Я смотрел на то, как пятеро предвысших, включая принца Леонида, сражаются с громадной тварью, похожей на жука, но с тремя отдельными головами и у каждой головы была своя рука.

Одна с косой, вторая с когтями, третья плевалась какой-то разъедающей кислотой.

Объятый молнией принц молниеносно перемещался по пещере, уворачиваясь от атак плюющей руки. Причём там действительно была именно плюющая рука. Прямо из условной «ладони» и плевалась.

В руке у принца Леонида был артефактный полуторный белый меч с синевой в центре клинка.

Глядя на него, я не мог не отметить, как грамотно перемещается и сражается парень. Если сравнивать его с тем же Егором, то Егор — это безудержная мощь и сила, сметающая всё на своём пути. А вот Леонид… Леонид явно тактически образован очень хорошо.

Сверху я видел, что каждая занимаемая им в момент позиция, так или иначе подставляла тварь под удар союзников.

Кстати о них…

Четверо предвысших, у которых на руках были чёрные метки стражей, с тянущимися длинными татуировками до шеи.

Они в основном использовали техники и было видно, что каждый из четвёрки тоже не промах. Очень сильны. Всё же первые ранги. А метки добавляют им силы.

От них я ощущаю ту же опасность, которая веяла от твари, объятой тёмной энергией. Тут не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять связь между этими метками и тварью, с которой они бьются.

В бой я решил не вмешиваться, полностью погасив свою энергию и смотря сверху.

Вся пятёрка билась так, словно всю жизнь сражаются вместе. Смотря на них, понял, что ни у Тани, ни у Анастасии, ни тем более у Егора не видел таких же верных бойцов

Нет, их предвысших я видел, кроме как, опять же, у Егора. Да, сражались они отлично, однако, до этой пятёрки им очень далеко.

В этот момент четвёрка смогла обездвижить одну голову и принц Леонид, присев, объятый молнией, подпрыгнул довольно высоко вверх. Его меч, также объятый молнией, сверкнул и тварь яростно заверещала, оставшись без плюющей руки.

Сражение продолжалось и в какой-то момент в пещеру вбежали люди принца. Тот, реагируя на них, отскочил назад, выслушал доклад и вдруг резко вскинул голову вверх.

Он оглядывал потолок, но я к тому времени уже переместился за выступ, спокойно сидя у стены и ожидая, когда же это закончится.

Также продолжал анализировать как самого принца, так и его группу. Сила в их телах — это определённо тёмная энергия. Вот только… Я её не чувствую. Вообще не ощущаю. Только ауру.

Из этого вытекают три вывода: либо я недостаточно силён, чтобы чувствовать её в других телах, но это странно, ведь ощущал ту, которую использовал сам.

Уже из этого, возможно, выходит, что могу чувствовать только «свою», но не чужую. А также, возможно, тёмных энергий несколько видов… Что даже звучит смешно.

Одно ясно точно: проблем только прибавляется.

Принц отослал своих людей и сражение продолжилось. Впрочем, закончили они довольно быстро.

Я ждал, какое решение примет принц. Сделает вид, что меня нет, или…

— Граф Вяземский, — послышался его слегка уставший голос. — Прошу вас не скрываться. Раз уж вы узнали это… То нам нужно поговорить.

Я не стал делать вид, что он говорит сам с собой и телепортировался, появляясь позади него. И только сейчас заметил, что у принца то тоже есть такая же татуировка, как и у его соратников. Оглядывая их в энергетическом плане, понял, что парень то тоже страж… А вот татуировка у него явно чем-то закрыта.

Четвёрка отреагировала мгновенно, окружая меня, но на почтительном расстоянии, а не в упор. Принц Леонид обернулся и наши глаза встретились.

В этот момент… Не знаю, показалось мне или нет, однако я словно увидел нотки ярости в его взгляде. Впрочем, это быстро сменилось отрешённостью и даже какой-то усталостью.

Я увидел, как часть татуировки исчезает, а вслед за ней и у самого принца ещё добавилось усталости. То же самое произошло и с его людьми.

Если ранее я не чувствовал тёмную энергию, то сейчас ощутил их ослабление. Неожиданно.

— Граф, вы не против поговорить снаружи? Прошу прощения, но это не первый разлом за последние дни и мне хотелось бы поговорить в более, — он оглянулся, — спокойной обстановке.

Говорит так спокойно, словно мы давние друзья. А ведь перед ним стоит высший, который узнал его тайну. Доверяет, или… Просто не боится?

— Конечно, — тем не менее спокойно ответил я и отошёл в сторону.

Он кивнул и мы пошли рядом друг с другом к выходу.

Его желание отдохнуть я могу понять. Сам был в подобных ситуациях. Так что пойду на уступки. Вот только от рассказа принц не уйдёт, даже несмотря на титул. И если его рассказ мне не понравятся…

Мы шли рядом, но молчали. Судя по взгляду парня, он о чём-то раздумывал. Не знаю, какие у него там мысли, но вряд ли об убийстве меня. Всё же в ином случае принц скорее притворился бы, что обо мне не знает, а уже снаружи устроил засаду.

В нашей же ситуации он сам решил поговорить.

Четвёрка предвысших, каждый первого ранга, шагали позади нас, но на некотором расстоянии. Даже удивительно. Совсем не переживают за принца и стараются не провоцировать меня.

До конца разлома мы так и шли молча. Выйдя из него, я увидел нахмуренные взгляды толпы мастеров и предвысших, но принц махнул рукой и люди сразу начали расходиться.

Впрочем… Парочка почему-то подбежала к поляне, где положила камни, делая… Костёр? Также они принесли несколько камней побольше, ставя их рядом. Стулья? Ещё подбежавшие люди принесли полотенца… Пачку сосисок, парочку очищенных веток и… Хлеб.

Что здесь происходит?

— Простите за это, — произнёс Леонид. — Просто… Я люблю отдыхать не только телом, но и душой. Надеюсь, что вы, господин граф, — он указал рукой на камни, — не откажете отдохнуть со мной в такой простоте.

Ничего не говоря, я молча сел на камень, пока люди принца быстро натаскивали хворост. Сам Леонид, отдав свой меч, грузно сел напротив, слегка сгорбившись, опёршись локтями о колени, сцепив пальцы в замок и смотря на начавший тлеть огонь.

В его взгляде были видны небольшие искорки загорающегося пламени, а вид был максимально отрешённым.

Вся эта ситуация казалась мне всё больше и больше странной.

Для чего всё это? Неужели этот парень и вправду любит такой отдых? Или пытается сделать вид?

Принц между тем словно отмер, потянулся к веточке, взял её и, достав сосиску, после снятия обёртки, нанизал на ветку, спокойно держа над огнём.

Так как у нас тут неформальная обстановка, я решил подыграть ему и сделал также.

Какое-то время мы продолжали сидеть молча, а затем принц заговорил:

— Граф, признаться, не думал, что вы действительно согласитесь отдохнуть в такой обстановке.

— Вы меня удивили, принц, — честно признался я.

Леонид усмехнулся и покачал головой.

— Когда? Сейчас или там, в разломе? — спросил он, задумавшись.

— В обоих случаях. Но если о данной ситуации объяснять ничего не нужно, то о предыдущей я настаиваю.

— Хорошо, — спокойно и даже как-то расслабленно согласился Леонид, — я утолю ваше любопытство, раз уж вы всё равно узнали, — он притянул к себе ветку и без какой-либо опасности начал есть сосиску, даже несмотря на то, что та была очень горячая.

Все люди принца держались от нас достаточно большом расстояние, чтобы явно случайно что-то не услышать. Лишь парочка принесла сок, но оставила его рядом и тут же испарилась.

— Граф, вы знаете о том, что уже около года назад начали появляться странные чёрные твари на подобие той, которую вы видели в разломе?

— Да.

— Так вот почему не удивились… — покачал он головой. — Или, возможно, сами сражались с подобными тварями. Но я отошёл от темы: случилось всё это внезапно, и отец начал расследование, которое постепенно подхватил я, забирая его себе. В ходе расследования удалось выяснить, что эти твари появляются не сами, их кто-то создаёт, — на этом моменте принц, насадив новую сосиску, но уже с хлебом, посмотрел на меня.

— Об этих тварях я знал, — честно признался я, — и даже сражался с ними. Вы этот момент можете уточнить у Тани. А вот о том, что их кто-то создаёт — нет.

Парень кивнул, продолжая:

— Расследование было непростым, ведь нужно было не спугнуть тех, кто это делает, а оттого и неспешным. Вот только в какой-то момент всё это привело к тому, что тварей стало слишком много. Кстати, — парень поднял взгляд на меня, — примерно в то же время именно вы, тогда ещё барон, начали себя проявлять.

— К тому моменту я закончил обучение в академии, — ответил я. — И захотел большего, чем имел. Поэтому отправился в стражи, где начал набираться сил.

— Набираться сил, — покачал головой принц с отстранённым взглядом. — Вы уже высший, граф. За пол года. Мне бы так начать «набираться» сил.

Я снял горячую сосиску с ветки и ответил:

— Так уж вышло, принц, что не все от природы равны. Кому-то достался один потенциал в развитии, кому-то другой, однако все мы можем перейти пределы своих сил. Главное просто не останавливаться. Но давайте на чистоту: вы подозреваете меня в том, что я как-то связан с этим?

— Обычный графский сын, что вдруг стал невероятно силён… Как вы думаете, граф, подозреваю ли я вас? — спросил он.

— По всей видимости — да, — заметил я.

Перед ним сидит высший, которого он подозревает, а принц не то, что в подозрениях не сдерживается, он, кажется, вообще ни о чём не переживает. Несмотря на то, что я могу убить его за одно мгновение.

Неужели это всё от того, что он Романов? Нет, тогда это странно… Даже Романовы не могут ничего не бояться. Тем более высшего. Приписать к этому то, что и с его отцом у меня были конфликты, о которых Леонид наверняка знает.

— Не совсем, — помотал головой парень. — Не поймите меня неправильно, граф. Думаю, что вы поймёте меня после моего рассказа. Так как вы немало сделали для империи и, опять же, всё знаете, я расскажу вам всю историю.

Вот уж вряд ли расскажет всю, но я сделал вид, что поверил ему, поэтому продолжил слушать.

— Понимая, что мы что-то упустили, я от расследования решил перейти к устранению, с поиском информации. Старались делать всё тихо, чтобы в империи не возникло лишней паники. На фоне назревающих конфликтов паника была нам ни к чему. В результате всех операций, моим силам удалось разобраться, как я тогда думал, со всеми очагами тварей.

Принц ненадолго прервался, чтобы полить кетчуп на хлеб и положить сверху сосиску.

— Вот только всё оказалось совсем не так. Нам действительно удалось вычистить огромную часть, при этом сделав это практически незаметно. В то время многие баронства сменили баронов на… Более молодых.

Если переводить его слова на грубый манер — всех взрослых убили или посадили в тюрьму, а молодняк поставили в главы Родов. Чтобы Род не прервался и чтобы не было массовых волнений.

— Однако, на этом всё не закончилось. После чистки твари всё равно продолжали появляться. Уже не в таком большом количестве, но появлялись. Как и появляются сейчас. Поэтому я со своими людьми регулярно их вычищаю.

— А те татуировки? — спросил я. — Они же явно дают вам сил. Или я не прав?

Решил сразу показать, что знаю о их тайне чуть больше.

— Правы, — кивнул Леонид и, умяв свой кусок, начал жарить следующий. — Вам наверняка интересно, как мы их получили? Ведь вы такого явно никогда не видели. И раз я сказал, что расскажу, я сделаю это. В одном из боёв нам пришлось столкнуться с очень сильной тварью. Чем-то напоминающей дракона. Хотите верьте, хотите нем, граф, но… В том бою мы, можно сказать, возможно умерли.

Я внимательно посмотрел на него.

— Да, граф, сам не верю, что в это говорю, но так оно и было. Однако, не знаю, как к этому пришло, но очнулись мы уже с нашими силами. Причём очнулись только мы пятеро. В битвах против тварей было потеряно много людей, поэтому с тех пор мы в основном впятером этим и занимаемся. Вот такой вот рассказ.

Принц начал есть, а я задумался над его словами. Он не мешал мне, словно отрешившись от всего. Так мы и сидели какое-то время. Я не задавал вопросов, а принц Леонид просто занимался своим делом, но в какой-то момент он отложил ветку в сторону и встал.

Вытерев руки полотенцем, парень вновь заговорил:

— Верить в эту историю или нет, решайте сами, граф. Рассказал я вам её потому, что вы и так замешаны во многие тайны и потому что вы жених моей сестры. Да и как не посмотри, но вы знакомы со всей нашей семьёй довольно близко. Кроме, разве что, меня. Так что утаивать это от вас нет смысла. А теперь прошу прощения, однако я действительно устал за последнее время и хочу отдохнуть. Увидимся позже, граф. Если у вас будут вопросы.

Сказав это, принц просто развернулся и пошёл в сторону дирижабля. Смотря ему в след, я пытался понять, что я упускаю… В этой истории что-то нечисто. Он что-то недоговорил.

Замедлив для себя восприятие, я обдумывал всю эту ситуацию, когда до меня неожиданно дошло.

Метки, Романов, умершие…

Быстро достав телефон, написал сообщение Тани, где попросил информацию обо всех Романовых, даже дальних родственниках.

Таня сразу мне позвонила.

— Серёжа? Что всё же случилось?

— Таня, мне нужна эта информация, и желательно, если есть возможность, сейчас, — попросил я её.

— Хорошо…

Девушка сбросила вызов и через пару секунд пришёл ответ на вопрос. Быстро разглядев все фото, я посмотрел вдаль, на одного из мужчин.

Романов. Он и оставшиеся трое предвысших из спутников принца тоже. Если быть точным — это одни из их родственников, но у которых, видимо, есть предрасположенность к силе Рода Романовых… Может ли быть, что принц наврал, и именно сами Романовы поставили этот эксперимент? А точнее… Сам принц Леонид.

Ранее я почти не контактировал с принцем и мы даже почти толком не знакомы. Однако, каждый раз он казался мне обычным парнем, который любит своих сестёр, да и ни за чем «таким» принц Леонид замечен не был. И даже сейчас какой-то странный поступок от него с этой посиделкой.

Неужели всё это время пускал пыль в глаза и сейчас решил не выбиваться из образа? Но для чего? Есть ли в этом смысл? На самом деле немного, так как, судя по его настрою, ему даже нечего бояться и скрывать.

В то же время история с тёмной энергией вокруг него очень мутная.

Я смотрел вперёд, обдумывая свою теорию. Пришёл я к ней очень просто. Во-первых — это то, что посвящены во всю эту ситуацию немногие, то есть в основном, скорее всего Романовы и часть графов.

Во-вторых — дело на себя взял принц, и вдруг получил эти силы. А управление тёмной энергией — это непросто. Взять хоть то, через какую боль приходится проходить даже мне сейчас.

Я закалил свою волю, да и могу отключать боль, а вот как принц и его люди с этим справляются? Терпят? Возможно… Но такую боль нельзя терпеть постоянно, а значит у них есть что-то вроде иммунитета.

И вот тут и вытекает самый главный момент всей этой ситуации: сила Романовых подразумевает под собой использование того или иного количества тёмной энергии. Она, по сути, сама создаётся в их теле.

Романовы сильно сдали, как Род. Если бы у них не было спада, даже страшно представить, насколько сильными бы они были. Управление тёмной энергией — это не шутки. Мощь техник растёт в разы. В общем-то и нет ничего удивительного в том, что они сдали. Тёмной энергией непросто управлять.

Поэтому я сразу и подумал на них. Ведь если есть предрасположенность, значит есть и возможность адаптироваться к чему-то. Учитывая их усиление сейчас, вывод напросился сам собой.

Таня частично подтвердила мою теорию, как и сам принц Леонид. Ведь он сказал, что они возможно «умерли», и «воскресли». Дед Ани тоже умер, но он не Романов, и, опять же, сомнительно, что это можно так назвать, но он «воскрес» благодаря тёмной энергии.

А значит, чтобы точно быть уверенным, что именно только Романовы получили данное усиление, нужно узнать ещё кое-что.

Написал Тане новое смс, где попросил список умерших за год Романовых или их родственников.

Получил ответ довольно быстро, и в нём был указан всего один человек. Но тот, скорее всего, умер от старости.

Из этого выходит, что-либо принц Леонид брал с собой только эту четвёрку, либо… Я прав, и Романовы могут получать усиление от тёмной энергии. Вот только… Эта сила определённо шла от метки стражей, которая есть и у принца Леонида.

Неужели она является способом усиления?

Дирижабли между тем уже взлетели и сейчас начали уноситься вдаль. Я провожал их спокойным взглядом, так как пока мало информации, действовать всё равно нет смысла.

Принц Леонид организовал все эти опыты, или император, сейчас не поймёшь. Да и действовать, чтобы в этом разобраться, не выйдет. Впереди угроза помасштабнее. Одно ясно точно — это новая проблема. Причём не для меня, а для Тани, если девушка решит сесть на престол.

Пятеро предвысших с тёмной энергией — это не шутки. Особенно учитывая то, что четверо из них могут стать высшими.

До замка я добрался быстро, где меня встретили хмурые девушки: Таня, Аня и Аяна. Яна, судя по энергии, о чём-то беседует с Анастасией.

Решил отправиться за стариком позже, уже на дирижабле, так как не знаю, сколько мне придётся его искать. Энергии у меня на это достаточно, но на дирижабле это сделать будет проще.

— Серёжа, — вперёд вышла Таня, — может расскажешь, почему и куда ты мечешься?

— Обязательно, — ответил, подходя. — Только для начала найдём место для разговора.

Выбор наш пал на зал, где мы все и сели. Я в кресле, а они вокруг на диванах.

— Так, и? — поторопила меня уже Аня.

Я начал рассказывать им о своих «небольших» приключениях и, когда дошёл до Леонида, Таня нахмурилась.

— Он… Так и сказал…? — спросила девушка, — про смерть?

— Слово в слово, — ответил я, задумавшись. — Таня, я рассказал тебе это не для того, чтобы ты пошла и начала задавать вопросы. Я рассчитываю на твоё здравомыслие. Если это не тайна Рода, в которую вас, насчёт Анастасии и Егора не знаю, не посвятили — это совсем не значит, что об этом нужно спрашивать. Ты же понимаешь?

Девушка, тоже задумавшаяся, смотрела слегка в сторону.

— Таня, — позвал я её.

— Я не дура, — хмуро и тихо ответила она. — Просто… Не могу понять, как сама этого не заметила. Об этих тварях я знала, но… Что прямо такая проблема — не была в курсе. Выходит: это либо скрывали, либо просто скрывал лишь мой брат…

В её словах была какая-то недосказанность, поэтому я спросил:

— Что такое?

Девушка, пару секунд помолчав, ответила:

— Леонид. Он всегда был добрым и отзывчивым братом. Да и сейчас таковым является… Мне сложно поверить, что именно он мог устраивать все эти эксперименты.

— Не совсем, — поправил я её, — тебе сложно представить, что это мог быть кто-то из твоей семьи. Я прав?

Таня вскинулась, но тут же опустила взгляд и просто кивнула.

— Таня, — обратился я к ней, — будь теперь в разы осторожнее. Если это не единственные такие, скажем, изменённые, в отряде у принца, вам с ним не справиться. Он сам предвысший, и у него четвёрка предвысших первого ранга. Не лезь на рожон, дождись, пока я возьму ранг новы или выше. После прилёта волны и её остановки я стану гораздо сильнее.

Девушка снова кивнула, но я увидел, как она сжала кулаки. Ей неприятно. Ведь трон был её целью, а я прямо заявляю, что стану тем, кто добудет его для неё. По сути просто лишая девушки цели и превращая всё желание в хотелку.

Забота — это важно, но нужно не забывать о желании и самой Тани.

Встав, подошёл к ней и присел рядом.

— Таня. Если ты хочешь всего достичь сама, то просто не создавай ситуацию, когда придётся вмешиваться мне. Я не стану отбирать у тебя цель или дарить тебе её. Но в данном случае именно тебе придётся сделать так, чтобы моего вмешательства и не случилось.

Девушка внимательно посмотрела на меня и кивнула.

— Я поняла тебя. Да, ты прав. Глупо обижаться на что-то, когда сам не достигаешь результатов. Не переживая, я не стану слишком сильно маячить. Но и одна я вряд ли справлюсь, поэтому рассчитываю и на вас, — она посмотрела на Аяну с Аней. — Если у Леонида есть такие сильные воины, могу ли я считать, что моей силой будете все вы?

— Конечно, — усмехнулась Аня. — Даже спрашивать об этом та ещё глупость. Ты главное не спеши с разборками. Сейчас я высшей по быстрому стану… И там уже никто даже разбираться не захочет.

Девушки засмеялись.

— Если есть возможность, — вновь заговорил я, — отследи для меня все места, где появляется Леонид. Сила, с которой он столкнулся, может быть крайне опасной для окружающих.

— Поняла, — Таня задумалась, — а… Ты сказал, что это тёмная энергия… Но ты ведь тоже владеешь ей, разве нет?

— Намекаешь на использование её на тебе? — я встал, медленно проходясь. — Это не шутки, Таня. Ты сама всё видела там, в том зале, помнишь?

Для демонстрации подошёл к небольшому столику, с которого взял чашку из сервиса. Поставив её вверх дном на щит в воздухе, протянул руку, и уже с неё капнул тёмной энергии.

Результат не заставил себя ждать. Мгновение. Столько потребовалось разрушительной силе, чтобы чашка лопнула. Осколки остались на щите, а тёмную энергию я убрал.

— И всё же… — девушка поджала губы, твёрдо смотря мне в глаза. — Серёжа, пожалуйста. Я хочу стать сильнее. Ты сказал, что у нашего Рода к ней предрасположенность. Мы частично управляем тёмной энергией. А если… Если увеличить её количество? Не так, как сделал Леонид, а под твоим контролем? Я хочу попробовать. Мне сейчас нужна сила как никогда.

Я задумался, отправляя осколки по воздуху на стол. Опустив их, посмотрел на Таню в энергетическом плане.

Девушка между тем продолжала смотреть на меня и в её взгляде я видел мольбу.

Родовая сила не видна для меня. И я не смогу повлиять на неё, но, возможно, получится научить Таню управлять тёмной энергией, как я сам ей управляю. Возможно… Что это действительно ей поможет.

— Поверхностно, — ответил я. — Я покажу тебе, как управлять тёмной энергией поверхностно. И попробую научить сопротивляться её влиянию. Слишком «глубоко» в её изучение мы смотреть не будем, так как это опасно.

— Хорошо, — сразу радостно согласилась она, вставая и улыбаясь. Подойдя, Таня обняла меня и поцеловала. — Спасибо, — прошептала девушка, прижимаясь.

— Пока не за что благодарить, — ответил я, гладя её по голове и смотря на Аню с Аяной.

Чтобы в случае чего противодействовать брату, ей так и так нужно хотя бы попытаться «прикоснуться» к тёмной энергии. Так что да, такая тренировка должна пойти на пользу.

— Тогда мне тоже надо поднажать, — задумалась Аяна. — Мы с Таней пока самые отстающие, так что я в разломы.

— А когда мы начнём? — спросила Таня, смотря на меня.

— Не сегодня. Думаю, что завтра попробуем заняться твоей тренировкой.

— Понятно, — кивнула девушка. — Тогда я пока вернусь к делам, а для этого придётся улететь, — она вновь поцеловала меня. — Рассчитываю на тебя завтра! А я пошла!

Сказано — сделано. Уже куда как более повеселевшая Таня, быстро, при этом сексуально виляя бёдрами, пошла к выходу. Открыв дверь, повернулась, улыбнулась, помахала рукой и вышла, закрыв за собой дверь.

— Счастливая, — улыбнулась и Аня. — А ведь была как в воду опущенная… И я её понимаю. Сама проходила через это, когда казалось, что ты всё дальше и дальше из-за того, что слабее.

— И не говори, — вздохнула Аяна, разводя руками. — Ты хотя бы уже предвысшая, а я всё ещё мастер. Ладно, — она подошла ко мне и тоже поцеловала. — Я пошла в разломы. Не хочу оставаться на Земле, — увидев мой удивлённый взгляд, девушка продолжила: — Я сразу поняла, что так и будет. Там, дальше, не место для слабости, ты так учил. Поэтому… Надо становиться сильнее. Да и в принципе надо.

— Так держать, — уже я поцеловал её и ещё одна, счастливо улыбаясь, пошла к выходу.

— Ну, значит и я в разломы, — пожала плечами Аня. — Раз уж все заняты, то и я не могу сидеть без дел. Пойду туда с дядей, — она подошла, целуя меня не один раз и задерживая поцелуи надолго. — Глупенькие они ещё, — тихо засмеялась девушка.

Аня пошла к выходу и остался только я один.

Все заняты делами, и это хорошо. Всё же впереди дорога шире, но опасностей становится только больше. А значит надо работать над собой.

У меня тоже есть дела. С дедом Ани я не закончил, так как мне нужно было обсудить эту ситуацию с Таней. Отпускать его я не собираюсь, а значит теперь можно отправиться на охоту…

На этот раз решил полететь на дирижабле. Саша и Леонид быстро его подняли в воздух и мы отправились на поиски.

Признаться, я думал, что придётся поблуждать, но нет… Буквально через два часа я ощутил его и, телепортировавшись, уже сам отправился на встречу с ним. К этому времени был уже глубокий вечер и солнце клонилось к закату.

Старика мне удалось найти довольно быстро. Он просто висел в небе, смотря на меня.

Глядя на чёрные одежды, слегка колыхаемые ветром, лицо без эмоций, руки, пальцы, пытался найти в нём хоть какие-то признаки жизни. Но нет — дед Ани именно что мёртв. А у Леонида и его людей сердце бьётся. Значит случаи разные.

— Во…змездие… — послышался тихий старческий голос.

— Это я тебя убил, — ответил я спокойно. — Аня тут не при чём. Если хочешь кому-то мстить — я перед тобой. Закончим с этим здесь и сейчас.

— Во…змездие! — старик кинулся на меня, но я всё также был абсолютно спокоен.

Сверкнули острые, как сталь когти, устремлённые мне в лицо. Без труда отвёл руку в сторону, используя свою тёмную энергию на руке. Мы начали биться в рукопашную, пока я не словил его на ошибке и одним точным ударом в грудь, используя силу своего Рода, не отправил к земле на огромной скорости.

Я смотрел вниз, ожидая, пока старик вылетит из земли, и в этот момент, понимая, что ощущаю исходящую от него тёмную энергию, задумался: может… Стоит попробовать подчинить его…?

Егор, сидя в лесу на бревне, смотрел на свою ладонь. По ней перемещалась тёмная молния. Парень не был заворожен этим зрелищем. Скорее в нём играл интерес — как далеко можно зайти с этой силой?

— Знаете, — вдруг заговорил Егор, слыша позади тихие, почти неслышимые шаги. — Чтобы понять природу моей силы, оказывается, нужно было всего-лишь посидеть в темноте где-то с полгода… Практически в полной темноте и тишине. Вот только, как оказалось, по реальному времени не прошло и недели. Странно это, да?

Ответа не было, но идущие в отдалении люди, создавшие доспехи духа, замерли и огляделись, не понимая, как он их заметил.

— Мне иногда кажется, — продолжил парень, — что я сошёл с ума… Иначе как ещё принять разницу во времени? Или ваш наниматель использовал какой-то особый артефакт для этого? Впрочем, это уже не важно. Как бы там ни было, я ему благодарен. Ведь он дал мне подсказку, которой я и воспользовался. Ладно… — Егор поднялся и развернулся. — Вы ведь сюда пришли не мою историю услышать?

Позади него, на расстоянии метров десяти, стоял человек в закрытых, но лёгких одеждах. А все остальные гораздо дальше, около тридцати человек, стояли в отдалении. Даже лица были закрыты балаклавами.

Егор, медленно идя с опущенными руками вперёд, на пальцах которых начали довольно громко потрескивать чёрные молнии, считал:

— Один… Два… Десять… Двадцать… Двадцать семь… Негусто, очень негусто. Меня недооценивают.

В следующее мгновение парень вскинул вверх руки и от него в группу врагов устремились чёрные молнии. Молниеносные змеи стремительно сократили расстояние, но враги, хоть и не ожидали, однако успели поставить щиты.

Вот только… Самый ближайший из них, не успел и глазом моргнуть, как цель уже была рядом с ним. Сверкнуло синее копьё, доспех лопнул и Егор, резко выкинув вперёд руку, схватил врага за шею, выставляя его перед собой, на разрывание десяткам запущенных техник.

Когда всё закончилось, Егор стоял посреди поляны, а вокруг валялись тела. У кого-то отсутствовала валяющаяся рядом рука, у кого-то не было пол тела. Почти каждое тело было обезображено, а трава обагрилась кровью.

— Вам совсем не обязательно делать это самому… — послышался голос.

Парень обернулся и через плечо безразлично посмотрел на высокую женщину со светлыми волосами собранными в хвост, в синей лёгкой куртке и чёрных штанах.

— Разворошил я это осиное гнездо, Ядвига. Теперь осы жужжат и хотят от меня избавиться. А значит я был прав, и это неправильные пчёлы. По скольким мы там баронствам прошлись? Четыре? Медленно… — выдохнул Егор. — Эдак я никогда не дойду до своей цели.

— Своей цели? — переспросила женщина.

— Да, — парень спокойно пошёл прочь, — пойдём, моё верное копьё. Пора заняться делами. Раз уж и меня втянули в эту игру, то либо я закончу её, либо… — он усмехнулся, — никакого либо не будет. В скором времени и я явлю себя империи, как игрок. Пора становиться взрослым и принимать на себя ответственность.

Женщина, посмотрев на спину молодого парня, обвела взглядом тела и, прикрыв на миг глаза, при этом также на миг на её лице появилось выражение тоски и боли, уверенно пошла вслед за молодым господином.

Путь, который он выбрал, может привести совсем не к тому, к чему стремится сам парень. Но она всё равно будет идти за ним. Даже если в конечном итоге им придётся пойти против всей империи…

Саша, держа дирижабль на достаточном расстоянии, наблюдала за битвой вдали. Два силуэта, один синий, а другой чёрный, постоянно сталкивались в небе.

От их столкновений множественные чёрные и синие волны разлетались во все стороны, но порой оба силуэта становились чёрными и тогда и без того ночное небо окрашивалось уже двумя чёрными всполохами и волнами силы.

Посмотрев на свою ладонь, девушка вздохнула.

В их мире сила значит многое. Любить слабого человека, значит подставлять под удар и себя и его. У каждого есть враги, и эти враги могут воспользоваться твоей слабостью. Вот почему все девушки возле главы стараются стать сильнее. Ни одна не хочет чувствовать себя его слабостью в плохом смысле этого слова.

В последнее время Саше начало казаться, что с ней словно что-то происходит. Девушка, не желая быть обузой, также тренируется, но без силы Этараксийцев всё это бесполезно. Однако, Саша решила не сдаваться, вспомнив о королеве.

Королевы могут использовать свою силу и без связи с кем-то. Многие ранее пытались также, но потерпели крах. Королева — это не просто титул. Среди их народа, сила королевы — это особая связь. Связь со всем народом. И благодаря этой связи королева так сильна.

И, несмотря на то, что Саша понимала о своей ситуации, всё равно не собиралась сдаваться. Пусть её желание и похоже на трепыхание мотылька в паутине.

Прикрыв глаза, девушка сосредоточилась на себе. Перед глазами почему-то появилось что-то светлое. Присматриваясь к свету, Саша поняла — это жёлтый свет. Мягкий, тёплый, словно свет солнца. Он обволакивал и девушка даже выпала из реальности, погружаясь в него всё глубже, пока её не вывел из этого состояния писк на приборной панели.

Открыв глаза, Саша увидела, что им поступил очередной запрос на оказании помощи в этом секторе, но девушка сразу его отклонила, ведь помощь им не нужна.

Ранее глава попросил отправить отчёт Романовым о том, что тут идёт сражение с тварями разломов, вот и присылают сейчас запросы.

Моя битва с мёртвым дедом Ани идёт уже почти четыре часа. За это время я так сильно накачал своё тело тёмной энергией, что практически не чувствую его. Но — в этом есть своя польза.

Ранее я использовал только внутреннюю тёмную энергию, свою, ведь теперь могут её считать своей. А теперь сражаюсь со своей, но внешней. Моя она, потому что я её чувствую. И каждый удар старика, каждый всплеск, хоть и немного, но укрепляет моё тело и энергоканалы.

Обнаружил я это абсолютно случайно, пока сражался и пытался подчинить его. Точнее думал, как это сделать.

Подумать то просто, а вот сделать… Тут уже загвоздка…

Впрочем, с каждым ударом деда Ани, я ощущаю контроль над тёмной энергией всё сильнее и сильнее. Если поначалу мог лишь ощущать саму энергию, то постепенно заметил, как мне подчинился сперва палец, а потом смог на миг остановить и руку старика.

Да, всего на миг, но это значит, что прогресс есть.

Подчинить я его также решил и потому, что не смог убить… Да, как бы странно это ни звучало, но сколько бы атак не проводил, какие раны бы не наносил, убить его так и не вышло. У него нет сердца, нет мозга, нет никакой уязвимой точки. Весь старик — это сгусток тёмной энергии.

Вот и выходит, что мне нужно либо распылить тёмную энергию огромным количеством обычной, что сейчас практически невозможно, либо забрать всю тёмную энергию из старика себе, что тоже практически невозможно. Либо подчинить, чем я сейчас и занимаюсь.

От этого даже может быть польза. Старик сам по себе вполне может убить высшего, так что такая сила мне не помешает. Тем более он не живой, а значит можно использовать его, как щит.

Знаю, что это негуманно, особенно по отношению к Ане, но ничего не поделаешь. Старик мёртв, так пусть хоть послужит мне какое-то время. Не всё же проблемы приносить.

Сражаясь с ним, я понял и ещё кое-что. Как и я — он становится сильнее. С каждым нашим ударом, с каждой используемой техникой, старик словно эволюционирует. Пока что это не критично, однако… Однажды может стать проблемой, если я к тому времени его не подчиню. А если не подчиню, то уничтожу любым способом. Такую проблему нельзя оставлять.

В данный момент дед Ани летел на меня и я решил попробовать снова. Вытянул вперёд руку, концентрируясь на тёмной энергии.

В моей ладони появилась тьма, я начал с силой сжимать пальцы и старик слегка замедлился, пока окончательно не замер в воздухе и его конечности, как и голова, не начали выгибаться назад. Мгновение, мою руку обожгло тёмной энергией, да так сильно, что я зашипел, тряся ей.

Дед Ани же… Освободившись от контроля, просто рванул прочь на максимально возможной скорости. Впрочем, далеко он не улетел, примерно в километрах трёх остановился.

Я хотел полететь за ним, но в этот момент ощутил разливающуюся по всему телу боль, а старик вдруг просто исчез, испарившись от меня. Взглянув на свои энергоканалы, понял, что нужно заканчивать это как можно скорее.

Космос…

Я всё же рванул вслед за ним, хоть и ощущал боль. Вот только его уже нигде не было. Полетав немного на довольно большое расстояние, вернулся в дирижабль, где приказал лететь в замок.

Что самое удивительное — за всё время я так и не слышал ни разу, чтобы умерший дед Ани кому-то навредил, хоть и приказал отслеживать все возможные случаи. Выходит, что ему никто не интересен кроме меня и Ани.

Подчинить или убить старика в любом случае надо, но не в таком состоянии. Это перетягивание каната уж очень негативно сказывается на мне. Однако, следующее сражение должно стать для него последним. Или он станет союзником, или… Хм, умрёт.

Вернувшись в замок уже довольно поздно, понял, что Яна находится в выделенной ей комнате, а Анастасия явно ждёт меня на первом этаже. Иначе неясно, зачем она там сидит.

Когда же я пошёл по первому этажу, одна из горничных передала мне, что «принцесса просила передать о своём желании поговорить». Как-то так.

Войдя в зал, увидел Анастасию, сидящую на кресле с бокалом вина.

— Мне сказали, что ты хотела о чём-то поговорить? — спросил я, садясь в кресло.

Битва меня измотала знатно. Из-за всего этого действия с перетягиванием каната с дедом Ани, чувствую себя сейчас довольно паршиво.

— Совсем не обязательно об этом говорить сейчас, — покачала она головой. — Если ты где-то пропадал, значит чем-то был занят, а следовательно — устал.

— Всё нормально, — махнул я рукой, — не думай об этом. Да и теперь уже я хочу узнать, о чём ты хотела поговорить.

— Ну как же? — спросила Анастасия, отпив из бокала с вином. — Конечно же о тебе и о Яне… Дубровской.

Она не знает, как её назвать, так как Яна хоть и ушла, но этот закон подразумевает возврат, а значит возвращение фамилии.

— Хм… — сделал я вид, что задумался. — Интересно. Дай угадаю, хочешь сказать мне о том, что нам нельзя быть друг к другу слишком близко?

— Сергей, напрасно ёрничаешь, — едва заметно улыбнулась девушка. — Я ведь серьёзно хочу поговорить.

— Я слушаю, — кивнул я, смотря на неё.

— Так вот… — Анастасия медленно встала, неспешно проходя мимо моего кресла и начиная блуждать по комнате с бокалом вина в руках. — Как ты знаешь, я здесь, чтобы следить за вами двумя. Точнее за Яной и её, скажем так, «особым» отношением к тебе.

— Можешь говорить прямо, — я упёрся локтём о подлокотник, и опёрся скулой о кулак. — Ты же сюда на два месяца переехала, так что, считай, почти как родные.

— Тебя это раздражает? — спросила с удивлением девушка, стоя теперь уже сбоку от меня.

Я покосился на неё, пару секунд помолчал, затем ответил:

— Нет. Меня в этом мире вообще мало что раздражает. Я просто не понимаю, к чему этот разговор, если мы оба всё знаем?

— Ты напрасно считаешь меня врагом, — задумчивая Анастасия провела кончиком пальца по верхушке бокала, создавая причудливый звон. — Поверь, я на твоей стороне.

— Я никогда не считал тебя врагом, да и в целом не понимаю, с чего ты это взяла?

И это правда. Я действительно никогда не считал её врагом. Порой скорее так, некоторым неудобством, не более.

— Вот как? — она на миг улыбнулась. — Это радует. Возвращаясь к теме с Яной… Дубровской, — вновь задумалась над тем, как её назвать Анастасия. — Меня прислали, чтобы наблюдать, но я не собираюсь ходить и присматривать за вами постоянно.

Я посмотрел на неё и она спросила:

— Что? Чему ты удивлён? Я на твоей стороне. Да и понимаю, что мы с Яной потом можем стать родственницами. Пытаться контролировать своих? Это даже звучит бредово. Так что можете считать моё нахождение здесь фиктивным присмотром.

— А как же последствия, если ты не «уследишь»? — спросил я.

Анастасия улыбнулась, поставила бокал на стол, подошла и села ко мне на подлокотник сведёнными ногами в мою сторону, смотря на меня. Из-за чего мне пришлось выпрямиться, чтобы мой локоть не упирался в мягкое место девушки.

— Я и не собираюсь за вами следить и ходить вынюхивать или высматривать каждую секунду, что вы там делаете. Что ты, что Яна — вы оба неглупые и взрослые люди. Закон подразумевает под собой запрет на любую интимную близость. В том числе поцелуи. Да, за нарушение закона следует наказание, но осмотр можно без труда обойти, однако вам оно явно и не надо. Всё же, как я и сказала, вы оба взрослые и эти два месяца явно пролетят незаметно.

— Последствия для тебя, — заметил я, смотря на неё. — А не для нас.

— Сергей, — Анастасия улыбнулась, смотря на меня сверху вниз, — я тебе доверяю, и знаю, что ты не подведёшь, так что для Романовых точно никакого морального ущерба не будет.

— Хм… Хочешь сказать, что ты ничего не станешь в принципе рассказывать своему отцу?

— Всё так, — девушка встала и, подняв руки, распустила волосы. Те рассыпались по её плечам и спине. А сразу после этого Анастасия сама себе начала разминать плечи. Ведёт себя «по домашнему». — Хоть спите вместе. Главное, чтобы никто другой вас не видел. Думаю, ты понял, что под «спите вместе», я имела в виду просто сон.

— Не считаешь это халатным отношением со своей стороны? — усмехнулся я.

— Ну вот почему ты такой? — вздохнула Анастасия, поворачиваясь ко мне и отпуская плечи. — А ведь я хочу как лучше. Нет, я не считаю это халатным отношением. Зачем мне следить за тем, кому я и так доверяю? Хотя, знаешь, раз уж ты назвал моё желание не ограничивать вас, халатным, я решила поступить иначе. Хочешь быть с Яной — зови и меня в комнату.

— Что, даже и в кровать ляжешь? — с интересом спросил я.

Анастасия посмотрела на меня, от удивления слегка приоткрыв рот, спустя мгновение закрывая его и, кажется, даже смутилась на миг.

— А лягу, — произнесла она вдруг с кивком. — Раз это нужно для дела. Рядом с вами. Чтобы быть уверенной, что вы ничего такого не сделаете.

— Будешь лежать и спать с мужчиной? — задал я провокационный вопрос.

— Давай без этого… — поморщилась девушка. — Ты ведь мой жених. Так что я совсем не против. Мы ведь просто лежать будем и ничего более.

— А не боишься, что на слабо возьму? — улыбнулся я.

— А ты попробуй, — произнесла она и я понял, что Анастасия в этот момент, кажется, даже не дышит.

Неужели ляпнула не подумав?

— Хорошо, — кивнул я, вставая. — Если мы с Яной захотим уединиться, я обязательно позову и тебя. А ещё, пожалуй, жён позову. Чтобы нам всем тепло спать было. Так сказать, устрою «близкое» знакомство.

На миг мне показалось, что Анастасия задумалась. Неужели представляла это у себя в голове?

— Хорошо, — согласилась и она, отворачиваясь.

Отвернувшись, девушка вновь начала разминать плечи, я же в это время пошёл к двери. Однако остановился и, присмотревшись к ней в энергетическом плане, понял, что у неё застой энергии. Видимо тренировалась много.

— Слушай, — вновь заговорила она, — а у тебя целителей нет в замке? Просто мой после последнего боя сам отправился на больничную койку, а плечи почему-то ужасно ноют.

Раздумывая, вздохнул и покачал головой, произнося:

— Присядь в кресло, но немного боком.

Она пока ни разу не проявила хоть какую-либо агрессии по отношению ко мне и Роду. Наоборот, ведёт себя тактично и даже доброжелательно. Это не значит, что я начал ей доверять. Просто сам сейчас чувствую себя не ахти и не отказался бы от массажа.

Мне с ней ещё жить два месяца под одной крышей. И хоть я и знаю, что её послал император, желая иметь надо мной контроль, но просто по человечески могу понять Анастасию.

Да и хоть слова девушки и звучат как: я на твоей стороне, а значит цени это. Но она идёт на уступки, так что и я ей помогу. Глядишь, может и в правду спокойно эти два месяца пройдут.

Подумав об этом, мысленно усмехнулся и покачал головой, пока Анастасия удивлённо смотрела на меня.

Девушка, немного посомневавшись, всё же села. Я подошёл к ней с боку кресла и положил руки на плечи. По ним сразу пошла лёгкая нервозность, но стоило мне использовать энергию и начать аккуратно мять… Как Анастасия сладостно с придыханием выдохнула. Да так сладостно, что тут же прикрыла рот ладонью.

— Не дёргайся, — попросил я. — Просто расслабься. Ты вообще спишь? Такое обычно бывает, когда перенапряжение колоссальное. Не советую сидеть на таблетках из кристаллов, или на чём ты там сидишь. Они лишь вредят твоему организму. Лучше трать время на сон.

— Как ты…??? — Анастасия напряглась и мне пришлось надавить ей посильнее, от чего она шикнула, но тут же села прямо.

— Это не так сложно, как кажется, но объяснять я не буду. Если хочешь, могу сделать так, что сегодня ты будешь спать, как младенец. Тебя даже из пушки не разбудишь.

— Звучит… Здорово. А на тему сна в общем — то ты прав. Я действительно применяю таблетки, чтобы больше бодрствовать. Всё же у меня полно дел и никто их за меня не сделает.

— В этом ваша главная ошибка, — усмехнулся я.

— О чём ты? О том, что я делаю самаааааа? — протянула девушка с наслаждением, сразу поняв о чём я. — Я не так выразилааааась. Просто нужно и тренироваться, и сражаться, и смооотреть отчёты… Уже и не помню, когда отдыхала толкоооом.

Мы ещё с ней немного поговорили, а когда я закончил, Анастасия благодарно откинулась в кресле. Её грудь тяжело вздымалась, а дрожащие ноги она почему-то сводила вместе. Но, кажется, ей даже легче стала дыша. — Такая лёгкость во всём теле… Спасибо… Так ведь и привыкнуть можно…

— Не стоит привыкать, — ответил я, идя к выходу. — Спокойной ночи.

Выйдя из зала, направился к Яне, ожидающей меня на улице. Остановившись у входа в замок, залюбовался девушкой, стоящей на стене, тут же к ней телепортируясь.

— Красавица, вы не против, если я составлю вам компанию? — улыбнулся я.

Яна тоже улыбнулась, поворачиваясь ко мне.

— Нет, совсем не против, — девушка нахмурилась и внимательно меня осмотрела с головы до ног. — От тебя… Словно что-то жуткое исходит, — заметила она, продолжая меня оглядывать.

— Тёмная энергия, — я поморщился. — Когда слишком большая её концентрация — она начинает отражаться и на нашем пласте реальности.

— Позволь… Попробую помочь, — попросила Яна, подходя ближе.

Я с интересом наблюдал, как она протягивает руку и на ней появляется жёлтыми ниточками глубоко в энергоканалах внутри связь.

Азалья, смотря на луну, почувствовала рядом присутствие, но не стала смотреть на пришедшего.

— И зачем ты это сделала? — спросила самая обычная на вид девушка, смотрящая на неё. — Обязательно было убивать нашего, чтобы втереться в доверие к Вяземскому?

— Обязательно, — спокойно ответила Азалья, всё также не смотря на неё. — Иначе никто бы не поверил.

Я внимательно следил за действиями Яны. На её руке зажглись тонкие нити энергии и она прикоснулась к моей руке. Чувствуя лёгкий холодок, переходящий в тепло, я ощутил и то, что мне самому словно стало чуть легче. Правда, Яна вдруг поморщилась, и я сразу убрал руку.

— А я думала, что сработает… — выдохнув, при этом на лбу у неё появились испарины, произнесла девушка.

— Сработало, — раздумывая и смотря на свою руку, ответил я. — Давно освоила?

Теперь уже сама Яна задумалась.

— Не знаю… Сейчас подумала, что может получиться. Если можно передавать образы и чувства, то наверняка можно передавать и что-то более вещественное. Разве нет?

— Честно говоря, я такое вижу впервые, — я взял её руку в свою и осмотрел. — Не в том плане, что ранее такого никогда не видел, а в том, что не думал, что это получится сделать с тёмной энергией через связь. Всё же она крайне разрушительная.

— Хм… — протянула Яна, держа меня за руку. — Получается, тёмной энергией можно таким образом делиться?

Я хмыкнул от такого термина. Это, по сути, лично убивать человека, но медленно.

— Думаю, что перед этим неплохо было бы овладеть ей для начала самому на должном уровне.

Я замер и посмотрел в сторону места, где Эйр «поселила» Азалью. Там в данный момент появилась неизвестная мне энергия.

Неужели кто-то из китайской империи?

— Что-то случилось? — спросила внимательно смотрящая на меня Яна.

— Да так… — ответил я. — Нужно кое-что проверить, — перевёл взгляд на неё. — Ты пока отправляйся спать, а я скоро вернусь.

— Хорошо, — кивнула она, сжав губы. — Будь осторожен.

Протянув руку, погладил её по волосам. Улыбнувшись, придвинул к себе, мы прикоснулись лбами и сразу после этого я телепортировался, направляясь в нужную сторону.

Добравшись до небольшого домика с отдельной территорией, увидел Азалью. Она уже явно ждала меня, спокойно смотря в глаза.

Рядом лежала девушка без сознания.

— Из Китайской империи, — опережая меня, заговорила Азалья. — Хотела убедиться, что я проникла к тебе в земли.

— И как? — спросил я, внимательно смотря на неё.

— Ты всё знаешь, — Азалья отвернулась. — Я сделала свой выбор. Мне нет дела до них. Так что делай с этой девчонкой что хочешь. Следующего пришедшего за мной я убью. Надоело.

— Понятно. В скором времени нас ждёт большое потрясение, сразу после которого мы отправимся в космос. Я возьму тебя с собой. От тебя мне нужна будет помощь. Готова?

— В любое время, — ответила она. — Просто скажи, что нужно сделать.

Ничего ей больше не говоря, я взял девушку на руки, и полетел обратно в замок.

Верю ли я ей? Нет. Я до сих пор не знаю, на чьей стороне Азалья. Это может быть просто уловкой. Знаю лишь, что точно возьму её с собой. Такая сила пригодится в битве, а потом отправлю её подальше от Земли.

Добравшись до замка, понял, что Яна уже спит в отдельной комнате, как и Анастасия в комнате по соседству.

Передав незнакомку охране, приказал запереть, а сам тоже отправился спать. Уже сегодня, когда прилетит Таня, передам ей эту «гостью», потом займусь тренировкой девушки, а уже после потренируюсь с Яной.

Нам нужно постоянно становиться сильнее, вот только не может не напрягать, что это «постоянно» подстёгивает какая-либо проблема.

Проснулся утром и увидел сообщение от Тани, что она летит. А также то, что сегодня прилетает её отец и его секретарь напишет мне, где будет встреча. Приняв душ и переодевшись, понял, что Аяна с Аней до сих пор не вернулись.

Также по сообщениям понял, что одна закончила с разломом и отправилась в следующий, а вторая всё ещё первый закрывает. Написал им парочку рррамонтичных сообщений в ответ.

Спустившись вниз, спокойно позавтракал. Встал я рано, солнце только встало, поэтому все ещё спят. Никого будить не стал, дожидаясь лишь Таню.

Она прилетела довольно быстро. Встретив её, сразу направился с девушкой вниз, в подвал. Времени у нас снова нет, а значит придётся делать всё быстро, чтобы успеть за этим самым временем.

Мы с Таней стояли перед воротами в подвале и я, обращаясь к двери, спросил:

— Не против?

В последнее время мы неплохо пообщались с этой самой богиней, так что я уже не могу воспринимать её как что-то прямо враждебное. Плюс ко всему речь идёт о тёмной энергии. А о такой гадости лучше заранее договариваться.

Не хочется, чтобы богиня потом не отвечала на мои вопросы. Всё же она имеет отношение к моему Роду и многое знает.

— Не против? — удивилась Таня. — Не против чего?

Богиня, явно отвечая мне, открыла дверь, впуская нас внутрь.

— Всё чуднее и чуднее… — пробормотала девушка. — У вас тут где-то механизм стоит?

— Ага, — кивнул я, — «Богиня» называется. Идём.

Сам первым пошёл вперёд, пока она медленно шла позади. Подойдя поближе к озеру, остановился и обернулся.

— Интересное место… — заметила девушка.

— Готова? — спросил я, смотря на неё.

Таня оглядела пещеру, а особенно её заинтересовало родовое ядро и пруд.

— Да… — произнесла она, видимо всё ещё находясь в некотором замешательстве. — Что мне нужно делать?

— Раздевайся.

У Тани глаза стали как по пять копеек.

— Не знаю, чем ты хочешь заниматься, но не лучше ли пойти в спальню…? — спросила девушка, снова оглядываясь. — Мне здесь… Неуютно, если честно.

— Мы будем заниматься твоим усилением, — я покачал головой и указал ей рукой на пол. — В любом другом месте заниматься этим опасно, так что…

— Поняла, — вздохнула она и начала раздеваться.

Сперва, обнажая рубашку, вниз, аккуратно сложенным, был положен пиджак. Затем девушка расстегнула юбку и, слегка виляя бёдрами, спустила её, оставаясь в кружевном красном нижнем белье.

Положив юбку там же, Таня посмотрела на меня и вдруг хитро улыбнулась, начав расстёгивать рубашку, обнажая грудь в бюстгальтере.

Когда девушка клала рубашку, то специально повернулась ко мне попой и нагнулась весьма маняще, при этом переступив с ноги на ногу.

Чертовка… Дразнит меня. Вот только у нас тренировка, да и, честно говоря, я совсем не горю желанием заниматься этим, пока за нами будет подсматривать богиня. Даже если она и не будет, а я точно смогу это почувствовать, всё равно здесь заниматься этим точно не место.

В этот момент немного справа от Тани начали появляться выжигаемые в воздухе буквы:

— Не стесняйся, юный Вайторл.

И эта чудит… Вот уж дудки. А-то вдруг она какая-нибудь шизанутая и решит присоединиться?

Встав, Таня так и осталась стоять спиной, расстёгивая бюстгальтер. Глядя на её гладкую нежную кожу, и в то же время подтянутую фигуру, я залюбовался девушкой.

Расстегнув бюстгальтер, Таня вытянула руку в сторону и аккуратно бросила его на вещи. Затем взялась за нижнее бельё и, вновь маняще сгибаясь, сняла и его, бросая туда же, на вещи.

Затем красавица полностью повернулась, без стеснения. А чего ей стесняться? Демонстрируя свои прелести и всю себя.

— Ложись, — улыбнулся я, скользя взглядом по её телу.

Таня, ничего не говоря, улеглась спиной на пол и сложила руки по швам.

— Прохладно… — всё же заметила она.

— Придётся потерпеть, — я подошёл поближе и присел на колени рядом с ней. — Ты же понимаешь, что эта процедура не будет безболезненной? Да, у Романовых есть предрасположенность к тёмной энергии, но это отнюдь не означает, что на внешнее её проявление вы будете спокойно реагировать.

— Я понимаю, — кивнула Таня. — Вот только если это так больно, то может меня лучше чем-то привязать?

Голая девушка в подвале… Привязанная…

(От автора: Где-то от радости хрюкнул один читатель Владимир)

Я хмыкнул, но ответил:

— Могу отключить твои нервы, но боль тебе испытывать придётся, так как не только физически, но и морально нужно к ней подготавливаться. Начинать мы будем понемногу. Это как с закаливанием. Сперва небольшими порциями, а затем увеличивая и увеличивая.

— Поняла. Да, отключи нервы на всякий случай. Не хочу заехать тебе по носу или откусить себе язык.

— Для начала мы попробуем использовать на тебе тёмную энергию физически, а затем на энергетическом уровне.

— Вот теперь не поняла, — честно призналась она. — Но я полностью доверяю тебе, так что приступай.

Я кивнул и повёл рукой к её животу. Коснувшись его пальцами, направил свою энергию и тело Тани тут же полностью расслабилось, а сама девушка вращала лишь глазами.

Далее, подняв палец, направил в него тёмную энергию. Совсем небольшую каплю. Прикоснулся ей к руке Тани и девушка тут же замычала, а её глаза шокировано уставились в одну точку.

Я продолжил водить, но, видя боль Тани, убрал тёмную энергию.

Так у нас ничего не выйдет… Видимо всё же придётся учить её на более глубоком уровне.

Разблокировал ей все возможности тела и она мгновенно, глубоко вдохнув, вцепилась в руку, шипя от боли и даже плача. Впрочем, взяв себя в руки, Таня заговорила:

— Давай… Продолжим. Я…

— Нет, — я помотал головой.

— Но я… — вскинулась она.

— Нет, — вновь категорично заявил я. — Ты не выдержишь.

— Но… — девушка опустила взгляд.

— Мы попробуем по-другому, — ответил я. Она сразу легла, а я продолжил: — Ты же умеешь проявлять молнией с тёмной энергией? Используй её, но не в большом количестве.

Таня сделала, как я попросил, и у неё на руке появились небольшие потрескивающие чёрные молнии.

— Отлично, теперь убирай и пробуй сделать это гораздо медленнее.

— Медленнее? — удивилась девушка.

— Да. Не торопись, когда используешь свою энергию. Направляй её медленно по энергоканалам, чтобы тело успевало сполна прочувствовать напряжение.

Видя непонимание на её лице, вздохнул и начал объяснять.

— Хочешь сказать… — с подозрением посмотрела на меня Таня, когда я закончил, — что я всё это время использовала ману, энергию, неправильно?

— Не совсем так. Правильно, но однобоко. Видишь ли, тут, на Земле, да и в целом во многих местах империи, упрощённая система использования энергии. Быстрая, но не полноценная. Для вас главное мгновенно использовать стихию или технику, чтобы провести атаку, а о защите позаботится доспех или покров духа. Такое обучение ускорено и практики быстрее учатся управлять своей силой, а потом, спустя время, начинают, грубо говоря, учиться ходить правильно, а не криво. Но, должен заметить, что тех, кто отлично управляется энергией здесь немало. Вот тебе для примера.

Я выставил вперёд две руки и на ладонях начала появляться молния. Одна просто сразу ярко заискрила, а вторая постепенно трещала всё громче, при этом разгораясь всё ярче.

— Все используют энергию в момент, но можно делать иначе. Во второй ладони я использовал то же количество энергии, однако, разницу, думаю, ты видишь.

— Вижу… — выдохнула восхищённо Таня, потому что молния сияла чуть ли не в три раза ярче. — Но… Почему так?

— У энергоканалов есть своя пропускная способность. Как интернет. Информация доходит вмиг, но есть потери. Тут то же самое. И чтобы этих потерь было меньше, нужно оборудование, то есть энергоканалы, более лучшего качества.

— Но это ведь потеря времени в бою. Разве нет? — удивилась она.

В ответ на её слова я сбросил стихию и всю энергию, а затем мгновенно использовал молнию вновь. Она засияла всё также ярко за доли секунд.

— Если научишься использовать свою энергию не теряя её по пути — твой потенциал сильно вырастет. А если я прав и твой Род действительно может адаптироваться — тогда я тебя уверяю, никто из твоей родни не сможет выйти на тот же уровень, которого достигнешь ты.

— Звучит здорово, — заворожённо смотря на молнию, улыбнулась Таня.

— Здорово-то здорово, — кивнул я, — но работать для этого придётся много. Чтобы я смог адаптировать к тебе тёмную энергию, ты должна научиться сама проводить свою энергию медленно. Только в этом случае, синхронизировавшись, мы сможем сделать адаптацию возможной. Лежать, кстати, не обязательно. Можешь сесть.

— Постой… — девушка села. — Ты же знал, что так и выйдет? Тогда зачем сказал раздеваться? — она недоумевающе посмотрела на меня.

— Потому что так проще контролировать свою энергию. Тренировка эта нужная и она не быстрая, так что приготовься потратить часа четыре, и это только для того, чтобы тебе лишь показалось, что ты начала понимать, как и что происходит. И да, я сказал раздеваться, но не до гола.

— Ах ты! — возмутилась Таня. — Мог бы и сразу сказать!

— Да ладно тебе, — улыбнулся я. — Мне вот понравилось.

— Ещё бы, — фыркнула девушка, смотря на меня и мы засмеялись.

— Таня, — став серьёзным, продолжил я. — Тренироваться придётся много и часто. Будь готова к тому, что тебе придётся делать выбор между разломами и этой тренировкой.

— Это понятно, и всё же, — девушка огляделась. — Почему здесь?

— Потому что в этом месте полно энергии и благодаря этому ты сможешь быстрее прогрессировать.

— А другие девочки об этом знают?

— Нет. Собирался начать обучать с высших, потому что это непростой процесс. Так что в ближайшее время, помимо тебя, только Яна этим и займётся. А теперь сиди ровно. Я направлю на тебя потоки энергии из этого места, чтобы проще было концентрироваться.

Подойдя к ней со спины, продолжил:

— Сядь поудобнее, закрой глаза и концентрируйся на себе. Не думай ни о чём. Используй свою родовую силу, но старайся делать, как я и говорил ранее, медленно.

Таня просто кивнула. Я приложил к её спине ладонь и активировал печати. Несколько пасов рукой, и завихрения энергии от родового источника, которое всё это время блуждало неподалёку, аккуратно накрыло девушку.

Я направлял энергию в Тане какое-то время, около двух часов, а затем встал и пошёл к выходу. Остановившись уже у него, обернулся, увидев, что девушка сидит ровно и погружена в медитативное состояние. Посмотрев на ядро, произнёс:

— Присмотрите за ней. И если сможете — направьте. Я в долгу не останусь.

В этот же момент появился образ богини. Она посмотрела на меня, кивнула и лениво махнула рукой, прогоняя меня.

Поэтому я развернулся и пошёл прочь. Если будет какое-то вмешательство в энергоструктуру Тани — я это увижу. Вот только сомневаюсь, что богине это вообще нужно.

Всё же она сущность существующая, судя по её рассказам, уже чёрт знает сколько.

Это не значит, что я проникся к ней какой-то любовью или пониманием. Совсем нет. Просто ей ничего не нужно, а значит она ни к чему и не стремится.

Поднявшись наверх, на третий этаж, понял, что Анастасия не спит. В данный момент девушка была за замком и что-то там делала. Решив проверить что — телепортировался на крышу. Вдруг уже что-то ищет на меня?

К этому времени солнце поднялось довольно высоко и сейчас дул лёгкий прохладный ветерок.

Глядя с крыши вниз, немного удивился. Принцессу охраняли четыре служанки, которые были поставлены в отдалении у углов, чтобы явно никого не пускать на задний двор. Сама же Анастасия…

Я даже и представить не мог, что она владеет мечом. Тем не менее, в данный момент, девушка, вспотевшая и одетая лишь в облегающий чёрный топик и такие же облегающие чёрные шортики, ловко орудовала тренировочным тяжёлым мечом полуторником. Причём орудовала с грацией кошки.

Тренировка была настолько интенсивная и быстрая, а выписывала Анастасия немало пируэтов и кульбитов, порой орудуя не только мечом, но и пуская в ход ноги, что пот буквально градом с неё стекал.

Вот так даааа… Как говорится.

Но я, видимо, пришёл к самому концу, так как Анастасия отложила тяжёлый меч, а, судя по виду, весит он немало, и начала делать гимнастику.

Теперь понятно, почему принцесса поставила охрану. Увидь такое… простой человек, и уже мог бы умирать счастливым.

Девушка принимала разные гимнастические позы, в том числе садясь и на шпагат. Растяжка у неё очень хорошая.

Интересно, это мой вчерашний массаж так на неё повлиял, или у неё каждое утро такое?

В этот момент Анастасия вдруг кинула взгляд вверх, смотря на меня.

Кажется, поймали с поличным…

Неловко вышло… Граф подглядывает за принцессой. Эдак извращенцем недолго прослыть.

А Анастасия-то молодец. Сделала вид, что не заметила меня и до сих пор занимается, сосредоточенно отрабатывая движения. Вот оно — чувство такта.

Немного подумав, я телепортировался вниз и уже спокойно подошёл к горничным. Те недоумённо переглянулись и, немного помявшись, всё же встали передо мной. Перед главой Рода… Не давая возможности пройти.

— Господин! — они обе вмиг склонили головы, в голосах послышалась лёгкая напряжённость. — Простите за наглость и дерзость! Мы не хотим стоять у вас на пути, но там занимается принцесса Анастасия в довольно открытом наряде и попросила нас приглядеть, чтобы никто не увидел её занятий.

Я остановился возле них. Они обе так и не разогнулись, напряжённо затаив дыхание.

— Выпрямьтесь, — попросил я. Когда они послушно подняли головы, ободряюще улыбнулся. — Вы молодцы. Принцесса — наш гость. И раз она гость — нужно уважать её просьбы.

— Сергей, — послышался чуть глухой голос девушки издалека, — я слышу тебя. Может, присоединишься?

Я посмотрел на горничных — они разошлись в стороны, склоняя головы и освобождая проход. Проходя мимо, каждую легонько коснулся плеча, мягко пустив энергию для ободрения. Их плечи едва заметно дрогнули, а дыхание на миг замерло, но тут же стало ровным и спокойным.

Девушки действительно поступили правильно. Анастасия — гость, и будь я хоть сам император, никогда бы не стал относиться ни к своим подданным, ни к гостям так, словно их слова, мнения и желания ничего не значат. Значат. Как минимум для них.

Мудаком быть плохо.

Анастасия за это время успела надеть красный спортивный костюм с белыми полосками и сейчас стояла прямо, спокойно и нисколько не стесняясь смотрела на меня. Только лишь дыхание слегка учащённое.

Костюм облегал её фигуру, подчёркивая линию талии и бёдер, но ни в позе, ни во взгляде не было ни грамма попытки соблазнить. Только спокойная уверенность.

Этот её жест впечатлил меня. На самом деле он многое говорит о девушке. Анастасия решила не пытаться щеголять своими формами, хоть у неё и явный приказ стать ближе ко мне, а остаться собой, гордой принцессой.

Подойдя к ней, я смотрел только в глаза, намеренно игнорируя всё остальное.

— Не хочешь потренироваться? — спросила слегка запыхавшаяся девушка. На ключицах блестели капельки пота. — Или тебя смущает мой вид? — она улыбнулась с явным намёком на то, что я видел, но сама сделала вид, что ничего не произошло.

— Почему бы и не потренироваться, — согласился я. — Только времени у меня немного.

— До трёх поражений? — чуть склонив голову набок, спросила девушка, кончиком языка смахнув каплю пота с губ.

— Идёт, — кивнул я и сделал пару шагов назад, создавая меч из молний. Воздух рядом со мной затрещал, по клинку пробежали разряды. — Первый ход за тобой.

Принцессу не пришлось долго ждать. Миг — и она напала, также используя меч из молний. Её тело мягко пружинило, шаги были быстрыми, уверенными и точными. Клинки несколько раз вспыхнули ярким сиянием, воздух дрожал от напряжения, а затем Анастасия замерла, смотря на «лезвие» моего меча у своего горла.

Я вопросительно посмотрел на неё. Девушка, признавая поражение, тяжело вздохнув, отступила на пару шагов назад.

Вторая партия тоже закончилась так же быстро. Видя сосредоточенность и злость в глазах Анастасии, я решил всё же немного ей подыграть. Мы одновременно мгновенно сошлись в клинче, почти вплотную.

На этот раз я не отражал все её атаки сразу, нанося ответный удар, а первым пошёл в атаку. Правда, немного замедлившись, позволяя ей реагировать на каждую атаку на пределе возможного.

Девушка, стараясь успеть за каждым моим выпадом, начала отступать. Её дыхание становилось всё более тяжёлым, но при этом она сохраняла ровный темп, что о многом говорит. Пару раз Анастасия пыталась перейти в атаку, резко смещаясь в сторону, но я жёстко обрубал каждую попытку, заставляя её снова отступать.

В итоге всё пришло к тому, что принцесса, сама того не заметив, упёрлась спиной в стену и замерла, прижимаясь руками к наверняка холодной кладке. Из-за такой скорости на её костюме местами появились тёмные пятна от пота, а от тела вверх валил густой пар. Мой клинок остановился возле её шеи, совсем близко к коже, и Анастасия, с тяжёлым дыханием и вздымающейся грудью, смотрела на меня восхищённым, почти жадным взглядом снизу вверх.

Честно говоря… Не ожидал такого взгляда. В нём было желание, азарт и… уважение.

Разжал руку — меч исчез, рассыпался искрами, — а сам я отступил на шаг назад, давая ей пространство, кивнул и развернулся, направляясь в сторону горничных. На спине же я ясно ощущал её пристальный взгляд.

Стоило мне дойти до входа, как пришло уведомление на телефон. Достав его, увидел сообщение о том, что император прилетел и в данный момент рядом с границей.

Также было написано, что я могу либо прилететь туда, либо уже в столицу, но под ночь.

Не раздумывая, ответил, что скоро буду.

Телепортировавшись в подвал к Тане, увидел, что девушка, как и её сестра ранее, тоже изрядно вспотела и даже зубы сцепила. Пальцы судорожно сжимали голые колени, на висках появились едва заметные вены.

Богиня, стоя у родового ядра, лениво посмотрела на меня. Я поднял вверх руку и быстро написал пальцем о том, чтобы она не пугала Таню и выпустила, когда та захочет выйти. Мне вновь лениво махнули, и я телепортировался уже к комнате Саши.

Девушка в этот момент выходила с бутербродом в руке. Когда она увидела меня, её глаза широко открылись, Саша пошатнулась, пятка предательски поехала по полу, но я знал, что ей не нужна моя поддержка.

Мгновение — и она упёрлась ногой, сразу вставая прямо, будто ничего и не произошло.

— Глава? — удивилась девушка, торопливо принимая нормальную позу.

Я внимательно вглядывался в её энергоструктуру. Хотя со стороны наверняка выглядело так, словно смотрю на грудь: просто линии энергопотоков проходили как раз в этой области.

— Твоя энергоструктура… Она начала меняться.

— Правда? — Саша улыбнулась так ярко, что в глазах у неё вспыхнули огоньки. — Значит, у нас всё получилось?

Задумчиво продолжая смотреть, я кивнул.

— Получается, что так… Но продолжим работать над этим. Саша, нам нужно лететь, сможем сейчас?

— Конечно! — вновь улыбнулась девушка, уже оживлённее. — Только соберусь.

Я кивнул и пошёл по коридору.

Сборы прошли быстро. Что удивительно, со мной изъявили желание лететь и Яна с Анастасией. Я не был против этого, поэтому к границе мы отправились, можно сказать, впятером.

Император был не так далеко, в одном из городов в пограничье, поэтому добрались довольно быстро. Сев прямо у богатой резиденции с огромной площадью, полянами, озёрцами и белыми стенами. Мы вышли и я направился с пожилым секретарём прямо в кабинет императора.

Дверь открылась, и я вошёл, обнаружив императора в просторном светлом кабинете с обитой алым бархатом мебелью вновь за делами. Сосредоточенный, в рубашке с подогнутыми рукавами, даже явно не переодевшийся после встречи мужчина кивком указал мне на кресло.

— Подождёшь немного? Я почти закончил.

— Конечно, — я присел на кресло, откинувшись назад.

По поводу разговора не волновался — давно уже для себя всё решил и обдумал.

Император орудовал одной рукой довольно ловко, но было видно, что ему это даётся непросто. Когда приходится перекладывать бумаги, держать лист, держать ручку, подписывать и ставить печати всё одной рукой… Это непросто. На лбу у него проступили лёгкие морщины напряжения.

Но он закончил довольно быстро. Отодвинув бумаги, мужчина поднялся и посмотрел на меня, а затем в окно. Всматриваясь в него какое-то время, спросил:

— С тобой Анастасия и Яна? И как, моя дочь не доставляет проблем?

Вспомнив о сегодняшней ситуации, я уверенно мотнул головой, отвечая:

— Нет, что вы, ваше величество. Анастасия — пример, к которому стоит стремиться. Как гостья она не вызывает никаких плохих ассоциаций.

Император посмотрел на меня, усмехнулся и, взяв пачку бумаг, подошёл к двери. Открыв её, позвал своего секретаря, передавая ему бумаги.

— Знаешь, Сергей, учитывая все твои выходки ранее — это звучит совсем не успокаивающе.

— Обижаете, ваше величество, — покачал я головой и развёл руками. — Всё, что ни делал — всё к лучшему.

На это он снова усмехнулся, вновь подойдя к столу. Впрочем, посмотрев на своё кресло, затем на меня, император ответил:

— Я так понимаю, что разговор у тебя непростой. Иначе ты не стал бы желать такой скорейшей встречи?

— Угроза империи, — прямо ответил я, и он нахмурился, — точнее — Земле.

На последних моих словах мужчина подзавис, смотря в никуда. Потом на миг прикрыл глаза, а когда открыл, уже спокойно и собранно смотрел на меня, произнося:

— Я так понимаю, ты решил сбросить маску? Разговор будешь вести не как Сергей Вяземский, а как тот, кем являешься там? — он кивком указал вверх, в потолок, явно намекая на космическую империю.

Я поднялся, смотря ему в глаза.

— Да. Поговорим прямо. Теперь, когда я могу доверять вам, готов открыться.

— А раньше почему не мог? — с интересом посмотрел на меня император.

Теперь уже я усмехнулся. Он задумчиво кивнул, словно что-то у себя внутри сложил в более цельную картину.

— Тогда нам тем более нужно пройтись, продолжил мужчина. — Боюсь, что твою информацию, после всех этих переговоров с другими странами, уже не смогу воспринимать, сидя тут.

— Конечно, — я отошёл в сторону, освобождая ему путь.

Мы неспешно, молча шли по дорожке вдоль зелёных полей и небольших прудов на территории этой резиденции. На некотором расстоянии от нас тянулись белые стены с охраной на ранге мастера. Куда как более сильные практики находились на более далёких позициях, за пределами стен.

Солнце зашло за тучи, поэтому дул прохладный ветер, своими потоками слегка приминая зелёную траву и принося запах неминуемого дождя.

Я только что закончил свой рассказ и сейчас император размышлял о полученной информации. Я ему не мешал, да и не хотел — тут действительно есть что переваривать, и с нахрапа лучше не действовать.

Во время разговора с его стороны не было ни злости, ни удивления. Вообще никаких эмоций. Словно он действительно давно знал или догадывался и даже сам хотел в один момент начать данный разговор.

Яна и Анастасия шли позади нас на довольно большом расстоянии. На поворотах я видел, что обе девушки молчат, выполняя лишь роль сопровождения, но их взгляды периодически цеплялись за мою спину и за фигуру императора.

— Значит, мана, которую поглотил граф Соколов… — он прервался.

— Моя, — подтвердил я. — И сейчас к планете также летит моя сила. Если бы я поглотил предыдущую волну, то сейчас смог бы без труда остановить нынешнюю.

Мужчина остановился и прямо посмотрел на меня. В ответ я также остановился и посмотрел на него. Яна и Анастасия тоже синхронно с нами остановились, чтобы не сокращать расстояние.

Мы с императором смотрели друг другу в глаза, пока он не отвернулся и не пошёл дальше.

— Скажи, Сергей, какая твоя цель на Земле? Хочешь стать сильнейшим и править всей планетой?

Размышляет стандартно. Тот, кто сильнее — тот и прав. В нашем мире всегда так было. За исключением ситуаций, когда за тобой стоит достаточно сильный Род.

При таком раскладе даже очень сильный практик предпочитает не переходить определённых границ. Ведь никто не хочет быть изгнанником.

Однако, если ты силён, а вокруг тебя слабаки — то ты бог, у которого есть право делать всё, что он захочет.

— Взрастить элиту, — прямо ответил я. — Тех, кто будут идти рядом, и тех, кому я могу доверить не только свою спину, но и друг друга.

— Элита, значит, — император посмотрел в небо, где между тучами проглядывал бледный свет. — То есть Земля тебе не нужна?

— Захватывать я её точно не собираюсь. Как и Российскую империю.

— Слишком мелко для тебя, — усмехнулся мужчина, опуская взгляд на дорожку.

— Вовсе нет, — я проводил взглядом птицу вдали. — Просто мне не нужен лишний гемор от слова «совсем». Вы вон вообще из бумаг не вылезаете. Мне таким заниматься совсем не хочется.

Несмотря на некоторое доверие к нему, я не собираюсь рассказывать всё. Мои планы — это мои планы, и ничьи больше. Пока он является лишь императором этой империи, а не моим подданным или товарищем — ему эти планы знать не нужно.

Акихиро Хинодэ я рассказал чуть больше, так как ему не так много смысла опасаться меня. Здесь же ситуация иная. Ведь что ты ни обещай, в итоге можешь оказаться обманщиком.

— Что случится, когда ты поглотишь свою силу? — спросил император, когда мы вновь зашагали вперёд.

— Остановлю китайского императора и всех его прихвостней. После этого на некоторое время покину Землю.

— А после возвращения? — он посмотрел на меня.

— Буду присматривать за Родом, — пожал я плечами. — Потихоньку помогу Российской империи укрепляться, а также продолжу взращивать сильных магов, чтобы они были опорой.

Мы дошли до ответвления дорожки и пошли по ней, к пруду. Через пруд был перекинут довольно широкий белый мостик, в центре которого мы и остановились.

— Ты интересный парень, Сергей, — император положил руку на перила.

Я искоса посмотрел на него, и мужчина продолжил:

— Не знаю, сколько тебе лет и как силён ты был, но общение с тобой не вызывает у меня дискомфорта. Ты никогда не преклонялся передо мной, никогда не лебезил и никогда не хотел казаться выше меня. Даже сейчас, раскрыв правду, ведёшь себя по-простому и не требуешь общения на «ты». Думаю, что нам с тобой будет о чём пообщаться в будущем. Но то дела уже будущего. А нам сейчас нужно позаботиться о настоящем. Волна точно прилетит?

— Да, если её никто не остановит по пути.

— Ясно… Нам нужны союзники, но с этим уже проблема… Никто не хочет сражаться с гегемоном в виде Китайской империи. Они слишком зашуганы. Трусы! — император ударил кулаком по перилам. Дерево глухо откликнулось. Немного успокоившись, он устало продолжил: — Я так понимаю, опасность будет кратно больше той, которая была до этого?

— Всё так, — кивнул я. — Высших… нужно будет много.

— У нас есть только Японская империя. Думаю, что они согласятся отправить пару или одного высшего. Но где взять ещё…

— У меня трое высших, не считая меня, — произнёс я, словно обращаясь и не к нему. Однако этот ответ заставил императора замереть на месте. Мужчина даже глазами не шевелил какое-то время.

— Три…? — спросил он слегка хрипло, косясь на меня. — Те, о ком я не знаю?

— Да, — я посмотрел на него.

— Ясно… — мужчина тяжело выдохнул. — Так тебе и в правду не нужен трон империи. Иначе ты уже давно мог бы развязать войну. А эти трое…?

— С Земли, — сразу понял я, о чём он говорит.

— Это… хорошая новость. Что у нас ещё есть силы. Значит, теперь осталось только найти ещё желающих помочь.

— Или разработать план отвлечения, — заметил я. — Одной поддержкой мы не ограничимся. У меня… есть один план. Благодаря ему нам удастся перетянуть часть внимания Китайской империи в другую точку. Но этого мало.

Император вновь покосился на меня и усмехнулся.

— Ты полон сюрпризов, Сергей. Значит, теперь ход за мной. В ближайшее время собрания графов будут частыми, поэтому я снимаю с тебя задачу являться на передовую. Только если будет атака. Кто высшие, я так понимаю, ты не расскажешь?

Вместо ответа я посмотрел на Яну. Император проследил за моим взглядом.

— Дубровская… — с шоком в голосе, всё правильно поняв, произнёс он. — Кто бы мог подумать… — на некоторое время повисла тишина. — Что касается ситуации с законом…

— Пусть всё останется на своих местах, — перебил я его. — Жизнь в империи не останавливается. Так что пока пусть будет как есть.

Сейчас нам эти личностные перестановки не нужны. После волны — мы поговорим на все темы, но не сейчас.

Мужчина кивнул.

Мы ещё какое-то время пообщались, обсуждая будущую ситуацию, детали манёвров, возможные ходы. Потом он захотел поговорить с Анастасией, и мы с Яной ждали её.

Разговор у них был недолгим. Девушка вернулась довольно быстро и была нахмуренной, губы поджаты.

Сразу после этого мы полетели в замок, где, как оказалось, закончившая тренировку Таня улетела по делам. Как у неё успехи, я узнал по смс. Девушка была довольна, хоть и испугалась, что я её оставил в подвале одну.

Судя по обычному сообщению — сущность она не увидела.

— Анастасия, — обратился я к задумчивой принцессе, когда мы уже были в замке в коридоре.

— Что такое? — она с серьёзным выражением на лице посмотрела на меня. Взгляд был собранным.

— Ты сказала, что доверяешь мне, значит, не будешь настаивать присутствовать на моей тайной тренировке с Яной?

Анастасия посмотрела на Яну, потом на меня, сложила руки на груди, взявшись за локти, и помотала головой, прикрыв на миг глаза.

— Тренируйтесь. Но всё же желательно, чтобы вас не видел никто посторонний.

— Конечно.

С того разговора прошла неделя. Сейчас мы с Яной и Аней стояли на стене, смотря на луну. Ночь была тихой, воздух прохладным, а девушки стояли по бокам, пока мы вели отстранённую беседу.

Когда вдруг…

Они обе одновременно подняли головы вверх, в ночное небо, и я не был исключением. Там, далеко в космосе, ещё не появилась, но мы уже ощутили её — волну, что несёт за собой разрушение, и которую нам придётся остановить любой ценой, чтобы я смог поглотить свою силу.

Наше спокойное время… Стремительно утекает сквозь пальцы.

— Сколько… осталось? — спросила Яна, посмотрев на меня.

— Не знаю, — честно признался я. — Может, неделя, может, две…

— Времени всё меньше, — вздохнула расстроенно Аня.

Она посмотрела сначала на Яну, потом на меня и какое-то время вглядывалась в лицо, будто пытаясь что-то в нём прочитать. В её взгляде едва заметно дрожали зрачки, на слегка посеревшем лице почему-то проступила паника.

— Что такое? — спросил я. — Аня?

То, что она боится этой волны — в это я ни за что бы не поверил.

— Ничего, — Аня слабо улыбнулась и отвернулась. — Я… пойду.

Она довольно резко развернулась, почти сбежала со стены и исчезла в дверях замка. Я краем глаза заметил, как и Яна отвела слегка печальный взгляд в сторону. Однако, когда хотел пойти за Аней, девушка вдруг схватила меня за руку.

— Что случилось? — нахмурился я, уже внимательно вглядываясь в глаза Яны.

Девушка коротко вскинула глаза к ночному небу и, снова встретившись со мной взглядом, произнесла:

— Серёжа. Никто не сомневается, что мы победим, но… Ты можешь кое-что сделать?

— Что? — я тут же собрался. Их поведение было слишком странным.

— Если… Аня тебя о чём-то попросит, исполни это желание. Хорошо?

Желание?

— Можно поконкретнее? — нахмурился я. — Я вообще не понимаю, о чём ты говоришь.

Яна мягко улыбнулась, заправляя выбившуюся прядь за ухо.

— Не переживай. В этом нет ничего страшного. Ты всё поймёшь, если Аня решится с тобой поговорить. До тех пор, пожалуйста, не пытайся её допытывать. Дай ей сказать всё самой.

Я тяжело выдохнул и лишь покачал головой. Я прекрасно понимаю, что ничего плохого они не замышляют, но появилось чувство, что меня вовлекают во что-то, о чём я даже не догадываюсь.

— Угораздило же меня так вляпаться, — усмехнулся я. — Жёны что-то задумали, а я теперь вынужден гадать.

Яна тихо засмеялась. Её нежный смех разлился по округе, и на миг показалось, что все проблемы отступили. Но только отступили — никуда не исчезли. Поняв это, Яна вскоре замолчала и снова с тоской посмотрела в тёмное небо. Я посмотрел туда же. В последнее время мы часто смотрим в небо…

За эту неделю произошло многое. Каждый день у нас с Яной тренировки в мире со вторым наследием. Я учу её парному бою и простому владению клинком.

Сначала пытался научить её новому стилю, который продумал, находясь в Ничто, но потом заметил в её движениях что-то до боли знакомое… Движения Эльсы.

Точнее — не её движения, а лишь подобие на них. Яне до её уровня ещё далеко, но Эльса — ушла она или нет — явно оставила Яне дорогой подарок: память.

Я переключился на «старый» стиль и сразу заметил, что Яна реагирует на него легче и учится быстрее. И именно так я и пришёл к выводу относительно Эльсы.

Нет, Яна не получила её навыки. Только память, но и память — это уже большой кусок пройденного пути, процентов тридцать к успеху.

Мы не знаем, что сейчас с Эльсой. Может, она умерла, а может… ждёт где-то там, в пустоте космоса.

Стоит подумать о ней — сразу всплывает та комната со странной капсулой, в которой она лежала.

Что с ней сделали? Почему она там была? Почему так отчаянно стремилась поговорить со мной?

Ответов нет. Есть только одно — вопросов снова стало больше, чем ответов. И эти ответы мне нужны.

Где-то глубоко внутри я всё чаще ловлю себя на мысли, что Эльса меня не предавала. От этого тошно и накатывают волны ярости. Желание сжать пальцы на шее Сарнойла становится всё сильнее…

Не ради собственного удовлетворения, не ради трона, а ради того, чтобы прекратить всё, что этот ублюдок успел натворить.

— Пойдём? — спросила Яна.

— Да, — кивнул я, и мы двинулись в сторону замка.

Всю эту неделю тренировались не только мы. Таня, Аяна, Яна, Гриша, Славка, Тина, бойцы Рода и даже Анастасия.

Каждый, чувствуя общий настрой, с головой уходил в попытки за короткое время выжать из себя максимум.

Раньше они тоже тренировались, но сейчас словно сошли с ума. За такой короткий срок невозможно резко стать сильнее, но это даст толчок в будущее.

Та же Анастасия уже через день после моего разговора сама попросила, чтобы я начал тренировать и её. Услуга за услугу, так сказать.

Она пошла мне навстречу, я решил ответить тем же. Мне несложно было выкраивать для неё по полчаса-час в день.

Тренировалась принцесса прилежно, выкладываясь не на сто, а на все двести процентов. После каждой тренировки она уходила до предела вымотанной, вспотевшей, с дрожащими руками… и до чёртиков довольной, что даже пугало.

— Долго вы, — заметила Анастасия, сидя на стуле в столовой и что-то изучая на планшете, когда мы с Яной вошли.

За эту неделю, точнее за первые же дни, принцесса полностью освоилась в замке. Гостья из неё вышла примерная: чужие границы не нарушала, ни с кем не ссорилась, вела себя спокойно и сдержанно, как и подобает особе её положения.

Никаких навязчивых поползновений в мою сторону тоже не было. Лёгкие касания, улыбки, аккуратные акценты на себе — но мягко, без напора. Она явно не собиралась себя навязывать, держалась собранно.

— Уже ясно, когда следующее собрание? — спросил я.

— Завтра, — ответила Анастасия, не отрываясь от планшета. — Речь зайдёт о… — она оборвала фразу и подняла на меня глаза. — Я так понимаю, ты не просто спрашиваешь? Что-то уже ясно?

— Она летит, — сказал я.

Принцесса напряглась, ещё раз посмотрела в планшет, потом тяжело вздохнула и замолчала. Император сразу рассказал ей и остальным детям. По крайней Тане и Анастасии точно.

О Егоре почти нет новостей. Лишь то, что он занят своим расследованием. Таня уверяет, что с ним всё в порядке и он под надёжным присмотром, так что смысла переживать нет.

Я сам ему звонил и писал. По разговору было понятно — с ним действительно всё нормально.

Поужинав без Ани, которая так и не спустилась, хотя я и послал ей импульс энергии, мы разошлись. Яна и Анастасия поднялись наверх, а я вышел на улицу.

Снаружи я взглянул в сторону кузни, где в окнах не тухло пламя. Оттуда доносился приглушённый стук молота.

— Глава… — раздался за спиной старческий голос.

Ко мне подошла Марфа.

Я оглянулся на старушку, потом снова на кузню и произнёс:

— Он так себя в могилу сведёт. Останови его, или это сделаю я.

Марфа ничего не ответила, лишь смотрела на фигуру старика за одним из окон.

— Глава, прошу вас… — тихо сказала она. — Дайте ему творить. Не стоит сейчас отвлекать моего мужа.

— Он может так умереть, Марфа. Я понимаю, что старик хочет успеть закончить, но это не так просто, как кажется. Всё же он взял на себя немалую ношу.

— Может… — едва слышно отозвалась она. — Но даже так, сейчас мой муж кладёт на наковальню не металл, а свою верность и любовь к Роду. Сейчас там куётся не доспех, а воля Саши… Всю жизнь мы были вынуждены наблюдать, как наша ветвь слабеет и вымирает. С вашим приходом трескающаяся ветвь древа жизни, готовая сломаться под снегом, смогла уцелеть и с наступившим летом снова потянулась вверх, исцеляясь. И, как эта ветвь, начал подниматься и мой муж.

Она умолкла. В её взгляде ярко читались и гордость, и боль, и глубокая тоска. Затем продолжила:

— Глава, вы показали ему этот путь. Он вернулся к любимому делу и давно так не горел. Позвольте моему мужу в старости сделать что-то, о чём будут помнить века. Саша… заслужил это.

— Марфа, — я твёрдо встретил её взгляд. — Старик Александр — талант, каких мало, и один из столпов Рода. Столпы поддерживают Род, а не приносят себя в жертву ради него. Чтобы Род не пал, столпы должны стоять. Каждый. Понимаешь? Живой старик сделает для нас куда больше, чем мёртвый. И ценим мы его не за то, что он готов сжечь себя.

Марфа снисходительно покачала головой.

— Мы, старики, считаем себя бременем для молодых. Потому и… хотим сделать что-то перед уходом.

— Это не так, — я положил руку ей на плечо. — Я уже говорил тебе: вы — не бремя и не «прошлое». Вы — опора. Если дрогнете вы, дрогнем и мы. Никто из нас не желает вам смерти. Мы хотим, чтобы вы смотрели, как мы растём, и каждый раз, оглядываясь назад, мы хотим видеть ваши улыбки, а не могилы, Марфа.

Старушка, замерев, вдруг склонила голову:

— Спасибо, глава… Простите меня…

Марфа поспешила к кузне, и я невольно стал свидетелем, как она «вправляет мозги» старику Александру. Тактично ретировался, чтобы не мешать.

Таня сидела на камне у края гигантского карьера на другой планете, куда они ходили через портал, и смотрела в ясное небо.

Там, высоко, на фоне яркого солнца, сталкивались в бою две фигуры. Во все стороны разлетались белые и чёрные волны, гремели ветер и молнии.

Яна и Сергей вели очередной тренировочный бой. Таня же только что закончила свою тренировку и теперь просто наблюдала.

С момента, как Сергей почувствовал волну, прошло восемь дней. И теперь, на Земле, очень далеко в небе уже виднелась крошечная точка. Ещё не настолько отчётливая, чтобы её могли видеть все, но она есть.

Эти восемь дней не прошли зря. По крайней мере, для некоторых… Аяна стала предвысшей.

Тане было сложно в это поверить. Было обидно, до чуть ли не выступивших слёз, что она останется здесь одна, но… Девушка отпраздновала это вместе со всеми, тщательно скрывая своё настроение.

Таня просто не могла позволить себе расклеиться. Во-первых, она правда была рада за подругу, а во-вторых — у всех и так навал проблем. Тоску пришлось отложить «на потом».

Наоборот, девушка решила быть опорой для остальных. Никто не должен думать о ней и её переживаниях, пока они не разберутся с тем, что нависло над всеми.

Сергей постоянно повторял, что у неё невероятный прогресс. Просто, в отличие от других, она слишком поздно получила кольцо. Если бы раньше — тоже уже была бы предвысшей.

Это её обнадёжило. Как и то, что ей удалось использовать энергию замедленно.

В этот момент бой наверху прекратился, и две фигуры опустились перед ней.

— Закончили? — спросила Таня, поднимаясь и видя довольные лица.

— Ага, — кивнул Сергей. — А твои успехи как?

Таня вытянула вперёд руку, потянулась к мана-потоку — и в её ладони начала стремительно собираться молния. Она внимательно следила за реакцией на лице Сергея.

Тот вдруг как-то нервно усмехнулся, чем немного её напугал, и ответил:

— Вообще-то… это не должно так быстро получаться… Все вы действительно неогранённые алмазы.

Видя улыбку Тани, я погладил её по голове. Такое и правда не осваивают на таком ранге так быстро. Тем более на уровне мастера. Она — редкий уникум.

Портал открылся, и мы вернулись. На той стороне нас уже ждали с очередным отчётом с фронта. В последнее время Китайская империя сильно активизировалась. Бои участились, что отвлекало, но с этим ничего нельзя было поделать.

Зато радовало другое — в сумме у меня теперь около двух тысяч бойцов, а не тысяча, как раньше. После того, как мы выстояли у китайского города, желающих присоединиться не поубавилось — наоборот, словно прорвало.

Каждый хотел стать сильнее.

Дела по землям и войне заняли меня до самой ночи, и ко сну, из-за бумажек, потому что Гриша и Тина тренируются, я шёл уже выжатым. Войдя в комнату, увидел Аню. Девушка стояла у окна, одетая в махровый халат и глядя наружу.

Аяна снова в разломе. На волне своего успеха она решила не останавливаться. Вообще, обе — и Аня, и Аяна — почти всё время проводили в разломах, но каждую ночь одна из них всегда возвращалась. Видимо чтобы я не оставался один в постели.

— Серёжа, — произнесла Аня, поворачиваясь ко мне и я вновь увидел на её лице тень сомнений.

— Что такое? — я подошёл ближе.

Она смотрела на меня взволнованно, в глазах вспыхивало и гасло что-то упрямое.

— Я знаю, что ты силён. Знаю, что мы сильны, но… — Аня запнулась, отвела взгляд, но почти сразу, будто заставив себя, снова посмотрела мне в глаза. — Я поговорила с девочками. Они не против. Остался только ты, и последнее решение в любом случае за тобой.

— Я слушаю, — произнёс я серьёзно.

Она глубоко вдохнула, словно собираясь с духом перед прыжком в ледяную воду.

— Я понимаю, что сейчас не время. Однако и дальше, скорее всего, тоже будет «не время». И поэтому… — её взгляд стал твёрдым, как никогда, — я хочу попросить тебя… Сделай меня первой матерью твоего ребёнка.

Светлана Вяземская стояла в своём кабинете у окна, придерживая штору и глядя наружу. В дверь постучали.

— Войди, — произнесла она.

Дверь открылась, и в кабинет вошёл Александр.

— Мама? Ты хотела поговорить?

— Да, — Светлана отпустила занавеску и вернулась к столу, пока сын закрывал дверь. — От Сергея или Гриши так и не было никаких документов?

— Нет, — ответил парень, подходя к столу. — Когда мы виделись на собрании, после моего вопроса они оба посмотрели на меня очень удивлённо. Как будто вообще забыли, что помогали нам. Потом Сергей просто махнул рукой и ушёл.

— Мальчишка… — нахмурилась Светлана. — Хоть он и помог нам, но быть таким заносчивым…

— Не думаю, что это заносчивость, — пожал плечами Александр, беря в руки папку с документами. — Скорее, они оба даже не воспринимают это как какую-то услугу. Помогли, потому что могли и потому что посчитали нужным.

Светлана отвела взгляд, поджала губы. Женщина задумчиво уставилась в стену, проворачивая обручальное кольцо на пальце пальцами другой руки. Так продолжалось несколько секунд, затем её пальцы замерли, и она опустила руки.

Сев в кресло, женщина потянулась за ручкой, подвинула к себе чистый лист и начала писать. Александр, опустив документы, с удивлением наблюдал за матерью.

Ручка скользила по бумаге, оставляя длинные строки и цифры. Светлана писала быстро, уверенно.

Когда закончила, резко отложила ручку, перевернула лист к сыну и так же резко пододвинула, затем встала и отошла к окну.

Александр взял листок и быстро пробежался глазами.

— Это же… — он осёкся и перевёл взгляд на мать.

— Мы никогда не будем оставаться в долгу, — спокойно сказала Светлана. — Я набросала примерные условия. Дальше — уже сам.

Александр снова опустил взгляд на лист, но смотрел так, словно глядел сквозь бумагу.

— И ещё кое-что, — продолжила она. — Как ты знаешь, на днях я стану высшей. Я уже ощущаю прорыв. Если волна действительно прилетит — я отправлюсь к ней.

Александр напрягся.

— Зачем? — спросил он. — Ты ведь только возьмёшь ранг и будешь не так сильна, как другие высшие. Не стоит ли…

— Саша, — Светлана резко оборвала его, твёрдо глядя в глаза. — Когда сам станешь высшим — тогда и будешь рассказывать мне, кто кого сильнее, а кто слабее.

Она медленно вновь подошла к креслу, провела рукой по его спинке и, немного помолчав, продолжила, отвечая уже на его «зачем»:

— Всё очень просто.

Светлана пошла дальше и остановилась у стены с фотографиями. Женщина посмотрела на снимок, где было всё семейство Вяземских, когда дети ещё были детьми. Пальцем коснулась рамки рядом с мужем, и тихо добавила:

— Он тоже мой сын. Пусть я и не вынашивала Сергея, пусть мы и не были в ладах, пусть я и отказывалась от него, но он — Вяземский, и доказал это не словом, а делом. Нас и так осталось немного… Я должна быть рядом с ним, когда прилетит эта волна, чтобы и ещё одного не стало…

Александр отвёл взгляд. В груди поднималось яростное желание спорить, запрещать, удержать её любой ценой. Но перед глазами всплыли недавние сцены, где оба брата стояли плечом к плечу, защищая Род.

Стиснув зубы, он выдохнул, смиряясь и с её решением, и с собственной слабостью.

— Я… понимаю, мама. Будь осторожна. И… береги брата.

— Саша, когда всё это закончится, когда опасность останется позади, мне, как высшей, придётся уйти служить империи. Род останется без сильного мага, — Светлана подошла ближе, взяла его руку и кончиками пальцев коснулась печати герба на его перстне главы Рода. — Ты помнишь, что пообещал мне?

— Помню, — тихо ответил он.

Светлана кивнула, отпуская его руку.

— Не отступай от принятого решения.

От автора.

На тему скипов (быстрого смены времени на неделю или любого другого срока) в последних главах. Да, они есть, но прошу не паниковать, что вот сейчас всё закруглится за пару книг. Нет, не закруглится. Нынешние скипы есть, потому что они нужны, чтобы не тянуть резину. И во время них вы ничего не теряете, так как вся важная информация передаётся.

История резко не свернётся. Мы с вами начали этот путь, мы с вами его закончим. Не будет: «… а это уже совсем другая история», как и не будет забыт ни один важный персонаж. Каждый будет раскрыт, и каждый получит свой конец. Как та же уже забытая вами Елена Бестужева или Виктор Вяземский.

Но при всём при этом история не будет затягиваться, так что тоже не переживаем.

А теперь личная просьба: мы с вами прошли уже действительно длинный путь, двадцать четыре книги — это немало. Я благодарен каждому из вас, за любую поддержку. Поэтому прошу поставить сердечко, кто ещё не поставил. Их процентно стоит намного меньше, чем вас читает. Поэтому если вам не трудно — потратьте секунду. Вам не сложно, нам приятно.

Спасибо!

— Ты уверена? — тихо спросил я.

— Да, — она едва слышно сглотнула. — Если волна… если что-то пойдёт не так, я хочу, чтобы от тебя во мне осталось не только то, что я твоя жена. Я хочу носить в себе часть тебя. Нашего ребёнка. — Она запнулась, но тут же добавила: — И ещё… я хочу это не только из-за волны…

Жизнь всегда делится на череду выборов — правильных или неправильных.

Гоблины в разломе показали, что может произойти, если сделать один из выборов или если не делать ничего. Палка о двух концах: ты либо принимаешь и ждёшь судьбу, либо вершишь её — и есть шанс, что предначертанное не исполнится.

Не знаю, те статуи — это три возможных будущих или цепочка последствий одного решения, но даже задумываться не стану над этим.

Передо мной моя жена. И чьи желания я должен исполнять, как не её? Верить в прихоти судьбы? Вот уж нет… Из-за каких-то надумываний я не стану расстраивать ту, кто любит меня всем сердцем и душой, и готова ради меня на всё.

Не судьба определит наше будущее. Мы сами его построим.

Я поднял руку и легко коснулся её щеки. Она мгновенно прижалась к моей ладони, закрыв глаза, а потом, будто боясь, что я передумаю, шагнула ко мне, сокращая и без того небольшое расстояние.

Её пальцы сомкнулись на моей шее сзади. Взгляд — уже совсем другой, решительный. Она потянулась ко мне, и в её поцелуе не было ни тени робости — только горячее, настойчивое требование, в котором слышалось: «Сейчас. Пока мы живы. Пока ты мой».

Я ответил. Она отозвалась. Плавно, но жадно, прижимаясь всем телом, будто стремясь раствориться во мне. Пальцы Ани скользнули по моей шее, потом ниже, к груди, и её дыхание стало сбивчивым.

Когда я поднял её на руки за бёдра, она обвила меня ногами. Я чувствовал, как её сердце бьётся в такт моему — быстро, рвано. Между поцелуями она смотрела мне прямо в глаза, готовая идти до самого конца. Целуя её, я энергией выключил свет.

Одежда с нас была сорвана почти мгновенно, на неё просто не хотелось уделять ни секунды. Ни о каких долгих прелюдиях и речи не шло, Аня, горячая и неистовая, словно настоящая буря, желала всего здесь и сейчас…

Уложив её на постель, навис над ней, гладя жаркое и жаждущее продолжение нежное тело, отзывающееся от прикосновения дрожью и всё большим желанием.

Сегодня ночью между нами уже не было ни намёков, которые я всё это время не замечал, ни чего либо ещё. Только кожа к коже, дыхание в дыхании и её шёпот, прерывающийся, когда я доводил её до дрожи. Каждый стон девушки возбуждал, каждое судорожное движение навстречу говорило больше любых слов… Аня не просто принимала меня — она жадно, почти отчаянно забирала себе всё, что я мог ей дать.

Хоть она и хотела этого в момент, но я не мог позволить девушке так просто всё получить. По крайней мере за раз. Поэтому ночь… Длилась долго.

И в какой-то момент, когда она вцепилась в меня уже практически без сил, задыхаясь на пике, срывая голос, я поймал себя на том, что впервые за долгое время боюсь… не смерти, не волны, а того, что у нас может не хватить времени на все те ночи и дни, которые я хочу ей подарить.

Четыре недели спустя после того момента, как Сергей ощутил приближение силы. Кабинет императора:

— Ты уверен? — спросил император.

Мы находились у него в кабинете, разговаривая на разные темы. Встречи после собраний у нас стали довольно частыми. Во время них мы обсуждали не только проблемы войны, но и состояние империи, а также то, что нужно будет сделать после волны.

Оказалось, нам было о чём пообщаться всё это время. Он всегда первым начинал разговор о будущем, и я не отказывался его обсуждать. В общем, за эти четыре недели, можно сказать, что мы нашли общий язык.

Однако сейчас я затронул довольно щепетильную тему.

— Да. Частица той твари в нём всё ещё есть. Она жива и не умрёт, пока Соколов не возьмёт хотя бы ранг абсолюта. Поэтому я советую держать его подальше от волны и от столицы. Отправить куда-нибудь на фронт.

Мужчина задумался, затем откинулся на спинку кресла, смотря на меня. Наконец он кивнул:

— Я тебя услышал. Пожалуй, ты прав. Нам не стоит рисковать больше, чем мы и так рискуем.

— Тогда я пойду, — я поднялся и подошёл к выходу. Обернувшись, добавил: — Пора начинать.

Император тоже поднялся. Он подошёл ко мне и остановился напротив, вдруг протянув руку:

— Сергей, береги себя и остальных.

Я в ответ протянул свою, и наши руки сомкнулись в крепком рукопожатии.

— Конечно.

— Как вернёшься, выпьем вместе за победу.

Я кивнул ему, развернулся и вышел из кабинета.

Шесть часов спустя. Антарктида:

По подсчётам аналитиков, отталкиваясь от моего ощущения надвигающейся угрозы, мы составили примерный временной промежуток, когда прилетит волна. Поэтому сейчас я стоял перед корпусом наследия мира-корабля в ледяной пещере в Антарктиде.

Глядя на обшивку, я думал о будущем, как вдруг рядом послышался рык Инкара. Посмотрел вбок на кота-дракона. Он не торопил меня, просто напоминал, что наше время не бесконечно.

— Ты прав, дружище, — тихо ответил я и приложил ладонь к корпусу.

По холодному металлу прошлась жёлтая вспышка, послышался треск ледяной пещеры и гул запускающихся систем. Пещера задрожала, часть ледяных сосулек начала опадать, но на некотором расстоянии от нас.

Инкар фыркнул, отбивая крылом льдину, всё же упавшую на него. Затем он покосился на меня и повернулся спиной, готовясь лететь.

Я активировал печать, запуская систему на полную, и жёлтый свет сменился синим. Защита корабля активировалась.

Подойдя к Инкару, я забрался на спину, вцепился в костяные выступы, и кот-дракон на огромной скорости рванул вверх по туннелям.

Туннели сменялись так быстро, что мы проскочили их практически мгновенно, взлетая в ночное небо.

Я отправил Инкару импульс, и он, трансформируясь на ходу в огромного дракона, рванул в небо, за облака, а затем в сторону наших земель.

Летя, я посмотрел вниз. Там, глубоко на дне океана, видимые даже через толщу воды и льда, светились синие контуры громадного мира-корабля, уходящие очень далеко вперёд.

Я специально убрал маскировку, чтобы моё наследие было видно всем. В этом и заключалась часть моего плана: отвлечь внимание чем-то неизвестным. Тем, что наверняка захочет заполучить каждый… и Китайская империя не исключение.

В последний раз взглянув вниз, я перевёл всё своё внимание вперёд, прижимаясь к Инкару. Передо мной появилась небольшая костяная пластина, обтянутая кожей, и кот-дракон, резко махнув крыльями, на огромной скорости помчался вперёд.

Именно поэтому я и полетел на нём: Инкар гораздо быстрее любого дирижабля.

Восемь часов спустя. Земли второго Рода Вяземских:

Я шёл по коридору, смотря на ждущих меня девушек. Яна, Аня, Аяна, Саша и даже Таня, решившая таким образом показать, на чьей она стороне, стояли у двери, одетые не в простую одежду, а в чёрную боевую форму Рода.

У них она состояла из удобных военных кроссовок, прочных, но не стесняющих движений штанов, прилегающего лёгкого гладкого кителя с небольшим воротником и рубашки под ним. Китель застёгивался на молнию и золотые пуговицы. Годный, так сказать, и на парад, и на битву. На руках у них были недлинные, до запястья, чёрные перчатки.

Ни один элемент не стеснял движений в бою, это мы уже проверили, а выглядит всё это просто шикарно. Особенно на девушках. Одежда подчёркивает их талию и форму, но не слишком облегает, не вызывая ненужных ассоциаций.

Сам я был одет так же, только в мужскую форму. Она у нас чуть посвободнее.

Подойдя, увидел их сосредоточенные взгляды.

— Идём, — произнёс я, выходя наружу, но сразу остановился.

Перед замком, от входа до стен, стояли горничные. Девушки, держа головы гордо и прямо, сложив руки на животе, смотрели поверх голов друг друга. Возглавляла их Регина, стоящая ближе всего к нам.

Глядя на них, я произнёс:

— Спасибо за вашу службу. Я рассчитываю на каждую из вас. Прошу вас к нашему возвращению позаботиться о доме и о всех тех, кто остался на землях.

Девушки, стараясь держать лицо, чтобы не было видно переживаний, слегка склонились и опустили головы, прикрыв глаза.

Мы двинулись дальше, к стенам.

Я и ранее их почувствовал, но сейчас, выйдя за ворота, увидел. С двух сторон от стен, с уверенностью во взглядах, также в форме, стояли все основные члены Рода.

Старик Александр, Марфа, Максим, Катя, Славка, Тина, Гриша… Собрались все. Здесь стоял даже Андрей Александрович.

А чуть дальше, на расстоянии метров пятидесяти… Стройными рядами, лицом к замку, расположились бойцы моего Рода.

В чёрной форме, прижав кулаки в чёрных перчатках одной руки к груди, а вторую, опущенную вниз, прижав к боку, с ногами по швам, они смотрели слегка вверх.

Во взглядах — ни тени сомнений, лишь решимость и готовность идти до конца, каким бы он ни был.

За ними находился ожидающий нас чёрный дирижабль.

Я оглядел всех собравшихся, испытывая в душе лёгкий трепет.

Две тысячи воинов. Две тысячи тех, кто не жалел себя, выкладываясь на максимум и рвал жилы, готовясь к этому дню и ко всем последующим.

За то время, что я на Земле, Род сильно разросся. И, если честно, я даже не ожидал такого. Но рад, что так вышло. Не знаю, вдохновляю ли их я или личное желание стать сильнее, пусть среди них и всего пятеро предвысших, но каждый из стоящих напротив — воин. Воин, чей путь только начался. И он не окончится ни завтра, ни сегодня. Каждый из них приложил сил больше, чем кто-то другой за всю свою жизнь.

Все смотрели на меня, и я заговорил:

— Я бы хотел сказать вам много слов, но, как вы знаете, времени у нас немного. Поэтому я буду краток: нам с вами вновь предстоит сражаться на разных фронтах. Я и моя команда будем биться в Сибири, далеко отсюда. Вы же будете сражаться на передовой с Китайской империей.

Бойцы слушали внимательно, не было ни звука, кроме моего голоса и лёгкого шума листьев и травы от ветра. Я продолжил:

— Враг как стоял у ворот, так там и стоит. Китайская империя пока не смогла пробиться через границу, но в ближайшее время начнёт ломиться изо всех сил. Как я и сказал, моя группа будет далеко. И мы будем сражаться за наше с вами общее будущее. Вас же, братья и сёстры, — я повысил голос, — я прошу защитить наше настоящее!

Бойцы опустили взгляды, теперь уже внимательно и слегка взволнованно глядя именно на меня.

— Я благодарен каждому из вас за проделанную работу! За преодоление собственных страхов, тяжёлый труд и рост над собой! Я благодарен каждому из вас за то, что вы сейчас стоите здесь, передо мной! Я нисколько не совру, сказав, что могу со спокойной душой идти биться с тварью, зная, что на защите земель стоите вы! Те, кому я могу без зазрения совести доверить не только собственную спину, но и жизни каждого из здесь присутствующих!

Воины крепче прижали кулаки к груди, и их лица стали ещё решительнее.

— Впереди нас ждут непростые дни! Но я верю, что ни один из вас не дрогнет и не отступит, зная, что за вашей спиной стою я и все остальные! Сражайтесь, бойцы! Сражайтесь, воины великого Рода! Бейтесь так, как никогда до этого! Пусть каждый союзник, что будет стоять рядом, увидит в вас непробиваемый щит! Пусть каждый враг, что встанет у вас на пути, увидит в вас всё сокрушающее копьё! И пусть они дрожат не от желания сделать следующий шаг, а от страха перед вашей силой!

Прервавшись на миг, я дал им возможность переварить слова и продолжил:

— Верьте в товарищей рядом и, самое главное, верьте в самих себя! Но если так выйдет, что в вас не останется веры в тех, кто рядом, и не останется веры в самих себя… поверьте в меня, — на этом моменте бойцы ещё сильнее сжали кулаки. — И я клянусь вам, что где бы я ни был, как бы ни был занят и с кем бы ни сражался, я услышу вас! Услышу тех, в кого верю сам! И даже если не смогу прийти лично — помогу, чего бы это мне ни стоило! Вы — опора Рода! Вы — наша сила! Вы — наша гордость! И слава о вас, как о великих воинах, не отступивших ни перед одним врагом, однажды будет греметь в веках! — я резко вскинул вверх кулак. — Так покажите же нашим врагам, что эта слава будет заслуженной, а не надуманной!

Славка поравнялся с нами, вскинул вверх меч из молний и громко крикнул:

— ВО ИМЯ РОДА!

— ВО ИМЯ РОДА! — вторили ему две тысячи глоток, от чьих голосов и поднявшейся бури энергии резко примялась трава. — ЗА ГЛАВОЙ — И В ПЕКЛО!!!

Голоса гремели так громко, что, казалось, дрожит сама земля. Когда они отгремели, я медленно опустил руку, призывая к тишине.

— Братья и сёстры. Пусть впереди нас ждут битвы и неизвестность, но я прошу вас всех вернуться сюда, когда вернёмся и мы. И когда всё это закончится… мы с вами обязательно закатим пир, где каждый из нас отдохнёт и поделится всем, что с ним произошло.

Воины, резко опустив кулаки вниз, так же резко подняли их вверх, ударяя себя в грудь и тем самым давая мне обещание, что так оно и будет.

Я кивнул и пошёл вперёд. Строй воинов начал раздвигаться, перестраиваясь, открывая путь к дирижаблю и поворачиваясь ко мне лицом. Проходя по открытому коридору, я не смотрел на них: все слова от сердца уже сказаны, и теперь впереди нас ждёт только битва.

У самого дирижабля стояла Анастасия. Принцесса смотрела на нас серьёзно и… немного тоскливо?

— Сергей, — улыбнулась она. — Хорошая речь. Я… хотела проводить вас, прежде чем отправлюсь на переговоры.

— Спасибо, — кивнул я. — Увидимся после нашей победы. Приглашаю и тебя на пир.

— Конечно, — девушка скользнула взглядом по Тане и слегка прищурилась, но ничего не сказала.

Вместо этого она просто кивнула и пошла в сторону своего дирижабля.

Саша и Леонид поспешили внутрь, а мы с Яной обернулись к Ане, Аяне и Тане.

Первой вперёд вышла Аяна. Подойдя ко мне и нежно поцеловав, девушка прижалась всем телом, слегка трепеща и словно не желая отпускать, но всё же отпустила. Обняв и чмокнув и Яну, тихо произнесла:

— Возвращайтесь как можно скорее.

Следующей была Таня. Она, нисколько не скрываясь, подошла и страстно поцеловала меня, также, как и Аяна, прижавшись всем телом.

Сейчас, когда происходит такая ситуация, поздно уже чего-то бояться. И Таня это тоже поняла, потому и не скрывается.

— Мы вас ждём, поэтому не задерживайтесь, — произнесла она, обнимая и чмокая Яну, и отходя назад.

Последней подошла Аня, смотря мне в глаза, при этому улыбаясь.

— Берегите себя, — произнесла она, а затем, крепко обняв, поцеловала. После и она обняла Яну, чмокнув её в щёку.

Яна улыбнулась и, положив руку на живот Ани, ответила:

— Главное — ты теперь береги себя.

Все девушки заулыбались, а слово взяла Аяна, подходя ближе к Ане и весело говоря:

— Не переживайте. Мы за будущей молодой мамочкой присмотрим.

Я тоже не смог сдержаться. Улыбнулся и, расставив руки, обнял всех четверых, прижимая к себе, чем явно немного смутил.

— Мы быстро вернёмся, не переживайте.

С сожалением отпустив их, я развернулся и, больше не оборачиваясь, поспешил в летательный аппарат. Долгие проводы — лишние слёзы. А со всеми остальными я уже попрощался.

Восемь часов спустя. Столица:

— Ваше величество! — в кабинет ворвался секретарь. — Там… — старик замер, видя, что правитель, держа одной рукой штору, уже смотрит в окно.

— Я ощутил её… — тихо произнёс император и посмотрел в сторону монитора.

Там в этот момент показывали гигантскую жёлтую человекоподобную тварь. Это нечто было размером этажей десять, а в центре, в районе желудка, оба увидели…

— Граф Соколов, — потрясённо выдохнул секретарь.

— Что он тут забыл?!. — зло бросил император, отпуская штору и подходя к монитору. — Он же должен быть на границе!

Тварь со всех сторон атаковали техники, которые не наносили ей вреда. Оператор приблизил вид на Соколова, и император увидел, что у того широко открыт рот и глаза, из которых вверх вытекает жёлтая субстанция, а сам мужчина висит перекошенный.

Граф, точнее уже бывший граф Соколов, выглядел так, словно очень сильно страдает.

— Геннадий, — раздался глухой голос императора. — Эвакуация началась?

— Да, господин, — поспешно ответил тот. — Но… тварь уже нанесла вред городу. Часть людей не удалось спасти.

Послышался хруст сжимаемых до белизны костяшек. Император повернулся, секретарь увидел ярость во взгляде правителя.

— Геннадий, отдай приказ по возможности отогнать «это» от города. Также запусти протокол «Тёмный час».

— Слушаюсь, но, — слуга склонил голову, — прошу вас не ходить туда. С этой тварью, если припомнить по отчётам от высших, битва не была простой. А там сражались пятеро высших. Я не хочу принизить ваши навыки, однако…

Император ничего не ответил, лишь вытянул в сторону руку. По комнате прошлась молния, разбивающая чашки, раскидывающая бумаги, взбадривающая шторы и мгновенно формирующаяся в полуторный широкий белый меч. После этого мужчина стремительно пошёл вперёд, но, проходя мимо секретаря, остановился, теперь уже не молча:

— Геннадий. Я отправлюсь на битву. И ты сам знаешь, что в бою может произойти всякое. Поэтому, если я не вернусь, когда кто-то из моих детей займёт престол — поддержи их.

— Ваше величество…

— Геннадий. Ты всегда говорил мне в лицо только правду. И сейчас не исключение. Я знаю, что эта тварь сильна. Но я не стану отсиживаться, пока империи угрожает опасность. Раз у нас нет высших и практически все сильные маги были отправлены на передовую — биться за столицу будем мы, Романовы.

Больше ничего не говоря, мужчина уверенно и быстро вышел из кабинета.

Громадная жёлтая тварь, размахивая руками, дико орала яростным голосом, порой исторгая из своего тела жёлтые копья.

Множество техник, разрезающих небеса, не наносили чудовищу никакого урона, пока оно спокойно продвигалось вперёд, словно к чему-то стремясь.

Округу оглашали звуки взрывов и автоматных очередей, когда на одной из крыш вдруг сверкнула чёрная молния. Затем ещё одна и ещё одна — и так множество раз.

По плоской крыше дома шли люди, одетые по-разному: в артефактную броню, женщины в платьях или же просто наспех одетые мужчины. С мечами, алебардой и артефактными копьями и даже без оружия. Они шли быстро, но в то же время оценивая обстановку.

Впереди всех, с двуручным мечом в руке, в белой броне, в бой Романовых вёл лично император. Справа и слева от него шли два сына, чьи сосредоточенные взгляды были устремлены лишь на тварь.

По бокам — другие мужчины и женщины в рангах предвысших и мастеров. Те, кто на всякий случай были оставлены в столице, чтобы защитить императора, потому что возле себя он решил не оставлять никого, отправляя практически всех на защиту империи.

Ни один из Рода Романовых, услышав зов императора, не сбежал и не дрогнул. Во взглядах каждого не было и тени страха.

Все они, как один, знали: если глава Рода зовёт в бой, значит для империи наступил Тёмный час, и кому как не им стоять рядом с ним, как и было всегда?

Даже если сегодня все они падут — империя будет стоять. И, если будет нужно, каждый ляжет костьми, становясь вечной опорой для тех, кто ещё жив.

Позади над городом начали появляться синие щиты, напоминающие панцирь черепахи, и закрывая его.

Битва за столицу началась.

Для битвы с новой волной решено было выбрать всё то же место. Как вариант, можно было спровоцировать атаку прямо на фронт, но, учитывая, что не ясно, в эту же точку ударит моя сила или нет, — решили отложить этот план.

Да и враги наверняка смогли бы воспользоваться суматохой и ударить с разных сторон. Палка о двух концах, можно сказать.

Конечно, это место удалено от столицы, и наши силы не успеют вовремя стянуться, если что-то произойдёт, однако мы многое предусмотрели. В том числе и отвлекающие манёвры.

Один из них, самый главный, с миром-кораблём, наверняка сработал лучше всего. Второй подготавливала лично Эйр. Он заключался в нанесении удара в спину.

В Китайской империи остался Владимир, человек из моего Рода, из побочной ветви. Он там всё ещё гоняется за каким-то парнем, с которым они попали через нестабильный портал.

Эйр смогла уговорить его спровоцировать атаку, чтобы враги разделились на несколько сторон.

Кроме этого, силы Российской империи будут атаковать со стороны океана, чтобы оттянуть китайские войска назад.

Высших на границах у нас не так много, как и здесь, но, как говорится, что имеем…

В этом месте из высших: я, Эйр, Яна, Эйкхирия, Азалья, Такаши Ёсикава, ещё один японский высший-водник, чьего имени я не знаю, Владимир-воздушник, Ядвига, двое из других стран и… внезапно — Светлана Вяземская.

Честно говоря, именно её я тут вообще не ожидал увидеть. Думал, что останется поближе к Роду, чтобы защищать их. Сомнительно, что на неё повлиял император, а значит, она сама зачем-то вызвалась сюда.

Двое высших — это союзники, которым за помощь российский император что-то пообещал.

Двенадцать. Больше, чем в прошлый раз, но всё ещё недостаточно… Битва здесь для каждого из нас станет испытанием.

Кроме всех перечисленных, в этом месте также Инкар, уже явивший часть своего боевого облика в виде кота с крыльями, чем вызвал очень много заинтересованные взгляды окружающих. Благодаря ему, если что-то случится в другом месте, я смогу быстро добраться туда, так как кот-дракон уже достаточно подрос для скоростных перелётов.

Но, даже учитывая, что мы с Яной и Инкаром стояли немного в отдалении, никто так и не решился к нам подойти.

По нам с Яной тоже водили взглядами. Особенно двое стариков из других стран. Всё же двое молодых высших, и они наверняка слышали обо мне, потому что взгляды не пренебрежительные, а оценивающие.

Эйр и остальные стояли подальше, чтобы не создавать видимость, что у нас какой-то кружок по интересам, и напрасно никого не провоцировать. Вообще, вокруг собрались отдельные группы.

Японцы, прибывшие на помощь из других стран, высшие из Российской империи, Азалья, Эйр и Эйкхирия, а также мы с Яной.

Но, конечно, основную часть времени все смотрели вверх. Туда, где уже ярко сияла огромная звезда, что с каждым мгновением становилась всё ближе и ближе.

Я перевёл взгляд на Яну. Девушка в этой чёрной форме смотрелась великолепно. Волосы заплетены в косу, на голове пилотка, взгляд твёрдый, уверенный, губы слегка поджаты.

Лицо немного бледное, но здесь у многих так.

— Ты как? — спросил я.

Девушка перевела удивлённый взгляд на меня, пару секунд молчала, потом ответила:

— Это мой первый бой против… чего-то такого невероятно сильного. Но я уверена в своих силах, — она едва заметно улыбнулась, явно чтобы не показывать свою нервозность. — Не переживай.

— Ты же рядом, — улыбнулся я, — так что мне не за что переживать.

Яна снова удивилась, но тут же улыбнулась ещё шире.

— Как договаривались? — девушка с хитринкой во взгляде посмотрела на меня. — После всего этого свадьба?

— Да, — кивнул, глядя ей прямо в глаза. — Закончим, сыграем пышную свадьбу, сделаем все дела на Земле и отправимся в космос.

В этот момент к нам пошла Эйкхирия, держащая руки в карманах широкой кофты. Подойдя, Альвийка посмотрела на меня из-под капюшона.

— Спасибо, — поблагодарил я её. — Твоя помощь будет кстати.

— Не говори ерунды, — помотала она головой. — Я не могла оставаться в стороне. Ведь сама сейчас нахожусь на Земле, и её сохранность очень важна. У меня к тебе просьба.

— Какая?

— Когда ты отправишься в космическое пространство, возьми и меня с Максимом с собой… Я хочу узнать, что там с моими сородичами.

— Переживаешь? — спросил я, внимательно глядя на неё.

Эйкхирия поджала губы и опустила голову, скрывая взгляд. Отвернувшись, девушка произнесла:

— Можно и так сказать…

— Мы не просто долетим до них, — ответил я. — Я позову флот Этараксийцев, и мы отвоюем планету.

Эйкхирия резко повернулась ко мне. Снова поджав губы, она просто кивнула и протянула мне кулак.

— Можешь считать, что я ваша тень. В атаке на громадные цели я слаба, но как поддержка — вполне сносна. Сразимся вместе, как в старые добрые.

В ответ я тоже протянул кулак, ударяя им по кулаку девушки.

— Конечно. Рассчитываю на тебя.

Девушка протянула кулак и Яне. Та в ответ тоже ударила кулачком. Эйкхирия, развернувшись, пошла обратно к Эйр.

Яна смотрела ей в спину, а затем обернулась в ту сторону, откуда мы прилетели. Я тоже посмотрел туда и увидел улыбку на её лице.

— Что такое?

— Думаю об Ане. Она сделала самый большой шаг вперёд по сравнению с каждой из нас.

Я ничего не ответил.

Через девять месяцев на свет появится юный Вайторл… Кто это, мальчик или девочка, я не знаю, но уже сейчас ощущаю воодушевление и желание увидеть его.

Подавив в себе эмоции, чтобы не улыбаться, как идиот, я вновь посмотрел вверх, и в этот момент Яна, нахмурившись, посмотрела совсем в другую сторону. Эйр и я тоже уже смотрели туда.

Что это значит? Почему Соколов не на границе???

— В бой! — отдал короткую команду император, и Романовы сорвались в атаку. — Егор! — позвал мужчина парня, когда увидел, что и тот тоже собирается сражаться.

Парень остановился и обернулся на отца, спокойно глядя ему в глаза, а затем ответил:

— Даже не думай, что я стану отсиживаться в стороне.

Император, проходя мимо него, произнёс:

— Будь осторожен, сын. Эта сила, которую ты начал чувствовать — сильнее её среди Романовых нет, и именно поэтому тебе стоит опасаться её. Второй раз запечатать тебя мы не сможем.

Мужчина рванул вперёд по щитам в воздухе.

Егор, глядя ему в спину, нахмурился, а затем посмотрел на свою руку, где едва заметно потрескивали чёрные молнии. Однако долго стоять так себе он позволить не мог и тоже сорвался в бой.

Четыре часа спустя:

Уже пятый щит, осыпаясь синими осколками, опадал вниз, пока громадная тварь шла, разрушая здания. Часть столицы горела, полыхая ярким огнём и сотнями техник, пытающихся остановить её. Небо давно окрасилось в алый цвет, из-за всех пожаров и техник, а земля и улицы, отвечая ему, обагрились кровью

Егор, несясь по крыше, сквозь дым, создал множество чёрных копий молний, посылая их в заметно выросшую в тварь, когда вдруг ощутил, что его источник ударил по нему болезненной волной. Захрипев, парень упал на колени.

Посмотрев на свои руки сквозь слегка затуманенный взгляд, он увидел, что пальцы почернели и чернота идёт от кончиков, доходя до ладоней.

Прогремели взрывы разрывающихся снарядов, накрывших плотным полотном дыма громадное существо, у которого стало четыре ноги.

Зная о ситуации в прошлый раз, когда это существо только прилетело, Егор сразу понял, что оно начало трансформироваться в себя прежнего, и атаки твари становятся всё смертоноснее. Уже умерло множество мастеров и предвысших, защищающих столицу.

А ещё оно зачем-то идёт к центру столицы…

Видя атаку твари, Егор хотел вскочить, но в этот момент рядом мелькнула молния. Перед ним, словно из ниоткуда, появился император. Его отец, резко взмахнув мечом, запустил в тварь молниевые волны, которые, сталкиваясь с жёлтыми иглами, отбивали их.

— Егор! — мужчина опустился на одно колено, звякнув доспехами и протягивая к парню руку.

Егор, с раздражением отмахнувшись от его руки, поднялся. Вслед за ним поднялся и император. Услышав крик, они оба резко вскинули головы.

Женщину в светло-синем платье с чёрными волосами пробило множество игл, и она врезалась в крышу другого здания, повиснув, пронзённая этими самыми иглами, не шевелясь. Руки безвольно опустились и изо рта начала стекать кровь.

Позади императора и Егора появился Леонид. Оба сразу посмотрели на него. Парень, успевший надеть лишь часть доспеха, тяжело дышал.

— Отец… тебе… надо… уходить… Нас всё меньше…

Император ничего не ответил, просто покрепче сжал свой меч. В этот момент рядом с ними появился ещё один Романов. Высокий мужчина в белом костюме.

Он тоже тяжело дышал и, сгибаясь, держался за окровавленный бок. Крови было так много, что она просачивалась сквозь пиджак, превратив справа всё в алое пятно.

Прихрамывая, мужчина пошёл к троице. Леонид рванул к нему, но тот, схватив его за плечо, резко оттолкнул от себя, а сам упал на колени.

— Мы… — мужчина захрипел. Он отпустил бок и закашлялся, опираясь руками на крышу. — Император, — мужчина поднял твёрдый взгляд на правителя, — простите… сил больше нет… Мы задержим тварь… Но дальше без нас… Уходите…

Он вдруг создал в руке нож из молний и полоснул себя по горлу. Тело, под полными шока взглядами двух принцев, завалилось вниз, продолжая обагривать всё кровью, и лишь император смотрел с тоской в сердце и болью во взгляде.

Внезапно под мужчиной появилась алая, едва заметно крутящаяся печать. Из печати вверх ударил алый столб. В ту же секунду немного поодаль вспыхнул ещё один алый свет.

Егор и Леонид, заметив шевеление на другой крыше, увидели, как ранее пробитая женщина в платье, их тётя, сжимая зубы, яростно крича от боли, сползла с игл и, вся в крови, упала на крышу на колени. Она, посмотрев на них, с кровью на губах и шее, тепло им улыбнулась в последний раз, а затем провела по горлу ножом из молний. Её взгляд стал безжизненным, и она завалилась вниз.

Под ней также появилась алая печать, и вверх вздыбился алый столб. Всего таких столбов было четыре. Они сформировали громадный алый барьер, уходящий высоко в небо и закрывший тварь.

— Формация жертвоприношения… — прозвучал тихий болезненный голос их отца, чей взгляд был наполнен ненавистью и яростью. — Последняя воля Романовых… Егор, Леонид! Уходите отсюда! Дальше дело за нами, за стариками! И… — любящий отец обернулся к детям. — Берегите сестёр.

От автора:

Глава вышла чуть меньше. Сильно устал за последнюю неделю и сегодня проснулся очень поздно. Как мог быстро накатал часть главы, чтобы вас не оставлять без продолжения.

Кстати. Кто вчера не успел прочитать, потому что я выложил дополнительный фрагмент чуть позже, уже ночью, сообщаю, что в 7 главу, в самом начале, добавлен фрагмент разговора Ани и Сергея. Так что перейдите и почитайте.

Вообще. Нынешняя арка очень тяжёлая в плане написания и, надеюсь, переданных вам в будущем эмоций. Если я в какой-то момент пойму, что что-то передаю не так, главы не будет, потому что не хочется выдавать туфту на переломном моменте.

Надеюсь, поймёте.

Гриша, стоя возле двухэтажной каменной казармы, возведённой практиками земли, пока кругом суетились люди, бегая и стремясь подготовиться к грядущим боям, угрюмо смотрел вдаль.

Мысли парня крутились вокруг видимых вдали дымов, там, далеко, лагерь китайской империи, но и не только их.

Повернув голову, он посмотрел в сторону места, где находится столица. Затем его взгляд упёрся в примерную точку, где должна быть битва с волной. Огромную, уже алую точку было видно даже отсюда…

Основная битва ещё не началась, но недавно пришёл какой-то странный приказ: «Тёмный час». Как он расшифровывается и что под собой несёт — Гриша не знал. Однако, наблюдая суету, ясно понял, что что-то где-то случилось.

Ещё и Аня внезапно улетела… Хоть и был приказ не покидать позицию.

Это напрягло парня куда больше. Она, сказав, что с Соколовым что-то странное и что граф покинул свою позицию, и это случилось уже довольно давно, создала крылья, срываясь в сторону столицы вопреки всему. Однако напоследок её приказ был ясным и чётким — оставаться на границе и сдерживать китайскую империю.

Гриша вновь перевёл взгляд в сторону китайской стороны. Если бы не факт того, что разведчики подтвердили готовящееся нападение и нехватку высших на передовой, он уже сорвался бы вслед за Аней.

Вот только она гораздо быстрее почти всех здесь. За ней отправили дирижабль, на котором Аяна и бойцы Рода, среди которых ещё двое предвысших, вот только Грише всё равно было неспокойно.

Они обещали брату оберегать её, а девушка просто куда-то улетела…

Парень и рад был бы этому факту, ведь лучше чтобы она находилась подальше от границы, если бы не какой-то тайный приказ, о котором он ни сном ни духом.

— Гриша, — раздался голос Славки рядом.

Парень перевёл хмурый взгляд и кивнул.

— Славка. Не нравится мне всё это. В столице или около неё что-то происходит, а мы даже об этом не знаем…

— Тоже так считаешь? — парень также внимательно посмотрел в сторону китайской империи. — О госпоже что-нибудь известно?

— Нет, — помотал головой Гриша, — я…

В этот момент парень почувствовал, как ему на голову что-то капнуло. Подняв взгляд вверх на хмурые тучи, они увидели начавший накрапывать дождь.

— Только этого не хватало… — пробормотал Славка. — Кажется, нам и впрямь пора готовиться.

Дождь начал накрапывать сильнее, и парни поставили покровы, чтобы он не касался их.

— Нет, — продолжил Гриша. — От Ани так ничего и не слышно… Даже сообщения не прочитаны. Похоже, что нас глушат. А значит, и впрямь скоро начнётся. Как я и сказал, меня напрягает вся эта ситуация… Чтобы быть готовыми и чтобы нас не смяли, Российская империя практически всех своих сильных магов отправила на передовую. То есть столица оголена…

Славка украдкой посмотрел на него.

— У нас не осталось выбора. Практически все наши сильнейшие воины были отправлены на сражение с волной. Враги вроде тоже отвлечены, но у них и без того хватает предвысших. Если они начнут атаку — с прежними силами на границе мы не выстояли бы.

— Я это понимаю, — сцепил зубы Гриша. — И не порицаю! План разработан с учётом внешних врагов, но… что, если у нас есть внутренние? Что, если столицу атакуют? Туда ведь и Аня отправилась!

— Я тоже думал об этом, — кивнул нахмуренный Славка. — Но, как и сказал — у нас просто не осталось выбора. Если раньше сдерживающим фактором были высшие, то теперь их нет. А на иностранных я бы не стал слишком надеяться… Они могут сбежать, когда прижмёт. Так что придётся довериться плану, разработанному главой, императором и другими графами. Я уверен, что они понимали, что им придётся оголить столицу. Мы не можем позволить себе обеспечить защиту со всех сторон.

Гриша ничего не ответил, смотря вдаль, правда, спустя секунду он посмотрел в сторону летящего алого огонька.

— Они справятся, — Славка положил руку ему на плечо. — Как и сказал глава: их цель — обеспечить нам будущее. А наша задача — защитить настоящее, чтобы им было куда возвращаться.

Гриша снова кивнул и вновь ничего не ответил. Перед его глазами встал момент, как брат брал одну из шестнадцати сфер, которые он принёс с мира-корабля, когда-то бывшие источниками людей Рода Вайторлов.

Зная, что это очень мощные энергетические накопители и не только, Гриша примерно понимал, зачем ему одна из сфер… На случай, если они не справятся и придётся… придётся идти на крайнюю меру.

Егор и Леонид наблюдали за тем, как возводится огромный алый барьер. В этот момент их отец резко прыгнул вниз. Леонид, не медля, сорвался вслед за ним, а вот Егор мог только цыкнуть от боли.

Он пока лишь мастер, и предел его сил очень мал по сравнению с ними. Учитывая, сколько за последнее время использовано тёмной энергии, дела становятся ещё хуже…

Сердце бьётся очень медленно, дышать с каждым мгновением всё тяжелее. Отец сказал о какой-то силе, которую они запечатали.

Что всё это значит? О какой силе идёт речь? Неужели о тёмной энергии? Но чем она может быть опасна именно в его случае? Почему её запечатали?

Раздумывая об этом, Егор почувствовал боль в голове. Схватившись за неё, парень застонал, при этом видя странные вещи.

Сильно и болезненно исхудавшая мама… И почему-то маленькая Таня у её кровати. Голос ещё совсем юной сестры звучал очень глухо, пока он, судя по всему, лежал на другой кровати, рядом:

— Я обещаю, мама…

В этот момент парень вынырнул из воспоминаний, видя, что тварь бьётся о барьер. По нему шли алые волны, устремляющиеся в и без того алые и рыжие небеса, когда внезапно барьер начал сужаться.

Тварь, уже имеющая шесть лап, начала биться ещё яростнее, понимая, что её запирают.

Среди пылающего города, визжащих сигнализаций машин и разрушенных зданий, раздался дикий оглушающий рёв. Барьер продолжил сжиматься, вжимая в себя тварь, и той сейчас приходилось очень непросто. Она билась в уже крохотном пространстве.

Егор внимательно наблюдал, чтобы не пропустить ни мгновения. Где-то в глубине души даже появилось ощущение, что сейчас всё закончится…

Пространство внутри барьера полностью начало сжимать жёлтую тварь, и даже сверху тоже начало закрываться, продолжая превращаться в небольшой кубик внизу. И в конечном итоге…

Раздался резкий взрыв. Алые осколки и куски твари разлетелись в разные стороны, заваливая эту часть города.

Егор неверяще смотрел на произошедшее. Вот только в следующий момент парень понял, что звуки сражений не прекратились. Оглянувшись, он увидел, как и с других сторон города — множество техник, так и где-то вдали, в землях у города ближайших графов.

Там тоже идут сражения, но против кого? Разве тварь была не одна?

Взгляд парня зацепился за пожертвовавших собой Романовых. Их тела, потресканные и серые, словно пепел, лежали на своих местах. Смотря на двух из них, Егор видел лёгкие улыбки… Они умерли, но исполнили свой долг…

Поднявшись, парень замер, ощущая, как по всему телу прошлась волна дикого страха. Медленно, не веря, он повернул голову в сторону места, где разорвало тварь.

Там лежала огромная жёлтая клякса, центром которой был Соколов. И эта клякса начала шевелиться, вытягивая во все стороны свои отростки.

Оно не подохло…

Услышав новый звук — треск и увидев синие отблески — Егор резко посмотрел в ту сторону.

Высоко в небо устремлялись сотни молний. Стоя уже на другой крыше, его отец поднял вверх меч, пока под ним крутились три печати, а вокруг бушевали молнии, продолжавшие ускользать в небеса.

Там, высоко среди облаков, молнии приобретали образ огромного двуглавого орла. Гигантская птица, резко застрекотав молниями, расправив крылья, создала волну ветра и рванула вниз.

Понимая, что сейчас будет, парень выставил перед собой щиты. Птица на огромной скорости приблизилась к цели, прозвучал грохот вперемешку с треском, а затем сверкнула яркая синяя вспышка.

Егор прикрыл глаза ладонью, слыша, как на некотором расстоянии от него рушатся здания и как дрожит здание под ним.

Если бы оно не находилось достаточно далеко — он бы тоже мог пострадать.

Всё это: грохот, треск яростных молний и дрожь — длилось секунд тридцать, а затем парень наконец смог открыть глаза.

Поражённо замерев, парень смотрел на стёртое пространство впереди. Удар отца оказался настолько мощным, что пробил громадную воронку, стерев хоть и небольшую, но часть города, в пыль и обломки.

Вот только ощущение опасности никуда не исчезло… А через миг громадная, хоть и худая, но жёлтая рука уцепилась за край, и, поднимаясь из дыры, показалась морда твари, какой её и описывали документы.

Мало того, что тварь не сдохла, так она ещё и больше приблизилась к своему изначальному облику.

На некотором расстоянии внизу Егор заметил новое движение. Уцелевший асфальт взорвался крошками, и наверх выбился огромный визжащий жук.

Император, держа меч в руке, уворачиваясь от игл и посылаемых в его сторону жёлтых волн, стремительно нёсся подальше от твари. Чтобы атаковать такой сильной техникой, ему нужно отойти на расстояние.

Множество атак неслось ему в спину, пока он, не глядя, среди разрушенного города и горящих машин, в последний момент, ловко уворачивался от каждой атаки в сторону, чтобы не распалять зря силы на защиту, которых и так немного осталось.

Кругом творился сущий ад, который сосредоточенный мужчина подмечал лишь краем сознания. Во все стороны уносились сотни атак, круша всё вокруг.

Эту часть города эвакуировали, но часть защитников на момент удара всё же были здесь, и сейчас их тела валялись по разным местам, а кое-где были лишь части от них.

Атаки начали сыпаться не только позади, но и ударять вперёд. Одна из таких атак, гигантская жёлтая волна, врезавшись в здание впереди, со страшным грохотом вызвала его обрушение.

Император, видя всё это, не замедлился, а наоборот ускорился, однако рушащееся здание проскочить не успел. Оно упало быстрее, перекрывая путь.

После падения здания земля словно вздрогнула, но мужчину не остановило и это. Пригнувшись, он, используя стихию на максимум, прыгнул сквозь пыль, уворачиваясь и принимая на покров духа крупные осколки падающих камней.

В этот момент раздался громкий писк, на мужчину выскочила громадная, под метра три, жукоподобная тварь.

Император, мгновенно скользнув по ней взглядом, выставил вперёд опорную ногу, делая резкий разворот на поставленном щите, при этом ведя и рукой с мечом. Сверкнуло белое лезвие, вслед за ней жёлтая кровь.

Тварь упала на землю без башки, а мужчина продолжил стремительно бежать, видя впереди огромное количество тварей.

Вот откуда атака по всему городу… Королева Роя, как её называет Сергей, породила тварей поменьше.

Император помчался в сторону бегущих к городским щитам тварей, когда мельком увидел огненную вспышку. Мгновенно остановившись, мужчину наблюдал за тем, как в огромную толпу тварей врезался громадный огненный шар.

Вскинув голову вверх, император увидел, как высоко в небе, закрывая его, появляются сотни огненных шаров и копий, начавших почему-то понемногу становиться синими.

А посреди всего этого расцветающего неба висела Анна Вяземская.

Часть волос девушки почему-то тоже сияли синим светом.

Старик Александр, сцепив старческие морщинистые руки, сидел на ступеньках замка и смотрел перед собой. На лице у него едва заметно, но читалась печаль. Он сидел один, а по пустынному двору гулял лишь ветер.

Не успел… Снова не успел.

Сжав руки так, что они задрожали и побелели, старик стиснул зубы, сдерживая нахлынувшие эмоции. В груди неприятно кольнуло, а в висках застучало — то ли от злости, то ли от усталости.

Почему всегда так? Почему он никогда не успевает…?

На плечо старика легла другая старческая рука, и Александр прекратил сжимать свои руки.

Рядом присела Марфа и облокотилась на мужа.

— Всё думаешь о том, что не успел доделать доспехи? — послышался её уставший и тихий голос.

Усталость старушки была не физическая, а душевная. Молодёжь не взяла их с собой, сказав, что и в замке кому-то тоже может понадобиться помощь.

Александр, ничего не отвечая, лишь сощурился, продолжая смотреть вперёд ничего не видящим взглядом.

— Знаешь, — продолжила Марфа, — великие артефакты предков тоже не с конвейера выходили. Каждый такой артефакт — это долгая и кропотливая работа со своей историей, над которой мастер трудился годами.

— Сравниваешь меня с ними? — усмехнулся старик, посмотрев на жену краем глаза.

— Не сравниваю, — покачала та головой. Её голос стал твёрже, чем был: — Я считаю, что ты лучше всех их.

Александр удивлённо посмотрел на неё, даже чуть разжав сцепленные пальцы.

— Не удивляйся так, — продолжила старушка. — Твой талант признал глава. Не думаешь, что человек, проживший шесть сотен лет и видевший всякое, что-то да понимает?

Сжав губы, старик Александр вновь посмотрел перед собой, слушая дальше жену. Взгляд его стал тяжелее.

— Мы могли бы тебя не останавливать. И тогда, вполне возможно, ты и успел бы доделать свой шедевр, но какой ценой, Саша?

— Неважно, какой ценой… — хмуро ответил старик. — Я должен был закончить… Да и не стоит меня сравнивать с мастерами прошлого. Они были гениями.

— Ты не прав, — тепло улыбнулась его жена, обхватив его руку, прижимаясь и сжав её. — Всё это время у тебя просто не было возможности раскрыться. У Рода было огромное количество проблем, и ты вынужден был заниматься другим. Теперь же, когда есть возможность, ты должен защитить нашу молодёжь. Не сейчас, не в этих боях, но во всех последующих. А учитывая то, куда стремится молодой глава… боёв ещё будет много. Не время хандрить, муж мой. Теперь, когда всё уже свершилось, нужно просто продолжать работать. И если не сейчас, то в будущем твои уже не наработки, а полноценные артефакты ещё могут изменить ход войны.

Старик усмехнулся и ответил:

— В космической империи тоже есть броня. И её наверняка немало. Как артефактной, так и созданной вручную. Думаю, что они точно себе что-то подберут.

В этот момент лёгкая рука старушки дала ему затрещину, и старик ошалело посмотрел на свою жену, машинально потирая место удара.

— Александр! А ну-ка взял себя в руки! И это с таким настроем ты хотел отправить воинов Рода на передовую в своей броне⁈ Сделать её на коленке, а потом горделиво ждать, пока она на ком-то взорвётся⁈ Кто вообще планирует отправлять бойцов в недоработке, а⁈

Старик нахмурился, повышая голос и разворачиваясь к ней всем корпусом:

— На коленке⁈ Взорвётся⁈ Марфа! Ты что, в меня вообще не веришь⁈

— Нет! — веско вдруг ответила его жена, даже топнув ногой. — Ты был прав! Все те, кто делал артефакты в древности, были гораздо талантливее тебя! Ты на их фоне… — старушка недоговорила, так как её муж заскрежетал зубами, сжав кулаки так, что костяшки вновь побелели.

— Ах так! Ну, старуха! Ну я тебе покажу! — Александр вскочил, яростно махая рукой и почти спотыкаясь о ступеньку. — Вот увидишь! Увидишь! Я защищу юнцов! Костьми лягу, но защищу! Это будет лучшая броня! Всё то, что сделали в космической империи, и близко не будет стоять рядом с ней! Клянусь своим именем! Которое пока неизвестно, но однажды будет греметь! Ты слышишь меня, Марфа⁈

— Слышу, слышу, — его жена, незаметно улыбаясь, поднялась и начала подталкивать мужа в спину в сторону кузни. — Пойдём. Я как раз с госпожой Эйр недавно обсуждала, как запихнуть целительную энергию в кристаллы… Сестра-то у нашего главы тоже гениальна.

— Не подначивай меня! Старуха, да я… — продолжил возмущаться старик, тем не менее позволяя себя толкать в спину. Его шаг становился всё твёрже с каждым словом. — Вот увидишь, я…

Марфа, идя позади него, с тоской улыбалась и смотрела вниз, пока в спину мужа потихоньку втекала целительная сила. Её ладонь, лежащая на его лопатках, едва заметно светилась.

Александр слабеет с каждым годом и даже месяцем, но в нём всегда было желание — творить. И вот теперь, когда он может это делать — она не даст ему остановиться. Даже если придётся манипулировать. Ведь он любит творить.

Марфа хотела, чтобы её муж, уходя, улыбался не только тому, что Род возродился, а также и тому, что после его ухода — они будут под защитой. Как он и мечтает.

Аня, ещё находясь на подлёте, видела всю ситуацию издалека. Однако сейчас, вися над городом, поняла, что дела ещё хуже…

Множество тварей атакуют город со всех сторон. Они шевелились, как кипящий жёлтый рой. С ними сейчас сражаются другие Рода, стражи и охрана города, но их слишком много. Помня слова мужа о том, что их общее сердце — это главная тварь, королева Роя, девушка решила действовать сразу, активируя аспект.

По телу разлилось приятное тепло, постепенно переходящее в лёгкий жар. Это нормально. Аспект не подчиняется ей полностью. И чем больше она его использует, тем слабее контроль. Однако сейчас не время для сомнений.

Ранее Аня видела удар императора. Сейчас в городе зияла огромная воронка, и стало видно, что королева Роя заранее пустила «корни», и теперь залечивала себя энергией снизу. В глубине воронки что-то пульсировало, переливаясь тусклым мрачным жёлтым светом.

Быстро осматривая территорию, Аня развела руки в сторону, напрягаясь изо всех сил. Перед ней начало появляться несколько огромных печатей, одна за другой, светящиеся круги, клубящиеся энергией.

Сергей тренировал не только Яну, но и всех их, направляя на какой-либо путь. И сейчас эти тренировки дают свои плоды. Ведь мало кто из предвысших может использовать за раз такое огромное количество энергии.

По телу прошёл не только жар, но и напряжение. Энергия начала давить на каждую клеточку тела, словно после очень долгой и изнурительной тренировки. Крылья за спиной дрогнули, тяжелея от напитываемой силы.

Поняв, что достигла предела, Аня, набрав в грудь воздуха, отпустила техники. Те, словно магнитом, как огромные мотыльки на свет, начали лететь вниз, прямо в сторону огромной поднимающейся из воронки твари.

Что сейчас произойдёт, Егор понял сразу. Парень, несмотря на боль, рванул прочь, прыгая с крыши и по щитам, скатом, уходя вниз. Под ногами дрожали и трескались защитные конструкции, но он не останавливался.

Он почти успел…

Сотни синих техник унеслись вниз, а затем… Затем позади раздался взрыв. Мгновенная синяя вспышка и ударная волна догнали парня, ударяя в спину. Егор резко развернулся, ставя щит и закрывая глаза.

Ударных волн было много, как и вспышек. Трещали разрушающиеся здания, в воздухе пахло горелым камнем.

— Мать твою… — прошипел парень, не открывая глаз и чувствуя дрожание города под ногами. — Сергей! Ты чем их кормишь, что у тебя такие сильные жёны???! Она же город к чертям разнесёт!

Аня, смотря вниз, увидела, что своей атакой разрушила ещё часть города, но тварь… королева Роя так и осталась стоять, потеряв лишь часть своего тела. Обломки зданий всё ещё осыпались вниз, поднимая пыль.

Их атаки не нанесли толком вреда. Впрочем, чего ещё ожидать…? Против этой твари сражались пятеро высших и, пусть и на ранге слабее в то время, но Сергей. И даже им понадобилось несколько дней, чтобы свалить подобное существо.

Между тем количество жуков начало увеличиваться. Они буквально вылезали из щелей, собираясь в новые волны. Вертя головой, Аня пыталась понять, как им быть дальше. В подобной ситуации…

В следующий момент инстинкты девушки взвыли на максимум. Она начала оборачиваться и ставить защиту, однако не успела. Мощный воздушный поток, направленный прямо в неё, сбил Аню, на огромной скорости, вертясь и трепыхаясь, отправляя прямо в сторону разрушенного города.

Что есть сил махая крыльями, девушка пыталась остановить свой полёт, но направленная сила ветра была настолько мощной, что у неё ничего не вышло. В ушах свистело, мир превратился в размытые полосы пыли, камня и алого неба.

За доли мгновений, понимая, что будет очень больно, Аня напитала свои крылья на максимум, увеличивая их в размерах раз в три и таким образом делая для себя подушку безопасности.

Император Российской империи перевёл взгляд в небо, в сторону удара, направленного в девушку. Там, очень высоко, висел воздушник… высший. Старик с длинной белой бородой в чёрных одеждах, заложив руки за спину, смотрел вниз.

Чтобы понять, кто это, у императора не ушло много времени. Как и понять зачем он здесь. Стискивая рукоять меча, мужчина стиснул и зубы от осознавания, что их переиграли. У империи оказался не только внешний враг, но и внутренний.

Висящий в небе старик, Павел Сербский, по данным, переданным его Родом, — умер пять лет назад в разломе. Тело так и не было найдено, а после проверки факт его существования так и не был подтверждён.

Сербские — это баронский Род, живущий в Сибири. Сибирь является частью империи, но когда-то давно произошёл инцидент, когда в той местности ещё были графы, во время которого оба графа и их семьи были убиты, а сразу после этого графства больше не могли образовываться и селиться в том месте.

Произошло всё это из-за конфликта двух сыновей графских Родов, переросшего в невероятное побоище и зацепившего не один баронский Род. Остальные бароны возмутились и выдвинули графам в Сибири ультиматум: либо они наказывают своих детей, либо война.

И естественно, графы отказались наказывать своих детей. Сразу после этого, в момент, словно они долго готовились, и началось нападение. Всё кончилось очень быстро…

Император, правящий в то время, успел получить информацию об этом, но когда его люди явились, чтобы урегулировать ситуацию… урегулировать уже было нечего. Графские Рода были вырезаны подчистую.

Баронства сдались все как один, готовые к сотрудничеству. В результате общения с ними выяснилось очень многое. В том числе и «пороки» тех двух графств. Среди этих пороков было много чего.

Как они тогда договорились — об этом дела Рода умалчивали. Просто есть факт того, что договорились. Баронствам, из-за того, что они были жертвами, в итоге ничего не было, но все баронства Сибири тогда написали «отказную» и неприятие графов в любом лице на территории самой Сибири.

Баронства всегда платили налоги и по требованию, как и другие Рода, предоставляли свои силы, а также ресурсы. От этого Сибирь не перестала быть частью Российской империи, но графов там больше не было. Впрочем, спустя время в том месте перестали жаловать и стражей.

С тех пор баронства были тише воды и ниже травы. Однако ещё при его отце началось какое-то странное шевеление. То пропавшее оружие, то люди…

Всё это не могло не насторожить. Однако любая проверка, сколько бы их ни было, в основном тайных, приводила к тому, что просто ничего не находилось. И вот сейчас… сейчас в небе висит тот, кто должен быть мёртв!

И это не Державин, которого вытащили из плена и которого привели на проверку. Нет! Этот старик явился сейчас, именно в этот момент, и вместо того, чтобы атаковать огромную тварь, напал на Вяземскую.

Похоже, что они всё же захотели большего…

Император наблюдал за тем, как старик, смотря сверху вниз, спускается к нему. Взгляды встретились, и оба внимательнее смотрели друг на друга. Камни под ногами императора трескались от напряжения распространяющейся энергии.

Почувствовав ещё одну энергию, мужчина перевёл взгляд вправо. Там появился новый высший. Глядя на него, он внутренне нахмурился. И этот старик тоже по данным, переданным Родом, был убит…

Император усмехнулся, произнося:

— Похоже, у нас тут собрание восставших из мёртвых.

Где-то сбоку послышался звук разрушения, и в их сторону, вереща, бросилось восемь огромных тараканов. Появился третий старик и махнул рукой. Огненная волна, направленная в сторону тварей, накрыв их, начала сжигать.

— Романов… — заговорил первый старик, Сербский. Он усмехнулся: — Ты жалок.

На это император лишь тоже усмехнулся, сощурив взгляд. Трое высших третьего ранга.

— Но, — продолжил старик, посмотрев в сторону громадной твари, королевы Роя, — должен признать, что хоть силой ты и обделён, однако успел своим правлением нам надоесть…

— Чего ты с ним сюсюкаешься, — послышался голос огневика. — Из-за этого ублюдка, чтобы он не раскрыл все наши планы, нам и так пришлось инсценировать собственные смерти! Скрываться пять лет… — яростный взгляд старика упёрся в императора. — Ты слишком дотошный, чтобы жить.

— Вот об этом я и говорю, — вновь усмехнулся первый старик. — Хоть и слаб, но водить за нос твоего отца было проще… А ты почти всё раскрыл. Нехорошо, знаешь ли… Нехорошо.

Император, отслеживая всю троицу, прищурившись, глухо спросил:

— Чего вы хотите?

— А разве не очевидно? — удивился второй старик. — Оглянись вокруг, Романов. Не догадываешься? Вам, Романовым, всем вам, без исключения, пора покинуть этот мир.

— Жадные ублюдки, — просто ответил им император.

На что троица лишь усмехнулась.

Всё это время он старался сохранить в империи мир. Чтобы разрешить ситуацию с баронами, пришлось даже углубиться в саму историю, пересмотреть налог и не только… Однако. Вот чем ему отплатили баронства Сибири. Ударом ножа в спину.

Трое высших зависли немного в отдалении, и огневик вытянул вперёд руку. Вокруг императора на некотором расстоянии заклубилось пламя, поднимаясь вверх и превращаясь в кокон, а его ноги сковали камни, не позволяя сдвинуться с места. Жар мгновенно подступил к коже, закрыл обзор.

Очнулась Аня уже в каких-то обломках. Вдали была видна королева Роя, продолжающая шагать вперёд, сметая остатки строений. Небо было затянуто дымом и вспышками техник.

Всё тело ныло от боли, а особенно голова, но аспект всё ещё был активен. Шипя от боли, девушка, раскидывая обломки, поднялась и расправила крылья. Пыль забивалась в горло, одежда была изодрана, но пламя вокруг неё всё ещё мерцало.

Пламя защитило её, однако само немного померкло, поэтому пришлось добавлять энергии. Взмахнув крыльями, Аня взлетела вверх, ища того, кто её атаковал.

Стоило девушке увидеть, кто это был, как она сразу поняла — дела очень плохи. Трое высших… Им не победить, если не появится подмога.

Немного посомневавшись, Аня использовала связь, но ответ не успела получить, потому что в этот момент увидела, как в императора летит воздушная волна, а сам он не может двигаться. Время будто на миг замедлилось.

Девушка, резко расправив крылья, рванула вперёд. Мгновенно преодолев расстояние и напитав перед собой огненный синий щит, Аня врезалась в удивлённо смотрящего на неё высшего старика-воздушника. Два щита столкнулись, расходясь вокруг волнами, однако продолжалось это недолго, потому что позади девушки атаковали огнём.

Аня, взмахнув крыльями, рванула вверх, но высшие, постоянно телепортируясь, поднимаясь всё выше, начали перекрывать ей пути отхода. Лишь маг земли остался возле императора.

Меч в руке императора внезапно взорвался дико стрекочущими чёрными молниями, что окрасили всё вокруг во тьму. Мужчина ударил своим оружием по земле, вызывая всплеск молний, понёсшихся в сторону врага, а сам в это время, присев, резко прыгнул вверх.

Несясь по щитам в алое, разрываемое вдали техниками небо, к гоняющимся за девушкой высшим, император почувствовал по всему телу тепло, готовясь использовать силы на максимум и даже больше. Жизненные силы были направлены на усиление тела. Каждый шаг по каждому новому щиту оставлял за собой шлейф чёрных молний.

Аня, уворачиваясь от техник, бьющих по площади, судорожно искала окно, чтобы ускользнуть. Если бы был один высший — она могла бы попробовать побороться, но против двух…

То, что её загнали в угол, девушка поняла слишком поздно. Перед ней выскочил воздушник и потянул в её сторону руку, нагнетая воздух. От атаки в упор сложно уйти, поэтому девушка приготовилась ставить щит, но в этот момент в воздушника на огромной скорости влетела фигура в белых доспехах, объятая чёрными молниями.

Противники, в том числе и отлетевший от удара прочь, мгновенно телепортировались. Рядом с ними появился и третий высший, а перед Аней — император.

Мужчина расставил в стороны руку с мечом и культёй. Вокруг меча клубились чёрные молнии, а спустя миг от императора ударила мощная чёрная волна, словно высвобождая давно сдерживаемую силу. Он стоял на щите, пока вокруг бушевали чёрные молнии, своими яростными потоками и треском выглядя не просто стихией, а настоящим бедствием. Молнии также начали бить и из культи, а дальше…

Аня не поверила своим глазам, видя, как чёрные молнии формируют целую руку с пульсирующей внутри неё синей молнией. Воздух вокруг загустел от энергии.

Послышался громкий, злой голос императора:

— Лапы прочь от девочки, ублюдки! — позади него, прямо в воздухе, начал вырисовываться из тёмной энергии огромный герб Романовых. — Ваш враг — я! И сейчас я исправлю собственную ошибку, жалея всё это время ваши Рода.

От автора: В итоге пришлось писать главу заново. Если углубляться, почему так задержалась — всё очень сложно. Был написан кусок будущих событий, но если бы он был выложен в этой главе, потом пришлось бы менять всё местами. Да и там было всё не то…

В общем, не хотелось отдавать вам корявый текст с корявыми событиями. Вот… В качестве бонуса — глава больше стандартного размера. Почти 20к символов. Вот. Сейчас 6 утра, давно пора ложиться спать… Но ради вас — сон пошёл куда подальше. Спасибо каждому, кто ждал и ждёт. Вы все — лучшие, и только благодаря вашей поддержке история до сих пор имеет продолжение.

То, что происходило дальше, никак, кроме безумия, Аня описать не могла. Девушка знала, что правящий Род очень силён, как и знала от отца о том, что раньше император имел невероятный потенциал.

Вот только мужчина за всё это время нигде себя не проявлял, и память о силе правителя начала стираться, превращаясь в полузабытое «когда-то было».

И сейчас, видя, как чёрный силуэт, под всполохами мрачных молний, носится по небу за высшими, которые один за другим телепортируются от него, стараясь держаться подальше и атаковать только дальнобойными техниками, Аня наконец осознала, насколько силён Род Романовых.

Император, используя силу Рода, возможно даже на полную, легко, без каких-либо видимых усилий, перепрыгнул пропасть в рангах. И даже больше — трое высших откровенно его боялись. Их страх был виден в рваных движениях. Значит они имеют представление о возможностях императора.

Каждую их атаку мужчина отбивал мечом или чёрной искрящейся рукой абсолютно непринуждённо. Так, словно перед ним не неимоверная мощь высших, а нашкодившие дети.

Сколько бы стихий или техник они ни использовали — император либо уходил с невероятной скоростью, стремительно мелькая и оставляя за собой лишь рваные следы чёрного цвета, либо грубой силой пробивался сквозь атаки, пробивая их, как хрупкое стекло.

Нечто подобное Аня видела только в случае с Сергеем. И то, даже он, будучи на ранге предвысшего, никогда не демонстрировал такую разрушительную мощь. По крайней мере, девушка ни разу не видела, чтобы он в одиночку сражался против трёх высших.

Всё это явно было неспроста… И явно имеет цену.

Однако и высшие, как будто не желая разрушить столицу, направляли свои техники только в небо, стараясь уводить основную силу ударов подальше от города. Вихри пламени, каменные копья и клинки ветра развивались высоко над щитом, освещая алое небо вспышками.

В данный момент император, стремительно перемещаясь по щитам, мчался вперёд, как чёрная молния. Он нагонял одного из стариков. Тот не мог телепортироваться и в панике отступал.

Двое его приспешников, зависнув по разным сторонам, атаковали с двух направлений, создавая громадную огненную и ветряную стену. Две техники, ярко вспыхнув в небесах, с гулом понеслись в сторону императора, оставляя за собой рваные следы в воздухе.

Сердце Ани дрогнуло, когда вдруг сверкнула чёрная вспышка. Выхваченная из темноты молния разрезала обе техники, и в следующее мгновение чёрный разряд настиг старика прямо в небе.

Высший, осознав угрозу, резко развернулся и поставил перед собой массивную каменную стену. Но император, рухнув на препятствие, пробил его без какого-либо труда. Облака пыли и осколки разлетелись в стороны, а чёрная рука потянулась к груди высшего.

Словно в замедленном восприятии Аня видела, как ладонь без усилий прошла через покров духа, разрушая его, но дальше между высшим и императором возник мощный воздушный поток. Вихрь, рванувший сбоку, с хлёстким звуком ударил по мужчине, отбрасывая прочь.

Императора швырнуло далеко назад. Перекувыркнувшись в воздухе, он всё же выровнялся, поймал равновесие, проскользил по поставленному щиту, воткнув в него меч, чтобы остановиться, и, затормозив, выпрямился, наблюдая за происходящим.

Аня, понимая, что одному ему не справиться, мгновенно рванула к нему, активируя печати. Но стоило ей оказаться рядом и перевести взгляд на врагов, как сердце сжалось, а лицо посерело от осознания происходящего.

Напротив, в воздухе, выстроившись полукругом, висело пятеро высших. Ещё минуту назад их было трое, и вот… Теперь — пятеро.

— Множатся, как тараканы… — послышался позади неё тихий, глухой, беззлобный и пустой голос императора. — И ведь вместо того, чтобы направить свою силу на защиту империи, эти ублюдки решили напасть, словно шакалы, — раздались его ровные, тяжёлые шаги. — Знают же, ничтожества, что каждый мой высший не оставил бы от них и мокрого места. Именно поэтому и решили ударить, когда их нет…

Аня зависла рядом, напряжённо вглядываясь вперёд, пытаясь придумать хоть какой-то план. Ветер трепал её волосы, внизу продолжали вспыхивать и гаснуть щиты, ночное небо вдали продолжало полыхать техниками.

Справа, шагая по щиту, появился император. Он шел неторопливо, размеренно, как по обычной мостовой и абсолютно безмятежно. Скосив взгляд, в его глазах девушка увидела решимость, от которой по её телу прошла дрожь.

Он не отступит. Будет биться до последнего вздоха.

— Уходи, девочка, — глухо произнёс император, не отрывая взгляда от высших. — Ты и твоё зарождающееся дитя — будущее империи. Я не дам вам здесь погибнуть, — мужчина остановился, обернулся к ней и, добавил: — Скажи Егору и Леониду, чтобы тоже они уходили. Это мой приказ.

С этими словами он, слегка присев, резко оттолкнулся от опоры и, как снаряд, унесся вперёд, в самый центр смертоносного круга, в последний момент резко меняя направление при помощи поставленного щита и становясь чёрной молнией.

Аня же… Замерла на месте, сжала кулаки, не зная, что делать.

Пятеро высших… Мощь целой империи, собранная в одной точке. Против них — император и она. Внизу — принц Леонид и Егор, которые из последних сил пытались сдерживать королеву Роя. От них толку в бою против высших не будет. Как и от неё самой…

Аня посмотрела вниз. Громадная тварь прорвала очередной гигантский щит, разметав осколки энергии на десятки метров. Вся столица была окружена со всех сторон более мелкими чудовищами, кишащими в улицах, переулках и на площадях. С каждым ударом, с каждой секундой, умирало всё больше людей.

Как быть…?

Как будто отвечая на её безмолвный вопрос, впереди сверкнула чёрная молния. Император, бросаясь на врагов и ловко ускользая от их атак, не тратил силы на сложные техники. Нет. Он поставил перед собой единственную цель — убить врагов любой ценой. Поэтому не разменивался по мелочам, а только искал возможность для решающего удара.

Подумать только… Предвысший, пусть и первого ранга, против пятерых высших…

Исход битвы был ясен ещё до начала. Даже против троих император держался лишь потому, что они его боялись и берегли себя, а также не атаковали столицу, ограничивая свои возможности. Однако теперь, объединившись впятером и отбросив осторожность, они начали наступать всерьёз, и мужчине становилось всё тяжелее сдерживать натиск. Он становится словно мотылёк, летящий чуть ли не каждый раз на губительный свет.

Девушка почувствовала лёгкий, обволакивающий холод, быстро переходящий в пронизывающий. Она достигла предела использования аспекта. Он просто иссяк. Теперь у неё оставались только собственные силы.

Понимая, что уже ничем не сможет помочь императору наверху, Аня отвела от него взгляд и рванула вниз. Ей нужно время, чтобы аспект восстановился хотя бы частично.

Как бы она ни была уверена в своих навыках, сколько бы ни считала себя сильной… То, что сейчас происходит, лежит далеко за гранью её возможностей. Двое предвысших против пяти высших…? Чтобы её убить, хватит и одного.

Если император падёт, столицу захватят, но враги всё равно будут вынуждены уничтожить идущую вперёд тварь, иначе она сметёт всё без разбора. Однако, если император успеет уйти… Им не будет смысла сдерживать удар Роя, и город превратится в разруху.

Вот только девушка не собиралась перекладывать выбор на кого-то ещё. Она уже всё для себя решила. Город можно отстроить, но вернуть императора уже не выйдет. Так что нужно дождаться, пока не получится вновь использовать аспект.

Аня рванула вниз, к дороге, на которой, между двумя немного повреждёнными зданиями, стоял Егор. Он, с побелевшим лицом, смотрел вверх, туда, где на фоне кровавого неба вспыхивали чёрные вспышки. Когда она опустилась рядом, парень лишь мельком взглянул на неё, снова запрокидывая голову.

— Егор. Нам надо уходить, — быстро произнесла Аня. — Император просил сделать это как можно скорее.

Парень, выглядящий потерянным на фоне творящегося вокруг ада, пару секунд молчал. Пламя отражалось в его глазах, а сам он вздрагивал, когда его отца загоняли в опасные ситуации. Однако парень всё же тихо ответил, глухо спросив:

— Предлагаешь мне бросить отца и сбежать…?

— У нас нет выбора… — так же тихо, но твёрдо произнесла Аня, оглядывая улицу в поисках новых угроз. — Если мы тут останемся — будем ему только мешать.

— Мешать? — Егор усмехнулся, в голосе звучала безнадёжная тоска. — Скажи… Если бы там, в небе, сейчас сражался Сергей, ты ушла бы?

— Если бы мешала ему — да, — твёрдо ответила Аня, не колеблясь ни мгновения.

На это парень лишь снова с той же тоской усмехнулся. Опустив взгляд, он посмотрел на свои чёрные дрожащие пальцы, сжал их в кулаки.

— Я всю свою жизнь чувствовал себя ущербным, — выдохнул он. — Когда брат и сёстры уже осваивали родовую силу, я её даже не ощущал… И вот сейчас, спустя долгие годы, я наконец чувствую её, но… Как был бесполезным, так им и остался.

Парень поднял глаза, смотря в глаза Ани.

— Скажи, ты когда-нибудь ощущала себя так же?

— Сейчас не время! — резко произнесла девушка, нервно бросив взгляд на алое небо. — Император не сможет сдерживать их вечно! Нам пора уходить!

— Ответь… — не отступал Егор.

Аня замерла, сжала губы, а затем всё же отвела взгляд в сторону и заговорила:

— Я ощущаю себя так довольно часто… Каждый мой день — это попытки стать сильнее, чтобы не плестись сзади, а стоять рядом. Даже сейчас, когда мой муж сражается с очень опасной тварью, я вынуждена быть далеко от него, понимая, что если он будет переживать за меня, не сможет биться в полную силу, постоянно оглядываясь назад. Твой отец, чтобы чувствовать себя свободнее, тоже не должен оборачиваться. Не должен думать о тебе, Егор.

Парень, услышав её слова, сжал пальцы ещё сильнее, до хруста, поднял голову и кивнул, уже гораздо твёрже, чем раньше:

— Ты права. Ухо…

Он не успел договорить. Егор заметил позади Ани лёгкое, дрожащее марево. Видя такое уже не один раз, он сразу понял — кто-то телепортируется прямо к ним.

На размышления не было даже доли секунды. Время словно замерло, а тело двинулось само. Парень шагнул вперёд, схватил девушку за плечо и начал тянуть её на себя. Одновременно с этим позади Ани, в искажающемся воздухе, возник один из вражеских высших с каменным копьём в руке.

Пока парень, одной рукой таща Аню в свою сторону, выставлял другую, сквозь вязкое время и пространство, чтобы принять удар копья на себя, в груди у него клокотали смешанные страх и странное спокойствие.

В это же время перед высшим появился огненный щит девушки, но он не смог сдержать копьё.

Несмотря на несущееся прямо в него оружие, где-то внутри Егора разлилось приятное тепло. Пускай он и не может помочь своему отцу в небе, но Аню он точно защитит. Иначе парень уже никогда не сможет взглянуть в глаза своему первому настоящему другу.

Но в то же время Егора одолевала горечь.

Если бы только у него было больше времени… Если бы он уделял тренировкам всё своё время… Если бы…

Хоть всё и происходило медленно, копьё приближалось, казалось, стремительно. Высший, чтобы его не заметил император, телепортировался в тень зданий и собирался закончить всё одним ударом.

Девушка уже была полностью заслонена его спиной, и Егор, отметив это, глубоко внутри облегчённо выдохнул.

Теперь осталось только… победить высшего. Победить высшего, да…

Словно вторя его обречённым мыслям, слева мелькнуло что-то чёрное, стремительно прорезавшее воздух. Перед глазами Егора возник знакомый, чуть согнувшийся силуэт.

Рядом с ними оказался отец.

Его меч, когда-то белый, а теперь полностью чёрный, с лёгкостью разрубил каменное копьё высшего. Осколки камня разлетелись в стороны. В следующее мгновение император перехватил противника за руку, которой тот направлял копьё, и, используя импульс атаки, перекинул его через себя, таким образом гася вражескую энергию и ломая траекторию удара.

Высший, явно не ожидавший подобного, дёрнулся, пытаясь тут же телепортироваться. Но в тот же миг по его телу скользнул разряд чёрной молнии. Покров лопнул с сухим звуком, а сам старик, потеряв контроль, на огромной скорости врезался спиной в асфальт.

Раздался глухой удар с мерзким треском, как будто лопнуло перезрелое яблоко. Высший, широко раскрыв рот и выпучив глаза, выгнулся дугой, оставляя под головой быстро растекающуюся лужу крови. Он пытался закричать, но не смог — весь воздух выбило из груди.

Император действовал без промедления. Лезвие меча одним чётким движением вошло в грудь врага, пробивая сердце и асфальт под ним. Тело бессильно обмякло.

Мужчина сразу развернулся в сторону остальных высших, но всё же на миг задержал взгляд на сыне.

Егор, всё это время ошеломлённо смотревший на него, не мог отвести глаз. Когда-то твёрдый и уверенный взгляд отца стал уставшим, но остался таким же твёрдым. От императора вверх вздымалось дрожащее чёрное марево. Его тело выглядело измождённым — щёки впали, под глазами мешки, кожа посерела, на руках и шее вздулись тёмные, почти чёрные вены.

Ещё мгновение назад вокруг не было ничего, кроме обугленного асфальта и дыма, а в следующую секунду мир утонул в гудящем пламени, хлынувшем сверху и накрывшем всё пространство, насколько хватало взгляда.

Император вскинув голову, быстро поднял над головой меч, перехватив оружие чёрной рукой за лезвие, словно поднимая тяжёлый щит. Мощное воющее пламя, смешанное с яростью ветра, ударило внезапно, плавя камни и асфальт вокруг. Меч императора, соткав вокруг них чёрный щит, удерживал стихию, не позволяя ей коснуться трёх человек.

Егор и Аня одновременно подняли и свои щиты, пытаясь поддержать его. Но не прошло и секунды, как их барьеры затрещали и рассыпались, превращаясь даже не в осколки — в пепел.

Высшие, всё это время сдерживавшиеся и не желавшие разрушить город, перестали ограничивать себя.

Давление усилилось. Пламя налегло сверху всей тяжестью, и у императора слегка подкосились ноги. Сцепив зубы так, что они заскрипели, мужчина силой выпрямился, вдавливая меч в пламя.

Егор и Аня вновь поставили щиты, но результат был тем же — они мгновенно разрушались, не выдерживая направленной концентрации пламени.

Давление снова возросло. Оружие опустилось ниже, вынуждая императора сильнее согнуться, от чего и Аня с Егором были вынуждены опуститься ниже. За это время дорога вокруг них успела превратиться в кипящую лаву. Аня вскрикнула от жара и выставила руки, пытаясь защитить их стеной собственного огня.

Её пламя лишь немного замедлило продвижение расплавленной массы. Кислород вокруг мгновенно выгорел, и девушка с парнем, хватаясь за горла, упали на колени, судорожно пытаясь вдохнуть хоть немного воздуха.

Император резко кинул взгляд вниз. В его глазах впервые за всё это время проступил открытый страх. Он смотрел на всё ниже сгибающегося сына, который едва держался на ногах, и вместе со страхом в мужчине начала бурлить ярость.

Он упёрся ногами в раскалённый асфальт, словно в скалу, перевёл взгляд вверх, и, стискивая зубы до боли, начал давить на меч, поднимая его выше. По телу императора, распространяясь всё выше и выше, выступали и ползли чёрные вены, постепенно почти доходя до глаз, выползая на виски.

Миллиметр за миллиметром, но пламя начало отступать. Чёрный щит расширялся, отталкивая огненную бурю в стороны.

Мужчина ещё глубже черпнул тёмную энергию Рода, и от него во все стороны хлынул мощный импульс, мгновенно остудив расплавленный асфальт. Лава застыла, покрывая улицу неровной коркой.

Одновременно с этим император начал перехватывать меч двумя руками за рукоять и выставил его вверх на вытянутых руках, отталкивая пламя выше. От меча начали расходиться чёрные молнии, готовые сорваться ввысь и развеять вражескую атаку, но в этот момент мужчина ощутил снизу что-то родное.

Резко опустив взгляд, он увидел, что Егор, лёжа на потрескавшемся асфальте и едва шевеля рукой, с почти закрытыми глазами, используя собственную кровь, чертит на ещё целом участке под ними небольшую печать.

— Я… — послышался его хриплый, едва различимый голос, — Романов…

Рука парня бессильно опала, а вокруг него вспыхнула печать Рода с чётко прорисованным гербом. Печать, которую можно было освоить только после упорных тренировок, на которые уходили долгие годы.

С другой стороны, рядом с Аней, вспыхнула синяя печать с фениксом, и волосы девушки также засветились ярким синим пламенем.

Разрывая рёв двух стихий над ними, раздался хриплый клёкот двух птиц. Из асфальта, вздымаясь высоко вверх, вырвались феникс, охваченный синим пламенем, и абсолютно чёрный двуглавый орёл, больше похожий на ворона, чьи крылья отбрасывали тень на десятки метров.

Две фигуры взмыли вверх и столкнулись с вражеским пламенем. Император сразу ощутил, как с его плеч снимается огромный груз, как давление стихии резко снижается.

Величественные птицы, с каждым мгновением становясь всё больше, одним взмахом крыльев отбрасывали потоки огня в стороны, разрывая их и устремлялись всё выше, к источнику атаки.

Рядом с императором, объятые чёрной дымкой и синим пламенем — медленно поднимались Аня и Егор. Их тела дрожали от усталости и боли, но в глазах горела решимость.

Две техники развеяли пламя, чем явно немало удивили высших. Те, на миг растерявшись, прекратили объединённую атаку.

— Егор, — мужчина посмотрел на сына. — Я горжусь тобой. Ты первый из Романовых, кто в возрасте пяти лет смог однажды проявить печать Рода — и вот, тебе удалось это снова. Ещё и на ранге мастера.

Он перевёл взгляд на Аню.

— Аня. Ты — дочь своего отца, перенявшая его талант. Среди всех предвысших империи сильнейший — твой отец. Вы сделали невозможное, отбив комбинированную технику двух высших. Но теперь — уходите. Столицу уже не спасти. Я задержу врагов на столько, на сколько смогу.

— Уже поздно… — послышался тихий, усталый, но в то же время расслабленный голос Ани.

— Что…? — нахмурился император, невольно напрягаясь.

— Он здесь, — ответила она вдыхая побольше воздуха в грудь. Девушка смотрела в сторону, туда, где небо стало темнее обычного. — Столица выстояла.

Высшие, видя надвигающиеся на них фигуры птиц, приготовились атаковать сами, но в этот момент, разрывая алое полотно неба, по нему пронеслась стремительная гигантская тень. В следующее мгновение один из высших увидел, как на него, раскрываясь, летит громадная пасть с тремя рядами громадных зубов.

Он успел лишь дёрнуться и выставить воздушный щит, в панике пытаясь телепортироваться. Но не успел.

Пасть резко захлопнулась, разрывая щит и тело старика надвое. В разные стороны разлетелись брызги крови и остатки щита.

Стремительная тень, взвившись выше, расправила свои могучие крылья и раскрылась величественным, чудовищным силуэтом на фоне алого неба. Округу огласил яростный, пробирающий до костей рёв чёрного громадного дракона.

Королева Роя, услышав этот рёв, замерла на месте, вскинув голову. Её детёныши, запищав от первобытного ужаса, сорвались с мест и ринулись прочь, врассыпную, спасаясь бегством, давя друг друга.

Высшие, потерявшие уже двух своих союзников, судорожно попытались телепортироваться, но не смогли. Они в ужасе дрожали, видя тварь, явившуюся из самого Хаоса.

Аня расслабленно улыбнулась, смотря за спину императора.

— Вы молодцы, — раздался холодный голос, от которого, окажись здесь враги, навсегда замерли бы их сердца. — Можете отдохнуть. Дальше предоставьте всё нам.

Сибирь:

Небо изменилось. В отдалении стояла ночная тьма, но здесь оно ярко сияло жёлтым светом, пока одиннадцать человек наблюдали за тем, как вниз приближается нечто.

Оно было уже так близко, что все слышали лёгкий низкий гул, идущий будто от самих напряжённых небес. Нечто начало входить в атмосферу, заслонив собой луну.

Все высшие висели высоко в воздухе, каждый на своей позиции, готовясь.

Эйр, Эйкхирия и Азалья, держа в руках оружие, слегка прищурившись, внимательно смотрели, уже выискивая слабые места у возможного будущего врага. Однако никаких видимых деталей, позволяющих понять, что это именно сущность или существо, пока различимо не было — лишь ослепительно‑жёлтая громада энергии, меняющая очертания по мере приближения.

Один из двух высших союзников из другой империи нервно дёрнулся, поджимая пальцы. Владимир, как и обе девушки, смотрел вперёд, чуть прищурившись, готовый в любой момент рвануть в бой. Он уже сражался с чем‑то подобным и понимал, к чему нужно быть готовым, поэтому его волнения видно не было.

Светлана Вяземская хмуро смотрела в сторону столицы. Двое японских высших не выражали никаких эмоций, их лица оставались бесстрастными масками. Яна незаметно для себя слегка сжимала кулаки в перчатках, чувствуя, как от напряжения потеют ладони.

— Яна, — послышался тихий голос Эйр, прорезавший общее молчание. — Будь рядом со мной и Эйкхирией. Брат практиковал с тобой парный бой, но его сейчас здесь нет, поэтому, если будет сражение, не действуй в одиночку. Используй техники на расстоянии.

— Поняла, — ответила девушка.

Эйр продолжала смотреть на приближающуюся массу.

Если это просто сила — им придётся сдерживать её, пока не вернётся Асшель. И в этот момент раскроется вся подноготная союзников. В момент сдерживания их общая энергия начнёт хоть и на небольшой процент, но всё же влиять на энергию брата.

И тогда, под этим влиянием, кто‑то может потянуться к данной силе, пытаясь её поглотить. У него, конечно, вряд ли что-то выйдет, но это может ослабить их самих. Ведь чем больше высших одновременно будут применять свою силу, тем проще будет удерживать эту мощь, и тем сильнее проявится соблазн.

С другими государствами, как рассказала Таня, был договор, согласно которому они лишь помогают, но ни на что не претендуют здесь и сейчас. Только их главы что-то получат. Однако такая мощь может кому угодно голову вскружить — и Эйр это прекрасно понимала, отмечая краем глаза, кто как смотрит на падающее «солнце».

Громадная комета продолжала приближаться, и Эйр поняла, что не видит никакой энергоструктуры. Вообще ничего — ни узлов, ни переплетений, ни привычных для сложных слоёв энергии. Сплошная плотная масса силы.

Если такая масса ударит в землю — будет катастрофа. Её ударная мощь очень высока, поэтому если останавливать — то сейчас, пока есть запас высоты.

— Всем внимание! — закричала девушка, вскидывая вверх меч так, что лезвие вспыхнуло отражённым светом. — В данный момент наша цель — сдерживание! Начинаем!

Сама она первой телепортировалась выше. Вслед за ней исчезли и остальные: одиннадцать точек сорвались с мест, устремившись навстречу падающей комете, слыша нарастающий гул и ощущая на себе усиливающееся давление силы, будто воздух стал гуще и тяжелее.

Эйр нахмурилась. С волной было что‑то не так. Она… словно ослаблена. Как будто часть мощности уже выжгли или вычерпали. Пока не придавая этому значения, девушка, первой достигнув нужной высоты, повела вокруг себя клинком, рисуя в воздухе чёткий круг. Под ногами вспыхнула печать, линии которой расходились по воздуху, а затем начали дублироваться и выше, формируя вторую конструкцию в небе.

От Эйр во все стороны рванул поток воздуха, но он быстро устремился обратно, втягиваясь в выставленный в сторону кометы меч.

Прикрыв на миг глаза и сосредоточившись, затем резко их открыв, девушка направила в оружие энергию. Вырвавшаяся воздушная буря устремилась вверх, расходясь широким конусом. Достигнув верхней печати, техника резко сузилась, превратившись в плотный направленный столб голой силы ветра, и ударила в комету.

В то же мгновение рядом вспыхнули и другие техники высших. Водники и маги земли создавали огромные валы, валуны и колонны из воды и камня, выталкивая их навстречу приближающейся угрозе.

Воздушники и огневики вызывали создавали плотные громадные торнадо, отправляя их навстречу опасности.

Вся высота расцвела десятками техник и стихий, что рванули вперёд на многие километры. Каждый напряжённо застыл на своём месте, продолжая наблюдать за тем, что будет дальше.

Разноцветная лавина неизменно не пересекающихся между собой стихий достигла кометы и… та легко, даже не ощутив сопротивления, разбила их.

Эйр раздражённо цокнула и без промедления использовала новую атаку. На этот раз в небе одна за другой вспыхнули ещё две печати, смыкаясь с разных сторон. Девушка воткнула меч в печать под собой, видя, как холодное свечение конструкции пробегает по клинку, и из печатей сверху вырвались две громадные воздушные руки.

Другие высшие поддержали атаку, заливая пространство вокруг кометы своими уже ударными техниками, но падающий гигант, расцветая сотней разноцветных взрывов, если и замедлился, то лишь на долю мгновения.

Эйр рванула выше, обогнав остальных, и начала ставить щиты. Вслед за ней один за другим начали появляться дополнительные защитные барьеры. Все высшие использовали колоссальные объёмы энергии, укрывая сияющее, словно днём, ночное небо в одной громадной точке целой сетью щитов.

Они находились довольно далеко от земли, в этом месте без покрова можно запросто получить обморожение, и все напряжённо ждали, чувствуя, как, словно дрожа перед падающей мощью, в теле волнуется мана.

Комета, от которой в стороны разлетались волны искажённого пространства и уже разошёлся протяжный, перекрывающий все звуки гул, достигнув первого щита, поставленного Эйр, врезалась в него. От столкновения разошлась мощная ударная ярко-жёлтая волна, разлетевшаяся в разные стороны и породив глухой раскат. Пару мгновений барьер держался, сжимаясь и искажаясь, но всё же лопнул, разлетевшись на осколки.

Продолжая падение, комета, без заминки и без труда проломила щит другого высшего, затем ещё один, и ещё один…

Некоторые высшие, с посеревшими лицами глядя на это, вновь начали срочно выстраивать новые барьеры поверх старых. Только сейчас до них по‑настоящему начал доходить масштаб опасности, с которой они столкнулись…

Воздух разрывал непрекращающийся гул и треск ломающихся конструкций, словно разбивающегося стекла, а также напряжение, растущее с каждой секундой. Казалось, что всё это бесполезно… Однако в какой‑то момент комета, совсем понемногу, почти незаметно, но начала замедляться.

Эйр, заметив это, тут же воспользовалась шансом. Она выставила клинок перед собой на вытянутых руках, держа его двумя руками лезвием вверх. Взгляд девушки сверкнул жёлтым светом, от неё во все стороны ударил мягкий, почти неосязаемый импульс, словно лёгкое колебание воздуха, и Эйр мгновенно сорвалась вверх.

Стремительно преодолев расстояние, девушка, создавая перед собой дополнительный щит и вкладывая в него волю, от чего комета не смогла разрушить структуру, но сдвинула её, нанесла удар остриём меча прямо в центр падающей массы.

Во все стороны в миг ушла жёлтая волна, но комета продолжила движение вниз. Тогда Эйр упёрлась в меч всей силой, сжав зубы, и направила в оружие всю волю. Импульсы стали частыми, почти ежесекундными, стремительными, расходясь в разные стороны вдоль всей кометы.

Среди общего гула надвигающейся угрозы раздался треск. Щит девушки, не выдержав, начал покрываться сетью трещин.

Эйр скривилась. Чего ещё ожидать от силы брата…

Сверкнула чёрная вспышка, и рядом в тот же щит ударили два чёрных коротких клинка. Барьеру они не причинили вреда, но, как и волны воли Эйр до этого, начали воздействовать на саму падающую силу, отправляя по ней дополнительные импульсы, расползающиеся далеко в стороны.

Спустя секунду рядом воткнулся ещё один клинок — белый, созданный из холодного ветра Яной. От него также во все стороны ударила хоть и более слабая, по сравнению с двумя другими девушками, но всё же ощутимая воля.

Яна, чувствуя, как по телу пробегает дрожь от прилетевшей энергии, сощурила глаза и усилила напор.

Рядом сверкнула серая вспышка. Азалья, сжимая древко серого копья, нанесла свой удар волей.

Все остальные высшие шокировано наблюдали за происходящим. Они явственно ощущали, как от каждой из девушек исходит мощная сила, подавляющая их и… понемногу замедляющая угрозу.

Эйр, чувствуя нарастающий успех, громко закричала и использовала почти максимум своей энергии, направляя все силы через клинок в щит.

Жёлтые волны стали в разы мощнее и шире. Проносясь мимо остальных девушек, они колыхали их одежду и волосы, рассекая пространство и покрывая собой всю поверхность кометы от начала и до конца.

Азалья и Эйкхирия с шоком во взглядах смотрели на Эйр. Мощь, которая просто не может быть доступна на её ранге, отчётливо читалась в каждом импульсе. Они сразу поняли, что будь у девушки чуть больше времени, она вполне смогла бы остановить комету и одна.

Впрочем, никто из других высших также не остался стоять в стороне. Пока множество волн силы, среди которых особенно сильно выделялась жёлтая, под цвет прилетевшей энергии, потихоньку останавливали комету, остальные ударили, используя свои стихии в полную силу.

Всю поверхность падающего гиганта, на километры вокруг, заполонила ударная смесь из множества стихий.

Звуки вокруг превратились в сплошной гул: рокот пламени, треск молний и возобновляемых щитов, постоянные удары воды и каменных глыб. Казалось, само небо вибрирует от всех атак.

— Этого мало! — крикнула Эйр, пытаясь перекрыть грохот, смешавшийся с рёвом стихий, но её голос тут же утонул в этом шуме.

Понимая, что её не услышали, девушка выплеснула свою энергию, отправляя импульс во все стороны уже силой воли, а не голосом.

Высшие, до этого ожидавшие следующей команды и, почувствовав послание, поняли, что дальше уже не нужно сдерживаться. Они начали создавать новые печати и делать более направленные удары.

Множественные громадные техники — мечи, копья, огненные шары, несущийся по небу тигр из пламени, гигантская водная рыба, громадное огненное торнадо, поглотившее весь низ кометы, ветряной спрессованный столб — всё это неслось в яркую массу, упираясь в неё и стараясь удержать в небе.

Каждый удар приходился в те участки, где не было щита, но эффекта это давало всё ещё недостаточно. Тогда высшие, помня, что им говорили, подлетев ближе, нанесли удары стихией почти в упор, используя максимум сырой энергии, от чего воздух вокруг них буквально закипал.

И постепенно, секунда за секундой, комета начала ощутимо замедляться.

Закрепляя успех, они ставили дополнительные щиты в ещё большем количестве, пока комета, окончательно потеряв скорость, просто не зависла в воздухе громадным аморфным жёлтым шаром.

Но даже несмотря на успех, каждый, уперевшись, чувствовал напряжение от удержания этой мощи. Она давила, заставляя руки и ману внутри тела дрожать, словно целый день поднимал собственный вес или таскал мешки с металлом, без передышки.

Почти у каждого складывалось стойкое ощущение: отпусти они сейчас это нечто — и внизу случится настоящая катастрофа.

Эйр же в это время нахмурилась сильнее, чувствуя, что здесь не только энергия брата… Есть ещё чья‑то. Чужой отпечаток. И этот кто‑то, оставивший свой след… Вайторл. Кто‑то из её Рода уже использовал ранее техники на этой силе!

Вот почему сила так легко поддалась. Её ранее замедлили! По их с Асшелем расчётам, остановить эту громадину вышло бы лишь у самой земли. При этом, возможно, пришлось бы использовать одну из сфер-источников предков, чтобы создать направленный импульс энергии снизу.

Они всё продумали до мельчайших деталей, сидя часами большой группой в зале в замке и моделируя ситуации. Брат не хотел оставлять ни одну дыру в плане, пытаясь предусмотреть всё, чтобы нигде не было проблем. Но действия королевы Роя стали неожиданностью и разрушили часть планов.

Именно поэтому Асшель на Инкаре отправился в столицу. Среди них всех Инкар самый быстрый. Потомок Дракона-Императора Хаоса способен развивать невероятную скорость. И лишь брат может на нём летать на такой скорости, потому что способен укрыть себя тёмной энергией.

Но кто ослабил волну…? Ведь это, судя по ощущениям, не далеко ушедший по развитию от основной ветви член Рода. Асшель рассказывал про Вайторлов на планете со вторым наследием. Неужели кто‑то оттуда?

Шум от кометы полностью стих. Она неподвижно застыла в воздухе, удерживаемая уже не наложенными друг на друга щитами, которые постепенно, при соприкосновении, но трескались, а голой силой стихией, выплёскиваемой высшими, находящимися вблизи шара, на расстоянии метров двух, и начавшего принимать гладкий вид.

Девушка раздражённо цокнула, понимая, что им с трудом удалось остановить всю эту мощь, но теперь придётся её и удержать до возвращения Асшеля. А это далеко не так просто…

Однако хоть немного радовало, что из силы пока никакая тварь не сформировалась. Иначе всё было бы гораздо сложнее. Всё же остановить — это не сражаться. Да, возможно придётся чуть ли не до потери сознания удерживать эту силу, но лучше так, чем рисковать жизнями всех вокруг в прямом бою.

— Что дальше? — послышался рядом голос напряжённого Владимира.

Мужчина, как и все остальные, внимательно смотрел на Эйр.

Девушка, окинув всех быстрым взглядом, ясно поняла, что говорить причину ухода брата нельзя. Пусть здесь многие и на его стороне, но о проблемах никому знать не нужно.

По словам самого Асшеля, Соколов отправился в столицу. Также он сказал, что это наверняка остаточная сила в королеве Роя повела его туда. Или Соколов всё же является врагом и решил поднять восстание.

Как бы там ни было, но брат ощущал именно королеву Роя, а значит, наверняка именно она и причастна. Поэтому никакую настоящую причину здесь не назовёшь.

— Дальше мы держим эту громадину, — решительно заявила Эйр, чуть сильнее сжимая рукоять меча. — Только мой брат сможет с ней разобраться, поэтому нам остаётся лишь ждать. Случились некоторые проблемы, и он скоро вернётся, так как быстрее его никого нет. Также, хоть и был договор, что что-то получат лишь ваши страны, но мой брат счёл это не честным и обещал каждому участвующему помощь в развитии и взятия более высоких рангов.

Владимир внимательно смотрел на неё, а затем всё же медленно кивнул. Остальные, кроме их группы, отреагировали неоднозначно. Один японец и двое иностранцев очень внимательно, почти взволнованно окинули сферу взглядами.

Эти взгляды очень не понравились Эйр. Как бы эти идиоты не решились попытаться впитать силу брата. Учитывая то, что она явно ослаблена — у них вполне может и получиться.

Более того, если кто‑то сорвётся это делать, на остальных давление станет гораздо выше — и тогда удержание сферы превратится в пытку.

Два часа. Ровно столько длилось относительное спокойствие. За это время они смогли подстроиться и, хоть и было тяжело, а также сила всё же по чуть-чуть сдвигала их вниз, но им без проблем удавалось её сдерживать. Эйр то и дело видела, как кто‑то всё же осматривая задумчивым взглядом видимую часть сферы, оценивая и явно прикидывая что‑то в уме.

— Хм… — внезапно заговорил на русском один из иностранцев, вновь окидывая полностью гладкую и жёлтую сферу взглядом и слегка склонив голову, — что там? Вокруг всей махины? Кто‑то знает?

— Это ровный шар, — спокойно ответила Эйр, даже не повернув головы. — Наша цель — сдержать. Не переживайте. Мой брат не жадный, и каждый получит свою долю.

Некоторые устало усмехнулись, не отводя взглядов от мерцающей поверхности.

— И всё же… — продолжил иностранец, уже не скрывая возрастающей жадности во взгляде. — Я считаю, что это довольно опасно — не знать, что там, с другой стороны. Вы так не считаете?

— Там нет никакой опасности, — чуть твёрже произнесла Эйр, метнув в его сторону взгляд. — И более того — я не советую кому‑либо делать какие‑либо манипуляции со сферой. Это то, о чём вы не знаете и понятия не имеете, к чему ваши действия могут привести. Держим и не более. Тем более что мы уже подстроились под общий ритм.

Иностранец замолчал, но ненадолго. Его пальцы нервно шевельнулись, он тяжело сглотнул, а в какой‑то момент, произнеся:

— И всё же, для собственного успокоения, я должен проверить.

В следующий миг он просто убрал давление своей силы со своего участка и сорвался вдоль поверхности сферы, смещаясь по дуге вверх.

— Стой! — крикнула Эйр.

Шар, до этого висящий без движения, чуть дрогнул, начав понемногу опускаться. В месте, где держали высшие, зародилась волна смещения, побежав вдоль всей сферы. Всем пришлось поднапрячься и добавить сил, сцепив зубы, так как энергоканалы уже начали напрягаться.

Эйр мрачно взглянула на остальных. Все посмотрели на неё, но никто не сдвинулся с места — каждый понимал, что отпускать свою часть сейчас нельзя.

Улетевший иностранец довольно быстро вернулся, слегка запыхавшийся, но с лихорадочным блеском в глазах. Девушка заметила, как он внимательно осматривает поверхность, словно что‑то ищет. Что именно — дошло до неё сразу.

— Даже не думай, — с угрозой в голосе произнесла Эйр.

Старик перевёл на неё короткий, холодный взгляд, а затем, отлетая подальше от общей линии удержания, продолжил шарить глазами по сфере, пока, наконец, не нашёл то, что искал.

Он подлетел к поверхности и протянул к ней руки. Нерешительно коснувшись жёлтой энергии, вздрогнул, его лицо на миг исказилось испуганным выражением, но почти сразу разгладилось, и даже появилась довольная улыбка. Которую, впрочем, высший тут же постарался спрятать.

Эйр, стиснув зубы, наблюдала за тем, как он начал пытаться поглощать энергию.

Другие высшие задумчиво следили за этой сценой, кто‑то мрачно, кто‑то — со всё большим зарождающимся интересом.

— Не отпускайте, — твёрдо произнесла девушка, не повышая голоса, но каждое слово прозвучало отчётливо. — Если сейчас каждый ринется пытаться — сфера упадёт, и тогда на многие сотни километров всё сгорит к чертям. Думаю, не нужно объяснять, какой катаклизм это вызовет?

Смотря на некоторые сомневающиеся лица, Эйр поняла, что её убеждение сработало не так сильно, как хотелось бы. Жадность и усталость делали своё дело.

Иностранец вдруг нервно захохотал, словно не в силах больше сдерживать охватившее его чувство, и все увидели, как по его рукам едва видимым потоком стелется жёлтая энергия, медленно впитываясь в тело. В это же мгновение другой иностранец убрал свою силу и рванул чуть выше, отдаляясь от общей линии удержания.

Сфера гораздо резче, чем раньше, надавила вниз, грозя рухнуть. Эйр шокированно и взволнованно посмотрела на неё, чувствуя, как увеличилась тяжесть, но девушку взволновало не только это. Понимая, что уже поздно, резко надавив на клинок и испуская волю во все стороны, она закричала:

— Все! Прочь от сферы!!!

Её мгновенно послушались: Яна, Эйкхирия и Азалья. Девушки резко отлетели прочь. Другие замешкались на долю секунды, и девушка вновь, почти срывая голос, закричала:

— ВОН!!!

Все рванули в стороны, лишь безудержно хохочущий высший продолжил вытягивать энергию, прижимаясь к поверхности, когда внезапно в месте, где он был, по сфере прокатилась волна, идущая вглубь.

А ещё секунду спустя, разрывая жёлтую оболочку как тонкую плёнку, наружу вырвалась громадная тёмно‑красная, местами почти чёрная, бугристая демоническая рука. Кожа на ней была покрыта наростами и трещинами, будто обгоревший камень, а на пальцах тянулись длинные алые ногти, вспарывающие лёгким красным маревом пространство.

Высший умер мгновенно — его тело словно просто раздавило изнутри, не оставив даже времени осознать произошедшее. Рука, едва выбравшись, резко дёрнулась и устремилась в сторону Эйр, и девушка, рванув прочь подальше, ощутила, как по спине пробежал холодок. Когда она оглянулась, то с ужасом смотрела уже не на руку, а выше, в небо.

Там, далеко вверху, виднелась ещё одна алая точка…

Я осмотрел Аню, Егора и императора. Если первые двое выглядели просто побитыми — тело в ссадинах и царапинах, энергоструктура лишь слегка повреждена — то с императором… Всё было куда хуже.

Впрочем, положение было паршивым не только у него. Столица полыхала. По улицам, по площадям, по развалинам домов кишели жуки Роя. Пробиться в центр им удалось лишь частично, но окраины… Окраины были усеяны телами людей других Родов.

Часть защитных щитов уже рассыпалась. Лишь благодаря тем, что ещё держатся, люди могли продолжать отбиваться. Но убитых слишком много. Счёт давно пошёл на тысячи.

В этот момент воздух прорезал рёв королевы Роя. Яростный, неистовый и… до безумия злобный. Даже не просто злобный — бешеный. Волна звука прокатилась с такой силой, что рухнули несколько зданий

Она нехило так разозлилась.

Мы все одновременно посмотрели в ту сторону. Ей явно не понравилось, как на неё подействовал Инкар. Тварь не желала подчиняться, считая себя выше, древнее и значимее. Тысячи лет за её спиной, а ему… А ему и года нет.

Инкар, взмахнув крыльями и уставившись на королеву Роя, ощерился, обнажая свою улыбку Хаоса от которой многие упали бы в обморок. В его жёлтых глазах плясал азарт и вызов. Ещё миг — и он сорвался, стремительно бросившись в бой.

Глядя на сражение, я произнёс, обращаясь к императору и Егору, быстро посмотревшим на меня:

— Больше не используйте родовую силу. Вы уже на пределе.

Не тратя времени, я телепортировался, возникнув прямо перед одним из высших, решившим сбежать. Старик летел, оглядываясь назад в сторону Инкара, и только начал поворачивать голову, когда заметил меня. На его лице отразилось недоумение.

Я принял стойку, отвёл кулак назад и без лишних слов ударил.

Удар при помощи родовой силой, быстрый и точный, пришёлся почти в упор. Энергия смела покров духа, а вместе с ним и тело. Старик превратился в кровавую пену, которая тонким туманом рассеялась над пылающим городом.

Двое других высших, избавившись от контроля Инкара и увидев, что осталось от их товарища, побледнели и, не раздумывая, телепортировались прочь. Паническое бегство.

Инкар же, хоть и уступал королеве Роя в размерах, но с яростью врезался в неё, вгрызаясь зубами в шею, а когти впивались в тело твари.

Королева Роя, на миг явно выпав из реальности от такой наглости, вытянула серповидные лапы, пытаясь ударить его в спину. Дракон резко расправил крылья, уходя от смертельного удара, и конечности твари вонзились в них. Хрустнул хрящ, кожу разорвало, тёмная кровь брызнула вниз, пропитывая камень. Наверняка больно, но не критично.

Инкар вцепился ещё сильнее, вырывая пастью кусок её энергии и плоти. Королева Роя взревела так, что воздух задрожал, а дракон, выплюнув «плоть» в сторону, оттолкнулся, отскочив назад. В его пасти тут же заклубилось пламя, плотным тёмным вихрем собираясь в смертельный залп.

Королева резко изменила структуру тела — корпус преобразился, и в дракона вонзились четыре передних костяных отростка. Инкар не успел полностью защититься, резкий рывок застал его врасплох, но он с яростью изрыгнул своё невероятно тёмное пламя.

Вспышка — и головы твари просто не стало. Её мгновенно сожгло, обращая в ничто. На некотором отдалении расплавилась и часть города.

Сразу после этого Инкар дёрнулся в сторону, вырываясь с костяных отростков. Крылья тряслись, он тяжело взмахнул, отлетая подальше — удар явно пришёлся болезненным.

Я не стал следить за боем дальше. Грохот схватки, свет от вспышек и рёв твари остались за спиной. Вместо этого я телепортировался за ещё одним высшим. Мой напарник вполне справится с отвлечением королевы Роя.

Новый противник уже успел взять себя в руки. Огневик, находящийся за пределами столицы, заметив меня и бросился прочь, в панике повышая скорость. Он тут же создал вокруг себя огненную бурю метров пятьсот в радиусе, скрываясь в ней.

Как наивно…

Я в одно мгновение оказался в точке, куда он как раз направлялся. Когда его силуэт вырвался из огненного марева, я уже ждал. В руке сформировался меч тёмной энергии. Три удара — и его энергетический покров лопнул.

Удар ладонью в живот и тёмная молния тут же скользнула внутрь врага, проникая через небольшие раны.

Старика отбросило назад. Далеко улететь я ему не позволил — поднял перед ним щит, и он с хрипом ударился о преграду.

Высший начал дёргаться, хватаясь за живот и разрывая на себе одежду, при этом крича. Тёмная энергия внутри тела рвала его изнутри.

В следующий миг в нём вспыхнуло собственное пламя, хлынув к моей энергии.

Надо же… Не дурак. Что‑то да умеет.

Огонь, разгораясь изнутри, столкнулся с тьмой, и старик завопил ещё громче. Всё его тело охватило пламя, кожа покрылась ожогами, часть одежды просто загорелась и начала осыпаться обугленными тряпками. В попытке побороть мою энергию, он полностью потерял контроль над своей.

Я оставил его и телепортировался дальше, бросаясь за следующим врагом. Настиг его быстро. Этот оказался хитрее — убегая, он создавал техники не вокруг себя, а в стороне, выстраивая ложные следы, чтобы запутать меня.

Будь на моём месте кто‑то другой, возможно, у него бы и получилось. Но…

Миг — и я возник прямо у него на пути. Воздушник, явно не ожидая такого, резко толкнул вперёд заранее подготовленную печать. Из неё, разрывая воздух, вырвалась гигантская ветряная сова метров тридцать в размахе крыльев.

Я приподнял бровь в удивлении. Подобного от него не ожидал. Просто выставил навстречу технике меч.

Лезвие столкнулось с ней. От удара во все стороны ударили бешеные вихри воздуха. Сова яростно махала крыльями, пытаясь давить массой. Я одним резким толчком вогнал лезвие в морду совы.

От оружия волной разошлась тьма, а внутрь самой техники скользнула чёрная молния. Сначала по телу совы прошла сеть трещин, затем свет в ней померк, и она распалась на рваные клубы ветра.

Пока техника таяла, воздушник и не подумал перестать удирать — наоборот, ещё больше ускорился. Я телепортировался следом, лениво отбивая по пути его новые приёмы. Атаки были серьёзными, плотными, но крайне предсказуемыми.

Однако этот высший действительно выделялся на фоне предыдущих. Как и огневик раньше. Но всё равно — слабый.

На Земле, да и на множестве других отсталых планет, взять этот ранг — значит совершить подвиг. Если ты стал высшим — ты гений и тебе нет равных. Вот только гением ты будешь лишь в своём мирке.

Да, чтобы дойти до этого уровня, нужно очень постараться. Но это даже не рост.

Рост — это когда на фоне других именно ты выделяешься больше всего. Когда один шаг вперёд между тобой и остальными превращается в пропасть. Рост виден только тогда, когда заметна разница в навыках, в понимании мира или же в собственной силе — когда то, что для других кажется пределом, для тебя лишь очередная ступенька.

Если сравнивать ранги на Земле совсем грубо, то проще делать это через призму возраста и какой-нибудь школы.

Третьеклассник не сможет победить шестиклассника голой силой. Как и шестиклассник не сможет одолеть девятиклассника в честном бою. А тот же девятиклассник без труда справится с четырьмя–пятью шестиклассниками. Про третьеклассников даже нет смысла размышлять, ибо там хватит и одного удара, чтобы отправить в нокаут.

То же самое и с мастерами, предвысшими и высшими. Чем выше ранг — тем мощнее практик, тем больше в нём энергии, возможностей. Но чем они отличаются друг от друга на самом деле? Ответ прост — уровнем энергии и растущей с каждым этапом возможностью её использования: скоростью, точностью, количеством и вариативностью техник.

Что будет, если сражусь я — человек, который всю свою жизнь бился с тварями, о которых на Земле даже и не слышали, и этот высший?

Всё всегда упирается в развитие. Среди сверстников, коими и можно считать практиков одного ранга, всегда будет впереди тот, кто не останавливается, а рвёт жилы, чтобы стать лучше.

Я телепортировался, и в следующее мгновение появился перед стариком. Его лицо искривилось от ярости и страха. Он ощущает разницу в наших силах. Чувствует её физически, каждой клеточкой своего тела.

Воздушная волна, сорвавшаяся после его взмаха, пошла на меня сплошной стеной, гулко завывая. Я шагнул вперёд по воздуху и создал щит. Одновременно с этим, со всех сторон полетели сотни копий, игл и других техник.

Принимая удары на щит, я спокойно приближался. Каждый мой шаг отзывался в пространстве расходился небольшой, едва заметной волной. Я видел его страх. Видел, как он лихорадочно дёргает руками, меняет печати, пытается построить новые конструкции, а пальцы всё равно сбиваются.

Явно поняв, что меня не взять простыми атаками, он резко сорвался в сторону. Вокруг него вспыхнул стихийный покров, но я быстрее. Одним рывком сократил расстояние, и несколькими усиленными ударами разрубил защиту. В следующую секунду моя рука сомкнулась на его горле.

— От… кха-кха-кха, — захрипел враг, хватаясь за моё запястье и дёргая ногами в пустоте, — … пусти… чудо… кха-кха… вище…

Чудовище. Именно так он и остальные меня и видят. Всё потому, что даже на ранге высшего я выделяюсь. Как выделялся и на мастере, как и на предвысшем.

Моего опыта управления энергией, её направления, создания техник и печатей хватит не на одну тысячу практиков. Я сражался там, где любая ошибка стоила жизни. Поэтому да — для них я чудовище.

Возможность просто взять ранг — этого мало, если ты не хочешь быть лишь жалкой подделкой бога среди простого народа и при этом — ничтожеством среди тех, кто формально стоит на одном уровне.

Чтобы добиться большего, нужно очень постараться. Нужно лезть туда, куда другим лезть страшно, ломать себя, ломать привычки, отказываться от комфорта. А не довольствоваться тем, что имеешь. Только тот, кто растёт над собой, чего-то да добьётся.

И это применимо не только к практикам. Обычные люди ничем не отличаются: впереди всегда тот, кто двигается именно вперёд, а не оглядывается назад, не живёт прошлыми победами и чем-то когда-то достигнутым.

Поэтому высшие на Земле, и не только на ней, для меня не представляют угрозы. В большинстве своём, добившись ранга, они сидят на заднице ровно. Грубо говоря: те же неандертальцы, но с автоматами, да ещё и с направленным назад стволом.

По-настоящему хотя бы более-менее серьёзные высшие на этой планете, из тех, кого я знаю: китайский император, Суворов, Акихиро Хинодэ, бывшая Суворова и воздушник Владимир. Они хоть что-то понимают в том, что значит расти, а не висеть мёртвым грузом на своём ранге.

Эти же… судя по всему, решили воспользоваться неразберихой и прибить императора. Шакалы, одним словом. Те, кто выходит на бой только тогда, когда уверены, что жертва занята другим и для них нет серьёзного врага.

Я чуть сильнее сжал пальцы. Шея врага хрустнула, как сухая ветка, но без перелома — я точно рассчитал силу. Его тело дёрнулось, глаза закатились, и через мгновение он обмяк беззвучной куклой.

Я его не убил. Просто вырубил. Пусть дальше с ним Владимир поработает. У того найдётся, о чём с ним поговорить.

Когда вернулся, увидел, что Инкар всё ещё сражается с королевой Роя. Две птицы: феникс и двуглавый орёл — также нападали. Правда, надолго их не хватило и обе техники развеялись.

Телепортировавшись к Ане, Егору и императору, бросил к ногам последнего тело высшего. Тот глухо ударился о единственный уцелевший участок дороги.

— Он без сознания, — произнёс я. — И больше не сможет использовать свои силы. Поэтому опасаться его нет смысла.

Император, окутанный тёмной энергией, нахмурился.

— Сергей, — он всмотрелся в моё лицо, — что ты тут забыл? Ты ведь сейчас должен быть в Сибири. Неужели… — в его голосе появилась надежда. Но, вскинув голову, император резко посмотрел в сторону неба, туда, где должна была быть волна.

Я тоже поднял взгляд и сам нахмурился. Точка висела намного выше, чем должна…

Почему она так высоко? В пути я на неё не оборачивался, но… Точно помню, что волна была ближе. Намного ближе.

— Нет, — ответил я, всё ещё размышляя, но решив сначала разобраться здесь.

Перевёл взгляд на императора. Он всё ещё не отключил свою родовую силу.

Его энергоструктура буквально кричит о том, что ему нужна разгрузка. По всем каналам распространилась тёмная энергия, продолжая подниматься выше.

Глядя на вздутые вены на его лице и шее, я вспомнил, как и сам был в подобной ситуации. Выходит, что Романовы так сильно запустили свой дар, что я давно переплюнул их в управлении тёмной энергией, хотя изначально исходные данные были не в их пользу, а в мою.

Но какова причина такого избегания собственного дара? Почему они выбрали деградацию, вместо того чтобы отточить силу, которая дана им по крови? И речь не об этом императоре, а о его предках, поколениях людей, по сути, предавших свой дар.

Переведя взгляд на Егора, я увидел, что пальцы парня все почернели.

Возможно, именно это и было причиной их бегства от собственной силы… Увечья тела, и какой-нибудь не самый приятный исход. Но не мне их судить. Я встречал Рода, которые лично запечатали свои способности, потому что их использование было чудовищной ошибкой.

Так, например, один Род, чтобы активировать свою силу, был вынужден выжигать свои энергоканалы изнутри. Каждый раз. То есть медленно и неотвратимо превращаться в обычных людей — или в калек. Их мощь была особенно велика именно в молодом возрасте. А уже ближе к старости каждый из них становился «пустышкой» — человеком без малейшего намёка на энергию.

Разумеется, это не нравилось ни одному новому главе Рода. В итоге они создали печать и запечатали свою силу, без возможности распечатывания. Осознанно отказались от силы предков.

За всю историю были случаи и похуже. Одному Роду так вообще пришлось туго, потому что они не могли полностью контролировать свои возможности телепортации. В итоге каждый третий ошибался в расчётах и оказывался вмурованным в стену или в землю.

Так что, возможно, у Романовых действительно был повод отказаться от усиления своего дара. Всё же речь о тёмной энергии. Она не прощает легкомыслия.

— Сергей, — позвал меня император, голос у него стал хриплым.

— Вам лучше перестать использовать родовую силу, — ответил я, не отводя взгляда. — Ещё немного — и начнут отниматься руки с ногами, а также перестанет слушаться челюсть. Потом будет поздно что-то исправлять.

Мужчина вновь нахмурился, но всё же прикрыл глаза. Я почувствовал, как его сила начала отступать. Большая часть энергии практически сразу рассеялась. Меч перестал быть чёрным, вернув себе обычный металлический блеск, аура тёмной энергии схлынула, но вены всё так же остались слегка вздутыми и тёмными.

Егор внимательно посмотрел на него, сжал почерневшие пальцы в кулак и тут же поморщился от боли. В воздухе повисла тяжёлая пауза.

— Уходите, — произнёс я, подходя к Ане. — С королевой Роя не будет просто. Я собираюсь разойтись на полную, так что вам всем лучше оказаться как можно… — я не договорил, резко повернув голову в сторону королевы Роя. Смотря на неё, прошептал: — Да вы шутите…

От Соколова, находящегося в груди твари, вверх поднималось нечто тёмное. Тёмная энергия. И источником её является именно сам Соколов. А королева Роя… Начала поглощать его энергию.

— Все! Прочь отсюда! — крикнул я, создавая крылья, меч тёмной энергии и срываясь в сторону королевы Роя.

Это шутка такая⁈ У Соколова тоже есть тёмная энергия⁈ Вокруг меня её становится слишком много… Я могу понять императорский Род. Это их дар, но… Соколов? Он-то каким образом получил её?

В голове проскочило две мысли: либо Соколов и стоял за всеми экспериментами ранее, либо… он внебрачный сын императора. Бастард.

Мгновенно оказавшись рядом с королевой, я рванул к графу, намереваясь атаковать напрямую, но тварь меня прочитала. Её серповидная лапа стремительно неслась навстречу, а вокруг себя она создала поле энергии, не позволяющее телепортироваться вблизи.

Видя атаку, я приготовился разрубить конечность и прорваться в упор, но всего за долю секунды та на конце вдруг изменила цвет на чёрный.

Шокированный, я всё же принял удар, атакуя в ответ и сам, уже используя также и родовую силу.

От столкновения наших атак во все стороны разошлись гудящие чёрные волны, а воздух задрожал. Мой удар слегка, почти незаметно, заставил её податься назад. Королева тут же упёрлась шестью лапами, слегка вдавливаясь в площадь, и ещё сильнее раскурочивая и без того разбитую местность.

Увидев меня, она радостно заверещала. Этот крик, полный ненависти и жажды крови, ударил по ушам. В то же мгновение тварь атаковала другой своей лапой, тоже меняющей цвет. Всё это время королева Роя ждала именно меня. Мстительная тварь, поняв, что я явился, хочет убить меня, отомстив за два поражения ранее.

Я не смог разрубить её первую лапу из-за тёмной энергии и сейчас, давя на неё, резко рванул вверх, ощущая, как подо мной проносится смертоносный чёрный поток.

Вторая лапа, не менее стремительная, пронеслась практически в упор. Я успел проскочить и её, пропуская под собой также россыпь игл из тёмной энергии.

Телепортировавшись, оказался позади королевы, вот только её плоть вздулась и вытолкнула наружу новые отростки. Она в одно мгновение отрастила ещё две лапы с этой стороны, даже не оборачиваясь.

Влив больше тёмной энергии, я схлестнулся с её культями, стремительно рубя и парируя удары, при этом прорываясь к телу Соколова. При каждом нашем столкновении пространство, едва заметно, но вздрагивало.

Теперь ясно точно — тварь каким-то образом смогла понять, как использовать тёмную энергию, адаптируя её под себя. Скорее всего, всё из-за того, что она слишком долго находилась в теле Соколова.

Королевы — это организмы, созданные, чтобы убивать. Каждая королева — оружие. Живое, хищное, обучающееся оружие, способное адаптироваться, менять себя и своих…

Увидев мелькнувшую чёрную тень, я выставил щит из тёмной энергии, и в него врезалась комароподобная жёлто-чёрная тварь с тремя длинными жвалами, фасеточными защищёнными глазами, полупрозрачными дрожащими крыльями и шипами по всему телу.

Я надавил на тёмную энергию, меняя её форму так, чтобы она обвила комара со всех сторон, сжалась и поглотила его. Тварь издала короткий визг, падая вниз.

Почувствовав движение позади, в последний момент успел уйти с линии выстрела от обычных игл. Пропуская мимо себя очередную тварь, принял новый удар гигантской лапы.

Рядом пронёсся Инкар, взревев. Его пламя столбом взметнулось к небу, сжигая мелких тварей.

Я начал ощущать, как всё больше и больше жуков получают тёмную энергию.

Нехорошо…

Нужно закончить с ней здесь и сейчас, уже окончательно. Если королева возродится, да ещё и с тёмной энергией, ей не составит труда быстро восстановить тело, создать новую армию и поглотить все ближайшие планеты.

Придётся действовать радикально.

Аня, Егор и император смотрели на то, как в отдалении разворачивается новая битва. Сергей и дракон уже вступили в бой с королевой Роя вдвоём.

— Нам нужно срочно уходить! — быстро произнесла девушка, резко оглянувшись по сторонам, вглядываясь в проломы улиц.

Оба Романова посмотрели на неё и хмуро кивнули. Император, тяжело выдохнув, нагнулся, подхватывая тело старика.

Что сын, что отец — каждый понимал, что в этом месте им сейчас нечего делать. Чтобы высший мог биться на полную, ему нужно пространство. А пока они здесь, Сергей вынужден будет сдерживаться и тратить время на их защиту.

Император закинул тело на плечо, перехватил поудобнее, и троица рванула к принцу Леониду. Правда, парень и сам уже бежал к ним, запыхавшийся, но не сбавляющий темп. Всё это время он отвлекал королеву Роя, как мог. И хоть эффект и был слабым — но был.

Подбежав, Леонид хотел перехватить старика, но император мотнул головой, понимая, что он теперь единственный не боец в этой группе. Парень тоже кивнул, принимая позицию отца, и они побежали.

По пути оба принца порой косо смотрели на императора, но тот, нахмуренный, не придавал значения этим взглядам. Или делал вид, что не замечает.

Да, именно королева использовала тёмную энергию, но… В обоих зародилось подозрение, что это неспроста.

Впрочем, что Леонид, что Егор, решили пока не говорить об этом. Ситуация явно не располагала к подобной теме. Сейчас главное выжить и не мешать в бою.

Четвёрка продолжала бежать, но в сторону центра столицы, а не прочь. Самое безопасное место сейчас — именно центр: твари атаковали по краям, смыкая кольцо.

Но уйти далеко им не дали. Впереди и по бокам асфальт резко разорвался. Осколки булыжника, бетона и арматуры взметнулись вверх. Из-под земли, раздирая её, выскочили громадные твари и, не тратя ни секунды, бросились на них. Стремительно, без лишних звуков, с одной единственной целью — убить.

Опережая императора, оба принца рванули вперёд, создавая свои техники из тёмной энергии.

Аня подняла вверх руку, и вокруг её тела, устремляясь снизу вверх, заклубилось пламя. Оно вырвалось вверх и, разрастаясь, быстро раскинулось, становясь плотным огненным щитом на расстоянии около четырёх метров от группы. Языки пламени сплетались, образуя почти сплошную стену.

Группа ни на мгновение не останавливалась и постоянно поддерживаемый щит Ани очень сильно спасал положение.

Твари, врезаясь в него, всё же начинали яростно пищать. Девушка сцепила зубы, пытаясь их удержать, но не смогла. Они, прорвав оборону, рванули внутрь.

Император уже собирался сбросить с себя тело старика и сам вступить в бой, как вдруг… Сверкнувшая яркая синяя вспышка мгновенно разрубила ближайших тварей пополам, и все увидели, как по полю боя, носясь с чёрным копьём в руке и ловко орудуя им, мелькают фигуры из молний.

Одна из таких фигур промчалась рядом с ними. На неё тут же накинулись вылазившие из ям десятки тварей, но стремительный образ без труда разбирался с врагами, разрезая их как бумагу.

Аня кинула взгляд назад и поняла, что не видит мужа. С королевой Роя, начавшей уже чернеть, сражался только Инкар.

Тогда девушка использовала связь и ощутила, что Сергей высоко в небе, скрытый от глаз дымом и алыми от пожаров облаками.

Император бежал, чувствуя, как всё его тело горит. Каждый шаг, каждое действие, даже движение глаз — всё это приводило к тому, что он ощущал, словно изнутри тело пожирает пламя. Последствия от использования родовой силы дали о себе знать. Мышцы ныли, дыхание сбивалось, сердце грохотало в груди.

Впрочем, мужчина вообще не думал, что выйдет из этого боя живым, и был готов к последнему бою. Он уже мысленно простился со всем.

Сейчас же… когда здесь Сергей, можно всё доверить ему. Парень уже не раз показывал свою силу, так что столица точно не падёт. Император позволил себе короткий, тяжёлый выдох облегчения.

Он бежал, когда вдруг ощутил невероятную мощь, от которой резко затормозил, прошаркал по асфальту обувью, чуть не оступившись, и застыл, смотря только вперёд и не сразу решаясь даже шевельнуться. Всё пространство вокруг словно объяло каким-то тёмно-жёлтым маревом, воздух стал густым, вязким, а затем столица начала освещаться странным синим светом.

Эта мощь… Он сразу ощутил знакомый отклик. Словно родовая сила, но… немного другая. Что-то намного глубже, древнее. Словно существо, которое считалось вымершим, сейчас вновь явило себя миру.

Вскинув голову вверх, мужчина увидел, что всё ночное небо враз стало чистым. Если ранее там был густой алый от пожаров смог, то теперь не осталось ни облачка, ни дымка. А высоко вверху… висел Сергей.

Парень застыл в воздухе, вскинув над головой в одной руке громадный широкий клинок. По его руке и лезвию оружия, на котором едва заметно светились жёлтые руны, струились молнии, уносясь в небеса бесконечными разрядами.

Само небо над столицей превратилось в гигантскую вращающуюся плоскую воронку из молний. Стихии было так много, что тьма просто исчезла — небосвод стал самими молниями. Вокруг всё осветилось так, словно наступил день.

Император ощутил, как что-то капнуло ему на лицо. Дождь. Медленно, сначала едва заметно, послышался тихий шорох капель по камню, но затем… Затем небо обрушилось ещё одним дождём.

Стремительным и… Молниеносным. В один момент звуки перестали распространяться, а затем раздался дикий и необузданный грохот.

От кружащейся воронки отделялись сотни молний. Они мгновенно достигали земли, и, когда это происходило, казалось, словно вздрагивает сама столица. Камни под ногами подпрыгивали, а вибрация чувствовалась ногами.

Пара таких молний врезалась совсем рядом, ослепительно сверкнув, и жуки, попавшие под удар, были мгновенно превращены в прах. На месте них оставались лишь обугленные следы.

А из самой стихии формировались самые разные образы тварей. Чем-то похожие на львов, тигров и других хищников, только составленных из ярко-синих молний.

Все эти создания, разорвав одного жука, тут же неслись к следующему. Постепенно их становилось всё больше и больше. Одной лавиной они накрывали Рой, сметая насекомых, разрывая их.

Император вновь посмотрел наверх. Воронка молний замерла, и вся стихия начала стягиваться к одному центру. Чем больше её собиралось в одном месте, тем ярче сияло формирующееся над столицей громадное белое «солнце» в ночи. Словно… Начало чего-то нового. Словно… Символ перемен.

Мощь этой техники просто на невероятном уровне. Так «спрессовать» свою стихию мало кто может, даже среди высших. Император невольно сжал кулак, чувствуя восхищение вперемешку с завистью и… Желанием самому достичь такого уровня силы.

Наконец стихия собралась, и тогда Сергей повёл мечом вниз. Подчиняясь его движению, солнце, вокруг которого дрожало пространство, гудя, рвануло вниз стремительным лучом, заливающим всё белым светом.

Кажется… Сергей решил уничтожить столицу.

Славка смотрел на свою ладонь, на которую накрапывал дождь. Капли, тяжелые и холодные, ложились на кожу и тут же стекали. Парень стоял под козырьком, поэтому покров ему и не был нужен.

Смотря на дождь и оставшиеся после него капли, он вспоминал о Кирилле.

Брат ушёл, исполнив свой долг… Он был щитом Рода, но недолго. И это вызывало в душе Славки смятение.

Ему хотелось бы, чтобы Кирилл сейчас, в этом бою, был рядом. Парень даже перевёл взгляд в сторону и на миг увидел, как рядом, говоря, улыбается брат:

«— Справимся, Славка. Нам не впервой».

Образ пропал, растворился в дожде, а парень криво усмехнулся, ощущая на сердце тяжесть.

— Кирилл… — послышался его тихий шёпот, почти теряющийся в шуме дождя, — как ты там?

Нашёл ли он новую семью? Общий язык с новой роднёй? А может… может, у него уже есть девушка, и он счастлив?

Представив себе улыбающегося Кирилла, Славка и сам улыбнулся. Быть может, когда они встретятся, брат уже будет взрослым мужчиной с бородой, взглядом полным мудрости и тонкой, почти незаметной улыбкой.

Также у него вполне могут быть дети. Какого возраста? Неясно. Возможно, даже взрослее, чем сам Славка сейчас.

От представления встречи с братом парень почувствовал разливающееся по телу тепло. Так, словно эта встреча неизбежна. Словно она уже — где-то там, в будущем — случилась… И она обязательно случится. Славка ни на мгновение не сомневался.

Потребуется время — но случится.

Парень перевёл взгляд в другую сторону. Туда, где Сибирь, и куда улетели Эйр, глава и госпожа.

Вспомнив о своей «девушке», а женой «Эйр» отказывается быть, пока они не станут достаточно сильными, Славка почувствовал тревогу в сердце, но тут же её унял, почти насильно.

Нет. Он не может о ней переживать. Эйр, в отличие от него, опытный боец, и он сам раньше помрёт, чем кто-то до неё даже доберётся. Пусть там и неведомая тварь. Парень сжал кулак, будто давя на сомнения.

Как они вообще сошлись, и сам парень не знал. Всё просто случилось в один миг. Раз — и произошло.

Правда, в то время Славка допускал мысль, что это из-за того, что глава сделал его Вайторлом. Учитывая зацикленность Эйр на Роде, эта причина вполне могла быть реальной. Всё же когда два Вайторла — шанс на хорошее потомство намного выше.

Вот только, когда он решил поговорить с девушкой серьёзно и высказал ей данную мысль… неделю ходил с фингалом под глазом. Причём синяк не могла убрать даже Мира. Чтобы куда-то отправляться с главой, приходилось просить замазать его косметикой.

Как Эйр это сделала? Видимо, от большой любви, чтобы синяк долго не проходил. Как бы там ни было, парень больше ни о чём таком и не заикался.

После этого, можно сказать, «обвинения», девушка не стала на него обижаться. Она лишь посмеивалась, наверняка зная, что фингал болит. Впрочем, смеялась не только она, но и все в замке — но так, тихо, по-доброму, чтобы он не слышал.

Научился ли Славка на данной ситуации? Нет. Не зря говорят, что дурака только могила исправит. Вот и Эйр решила доказать ему то же самое.

А всё начиналось мило… Природа, ночь, разные закуски, они вдвоём, голова счастливой и улыбающейся девушки на его коленях, звёзды над ними и… сказанная глупость.

В тот момент Эйр и решила устроить ему второй урок.

Ну как урок… Скорее тренировку на выживание. И Славке пришлось выживать. Именно выживать, уворачиваясь от смертельных вихрей и разрезающих всё ветряных серпов. Каждый такой удар мог стоить жизни.

С тех пор парень всегда выбирает выражения. Причём не только при разговоре с девушкой, но и в принципе. Не потому что боится Эйр, а потому что не хочет повторения. И не хочет, чтобы она… обиделась.

Да, именно не хочет, чтобы Эйр обиделась.

Посмеялась один раз, потом второй, а на третий… на третий может всякое случиться. И даже если не обидится, парню всё равно не хотелось доводить до чего-то подобного.

Всё же не стоит забывать, что у неё брат — будущий космический император… Да, Славка ему служит, но обидеть сестру — это уже подписать себе смертельный приговор.

Сестра, да…

Парень опустил глаза. Мысли вновь вернулись к Кириллу, сестре и маме.

Глава обещал Кириллу сам поговорить с его семьёй, но Славка упросил этого не делать, попросив всё предоставить ему.

А всё оттого, что он не хотел, чтобы глава принимал на себя ещё одну тяжёлую ношу. У него и так на горбу их много, и оттого невероятно наблюдать за ним, видя, как глава даже не пригибается под этой тяжестью.

Мама плакала, сжимая фото брата. Сестра согнулась рядом с ней, дрожа от слёз… А он… Он не уберёг брата и в тот момент не хотел ничего. Ни слов, ни утешений, ни оправданий.

Славка не жалел, что выжил именно он. Если бы на его месте был Кирилл, парню сложно было представить, как бы чувствовал себя брат.

Да, он умер, и от этого больно, и Славка хотел бы, чтобы выжил именно Кирилл — если бы пришлось разменять жизнь, он сделал бы это, — но чего парень точно не хотел, так это того, чтобы брат стоял с опущенной головой, сжимая кулаки и стискивая зубы от боли в груди.

Вот такая она… Монета с двумя гранями.

После того, как Род разросся, а его заработок вырос, Славка и Кирилл начали отсылать больше денег сестре и маме. Раньше, ещё до вступления в Род Вяземских, мама, пока они были в разломах, постоянно работала, а сестра подрабатывала.

Денег, несмотря на то, что все были заняты, вечно не хватало — нужно было закрывать долги, тянуть быт, одежду, лекарства,целителей.

Сейчас же мама работает только потому, что привыкла работать и может сама выстраивать свой график. Сестра перестала ходить на подработки и начала учиться.

Формально они обе теперь часть Рода, поэтому сестра для себя решила стать и частью младшего финансового отдела.

Финансовый отдел, в котором в данный момент состоят лишь высшие члены Рода, куда причисляют и Славку, никогда не жалел денег на выплаты людям. Да, большая часть отправляется на развитие, но членам также достаются солидные суммы.

Настолько солидные, что люди вообще ни в чём не нуждаются. Конечно, каждый себе не может позволить хорошую машину за один месяц, и даже за полгода — тоже, но вот при определённых накоплениях — вполне.

А ведь поначалу приходилось подзатягивать пояса. И все те, кто присоединился к Роду раньше, получают больше. Потому что они доверились в трудный час, и теперь Род отплачивает им сполна за верность.

Славка продолжал размышлять, когда увидел далеко справа едва заметную точку. Парень мгновенно перевёл взгляд в ту сторону, криво усмехнувшись.

Началось… Враги пошли в наступление. Пока не на их стороне, но и до них скоро доберутся.

Славка сделал шаг вперёд. Дождь не успел коснуться его — покров защитил раньше, тонкой прозрачной плёнкой.

Парень уверенно шёл, видя, как и другие тоже собираются, выстраиваясь в ряды, с твёрдостью во взглядах и скрытым волнением, украдкой поглядывая вверх.

Сегодня их ждёт не просто битва. И это не только сражение за их настоящее. Сегодня каждый из воинов докажет своему главе, что они готовы. Готовы быть твёрдой опорой в будущем и готовы гордо стоять под знаменем Рода.

Моя техника — это нагнетённая до определённого уровня молния вперемешку с энергией. Грубо говоря — плазма.

Увидев мою атаку, королева Роя действовала мгновенно. Она резко свернулась в клубок, и перед техникой выросло подобие щита из тёмной энергии, только созданного при помощи плоти, выдвинутой вперёд. Тварь сформировала его действительно громадным, словно толстую, слоистую броню, закрывшую её целиком.

Миг, столкновение и… Только вступившая вновь в свои права ночь снова отступает перед заливающим всё белым светом.

От места удара во все стороны рванули белые и чёрные параллельные волны, пытающиеся погасить друг друга. Они, уносясь вдаль частой пульсацией и попеременно создавая вокруг то ночь, то день, начали крошить ближайшие городские щиты.

На защитных куполах за секунды пошли трещины. Чтобы полностью лопнуть, им потребовалось около десяти секунд.

Эта часть города уже давно превратилась в труху. Если оценивать общее состояние, то уничтожена четверть столицы только в этом месте. По краям там неясно.

От удара тварь слегка примяло вниз, продавив в землю ещё большую воронку, что ей явно не понравилось, но в данной ситуации она ничего не может сделать.

Я обхватил рукоять меча двумя руками, держа оружие лезвием вверх.

«Вершина» — артефакт великого творца прошлого. Меч, созданный, чтобы уничтожать тварей. Пожалуй, пора пустить его в дело по назначению.

Перехватив меч уже просто одной рукой, медленно спустился ниже, на примерный уровень с королевой Роя, наблюдая, как она борется с моей техникой, цепляясь за остатки щита.

Почти всех её жуков я уничтожил. Остались только те, что напичканы тёмной энергией, но их не так много. Я даже нанёс удар под землю, пробивая породу, но слишком далеко вниз бить не могу — это чревато.

Там, под городом, живут люди, и я в этом уверен. Не знаю, проникли ли туда жуки королевы, или нет, а также не понимаю, почему люди внизу до сих пор не действовали, учитывая разрушение столицы, но бить вслепую, рискуя убить и их — не самая лучшая идея.

Да, после этого боя придётся спуститься к ним, чтобы убедиться, что королева не создала себе новое тело, однако сейчас мне нужно разобраться с этой тварью. И сражаться с ней я буду лицом к лицу, без всяких хитростей.

Это не означает, что я уважаю это… Подобие на жизнь как воина. Совсем нет. Она — оружие. Причём весьма смертоносное и способное сражаться сразу против множества врагов.

И чтобы у неё не было возможности снова это делать — я буду постоянно у неё на виду. Пусть видит только меня. Её желание разорвать меня в клочки сейчас на пике, а значит, она точно не удержится от соблазна.

Щит из тёмной энергии треснул, и королева Роя, резко рванув в сторону в своей форме колеса, покатилась прочь, спасаясь бегством. Очередное поражение для неё — это триггер на меня.

Мой изрядно исхудавший шар врезался в то место, где она только что была, и взорвался белыми молниями во все стороны. Разряды, достигая меня, уходили по дуге и уносились прочь.

Ко мне подлетел Инкар, пока королева Роя застыла на расстоянии, вглядываясь в мою сторону.

Дракон коротко рыкнул и я спокойно ответил:

— У тебя была возможность сразиться с ней. Теперь позаботься о мелких тварях.

Инкар рыкнул уже не так коротко, хрипло, с недовольством, покосившись на меня, но, столкнувшись с моим взглядом, отвёл морду в сторону и, резко взмахнув крыльями, унёсся прочь, оставляя за собой шлейф энергии.

Взрослеет. Чем старше он будет становиться — тем наглее. В скором времени у нас могут быть «конфликты». Я слышал много историй о связанных с подобными существами. И порой, после взросления, существо могло даже напасть на того, кто его растил.

И всё не потому, что оно неблагодарно, а из‑за своей природы. Инкар — потомок Императоров Хаоса. В его сущности — повелевать и управлять. Он будет требовать власть, и если ему её не дать — вполне может захотеть сразиться со мной.

И так будет до тех пор, пока не станет достаточно взрослым и сильным, а также умным. Чтобы этого не произошло, дракон должен постоянно ощущать мою силу.

Послышался стук ударов по камням. Королева Роя, принявшая уже свой привычный облик, медленно зашагала вперёд, прямиком ко мне. От каждого её шага во все стороны разлетался камень, крошились обломки зданий и падали уцелевшие фрагменты стен.

Тварь не сводила с меня взгляда. Похоже, тоже решила всё закончить здесь и сейчас.

Отлично. Это именно то, что мне и нужно. Она должна чувствовать, что я готов к последнему бою с ней. Иначе начнёт вновь плодиться.

По её телу ранее растеклась тёмная энергия, и королева Роя стала жёлтой, но внутри местами чёрной, как будто под тонким слоем янтаря просвечивала гниющая тьма.

Пару мгновений она просто шла, а затем начала сжиматься, уменьшаясь и становясь плотнее. Тело становилось более гуманоидным, отрастила себе четыре лапы, на каждой было по одной двойной косе, лап для перемещения осталось также шесть, череп слегка удлинился, чтобы защищать спину, а всё тело словно приобрело панцирный доспех.

Всего размер стал примерно с три этажа, а сама королева практически полностью стала чёрной. Вот теперь она поставила на карту всё…

Сибирь. Место приземления силы:

— Маму нашу, Шель! — тихо, сквозь зубы, выругалась Эйр, видя, как огромная лапа резко бьёт по шару энергии. От удара по оболочке прошла дрожь, во все стороны разошлись волны, и раздался глухой гул. — Не мог всю жизнь цветочки сажать⁈ Обязательно было убивать столько разных опасных тварей⁈

Девушка быстро кинула взгляд вверх, в небо, на красную комету.

То, что происходит, уже за гранью возможного. Если это ТРЕТЬЯ волна, то им всем конец. Они все умрут. Третья по силе гораздо разрушительнее предыдущих. И на их рангах им не выстоять.

Что там не выстоять — их всех просто сметёт к…

Она резко посмотрела на сферу — словно скорлупу, трескающуюся, хотя ещё недавно та была плавной и гибкой.

Вот именно к ним, к чертям, и сметёт. Хотя какие уж там черти. Перед ними не рядовой враг. Скорее всего, кто‑то из высших демонов. Бой с ним — это уже бой на выживание.

Все остальные высшие нервно озирались, кто‑то инстинктивно отодвигался чуть в сторону, сжимая оружие сильнее, кто‑то, наоборот, застывал, не отрывая взгляда от трескающей поверхности.

— Всем внимание! — произнесла девушка, не отрывая глаз от силы в небе. Голос прозвучал жёстко и ясно. — Рассредоточьтесь! Не стойте рядом друг с другом, но держитесь на таком расстоянии, чтобы успеть в случае чего прикрыть!

Подавая пример, она сама телепортировалась подальше. Пока демон полностью не покажется — неясно, как с ним бороться. У каждого из них свои особенности, и в данный момент Эйр молилась только об одном — чтобы это был не один из правителей.

Девушка вновь перевела взгляд в небо.

Брат не сможет поглотить две волны. Его тело и душа не выдержат, даже если делать это поочерёдно. Просто взорвётся или выжжет себя. Поэтому…

Занервничав, Эйр мысленно потянулась к сфере‑источнику предка у себя в хранилище доспеха. Тёплое, знакомое ощущение тяжёлой силы отозвалось где‑то в глубине.

Если не удастся справиться с двумя волнами, одному из них придётся использовать эту сферу для усиления… Что приведёт к смертельному исходу из‑за переизбытка энергии.

Но другого выхода просто нет и не будет. Как бы в битве с этим демоном ей самой не пришлось использовать сферу раньше времени.

Девушка быстро взглянула в сторону столицы.

Теперь Эйр думала только о том, чтобы брат не успел вернуться. Иначе он действительно сам воспользуется этим средством. И тогда… Тогда после его смерти в космической империи начнётся ещё больший Хаос.

В сражении вновь сойдутся тысячи Родов, уничтожая и себя, и других.

Ему нельзя умирать ни при каких условиях. Но главная причина в том, что он её брат. И она, как сестра, не позволит ему умереть раньше неё.

В этот момент демоническая рука перестала бить по сфере. По ней прошли длинные сетчатые трещины, полностью покрывая всю поверхность. Миг — и со звуком расколовшихся льдин оболочка взорвалась…

Во все стороны ударил резкий порыв ветра. Настолько сильный, что высшие вынуждены были ставить щиты, и даже так их слегка сдувало с мест, заставляя отступать на шаг назад и менять баланс.

Эйр была единственной, которую окружила жёлтая, едва заметная, колыхающаяся, как пламя, плёнка, не позволяющая ветру коснуться её напрямую.

Мощное чёрно‑красное тело с чёрными костяными защитными пластинами. Две руки, две ноги, голова с двумя парами рогов. Одна пара смотрит вперёд, другая вверх, почти переплетаясь между собой.

Позади — один мощный хвост с костяными сегментами. Чем‑то в общем похож на ящера…

Глаза — жёлтые, холодные, словно в них застыли сами глубины ада.

Демон, пару секунд вися в воздухе неподвижно, выдохнул изо рта пар, и неожиданно взревел, раскинув в стороны свои руки и задрав голову к небу.

От его рёва высшие почувствовали, как сжимаются их сердца. Пара человек даже нервно оглянулась назад, а затем вперёд, когда их накрыла тёплая жёлтая пелена.

Эйр, использовав ауру, висела в воздухе, выпрямив спину и гордо вскинув голову. Королева молча сжимала в руке меч, смотря на врага, чуть сильнее вдавливая пальцы в рукоять.

Для каждого в этот момент она выглядела как хрупкий на вид, но нерушимый монолит спокойствия. Однако у самой девушки в голове были отнюдь не спокойные мысли.

Балтарог, один из братьев Болтаргара, повелителя одного из адских доминионов. Если эта тварь здесь… значит, и Болтаргар рано или поздно придёт посмотреть, что же случилось с его младшим братцем…

Дожить до завтра становится всё труднее…

Столица:

В большом зале было шумно. Множество тактиков и стратегов поочерёдно подносили и передавали быстро вошедшему императору информацию.

Мужчина, уставший, но не показывающий этого, жестикулируя целой рукой, раздавал указания, скользя взглядом по картам и схемам.

Шум битвы между Сергеем и королевой Роя теперь доносился до них только откуда‑то издалека — редким эхом и гулом техник.

Парень, понимая, что такое сражение может уничтожить столицу, увёл тварь за собой. За что император, как и все те, кто выжил, были ему очень благодарны.

Мужчина продолжал раздавать приказы, пока неподалёку от него стояли Егор, Леонид и Аня.

Так как ситуация в столице нестабильная, а всех своих сильнейших телохранителей император отправил на фронт, защиту его тела на себя взяла троица.

Но он не был против этого. Наоборот, император был рад, что его дети на виду. Да и Аню мужчина попросил какое‑то время побыть рядом, сказав, что ему может понадобиться помощь. На самом деле — чтобы держать и её поближе к себе.

Иначе эта, несомненно, валькирия, бросилась бы в бой, рискуя собой.

— Четырнадцатый сектор полностью зачищен, — послышался на фоне отчёт одного из координаторов. — Бестужевы отправились в пятнадцатый.

К самому императору подошёл другой мужчина, произнося:

— Ситуация на фронте начала ухудшаться. Нам пришлось перегруппировать свои силы, стягивая их с двух соседних секторов.

Император, смотря в планшет, спросил:

— С чем это связано? Почему они атакуют так напористо, и почему у них так много сил в этих секторах?

— Смею предположить, — ответил координатор, — что всё дело в том, что китайская империя решила сосредоточить атаку именно на нас. Скорее всего, на японскую сторону атаки не такие активные.

Император кивнул, задавая новый вопрос:

— Сколько мы…

Слушая разговоры фоном, Аня вдруг ощутила опасность. Словно что-то всё это время отслеживало её и сейчас нашло. Вокруг девушки вспыхнуло пламя, превращаясь в плотный покров стихий. Стена зала, пробитая снаружи, взорвалась осколками. В проломе показалась стремительная тварь, размером с человека.

Чёрная, без глаз, с раскрытой длинной зубастой пастью. Тело узкое, гладкое, с наростами, длинным хвостом и вытянутыми лапами, заканчивающимися когтями. И почему-то от неё идёт ощущение, как от королевы Роя… Неужели Серёжа…?

Никто ещё даже не успел ничего осознать, но девушка уже использовала свою стихию — перед тварью взметнулась огненная стена, зал вспыхнул пламенем.

Вот только существо это не остановило ни на миг. Оно пронеслось сквозь пламя, словно усмехаясь Ане безликой пастью, показывая, что такая простая атака его точно не остановит.

Время для девушки замедлилось, и она резко потянула огонь, пытаясь стиснуть в нём чёрную тварь. Однако та мгновенно проскочила вперёд, размывшись тёмным силуэтом.

Аня не успела ничего предпринять, как увидела, что оба принца уже смещаются вперёд неё, вставая стеной. Перед ними одна за другой начали появляться щиты и техники, а сами принцы едва заметно покрылись тёмной аурой.

В движениях каждого девушка видела готовность встретить эту тварь даже своими телами, не пропуская её к ней.

Однако… Существу не суждено было добраться и до них.

Мощная, массивная фигура императора, тоже уже объятая тьмой, с лицом, на котором застыла ярость, врезалась в тварь плечом, сбивая её с траектории.

Обе фигуры — и император, и существо — покатились по полу, сминая мебель и разбрасывая бумаги. Мужчина тут же вскочил, тварь, уже также успевшая подняться, бросилась на него, нанося удар, и в его руке сверкнул белый клинок.

От удара мужчина скривил лицо и стиснул зубы, чувствуя, как по всему телу прокатилась волна боли.

Тварь одним резким движением отбила руку императора, и мужчина, также отброшенный, понял, что просто так с ней не справиться.

Существо рвануло в сторону Ани. Девушка почувствовала на себе его «взгляд» — хоть у этого нечто и не было глаз, оно словно прицельно уставилось прямо на неё. В следующий миг Аня ощутила головокружение и как её мутит. Пошатнувшись, отступая на шаг назад, она поняла, почему тварь несётся только на неё.

За то короткое мгновение, когда это нечто смотрело на неё, девушка успела прочувствовать, как его «взгляд» скользнул вниз, в район живота.

С ужасом Аня осознала, что «это»… Вполне возможно, пришло за её будущим ребёнком. Она и сама не знала, откуда взялся такой вывод, но ощущение, словно тварь нацелилась именно на живот, не покидало её.

Оба принца слегка пригнулись, принимая более удобную стойку, а на их лицах была только готовность стоять до конца, потому что они ясно видели, что тварь рвётся именно в эту сторону.

Сверкнула чёрная молния, и император, с яростью на лице, на огромной скорости приблизившись к твари, нанёс удар мечом сверху вниз.

Существо, мгновенно реагируя на атаку, ударило снизу вверх, без труда снова отбивая клинок. Мужчина не растерялся, тут же проводя серию атак. Вот только с каждым новым ударом он всё яснее понимал, что ему не справиться с этой тварью лоб в лоб.

Молниеносный удар хвостом твари отбросил Романова, вбивая того в стену. Камень треснул, тело вмялось внутрь, мужчина выплюнул кровь, а существо, убивая по пути людей, вновь понеслось в сторону Ани.

Девушка, чувствуя подступающую ярость, использовала свою силу на полную. Зал буквально взревел от огня, заполнившего пространство. Пламя не трогало людей, но кинулось на тварь со всех сторон.

Оба принца также атаковали, выстраивая и отправляя свои техники, но существо, словно не ощущая этого, стремительно неслось на них. Принц Леонид сделал шаг вперёд, закрывая собой брата, когда вдруг сверкнула чёрная молния, и на пути твари, останавливая её, вновь оказался император.

От столкновения императора с тварью во все стороны разошлась мощная ударная волна, раскидавшая мебель и бросившая на пол людей, как тряпичные куклы.

Две силы столкнулись, и существо, тихо застрекотав, внимательно смотрело на Романова, слегка приближая свою пасть вперёд.

По мечу императора заструились чёрные молнии, поглощая клинок во тьму, тёмная энергия мощным потоком хлынула наружу.

Егор и Леонид побледнели, ощущая, как тёмная энергия тяжёлой волной накрыла их отца и часть зала, понимая, к чему это может привести для него.

Мужчина же, держа тварь мечом, быстро оглянулся на детей и Аню, а в следующий миг ещё более плотная, вязкая, мощная тьма ударила во все стороны, создавая воздушный поток и накрывая полностью императора.

Романов, зарычав, словно дикий зверь, упёрся ногами в пол, который вмиг раскрошился, по нему пошла длинная сетка трещин. Уперевшись ещё сильнее, он рывком толкнул тварь в сторону окна и, выбросив её мощным ударом спиной вперёд, на огромной скорости сам сорвался вслед за ней.

Окно брызнуло осколками, а в следующее мгновение гром от битвы послышался уже снаружи.

От автора: Глава вышла чуть меньше, поздно проснулся. Но до этого главы были и по 17к, и по 19к, вместо стандартных 15к, так что надеюсь, что поймёте и простите.

Егор, огибая брата, первым бросился к пролому. Выскочив наружу, он увидел, как отец, несущийся вверх по щитам, буквально тащил за собой пробившуюся к ним тварь.

Они стремительно приближались к верхнему щиту города и сражались возле него — сталь и когти вспыхивали всполохами. А затем… Затем рванули ещё выше.

Егор хотел помочь отцу, но ясно понимал, что если сам сейчас окажется там сейчас — отец не сможет биться в полную силу. Ему придётся думать и о нём, отвлекаясь и рискуя пропустить удар.

Парень быстро метнул взгляд в сторону, где далеко в небе тоже шла битва. Небо в том месте вспыхивало жёлтым и чёрным светом, показывая, что и там идёт бой не на жизнь, а на смерть. А значит ждать, что друг придёт на помощь — не стоит.

Теперь их жизни зависят всего от двух человек — от Сергея и от отца.

Егор сразу перевёл взгляд обратно. Над столицей небо сокрушали сотни ударов. Грохот от них докатывался даже сюда.

Оба принца следили за тем, что творится в небе. Их отец, орудуя мечом, сражался широкими размашистыми ударами. Он и тварь постоянно перемещались по щитам, то взмывая вверх, то резко падая вниз, ни на мгновение не останавливаясь.

У каждого из детей императора в этот момент внутри от каждого столкновения вздрагивало сердце. В груди же было переплетение чувств: трепет, гордость… И волнение. Их отец сражался с существом, которое за гранью понимания их силы.

Обоих также не могло не напрягать то, как стремительно сгущается вокруг него тёмная мана. С каждым мгновением она становилась плотнее и гуще. Теперь она полностью окутывала отца, и даже доспехи почернели, перестав напоминать прежнюю броню.

Вся столица словно погрузилась в тягучую тишину. Глухую, вязкую, плотную. Порушенный город казался вымершим. В застывшем времени единственным звуком оставался грохот небес — тяжёлые удары там, наверху, отзывались дрожью в сердце каждого выжившего.

Множество людей стояло или сидело на обломках зданий, в проломах стен, в госпиталях у окон. Все, кто мог, задрав головы, смотрели вверх, на сражение, и были готовы в любой миг также снова броситься в бой.

Сражение за город не было простым — это был настоящий ад. Но никто не собирался сдаваться. Были те, кто бежал, но их не так много.

Каждый из людей сейчас, сам того не замечая, сжимал кулаки или цеплялся за что‑то в руках — бинт, рукоять меча, край одеяла. Раненые, кривясь от боли, тоже смотрели в небо, неспособные отвести взгляда.

Каждый, кто сегодня выжил, чувствовал: этот бой — то, что они должны видеть. Потому что там во вспышках в небе сражается их император. Тот, кто не отступил даже против пяти высших.

От сражающихся наверху вниз улетали волны силы и люди поняли — с каждой секундой, с каждым ударом, всё вокруг императора покрывается каким-то чёрным маревом.

Боль, ещё недавно раздиравшая тело императора, теперь отступила. Её не было. Каждая кость, каждый сустав, каждый нерв, каждая клеточка — ничего из этого больше не болело. Осталась только тяжесть. Тяжесть, накапливающаяся с каждым мгновением.

Броня давила на плечи, меч в руке тяжелел, дышать становилось всё труднее. Казалось, будто каждый взмах оружием забирает у него не просто силы, а годы жизни.

Тварь перед ним атаковала не менее яростно. Длинные передние лапы мелькали с ослепительной скоростью, воздух свистел, зубы щёлкали в опасной близости от лица и горла, грозясь нанести такой урон, который он вряд ли переживёт.

Поэтому император, отрезав от себя всё остальное, сосредоточился только на противнике. Здесь и сейчас — только он и она. Королева Роя… Или один из её высших приплодов.

Если раньше тварь едва воспринимала его, торопливо рвалась вниз, игнорируя его атаки, то теперь, когда император снял «ограничитель» и тёмная энергия хлынула нескончаемым потоком, он смог не просто сдерживать её — он навязывал ей бой.

Император, нанося резкий, мощный удар сверху, заставил тварь отступить, а затем, разворачиваясь на опорной ноге, тут же ударил с разворота. Существо, без особого труда отбив атаку, пронзительно застрекотало и само бросилось вперёд.

Отбивая её встречный выпад, мужчина зло оскалился.

Смеётся⁈ По‑прежнему не воспринимает его всерьёз⁈ Наглая тварь!

Романов и сам не заметил, как тьма вокруг него стала не просто видимой, а осязаемой — плотной, как густой дым, и начала растекаться во все стороны, как чёрная кровь. Сила Рода вырвалась из‑под контроля. Теперь с каждым мгновением её разрушительная мощь будет распространяться дальше и дальше, уничтожая всё на своём пути, не разбирая, где враг, а где свой.

Именно поэтому когда‑то Романовы и решили уберечься от собственной силы. Их Род всегда был особенным. Мощь, которой могли позавидовать многие. Мощь, которая убивала своих же носителей…

Её нужно было ограничить — и предки сделали это. Но даже сквозь ограничения в каждом поколении рождались «уникальные» Романовы. Он был одним из таких. Как и Егор. Его младший сын — один из самых талантливых Романовых за всю историю.

После инцидента в пять лет, когда сила мальчика начала вырываться наружу, грозя убить его изнутри, императору с жёнами пришлось запечатать Егора.

Цена оказалась чудовищно высока. В тот момент, запечатывая сына, Романов впервые столкнулся с выбором, который не желал бы делать ни один отец: несравненная сила, которая не снилась никому и так необходима императору… Или жизнь ребёнка.

Он не смог переступить через себя. Любя каждого из своих детей, мужчина сделал выбор. Ценой стала смерть двух жён, принявших на себя, без его ведома, больший удар, и вечная слабость, поселившаяся в его собственном теле…

Но Егор выжил. И, наблюдая за тем, как растёт мальчик, император ни разу не пожалел о том решении.

Однако не так давно сын резко повзрослел. Его стало интересовать нечто большее, чем просто собственная сила. Девочки. И сколько бы император ни знакомил его с красавицами из графских и благородных баронских Родов — Егор влюбился в ту, кому нужен был только его титул…

Понять это было нетрудно.

И на этой почве у них с сыном впервые за всю жизнь начались серьёзные разногласия.

Отбивая атаку, мужчина понял, что нужно будет примириться. Да, точно. Вот сейчас он закончит с этим существом и…

В этот момент тварь вдруг изменилась. Тело вытянулось, сегменты утолщились, передние лапы стали массивнее, мышцы налились силой. Скорость возросла так, что воздух загудел. Оттолкнувшись прямо от пустоты, словно от невидимой опоры, она стремительно понеслась на него.

Император вытянул вперёд уже потрескавшийся меч и сам рванул навстречу.

Миг. Столкновение двух тел, и во все стороны ударила чудовищная волна, прокатившаяся по щитам и донёсшаяся до самого города.

Мужчина, стискивая зубы от возвращающейся боли — тело достигло предела, каждый мускул горел, как раскалённое железо, и глядя в глаза противника, который теперь явно воспринимал его всерьёз, упёрся ногами в щит. Рыча и не отводя взгляда, он навалился всем телом на клинок.

От императора во все стороны вдруг рванула синяя, почти невидимая вспышка.

Тёмная мана, всё это время расползающаяся по небу, застыла, не двигаясь, а затем стремительным чёрным потоком устремилась назад, втягиваясь в его тело и стягиваясь вокруг, создавая всё более густую, плотную чёрную ауру.

Это сила его Рода! Он всегда контролировал её! И даже сейчас будет управлять ей, а не она им, и не позволит ей разлиться по городу! Сила Рода Романовых никогда не будет обращена против своего народа!

Меч в руках мужчины засиял чёрным, разрастающимся светом. Высоко в небе… Возникла абсолютная тьма. Да, именно тьма. Но эта тьма была ярче любого света. Тьма, которая должна была пожирать свет, сейчас светилась так ослепительно, что некоторые люди внизу вынуждены были прикрывать глаза, щуриться, чтобы различить хоть что‑то.

И источником этой тьмы был мужчина, всю жизнь живший семьёй и империей. Мужчина, который никогда не отступал, не сдавался и не позволял бедам сломить себя. Ему нельзя было сгибаться — он был нужен империи. И Романов, император, стоял гордо, какие бы времена ни настали и какие бы тяжести не ложились на плечи.

Даже сейчас он сиял не просто так. Он сиял ради своего народа. Сиял, чтобы для каждого из них наступило «завтра».

В небе висело чёрное солнце, от света которого столица осветилась как днём — и даже ярче. Чёрное солнце, не затмившее свет, а ставшее им — символ вечной борьбы. Борьбы всех, кто никогда не сдаётся и продолжает идти вперёд, какие бы преграды ни вставали на пути.

Тварь яростно верещала и дёргалась от боли, сжигаемая силой Рода Романовых. Император давил клинком, медленно, по сантиметру, вгоняя его в грудь противника.

Но сам мужчина уже ничего не видел. Глаза его побелели, зрачки исчезли. Став солнцем для своего народа, он сжигал самого себя изнутри, перестав видеть свет…

Всё произошло в один миг. Клинок прошил грудь твари, и император отчётливо почувствовал, как сталь прошла её насквозь, уходя куда‑то вдаль. Но тварь не собиралась умирать так просто.

Плотное тело вдруг превратилось в энергетическое, распалось на потоки маны и рвануло вниз, уже ниже собираясь вновь.

Император уже не видел, но, потеряв зрение, сливаясь с тёмной маной, стал ощущать энергию вокруг гораздо яснее.

Пару секунд. Мгновение. Телепортация — и вот он снова рядом с тварью. Две стремительные чёрные кометы летели параллельно вниз, разрывая воздух, и даже сейчас продолжали обмениваться ударами.

Но отсутствие зрения давало о себе знать. В вязкой тьме перед глазами он пару раз промахнулся, сталь ушла в пустоту — и это стало переломным моментом. Тварь нанесла серию ударов, отбросила его в сторону, а затем стремительно метнулась вниз.

Император, вновь концентрируя энергию, «видел» — чувствовал, — как внизу его дети, его гордость, и все те, кто ещё может стоять, бросаются в новый бой.

Да… Не нужно бояться врага. Нужно биться, даже если он превосходит тебя во всём.

На то, чтобы понять, что твари нужна Анна Вяземская, времени у него ушло немного. Девушка носила под сердцем зарождающуюся жизнь, и, зная, кто отец этого ребёнка, император был уверен: именно эта новая жизнь и нужна королеве Роя.

Информация об этом пришла к нему недавно. Анастасия, имеющая при себе особые артефакты, без труда это определила.

Учитывая то, как резко начали меняться отношения Сергея и императора, мужчина, проникшись к парню уважением и даже тёплой симпатией, уже успел даже придумать, что подарит ему на рождение первенца.

Император не знал, чего именно хотела добиться королева Роя. Захватить тело жены Сергея или вселиться в будущего ребёнка. Но одно мужчина знал точно — он не позволит ей ни того, ни другого.

Он — Романов! Он — император! Он дал клятву! Клятву защищать империю и всех её подданных. Клятву, что, если придётся, он лично станет на передовой, оберегая всё то, что веками защищали его предки!

Даже если речь идёт о ещё не появившейся на свет жизни — он станет стеной. И, если нужно, повернётся к врагу спиной, закрывая собой будущее дитя империи. Да и как мужчина, Романов не хотел, чтобы Сергей находился перед возможным выбором кого спасти: жену или ребёнка.

Поэтому, когда Егора и Леонида отшвырнуло прочь, а существо, пролетая, разорвало нескольких его людей, и тут же кинулось на девушку, мужчина снова телепортировался.

Он появился перед Анной, заслоняя её собой. Его меч — верный друг и союзник в каждом бою, клинок, когда‑то подаренный отцом и всё это время трескавшийся, но, как и он, упрямо державшийся — нанёс последний удар.

Разрубая энергетическую сущность надвое, клинок рассыпался на осколки, а звон металла, исчезая, будто бы пропел хозяину прощальную песнь.

Император, стиснув зубы, ощутил, как сотни энергетических ударов ударили в него, вгрызаясь в плоть, прорезая кости, рвясь к сердцу и мозгу.

Миг ослепительной боли сменился гнетущей тишиной темноты. А затем в глубине сознания начало подниматься нечто могучее, древнее, давящее. И это нечто, яростно рыча, произнесло:

— ТЫ — МОЙ!!!

Все те, кто находился на месте сражения императора и твари, стояли поодаль, переминаясь с ноги на ногу, и наблюдали за одинокой фигурой, застывшей посреди улицы вдали.

Император был примерно в трёхстах метрах от них, на перекрёстке. В рассветном и слегка туманном городе, его фигура с прямой и ровной спиной, в местами потрескавшемся и сломанном доспехе, с рукоятью меча в руке — напоминала величественную статую, не сломленную веками. Статую, которой не коснулось ни время, ни природа.

Всё выглядело так, словно их правитель просто задумался. И многие хотели в это верить, цепляясь за эту мысль, как за последнюю соломинку.

Ранее, когда он справился с чёрной тварью, затем император просто рванул прочь и остановился на перекрёстке, где и стоял всё это время.

Миг — и рядом появилась ещё одна фигура. Парень в чёрной форме с огромным мечом в руке. Форма растрёпанная, местами порванная. Один рукав вообще отсутствовал, и рука висела плетью. Кажется, толи сломана, толи выбита.

По всему его телу виднелись редкие, но глубокие раны, а на голове часть волос слиплась от засохшей крови.

Егор, замерший от появления Сергея, невольно подался вперёд. Это был первый, кому удалось приблизиться к отцу. До этого, стоило кому‑то сделать шаг, перед ними появлялись щиты из тёмной энергии, и сколько бы они ни пытались — пройти вперёд так и не смогли. Они буквально упирались в невидимую стену, ощущая, как от неё исходит холод и предупреждение, что не стоит делать следующий шаг.

Глядя на парня, Егор понял, что и его битва не была простой, насколько бы силён он ни был. В каждом его шаге чувствовалась усталость, в каждом движении — напряжение, доведённое до предела.

Где‑то глубоко внутри у принца шевельнулась и начала разрастаться надежда. Его друг крайне непрост и, быть может… Быть может, он сможет что‑нибудь сделать с отцом. Удержать его. Спасти. Вернуть.

Сергей пару секунд просто стоял, вообще не шевелясь и не сводя взгляда с императора, а затем поднял руку с мечом вверх, держа его лезвием вниз, и резко повёл вниз, пробивая асфальт. Камень треснул, в воздух взметнулись обломки и пыль.

Отпустив оружие, он вытянул руку, и в ней появился чёрный меч. А в следующий миг… В следующий миг Сергей сорвался с места, растворяясь в воздухе и появляясь перед императором. Все неверяще смотрели, как чёрный клинок пробивает императора, выходя у него из спины.

Егор вздрогнул, с неверием глядя на происходящее. Парень отступил на шаг назад, пошатнулся, но устоял. Его лицо, как и лицо стоявшего рядом брата, посерело.

Впрочем, не только они стояли, неверяще смотря вперёд. Каждый, кто видел то, что произошло, застыл подобно статуе. Никто не закричал, не бросился вперёд. Ибо то, что случилось, не казалось никому возможным. Наконец нависшую над городом тишину никто так и не решился разрушить.

Когда я прибыл и телепортировался, передо мной предстала картина, от которой по сердцу разлилась тяжёлая, вязкая горечь.

Романов стоял прямо и гордо, сжимая в руке осколок меча. Один глаз у него был белый, выцветший, а другой — жёлтый, и я сразу узнал по ощущению от него тварь, которая уже успела породить для себя новое тело. Королева Роя сражалась со мной, заранее создав резервное тело. Она готовилась, всё просчитала. Почти всё.

Чёртова тёмная энергия… Именно она дала ей столько энергия для этого…

По лицу императора то и дело пробегало волнение, будто волны боли накатывали одна за другой. Хотя… Нет — это не «будто». Он действительно испытывал боль.

Вся его энергоструктура была полностью выжжена. Всё тело — пустая оболочка без единого канала. Как он ещё стоит — вопрос, на который есть лишь один ответ: воля. Воля правителя, не желающего сдаваться твари, пытающейся захватить его тело и имя.

Чувствуя, как горечь захватывает с головой, я воткнул Вершину в землю и создал меч тёмной энергии.

Эта тварь не получит его. Я не позволю.

Рывок — и меч входит в плоть. В ушах звенит тишина. Слышится лёгкий выдох из груди, изо рта императора потекла кровь, а губы вдруг задрожали, превращаясь в слабую, но всё же улыбку…

Я направил свою энергию в клинок — и мгновенно оказался в тёмном пространстве. В этом пространстве всё ещё шла битва.

Романов — не тот, что стоял передо мной секунду назад, а молодой, лет двадцати пяти, с не такими короткими волосами, чуть менее широкими плечами и более худой фигурой, но также одетый в свою броню и с целым белым мечом, ярко и счастливо улыбаясь, бился с огромной королевой Роя, что сейчас была высотой этажей пятьдесят вверх.

Каждый удар парня рассекал плоть, каждый взмах оставлял след от энергии, а каждый шаг по пространству был невероятно быстрым.

Я стоял, просто смотря на него. Нынешний император застрял на развитии второго ранга предвысшего, этот же… Здесь стал тем, кем он мог бы быть, если бы не что‑то, из‑за чего мужчина потерял свой потенциал.

Душа императора очень сильная. Она смогла создать этот образ из того, что могло бы случиться с молодым императором в будущем.

Глядя на его бой, я видел невероятный потенциал. Сила, с которой сражался Романов, была на запредельном уровне. А про возможное развитие я вообще молчу.

Он до сих пор жив и борется с королевой лишь потому, что та просчиталась, решив, что может подчинить себе Романова так просто. Она недооценила не его техники, не тело, а волю.

Вглядевшись в тело молодого императора, я увидел его душу. Яркую, сильную, сияющую ещё ярче, чем раньше. И даже тёмная энергия не смогла разрушить эту душу. Он что‑то сделал. Что‑то, что дало ему дополнительные силы.

Сражаясь, парень всё же посмотрел на меня и махнул клинком, явно призывая присоединиться. В его глазах читался азарт, в улыбке — почти мальчишеское удовольствие от поединка.

Возможно, что это именно то, чего желал император всё это время — быть свободным от своих обязательств. Идти по пути, который выбрал бы для себя сам.

Я не хотел мешать ему наслаждаться этим боем, ведь он действительно наслаждался им, но времени у него оставалось всё меньше. Скоро королева Роя победит в этом противостоянии, захватив душу, переведя бой в ту плоскость, где у него уже не будет шансов.

Я перевёл взгляд на королеву Роя, и та, почувствовав его, резко уставилась на меня. В жёлтой бездне её глаз мелькнули ярость и осознание угрозы. Наши взгляды встретились, и я, вкладывая в волю всю ненависть к ней, тихо произнёс:

— Сдохни.

Тварь явно хотела рвануть на меня, но в тот же миг её тело просто взорвалось, разлетаясь во все стороны кровавым фонтаном, который мгновенно растворялся во тьме. На секунду пространство содрогнулось, и наступила тишина.

Вот и всё. Больше она не возродится. Уже никогда. Её основа уничтожена полностью. Я чувствовал, как исчезает даже отзвук её присутствия.

Молодой император опустился рядом и покачал головой.

— Знаешь ли, — произнёс он юным голосом, в котором звучало лёгкое веселье, — мог бы и поддержать меня, а не убивать сразу. Ты тоже ещё чудовище, если так задуматься. Это твой настоящий облик? — он окинул меня внимательным взглядом.

— Прости, — покачал я головой. — Да.

В море души я в своём истинном облике души, так что теперь, можно сказать, мы увидели друг друга полностью.

Парень улыбнулся, затем взмахнул своим мечом и, прокрутив его на руке, резко вогнал в «пол», по которому поползли сотни белых трещин. Чёрная гладь вокруг задрожала, будто само пространство откликнулось на его жест.

— А ты невероятно силён, Сергей. Я завидую, — спокойно произнёс он. — С такой силой ты наверняка много где побывал и много что видел.

— Много, — кивнул я, подтверждая его слова.

— Вот об этом я и говорю, — засмеялся император, но его смех внезапно оборвался. Парень с лёгкой тоской во взгляде внимательно посмотрел на меня. — Как думаешь, будь мы помоложе и встреться раньше, когда я ещё не стал таким заплесневевшим ханжой, смогли бы мы стать друзьями?

Я, задумавшись лишь на пару мгновений, медленно кивнул, отвечая:

— Я и сам не молод. Так что в любом случае смогли бы.

Вот оно — то, что происходит, когда люди берут на себя бремя власти. Видимо я всё же прав в своих выводах. Но похоже что сейчас, понимая, к чему всё пришло, он ощущает себя проще и спокойнее, чем раньше. Поэтому может говорить не как император, а сам за себя.

— Знаешь, — заговорил молодой император, и его фигура изменилась, став нынешним собой, без руки. Изменился и голос — стал более низким, тяжёлым. — Я устал от всей этой власти. Будь моя воля, — мужчина вскинул голову вверх, и там расцвело звёздное небо, — я бы закончил эту войну с Китайской империей, а затем скинул всё на кого‑то из детей и отправился с тобой туда, к новым свершениям, — в его взгляде промелькнула надежда, а губ тронула почти незаметная улыбка.

Он замолчал. Я тоже молчал. В голове крутились сотни мыслей, каждая из которых противоречила другой, ища выход из этой непростой ситуации. Впрочем, молчал я недолго, заговорив:

— А ведь я даже не знаю твоего имени.

Император крайне удивлённо посмотрел на меня и вдруг засмеялся. Искренне, от всего сердца, и очень громко, а вместе с тем и ярко.

Да, шутка ли, однако за всё время так и не узнал его имени. Даже в памяти Сергея его не было.

Отсмеявшись, мужчина протянул мне целую руку, с довольно тусклой улыбкой говоря:

— Александр. Александр Романов.

Я протянул руку в ответ, мы скрепили рукопожатия и я ответил:

— Асшель Вайторл.

В этот момент Александр удивился ещё больше, но лишь кивнул мне.

— Скажи, Асшель. Это конец?

Когда я вернулся наружу, то развеял меч и подхватил тело императора, не позволяя ему упасть. Великий воин не должен падать на землю, как безымянный труп.

— По… — послышался тихий, практически неслышимый шёпот, сорвавшийся с его губ, — позаботься… о Тане… и… Анастасии… Вверяю… своих дочерей… тебе… Прошу… Не оставляй… Моих… Дочерей…

Шёпот стих, и осталась лишь тяжесть тела, которую я сам взвалил на себя. Голова императора бессильно склонилась на грудь, взгляд помутнел окончательно.

Подняв одну руку, я закрыл его глаза, затем аккуратно вытащил из руки рукоять меча, развернулся и, подхватив императора на руки, медленно пошёл к людям, которые не отводили глаз ни от меня, ни от него. Каждый шаг, каждое тихое бряцание доспеха, отдавалось в сознании тихим эхом.

Егор, стоя и смотря на Сергея, у которого на руках было тело отца, сам не понимал, почему в этот момент не мог пошевелиться. Внутри него бушевали сотни мыслей, тысячи желаний, раздирающая ярость, но… Как бы он сейчас ни хотел броситься на Сергея, не мог даже двинуть пальцем.

Всё его тело оцепенело от страха. От страха перед той силой, которая не так давно была на их стороне, а сейчас убила отца. От страха перед осознанием, что рядом с ними всё это время находилось существо, способное одним решением перечеркнуть жизнь союзника.

Только сейчас парень до конца осознал, насколько опасными могут быть высшие и насколько разными могут быть их личные амбиции…

Взгляд Егора встретился со взглядом Сергея. Тот смотрел прямо, и в его глазах не читалось ничего. Ни радости, ни торжества, ни открытой грусти… Словно он сделал это просто потому, что должен был. И это породило в парне новую волну ярости.

Я подошёл ближе и увидел, что никто не шевелится. Все — кроме с тревогой смотрящей на меня Ани — замерли, практически не в силах даже дышать.

Только что на их глазах умер император. Убитый мной. И сейчас каждый из них ощущал страх. Страх перед резко переменившейся ситуацией и превосходящей силой в моём лице.

Что бы я сейчас ни сказал им, чтобы успокоить или объяснить ситуацию, — они ничего не услышат. Слишком силён их шок, слишком громко внутри них кричит утрата.

Подойдя с телом к Леониду, я посмотрел ему в глаза. В них читались дерзость, боль и ярость, но тело, скованное страхом и потрясением, по‑прежнему не слушалось.

— Вашего отца, — всё же решил я попробовать, — взяла под контроль королева Роя. Он уже не контролировал себя, поэтому, чтобы император не стал её марионеткой — мне пришлось убить тварь в нём.

Как я и думал… Взгляд Леонида стал лишь ещё злее. Им трудно это понять, и ещё труднее принять… Умер их отец. Сейчас любые доводы будут звучать для них, как слова на чужом языке.

Аккуратно протянул тело императора Леониду, и тот, через силу и страх, всё же вытянул сильно дрожащие руки. Когда я опустил довольно тяжёлое тело, парень резко накренился вниз, опускаясь на колени, но удерживая отца. Его плечи дрожали, пальцы впивались в доспех, а из глаз потекли слёзы.

Я стоял, смотря на того, кто не сдался, сражаясь до конца. Как бы ни был силён враг — император сражался, даже уже не чувствуя своего тела.

Я всегда ценил жизнь, а также всегда уважал воинов. Тех, кто идёт вперёд, несмотря ни на что и не сдаётся ни перед какой преградой. Александр Романов — именно такой человек.

Сжав кулаки, повернулся к Ане и сделал шаг вперёд, но в этот момент раздался яростный крик, прорезавший тяжёлую тишину.

Повернув голову, увидел, что ко мне стремительно приближается объятый молнией Егор. В его глазах полыхала ненависть смешанная с гневом.

Всё же смог преодолеть свой страх.

Кулак парня объяла тёмная энергия, и я выставил навстречу ладонь, блокируя удар. Тогда Егор, с яростью глядя на меня, резко повёл ногой, атакуя уже ей. Я перехватил её и резко дёрнул.

Перекрутившись в воздухе, парень достаточно мягко приземлился неподалёку, мгновенно, молнией, снова бросаясь в бой. Его кулак, на этот раз объятый чёрной молнией, нёсся ко мне, и я ударил в ответ.

Наши кулаки столкнулись, во все стороны ударила энергия и его чёрные молнии, разрывая воздух. Я смотрел в глаза другу, который теперь меня ненавидит. Объяснить всё будет непросто… Но я не мог в тот момент медлить. Иначе мне пришлось бы сражаться с королевой Роя в обличье императора.

Во взгляде Егора читалась ненависть, но также — смятение и боль. Он словно сам не понимал до конца, что делает.

Я сделал резкое движение рукой назад, а затем сразу вперёд — его энергия развеялась, а сам парень, получив импульс, отлетел назад, шаркая по дороге ногами, оставляя следы на потрескавшемся асфальте.

Это не помешало ему вновь сорваться молнией в бой. Я сделал шаг вперёд, телепортируясь и оказываясь сбоку от него.

Его глаза медленно повернулись в мою сторону. Он ясно понимал, что не успеет. Я протянул руку и, разрушая его доспех простым прикосновением, использовал энергию.

Егор, резко потерявший возможность двигаться, на полном ходу влетел в другого человека, и тот, даже несмотря на то, что боялся пошевелиться, поймал парня, удерживая его.

Я же вновь телепортировался, оказываясь рядом с Аней.

— Серёжа…? — взволнованно, но твёрдо спросила она. В её голосе смешались тревога за меня, страх за остальных и попытка понять, что на самом деле произошло.

— Аня, ты поступила крайне глупо, летя сюда одна, — ответил я.

Девушка замерла, с некоторым шоком во взгляде уставившись на меня. Я продолжил, но уже довольно жёстко. Сейчас не время быть мягким:

— Я понимаю, что ты хотела защитить тех, кто находится здесь, но, идя на такой шаг, ты совсем забыла не только о своей безопасности, но и о других. Аяна встряла в бой по пути сюда с частью Роя. Если бы не Инкар и я — их могли бы смести.

Аня поджала губы, глядя на меня твёрдо и немного с вызовом.

— Ты же сам учил нас, что в абсолютной безопасности мы не будем и что нам…

— Аня! — перебил я её, и девушка замолчала, впрочем, всё ещё смотря на меня с вызовом. — Не для того я решил создать Род и жить по‑другому, чтобы мои близкие люди совершали мои же ошибки. Своими действиями, как я и сказал ранее, ты подставила себя, Аяну и, наверняка, фронт. Ты сильна, я не спорю, но если бы включила голову, то поняла бы: предупреди ты остальных и организуй Род — всё можно было бы обыграть иначе. Не рисковать собой или Аяной, которая вообще понятия не имела, что произошло.

Девушка вглядывалась в мои глаза, и её зрачки слегка, едва заметно, дрожали. Она держалась, но удар по самолюбию и чувство вины сделали своё дело.

— Я всё равно не считаю, что зря прилетела сюда! — резко ответила она. — Если бы меня здесь не было, то результат мог бы быть иным!

Я протянул руку, за которой Аня внимательно следила, и положил ладонь ей на голову, слегка потрепав.

— Я и не говорил, что ты не должна была помочь. Ты поступила верно, решив прийти на помощь в столицу. Но ты ещё недостаточно сильна, чтобы думать, что справишься со всем сама. В следующий раз просчитывай, прежде чем делать. Иначе можешь потерять всё, что имеешь. Жизнь не прощает импульсивных решений, Аня. А сейчас — вернись на передовую. Собери Род. Укрепи тылы.

Я убрал руку и посмотрел на двух братьев.

— Егор. Принц Леонид, — я сделал паузу, позволяя моим словам дойти до них. — Поговорим, когда я вернусь. Я расскажу вам всю правду.

Произнеся это, телепортировался к Вершине, уже у неё, взяв и клинок и держа рукоять от меча императора, присел и прыгнул в небо, где пролетающий перевернувшийся вверх тормашками Инкар подхватил меня своей спиной, несясь на огромной скорости в сторону места, где виднелась летящая сюда комета.

Королева Роя мертва окончательно. Мне даже не нужно спускаться вниз, чтобы это понять. Я распылил её душу. Так что больше не воскреснет. Теперь… Теперь пора разобраться с волной и закончить всё это.

От автора: Имя императора посвящается читателю, который до последнего верил в Романова.

Также сегодня выйдет песня про императора в ТГ. Ссылка в закрепе, переходите, не пожалеете)

Я сидел, пригнувшись и укрывшись за выдвинутой пластиной на спине Инкара. Дракон стремительно нёсся вперёд на невероятной скорости. Всё, что было вокруг, смазывалось в один «миг», превращаясь в разорванные полосы света и цвета.

А это он ещё не подрос. Когда вырастет и обретёт все свои силы, там скорость вообще запредельная будет — тогда подобный полёт станет уже не путешествием, а чистой пыткой для неподготовленного тела.

Если не обладать тёмной энергией или иметь недостаточно высокий ранг, испускаемая Инкаром энергия просто испепелит человека. Поэтому сейчас мне приходится поддерживать подобие покрова из тёмной энергии, но не снаружи, а внутри тела, усиливая себя изнутри.

Это напрягает тело, но одновременно и «прокачивает» его, укрепляя. Боль, конечно, есть однако она терпимая. Гораздо больше проблем в теле осталось от последнего сражения.

Битва с королевой была непростой. Тварь из-за тёмной энергии стала гораздо сильнее, чем была изначально. Сейчас её сила была выше, чем тогда, когда она прилетела волной. Но именно это её и сгубило.

Рассчитывая на тёмную энергию, которую ещё не смогла полностью адаптировать под себя, тварь использовала её слишком много, и итогом стало разложение тела, которое буквально не выдержала давления энергии.

Но даже так, из-за того, что тварь не испытывала боли, продолжала сражаться на максимальном пределе своих возможностей. Каждый её удар был смертельно опасен. Не будь у меня у самого тёмной энергии — сражение затянулось бы куда дольше.

В месте нашей битвы на многие километры всё уничтожено. То, что когда-то было цветущей местностью — леса, поля, — превратилось в безжизненную, изрытую воронками пустошь, покрытую чёрной оплавленной земли.

Более того — был уничтожен небольшой городок. От него вообще ничего не осталось. Радует только то, что там не было людей — их успели эвакуировать ещё до того, как королева добралась до этих мест.

Я перевёл взгляд на рукоять меча Александра. Непривычно от того, что теперь знаю имя императора. Всё же всё это время как-то даже не придавал значения этому факту.

Рукоять на энергетическом уровне едва заметно пульсировала белым светом.

Сразу после того, как всё закончится на Земле, мне нужно будет как можно быстрее добраться до одной из планет Хранительниц. Мне нужна Кларисса. Помнится, как-то раз мы нашли одну презабавную вещицу, которая вполне может помочь в этой ситуации.

Сместив взгляд выше, посмотрел на руку и направил в неё энергию. Кожа слегка почернела изнутри, каналы засветились тёмным оттенком. Нужно восстановиться, пока не прилетел на место следующей битвы, подтянуть хотя бы поверхностные травмы и укрепить покров.

Кто теперь станет императором или императрицей — тот ещё вопрос. Возможно, что после волны потрясения не закончатся. Особенно, если не получится объяснить, что иного выхода просто не было. Так что нужно быть готовым ко всему.

Подняв взгляд, я посмотрел на приближающуюся высоко в уже расцветшем небе волну.

Плохо… Очень плохо… Если это действительно третья волна… Всё куда хуже, чем казалось изначально. Возможно, придётся использовать последнюю волю деда…

Перед смертью он оставил её в Эйр, чтобы я распечатал при встрече и дед мне что-то рассказал. Вот только, зная старика, уверен, что в ней немерено дури. Я всё ещё не открыл её именно поэтому, откладывая этот момент как можно дольше.

Если случится какая-то чрезвычайная ситуация — это может стать подушкой безопасности для нас. Разовой, грубой, но действенной.

Для меня она не сильно полезна, по крайней мере для развития, ведь я давно перегнал старика по воле. А вот для кого-то другого из Рода — вполне может стать опорной точкой, скачком, возможностью выжить там, где иначе шансов не было бы вовсе.

Жаль, если придётся растратить такую мощь для единовременного усиления, но иного выхода при критической ситуации я просто не вижу.

Ещё на подлёте я увидел его: дрожащее зарево яркого оранжевого пламени, вздымающегося высоко, чуть ли не до небес.

Пламя, как живая стена, разрасталось по горизонту во все стороны, и кроме него не было видно вообще ничего. Мир впереди разделился на небо и пламя.

Я сразу подумал о том, кто мог явиться в этой волне… Демон. Балтарог. Только у демонических тварей такая мания на пламя, на выжигание всего до пепла, чтобы не осталось ни следа жизни.

Был ещё вариант, что это один из драконов Хаоса, но это вряд ли. Иначе он бы уже давно улетел, не теряя времени на выжигание территории. А эта тварь стоит на месте, будто чего-то ждёт или охраняет.

Когда мы приблизились ещё ближе, я почувствовал, что высших не стало меньше, а… Их стало только больше.

Если раньше было одиннадцать, то теперь шестнадцать. Держатся двумя условными группами на расстоянии друг от друга. Одна группа — десять высших, а другая — шесть.

Всё вдали сверкало огнём. Отсюда я уже отчётливо чувствовал и демонов: их удушливую, вязкую энергетику. Воздух дрожал, накалённый до предела и практически полностью высушенный. Земля также выгорела, покрылась трещинами и пеплом.

Кто эти пять новых высших — я не знаю, но, учитывая ситуацию в столице… Мысли у меня на их счёт далеко не самые хорошие. Возможно, что это даже кто-то из других стран.

Эйр, скользя по воздуху, мощными размашистыми прыжками нагоняла улетающего и атакующего её огнём демона. Каждый её шаг по воздуху оставлял за собой вихрь, рассекающий языки пламени и летящие в девушку огненные техники.

Нагоняла она тварь метра четыре в высоту, с лапами и шестью руками. Всего врагов такого типа осталось шесть. На них были накинуты алые балахоны, расписанные печатями, и полностью закрывающие морды. Из-под капюшонов вверх торчали лишь изогнутые рога, а в тени под тканью тлели угольки алых глаз.

Каждый из демонов создавал печати сразу шестью лапами, двигаясь с невероятной скоростью, поливая огненными техниками сражающихся, при этом не останавливаясь ни на секунду. Техники срывались за доли секунд, вспыхивая в воздухе смертельными узорами.

Балтарог полностью иссушил пространство, и теперь телепортироваться не получится. Поэтому приходится играть в догонялки, полагаясь на скорость и манёвренность. А всё от того, что эти твари чрезвычайно устойчивы к техникам.

Сверкнула чёрная тень, и позади демона появилась Эйкхирия. Вот она вполне может телепортироваться. Правда, её способности несколько иные. Альвийка уходит в подпространство, проскальзывая между слоями реальности, поэтому Балтарог и не может заблокировать её скачки.

Демон, резко развернувшись, выставил три руки, устанавливая три защитные алые печати. Перед ним поднялись полупрозрачные раскалённые щиты, с которых стекала магма.

Эйкхирия на огромной скорости вогнала свои клинки в щиты, и по тем пошли тёмные трещины, как паутина. Демон повёл руками назад и резко вперёд. На печатях вспыхнуло пламя, ударившее в сторону девушки, однако её уже там не было — Альвийка провалилась в подпространство.

Чтобы отбить эту атаку, демону пришлось повернуть голову, на долю секунды потеряв контроль над полем боя, чем и воспользовалась Эйр. Она мгновенно оказалась возле врага с другой стороны. Её меч объял ветер и девушка нанесла колющий удар вперёд.

Демон успел поставить щиты, однако ветер рванул по созданной оружием трещине, проникая внутрь и пробивая накидку, а вместе с ней и бок врага. Порыв воздуха, насыщенный её энергией, разорвал плоть изнутри.

Демон яростно взревел. Эйкхирия появилась над ним, как тень, вынырнувшая из другой реальности. Эйр атаковала всё так же сбоку, отрубая взмахом меча две руки, а Альвийка вогнала два своих клинка прямо в череп врага, пробивая его.

Печати погасли, тело начало падать вниз, и девушка спрыгнула с него, не забыв вытащить своё оружие. Приземлившись на воздух, она сразу начала ставить новые щиты, отражая атаки от тварей поменьше.

Кроме этих демонов, вокруг летали сотни мелких, держащихся выше и заливающих всё пламенем сверху, словно огненный дождь.

Обе — что Эйр, что Эйкхирия — дышали хоть и не тяжело, но слегка учащённо. Их груди вздымались из-за затяжного боя, движения стали чуть более жёсткими, экономными.

Хоть высшие и могут быстро восстанавливать энергию, но бой идёт уже довольно долго, и они положили десятки демонов среднего ранга и тысячи мелочёвки. На их одеждах виднелись следы поджогов.

Кроме всего прочего Балтарог выжигает не только энергию вокруг, но и температура тут такая, что окажись в этом месте тот же предвысший, его покров сгорел бы очень быстро, и умер бы он за секунд двадцать — просто сварился бы заживо.

За всё это время, после некоторого времени сражения с ними. Балтарог так и не сдвинулся с места. Он просто стоял, окружив себя стеной мощного пламени, не пропускающего никого внутрь. Чтобы войти в эту стену огня — нужно использовать огромное количество энергии, буквально проламываясь через плотный огненный барьер.

А так как их атакуют демоны, возможности войти внутрь ни у кого нет. Приходится бороться с ними, отбивая атаки волна за волной, не имея шанса добраться до главной цели.

Эйр быстро оглянулась. Врагов всё ещё слишком много, огонь не иссякает. Впрочем, если бы не подмога… Чёрт его знает, как всё обернулось бы.

— Нужно что-то делать, — хрипло произнесла Эйкхирия, ставя новые щиты. По ним тут же ударили стремительные огненные снаряды, взрываясь на поверхности всполохами. — Если мы будем увязать и дальше — можем все здесь полечь!

— А то я не знаю, — зло ответила Эйр, срезая очередную волну огня вихрем. — Но пока эта тварь не начнёт двигаться — мы к нему даже приблизиться не сможем без риска сгореть!

— Я могу попробовать прорваться…

— Нет! — резко отрезала Эйр. — Нам нужен брат! Ему с тёмной энергией там проще будет сражаться, а также он сможет прикрыть нас. Если ты сейчас сунешься туда — рискуешь помереть и подставить отряд.

— Я знаю, что Сергей силён! — также зло, но направляя злость не на Эйр, а на ситуацию, ответила Эйкхирия. — Но кто-то должен попробовать убить эту тварь!

— Девчонка, — нахмурилась в ответ Эйр, перехватывая меч. — Ты слышала мой приказ! Если ты сражалась с придурками из империи, это совсем не значит, что тебе по плечу один из демонов доминиона! Ты хоть раз сражалась с ними⁈

Эйкхирия отвела взгляд, буркнув:

— Нет…

В этот момент в отдалении в пространстве появилась рыжая, пылающая пламенем огромная горизонтально расположенная печать. Она пошла рябью, словно раскалённая поверхность, и из неё показался огромный демон-рыцарь в рыжеватых доспехах, по которым струйками стекала магала, и держащий в руке массивной меч из чёрного металла.

— Вот и не торопись на тот свет… — пробормотала Эйр, внимательно смотря на нового врага, оценивая его силу. — Нам нужно перегруппироваться и… — девушка замерла, а затем на её лице появилась хищная улыбка. Она вскинула голову, произнося: — Ты задержался, братец…

Рассекая пространство синим светом, сверкнула вспышка молнии и в демона на огромной скорости, держа лезвием вперёд Вершину, влетел Сергей.

От удара во все стороны разошлось несколько ударных волн. Демон, успевший выставить меч, был оттеснён назад, однако он не сдался, пытаясь сопротивляться. Вот только парень сделал обманное движение, срывая атакую. Враг сразу попытался нанести удар в ответ, но в следующий миг сверкнула вспышка меча и демон также получил удар ногой в грудь.

Тело полетело обратно в портал, а вот отрезанная башка — вниз, как и выпавший из руки меч.

Эйр выдохнула, добавляя:

— Вот теперь можно начинать…

Егор потерянно смотрел в окно. Снаружи уже рассвело, но стоял довольно густой серый туман, словно о чём-то говорящий, но парень не понимал, о чём именно.

В зале, где он находился, на диване лежало тело отца, накрытое тканью, но Егор не смотрел на него. В его руке был телефон, и он раз за разом набирал номера сестёр.

Вот только никто не отвечал. Ни Таня, ни Настя. Это нервировало парня. Каждый раз он нажимал на вызов всё резче и резче, не останавливаясь.

«Тёмный час» — это не просто приказ. Это целая директива, как для империи, так и для императорского Рода, где расписаны обязательные действия в случае проблем в столице и империи.

Проблемы расписаны на все возможные предусмотренные и не предусмотренные ситуации, чтобы контролировать обстановку даже во время крупных и неизвестных угроз.

Так, например, если объявлен «Тёмный час», императорский Род обязан следовать определённым указаниям. Но больше всего они распространяются именно на возможных наследников и их сопровождающих.

Во время этого приказа каждый из них обязан находиться на расстоянии от столицы. Не у самой границы, но балансируя между столицей и ею, оставаясь в зоне, откуда можно быстро скрыться.

Это сделано для того, чтобы, если все Романовы в столице умрут в результате нападения или поднятого мятежа, кто-то из правящего Рода уцелел любой ценой и смог продолжить линию.

Но жёстче всего этот приказ распространяется именно на сопровождение Романовых. Где бы сопровождение ни было — в небе или на земле, приказ один: ни в коем случае не допустить пропуска своего «подопечного» в столицу.

Если нужно — скрутить и удерживать до окончания ситуации, применяя любые меры. В этом случае никто из Романовых не имеет права предъявить претензию своему сопровождению, так как те подчиняются прямому приказу императора.

А если же сопровождение пойдёт на поводу у члена Рода — их ждёт самое серьёзное наказание. Вплоть до смертной казни. Всё, чтобы приказ был исполнен в точности и до конца. За исполнением этого указания всегда следят несколько приближённых императора.

Кроме всего прочего, с членом Рода и его сопровождением на время полностью отключается вся связь. Это сделано, чтобы нельзя было обманом заманить их в столицу или другое опасное место, подделав голос, приказ или сообщение.

Егор цыкнул, снова и снова нажимая на экран.

Этот приказ не один раз уже спасал жизнь членам Рода в прошлом, но сейчас он почему-то нервировал парня сильнее, чем обычно.

Долгие гудки начали бесить Егора, и он уже хотел сбросить вызов, однако в этот момент услышал нервный голос Тани:

— Егор⁈ Что случилось⁈ Что произошло в столице⁈

— Таня! — парень резко стиснул телефон так, словно он сейчас может выскользнуть, разбиться, и связь пропадёт навсегда. — Таня! Ты как⁈ С тобой всё хорошо⁈

— Да, — всё ещё нервно, быстро ответила девушка. — Со мной всё в порядке! Что произошло⁈

— На столицу напала огромная тварь, — ответил Егор, быстро посмотрев на тело отца, задержав на нём взгляд всего на миг.

В этот момент его сердце колотилось как бешеное, и стало очень горько на душе. С одной стороны, парень был рад, что дозвонился, но с другой — не знал, как рассказать сестре о смерти отца. Слова застревали в горле.

— Как папа? А Леонид?

Егор, замерев и всё так же глядя на отца, сглотнул внезапно подступивший к горлу ком. В этот момент ему вспомнился Сергей и то, что Таня его любит. Но парень, сжав одну ладонь так, что ногти впились в кожу до боли, тем самым отрезвляя себя, взявшись в руки, слегка хрипловатым голосом ответил:

— С ними… Всё хорошо.

— Что? — переспросила Таня. — Повтори, пожалуйста.

В этот момент связь вновь начала барахлить. Во время директивы её на время глушат по всей стране, чтобы у противников не было возможности координировать действия и иметь сообщение друг с другом.

— Я говорю… Что с ними всё в порядке, — уже куда спокойнее ответил парень, выравнивая голос. — Я не могу связаться с Настей. Где она сейчас? И где ты?

Не нужно Тане знать о случившемся. По крайней мере сейчас. Сначала необходимо убедиться, что обе сестры в порядке и в безопасности.

Звонок на пару мгновений прервался, и парень нахмурился, но связь тут же восстановилась, будто с помехами:

— … астя отправилась к баронам в Сибири, чтобы, вроде как, попросить у них помощи для ситуации в столице. Я и сама сейчас на их территории.

Егор сам не заметил, как сжал телефон побелевшими пальцами и резко закричал, не выдержав:

— Таня! Свяжись с ней! Бароны в Сибири предали нас! Настя должна немедленно улететь от них!!! Таня! Ты меня слышишь⁈ Улетайте оттуда!!!

Парень смотрел на экран телефона, где было показано, что звонок идёт с задержкой. А в следующее мгновение вызов сбросился.

Егор, чувствуя поднимающуюся внутри панику, сразу начал набирать Настю, но ответа не было. Тогда он вновь набрал Таню, но и до неё вызов больше не доходил. Связь всё ещё не восстановилась на приемлемом уровне.

Парень замер, смотря перед собой, а затем резко развернулся и быстро пошёл в сторону выхода, ни на мгновение не останавливаясь. Вся его растерянность, вся нервозность вмиг сошли на нет. Он твёрдо смотрел вперёд.

Если хоть с одной из его сестёр хоть что-то случится… Если будет хотя бы одна царапина…

Егор и сам не заметил, как вокруг него появилась незаметная чёрная аура, а воздух вокруг едва заметно задрожал, искажаясь.

Он сотрёт баронства с лица империи. И плевать, сколько там будет жертв… Больше никто из Романовых не умрёт, а предатели… Предатели понесут своё наказание. Уж он об этом позаботится.

Многие, кто не заходит в комментарии в чате могли заметить, что ранее день, и вот сейчас два дня нет глав. Да, сегодня тоже не будет, увы. В общем, ситуация следующая: болезнь не щадит никого.

В первый день, когда не было главы, я ток заболел, температура, головная боль и так далее. Потом, на следующий день, глава писалась, а уже на третий были последствия в виде: давления, опять же, головных болей, и не только.

Сегодня главы нет, потому что решено было провести день без ПК, дать себе возможность восстановиться, так как и сегодня было плохо. Очень сложно писать что-то, когда у тебя давление 150/100 минимум, и это ещё сбитое. Глаза вмиг от экрана вытекают, а каждый наклон головы — это сразу головокружение и боль.

В общем. Вроде полегче стало, не так, как вчера, чуть отпустило. Так что завтра глава будет 100%, не переживаем и не теряемся. Впереди у нас самое вкусное. Всех обнял, всем спокойной ночи, спасибо, что вы остаётесь с нами.

П. С: Мне вот интересно, кто тот человек, который минусит автора в комментах за болезнь? У тебя совесть есть?

От автора: Спасибо всем большое за терпение и за пожелания здоровья! Вроде оклемался! Правда, хаха, вчера сломался холодильник и сегодня покупали новый. Как вы думаете, кто себе опять поднял давление перетаскивая бандурину под 2 метра?

Снова чуть не слёг, но вроде выстоял)

Также хочу поздравить с 8 марта всех наших прекрасных читательниц! От себя желаю вам улыбаться не только в этот день, но и всегда! Ведь ваши улыбки — это именно то, что освещает наш мир, делая его не таким тусклым!

Инкар ворвался в бой немного в отдалении, помогая другим высшим, а я, запихнув тело рыцаря обратно в портал, подлетел к сестре. Она к этому моменту уже сменила цель, и вдвоём нам удалось очень быстро её добить.

— Ты задержался, — выдохнула немного недовольно Эйр, обращаясь ко мне при помощи связи мельком взглянув на меня.

Её взгляд быстро проскользил по моему телу, в том числе и в энергетическом плане, осматривая энергопотоки. Хочет убедиться, что со мной всё в порядке.

— В столице были проблемы, — коротко ответил я также через связь, одновременно оценивая обстановку вокруг. — Королева Роя завладела разумом Соколова и припёрлась в столицу. Видимо, хотела сожрать артефакты, чтобы создать себе новое тело.

Сорвавшись с места молнией, стремительно пронёсся среди десятков довольно отвратительно выглядящих демонов на крыльях, каждый размером с человека, убивая их. Они все начали опадать вниз.

Кинув взгляд им вслед, увидел, что на выжженной земле валяется множество трупов демонов. Причём многие из них по силе не сильно слабее высших. Мясорубка здесь была нехилая — всё перемешано с пеплом и кровью. Все выложились на полную.

Атаковав очередного рыцаря, схлестнулся с ним на мечах. Металл ударился о металл, искры брызнули в стороны. Впрочем, продержался он всего пару секунд — один обманный манёвр, резкий разворот клинка, и голова демона полетела вниз.

— Что с нашими? — спросила Эйр, на огромной скорости пролетая мимо меня и одним ударом клинка разрубая врага, пытавшегося ударить меня в спину.

— Насчёт передовой не знаю, но с Аней и Аяной всё в порядке, — я вгляделся в пламя впереди.

Балтарог, стоя на месте, смотрел сейчас только на меня. В его взгляде я видел ярость, но холодную, сдерживаемую. Он словно и рад бы броситься на меня, да не может. Или не хочет…

Но демон точно узнал меня.

Посмотрев в сторону высших вдали, я спросил:

— Кто это? Не помню, чтобы у нас была такая поддержка.

Эйр тоже посмотрела туда, прищурившись, а затем сразу перевела взгляд обратно на Балтарога.

— Ты же помнишь того высшего, которого мы встретили в подземелье под столицей?

Я кивнул, ощущая знакомую энергию, тянущуюся с той стороны.

— Хочешь сказать, что это они?

— Насчёт всех не знаю, — ответила Эйр. — Но он — так точно. Вражеских намерений они не проявляют, так что, видимо, хотят помочь.

— Понял, сейчас вернусь, — рванув прочь, помчался прямо к сражающемуся отряду, уходя из-под пролетевшей над головой демонической техники.

Подлетев поближе, увидел, что это двое мужчин, один старик, одна женщина и одна старушка. Все одеты в чёрные кофты со штанами и серые пальто, но лица не скрывают. Видимо, таким образом показывают намерения — не прячутся.

Ко мне навстречу сразу полетел тот самый мужчина, которого я видел в подземелье. Все остальные даже не оглянулись, продолжили сражаться, разрывая их техниками.

— Вяземский, — кивнул он сдержанно, произнося довольно громко, чтобы перекрыть шум боя.

По пальто и одежде видно, что им приходится несладко. Весь материал потрёпан, в подпалинах. Но они сражаются, не отступают.

Я повёл рукой в сторону, и вокруг нас, закрывая в коробочку, появились по четырём сторонам едва заметно крутящиеся печати. Шум боя сразу стал заметно тише.

Мужчина удивился, слегка приподнял бровь, но ничего не произнёс, только внимательнее всмотрелся в меня.

— Так значит, под столицей было минимум пять высших, — произнёс я.

— Восемь, — спокойно ответил мужчина. — Пятерых мы отправили сюда, и трое на передовую. Чтобы границу точно не прорвали.

— Даже так? — удивился я. — А вы расщедрились. Для тех, кто ведёт затворнический образ жизни.

— Вы чем-то недовольны? — он вновь изогнул бровь, но на этот раз слегка угрюмо.

— Конечно, — я смотрел ему прямо в глаза. — Если бы вы не сидели на заднице под землёй, а объединились с Российской империей, мы уже могли бы закончить эту войну.

Он хотел что-то ответить, но я перебил, холодно добавив:

— Если вы, конечно, не пытались ловить Китайскую империю на живца и в удобный момент не собирались выскочить, как черти из табакерки. В чём я, правда, сомневаюсь.

— Обвиняете нас в трусости? — усмехнулся мужчина. — Не думаете, что это не лучшая идея — вести разговоры о таком в этом месте?

— Не в трусости, — ровным, но таким же холодным тоном ответил я, — иначе вас тут бы не было. Скорее в халатности и смерти тысяч тех, кто вынужден был отдать свои жизни в этой глупой войне. Знай Китайская империя о том, сколько им противостоит высших, вряд ли решилась бы напасть.

— Возможно, вы и правы, — задумчиво согласился высший. — Вот только не мне было это решать. Вы не знаете нашу историю. Не знаете, почему мы ушли под землю, и не знаете о нашей войне под ней.

— Думаю, — медленно ответил я, кивая, — нам будет что обсудить после того, как тут закончим.

— Несомненно, — также кивнул и он. — Господин и сам об этом сказал, что хочет с вами встретиться. Какова наша роль в этой битве? — продолжил мужчина уже куда собраннее.

Проверяет? Хочет знать, отправлю я их на передовую или действительно решил действовать сообща?

— Поддержка, — я оглянулся на Балтарога. — Мы пойдём в атаку, а на вас — твари. Сдерживайте поток, пока мы добираемся до него.

— Принято, — ответил мужчина без лишних вопросов.

Мы посмотрели друг на друга, я развеял печати, и мы одновременно рванули в разные стороны, обратно в ревущую мясорубку.

Подлетев к своей группе, я использовал энергию, чтобы подозвать к себе всех, и создал множество щитов. В следующую секунду на них тут же обрушились десятки техник, вспыхивая и взрываясь на полупрозрачной поверхности.

— Внимание! — громко заговорил я, держа в руке Вершину и быстро оглядывая высших. — Идём в атаку! Я и Яна — первая линия. Эйр — ты главная ударная сила! Эйкхирия — ты с ней в связке. Сделай всё возможное, чтобы до неё не добрались твари. Азалья — ты наша главная поддержка! Твоя сила самая разрушительная среди нас всех, на Балтарогу на неё всё равно, а вот демонам — нет. Владимир, — я посмотрел на мужчину, — ты действуешь вместе с Азальей. Все остальные — на вас внешняя защита. Держите фланги и не подпускайте их к нам!

— А не слишком ли мало вас для атаки? — спросил один из японцев, смахивая кровь с клинка.

— Нет, — я окинул группу взглядом. — Если мы хотим победить, всем, кто участвует в атаке, нельзя отвлекаться на внешние угрозы. Так что исход этой битвы зависит от каждого из нас. Начали!

По моей команде все, кроме Яны, Эйр и Эйкхирии, разлетелись в разные стороны, выстраивая кольцо, но в основном сосредоточили атаки на демонах, отбивая их подальше от нас и расчищая нам путь.

А вот и Балтарог зашевелился… Понял, что мы собираемся идти в атаку. Вокруг него начали появляться новые печати.

Почему-то он всё ещё стоит на месте. И понять, что его сдерживает, получится лишь внутри поля.

— Яна, — я посмотрел на девушку. — Готова? Если нет — мне лучше об этом знать сейчас. В битве, если собьёшься — это может сыграть против нас.

Девушка резко повела рукой вниз. Сверкнул белый клинок, воздух вокруг дрогнул, и она решительно ответила:

— Я готова.

— Тогда начинаем. Как я тебя учил.

Началось сражение, и, отбивая атаки демонов, Азалья мельком поглядывала на Сергея и Дубровскую. Они оба повернулись в сторону Балтарога. Дубровская слегка приподняла клинок, энергия вокруг неё полностью утихла, словно замерла… Но в следующее мгновение вокруг девушки появилось лёгкое белое небольшое марево.

Воля? Что они задумали? Эта воля слишком слаба, чтобы нанести вред такой твари, как Балтарог.

Вокруг Сергея тоже появилось марево, но чёрное. Тёмная энергия. Причём парень почему-то ослабил её до уровня девушки. Словно…

Азалья сама не заметила, как неверяще подалась вперёд, на миг забыв отбить очередную атаку демона. Они идиоты⁈ Самоубийцы⁈

Мгновение — и Сергей сорвался вперёд стремительным чёрным силуэтом. Вслед за ним рванула и Дубровская, но уже белым силуэтом. В этот же миг взревел Балтарог. Он понял, что они решили атаковать именно его.

По всему полю боя начали появляться сотни печатей. Однако появлялись они не только снаружи, но и внутри поля демона — пространство само начинало коробиться от их количества.

Перед Сергеем вспыхнула печать, и из неё вырвался новый демонический рыцарь. Он был в полтора раза больше предыдущего, а громадный меч был чуть ли не ему по грудь.

Парень, чёрным всполохом, на полной скорости влетел в него. Демон выставил клинок, блокируя удар. От их столкновения во все стороны разошлись гудящие волны, но в этот момент сверкнула белая вспышка, и Азалья увидела, как Дубровская, со сосредоточенным и серьёзным лицом, ни на мгновение не останавливаясь, атаковала демона прямо в шлем, заставляя того попытаться быстро отбить удар Сергея. Однако он в ответ лишь сильнее надавил, сдвигая блок, и меч девушки без труда вошёл прямо в место, где горел глаз демона, выходя с другой стороны.

Сразу после этого, не останавливаясь ни на миг, Дубровская тут же потянула клинок на себя и сорвалась вперёд, к шестирукому демону, при этом на ходу выдёргивая меч из черепа. Сергей сорвался за ней, и они оба одновременно атаковали новую цель, входя в ритм. Без труда за пару мгновений отрубили ей руки и добили точными ударами.

Азалья с шоком во взгляде и приоткрытым ртом наблюдала за тем, как эти двое, мелькая стремительными переплетающимися всполохами, крошили демонов в капусту. И никто не мог их остановить — любая попытка перехватить их заканчивалась всплеском крови и очередным трупом.

Девушка поражённо выдохнула, едва не пропустив удар сбоку, и резко прокрутила копьё, распыляя подлетевшую тварь.

Единение. Причём на довольно высоком уровне.

Сражение в паре на таком уровне — это не просто бой. В случае с умелыми практиками — это целое искусство. И чтобы его постичь, нужно достичь единения. Душ, сердец, дыхания, ритма и, самое главное в этом случае — доверия. Доверие должно быть полное и абсолютное.

Каждое движение, каждый удар, каждый шаг или телепортация — всё это должно быть скоординировано на максимально предельном уровне. Одна ошибка, одно сбитое движение или дыхание — и пострадать могут оба.

Сейчас эти двое сражаются на уровне, недоступном тут никому. Если до этого приходилось хитрить, чтобы убивать сильных демонов, атакуя их с двух или трёх сторон, то теперь, пока эти двое сражаются в паре, — демоны даже не успевают скоординироваться.

Их мечи сверкают так быстро, что практически невидимы. Каждое движение — это результат. Блок, пробитое горло, отрубленная нога или голова. Ни одного лишнего действия и движения.

Они… Стали одним целым. В них летят техники, но оба так быстро перемещаются, что даже не обращают на них внимания, оставляя позади себя тела павших врагов и обломки расколовшихся печатей.

И ладно Сергей — он Вайторл и явно не молодой, а вот Дубровская… Ей точно девятнадцать, ведь Азалья слышала о ней и ранее. Или нет…?

Невозможно обучить кого-то такому уровню единения к этим годам! Единению обучаются пары, которые практикуются вместе столетиями. У них уходит сотня лет только на то, чтобы научиться чувствовать друг друга, а тут…

Девушка крутила в голове эту мысль, пока отбивала атаки демонов, и вдруг, кое-что осознав, почувствовала, как у неё по спине потекли холодные капли пота.

Так подстроиться под новичка смог бы только невероятно сильный практик. Ведь ему приходится регулировать свою ауру, дыхание и не только — даже ритм сердца подстраивать под Дубровскую.

Неужели… Это он…? Тот, кого её Род всё это время искал…

Азалья, продолжая сражаться, наблюдала за двумя стремительными всполохами, пытаясь подметить в атаках парня хоть что-то, что ей было бы знакомо.

Чёрная и белая линии, продолжая оставлять позади десятки трупов не самых слабых демонов, неслись в сторону огненной стены Балтарога. Миг — они возле неё, и стена была пробита двумя вытянутыми вперёд клинками. Пламя разошлось в разные стороны, как всплеск воды после брошенного в неё камня.

Девушка мотнула головой, ощущая, как у неё снова пересохло в горле.

Неужели… Неужели у неё вышло найти именно его???

В этот момент поблизости появилась зона абсолютной пустоты без капли энергии. Словно кто-то выжег пространство до основания.

Азалья перевела взгляд в то место и увидела Эйр. Та слегка опустила клинок, а её тело объяла лёгкая, почти незаметная, сжатая в тонкий слой аура. От этого воздух вокруг неё уплотнился и стал слегка подрагивать, искажение шло волнами.

Сильные практики способны контролировать свою ауру. Ужимать, тем самым концентрируя её, и ей совсем незачем распаляться, как это делает Дубровская. Но Дубровская ещё просто молода и неопытна. Ей ещё учиться и учиться, а тут же… Так не умеют новички…

Эйр… Эйр… Эйр…

Азалья крутила на языке это имя, и внезапно пазл в голове девушки сошёлся. Вайторл… Эйрлания Вайторл! Имя сокращено! Сестра Асшеля Вайторла! Человека, который в молодом возрасте одолел старейшего их Рода!

Это не ошибка! Всё это время потерянный наследник был рядом, а она даже и не догадывалась!

Девушка скрипнула зубами, с силой вонзив копьё в грудь очередному демону.

Дура! Дура! Дура!!!

Эйр между тем просто растворилась в пространстве, а в следующий миг…

Нам удалось привлечь к себе внимание. Балтарог наслал на нас с Яной целую волну тварей. Они летели практически непрерывным потоком, закрывая собой небо и забивая всё пространство перед нами.

Мне приходилось сильно контролировать себя, и наше единение, если честно, невероятно нестабильно, мы не можем синхронизировать энергию и стихию, но лучше так, чем вообще без него.

Когда Яна станет выше рангом и освоит все свои силы, в том числе и волю, или хотя бы ауру — единение выйдет на иной уровень.

Мы прорубались среди сотен демонов, пока вокруг полыхали разные стихии, пытающиеся оттянуть от нас большую часть врагов. Взрывы, рёв, визг — всё слилось в единый гул.

Я блокировал удар громадной криворукой твари с искажённой пастью, из которой лилась чёрная кровь, и Яна тут же нанесла удар, как я её учил, — короткий, прямой и быстрый выпад.

Такой удар хорошо пробивает врагов и позволяет вовремя сместиться, чтобы не подставиться под ответный удар.

Я рванул в сторону, и Яна тут же последовала за мной, не отставая ни на миг. Единение — это когда один становится тенью, а второй — светом, и так попеременно. Кто-то атакует, а кто-то прикрывает. Но на высшем уровне техники нет света и тени. Есть лишь двое, и мир вокруг них.

Кинув взгляд в сторону, я увидел, как, прорвав пространство, в Балтарога на огромной скорости влетела Эйр. От её удара в грудь твари разошлись по телу концентрические волны, и он сразу переключил своё внимание с нас на сестру.

Эйр же, используя родовую силу на максимум, перемещалась по телу демона так, словно телепортировалась: исчезая, появляясь и нанося удар. Вот только это не так — она просто сейчас очень быстрая. Глаз за ней едва успевал.

Каждый такой удар сейчас очень существенный для Балтарога. Ведь он бьёт прямо по энергии.

Эйкхирия, практически невидимая, постоянно мелькала вокруг сестры чёрной тенью, перехватывая удары и техники, не давая демонам возможности сосредоточиться на Эйр.

Другие высшие также не стали сдерживаться, используя свои силы на полную. Азалья, кажется, вообще с ума сошла. С копьём в руке, используя дальнобойные техники лишь чтобы прикрыть союзников, сама носилась по полю боя, превращая врагов в прах и оставляя за собой пепел.

Вот только всё это всё ещё лишь капля в море. Ведь Балтарог решил действовать всерьёз, и всё больше и больше печатей начало появляться в воздухе. Пространство над полем боя запестрело символами.

Яна старалась не думать. Мысли сейчас лишь отвлекали, дыхание и так уже сбивается, а мышцы ноют. Девушка сосредоточилась на движениях, упрямо отбрасывая панику, не желая признавать, что выдыхается.

Битва идёт уже около десяти минут на пределе. Демонов стало очень много, и Балтарог тоже зашевелился. Вот только пока он лишь создаёт всё больше тварей.

Почему враг в принципе ведёт себя так пассивно — им так и не удалось выяснить.

Яна продолжала атаковать, когда вдруг с ужасом увидела, что всё же замедляется и начинает отставать от Сергея.

На тренировках он показывал ей предел в расстоянии, который они могут себе позволить, не разрушив единение, и вот сейчас…

Осознание происходящего заставило девушку в панике резко ускориться, рискуя сбить ритм, и поняла это слишком поздно, но этот момент в голове раздался очень тихий, уставший голос Эльсы:

— Не ускоряйся… Замедляйся… Он поддержит… Но это на будущее… А сейчас… Сейчас я помогу тебе.

Дальше произошло то, что Яна не смогла даже осознать. В замедленном восприятии, её воля, лёгкая, рваная и такая тонкая, в один миг уплотнилась и словно мощная волна хлынула во все стороны на десятки метров, разрывая взревевших демонов, попавшихся ей на пути.

Девушка, не успевая ничего понять, всё же посмотрела на Сергея, боясь, что ритм сбился, но от него поднялась точно такая же мощная бушующая волна.

Яна ощутила, как её рука посильнее сжала клинок, а дышать стало невероятно просто. Теперь даже и не нужно было дышать, потому что мир принял её, и она стала частью его.

Дальше всё слилось в единую белую вспышку, среди которой были лишь морды демонов, меч и Сергей. А когда, миг спустя, Яна пришла в себя, то увидела, что они с Сергеем висят высоко в небе.

Внизу сотни тел демонов падают вниз, а сотни печатей рассыпаются в пепел. Кроме всего прочего…

Огромная лапа Балтарога, успевшего закрыть свою шею, отрубленная практически по плечо, падала вниз. Демон же, судя по его взгляду, не успел этого даже осознать.

Я мельком взглянул на тяжело дышащую Яну. Грудь ходила рывками, зрачки были слегка расширены, сердцебиение — учащённым. Энергия по её каналам тоже циркулировала ненормально быстро, почти судорожно.

Я отвернулся, глядя на устроенную нами мясорубку и на Балтарога, и ничего ей не сказал.

То, что это было вмешательство Эльсы — очевидно. И, судя по всему, последнее. Её воля, как и само присутствие, просто растворились после единения, будто её никогда и не было.

Сказать, что это было неожиданно — значит ничего не сказать. Но мне удалось подстроиться, и её вмешательство сильно облегчило задачу. Теперь поле боя было чистым от врагов.

Башку отрезать Балтарогу не вышло, но он лишился руки — а это уже многое.

В этот момент раздался рёв. Яростный, полный ненависти и не обещающий нам ничего хорошего. От рёва Балтарога во все стороны пошли волны пламени и давления, прокатившиеся по воздуху. Я выставил щит и с усилием заблокировал её.

Где-то впереди с громким гулом что‑то ударилось о раскалённую землю. Его отрубленная рука долетела до низа.

Рядом со мной появилась Эйр. Сестра очень внимательно смотрела на Яну, сжав губы. Я в ответ лишь молча помотал головой. Тогда она коротко кивнула и произнесла:

— Не знаю, что он задумывал, но печать под ним начала разрушаться. Видимо, вы его прервали, и Балтарог потерял концентрацию.

Я посмотрел вниз. Там действительно рассыпалась не самая простая печать. Её линии тускнели и таяли. Впрочем, демон уже пытался восстановить её. Под его лапами вспыхивали новые символы.

— Яна, — обратился я по связи к девушке, — пока сражаемся без единения.

Она быстро взглянула на меня и кивнула. В её взгляде я, почему‑то, увидел замешательство — словно Яна сейчас не здесь, а где-то очень далеко. Но это точно была она, а не Эльса.

Мы сорвались в бой, но теперь уже просто сражаясь рядом. Единение — это не техника, как многие думают. Единение — это «синхронизация» двух и более практиков. То есть ему вовсе не обязательно сопровождаться подпиткой энергией.

Вот только Яна пока не на том уровне, чтобы полноценно держаться рядом со мной без единения. Так что пока — так.

Нет, сражаться мы можем и так, но эффекта толком не будет. Самый обычный бой, без того дикого усиления, которое можно получить, когда она станет сильнее и повысит своё мастерство.

Я вскинул голову вверх. Там, высоко в космосе, всё ближе и ближе подступала надвигающаяся волна. И это не могло не беспокоить. Мы с Балтарогом не закончили, а про ещё одну опасность я вообще молчу.

Демон, сразу после того, как мы ему отрубили руку, перестал быть пассивным. Наоборот — начал куда активнее создавать печати, одновременно пытаясь восстановить ту, огромную, что была под ним. В воздухе тоже одна за другой вспыхивали вязи алых символов.

Мы же всячески пытались мешать ему. Пришлось приложить немало усилий, но нам это удалось.

Однако, стоило печати внизу окончательно начать растворяться, как Балтарог перестал сдерживаться.

Вся энергия, которая до этого уходила в конструкт, в одно мгновение, пламенным, полностью выжженным безвоздушным пространством, выплеснулась наружу.

Выброс был настолько мощным, что нам всем пришлось в панике поднимать щиты и спешно укреплять их, лишь бы не сгореть заживо. Волну унесло далеко во все стороны. Земля внизу стала сплошным морем лавы из расплавленных камней и верхнего слоя земли. Все кости, всё оружие, все тела демонов — всё, что ещё оставалось от прежнего поля боя, — в один миг сгорело и исчезло.

Пространство вокруг дрожало от мощи, которую Балтарог высвободил. Наши круговые щиты казались жалкими островками, грозящими разрушиться в любой момент в этом неспокойном море огня и давления.

Демон вытянул в мою сторону единственную целую руку, и я сразу всё понял. Создав крылья, рванул прочь ото всех остальных, отводя удар на себя.

Как я и думал — он продолжал наблюдать именно за мной. На его пальцах вспыхнула сложная печать, а в следующую секунду небо пронзил громадный алый луч. Он гудел мощью, сотрясая пространство, и уходил ввысь — пробивая небо насквозь.

— Эйр, Яна, атакуйте его только на расстоянии! Разорвите дистанцию и не приближайтесь! Передайте этот приказ всем!

Сестра меня поняла сразу, пока я ещё даже не договорил. Все мгновенно разорвали дистанцию, уходя в стороны, пока я, наоборот, летел прямо к демону.

Оказавшись возле него, ощутил такое мощное давление и такое яркое чувство смертельной опасности, что в мгновение развернул вокруг себя множество щитов и укрепил покров стихией.

Но это не помогло: покров лопнул вместе со щитами, рассыпавшись треском, и только тёмная энергия, высвободившаяся в один миг, спасла меня от сожжения до костей.

Я рванул прочь, в последний момент успевая рывками уворачиваться от проносящихся мимо алых демонических копий. На их концах были не просто лезвия, а широкие, рваные засечки, чтобы нельзя было выдернуть, если хоть одна зацепит.

Вот теперь, кажется, у нас действительно проблемы…

— Мы его так не убьём! — произнесла запыхавшаяся Эйр, мгновенно оказавшись рядом со мной в небе. Её дыхание было рваным, волосы прилипли к лицу от пота и жара, но взгляд оставался ясным.

Из-за количества испускаемой силы и пламени всё вокруг уже давно превратилось в странный день розово‑жёлтого цвета. Мощь демона настолько сильно влияет на всё вокруг, что цвета искажаются, а линия горизонта плывёт. Если бы здесь оказался кто‑то, кроме высших, — они бы сгорели не за секунду, а за миг, не успев даже понять, что произошло.

Но даже немногие высшие могут долго выдерживать нахождение относительно рядом с демоном. Приходится постоянно разрывать дистанцию, уходить в стороны, чтобы перевести дух, потому что Балтарог, сотрясая землю своими шагами, начал двигаться.

Теперь, раз я слишком быстрый, а он не может изменить строение тела, чтобы догнать меня или точно попасть, демон просто решил уйти. Куда-то направиться, сметая всё на пути. Между нами получилась патовая ситуация: он не может меня поймать, а я — до него добраться.

Но одно ясно точно: если мы его не остановим прямо сейчас, неизвестно, сколько городов эта тварь успеет сокрушить, прежде чем на сражение с ним поднимутся все империи. А у нас слишком мало высших…

— Знаю, — ответил я. Мысли стремительным потоком роились в голове, ища выход. И, кажется, я его нашёл. — Эйр! Сможешь поддержать мой фантом⁈

— Что⁇! — сестра аж задохнулась, на секунду сбившись с ритма. — Ты шутишь⁇! Фантом⁇! Мы ведь никогда его не делали!

Я внутренне усмехнулся, добивая очередного демона, и спросил:

— Боишься, что не осилишь?

— Боюсь, что ты сдохнешь!!! — зарычала Эйр, вступая в бой сразу с двумя демонами, отбрасывая их шквалом ветра и разрезая клинком. — У тебя не тот ранг, чтобы делать фантома! Твои мелкие — не в счёт!

— У нас нет выбора, — я блокировал удар уродливого четырёхголового демона, и атаковал его тёмной энергией, прожигая дыры в теле. — Придётся использовать сферу предка. Иначе мы его не остановим.

Сестра сомневалась недолго — тишина повисла всего на пару мгновений.

— Космос… — выдохнула она. — Давай! Я поддержу! — дальше она снова чуть ли не прорычала: — Этой твари очень не повезло, что тут двое Вайторлов!

Эйкхирия, стремительно перемещаясь по воздуху и убивая мелких тварей, перевела взгляд на зависшие в небе две фигуры рядом. Сергей и Эйрлания.

Ранее Сергей и Дубровская очень удивили её своим единением, но сейчас эти двое тоже явно что-то задумали… И очень скоро девушка увидела, что именно.

Сергей вдруг стремительно рванул вниз. На огромной скорости врезавшись в землю, он вогнал в неё свой меч. Взрыв силы был такой, что лава вспучилась, от удара образовалась гигантская воронка, откинувшая в стороны потоки расплавленного камня и земли.

Вокруг него тут же вспыхнули три большие жёлтые печати, одна за другой раскрываясь и устремляясь своими кругами вдаль, словно расходящиеся по воде волны.

В месте, где меч впился в землю, появились молнии. Сначала они струились едва заметно, тонкими нитями — словно робким и слабым ручейком тянулись вверх. Затем Сергей резко вытащил меч, и молнии, словно прорвавшаяся плотина, бурным потоком вырвались наружу, устремляясь в небеса.

Всё вокруг осветилось синим светом. Эйкхирия, глядя на всё выше и выше поднимающиеся разряды, ощутила, как по телу прошла дрожь.

Так обычно бывает при нескольких ситуациях: от присутствия действительно сильного практика, чудовищно мощной твари и… Техник высшего порядка.

Молнии, достигнув определённой высоты, примерно на уровне Балтарога, который ушёл далеко вперёд, игнорируя всех и лишь призывая своих мелких демонов, начали разветвляться в разные стороны. Эйкхирия, с шоком во взгляде, смотрела, как они формируют скелет — колоссальный остов из чистой молнии.

Скелет формировался очень быстро: позвоночник, рёбра, массивные конечности. Пока это происходило, рядом с Сергеем появилась Эйрлания.

Девушка посмотрела на парня, вокруг которого дрожал и искажался воздух, а из тела во все стороны били молнии, освещая всё рваным синим светом. От этого света рождались десятки теней, и в каждой из них Эйкхирия почему‑то видела контуры разных мифических тварей — древних зверей, о которых читала только в легендах и никогда не видела.

Кто же ты такой… Сергей…?

Парень тем временем сжимал ладонь свободной руки в кулак. Рука едва заметно подрагивала, по коже пробегали разряды, а вены по всему телу вздулись. В уголке рта тонкой струйкой потекла кровь. Эйрлания с какой-то грустью и пониманием покачала головой, будто уже зная, чем он рискует.

Она подняла вверх руку с мечом. Вокруг кисти вспыхнули три печати — подобные его, но иные по структуре, — и через секунду они также устремились своими кругами в стороны. Достигнув размера печатей Сергея, они начали вращаться в противоположную сторону.

Между двумя слоями печатей воздух словно стал нагнетённым, сжался до невероятной плотности, и между ними забили молнии. Верхние печати начали медленно опускаться, при этом между ними и нижними проявилась странная отталкивающая прослойка — напряжение в воздухе было видно даже невооружённым глазом.

Но эта прослойка не смогла долго сопротивляться. Спустя мгновение верхние печати стремительно рванули вниз, сливаясь с нижними в единую сложную конструкцию.

Смотря на получившуюся комбинацию, Эйкхирия могла лишь поражённо смотреть, насколько силён Сергей, если он принимает на себя большую часть давления всей этой конструкции. Даже на расстоянии она ощущала, как её собственная энергия откликается и пытается отступить подальше, чтобы не быть в одной плоскости с этой силой.

От Эйрлании тем временем во все стороны и в небо устремился мощный воздушный поток. Не только Эйкхирия — все, кто был здесь, с замиранием, недоумением и некоторым страхом наблюдали за тем, как ветер становится «плотью», сгущаясь и формируя оболочку вокруг скелета из молний, по размеру равного огромному демону.

Сам Балтарог, успевший отойти на приличное расстояние, словно только сейчас ощутив угрозу, начал разворачиваться.

Огромный синий скелет с бронёй из ветра, до этого стоящий смирно, внезапно ожил: поднял вверх голову, а вслед за ней — руку.

Он несколько секунд рассматривал свои пальцы, словно привыкая к ним, а затем перевёл вдруг зажёгшиеся жёлтым светом глаза на демона, уже начавшего формировать печать, и резко сжал ладонь в кулак. Согнув колени, гигант повёл кулак вниз.

Кулак достиг расплавленной поверхности — земля содрогнулась.

От удара во все стороны устремилась мощная воздушная ударная волна, вмиг сметающая на многие сотни метров лавовый океан, оголяя почерневшее дно. Но все смотрели не на это, а на то, как, прорезая небо, появившись словно из самого пространства, вниз, прямо в демона, горя от скорости и сопротивления воздуха, летел огромный клинок — точная копия того, что держит в руке Сергей.

Гигантский меч, сияющий жёлтыми рунами, искажал вокруг себя пространство. Балтарог, явно почуявший смертельную опасность, резко вскинул голову и свою целую руку вверх. С алой печати, вспыхнувшей над его ладонью, навстречу клинку ударило пламя — густое, почти вязкое, словно жидкий концентрированный огонь.

Стихия и лезвие оружия встретились высоко в небе. В момент их столкновения сверкнула невероятно яркая белая вспышка, раздался громкий, яростный треск пространства, будто небеса были тканью, и сейчас рвались в лоскуты. Воздушная волна, ушедшая немного под углом, вмиг убила сотни демонов, а землю под ней прорезала широкая дуга, по которой начала стекать лава из под Балтарога.

Демон рыкнул и чуть сильнее надавил ладонью вперёд — пламя мгновенно стало шире и плотнее, рвануло ещё выше, и от места соприкосновения ударила новая волна, прокатившаяся по полю боя.

Вот только Балтарог забыл, что меч — не единственная проблема…

От гулких шагов титанического гиганта содрогалась земля. Огромный образ нёсся на демона. Тот всё же заметил его — даже верхняя часть отрубленной руки мимолётно дёрнулась, будто он пытался ею пошевелить, — но о том, что её нет, он вспомнил слишком поздно.

Враг попытался создать печать, впечатывая когти в воздух, однако образ, резко прыгнувший вперёд сразу двумя ногами, целясь прямо в грудь демону, оказался куда быстрее.

Балтарог успел сгруппироваться, уперевшись лапами в землю и чуть подставив вперёд грудь, принимая удар. Однако даже так — удар сотряс пространство, разорвав воздух, а демона отбросило назад, заставляя глубоко впарывать когти на лапах в раскалённую породу. Все его печати разлетелись и были развеяны.

Меч на огромной скорости, сотрясая землю, врезался в неё. Образ, уже успевший сгруппироваться, в одно движение схватил рукоять, рванул клинок на себя и, используя инерцию, нанёс резкий, стремительный размашистый удар.

Воздух, и без того превратившийся в марево, яростно загудел, разрываемый оружием и поднявшимся ветром. Балтарог выставил вперёд лапу со светящимися алым когтями, встречая удар.

Миг, столкновение — и мир потонул в тишине и белой яркой вспышке, распространяющейся с ударной волной от места столкновения двух сил. На краткий момент всё вокруг стало белым, без форм и границ.

Эйкхирия и все остальные резко создали щиты и прикрыли глаза. Доли секунд — и их настигла волна, сметая вместе со щитами прочь, словно куклы, брошенные в вихрь.

Когда Альвийка смогла стабилизировать себя разлепить глаза, она увидела, что лавовое озеро практически полностью затухло, оставив после себя лишь чадящую чёрную поверхность, всю в трещинах, дымках и редких языках огня. Живой лавой оно осталось лишь под самим Балтарогом, который продолжал выжигать пространство вокруг себя, словно сам был источником этой преисподней. Марево тоже исчезло — разогнанное и разорванное ударом. Небо наконец стало светлым.

Сам демон в этот момент дрожащей лапой и с яростью на страшной морде удерживал клинок.

Две силы — огромный образ и Балтарог — боролись, не желая уступать друг другу ни шага.

Внезапно они одновременно надавили. Новая мощная ударная волна, разлетевшаяся во все стороны, начала разрушать затрещавшую под ними поверхность, ломая её на плиты.

Все высшие, как один, уже давно телепортировались как можно дальше, понимая, что теперь битва перешла в разряд, где им нечего делать. Слишком мощные силы вступили в бой… Сергей с Эйрланией тоже телепортировались высоко в небо, оттуда сражаясь с демоном.

Эйкхирия думала, что они будут вынуждены лишь наблюдать за схваткой, но нет… Демон, поняв, кто именно его атакует, начал создавать новые печати вокруг Сергея и Эйрлании.

Поэтому все остальные также вступили в бой, защищая двух высших, сдерживающих громадную тварь, пока оставшиеся высшие могут быть лишь поддержкой…

Сражаясь против сотен громадных тварей, заполонивших небо, плечом к плечу с остальными, девушка нет‑нет да поглядывала на парочку.

Те, побледнев, стояли ровно и почти неподвижно, сосредоточив свои взгляды только на демоне. Эйкхирия заметила, что струйка крови у парня появилась не только изо рта, но и из глаз, а также из ушей — давление техники буквально выдавливало из него жизнь.

От каждого удара Балтарога и образа содрогалась земля, гудело небо и чуть ли не рвалось пространство. Страдала не только местность вблизи, но и в отдалении, так как волны доносились и туда.

Но девушка не могла не отметить, что они побеждают. Огромный образ ловко орудовал громадным мечом и, пользуясь тем, что у демона нет второй руки, постоянно вклинивался именно с той стороны, выбивая Балтарога из равновесия.

Впрочем, Балтарог отсутствие руки пытался компенсировать хвостом. И каждый удар хвоста оставлял в земле новый каньон.

Земля вокруг них и вообще на огромном расстоянии превратилась в сеть рытвин и разрывов, будто в самом мире проросли гигантские шрамы.

Кинув очередной взгляд в их сторону Эйкхирия почувствовала, как у неё вздрогнуло сердце. Чувство тревоги, отточенное сотнями битв, взвыло на полную.

Но где враг???

Тем временем громадный образ, подловив демона на движении, резким ударом ноги опрокинул взревевшего Балтарога на спину. Лава под ним взметнулось вверх, как взорвавшийся вулкан. А фантом, разбежавшись, подпрыгнул, держа меч лезвием вниз.

Тень гиганта накрыла демона целиком. Удар — и… Клинок пробил Балтарога насквозь, пригвоздив верещащего демона к земле. В месте входа меча из тела демона рванул столб пламени.

Кто бы мог подумать, что создать фантом будет так сложно… Ранее мы с Эйр никогда его не делали вместе, да и на моём ранге это действительно похоже на самоубийство. В чём я и успел убедиться, чувствуя, как моё тело горит, как будто меня медленно жарят заживо и одновременно рвут изнутри силой.

Но, как бы там ни было — мы побеждаем. Мне не хотелось использовать фантом, зная, что придётся заимствовать энергию и рисковать собой и Эйр, но выбора действительно не осталось.

Балтарог, вцепившись в лезвие меча, метался и ревел, пытаясь вырвать его, но я лишь давил сильнее, используя всё больше сил. Каждое его дёрганье отзывалось в моих костях ломотой, а в голове — болью.

Сейчас мы…

Я резко ощутил позади всплеск множества высших и… Опасность.

Находясь в этом состоянии, управляя фантомом, мы с Эйр отдаём все «ресурсы» ему — и тело чувствуется где‑то далеко, на краю сознания. Поэтому, внезапно ощутив опасность, я сразу понял, что враг уже очень близко.

Разрывая контакт со своей техникой и передавая её полностью Эйр, в замедленном восприятии я начал оборачиваться, чтобы прикрыть собой сестру. Однако из-за потраченной энергии — мир вокруг меня будто стал вязким. Но, обернувшись, я успел увидеть, как позади нас, закрывая собой, появляются Яна и… Светлана Вяземская.

На нас неслись стремительные образы сосредоточенного мужчины и старухи в чёрных одеждах и серых пальто — с синим артефактным копьём и огненной рапирой в руках.

Краем зрения я уловил, как появившаяся из тени Эйкхирия, выполняя мой приказ, о котором поклялась на крови, выставила перед врагом щиты и в тот же миг резко схватила Яну за шиворот. Стискивая зубы, она резким рывком потащила её прочь от удара.

Враги действительно были близко. Слишком близко… Щиты, поставленные Эйкхирией, Яной и Светланой Вяземской, были вмиг пробиты артефактным оружием.

Откинувшая прочь Яну Эйкхирия, чуть ли не рыча, успела переместиться вперёд, блокируя удар огненной рапиры, но копьё пронеслось дальше. В следующий миг оно вышло из спины Светланы Вяземской. Хлынула кровь и оружие устремилось дальше в меня.

Всё также в замедленном восприятии я пытался успеть разогнать свою энергию и увидел, как женщина чуть дёргает рукой. Светлана Вяземская за невероятные доли секунды создала между нами воздушный вихрь и откинула меня прочь, спасая от копья. Сама же женщина в этот момент вгоняла воздушный клинок высшему под рёбра…

Энергия, направленная ранее на поддержание фантома, проводимая сквозь организм и ещё заимствованная от сферы, сейчас была крайне нестабильной, поэтому я мог лишь наблюдать, не в силах ничего сделать.

Эйкхирия, отбив атаку вражеской высшей, растаяла в воздухе, исчезая, словно чёрный дым, и в то же мгновение появилась перед мужчиной. Её клинки, сверкнувшие чёрным светом, устремились в два направления: один ударил в шею, входя в неё по рукоять, а другой разрезал руку, отсекая её у самого плеча.

Падая вниз, с шумом ветра в ушах и свистом воздуха, трепещущего мою одежду, я видел, как неподалёку также падает Светлана Вяземская.

Женщина, с торчащим из живота копьём, вертелась в пространстве, не в силах остановиться, словно сломанная кукла, брошенная с большой высоты, и почему‑то искала взглядом именно меня.

Когда её взгляд наконец смог зацепиться за моё лицо, я увидел в её глазах только тревогу.

Находясь в нестабильном состоянии падения, раз за разом переворачиваясь в воздухе, она вдруг, с дрожью и явной болью, вытянула в мою сторону руку. В это же мгновение я ощутил, как подо мной создаётся воздушная подушка.

Моё падение начало замедляться, будто меня подхватила невидимая ладонь, а вот сама женщина, всё так же с тревогой глядя на меня снизу вверх, унеслась дальше вниз.

От этого взгляда, от этой тревоги в нём, на душе почему‑то стало очень горько… Словно здесь и сейчас я лишаюсь чего‑то очень важного. Чего‑то, о чём потом буду долго жалеть, даже если захочу забыть.

В груди перехватило дыхание, будто кто‑то сжал сердце ледяной рукой.

Где‑то далеко вверху тем временем продолжала бушевать битва. Небо сверкало сотнями взрывов и языками пламени, вперемешку с другими стихиями. Эйкхирия сражалась с оставшимся высшим, пока другие начали делиться на группы и отбивать атаки демонов, закрывая дыры в обороне.

Всё сильнее замедляясь, я стиснул зубы и начал ускорять течение энергии в организме, заставляя её циркулировать быстрее. Когда удалось направить крохи в крылья, создал их, затем резко перевернулся, обходя воздушную подушку, и рванул вниз.

Вот только энергии было слишком мало, и крылья развеялись буквально через пару секунд. Меня, также, как женщину, закрутило, бросая то на спину, то лицом вниз, и потащило потоками воздуха в сторону, всё дальше уводя от траектории падения Светланы.

Та уже была далеко внизу, почти терялась среди клубящихся облаков и дымки, но даже так я ощущал мягкое давление ветра под собой — упрямое, настойчивое, пытающееся хоть как‑то стабилизировать моё падение, удержать, не дать разбиться.

Словно… Словно тёплые руки матери, пытающиеся удержать нерадивого сына, который снова полез туда, куда не нужно.

Почему‑то в этот момент перед глазами сама собой всплыла другая картина: пылающий громадный город моего Рода. Пламя объяло огромные высотки, не щадя ни стекло, ни металл.

Вокруг в небе раз за разом вспыхивали и гасли техники, руша здания. В небе — тысячи кораблей, а впереди две фигуры, стремительно несущиеся вперёд, к месту сражения.

Когда всё это произошло, я был ещё слишком маленьким, чтобы осознать происходящее, и смог запомнить лишь редкие фрагменты, будто чужие обрывки памяти. Но это чувство… Объятия родителей на прощание, тепло их рук, дрожь, отчаянная спешка… Я вдруг вспомнил его целиком — и оно обожгло сильнее пламени Балтарога.

Сцепив зубы, волевым усилием, почти со злостью, прогнал воспоминания, будто отбрасывая назойливую тень.

Не время! Что было — то ушло. Сейчас нужно справиться с тем, что есть.

Я прикрыл глаза, концентрируясь, пытаясь отсечь всё лишнее.

Время ещё есть… Нужно сосредоточиться… Потянуть энергию медленно… Отделить одну от другой…

В этот момент я ощутил в груди чужие чувства. Не свои. Горечь и страх от потери начали накатывать волнами, накрывая меня с головой и сбивая.

— Мама… — раздался тихий голос, словно едва заметная волна на грани сознания, где‑то в глубине.

— Тише, — попросил я, не открывая глаз и концентрируясь, стараясь не сорвать только начавшийся процесс.

На мгновение воцарилась тишина, даже вой ветра будто стал тише, а затем у меня резкой, пульсирующей болью заболели глаза.

— Позволь… Помогу…

Сергей попытался перехватить управление телом, и у него даже начало получаться. Мой контроль над мышцами ослаб, движения стали чуть чужими. Я мог бы отбросить его обратно в глубину сознания, но решил довериться — парень никогда не пытался мне навредить и никогда не претендовал на тело.

Глаза широко распахнулись, а вперёд вытянулась рука, стараясь дотянуться до того, чего не видел никто, кроме него. Боль в глазах усилилась в несколько раз. В какой‑то момент она стала такой резкой, словно их проткнули лезвием изнутри.

Однако я усилием воли оставил их открытыми, не позволив себе моргнуть, и увидел, как подо мной, прямо в воздухе, раскрылся зев тёмного пространства — прореха в реальности.

Я не успел ничего понять, только услышал внутреннюю, торопливую просьбу не уворачиваться.

Мир на миг потемнел, звук ветра исчез. А ещё через мгновение я оказался далеко впереди, уже почти у поверхности, чувствуя резкий порыв встречного воздуха. Но парень не промахнулся: Светлана Вяземская теперь падала на одном уровне со мной, совсем рядом.

Протянув руку, я схватил её за запястье и резко притянул к себе, сгибая руку, чтобы не вырвать сустав, и спросил парня:

— Сможешь ещё раз?

— Да, но не с мамой. Глаза ещё не достаточно сильны, чтобы и кого‑то другого пропустить через себя, — его голос дрогнул, но в нём не было сомнения в себе — только страх за неё.

— Ясно…

Я вновь закрыл глаза, позволяя телу продолжать падать как есть, доверившись тем, кто наверху, и перестав трепыхаться без смысла. Сосредоточился только на концентрации энергии.

Я теперь не один. Со мной есть люди, которые меня поддержат, и мне совсем не нужно всё делать самому, разрывая себя в клочья.

Прижимая к себе тихо хрипящую и сипящую женщину, чувствуя, как её кровь медленно пропитывает мою одежду, и параллельно бросив Вершину, при этом прогоняя по телу энергию, я ощутил, что не прошло и пяти секунд, как нас подхватил мягкий, но мощный ветер, выравнивая и останавливая падение.

Открыв глаза, я увидел Яну. Девушка стояла к нам спиной, вися в воздухе, и сосредоточенно оглядывалась по сторонам, ожидая удара откуда угодно.

Под её присмотром, потратив ещё несколько секунд, я смог стабилизировать свою энергию и создал крылья. Яна с тревогой посмотрела на меня через плечо, оценивая, в порядке ли я.

Удерживая Светлану Вяземскую одной рукой, аккуратно фиксируя её, я произнёс:

— Яна, возвращайся в бой. Если угроза ликвидирована — займитесь Балтарогом. Не дайте ему подняться.

Она коротко кивнула и телепортировалась.

Направив энергию по копью, всё ещё торчащему из живота Светланы, и создав с двух сторон, в местах удара, по три небольших печати, я зафиксировал оружие двумя печатями, не давая ему сместиться и нанести ещё больше повреждений. А остальные направил в тело, где активировал, заставляя энергию женщины постоянно течь и не останавливаться ни на мгновение.

Перехватив женщину на руки поудобнее — одна рука под коленями, другая поддерживает спину, — сорвался в нужную сторону на максимально возможной скорости.

Пространство размывалось, а ветер хлестал по щиту, но не замедлял нас — я летел вперёд, вытягивая из себя всё, что только мог.

В груди всё так же ощущалось волнение, но не моё. Сергей был весь на иголках, его тревога зудела под кожей, но он молчал, не вмешиваясь.

Светлана, глаза которой смотрели только на меня, будто вообще не замечая вокруг ничего, а из губ стекала тонкая ниточка крови, вдруг медленно подняла руку. Её ладонь — маленькая и очень холодная — дрогнула в воздухе и коснулась моей щеки.

— Сын… — послышался её тихий, с хрипотцой голос, больше похожий на выдох. — Я… была такой… дурой… Прости… — из глаз Светланы полились горькие, тяжёлые слёзы, скатываясь по вискам и исчезая в её спутанных волосах.

Эти простые слова, от которых мне вообще не должно быть ни холодно, ни жарко, и холод ладони на щеке почему‑то ударили по мне очень сильно, заставляя всё внутри сжаться от какого‑то древнего, почти забытого страха.

Светлана обращалась не ко мне. Сейчас она говорила тому Сергею, но наши с парнем души частично переплетены, и, видимо, именно поэтому я ощущаю этот момент так остро.

— Мама! — раздался крик в глубине моей души, рвущийся наружу, и в следующее мгновение и по моей щеке скатилась слеза.

В этот момент я окончательно запутался, чья это была слеза и чьи эмоции сейчас рвут грудь — мои или Сергея.

— Сергей… — продолжила женщина ласково, цепляясь за щеку из последних сил. — Я… горда тобой… — её рука ослабла и опала, безвольно соскользнув с моей щеки, а глаза медленно закрылись.

— Мама! — снова закричал парень внутри меня, но на этот раз его голос звучал глуше, утопая в пустоте.

Я стиснул зубы так и ускорился ещё сильнее.

В Сибирь мы летели не одни. С нами поддержка в лице целителей. Чтобы прошлый инцидент не повторился, с нами отправили самых сильных — тех, чьи имена знали даже в других странах, — но они всегда держатся в отдалении, чтобы не попасть под удар во время боя и не стать лёгкой мишенью для демонов и высших.

Вскоре впереди показались два дирижабля на земле.

Добравшись до них, я стремительно опустился, погасив скорость в последний момент.

Ко мне сразу подбежала пятёрка целителей, которую возглавляла Бестужева.

Двое мужчин приняли у меня женщину, осторожно, но уверенно перехватывая её, профессионально удерживая на руках так, чтобы копьё не сдвинулось ни на миллиметр, пока Бестужева проводила по ней руками, диагностируя, закрыв глаза и сосредоточенно щурясь.

Графиня остановилась, убрала ладони и, словно над чем‑то раздумывая, произнесла:

— Ей уже не поможешь. Могу лишь облегчить страдания, — она резко отвернулась, но я успел заметить, как на её лице появилась кривая, почти незаметная улыбка.

Я сделал шаг в её сторону, чувствуя, как во мне поднимается волна ярости. Бестужева повернула голову и нагло посмотрела мне в глаза, даже не пытаясь скрыть пренебрежения, пока Светлана Вяземская тяжело и рвано дышала.

— Что? — лениво бросила графиня. — Чего так смотришь?

— Начни исцеление, — твёрдо произнёс я, глядя ей прямо в глаза, но не повышая голоса.

— Думаешь, раз сам император тебе благоволит, то можешь пытаться давить на меня? Если я за… — начала она, явно даже не собираясь шевелиться.

Не слушая её дальше, я резко ударил её тыльной стороной ладони по щеке. Хлопок разнёсся по площадке, и от удара она упала на землю и покатилась по ней.

Ближайшие предвысшие тут же начали нагнетать энергию, воздух вокруг них задрожал, но они лишь в напряжении переводили взгляды с меня на неё, не решаясь вмешаться.

Церемониться с Бестужевой смысла нет. И так ясно, что ей не нравлюсь ни я, ни Светлана Вяземская, ни сам факт, что ей пришлось сюда приехать. Значит, вопрос нужно решать радикально и так, чтобы больше не было вопросов, а было лишь подчинение.

Женщина вскочила, создавая вокруг себя плотный покров. Её волосы растрепались, на щеке проступал быстро темнеющий след удара, но взгляд был яростным, полным злобы.

Я сделал шаг вперёд, и ударил тёмной энергией. Её покров треснул и рассыпался, не выдержав давления. Я протянул руку, хватая Бестужеву за горло.

Она попыталась сопротивляться, активировать ещё одну технику, но я с силой сжал пальцы и без труда поднял её вверх, удерживая на весу одной рукой. Хрипя и хватаясь за мою кисть, Бестужева попыталась ударить меня ногами, но я блокировал её движение энергией. Ноги повисли плетью — и, судя по тому, как мгновенно побледнело её лицо, это напугало её даже сильнее, чем сама хватка.

— Слушай сюда, — заговорил я ровно и спокойно, почти тихо, однако от моего голоса у неё ещё больше побледнело лицо, а стоящие рядом предвысшие отступили немного назад. — Здесь и сейчас ты подчиняешься моим приказам. И любая попытка уйти от своих обязанностей будет означать для тебя смерть. Или то, что хуже. Чтобы ты точно поняла, что я не собираюсь с тобой миндальничать и сюсюкаться…

Я резко направил в неё энергию… Бестужева дёрнулась, а затем обмякла, её руки также повисли, пальцы раскрылись, и она, не в силах пошевелиться, с ужасом смотрела мне в глаза, похоже, впервые по‑настоящему понимая, что шутить я не намерен.

— Я могу оставить тебя в таком состоянии на всю жизнь. И жить ты будешь долго. Я сделаю так, что твой организм сам будет тебя поддерживать, но ты останешься овощем, способным лишь мычать. Исцелить это ты не сможешь, как и никто другой, так что задумайся, хочешь ли ты этого?

Я позволил её энергии циркулировать свободно, ослабляя хватку, и женщина с видимым облегчением зашевелила руками и ногами, пробуя суставы, будто вспоминая, как ими пользоваться. Я разжал ладонь окончательно, и Бестужева рухнула на землю, тяжело ударившись коленями, но тут же поднялась, едва заметно покачнувшись. Она смотрела на меня исподлобья, плохо скрывая злость и страх.

— Можешь смотреть сколько угодно, — продолжил я ровным голосом, не обращая внимания на её взгляд. — Но уж поверь, по сравнению с тем, что сделает с тобой и твоим Родом Виктор Вяземский, когда вернётся, и если ты не спасёшь его жену — мои угрозы тебе покажутся детским лепетом.

Глаза Бестужевой быстро заметались, она перевела взгляд с меня на лежащую женщину, затем на целителей. Женщ ина сглотнула застрявший в горле ком и, кивнув, так и не найдя, что ответить, подошла к двум мужчинам-целителям.

Я последовал за ней. Подойдя ближе, взялся за древко копья, торчащего из груди Светланы Вяземской. Бестужева, заметив моё движение, посмотрела на меня долгим, тяжёлым взглядом, в котором смешались ярость и обречённость, но снова коротко кивнула.

Одним резким движением я выдернул оружие, следя за тем, чтобы не расширить рану.

Светлана Вяземская дёрнулась, грудь судорожно взметнулась, губы приоткрылись в беззвучном крике, однако её удержали за плечи и запястья. Все пятеро целителей тут же принялись за дело, торопливо закрывая своей энергией рану, вплетая печати одну в другую и останавливая кровотечение.

Я вытянул вперёд руку, над ней в воздухе одна за другой вспыхнули семь маленьких печатей. Они медленно вращались. Целители отвлеклись на мгновение и настороженно посмотрели на меня, но я лишь махнул ладонью.

Печати, послушно повинуясь моему жесту, в следующий миг понеслись к ним, цепляясь к спинам, словно тонкие клейма. Две из них, изменив траекторию, влетели прямо в грудь Светланы Вяземской и растворились внутри её тела.

Смотря в опущенный взгляд Бестужевой, я ответил на её безмолвный вопрос:

— Теперь вы все связаны. От вас зависит жизнь Вяземской, а от её жизни зависят ваши жизни. Если умрёт она — умрёте и вы.

Они побледнели почти одновременно, словно по команде. Каждый из них уже видел, на что я способен, поэтому мои слова они воспринимали более чем серьёзно. Никто даже не попытался возразить или снять мою печать — слишком хорошо понимали цену ошибки.

Больше не смотря на них, телепортировавшись, я полетел в сторону поля боя.

В первую очередь направился к Вершине, при этом внимательно наблюдая за происходящим вдали.

На земле валялась огромная туша Балтарога. Чёрная кожа демона была изрезана бороздами атак, обуглена и покрыта трещинами. Фантом давно развеялся — для его поддержания нужен был я и Эйр. Однако дыра в теле демона никуда не делась. Её края были обуглены и плавились, медленно стягиваясь, но полностью затянуться уже не могли.

И сейчас по нему били сотнями разных техник. Все высшие, за исключением трёх, находящихся далеко в отдалении, использовали свои техники и стихии на максимум. Небо было разорвано разноцветными вспышками, земля — исполосована глубокими трещинами.

Местность в той точке превратилась в бурю из энергии и разноцветных стихий. Воздух там был настолько плотен от силы, что выжить в том пространстве любому высшему в принципе невозможно, поэтому все разлетелись по сторонам, атакуя на расстоянии, удерживая безопасную дистанцию и не рискуя заходить в эпицентр.

А те трое — это оставшиеся из-под столицы. Они держались в отдалении. Почему они решили отступить? Не ясно. Однако улетели они очень далеко, за пределы основной битвы.

Я телепортировался к Вершине, мгновенно подхватил её за рукоять, и рванул в небо. Хорошо, что гарда меча Романова ранее подчинилась мне и ушла в подпространство, иначе было бы очень неудобно сражаться, постоянно отвлекаясь на неё.

Когда добрался до места, где, без преувеличений, запинывали Балтарога, увидел, что все действительно разошлись на полную. Никто не жалеет ни грамма энергии. Небо трещало от грома и ветра, а земля дрожала от множественных ударов.

Демон уже практически не шевелился, однако пытался создавать печати. Но ранее он потратил слишком много энергии, да и фантом нанёс существенный урон, поэтому его конец — лишь дело времени.

Я телепортировался к Эйр. Сестра висела высоко в небе и смотрела на расколотую сферу на своей ладони. Осколки сферы плавали над кожей, вращаясь и переливаясь остатками заключённой в них силы.

Вдруг послышался её тихий, почти шепчущий голос:

— Спасибо, предок…

Она сжала ладонь, с хрустом разламывая сферу окончательно. Осколки превратились в пыль, и остаточная энергия хлынула в её тело. Эйр на миг прикрыла глаза, позволяя силе пройтись по каналам, а когда вновь открыла их, в её взгляде полыхнул жёлтый свет. Она вскинула вверх руку, которой сразу же повела вниз.

Над Балтарогом, от его туши и дальше к небу, начали появляться множественные громадные жёлтые печати. Они появлялись одна над другой.

Теперь, когда сфера уже использована, а точнее потрачена её основная часть энергии, остатки не навредят. Они просто развеются, если их не использовать. Что и решила сделать Эйр — вложить всё остаточное в один удар, не оставляя демону ни шанса.

Я ей не мешал, спокойно смотря, как вверху в небе расцветает громадный вихрь. Сформировавшись, вихрь на мгновение замер, а в следующий миг устремился вниз стремительным белым светом, прорезая небо.

А ещё секунду спустя всё вокруг утонуло в белом сиянии. На мгновение мир лишился красок, звуки стали глухими. Внизу было видно лишь то, как Балтарог дёргается в этом свете, судорожно пытаясь спастись, но всё уже кончено…

Ветер исчез так же резко, как и появился, печати одна за другой развеялись, тая в воздухе, и на земле осталась лишь туша «мёртвого» раздербаненного демона.

Его душа всё ещё не уничтожена, однако я без труда её уничтожу, когда буду поглощать силу.

— Всё кончено, — выдохнула Эйр, всё так же глядя вниз. Голос её был хриплым от перенапряжения, а дыхание чуть сбивчивым. Все высшие перестали атаковать и сейчас просто висели в небе, оглядываясь и явно ещё не придя в себя после битвы. — Давай закончим с этим побыстрее. Как мы будем останавливать вторую волну — я не знаю, но чем быстрее закончим с этой — тем проще нам будет.

В этот момент мы ощутили позади мощную, чужую энергию, и резко развернулись, вскидывая оружие.

— О, поверь мне, — негромко заговорил мужчина в белом костюме с тростью в руке, появившийся на некотором расстоянии от нас, — вам не придётся думать об этом… — он широко улыбнулся.

— Ты кто⁇! — зло спросила Эйр.

Пришедший же в ответ смотрел только на меня, и вновь заговорил:

— Я сам займусь всей этой энергией.

Некоторое время ранее. Замок в землях Рода Вяземских:

Леонид сидел на кровати в комнате и, уперевшись локтями в ноги, а также держа переплетёнными пальцы, смотрел перед собой. Не так давно отгремели бои на передовой, и часть воинов, раненных, пришлось транспортировать в замок, чтобы они не пострадали при возможном следующем ударе.

Ну и, конечно же, павших…

Битва на передовой оказалась непростой. Парень, участвующий в куда более масштабных сражениях в космосе, знал это точно.

Точнее, сражения идут до сих пор. Но их с сестрой отправили сюда, так как они уже давно не спали, и госпожа посчитала это ненормальным для тех, кому ещё предстоит выйти в бой снова.

Поэтому теперь они здесь, как возможный резерв, в замке. В почти пустом замке. Многие горничные заняты в лагере уходом за выжившими, поэтому это место и кажется таким пустым и вымершим.

Однако не только усталость стала причиной их отправки в замок. Наблюдая за сестрой, парень понял, что ей стало резко хуже. Это беспокоило куда сильнее, чем собственная усталость.

Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять, что дело в природной связи Этараксийцев. А уж через что она сейчас проходит — Леонид примерно мог представить. Ночами он порой ощущал «отголоски» чувств сестры.

Понимая это, парень попросил госпожу отправить их в замок, чтобы Саша, тем, что ей внезапно станет хуже, случайно никому не навредила.

Приложив ладони к лицу и с силой помассировав его, Леонид тихо выдохнул.

Та замена, которую начал создавать глава, не является настоящей связью. Ведь их связь создаётся на внеплановом уровне, а не на энергетическом. Она даже глубже, чем связь души. Скорее всего, глава это тоже понимает, и поэтому старается изучать проблему, разбирая её по кусочкам, словно сложный артефакт, а не делает резких шагов.

Вот только своим изучением он делает для сестры лишь хуже, давая ей ложную надежду. Да, она ведёт себя обычно, старается улыбаться и не подавать виду, но Леонид знает, как её ломает ночами от желания, как она стискивает зубы и до боли сжимает пальцы в простынях.

В людской культуре это называется гормонами и половым созреванием. У Этараксийцев тоже есть нечто подобное, но куда хуже. В случае с Сашей — это хуже чуть ли не в кубе. Ведь её волнения, чувства и желания не с кем разделить.

Глава её просто не ощущает. Будь он Этараксийцем — то вместе у них все эти чувства схлынули бы куда быстрее, перерастая в устойчивую связь, а не в мучительную ломку.

«Взросление» и «половое созревание» у Этараксийцев — крайне сложный процесс. Он наступает тогда, когда образуются не родственные пары. И вот сейчас… У Саши, хоть глава и не является её парой, идёт это самое взросление.

Она держится изо всех сил, и, так как связь Этараксийцев находится на совершенно ином уровне, а Саша, помимо прочего, ещё и не установила связь с главой, парень порой ощущает фантомные чувства сестры. Они накрывают внезапно: вспышкой горячего стыда, резким уколом желания, беспричинной и глубокой тоской…

Получится ли вообще установить эту связь…? Или сестру в итоге ждёт лишь смерть от собственных эмоций?

И самая главная проблема в этой ситуации заключается в том, что даже если глава и примет чувства сестры, а затем займётся с ней любовью, то это не исправит её недуг. Этараксийцам нужна связь. Без неё всё бесполезно…

Мысли Леонида тяжело крутились по кругу. Он повёл ладонями по лицу, чувствуя усталость, и уже собирался встать, когда вдруг послышался стук в дверь.

— Да? — парень убрал руки от лица и посмотрел в сторону звука. — Войдите.

Дверь открылась, и показалась одна из горничных. Девушка, в мятом от спешки переднике, поклонившись, заговорила:

— Господин, госпожа Саша покинула замок и направилась на восток в одиночку, на машине.

Леонид почувствовал, как у него ёкнуло сердце, будто его сжали изнутри ледяной рукой. Парень сразу вскочил и, проходя мимо стола, схватил ремень с ножнами, в которых было его оружие. Привычным движением он затянул ремень, при этом проверив застёжку.

— Спасибо, — поблагодарил он напряжённо и слегка хрипло, спешно проходя мимо горничной и почти выбегая в коридор.

Сестра… Неужели ты дошла до пика? Похоже, что пришло его время сделать для неё хоть что-то…

Сибирь. Поле боя:

Глядя в глаза врагу, я вылетел слегка вперёд, закрывая собой Эйр.

Космос… Как же всё вечно не вовремя…

Я знал, что желающих покуситься на мою силу найдётся не мало. Даже больше — готовился к настоящей мясорубке, поэтому о отвлёк другие страны ситуацией в Антарктиде. Ведь речь о халявной энергии. Тот же Соколов, поглотив прошлую волну — стал высшим. Здесь же энергии куда больше и многие правители это прекрасно понимают.

Но кто бы мог подумать, что этот чёрт из табакерки вылезет именно сейчас, когда мы одолели Балтарога. Едва успели перевести дух, как мир поспешил выкинуть новую мерзость.

Неужели где-то просто поджидал? Да, скорее всего, так и есть. Наверняка наблюдал и ждал, высматривая момент, когда мы будем наиболее вымотаны.

Как поступить в этой ситуации? Судя по его энергии — он гораздо выше нас рангом, хоть и скрывает его. Какой ранг — я определить не могу: хорошо маскируется. Даже печатей не видно в теле.

— Знаешь, — заговорил он, — а это даже забавно… Я прибыл сюда за пантеоном, и на этой планете оказался именно ты… Ну не сама ли судьба сводит нас?

Его голос звучал расслабленно.

— Кто ты? — спросил я, не отводя взгляда.

Незнакомец, сперва удивившись, вдруг громко засмеялся и застучал своей тростью по воздуху. Каждый удар сопровождался глухим звуком, будто по невидимой поверхности, и от трости по пространству начали расходиться быстрые белые волны.

Пока он смеялся, я координировал действия с Эйр по связи. Внутри головы шёл быстрый обмен мыслями, обрывки фраз, схемы, варианты отхода. Этот враг слишком силён. Настолько, что, вполне возможно, мне придётся остаться с ним один на один, пока другие будут улетать.

Нет смысла им жертвовать собой здесь и сейчас.

— Конечно… — перестал враг смеяться, но на губах осталась насмешливая усмешка, — конечно же ты меня не помнишь… Да и с чего бы вдруг? Ведь столько времени прошло… Но это не отменяет того факта, что я хочу убить тебя.

— Знаешь, — усмехнулся я, — ты не устал играть в эти игры? Припёрся ко мне в замок, начал нести что-то о том, что я тебя знаю. И сейчас продолжаешь. Может, уже перестанешь играть в эти игры и расскажешь, кто же ты такой?

На его губах расцвела широкая улыбка, а глаза чуть ли не заблестели от происходящего. Наслаждается, ублюдок.

— Это было бы слишком скучно. Видишь ли — ты изначально не был моей целью, но, найдя тебя, я хочу вдоволь повеселиться. В том числе и ожидая увидеть на твоём лице узнавание.

Эйр, равняясь со мной, произнесла, не скрывая брезгливости:

— Больной какой-то…

— Эйр, — я мельком посмотрел на сестру, — действуем по плану. Улетайте.

Она сжала рукоять меча, но в глазах я увидел лишь холодное упрямство.

— Идёшь на жертву? — усмехнулся враг, чуть наклонив голову. — Знаешь, а это ведь в твоём стиле. Ты никогда не бежал с поля боя, но в то же время всегда держал в голове несколько планов. Значит, и сейчас что-то задумал…

Сестра, выставив в сторону руку с мечом, пролетела слегка вперёд. Вокруг неё заклубилась энергия.

— Эйр…! — зло произнёс я, так как это было совсем не то, о чём мы договаривались.

В то же мгновение вокруг противника, на некотором расстоянии — примерно метров десять, — начали телепортироваться высшие, окружая врага плотным кольцом. Пространство вспыхивало в постоянных вспышках.

Я хмуро посмотрел на них, ощущая, как внутри поднимается тяжёлое чувство — смесь благодарности и раздражения. Рядом появилась сосредоточенная Яна. Посмотрев на меня, девушка, поджав губы, просто кивнула и приняла боевую стойку, поднимая оружие.

Враг, смотря на всё это, хлопал в ладони, будто на представлении, оглядывая каждого высшего взглядом коллекционера, изучающего экспонаты.

— Браво, браво! Сколько смертников… Невероятно! — он ударил тростью по воздуху, от чего начала распространяться новая мощная волна.

Клинок Эйр засветился, и она, резко перехватив его двумя руками, вогнала также в воздух. По пространству пошли трещины, словно по хрупкому стеклу, которые, столкнувшись с волной, раскололи её.

— Интересно… — задумался неизвестный, прищурившись, — а если так…?

От него во все стороны ударила аура, плотная и тяжёлая. Я хотел вмешаться, но сестра вновь опередила меня. Её аура вырвалась наружу, вспыхнув, как столб света.

Две ауры столкнулись, словно волны двух океанов, устремляясь вверх. От места их соприкосновения воздух завибрировал, небо приобрело слегка бледный цвет. И если со стороны врага высших отнесло прочь, бросая их назад, то со стороны Эйр они остались висеть в воздухе, удерживаемые её силой.

Враг смотрел на Эйр задумчиво, будто анализируя.

— Брат, — сестра обернулась ко мне. — Пока мы его задержим — займись своей силой. Ты быстрее любого тут сможешь поглотить её. А за нас не переживай, — она усмехнулась. — Вместе вступили в эту битву — вместе из неё и выйдем.

В подтверждение её слов высшие вновь телепортировались, вставая уже рядом с ней и передо мной стеной, словно отгораживая от этой битвы. Их энергии вспыхивали одна за другой. Они готовы защищать меня.

Признаться… Такого единства я не ожидал. И хоть эти люди и не дрогнули перед Балтарогом, враг сейчас впереди намного сильнее демона. От него веяло пустотой и чем-то древним.

Некоторое время ранее. Замок в землях Рода Вяземских:

Саша, одетая в боевую форму Рода, стояла на поляне, смотря вдаль. В груди у неё в тревоге, безумно и рвано колотилось сердце, словно пыталось вырваться наружу.

Вокруг валялись тела десятков тварей, убитых точными ударами в шею или другие уязвимые места. На траве блестели капли их тёмной крови, местами земля была взрыта когтями и ударами. А неподалёку зияла воронка разлома.

Тревога в груди не унималась, наоборот — с каждым ударом сердца только усиливалась. Девушка перевела взгляд на воронку, и та словно отозвалась на её внимание глухим дрожанием.

Двинувшись вперёд, она даже успела сделать два шага к ней, когда послышался звук подъезжающего авто.

— Саша! — прозвучавший крик брата заставил её остановиться в одном положении, с только наступившей вперёд ногой, но не обернуться.

Послышался быстрый, почти неслышный, шелест бега по траве — лёгкие, но стремительные шаги, — пока девушка также смотрела вниз, на колышущиеся от ветра травинки у своих ног.

— Саша! — послышался уже просто громкий голос Леонида, и довольно близко, на расстоянии метров пяти, но звучал голос как будто в некотором вакууме.

Саша, ощущая, как на её виски давит лёгкий, почти ненавязчивый, но ощутимый фон тревоги, медленно обернулась и посмотрела на брата. Тот был также одет в боевую форму Рода и внимательно, пристально разглядывал её, будто боялся упустить малейшую деталь в её состоянии.

В его взгляде читались и страх, и злость, и отчаянное желание успеть — остановить её, пока ещё не поздно.

Девушка молчала, сосредоточившись на своих ощущениях и глядя словно сквозь брата, будто его фигура была лишь неясной тенью.

Чувство опасности, не за себя, а за главу, появилось у неё уже очень давно, и оно ни на мгновение не унималось. В груди, как заноза, сидело постоянное напряжение, мешая свободно дышать. А совсем недавно это чувство поднялось до почти невыносимой предела.

Это начинало в каком-то роде сводить Сашу с ума, так как она не могла абстрагироваться от этих переживаний, ни днём, ни ночью. Каждый вдох, каждый шаг сопровождались тихим, но навязчивым эхом тревоги. Поэтому девушка и решила отправиться в это место с твёрдым намерением пробудить свою связь не на грани смутных предчувствий, а воплощения.

Откуда она знала, что у неё точно получится? Саша не знала. Просто решила не сопротивляться чувству зова внутри, говорящее ей, что не время сидеть на месте.

— Саша. Почему ты отправилась сюда совсем одна? — спросил Леонид.

Его голос для девушки стал звучать как в лёгком тумане, будто донёсся издалека. Она на мгновение прикрыла глаза.

— Мне нужно вновь пробудить связь, — спокойно и как-то даже мертвенно ответила она ему, открыв глаза. — Я просто знаю, что должна это сделать.

Леонид, глядя то на неё, то на разлом, нервно кончиком языка быстро облизнул губы.

— Саша, ты же понимаешь, что идти в разлом без группы — это самоубийство? — спросил он, делая шаг ближе. — Да и как ты собираешься её пробудить? Глава — человек! У него нет связи с тобой!

Девушка смотрела на брата, чувствуя, как между ними вырастает невидимая стена. Она понимала, что нет смысла продолжать этот разговор — вряд ли он её поймёт, так как сам не ощущает этого липкого страха и постоянного напряжения в груди. Да и, честно говоря, она и сама не понимает, что делает, но всё же решила попытаться объяснить, с усилием подбирая слова:

— Мне кажется, что я чувствую её… Связь. Именно с ним, — девушка на на мгновение перевела взгляд вдаль. — Но дело не в том, что я сама ощущаю опасность. Я чувствую это именно на уровне связи. А это значит, что и он тоже может ощутить нечто подобное. Кроме всего прочего — я чувствую, как нечто влечёт меня туда, в Сибирь, к главе. Я должна там быть, — она едва заметно сжала пальцы в кулак, — поэтому либо умру, либо пробужу связь, но не стану сидеть на месте.

Леонид покачал головой и тяжело вздохнул, на миг прикрыв глаза, словно борясь с собой.

— Саша, не обманывай сама себя. Человек не может стать Этараксийцем. Да и ты будешь лишь мешать главе. Чтобы быть там, ты должна как минимум стать Королевой!

Услышав его, девушка ничего не ответила. Вместо этого она развернулась и пошла к разлому, не оборачиваясь.

Он не поймёт… Не сможет понять. Это чувство бессилия — убивает. Медленно разъедает изнутри.

Там, далеко, бьётся её любимый, пока она сидит здесь и просто ждёт. Саша устала оставаться позади, в тени чужих решений и приказов. Если есть связь — значит, нужно просто докопаться до неё, ухватиться, постараться и достичь своей силы… Она сможет… Нужно просто приложить больше усилий… Все эти месяцы и попытки главы не должны пройти зря.

Саша шагала, когда вдруг послышался тихий, едва различимый звук вынимаемой из ножен стали.

— Сестра, — раздался спокойный и даже какой-то холодный голос брата ей в спину. — Знаешь, я устал терпеть твои вечные выходки. Ты как вечная заноза в заднице. Вот и сейчас то же самое: твои действия могут навредить другим!

Девушка продолжала идти вперёд, когда Леонид добавил:

— Не так давно я понял, что есть кое-что важнее семьи… И это…

Стремительный шум приминаемой травы заставил Сашу резко обернуться. Она увидела, как её брат, с холодной решимостью в глазах, ведёт свой клинок к её горлу. В этот момент на его лице не осталось ни мягкости, ни сомнений — только твёрдая, такая незнакомая решимость…

На автомате, вскинув руку, девушка подставила свой клинок. Раздался звук удара металла о металл, в воздухе сверкнули высеченные искры, а в следующее мгновение Саша, не успевая полностью блокировать, получила сильный удар ногой в живот на развороте.

Воздух резко вышибло из лёгких. Выдохнув, она пролетела несколько метров и покатилась по траве, ломая стебли и приминая траву. Впрочем, уже в следующий миг, сработав на одной лишь тренировке и адреналине, она мгновенно вскочила и с шоком во взгляде уставилась на брата.

Тот шёл медленно, без спешки, словно на прогулке, держа в обеих руках по клинку. Его шаги были размеренными и уверенными. Саша подняла руку и коснулась щеки. На её ладони осталась кровь и короткий, но глубокий порез.

— И это долг, Саша, — между тем продолжил Леонид, даже не замедлив шага. Ветер едва заметно развевал его волосы, но голос звучал ровно. — Мы обещали главе и друг другу. А так как ты стала слишком нестабильна — чтобы ты не отправилась дальше в Сибирь и не навредила ему своей глупой выходкой — я тебя остановлю, — его голос стал слегка хриплым, в нём на миг прорезалась боль: — Любой ценой.

Сибирь. Поле боя:

Всё началось в одно мгновение. Эйр стремительной стрелой рванула вперёд, в один рывок преодолевая расстояние, мгновенно оказываясь перед врагом и атакуя его мечом сверху вниз.

Враг лишь слегка повёл рукой и выставил навстречу свою трость, блокируя удар. В ту же секунду позади него вспыхнула чёрная вспышка и появилась Эйкхирия, но он, удерживая меч Эйр тростью одной рукой, резко повернулся, хватая девушка за руку и рывком потянув опешившую Эйкхирию вниз.

Движения — точные, выверенные, стремительные, без лишних жестов. Это точно не рядовой практик.

Вот только зря он недооценивает сестру. И понял враг это очень быстро, когда она, стремительно приблизившись к нему на извороте, пропуская над собой трость, почти скользнув под ней, нанесла удар коленом в грудь, усиливая его родовой силой.

Силы она вложила немало. Покров врага дал трещину, по нему побежали тонкие светящиеся линии, а во все стороны распространилась ударная волна.

Противник нахмурился, уголки губ дёрнулись, но времени удивляться у него не было, потому что Эйкхирия тоже не ждала момента, а действовала, используя любую щель в его защите.

Противник повёл её руку вниз, намереваясь полностью лишить её опоры, поэтому, по инерции, она кинула ноги вверх, закручивая корпус и нанося удар в голову, целясь ного прямо в линию шеи.

Но в отличие от атаки Эйр её удар не нанёс вреда покрову, от чего Эйкхирия явно цыкнула.

Остальные высшие не остались в стороне. Они, не приближаясь слишком близко, создавали вокруг троих сражающихся клетку из стихий — огонь, воздух, камень, молния и вода сплетались в плотную стену.

Сестра и Эйкхирия вмиг телепортировались прочь, оставляя его в самом центре.

Стихии же, сжимая врага, начали ярко сиять, сплетаясь в ослепительный кокон.

Понимая, что времени у нас не так много, я падающей кометой рванул вниз, прорываясь через тяжёлый воздух, наполненный гулом ударов и вспышками энергии позади. Оказавшись у тела Балтарога, я опустился, сел на него в позу лотоса и сосредоточился.

Где-то далеко вверху раздались взрывы и началась битва, но я отстранился от этих звуков. Вместо этого ощутил под собой громадину, начав спешно тянуть на себя энергию, цепляясь за каждый её поток.

У меня не так много времени, чтобы сделать это.

Заниматься этим делом и одновременно чувствовать, как один враг раскидывает и словно с котятами играет с остальными, было максимально неприятно. Но Эйр права — мне надо стать сильнее.

Только так я смогу победить его.

Внезапно почувствовав рядом знакомую энергию, замершую в нескольких шагах, я, не открывая глаз, произнёс:

— Ты пришла помочь? Здесь опасно на твоём ранге.

Поначалу было тихо. Лишь гул отдалённых ударов где-то наверху. А затем Ольга всё же ответила:

— Долго была на своей миссии. Только вернулись и узнала, что тут идёт сражение. Вот и решила взглянуть. Но помогать вам я не собираюсь.

— Тогда зачем ты здесь? — прямо спросил я, не открывая глаз и не прекращая поглощать силу. Потоки энергии уже обжигали кожу изнутри.

Было недолгое молчание, во время которого, поглощая силу, я уже успел приготовиться к чему угодно, так как неясно зачем она здесь. А затем всё же последовал какой-то грустный ответ:

— И сама не знаю, тигрёнок. Но можешь не бояться за меня. Если он рискнёт напасть, тогда и моя бабушка не будет сидеть на месте.

— Твоя… бабушка?

Некоторое время назад. Земли Рода Вяземских:

Леонид стремительно нёсся за отступающей Сашей. Ловко орудуя двумя клинками, парень с холодным выражением на лице наносил один удар за другим, непрерывной, давящей серией.

Каждый такой удар заставлял девушку быстро отступать, пятиться по усыпанной травой земле и судорожно успевать подставлять клинки под сталь брата, не находя ни единой возможности для ответной атаки.

— Леонид! — громко крикнула она, сбиваясь дыханием и не понимая, что происходит. — Зачем ты это делаешь???!

Парень, даже не попытавшись ответить, выждал её выдох, поймал момент и резко приблизился. Клинок сверкнул в солнечном свете, несясь прямо к сердцу Саши, но девушка в последний момент всё же успела подставить своё оружие, отводя удар в сторону резким разворотом кисти.

Послышался резкий лязг и протяжный звук скольжения металла о металл. Леонид, используя эту инерцию, резко прыгнул, раскручиваясь в воздухе и делая молниеносную вертушку, целясь в голову сестры ногой.

Саша подставила предплечье, плечом уходя в сторону, и упёрлась ногами в мягкую, примятую траву, однако удар был такой силы, что её руку сместило, и, хоть и смягчённый, но удар всё же достиг своей цели, болезненно скользнув по виску.

Девушку резко повело в сторону, в глазах на мгновение потемнело, но она всё-таки удержалась на ногах, проскользив по траве и едва не рухнув. Уперевшись в землю и перехватив клинки поудобнее, она с яростью во взгляде посмотрела на своего брата.

Тот уже успел приземлиться. Его два клинка, вновь блеснув на солнце, стремительно приближались к телу Саши, рассекая воздух.

Девушка резко подалась вперёд, почти выбегая на него, и блокировала удар своими двумя клинками. Скрестила их, встретив его оружие на полпути. В месте соприкосновения металла во все стороны с сухим треском разлетелись искры.

Брат и сестра упёрлись в оружие, которое всё время сдвигалось из‑за давления, высекая новые и новые искры. Они внимательно следили за каждым движением друг друга, мышцы на руках вздулись от напряжения, пальцы белели на рукоятях, оба были готовы в любой момент среагировать на резкую атаку или обманный манёвр.

Саша решила действовать первой. Отводя его клинки в сторону и смещая центр тяжести брата, девушка резко рванула корпусом вперёд и нанесла новый удар — коленом в живот. Леонид сразу отскочил назад, оставляя в воздухе рваный след от движения клинков, но это было лишь обманное движение со стороны его сестры, попытка сбить ему ритм и подловить на контратаке.

— Брат! Хватит! — крикнула Саша, чувствуя, как в груди нарастает паника, смешанная с обидой.

Однако парень уже снова оказался рядом, повторно сократив дистанцию почти в одно движение и атакуя снизу, взмывая клинками к её корпусу.

— Нам нечего делить и нет причин для сражения! — опять попыталась остановить его девушка, отскакивая в сторону и перехватывая его удар скользящим блоком.

В этот момент на его лице, до этого каменном и равнодушном, впервые появились эмоции. И это была дикая, почти животная ярость.

— Нечего делить⁈ — взревел он, нанося мощный рубящий удар и доводя его корпусом, всем телом вкладываясь в движение, от чего Сашу отшвырнуло назад. — Да мне просто надоело возиться с тобой! От тебя одни проблемы!!!

Девушка опешила от его слов, сердце болезненно сжалось, но на раздумья у неё не было ни секунды: брат снова наскочил, даже не дав ей выровнять дыхание, и его клинки обрушились на неё новой серией ударов, заставляя отступать.

— Ну же! Давай, гений! — закричал Леонид, захлёбываясь злостью и заставляя своими стремительными, беспощадными ударами отступать всё дальше и дальше, прочь от того места, где они начали поединок. — Ты ведь всегда была лучше меня во всём! Так почему же ты сейчас так слаба⁈

Гений. Если про кого-то и можно так сказать, то это именно про Сашу. Помимо этого — ещё и красавица, а также бесспорный лидер.

Лучший выпускник кадетского корпуса космической обороны. Лучший выпускник училища высшей школы офицеров. Лучшие баллы за полёт, за командование тяжёлыми космическими аппаратами, за направление группы, за противодействие вражеским атакам.

Перечень областей, в которых Саша всегда была одной из лучших, можно продолжать долго. Титул гения закрепился за ней ещё с самого детства: бой, изучение технологий, понимание высших наук и умение ими оперировать — всё давалось ей почти естественно.

Вспомнив об этом, Леонид стиснул зубы так, что они заскрипели, и, перехватив поудобнее рукояти, посыпал удары один за другим, тесня сестру.

Она всегда преуспевала во всём. И ей даже не нужно было особо стараться, чтобы быть первой. А он… Он всегда был книжным червём.

Да, именно так. Вот только знала об этом лишь его сестра.

Пока ей не нужно было даже напрягаться, сам парень, которого за спиной вечно с ней сравнивали, был вынужден проводить день за днём за изучением книг и баз данных, зарываясь в отчёты, схемы и теорию, лишь бы не отстать.

И даже так… он никогда не поспевал за ней. Всё время был позади, лишь блеклой тенью ярко сверкающей сестры.

Они с Сашей никогда не рассказывали никому о своём прошлом, но никто и не спрашивал. Никому не было интересно, что скрывается за их спинами.

В элитный отряд Леонид попал лишь потому, что был связан с Сашей. Если бы не этот факт, он никогда бы не оказался даже на этой планете, а остался бы рядовым пилотом на каком-нибудь забытом богом корабле, выполняя рутинные задания.

Для неё же… Для неё были открыты все дороги. И даже так, когда делала выбор, Саша опиралась только на одно — чтобы их взяли вместе. Чтобы он не остался в тени где‑то далеко.

Вспомнив об этом, Леонид на мгновение ослабил напор. Его движения стали чуть менее резкими, а дыхание сбилось. Саша, у которой к этому времени уже местами была порвана форма, на ткани темнели пятна, из мелких ран сочилась кровь, тяжело дышала, но, почувствовав перемену, удивлённо посмотрела на брата.

Глядя в этот, такой родной и такой взволнованный взгляд, парень зарычал, словно отталкивая от себя слабость, и вновь надавил изо всех сил, возвращаясь к прежней ярости.

Резкая подсечка снизу, почти невидимая на фоне предыдущих движений, удар ногой в грудь из низкой стойки — и Саша, выдохнув, со слегка расширенными глазами, теряя воздух из лёгких, улетает в сторону. Под ногами у неё срывается комок земли и травы.

Парень, выходя из подсечки, не останавливается ни на долю секунды. Он рванул вперёд ко всё ещё лежащей Саше, сокращая расстояние несколькими длинными шагами, и, почти нависая над ней, попытался атаковать сверху, вбивая клинок вниз.

Оружие сверкнуло, воздух разрезал свист, послышался сдавленный крик девушки. В этот момент едва заметно дрогнул лишь взгляд Леонида, но сам он, с яростью сжав челюсти, давил своим оружием на клинок, которым Саша перехватила атаку, удерживая его обеими руками.

— И это всё???! — прорычал парень, наклоняя остриё клинка всё ниже, к груди сестры. Руки обоих дрожали от дикой нагрузки и взаимного давления. — Всё, выдохлась, гений???! — оружие опустилось ещё ниже, входя в кожу, разрезая ткань. По груди побежала тонкая струйка алой крови, но Леонид не останавливался, давя с прежней силой, будто желая продавить не только плоть, но и её уверенность. — Или ты только со связью что-то можешь???! Бесполезная!!! Собралась к главе???! Без связи ты никто!!! Вот и сиди на заднице смирно!!!

Взгляд Саши изменился. Холод прошёлся по её лицу, вытесняя боль и растерянность. Клинок вошёл внутрь ещё глубже, но её рука, в отличие от руки брата, перестала дрожать. Пальцы крепко сомкнулись на рукояти.

— Возьми свои слова назад, — холодно произнесла она, смотря на него таким же холодным, отстранённым взглядом, в котором больше не осталось мольбы.

Леонид широко, почти безумно улыбнулся.

— А ты попробуй, слабачка!

Саша прищурилась, на миг задержала дыхание и нанесла стремительный удар ногой под ребро, вкладывая в него всю накопившуюся злость. Её брат поморщился от боли, тело на секунду дёрнулось, и он ослабил нажим. Девушка тут же воспользовалась моментом: резко сорвалась в сторону, вывернувшись из‑под него, перекатилась по траве, вскочила, разрывая дистанцию, и её нога практически достала челюсть Леонида вторым ударом. Однако парень успел в последний момент отклониться, лишь рассёк воздух у его лица.

Сибирь. Поле боя:

Бабушка?

Сказанные Ольгой слова на секунду ввели меня в ступор, словно кто-то дёрнул за тормоз внутри головы, но это длилось лишь до того момента, пока я не вспомнил о том, что ей помогает кто-то очень сильный.

Да и в тот раз она что-то о ней говорила… Про ту самую «бабушку», от которой веяло силой.

Поглощая энергию, я быстро обдумывал сложившуюся ситуацию, прикидывая её действия и появление здесь, прямо надо мной, и пришёл к одному очень необычному выводу — мой долг перед ней вырос ещё больше.

Она не просто так подлетела именно сейчас и именно ко мне. Встав рядом, Ольга фактически сделала себя мишенью, закрывая меня собой от возможного удара от этого неизвестного.

Если враг решит атаковать меня — он автоматически атакует и Ольгу. А значит, это спровоцирует её… бабушку.

Похоже, что она стала той ещё интриганкой и манипуляторшей, научилась просчитывать шаги наперёд не хуже изощрённых аристократов.

Впрочем, она опять пришла мне на помощь, подставила себя, чтобы выиграть мне время, а значит, не на что жаловаться.

Я чувствовал, что битва в небе над нами набирает обороты: воздух сотрясался от взрывов, где‑то вдали вспыхивали ослепительные разряды, гул стоял такой, что вибрация была практически осязаемой. Но, переживая за всех остальных, за тех, кто сейчас там, я не мог сосредоточиться на себе, мысли всё время возвращались к ним.

Поэтому я всё же решил полностью отрешиться от внешнего мира.

Сделав глубокий вдох и выдох, словно ныряя под воду, я позволил звукам и образам раствориться. Оставшись полностью в темноте, без единого звука, без ветра, без криков и взрывов, я увидел свою энергосистему — привычную схему каналов и узлов, вспыхнувшую перед внутренним взором.

Рваная, помятая, потрёпанная… Сейчас к ней применимы все термины, означающие нецелостность. Местами каналы казались надорванными.

Эти битвы нехило так по ней прошлись, оставив след каждый раз, когда я принимал на себя больше, чем должен был. Но сейчас я всё быстро исправлю…

Эфемерными взмахами, словно невидимой ладонью, я начал разгонять энергию по каналам и к источнику, направляя поток туда, где были трещины, укрепляя их изнутри. Тёплые волны силы проходили по телу, местами обжигая, местами оставляя приятное онемение.

Мне нужно не просто поглотить эту силу, навалившуюся сверху стеной, а подготовиться к поглощению следующей волны. Ведь она уже практически над нами и может ударить в любой момент, сметая всё, что не успело укрепиться.

Чтобы не сгореть при её поглощении, не развалиться на части от избыточного давления, необходимо провести титаническую внутреннюю работу. Чем я сейчас и занимался, кропотливо, шаг за шагом восстанавливая себя, пока над полем боя гремело сражение.

Ольга, стоя и наблюдая за битвой в небе, почувствовав рядом очень сильную ману и резко посмотрела вниз.

Сергей сидел в позе лотоса левитируя в воздухе с закрытыми глазами и что-то изменилось. От него исходило ощущение спокойной, но безумно мощной силы.

Всё тело парня было объято маной золотого цвета. Она, словно живое пламя, обволакивала его, шевелилась, переливалась и от него было довольно тепло. Это пламя не обжигало. Приятное, обволакивающее, но заставляющее кожу покрываться мурашками.

Пламя слегка искажало воздух, из-за чего тот приобретал белый, чуть мерцающий оттенок.

Сергей медленно открыл глаза и так же неторопливо опустил вниз ноги, вставая на поверженного демона.

Парень посмотрел на неё, и Ольга увидела в его глазах три цвета: чёрный, бирюзовый, жёлтый. Кроме этого, радужка глаза имела тонкую золотую окантовку, будто кто-то обвёл её тончайшим кольцом.

Глядя в такие необычные глаза, Ольга поняла, что не может оторвать от них взгляда. Они буквально манили её, притягивали, заставляя смотреть и не отрываться ни на мгновение.

Но в то же время груди начало зарождаться неясное чувство — что-то между благоговейным трепетом и странным спокойствием. Появилось желание склонить голову, признать его силу и право стоять над всем этим миром.

В следующее мгновение Сергей протянул руку и коснулся груди удивлённой Ольги кончиками пальцев. По телу сразу разлилось приятное тепло, которое устремилось к источнику, стекло к месту прикосновения и оттуда растеклось по всему организму. Девушка ощутила, словно внутри её тела источник начал едва заметно, понемногу, меняться: словно что-то выравнивалось, усиливалось, перестраивалось.

— Спасибо, — произнёс парень мягким голосом и кивнул головой, убирая руку и вновь поднимая взгляд в небо.

Когда я закончил… Ощутил его — переход на новый ранг. Нова третьего ранга. Всего их на нове принято считать пять.

Сила, ранее циркулирующая по энергоканалам, сменилась новой мощью. Слегка обжигающей, плотной, но такой… Желанной. Она наполняла каждую клетку тела, делала чувства острее, а мир вокруг чуть медленнее, более чётким в энергетическом плане.

Я глубже вдохнул, прислушиваясь к себе. Энергия стала послушнее, отзывчивее, будто только и ждала команды и момента, когда я её использую.

Коснувшись Ольги, я направил часть энергии в неё. Вся энергия не усвоилась, поэтому есть возможность отблагодарить девушку хотя бы так. Часть силы, вместо того чтобы рассеяться в воздухе, мягко закрепилась в её теле, усилив её потенциал. Переведя взгляд в небо, я прищурился, смотря на приближающуюся волну.

Сейчас, когда мой уровень сил вырос, я могу ощутить её полностью и… Это не новая волна. А вторая часть прежней. Также на ней я ощущаю чужую энергию, но явно принадлежащую кому-то из Вайторлов.

Не знаю: умер ли тот, кто пытался поглотить силу, или же просто намеренно разделил её, но я благодарен ему. Если бы не это разделение — среди нас были бы жертвы. А так — нам очень повезло. Вот только…

Я посмотрел на сражение в небе, затем снова на волну.

Она слишком близко. Сражаясь с этим противником, я могу не успеть поглотить её.

Вновь переведя взгляд на врага, увидел, что тот лишь развлекается, сражаясь с высшими. Его движения были ленивыми, лёгкими, и в каждом ударе читалась уверенность и скука.

Время ещё есть… Нужно попытаться убить его быстрее, чем прилетит волна.

Я сжал пальцы в кулак, чувствуя, как по коже скользит энергия, и сделал шаг вперёд, телепортируясь.

Сражаясь, каждый высший, видя, как его атаки вообще не причиняют вреда врагу, почувствовал где-то внутри нотки отчаяния, холодком пробежавшие по спине.

Неизвестный, одетый во всё белое, улыбаясь, сражался с ними, не сходя с места и отбивая атаки лишь одной тростью. Что уже было безумием. Он даже не делал шагов вперёд или назад — словно весь мир сам подстраивался под его движения.

Причём делал это настолько лениво, что казалось, будто он может убить всех их за одно мгновение — просто щёлкнув пальцами или чуть дальше доведя трость.

Почти все присутствующие высшие с ужасом для себя осознали, что мир куда больше, чем им казалось раньше… И где-то в нём есть вот такие чудовища, превосходящие предел высших, что раньше казалось невозможным.

— Он закончил, — послышался голос неизвестного, спокойный, даже немного довольный. — Пожалуй… Закончим и мы.

Во все стороны ударила белая волна, мгновенно останавливая почти всех высших. Воздух сдавило, как при резком падении с высоты, грудь сжало, дыхание перехватило. Лишь Эйр, Эйкхирия и Азалья устояли, развернув свою ауру. Их силы столкнулись с белым давлением, вздымая по небу всполохи. Яна же также замерла, как и остальные, застыв в воздухе, не в силах даже пошевелить пальцем.

Белая волна распространилась во все стороны, сметая всё на своём пути, но неожиданно ей навстречу ударила жёлтая, сметая уже её и тесня в сторону, словно резкий порыв ветра туман.

Высшие, ранее задыхающиеся и неспособные двигаться, натужно выдохнули и отмерли. Некоторые схватились за грудь, кто-то закашлялся, кто-то с ужасом осматривал свои руки, проверяя, слушаются ли они.

В воздухе, на расстоянии метров тридцати от врага, стоял Сергей Вяземский. Вокруг него едва заметно, но ясно видимая для всех, клубилась мана — золотая, плотная, в ней мелькали едва уловимые ниточки света.

Парень, продолжая смотреть на врага, медленно шагнул прямо по воздуху, и его спокойный голос, звучащий в образовавшейся тишине, заставлял людей слегка опускать взгляд вниз:

— Благодарю каждого из вас. Вы выстояли там, где другие не решились бы даже встать. Я у вас в долгу. Когда закончим со всем этим — я награжу вас.

Его слова, хоть и были простыми, прозвучали как обещание. Кто-то из высших сжал зубы, чувствуя стыд за собственный страх, кто-то, наоборот, испытал облегчение, что теперь не они одни стоят перед этим чудовищем.

Белая аура вновь резко распространилась во все стороны, как вспышка, но жёлтая, даже не шелохнувшись, вновь подавила её. Белый свет будто сталкивался с невидимой стеной, растворяясь и ломаясь о неё.

Враг нахмурился, и воздух вокруг него задрожал. Его сила стала в разы плотнее, тяжёлой, вязкой. У окружающих заложило уши, по воздуху пошли едва заметные трещины, а небо как будто потемнело.

Парень же шагал всё так же спокойно, не обращая на это никакого внимания.

Воздух вокруг него не колебался, оставаясь таким же ровным и спокойным. Он шёл, тесня атаку врага без какого-либо усилия — словно не замечая её. И все сразу поняли разницу в их мастерстве…

Это было ясно ещё раньше, но сейчас каждый понял, что и в мире чудовищ есть чудовища… И Сергей Вяземский среди хищников явно гораздо выше по градации чем этот некто.

Парень продолжал идти вперёд, а враг смотрел на него, прищурившись. Его зрачки быстро метались, словно он пытался понять, почему его противник даже не шелохнётся, не поднимает защиту, не делает ни единого лишнего движения.

Сергей Вяземский же тем временем вытянул в сторону руку, и в ней появилась гарда от сломанного меча. Мгновение — и, словно белыми лепестками, от гарды начало создаваться лезвие меча, пласт за пластом, линия за линией, формируя лезвие с ярко светящимися белыми рунами.

Владимир дёрнулся вперёд, шокированным взглядом смотря на это оружие. Меч… Императора!

Мужчина взволнованно переводил взгляд с Сергея на клинок и снова на парня, ощущая, как по спине пробегает холодок. Он сглотнул ком в горле, чувствуя пересохший рот. Резко обернувшись, Владимир посмотрел вдаль, назад, в сторону столицы, а затем снова вперёд, пытаясь осмыслить увиденное.

Что же случилось в столице??? Почему меч императора у графа??? Неужели… Перед ним сейчас стоит будущий император Российской империи…? Император… Сделал свой выбор???

От автора: 25 том подходит к концу. Осталась одна глава завтра, и сразу же стартует 26 том.

Честно… (В этот момент нервный смех) Я не ожидал, что желание написать все события данной арки за 6 глав превратятся в… Почти целый том…

Как я и писал в комментариях — для меня работа, сделанная по типу: пришёл, увидел, победил — это халтура. Когда я только начал писать, поставил для себя задачу писать так, чтобы у читателей были эмоции. Переживания, ожидания, нервозности и, если получится, слёзы.

Добился ли я своей цели…? Не знаю. Могу лишь сказать, что с каждым новым томом это делать, увы, всё сложнее, но я стараюс.

Хочу поблагодарить всех тех, кто, несмотря на то, что не любит боёвку, всё равно поддерживает и идёт с нами дальше. Вы — наша опора. Только благодаря вашей поддержке главы до сих пор пишутся каждый день, а не перешли на другой формат.

Боёвка подходит к концу и впереди наступит… Более «мирное» время, если можно так выразиться)

Если кто-то ещё не поставил сердечко — будут рад, если вы это сделаете. Заранее спасибо.

Некоторое время назад. Земли Рода Вяземских:

Клинки сверкали в яростном порыве. Сталь звенела и свистела, рассекая воздух, а удары ногами иногда были даже опаснее, чем клинки. Быстрые удары оружия отзывались глухим звоном, сотрясавшими воздух, а земля вокруг была испещрена вмятинами от их схватки.

Саша и Леонид, брат и сестра, оба в данный момент сражались не на жизнь, а на смерть.

И если сперва девушка была пассивна, стараясь просто угомонить брата, то теперь всё изменилось. Осознав, что он действительно желает ей смерти, Саша напала со всей злостью, вымещая накопившееся напряжение, страх, боль и предательство в каждом взмахе своего клинка.

Леонид отвечал не менее яростно. Его движения были резкими, жёсткими, а глаза — холодными и твёрдыми. В каждом шаге, каждом повороте корпуса читалась чёткая решимость и желание идти до конца.

Мастерство обоих находилось на невероятном уровне. Если бы случайный прохожий увидел эту битву — он не смог бы не залюбоваться танцем двух стремительных бойцов. Их фигуры сливались в единое размытое пятно, сталь и тела едва различимы в скорости. Ветер, поднятый их движениями, гнул траву к земле или порой вздымал её вверх, после очередного удара клинком.

Трава, местами уже окроплённая чёрной кровью тварей, теперь была окрашена и кровью брата с сестрой. Капли алого и тёмного смешивались, расцветая на зелени кровавыми цветками. Удары и движения обоих были направлены на то, чтобы убить другого…

На их лицах и телах было полно неглубоких царапин, порезов, синяков. Одежда местами порвалась. Оба бойца были слишком искусны, чтобы допускать грубые ошибки: серьёзный удар либо блокировался, либо уходил по касательной. Но ничто не длится вечно. И эта битва тоже была близка к своему концу.

Движения Саши становились всё быстрее и чётче. Её удары, шаги и стойки постепенно приводили к тому, что ей становилось… Проще. Из тела стала уходить тяжесть и зажим, что сковывали её раньше. Дыхание выровнялось, ритм боя стал для неё естественным. Удары — точнее. Девушке начало казаться, что она дышит свободнее и глубже чем раньше.

Но в очередной связке она всё же ошиблась: чуть запоздала с блоком. Удар брата ногой в грудь, вложенный всем весом, отбросил Сашу прочь. Грудную клетка пронзила тупая боль, воздух снова выбило из лёгких, в ушах на миг зазвенело.

Перекувырнувшись в воздухе и с трудом выровняв тело, девушка всё же приземлилась на ноги, скользнув по земле и оставив в траве борозду. Не давая себе ни секунды отдыха, и вновь делая вдох сквозь сжатые зубы, она рванула вперёд, переходя в новую стремительную атаку.

— И это всё???! — крикнул её брат, усиливая напор, когда клинки столкнулись. В его взгляде полыхала ярость, а на губах играла безумная улыбка. Голос был полон издёвки. — На что ты вообще надеялась с такой силой⁈ Без связи ты — ничто!

Саша, чувствуя, как внутри неё кипит злость, смотря прямо в глаза своему брату, поняла, что в этот момент она его ненавидит. То, что раньше казалось ей невозможным, сейчас стало явью…

Да… Она его ненавидит. Ненавидит настолько, что хочет убить. Ведь как сестра, она всё время поддерживала его, шла за ним, прикрывала, а Леонид… Он даже не может поддержать её, когда ей и без того тяжело!

Тяжело…?

Только сейчас девушка с удивлением поняла, что той самой тяжести не осталось совсем. Внутри — странная лёгкая пустота и… Горечь. Горечь где-то в глубине души, словно даже не принадлежащая ей, а кому-то другому. Как будто кто-то вырвал из неё кусок, оставил пустое место, и боль от этой пустоты — не её, но она её чувствует.

В этот момент клинки Леонида, несущиеся на неё, вспыхнули алым светом, и шокированная Саша с запозданием осознала… Что у него всё это время была связь. Он, её родной брат, всё это время обманывал её…

Его сила алыми волнами стекая по металлу. В груди девушки что-то хрустнуло — не физически, а внутри. Как будто тонкая невидимая нить не выдержала и лопнула.

Понимая, что не может простить его, Саша, хоть и видела усиление, сама пошла в атаку. Стремительно срываясь с места.

Ей не нужна связь, чтобы победить Леонида. Она всегда была сильнее его…

Атакуя, девушка в своём замедленном восприятии увидела на лице брата искреннее глубокое удивление, а в его глазах — небольшие жёлтые отблески. Но чего девушка не видела, так это того, как её рожки охватывает яркое жёлтое свечение, а всё тело покрывает аура того же цвета. Её энергия вспыхнула, как огонь, вырвавшийся на свободу, обжигая воздух вокруг.

Брат и сестра. Две руки. Два клинка, направленных друг на друга, столкнулись. От их соприкосновения по воздуху пошёл мощный резонанс, звуковая и энергетическая волна, длившаяся всего долю секунды. В следующее мгновение Леонид был отброшен на огромной скорости прочь. Воздух вокруг него дрожал от перегруженных потоков, а в ушах звенело, заглушая все прочие звуки.

Летя, парень до сих пор не мог поверить в то, что только что увидел. Этот свет… Это ощущение силы… Это не могло быть правдой.

Ударившись о землю, он кубарем покатился по ней, с каждым переворотом больно ударяясь то боком, то спиной, ощущая камни, впивающиеся в тело, слыша хруст и треск ломаемых под собой веток.

Наконец, движение закончилось. Леонид распластался на земле, раскинув руки, на секунду потеряв ориентацию в пространстве. Тело не слушалось, мышцы дрожали, а поднять клинки он уже не мог. Над ним, заслонив небо, появилась яркая жёлтая вспышка.

Саша, глаза которой также сияли жёлтым светом, стояла над своим братом. Она смотрела на него сверху вниз. И в этом взгляде… Больше не было той сестринской теплоты, к которой он привык с детства.

Холод и пустота. Их связь, всё ещё едва ощутимо остававшаяся где-то глубоко внутри всё это время, теперь была разорвана насильственно, окончательно и навсегда. И эта пустота сейчас смотрела на него сквозь знакомые черты её лица.

На миг повисла тишина. Лишь тяжёлое, сбивчивое дыхание Леонида нарушало её.

В следующее мгновение девушка, став жёлтым лучом, просто исчезла в неизвестном направлении. Через секунду на этом месте не осталось ничего, кроме тяжёлого дыхания Леонида, глухой боли в его теле и его пустого взгляда, направленного в небо.

Его сестра… Стала Королевой Этараксийцев.

Сибирь. Поле боя:

Раскаты ударов, грома и ветра разносились вокруг сотнями волн и ослепительных вспышек. Небо над полем боя постоянно то темнело, то озарялось белым и синеватым светом. Все высшие телепортировались подальше, прекрасно понимая, что это уже не их бой. И даже больше — им здесь сейчас попросту не место.

Владимир, прищурившись, водил взглядом по ускользающим силуэтам. Глядя, как оба противника атакуют не только напрямую, но и постоянно телепортируются, исчезая с места и появляясь в неожиданных точках, а также делают сложные уловки и обманы, он понимал, что научиться чему-то «по движениям» из этого боя не сможет.

Он ясно осознавал, что не в состоянии разобрать детали. Оба противника были слишком быстрыми — даже его подготовленного взгляда не хватало, чтобы уловить всю технику. Но всё равно смотрел, не отводя взгляда ни на секунду, почти боясь моргнуть.

Он упёрся в свой предел, но знал, что предела не существует. Просто никто из них недостаточно искусен, чтобы понять, куда ступать дальше. И сейчас, в этом бою, Владимир увидел возможность.

Сила двух сражающихся выражалась не только в их движениях, но и в намерениях. Удары, которые не достигали цели, были не промахами, а проверками, разведкой, лже-ритмом. Иногда, чтобы увидеть путь, достаточно разглядеть во тьме или в пустоте что-то блестящее — слабый блик, огонёк, намёк.

И сейчас Владимир искал именно этот свет, с внутренним трепетом и уважением смотря на парня, ещё недавно бывшего сперва предвысшим, потом высшим, а затем и вовсе перешедшего на новый, неизвестный ранг.

В руке Сергея мелькал меч императора. Каждое его появление в воздухе оставляло за собой тонкий шлейф энергии. Это в некотором роде тревожило мужчину, но одновременно он испытывал и внутренний подъём.

Если… Если этот меч передал сам император, значит, он уже принял решение о том, кто будет следующим императором. Скорее всего, трон займёт принцесса Анастасия, а вместе с ней рядом окажется не только жених, но и будущий муж.

Владимир искренне уважал императора. За ним мужчина был готов и в огонь, и в воду, оставаясь верным до конца жизни. Но с новым, с молодым и таким быстро растущим в силе императором — их страна перейдёт на новую ступень. Выше которой ещё никто не ступал.

Единственное, что действительно беспокоило его — это то, что лезвие меча ранее было уничтожено. Но он знал: это артефакт императорского Рода, и он не подчинится никому, кроме Романовых или же тому, кому они его сами передадут. Даже сломанный, он оставался символом власти.

Эйр смотрела вперёд. Там, разрывая небеса и сокрушая землю, шла битва.

Девушка нервничала. Очень сильно нервничала, то сжимая, то разжимая ладони, иногда с силой вдавливая ногти в кожу, чтобы хоть как-то отвлечься.

Враг, таким, каким он предстал перед ними, был невероятно силён. Скорее всего, даже выше абсолюта. Почему он до сих пор не убил их всех? Эйр не знала, но ответ, скорее всего, крылся в той битве, что сейчас шла перед ними.

Мощные, стремительные всполохи двух оружий — белого клинка и тёмно-синего, который создал неизвестный в белой одежде, — вызывали в небесах дрожь. Воздух над полем буквально вибрировал, не успевая прийти в равновесие между ударами.

Оба противника атаковали только своим оружием. Никто из них не использовал техники, не вызывал сторонних приёмов, не бросался вспышками плетений. Сейчас это была дуэль между двумя искусными мечниками.

Сражение аурой и волей враг проиграл подчистую, и это Эйр знала. А значит, его настоящая сила даже не близка к силе её брата. Но то, как он управляет оружием… Это очень сильный мастер, не уступающий Асшелю в умении обращаться с клинком.

Удивительно, что враг, так владея мечом, при этом настолько слаб волей…

Брат, явно понимая, что времени осталось не так уж и много, атакует всё более стремительно, пробивая вражескую защиту и заставляя противника понемногу, но отступать. Однакл неизвестный держится. Каждый раз в последний момент он находит способ уйти, блокировать, изменить угол.

Признаться, когда я желал соперника «по своей руке» в начале своего пути на Земле, даже не задумывался, что так быстро его найду.

Силен, что тут ещё скажешь. Очень силён. Вот только…

Резкий рывок вперёд. Отводка клинка, довод корпуса, вижу удар коленом, встречаю его ладонью, резко увожу вниз и уже сам, на развороте, атакую прямой ногой в корпус.

Враг подставляет свой меч, блокируя удар и всё равно отлетая прочь, разрезая воздух спиной. Я телепортируюсь ему за спину, но он тоже уходит телепортацией, выскальзывая из-под атаки, и мы вновь входим в партер, но ненадолго. Обманное движение плечом, отвод клинка, шаг навстречу, схватить его за грудки и…

В этот момент по мне ударила плотная воздушная волна, обжигая руку и отбрасывая меня прочь.

Уже на расстоянии, махнув клинком, я принял спокойную стойку, чуть опустив плечи. Смотрю в глаза своему оппоненту. Он также не сводит с меня взгляда. Ветер треплет края его одежды, но сам он — неподвижен.

Этот кто-то непонятный знал, что я собираюсь сделать… И в этом я уже не сомневаюсь. Кто он? Я не помню его. Ни лица, ни ауры. Но тогда откуда он знает мой стиль?

В голове проскочила мысль, от которой внутри неприятно похолодело, но я сразу её отмёл. Нет, это не он. Иначе… Иначе мир сошёл с ума.

Мы почти одновременно сорвались в бой, вновь сходясь в танце битвы.

Однако теперь он смотрит немного в напряжении. Сосредоточеннее. Значит, точно будет ждать от меня очередной хитрый приём, ещё одну уловку.

Рывок. Удар. Телепортация. Удар по ногам, уход от клинка снизу, телепортация, атака, блок, ускорение темпа. Серия коротких разменов. Клинки, направленные друг в друга, встретились в центре, и во все стороны разошлись гудящие волны, на миг приглушив прочие звуки мира.

Мы упёрлись друг в друга, не давая друг другу ни сантиметра лишнего пространства. Его взгляд стремительно скользит по моей стойке, по положению рук и ног. Ждёт… Теперь я уже не сомневаюсь, что он догадывается о том, что я собираюсь сделать.

Я резко повёл клинок боком, пропуская его оружие мимо себя и скользя к врагу в упор. Он пытается телепортироваться, уже начал смещаться в сторону, однако моя рука быстрее.

Кулак, напитанный энергией, достигает своей цели — печени, места, где сходится довольно много энергоканалов.

Враг, охнув и на миг потеряв ритм, всё же успевает телепортироваться прочь. Я же, резко разворачиваясь вокруг своей оси, напитывая клинок ещё большим количеством энергии, атакую волной с клинка в то место, на расстояние, где он появится.

В ответ враг тоже вскидывает меч, атакуя меня навстречу своей волной.

Две стремительные белые волны неслись друг к другу, и в миг столкновения мир словно взорвался. С одной стороны небо разразилось множеством молний и оглушающим рокотом, будто с огромной горы сошла мощная лавина. С другой — хлынули безумные потоки воздуха, разрезающие пространство яростным завыванием.

Энергия во все стороны начала буквально сходить с ума. Два бойца, не желая останавливаться и словно стремясь превратить эту бурю во что-то большее, чем просто сражение, вновь атаковали — такими же огромными, сокрушающими волнами.

Пространство вокруг разразилось рёвом и болью. Оно стонало и сжималось, грозясь разорваться от шторма стихий, который вот-вот должен был выйти из-под контроля.

Вся энергия, образовавшаяся в месте столкновения, вдруг потянулась тонкой, упрямой струйкой вверх.

Несколько секунд никто не понимал, что происходит, а потом все — как по команде — вскинули головы. Высоко в небе, над бушующей битвой, виднелась огромная жёлтая комета, уже приблизившаяся к планете.

Неожиданно враг атаковал сразу четырьмя волнами. Воздух дрогнул, пространство содрогнулось от навалившейся мощи. Сергей сделал то же самое, однако было видно невооружённым взглядом: его волны уступали по размерам вражеским.

Но в его руке появился второй клинок — чёрный.

Один взмах породил гигантскую чёрную волну, выглядевшую как хищный провал в реальности. Когда все атаки столкнулись в небе, в точке соприкосновения на мгновение образовался вакуум из абсолютной тишины. А в следующий миг — вспышка, и во все стороны начали разлетаться стремительные белые лучи.

Высшие мгновенно поставили щиты. Однако первый же луч, вмиг пробивший сложенную защиту, ясно дал им понять — это не сработает. Щиты лопались, словно стекло под ударом кувалды.

Не сговариваясь, каждый телепортировался прочь, разлетаясь во все стороны, чтобы не стать случайной жертвой.

Когда же небо стало более-менее ясным, все увидели, как позади врага появляется громадная печать — сложный, многоуровневый узор, вспыхнувший ослепительно-белым сиянием. И из неё… Вылетел громадный, ревущий, ярко светящийся белый дракон.

Он вынырнув в небо с таким рёвом, что воздух зазвенел. Чешуя переливалась светом, каждый взмах крыльев оставлял за собой длинные шлейфы энергии.

Всё же я не ошибся…

Стиснув зубы до хруста, направил огромное количество энергии в свою печать и сам создал технику.

С моей стороны тоже появился дракон, вырвавшийся из вспышки жёлтого света. Он был примерно в два раза меньше дракона врага, но его очертания более чёткие.

Две техники стремительно летели навстречу друг другу, пробивая своими телами небо. Хоть по голой силе мой враг сейчас и сильнее, однако… Это моя техника. Мой дракон. И я знаю все его слабые стороны — и также знаю, как этим воспользоваться.

В тот момент, когда траектории техник должны были сойтись в лобовом столкновении, мой дракон резко изогнулся, словно ожив, и метнулся в сторону. В следующую долю секунды он впился в шею вражескому дракону, сомкнув челюсти на энергетических узлах.

Битва была недолгой. Вражеский дракон дёрнулся, взвыл, его очертания начали расползаться. Моя техника разорвала вражескую изнутри, несмотря на то, что в ней было больше энергии.

Вися в воздухе, я смотрел на врага, отслеживая каждое его движение. При этом ощущал, как моя сила входит в энергосеть планеты.

Противник вскинул меч и за его спиной раскрылись сразу четыре огромные печати. Из каждой, срываясь с места, вырвались новые драконы.

На меня уже глядел не сдержанный, холодно-уверенный мужской взгляд, а наглый, молодой, самоуверенный, буквально смотрящий свысока и смеющийся надо мной. Вражеское лицо будто помолодело, в нём появилось дерзкое, почти мальчишеское самодовольство.

Упивается ситуацией, как и тогда…

Похоже, это будет очень непростой бой…

В следующее мгновение впереди небо вспыхнуло десятками огней. Я увидел множественные вспышки телепортаций и формирующихся техник. Высшие, всё это время державшиеся на расстоянии, видимо, решили поддержать меня и перестали ждать исхода.

Драконы приближались. Я ждал момента, чтобы перевести эту атаку на приближающуюся силу — заставить их столкнуться не со мной, а с тем, что летело к планете. Однако…

Ощутив такую знакомую и давно не ощущаемую энергию, я замер. Время словно замедлилось. Я начал оборачиваться в замедленном восприятии.

Ваартирия??? Неужели… Этараксийцы смогли добраться до этой планеты?

Я не успел толком повернуть голову, когда сбоку, на периферии зрения, показались сперва ярко горящие жёлтым огнём рожки, прорезающие воздух, а затем алые волосы, сосредоточенное волевое лицо и… Чёрная форма моего Рода.

Мимо меня стремительной вспышкой пронеслась Саша. Её аура вспыхнула так, что на мгновение заглушила собой всё остальное.

Не останавливаясь, она в одно мгновение оказалась перед драконами и нанесла удар кулаком. Кулак встретился не с техникой, а с самой основой пространства.

И пространство треснуло. Глухой хруст прокатился по небу, от места удара во все стороны пошла широкая россыпь трещин.

Драконы, не успев изменить траекторию, упёрлись в эти трещины. Девушке тоже пришлось упереться, подать корпус вперёд, вбивая ноги в опору из воздуха, чтобы её не снесло. От усилия её руки задрожали, а вокруг заплясали языки жёлтого пламени.

Ещё через три секунды драконы тоже пошли трещинами — по их телам поползли линии разрушения. Они застонали, их тела, не выдержав, рассыпались, разлетаясь ослепительными осколками энергии. Саша тут же телепортировалась, исчезнув на месте и появившись уже перед врагом, вступая с ним в бой.

Королева Этараксийцев…

Глядя на Сашу, я ощутил, как у меня в груди разлилось тяжёлое чувство боли и тоски.

Ваартирия… Я… не успел…?

В это же мгновение зародилась и ярость…

Сжав зубы, я рванул вверх, в сторону своей силы. Теперь, когда есть кому задержать врага, мне нужно сосредоточиться на другом…

Никак иначе, кроме чуда, появление Саши здесь не назвать. Хотя нет, это не чудо… Сила Королевы Этараксийцев особенная. Девушка вполне могла чувствовать, что ей нужно быть именно здесь и именно сейчас. Поэтому и оказалась… Чертовски вовремя.

Рядом появилась Яна. Её клинок ярко засиял. Я, подстраиваясь под неё и единение, рванул вместе с ней вверх, навстречу нависающей над миром громаде моей энергии.

Миг — столкновение, и наши клинки врезались в эту громадину, в сплошную, давящую массу силы. По всей поверхности сферы начали расходиться стремительные волны, как рябь по воде, ударившиеся о невидимую преграду.

Яна давила изо всех сил. Было видно, как ей тяжело: плечи дрожали, пальцы вжимались в рукоять так сильно, что побелели костяшки. Но она не отступала ни на сантиметр.

Неожиданно рядом пришёлся ещё один удар, разнёсшийся волной во все стороны, пробежав по поверхности накопленной энергии. Ольга, одетая в серебряную броню с серебряным копьём в руке, уже на ранге высшей, упёрлась в волну, вкладываясь в удар всем телом.

Далеко в стороне шла яростная битва. Враг и Саша разошлись не на шутку. Их столкновения мелькали где-то выше и сбоку, как два встречных шторма. Вспышка — удар — смена позиций — ещё удар. Вот только когда мы уже практически остановили силу, погасив её движение, я ощутил, что враг телепортировался, появляясь высоко над ней.

Саша тоже оказалась там, но не успела. Ублюдок что-то использовал, и я ясно почувствовал, как он применяет это на мою силу.

Они вдвоём вновь телепортировались и вступили в бой на новом уровне, а я ощутил, что давление силы усилилось. Нас понемногу, по сантиметру, но начало сдвигать назад, ломая сопротивление.

Давление росло, как надвигающаяся лавина, и сразу пришло понимание, что же использовал враг. Он добавил чужой энергии. Сферу энергии очень высокого уровня.

Моя прилетевшая сила начала давить с невероятной, растущей мощью, сдвигая нас назад уже не по сантиметрам, а метрами.

Рядом от боли и напряжения вскрикнули Яна и Ольга.

Если сфера коснётся земли…

Мозг работал на пределе возможного, мысли летели стремительным потоком, и решение было найдено — единственное, которое могло сработать.

Закрыв глаза, я потянулся к своей силе. Она, хоть и с неохотой, сопротивляясь, но, учитывая мой новый ранг, всё-таки ответила, начав течь в меня.

Поначалу это был маленький жёлтый ручей во тьме, тонкая струйка, едва ощутимое тепло. Но постепенно он начал расширяться, утолщаться, пока в конечном итоге не рванул на меня стремительным водопадом.

Моё тело, не подготовленное к такому количеству, вмиг заломило в каждой клеточке. Казалось, что кости трещат, мышцы выворачивает, а кожа вот-вот пойдёт трещинами. Энергия, не найдя в теле места, устремилась туда, куда я бы совсем не хотел её пускать… В источник тёмной энергии и глаза Сарнойлов.

Когда она достигла и того, и другого, глаза вспыхнули яркой, пронзительной болью. Где-то глубоко внутри меня закричал Сергей. Парень, находящийся на задворках сознания, упал и схватился за глаза, как будто их ему выжигали изнутри.

Я открыл свои глаза — и не увидел ничего. Мир для меня погрузился в темноту. Глаза начали поглощать большую часть энергии, поэтому я на время лишён зрения.

Количество энергии слишком велико. Я… Просто не смогу поглотить её всю, а значит…

Эйр, смотря снизу, увидела, как по гигантскому шару силы прошлось множество печатей.

А затем… Его основание треснуло, расходясь змейкой трещин до самого верха.

Девушка попыталась телепортироваться, чтобы помочь, однако почти сразу поняла, что не может этого сделать. Пространство вверх не пускало. Вверху, у основания сферы, где находились брат, достигший ранга Абсолюта, Яна и Ольга, начала твориться настоящая вакханалия.

Пространство разрывалось тёмной энергией и чёрными молниями, которые рвали небо на лоскуты. Вокруг появлялось множество чёрных пробоев в пространстве — рваные дыры, ведущие в никуда.

Эйр рванула вверх, но, приблизившись, столкнулась с тем, что не может приблизиться. Образовавшееся энергетическое поле просто не пропускало её дальше, отталкивая назад. Но Саша и враг смогли телепортироваться внутрь — и оказались заперты вместе с остальными.

В следующий миг сфера силы с громким звоном лопнула, распадаясь на множество осколков. Они отлетали во все стороны, тая в воздухе.

А то пространство, где находились пять фигур, в один момент затянула плотная, вязкая тьма. Она сомкнулась, не давая возможности увидеть, что происходит.

Когда тьма исчезла, вверху не осталось никого.

Ни брата, ни Яны, ни Саши, ни Ольги, ни врага. Лишь едва заметно светящееся жёлтым светом небо и солнце, выглядывающее из-за тонкой пелены остаточной энергии.

Книга предоставлена Цокольным этажом , где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту, например, через Amnezia VPN : -15% на Premium, но также есть Free.

Еще у нас есть:

1. Почта b@searchfloor.org — получите зеркало или отправьте в теме письма название книги, автора, серию или ссылку, чтобы найти ее.

2. Telegram-бот, для которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по ссылке и 3) сделать его админом с правом на «Анонимность» .

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Бастард Императора. Том 25