась простыми людьми, слегка разбавленная дёргающимися, но ещё упорно живыми деревянными восходящими, забилась в предсмертной агонии. На стене и внизу уже почти не осталось раненых простых людей. Руны знали своё дело, а бронзовые восходящие, которым удалось пережить это всё, продолжали бежать, таща штурмовые лестницы и держа в руках верёвки с абордажными крючьями. Бам! Ещё одна руна, и ещё в ответ, разнеся в клочья тела простых людей. Кто считает тех, кто не получил стигмат? Это просто мясо. В Единстве их миллиарды, и пусть дохнут.
Так и есть. Никто не заморачивается на эти потери. Бам, и десятки человечков подыхают от очередного заклинания на звёздной крови. И только несокрушимыми сторожевыми башнями, выставленными на стену древнего строения кел, превращённого в дикарскую крепость, стоят бронзовые восходящие, окружающие серебряного рикса народа, которому плевать на стрелы и руны. А рядом, немного в стороне и чуть сзади, тоже скрываясь за защитой могучих воинов, суетился фламин, который посылает очередную руну. Бам! И крики раненых, пытающихся уползти, значительно стихают.
Вот так, я представил себе очередной бой. В этой крепости, конечно, никаких риксов и фламинов не имелось, а жителей находилось всего человек шестьсот, из которых полторы сотни торговцев из чужих племён, и они, скорее всего, вмешиваться в бой не станут ни на чьей стороне. Итого, если большая часть женщин и трэли возьмутся за оружие, всего три сотни воинов против моих восьмидесяти. Стены конечно преимущество, но перевес в математических процентах не такой и большой, но опять возвращаемся к той же проблеме.
Всегда любой бой, где дерутся восходящие и невосходящие, будет происходить очень похоже, и из своей практики прекрасно знаю, что разница между возможностями владельцев стигмата и простым человеком может быть столь велика, что преодолеть её практически невозможно. Одно золотое существо может обратить в бегство целые орды тех, кто попроще. Я сам это видел, когда тварь, ворующая детей, вместо меня на камень возвращения героев отправила руну-существо золотого ранга. На него, поджидавшие меня бандиты вначале радостно напали, а потом бежали во все стороны, роняя трусы, тапки, руки, ноги, кишки и прочие отрубленные, откушенные и выжженные части тела. А это всего лишь одно золотое рунное существо, подкинутое могущественной тварью в качестве шутки.
Ещё и ещё раз переигрывал сражение в голове. У меня никак и никаким образом не получалось обойтись без серьезных потерь среди обычных людей при взятии крепости. Этим вопросом я озадачил всех своих ближников.
Всё это проговаривалось и обсуждалось в генеральном штабе из подруги, Лесного Слуха, Владеющего Словом, плюс приглашённые эксперты из командиров отрядов, и даже воин народа Древа принял участие в жарких спорах. Но несмотря на столь представительный мозговой штурм, никаких вариантов, кроме завалить мясом, не имелось. Либо полностью оставить людей в стороне и пытаться захватить всё силами восходящих, либо примериться с неизбежными огромными потерями. Вспомнил слова очень древнего правителя. Нам его на курсе истории преподавали. Это было в то время, когда танки ещё не перевозились на звёздных кораблях и не имели лап, а были похожи на обитые металлом повозки и ездили на колёсах, соединённых металлическими гусеницами. Задача великого военачальника заключалась в том, чтобы взять остров. Он тогда сказал, что готов завалить дно моря трупами своих солдат, чтобы по ним проехали танки. Народ тогда реально струхнул, но что там с историей, не помню, но применительно к нашей ситуации прямо отлично подходит.
У нас вырисовывался похожий вариант, только, в отличие от древнего правителя, мне бы использовать именно этот способ крайне не хотелось, по крайней мере, в боях, когда мне нужно накапливать славу. Уверен, что даже если мы возьмем крепость не с такими большими потерями, как я себе представляю, то этот параметр у меня сильно убавится. Хотя, как по мне, я вполне был реалистичен и вовсе не кровожаден в своих мыслях, и даже если нам удастся уменьшить потери в несколько раз, то это всё равно очень и очень много. Я практически не смог придумать никакого варианта, при котором потери простых людей были хотя бы на треть или даже наполовину меньше. При любом раскладе, с учетом находящихся сильных восходящих внутри укрепления, потери будут огромные. Нужно было делать что-то, и принципиально другое.
Вначале всё было хорошо. Вроде все вооружены, снаряжены и разделены по отрядам. Армия насчитывала пятьдесят два обычных человека, тридцать шесть восходящих и двух героев в лице Пронзающего Ветер, так звали серебряного воина народа Древа и Владеющего Словом, которого мы превратили в несокрушимого монстра, подарив протезирование на всё тело. Третьим героем, разумеется, была Длань. Себя я отнёс в отдельные расчёты, идущие по категории не классифицируемых одноруких. Хотя моя конечность потихоньку отрастала, удлиняясь и подавая все надежды вернуться к исходному состоянию довольно быстро, но пока я был условной боевой единицей, и моё место точно не в первом ряду строя. Если вообще будет этот строй.
По местным меркам такой отряд вовсе немаленькая сила, с учётом большого количества восходящих, но и тут были нюансы. Двадцать семь были деревом, и только остальные оказались бронзой, но я бы не сказал, что сильно развитой, и четыре из них принадлежали банде Лесного Слуха. При таком соотношении восходящих, получились очень неслабые отряды, и моя армия выглядела намного боеспособней того, что видел в Единстве, но и переоценивать не стоило.
Почти всеми организационными вопросами занимались наёмница и Слух. Его банду выделили в отдельный отряд, что было логично. Светловолосые давно вместе и слажены как боевая единица отлично. Моя роль во всём этом сводилась к гордому киванию головой и невлезанию в умные разговоры. Даже Победоносный, прикидывая наши возможности, когда мы ждали нашествия червей, собирая в кулак армию аборигенов, сразу определил подругу в стратегическое руководство, а меня собирался использовать в качестве командира небольшого диверсионного отряда в случае экстренной необходимости. Так и есть. Я, конечно, знаю принципы и меня учили, но управление войсками это немножко не моё. Мне просто приходилось этим заниматься, хотя с меня сняли большую часть обязанностей, но я бы с удовольствием отправился вместо Длани посмотреть на древние руины. Однако, пока всё шло так, что нужен был здесь. Оставалось просто ждать, немного помогая, а вернее, не мешая, и уже через два дня мы сунулись в домен, но, как обычно, планы придумывают трусы и эффективные менеджеры, а события всегда идут своим ходом.
Сам вход в домен располагался на неком древнем искусственном сооружении посреди почти круглого озера размером около трёх километров. Над водой на сваях возвышались круглые ровные площадки из древнего камня. В середине озера самый большой, немного больше пятисот метров в диаметре, а рядом ещё семь, по сотне метров. Все они были равноудалены как от берега, так и от центрального круга. На одном из таких кругов располагался постоянный портал входа в домен. На всех остальных, расположенных по кругу, находились остатки оплавленных каменных статуй. Все круги соединялись дорогами шириной метров в двадцать с центральным. Всё это висело на колоннах, уходивших на большую глубину. Древний материал был прочен и почти не имел следов времени. Пожалуй, единственным разрушением были повреждённые изваяния, а вместо седьмого, находился портал.
Для чего использовали это сооружение, сказать не могу, возможно, что-нибудь религиозное или просто прогулочное. Аллея над водой с центральным кругом, например. И только из центрального круга, к берегу острова шли две широкие дороги. Единственный проход был через центр, но сейчас на древнем основании, возвышалась каменная крепостная стена, сделанная уже позднее, с массивными воротами, даже имелось некоторое подобие сторожевых башен. Поэтому нужно было пройти через крепость, чтобы выйти на один единственный оставшийся мост. Глубина здесь очень велика, и все прекрасно пользовались этим порталом, выходили и проходили к центральному древу, заходили в крепость немного платили, согласно давно устоявшимся ценам и шли спокойно. Даже больше. Прямо под стеной располагался не очень большой, но бойкий и многолюдный базар. Многие не хотели телепаться ещё километров пятьдесят к торговым рядам, которые находились под центральным деревом, а предпочитали обменивать свой товар здесь.
Всегда сонные жители местного поселения никогда не проявляли агрессии, держали нейтралитет и если ты заплатил за проход, то совершенно теряли к тебе интерес. Никто не знал, какой разрывник под задницу местному гарнизону крепости попал, но всегда флегматичные, нажористые и держащие нейтралитет в любых делах, жители крепости неожиданно проявили неприкрытую агрессию к моему отряду. Я знал, что за проход берется какая-то оплата, и был готов заплатить, как все, на общих основаниях, но именно мой отряд выделили в отдельную категорию. Здесь часто проходили большие отряды, кто-то воевал, кто-то мстил, кто-то шёл на охоту, добывать редких зверей, и у жителей крепости, расположившейся на проходе никогда не возникало вопросов. Наоборот, если идёт большой караван, то это повод скупить по дешёвке честно награбленное, продать залежавшиеся излишки и свежие сплетни послушать.
Я действительно был готов заплатить по правилам, но перед моим отрядом демонстративно показательно закрыли ворота. На башню вышел писклявый подросток и сообщил:
— Восходящий Архераил Отгрызающий Руки, для тебя плата за проход будет десятерной.
Вдох-выдох, и мыслеобраз Длани, что стрелять в голову тупому недорослю не надо, по крайней мере пока. А потом, сохраняя непроницаемое лицо я сообщил:
— Я, наверное, плохо слышу. Ты же умеешь до десяти считать? Это больше одного. Я пока подожду, а ты сходи и позови кого ни будь поумнее.
Всё было странно. Если бы они желали тихо обогатиться и шепнули мне цену на ухо, без посторонних, то я бы просто отдал и пошёл по своим делам, но они это сделали нарочито громко, обидно и позорно, послав к нам какого-то недорослика, и даже не восходящего. С той стороны стены подержали небольшую паузу, но я чувствовал множественное присутствие, как простых людей, так и сильных восходящих. Через несколько минут к нам на стену вышел целый глава поселения и серебряный восходящий.
— Архераил Отгрызающий Руки, для тебя и твоего отряда цена будет в десять раз больше, и ты не ослышался.
— Это несправедливо, — сказал я.
— А где ты видел в этом мире справедливость? В этом мире важны только сила и звёздная кровь.
Я чувствовал, что за стенами находится множество людей. Они не были видны, но я знал, что они там. Сейчас мы не были готовы к бою и тем более брать стены, а любая наша агрессия, вызовет неминуемое нападение. Поэтому провоцировать не стоило. Одно дело напасть на нас просто так, тогда они будут вероломными негодяями, а другое дело оборонятся, пусть и наша агрессия и будет справедлива.
— Хорошо. Я сейчас уйду, но скоро вернусь. У вас будет время подумать, и взять с меня обычную цену за проход. Это будет справедливо. Торговаться не стану.
Я показал разворачиваться своим бойцам, а в спину со стены услышал:
— Цена для тебя не поменяется никогда!
Вот такая проблема и возникла несколько дней назад, а сейчас мы всем умным штабом армии продумывали и проговаривали сотни вариантов развития событий, параллельно сбиваясь с ног в поисках нужного для взятия озёрной крепости.
Напрашивался вариант, притащить кучу лодок и доплыть до берега, минуя торговцев, но этот вариант был не совсем подходящий. Если рыбачить с мостов, используя копья или сети, как это делали многие местные, то всё было хорошо. В воде водилось множество рыбы, которая здесь была в большом ходу и составляла большую часть пропитания поселений людей, которые жили вокруг озера. Но если ты решил прокатиться на лодке, и у тебя не настоящий пиратский крейсер, то из глубины реагировали звёздные многозубы. Здесь все руины фонили звёздной кровью, и глубоководные рыбины отжирались до нереальных размеров, охотясь на своих собратьев поменьше и просто на обычную рыбу, которая здесь плавала косяками. Однако стоило любителям лодочных видов спорта заняться свободным плаванием, как эти плавсредства привлекали внимание обитателей глубин, и милые рыбки, размером с саму лодку и зубастыми пастями, совершали стремительный рывок из глубины, хватая добычу.
У меня была идея притащить в домен летающий корабль, купив его у пиратов, но как только летающие зеленые шары оказывались внутри доменов, они мгновенно тускнели и теряли свои способности, а из них вылуплялись личинки. Если и удастся судну влететь в портал по инерции, то оно тут же рухнет на платформу, а протащить упавший огромный корабль сотню метров по площадке до воды — та ещё задача, и не факт, что при падении он не разломается вовсе.
Но план был придуман, и через пять дней мы возвращались нести справедливость и пограбить, ни в чём себе не отказывая. На самом деле планов было два. Один для народа и тот, который истинный.
Самое сложное было, это подготовка барабанной системы. Не шучу. В смысле не система барабанной подачи болванок к разгонной шахте главного калибра линкора, а телега, с барабанами и бревном. Притащили четыре тауро, сделали импровизированную броню для животных, чтобы защитить от стрел, возможно, даже от рун. У знакомых Честного Глаза нашлось несколько покрывал, сделанных из шкур зверей со звездной кровью и обладавших некоторым уровнем поглощения рунных возможностей. Мы их накинули на животных, а поверх соорудили накидку из кожи и плотной ткани. Судя по всему, никто никогда, по крайней мере в этом круге, не заботился о тяжелой кавалерии. Объяснения из моих уст, почему рунозащитное надо вниз, а не наверх, вызвали искреннее уважение. Простая логика, что стреле всё равно, а вот плотная шкура сверху вначале вызовет срабатывание руны, распыляя силу, а удар на внутренний, поглощающий руны слой придёт уже ослабленным, звучала как откровение. И да, все идеи и технические новшества преподносились как плоды моего гения, а эффективный менеджер Архераил понемногу стриг с этих восторгов славу.
Следующим этапом было организовать подходящую повозку. Местность под центральным древом состояла из довольно крутых холмов с узкими тропками, по которым уходили ко входу в домены и спускались к центральному игг-древу. Народ прекрасно вьючил тюки на животных или таскал тяжести самостоятельно, но весь грузообмен проходил в районе порта, где были пристани для летающих кораблей и отличные дороги, а дальше всё растаскивалось по автономным доменам пешком или на вьючных животных. Единственное место, где мы могли взять нормальную повозку, достойную для размещения нескольких барабанов и установки величественных знамен с изображением откушенной руки, это был порт. Следующим испытанием явилось то, что эту телегу надо было как-то протащить по узким тропкам и подготовить к въезду в домен.
Барабанной телегой это было для узкого круга посвященных командиров, а для всех остальных — суперновейший и гениальный таран на базе композитного бревна и коровьей тяги. Я никогда не болел манией величия, и подобные вещи, как поддержка морального духа барабанным боем и знамёнами, были ничем иным, как отвлекающим маневром и желанием приобщить бойцов, не имеющих стигмата восхождения, к делу активной атаки, но не подставить их под удар вражеских восходящих. Все мои рвались в яростную атаку, и как раз вот это меня и смущало. Поэтому и был придуман таран. Четыре тауро толкали сооружение на деревянных двухметровых колёсах, а по бокам прикрытые навесом из палок и шкур, шли люди, помогая быкам разогнать таран для удара, а барабаны нужны для эпичности. Но информация про пафосность держалась в секрете, а простые бойцы знали, что для задания ритма шага. А ещё для создания психологического эффекта. Вот уверен, к нашей стене на звук барабанов сбегутся вообще все, кто могут, со всего поселения, чтобы глянуть со стены на наш таран, и дать возможность настоящим бойцам вершить победу.
Пришлось связать из четырех длиннющих брёвен тяжеленную махину и водрузить на колёса. Вся эта система должна была занять моих бойцов из простых людей и часть восходящих, пока в тайне готовился истинный удар. Удержать армию в стороне от боя можно было только хитростью, а столь выдающееся творение должно было приковать к себе почти всех недостаточно сильных бойцов и не дать им погибнуть под рунами сильных восходящих крепости. Всё было неплохо. Простых людей заняли, при этом никто не скажет, что они были в стороне от боя. Ещё будет хоть какая-то защита, в виде деревянных щитов и натянутых тряпок, защищающих от стрел и от множества рун, которые по нам обязательно применят.
Подготовка завершена, воины отдохнули, и вот мы тутачки. Если обычно аборигены очень несдержанны, а свист, улюлюканье и даже показ голых задниц в качестве великого оскорбления, были нередки в подобных ситуациях, то сейчас нас встретило изумлённое молчание. Да, я такой. Вот этой громадины, всего через несколько дней, от нас никто не ожидал. Выкатившийся из портала барабанный таран с флагами и колёсами в рост человека произвёл неизгладимое впечатление.
Вот она, квинтэссенция корпоративной культуры и геройского геройства. Я имею в виду превосходство развитых восходящих над всеми остальными. А теперь считаем дни: первый, когда я подрался с бандитами и получил гвоздь с небесной руной, второй мы провели в домене, пытаясь понять, что за серебряные руны у меня оказались. Третий — вышли из домена и ходили с Честным Глазом. Четвёртый — фионтары, а пятый и шестой — пьянка в честь образования братства откушенной руки. Седьмой день мы провели в сборах и слаживании отрядов, а на восьмой нас послали на входе в домен, когда мы подошли к воротам крепости. Девять, десять и дальше, мы готовили барабанный таран и вернулись.
В чем суть? В том, что пока мы таскали могучие бревна, угрожали всем своим видом крепостным воротам, две водоплавающие, в виде змеи и моей подруги, пользуясь тем, что они умеют договариваться с местными звездными многозубами, проплыли на другую сторону крепости, вырезали часовых и тайно пробрались к самому большому каменному дому вождя. Строение возвышалась над всей крепостью и имело прочную и плоскую крышу. Почти все защитники были с нашей стороны, и пробраться к этому дому оказалось в разы легче чем предполагалось. Я постоянно был в контакте с подругой по камню связи. Не разговаривали, а просто мне приходил сигнал в виде вибрации. Один короткий — всё хорошо. А если длинный, то что-то пошло не так, и надо отвечать.
Никто и никогда не смог проплыть в водах, кишащих многозубами, километр на глубине, не выныривая, но из любого «никогда» могут быть исключения в виде одной рыбы, которая отлично ладила с различными хищниками и даже имела ручного тигрекса, которого называла Котя. Ещё в первое посещение древнего сооружения над озером, супруга сразу сказала, что местные рыбки милые и если не наглеть, то её трогать не станут. Вилять хвостиками не будут, но и нападать тоже. Во всей этой суете с вытаскиванием колесного бревна никто не заметил, как раздался осторожный хлюп, и под воду на глубину ушла гибкая женская фигура. Вторая гибкая женская фигура, со змеиным хвостом материализовалась сразу на глубине. Серебряная Азалана сама кого хочешь разгонит, поэтому и её я смело посылал под воду в помощь наёмнице.
Пока целая толпа грозного воинства примерялась к направлению таранного удара и долбила в барабаны, к другой стороне платформы, проплывая между расположенными под островом сваями, двигалась диверсионная группа. А потом «бам!», и мир передо мной раскрылся визорами камер боевой машины. Вот именно откат этой руны я и ждал. Зарядка руны-существа некомплектный «Тарантул» занимает десять дней, которые я выждал. Технология опробованная. Я уже передавал когда-то руну некомплектного «Тарантула» подруге для активации, и женская водоплавающая команда отлично выполнила задачу и активировала боевую машину на крыше возвышающегося над крепостью дома. Управлять пауком мог только я, но радиуса действия связи хватало с избытком.
Ещё никто ничего не понял, а симбионт уже определял приоритет целей, высматривая спины самых сильных восходящих. Ротор с искривлёнными стволами точным назвать невозможно, но из шести стволов, четыре били идеально, а если кому прилетит конусом разлёта, то так даже веселее. Девчонки на охране, одна со своими любимыми парными ножами и непонятно каким рунным запасом, а вторая тоже имела немало подарков от восхождения и отличный штурмовой комплекс с гранатами в подствольнике. Очень обидно, когда тебе в спину прилетает очередь из ротора, предназначенного для уничтожения легкобронированных дронов и десантников в кибернетических доспехах, а ты всего лишь восходящий, защищенный шкурами, но и посылать мирных путников, идущих за справедливостью, нехорошо.
Пока аборигены, жившие в крепости, сообразили, откуда прилетает, и попрятались, паук успел поубивать кучу народа, а ранить ещё больше расширенным конусом разлета, и совсем бессчётное количество, включая снующих везде женщин и детей, получили рикошетами. А вот нечего вылазить в нарушение всей техники безопасности разом, когда город штурмуют. Симбионт продолжал управлять пауком, который крутился, перебегал с одного края крыши на другой, выискивая цели и заставляя защитников бежать и вжиматься в стены.
Настала моя очередь. Прикрываемый щитами, которые держали Владеющий Словом и тройка бронзовых восходящих из отряда Лесного Слуха, я бежал к стене, опередив таран. Немножко сзади меня, но успевая организовать купол рунной защиты, следовал хвостатый воин народа Древа. Семьдесят два шага до стены. Не смотря на огонь в спину, защитники со стены пускали в нас кучу стрел и рун. Для чего бежал к закрытым воротам? Именно на такое расстояние от меня выпадала руна-предмет Пролёт моста. Кусок хладонита, собранный из массивных ажурных балок в узорах, длиной метров тридцать и шириной в десять, грохнул на стену. Штуковина, тонн под пятьдесят веса, материализовалась в воздухе, метрах в двадцати над крепостью, и упала. Как я хотел, так и получилось. Смысл был бросить именно таким образом, чтобы грохнуть сверху, снеся ещё оставшихся защитников стены, на месте, которое предстоит нам штурмовать, но постараться не повредить ворота. Если будет сразу открыт пролом, то мои простые человеки, наплевав на все команды, обязательно попрутся внутрь, а так им ещё некоторое время придется тащить свое колесное бревно, и это их удержит от прямого столкновения с врагом. Трупы, и тем более раненые, с которыми придется потом возиться, в моей небольшой армии, мне были не нужны.
Хладонитовая глыба упала очень удачно, сметая защитников, и даже немножко прокатилась внутрь. Я бежал к своим воинам обратно, чтобы стать в строй плечом к плечу, а восходящие бросились к беззащитным стенам, сняв с пояса заранее приготовленные крюки с веревками. И довесочек. Опять к теме героев. На стене появился Хладонитовый воин. Да, тот самый парень при шести руках, две из которых держали топор на длинной рукояти, и четыре остальных недобрые клинки. Я ещё в первый призыв обратил внимание, что у нас с ним мгновенная ментальная связь, и я просто всё знал, и ему объяснять ничего не надо, а он всё сделает как должно.
Не смотря на своё хроническое разгильдяйство в отношении себя, я люблю заботиться о своих людях. Все серебряные руны изменения, улучшения и усиления, что достались мне от разрушенного золотого моста, всунул в Шестирукого и Азалану. Хотя эффект был немного неожиданный и уменьшение цены призыва моего бойца я не получил, зато время увеличилось с минуты до пятнадцати. А вот Азалана теперь могла вызываться три раза подряд, каждый раз на целые сутки. Кстати, для хладонитового бойца пятнадцать минут — очень немало, с учётом боевой мощи.
Тарантул бил в спины обороняющимся, по принципу — попал убил, а с учётом кривых стволов, ещё и досталось тем, кто рядом стоял. Подруга, наводила суету точными выстрелами, наверняка и змеюка со своими парными ножами приобщилась. Теперь ворвавшиеся в крепость мои восходящие, усиленные хладонитовым воином серебряного ранга, который сам по себе штука неприятная, и только немного спустя удар тарана, снёсший ворота, окончательно подавил волю к сопротивлению. Да, финалом был удар в ворота и дружная толпа, вваливающаяся на улочки крепости, уже заваленные трупами и ранеными.
Всё как предполагали. Никто обделённым себя не чувствовал, а потери среди невосходящих были мизерные. Паук сместил сектора огня, чтобы не прилетело по своим, а наемница, прислала мыслеобраз, что у них со змеюкой сюрприз. Мне оставалось гордо выпятить грудь, сделав все это с максимальной важностью и пафосом и принять предварительную капитуляцию. Моя подруга вместе со змеюкой тащили два израненных тела. Тот самый глава поселения — серебряный восходящий. Досталось ему прилично, судя по простреленным коленным чашечкам и следам попадания тарантула, и пацаненок, который встречал нас на воротах и объявлял десятерную цену. Наемница действительно имеет другие мозги, чем я, и именно эти двое, взятые в плен, значили сейчас больше, чем десятки убитых и толпы раненых.
Местные, видя, что я взял в плен их главу, а металлический паук на крыше перестал убивать, тоже не спешили продолжать бой. Я чувствовал, что со всех сторон, из окон каменных домиков с деревянными крышами смотрят множество внимательных глаз, и слушают каждое слово. Имелись пленные и раненые, которые здесь находились в огромном количестве. У бойцов был приказ: если человек не сопротивляется, то не добивать. Поэтому среди бойцов противника прямо рядом со мной присутствовало немало человек. Я махнул рукой, что мне надо минутку времени, и сходил к барабанному тарану, рыло которого торчало из проломленных ворот. Из телеги здоровой рукой взял увесистый мешок и притащил к раненому главе:
— Мне ничего не нужно. Я просто хотел пройти. В этом мешке положенная плата за наш завтрашний проход. Всё должно быть по правилам и справедливо. Моя армия сейчас уйдёт, а завтра мы вернемся, пройдем через мост и растворимся вдали. Если цена окажется опять десятерная, то мы возьмём крепость снова, а потом опять уйдём. Будем делать так до тех пор, пока справедливость не появиться в этом мире. Ты говорил её нет? Она всегда есть, но не все об этом знают.
Вот теперь у них точно когнитивный диссонанс. Мы победили и ушли, ничего не взяв, никого не изнасиловав, и даже оставили мешок ценностей. Получилось пафосно до невозможности. За завтра я опасался мало. После такого разгрома, если главарь поселения предложит ещё раз гордо обороняться, а не просто взять положенную плату и пусть наша армия идет куда глаза глядят, то, возможно, в этом случае его голова может оказаться прибита к воротам за уши. Даже несмотря на то, что он серебряный восходящий. Думаю, найдется немало тех, кто сможет это осуществить. Тем более с учетом простреленных коленных чашечек и нескольких попаданий шариков от ротора, ещё и змеюка к пленению приложилась, судя по характерным подрезам сухожилий.
Лицо местного владыки было злым, но он не проронил ни слова, похоже, не веря в мои слова и ожидая удара кинжала в средоточие со словами, что это была шутка, но я действительно рукой показал своим бойцам на отход. Не взяли ничего, даже добытое оружием, и если руны и звёздная кровь к этому моменту ещё не были подняты с убитых восходящих, то и этот трофей оставили защитникам. Таран нужно было утащить по двум причинам. Первое, — подобная штука обладала огромной эпичностью, и её надо было втащить обратно под древо для гордости. Нельзя такие вещи бросать. А второе, но об этом я никому не скажу, кроме ближнего круга, — будет повод оставить несколько раненых, которые наверняка будут рваться в поход. В таком бою чудом обошлось без смертей, но раненые были. Стрелы и руны — это очень серьезно, даже на большом расстоянии и против людей, защищенных щитами и навесами из кожи, тряпок и палок. Но таких, чтобы упал и умер, ни одного, а всё остальное потом подумаем. Почти все лёгкие, но была и пара тех, кому прилетело по ногам. Такой воин со всей армией нормально двигаться не сможет, и будет тормозить всех остальных. Таких оставим подлечиться, а заодно и охранять нашу барабанную повозку, чтобы её на дрова не растащили и флаги негодяи не поснимали. Вернее наоборот. Охранять! Это важно до жути! Но так получилось, что и подлечиться возможность есть. А чем не повод? Они тоже в деле участвуют, причастны к героическим свершениям, и никто из доли добычи их не исключал. Всё будет поделено по справедливости. Должен же кто-то в армии не только клинком махать, но и жрать готовить, и честно награбленное от мародеров защищать?
Змеюку и Тарантула отзывать не стал, давая понять, что всё при мне, и используя здоровую руку, присоединился к моим воинам, помогая втаскивать таран обратно в портал. Чувствовал множество взглядов со стороны пролома ворот, а над стеной торчало множество голов, с любопытными рожами. Поняв, что на сегодня это всё, аборигены не боялись, и сбежались все, от детворы до женщин. Как завтра пойдёт, пока не знаю. Будут выделываться, долбану золотыми рунами, которые небесный отдал, заодно посмотрю, что это такое. Но моя личная победа уже состоялась. Слава пёрла вверх так, что не успевал читать сообщения о повышении параметра. Пусть меня в этом «домике на воде» не очень любили, но теперь точно уважали.

----------

Глава 16 Три потрошителя

Отличная погода, птички и благодать, посылаемая главным игг-древом круга. Целая толпа собралась посмотреть на наш таран и лично потрогать. Из сего творения мы давно выпрягли тауро, отправив пастись рядом на травке, разумеется, предварительно сняв защиту. Впрочем, прятать изобретение не стали, а разложили рядом с боевой деревянной махиной. Тут собралась огромная толпа. Народ не поленился подняться на гору, которая вела к порталу с входом в домен, чтобы лично поговорить, пощупать, потрогать, восхититься, а возможно, и узнать некие секретики. А мало ли, вдруг однорукому командиру столь удачливой и мощной армии, вздумает в голову зайти, например, в соседний домен? Лучше знать об этих планах заранее. Помимо тарана, очень большой интерес вызвал металлический паук. Рунные существа не из живой плоти были редким, но не уникальным секретом, и было очень интересно посмотреть именно на героя битвы.
Утром настало время входа в домен. За наш транзит я вчера справедливо рассчитался, оставив целый мешок разных полезненностей. Звездные монеты, которыми рассчитывались за руны и прочие предметы восхождения, стоили дорого. А вот в обычных расчетах тех, кто не имел доступа к восхождению, в качестве денег использовали небольшие ценные минералы, трупики сушеных звёздных зверьков, орехи, тоже со звёздной кровью, и какие-то камни, из которых получались защитные амулеты. Это было лёгким, компактным и ценным, что отлично заменяло деньги. В любом месте этого круга все эти вещи с удовольствием обменивались или годились в качестве оплаты.
Тарантула я отзывать не стал. У него было ещё несколько дней для путешествия вместе с нами. Призвать его смогу только через десять дней, но возможно он пригодится нам гораздо быстрее. Азалана через сутки опять ушла в руну, и я её вызвал снова перед самым заходом в домен. Были свои соображения. Первое, это ей просто неплохо погулять, тем более у нее теперь был третий призыв, и я им мог воспользоваться в любую секунду, и именно его держал в резерве, а во-вторых, я хотел показать, что и боевой паук, и женщина-змея, которую отлично запомнили местные во время штурма, в строю и готова снова резать сухожилия всем, на кого я укажу. Третье — это то, что серебряная змеюка всегда была самостоятельной, находила себе отличные занятия, а местность впереди изобиловала мелкими речушками, озерцами, болотцами, и представляла собой довольно извилистую дорогу, порой проходившую между водных преград. В ближайшие полдня предстоял переход по хорошей дороге, а вот окружение состояло из водных преград водоемов, а серебряное существо, адаптированное именно для водной среды, будет контролировать эти воды как нельзя лучше. У меня, конечно, была наемница, и в своём теле рыбообразной всегда может нырнуть и посмотреть, что в глубине, но Длань была занята над общим руководством каравана.
За прошедшие сутки удалось найти ещё два тауро. Шесть здоровенных быков тащили припасы, ненужное пока оружие и просто необходимое. Но и все остальные были загружены. Путь предстоял неблизкий, поэтому организация охранения, обеспечение привалов, кормление и ещё много чего было именно на моей супруге, которая фактически являлась начальником нашего штаба. Все остальные тоже не сидели без дела, и, пожалуй, только мне оставалось делать гордый вид и следить за перемещением Тарантула. Это единственная работа, которую было невозможно делегировать.
Через взятую вчера крепость, победоносная армия прошла молча, не встретив ни единого человека. Я чувствовал присутствие людей, но все местные просто ушли к другой части поселения и ждали, пока мы уберёмся подальше. Следом предстояла дорога, которую отлично знали, мы шли к одному племени. Хотелось попробовать там набрать немного воинов. В этих местах любили строить крепости, а там, где не получалось или не хватало ресурсов, строили небольшие заграждения вокруг поселений. Надо было увеличивать армию. Скорее всего, постоянно так везти не будет, и если придётся воевать по-настоящему, то моей скромной армии явно недостаточно.
Сам поход прошел совершенно без проблем. Пару раз из воды пытались напасть хищники, но выглядело это странно, и на что рассчитывали выскочившие небольшие зверюги, совершенно непонятно, кроме возможности пообедать вместе с моими воинами в качестве основного блюда. Азолана шныряла повсюду, перемещаясь в разные места, неожиданно выныривая и также уходя под воду. Змее-женщина своей верхней половиной тела, доставляла очень большое эстетическое удовольствие парням, но при этом все прекрасно знали, что серебряная змея умеет не только строить глазки, но и то, что отрезается быстро, а отрастает очень долго.
К вечеру мы пришли к намеченной цели. Довольно большая территория, огороженная забором, с неким подобием сторожевых вышек, а внутри поселения, состоящее из просторных полустационарных шатров. Сооружения массивные, из шкур и огромных палок, которые можно перевести на крупных тягловых животных или повозках, но не походный вариант для простого пешего человека.
Аудиенция с риксом состоялась почти сразу. Помимо этого поселения, рядом находились ещё немало принадлежащих этому народу, который был многочисленен и занимал обширные территории. Я рассказывал о том, что иду наказать подлого фламина по заданию наблюдателя, о своих сомнениях по поводу странностей и непонимания целесообразности применения червивой руны под игг-древом, а вернее последствий. Всё было нормально, мне были готовы дать неплохой отряд в обмен на долю в справедливой добыче, пока к разговору не подключилась старшая жена рикса.
Любимая серебряная восходящая, которой можно всё. Так бы я, наверное, охарактеризовал эту тётку. Хотя странно, до серебра ещё дожить надо, и как она его достигла с такими-то характером и мозгами? Из-за её вмешательства всё резко поменялось. Вместо помощи воинами нам пообещали только безопасный проход, дать еды и заботу о раненых, если кто выживет и сможет до поселений доползти. Мне оставалось только кивнуть:
— Я завтра своих людей поведу без вас. Если хотите, присоединитесь, не захотите, останьтесь здесь, я найду тех, кто будет мне помогать.
— Никто не согласится, — огрызнулась жена главного.
Я пожал плечами:
— Значит, я пойду в другой домен. Например, у центрального древа полно капитанов, которые имеют сильные команды, а у меня есть чем платить.
От серебряной супруги местного владетеля получил демонстративный отворот головы и фыркающий презрительный звук. Да будь у меня задание просто захватить домен, без всяких риксов и славы, я бы просто продал золотые руны, что подогнал небесный восходящий, а на вырученные деньги набрал орду отморозков и всех убил. Или вовсе выжег бы пару доменов связкой своей чёрной руны и золотом, а оставшиеся в живых приползли бы мне колени целовать. Наверняка мне подарили что-то очень неслабое. Я ещё не выяснил, что попало мне в скрижаль, но точно не руны усиления или развития.
— Ты надеешься на тех, кто продаст тебе клятвы? — продолжила отгавкивать из-за плеча мужа взбалмошная дура.
— Проданная клятва надежнее, чем те, кто не собирается помогать, а просто увязался посмотреть со стороны на мои подвиги. Пусть лучше со мной будут продавшие своё обещание. Я буду знать, на что рассчитывать, и лучше иметь верную бронзу, чем глупое серебро.
— Жалкое дерево! — выхватила нож жена рикса, поняв, что я именно её имел ввиду, хотя без конкретики, и выражение можно считать образным, и приписать мне оскорбление формально нельзя.
Она была серебром, но в её голове явно гулял ветер, а ко лбу оказался приставлен штурмовой комплекс. Оружие Длань успела выхватить раньше, чем злобная тётка смогла приставить ко мне нож. Убивать меня жена рикса точно не посмела бы, а вот подержать клинок у моего горла и сказать пару грозных слов, с неё станется, но не задалось. Наверное, всё-таки в черепной коробке взбалмошной дамы ещё что-то осталось. Штурмовые комплексы здесь не в ходу, но догадаться, что это оружие несложно. По крайней мере она убрала клинок, сделав это с неимоверным презрением и чувством собственного превосходства. Если что-то выхватили и направили в лоб, скорее всего, ничего хорошего голове от этого не будет. Возможно, восходящая по выражению лица наёмницы поняла. Не смотря на перегруппировку, и отход, словечко перепало и в сторону подруги:
— Жалкая бронза, — аж прорычала она, но нарываться не хотела.
Я положил руку на укороченный «Суворов» и опустил ствол:
— Каждый принимает решение сам. Лучше не подходи к нам, а то те, кто охотятся на меня, подумают, что ты со мной и могут случайно напасть и убить. Если вы хотите жить в мире, то просто останьтесь в стороне. Я пришёл не за вашими жизнями. Я обойдусь и без вашей помощи. Если хотите, то можете идти с нами или остаться дома. Меня хотели убить под главным игг-древом, нарушив фионтар и применив червивую руну. Я иду не только за местью, но и за правдой. Я хочу знать, почему фламин народа не побоялся гнева наблюдателя. Не беспокойтесь. Когда я отгрызу руку предателю и узнаю истину, обязательно расскажу. Вам не надо никуда ходить. Просто подождите дома.
Народ рядом одобрительно загудел, а я получил ещё немного славы. Кстати, пока тётка истерила, сообщений о потере столь ценного параметра не поступало. Возможно, все знали о непростом характере дамы сердца местного владыки и просто было интересно понаблюдать за истерикой и как женщины на людей кидаются.
— Я сама о себе смогу позаботиться, — выплевывая каждое слово, произнесла жена рикса и на секунду глянула в сторону своего мужа.
Никаких внешних реакций со стороны главы народа не было, его лицо осталось невозмутимым, но я ощутил чувство одобрения и даже восхищённые отголоски обожания, промелькнувшие в эмоциях рикса. На языке вертелось: «да дорогая», — но я тоже был невозмутим и промолчал. Хотя она являлась лучшей из воительниц среди женщин племени, но с характером явно не задалось.
Попадаются же дуры, что иногда проще прибить, чем объяснять. Я прилёг в шатре. Длань и здоровяк ушли с детворой в ночь, натаскивать молодых своим премудростям. Разместившись на лежанке, приказал симбионту спать. Тут же увидел сон про то, как я встал с топчана, приготовил руну иллиумовый коготь сна, готовый запустить её в любой момент. В своём реальном сновидении я проходил мимо людей, не обращающих на меня никакого внимания. Окружающие в такой ситуации на меня никогда не реагировали, и я это давно выяснил. С помощью иллиумового когтя мне уже удавалось приреза́ть восходящих. Когда я убил одного из риксов народа Древа, золотую обезьянку, то обратил внимание ещё на одну особенность. Мне удалось её уничтожить первым же ударом в средоточие, и она погибла мгновенно, но я потом разрезал тело и отрезал хвост. Мне пришлось быть в контакте с мёртвой представительницей народа Древа, но рун не получил. Я увидел глифы и звёздочки звёздной крови только тогда, когда проснулся.
Ещё один раз мне удалось прирезать резервное тело Победоносного, которое он хранил во сне. Я мгновенно уничтожил средоточие тела, и тоже нужно было нанести тяжкие повреждения уже мёртвому двойнику. Тогда древний на меня среагировал, но даже так звёздной крови я не получил. Все руны и звездная кровь остались на трупе обезьяны и на теле древнего, когда нас разделяла такая эфемерная составляющая, как сновидение. Единственный раз, когда получал во сне руны, это когда дрался с безликими кел, закрытый в домене Говорящей Головы. Но тогда меня специально затаскивали в сновидения, и мои противники тоже были в одной со мной реальности.
Вот в этом и был мой план. Прирезать дуру через сон. Один удар иллиумового когтя в средоточие и уйти. Желательно со спины. Пусть себе валяется, а потом её найдут, и увидят удар похожий на кинжал. Руны и звездная кровь останутся на месте. Всегда есть вероятность, что кто-то ударит в средоточие, даже, возможно, специально, и попадёт, но оставленные руны укажут на невосходящего. Почти наверняка соприкасаться с телом и не забрать руны мог только простой человек без гвоздя в запястье. Очень сложно убить серебряную восходящую кинжалом, и при этом не тронуть искорки восхождения. И ещё один момент. Если это не восходящий, то простой человек, кто мог ткнуть лезвием и убить, должен быть из ближайшего и доверительного круга, которого к телу подпустят. Просто так ткнуть или даже ногой пнуть женщину серебряного развития очень непросто. Вот пусть и думают кто это сделал. По крайней мере, все сильные из моих были восходящими, а простых людей, что к моей банде справедливых примкнули, в шатёр главной жены рикса обычно не пускают. По крайней мере без предварительной договорённости с самой хозяйкой шатра.
Ложась спать, я не задергивал полог шатра, оставляя себя в поле зрения соглядатаев местного главы народа. То, что за мной наблюдают, абсолютно точно, и именно сейчас конкретно я сплю и проснусь нескоро. Я уже подходил к шатру, намереваясь выполнить корпоративную подставу в духе лучших управленцев, претендующих на кабинет начальника, но увидел силуэт знакомой птицы. Огромный дрейк с прижавшимся к нему всадником взмыл вверх. Раздались крики и вопли. Люди куда-то побежали, а летающий ящер, сделав разворот, повернул к лесу. Вслед ему полетели руны, выпущенные стрелы. Копья я не считаю. С такого расстояния это бесполезно, но выстрелено и кинуто было немало. Птица прижалась к верхушкам деревьев и через несколько секунд исчезла в чернеющем небе, скрывшись за деревьями. Полёт проходил максимально низко, и времени среагировать, пока тень не ушла за кроны, было минимум. Единственное, что теперь можно было делать, это посылать вслед улетевшему фламину ругательства.
Ещё через некоторое время забегали люди, поднялся шум уже по всему лагерю, и я решил, что лучше проснуться у себя в шатре, чем подозрительно спать, когда всё поселение на уши вскочило. Команда симбионту — и проснуться у себя в шатре.
Делая максимально сонную рожу, выполз из жилища, явно не понимая, что за суета, начал прислушиваться, соображая, где и что. За мной наблюдали, но всё это время я просто спал у себя и ничего такого в этом не было. Ночь, ужин давно прошёл, что ещё делать и где мне быть?
Сориентировавшись на вопли и основной источник шума, пошёл к шатрам в центре лагеря. В поселении началась суета, и я двинулся туда. Меня вначале вовсе хотели прогнать, зло выкрикивая что-то на местном наречии, но после окрика рикса, нехотя указали куда мне идти. Кто-то явно озаботился эстетикой и комплексами не страдал. Кровью было измазано всё, от верхушки до низа. Кому принадлежало жилище сразу понял по разбросанным украшениям, кусочкам одежды, подвешенным рукам, ногам, висевшим по отдельности, и голове на входе, которую укрепили на специально приспособленной палке. Жилплощадь принадлежала той самой серебряной жене. Свирепая воительница в развитии если и уступала мужу, то несильно, но её выпотрошили, а ещё и разделали с чувством и расстановочкой, разделив на части и развесив демонстративно-показательно, в лучших традициях мясной лавки, при этом тихо и быстро.
Наверное, всё, что я раньше называл «демонстративно-показательно», следовало называть как-то проще, а вот тут был именно тот случай. Руки, ноги, выпотрошенное тело, личные вещи и голова были в строгой геометрической пропорции и образовывали некую инсталляцию, при этом вместо развивающейся копны волос были сплетены аккуратные косички, с пышными яркими бантами, нарезанными из тряпок, которые были разбросаны по шатру. Яркие вещи из тонких и приятных тканей привозили торговцы, и многие местные носили такие одежды, совмещая со свирепыми шкурами и бронёй. А теперь главный вопрос мироздания: кто это может сделать с серебряной восходящей, чтобы быстро, тихо и с такой эстетикой? В том, что виноват фламин и это все знают, я никого не разубеждал. Во всех делах должен быть козёл отпущения, но всё же?
— Ты сюда пришел, и от твоих слов идёт только смерть, — начал могучий воин, нависая надо мной.
Я молчал и смотрел в глаза риксу, не отводя взгляда. Пауза была долгой, а потом он, отвернувшись и глядя на выпотрошенное тело, сказал уже совершенно спокойным тоном, из которого ушли все эмоции:
— Я был неправ. Пока мы будем ждать, стая волкеров станет только больше. Как бы далеко не находилось логово, но если живёшь, где охотятся звери, то рано или поздно они нападут. Чем дольше тебя не трогают, тем большая стая придёт к тебе однажды ночью. Хищник обязательно нападет, просто сделает это сейчас или позже, и не надо верить, что этого не случится. Справедливость и честь, хейр. Когда прогорит погребальный костёр, мои воины будут готовы пойти с тобой.
Слова тут были не нужны. Я просто кивнул и направился к себе. Всё было сказано, и больше мне здесь находиться не надо.
Стоило вернуться в жилище и улечься на лежанку, ко мне под шкуры скользнула девушка. Верхняя половина мне была отлично знакома. Отличная фигура, взгляд, который ненавидел всех, но меня намного меньше остальных, а вот с нижней половиной было не всё так просто.
— А где змея? — спросил я, глядя на крутые бедра, которые уже прижались к моим и явно настраивались на всё самое приятное, что может случиться с мужчиной и женщиной.
Верхняя половина была моей традиционной змеюкой, как я её много раз видел, а вот нижняя была не от пресмыкающейся, а от обычной девушки. Вопросов к нижней, конечно, не было, отличные бёдра, стройные ноги, гибкая талия и изгиб спины. Вот только куда делось змеиное тело Азаланы? Или так тоже можно?
— Я могу метаморфировать, — произнесла она, немного подумав и явно вспоминая умное слово.
— Морф? — искренне изумился я.
В космосе подобных существ было немало, которые могли принимать обличие других, от примитивного копирования формы, когда склизкие комки отращивали себе нечто вроде головы рук и ног, имитируя человеческое тело, до абсолютных копий человека, когда даже продвинутые сканеры, работающие на биометрии и анализе ДНК, не могли отличить морфа и сам оригинал. Меня это совсем не смущало. Для меня Азалана была тем, кого я видел, как на взгляд, так и на ощупь, но всё же. У меня уже был опыт соития с прекрасными девушками в которых превращалась тварь, ворующая детей, и никаких моральных и эстетических проблем я не испытывал. Для меня она была рыбообразной из глубоководных и плевать, что её разум космического масштаба. Прямо здесь и сейчас она просто рыба. Так и с моей змеёй. Видно, не зря она так на меня поглядывала, отлично зная, что имеет возможность сменить нижнюю половину на более подходящую для ухаживаний.
— Я была прекрасная девушка кел, вот с такими длинными пальцами, бровями и обворожительной улыбкой, — говорила моя руна, красуясь и демонстрируя себя. — А потом меня схватили опутали ужасающими мучительными цепями, подавили сознание с помощью рун и превратили в заточённое существо. Но они не знали, что когда-то очень давно я была настоящей богиней. Это как высшие восходящие, и даже сильнее. В другом мире, очень давно, далеко от Единства. Мой мир очень красивый, с огромным океаном и настоящим солнцем, а потом меня засунули в холодные воды. Было страшно и одиноко. Металлическое чудовище вытащило меня из глубины и сделала своей служанкой, одарило новым телом. Меня учили, чтобы я приносила головы тех, на кого укажет мой хозяин.
— Богиня?
— Да, меня боялись и сковали силу, но забрать не смогли. Я научилась находить и убивать. Я очень давно в Единстве и в моей голове есть воспоминания о золотом городе, когда он был ещё не в Вечности, — продолжала говорить Азалана, совершенно наглым образом прижимаясь ко мне и шепча в ухо. — То серебро, что ты видишь, это чтобы сделать меня слабой. Серебряное существо в серебряной руне. Так безопасней для хозяина. Многие существа, закованные в скрижаль, оставили себе лазейки и сохранили волю. Я сильна, и если руна очень хочет, она всегда найдёт способ сделать не так, как велит хозяин, в клятвах можно ошибиться словом. Нельзя ошибиться только в чувствах.
Это было последнее, что сохранилась в памяти мозга, перед тем как отдать управление инстинктам. Змея была хороша и ненасытна. После, Азалана исчезла в руне, перед этим продолжительно поцеловав в губы, а потом отодвинувшись и выгнувшись, показывая себя, как знакомую мне верхнюю половину, так и нижнюю, пригодную для эксплуатации особью мужского человеческого пола.
Как только змеюка отправилась на перезарядку, вошла Длань. Мой шатёр снова стал наполнен женщинами. Такое ощущение, словно наёмница ожидала этого. Подруга ухмыльнулась на измятые тряпки и сдвинутые шкуры, щёлкнула пальцами, поставив купол тишины и проверив полог шатра:
— Она тебя обожает. Интересно, у неё второе тело как у шефа, или своё может менять?
— Может Азалана просто устала сидеть в руне? — предположил я.
— Да нет, я была у шатра и знаю, что там произошло. Это она.
— В смысле?
— Это очень эффективный менеджмент. Собрать вместе самых сильных исполнителей, мотивировав общей задачей. Тогда люди работают уже не за деньги, а против кого-то. Меня тоже учили умным мыслям. Иногда есть необходимость работать под прикрытием и даже один раз изображать тупую и грудастую секретаршу в короткой юбке. Приходилось целый день клацать нарощенными когтями по умным схемам и приносить кофе из пищевого синтезатора в кабинет начальника. Многие думают, что при этом самое сложное ложечки и вилочки местами не путать, а юрисдикцию вместо юриспруденции не написать, но пришлось изучить делопроизводство, вести график встреч и даже сортировать вручную переписку, которую не стоило показывать корпоративному искину. Есть такой приём в управлении, как объединение нематериальным стимулом. Прирезав упрямую жёнушку, она притащила под твою отрастающую потихоньку руку, целую армию мстителей.
Наёмница не сопротивлялась, когда я подгрёб её рукой за бёдра и придвинув спросил:
— У меня теперь только два вопроса, на сколько короткая была у тебя юбка и как же дрейк и фламин, которых я сам видел?
— Не знаю. В следующую вязку со своей гадиной сам и спросишь. Я тоже видела птицу, но она взлетела дальше, а жену рикса резала именно твоя руна. Это точно. У меня есть умение, видеть куски червей. Не чувствовать живых как ты, а именно остатки присутствия. Полезный навык. Она тоже, как и ты, частично червяк. Другие этого не чувствуют, но она такая же, как и ты, теневая тварь, не червяк, а именно теневая. Может поэтому она тебя обожает? Женщины это сразу видят. Она сделала это для тебя. Ты бы никогда не уговорил этот народ идти с тобой, если бы любимую жену рикса не развесили по отдельным грудинкам и филейкам.
— Но как же дрейк? И что ты там делала? Неужели тоже хотела жёнушку рикса прирезать?
— Да, тоже. Я сама хотела прибить мерзавку, но не успела. Придумала в лесу забавную игру, где влюблёныши, под присмотром чернобородого будут меня по кустам искать. Так они следопытство отрабатывают. Немного спряталась и бегом в лагерь. Хотела тупую серебряную дуру прибить. Мне шеф на подобный случай одну руну к душе привязал. Совсем плохая, но в домене можно. Не успела. Просто почувствовала, что уже не надо, а в шатре твоя руна. Я как бешенный карх поскакала обратно к детворе. Еле времени хватило за кусты сунуться, как из лагеря пара восходящих прибежали, меня нет, а когда я по первому крику вышла, то даже расстроились. Думаю, их сразу послали меня найти, и они нашли. Сто процентное алиби.
— А я спал, — сказал я и перекинул мыслеобраз, как задрых с открытым пологом шатра и проспал, пока меня шум в лагере не разбудил, и добавку, как сам собирался прирезать мерзавку, рассчитывая, что в этом случае упрямиться будет некому и, если не сейчас, то потом, немного подумав, местный властелин всё же присоединится к справедливым мстителям.
В моём блоке информации имелось не только то, как я во сне подкрадываюсь, но и улетевшая огромная птица с седоком.
— Не знаю, — покачала головой подруга, — но в следующий раз, когда будешь со своей красоткой обжиматься, спроси, как она всё это устроила. Просто интересно. И Длань прижалась ко мне, рассчитывая заснуть прямо под боком, но не раздеваясь и без макияжа.
Получил мыслеобраз от подруги, в котором она прикинула, сколько шагов сегодня сделала, и сколько из них на пределе выносливости, бегом, вначале из леса в лагерь и обратно, с целью сохранить алиби. С математикой не поспоришь, и наёмница уснула, прижавшись ко мне, устроившись на мягких шкурах.
Я лежал, слушая дыхание супруги, и тут до меня дошло. Конечно, Азалана же морф. Отрастила себе нижнюю половину такую, как захотела, чтобы прийти ко мне в шатер, и что ей мешает вырастить что-то другое? Что увидели аборигены? Силуэт вспорхнувшего дрейка, руну-существо с прижавшимся к нему седоком. Очень сложно с большого расстояния определить все параметры и понять конкретику. Руна-существо серебро? Задание серебряное на уничтожение предателя, которое раздал наблюдатель, и почти наверняка столь ценный питомец имеет аналогичный фрейм. Что-то похоже схожее по обводам, после бегства которого остались неприятности в виде прибитой жены рикса. Ни у кого даже сомнений не возникло. Но я-то понял. Это было просто одна руна-существо в форме крылатого питомца и наездника.
Азалана, выпотрошив тётку залетела за деревья, а потом вернулась в лагерь. В этой суете тут хоть двадцать человек туда-сюда будет шастать, никому дела не будет, если ты не сидишь на крылатом монстре. Наверняка, даже караульные, побросав свои посты, сбежались к центру лагеря. Собрал свои мысли в кучу и отправил мыслеобраз подруге. Она только улыбнулась, сквозь наваливающийся сон. Наёмница сразу всё просчитала, и визит змеюки ко мне в постель только подтвердил догадки подруги.
Ещё сутки ни я, ни кто-то из моего отряда в сторону шатров местного рикса не ходил. Только через день, когда погребальные костры начали остывать, меня позвали на аудиенцию.
— Мой сын пойдёт с тобой. Он будет рассказывать о том, что случилось с его матерью. Он знает многих риксов в соседних доменах. Я хочу, чтобы все знали о подлости, — известил меня местный владетель.
— Но мы начнем с того круга, где он никогда не был, — попытался откреститься я от неожиданного члена команды.
Не хватало мне в диверсионной группе только сына прирезанной жены рикса. А если он ещё и взбалмошный характер от мамашки унаследовал, то совсем плохо. Будь это просто воин, пусть и беззаветно преданный риксу, было бы на порядок лучше. Подруга, конечно, найдёт способ сохранить тайны, а в случае нужды даже прикопать молодого восходящего, идущего нам довеском и представить всё в лучшем виде, что никто не придерётся, но это дополнительные заботы. Отказываться было крайне опрометчиво. Даже если найдут ворота, сделанные из иллиума, то уверен, наемница придумает двести-шестьсот объяснений и превратит это в нашу пользу, не раскрыв основной задачи.
— Моя жена из Огненных Клыков, — произнес рикс, предлагая свою помощь. — Они большое и сильное племя. Они сразу придут на помощь и пришлют много воинов.
Не знаю, проверял он меня на предмет секретов, предлагая взять его ребёнка, или был искренен, а может, просто метался из стороны в сторону, не зная, с чего начать месть за погибшую супругу, но его гиперактивность была совсем некстати. Я покачал головой:
— Сына берём, но надо начинать с малого. Я впервые оказался в домене, где познакомился с Владеющим Словом. Он отлично знает те места, и именно там больше всего странного. Постоянно жить можно только у световых столбов, Хозяин прилетает один раз в день, на рассвете. В других доменах нет убивающей темноты и люди живут и ходят где хотят и когда хотят, а кланяться вашему Хозяину надо от силы раз десять за время между тингами. Мне сказали, что в вашем небе он пролетает раз в полсотню дней, а бывает и реже. Не думаю, что моё появление именно в том закрытом куске круга — случайность. Вначале надо начать с него. — И, сделав умное лицо, произнес великую и мудрую фразу, — большая дорога начинается с малого шага.
Против такого аргумента не поспоришь. Рикс погрузился в раздумья. Я в свою очередь отказываться от довеска в виде сына владетеля, не стал. Может он только этого и ждал, но моё согласие без всяких условий заставило его погрузиться в глубокие мысли. Мужик явно что-то думал. Решил выводить из ступора местное дикарское руководство и добавил:
— Никто не знает причину, по которой прервали фионтар, и что сподвигло фламина на всё это. Он не сможет просто так выйти из домена. Значит он знает, что ему ничего не угрожает, и возможно, ему что-то надо от меня. Я нужен здесь, а вот пройти моим путём ещё раз, обязательно надо. Никто не знает, когда мои покинут отряд и уйдут в домен, даже я, но у тебя есть ещё полдня. Если решишь, что твой сын пойдёт с моей женой, то пусть приходит, передумаешь, пусть просто не придёт. Отвечать не надо, — и я развернулся и ушёл к своим.
Делать секрета из вылазки диверсантов-разведчиков ещё в первом разговоре с руководителем народа я не стал. Большое надо прятать среди груды мусора, но об истинной цели, конечно, не сказал. Уход пары влюблёнышей, Владеющего Словом и моей супруги не заметить сложно, и все знали, что такое произойдёт, но не думал, что именно это событие так сильно привлечёт внимание рикса. Нам давали целую армию, в которой очень немало восходящих, а взамен в разведывательную экспедицию отправляли своего сына.

----------

Глава 17 Клин-клином

Шли, шли и пришли. Пред нами была крепость, зажатая в равнине шириной в пару километров, а по бокам резкий горный массив. Крайне крутой, уходивший по сторонам до самой границы домена. За горами начинались владения народов, к которым и принадлежал фламин негодяев, а вот небольшую и единственно удобную равнину для прохода армии занимали Седые Нанти. Они не были союзниками тому самому фламину и даже, скорее нейтральны, но помогать тем, кто решил его убить, точно не будут. Что за Нанти, не имею ни малейшего представления, но цвет волос у них был практически белый, с лёгкой серостью, даже светлее моей белобрысой гвардии. Всё так складывалось, что у нас опять ступор. Очередная крепость, и все расчёты не в нашу пользу. Дороги собирались в этом месте в кучу, и нужно было пройти в близи крепости. Можно обойти, но вокруг крутые горы, весьма высокие, с хладонитом и ледяными шапками. Для армии дорога почти непроходимая, да и для неподготовленных скалолазов, думаю, не очень. Просто так справедливой армии в низине тоже шастать не дадут, поэтому придётся победить. Мои бойцы сомнений в том, что возьмём крепость с полутора тысячами народа нашим отрядом в две с небольшим сотни рыл, не сомневались ни секунды. Этим и отличаются дикари от жителей высокоразвитых цивилизаций, привыкших к комфорту.
У кого-то сомнения в количестве калорий в молочной пене, и точно ли она из восстановленного молока без примеси синтезированных компонентов, а запах идентичен натуральному? А у кого-то вообще нет даже мысли, что брать замок в полторы тысячи защитников отрядом в две с половиной сотни человек выглядит как-то неправильно. Если так можно сказать. Я, как житель Претории, где не было денег и воспитание совсем иное, находился посередине этих крайностей. Возьмём очередную крепость обязательно, или хотя бы, как говорит Длань, что отожмём право свободного прохода без башляний, но я отлично осознавал сложность такого действия и возможные потери.
После милого визита моей змеюки в жилище любимой жены рикса, нам дали сразу полторы сотни бойцов, значительно усилив количественный состав. Хотели больше, но я отказался. Были свои соображения. Разумеется, я озвучил другие причины отказа, а истинные остались при мне. Я не хотел оголять защиту поселений, ведь случись что, мне обязательно припомнят, что я утащил всех воинов, а враги воспользовались. Армии гвоздя в руке нужен был тыл, а в случае потери поселений по моей вине я сильно потеряю в славе. Ещё один немаловажный момент, что если в группе людей будет сильный перевес кого-либо, не важно в чём, хоть в принадлежности определённому народу, увлечению конькобежным спортом или желанию резать не носы, а уши, то другие подстроятся и тоже станут придерживаться самого массового параметра. Полторы сотни новых бойцов я среди своих рассую, а если таких будет триста, то это будет уже не моя армия, а просто бойцы рикса, под моим управлением, разбавленные на одну треть любителями справедливости с рисунком руки и болта, имеется в виду гвоздя-стигмата, но при моих художественных способностях и изобразительном таланте окружающих, больше походило на болт. В этом случае я никогда не ассимилирую такую толпу и, соответственно, не смогу сконцентрировать славу на себя и стать риксом сам.
Переживал ли я что не взял всех, кого предлагали? Нет. Вместо трёх сотен, взял полторы. Итого, вместо двух с половиной у меня было бы четыре сотни бойцов против полутора тысяч защитников. Ничего не решающий расклад. Без очередного барабанного тарана нам не взять эти стены, но нас явно побаивались и в яростную контратаку не бросились. А потом. Да, ладно!
Из ворот вышел здоровенный мужик, бронзовый восходящий, глава крепости со свитой. Вернее, все кто мог ходить, пёрлись за своим главным боссом. Крепкое тело и сильная бронза с вложением в силу. Указал копьем на меня:
— Поединок!
Ага. Не фионтар, которые я уже полюбил, а просто драчка, когда за тобой наблюдатель не присматривает. И хорошо, что руки развязаны, и плохо, когда не только у тебя и вообще не вовремя до жути. А ещё, да что там, почти наверняка попытаются вмешаться или потихоньку гадости мне подстроить. Отказываться нельзя, но и драться без пользы не хотелось. Уточнил. Я без всякого, но лучше всё расставить по местам:
— А мне то это зачем?
Ступор в ответ, а потом сообщили:
— Ты пришел брать нашу крепость. Если я убью тебя, то твоя армия уйдёт.
— Не собирался я брать твою крепость. Мы вообще мимо шли, даже смотреть в твою сторону не собирались.
Мои слова интенсивно обдумывали, но не придумали ничего, кроме как ещё раз показать на меня копьём и заорать:
— Поединок! Мы тебя не пустим.
— Хорошо. А если я тебя смогу победить, то вы меня пустите?
Местный рикс сморщил брови, обдумывая такую простую истину, а я прикидывал, сколько мне надо славы, чтобы стать риксом на минималках. Он сильная бронза, почти серебро, но не серебро. Это важно. У него полторы тысячи рыл в бойцах, треть женщины. Для Единства это нормально. Ещё треть беременны, а это ещё полтысячи, и ещё штук восемьсот просто так и вторыми жёнами. Добавим подростков и детвору. Итого от трёх до пяти тысяч со всеми посёлками и просёлками, а славы для должности хватает. С учётом моего неадеквата и того, что меня уже все знают, мне довести армию до тысячи и назваться народом, может быть достаточно. Не плохая математика.
Тем временем, моё предложение обдумали и заорали:
— Да!
Ожидал что-нибудь пафосное, длинное и мудрёное, но и так меня всё устраивало. Не смотря на простоту и не замутнённость местного вождя, в каждом звуке я ощущал ждущую меня гадость, а древо ментального развития, которому Победоносный уверенно давал развитие до золота, просто орало о готовящейся гадости, но конкретно о какой, молчало. Пришлось кивнуть в ответ:
— Тогда давай драться здесь и сейчас, всё что есть в руках и скрижалях и будет нашим оружием.
Согласились, просто кивнув. Мои бойцы отошли назад, и его тоже. Может быть это и неплохой расклад? У меня столько гадостей припрятано, что наверняка смогу победить, но и со стороны хозяина крепости, может, некое количество сюрпризов припрятано. Если это не фионтар, значит, возможно, можно обойтись без убийства главного начальника местного народа и не портить отношения. Его народ подчинится и проход обеспечат, а вот если сильно обидеть, то ничего не мешает делать гадости, когда никто не видит. А ещё хорошо бы понять, что мне приготовили, до поединка, а не по факту. Последняя фраза была риторическая, а у меня сразу возникли подозрения и тут же оправдались.
В небо свечкой взмыл дрейк — серебряное руна-существо. Мне мило улыбнулись:
— Нам никто не помешает. Я заберу твою руку, твои руны и твою душу, — произнёс рикс и начал гнить, а вокруг нас образовался купол защиты.
— Ты? — поднял я брови, искренне изумившись, без всяких там, и внутри радуясь появившейся определённости.
Мне в ответ кивнули:
— Здесь не будет фионтара и наблюдатель бессилен.
Народ ахнул, как мои, так и пришедший со своим вождём. Вместо рикса народа передо мной стоял тот самый фламин, который пробивал купол защиты арены под центральным игг-древом и на которого я имел серебряное задание. Вокруг купола защиты всё перемешалось и шуму было немерено. Причем в воплях аборигенов как с моей, так и с той стороны было больше не изумление, что фламин мог оказаться внутри местного владетеля крепости и, сгноив его тело, вылупиться наружу, а больше, что это что-то новенькое, и они пока подобного не видели. Разумеется, о том, что он силён знали все, но одно дело знать, а другое увидеть конкретику. А я, кажется, догадался, что мне сейчас скажут.
— Архераил Отгрызающий Руки, я же получу свою руну обратно? — ухмыльнулся фламин.
Против меня теперь была не бронза, а настоящее серебро. Мне тогда он показался совсем другим, нежели предстал сейчас. Это был крепкий мужчина, не огромный, но с хорошо проработанной мускулатурой, лет под сорок с пронзительным взглядом и внимательными глазами, ровным, можно сказать, красивым лицом.
— Твоя руна в гвозде, — сказал я в ответ.
— А ты попробуй, — и ко мне протянули руку.
Я достал свой жезл в виде сушёной руки с гвоздём и швырнул противнику. Он её легко поймал. Плоть, даже хорошо подсушенная и задубевшая за это время, мгновенно развалилась гнилью. В руке у него оказался гвоздь, и он произнес:
— Нужно всего лишь превратить гвоздь в руну, а потом разобрать, для этого нужно немножко силы, времени и не быть на глазах у наблюдателя и тем более у храма, вечности, чтобы они на тебя своих псов не выпустили. Встреча с шавками, может быть очень неприятной.
И действительно, в руке серебряного восходящего стигмат рассыпался искорками звездной крови и в скрижаль ушло несколько рун. Беспокоиться о том, что я отдал такую мощную руну, было незачем. Из этого купола выйдет только один, если этим одним не буду я, то окажется ли в моей собственности руна «повторяка» или нет, разницы уже никакой.
Кстати, купол отлично пропускал звуки во все стороны, и нас слушали, ловя каждое слово. При этом, всё это время в меня и поддельного рикса, которым оказался серебряный фламин, летели руны, копья и прочие тяжелые и заостренные предметы, но пробить купол защиты не могли. Он обернулся к своим, к тем, кто пришел с ним, имеется ввиду с риксом, и крикнул:
— Я убил вашего вождя, забрав его тело, но вы мне больше не нужны. Скоро здесь будут мои армии, а из ваших черепов я сделаю дорогу, — обернулся ко мне и приветливо сказал: — это для них честь, подставить свои кости под мои ступни, а твой череп мне не нужен.
— Хорошо, — легко согласился я, — раз тебе мой череп не нужен, то тогда я заберу твое тело и твою душу. Хейру, который скоро станет танааном, серебряное тело подходит гораздо больше.
Этот трюк я проделывал несколько раз, проделывала Длань и наш шеф, разумеется, после консультаций с самым главным специалистом — мной. Я был в куполе, и симбионту просто деваться будет некуда. Так я делал у котов, так делал шеф с подругой в Вечности и что мешает ещё разок?
Руна-предмет термическая граната на палке с веревкой в режиме без замедления приставлена ко лбу, в зубах веревка, культя указывает на противника и рывок головы. Я видел, как со стороны светового шара, который местным в доменах заменял солнце, вместо игг-древа неслась тень питомца фламина. Она почти падала, набирая скорость, и, закладывая разворот, исчезла за деревьями, держа разгон и намереваясь помочь своему хозяину. Но это только догадки, большего я не видел. Купол ставил фламин, и наверняка имеет возможность убрать за доли секунды, когда птица будет на подлете, а возможно, зверюга имеет допуск под купол, и ничего менять не надо. Термитная граната, приставленная ко лбу — это наверняка феерически. Наверное. Со стороны посмотреть не удалось. Где-то внутри сознания, словно я сейчас находился в спасательной капсуле, засветка на краю зрения поменяла цвет с красного на зелёный и… В этом и заключается высший свет, что пирожки из рук собственной бабушки не есть. Никогда не знаешь откуда прилетит.
И я ощутил себя в теле серебряного фламина, распрямился и высветил всем имя Архераил. Симбионт вырвался из моего тела и, находясь внутри купола, сразу занял единственный доступный носитель. Взорвал гранату без усиления своей чёрной любимицы тысячекратного усиления. Потому что могут славу отнять, а во вторых, так и планировал, убить только себя, сохранив тело фламина. Разрыв термитной гранаты — это вспышка и горение на пару метров, если не усиливать чёрной руной. Находясь в десяти шагах будет жарко, но приемлемо. Вокруг мерцало защитное поле, мой прежний труп валялся рядом и догорал. Коллекция привязанных рун перешла вместе с симбионтом, перенёсшим душу, а за звёздную кровь и остальное тоже беспокойства не ощущал. В том теле небыло стигмата, поэтому всему богатству просто деваться некуда. Я беспокоился только за славу. В домене нет наблюдателя. Как это отработает без великого искина Единства? Но нет, всё было на месте. Наверное, слава переходит вместе с душой, и если специально не отнимать, как это происходит при применении чёрной руны, то эта цифра прописана во мне, а наблюдатель просто корректирует её в зависимости от моих действий.
Купол спал, однорукое тело прежнего меня пылало, разбрызгивая жаркий термитный огонь, а подлетающая крылатая зверюга неслась к месту поединка, завершая заход. Высокая ментальная чувствительность, связь с хозяином и растерянность. Летающий питомец был недалеко, но не в зоне прямой видимости, скрываемый деревьями, и летел так низко, как мог. Люди вокруг ахали, смотрели раскрыв рты, а я не скрывал своего имени. Летящее существо никто кроме меня не ждал, а когда зверь пошёл над их головами, то народ реально струхнул и побежал. Защитный купол исчез, и, заметив меня, зверь сделал боевой разворот. Ярость, непонимание, ненависть — всё в кучу. Наверное, не зря я помалкиваю о своих ментальных способностях. У меня своё восхождение, и я им пользуюсь не менее часто, чем другие, просто оно не на рунах, и звёздная кровь тут не главное.
Секунда, и огромная туша грохнула рядом, заклекотала, а потом со всей нежностью начала кончиком клюва сощипывать с меня кусочки налипшей грязи, еле заметные глазу шерстинки и просто выражая собачью преданность, а не позволяя себя обожать, как это делают коты. Я собрал руны и капли со своего прежнего тела под пощипывания теперь уже моего питомца и услышал в стороне радостное и незамутнённое:
— Архераил забрал серебряное тело и серебряного летающего помощника! Справедливость и честь! — разлетелся невдалеке восторженный возглас.
Повернув голову в сторону выкрика, спокойно сказал:
— Это наша общая добыча и первое слово справедливость. Подойди ко мне восходящий.
Восторженным крикуном оказался парень, дерево из недавно присоединившихся к нашему победоносному шествию и явно только начавший восхождение. Осмотрев бойца, я попросил, чтобы тот открыл скрижаль, и, дождавшись этого, присоединил свою и смахнул ему сразу горсть рун, небрежно, в стиле Победоносного.
Народ наблюдал за действием, затаив дыхание, ещё не понимая, что это было.
— Это половина того, что я получил, убив врага и забрав его тело. Оставь себе одну, которую сам посчитаешь нужным, а остальное раздай, как велит твоя справедливость.
Все молчали. Я, конечно, поступил как самый распоследний эффективный менеджер, но реальной справедливости в этом мире нет, и не будет. Примерно понимаю, сколько рун остаётся в гвозде после смерти восходящего и сколько можно получить с тела и осколка скрижали. Симбионт уже всё просчитал, отделил то, что надо отдавать, исходя из этих цифр, и пометил, что нужно припрятать. Если не знать о моём жителе головы, то за эти секунды просто невозможно даже понять, что я получил, тем более успеть отложить самое вкусненькое, поэтому выглядело максимально благородно и мотивирующе. Я отдал предполагаемую половину от того, что должно остаться при простой смерти в штуках, а не так как я сделал, получив вообще всё, как со своего тела, так и с тела серебряного восходящего. По моим прикидкам, гвоздь забирал больше трёх четвертей от звёздной крови и рун восходящего, из такого расчёта я и устроил делёж. А руну повторения, которую для меня любезно достали из стигмата, я отложил сразу, и в общих расчётах она не участвовала. Только я никому об этом не скажу.
Если не знать о том, как маленьких дурят, то для аборигенов это было откровением и такой шаг вызвал восхищение:
— Здесь есть серебро, — как-то неуверенно произнёс парень, бегая зрачками по невидимой никому скрижали.
Он был прав. Я отдал и одну серебряную руну-свойство: Большая Нулевая Руна. Из неё можно вырезать символ и сделать всё что хочешь, и весьма ценная штука, но мне здесь и сейчас совершенно бесполезная, а вот факт передачи серебра, без всяких пояснений, вызовет восхищение.
— А почему я был должен оставить всё серебро себе, а отдать только бронзу и дерево? Пополам, как я понимаю, это две равные части? — удивлённо произнёс я в ответ, и изогнул бровь, подражая снисходительно-повелительной манере своего шефа, как это делал Победоносный, когда был риксом Подвижных Камней.
Тишина, пауза, а затем рёв множества глоток, поддерживающих меня в деле справедливости, чести и раздаче ценного имущества. Подражая толпе, расправив крылья, вдохновенно трубила громадная птица, которая по такому случаю решила поддержать радостный вопль, прекратив ощипывать с меня невидимые пылинки. Между прочим, теперь моего зверя тут никто не боялся.
Как восторги поулеглись, я подозвал главаря светловолосых бандитов. Лесной Слух был рядом, традиционно исполняя обязанности моего зама, командира гвардии и заведующего отделом материально технического обеспечения. Без суеты я открыл скрижаль, и перекинул ему руны, пояснив:
— Вторая половина. Сам там распредели, кому серебро.
— Сделаю, хейр Архераил, — с улыбкой оглядывая моё новое тело, кивнул он мне в ответ.
— Раздай оружие. У меня своё, я к старому привык, мне новое не надо, — добавил я, снимая пояс с ножом с себя и отдавая в руки Слуху.
Получил ещё один согласный кивок. Рядом валялось копьё вождя, тело которого прихватил фламин перед смертью. Оружие явно отличное и с добавкой свойств от звёздной крови, а позже переоденусь и броню отдам. Когда сгнило тело рикса, выпустив главного негодяя, на новом хозяине осталось всё снаряжение. Копьё и щит фламин сразу бросил за ненадобностью, а вот доспех, пояс и пара клинков была на месте, хотя и оказалась великовата и грязновата. Немного помыть, и можно пользоваться.
Беседа происходила слегка в стороне, не прячась, но и не делая из этого перфоманс. Я, конечно, не сомневался, что нас наверняка услышат, потом расскажут другу, который расскажет своему другу, и понесётся слух, что я и вторую половину рун отдал, ещё и с себя последнюю рубаху снял, и всё ради справедливости, чести и обогащения простого воина. В своей жизни я много раз сталкивался с тем, что слухи распространяются быстрее и вызывают больше доверия, чем официальная информация. Это было эффективно, и я поступил сейчас именно так. Главарь бандитов был умным человеком и наверняка понял, что есть и следующий слой правды, но вида не подал. Я это почувствовал по его ощущениям. Он полностью мне доверял, понимая, что остались и эксклюзивные лоты, которые я ему предоставлю позже.
Серебряная руна, отданная в руки Слуха, была ледяным копьём. Он сам произносил пафосные речи и вручал одному из своих бойцов. Я не вмешивался. Симбионт сразу пометил её на отдачу. У меня была почти такая, только бронза, зато полученная от Победоносного, четыре раза усиленная с добавкой яда и неслабым шансом вызвать паралич нервной системы. Моя вызывалась быстрее и требовала вдвое меньше энергии. Поэтому, для того, у кого нет, серебряное ледяное копьё будет настоящим подарком, но не для меня. Возможно, если вложиться и развить, то да, но лично я этим точно не собирался заниматься.
Рядом проскользнула Длань:
— Вау! У тебя новое тело. Теперь жду, когда же серебряное копьё пронзит жалкую бронзу, — шепнула подруга, полностью скопировав интонацию разрезанной жены рикса, в её презрительной манере. При этом звучало совсем не обидно и побуждало к немедленному действию. Вот как только разберусь с поздравлениями от восхищенной армии.
Ворота крепости открывались. Нам не нужно было проходить в само укрепление, а достаточно, чтобы по дороге, идущей вдоль равнины, со стен не кидали руны и заточенные палки, а в спину не ударил отряд доброжелателей. Но есть вещи, которые должны быть сделаны обязательно, ведь они есть символ, и открытие ворот это один из них. Я один раз управлял десантным модулем и подвозил бойцов на высадку, со второй волной к одному взбунтовавшемуся орбиталу. Мятежники как раз в эти минуты приняли капитуляцию. Гермоворота в космосе никто не распахивал, но я видел, как по всей поверхности огромадной станции загорались огни готовности к стыковке и включались индикаторы разблокировки шлюзовых блоков. По сути, это то же самое. Нужен был знак.
Отказывать гостеприимным хозяевам, которые потеряли рикса, но получили справедливость, нельзя. Проход был за нами, но не ответить на приглашение совершенно невозможно. Ели, пили, поспали, мои девок немного местных потискали, всё было хорошо, а с утра меня выдернули с постели и практически за шкирку поволокли на крепостную стену. Вдали услышал гулкий протяжный рев, по равнине шли совсем некрасивые и огромные животные, а вокруг них бежали люди, брели тауро, загруженные грузом, и сновали кархи. Огромная армия шла с другой стороны домена. С высоты башни всё было отлично видно. А потом небо потемнело, и шестикрылое существо затмило небо. Да, отлично было видно шесть крыльев и очертания женской фигуры с длинным, тонким и извивающимся хвостом. Все опустились на колени, но продолжая смотреть вверх. Хозяйка здесь была крайне редким гостем. Взмах небесной властительницы этого домена, и перед наступающей армией вспыхнула полоска огненного пламени метров пятьсот шириной и высотой с километр. Красно-чёрное пламя перемежалось синеватыми прожилками, образуя сплошную высоченную стену. Не каждая птица сможет подняться и перелететь подобную преграду.
Небесное существо исчезло, а армия врагов остановилась. Один из воинов указал пальцем куда-то в даль. Наверняка у него есть нужная руна или атрибуты тела, и имел какие-то усиления в глазах. Супруга протянула штурмовой комплекс, и я выкрутил оптику на максимум, глянув через умный прицел. Кто бы сомневался? За армией людей стояла огромная армия червей, и всё это хлынет сюда, на крепость. На нашу крепость, когда прогорит разделяющий огонь, брошенный хозяйкой этого домена. Если бы небесное существо хотело, а может быть, имело бы право уничтожить врагов, не сомневаюсь, оно бы это сделало, но по каким-то причинам, нам дали время подготовиться, отделив армию вторжения стеной огня из звёздной крови.

----------

Глава 18 Эффективный менеджер

В вашу червь! И тут у меня промелькнула догадка. Они пришли забрать чёрную руну, она не попадает в гвоздь. По словам Говорящей Головы, даже если стигмату удаётся её забрать, она всегда делает свою копию, и поэтому у меня идет повышение количества применений, которые я потом могу разделить на отдельные руны, а о моей чёрной тысячекратного усиления они могли не знать, а охотятся на ту, что передали мне во сне.
Они ошиблись и не ошиблись. У меня была чёрная руна и я её применил. Те, кто должен, увидели использование и определили истинного виновника, а не того, которого наблюдатель назначил. Наверняка было какое-нибудь предсказание или пророчество, что является такой же нормальной наукой и вполне системной вещью, когда в мире есть звездная кровь, как и прогнозирование погоды, даже точнее. Но они перепутали свою чёрную руну с моей. Возможно, применение руны тысячекратного усиления и стало маяком для того, чтобы меня определили, перетащили в сон и отдали мне ещё одно древнее создание великих червей. Теперь они точно знают, что у меня есть чёрная руна, возможно, они охотятся за той, которую отдала тварь, да что там, почти наверняка охотятся за той, что отдали мне во сне, но всё так смешалось в кучу и сместилось по времени, что уже не разберёшься без доброго совета и пьяного тыквенника. Хотя в общих чертах они правы, зачем пришли — то есть у меня. Даже две, а если разделить по применениям тысячекратного усиления, то восемь, плюс одна новая.
Скорее всего, именно этим объясняется мой поединок, где фламин риксом притворился. Хотели меня прибить по-тихому, и забрать именно чёрную, а руна повторения была бонусом, но не самоцелью. Если бы в повторяющей руне видели столько важности, то рисковать ей под древом не стали, передавая восходящему и рискуя потерять её в гвозде. А если бы я не отложил этот стигмат, а просто отдал бы его в храм Вечности, который под древом находился в шаговой доступности? И сразу вопрос. Что хранится в доменах, которые несчетное количество времени находятся в изоляции, а самое главное, недоступны наблюдателю?
Мой сон наверняка был отражением какой-то реальности, возможно, просто древности, но именно в нём скромному и эффективному капитану малого тральщика всунули чёрную руну. Это догадка, прямо сейчас проверить не могу, но, скорее всего, именно за ней и пришли, просто так получилось, что у меня этих рун, уже не две, а целая куча. Ещё, тоже не точно, но как один из вариантов, руна сага предназначалась мне, и должна была попасть в руки. Я бы обязательно нашел способ добыть её из гвоздя и посмотреть, активировав ловушку, но эффективный и хитросделанный капитан малого тральщика поступил очень предусмотрительно, всунув её небесному восходящему. Им удалось с помощью подобной обманки захватить средоточие представителя храмов Вечности, но и добыча оказалась слишком сильна. Сеть накинули, но огромная рыба легко утащила лодку. И теперь, поняв, что пойман не тот, они решили найти истинного владельца. Будь кто другой, чёрную руну обязательно бы забрали и утащили в домен, а не вот это всё, что я устроил.
Через час все, кто руководил отрядами, были на совещании, которое проводили в доме погибшего рикса. Это было большое помещение, и дом изначально строили так, что половина для жизни, а половина как раз для таких мероприятий. Я толкал страстную речь и поддерживал жаркие обсуждения. Сможем ли мы сдержать червей? Конечно, нет. Для тех отрядов, которые здесь ходили, ударивший в спину гарнизон — это серьезный аргумент. Если будет попытка напасть на стены, то они будут отличной защитой. В войне местных аборигенов с копьями, луками, и при поддержке героев, обладающих стигматом в запястье, — это крайне тяжелопроходимое препятствие, и узкий горный проход запирался достаточно надежно. А вот для десятков тысяч червей, которые могут лазить по отвесным поверхностям, и нескольких тысяч воинов, что пришли здесь всё убивать, крепость преградой не будет, и её сметут, потеряв немного времени. Я собирался забрать в крепость лучших бойцов и героически погибнуть.
Это я так говорил, а все согласно кивали, а уровень славы подрастал. А теперь взгляд со стороны. Конечно, он другой. Забирая в укрепление лучших бойцов, героев и свой немногочисленный отряд, я не оставлял смертников за стенами, которые должны были прикрыть отход, а наоборот, в очередной раз поступал как самый распоследний, эффективный менеджер. Зачем брать твердыню, если можно обойти по краешку, ударить неразвитыми стазами червей, сдержав нас внутри, а все остальные спокойно пройдут и нанесут удар в спину отступающим людям? В этом случае можно прекрасно пройти в километре от стен, и никакие луки и руны не достанут. С червями ещё проще, но почему никому в голову эта идея не пришла, представления не имею. Инсектоиды отлично умеют лазать по отвесным стенам, и вместо штурма укрепления, можно просто обойти по близлежащим скалам, даже не замедляя продвижение армии людей. В чём крылась победа, сказать сложно. Но точно не за каменными ограждениями высотой в три человеческих роста, и небольшой крепости, стоящей между двумя горными хребтами. Однако, мой план приняли как единственно верный.
И да, вот такая правда жизни: я сохраняю своих, подставляя спины кучи народа в бегущем караване, забираю у них самых сильных воинов, при этом здесь и сейчас получаю кучу славы от убегающих, спасающихся от нашествия червей. Возможно, мне и удастся немного защитить, если черви окажутся тупыми и решат нанести удар на нашу крепость. Хотя, конечно, вряд ли. Азурические твари не знают страха, действуют сообща и могут совершать самоубийственные атаки, ведомые волей управляющих, но они никогда не были идиотами. Я имею в виду тех, кто управляет. А высшие стазы здесь наверняка есть, иначе бы людей и животных давно съели, а не шли рядом.
Пламя Хозяйки прогорало на глазах. Почти все люди ушли, оставив в крепости небольшой гарнизон. Я хорошо к людям отношусь и к человечеству в целом, но есть просто люди, а есть моя команда. И у меня были некоторые мысли по поводу дальнейшего, но ими я поделился только с наёмницей. Прямо сейчас бежал вверх по склону, а потом полез почти по вертикальным камням. Серебряное тело позволяло не знать усталости, и у меня не было ничего, кроме скрижали, в которой находились только привязанные к душе руны. За них я не беспокоился, а всё остальное отдал. Длань, которая ушла с караваном беженцев, скоро отделится от основной массы людей и уведёт с собой двух молодых восходящих и Владеющего Словом.
Меня заметили и уже бежали. Я не планировал остаться незамеченным, и в преследование пустилась самая элита. Сразу было понятно, кто здесь управляющий директор. Молодой человек лет двадцати пяти, ладный, статный, без каких-то дополнительных гор мышц, копыт, рогов и хвостов. Таким и должен быть молодой человек, проживший всю жизнь на свежем воздухе, с нормальной мускулатурой, без избытка жира, с внимательным взглядом и серебряным развитием. Он был риксом у людей, а ещё ему беспрекословно подчинялись несущиеся ко мне черви. Всадник — это как рикс, только с другой стороны восхождения. Нет, он не скакал на червях, но он ими управлял. Огромные инсектоиды, которые одним движением лапы могли его разорвать пополам, слушались его мысленных команд, которые я легко ощущал своим ментальным развитием, словно натасканные бойцовые животные. Я оторвался, и время было, но не так много. Если я сейчас не попробую и упущу этот момент, возможно, я уже это не попробую никогда, по крайней мере в этой жизни. Промелькнула руна — чёрная. Которую мне через сон передала тварь, ворующая детей. Как применять? На них, на себя, просто активация? Мир передо мной развернулся.
Проклятая руна истинного взгляда через века — чёрная. Нет большего счастья, чем узреть великого червя и умереть. Время действия — мгновенно. Стоимость — весь запас звёздной крови безвозвратно. Смерть. Время отскочило вспять, а потом понеслось ускоренное в тысячи раз. Вначале вместо круга был город. Огромный, сказочный и прекрасный утопающий в лиоре, зелени и роскоши. Потом была война, а затем армии огромных червей, выжженое, тусклое, свернувшееся солнце, развернувшийся диск Вечности. Время чуть замедлялось, ровно настолько, чтобы я успел заметить и рассмотреть вырастающее игг-дерево и людей в круге света, обживающих руины величественного города, затем ещё что-то, и круг свернулся, промелькнули силуэты каких-то великих, блестящих, и почти всех летающих. По взмаху руки светящейся женщины появились странные шестикрылые существа, в двух из которых я узнал своего крылатого котяру, который лежал на теневом древе, и силуэт девушки, которая была хозяйкой этого домена. Остальные тоже наверняка были хозяевами других доменов. А затем пространство свернулось и я оказался на этой горе. Дерево осталось снаружи на летающем острове, а из тумана поднимались летающие шары, появились новые люди, пришедшие с других кругов. Домен закрылся, и дальше я наблюдал историю закрытого пространства. Черви, люди, животные, крепость то строили, используя в основании древние руины, то разрушали, а затем опять возводили. Бесконечное количество раз здесь жили люди, дрались, рожали детей и просто обитали по много десятков циклов, не зная опасностей. Народы сменяли друг друга, а через равнину проходили мирные караваны и целые армии. Всё это время я следил за таймером. Есть одна курортная планета, очень дорогая, туда визы дают не по дням, даже не по часам, а по минутам, и многие шутят, что увидеть и умереть. Возможно, и есть смысл увидеть и умереть, даже передать древние знания, но мне-то зачем? По крайней мере сейчас абсолютно бесполезная руна.
Просто так умирать я не собирался. Руна отсчитывала последние секунды моей жизни, проводя синхронизацию времени. За это время, без суеты и спешки, как это делал ранее, я трижды разделил чёрную руну тысячекратного усиления и активировал на фугасную гранату из подствольника, которую оставила мне наемница. Больше не стал. Думаю, этого достаточно. Больше будет опасно для моих лучших бойцов. Усиленный на три порядка взрыв будет сравним с тактическим зарядом на расщепляемом материале. В прошлый раз получилось разнести прочнейшую сферу, в которой гнездились безликие кел, а здесь свободное пространство. Крепость стояла на древних руинах снесённого величественного небоскрёба, разрушенного во время войны с червями и верхушку ему разнесли до основания, но выкапывать фундамент, уходивший на сотни метров вниз, не стали. Аборигены отлично обжили эти подвалы и хранили там запасы, прятались от дневной жары и использовали в качестве жилища. Я ощущал своим сознанием, как где-то в далёком будущем бойцы, оставленные в крепости, спускались всё глубже и глубже.
У них будет шанс уцелеть, а ко мне бежали люди и черви. Ну что ж, менеджер оказался достаточно эффективным, сохранил костяк коллектива и создал проблемы конкурирующей организации. Если руна, смотрящая в глубь времён, убивает так же, как и черная, то у эффективного менеджера Архерайла будет шанс. Я смотрел на таймер и то, как нехотя, медленно синхронизируется время, в которое я провалился, увидев древнейшую историю этого места, и возвращался в свою реальность. В руке была зажата усиленная на три порядка граната с таймером на безусловный подрыв через одну секунду. На счётчике появился ноль-ноль-ноль, свидетельствующий, что я вернулся из путешествия во времени, а единичку увидеть уже не успел.
Казалось, никто не заметил, как группа из одной рыбы, крупного здоровяка с чёрной косматой шевелюрой и двух молодых восходящих покинула общий караван и максимально быстро двинулась вперед, опережая нагруженный беженцами бредущий обоз, направляясь к выходу под центральное игг-древо. Это был бег на пределе возможного, но стоило их группе отделиться от основного каравана и выйти из-под защиты, сразу увидели преследователей. Бежавшие по следу были быстры, сильны и не скрывались. Владеющий Словом остановился, достал свой любимый топор, подарок перед фионтаром, надвинул на голову шлем с гривой, раскрашенной флуоресцентными красками. Отмахнулся рукой на окрик наёмницы:
— Уводи детей и уходи, я их остановлю. Длань, только кивнула, скинула пару звёздочек в скрижаль могучему восходящему и с двумя влюбленышами побежала дальше, а Владеющий Словом стоял и ждал.
Он смотрел на приближающихся. В него полетели руны, и в них обратно. Метнули копьё, которое ударилось в нагрудник и отскочило, а в его руках оказалось похожее копье, которое он тут же метнул в ответ, пробив нападавшего насквозь. Взмах руки ещё одного преследователя, бронзового восходящего, и за спеной нападающего появились огромные черви. Пять секуторов, мощнейшие боевые стазы бронзового ранга, но и за спиной Владеющего Словом появились пять таких же червей, уже на его стороне. Сейчас бородач не владел собой и был лишён возможности управлять телом, но он всё видел, понимал и в душе улыбался. Руна повторения, которую он получил от наемницы, делала его таким же сильным, как и нападавшие. Они были равны, сколько бы существ ни призвали, и сколько бы против него ни применили рун, они получат то же самое в ответ. Единственный способ его остановить — это оторвать руку, так, как сделал Архераил на фионтаре. Ну-ну, хорошо, пусть попробуют, когда под кожей скрывается подаренный доспех из морлиума, два сердца и овитые чёрным металлом кости.
Длань и пара молодых восходящих бежали к центру базарной площади. Честный Глаз — он великий торговец, и наверняка того, чего нет в общем предложении, у него обязательно найдется. Вопрос не в оплате, сейчас это было неважно. Нужно было найти льготный пропуск в храм подарков. Они давно все закончились, но на то и искусство торговли, чтобы решать вопросы. Честный Глаз просто купил очередь, и через пару минут наёмница ввалилась в храм. Прикованная наблюдателем безумная девушка решила, что к ней пришли за советом, чтобы забеременеть, и начала рассказывать, как это происходит между мужчиной и женщиной, но на полуслове управление телом перехватил Говорящая Голова. Безмозглое тело отступницы, лишенное своего разума, сделало удивлённое лицо. Покровитель был явно озадачен. Тут же получил мыслеобраз, секунда, и наёмница почувствовала под своими ногами сундук, древний, старый электронный артефакт, недоступный почти никому в Единстве, кто не знает принципов электроники. Пара обменов взглядами между древним отступником и рыбообразной, чтобы передать информацию, которую подготовил Архераил. Это был его великий и самый эффективный план. Конечно, никто не рассчитывал убить всех червей одной, пусть и усиленной на порядки гранатой. Чтобы обратить в бегство несметные орды нужен настоящий герой, самый большой начальник и великий управляющий.
В каждом сундуке был портал, который можно было настроить на нужные координаты, но имелась огромная проблема. Цифры кел, используемые для настройки были как бы аналоговые. Это трудно объяснить, но самое подходящее определение. Нужно было переместиться на огромное расстояние, даже при относительной точности координат, была погрешность в несколько километров и ладно, вправо-влево, но можно оказаться над поверхностью или под камнем на километровой глубине. Решили переместить точку вверх, на десять километров, чтобы точно не в камень, и Длань шагнула в открытый Говорящей Головой транслокационный переход.
Рывок, разряженный воздух дунул в лицо, высота была огромна, будь на её месте кто-то другой, не в теле глубоководной рыбы, которая привыкла нырять на безумную глубину, а потом резко выходить на открытый воздух, с такими перепадами давления мало кто из младших народов смог справиться. Возможно, даже сами кел, не имея золотых развитий, не выдержали бы подобного. Переход оказался с погрешностью в десять километров вверх, и ещё запас десять километров вверх, а потом полёт вниз, вниз, вниз, вниз, а через несколько минут вызванный из руны серебряный дрейк расправил свои крылья. Могучий летающий питомец заложил разворот к чёрной пирамиде, с обожённым боком. При подлёте вылетело несколько похожих дрейков, но, видя, что это серебряное существо и гораздо развитее, развернулись, не желая быть добычей более сильного противника.
Она приземлилась там, где сказал ей Архераил. Выжженная, разрушенная, вывернутая пирамида всё ещё светилась несколькими яркими пятнами. На несколько сантиметров выше каменной плиты, не касаясь пола, висела человеческая фигура, лицо которой не было видно под закрывающим голову капюшоном. Как ни всматривалась наемница, но темень там была абсолютная, и лицо рассмотреть невозможно. Она открыла скрижаль и достала черную руну:
— Это тебе, это только твоё.
Самка Архераила принесла ему ещё одну черную руну. Мыслеобраз пришедший от неё был мгновенно отработан, решение принято, неправильное, нелогичное, но нужно было проверить. Женщина с длинным извивающимся хвостом и висящая над полом фигура провалились в портал, открывшийся под ногами. Нелогичное, абсолютно аномальное, но приводящая к абсолютному результату действие. Если это нельзя просчитать, то не значит, что не должно работать. Сейчас можно было просто забрать чёрный глиф, убить, не отреагировать, не сделать, но оторванный кусок наблюдателя имел и другую сторону разума, которая могла прогнозировать гораздо дальше. Капюшон был уникальным и смог оторваться от единого супер-разума именно благодаря этому. Он имел свои особенности и видел систему не только внутри, являлся частью её, но смог посмотреть снаружи. Странный восходящий, именующий себя Архераилом предлагал решение. Все расчеты говорили, что это нелогично, но предыдущий опыт подтверждал, что нелогичные решения, исходящие от этого куска мяса, срабатывали с абсолютным результатом. Аватар того, кого называли Капюшоном, покрытый вязью кусочков иллиума, с включением древней руны и укрытый от взора наблюдателя появился под центральным игг-древом около входа в домен. Войти внутрь было нельзя, чтобы не потерять подготовленное к эксплуатации тело, но этого и не надо было. Рядом стояла глубоководная рыбообразная, стуча хвостом, словно тигрекс, и внимательно наблюдая за зависшей на высоте ладони над землёй фигурой. Взмах костлявых старушечьих рук, в который вложили силу реакторов линкора и началось. Домен открывался. Свёрнутый в подпространство кусок круга, возвращался обратно. Это мог сделать восходящий небесного уровня, а может, и только сам Единый, но и ещё он, могучий и невообразимый, имеющий миллионы аватаров в запасе, собирающийся существовать вечно и управляющий миллиардами червей, подчиняющихся его воле, и тысячи пирамид, разбросаны по всему Единству. Укрытый от взора своего поганого родителя, куском которого он являлся, имел огромные возможности, Капюшон был невидим наблюдателю, но деяние его предстало в полной красе. Домен раскрывался, являя огромную область круга, от теневых земель и резкого обрыва на грани света, до самого игг-древа. А затем жуткий вопль Наблюдателя услышали все, кто имел стигмат, — «Мерзость!».
В бегущем караване бросили всё. Женщины похватали детей и бежали к порталу под центральное игг-древо, немногочисленные воины готовили брошенные телеги к обороне, а армия червей и людей, предавших восхождение неумолимо приближалась, просто обойдя крепость в равнине. А потом все подняли головы. Небо раскрывалось, домен разворачивался, становясь частью круга, а на горе упала маленькая фигурка серебряного восходящего. Люди обернулись в сторону, где была крепость, где вспухло огненное облако, уничтожая всё живое и неживое, поднимая к небу огненный гриб и разливаясь пламенем, разносясь волной сжатого воздуха, сметающего всё на своём пути.
Среди отступавших были восходящие, и некоторые из них оставили рун-существ около крепости. Не для того, чтобы следить за вождём маленькой армии, жаждущей справедливости, а чтобы наблюдать глазами своих рунных существ, где находится противник, и они все видели, как упало мертвое тело, как разжалась рука Архераила и как из неё выкатился небольшой металлический цилиндр, превратившийся в титаническую вспышку.
Отсвет лампочки за краем зрения сменил красный на зелёный, и я ощутил себя в теле восходящего. Довольно молодое, пропорционально сложенное, без каких-либо изъянов и недостатков или огромных достоинств, вроде мышц, выпирающих из-под одежды, с кулаками размером с голову человека. Все было гармонично, кроме того, что это тело было золотым, но тайно. Для наблюдателя оно было уверенным серебром, но были и атрибуты, перешагнувшие этот порог, и которое называют совсем не золотом. Рикс народа, и он же всадник. На шее висел знакомый мне торк, ноль зарядов из одного. Минимальная модификация из всех, что я видел, но это тело смогло выжить в пламени взрыва фугасной гранаты, усиленной на три порядка черной руной, а симбионт просто прихватил первый попавшийся носитель.
Ко мне бежали люди. Все, кто в этом мире зарабатывает не только пневматическим отбойным молотком, дробя камни на богом забытом орбитале, понимают, как работает вычислительная система. Какая бы скорость обработки не была, даже если команды разделяет одна гуголплексовая секунды, то две команды не могут прийти одновременно, а они будут исполнены последовательно, одна за другой, и всё зависит от приоритета, что раньше. Наказание имеет высший приоритет и исполняется в первую очередь. Команда обозвать Архераила за применение чёрной руны, даже двух, вернее, четырёх, прошла с высшим приоритетом и была первой. Меня лишили славы и похоронили, определив, средоточие уничтоженным в пламени взрыва. Это в логике системы, это нормально, я вначале накажу, а если останется чем хвалить, то буду хвалить. Вполне правильно и объяснимо, а потом смерть, и хвалить больше некого, пока не появился молодец и умница Архераил, который убил поганую, мерзкую тварь Архераил.
Пока я бродил по Единству, постоянно дрался с червями, и мне выдавали задания на снижение популяции. Каких-то я убил десять, каких-то сто, некоторые оказывались единичные и уникальные, вроде имаго командира с невероятными ментальными возможностями, за смерть которых назначали вознаграждение по факту уничтожения, и тут же рассчитывали и вручали награду. Такое ощущение, что сам наблюдатель не знал о том, что такие червяки тоже могут быть, придумывая, как бы меня вознаградить, но всегда был максимально честным выдавая положенное вознаграждение. Ко мне, возможно, и ко всем сразу, пришла уйма заданий. В раскрывшемся домене, не знавшем игг-света, огромная армия червей никуда днём быстро не спрячется, неожиданно попав под сжигающее освещение центрального древа. Кто-то из инсектоидов наверняка сообразит и шмыгнет в тёмные норы, часть осталась в логове, но были тысячи и тысячи тех, кто просто остался снаружи и сейчас попал под свет центрального древа круга.
Всех мне посчитали или нет, представления не имею, но думаю, что даже если учесть только тех, кто не смог сбежать, потому что был ранен, оглушен или находился при смерти, но пока не подох от применения усиленной гранаты из подствольника, этого было всё равно несчетное количество, которое просто нереально убить простому восходящему, даже находящемуся на уровне развитой бронзы, возможно, серебра, не имея специфической руны для массового уничтожения червей. Наблюдатель не зол и не добр, но он машина, которая считает точно и никогда не обманывает. Мне посчитали всё что положено и выдали награду в размере пятидесяти двух тысяч трёхсот шестидесяти двух очков славы.
Меня обожали, и никто не удивился, что у меня опять новое тело. А чего бы нет? Раньше так побеждал, и сейчас смог. Я уже видел, что стал риксом, и теперь нужно было сходить к центральному древу, чтобы подтвердить звание у наблюдателя, а ещё я стал риксом дважды. И это нужно подтверждать у тех, кто сейчас забивался в самые глубокие щели, не высовывал нос из пещер и сидел где-то там, очень глубоко, затаившись в своих гнездах. Атрибуты тела никуда не делись, а моя ментальная чувствительность знаками вопроса, дополнила и усилила. Я чувствовал всех, но говорить об этом не буду. Эффективный менеджер Архераил стал дважды начальником двух противоборствующих корпораций — людей и ещё одной, которая не любит игг-свет. Но в корпоративном расписании было ещё две невыполненных записи: сходить и отдать десять капель звездной крови безвозвратно чему-то там, чтобы выпустили небесного восходящего, и подняться в Вечность, раздолбать там всё и освободить генерального директора и его дочку. И да, несмотря на всю свою эффективность, я получил правильное воспитание и всегда выполняю обещания.
Конец шестой книги.

----------

Nota bene

Книга предоставлена         Цокольным этажом        , где можно скачать и другие книги.
Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту, например, через         Amnezia VPN        : -15% на Premium, но также есть Free.
Еще у нас есть:
1. Почта b@searchfloor.org — получите зеркало или отправьте в теме письма название книги, автора, серию или ссылку, чтобы найти ее.
2. Telegram-бот, для которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по           ссылке           и 3) сделать его админом с правом на                       «Анонимность»                    .
Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:
Архераил Звездная Кровь Книга-6. Эффективный менеджер

----------