Девятихвостый Богатырь: Путь к бессмертию 4
Евгений Покинтелица

Преодолев прошлые сложности, Мирослав тут же сталкивается с новыми. Затаившийся враг наконец показал себя и успешно нанёс первый удар в запланированной им чреде мести. Долг Мирослава - выследить и уничтожить его, но времени так мало!

К тому же молодому богатырю предстоит немало потрудиться, чтобы отвоевать право участия на турнире для своей команды. И даже добившись этого, победить лучших молодых талантов со всего мира будет ой как непросто. Тем более, что всегда найдутся те, кто готов ради победы на любую подлость.

Но пути назад уже нет. Ведь нити судьбы уже плотно сплелись с последствиями его ошибок и деяний, выткав финальное полотно, завершающее период жизни Мирослава в Бориславском княжестве. А уж каким оно будет, и не собьётся ли богатырь с пути к бессмертию - скоро узнаем!

====================

Глава 1 Переполох

Китеж был всё таким же, как и обычно. Улицы, пропитанные ароматом еды и пряностей. Шум от торговцев, зазывающих покупателей, и повозок, перевозящих грузы. Где-то внутри же кипела работа множества организаций и их представительств. Заключались торговые сделки и политические союзы, готовились походы в Лабиринт и исследовательские экспедиции в ещё не освоенные места по эту сторону Змеиного Хребта.
Но кое-что всё же отличалось. В городе ощутимо прибавилось народу. Причём к преимущественно серьёзным и состоятельным людям, составляющим значительную часть популяции и гостей, присоединилось множество людей по чьему внешнему виду было легко понять их низкое финансовое положение. Восхищённые и слегка потерянные взгляды, которыми многие из них оглядывали город, тоже выдавали в них тех, кто посещает Китеж если не впервые, то довольно редко. Попадались и откровенно сомнительные личности с хмурыми хищными лицами, словно бы ищущими, чем поживиться. Но из того, что Мирослав знал о городе — даже такие обычно понимали, что бедокурить здесь себе дороже, ведь бежать некуда, а стража весьма сильна.
Вокруг Арены же кипел особый ажиотаж. Мирослав несколько удивился, ведь о квалификационных боях говорили так, словно они мало кому интересны.
— Не ожидал, что будет столько народу, — озвучил его мысли наставник Зубр, — В прошлые годы на этом этапе трибуны полупустые были. В этот раз явно окажутся забиты под завязку. Неужели участие Чайной Провинции такое внимание привлекло?
— Что за провинция такая? — спросил Брячислав.
— И чем ты только на практической географии занимался? — проворчала Голуба, — Это самый маленький регион Империи, который, однако, имеет весьма большую значимость. За счёт особого строения местности там крайне благоприятный климат для выращивания редких растений, которых на континенте нигде больше и не сыскать. В частности «чая», который уже давно является любимым напитком имперской знати.
— Молодец, Голуба, — похвалил её наставник, — Насколько я слышал, из-за того, что регион маленький, их хвостатых отправляли учиться в соседние провинции, так что и представлять провинцию на турнире было бы некому. Видимо, что-то поменялось.
— Всё ещё не понимаю с чего такому интересу быть, — хмыкнул Брячислав, — Подумаешь, регион с травами. У нас чуть ли не половина княжества благодатная для такого.
— Но наших бойцов в деле уже видели, а их нет. Новое всегда притягивает внимание, — сказал Мирослав, — Мне теперь и самому любопытно.
«Хотя и не так, как посмотреть на богатырей из Подгорного Союза.»
Они собирались было войти в здание, но шум неподалёку привлёк их внимание.
— Реальна! Реальна! Она реальна! — вопил кто-то, потрясая книгой в своей руке.
С помощью техники взора Мирослав определил, что это шестихвостый. Один из хвостов был более тусклым.
«Судя по всему, он недавно повысил уровень силы и ещё не успел поглотить ядро.»
Большая часть людей с опаской расступилась перед вопящим богатырём, но несколько человек перегородили ему дорогу. Это были те, кого Мирослав мысленно отметил как «неблагонадёжных».
— Кто реален? Чего кричишь?
Тот, словно не видя их, продолжил идти вперёд и столкнулся с тем, кто был ближе всего. Однако на вопрос ответил:
— Библиотека! Бесконечная! Бесконечная Библиотека!
Он отшатнулся прочь от того, с кем столкнулся, и едва не выронил книгу, которую всё это время сжимал в руке.
— Ага, заливай, — хмыкнул один из тех, кто перегородил ему дорогу, — Байки это.
— Она реальна! — вновь заорал во всю глотку богатырь, потрясая книгой, — Я был там! Я получил знание! Реальна!
— И что же ты оттуда получил?
— Древнюю технику! Великую технику! Могучую технику! Неведомую технику!
— А ну дай-ка поглядеть, — тут же попытался сцапать книгу из его рук тот, что был ближе всего.
Но богатырь вцепился в книгу мёртвой хваткой.
— Моё! Моё! Они все погибли! Но я выжил! Теперь моё! Только моё знание!
Во мгновение ока завязалась драка, к которой присоединилось ещё больше людей. Слова «древняя техника» мгновенно пробудили во многих алчность, затмевающую всё рациональное. Ситуация развивалась стремительно. Множество хвостатых и простых людей пыталось выхватить книгу, толкались и в какой-то момент образовалась куча-мала, в которой владельца древнего тома почти погребли под собой остальные дерущиеся. Сама реликвия такого надругательства не выдержала, и в какой-то момент переплёт сдался. Листы с описаниями практик и схемами разлетелись вокруг, создавая ещё больший хаос. Мирослав беглым взглядом пробежался по летающим в воздухе листам, выхватывая слова и целые фразы.
«Техника „девяти шагов, сотрясающих горы“? Помню одного человека владеющего ею. Название куда более громкое, чем итоговый эффект. Но для нынешних времён вполне неплохо.»
Стража Китежа вмешалась очень быстро и принялась наводить порядок. Под их грозными командами и ударами дубин беснующиеся от алчности чужаки начали помаленьку утихать. Но в самом центре всё ещё царила неразбериха. Мирослав вдруг увидел, как владелец книги сумел высунуть руку, сжимая в ней маленькую сферу.
«Ядро. Неужели он настолько обезумел, что собирается попытаться поглотить его здесь и сейчас?»
— Стража, остановите этого человека! — крикнул он, но было слишком поздно.
Да и голос его утонул в шуме потасовки. Богатырь проглотил ядро и результат не заставил себя ждать. Не способный обуздать силу нечисти человек резко начал преображаться. Его тело деформировалось как при озверении, принимая новую — ужасающую форму, которая из-за борьбы ядер внутри постоянно менялась. Тварь выпрямилась, разрывая людей, навалившихся на неё, на куски. Кто-то из хвостатых, участвовавших в этом, успел защититься. Другие также погибли, не успев понять, что же случилось.
Существо ринулось вперёд, размахивая когтистыми лапами. Стражи Китежа отреагировали так быстро, как только могли. Они тут же бросили всё, что делали до этого, и окружили монстра. В считанные мгновения всё было кончено. Угрозу устранили и осталось лишь разбираться с последствиями.
— Ужас какой, — тихо сказала Всемила.
Остальные молча кивнули, соглашаясь с ней.
— Никогда бы не подумал, что такое случится в самом безопасном городе нашего мира, — сказал Зубр, — Но это лишнее напоминание о том, что никогда не стоит терять бдительность. Сделайте вывод, ребятишки, и учитесь на чужих ошибках.
Помрачневшие студенты и их наставник отправились внутрь здания Арены.
«Выходит, что Бесконечная Библиотека всё же существует. Это хорошая новость. Возможно, если всё сложится удачно, то там я смогу получить знания недоступные иным путём. Но до этого ещё очень далеко. Я должен стать намного сильнее, чтобы даже думать о походе в Лабиринт.»
В самом здании шла активная продажа билетов на бои, которые должны были начаться уже завтра. Они кое-как протиснулись через толпящихся людей и поднялись на административный этаж, где стало посвободнее, хотя и не менее оживлённо. Работники арены сновали туда-сюда, перенося записи и распоряжения. Отличить их от гостей было легко, ведь одеяния сотрудников представляли из себя очень выразительное зрелище — белоснежные шаровары и рубахи с золотистым шитьём. Стоило им войти в коридор, как молодая девушка в таком одеянии подошла и поклонилась.
— Добро пожаловать, господин Зубр и его ученики. Следуйте за мной, я проведу вас к прикреплённому к вам специалисту.
Она отвела их в одну из комнат, где их ожидала женщина постарше.
— Господин Зубр, — кивнула ему та, — Рада вас снова видеть. Ваше заявление о регистрации было обработано и принято. Осталось провести финальные мероприятия, и ваша команда сможет принять участие в квалификационных сражениях.
— Конечно, госпожа Ярина — кивнул тот, — Мы готовы.
Первым делом каждому из них предоставили копию правил турнира, в которой после прочтения надо было расписаться. По словам Ярины, это ввели после одного из первых турниров, когда нарушившая правила команда затеяла спор, утверждая, что в в правилах такого не указано, и они не знали. Учитывая влиятельность участников, подобные ситуации крайне проблематичны.
Мирослав принялся за чтение.
— Все члены команды должны присутствовать в комнате подготовки в момент начала боя. При отсутствии одного — дисквалифицируется вся команда, а победа засчитывается оппонентам, — зачитал он самое первое, — Довольно строго. Особенно в сочетании с тем, что замены не положены, и участвуют только те, кто были заявлены изначально. Почему так?
— Вокруг этого тоже возникало немало конфликтных ситуаций, так что таково было итоговое решение проблемы, — ответила Ярина.
«Не особенно информативно. Ну да ладно. В Китеже безопасно, так что неявка маловероятна. Сегодняшняя ситуация, скорее, исключение, и сомневаюсь, что подобное повторится в ближайшее время.»
'2. Бои без временных ограничений и ведутся, пока все члены одной из команд не получат фатальные ранения или не сдадутся. Если случится, что все члены обеих команд теряют боеспособность, то победителя нет, и дальше не проходит никто.
3. Запрещено приводить или проносить на арену любых живых существ, а также неживые конструкты, которые не созданы умением или техникой участника уже на поле битвы.
4. Запрещено использовать любое оружие, доспехи и прочее снаряжение, которое не создано умением или техникой участника уже на поле битвы.
5. Запрещены любые волшебные предметы, кроме кошелей-вместимок и подобных им предметов.'
Мирослав вновь поднял взгляд от списка.
— Постойте. Когда мы готовились к турниру, то осведомлялись о правилах прошлых лет, и волшебные предметы, кроме оружия и защитного снаряжения, были разрешены. Это какая-то ошибка? — спросил он.
— Нет, всё верно. Перед каждым турниром совет организаторов проводит обсуждение правил и их корректировку. Пункт с волшебными предметами являлся давним предметом споров и пережил множество редакций. В этом году было решено, что самый правильный выход именно такой.
— Но ведь многие участники неслабо потратились для того, чтобы заполучить волшебные предметы, проходящие по правилам, — сказал Ратибор, — Разве это справедливо?
— От лица Китежа и совета организаторов я приношу свои извинения за доставленные этими изменениями неудобства, — поклонилась Ярина, — Вы можете составить жалобу, которую передадут совету и учтут при последующих редакциях правил для турниров в будущем. Однако на данный момент правила таковы.
— Зря я у отца выпрашивал ту штуку… — проворчал княжич.
— Я думаю, всё не так плохо. Что бы ни было куплено — оно ещё не раз послужит владельцам, даже если не пригодится на турнире, — сказал Мирослав и вернулся к чтению правил.
'6. Один участник может применить за сражение до четырёх алхимических субстанций.
7. Применять алхимические субстанции или усиливающие техники, а также становиться объектом их применения со стороны других до начала боя для обхода этого ограничения запрещено. За этим будут следить прикреплённые к командам специалисты.'
— Неужели у каждого из вас есть высокий уровень владения техникой взора или чем-то аналогичным? — спросил Мирослав.
— Конечно нет, — рассмеялась Ярина, — О таких талантах мы можем лишь мечтать. Чары комнат подготовки позволяют проверять состояние бойцов. Так что мы будем знать, если кто-то попытается нарушить правила.
— Это место полно чудес, — сказал юноша и вернулся к чтению.
«Если бы я хоть раз посетил Арену во времена своего правления, то, может, и знал бы. Но для меня она была совершенно скучной. Какой интерес сражаться без риска? Ох… Кажется, я был более легкомысленным, чем мне казалось…»
«8. Запрещено неспортивное поведение. Никаких пыток и излишней жестокости к уже очевидно проигравшим оппонентам.»
«Надо же, кто-то и до такого опускался на юношеском турнире? Хотя о чём я. Вспомнить только тех велиреченцев… Тьфу.»
«9. Нарушения правил караются дисквалификацией. Решение судей конечное и оспариванию не подлежит.»
— Правила достаточно резонные, хотя и местами строгие, — резюмировал Мирослав, после чего подписал свою копию.
— Вам осталось придумать своей команде название, чтобы при объявлении боёв комментаторам не приходилось говорить «Команда претендент на участие в основном турнире из Бориславского княжества», — сказала им Ярина, когда все подписали свою копию.
— Бориславская Солянка, — тут же подскочил с идеей Брячислав.
— Ни в коем случае, — тут же прикрыла ему рот ладошкой Голуба, — Я пришла сюда, не чтобы опозориться на всю жизнь.
— Как насчёт «Бориславские Зубры»? — спросил Мирослав, — Чтобы все знали, кто лучший наставник в княжестве.
— Да будет тебе, — улыбнулся тот, — Скорее уж, все решат, что я самый тщеславный наставник в княжестве.
— А мне нравится, — сказала Всемила, — Звучит довольно внушительно, и точно никто не занял.
— Почему бы и нет, — кивнул Ратибор.
— Меня устраивает, — согласилась Голуба, всё ещё мешая Брячиславу говорить.
— Ну что же, «Бориславские Зубры», увидимся завтра, — сказал им Ярина, — Расписание боёв вы получите немногим позднее.
На следующий день ажиотаж вокруг арены ничуть не утих. Турнирная сетка, которую им передали, включала в себя двенадцать команд. Первые шесть боёв были назначены и та самая Чайная Провинция попала в эту группу. Как и они. Команда собралась в подготовительной комнате, провела последние приготовления и расселась по скамейкам, ожидая начала боя. Наставник Зубр остался стоять, нервно поглаживая бороду.
— Снадобья готовы?
— Да, — хором ответили студенты.
— Всё ещё собираетесь пытаться реализовать этот рисковый план?
— Да! — вновь разом повторила молодёжь.
— Ну что же, тогда жду вас с победой!
Мирослав улыбнулся и кивнул.
— Приготовьтесь, через мгновение вас переместит на арену, — сказала им Ярина, — Вы можете испытать лёгкий дискомфорт, но это быстро пройдёт.
И, действительно, юноша почувствовал, как могущественное волшебство окутывает его, окружая ослепительным сиянием. Было похоже на то, что происходило при использовании врат, но иначе. С одной стороны, более плавно и мягко, а с другой — действовала какая-то дополнительная сила. Словно бы Мирослава осмотрели и запомнили.
«И всё же я совсем не хочу умирать даже на мгновение.»
Сияние рассеялось, и Мирослав наконец смог рассмотреть поле боя. Это был довольно большой круг, пол которого оказался покрыт массивными каменными плитами, изукрашенными геометрическими узорами. Высокие стены же покрывали барельефы, изображающие сцены битвы. Выше них же мерцал барьер, защищающий толпы зрителей на трибунах от любой угрозы. Отдельно над трибунами нависала ложа для важных гостей, откуда открывался наилучший вид на поле битвы.
Команда противников возникла на противоположной стороне арены. Пятеро юношей выглядели достаточно взволнованными, но всё же сразу установили некое подобие боевого построения. Трое клином, двое за ними.
«Арена около сотни метров. Но мы стоим где-то в восьмидесяти. У ребят уйдёт около шести секунд без учёта уклонения от атак. Я могу ещё быстрее, но лучше не становиться центром внимания.»
— Добро пожаловать на Арену Китежа! Первый бой сегодняшнего дня — «Бориславские Зубры» против «Народной Солянки» — объявил турнирный глашатай.
— А я говорила, что это дурацкая идея, — усмехнулась Голуба.
— Да понял я уже, — вяло поморщился Брячислав.
— Три. Два. Один. Битва!
Стоило прозвучать команде, как товарищи Мирослава и он сам рванули вперёд, полагаясь исключительно на ускорение. Учитывая дистанцию и фокус на скорости — оппоненты успели атаковать издалека лишь раз, после чего начался ближний бой.
Арена погрузилась в звенящую тишину, когда тела всех пятерых членов «Народной Солянки» окутало сияние, и они исчезли с арены. Всё это заняло не больше минуты.
— Погодите… Уже всё? — растерянно пробормотал глашатай, — Похоже, что победили «Бориславские Зубры».
Арена загудела, но вскоре звуки угасли, и их команда тоже вернулась в комнату подготовки. Наставник Зубр покинул трибуны и ворвался туда спустя ещё минуту, тут же подхватив Мирослава за плечи.
— Вот это я понимаю, заявили о себе!
— Пустите, наставник, поломаете, и потом некому будет на арену идти! — с улыбкой пропыхтел Мирослав, — Пойдёмте лучше другие бои смотреть. Не хочу пропустить Чайную Провинцию.

----------

Глава 2 Второй бой квалификаций

Однако столь ожидаемое Мирославом и большинством гостей Арены зрелище оказалось разочаровывающим. Команда Чайной Провинции назвавшаяся «Шелест» забросала оппонентов склянками, которые создали густое дымное облако, так что дальнейшие события разглядеть было сложно.
«Не один я решил использовать подобную методику. Но их смесь куда менее устойчивая, что может быть как плюсом, так и минусом. Главное, что стоит учесть — они наверняка привыкли сражаться с ограниченной видимостью, так что против них подобная стратегия потеряет эффективность.»
Этот и следующий день пролетели незаметно за просмотром и разбором сражений, а после настало время и им вновь выходить на арену. «Бориславские Зубры» собрались в комнате подготовки.
— Точно хотите вновь пытаться провернуть эту стратегию? — спросил наставник, — В этот раз эффекта неожиданности уже не получится. Более того, оппоненты могли продумать контратаку.
— Да мы их только так раскидаем, — воздел кулак вверх Брячислав, преисполенный уверенности в себе после первого боя.
— Я думаю, что стоит рискнуть, — сказал Ратибор, — Мирослав правильно говорит, что в основном турнире противники будут куда сильнее, и чем меньше мы сейчас покажем своих сил, тем лучше.
— Хорошо, — кивнул Зубр, — Тогда как насчёт пари, чтобы сделать всё интереснее?
— И что же вы задумали? — спросила Всемила.
— Если сможете победить за три минуты, использовав не более одного умения на каждого, то с меня ужин в новой харчевне. Слышал она невероятно популярна у здешней молодёжи.
— Победим! Победим! Победим! — тут же радостно проскандировал Брячислав.
— Закрывающее сражение дня — «Бориславские Зубры» против «Ядвигинских Охотников», — объявил глашатай.
Команда противников на этот раз показалась Мирославу куда более уверенной и собранной, чем прошлые. Что и неудивительно, самые слабые уже отсеялись и остались лишь достойные бойцы. «Охотники» представляли собой довольно пёструю команду. Пара кряжистых полян — юноша и девушка, схожие лицом и пшеничным цветом волос. Долговязый поморец, чьи волосы цвета водорослей были пострижены очень коротко. Низкорослый бледный древич с похожей причёской, но оттенком волос ближе к еловым иглам, а другой высокий, крепкий и темнокожий, напоминающий собою молодой дуб.
— Три. Два. Один. Битва!
«Зубры» сорвались вперёд, но и «Охотники» поступили так же. Но вдруг они резко остановились, а зеленоволосый древич упал на колено и приложил руки к земле.
— Охотничьи Угодья!
— Водяная Тюрьма! — тут же хлопнул в ладоши поморец.
По полу под их ногами тут же расстелилась трава, а вокруг начала формироваться стена из бурлящей воды.
— Смотрите под ноги, — тут же крикнул Мирослав.
И не зря. Голуба едва не наступила на скрытый в траве капкан. Они вынуждены были прекратить продвижение, сосредоточившись на защите, ведь противники начали поливать их дождём из стрел и метать в них копья, созданные умениями.
— Как наставник и говорил, они подготовились! Что будем делать? — спросил Брячислав.
— Раз они нас не видят, я мог бы накрыть их всех огненным вихрем, — сказал Ратибор.
— Это было бы эффективно, — кивнул Мирослав, перехватив одно из копей и швырнув обратно через барьер, — Но разве ты готов так легко выдать наш козырь?
— Есть идеи получше? — спросил Ратибор.
— Есть. Но ты, как капитан, должен попробовать сообразить сам, — ответил ему Мирослав, — Главное — поторопись, первая минута почти истекла.
Княжич едва не словил стрелу в грудь и нахмурился.
— Так. По одному умению на человека… Хммм.
«Всё довольно очевидно, стоит только начать мыслить творчески. Давай, Ратибор!»
Взор Ратибора загорелся уверенностью.
— Зубры! Слушай мою команду! Голуба и Бряч — замораживайте фрагмент стены. Всемила — своими лозами швырнёшь Дарёна в заледенелый участок. Дарён — твоя задача пробить его собой и вынудить того, кто поддерживает поле с ловушками, прервать действие умения.
— А ты что сделаешь? — спросила Всемила.
— А я, — расплылся в подозрительно довольной улыбочке княжич, — Я Дарёна подожгу.
— Чего? — переспросила девушка, но тут же почти синхронно с остальными протянула, — Аааа…
— Начинаем по моей команде. Три, два, один! Вперёд!
«Я вообще подумывал, чтобы он атаковал земляными оковами, но его вариант мне нравится даже больше.»
Дальше они действовали максимально быстро. Голуба и Бряч подобрались ближе к водяной стене и обрушили на неё шквал ударов «Кулаками леденящего ветра». Ратибор швырнул несколько пламешаров в покрытого стальной чешуёй Мирослава. Всемила создала длинные лозы, обвила ими товарища и швырнула в сформировавшуюся ледяную стену. Подлетая к преграде он заметил, что манёвр не обошёлся им даром. Бряч всё же попал в один из капканов, а Всемила получила целых две стрелы, пока концентрировалась на том, чтобы метнуть его с нужной скоростью и в нужное место.
Лёд с хрустом разлетелся от силы, с которой в него влетел юноша, а потеряв целостность, оказался смыт потоками водного барьера, и тот сомкнулся за его спиной.
«Теперь всё зависит от меня. Уж простите за жестокость, ребятишки.»
Их оппоненты были не глупы и, увидев лёд, приготовились к обороне. На Мирослава тут же бросилась парочка полян. Но вместо того, чтобы с ними схлестнуться, он оттолкнулся от земли и с помощью усиления легко перемахнул через них, после чего тут же наскочил на древича, поддерживающего поле ловушек. Тот попытался выкрикнуть ещё какое-то умение, чтобы защититься, но Мирослав затолкал ему в рот свои стальные пальцы, покрытые жидким пламенем. Другой древич попытался пронзить его копьём, но юноша перехватил то свободной рукой и перенаправил в лицо первого.
«Первый.»
Древич тоже попытался использовать ещё одно умение, но Мирослав сорвал с себя пылающую рубаху и швырнул ему в лицо, после чего сопроводил серией ударов кулаками, окончательно выводя из строя. Жидкое пламя Ратибора кончилось.
«Второй.»
Он собирался было перейти к поморцу, все ещё поддерживающему водную стену, но тот успел использовать умение. Вокруг Мирослава возник пузырь, легко выдерживающий удары за счёт эластичности и при этом не разрушающийся под действием пламени.
«Неплохо.»
— Хорошо же вы своё дело делаете! — зло цыкнул на оставшихся союзников поморец.
— Да кто ж знал, что он такой прыгучий!
— Ладно, продолжайте обстрел, моя стена долго не продержится.
— А этот?
— Скоро задохнётся, не отвлекайтесь. Сдерживайте их, пока я не завершу технику.
Мирослав подождал пару мгновений задержав дыхание, а после драматично упал на колено, чтобы не было заметно, как он тянется к кошелю. Стоило кислоте выплеснуться на пузырь, как тот с громким хлопком лопнул, вновь привлекая к себе внимание. Но для поморца было слишком поздно. Мирослав, не выпрямляясь, вытолкнул себя вперёд, сбивая врага с ног и вышибая воздух из лёгких. Прежде, чем юноша успел вцепиться противнику в горло, полянин сбил его, отшвырнув на несколько метров. В Мирослава тут же прилетело несколько стрел, но они отскочили прочь, не причинив особого вреда, кроме небольшой боли от самого удара.
— Да как так? — ошарашенно воскликнула полянка.
Мирослав же лишь улыбнулся, встал и поманил к себе её брата. Водный барьер пал, но он решил отвлечь ещё одного, чтобы союзникам было проще.
— Отдаю должное, план был весьма неплохой. Да только с противниками вам не повезло.
— Ещё ничего не кончено! — взревел полянин и ринулся на Мирослава.
Мирослав вновь легко оторвался от земли, намереваясь перемахнуть через несущегося на него здоровяка. Лицо противника исказилось злорадством, когда тот тоже прыгнул, намереваясь перехватить Мирослава в воздухе. «Я знал, что ты это сделаешь» — читалось в его взгляде. Однако Мирослав ответил ему таким же. «Я знал, что ты знаешь.» И отменил третье умение, тут же став легче, а после извернулся в воздухе и ухватился за запястья протянутых в его сторону рук. И когда взлёт противника перешёл в падение, он упёрся ногой в затылок полянина, с хрустом выворачивая тому руки и впечатывая его лицом в плиты пола.
Тем временем остальные одолели оставшихся противников, и тела их исчезли с арены.
— Победили «Бориславские Зубры»! — провозгласил глашатай.
— Молодцы, отлично справились! Три минуты и пятнадцать секунд, — резюмировал Зубр, когда они вернулись в комнату подготовки.
— Да лаааадно! — протянул Брячислав, — Ну это же почти!
— А вы с какого момента считали? — хитро прищурилась Голуба.
— С выхода на арену, конечно же, — сказал наставник, — А как иначе?
— Но ведь промежуток между выходом на арену и началом боя не зависит от нас, а значит, считать надо от фактического объявления. То есть мы закончили даже с запасом в десять секунд.
— Вообще, я собирался в любом случае вас угостить за то, что так хорошо справились, — рассмеялся Зубр, — Но да, пожалуй, твоё замечание уместно.
— А теперь отмечать! — потирая ладоши, воскликнул Брячислав.
— Остался последний бой и мы в основном турнире, — сказал наставник Зубр, когда с ужином было покончено, — Мне только что передали расписание боёв. Мы сражаемся с командой Чайной Провинции. Худший из всех вариантов, ведь мы про них ничего не знаем, кроме того, что активно пользуются дымовыми завесами.
— Это хорошее последнее препятствие, — сказал Мирослав, — В основном турнире тоже будет немало битв, где мы мало знаем о противниках.
— Это ты верно подметил, — кивнул Зубр, — Надеюсь, вы не собираетесь вновь пытаться провернуть этот свой манёвр с прямолинейной атакой?
— Конечно нет, — покачал головой Ратибор, — Нам и в этот раз это едва не стоило победы.
— Отлично. Тогда какие мысли?
— Они привыкли полагаться на плохую видимость, — сказал Мирослав, — Есть два варианта. Первый — похуже, если они все владеют техникой взора или чем-то подобным. Тогда противодействовать их методу сражения будет проблематично. Но есть и второй — вместо зрения они пользуются слухом. Тогда возможность помешать им есть.
— Это всё ладно, меня беспокоит то, что раз уж они так агрессивно пользуются алхимией, то могут и ядом нас отравить, — сказал Ратибор, — Ты можешь сделать какое-нибудь универсальное противоядие?
— Если бы такие были… — печально улыбнулся Мирослав, — Но увы, подобное невозможно. Мир изобилует ядами природными, волшебными и созданными искусственно. Каждый отдельный из них нужно нейтрализовать по-своему.
— А как же безоары? — спросил Брячислав.
— Как думаешь, почему на занятиях по алхимии о них не было ни слова? — ответил вопросом на вопрос юноша.
— Эмм… Их сложно достать?
— Нет, — покачал головой Мирослав, — К великому сожалению — это народная байка. Воплощение желания получить простое решение сложной проблемы. То, что называют безоарами — целая группа разнообразных образований в телах животных и нечисти, которые иногда имеют ценность в качестве алхимических ингредиентов, но не являются универсальным лекарством от ядов.
— Так что же нам тогда делать? — спросила Всемила.
— Всё просто, — сказал Мирослав, пародируя зловещую улыбочку Ратибора, которую тот выдал в прошлом бою, — Вас отравлю я!

----------

Глава 3 Неожиданные решения

— Это ещё как? — почти хором воскликнули товарищи Мирослава на предложение их всех отравить.
— Есть много вариантов, когда отравление достаточно мощным ядом нивелирует действие других более слабых. Но тут проблема в том, что ты меняешь одну проблему на другую — более серьёзную.
— Тогда какой в этом смысл? — поинтересовался Брячислав.
— Слушай дальше, — ответил Мирослав, — Я когда-то читал об одном крайне опасном яде, который называется «Слеза коварства». Он не имеет ни вкуса, ни запаха, ни даже цвета. Прозрачный, как слезинка. Одной капли достаточно, чтобы убить даже кого-то очень сильного. Более того, с момента отравления проходит несколько минут совсем без симптомов прежде, чем наступит мучительная смерть, что позволяет отравителю скрыться, не вызывая подозрений.
«Правда, рецепта там не приводилось, лишь общие особенности создания… Но попробовать воссоздать стоит.»
— Да ну! Почему же ими не пользуются повсеместно? — скептически хмыкнул Ратибор.
— Погоди, — перебила его Голуба, — Это разве не из старинной сказки о «Владыке Медной Горы и его невольнице Милодаре?»
«Сказки? В моё время это была историческая хроника…»
— Возможно. Я не помню, где это прочитал.
Голуба покосилась на него с выражением крайнего скепсиса, но ничего не сказала.
— Помимо того, что ты собираешься травить нас сказочным ядом — мой вопрос всё ещё актуален, — встрял княжич, — Если такое существовало, почему им не пользуются?
— Ну во-первых — с чего ты решил, что не пользуются? Разве тебе ведомы подробности всех смертей на континенте? — спросил Мирослав.
— Допустим, — кивнул Ратибор, — И всё?
— А ещё с ним целый ворох проблем. Яд нестабилен и распадается довольно быстро, так что приготовить его сильно заранее нельзя. К тому же на каждую жертву нужна отдельная порция приготовленная с капелькой её крови. По крайней мере, так о нём было написано.
— И ты рассчитываешь за один день наугад воссоздать яд, о котором лишь общее описание известно? — вздёрнул бровь княжич, — Звучит самонадеянно.
— Я и сам знаю, — улыбнулся Мирослав, — Поэтому есть ещё один вариант, куда более реалистичный, но вместе с тем по-своему трудновыполнимый.
— И какой же? — спросил Ратибор.
— Я могу приготовить противоядие прямо на поле боя. Но вам придётся вчетвером, наверняка уже будучи отравленными, отбиваться от пятерых, пока я это делаю.
— В это верится больше. Немного… — вздохнул княжич.
— Я уточню у организаторов, не будет ли подобное нарушением, — сказал Зубр, — Но лучше бы вам постараться обойтись без этого. Звучит крайне ненадёжно.
— Ещё кое-что, — добавил Мирослав, — Если яд смертоносный, то тут всё понятно. Но если паралитический, то сосредоточьтесь на усилении и разгоняйте кровь, чтобы ускорить его вывод.
— А лучше всего постарайтесь не дать себя отравить, — добавил наставник, — Яды в виде облаков быстро разрушаются, а те, что на оружии и в умениях, требуют попадания для успеха.
— И то верно, — кивнул Мирослав, — Но лучше подготовиться к худшему.
На следующий день в дверь комнаты Мирослава на постоялом дворе, где все они остановились, постучали. Он оторвался от своих набросков по «сказочному» яду, подошёл к двери и открыл её. Снаружи стоял неизвестный ему мужчина в дорогой одежде по имперской моде.
— Доброго дня. Чем могу помочь? — спросил юноша.
— Приветствую. Мой господин просит о встрече.
— И кто он?
— Емельян Виссарионович Поддубный — Одиннадцатый Великий Князь Империи и капитан команды Чайной Провинции.
— У меня с ним никаких дел нет. По какому поводу встреча?
— Это вы узнаете на месте.
«Чего ему может быть надо? Явно ведь не улучшить какой-нибудь из их рецептов хочет. Учитывая важность победы для них — точно собирается меня подкупить, чтобы мы сдали бой. Нет уж. Обойдусь.»
— Хмм… Ладно. С удовольствием встречусь с ним в ближайшие дни после завтрашнего поединка наших команд.
— Емельян Виссарионович настаивает, чтобы встреча состоялась сегодня.
«Значит, я прав.»
— А я настаиваю на том, что наша встреча возможна только после боя. Нехорошо будет, если кто-то решит, что мы сговариваемся о его исходе. Всего доброго.
После этих слов Мирослав закрыл дверь и вернулся к работе. Спустя примерно час r к нему вновь явились визитёры. Юноша спрятал заметки в кошель и открыл дверь. На этот раз вместе с прошлым незванным гостем прибыло двое семихвостых и один четырёххвостый. Последний был тем самым Емельяном Виссарионовичем, которого Мирослав видел пару раз в начале и конце боёв «Шелеста Клинков», как назвалась команда Чайной Провинции.
— Добрый день. Чем могу помочь? — невозмутимо спросил юноша, делая вид, что не понимает причины визита.
Он тут же увидел, как на миг лицо Емельяна искажает гнев, но тот почти мгновенно взял себя в руки.
— Дарён, как вас по батюшке?
— Просто Дарён, — ответил Мирослав, — У нас в Семикняжии такое обращение не в ходу, Емельян Виссарионович, и я буду чувствовать себя неловко.
— Хорошо. Тогда и вы зовите меня Емельян.
— Как будет угодно. Так чем могу помочь, Емельян?
— Я пришёл обсудить одну деликатную тему.
— Я уже говорил вашему…
— Поверенному, — вставил Емельян, заметив, что собеседник задумался об определении.
— Вашему поверенному, что во избежание пересудов предпочту все дела отложить до момента, когда мы проведём поединок. Моя позиция не изменилась.
— Однако же дело отлагательств не терпит, и я настаиваю, — твёрдо сказал Емельян.
— Это я заметил, — кивнул Мирослав, — Ну что же, полагаю вы не успокоитесь, пока мы не поговорим.
Тот кивнул.
— Хорошо. Входите вы, а остальные пусть подождут за дверью.
Поверенный собрался было возразить, но Емельян поднял руку, тут же пресекая любые попытки.
— Ждите здесь.
Мирослав сел за стул у стола и указал на свободный.
— Присаживайтесь.
Тот кивнул и тут же полез в свой кошель-вместимку, выставив на стол несколько массивных сундучков.
— Что это? — вздёрнул бровь Мирослав.
— Некоторые редкие травы и корешки. Дар в знак уважения. Это вас ни к чему не обяжет, так что прошу принять его.
— При всём уважении я вынужден отказаться. Пока мы оппоненты на турнире, я не могу себе подобное позволить. Давайте сразу перейдём к делу.
У Емельяна на лице вновь промелькнул гнев, но он вновь взял себя в руки, убрал подарки и кивнул.
— Вверенная мне Чайная Провинция, несмотря на важность, имеет некоторые проблемы с автономией, и я хочу это изменить. Условие, поставленное императором, было крайне простым — победить хотя бы в первом бою основного турнира. Оценив ваши таланты, я понимаю, что победа дастся нам нелегко и потребует раскрыть слишком много, дав преимущество противникам в последующих сражениях. Сдайте бой и будете щедро вознаграждены.
— Я уважаю ваши стремления, — сказал Мирослав вполне искренне, — Но вынужден отказать. Для нас пройти в основной турнир важно не меньше, и нет в мире того, на что я готов был бы променять такую возможность.
«Разве что ты мог бы мне организовать возможность встретиться со Сталией, но такое совершенно не в твоей власти. А значит, и говорить не о чём.»
— Я ведь могу и по-плохому, — нахмурился Емельян, — Стоит мне щёлкнуть пальцами и…
Он демонстративно поднял руку, и Мирослав тут же беззвучно выхватил меч из кошеля, приставив лезвие к его шее. Впившись в глаза князя ледяным взглядом, он тихо прошипел сквозь стиснутые зубы:
— Не играй со мной в эти игры, мальчишка, или это будет последним, что ты сделаешь в своей жизни!
— Ты не посмеешь!
Мирослав прижал клинок чуть сильнее, оставив крохотный порез.
— Уверен, что хочешь проверить?
Уверенность Емельяна дрогнула под непреклонным взором Мирослава, и он вздохнул.
— Я всё понял…
— Вот и ладненько.
Юноша убрал клинок в кошель, а из него достал мазь и одним движением убрал порез с шеи князя.
— За сим прощаюсь. Увидимся завтра на арене.
— Я это запомню, Дарён!
Емельян встал и быстро пошёл к двери, а взявшись за ручку обернулся.
— Ты и твоя команда об этом пожалеете.
— Да-да, — отмахнулся Мирослав, — Скатертью дорожка.
Когда раздражающий гость наконец его покинул, юноша негодующе покачал головой.
«Надеюсь, в основном турнире бойцы будут более уверенными в себе, и подобных глупостей больше не повторится.»
Он распахнул окно, чтобы подышать свежим воздухом и немного отвлечь мысли. С высоты своего обиталища Мирослав смог наблюдать, как люди непрерывным потоком мечутся по своим делам, а в какой-то момент приметил и Емельяна и его свиту. Они начали удаляться, но их остановил какой-то мужчина в довольно простой и непримечательной одежде. Совсем не из тех, с кем по статусу общаться Великому Князю Империи. Однако же тот вдруг вздёрнул руку, не позволяя охранникам отогнать незнакомца. Более того, обменявшись парой фраз, они вместе двинулись в одну сторону.
«Занятно. Но это уже не моё дело. Хотя если это какие-нибудь наёмные убийцы, которых он решил подослать, то, может, и моё. Поставлю-ка я сигнальные обереги. Китеж может и безопасный, но у всего есть предел.»
Мирослав сделал запланированное, а после продолжил работу над ядом.
«В одном Ратибор был прав — воссоздавать яд по описанию крайне сложно. Хотя мне и не нужна идеальная копия — главное, чтобы он был достаточно мощным, чтобы перебить эффект вражеского и не имел влияния на тело, пока не наступит смертельный исход. Но даже так — крайне непросто, да и потом потребует от нас сражаться наперегонки со временем… Да уж, все эти турнирные бои такая морока!»
«Зубры» полным составом собрались вместе перед боем в комнате подготовки. Они пришли заранее, чтобы согласовать информацию. Вскоре прибыла и Ярина.
— Доброго дня всем. Мы впервые получаем подобный запрос, так что принятие решения заняло больше времени, чем ожидалось, — сказала она, — Однако комитет, отвечающий за правила турнира, постановил, что производство алхимических снадобий на поле боя не нарушает правил, ведь по сути своей аналогично созданию оберега тем, что это принесёт пользу лишь в виде конечного продукта. Если, конечно, вам подобное провернуть удастся.
— Благодарим за уточнение, — сказал Зубр за всех, — Дарён, как там твои эксперименты с ядом?
— Всё получилось, но этот план сработает только, если мы примем яд заранее. Это поставит нас в невыгодное положение, ведь по истечению пяти минут все мы свалимся замертво.
— Разве ты не можешь сделать противоядие? — спросил Ратибор.
— Могу, но его надо принять до того, как яд полностью впитается в тело. То есть не позднее, чем через две минуты. Увы, мой план вышел слишком ненадёжным, так что я отзову его сам.
— Это мудро, — похвалил его Зубр, — Ваша главная задача — постараться не дать себя отравить, так что можете раскрыть больше умений. Здесь риск оправдан.
Когда команды оказались на арене, взгляды Мирослава и Емельяна пересеклись. Тот хмуро хлопнул кулаком о ладонь, показывая, что собирается сокрушить их.
«Это мы ещё посмотрим!»

----------

Глава 4 «Шелест Клинков»

Команда чайной провинции состояла из четырёх полян и одного древича. Все носили одинаковую одежду. Белоснежные кафтаны, отдекорированные изумрудного цвета шитьём и оторочками. Ниже — чёрные штаны с зелёной полосой сбоку и сапоги. Наставник как-то рассказывал им, что такую форму носят все ученики имперских академий вне зависимости от статуса. Цвет декора же менялся в зависимости от провинции.
— Самый ожидаемый бой дня! Фавориты этих квалификаций «Шелест Клинков» и «Бориславские Зубры» сойдутся в поединке за право попасть на основной турнир! Какая неудача и потеря для зрителей, ведь сложись всё иначе — обе команды наверняка легко прошли бы. Но вместе с тем — сегодня нас ждёт знатное зрелище, ведь несмотря на то, что в прошлых боях мы едва ли смогли разглядеть способности «Шелеста», «Зубры» показали, что с ними шутки плохи, так что победить одним туманным облаком их точно не выйдет! Но довольно тянуть, ведь бойцы явно уже заждались! Три. Два. Один. Битва!
Обе команды в пару движений опустошили свои флаконы с эликсиром потентности живы, а после имперцы не стали особенно изощряться и тут же выхватили из своих кошелей-вместимок склянки с дымовой смесью.
— Облачение Мастера Охоты!
Лук с лёгким натяжением позволил выпустить все пять стрел ещё до того, как брошенные флаконы достигли верхней точки полёта. Сгустки дыма развернулись в воздухе, а после принялись медленно опускаться вниз, расползаясь в стороны и теряя плотность. Арена тут же разразилась возгласами поддержки. Ведь зрителям, похоже, наконец выдастся возможность увидеть, как именно сражаются бойцы из Чайной Провинции.
«Первые два алхимических снадобья они потратили. Осталось ещё два.»
Зубры двинулись в наступление, но на этот раз более организованно, сохраняя построение, на ходу перебрасываясь с оппонентами дальнобойными атаками и уклоняясь. Мирослав на лету перехватил несколько снарядов и хорошенько осмотрел.
— Все они не несут на себе яда, отравлены лишь сгустки, которыми бросается та девушка, что стоит за их капитаном. Эту парочку нужно вывести из строя первыми.
Но прежде, чем они успели приблизиться, полянин и древич выступили вперёд, почти одновременно выкрикнув названия своих умений.
— Изумрудный змей!
— Обсидиановый паук!
Их довольно массивные призванные звери тут же ринулись вперёд.
— Гибкие лозы!
— Земляные оковы!
Голуба и Ратибор тут же задержали их, не позволяя остановить себя.
— Волчья прыть!
Брячислав неожиданно для противников резко ускорился, проскочив между защитников и обрушив на капитана вражеской команды серию ударов своим и кулаками леденящего ветра. Мирослав тоже ускорился и, перемахнув через товарища и его оппонента, набросился на девушку, что атаковала их ядовитыми сгустками. «Зубры» начали агрессивно наседать на «Шелест», которые пусть и неплохо, но лишь защищались, почти не отвечая на атаки. Краем глаза Мирослав заметил’Что-то тут не так… Почему они не контратакуют? Не могли же они полагаться лишь на инициативу и нападение в тумане?'
Когда девушка, с которой он сражался, внезапно выхватила флакон, похожий на те, что «Шелест» уже использовали в начале боя, и раздавила его в руке, окружив себя облаком тумана, юноша не удивился. Благодаря технике взора Мирослав всё ещё мог её видеть и, пользуясь тем, что никто этого не заметит, воплотил призрачных волков от первого умения, которые тут же повисли на её предплечьях. Однако она всё же смогла дотянуться до кошеля и выхватить из него какое-то растение. Всего одного мгновения Мирославу хватило, чтобы свернуть шею обездвиженной противницы. Но было уже поздно. Его отбросило волной силы и сбило с ног.
— Печать пяти хищных растений раскройся! — прозвучал голос Емельяна издалека.
Когда Мирослав поднялся, он обнаружил, что всю его команду окружает купол барьера, а из вражеской команды уцелел только капитан.
— Это вы их так? — спросил Мирослав.
Товарищи отрицательно покачали головами.
— Ясно. Их силёнок недостаточно для подобной техники, и они отдали свою жизненную силу, чтобы это скомпенсировать.
— Ты прав, — сказал Емельян, — Я не ожидал, что вы настолько хороши, что мне придётся раскрыть свой козырь. Это досадно. Очень досадно. Но такова цена победы.
— Победы? — хмыкнул Мирослав, — Перейдя к подобной тактике, ты уже проиграл.
— Ну-ну. Однако же это вы заперты в моей печати, которая скоро высосет из вас все жизненные и духовные силы. Можете просто сдаться.
Пять трав, которые использовали противники, кружили над куполом барьера, соединённые с ним тонкими нитями живы. Мирослав присмотрелся с помощью техники взора.
«Вьюнок иссушающий, фикус-душитель, омела чернолистная, погремок алчный и гиднора скрытная. Сами по себе не уникальны, но отличаются от тех, что я встречал, да и взращивались не меньше сотни лет. Великий князь серьёзно потратился. »
Он подошёл ближе и приложил кончик пальца к барьеру, после чего с силой вытолкнул небольшой сгусток своей энергии. Жива беспрепятственно прошла сквозь барьер, но сразу после этого оказалась втянута и поглощена им. Вместе с тем из-за касания жива из его тела начала утекать быстрее, так что он поспешно убрал палец.
«Двусторонний? Как неразумно. Хотя сам факт того, что они смогли создать и реализовать подобную технику, заслуживает уважения. Было бы странно ожидать отполированности. Но это даёт мне возможность.»
— Я чувствую, как начинаю слабеть, — сказала Всемила.
— Я тоже, — кивнул Ратибор, — Нужно всем вместе атаковать барьер и пробить его. На счёт три!
— Стой! — тут же помешал ему Мирослав, — Если бы это был обычный барьер, то пробить его удалось бы. Но этот подпитывается от нас, и выдохнемся мы быстрее, чем пробъём его.
— Ну что за пессимизм, — ехидно сказал Емельян, — Попробуйте. Вдруг получится!
— Ладно, что ты предлагаешь? — проигнорировал его Ратибор, обратившись к Мирославу.
— Если не забывать о том, что для нас раскрыть слишком много о себе тоже будет проигрышем, вариантов не так много.
— У тебя до сих пор хватает наглости делать вид, что вы сдерживаетесь? — возмутился Емельян.
Мирослав тоже проигнорировал его и продолжил.
— У меня есть одна идея, но это займёт немало времени, так что если не выйдет, то на то, чтобы пробиться, сил у нас уже не останется. Готовы рискнуть?
— Это ведь ты у нас больше всех жаждешь победить, — усмехнулся Ратибор, — Раз готов рискнуть — действуй.
Мирослав кивнул и призвал котёл за пределами барьера, прямо над травами, после чего изменил размер так, чтобы их накрыть.
— Ха-ха, думаешь, сможешь разрушить барьер такой ерундой? — рассмеялся Емельян.
Но юноша продолжил его игнорировать, сосредоточившись на циркуляции живы.
«Моя жива внутри котла поглощает силу из трав, а те в свою очередь поглощают часть той, что впитывается в барьер. Если мне удастся запустить алхимический процесс, то в какой-то момент гармония созданной травами силы нарушится, и барьер падёт.»
Емельян, похоже, всё же забеспокоился, видя такую уверенность на лице Мирослава, и атаковал котёл своими умениями. Однако они почти не нанесли урона, потеряв значительную часть сил ещё на подлёте.
— Проклятие…
— Своей же техникой себя ограничил! — принялся насмехаться над ним Брячислав, — Уж погоди, мы выберемся и намнём тебе бока!
— Если и выберетесь, то всё равно будете обессилены. Мне вас избить не составит труда. Только время зря тратите. Сдавайтесь уже.
— Это мы ещё посмотрим! — возразил Брячислав.
Ратибор положил ему руку на плечо.
— Не трать силы зря. Он в чём-то прав. Освободиться — ещё не победа.
Брячислав кивнул. Все четверо сели на плитку и принялись ждать момента. Тем временем Мирослав был полностью погружён в процесс. Слой за слоем он срывал с трав покрывающую их защиту, чтобы окутать уже своей энергией и начать преобразование. На него начала накатывать слабость, но вместе с тем разум был бодр как никогда. Он вдруг почувствовал прилив вдохновения. Свойства трав и то, что они были пропитаны огромным количеством жизненных сил, навело его на мысль, что, возможно, ему удастся не просто разрушить барьер, а и сотворить нечто уникальное.
— Да делайте уже что-нибудь! — крикнул кто-то из зрителей, а другие поддержали его одобрительным гулом.
— Но-но, дайте парню делать своё дело, — донёсся знакомый голос, но Мирослав не смог его узнать, будучи слишком сильно сосредоточенным на деле, — Тут творится искусство!
Барьер начал дрожать.
— Не верю! — подскочил на ноги Емельян, — Невозможно!
«Зубры», покачиваясь, поднялись на ноги. Барьер действительно сильно их истощил за достаточно короткий срок. Но они всё ещё были живы и готовы сражаться. Когда преграда окончательно исчезла, Мирослав подхватил падающий котёл хвостами, перевернул и поставил на землю у своих ног.
— Сдерживайте его, мне нужно завершить процесс прежде, чем настанет время покидать арену!
— Надеюсь, оно того стоит, — закатил глаза Ратибор, но скомандовал товарищам, — В бой!
Несмотря на истощение, они начали теснить Емельяна. Он ловко уклонялся и блокировал атаки, периодически отвечая своими, пока в один момент ситуация не изменилась.
— Довольно! Моё терпение иссякло! — он сменил стойку и процедил сквозь зубы: — Техника Ядовитой Бездны. Десять выпадов скорпиона!
Мирослав увидел, как тот стремительно срывается с места и наносит серию ударов его товарищам. В обычной ситуации они бы смогли защититься, но сейчас каждый попал в цель. На первый взгляд тычки двумя пальцами причинили им лишь лёгкую боль, но благодаря технике взора Мирослав смог увидеть, что всё куда серьёзнее. Едва попытавшись атаковать в ответ, они начали падать на пол под действием яда.
«Сильная техника и безупречное исполнение. Пусть он и младший в императорской семье, разница между ним и обычными хвостатыми огромна.»
— А теперь твоя очередь! — зло бросил ему Емельян, — И ты так легко не отделаешься! Травяной клинок!
Мирослав пробормотал себе под нос «Облачение Мастера Кузнеца» и принял рубящий удар, не сдвинувшись с места. И хотя от прямых повреждений стальная чешуя его защитила, сила атаки всё равно была ощутимой и болезненной.
«Ещё немного.»
— Не смей меня игнорировать! — взревел Емельян, нанося колющий удар.
«А вот это уже опасно.»
Мирослав перехватил клинок рукой, но тот удлинился и всё равно воткнулся острием ему в плечо. Оружие Великого Князя протиснулось меж чешуек, и рубаха юноши покраснела.
— Так всё же твоя защита не идеальна! — осклабился Емельян, — Хорошо! Тогда готовся истечь кровью!
Меч истончился, высвобождаясь из хватки Мирослава, и вновь сформировался в руке у Емели. Тот приготовился к новой атаке.
«Готово!»
Мирослав извлёк получившийся эликсир во флакон и метнул котёл в лицо Емели.
— В одном ты прав. Пора заканчивать!

----------

Глава 5 Время охоты

Мирослав отпил половину эликсира и спрятал флакон в кошель. Емельян отразил атаку и сложил пальцы руки в воронку у лица.
— Едкое Дыхание!
Конус кислотного тумана устремился к Мирославу. Тот задержал дыхание и прикрыл глаза руками. Кислота развеялась, не причинив ему ущерба. Но Емельян тут же использовал следующую атаку.
— Удушающий Вьюнок.
Мирослава опутали тонкие, но очень прочные лозы, которые к тому же начали сдавливать его с такой силой, что пришлось использовать укрепление всего тела, чтобы противодействовать давлению. А следом пошли колющие удары клинком, которые теперь однако встречались с сопротивлением не только чешуи, но и укрепления, что не позволяло Емельяну провернуть тот же манёвр.
— Да когда ты наконец сдашься? Всё кончено! Ты истощён! Твои силы скоро иссякнут! Сдавайся! — раздражённо выкрикнул князь.
— Дам тебе один совет. Если хочешь победить — действуй, а не болтай, — ответил ему Мирослав, — Уговаривать противника подарить тебе победу не лучшая тактика, да и для зрителей выглядит как неуверенность в себе.
— Думаешь, один ты умеешь использовать укрепление? Ррраааа! — Емельян ринулся вперёд и принялся колотить противника кулаками.
Удары были довольно болезненными, но Мирослав стойко выносил побои, прежде чем вырвать руку из вьюнка и перехватить запястье Емельяна.
— Что? Как? — в растерянности пробормотал тот.
— Не заметил, что измотался сильнее, чем должно? — подмигнул ему юноша.
— Эликсир! Что это? Что ты сделал?
— Использовал невероятную силу ваших трав для своей пользы. Пока он действует — каждое твоё касание передаёт мне часть твоей живы и жизненной силы. А касаний было немало.
Емельян попытался вырваться, а Мирослав неожиданно разжал хватку.
— Твоей главной ошибкой было использовать против меня травы. В тот самый момент ты и проиграл этот бой.
— Я не сдамся!
— Меньшего я от тебя и не ожидаю. Сражайся до конца, как полагается настоящему богатырю, и ощути касание смерти, как наказание за гордыню и готовность так легко принести в жертву своих товарищей.
Емельян ринулся вперёд, обрушивая на Мирослава шквал яростных ударов. Тот из уважения к оппоненту ответил тем же и лишь после короткого обмена улучил момент, чтобы перехватить руку ослабевшего бойца и зайти ему за спину. Одним движением он свернул ему шею, преодолев укрепление, которое тот использовал, с помощью усиления.
— Победили… «Бориславские Зубры»! — воскликнул глашатай, — И, похоже, что без потерь. Все пятеро ещё на арене! Поздравляем их со знаменательной победой и добро пожаловать в основной турнир!
Пока товарищи радовались победе, Мирослав с задумчивым лицом прокручивал в голове прошедшие бои.
— Ты чего смурной такой? — спросил Зубр, присаживаясь рядом, — Победили ведь.
— Мы уже второй раз попались во вражескую ловушку, и теперь это едва не стоило нам прохода на турнир.
— Всё предсказать невозможно, не стоит себя корить, — сказал наставник, — Все стараются скрывать какие-то хитрые трюки, чтобы удивить оппонента. Вам удалось сохранить часть своих до основного турнира и победить — это повод для гордости, а не беспокойства!
— Может и так… — кивнул Мирослав, — Но опыта в смертельных боях с людьми всё же маловато. Наставник, если вы не против, то я бы хотел устроить ребятам тренировки на арене против реальных бойцов. Не до смерти, не хочу, чтобы они без нужды такое переживали. Всё за мой счёт, конечно же.
— Почему нет? — пожал плечами Зубр, — Я и сам об этом думал, да больно дорого.
— Хорошо, — сказал юноша и передал наставнику мешочек с золотом из своих запасов, хранящихся в кошеле.
— Остальное оставь на меня, — кивнул Зубр, — А сам-то ты куда собрался?
— Дела гильдии, — ответил Мирослав.
«Увы, „охота на упыря, чьё имя я ношу“ совсем не то, что могу сказать. Но обязан его найти и остановить как можно скорее. Если он сейчас так силён, то в будущем всё станет только хуже. Не говоря уже о том, сколько невинных жизней будет потеряно.»
— В такое время? — нахмурился наставник.
— Ничего. Я продолжу тренироваться в пути. Не беспокойтесь, — тут же попытался успокоить его Мирослав.
— Меня не это волнует, а что ты на основной этап не успеешь. Перерыв всего две недели, — пояснил Зубр.
— Успею. Уж не сомневайтесь, наставник. Я ни за что не пропущу турнир, — твёрдо сказал юноша.
— Эх. Раз уж ты так решил, то, видимо, что-то важное, — наставник тяжело вздохнул и хлопнул его по плечу своей могучей ручищей, — Удачной дороги, Дарён.
— Спасибо, наставник.
После праздничного ужина Мирослав направился в гильдию алхимиков. Мастер Велимудр, как всегда, был в своём кабинете, весь в делах.
— Доброго дня, мастер Велимудр.
— Дарён! Поздравляю с прохождением в основной турнир!
— И вы уже слышали?
— И даже смотрел сам, — хитро усмехнулся алхимик, — Нисколько не сомневался в твоей победе.
— Ха-ха, благодарю за похвалу, — улыбнулся юноша.
— Принёс что-то интересное? Или дело какое?
— Второе. Мне нужна ваша помощь с одним вопросом. Я хочу отправиться в конфиденциальную поездку, но очевидно, что нынче мне будет нелегко скрыться от чужих глаз.
— Что правда, то правда. Полагаю, что ты хочешь слегка изменить внешность и отправиться в путь как один из более заурядных учеников гильдии? — спросил алхимик, поглаживая бороду.
— Вы невероятно прозорливы, — кивнул Мирослав.
— Хммм. Есть у нас один парнишка примерно твоего возраста и комплекции. С лица не похож, но его особо никто не знает, так что если ты не в змеехвостинскую глушь собираешься, то и вопросов быть не должно. Обожди денёк, и я всё устрою.
— Благодарю, мастер Велимудр.
— Пустяки, это меньшее, что я могу для тебя сделать. Вот ещё что. Я сразу запишу тебя на перемещение. Куда тебе надо?
— В Бориславль.
Велимудр удивлённо вздёрнул бровь, но ничего не сказал.
Пока шло время ожидания, Мирослав сел готовиться к встрече с упырём. Каких-то уникальных методов борьбы с ними в его время не существовало. Настичь и срубить голову — вот и вся задача. При тогдашнем уровне силы они и близко не представляли достаточную угрозу, чтобы требовались какие-то другие подходы. Но после Навьего Марша всё сильно изменилось, и теперь ему придётся хорошенько потрудиться, чтобы прикончить Дарёна окончательно.
Раз за разом прокручивая в голове бой с упырём, Мирослав отметил для себя четыре ключевых сложности. Те особые чары «Кровавый Полдень» были самой большой угрозой его жизни, но сладить с ними, не имея возможности подготовить поле боя, не удастся. Так что придётся положиться на реакцию и доспех от слияния.
Вторая проблема — способность упыря скрывать себя. Дарён исчезал из поля зрения, его движения переставали издавать звуки, следы живы, которые были видимы Мирославу с помощью техники взора, также растворялись в воздухе. Но учитывая, что упырь из этого состояния не атаковал и не находился в нём постоянно, то свои ограничения явно присутствовали. Мирослав изготовил экспериментальный порошок, который, по его надеждам, должен был проявить скрывающегося упыря. Пришлось растолочь в пыль алмаз, смешать его с ртутным порошком, серебряной пылью и другими довольно ценными ингредиентами. Но результат получился многообещающий.
Следующей проблемой была форма бесплотного облака, которую принимал Дарён. Исходя из прошлого опыта — сквозь твёрдые объекты просачиваться оно не могло, а также имело ограниченную длительность. Но остановить переход упыря в это состояние Мирослав не мог. Ему оставалось только подгадывать атаки и пытаться поймать Дарёна в котёл, как он уже делал.
Последняя проблема — мощная регенерация, которая уступала разве что тем волколакам, что держала при себе Василиса. Причём, обращаясь в туманное облако, упырь возвращал отрубленные конечности на место, так что эти две проблемы были связаны между собой. В прошлом подобное лучше всего преодолевалось огнём, так что Мирослав решил попробовать именно такой способ. Возможно, опалённые конечности будут прирастать хуже или не смогут перейти в туманную форму. Благо горючая смесь у него уже припасена, и лишнее время на её создание не понадобилось. О ядах он и не думал, поскольку на неупокоенных они не работали совсем.
Существовала ещё и пятая проблема, связанная не с самим боем, а с тем, чтобы до этого боя дошло. Ведь у юноши не было способов надёжно выследить упыря. Все поисковые техники и ритуалы, которые ему удалось вспомнить, требовали достаточно явного следа живы. Но такового Дарён после себя не оставлял. Так что с этим Мирослав решил экспериментировать уже на месте.
Кроме того, для маскировки богатырь приготовил три снадобья. Одно должно было временно изменить его цвет волос на каштановые. Другое — цвет глаз на карие. Третье вызывало лёгкую отёчность на лице, что дополняло смену внешности. Спустя два дня его вызвал Велимудр, и юноша отправился к нему, применив все три снадобья, создав иллюзию того, что он обычный человек с помощью чешуйки, и сменив одежду на ту, что была в ходу у простых учеников.
— Ты ещё кто? — нахмурился Велимудр, стоило ему войти, — Это кабинет главы гильдии, чего бы ты не искал — оно не здесь.
— Это я — Дарён, — усмехнулся Мирослав и, дабы не терять время, показал кольцо верховного алхимика.
— Ого! Я бы полюбопытствовал, что за рецепт ты использовал, но гильдии такое не нужно. Больше проблем будет.
— Это верно, — кивнул юноша, — Так что, всё готово?
— Да, я позаботился, чтобы ученик не покидал гильдию, пока ты не вернёшься. Вот его документы, благо они старого образца и в случае чего пройдут проверку.
«Повезло парню, что ему не приходилось иметь дела с Федотом.»
Мирослав усмехнулся, вспоминая первый день в Бориславле.
— Также кольцо четвёртого ранга и поручение на сбор трав. Так что в случае чего — скажешь, что тебя в наказание отправили искать замену испорченным ингредиентам.
— Очень продумано, — кивнул Мирослав.
Он надел кольцо и спрятал остальное в кошель.
— Ещё раз благодарю, мастер Велимудр. Увидимся меньше чем через две седмицы.
13 дней до начала турнира.
Вернувшись в Бориславль, Мирослав собрал полевых цветов и направился к окраине города. Остановившись у пепелища дома Герберы, он тяжёло вздохнул.
— А так и не скажешь, что у неё столько друзей было, — донёсся мужской голос справа.
Мирослав повернул голову и увидел крепкого мужчину в простой льняной рубахе.
— Тихая была девица, гостей не водила. Да и сама почти не появлялась. Если бы с огородиком своим не возилась, то, может, и не познакомились бы.
— Что с ней случилось? — спросил юноша.
— Говорят, загорелось что-то из её штучек алхимицких, — сказал тот, — Я человек простой, в том ничего не смыслю. Но полыхало жутко.
— Ужасно.
— Не то слово. Молодая ещё совсем была. Жить и жить. Ежели пришёл, как и другие — цветы положить, то клади там под деревцем. Пепелище скоро прибирать будут, так что потопчут.
— Спасибо, — кивнул юноша и вошёл во дворик.
Под деревцем действительно было много небольших букетиков, которые оставляли все, кто желал попрощаться с Герберой. Юноша опустил свои и тихо прошептал.
— Покойся с миром.
Он собирался было уходить, но вдруг увидел букет, который приковал его взгляд. Свежие пучок лаванды и два пучка бархатцев, расположенные по обе стороны. Он показался бы кому-то другому совершенно не примечательным, но для Мирослава послание было яснее, чем день. Дарён вернулся и оставил это в насмешку.
«Ах ты тварь!»

----------

Глава 6 В поисках следов

Мирослав поспешно осмотрел округу с помощью техники взора, но ему вновь не удалось обнаружить следов.
«Скользкий гад. Настолько сильные чары скрытности встречаются редко даже у упырей, но, зная его — неудивительно, что именно это он освоил первым делом. Делать гадости втайне Дарён всегда любил. Ну ничего. Я найду способ тебя выследить. Так или иначе.»
Мирослав сложил ладони на груди и принялся в задумчивости постукивать большими пальцами друг о друга.
«Осталось только понять с чего начать. Обратиться в гильдию охотников, чтобы нанять специалиста? Нет. Даже если найдётся тот, кто способен это сделать — потом могут возникнуть ненужные вопросы, когда мы найдём Дарёна. Поисковое волшебство? Старое не сработает, а новое потребует времени и точно выйдет не с первого раза. Лучше попробовать что-то попроще для начала.»
Ритм, выбиваемый пальцами юноши, ускорился.
«Тогда… Точно. Я ведь здесь в качестве алхимика собирающего травы. Будет абсолютно нормально порасспрашивать простой люд о происшествиях и опасностях в округе, чтобы знать, куда не стоит идти. Не мог Дарён за столько времени совсем никому не приметиться. А если и не он сам, то, возможно, получится понять по косвенным признакам. Учитывая, как я его потрепал, упырь определённо будет голоден и не сможет просто затаиться.»
Мирослав удовлетворённо кивнул и отправился в путь.
Но всё оказалось не так просто.
— Ой, милок, да тут кругом одни страсти. Ёлку, девку соседскую, давеча банник за зад ухватил. А у коровы моей молоко скисло, ведьма завелась, не иначе!
— Да спокойно у нас всё. За последние месяцы всего раз монстряка появилась, да и то такая задохлая, что я её вилами заколол.
— Свата моего едва серп не порешила, да повезло богатыри мимо проходили. Полевик ещё мой обед украл. А так всё спокойно.
За редкими исключениям большая часть упоминаемых местными жителями происшествий с монстрами по традиции являлась выдумкой намеренной или последствием разгулявшейся фантазии. Реальные же случаи были определённо никак не связаны с упырями.
Потратив день на бесплодные поиски, Мирослав решил сменить подход. Пусть знакомые ему способы поиска не работали, всегда можно было попытаться создать новый. Тем более, что недавний бой подсказал ему первую необычную идею. Воспользоваться силой диковинных трав, но не для алхимического снадобья, а для ритуала поиска. Именно этим юноша и решил заняться.
12 дней до начала турнира.
Ранним утром Мирослав провёл свой ритуал в комнате постоялого двора. Он насыпал треугольник из растёртой алой полыни и щепы ясеня, а на углы выложил десятилетний марьянник, лиловую руту и омелу седую. Сев в центр, он взял в руки ветвь вербены копьевидной и принялся повторять слова, что должны были сплести всё воедино.
— Вербена-вербена, найди, где Дарён ходит, да мне покажи. Марьянник нашепчет за всех, кто его виной близких не дождётся. Омела расскажет, как судьбы наши связаны. Рута да ясень путь проложат. Полынь морок отгонит. Сила моя сей заговор питает. Алатырь-камень его закрепляет.
Мирослав ещё дважды повторил эти слова, жива, направляемая им в круг, сплелась в единый поток, который направился в вербену. Веточка в его руке слегка дёрнулась.
«Получилось?»
Он вскочил на ноги и слегка ослабил хватку. Вербена наклонилась и чётко указала направление. Юноша быстро убрал следы ритуала и покинул постоялый двор, направляясь по указываемому веткой пути.
Мирослав вынужден был пройти через половину города, прежде чем остановился у невзрачной избы, выглядящей так, словно в ней уже давно никто не живёт. Особенно примечательной была дверь, которую явно выломали, а потом просто кое-как приставили к косяку. Ветка указывала прямо на дом. Но лезть туда вот так сразу было бы подозрительно, так что он решил для начала порасспрашивать. Юноша приметил неподалёку женщину, развешивающую бельё, и подошёл к ней.
— Доброго денёчка.
— И тебе, молодец.
— А не подскажете чей это дом?
Женщина ненадолго приостановила своё занятие и подошла ближе, чтобы посмотреть, куда указывает палец Мирослава.
— Этот… Так давно пустует, что и не упомню… А тебе зачем?
— Подумываю в Бориславль перебраться, вот и присматриваю, где обосноваться.
— Ой, это ты зря, — женщина понизила голос, чтобы её слышал только собеседник, — Неспокойно нынче здесь. Ежели есть выбор, то лучше в любое другое княжество езжай.
Она сделала паузу и тяжко вздохнула, а потом продолжила.
— Князь наш совсем о народе не печётся. Люди пропадают, а их и не ищут толком. У моей соседки сын Сомик так сгинул.
— Ужас какой.
— Вот-вот. Он, может, пропойца распоследний был, да безобидный и вежливый. Всегда мимо проходя шапку свою пёструю с вороньим пером снимет, поклонится, «доброго денёчка вам, тётушка Вера» и токмо потом дальше идёт. Не заслужил он такого.
Мирослав мрачно кивнул.
— Да и дом этот… — женщина огляделась и ещё тише прошептала, — Жуткое место. Тени по ночам туда шмыгают. И звуки странные доносятся.
— А страже о том доносили?
— Конечно. Я самолично ходила жаловаться. На третий раз таки прислали стражников. Пришли. Морды кислые, словно клюквы нажралися. Дверцу выбили, внутри походили и вышли. Говорят, ничего нет подозрительного нет, и нечего стражу по пустякам гонять. Но я-то из ума ещё не выжила! Странные вещи там деются!
— Ну что же, благодарю за предупреждение, — кивнул юноша, — Если что, то этот дом уж точно стороной обходить буду.
— Правильно! Сам себя не сбережёшь, то и никто не сбережёт!
Мирослав попрощался и ещё немного покружил по улицам. Ветвь стабильно поворачивалась в его руке в сторону той заброшенной избы. Дождавшись, когда никто не будет смотреть в ту сторону, юноша слегка отодвинул выломанную дверь и прошмыгнул внутрь. Веточка продолжила указывать прямо, а после резко дёрнулась и выпала на пол. Мирослав ухватил её за кончик и поднял, словно маятник. Стоило отвести её в сторону, как она начала сдвигаться.
— Здесь, значит.
На вид даже с техникой живы пол выглядел как обычно. На ощупь тоже. Мирослав принялся обследовать дом в поисках входа в подпол. Но такового не обнаружилось ни на обычном при такой планировке месте, ни где-либо ещё.
«А вот это уже странно. Видимо, стражники действительно работали спустя рукава, раз не заметили такую важную деталь. В этих местах в каждом доме подпол делают, как можно было не обратить внимания? Хотя с их навыками всё равно найти ничего не вышло бы, здесь явно колдовство какое-то задействовано…»
Мирослав смахнул пыль с лавки и стола, сел и принялся мастерить обереги. Он установил их по углам, насыпал по периметру смесь из ритуальных солей, после чего прошёлся по кругу трижды, каждый раз останавливаясь и взмахивая веточкой вербены. На первый взгляд ничего не изменилось, но стоило активировать технику взора, как люк ведущий в подпол проявился, окружённый вязким маревом. Мирослав подошёл ближе и вновь проверил наощупь. На этот раз его рука ухватилась за металлическое кольцо, и он смог поднять люк. Открывшийся проход выглядел довольно странно. Ступени вели неестественно глубоко и уходили куда-то в непроглядную тьму.
«Совсем не похоже на чары свойственные упырям. Хотя таких одарённых, как Дарён, я никогда и не встречал, так что наверняка быть уверенным нельзя. К тому же сейчас это единственная моя зацепка.»
Мирослав достал из кошеля меч и принялся спускаться по ступеням. Тьма перед ним рассеивалась, но сгущалась за спиной. Вскоре он оказался перед дверью. При попытке использовать технику взора Мирослав видел лишь равномерный шум, не дающий вообще ничего понять. Так что он просто вошёл внутрь. На него ринулась орава мертвяков. Взмахом меча он отправил в них режущую волну силы, которая прошла сквозь них без особого сопротивления. Но и эффекта не оказала. Мирослав ударил ближайшего кулаком, но рука тоже прошла сквозь монстра.
«Иллюзии…»
Мирослав прошёл сквозь грозно рычащих мертвяков к другому концу комнаты и открыл следующую дверь. На него вновь выскочил монстр. Массивный волколак яростно взревел и ринулся на юношу. Тот на всякий случай уклонился от атаки и рубанул мечом. Словно бы по воздуху ударил.
«И этот тоже.»
Юноша вошёл в следующую дверь. Теперь на него напало нечто безобразное, напоминающее массу сросшихся трупов. Оно тянуло к нему свои изувеченные конечности, и они удлинялись на глазах. Мирослав не стал расслабляться и вновь ушёл от атаки, нанеся удар по одной из рук. Та с чавканьем отделилась от владельца и упала на пол, после чего продолжила ползти к нему. А к юноше устремились новые конечности, словно стремясь схватить и затащить в эту кучу и его. Он срубил ещё несколько, прислушиваясь к отдаче от удара.
«Всё ещё иллюзия. Хотя более качественная.»
Мирослав закрыл глаза и прошёл сквозь монстра, после чего вошёл в следующую дверь.
На этот раз монстр был очень реалистичным. Человек, из которого проросли грибы, швырялся ими, а те взрывались, осыпая всё вокруг спорами размером с горошину, которые летели с такой скоростью, что выбивали каменную крошку из пола и вполне могли нанести серьёзные ранения. Мирослав принялся уклоняться и изрубил монстра на куски, сократив дистанцию. Ошмётки развалились по полу и начали срастаться обратно, протягивая тонкие грибные нити к друг-другу. Ощущение от ударов было такое, словно бы противник точно настоящий. Мирослав потянул ручку двери. Та не открылась. А за его спиной появилось два монстра.
«Ах вот как?»
Вместо того, чтобы атаковать врагов, он принялся рубить дверь. Стоило изрубить её в щепки и перейти порог, как враги исчезли. Новая комната была большой и пустой.
«Как-то даже подозрительно пусто.»
Мирослав осторожно сделал шаг вперёд. Ничего не произошло. Ещё несколько. Щелчок. Из потолка выскочили шипы и вонзились в пол. Мирослав едва успел отпрыгнуть, а потом постучал по ним мечом. Очень плотные и реалистичные.
«А тут и не поймёшь — улучшенная иллюзия или настоящие. Терпеть не могу эти фокусы. Ещё и технику взора всё ещё что-то сбивает.»
Мирослав применил третье умение, направил живу на усиление и рванул вперёд. Из стен вылетали стрелы, падали маховики в виде топоров, лилось пламя, но он успевал всё это обходить, прежде чем ворвался в следующую комнату.
На этот раз перед ним предстала сокровищница полная золота, драгоценных камней и артефактов. Мирослав обошёл её и пошёл дальше. За следующей дверью оказались ядра монстров, многие из которых отозвались ему резонансом. За следующей редкие травы. И наконец, перешагнув последний порог, он оказался в самом обычном подполе дома.
Пыль, паутина, сгнившие и уже иссохшиеся продукты, ящики и бочки, всё ожидаемо. И на одной из таких бочек расселся сухощавый низкорослый человек с пёсьей головой и глазами размером с чайные блюдца. Он как-то раздражённо и устало вздохнул, склонил голову в сторону и спросил.
— Ну и чего тебе надобно, человече? Убивать пришёл?

----------

Глава 7 Рассадник

Мирослав вновь попытался использовать технику взора, но она всё так же оказалась затуманена.
— Я пришёл не за тобой. Но ответ на второй вопрос будет зависеть от того, кто ты и что здесь делаешь.
— Я песиглав. Сижу на бочке и медленно увядаю.
— Врёшь, — Мирослав перехватил меч поудобнее и приготовился атаковать, — Говори правду, или я буду считать тебя угрозой.
— Какой грозный, — всё так же вяло протянул монстр, — Ладно. Я маленький одинокий кошмарик, который ради выживания был вынужден вселиться в тело пса. Здесь живу, потому что в этом городе много страшных снов, порождающих мне подобных. Я пожираю их и тем продлеваю своё существование.
«Тени, шмыгающие по ночам, вполне могут быть полуматериальным проявлением новорождённых кошмаров, ищущих пристанище. Это похоже на правду. Но учитывая насколько хороши его иллюзии, он давно уже дорос до морока.»
— Как давно ты здесь?
— Так и не упомню. Когда я родился, страшных снов было меньше. Но потом становилось всё больше и больше.
«Значит, ещё спокойные времена в княжестве застал. Учитывая, как хорошо скрывается, то однажды этот морок будет способен стать марой. Даже при том, что возрождаться, как в былые времена, такая тварь не сможет, опасность всё ещё огромная. Нельзя его здесь оставлять.»
— По глазам вижу, что собираешься убить. К чему только все эти разговоры были?
— Для такого медлительного и неторопливого существа мыслишь ты больно поспешно, — ответил Мирослав, — Я не считаю, что нужно убивать вообще всю нечисть. Но ты должен покинуть город и не приближаться к человеческим поселениям.
— Это жестоко. Я порождение людских сердец. Как мне жить одному в глухом лесу? Да и хлебное место никогда не пустует. На моё место придёт другой, возможно, куда менее благостный кошмар, чем я.
— Одиночество или гибель, выбор за тобой, — сказал юноша.
— Может, всё же договоримся? Ты сказал, что ищешь кого-то. Во снах и кошмарах скрываются тайны и многие истины. Возможно, я могу тебе помочь.
«Если так, то он действительно уже как минимум морок.»
— Тот, кого я ищу, не видит снов. Он живой мертвец.
— Вооот как. Тогда ты неправильно искал. Для подобных ему нужно вернуться к основам.
— Что ты имеешь в виду?
— Всё же интересно? Разреши мне остаться, и я подскажу.
— Нет. Я справлюсь и сам. Ты же должен уйти. Иного выбора у тебя нет.
— Да неужели? А я думаю есть! — взревел песиголовец, вскакивая на ноги, — Я убью тебя и продолжу жить в своё удовольствие!
Мирослав направил живу на усиление и одним стремительным ударом обезглавил монстра, после чего пронзил его сердце и облил тело своей горючей смесью, которая мгновенно вспыхнула и начала пожирать останки существа.
— Значит, ты выбрал смерть.
Он покинул подпол и вышел наружу. Вернувшись на постоялый двор, он подумал о словах монстра и взялся за дело. Новый способ сработал безупречно. След привёл его прямо к Дарёну, который всё ещё скрывался и не успел восстановить силы. Битвой это было не назвать. Мирослав казнил злодея и предал его тело огню, после чего вернулся в Китеж.
С момента уничтожения морока словно бы сам мир начал улыбаться юноше, и все его дела спорились. Победы на турнире шли одна за другой, и никто не мог представить им достаточно серъёзное сопротивление. Даже хвалёные бойцы подгорного союза были сокрушены без особых проблем. Мирослав попрощался с товарищами и отправился в земли Подгорного Союза, где его привечали словно дорого гостя.
— Как же я ждала тебя, — донёсся до юноши знакомый и разом незнакомый голос, когда его наконец привели встретиться со Сталией.
Обернувшись он увидел её. Такую другую, но вместе с тем таинственным образом похожую на себя прежнюю.
— И я рад видеть тебя, Малинка.
Она рванула к нему и повисла у него на шее. Его ближайшая и вернейшая соратница, прошедшая сквозь время, чтобы вновь встать с ним плечом к плечу. Та, кто ему ближе всех в этом мире. Их губы соприкоснулись в страстном поцелуе. Таком желанном и долгожданном.
Мирослав вдруг отпрянул и мотнул головой.
— Это… Какое-то безумие… Всё неправильно… Не так…
Глаза Малины вспыхнули гневом.
— Ты вновь меня отвергаешь?
— Мы… Я… — слова начали путаться в голове, а чувство неправильности всё обострялось.
Она влепила ему пощёчину столь звонкую, что в голове загремели колокола, путая мысли ещё больше. Накатила слабость, и он повалился на стул. Малина тут же напрыгнула сверху, усевшись на его бёдрах, ухватила своими ладонями за щёки и принялась целовать.
— Люби меня! Останься со мной! Будь моим! — приговаривала она каждый раз, когда он пытался вырваться.
И вдруг, словно бы из самых глубин гор, до него начала доноситься песня:
— Ой бежит ручеёк, извивается.
Ой да милый мой не вертается.
Ты шепни ему ветер северный.
Что его дома ждут, дожидаются.
Ты скажи ему солнце ясное.
Что к нему сама смерть подбирается.
Мирослав почувствовал, как в тело возвращается сила, и отшвырнул от себя иллюзорную Малину.
— Ой бежит ручеёк, извивается.
Да в могучий поток обращается.
Разбуди ты его ветер буйный.
Да беду от него отведи.
Посвети ему в лик ясно солнышко.
Чтоб вернулся мой милый из тьмы!
«Спасибо, Юда!»
Юноша выхватил из кошеля порошок, который приготовил для упыря, и рассыпал горсть вокруг себя. Казалось, что ничего не изменилось, но стоило активировать технику взора, как иллюзия рухнула.
— Работает, значит… — облегчённо выдохнул Мирослав, оглядываясь.
Он вновь оказался в подполе того дома, но теперь там всё выглядело совсем иначе. По стенам, полу и потолку расположились сотни грибов. Но далеко не обычных. Смоляно чёрные шляпки были покрыты жуткими лицами, непрерывно корчащихся в гримасах от ужаса до ярости. По полу от них к юноше тянулись тонкие серые нити, подобные грибнице. Они проникали сквозь одежду и, судя по мерзкому ощущению, забирались под кожу, вытягивая из него живу и жизненные силы. Лежащие в подвале иссохшиеся тела в доспехах подсказывали, что исход у этого будет смертельным.
Круговым взмахом меча Мирослав обрубил их, а после выхватил из кошеля горючую смесь и очертил вокруг себя круг, который мгновенно вспыхнул. Мерзкие отростки тут же сгорели, а грибы словно в испуге отдёрнулись прочь. Самый крупный, растущий у дальней стены, недовольно поморщился.
— Какой же ты доставучий!
— Доставуууучий! — вторили ему мелкие грибы.
— Чего ты к нам полез?
— Полеееез!
— Проваливай! Мы тебя отпускаем!
— Провааааливай!
— Не удалось сожрать и теперь договариваться надумали? Нет уж.
— Тебе нас не убить!
— Не убиииить!
— Другие уже пытались! Сколько не режь, сколько не руби, сколько не ломай, сколько не жги, мы вернёмся! Мы повсюду!
— Повсююююду!
Мирослав нахмурился. Какая-то правота в словах монстра была. Так просто от него не избавиться, ведь истинное тело гриба огромно и скрывается в глубинах земли. Но это не значило, что он готов был вот так просто отступиться. Не после того, как эта тварь пыталась его сожрать. Не после того, как монстр посмел осквернить его память своими мерзкими видениями.
Он призвал котёл, поставил его на пол и сел рядом, после чего принялся извлекать из кошеля ингредиенты.
— Что ты задумал? Почему не уходишь? Если не уйдёшь, мы убьём, как и других!
«Похоже, особая природа монстра разом его сила и слабость. Теперь, когда я вырвался из-под действия его чар, он ничего не может мне противопоставить.»
Мирослав вспомнил удобрение, которое готовил для могильной лилии. Он принялся готовить его, но немного изменил компоненты и добавил ядовитую жемчужину, подаренную Красимирой, чтобы ещё сильнее усилить эффект.
— Слушай, человече, давай договоримся, — главный гриб начал заходить с другой стороны, — Пощади меня, и мы уйдём в другое место. К тому же мы многое тебе можем рассказать.
— У тебя есть время, пока я варю снадобье, что убьёт тебя, — сказал Мирослав, — Выкладывай всё, что знаешь, и не вздумай мне врать.
— Нам здесь дозволили жить. Мы не убиваем никого, кроме тех, кто всё же пробирается сюда и узнаёт нашу тайну. Подпитываемся от жителей в округе, но понемногу. Зато спят спокойно, ведь мы забираем и их кошмары. Это взаимовыгодное сосуществование.
— Кто тебе разрешил здесь жить?
— Ведьма. Старая. Сильная. Она здесь всем заправляет.
— Как её зовут? Как выглядит? Где живёт?
— Того нам не ведомо. Мы лишь ощутили её незримое присутствие.
— Ну хоть что-то тебе должно быть известно?
— Это всё.
— Ладно. Ты говорил, что знаешь про то, как мне найти неупокоенного.
— Я соврал. Мне не ведомо ничего о поисках. Просто нужно было потянуть время и заболтать тебя.
— И почему я не удивлён…
«Хотя даже так его слова навели меня на кое-какие мысли.»
Грибные нити вдруг устремились к Мирославу с потолка, намереваясь обвить шею. Он резко срубил их и выпрямился.
— Ну что же, ты опять выбрал смерть. И на этот раз всё будет взаправду.
Он закончил изготовление эликсира и прямо так из котла выплеснул его на грибы.
— Ааа. Оооо. А вкусно. Ахахаах. Ты, похоже, совсем глупец, — рассмеялся главный гриб.
— Глупееец! — принялись вторить ему мелкие грибочки.
— Приятного аппетита, — хмыкнул Мирослав и пошёл к выходу из подвала.
Жгуты из грибных нитей вновь устремились к нему, но вдруг опали на полпути.
— А… Что это? Как больно! Что ты сделал? Аааааа…
Грибы начали увядать прямо на глазах. Выбравшись из подпола, юноша заметил, что дом тоже выглядит иначе. Внутри жуткие грибы были везде и теперь тоже выли от боли. Снаружи картина оказалась похожей. Хотя тут они были лишь в затенённых местах, но зато серые нити расползлись повсюду. Целый район города оказался окутан сетью этой дряни, начавшей иссыхать и рассыпаться в пыль. Местные жители, которые теперь выглядели куда более бледными и осунувшимися, чем юноше казалось изначально, тоже словно бы пробудились ото сна и начали срывать с себя пока уцелевшие грибные отростки.
Мирослав убедился, что никому не нужна помощь, и кошмары продолжают умирать, а после вернулся в подвал. Спустя примерно десять минут рядом с основным грибом, который держался дольше всех, но, в конце концов, тоже усох, появилось ядро. Немного более крупное, чем другие, и чёрное, словно смола. Взяв его в руку, юноша ощутил, как по коже пробегает холодок и покалывание, а настроение начинает портиться. Он быстро убрал сферу в кошель и покинул заброшенный дом.
«Всё же это был тупик… Какая досада…»
Вернувшись на постоялый двор, он устало повалился на кровать.
' — Ты в очередной раз меня выручила, Юда. Молодец.'
' — Всегда рада. А что там было? Любопытно жуть!'
' — Ладно. Пока отдыхаю, время есть. В общем…'
11 дней до турнира.
Восстановив силы, на следующее утро Мирослав вновь взялся за работу. Слова грибных кошмаров навели его на мысли о том, какой ритуал использовать. Основы. То, из чего по преданиям произошёл мир. Изначальные тёмные воды и первородное божественное пламя. Они порождают триединство мира — воду, землю и небеса. Обращение к столь основополагающим силам может дать куда более серьёзный эффект, но и довольно опасно. Однако, учитывая отсутствие зацепок, Мирослав решил попробовать.
Он составил сложный ритуальный круг и набор оберегов, которые должны были снизить вероятность ошибки и того, что всё обернётся бедой.
Завершив первичную подготовку, он перешёл к завершающим шагам. Малахит, хризолит и аквамарин огранённые определённым образом юноша разложил по углам треугольника. В центре установил чашу из холоднокованного металла. Эти вещи ему пришлось изготавливать самому, так что лишь к полудню всё было готово. Налив холодной ключевой воды в ритуальный сосуд, Мирослав сел рядом и принялся водить угольком по краю чаши. Совершив девять кругов, он бросил его в воду и закрыл глаза, сосредотачиваясь на образе расходящихся кругов. Если он не ошибся, то скоро ему будет знак.
Спустя несколько минут тишины в окно вдруг постучали. Мирослав вскочил и распахнул его, на подоконник тут же сел ворон и человеческим голосом молвил:
— Каааррр! Ты что наделал?

----------

Глава 8 Велесова птаха

Юноша слегка растерялся. Это был определённо не того толка знак, которого он ожидал. Мирослав вдруг вспомнил значение, которое воронам приписывали в старинных книгах, и спросил:
— Ты пришёл показать мне путь, Велесова птаха?
— Я тебе покажу путь! Сволочуга! Паскудник! Ирод окаянный! Колдуняка треклятая!
Ворон принялся очень экспрессивно браниться, слегка подпрыгивая на месте и словно бы сдерживаясь от того, чтобы попытаться влететь юноше в лицо.
«Похоже, что всё пошло совсем не так, как я планировал…»
— Попробуй успокоиться и объяснить ситуацию. Кто ты и почему так гневаешься?
— Да ты издеваешься! Я тебе глаза выклюю!
Ворон всё же взмыл и попытался впиться клювом в лицо Мирослава. Юноша довольно аккуратно поймал его и сжал в ладонях.
— Пустииииии! Поганец! Ты у меня получишь! — принялся недовольно дёргаться его новый знакомый.
— Послушай меня. Я правда не знаю, что именно случилось. Мой ритуал был нацелен на поиск упыря, а не на призыв ворона.
Птица замерла и уставилась на него пристальным взглядом.
— То есть ты по случайности запихал меня в тело ворона и не дал упокоиться с миром?
— Не знаю, я это или нет, но определённо таких намерений у меня не было.
— Это ещё хуже! Придурковатый колдун-недоучка! Освободи меня и дай отправиться в Ясунь, чтобы встретиться с предками!
— Перестань бросаться оскорблениями, а я постараюсь выяснить, как тебе помочь.
— А то не ясно как! Идиотина! Убей меня и дело с концом!
— Если продолжишь так разговаривать, я завяжу тебе клюв, — ответил Мирослав, — Что до второго — не всё так просто. Не каждый умерший заслуживает пути в Ясунь. Мы не можем быть уверены в том, как на тебя повлияет вселение в ворона и последующая скоропостижная смерть.
Услышав угрозу юноши, птица было распахнула клюв, чтобы изрыгнуть новый поток ругательств, но под суровым взглядом Мирослава закрыла обратно. Видимо, ходить со связанным клювом ему совсем не хотелось.
— Как звать тебя, колдун?
— Русом кличут, — ответил юноша, — Но я не колдун, а лишь алхимик.
— Брехло, — тут же ответил ворон, — Ну да ладно. Меня при жизни звали… Вот незадача, из головы вылетело… Помню только, что травником был.
— Если ты не против, я буду звать тебя Угольком.
— Это ещё почему?
— Потому что ты чёрный и вспыльчивый, — пояснил юноша.
— Хммм. Ладно. Сойдёт, — ворону явно не сильно понравилось, но и своих идей, похоже, не было, — Так какой план, Рус?
— Для начала я изучу твоё состояние и попытаюсь понять, можно ли что-то сделать.
— Давай тогда поскорее. Не хочу быть птицей.
Мирослав кивнул и достал инструменты. Собрав окуляр, он провёл быструю калибровку и принялся осматривать ворона. Тщательно изучив животок Уголька, юноша пришёл к неутешительным выводам.
— Слияние полное и прошло довольно гладко. Тебя не получится отделить от птицы. Вы теперь одно целое. По крайней мере, этого не сделать известными мне методами.
— И что дальше?
— Когда закончу со своими срочными делами, постараюсь собрать побольше информации о том, как сделать твоё посмертие таким, как ты желаешь.
— Эй! Что значит закончу с делами? Ты меня в это втянул! Твоя ответственность! Немедля берись за дело! — тут же принялся негодовать ворон.
— Тебе придётся потерпеть. Быстро такие вещи не делаются, — отрицательно покачал головой юноша, — Это единственный путь. Разве что ты готов принять шанс попадания в Дасунь и исчезновение своей личности навсегда.
— Нет! — тут же встрепенулся ворон, — Я уверен, что моя семья ждёт меня в Ясуни!
— Тогда жди. Другого выхода нет.
— Ненавижу тебя… — проворчал Уголёк, — А ещё… У меня странное чувство. Меня тянет куда-то в городе. Прям сильно тянет. Но не понимаю почему.
«Так, возможно, это всё же не полный провал?»
— Давай посмотрим. Надо узнать, что именно ты чувствуешь. И да, на людях не болтай, или тебя точно убьют.
— Сам знаю. Иди за мной.
Мирослав выпустил ворона, быстро убрал следы ритуала и вышел на улицу. Уголёк устремился куда-то вглубь города. Вскоре они пришли к строящемуся дому, где во всю шла работа. Конкретно в момент их прибытия мужики занимались укладкой кровли. Ворон сделал круг и уселся на плечо юноши.
— Чую здесь беду, — тихонько сказал он.
Мирослав осмотрелся техникой взора, но ничего примечательного не заметил.
«Хмм. Может ли Дарён скрываться в подполе ещё не жилого дома? Звучит вполне вероятно.»
Вдруг один из работников потерял равновесие и рухнул с крыши. Мирослав во мгновение ока рванул вперёд и поймал его. Он поставил того на землю.
— Батюшки! Чуть не помер! — воскликнул работник, ухватившись за сердце, — Спасибо тебе от всего сердца, добрый молодец! Силища какая, богатырь видать?
— Вроде того, — юноша кивнул, — Кстати, а у вас тут как, спокойно? Никаких странных происшествий не случалось?
— Да кто ж его знает, я человек простой. Днём работаю, ночью сплю, до слухов мне дела нет.
— Ясно, тогда всего вам доброго, — Мирослав быстро развернулся и пошёл прочь.
Ворон, свалившийся с его плеча из-за рывка, вновь приземлился на своё место.
— Теперь меня тянет в другое место, — сказал он.
«Похоже, всё же провал. Он чует беду, но не конкретную, а просто ближайшую. Полезный дар, но не для меня.»
Однако он всё же решил попробовать походить по зову вороньего сердца, на случай если это всё же приведёт его к какой-то зацепке.
День выдался насыщенный. Они успели вылечить разбитые коленки малыша, который очень неудачно споткнулся. Помочь старушке вытащить из подпола застрявший ящик. Остановить вора, помочь с тушением пожара и даже защитить людей от озверелой курицы. Дар ворона работал совершенно хаотично, реагируя с одинаковой частотой на мелкие и крупные происшествия. К тому же только по одной беде за раз и на случайной дистанции. Несколько раз Мирославу пришлось следовать за Угольком через весь город, по пути замечая те самые мелкие беды, на которые ворон никак не реагировал. А один раз даже нападение монстра осталось без внимания силы птицы, так что богатырь вмешался уже по своей собственной инициативе. Полезность этой силы оказалась крайне сомнительной, и вскоре юноша перестал надеяться, что она приведёт его к Дарёну.
В течение всего дня Мирослав задавал местным жителям те же вопросы, что и в первый день. Но, как и раньше, информации было мало, и она вообще не помогала.
«Столько времени и всё впустую. Даже не шаг не приблизился к тому, чтобы выследить Дарёна. Неужели на этом всё и кончится? После двух последних попыток я совсем не хочу экспериментировать с ритуалами поиска, а местные ничего, как всегда, не знают…»
Когда Мирослав был уже почти готов отчаяться на исходе дня, один из опрашиваемых сказал то, что мгновенно привлекло внимание юноши:
— … видите ли, мертвяка рыжего встречал! Допился!
— Кто-кто мертвяка видел? — мгновенно сфокусировался богатырь.
— Да охотник тутошний — Жизнобудом кличут. Токмо пьёт он столько, что чего только не померещится. То огромные кабаны, то жуткие звуки, теперь вот мертвец. Мы там всей округой грибы собираем и ничего. Чепуха это всё!
— А где я могу найти этого Жизнобуда, чтобы узнать, куда точно не ходить?
— Да полно тебе. Нет в этом лесу ничего. Иначе и другие заметили бы!
— И всё же. Лучше перестрахуюсь.
— А вон его дом, На самом краю улицы. Мимо не пройдёшь.
«А вот и первая зацепка.»
Мирослав попрощался и направился к указанному дому.
— Значится, рыжий мертвяк? — спросил ворон, спикировав ему на плечо.
— Упырь.
— Вот как. Небось тоже твои эксперименты боком вышли? — ехидно спросил Уголёк.
Юноша скрежетнул зубами. Замечание попало в цель. Существование этого чудовища было полностью его виной.
— Хо. Угадал, значит! Колдуняка, а ты опасный тип! Создал упыря. Потерял. Попутно ещё наделал странного. Но вместе с тем не злой. Это я чую. Расскажешь, как так вышло?
— Может, как-нибудь в другой раз. А сейчас — лети, мы на месте. С тобой на плече я буду выглядеть подозрительно.
Уголёк недовольно каркнул и взлетел. Юноша постучал в дверь, и вскоре она распахнулась. Показался хмурый тощий мужчина с уже начавшей проступать сединой в русых волосах.
— Вечер добрый, господин алхимик. Чего изволите?
— Вечер добрый. А глаз у вас, и правда, охотничий, сразу признали алхимика.
— Ваш брат временами захаживает, чтобы поводил их по лесу за разными травками, грибами да кореньями. Чего бы и не признать.
— Я себе провожатого позволить не могу, — наигранно печально развёл руками юноша, — Потому решил повызнавать, куда здесь ходить опасно.
— Ну напороться на монстряку где угодно можно. Но таки есть несколько мест, куда лучше не соваться. Синий овраг, пещера костей и волчья поляна. Ах да и… Нет, ничего.
— Вы хотели сказать про мертвяка, бродящего в глубине леса?
— Соседушки мои разболтали? — проворчал охотник.
— Да, но я вам верю.
Взгляд мужчины потеплел.
— Спасибо тебе, юноша, даже если говоришь, чтобы просто меня утешить. Так-то я давно не пью уже и точно знаю, что видел мертвяка. Прыткий был, рычал, по деревьям скакал.
— Судя по описанию — это не мертвяк, но разбираться в неупокоенных работа богатырей. Вы мне, главное, скажите — где видели это, чтобы я туда не ходил.
— На севере, где-то вот как раз напротив той горы, — указал охотник вдаль.
— Благодарю сердечно.
Мирослав сделал прямо противоположное, отправившись в направлении указанном Жизнобудом. Раз уж того заметил охотник, то у богатыря шансы будут тем более. Хотя ему и показалось странным, что тот вёл себя как дикий зверь и при этом отпустил Жизнобуда. Всё же букет оставленный упырём говорил о том, что тот в здравом уме и способен скрываться. Но это всё ещё была его единственная зацепка, так что выбора особо и не оставалось.
Юноша несколько часов бродил по лесу под недовольное ворчание сидящего у него на плече ворона.
— Колдуняка, ты совсем жизнь свою не ценишь? Кто в здравом уме по лесу бродит в такую-то темень?
— У меня есть способ видеть лучше благодаря текущей во всём живе. Так что шею я себе в потёмках точно не сверну.
— Каааар! Гляди, какой важный! А волки, медведи и тем более монстры тебе совсем ни по чём?
— Ты ведь уже видел, что я достаточно силён.
— Фу-ты, ну-ты! Колдун, алхимик, богатырь. Всем хорош! — саркастично процедил ворон, — А что ж тогда меня освободить не можешь?
— У всех есть свои пределы. И вообще помолчи, а не то действительно весь лес на твои вопли сбежится!
— Да я и так молчал весь день!
Мирослав хмуро покосился на птицу. Ворон горделиво вздёрнул голову, но умолк.
10 дней до начала турнира.
Время явно перевалило за полночь, когда Мирослав вдруг услышал агрессивный рык, который однако явно доносился из человеческого горла. К нему метнулась тень, которую он тут же встретил ударом меча. Противник изогнулся, пропуская клинок над собой, и попытался впиться в запястье Мирослава. Тот применил третье умение и кулаком свободной руки припечатал врага в морду. Упырь отпрыгнул, стоя на четвереньках и рыча. Оказавшись на прогалине меж деревьев, освещаемой лунным светом, он явил себя во всей красе. Изодранная одежда, измазанная кровью, бледная кожа, рыжие растрёпанные волосы и зелёные глаза, глядящие на него с ненавистью и жаждой убийства.
— А ты, похоже, совсем не Дарён… — разочарованно вздохнул юноша.

----------

Глава 9 Культ Велеса

Мертвец вновь прыгнул на Мирослава, но на этот раз оказался разрублен надвое сорвавшимся с клинка тонким и плотным потоком силы. Монстр был необычным, но особой силой или прочностью не отличался. Следующим ударом богатырь срубил ему голову, вынудив окончательно затихнуть. Юноша присел рядом и принялся осматривать.
«По всему телу колдовские символы, нарисованные чем-то…»
Юноша принюхался.
«Особые чернила на основе трав. На запястьях очень сильно въевшиеся следы верёвок. На груди в районе сердца одна единственная рана… Что странно, ведь обычно даже тела мертвяков приходят в целое состояние, когда они поднимаются. Неужели это последствие некого жертвоприношения? Но зачем сохранили тело и позволили ему стать неупокоенным? Ладно, пойду по следу, может, что найду.»
— Гляди жуть какая. Колдунство не иначе! Твои дружки сделали?
— Уголёк, помолчи. Мне надо сосредоточиться.
Он вновь воспользовался манёвром, который использовал в Лютой Пуще во время поисков похитителя грибов-полумесяцев. Грубое, но действенное, повышение обоняния путём использования точечного усиления.
Двигаясь по следу, Мирослав вдруг услышал человеческий голос и тут же замедлился, дабы не выдать себя шумом.
— Да где этот поганый упырь, почему чары вдруг перестали работать? Ритуал ведь проведён как положено!
— Нет, я не с тобой разговариваю. Это называется мысли вслух.
— Нет, я просто злюсь. Хотя. Ты часом не зажал силу?
— Я не знаю, что у тебя на уме! Ты жадный и прожорливый!
— Ладно-ладно, извини. Просто устал.
Незнакомец, по всей видимости, разговаривал с кем-то, кто не находился рядом. Имея опыт связи с одержимой, Мирослав тут же предположил, что это может быть что-то подобное.
«Колдун?»
Ворон было открыл клюв, чтобы что-то сказать, но юноша тут же зажал его двумя пальцами и жестом показал, чтобы тот молчал.
— Полетай вокруг и помалкивай. Не привлекай внимание, — шепнул он.
Уголёк с явно недовольным видом встрепенулся, но послушался и взлетел с его плеча.
— Поганый лес! Надо было с тем богатырём уйти! — тут же запричитал Мирослав.
Он быстро прошёл через кусты в направлении звука, сделал вид, что споткнулся и перекатился по земле, запачкав одежды алхимика. Незнакомец тут же напрягся.
— Ты кто?
Мирослав уселся на земле и наигранно растерянно уставился на мужчину. Это оказался полянин средних лет, но из-за темноты детали его внешности было проблематично рассмотреть.
— Ой! Кто здесь! Ещё один мертвяк? Хотя нет, мертвяки не говорят… А может и говорят, мне-то откуда знать, — юноша, так и оставаясь на земле, отполз назад, — Вы же не мертвяк?
— Какой ещё мертвяк? Что ты несёшь? — спросил тот.
Он достал из своего кошеля фонарь и зажёг его.
— Видишь? Человек я. И ты, судя по всему, тоже.
Мирослав с фальшивым испугом на лице присмотрелся к незнакомцу. Как ему и показалось изначально — определённо полянин. Карие глаза и русые волосы, слегка загорелая кожа, крепко сбитый, хотя и щупловат. Явно не зарабатывает физическим трудом. На воина тоже не похож. Благодаря технике взора Мирослав смог разглядеть едва заметные нити живы, тянущиеся вглубь леса. Некое подобие связи.
«Точно колдун, причём с ручным монстром. Теперь я окончательно уверен в этом.»
— Какое облегчение, — юноша выдохнул и встал, — Я забыл взять запас масла и фонарь погас посреди леса. Да ещё мертвяк этот…
— Что за мертвяк? — теперь под светом лампы было видно, что незнакомец заинтересовался.
— Да бегал тут, рыжий такой, чуть не сожрал меня. Повезло, что неподалёку богатырь проходил. Торопливый такой, нелюдимый, но всё равно предложил меня из лесу вывести. Но я постыдился его ещё сильнее обременять и сам решил выбраться, а там лампа погасла, и заплутал совсем. А вы…
— Куда богатырь пошёл? — перебил его собеседник.
— Да куда-то на восток. Я краем уха слышал, как он что-то про волчью поляну бормотал.
На лице незнакомца промелькнуло облегчение.
— Я — Целыгост, странствующий рыбак, а тебя как звать, и что тут забыл?
— Рус я, алхимик из Китежа. Ну, вернее, сам-то я не оттуда, куда мне ничтожному. Но великоют милостью мастеров меня взяли учеником.
— И что алхимик из Китежа делает в глухом лесу посреди ночи? — уточнил мужчина.
— Так ведь травки собираю. Наставника прогневил, вот он и отправил меня лично компенсировать всё, что испортил. Хочется поскорее закончить, вот и не доглядел чутка, когда темнеть начало. Потом ещё упырь за мной погнался, ну и…
— Да-да, я уже понял, — перебил его Целыгост, — Да уж, бедовый ты парень. Но тебе повезло. У меня тут лагерь недалечко, можешь заночевать у меня, а утром я тебя выведу из лесу.
— Я… Вынужден согласиться, — сказал Мирослав, — Но даром вашу помощь не приму. Может, вам какое снадобье надо? У меня немного травок в личном запасе есть. Могу что-то приготовить полезное!
— Нет уж, — лицо мужчины едва заметно скривилось, словно в гримасе отвращения, но он быстро взял себя в руки, — Раз уж тебя отправили исправлять ошибки, то рановато тебе такие услуги оказывать. Уж не обижайся.
Мирослав деланно потупился и кивнул.
— И то верно…
— Ладно, идём, — сказал Целыгост и указал направление вглубь леса.
Они направились в указанную им сторону. Спустя несколько минут мужчина сказал:
— А ночи-то нонче холодные.
— Да, есть такое, — кивнул Мирослав.
Целыгост снял с пояса флягу и протянул ему.
— Вот, выпей, сразу согреешься.
Юноша взял флягу, открыл крышку и принюхался. Усиленный нюх всё ещё действовал, так что он ощутил намного больше оттенков запаха и даже те, что в обычном состоянии точно не учуял бы.
— Ооо, травяной отварчик, пахнет приятно.
«Судя по составу, что-то разгоняющее кровь, но есть ещё тонкие нотки… снежная валериана? В таком составе её эффект будет довольно сильным. Он меня усыпить надумал? На простом человеке оно, и правда, сработало бы. Но не на богатыре и уж тем более моего уровня.»
«Рыбак» исподволь покосился на него, ожидая выпьет ли. Мирослав спокойно сделал несколько глотков и передал новому знакомому.
— Благодарю. Внутри правда сразу потеплело. Но состав не узнаю по запаху. Не поделитесь?
— Семейный рецепт. Не моё право им делиться с чужаками.
— Как жаль. Может, хоть раз наставников бы порадовал… — фальшиво посокрушался Мирослав, а после спросил, — Кстати, а странствующий рыбак — это как? Впервые о таком слышу.
— Ну есть странствующие торговцы, есть собиратели знаний, а есть рыбаки.
— Аааа. Вы носите с собой рыбу со всего мира?
— Дурак чтоль? — раздражённо воскликнул мужчина, но быстро восстановил самообладание, — Я ловлю рыбу по всему миру и записываю, что о ней узнал, а потом за определённую плату делюсь знаниями и умениями с местными рыбаками.
— Воооот как! — кивнул Мирослав и зевнул, — Как интересно. Расскажите ещё о своей профессии! Звучит очень увлекательно.
— Попозже. Устал я, — коротко бросил Целыгост.
— Лаааадно, — Мирослав вновь зевнул, — А нам ещё далеко?
— Уже почти пришли. Выпей-ка ещё, взбодрись. Надо будет костёр развести и поесть.
— Спасибо, но я пока не хочу пить. Да и неловко ваши запасы так тратить.
— Пей говорю, — вновь раздражённо буркнул «рыбак», — Или думаешь сразу спать завалиться и всю работу на меня свалить?
— Ой, ну что вы. Разве я могу? — Мирослав словно бы нехотя взял флягу и выпил ещё.
Спустя ещё несколько минут они подошли к пещере. На камне у входа был выцарапан перечёркнутый круг.
«Хммм… Где я это видел? Похоже на символ Велеса, покровителя путников, торговцев и сказителей. Но зачем колдуну его здесь рисовать?»
— Что-то мне поплохело, — Мирослав покачнулся, — Так спать хочется… Можно я подремаю немного и потом вам помогу?
— Да-да, конечно, идём, мы уже на месте.
— Пещеееера, как интереееесно… — вяло пробормотал юноша.
Они прошли по узкому каменному тоннелю, который несколько раз извивался, а после вывел их в довольно просторное подземное помещение. Мирослав повалился на четвереньки.
— Что… Почему… Я не могу…
И обмяк, прикинувшись спящим.
— Наконец заткнулся, — облегчённо выдохнул Целыгост, — Кабан, найди труп рыжего и прикопай. Он неподалёку с тем местом, где я в последний раз был.
— Да по запаху найдёшь, свинья ленивая.
— Ой, да всё-всё, извини, лишнего сказал. В любом случае — сделай. Никто, похоже, ничего не понял, но лучше не искушать судьбу.
Мужчина затащил Мирослава на какой-то каменный постамент, который тот приметил ещё при входе. Судя по запаху засохшей крови — ритуальный алтарь. Он связал ему руки и ноги так, чтобы тот не смог встать.
— Неудача обернулась удачей. Добрый знак. Теперь всё готово к церемонии и можно отдохнуть.
«Похоже, что придётся так полежать, если хочу застать больше участников. Ну что же, если всё произойдёт сегодня, то можно и потерпеть.»
К утру Целыгост ушёл из пещеры, а к нему влетел ворон. Он тут же приземлился на грудь юноши и клюнул его.
— Эй, колдуняка! Ты как так вляпаться умудрился? Кто мне поможет, если ты тут помрёшь?
Мирослав открыл глаза и усмехнулся.
— Я просто подыгрываю. Освободиться не составит труда, но тут явно происходит какое-то злодейство, и мне хочется узнать побольше о том, что и кто тут творит.
«Тем более, что этот колдун говорил про какой-то ритуал поиска, который он использовал для поиска мертвяка. Вполне возможно, что и для упыря он сгодится. Раз уж он работал как положено, в отличии от моего.»
— Ну смотри мне! Не вздумай помереть!
— И не подумаю, — улыбнулся юноша, — А теперь лети, побудь в лесу, пока всё не закончится.
К полудню Целыгост вернулся с целой дюжиной людей. Мирослав наблюдал за всем из-под полуприкрытых век. Судя по одеждам — торговцы. Все они держали в руках удочки и ведёрки, словно бы отправились на рыбалку. Юноша с большим удивлением заметил среди них и Ждана. Однако в отличие от остальных тот выглядел несколько растерянным.
— Возгарь, это что — человек привязан?
— Тихо, ты же хотел получить благословение? Теперь помолчи и позволь всему случиться.
Тот хотел было что-то сказать, но вышедший вперёд Целыгост привлёк внимание к себе.
— Итак, дорогие друзья — сегодня мы приветствуем нового члена нашего Общества Велеса. Торговец Ждан, как и все мы в своё время, столкнулся с несовершенством нашего мира и понял, что маленькому человеку в нём никак не победить в одиночку.
Другие торговцы одобрительно закивали.
— Потому по традиции сегодня честь принести жертву нашему покровителю предоставляется именно ему.
Товарищ, приведший Ждана, подтолкнул его вперёд, и тот вышел к жертвенному алтарю. Целыгост сунул ему в руки нож, а сам разрезал рубаху Мирослава и принялся наносить на его кожу символы, которые тот уже видел на упыре. Колдун пробормотал едва слышно:
— Какой-то он слишком крепкий для простого алхимика… Кабан, будь готов… Что-то тут не так…
— Это ведь просто для виду, да? Мне ведь не нужно по-настоящему его колоть ножом? Возгарь говорил, что мы чисто символическую жертву принесём…
Другие рассмеялись.
— Жизнь этого отброса действительно лишь символическая жертва, но отнять её тебе придётся по-настоящему, — взяв себя в руки, с широкой улыбкой сказал колдун.
— Но-но… Так нельзя! Не могу так! Я лучше пойду, — он отбросил нож и повернулся в сторону выхода.
Другие торговцы перегородили ему путь, а Возгарь вышел вперёд.
— Друг мой, подумай хорошенько, разве можешь ты уйти, узнав нашу тайну и не став одним из нас? Неужели своя жизнь и благо семьи тебе дороги меньше, чем никчёмный чужак?
— Но это же убийство!
— Не ты ли говорил, что готов был бы на всё, лишь бы улучшить свою жизнь?
— Я не имел в виду всё-всё! Это же просто болтовня за чаркой!
— Последний шанс. Возьми нож и соверши ритуал, или сам окажешься на этом столе!
— Я так не могу! Это безумие!
«Довольно с меня.»
Мирослав вдруг выпрямился и разорвал верёвки одним хорошим рывком. Колдун тут же отпрыгнул назад и попятился ещё сильнее, едва не повалившись на пол. Тем временем юноша применил третье облачение и выхватил меч.
— Ты кто такой? Богатырь? Тебя кто послал? — тут же завопил Целыгост, — Хотя плевать! Он не может быть особо сильным! Навалитесь и убейте его!
— Да ну, я с ним драться не буду. У нас ножички крохотные, а у него меч, — тут же сказал один из торговцев.
— Парень, мы тебе ничего не сделали, разойдёмся миром, — тут же сказал другой.
— Мы довольно богаты и можем хорошо заплатить. Просто отпусти нас, — добавил третий.
— Трусы поганые! — взвизгнул Возгарь, — Откажетесь от нашей мечты из-за какого-то юнца?
— Да всё равно это дело попахивает дурно, сколько раз мы уже это делаем? Больше двух десятков, а, за исключением первого обещания, больше ничего не исполнилось!
— Потому что в вас недостаточно веры! — встрял организатор, — Как только подходящий сосуд окажется найден, в жертвоприношениях больше не будет нужды, надо просто продолжать!
— Нет уж, я умирать не собираюсь ради этого.
— Ждан, быстро уходи отсюда и не оглядывайся, — сказал юноша, — Остальным не дёргаться или убью на месте.
Торговец тут же побежал прочь.
— Остановите его! — крикнул Возгарь, — Или он всех сдаст!
Двое торговцев попытались преградить Ждану путь, но Мирослав под действием ускорения перекрыл им путь и одним ударом разрубил обоих.
— Я сказал никому не двигаться!
— Если Ждан уцелеет — нам всем конец! Навались! — крикнул один из торговцев.
Остальные повыхватывали ножи и бросились на Мирослава, а Целыгост, пользуясь суматохой, шмыгнул в один из тоннелей.
Среди торгашей нашлись двое однохвостых и один двуххвостый, но это не сыграло никакой роли. Битвой это было не назвать. Скорее, казнью злодеев. За считанные мгновения юноша прикончил каждого одним точным ударом и вознамерился последовать за колдуном. Однако из бокового тоннеля, куда тот убежал, хлынула толпа неупокоенных вроде того, что юноша одолел в лесу. Мирослав насчитал девятнадцать.
«Все их жертвы за вычетом рыжего? Что они затеяли?»
— Я заставлю тебя поплатиться за то, что влез в наши планы! — сказал организатор, выходя следом, — Ты сегодня сдохнешь! И это будет крайне болезненно!

----------

Глава 10 Колдун и его помощник

— Сосуды, символ Велеса. Неужели вы искренне верите, что сможете подобным призвать бога и получить его благословение? — насмешливо скривился юноша.
— Они верили, — ответил организатор, — Этого достаточно. А ты всё испортил.
— Достаточно для чего?
— Тебе эта информация не понадобится!
Мирослав направил живу на усиление и ринулся в бой. Пусть эти мертвяки и были чем-то похожи на упырей, но всё же не обладали ни интеллектом ни их чарами. Так что богатырь прошёл сквозь них, словно ураган сквозь пшеничное поле. В считанные мгновения головы неупокоенныех покатились по полу. Сразу после этого он всё так же стремительно сократил дистанцию и приставил лезвие клинка к горлу организатора.
«Надо поторопиться и допросить его прежде, чем явится его ручной монстр.»
— Говори, кто ты и зачем это всё устроил на самом деле.
— Так Целыгостом звать, говорил уже, — буркнул тот, — Что до того зачем — да просто забавным показалось убедить этих дураков, что они могут так улучшить свою жизнь.
— Не морочь мне голову. Ты ведь из культа Тёмного Леса, да?
— Может и так, а может и не так. А ты кто таков? Откуда о таком знаешь?
— Вопросы задаю я. Полагаю, что ты принадлежишь к Руке Милости, судя по деятельности. Сколько ещё вас таких в Бориславле и окрестностях?
— Может я один, а может и сотня. Зачем мне тебе отвечать?
— Вы фанатики такие упёртые, — покачал головой юноша, — Я слышал, что вашего брата разговорить трудно. Но я найду способ. Вопрос только в том, расскажешь ты всё по своей воле или под принуждением.
— Гляди, какой суровый. Ладно. Один я.
— А из Круга Луны есть кто? — спросил юноша.
Мужчина вздёрнул бровь.
— И про них знаешь? Ха. Есть тут одна премудрая, да только я про неё ничего не знаю, кроме того, что она существует.
«Не та ли, что допустила рассадник кошмаров посреди города?»
— Как ты с ней связывался? Откуда вообще знаешь, что она есть?
— А никак. Она сама. Я когда по заданию сюда прибыл, то одним утром нашёл в своём кошеле послание. Ну и в последующие разы тоже.
— Давай его сюда.
— Сжёг сразу. Мы при себе ничего не держим, что могло бы подозрения вызывать.
Внезапно часть потолка начала рушиться, вынуждая Мирослава уклоняться от падающих камней. Тем временем через пролом в потолке между ним и Целыгостом на пол с грохотом рухнуло нечто, похожее на кабана.
— Тебя только за смертью посылать, — проворчал мужчина, — Он меня едва не прирезал.
Пыль немного осела, и Мирослав смог осмотреть существо получше. Толстая шкура кабана была покрыта поблескивающими металлом золотистыми прожилками. Его бивни выделялись особой массивностью и своей остротой напоминали пару сабель. Но самым поразительным был взгляд. Холодный. Сосредоточенный. Осознанный.
— Я ел, а ты мне помешал, — донеслось из пасти, которая совсем не была предназначена для речи, — Мог бы просто использовать мою силу. Зачем ради таких пустяков звать?
Голос существа был глубоким и клокочущим. Сердитым.
— Он сильнее, чем кажется, — ответил колдун, — Слишком опасно мне одному с ним сражаться.
Кабан мощно втянул носом воздух.
— Пахнет вкусно. Хорошо. Я пожру его для тебя.
Мирослав тем временем в считанные мгновения нацепил ножны, в которые поместил меч, достал щит, надел шлем и перешёл в полную боевую готовность.
«Разумный и довольно сильный. Стоило бы прикончить колдуна, но не думаю, что он рискнёт вмешиваться, а я всё ещё хочу его допросить. Так что придётся сосредоточиться на кабане.»
Целыгост тут же отбежал подальше, а кабан наоборот взял разгон. Для столь крупного существа скорость с места он набирал невероятно быстро. Мирослав применил улучшенную технику пляски, воспользовался усилением и перемахнул через него, с силой оттолкнувшись от земли. Всё ещё находясь в воздухе, юноша призвал второе облачение и всадил стрелу в шею монстра, однако та не смогла пробиться достаточно глубоко.
«Какой крепкий!»
Юноша приземлился на землю и сделал ещё один выстрел в кабана, который в этот момент пошёл на разворот. На этот раз целился Мирослав в глаз монстра. Но тот резко мотнул головой и отбил стрелу своим мощным клыком, после чего вновь начал разгоняться в сторону богатыря. Золотистые прожилки на его шкуре начали наливаться сиянием.
Мирослав использовал свойство маскировки и резко ушёл в сторону, нырнув в тень, не освещаемую через пролом. Кабан затормозил, принявшись мотать головой в поисках жертвы. Не обнаружив цель, он начал интенсивно втягивать носом воздух.
— От меня не спрячешься! — рыкнул он и рванул вперёд.
«Значит, зрение паршивое, как и у обычных кабанов. Но нюх чуткий.»
Мирослав выстрелил ещё несколько раз, прощупывая защиту врага. Нигде стрелы не могли нанести достаточного урона.
«Эх, тут бы копьё доброе!»
Он вновь уклонился, на этот раз уходом в сторону, сменил облачение и захлестнул ногу монстра кнутом. Направив энергию на усиление, он упёрся ногами в землю, стараясь вывести врага из равновесия и повалить. Но кнут неожиданно легко лопнул, хотя прочности его хватало с лихвой и скорее уж Мирослав должен был отправиться в полёт, если не пересилит кабанью ногу.
Узоры на шкуре монстра начали сиять особенно ярко. Он развернулся и вновь рванул в сторону юноши. Но на этот раз ускорился до невероятных пределов, так что Мирослав едва успел выставить щит и поглотить первый хвост для создания барьера. Таранный удар снёс его и отшвырнул прочь, впечатав в противоположную стену пещеры. Одной атакой зверь расколол щит Мирослава надвое, лопнул барьер и истощил огненную сорочку. Юноша едва успел перекатиться в сторону, когда продолжающий движение кабан врезался прямо в стену, где он был мгновение назад. Клыки зверя вонзились в камень и тот увяз, а узоры на его теле погасли.
Мирослав тут же выхватил меч и принялся рубить ногу зверя. Морду завалило камнями, так что куда-то в глаз ткнуть бы не вышло, хотя это и было первой мыслью богатыря.
«Какая чудовищная мощь удара. Похоже, что он накапливает энергию от своего разгона, получаемых атак и даже сотканных из живы объектов, чтобы использовать для усиления. Ни в коем случае нельзя позволить ему продолжать носиться по пещере.»
Стоило клинку пробить шкуру и вонзиться в плоть, как кабан изогнул ногу так, чтобы зажать его, словно в тисках, продолжая высвобождать клыки из стены. Мирослав воспользовался свойством меча, чтобы, пропустив через него живу, вырвать оружие, сразу отметив, что узоры на теле зверя вновь начали тускло светиться.
«Да. Я был прав. Везёт мне на всяких поглотителей в последнее время.»
Монстр освободился и тут же мотнул головой, попытавшись рубануть врага своими клыками. Юноша извернулся и отпрыгнул назад, выхватывая из кошеля несколько флаконов. Один он швырнул в ногу монстра, а другие два в тело. Вязкое облачко, как он назвал состав в двух из брошенных флаконов, мгновенно начало разбухать, облепляя кабана и каменный пол. Монстр попытался двинуться вперёд, но столкнулся с сопротивлением.
— Это ты не поглотишь, — хмыкнул Мирослав, после чего принялся кружить вокруг увязшего врага.
— Я буду пировать на твоём теле, гадёныш!
— Или я на твоём. Хотя нет, говорящих я не ем. Но в любом случае — умирать сегодня тебе.
Он принялся колоть силящегося вырваться кабана, пока узор на его теле не налился свечением вновь. Монстр сорвался с места, наконец разорвав сковывающие его путы липкой смеси, и пошёл на разворот, чтобы вновь во всю мощь атаковать противника.
На этот раз юноша был готов и разбросал свои склянки, заполнив пещеру густым туманом. С маскировочными свойствами второго умения не было ни шанса, что кабан его увидит, а облака мешали передаче запахов. Но кабан вновь удивил его. Он взревел и поток воздуха, созданный этим рёвом, смёл туман и слегка оглушил Мирослава. Если бы не шлем, то было бы хуже. Узоры на теле монстра вновь погасли.
«Ясно. Значит, у него есть разные способы распоряжаться накопленной силой…»
Юноша мотнул головой, приводя себя в чувство как раз вовремя, чтобы уклониться от несущегося на него кабаньего тарана. Однако на этот раз, пытаясь зайти на разворот, он потерял равновесие и рухнул на бок.
— Подлец! Что ты сделал со мной? — возмутился кабан.
— Паралитический яд, что же ещё, — ответил Мирослав, приближаясь к врагу, — Думаешь, я просто так тебя пытался разъярить теми мелкими ударами?
— Коварный человечишка!
Вместо ответа юноша запрыгнул на его здоровенную морду и вогнал меч в глаз. Тот изо всех сил сжал веко, пытаясь зажать клинок, не позволяя продвинуть его дальше. Это помогло лишь немного. Под усилением Мирослав продолжил продвигать клинок медленно, но верно.
— Колдуууууун! — взвыл кабан.
«Какой же он стойкий. Даже под действием моего яда умудряется сопротивляться и шуметь!»
— Да понял я! Поганый богатырь, испортил мне всё… — ответил Целыгост, — О благородный дух, во исполнение нашего договора я передаю тебе тело своё, войди в него и сокруши врагов моего племени!
— Не успеете! — прошипел Мирослав, поглощая оставшуюся энергию второго хвоста, чтобы начать вгонять клинок ещё быстрее.
Краем глаза юноша увидел, как колдун глотает какое-то снадобье, и как между ним с кабаном формируется тонкий голубоватый поток, который он уже видел во время слияния ведьмы с холерой. Но на этот раз всё было иначе. Связь сияла невероятно ярко, а изгибающееся тело Целыгоста тут же принялось изменяться. Когда меч наконец достиг мозга нечисти — в теле уже не было духа, он полностью переселился в тело колдуна.
«Ведьмы придумали способ ускорения вселения? Этого можно было ожидать, хотя сюрприз всё ещё крайне неприятный. Теперь-то его точно не допросить.»
Мирослав выдернул меч из тела дохлого кабана и ринулся к завершающему превращение колдуну. Сократив половину дистанции, он взмахом меча выпустил разрушительный поток силы, от которого тот уклонился, припав к земле.
Превращение было завершено. Искажённая фигура, едва ли напоминающая человека, выпрямилась. Толстая щетинистая шкура, покрытая золотистым узором, напоминающим трещины в камне. Массивный горб на загривке, острые длинные клыки и свиное рыло сочетались с крепкими мускулистыми руками и ногами, которые определённо по устройству оставались подобными человеческим, хотя и были покрыты странными костяными пластинами. Взгляд чёрных бусинок глаз же потерял всякое подобие разумности. Теперь перед Мирославом стоял преисполненный ярости и жажды убийства зверь.
«Как странно. Добровольно отданное тело сильно снижает риск озверения. Почему же он так исказился? Ускоренный способ повлиял?»
— Стоило оно того? — спросил юноша, переходя на шаг и крепко сжимая в руке меч, — Хотя ты ведь уже и не сможешь ответить.
Во взгляде монстра мелькнула тень отчаяния, но она тут же сменилась ненавистью. Он взревел и ринулся на богатыря, намереваясь то ли пронзить клыками, то ли схватить крепкими ручищами. Мирослав применил третье умение, покрывая тело стальной чешуёй и приготовился атаковать.

----------

Глава 11 Колдовское логово

Стоило монстру начать разгоняться, как узоры на его теле начали набирать сияние. Эту особенность он сохранил. Так что первый же удар, который нанёс Мирослав после уклонения, был в ногу в попытке ослабить подвижность существа. Но и толстую шкуру получившееся существо тоже унаследовало от изначального монстра. Так что порез пусть вышел и глубокий, но совсем не помешал кабаноиду двигаться. Более того, после слияния он стал куда манёвреннее, так что довольно быстро развернулся и попытался ударить юношу кулаком в голову.
Мирослав извернулся и начал кружить вокруг, нанося удары по монстру. Тот принялся вертеться, в попытке схватить или ударить юношу, однако тому каждый раз удавалось уходить от атаки и контратаковать. Узоры на теле монстра ярко засияли. Но вместо того, чтобы попытаться взять разгон, он слегка склонил голову, и меж его бивней начали искриться сгустки силы.
«А это что-то новенькое. Лучше не проверять, что будет дальше. Прошлый сюрприз едва не стоил мне жизни.»
Мирослав сделал выпад мечом, направляя в центр сгустка узкий и острый поток ветра. Однако сияющий комок, разрастающийся между бивней монстра, отразил его, попросту рассеяв.
Вскоре сгусток сорвался с бивней и потянулся к богатырю, следуя за ним даже, когда тот начал смещаться и разрывать дистанцию. Периодически соскакивающие со сгустка лучи силы крошили камень, явно демонстрируя угрозу которая грозила тому, кто к нему приблизится. Да ещё и кабаноид вновь приготовился к атаке.
«Придётся рискнуть.»
Вопреки первому инстинкту, Мирослав попятился и прижался к стене. Это позволило ему вновь вынудить монстра врезаться в стену, а потом, перескочив через него, поймать преследующий сгусток в котёл четвёртого умения. Пока враг приходил в себя, котёл бурлил, преобразовывая вражескую силу.
«Давай. Ещё немного.»
Кабаноид принялся мотать головой и яростно реветь, приводя себя в чувство. Юноша же замер на месте, вынужденный поддерживать процесс в котле. Он мог лишь смотреть, как взгляд чёрных бусин вновь фокусируется на нём. Монстр бросился вперёд, за считанные мгновения сокращая дистанцию между ними. И когда он уже почти коснулся Мирослава, котёл наконец закончил свою работу и вытолкнул сгусток силы обратно. Тот врезался в бок кабаноида. Эффект оказался крайне впечатляющим.
Монстра сложило пополам, срывая с него шкуру, ломая кости и расслаивая мышцы. Узоры на уцелевшей части ярко вспыхнули и сфера исчезла. Однако вся левая часть зверя была повереждена, так что вскочить и вновь обрушить на Мирослава атаку он не мог. Взгляд существа стал более собранным, а сквозь болезненный хрип донеслись членораздельные слова.
— Как… жалкий… не верю…
На этот раз он использовал поглощённую живу необычным способом. С помощью техники взора Мирослав явственно видел, как формируются жгуты, выпрямляющие и соединяющие сломанные кости и стягивающие кровоточащие сосуды. Не восстанавливающие. Талантом к самоисцелению монстр к счастью не обладал. Но и это могло бы позволить ему продолжить бой, что богатырю было совсем не с руки. Так что богатырь поглотил четвёртый хвост и направил его на усиление, под действием техники пляски стремительно сокращая дистанцию и нанося мощный укол в лишённый шкуры бок существа. Клинок пронзил сердце, а последующий рывок и поток силы от направленной в меч живы разорвали плоть монстра надвое. Кабаноид повалился на землю, разрубленный от груди до макушки. Юноша осел на землю, тяжело дыша.
«Ну уж нет. Пока не достигну хотя бы шести хвостов, с ведьмами мне точно связываться нельзя. Даже один второстепенный колдун с его ручным монстром едва не прикончили меня. А это ещё сам по себе он не представлял угрозы. Будь на его месте кто более опытный и сильный, я бы отсюда уже не ушёл…»
Мирослав убрал меч в ножны и кое-как встал, превозмогая накатившую усталость.
«Рано. Нужно обыскать здесь всё, а после избавиться от тел. Будет нехорошо, если из-за моей небрежности опять пострадают невинные. Я ещё с Дарёном не разобрался.»
Тем временем в пролом в потолке влетел ворон. Он приземлился Мирославу на плечо и огляделся.
— Жуть какая. Ну ты и зверь. Столько народу в одиночку порешил.
— Они тут людей в жертву приносили, — ответил Мирослав, — Да и не особо были настроены на то, чтобы сдаться. Так что ничего больше и не оставалось.
— Тебя послушать, так ты богатырь, а не колдуняка.
— А я и не колдун, говорил уже.
— Ага как же.
Юноша отмахнулся и подобрал кошель, лежащий в обрывках лохмотий, что свалились с колдуна после превращения. Там действительно не оказалось ничего предосудительного. Пара сигнальных оберегов, бытовые мелочи и немного денег. А ещё связка ключей, которые Мирослав решил забрать. После юноша изучил содержимое кошелей торговцев. Кроме странных оберегов неизвестного назначения, он не нашёл ничего интересного.
«Нужно осмотреть два других ответвления.»
Первым Мирослав выбрал то, откуда колдун вывел странных мертвяков. Там оказалось множество небольших пещер, вход в которые был перекрыт решётками. В одной из них юноша нашёл дыру, через которую скорее всего и протиснулся тот рыжий. Судя по рассыпанной земле и камням — часть потолка обвалилась, и это открыло мертвяку путь для побега. Но больше ничего интересного обнаружить не удалось.
А вот второе ответвление встретило его сразу запертой дубовой дверью, окованной стальными полосами и с мощным врезным замком.
«Дверь очень дорогая. Такую сюда просто так никто тащить не стал бы.»
Юноша быстро принялся перебирать ключи, но, как на зло, ни один не подошёл. Опасаясь, что, атакуя дверь, он может повредить улики за ней, Мирослав принялся обыскивать окружение. «Если ключа не нашлось при самом колдуне, то, значит, он должен храниться где-то неподалёку. Иначе тому было бы неудобно делать свои дела.»
Догадка оказалась верной. Под одним из комков мха на полу оказался спрятан ключ, который смог открыть замок. Распахнув дверь, юноша увидел небольшую пещеру, в которой расположилась простенькая алхимическая лаборатория, стол, стул, кровать и сундучок, также запертый. На этот раз ключ из связки подошёл, и внутри Мирослав обнаружил целую кипу записей. Он достал их, присел на стул и начал просматривать по одной. Какая-то часть — оказалась посвящена «отчётам», которые колдун должен был предоставить старшим ведьмам для изучения итогов и усовершенствования методов работы.
— А они основательно подошли к вопросу, очень впечатляет, — хмыкнул Мирослав и погрузился в чтение.
«… До последнего не мог поверить, что задание данное мне выполнимо. Одно дело дурачить крестьян, а другое дело торговцев, причём не из последних. Но, похоже, здешняя премудрая действительно смогла проникнуть в самое сердце их общества. Торговец не только принял меня, но и выслушал с интересом. Кажется, у нас, и правда, есть шанс на успех…»
Мирослав кивнул. Слова Целыгоста подтверждались записями.
— Хотел бы я знать не та ли это ведьма, что помогала Морье. Если так, то планы у них размашистые. Одних подменить одержимыми, других вынудить подчиняться, сплотив вокруг единой идеи и общего преступления. Монстрам позволяют посреди города жить припеваючи. И незнамо что ещё.
— Это что же, ты говоришь, что посреди Бориславля такие ужасы творятся? — спросил ворон.
— А ты при жизни не замечал ничего странного?
— Хмм… Ну монстряки иногда появлялись. Но это обычное дело. А так — я человек простой, откуда мне знать?
— Ну теперь ты в курсе, — хмыкнул юноша и продолжил чтение.
«… А вот опыты с мертвяками замерли на мёртвой точке. Как бы иронично это не звучало. Более активными их сделать удалось. А вот покорными никак. Но избавляться от них, видите ли, рано. Не мне судить, но кажется, что здешняя премудрая слишком уж амбициозна…»
Юноша нахмурился.
«Вот как. Значит, вы приносили в жертву людей, а потом ещё и опыты над неупокоенными ставили…»
Остальные записи в основном перечисляли хронологию присоединения новых членов этого маленького культа, посвященного получению благословения от Велеса. Единственное, что показалось юноше интересным — это то, как именно убеждали торговцев в том, что подобное возможно. Те самые обереги, которые он нашёл на телах каждого из них, якобы даровали «малое благословение».
Покопавшись в бумагах посвящённых колдовству, Мирослав нашёл более подробную информацию. Обереги на деле просто отпугивали часть нечисти, но для торговцев несколько спокойных поездок за товарами подряд действительно выглядели как настоящее благословение. И хуже всего — для создания их и нужны были те жертвы. Юноша с отвращением взглянул на один из оберегов, который подобрал, чтобы изучить получше, и бросил на стол, после чего взялся за последнюю из записей.
«… Я допустил ошибку. Мужик оказался куда более стойким, чем я думал. До сих пор челюсть болит от его удара. Не думаю, что ему кто-то поверит, но рисковать нельзя. Надо найти, где он спрятался. Надеюсь, ритуал, который премудрая мне предоставила для таких случаев сработает…»
Мирослав вернулся к колдовским записям. Там действительно оказался поисковый ритуал, который Целыгост, судя по всему, упоминал как в записях, так и во время поиска мертвяка.
— Хоть что-то хорошее из этого всего. Возможно, так я смогу найти Дарёна.
Также юноша нашёл упоминание о том, как найти Бориславское отделение «Руки Милости» и как при этом сойти за своего. Несмотря на то, что ему нужна была не эта ветвь, зацепок лучше у него не было, так что он решил воспользоваться ею, когда станет сильнее.
— Покоя я вам не желаю, — сказал он, поджигая костёр, — Однако не возвращайтесь.
Ворон вопреки обычаю промолчал. Уже начало вечереть, так что юноша поспешил покинуть лес. Благо по прямой он добрался до города куда быстрее и до полуночи вернулся на постоялый двор. На входе он остановился.
— В ближайшие дни я буду делать довольно опасные вещи…
— Ещё более опасные чем то, что сейчас? — перебил его Уголёк.
— Да. Так что побудь в городе. Когда я вернусь — возьму тебя с собой в Китеж, там за тобой присмотрят пока я буду искать способ тебе помочь.
— Гляди какой хитрый. А не сбежишь?
— Даю слово.
— Хммм. Ладно. Так и быть, — ворон улетел.
Мирослав вошёл в здание, поднялся в свою комнату и устало повалился на кровать, после чего погрузился в сон без сновидений.
9 дней до начала турнира.
Восстановив силы, утром юноша отправился купить нужные для ритуала вещи, а после к дому Герберы, откуда забрал цветы, оставленные Дарёном, и вновь покинул город. Вернувшись в лес, он выбрал удобную поляну и принялся готовиться. Исходя из ведьмовских записей, в идеале нужна была личная вещь цели. Таковых у Мирослава не осталось, и даже документы уже стали больше его, чем упырёныша. В качестве варианта похуже подходило что-то, с чем цель недавно контактировала, лучше если этот предмет вызывал у неё сильные эмоции. Ну и также мог подойти свежий след. Букет, который Дарён оставил дабы поглумиться, был единственным, что хоть как-то подходило.
Дальше предполагалось начертить сложный круг с множеством вспомогательных символов особым порошком, который Мирослав без труда создал. А дальше оригинальный ритуал уже ему не подходил. Ведь подразумевалось, что колдун или ведьма станут использовать силу своего ручного монстра, чтобы изменить восприятие и увидеть путь к тому, кого ищут. Но Мирослав не собирался отступать, ведь он был обязан исправить свою ошибку и уничтожить Дарёна раз и навсегда.
Он принялся за изменения в ритуале, присоединяя к нему тот, который использовал для получения духовной силы. Только теперь предполагалось впустить в своё тело какого-то хищного и агрессивного духа, чтобы заменить недостающий элемент. Это куда опаснее, чем-то, что делали ведьмы, однако вариантов лучше попросту не существовало. Мирослав приготовил специальный эликсир, который должен был повысить его устойчивость и одновременно растянуть эффект произведённый ритуалом дня на три, чтобы точно хватило на поиски упыря.
Стоило начать процесс, как он тут же кожей ощутил присутствие. Дух был рядом. Он кружил вокруг, скрёбся в границы круга, жаждя обрести достойную оболочку. Ледяной ветерок впился своими коготками в его кожу, перенося навий шёпот. Оно желает крови и уничтожения. Это нечто требует повиновения и поклонения. Сия нежить сильна и готова рискнуть в борьбе за хорошее воплощение. Словно бы тёмное отражение его самого. Худший из возможных вариантов. Но вместе с тем и лучший, ведь успех с таким почти гарантирован. Они определённо смогут выследить и сокрушить Дарёна. А этого Мирославу и было надо.
— Придётся рискнуть, — юноша опустошил флакон с эликсиром и добавил завершающий символ круга, впуская духа внутрь.

----------

Глава 12 Останется только один

Стоило сущности проникнуть в его тело, как она начала пытаться закрепиться, вынуждая Мирослава поддерживать концентрацию на противостоянии. Тем временем по телу расползлось тепло и покалывание. Словно бы он использовал усиление на всём своём восприятии. Мощный поток обострённых чувств хлынул на него, грозясь лишить сознания.
«Дарён. След Дарёна. Сосредоточиться на одной цели.»
Богатырь кое-как смог обуздать волну и вскочил на ноги, направляясь к дому Герберы. Мир вокруг пах звуками, звучал красками и выглядел куда более странно, чем когда юноша тестировал «Очи Чёрные». Если бы не букет, служащий образцом, то в этом хаосе едва ли удалось бы выловить след упыря. Но теперь это было возможно. Тонкая едва заметная белёсая нить устремлялась прочь из города, и Мирослав последовал за ней.
Под действием своей техники и усиления он мчал, словно гончая, преследующая добычу. И ощущал себя точно так же. Хищный азарт то и дело пытался захлестнуть его, а дух зверя медленно, но верно тянулся к ядрам в хвостах в попытке нарушить баланс и лишить богатыря контроля над телом.
Постепенно становящаяся всё более толстой и выраженной нить вела его глубже в земли княжества. И каждый раз, когда она заходила в поселения, Мирослав находил следы преступлений упыря. Поначалу это были один-два пьяницы или бродяги, чьи тела Дарён тщательно прятал, не желая попасть под удар стражи или охотников. Мирослав останавливался в таких местах, чтобы немного перевести дух и осторожно расспросить местных. Однако пока никто и не догадывался о злодеяниях упыря. Так прошёл первый день преследования.
8 дней до начала турнира.
Мирослав позволил себе подремать пару часов, чтобы немного прийти в себя. Поддерживать контроль над духом во время сна было нелегко, поэтому более долгого отдыха он себе позволить не мог. Юноша компенсировал недостаток времени на восстановление тонизирующим отваром и вновь двинулся в путь.
Чем мельче становились поселения, тем больше позволял себе Дарён. И примерно к полудню Мирослав добрался до деревни, где упырь сожрал жителей сразу трёх домов. Юноша обратился к одному из местных.
— Что здесь стряслось?
— Да разбойник проклятый, рыжий Дарён!
Мирослав похолодел внутри.
«Неужели он представляется моим… Своим именем? Пытается меня подставить?»
— Дарён Русальский! — добавил другой, — Кричал, что его кровавая алхимия принесёт ему величие!
— И я слышала, — сказала женщина, помогающая убрать с улиц следы кровопролития, — Оно и раньше поговаривали, что алхимики с головой не дружат. Но чтобы такое!
— Ужас какой…
Мирослав не стал возражать, ведь доказать обратное этим людям он бы не смог. Дух внутри, воспользовавшись его смятением, тут же вновь попытался усилить свою хватку.
«Убить свидетелей. Устранить проблему.»
Юноша мотнул головой, отгоняя чуждые устремления, и продолжил путь. Ночь застала его в пути, так что на этот раз он задремал прямо в лесу, причём всего час, ведь дух продолжал укреплять позиции, не давая ему возможности расслабиться.
7 дней до начала турнира.
Плотность поселений стала ниже, а численность их населения меньше. Здесь Дарён совсем перестал таиться. Одна, вторая, третья, четвёртая. Мирослав проходил деревню за деревней, где большая часть жителей была истреблена кровожадной тварью, а выжившие свидетели в ужасе бормотали лишь: «Дарён Русалов.»
Это значило, что упырь восстановил силы и, скорее всего, даже стал ещё сильнее, чем раньше. А ещё, что вскоре слухи о деяниях упыря дойдут до Бориславля и ударят по Мирославу. Это был лишь вопрос времени.
На исходе третьего дня юноша прибыл в отдалённую деревньку, ещё на подходе к которой по нему ударил невероятной силы запах крови. Зверь внутри тут же встрепенулся, а в голове всё затуманилось. Мирослав остановился и сосредоточился на том, чтобы утихомирить дух.
«Эликсир будет действовать ещё несколько часов. Я не могу так долго ждать. Да и если Дарён попытается сбежать, без него преследование не удастся. Я обязан его остановить здесь и сейчас!»
— Помогитеее!
Крик сменился топотом и вскоре на окраине деревни показалась молодая женщина.
— Беги-беги, всё равно никуда не денешься! — насмешливый голос Дарёна было невозможно спутать с чьим-то ещё.
Тем временем преследуемая им жертва чуть не врезалась в Мирослава, постоянно оглядываясь на бегу. Он подхватил её, не позволив упасть. Та вперилась в него взглядом полным паники.
— Чудовище! В деревне чудовище! Помогите!
— Я им займусь, — сказал Мирослав спокойно, — Как тебя зовут?
— Гранислава…
— Гранислава, в деревне ещё кто-то уцелел?
— Да, они в доме старосты заперлись… Захлопнули дверь у меня перед самым носом…
«Да уж. Страх часто пробуждает в людях не самые лучшие качества.»
— Беги подальше и найди место, где сможешь переждать.
Та кивнула и ринулась прочь. А Дарён тем временем вальяжным шагом вышел на окраину.
— Так-так, что тут у нас. Свежая кровь? — он прищурился, рассматривая Мирослава и вдруг рассмеялся, — Так это ты, братец! Ха-ха! Не ожидал, что мы вновь встретимся так скоро! Как ты меня нашёл? И что за странное обличье?
«Смог узнать меня даже так?»
— Нам с тобой не о чём больше разговаривать. Я пришёл положить конец твоим злодеяниям.
Мирослав выхватил меч и приготовился атаковать. Дарён тут же исчез, как он уже делал в прошлый раз. Но в этот раз Мирослав всё ещё продолжил видеть его след, благодаря действию эликсира.
— Нет уж. Так не интересно. Скоро ты узнаешь, что твоя жизнь кончена. Тем временем я стану ещё сильнее и убью всех твоих близких. Только когда ты всё потеряешь настанет время убить и тебя. Не раньше.
Дарён принялся кружить вокруг. А Мирослав замер, выжидая возможность реализовать элемент неожиданности.
— Хотел сделать мне сюрприз тем, что представлялся Дарёном Русаловым, когда творил свои злодеяния? Не выйдет.
— Я тебя ненавижу! Ты всё портишь! — злобно прошипел упырь, — Неужели так трудно перестать умничать хоть разок?
— Кто тебе виноват, что ты такой предсказуемый? — пожал плечами Мирослав.
— Ну понял ты всё, так тебе это не поможет. Слухи уже ползут! А я останавливаться не стану. Бывай!
Когда упырь отвернулся, чтобы уйти, Мирослав швырнул ему вслед проявляющий порошок и тут же резко рванул вперёд, нанося быстрый выпад мечом, а также пропуская через него живу, чтобы воздушное лезвие ещё сильнее увеличило радиус поражения. Но Дарён всё же смог уклониться и, пригнувшись, ударил ногой назад. Мирослав заблокировал удар, но вынужден был попятиться.
— Вооот оно как, — процедил сквозь зубы упырь, попутно выпрямляясь, — Так ты меня, видимо, и нашёл. А теперь ещё эта блестящая дрянь! Похоже, от тебя так просто не отвязаться. Кровавый…
Мирослав тут же применил слияние, защитив себя доспехом и увеличив его вес до максимума.
— … Полдень!
Мир вокруг покраснел. Как и в прошлый раз богатырь ощутил себя мухой, угодившей в патоку. Дарён зло прищурился, сотворяя в своих руках алый молот, и принялся яростно колотить им своего врага.
— Ненавижу! Ненавижу! Ненавижу!
Тяжеленные удары поглощались доспехом лишь частично, а сила, проникающая дальше, блокировалась огненной сорочкой. Упырь явно выкладывался и злился тем сильнее, чем яснее становилось что он не может нанести Мирославу ранения и даже сдвинуть его с места. Но настырный Дарён всё не останавливался, пока нагрудник наконец не треснул под градом ударов, и слияние не начало рассеиваться. Упырь тут же сменил оружие на меч и попытался вонзить в грудь врага.
«Эти треклятые чары стали куда более длительными…»
Огненная сорочка продолжила сдерживать давление, пока энергия в ней не иссякла, и именно в этот момент подвижность вернулась к Мирославу. Он вывернулся в сторону, но кончик клинка всё же скользнул по его груди, оставив глубокий порез даже через укрепление, которое богатырь успел применить. Юноша тут же контратаковал, обрушивая на упыря серию ударов мечом. Тот попытался защититься своим, но его клинок разлетелся на осколки после первого же столкновения с «Громовым Клыком», а Мирослав едва не разрубил упыря от плеча до бедра. Тот обратился в туманное облако и помчал в сторону деревни.
«Нельзя дать ему восполнить силы для нового „полудня“!»
Мирослав метнул котёл наперерез. Дарён этого ожидал и потому замедлился, пропуская атаку вперёд. Но это богатырю было и нужно. Он выпустил ревущий поток силы через меч, а тот при столкновении с котлом выдал такой рокот, который оглушил упыря даже в туманном облаке.
Мирослав отрубил упырю ногу, чтобы ослабить его манёвренность и нанёс следующий в шею Дарёна, чтобы обезглавить. Тот едва успел создать подобие щита из своей живы, который лопнул словно мыльный пузырь, стоило «Громовому Клыку» по нему ударить. Но это выиграло Дарёну бесценные мгновения чтобы уклониться и прирастить ногу. Упырь взревел и бросился на Мирослава, пытаясь разорвать его своими когтями. Атаки стали ещё стремительнее и юноше пришлось вновь перейти в оборону.
«Как же жаль щит… Он бы сейчас пригодился.»
Мирослав пропустил несколько ударов, оставивших глубокие порезы от когтей на плече и боку, пробившись сквозь точечное укрепление, а повреждения на теле упыря от его контратак почти мгновенно заживали. Но наконец богатырь уловил момент особо широкого замаха и ударом меча отрубил врагу руку, тут же плеснув на неё свою горючую смесь. Конечность окуталась пламенем. Дарён тут же превратился в туманное облако и упорхнул в сторону деревни. Но в отличии от прошлых случаев — отрубленная рука не обратилась в туман и не вернулась к владельцу. Сами чары тоже действовали куда меньше и Дарён довольно быстро вывалился в материальную форму и бросился бежать прочь.
По телу Мирослава тут же прокатился импульс. Охотничий азарт. Догнать. Уничтожить. Чужеродный дух вновь попытался вывести его из равновесия. Но не следовать зову было нельзя. Ведь доберись Дарён до деревни, и он сможет восстановиться и сбежать.
Богатырь направил живу в ноги, делая стремительный рывок. Мимоходом он перерубил обе ноги упыря, а следующий удар был направлен на шею. Но упырь совсем не желал умирать. Уцелевшей рукой он смог дотянуться до гарды меча и ухватиться за неё, а зубами впился в клинок, зажав словно в тиски. Несмотря на то, что ветряное лезвие разрубило его лицо, оно быстро восстановилось. Как и ноги, хотя уже куда медленнее, чем раньше. Силы упыря начали покидать его.
Мирослав вывернул руку неупокоенного, высвобождая меч, но тот тут же ударил его ногой, выталкивая себя прочь, и обратился в туманное облако, вновь устремившись к деревне. Богатырь погнался за ним. Вскоре показался дом, где прятались выжившие. Дарён устремился туда, но вывалился из своего облака прежде, чем смог попытаться протиснуться в щель. В отчаянии он принялся колотить по двери и даже сымитировал женский голос.
— Монстр ушёл! Впустите меня наконец!
— Ежели ушёл, то у себя подожди, — ответили из-за двери, — Мы до утра не выйдем!
Мирослав замахнулся мечом, но упырь вскинул руку, прижимаясь к двери.
— Стой!
Отрубленная конечность упала на землю. Разгорячённый азартом погони юноша не собирался ничего слушать.
— Не смей! Или перед смертью ударю по ним своими чарами! — завопил Дарён.
Это были последние слова перед тем, как клинок меча отсёк его голову и отправил в полёт. Удар оказался совсем не таким выверенным, как обычно, повредив дверь, а последующие вообще обратили её в щепки вместе с изрубленным телом Дарёна.
«Уничтожить! Уничтожить! Уничтожить!»
Агония пронзила тело богатыря и он повалился на колени. Дрожь ядер в хвостах и пылающий животок ознаменовали, что он подошёл к своему пределу. Звериный дух наконец начал побеждать. Мирослав из последних сил сменил положение, принимая позу для ритуалов, и погрузился в духовные чертоги в отчаянной попытке сохранить контроль.
А там царил настоящий хаос. Чертоги трещали по швам под ударами снаружи и изнутри. Дух зверя метался кругом, меняя формы и силясь расширить трещины. Завидев Мирослава, он бросился на него. Волком тот прыгнул на грудь юноши, а стоило тому ударить в ответ, как обратился змеёй, что обвилась вокруг руки и укусила в плечо. Как только богатырь попытался схватить эту форму, дух обратился в сокола, который взмыл и, сделав круг по чертогам, спикировал на спину поднимающегося юноши, впиваясь крючковатыми когтями и вырывая кусок плоти духовного воплощения его воли.
«Умри! Умри! Умри!»
Шептали голоса нечисти сквозь трещины, то и дело пронзая его злобными взглядами, а звериный дух обернулся медведем и встал на задние лапы, упираясь загривком в потолок. Измотанный. Израненный. Опустошённый. Безоружный. Мирослав точно не переживёт этот удар.

----------

Глава 13 Благодарность

Мирослав почувствовал, как на него накатывает отчаяние и чувство беспомощности. Но, вопреки этому, он продолжил двигаться, действуя на одной силе воли. Вытолкнул себя вперёд, прокатившись по полу и привалившись спиной к очагу. Удар медведя пришёлся в пустое место. Звериный дух тут же перекинулся кабаном и пошёл на разгон.
Оказавшись у пламени очага, которое сияло всё так же ярко и мощно, несмотря на творящийся вокруг хаос, Мирослав ощутил, как его окутывает тепло и спокойствие. Он не проиграл, пока жив. Ничего не решено, пока он сам не примет исход. Пока пылает огонь его души — сдаваться рано.
Мирослав выпрямился, стоя спиной к очагу и глядя в пустые глаза несущегося на него кабана.
— Не сегодня! — сказал он, отпрыгнув в сторону в последний момент.
Кабан влетел мордой в печь и взвыл от боли. Дух тут же сменил форму, став птицей, но Мирослав не дал ему улететь, ударом ноги заталкивая глубже в очаг. Он сунул руки почти что в пламя, удерживая продолжающую преображаться сущность, несмотря на боль от жара и кусающего его врага.
Сопротивление постепенно начало угасать и наконец дух потерял свою волю. Мирослав, уже едва удерживающий сознание, направил высвободившуюся силу на то, чтобы подлатать чертоги и подавить сопротивление ядер нечисти, а после повалился на пол, погружаясь в темноту.
5 дней до начала турнира.
Первое, что увидел юноша, очнувшись, был потолок деревенской избы. На какое-то мгновение прежде, чем окончательно проснуться, он даже подумал, что вновь оказался дома. Но вскоре события прошедшего дня нахлынули на него.
«Наконец всё кончено. Я исполнил свой долг. Исправил свою ошибку. Но совсем не чувствую удовлетворения. Лишь досаду, что не смог сделать этого раньше. Ведь последствия исправить уже не выйдет. Столько бессмысленно потерянных жизней… Но я должен двигаться дальше несмотря ни на что.»
Мирослав резко выпрямился. Тут же по всему телу закололи иглы, а раны напомнили о себе огнём. Юноша обнаружил на них повязки. Сняв одну, он принюхался.
«Простенький обеззараживающий состав. Лучше, чем ничего. Судя по состоянию ран, я так пару дней провалялся. Плохо. На возвращение не так много времени осталось.»
Он быстро снял повязки, обработал раны и принялся накладывать мазь, а после приготовил и принял отвар, снимающий жар. После богатырь надел запасную одежду из кошеля и заодно вспомнил о своих ценностях. Огненная сорочка, как и положено, после истощения энергии оказалась в кошеле. А вот шлема и меча там не было. Как и в комнате, где он находился.
«Они были при мне, и убрать я их не успел. Неужели местные решили нажиться?»
Юноша использовал второе облачение и под действием маскировки выскользнул наружу через окно. Осмотрев округу, он обнаружил следы погребального костра. Последствия кровопролития уже были убраны, а дверь, которую юноша повредил — залатана. Свои артефакты Мирослав нашёл с помощью техники взора. В том самом доме. После он вернулся туда, где проснулся.
Богатырь отозвал облачение и сел на кровать как раз перед тем, как дверь в горницу распахнулась. Гранислава, которую он встретил, прибыв в деревню, вошла с парой ведёр воды. Увидев, что юноша сидит, она облегчённо выдохнула.
— Очнулся! — женщина искренне улыбнулась.
— Полагаю, я пробыл без сознания примерно два дня, — сказал юноша.
— Так и есть, — кивнула женщина, поставив вёдра.
— Я полагаю, это ты заботилась о моих ранах? — уточнил он.
— Всё так, — подтвердила Гранислава, — Иначе поступить и не могла.
— Благодарю, — кивнул юноша, — Я это запомню.
— Да было бы за что, — потупилась женщина, — Я в лечении мало смыслю… Надо было лучше бабку слушать…
Она потеребила подол юбки, после чего схватила Мирослава за руку.
— Это тебе спасибо за спасение! Вовек не отплатить нам всем! Хотя и…
Она вновь потупилась и нервно махнула рукой, словно отгоняя мысли.
— Не важно.
— Что ты хотела сказать? — спросил юноша с явным интересом.
«Хотя есть у меня подозрение.»
— Староста… Похоже, предпочёл бы, чтобы ты умер. У него ведь и мазь целебная есть, которую всем миром покупали. Но не дал, как я ни просила… — Гранислава стиснула кулаки.
— Вооот как… — нахмурился Мирослав, — Полагаю, что мои меч и шлем тоже у него?
— Да. Он и кошель пытался забрать, да тот словно прирос к тебе. Может, того и ждёт, что если ты помрёшь, то твои сокровища им с дружками достанутся.
— Везёт мне на алчных старост… — проворчал себе под нос юноша, — Ладно. Отведи меня к этой пародии на человека. Посмотрим, что он мне в лицо скажет.
— Уверен? Я боюсь, как бы он с другими чего не выкинул. Ты ведь ранен! — забеспокоилась Гранислава, — Может ещё пару деньков подождёшь пока силы вернутся?
— Ничего, — Мирослав успокаивающе положил ей руку на плечо, — Я могу за себя постоять. Тем более когда речь идёт о подобных ничтожествах. Всё будет хорошо.
Как Мирослав и ожидал — самый большой дом, дверь которого он изрубил, принадлежал старосте. А значит, как и говорила Гранислава — именно он спёр его оружие. На стук в дверь открыли не сразу. Крепкий хоть и низкорослый мужчина вышел к ним. Он окинул хмурым взглядом гостей и при виде Мирослава натянул фальшивую улыбку.
— Спаситель наш очухался! Радость какая!
Судя по тяжёлому душку от его дыхания — староста определённо оказался выпивши, а сквозь распахнутую дверь сеней было видно, что он не один.
«Я даже не удивлён, что он посреди бела дня такой. Типично для столь ушлых людишек.»
— А мы тут погибших поминаем. Ну и ты заходи, дорогой гость.
Мирослав кивнул и, демонстративно придерживаясь за прежде раненный бок, вошёл внутрь. Гранислава бросила на него беспокойный взгляд, но юноша улыбнулся ей и кивнул, говоря тем самым, что она может идти, а после проследовал в горницу.
— Други мои, глядите, кто в себя пришёл! — сказал староста, входя следом, — Благодетель наш!
На лавках по обе стороны стола сидели пятеро мужчин. Все средних лет, довольно крепкие и виду не особо дружелюбного. За поясами у каждого были небольшие топоры. Один из них хлопнул по лавке.
— Садись, благодетель, выпей с нами за почивших.
Мирослав, однако, сел во главе стола на единственный стул. Староста хмуро покосился на него, но ничего не сказал, лишь выставил дополнительную чарку и налил в неё какую-то настойку из стоящей на столе бутылки. Юноша покачал головой.
— Я воздержусь. Мне бы кваску.
Староста вновь неодобрительно поморщился, но выполнил просьбу.
— Покойтесь с миром, — сказали все разом, опустошив свою чарку, а Мирослав отпил из кружки с квасом.
— Ну а теперь можно сразу и за спасителя нашего выпить, — тут же сказал Староста, — Кстати, а как звать то тебя?
— Русом меня кличут, — не моргнув и глазом, соврал Мирослав, — А вас?
— Я староста Блуд, а это Вторак, Кабан, Дробн, Михалап и Нажир, — ответил тот за всех.
— За знакомство! — тут же поднял вновь наполненную чарку тот, кого назвали Нажиром.
Они вновь опустошили чарки, а Мирослав выпил кваса.
— Сама судьба тебя к нам привела, — сказал староста, — Три семьи этот злодей Дарён порешил.
— Он что представился? — уточнил юноша.
— Да, пришёл, значится, и давай голосить, мол, выходите люди добрые, добрые вести вам принёс. Так и так, я Дарён Русалов, великий алхимик, дарую вам честь стать моими ингредиентами для снадобий целебных! И тут же в руках его кнут возник и им он Радиграда хлестнул так, что тот замертво повалился…
«Расстарался на славу, ничего не скажешь. Даже методы убийства под мой стиль сражения подводил…»
Со вполне искренней горечью они рассказали ему, что происходило до момента, когда Мирослав прибыл в деревню.
— И ведь страшнее всего, что он это делал, словно забавляясь. Гонял нас по округе, пока не удалось шмыгнуть в мой дом и запереться.
— А что ж вы Граниславу бросили? — спросил юноша.
— Так он уже за её спиной был, — ответил староста, но как-то очень уж натянуто, совсем не так, как говорил остальное, — Или она или мы.
Остальные закивали.
— Да и говоря по чести, уж о ком, а о ведьмином отродье никто горевать не стал бы.
— Так у вас в деревне ведьма была? — вздёрнул бровь юноша, — О подобных угрозах принято докладывать, разве нет?
— Да ну не то, чтобы прям ведьма, — тут же пошёл на попятную Блуд, — Но прабабка её из древичей была и точно ведьмовала. А эта так, где поможет, где подгадит по мелочи. Не о чём докладывать.
«Очередные выдумки основанные на предвзятости. Гранислава даже базовой алхимией не владеет, да и судя по живе — колдовской связи тоже не имеет. Самая обычная женщина.»
— Ладно, это, в общем-то, не моё дело…
— Вот-вот, — тут же встрял староста, — Мы с такими пустяками сами разберёмся.
— Однако я хочу сказать, что тот кто напал на вас — лишь прикидывался Дарёном Русаловым.
«Нужно хоть немного попытаться сгладить ущерб моей репутации. Так хоть слухи будут не такими однозначными.»
— Тебе-то откуда знать? — спросил Дробн.
— Я алхимик из гильдии, к которой принадлежит и Дарён. Он сейчас совсем в другом месте, готовится к турниру. Да и тот, кого вы таковым называете — был упырём. Неупокоенным мертвецом. А Дарён, я вас уверяю, жив и здравствует.
— То-то он к телам убитых припадал… — воскликнул Нажир, — Вупырь значится! Тепереча будем знать каковы они! Сразу на вилы всех бледных и рыжих!
— А чего рыжих-то сразу, я вон тоже рыжий! — тут же насупился Дробн.
— Да и благодетель наш тоже бледный. Но точно не упырь, — добавил Блуд.
— Ладно, а теперь к делу. При мне были меч и шлем, а теперь их нет.
— Ну того мы не знаем, — пожал плечами староста, — Мы тебя нашли таким. Поищем, конечно, может, куда в кусты попадало.
— Поищем, — согласились остальные.
— Я знаю, что они у вас.
— Это тебе Гранка-дура такое сказала? — нахмурился Блуд, — Ты эту дрянь не слушай, если бы не она, мы бы тебя уже на ноги поставили. Но она упёрлась, что сама тебя выходит! Ну мы и решили, что она своим ведьминским наследием воспользуется. А оно вон как. Едва ходишь.
«Врёт крайне бессовестно. Видно, что не впервой ему такое.»
— Блуд. Я знаю, что мои вещи здесь. Просто верни их, и я сделаю вид, что ничего не было.
— Рус, ты бы лучше думал, что говоришь! — вскочил староста, перекрывая собой ту часть дома, где Мирослав видел энергию своих волшебных предметов, — Мы тебе, конечно, благодарны за спасение, но если продолжишь напирать, я этого так не спущу!
Юноша встал и следом вскочили остальные. Он использовал технику взора и тут же обнаружил искомое в сундуке в дальнем углу.
— Давай так. Если я сейчас открою тот сундук, и там нет моих вещей — я в качестве извинения заплачу деньгами и снадобьями.
Блуд проследил за направлением, в котором указал Мирослав, и побледнел.
— Гранка — дрянь. Ужель ночью пролезла и нашла? Прибью гадину!
— Ну хоть с притворством покончили, — хмыкнул юноша, — Повторяю в последний раз — верните мои вещи, и я уйду.
— В наших местах — кто нашёл, того и вещи, — ответил Блуд, — Ты, конечно, парень сильный, раз смог такого врага одолеть. Но сейчас ранен и без оружия, так что уж вшестером-то нам тебя бояться нечего. Так что иди, куда шёл. Не вынуждай нас кровь проливать.
«Хвосты и мой метод боя они не видели, это хорошо. Лучше и не показывать.»
— Похоже, вы здесь совсем одичали в глуши. Придётся взять на себя долг возврата вас к цивилизации.
Блуд было открыл рот, чтобы что-то сказать, но Мирослав заткнул его кулаком, отправив старосту в полёт столь мощным ударом, что тот выломал собой окно и прокатился по земле. Под действием усиления он за считанные мгновения уложил всех пятерых оставшихся прежде, чем они успели даже ухватиться за топоры. После юноша распахнул сундук, достал шлем и меч, убрал в кошель и выпрыгнул через окно наружу. Староста тем временем принялся ползти прочь. Мирослав настиг его и достал из кошеля ремень, на который вешал ножны. Но в этот раз он нужен был совсем с другой целью. Юноша начал хлестать Блуда по спине, приговаривая:
— Нельзя грабить людей! Нельзя воровать! Нельзя так обращаться с теми, кто защищал ваши жизни!
На шум выбежали люди из других домов. И к удивлению Мирослава, выражение испуга на их лицах быстро сменилось молчаливым одобрением.
«Похоже, что это не первый подобный проступок со стороны старосты и его друзей.»
— Пощады! — взвыл Блуд.
Но Мирослав продолжил.
— Не бойся, убивать не стану. Но проучу, как следует!

----------

Глава 14 Возвращение

Когда с наказаниями было покончено, Мирослав расспросил остальных. Староста и его дружки уже давно заправляли деревней на своё усмотрение, позволяя себе приворовывать у проходящих через деревню путников, присваивая часть податей и совершая прочие непотребства. Но они никогда не доходили до откровенного грабежа и тем более убийств.
«После боя с Дарёном я был уязвим, и они вполне могли бы этим воспользоваться. Но я всё ещё жив. Так что в рассказ местных вполне можно поверить. Видимо, и здесь они рассчитывали меня запугать и присвоить несколько дорогих с виду вещей.»
К тому моменту, как он закончил опрос — пятёрка подельников Блуда уже очухалась, и они выскочили наружу.
— Что, вам тоже, как и ему, взбучку устроить?
— Пощадите, милостивый господин! — тут же повалились на колени все пятеро.
— Посмотрим, — проворчал Мирослав, — Ещё вопрос остался. Куда вы дели тело упыря?
— Сожгли, — сказал Дробн, — Кости размололи да по ветру развеяли. Всё как положено.
— Врёт он, — тут же встряла Гранислава, — Никто не хотел за то браться и…
— Тебя никто… — было дёрнулся Дробн, но Мирослав тут же хлестнул его ремнём.
— Молчать, пока не спросят, — грозно сказал юноша, — Продолжай, Гранислава.
— Бросили они их там же, где костёр был, неподалёку от леса. Я захоронила там же.
— Хорошо. Покажи мне. Хочу убедиться кое в чём.
— Их там больше нет.
— Почему?
— На следующий день в деревню путник прибыл. Богато одетый, с богатырским медальоном, но виду недоброго. Он этих вот, — указала она на Блуда и его дружков, — Охаживал, вином угощал да про то, что стряслось, расспрашивал.
— Тебе только бы подслушивать да перевирать всё, ведьмино семя, — тут же прохрипел Блуд.
Мирослав хорошенько хлестнул его ремнём по спине, вынудив взвыть от боли.
— Откуда только в вас столько злобы берётся… — проворчал он, а после вернулся к теме, — Полагаю, что этот путник забрал с собой останки убитого мной упыря?
— Да, забрал череп и кости, сложил в мешочек и незамедлительно отбыл в путь.
Мирослав привычно сложил руки на груди, но тут же одёрнул себя. Ему нельзя выдавать себя даже в мелочах.
«Дарён наследил, и кто-то отправил за ним охотника? Хотя не ясно зачем ему кости и череп. Они ведь от людских с виду не отличаются. Могли следить за мной, но это маловероятно. С момента, как я уничтожил колдовское логово, не прошло достаточно времени, а для князя и прочих „Дарён“ всё ещё в Китеже. Да и судя по рассказу Граниславы — ко мне этот путник интереса не проявлял.»
— А он не представился? — уточнил юноша.
— Я не слышала, — покачала головой женщина.
Блуд и его подельники тоже ответили отрицательно.
«Не нравится мне это. Но поделать ничего не смогу. Лишний повод больше не возвращаться в Бориславль после турнира.»
— Ну что же. Здесь я закончил. Гранислава, отойдём?
— Конечно.
Только внутри её дома Мирослав заговорил вновь, присев на лавку.
«Помощь мне ей ещё точно аукнется. Я знаю таких людей. Даже если на время успокоятся, вскоре возьмутся за старое. И первой их целью станет именно Гранислава. Дарён принес довольно беды в эти места, и просто проигнорировать назревающую трагедию будет бессердечно. Тем более, что это не отнимет так уж много времени.»
— За то, что заботилась обо мне, пока я был без сознания, хочу тебя отблагодарить.
— Не стоит, — покачала головой та, — Ты меня спас, и я отплатить никогда не смогу за это.
— И всё же, — продолжил юноша, — Я заметил, что тебя в этой деревне не очень жалуют.
— Я уже привыкла… — вздохнула Гранислава.
— Но если бы появилась возможность, ты бы переехала в более благополучное место?
— Да, но…
— Чудно. Тогда собирай вещи, и отправляемся в путь. Я сопровожу тебя до ближайшего крупного города и предоставлю средства, которых хватит на покрытие всех расходов на первый год, пока не устроишься.
— Я не могу принять такой дар! Это ведь огромные деньги!
— Гранислава, — посерьёзнев, сказал Мирослав, — Я куда опытнее, чем может показаться. И эти люди рано или поздно тебя погубят, сделав виноватой во всех своих бедах. Особенно Блуд и его компания.
Женщина замялась, напряжённо впившись в плотную ткань юбки, а после кивнула.
— Хорошо. Я поняла.
Мирослав исполнил своё обещание, сопроводив Граниславу до ближайшего города, который он мог признать подходящим для безопасной жизни. Там он дал ей денег и попрощался. Юноша отправился прямиком в Бориславль, поскольку поблизости не было городов со вратами, да и записка лично от главы гильдии не вызвала бы странных вопросов только там.
4 дня до начала турнира.
Несмотря на то, что в этот раз богатырь двигался напрямик, он уже не мог позволить себе так изматывать тело перед турниром. Поэтому в итоге на остаток обратной дороги с перерывами на отдых ушло целых два дня.
2 дня до начала турнира.
Мирослав прибыл в столицу ранним утром. Ворон словно бы только и ждал этого. Он пронзительно каркнул и слетел на плечо юноши с одного из зданий.
— Явился! Где тебя только носило? Ты вообще знаешь какая жалкая и опасная у птицы жизнь? Меня пытался сожрать кот! Дети бросали в меня камни! Какой-то бродяга подманивал огрызком плесневелого сыра и, судя по всему, тоже планировал сожрать!
Юноша выслушал жалобы Уголька и кивнул.
— Крайне опасное у тебя было времяпровождение. Но теперь можешь расслабиться. Мы отправляемся в Китеж, и там ты будешь в безопасности.
— Да? Уж надеюсь! Так что с твоим делом?
— Всё свершилось, — сказал Мирослав, не намереваясь вдаваться в подробности.
После он отправился в Гильдию Алхимиков, где его ждал неприятный сюрприз. Места на перемещение в Китеж были только через три дня, причём на вечер. По совокупности событий нагрузка на врата и объёмы желающих сильно возросли, так что количество зарезервированных гильдией мест временно урезали.
Юноша отправился к самому зданию врат, где попытался договориться о том, чтобы выкупить чьё-то место, но и тут его стремление не увенчалось успехом. Список людей был тайной, так что пройтись по всем возможности не было, а те, кто прибыли на утреннее перемещение, слишком уж торопились и наотрез отказывались продать такую возможность даже за хорошие деньги.
Юноша вышел наружу, намереваясь повторить попытку вечером.
«Рано сдаваться. Ещё целых четыре шанса. Ребята, конечно, рассердятся, если я примчусь утром перед самым турниром, но это всё можно уладить. Главное, попасть в Китеж.»
— Пссс, эй, парень, — донёсся до Мирослава тихий голос, кажущийся странно знакомым, — Я тут краем уха услышал, что тебе срочно в Китеж надо?
Юноша обернулся и увидел щуплого проходимца, которого встретил в свой самый первый день в Китеже.
«Сменили подход?»
— Допустим, — кивнул Мирослав, — А тебе есть что предложить?
— На завтрашний вечер одно место. Очень дорого!
— Я простой алхимик и не так уж богат, меня сюда в наказание отправили, так что даже не знаю.
Мирослав был готов заплатить любую цену, но отлично понимал, что нельзя давать жуликам почуять запах денег, иначе его попытаются ободрать до нитки. Нужно торговаться и делать это максимально жалобно.
— Сколько ты готов заплатить?
— Так, а сколько вы хотите получить? Я сильно хочу домой, но не настолько, чтобы все свои накопления на это спустить.
— Всего-то пятикратную цену.
Юноша распахнул глаза в притворном ужасе и прикрыл рот рукой.
— Да вы что! Это безумие! Я готов был заплатить разве что полуторную!
— Ладно, только потому что понимаю каково быть бедным. Четырёхкратную!
— Да у меня и нет столько! Двукратная уже меня оставит почти без гроша!
— Ой да кому ты рассказываешь, вы алхимики хитрая братия. Всегда найдёте, как подзаработать. Трёхкратную и ни монеткой меньше!
— Ууууу… Дорого! Но так хочется прошмыгнуть, на первые бои турнира поглядеть. Там ведь знаменитый Дарён будет, — пробормотал Мирослав, — Надеюсь, что ему морду хорошенько начистят!
Щуплый подозрительно прищурился.
— Это рыжий такой и наглющий?
— Он самый.
— Чем же он тебе не угодил?
— Так ведь кому понравится, когда какой-то выскочка станет личным учеником главы, когда ему пришлось наизнанку вывернуться, чтобы просто учеником китежского отделения стать? Ненавижу его!
Мужчина усмехнулся.
— Ну коли так, то мы с тобой поладим. Два с половиной и пообещай ему гадость какую-нибудь втайне сделать!
— По рукам! — тут же сказал Мирослав, — А вам он чем неугодил?
— Напал на нас с товарищем и ограбил.
— Жуть какая! Вполне могу поверить!
Щуплый достал из внутреннего кармана кафтана свёрнутый в трубку лист бумаги.
— Вот разрешение, давай деньги.
— Дайте хоть погляжу сначала, — не дожидаясь согласия, Мирослав выхватил бумагу из рук проходимца и развернул.
Он быстро пробежал взглядом по содержимому и нахмурился.
— Это ж липа! Как так можно? Я думал, вы порядочный человек! — юноша намеренно повысил голос.
— Да тихо ты! — тот выхватил бумагу из рук Мирослава и сунул обратно в карман, — Перепутал, с кем не бывает. Это для дураков всяких.
Он достал другой такой же свиток. Юноша проверил его, и в этот раз всё было в порядке. Мирослав спрятал документ в кошель и отдал проходимцу запрошенные деньги.
— Ежели что в городе понадобится, то обращайся. Тем, кто Дарёна презирает, мы с товарищами всегда рады. Благо недолго ему осталось.
— О чём вы? — спросил юноша.
— Да так. Слухи ползти начинают. Но лучше пока не болтать, чтобы с крючка не сорвался. Удачи тебе, малец.
Щуплый быстро пошёл прочь.
«Вот же… Неужели он о том, что натворил Дарён? Я думал, время ещё есть. Хорошо хоть прибыл под маскировкой… Но, конечно, поразительно, как судьба оборачивается. Никогда не подумал бы, что из всех людей меня выручат эти проходимцы.»
— Экий ты мелочный, оказывается, — сказал Уголёк, спикировав ему на плечо, — Так ненавидеть кого-то за его успех.
— Я соврал, — ответил юноша.
— Ага, конечно.
— Учитывая, с кем я тебя собираюсь оставить — проще будет рассказать всё сейчас, — вздохнул Мирослав, — Тот о ком была речь — я и есть.
— Да ты ж даже не рыжий! Колдуняка, ты за дурака меня держишь?
— Я изменил внешность, чтобы сделать всё в тайне. Так что не болтай лишнего, когда прибудем.
— Пока своими глазами не увижу — не поверю!
— Придётся потерпеть.
Решив главную проблему, Мирослав решил скрасить время ожидания тем, чтобы проверить, не добыли ли для него информацию в Обществе Познания. Туда он и направился.
Агафья, как всегда, была погружена в бумаги, так что не сразу заметила посетителя.
— Доброго дня.
Она оторвалась от дел и улыбнулась.
— Ох. Приветствую. Чем могу помочь?
— Меня послал мастер Дарён, чтобы узнать, как обстоят дела с поисками запрошенной им информации.
— Да? Неужели? — с явным недоверием нахмурилась Агафья, — И что именно он сказал?

----------

Глава 15 Обратно в Китеж

Юноша достал из кошеля жетон, который та ему дала в прошлом, и протянул Агафье.
— Поручил показать это и доставить ему то, что вы передадите, что-то про волков, но не уточнял, что именно. Он сейчас занят подготовкой к турниру и делами гильдии, так что сам зайти не смог.
— Хммм. Похоже, что всё так, — кивнула она, — Хорошо. Сейчас я всё подготовлю.
Агафья достала несколько книг и подшивку с записями, завернула их в несколько слоёв пергамента, перевязала бечёвкой и запечатала воском с оттиском своего медальона, который содержал символ общества. После она протянула юноше свёрток вместе с жетоном.
— Вот. Передать из рук в руки и не открывать, — очень строгим тоном сказала женщина.
— Конечно, я не посмею гневить мастера Дарёна и главу гильдии тоже. Всё будет в лучшем виде, — кивнул Мирослав.
— Хорошо, — кивнула Агафья, — Передавай ему, что я желаю ему удачи.
— Обязательно, — кивнул Мирослав и собрался было уходить.
— Хотя… Постой! — вдруг окликнула его хранительница знаний.
— Да? — обернулся юноша.
— Раз он отправил тебя за важными для себя знаниями, то, похоже, доверяет, — сказала Агафья.
Но на лице её была видна внутренняя борьба, словно она пыталась решить говорить ли что-то ещё.
— Он мой пример для подражания и готов следовать за ним всю жизнь, — сказал Мирослав.
— Хмм… Ладно. Передай ему кое-что ещё. Недавно пошли слухи о том, что Дарён вырезал несколько деревень на окраине княжества. Я в это не верю, но лучше бы ему оставаться в Китеже, пока всё не прояснится.
— Какой ужас! — воскликнул Мирослав, — Конечно мастер Дарён так никогда не поступил бы! Да и он не покидал Китеж всё это время! От лица Гильдии и его лично благодарю вас за ценную информацию! Обязательно передам!
Мирослав попрощался и отправился на постоялый двор.
«Выходит, я был прав. А это значит, что князь точно воспользуется ситуацией для своей выгоды. В этом можно не сомневаться. „Дарёну“ явно придётся залечь на дно. Благо я собираюсь встретиться с Малиной, так что это не проблема. В землях Подгорного Союза Изяслав до меня не дотянется.»
Вернувшись в свою комнату, Мирослав взялся за чтение того, что ему предоставила Агафья.
Первая книга оказалась сборником народного фольклора, который записывали члены Общества Познания ещё с древних времён. На страницах с упоминанием волков были закладки. Свойства, которые проявлял Серенький, упоминались в некоторых из них, но роль этих существ в самих историях всегда различалась, что не позволяло вывести единого образа.
— Чего это ты решил сказки почитать? — спросил ворон, увидев обложку, когда Мирослав отложил книгу на стол.
— Какая разница? Иногда ценная информация скрывается в самых неожиданных местах. Есть кое-что, что мне нужно выяснить.
— Прям настоящий колдуняка, такой загадочный. Ну да ладно. Открой-ка мне книгу, всё равно делать нечего, хоть почитаю.
Мирослав кивнул и отодвинул книгу так, чтобы Угольку было удобно.
Вторая была копией одного из томов имперского бестиария, посвященного волкам, лисам, псам и прочим животным, а также волшебным существам на них походящим. Там тоже периодически попадались вариации с похожими способностями и даже гигантские волки, но чего-то, совмещающего все качества, не оказалось.
И лишь в отдельных письменных заметках Мирослав увидел то, что искал.
«… Также в одних из самых древних записей из коллекции Общества встречаются множественные упоминания неких „Проводников“, что были созданы богами в незапамятные времена. Они описываются как величественные создания, по образу напоминающие волков, чьи шкуры покрыты серебряными узорами. По поверьям тех времён — эти существа поддерживали порядок между Явью и Навью, выискивая и сопровождая заблудшие души. Потому характером отличались спокойным и благостным, не чета настоящим волкам…»
Юноша едва не подпрыгнул на месте, вспоминая, как волк странным образом воспользовался тем, что осталось от Нави, чтобы сократить дистанцию при побеге. Однако он взял себя в руки и продолжил чтение.
«… Исчезновение этих существ по теориям некоторых исследователей сопряжено с мифическим „Расколом Мира“, при котором некогда единая реальность разделилась на множество множеств миров, включая Вечную Явь, куда возносятся бессмертные, и Правь — обитель богов. Однако фактологического подтверждения тому, что нынешний порядок не является изначальным, не существует. Так что я считаю, что это лишь желание найти простой ответ на сложный вопрос. Ведь исчезновение животных, волшебных существ и даже народов случается в течение всей известной нам истории. Зачастую без явного на то повода или возможности установить истину…»
Мирослав кивнул, словно соглашаясь с автором сих заметок.
«Со столь древней информацией стоит работать очень осторожно, ведь слишком легко перейти от исследования к сочинительству. Однако же Серенький действительно похож на существо из описания. Невероятно интересно насколько сильными станут его способности, когда поглощение ядер полностью завершится. Да и хорошо знать, что сущность, подобие которой он принимает, не была чем-то злым.»
На этом Мирослав закончил с изучением записей и занялся пополнением запаса израсходованных алхимических снадобий.
1 день до начала турнира.
Вернувшись в Китеж, юноша облегчённо выдохнул.
«Успел… В итоге всё прошло успешно, хотя последствия мне явно ещё аукнутся… Ну ничего. Буду решать по проблеме за раз. Сейчас — турнир.»
Мирослав первым делом отправился в гильдию и вернул себе привычный облик.
— Ба, колдуняка, реально рыжий! — тут же подпрыгнул на месте ворон, увидев как краска стекает с его волос.
— Я же говорил, — улыбнулся юноша, — Сейчас я пойду к одному человеку и попрошу его о тебе позаботиться, пока буду решать другие дела и заодно собирать информацию о твоей беде. Так что не болтай лишнего. Особенно обо мне. И колдунякой не зови.
— Смотри, если обманешь и не поможешь, всё расскажу! Пусть все знают, что ты колдуняка!
— Помогу, я своё слово держу.
Уже в нормальном облике Мирослав навестил главу гильдии. Он сразу вернул одолженные документы и кольцо.
— Надеюсь, твоя поездка прошла успешно?
— В целом, да, — кивнул юноша.
— Вот и чудно. Кстати, ты отсутствовал — в гильдию захаживал человек, который хотел тебя нанять, — сказал Велимудр, — Причём именно тебя и только, а когда узнал, что ты занят важной работой и пока не можешь его принять, то сразу ушёл.
— Хмм. Ну я не прочь подзаработать. Как его звали? Оставил какие-то контакты?
— То-то и странно, что нет, — нахмурился алхимик, — Словно бы он что-то пытался проверить.
— Вот как…
«Не нравится мне это. Сначала тот „охотник“, теперь здесь…»
Заметив тень беспокойства на лице Мирослава, Велимудр спросил:
— Ты ведь не ввязался в какие-то тёмные делишки?
Юноша тут же взял себя в руки и натянул на лицо беспечную улыбку.
— Да нет, что вы. Наверное, кто-то из конкурирующих команд собирает информацию.
— Резонно, — кивнул алхимик, хотя было видно, что он не до конца убеждён, — В любом случае — помни, что гильдия всегда на твоей стороне, даже если ты сделаешь что-то вопиющее. Но лучше не делай.
— Единственное вопиющее в моих планах — победить на турнире, — ответил Мирослав с уже более искренней улыбкой.
— Ух. Могу только пожелать тебе удачи. Хотя после того, что ты вытворил в последнем бою, я вполне способен поверить в то, что у тебя всё получится. Искусство, настоящее искусство.
Манера произношения последней фразы тут же вызвала вспышку озарения в его разуме.
«Так это его голос я слышал на арене! Старик-то, оказывается, весьма азартный зритель!»
— Есть ещё кое-что, о чём я хотел бы вас попросить.
— Слушаю.
— Так сложились обстоятельства, что ко мне привязался говорящий ворон, который в прошлой жизни был травником.
— Ты что, одержимую зверюгу в гильдию притащил? — тут же напрягся Велимудр.
— Это обычная птица. Только и разницы, что говорящая. Уголёк никому не навредит.
— Уголёк… Хорошо, что фантазия на рецепты у тебя лучше, чем на имена, — усмехнулся глава, — Ладно, так что ты хочешь?
— Я обещал выяснить, как ему помочь, но таскать говорящую птицу с собой чревато проблемами. Вороны, конечно, часто могут подражать людской речи. Да и довольно умны. Но этот болтлив не в меру, а ко мне приковано слишком много глаз. Не согласитесь приглядеть за ним?
— Хммм… Ну что же, почему бы и нет. Никогда с подобным не сталкивался, так что будет довольно интересный жизненный опыт.
— Благодарю за помощь! Тогда буду через минуту.
Мирослав быстро забрал Уголька из комнаты и представил Велимудру. Ворон спрыгнул на стол и прищурился, пристально разглядывая главу гильдии.
— Хммм. Молодой какой-то. Я слышал, что Велимудр уже в возрасте!
— Теперь молодой, благодаря созданному нами эликсиру омоложения.
— Хммм, — Уголёк слегка склонил голову в сторону, — Ну возможно. Ежели так, то скажи, великий алхимик, зачем же нужная семицветная ежовница?
— Нашёл что спросить, — фыркнул Велмудр, — Это любой алхимик гильдии знает…
Мирослав тихонько вышел и отправился по своим делам.
«Ворон явно в хороших руках. Эти два ворчуна точно поладят.»
Следующим пунктом назначения был постоялый двор, где остановились они с товарищами. Но внутри юноша их не застал, так что отправился на арену.
Там вновь царил ажиотаж. Новоприбывшие гости рассматривали величественное здание. Кто-то из-под полы предлагал билеты на хорошие места. Вездесущие торговцы продавали напитки и еду. Всё как обычно, разве что стражи чуть побольше.
Когда Мирослав приблизился к дверям арены те распахнулись. Его товарищи, судя по всему, как раз закончили последнюю тренировку и вышли наружу. Юноша заметил на их лицах всплеск радости, но Ратибор тут же нахмурился.
— Знаешь, Дарён, я тебя никак не пойму, — сказал он довольно раздражённым тоном.
— Да будет тебе… — тут же попытался вмешаться Брячислав, но его тут же остановила Всемила.
— Пусть выскажется.
— Разве ты не говорил, насколько для твоего учителя, а значит, и для тебя важна победа на турнире? — спросил Ратибор.
— Верно, — кивнул Мирослав, — Говорил.
— Тогда как понимать твоё очередное исчезновение? Сам ведь сказал, что нам недостаёт слаженности и опыта. А потом просто ушёл? — с каждой фразой княжич несколько повышал тон голоса, лучась негодованием, — Неужели ты считаешь себя настолько лучше нас всех, что тебя это всё не касается? Так, может, тогда будешь участвовать в турнире один? Уверен, уж для великолепного Дарёна сделают исключение!

----------

Глава 16 Склоки

Искорка раздражения внутри ярко вспыхнула, вызывая желание согласиться с таким предложением. Но юноша тут же взял себя в руки, понимая, что даже ему придётся туго против пятерых, не имея возможности скомпенсировать численное преимущество врага волшебными предметами. К тому же он не для того столько сил вложил в повышение боеспособности команды, чтобы позволить эмоциональной усталости последних двух недель взять верх и всё испортить.
Мирослав пристально всмотрелся в лицо Ратибора. Тот казался злым, но вместе с тем во взгляде его сквозило некоторое беспокойство.
— Я обещаю, что до конца турнира никуда больше не уйду, — сказал юноша.
— Очень удобно так говорить, когда у тебя и так времени на это не будет, — буркнул княжич.
— Мне жаль, что обстоятельства так сложились. Но это правда был очень важный вопрос, от которого зависели жизни множества людей, — озвучил Мирослав чистую правду.
— Ага, у тебя все ситуации такие… — уже чуть спокойнее проворчал Ратибор, — Что, опять эпидемия какая?
— Вроде того. Не имею права рассказывать подробности.
— Ну конечно… — княжич тяжко вздохнул, — Если вдруг всё же умудришься куда-то сбежать, то можешь больше на нас не рассчитывать. Я понятно выражаюсь?
— Да. Мы договорились. А теперь выкладывай, что стряслось на самом деле? Ты явно такой раздражённый не только из-за меня.
— Не хочу. Хватит и этого.
Ратибор ушёл в сторону постоялого двора.
— На тренировке Всемиле сильно досталось, чуть не умерла. Вот он и сердится, — сказал Брячислав, стоило товарищу отойди достаточно далеко.
— Я сама виновата, глупо подставилась, — отмахнулась та, — Пойду утихомирю его.
Всемила ушла следом.
— Но в некоторой степени я с ним согласен, — сказал Брячислав.
— И ты туда же? — толкнула его в плечо Голуба.
— Так ведь правда сложно отрабатывать командные манёвры для пятерых вчетвером! Нам приходится постоянно абстрактно представлять, что вот если бы Дарён был с нами, то мы могли бы сделать то или это!
Мирослав тяжело вздохнул и кивнул.
— Я понимаю. Но некоторые дела не терпят отлагательства.
«Подумать страшно, сколько ещё людей убил бы Дарён за это время…»
— Ну да ладно, я обещал стараться и буду это делать, — широко улыбнулся Брячислав и тоже отправился в сторону постоялого двора.
Голуба же осталась на месте, пристально всматриваясь в лицо Мирослава.
— Выглядишь измотанным, — сказала она наконец, — Ты в порядке?
— Пустяки, завтра уже буду как огурчик, — ответил юноша.
— Знаешь, даже немного жаль, что у нас так мало времени узнать друг друга получше, — вдруг тихо произнесла девушка, — Может, тогда наша дружба стала бы достаточно крепкой, чтобы ты начал нам доверять и не тянул бремя своих бед в одиночку.
«Это и к лучшему. Вам так будет куда безопаснее.»
— Дело не в доверии, — вместо этого произнёс Мирослав, — Это всё дела гильдии и её же тайны.
Голуба печально улыбнулась и покачала головой.
— Кажется, я начинаю отличать, когда ты врёшь.
— Можешь спросить у мастера Велимудра, он мне эти задания выдаёт.
— Сдаётся мне, он тебя прикроет при любом раскладе, — усмехнулась девушка, — Да и ладно, я тебя ни в чём не виню. Просто мне показалось, что в какой-то момент у тебя возникло желание сказать Ратибору, что тебе без нас тоже будет проще. Вот и задумалась.
— Я всегда знал, что ты наблюдательная… — вздохнул Мирослав.
«Но лучше бы ты наблюдала куда-то в другую сторону.»
— Если ты при других такое скажешь, я буду всё отрицать.
— Вот видишь, ты совсем в меня не веришь, — наигранно обиженно протянула Голуба и махнула рукой, — Ладно, идём и мы, остальные небось уже обед заказали и без нас всё съедят.
— А наставник где?
— Последние согласования перед турниром производит. Сказал без него идти.
— Ну тогда пойдём.
К вечеру им прислали так называемую турнирную сетку. Первый этап турнира делился на два дня по четыре боя. Им достался первый день и открывающий бой в нём. В некотором роде ответственность. Ведь вне зависимости от исхода первый и последний моменты любого мероприятия запоминаются лучше всего.
Члены команды собрались обсудить планы на первый бой.
— Велиреченцы, значит, — нахмурился Брячислав, — А состав команды вы случаем не узнали, наставник Зубр?
— Там именно те, кого ты ожидаешь увидеть, — кивнул тот, — Военег и его прихлебатели.
— Ну и отлично. Отделаем их как следует! — ударил кулаком о ладонь юноша.
— Они у меня вызывают отвращение не меньшее, чем у тебя, — сказал Мирослав, — Но горячку пороть не стоит.
— Но они заслуживают быть размазанными как можно более жестоко!
— Да. Но вместе с тем — наша цель не их проучить, а дойти до финала и победить. А значит, нужно по возможности продолжить скрывать свои силы.
— Тогда воспользуемся твоим зельем, чтобы предвидеть, когда они соберутся атаковать умениями, и поколотим их, как делали в первом бою квалификаций! Так будет даже лучше!
— Не думаю, что у вас это выйдет, — присоединился к обсуждению наставник, — Нельзя недооценивать противника только потому, что он вам неприятен.
— Я тоже считаю, что действовать надо спокойно и эффективно, — сказала Голуба, — Чтобы утереть им нос, достаточно просто победить. Зная какие эти велиреченцы зазнайки, одно это их просто уничтожит морально.
— Давайте поступим, как бойцы из чайной провинции, — сказала Всемила, — Воспользуемся «Ясным Взором» и забросаем их туманной смесью. Так мы сможем сражаться в полную силу, чтобы победить как можно более быстро и жёстко, но не раскрыть последующим соперникам своих возможностей. Это будет хорошим компромиссом, разве нет?
— Ты права, — кивнул Мирослав, — Но есть одна проблема. Среди велиреченцев много поморцев, а у тех склонности к умениям водного и воздушного типов. Один хороший поток ветра может разбить наш план, а заодно и раскрыть эту стратегию другим противникам. Лучше приберечь её на будущее. С ними нам придётся действовать по ситуации.
На следующий день ажиотаж вокруг арены вновь был запредельным. Начало турнира, проводящегося всего раз в девять лет, всегда являлось значимым событием, а оттого и привлекало множество людей. И не только зрителей. Творческие личности и торговцы были совсем не прочь извлечь свою выгоду из ситуаций. А где-то неподалёку Мирослав услышал и голоса спорящих о том, какие ставки лучше делать на бои этого дня.
Внутри здания арены также царила суматоха. Сновали сотрудники. Прогуливались почётные гости. Завершали свои дела участники. Напряжение пропитало воздух. Чувствовалось всеобщее предвкушение события.
По пути они встретили своих оппонентов в полном составе. Пятеро участников и наставник. Мирослав отметил, что один из них ему не знаком. Похоже, что тот, кто вёл себя наиболее прихлебательски, но в итоге первым ринулся бежать, оказался у княжича в немилости. Так что на его месте оказался рослый поморец с тёмно-зелёными с синеватым отливом волосами.
— А вот и они, наши сегодняшние жертвы, — потёр ладони Военег, словно муха, собравшаяся угоститься вареньем.
— Княжич, будьте сдержаннее, — сказал их наставник Будигост с гаденькой улыбочкой, — Всё же к слабакам надо относиться со снисхождением, иначе они могут сбежать ещё до боя, и вам не удастся показать свою силу.
Мирослав впился ледяным взглядом в глаза княжича, вынудив того исподволь вздрогнуть. Но ничего не стал говорить. Зато тут же вспыхнул Брячислав.
— Повторишь мне это, когда я буду вбивать тебя в пол арены, — рыкнул он, агрессивно дёрнувшись в сторону вражеской команды.
Наставник тут же положил ему руку на плечо и отзеркалил слова Будигоста.
— Спокойно. А то ещё на дрожащих поджилках не дойдут вовремя до комнаты подготовки.
Обменявшись злобными взглядами, обе команды разошлись.
— Бряч, держи себя в руках, — тут же сказал Мирослав, — Если позволишь эмоциям управлять тобой в бою — добром это не кончится.
И тихо шепнул так, чтобы слышал только товарищ.
— Если ты хочешь защитить Голубу, то должен оставаться боеспособным, а не угодить в глупую ловушку противников в первые же секунды боя.
Тот кивнул.
— Я постараюсь…
Прежде, чем начались сами бои, предстояла грандиозная церемония открытия, так что они направились в ложу, предназначенную для почётных гостей и команд участников. Это была отдельная часть трибун, нависающая над остальными и предоставляющая лучший обзор на поле битвы. Кроме того, её отделяло тонкое и невероятно прозрачное стекло, равных которому сложно найти на всём континенте. Особенно учитывая, что листы стекла были очень большими, но при этом тонкими и прочными. Да ещё и особое волшебство делало это помещение изолированным от шума остальной арены.
Сами места для просмотра располагались несколькими рядами ступенчатых сидений, одни над другими, но на самом верху располагалась ровная площадка с множеством диванов и столиков, где можно было отдохнуть между боями. На у каждого из таких мест располагалось изобилие фруктов и изысканных десертов со всего мира, а также изящные волшебные графины с самыми разными напитками. Свойства сосудов поддерживали прохладу и свежесть, так что служащие арены забирали их лишь для наполнения.
Сейчас те, кто уже прибыл, расположились именно там, посвящая оставшееся до начала мероприятия время светским беседам и то и дело курсируя от одного столика к другому. Мирослав тут же заметил немало знакомых лиц. И его тоже заметили, однако, сохраняя приличия, они поприветствовали друг друга взглядами, не прерывая уже начатых бесед. Мирослав и его команда расположились в одном из свободных уголков.
— Как неловко-то, — тут же пробормотал Брячислав, — Столько важных людей и… я.
— А на тебя никто и не будет внимания обращать, можешь расслабиться, — тихо сказала ему Голуба, — Дарён, Ратибор и Всемила примут удар на себя.
— Это одновременно успокаивает и обидно, — столь же тихо ответил ей юноша, но улыбнулся, слегка расслабившись.
— Дарён! Нисколько не сомневался, что мы обязательно встретимся здесь! — раздался довольно знакомый голос со стороны входа, — Рад снова тебя видеть! И вас тоже, его верные соратники.
Илья Поддубный пятый великий князь Империи собственной персоной тут же проследовал к их уютному уголку, нарушая его покой. В этот раз он был одет куда более роскошно, с первого взгляда демонстрируя свой значимый социальный статус. Несмотря на всё такой же строгий и практичный покрой кафтана, невероятно детальная и изящная узорная вышивка моментально притягивала к себе взгляд. Столь тонкую работу могли позволить себе лишь богатейшие люди мира.
Мирослав тут же встал и встретил его рукопожатием.
— Приветствую, великий князь.
— Ну будет тебе, мы же друзья, можешь звать меня по имени.
«И когда мы только успели стать друзьями? Вот же хитрец. И ведь понимает, что если я сейчас оспорю его заявление, то проявлю невероятную грубость.»
— Хорошо, Илья, — кивнул юноша под едва заметную довольную ухмылку князя, — А почтенный мечник Волнослав не почтит нас своим визитом?
Поинтересовался он следом, вынудив князя старательно сдерживать саркастичный смешок.
— Он… Благодаря наставлениям предков осознал сколь долог путь настоящего мастера и отправился на Молочные Острова для усиленных тренировок.
«Получил нагоняй за потерянную фамильную реликвию и отправлен в ссылку,» — мысленно перевёл Мирослав.
— Кстати об этом. Я хотел бы обсудить одно важное дело с тобой наедине.

----------

Глава 17 Первый бой турнира

Мирослав пожал плечами и кивнул. Повода отказываться у него не было.
— Почему бы и нет. Время ещё есть.
Они вышли в широкий пустынный коридор верхнего этажа арены, так сильно контрастирующий с бурлящими жизнью нижними, но даже в столь свободном пространстве Илья быстро огляделся, а после понизил голос.
— Раз уж мы друзья, то род Волнокрутовых попросил меня передать тебе сообщение.
— Они хотят выкупить шлем? — сразу перешёл к делу Мирослав, легко догадавшись в чём дело.
— Так и есть. И готовы хорошо за него заплатить. Как деньгами, так и другими диковинами.
— При всём уважении я вынужден отказаться, — сказал юноша.
— Ожидаемо, — кивнул Илья, — Я своё обещание исполнил, а дальше уже не моё дело. Но есть ещё кое-что.
— Да?
— Членом столичной команды является Грозозов — сын Волнослава…
— И они опасаются, что юнец тоже решит заключить со мной пари, а потом его проиграет, потеряв ещё какую-нибудь фамильную ценность?
— Ты очень проницателен, — улыбнулся князь, — Так и есть. Мальчишка характером весь в отца и точно выкинет что-то подобное. И они желают, чтобы ты ни в коем случае не соглашался.
— При всём уважении к роду Волнокрутовых…
— Не спеши отказываться, — перебил его Илья, посерьёзнев, — Их род довольно влиятелен, и тебе не стоит с ними ссориться. К тому же тебе хорошо заплатят, если Грозозов вернётся домой без потерь.
— Я всего лишь хотел сказать, что если юноша так же настойчив, как и его отец, то отказаться будет довольно проблематично. Такие люди часто лезут в драку, когда им отказывают. И сомневаюсь, что, если я его поколочу, род Волнокрутовых будет сильно счастливее.
— Если это предотвратит потерю ещё одной семейной ценности, то можешь хоть до потери сознания его отделать. Главное, чтобы живым остался.
— Это…
— Официальное заявление патриарха рода Волнокрутовых, — ответил на ещё не заданный вопрос князь.
— Уфф… Я не буду ничего обещать, но постараюсь, — сказал Мирослав, тяжело вздохнув.
— Уже неплохо, — улыбнулся Илья, — На этом дела окончены, и можно вернуться в общий зал. Как раз расскажешь мне, что это за невероятный манёвр ты провернул на квалификациях…
Стоило им вернуться, как Мирослав стал центром внимания, то и дело обмениваясь любезностями со старыми и новыми знакомыми. Однако вскоре, наконец, настало время церемонии, и он облегчённо выдохнул.
Сначала вышли градоуправитель китежа и глава Арены. Они сердечно поприветствовали гостей и объявили официальное начало турнира. После выступали танцоры и музыканты, исполняя песню о событии ради которого все собрались. Она была довольно длинной, поскольку дополнялась новым куплетом в каждым годом. Так увековечивались самые яркие моменты битв прошлого. На этом торжественная часть завершилась и настало время первого боя. Обе команды покинули трибуны и отправились в комнаты ожидания, где провели последние приготовления и вскоре оказались на арене.
— Сегодня сражаются «Бориславские Зубры» и «Ледяные Волны».
Зубры опустошили флаконы с эликсиром потентности живы и «ясным взором», а после ринулись в атаку. Велиреченцы выпили свои снадобья и приняли боевое построение. Княжич Боян выступил вперёд, чуть позади по обе стороны встали Ветрогон и Военег. За ними Любогост и Перлина. Примерно этого Мирослав и ожидал.
— Песнь прилива! Танец волн! Алконостовы гусли! Симфония девяти морей! Часть первая! Море вечных гроз!
Девушка активировала сразу все три умения и даже технику, после чего принялась петь, играть музыку и танцевать одновременно. Благодаря активированной технике взора Мирослав смог понять, что эффект одного умения повышал плотность живы союзников и эффективность её расхода, подобно эликсиру потентности. Воздействие второго же Зубры тут же ощутили, когда пересекли половину дистанции. Их движения замедлились, как если бы они переходили реку вброд. Техника же создала облака и ветер. Мирослав не сомневался, что вскоре польёт и дождь.
Стоило Перлине начать петь, как за дело принялись остальные. Стоящий впереди всех Боян тоже применил все три умения.
— Недвижимость! Доспех недр! Обличие волота!
Боян увеличился в размерах, достигнув роста почти в три метра, а его тело покрыли причудливые доспехи из камня с рудными прожилками. Он двинулся вперёд навстречу Зубрам. Одновременно с ним Любогост как-то странно нервно сложил руки и, глубоко вздохнув, выкрикнул название своего умения.
— Удача подводья!
Из земли вырвался водяной вихрь, наполненный сиянием, а спустя мгновение рассеялся. Рядом с юношей появился огромный краб ростом с него самого. Любогост облегчённо выдохнул, однако атаковать не стал, оставшись рядом с Перлиной. Причём вместо того, чтобы выжидать и следить за противниками, он принялся расхаживать кругом, периодически приседая и что-то бормоча себе под нос.
Тем временем Военег принялся метать свои «Рассекатели» — водные диски, стремительно вращающиеся и режущие не хуже клинка. А стоящий по другую сторону от Бояна Ветрогон призвал оружие.
— Копьё морского змея!
Рукоять возникшего в его руках оружия была покрыта чешуёй, а в месте, где острие соединялось с древком, расположился голубой глаз с вертикальным зрачком. Он тут же принялся вращать его в руках, периодически делая выпады в сторону противников и сопровождая эти атаки другим умением:
— Пронзающий вихрь!
При этом с кончика копья срывались плотные потоки ветра, устремляющиеся к цели.
— Голуба — копируй её второе и прячься. Бряч — копейщик твой. Всемила — займись великаном. Капитан на мне. Дарён — задние твои, — быстро раздал отряду команды Ратибор.
Мирослав одобрительно кивнул.
«Сочетание техник Перлины и Военега их ключ к победе, но если попытаемся все разом ударить по ней, то сами попадём под удар. Так что связать защитников боем, пока я иду на прорыв — лучший вариант.»
Голуба скрылась в облаке тьмы. В него тут же попал один из вихрей Ветрогона, но созданная им брешь сразу затянулась. Вскоре атаки противников также замедлились. Брячислав сократил дистанцию до Ветрогона и перетянул внимание на себя. Ратибор также успешно завладел вниманием Военега, вынудив его уклоняться от своих «пламешаров». Под действием техники пляски и ускорения Мирослав легко прошмыгнул мимо Бояна, который попытался его сватить, но тут же был опутан лозами Всемилы.
С небес полил мелкий дождь, всё усиливающийся с каждым мгновением.
Навстречу Мирославу тут же выскочил краб, который принялся молотить своими клешнями с довольно впечатляющей скоростью. С другой же стороны атаковал и его хозяин. Мирослав, однако, вместо того, чтобы сражаться с ними, захлестнул клешню краба после выпада и использовал обратное движение, чтобы тот выдернул его дальше. Тут же в воздухе он сменил облачение.
— Облачение Охотника.
Он выпустил несколько стрел в Перлину, однако та ударила по струнам, вызвав мощный звуковой поток, который их сбил. Причём она вплела его в мелодию, не разрушив поддержание техники.
«Талантливая девчушка. Жаль, только компания у неё совсем не подходящая.»
Приземлившись, Мирослав вновь сменил облачение и хлестнул девушку кнутом. Она уклонилась, отпрыгнув назад, и даже это сделала так, словно бы это лишь одно из движений танца. Если бы не техника взора, тот шагнул бы следом. Однако едва мерцающие живой отпечатки ладони, окружающие прошлую позицию Перлины, он заметил ещё на подходе. Так что юноша остановился и перехватил кнут двумя руками, обвил руку попытавшегося ударить его в спину Любогоста, а после вывернул её тому за спину, подставив противника под удар собственного питомца. Краб не успел остановиться, и его клешни щёлкнули по телу хозяина с силой, достаточной чтобы перекусить того надвое. Но тот успел применить укрепление, так что оказался лишь ранен.
Тем временем ситуация у союзников изменилась. Военег высвободил Бояна из пут и с помощью своей «пронзающей волны» пришёл на выручку к Ветрогону, которого Брячислав, используя созданную врагом влагу, заморозил своими кулаками леденящего ветра и уже было собирался зарубить. Промокший же под дождём Боян принялся теснить разом Всемилу и Ратибора, которые не могли пробить его защиту или остановить движение. Голуба же была вынуждена скрываться и поддерживать замедление, скопированное у Перлины, чтобы скомпенсировать самую проблемную часть вражеского преимущества.
Заметив, что ещё один союзник в опасности, Военег использовал «водяной столп», который благодаря высокой влажности сработал куда быстрее. Если бы Мирослав не отпрыгнул в то же мгновение, то вместе с Любогостом взмыл бы в воздух на мощном и плотном потоке воды. Он вновь сменил облачение и принялся обстреливать Перлину на бегу, обойдя ловушку приготовленную Любогостом. На этот раз юноша стрелял не с максимальной скоростью, а так, чтобы попытки Перлины защититься звуковой волной не получалось вплести в мелодию. Спустя несколько выстрелов она всё же сбилась и техника нарушилась. Ветер стих тут же, а вскоре начали рассеиваться и облака. К тому же кружащий вокруг неё Мирослав сам по себе нарушал порядок действий девушки, так что следом Перлина выбилась и из ритма танца.
Вернув преимущество в скорости, его союзники ринулись в контратаку. Краем глаза Мирослав заметил вспышку в районе внутреннего резервуара живы Военега, который устремился к нему в своём водном конусе.
— Лёд! — рявкнул Мирослав так, чтобы союзники услышали, а сам применил третье умение и плеснул на себя горючее снадобье, которое вспыхнуло за мгновение до того, как его сковал лёд. Видимость сильно ограничилась из-за мутного льда, но благодаря технике взора юноша всё ещё мог видеть перемещения противников. Они направлялись к своему капитану.
— Любогост, бестолочь, у тебя была одна задача, и ты благополучно её запорол! — зло воскликнул Военег, — И ты Ветрогон не лучше. Если бы не я, вы бы оба уже сдохли.
— Это твой план был залить всё вокруг водой, — гневно бросил ему в ответ Ветрогон, — Этот, в отличии от тебя, замораживать может когда угодно.
— Да ты обнаглел!
— Успокойтесь, — тут же вмешалась Перлина, — Нельзя терять бдительность. В прошлый раз этот Дарён выбрался, так что лучше не рассчитывать, что они все просто задохнутся, и мы уже победили.
— В прошлый раз техника срабатывала дольше, и он успел выстрелить из лука. Сейчас нет. Им всем конец, — хмыкнул Военег, — Я два раза подряд не ошибаюсь. Да и лёд в этот раз много толще и крепче.
Тем временем лёд вокруг Мирослава растопился достаточно, чтобы он смог начать двигаться. Так что поглотив два хвоста, он тут же нанёс короткий, но очень сильный удар по своему узилищу. А потом ещё один. И ещё. На пятый лёд треснул и начал осыпаться.
— Лёд! Дарён освободился! Скорее, все атакуем его!
— Водяной столп! Рассекатель!
— Выпад вихря!
— Получай!

----------

Глава 18 Суетные дни

Мирослав едва успел вырваться из ледяных оков, как на него тут же обрушились атаки троих противников. Перлина же вновь вернулась к поддержке союзников, начав со своей пляски замедления. Уклонившись от первого залпа атак, юноша тут же пошёл на сближение, перекрывая эффект умения Перлины ускорением оставшейся от поглощения хвостов энергией. Под градом ударов и летящих в него умений контратаковать было нелегко, однако в какой-то момент он поймал «рассекатель» и «выпад вихря» в котёл, а спустя мгновения отправил слившуюся воедино атаку в Перлину. Раненый Любогост, который как раз пытался замазать раны, прыгнул наперерез и принял на себя водно-воздушное острие. Этот удар стал для него фатальным, проделав в груди дыру.
«Один есть. Хотя я предпочёл бы выбить их поддержку.»
Мирослав продолжил сражение с троицей. Спустя ещё одну серию стремительных обменов ударами в Перлину вдруг прилетело пламенное копьё. Обожжённый и хмурый Ратибор освободился из ледяных оков сам и помог остальным.
«Похоже, он поступил так же, как и я, но вынужден был пострадать за это. Решительно. Молодец.»
Но поскольку, исполняя свои умения, Перлина постоянно находилась в движении, ей удалось частично уклониться, и ранение не стало смертельным. Однако глубокая рана на плече обездвижила её правую руку, тем самым лишив возможности использовать гусли для защиты. А ещё спустя мгновение девушку накрыло тёмное облако, в которое впорхнула Голуба.
Военег и Ветрогон кинулись к ней на защиту, но Брячислав тут же перекрыл им путь, а Всемила присоединилась, попытавшись опутать врагов лозами.
— Они на вас, я займусь здоровяком, — тут же крикнул Мирослав.
Он швырнул котёл, ударив трёхметрового Бояна под колено, когда тот попытался отправиться следом за товарищами.
— Куда собрался?
Юноша настиг противника, подхватил котёл и в прыжке вмазал им по каменному шлему противника. Тот попытался ударить в ответ, но Мирослав уклонился и метнул свой импровизированный снаряд в голову врага. На этот раз Боян успел закрыться, и удар пришёлся ему в руку. Он вскочил и перешёл в наступление, размахивая своими тяжеленными кулачищами и периодически вплетая в это достаточно бесхитростные удары ногами.
«Очень полянский стиль боя. Крепкий. Устойчивый. Но слишком прямолинейный.»
Мирославу не понадобилось много времени, чтобы найти уязвимости врага, и он вновь перешёл в контрнаступление. Жонглируя котлом, богатырь уклонялся от ударов и бил в сочленения доспеха, периодически колотя по шлему Бояна. Постепенно эффект начал накапливаться. Враг стал медлительнее, а его удары менее точными. Это позволило Мирославу усилить агрессию. Он расколол защиту головы Бояна, повалил его на землю и принялся колотить стальными кулаками по лицу, вращая котёл на хвостах и отражая им попытки врага защититься. Юноша остановился лишь, когда его кулаки окрасились в алый, а враг затих. Спустя мгновения его тело исчезло с арены, как ранее случилось и с Любогостом.
«Второй готов.»
Бросив взгляд на союзников, он заметил, что они вчетвером дожимают Военега и Ветрогона, которые спиной к спине изо всех сил обороняются от их атак. Но долго это продолжаться не могло. Первым пал Военег, лишившись руки от особо точного удара меча Голубы, а почти сразу и второй от клинка Брячислава. Они почти одновременно пронзили его грудь и провернули оружие, чтобы последние мгновения на арене были для врага ещё более болезненными.
Без «рассекателей» Военега ничто не мешало Всемиле и Ратибору полностью лишить Ветрогона подвижности, после чего они уже были собирались добить его, когда тот быстро сказал:
— Сдаюсь.
И тут же исчез с арены. Мирослав быстро осмотрел товарищей. Синяки, порезы, лёгкое обморожение и ожоги, но ничего опасного для жизни. Он удовлетворённо улыбнулся.
«Бой оказался сложнее, чем я ожидал, но в итоге всё прошло неплохо.»
— И побеждают Бориславские Зубры! Все пятеро участников живы! Чистая победа!
Вскоре они оказались в комнате подготовки.
— Молодцы! — тут же похвалил их наставник, который уже спустился к ним, — Увидев технику Военега в деле, я уж было заволновался. Они с той девчушкой действительно хорошо работают в месте.
— Ясный Взор сильно помог, — сказал Ратибор, — Я увидел, что он собирается применить технику, и только потому успел использовать на себя несколько пламешаров.
— Сильно больно было? — со вполне искренним сочувствием спросила Всемила.
— Пустяки, — приосанился княжич, но было видно, что ему приятна её забота, — Ради товарищей можно потерпеть.
— Все отлично справились, — кивнул Мирослав, — Особенно наш капитан.
— А теперь пора посмотреть, как себя покажут остальные, — сказал Зубр, — Вперёд, ребятишки!
В остальных боях победили две имперских команды и одна из тех, что вместе с ними прошли квалификации. Команда Бориславского княжества сражалась последней и была довольно быстро уничтожена стремительным натиском «Степного Ветра» из Империи.
— У нас, похоже, действительно беда с талантами, если отправили таких олухов, — проворчал Ратибор, когда последнее сражение завершилось.
— Ты к ним слишком строг, — покачал головой Зубр, — Академии пришлось наспех собирать новую команду, да ещё и желающих было немного. Все боялись этим оскорбить ваши с Всемилой семьи. Не говоря уже о том, какой груз ответственности на них в итоге взвалили.
— Не умеешь — не берись, — продолжил ворчать Ратибор, — Мы столько сил потратили, чтобы доказать, что Бориславское княжество не слабое, а они будто бы всё это просто взяли и испоганили.
— Ещё будет много боёв, чтобы все запомнили именно нашу силу, — сказала Всемила, — Но в тебе сейчас говорит гордость. Посмотри на всё под другим углом? Подумай сам, разве не они самые верные княжеству юноши и девушки? Понимая свою слабость, они всё равно выступили вперёд и приняли на себя удар там, где более сильные и умелые ради личных интересов отвернулись?
Наставник улыбнулся в бороду и одобрительно кивнул.
— Хммм… Может, ты и права, — кивнул княжич.
«Она определённа права, и тебе стоит чаще к ней прислушиваться,» — подумал Мирослав, но ничего не сказал.
На следующий день Семикняжие получило реванш, и уже две их команды прошли в следующий этап, а от Империи лишь одна. Но это всё было лишь прелюдией к главному событию дня. Со времён войны с Подгорным Союзом, когда те разом совершили наступление по всему периметру Змеиного Хребта и захватили часть земель на поверхности, прошло больше пятисот лет, и с тех пор мало кому удавалось увидеть их богатырей в деле. Так что решение Союза присоединиться к турниру стало крайне громким событием.
Однако сам бой оказался одновременно впечатляющим, но вместе с тем скоротечным и разочаровывающим. Как недавно Зубры на квалификациях, команда «Стальные Змеи» убила всех членов имперской команды «Черноземские Дубки» без применения умений и довольно быстро. Но учитывая уровень основного турнира, для всех это стало заслуженно куда более значительным достижением.
Мирослав же следил за боем полностью отстранившись от всего остального, перегружая глаза техникой взора и усилением одновременно, чтобы не упустить ни единого мгновения.
«Великолепное управление живой. Не дотягивает до моего, но всё ещё впечатляет. Да и техника боя отточена весьма хорошо. Они на две головы выше всех, кого мы встречали. И к тому же у них целых три четырёххвостых. На первом хвосте у всех метка кровного умения. Но с ней что-то странное. Словно бы двоится. Мне ещё не доводилось такого видеть. Что же такого они делают со своими бойцами? В чём секрет их особенности, о которой говорила Малина? Жаль не будет возможности осмотреть их окуляром»
— Дарён, ты в порядке? — испуганно шепнула Голуба, положив ему руку на плечо и выдернув из концентрации.
— А? Да-да, всё хорошо, — кивнул он.
— У тебя глаза такие красные, что кажется сейчас кровь пойдёт!
— Старался рассмотреть как можно больше деталей. К утру буду в норме.
— Смог что-то выяснить?
— Ничего, кроме того, что они настоящие мастера, превосходящие всех на своём уровне. Я нисколько не сомневаюсь, что они пройдут в финал, и именно с ними нам придётся столкнуться.
— А как же Твердыня и Китеж? Говорят, что у них очень сильные команды.
— Охотно верю, — кивнул юноша, — Но победить этих ребят они смогут только, если у них окажутся какие-то особо мощные техники, способные полностью перевернуть ход боя. Да и то, это если предположить что у подгоренцев таких тоже нет.
— Жуть какая, — поёжилась Голуба, — А мы-то сможем победить?
— Я в вас верю, — сказал юноша.
«Но нужно подумать, как повысить шансы…»
Мирослав провёл оставшееся спокойное время размышляя о том, что ещё может сделать для своих товарищей. Он копался в воспоминаниях, листал собранные из разных источников записи и делал заметки. Так пролетела большая часть ночи. Юноша подремал всего несколько часов, проснулся и, взбодрившись тонизирующим отваром, вновь принялся за работу. Богатырь чувствовал, что вот-вот найдёт то самое решение, нужно было лишь не упускать мысль. Так что, когда утром к нему в дверь постучался посыльный от гильдии алхимиков, Мирослав, не особо задумываясь, пошёл за ним, слишком сосредоточенный на своих размышлениях. Но по пути он всё же спросил.
— Что за срочное дело хоть? У меня через час бой на турнире.
— Мастер Велимудр не уточнил, сказал, что срочно и секретно.
— Вот же морока…
«Но он не стал бы меня беспокоить в такой день по пустякам, так что, видимо, что-то реально серьёзное.»
Мирослав отправился за своим провожатым и где-то посреди дороги вдруг осознал, что именно ему нужно делать. Он принялся на ходу стремительно записывать результат своего озарения и даже не заметил, как они свернули в какой-то переулок. По крайней мере, пока от столь важного дела его не отвлекли перекрывшие путь трое человек в невзрачных одеждах. Почувствовав угрозу, Мирослав тут же вернул фокус восприятия на окружающий мир, спрятав свои записи в кошель.
«Проклятие, похоже, я сильно переоценил безопасность Китежа…»
— Это, значится, Дарён? — спросил сухощавый и седой.
— Д-да… Я м-могу идти?
— Не-не, никуда ты не пойдёшь. Мало ли, ещё совесть проснётся. Составишь нам компанию на пару часов, а потом мы вас обоих отпустим.
А после он сложил ладони вместе и пробормотал.
— Сокрытие.
«Вооот оно как. Кто-то решил сделать так, чтобы мою команду дисквалифицировали из-за неявки одного из участников. И кто лучший кандидат, как не я? У остальных ведь здесь нет особо важных дел и выманить их будет проблематично. Как и без шума похитить. А, возможно это, вообще, личное. Емельян вполне мог решить вот так подгадить мне и заодно удружить команде своей державы.»
— Но вы обещали… — пробормотал молодой алхимик.
Плечистый черноволосый полянин отвесил юноше затрещину.
— Сказали жди, значит жди.
Тот потупился и умолк.
— Ты, — указал на Мирослава сухощавый, — Вон в ту дверку проходи. Не боись, если будешь себя хорошо вести, то мы тебя не обидим. Но ежели брыкаться удумаешь, переломаем ноги, чтобы точно ни на какой турнир не попал.
«Трое шестихвостых. Паршивый расклад. Если окажусь с ними в замкнутом пространстве, то тогда уже точно будет не сбежать.Я не могу пропустить бой. Да и не верю в то, что они просто хотят меня задержать. Придётся сражаться.»
— Ладно, иду… — сказал юноша, но вместо этого одной рукой выхватил меч, а другой достал и залпом выпил флакон с эликсиром потентности живы.

----------

Глава 19 Засада

Тем же движением, которым высвободил меч — юноша отправил в противников режущую воздушную волну и тут же побежал прочь. Но тот третий, что всё время молчал, настиг его и нанёс мощный удар ногой. Мирослав успел ответить встречным ударом меча, но был отброшен прочь. Латные ботинки врага оказались волшебными и достаточно крепкими, чтобы выдержать удар «Громового Клыка».
— Проклятие, а у него реакция что надо, — ухмыльнувшись, выдал напавший и вновь попытался обрушить удар своего ботинка на Мирослава.
Тот оттолкнулся от стены, к которой был отброшен, перекатился под ногой врага и нанёс рубящий по той, на которой противник стоял. Прежде, чем клинок успел достигнуть цели, Мирослава сбил с ног удар черноволосого. Юноша воспользовался этим, чтобы откатиться ещё дальше, вытолкнуть себя от земли и использовать слияние. Взмыв на крыльях, он направился к центральной улице, но вдруг обнаружил себя стоящим на земле.
«Это ещё что? Пространственная техника?»
Однако думать было некогда. На него тут же вновь набросились молчун и черноволосый, пока седой с ехидной усмешкой за этим наблюдал. Только теперь они стали куда быстрее и агрессивнее. Более того — черноволосый достал дубину и колотил уже ею. Мирослав едва-едва успевал защищаться и блокировать удары крыльями, не имея возможности даже попытаться контратаковать или вырваться. Тогда он бросил себе под ноги флакон с туманной смесью и уже после этого взмыл воздух.
Мирослав вновь обнаружил себя стоящим на земле. Причём вне туманного облака, которое внезапно начало очень быстро развеиваться.
— Эй, старик, ну ты сам видел. Я думаю, можно не сдерживаться.
Тот покровительно кивнул и махнул рукой в сторону Мирослава, мол действуйте. Юноша приготовился защищаться, но вдруг противники исчезли, и он получил удар в спину. Обернувшись, богатырь обнаружил, что враги позади него. Но положение не такое, как было. Теперь старик стоял в отдалении, ближе к выходу из переулка.
«Определённо пространственная техника.»
Но это понимание не особенно помогло ему. Ведь враги продолжили наседать, осыпая его градом ударов и постепенно истощая энергию огненной сорочки. И вскоре она иссякла. Да и слиянию осталось недолго.
«Территория накрыта умением или техникой, которая не позволит позвать на помощь. Вырваться я тоже не могу. Даже один шестихвостый проблема, а их тут трое… Похоже, выбора не осталось…»
Всё ещё продолжая защищаться крыльями как щитом, он достал золотистый эликсир. Мирослав сделал глоток, опустошив сразу половину флакона, и спрятал остатки в кошель. По телу тут же пробежала дрожь, накрывая его волнами поочерёдно тепла и холода. Тело наполнилось силой, и он резко отбросил противников, распахнув крылья.
— Шесть хвостов? Быть не может! — тут же воскликнул седой.
Временные умения хвостов, созданных эликсиром, были предельно просты. Одно повышало силу, а другое крепость тела. Но это было именно то, что требовалось юноше. Покрыв тело чешуёй от третьего умения, он перешёл в наступление. Ошарашенный таким внезапным отпором черноволосый не успел среагировать. Меч Мирослава рассёк его плоть от плеча до бедра. Пока первый враг падал, юноша уже переключился на второго. Тот принял удар меча на свой волшебный сапог и отпрыгнул, подхватив дубину побеждённого товарища.
— Похоже, придётся использовать ту штуку, — седой выхватил из своего кошеля странный резной жезл и направил в сторону Мирослава.
Вокруг юноши возникла серебристая сеть, которая, однако, коснувшись его, не ограничила передвижение, а впиталась в тело. Мирослав ощутил, как накатывает слабость и нарушается циркуляция живы. Молчун тут же вмазал ему дубиной с такой силой, что юношу отшвырнуло в стену. В глазах на мгновение потемнело. Изнутри тело пронзила куда большая боль, ведь высвобожденная эликсиром сила требовала использования и при попытке подавления начала вредить животоку.
Мирослав сосредоточился на восстановлении контроля и едва успел уклониться из-под следующего удара. Но сразу после этого он улучил момент и пронзил плечо противника.
— Да что ж тебя не берёт ничего! — зло процедил тот.
— Плевать на заказ, просто прикончим его, — сказал седой.
Он тут же выступил вперёд и вдруг исчез. Мирослав почувствовал тычок невероятно острого кинжала меж защищающих плоть чешуек, но успел использовать точечное укрепление и не позволить себя ранить. Однако стоило ему нанести удар туда, где должен был находиться враг, меч рассёк лишь пустой воздух, а на юношу тут же обрушилась серия стремительных ударов ногами и дубиной. Причём пропущенные атаки частично пробивали сквозь все уровни защиты, нанося ощутимые внутренние повреждения. Благодаря технике взора юноша понял, что все умения противника активны.
«Похоже, все его умения только для усиления. Значит, и легко высвободиться не сможет.»
Мирослав разбил у себя под ногами флакон с вязким облачком и тут же отпрыгнул. Молчун ринулся за ним и оказался опутан стремительно уплотняющейся липкой дымкой. Этот манёвр стоил юноше ранения. Седой, выгадав момент, смог всадить кинжал ему в бок, протиснувшись сквозь защиту. Точечное укрепление позволило направить вражеское оружие так, чтобы клинок не задел органы, но рана всё равно была довольно глубокой и серьёзной.
Мирослав сделал вид, что собирается вновь атаковать место, где был враг, но в итоге прокрутил меч запястьем и расёк воздух с другой стороны от себя. С клинка сорвалось ветряное лезвие, зацепившее седого и следом попавшее в молчуна, который, однако, выстоял благодаря укреплению. Мирослав тут же сделал рывок вперёд и нанёс мощный рубящий удар, начисто снеся голову обездвиженного врага.
Седой же отпрыгнул и схватил молодого алхимика, который привёл Мирослава в это место. Тот весь бой сидел, сжавшись в комок в углу, а сейчас старик использовал его как живой щит, приставив нож к горлу.
— Бросай меч, или я его прикончу! — прошипел он.
— Мне-то что? — пожал плечами юноша, — Он меня в ловушку заманил. Я полагаю, ты передумал меня убивать и хочешь уйти?
— Да.
— Мы можем договориться.
— Что тебе надо?
— Расскажи, кто тебя нанял.
— А ты разве по выбранному дню не понял? Имперцы, а кто ж ещё.
— Конкретнее. Имя, внешность, любые детали.
— Да мне откуда знать. Этими делами Заяц занимался, которого ты только что убил.
«Врёт. Он очевидно у этих троих за старшего был. Так что должен знать.»
— Ладно. Отпусти парнишку и уходи.
— Нет, ты уходи, а потом я его отпущу.
— Я давал тебе шанс.
Мирослав сделал рывок в их сторону, прикинувшись, что собирается пронзить мечом обоих. С помощью техники взора он в очередной раз увидел вспышку в хвосте седого и метнул котёл в место, куда с наибольшей вероятностью тот переместился бы. С пронзительным звоном тот впечатался в голову седого. Мирослав тут же настиг его и ударом клинка отрубил обе ноги.
— Ааааааа!
Враг взвыл от боли, а юноша тут же приставил ему меч к горлу.
— Если хочешь жить — говори, кто тебя нанял.
— Не знаю! Он в маске и балахоне был. Сказал, задержать тебя и переломать ноги и руки, чтобы знал своё место. И что Империя оценит наши услуги по достоинству. Это всё! Клянусь!
Мирослав подхватил котёл и ещё раз приложил того по голове, лишая сознания. После он достал мазь из кошеля и обработал свою рану, а потом места, где разрубил ноги бандита.
— Но ведь теперь ноги не прирастить обратно… — пробормотал алхимик позади.
— Я знаю, — мрачно покосился на него Мирослав, — А теперь ты — беги в гильдию и расскажи кому-то из старших обо всём, что произошло. Включая что ты, гадёныш, сделал. Если узнаю, что ты что-то утаил в надежде избежать наказания — уж поверь, я найду тебя и сделаю так, что-то, что случилось с этим вот, будет казаться тебе милостью.
— Простите, я…
— Прочь, — перебил его юноша, — Мне твои извинения ни к чему.
Алхимик ринулся прочь, а Мирослав тяжело выдохнул. Всё тело горело болью от побоев и эффекта выпитого эликсира.
«Надо спешить. До нашего боя осталось не так много времени.»
Юноша обыскал всех троих нападающих, после чего забрал их кошели-вместимки, волшебную дубину и сапоги, а также полностью лишившийся энергии жезл, которым его атаковал седой. Он спрятал трофеи в свой кошель и ринулся в сторону арены. На половине пути богатырь понял, что тело начинает подводить его. Эффект эликсира начал постепенно угасать, а с ним пришла ужасная усталость и тяжесть. Последствие той атаки, ненадолго лишившей его контроля, сократило время действия и усилило отдачу. Если поначалу Мирослав бежал, то теперь уже начал идти, всё медленнее и медленнее.
«Левой. Правой. Левой. Правой. И ещё разок. И ещё.»
Протиснуться сквозь зевак у арены стало настоящим подвигом, а силы окончательно иссякли. В коридорах арены он уже не мог идти и начал ползти на четвереньках. Кто-то из работников заметил его, но вместо того, чтобы предложить помощь, брезгливо скривился.
— Кто впустил этого забулдыгу? Позорище, такой молодой, а уже в стельку. Надо позвать стражу.
Нужный поворот. Какие-то пару десятков метров до двери комнаты подготовки. В глазах начало темнеть. Руки подогнулись, и юноша влепился лицом в каменный пол.
«Двигайся. Двигайся. Двигайся! Главное, быть. Главное, успеть!»
Из последних сил он принялся ползти по полу, когда вдруг услышал знакомый голос.
— Дарён?
Чьи-то крепкие руки подхватили его и помогли встать.
— Что с тобой стряслось? Неужели кто-то посмел напасть на тебя в Китеже?
— Угу… — вяло выдавил юноша, сквозь туман в голове плохо понимая, с кем говорит.
— Тебе надо к лекарю! Давай отведу!
— Мне… Надо… На арену…
— Да куда тебе в таком состоянии?
— Не важно… Надо…
— Ладно, идём, тут совсем немного осталось.
Он вволок Мирослава внутрь комнаты, где забеспокоились уже товарищи и наставник. Юноша мотнул головой, кое-как возвращая концентрацию, и опустился на пол, сосредоточившись на циркуляции живы, чтобы упорядочить внутренний хаос и бороться с внутренними повреждениями.
«Проклятие, кажется, мне досталось сильнее, чем я сначала думал… Помощь целителя бы не помешала, а не то придётся…»
— Потом… — ответил он на все вопросы разом, — Всё потом…
В какой-то момент он моргнул и, открыв глаза, оказался на арене. Сознание уже плохо его слушалось, так что юноша только и смог пробормотать:
— Простите, ребятишки… Вам придётся справиться самим… Сда…
Мир потемнел и через мгновение вспыхнул пламенем. Стальной мост раскалённый докрасна, пылающая река, от которой несёт смертью. Очень знакомое место, которое он совсем не желал вновь посещать.
— Да уж, Пересвет, не ожидал, что мы так скоро свидимся.

----------

Глава 20 Снова в бой

В монотонном голосе Триглава Мирослав словно бы почувствовал тонкий налёт ехидства.
— Я и сам не рад. Но у меня всё под контролем. Как только вернусь — выпью омолаживающее зелье и буду в полном порядке.
«Хотя и досадно так его расходовать…»
— Как будет угодно. Пока я доволен твоими успехами, так что дарую тебе право задать мне три вопроса прежде, чем магия арены вернёт тебя в мир живых. Поспеши.
— Скажи…
— Не разочаровывай меня и не задавай вопрос, ответ на который ты и сам вскоре сможешь у неё узнать.
«А я и не собирался это спрашивать, только подумал… Хотя вероятность была, и он явно решил похвастаться своим предвидением.»
— Ладно. Скажи мне, как человеку, душа которого застряла в теле ворона, попасть в нужное ему посмертие?
— Пусть проживёт жизнь ворона. Это лучший способ. Чем сильнее стремишься попасть в Ясунь, тем сильнее отдаляешься от неё.
— Да уж, ему это не понравится.
— Поторопись. Второй вопрос.
«Значит, пусть время тут течёт иначе, даже он не властен над тем, сколько я здесь пробуду.»
— Раз уж ты знаешь возможные варианты развития событий — дай мне совет.
— Не возвращайся в Бориславль.
— Я и не собирался.
— Третий вопрос.
— Что таится в самом конце Великого Лабиринта?
— Мне того не ведомо.
«Неужели Змей знает о Лабиринте больше него?»
Окружение вновь сменилось. Мирослав вновь оказался в комнате подготовки. Юноша тут же выхватил из кошеля омолаживающий эликсир, но его схватили за руку.
— В этом нет необходимости, я о тебе позабочусь.
Пусть зрение было туманным, но голос он узнал.
— Спасибо, Снежана Львовна…
Силы окончательно оставили его и юноша потерял сознание. Очнувшись, он обнаружил себя в своей комнате на постоялом дворе. И в ней оказалось куда больше людей, чем можно было ожидать. У его кровати сидела Снежана Львовна, командующая Рагнеда стояла у окна, сидя за столом по дереву нервно постукивал кончиками пальцев мастер Велимудр, а наставник Зубр, словно страж, дежурил у двери.
— А вот и ты, — с явным облегчением улыбнулась целительница.
— Какой итог боя? — хрипло выдавил из себя Мирослав.
— Ну кто бы сомневался, что это будет первое, что ты спросишь, — рассмеялась Рагнеда.
— Победили, — тут же сказал Зубр, — Капитан имперской команды сказал, что в таком случае будет совершенно неспортивно пользоваться преимуществом, и отозвал одного из своих. Так что бой прошёл четыре на четыре, и мы победили.
Юноша облегчённо выдохнул и улыбнулся.
«Я не зря вложил в них столько сил и ресурсов. Оно того стоило.»
— Меня же волнует другое. Что с тобой сделали? — спросила целительница, — Я понимаю ранения. Но откуда такие повреждения животока?
— А… Это… Только пообещайте, что это останется между нами пятерыми. Деликатный вопрос.
Все четверо выразили согласие.
— Во многом это я с собой сам сделал…
— Что? — почти разом воскликнули все четверо.
— Попав за Змеиный Хребет, я остро осознал свою слабость и уязвимость, — сказал Мирослав, — Так что занялся созданием средства, которое в критической ситуации поможет мне увеличить свою силу на два хвоста.
Мастер Велимудр аж подпрыгнул на месте, услышав подобное.
— Неужели это возможно? Как ты до этого додумался? А как достиг? Нет погоди, обсудим всё это наедине. Слишком важная информация!
— Тебе бы только рецепты новые, Велимудр, — проворчала Снежана — Твой ученик чуть не умер! Думаешь, подобное снадобье того стоит?
— Это сейчас оно опасно! Но это лишь потому, что экспериментальное! Зато какой потенциал!
— Дело не только в эликсире, — вмешался Мирослав, — Да, эффект оказался более мощным и бурным, чем я рассчитывал. Но это не стало бы такой проблемой, если бы не волшебный предмет, которым меня атаковали.
Юноша достал опустошённый и ныне бесполезный жезл из своего кошеля.
— Вот. Полагаю, что эффект должен был создать нарушение в циркуляции моего животока, чтобы помешать сопротивлению. Но из-за действия эликсира оно ударило особо сильно.
— Хмм. Впервые такое вижу, — сказала Рагнеда, взяв у него жезл, — Выглядит очень странно.
— Потому что это работа ведьм, — ответил Мирослав.
— Ты о…
— Да.
— Уверен?
— Полностью. Но можете передать это тем, кто понимает в вопросе. Уверен, что они подтвердят мои слова.
— Тогда тем важнее выяснить, кто подослал этих сволочей. Хорошо, что тебе удалось оставить одного в живых.
— На сегодня хватит. Пусть отдыхает, — сказала Снежана.
Остальные кивнули и покинули комнату Мирослава.
' — Хозяин, хозяин!' — раздалось в его голове.
' — Что стряслось?'
' — Ты в последнее время слишком часто испытываешь близость к смерти. Тебе не кажется?'
' — Думаешь, мне это нравится?'
' — Да я просто беспокоюсь. Но вообще у меня новости.'
' — Говори уже, не томи.'
' — Серенький в последнее время стал совсем беспокойный. Мечется, словно бы ищет что-то. Несколько раз порывался уйти. Мне едва удалось его утихомирить.'
' — Как же невовремя.'
' — Разве ты не говорил, что завтра будет перерыв?'
' — Это так, но турнирная сетка плотная. Бой уже завтра и я могу не успеть вернуться. Нельзя так рисковать. Да и ребятишки на мои отлучки косо смотрят. Я пообещал не покидать Китеж, пока не закончится турнир. Если нарушу слово — они точно откажутся дальше мне помогать. Сама ведь знаешь, как для меня важна победа. Постарайся продержаться.'
' — Уффф… Ладно. Я постараюсь протянуть ещё несколько дней. Но прошу, после этого поспеши! Боюсь, что он может всё же сбежать, а с такими способностями остановить его будет проблематично.'
' — Конечно, Юда. Обещаю, что прибуду как можно скорее.'
' — Хорошо. И удачи тебе на турнире.'
' — Спасибо.'
Мирослав устало откинулся на подушку.
«И опять поспешил. Стоило подождать, пока полностью освобожусь от других обязательств и только потом заняться Сереньким. Но тогда пришлось бы отложить встречу с Малиной. Вот и результат. Надеюсь, что Юда справится…»
С этими мыслями он вновь уснул.
На следующий день Мирослав проснулся довольно рано. Он провёл утреннюю тренировку и с удивлением обнаружил, что находится очень близко к получению пятого хвоста. Не настолько, чтобы это случилось в ближайшие четыре дня и повлияло на турнир, но в течение пары недель точно.
«Нет худа без добра. Сначала та борьба с духом, теперь это. Чем сильнее доводишь себя до предела, тем лучше результаты. Хотя я предпочёл бы так не рисковать…»
Он привёл себя в порядок и отправился на поиски того, кто ему помог. Благо, когда сознание прояснилось, богатырь вспомнил, чей голос слышал. Это был Горазд, с которым он сражался в клубе бойцов Твердыни. Мирослав нашёл того в одном из тренировочных залов, отрабатывающим работу с копьём.
— Надо же, уже пришёл в себя? Мастерство Снежаны Львовны определённо не перехваливают, — сказал юноша, завидев его.
— Да, чувствую себя отлично, — кивнул богатырь.
— Это радует. Было бы крайне обидно так и не сразиться командами, — юноша опёрся на копьё и улыбнулся.
— Ну это нам светит только, если доберёмся до финала, — улыбнулся Мирослав, — Мы ведь в противоположных группах турнирной сетки.
— Ты не веришь в свою команду или в мою? — с шутливым вызовом бросил ему Горазд.
— Я просто знаю, как хрупки бывают наши планы, сам видел ведь вчера, — хмыкнул Мирослав, — Кстати об этом — спасибо за помощь. Я перед тобой в долгу.
— Не стоит, так поступил бы любой порядочный человек. К тому же ты спас мою мать, а значит, это я перед тобой в долгу. Будем считать, что теперь мы в расчёте.
— Твою мать? — вздёрнул бровь Мирослав.
— Командующую Рагнеду… Прости, я забыл, что мы познакомились на арене и не представлялись по всем формальностям, да и не принято у нас таким кичиться.
Мирослав кивнул с пониманием.
— Ты на неё не особо похож, если не сказал бы, я и не догадался бы.
— Все так говорят. Я больше в отца пошёл, — юноша поставил тренировочное копьё на место и воздел сжатый кулак в воздух, — Как бы то ни было — репутацию собираюсь заработать свою собственную. Никому не уступлю в этом турнире!
— Достойный настрой, — кивнул Мирослав, — Когда столкнёшься с подгоренцами, это будет особенно важно. Выложись на полную, чтобы мы могли вновь померяться силой.
— Смотри, сам раньше не проиграй! — усмехнулся Горазд.
— Этого я точно не допущу! — кивнул юноша.
«Для меня эта победа слишком важна.»
Ещё немного поболтав, они разошлись, а после Мирослав отправился к своим товарищам, которые тут же накинулись на него, требуя рассказать подробности о случившемся. После обсуждения произошедшего с ним они наконец смогли перейти к тому, что его интересовало. Вчерашний бой.
— Когда мы поняли, что на тебя напали, то подумали на имперцев, — сказал Ратибор, — Но их капитан настоял на том, чтобы уравнять шансы, и отослал одного из своих бойцов.
— Это я знаю, — кивнул Мирослав, — Наставник уже говорил.
— Я как ворвался в их строй и давай саблей махать! — тут же встрял Брячислав, — Раз, два и половину команды раскидал! Ну а там и остальные поучаствовали и добили оставшихся.
— Хвастун! — тут же возмутилась Голуба, — Да тебя чуть не окружили. Если бы не я, то там бы первую смерть и познал.
— Нет, ну ты, конечно, молодец, — тут же слегка сбавил обороты юноша, — Я и не говорю, что прямо один всех победил. Но хаос знатный посеял!
— Это уже больше похоже на правду, — смягчилась девушка.
— Значит, они, как и мы, полагались на агрессию, но вы смогли их на этом поле переиграть? — резюмировал Мирослав.
— Где-то так, — кивнул Ратибор, — К тому же Голуба смогла вызнать об их фамильных техниках, а Бряч про умения, так что мы были готовы ко всему, что те могли нам противопоставить.
— Слуги у них такие напыщенные, что там и усилий прикладывать не пришлось. Только и делали, что хвалились силой своих господ, — сказал Бряч, — Это всё пустяки! Вот что я в бою творить могу! Ух! Я вам в следующем бою покажу, что могу не хуже Дарёна по несколько врагов за раз побеждать!
— Опять бахвалиться пошёл. Я смотрю, у тебя уверенности поприбавилось? — спросила Голуба.
— Конечно! С каждым боем понимаю, какие мы сильные, и действительно в победу начал верить!
— Главное — сохраняй холодный рассудок на поле боя, — сказал Мирослав, — Дальше будет становиться только сложнее.
Но судя по счастливому лицу Брячислава, тот был слишком погружён в свои фантазии о грядущих победах, чтобы совет нашёл место в его голове.
Настало время очередной битвы. На этот раз с командой Первого Княжества. Мстивойцы ещё не сражались, поскольку их команда пропускала первые два боя, как и столичная имперская, а также команды Твердыни и Китежа, но кое-что Голубе и Брячиславу, взявшим на себя роль «разведчиков» удалось разузнать.
Фамильная техника князя Соколова под названием «Родовая Крепость» позволяла соединять союзников и, пока они держатся вместе, увеличивать силу их защитных умений. Причём эффект улучшался, если несколько членов отряда владели техникой, и ещё сильнее, если они являлись родственниками. Так что можно было ожидать изобилия защитных умений и стратегии ведения боя от обороны.
Зубры собрались в комнате подготовки, в последний раз проговаривая план. В этот раз было решено выкладываться на полную, ведь именно команды Первого Княжества и столичная имперская чаще всех одерживали победы в прошлых турнирах. Сдерживаться и скрывать свои возможности было непозволительной роскошью.
— Чем дольше будет затягиваться бой, тем сильнее это на руку им и тем хуже для нас. Так что нужно как можно быстрее победить, не дав им полностью выстроить свою оборону, — сказал Ратибор.
Мирослав кивнул.
— Настало время туманной смеси. Начинаем бой и, пользуясь ограничением видимости, выбиваем наиболее уязвимые цели. Если что-то пойдёт не так — перегруппировываемся и переходим к удару огненным вихрем. Остальное — по ситуации.
— Сделаем это! Всех победим! — воздел кулак вверх Брячислав.
— Всех победим! — поддержали остальные.

----------

Глава 21 Несокрушимые

— Сегодняшний день обещает быть жарким! В игру входят лучшие из лучших и битвы обещают быть особенно яростными! Первый бой дня — Бориславские Зубры против Несокрушимых!
Все пятеро — крепкие поляне с русыми волосами и карими глазами. Одинаковые угловатые черты лица также выдавали в них родственников. Особенно крупным и крепким был их капитан, на полголовы возвышаясь над и без того рослыми юношами-близнецами. Девушки отличались между собой сильнее. Одна высокая и плечистая, другая более гибкая и изящная. Все одеты в традиционные для Мстивойского княжества алые расшитые рубахи и синие штаны.
Мирослав присмотрелся к позиционированию противников, оценивая роли в команде.
«Трое парней — Молчан, Радимир и Ладислав, очевидно их основная грубая сила и защита. Девушки, скорее всего, оказывают поддержку и ведут дальний бой. Дарина выглядит покрепче, а вот Забава определённо не такой сильный боец, как остальные. Мстивойское княжество очень крепко держится за древние традиции, так что я почти полностью уверен в том, что всё будет именно так. Значит, первыми бить нужно именно по этим двоим.»
— Те, что позади — наши первые цели, — сказал Ратибор.
Мирослав удовлетворённо кивнул. Княжич сделал верные выводы.
— Три. Два. Один. Битва!
Все пятеро выпили «Эликсир Потентности Живы», четверо употребили «Ясный Взор», а после метнули склянки с туманной смесью в противников. Успешно. Плотные серые облака расстелились по земле, скрывая противников от взглядов зрителей, но не от Зубров.
— Ооооой, да лааааднооо! Опять? — донеслось с трибун сразу с нескольких направлений.
Пятёрка бориславцев ринулась в наступление. Очертания противников же быстро собрались в одном месте, что было логично в такой ситуации, а вот потом произошло неожиданное. Они вдруг взмыли вверх. Судя по сияющему столпу живы, видимому сквозь туман благодаря технике взора и эликсиру, они использовали какую-то технику или умение, создавшее для них возвышение.
— Переходим ко второму плану! — тут же скомандовал Ратибор.
— Погоди, — остановил его Мирослав, — Судя по всему, это некая конструкция, которая вполне может принять на себя удар твоего вихря и ослабить его эффективность. Отменяем скоростной прорыв.
— Хм… Ладно, если ты в этом уверен, тогда действуем по обстоятельствам.
В пол неподалёку с огромной силой вонзился арбалетный болт, повредив плитку. В другое место ударило копьё и ещё одно точно такое же. Спустя мгновение копья устремились обратно.
«Близнецы, видимо, и умениями одинаковыми обладают. Примечательно.»
— Из плюсов — они нас пока не видят, — тут же сказала Всемила.
— У меня есть одна идея, чтобы проверить, что это за возвышение такое.
Мирослав дождался, пока копья вновь ударят в пол, ухватился за них и использовал свою улучшенную технику пляски, делающую тело очень лёгким. Копья начали возвращаться к хозяевам, захватив с собой незваного гостя. Стоило Мирославу оказаться над туманным облаком, как он смог разглядеть происходящее получше.
«Несокрушимые» расположились на этакой деревянной башенке. Как он и думал — юноши оказались облачены в доспехи, а копья принадлежали близнецам. Капитан, сжимая меч, бездействовал, но Мирослав видел, как от него медленно расползается аура, явно влияющая на союзников. Быстрее всего среагировала на его появление Дарина. Она резко навела на него тяжёлый арбалет, установленный на треножник, и выстрелила с упреждением по траектории его движения. Юноша тут же отменил технику и, став тяжелее, рухнул обратно в туман. Приземлившись, он сразу же отпрыгнул прочь и не зря. Следующий болт впился в пол туда, где он только что стоял.
Мирослав вернулся к союзникам и принялся делиться информацией. Тем временем сияющая живой область расширилась.
— Они тут что, фортификацию возвести намерены? — удивлённо воскликнул Брячислав.
— Очень на то похоже, — ответил Мирослав.
— Тогда тем более стоит обрушить на них вихрь, — сказал Ратибор, — Спалим их вместе с башней, да и всё.
— Или они просто спустятся, а вся израсходованная тобой сила будет потрачена впустую, — покачал головой Мирослав, — К тому же мы не знаем насколько эта конструкция приближена к настоящим крепостям.
— А какая разница? — спросил Ратибор.
— Ты что не знаешь, как устроены внешние стены города, которым собираешься править? — хмыкнула Голуба.
— Это вообще к чему сейчас?
Сразу после вопроса княжич был вынужден уклоняться от копья, прилетевшего в его сторону. «Зубры» сменили расположение, чтобы снизить шансы попасть под случайный обстрел и продолжили обсуждение.
— Их пропитывают специальным алхимическим составом, который сильно снижает воспламеняемость древесины, — пояснила Голуба.
— Тогда почему дома им не пропитывают? — спросил Ратибор.
— Пропитывают, но это дорого. Так что не везде.
— Ты-то вообще откуда столько об этом знаешь?
— Читала как-то. Странно, что ты не знаешь.
— Сейчас на это нет времени, — вклинился Мирослав, — Туман держится не так уж и долго. Нужно составить новый план, пока враги не могут нас видеть.
— У меня нет хороших идей, — признался Ратибор.
— Ничего. Зато есть у меня. Отвлечение внимания и удар с воздуха.
Мирослав указал в сторону башни.
— Ратибор, Всемила — атакуете их дальнобойными атаками. Бряч — защищаешь их. Остальное на нас с Голубой.
Туман начал рассеиваться, и они приступили к выполнению плана.
— Прячь нас в тёмное облако.
Голуба тут же выполнила указание.
— Но тут куда меньше пространства и уклоняться сложнее, долго не продержимся если на нас обрушат обстрел
— Нам и не надо. Копируй моё второе умение. Мы утащим их поддержку прочь с воздуха. Ради крыльев мне придётся отказаться от кнута, так что только ты сможешь это скомпенсировать.
— Хорошо, — кивнула девушка, — Я готова.
Мирослав применил слияние и подхватил её под руки. Благодаря технике «пляски» он был достаточно лёгким, чтобы вес Голубы не мешал ему лететь и делать это достаточно быстро. Он взмыл ввысь, и они тут же спикировали на защитников. Дарина-стрелок, резко повернула арбалет и попыталась сбить их. Мирослав ушёл от атаки, а Голуба захлестнула Забаву, которая, судя по всему, и отвечала за возведение форта. Но не тут-то было. Молчан тут же среагировал и разрубил кнут. Мирослав и Голуба зашли на второй круг. И пока враги сосредоточились на них — Всемила воспользовалась своими лозами, чтобы стащить Забаву. Без защиты союзников она оказалась лёгкой мишенью и сразу выбыла
«Первый противник готов.»
Они с Голубой приземлились и воссоединились с союзниками.
— Держать себя в руках! — скомандовал тем временем Молчан, — Действуем по плану!
Созданный умением Забавы форт начал рассыпаться, и мстивойцы вынуждены были спуститься на землю, продолжая при этом удерживать построение.
— Теперь можно начать полноценное наступление, — сказал Ратибор, — Нужно избавиться от стрелка, больно уж она резво начинает атаковать при нашем приближении.
— Они тоже ждать не собираются, — сказал Мирослав, — Гляди-ка!
Близнецы выставили щиты и пошли вперёд. Княжич за ними, а следом Дарина, забросив свой тяжеленный арбалет ему на плечо. Она принялась стрелять на ходу, а Радимир и Ладислав вернулись к метанию копий. Зубры бросились врассыпную.
— План-капкан! — тут же скомандовал Ратибор.
Голуба накрыла врагов облаком тьмы, и они с Брячиславом рванули туда. Мирослав взмыл в воздух и спикировал вниз, обрушившись на позицию стрелка. Тем временем Ратибор и Всемила начали готовить свою атаку.
Стоило Мирославу приблизиться к Дарине, как она тут же рванула свой арбалет в его сторону и выстрелила, словно бы и не была в облаке тьмы. Юноша уклонился и попытался схватить её, но перед ним тут же встал Молчан и обрушил мощный удар булавы в его сторону. Однако контратаку пропустил. Стальные перья скользнули по доспеху, оставив глубокие царапины.
«Он не видит меня, но чувствует угрозу для союзников. Какая занятная техника.»
Мирослав вновь взмыл в воздух и обрушил на противников град перьев, после чего приземлился и подхватил несколько, используя как кинжалы. Он защитил своё тело третьим умением и принялся порхать вокруг Молчана и Дарины, обрушивая множество ударов, периодически подхватывая ещё перья и метая в них. Те отвечали атаками в его направлении, но из-за отсутствия видимости точность хромала. Зато удары Мирослава не раз попадали в уязвимые места доспеха княжича, нанося пусть и не смертельные, но серьёзные ранения. Но с задачей защитить союзницу тот справился.
«Пока всё идёт гладко. Но это явно не всё, на что они способны. Нужно поскорее добраться до Дарины, чтобы ослабить их защитную технику ещё сильнее.»
Вдруг после очередного удара по княжичу Мирослав услышал потрескивание вокруг себя, инстинктивно применил укрепление, и в него тут же ударила молния. Далеко не такая мощная, как у громовницы, но тоже на мгновение его оглушившая и проигнорировавшая защиту от укрепления. Этого хватило, чтобы Молчан приложил оппонента булавой по голове, а в грудь Мирославу впился тяжёлый арбалетный болт. Если бы не прочность чешуи от третьего умения и укрепление, то уж это точно вывело бы его из строя.
Юношу отбросило из тёмного облака, которое спустя мгновение развеялось. Мирослав смог увидеть, как Брячислав выталкивает Голубу из-под удара, и на него обрушивается две волны силы из щитов. Оглушённый, он не смог защититься и оказался пронзён копьями.
— Сад Шипов!
Всемила применила слияние, из пола тут же возникло множество лоз, связавших противников, а Ратибор спустил с ладоней пламенный вихрь, который устремился к ним, стремительно разрастаясь по пути. Огонь скрыл «Несокрушимых», но Мирослав видел с помощью живы, что все четверо ещё там, сначала неподвижные, но после сгруппировались, встав плотно друг к другу.
«Если я правильно понял, то они атакуют в ответ, что молния, что те щиты, всё появилось лишь после того, как их хорошенько поколотили. Значит, сейчас они рассчитывают перетерпеть и ударить в ответ накопленной силой? А это уже погано. Ратибор не может двигаться, и враги знают где он.»
Мирослав ринулся к товарищам.
— В стороны! — крикнул он Голубе и Всемиле, а сам выхватил котёл.
Как он и ожидал, спустя какое-то время возникло яркое мерцание живы, и поток мощи устремился в сторону Ратибора. Мирослав увеличил котёл и упёрся в пол, но даже так его начало оттеснять. Он попытался поглотить и перенаправить всю эту силу, но атака была слишком мощной и продолжительной. Котёл покрылся трещинами, грозясь разлететься на кусочки.
«Близнецы, похоже, способны объединять силы для этого защитного умения…»
Заметив, что товарищу приходится тяжко, Всемила призвала «полешку» и тот прыгнул под удар. Он держался что есть мочи. Девушка вкладывала в него все силы, но даже так этого не хватило. Однако Мирослав успел преобразить то, что уже попало в котёл и направить обратно. Два потока столкнулись и после недолгого противостояния взорвались, отбросив юношу прочь. Он сбил собой Ратибора и вихрь иссяк. Но и «Несокрушимым» это даром не прошло. Взрыв разбросал их в стороны, доспехи оказались повреждены этим и пламенем, а особенно сильно досталось Дарине. Та достала из кошеля какой-то флакон, но Голуба применила слияние и чёрной тенью метнулась к ней, а после ударом когтей превратила его в кучку осколков. Её теневой доспех скрывал лицо, но по тому, с какой силой она принялась рвать вражеского стрелка, было видно, что она в гневе.
Благодаря технике рода и умению капитана Дарина продержалась куда дольше, чем можно было ожидать, особенно в сравнении с Забавой. Но всё же пала прежде, чем союзники успели её защитить. Все трое кинулись на Голубу, но вскоре Мирослав и Ратибор рванули ей на выручку, не позволив им задавить девушку числом. Всемила же осела на землю, переводя дух. Она отдала слишком много сил своему защитнику и пока не могла помочь.
«Энергия четвёртого хвоста истощилась после того залпа. Досадно, теперь защищаться от тех молний нечем…»
Голубе и Ратибору достались близнецы. Мирослав же вновь столкнулся с капитаном.
— Какие ещё фокусы у тебя припрятаны? — спросил тот, поигрывая булавой, — Покажи всё, на что способен, и проиграй осознав наше превосходство!
— Это мы ещё посмотрим, — хмыкнул Мирослав и ринулся в атаку.
Он принялся бить по уже существующим ранам, понимая, что это эффективнее, чем пробиваться кулаками через доспех. Подобное куда быстрее зарядило умение Молчана, карающее тех, кто его атакует. Знакомый треск воздуха ознаменовал мгновения перед тем, как на юношу обрушится громовое возмездие. Но на этот раз Мирослав уже был готов. Он отозвал облачение кузнеца и под действием техники пляски куда быстрее, чем ожидал противник, сократил дистанцию и схватился за него. Молния ударила богатырю в спину, болезненно пробежав по телу, но и Молчан получил своё. Более того, он оказался оглушён дольше, так что Мирослав успел выхватить его булаву и от души шарахнуть противника по шлему. Однако следующий удар не состоялся.
— Покров Предков! — прохрипел Молчан.
Его умение развеялось, а самого княжича скрыл сияющий купол.
«Не лучший вариант защитного слияния. Но для меня это плюс. Смогу помочь товарищам.»
Мирослав вновь применил облачение кузнеца и, хорошенько разогнавшись, влетел в одного из близнецов. Они повалились на землю. Противник выронил оружие и щит, началась борьба. Тот справлялся неплохо, но Мирослав владел приёмами безоружного боя куда лучше и в итоге взял его в захват. Когда это произошло, Голуба улучила момент и всадила когтистую ладонь прямо под шлем противника. Спустя мгновение её слияние развеялось, а поток силы из щита второго близнеца сбил девушку с ног. Мирослав сбросил с себя поверженного противника и выпрямился.
— Ладислав! Брат мой, я отомщу! — рявкнул Радимир и понёсся на него, словно таран.
Мирослав заметил, что Ратибор ранен, и Всемила уже подобралась к нему, чтобы помочь. Так что то, что противник выбрал именно его, было им на руку.
— Правильно, сражайся, пока твой предводитель прячется! — ехидно сказал юноша, чтобы ещё сильнее раззадорить оппонента.
Радимир стал куда стремительнее, чем был раньше, словно бы брат передал ему остаток своих сил. Он колол копьём с неистовой скоростью, которая смогла бы удивить любого, кроме Мирослава. Юноша всё ещё поспевал за противником, уклоняясь и выжидая момента. Но не для атаки. Он активно заманивал оппонента в нужное ему место. И когда сияние, скрывавшее Молчана, исчезло, юноша резко отпрыгнул, подставив под удар вражеского капитана. Когда копьё Радимира вонзилось в грудь Молчана, тот замер, с неверием глядя на княжича. Развеяв доспех он защитил себя слиянием умений, но теперь оказался беззащитен перед собственным союзником. Мирослав же воспользовался моментом, чтобы нырнуть за спину противника и взял Радимира в удушающий захват.
Когда тот исчез в сиянии, знаменующем его поражение, Мирослав огляделся. Голуба, Всемила и Ратибор всё ещё были на поле боя. Они потеряли только Брячислава. Но были очень близки к тому, чтобы лишиться ещё двоих участников. Юноша тяжело вздохнул.
«Чем дальше, тем сложнее…»
Брячислава в комнате подготовки не оказалось.
— Наставник, а где… — спросил Мирослав.
Тот ответил на полуслове.
— Ушёл. Сказал, что ему надо побыть одному.
— Похоже, расстроился из-за гибели. Говорят, впечатления не из приятных, — сказала Всемила.
— Пойду поищу его, — сказал Мирослав.
— Он же говорил, что хочет побыть один, — возразила Голуба, — Не думаешь, что стоит ему это позволить?
— Иногда люди думают, что хотят побыть в одиночестве, когда на самом деле им нужна поддержка.
«К тому же если оставить его без присмотра, мало ли что он надумает. Нельзя позволить ему скатиться в пучину негативных мыслей и не явиться на завтрашний бой.»
Мирослав побродил по местам, которые нравились Брячиславу. Но того нигде не было. Напоследок юноша решил проверить крышу постоялого двора, где они остановились. Товарищ оказался там. Он сидел на краю и пустым взглядом смотрел на бродящих внизу людей.
— Бряч, ты как? — спросил Мирослав.
— Я не пойду на завтрашний бой, — ответил тот.

----------

Глава 22 Путь воли

Мирослав нахмурился и сел рядом.
— Вообще-то, я пришёл узнать как ты.
— Мы оба знаем, что это не так, — буркнул Брячислав, — Тебе нужна победа на турнире. Нужно, чтобы мы продолжали.
— Верно. Но это сейчас не главное. Расскажи мне, что тебя так потрясло.
— Странно, что ты этого не понимаешь, сам ведь умер тогда на арене. Остальные внимания не обратили, но я заметил. Ты не успел сдаться.
— Это правда. Значит, что дело в касании смерти, которое ты ощутил на своей коже? — спросил Мирослав.
— Конечно! — вскочил юноша, — Ещё бы! Пусть и на краткое мгновение я умер! И мне страшно! Я больше не хочу подобного ощутить!
— Понимаю, — кивнул юноша.
«Я тоже не хочу умирать. Мне и в первый-то раз не понравилось. Но жить в страхе? Не богатырское это дело. Хотя, справедливости ради, судьба эта не для всех. В былые времена Брячу и не пришлось бы становиться воином, но с тех пор всё с ног на голову перевернулось.»
— Да чёрта с два ты понимаешь! Я вообще не представляю, что способно тебя пронять! Но я-то не такой! — Брячислав ударил себя кулаком в грудь, — Не такой…
— Верно, так и есть, — снова понимающе кивнул Мирослав, — Ты ведь и не хотел никогда богатырём быть. Из тех, что сражаются с монстрами. Ты хотел общаться с людьми, вызнавать их тайны, работать в сыске на тёплом местечке.
— Да! Разве это так плохо? — воскликнул юноша.
— Совсем нет, — Мирослав встал положил ему руку на плечо, — В нашем отряде вообще нет тех, кто тебя не понимал бы. Я алхимик и совсем не планирую работать в качестве охотника. Ратибор и Голуба будут править княжеством. Голуба пусть и станет добывать древние знания, но сражения с монстрами определённо не будут её приоритетом.
— Голуба что? — замер Брячислав.
— Ох… — Мирослав вздохнул, — Я забыл, что она не любит говорить о своей жизни с окружающими. Забудь.
— Но… Тебе она сказала! — возмутился Брячислав.
— Это была случайность.
— Ага, конечно… — пробормотал юноша, сложив руки на груди.
— Бряч, ты опять не о том думаешь, — покачал головой Мирослав, — Я пытаюсь донести, что это нормально бояться смерти и не хотеть рисковать. Так мыслят многие.
— Ты не боишься смерти, — тут же возразил Брячислав.
— Возможно. Но лишь потому, что преодолел этот страх. К тому же это не означает готовность умереть. Мало кто будет цепляться за выживание так же яростно, как я.
— А я боюсь! — Брячислав нервно впился пальцами в свой пояс, — Боюсь, что что-то пойдёт не так, и в следующий раз арена уже не вернёт меня!
— Такого не случалось ни разу в истории.
— Будто кто-то признался бы, если бы случилось.
— Справедливо, — кивнул Мирослав, — Давай посмотрим на это с другой стороны.
— С какой? — спросил Брячислав, снова сев.
— Почему ты в этом бою погиб? — Мирослав остался стоять, глядя на товарища сверху вниз.
— Потому что меня копьями проткнули, не очевидно? — буркнул юноша.
— Да, но как ты оказался в этом положении?
— Вытолкнул Голубу из-под удара.
— Зачем ты это сделал?
— Да в смысле зачем? — возмутился Брячислав, — Будто не ясно, что я хотел её защитить!
— Разве в тот момент ты не боялся смерти?
— Я не думал об этом.
— Именно! — торжествующе воздел палец вверх Мирослав, — Не думал, а действовал так, как считал правильным!
— Но теперь буду! — отвёл взгляд Брячислав.
— Верно, теперь, когда понимаешь цену своих поступков, ты больше не станешь рисковать, — кивнул Мирослав и сделал паузу, готовясь нанести финальный удар в этом словесном противостоянии, — Это ценный урок, который позволит тебе правильно построить свою жизнь. Завтра мы вылетим с турнира, и вы с Голубой навсегда расстанетесь. Потому что у вас разные пути. Твой в тепле и уюте, её в странствиях и приключениях.
— А вот ты на что теперь давишь… — потупился Брячислав, — Откуда тебе знать, может, я с ней отправлюсь?
— Чтобы в опасной ситуации испугаться и бросить её? — хмыкнул Мирослав, — Не думаю, что ей такой напарник будет нужен.
— Эй! — юноша вскочил и схватил товарища за отвороты кафтана, — Не смей так говорить!
— Если я не прав, то докажи это делом. Осталось всего два боя. В которых ты ничем не рискуешь, — невозмутимо продолжил Мирослав, — Если ты не способен даже с этим справиться, то искренне веришь в то, что тебе есть место рядом с Голубой?
— Я… Я…
Мирослав мягко высвободился из хватки товарища.
— Подумай о том, кто ты есть и кем хочешь быть. Любой выбор резонный, но у каждого есть своя цена.
Юноша ушёл с крыши. Спускаясь по лестнице, он почувствовал небольшой укол вины за то, сколь циничным вышел избранный им метод достижения успеха. Но возиться с юношескими страданиями ему некогда, а турнир слишком важен, чтобы спускать товарищу подобные капризы. Это был единственный эффективный путь. По крайней мере, сам он себя в этом убедил.
Мирослав наконец закончил работу над экстренной мерой, которую начал продумывать ещё несколько дней назад, и собрал товарищей, чтобы их подготовить. Брячислав так и не пришёл, к тому же в свою комнату он не возвращался. Но юноша был уверен, что, в конце концов, тот всё же примет правильное решение.
— Тебе как такое вообще в голову пришло? — спросил наставник, выслушав его план.
— Да знаете, понемногу отовсюду нахватался, и вдохновение пришло.
— Это очень вовремя, — сказала Голуба, — Я разузнала об «Элите» — нам придётся, ох как нелегко. Их наставлял имперский девятихвостый. У них лучшие техники Империи и каждый прославился десятками подвигов. Талантливейшие бойцы за последние несколько поколений.
— Выходит, что они привыкли к постоянным победам и, скорее всего, будут действовать довольно агрессивно и прямолинейно, — сказал Мирослав, — Мой метод определённо поможет нам справиться с таким натиском, а когда выдастся момент — постараемся переломить ход боя. Давайте-ка ещё раз опишу, что надо делать, и попробуем на практике…
На следующий день в зале для важных гостей Мирослав сидел на диванчике, задумчиво глядя в стену.
— Ну что же. Не сомневалась, что этот день настанет, — сказала подошедшая к нему Снежана Львовна, — Сегодня твоя команда сойдётся с «Элитой».
— А столичная имперская не стеснялась в выборе названия, — усмехнулся юноша.
— Это уже традиция, — улыбнулась та, присев рядом, — Так вот, я бы хотела тебя кое о чём попросить.
— Слушаю.
— В «Элите» моя племянница и я была бы благодарна, если бы ты ни в коем случае не проявлял к ней жалости.
Мирослав удивлённо вздёрнул бровь.
— Неожиданная просьба. Скажу откровенно, я ожидал прямо противоположного.
— Тут всё просто. Она второй владелец великой техники исцеления в государстве, да ещё и куда более одарённый, чем я в её время, — пояснила Снежана, — В сочетании с могучей богатырской силой — получается опасное сочетание. Великая княгиня Маргарита Виссарионовна твёрдо убеждена в своей неуязвимости. Я же считаю, что это может однажды её погубить.
По её лицу было явно видно, что её эта перспектива сильно тревожит.
— Поэтому я должен её прикончить на арене, чтобы в безопасных условиях слегка протрезвить? — улыбнулся Мирослав.
— Конечно же, я предпочту победу нашей команды, но если вдруг до этого дойдёт — да.
А вот эти слова целительница произнесла так, что юноша сразу понял — успел «Элиты» её не особо заботит.
— Это я могу пообещать, — кивнул он, — Сие полностью совпадает с моими планами. Так что при неблагоприятном для имперской команде исходе всё сложится именно так, как вы желаете.
Он заговорщицки подмигнул Снежане и перевёл тему.
— Кстати о «племяннице». Выходит, что вы замужем за одним из братьев императора?
— Да, за четвёртым Принцем Дома, Демьяном Галактионовичем.
— Как же так вышло, что никто об этом не упоминал при мне?
«Хотя я догадываюсь как, но всё же хотелось бы услышать факты.»
— Пообещай особо не болтать об этом, — понизив голос сказала Снежана Львовна.
— Конечно, — кивнул Мирослав и придвинулся слегка ближе, но так чтобы не нарушать приличия.
— Давным давно Демьян сильно повздорил с императором и был лишён права носить родовое имя. Это уже в прошлом и семья примирилась, но Виссарион Галактионович не отменяет своих решений. Поэтому Демьян принял моё родовое имя. Даже формально являясь членами имперского рода, наши потомки и их потомки тоже, все будут Морозовыми.
— Как строго, — задумчиво сказал Мирослав.
«Выходит, что всё же её авторитет зиждется не только на мастерстве целительницы, но и на близости к императорской семье. И вместе с тем никто об этом не смеет говорить. Повеяло былыми временами моего правления. Тайны, интриги, столкновения интересов. Не люблю я их.»
— Снежана Львовна, миленько болтаешь с врагами?
Говорящий подобрался к ним практически бесшумно, словно бы возникнув из воздуха. Это был высокий статный мужчина с тёмными вьющимися волосами ежевичного оттенка. Его рубиновые глаза лучились надменностью, а бледные губы вытянулись в тонкую нитку ухмылочки. Учитывая, что это был девятихвостый, его самодовольство было оправдано. Мирослав ощутил мощное давление, которое тот источал вокруг. Как тогда, когда будучи свежепробуждённым двухвостым разгневал ректора. Но куда интенсивнее. Имперец определённо наслаждался своей мощью и выпячивал её вполне намеренно. Но юноша лишь слегка сместился, чтобы сидеть было удобнее, и не подал виду, что заметил воздействие.
— Знакомься, Дарён, Первый Принц Дома, наставник «Элиты», девятихвостый и просто гордость всей Империи — Лаврентий Галактионович Поддубный, — представила его Снежана, хотя из её уст эти похвалы звучали слегка саркастично.
— Переводишь тему? — хищно осклабился тот.
— Проявляю вежливость, которой славится Империя, о чём в последнее время все почему-то принялись забывать, — невозмутимо ответила целительница.
Мирослав едва заметно усмехнулся, продолжая расслабленно попивать брусничную воду.
— Потому что вежливость для слабых, — пренебрежительно отмахнулся Лаврентий, — Сильные в такой ерунде не нуждаются.
— Как будет угодно господину девятихвостому, — со всё тем же едва скрытым ехидством ответила целительница.
— Ладно, о чём вы тут шепчетесь, не имеет значения. В любом случае мои ребятишки всех размажут.
— С удовольствием посмотрю на успехи нашей «Элиты», — кивнула Снежана, — Это ведь будет первый их бой на турнире. Ты одним своим присутствием запугал команду Степной Провинции, и они даже не рискнули попытаться дать им бой. Даже жалко их. Ребятишки ведь тоже старались.
— Не моя вина, что они почуяли силу и поджали хвосты, — последнее слово он произнёс с особой насмешкой, явно осознавая получившийся каламбур, — Знают своё место, что тоже полезное качество.
— Может и так. Ты, в общем-то, просто проявить вежливость решил? — целительница сделала явственное ударение на слове вежливость, — Или по делу подошёл?
— Ах да. Заболтала меня. Эй, мальчишка, — Лаврентий указал на Мирослава, — Слушай внимательно.
Они столкнулись взглядами. Юноша даже и не подумал отвести взор, продолжая поддерживать зрительный контакт с совершенно невозмутимым выражением лица. В глазах девятихвостого промелькнуло лёгкое удивление. Всё же, мало кто смел смотреть на него так прямо и спокойно, словно бы на равного.
— Чего изволите? — спросил Мирослав, всё так же сохраняя расслабленную позу.
— Не вздумайте сдаться или проиграть слишком быстро! — сказал Лаврентий строго.
— Хах, — юноша не сдержавшись выдал смешок, который можно было трактовать сильно по разному.
— Что, слишком многого требую от семикняжских слабаков? — девятихвостый понял его по своему.
— Мы победим, — твёрдо сказал Мирослав.
— Ахахахахаха, — Лаврентий зашёлся во вполне искреннем хохоте, а после посерьёзнел, вновь принявшись сверлить Мирослава взглядом, — Погоди… Ты что, реально думаешь победить? Это не шутка была?
— Если кто-то приходит на турнир с другим настроем, то ему здесь не место, — ответил юноша таким тоном, словно бы говорил что-то совершенно очевидное.
— Ты откуда такой наглый взялся? — в голосе Лаврентия смешались раздражение и удивление.
— Русалка родила, — пожал плечами Мирослав, — А вырос в деревеньке, о которой вы и не слыхали никогда.
— Безродный. Бездарный. Слабак. Но зато наглый. Терпеть таких не могу, — хмуро сказал девятихвостый, — Запомни, мальчишка, тебя твоя дерзость однажды погубит. Не все такие милостивые, как я.
— Смиренно принимаю мудрость поколений, — саркастично усмехнулся Мирослав и кивнул.
— Ты испытываешь судьбу! — рыкнул богатырь.
Фигура Лаврентия словно бы стала больше, а Мирослав ощутил как давление становится почти невыносимым. Однако это ощущение быстро схлынуло. Девятихвостый вернул себе самообладание и обернулся на голос, который юноша сразу узнал.
— Есть ли в этом мире что-то, что ты любишь больше, чем кичиться силой? — спросила его Рагнеда, положив ладонь на плечо.
Тот стряхнул её руку движением плеча и скривился.
— А есть что-то, что ты любишь больше, чем нянчить слабаков?
— Да. Мешать тебе радоваться жизни, — ехидно усмехнулась командующая.
— На драку нарываешься? Так я всегда за! — Лаврентий хрустнул пальцами, словно бы готовясь схватиться прямо здесь и сейчас.
— Мне твои детские шалости не интересны, — отмахнулась Рагнеда, — Но если решишь навредить Дарёну, я тебя прикончу.
— Ооо, это вызов? — воодушевился имперец, — Может, мне прямо сейчас ему ноги переломать?
— Господа, я попрошу вас успокоиться, — сказала Снежана Львовна строгим назидательным тоном, — Давайте всё же уважать правила города, который нас принимает своими гостями.
Лаврентий уставился на неё недовольным взглядом, помолчал пару мгновений и обиженно проворчал:
— Ой да тьфу на тебя, всё настроение испортила… Но ты Рагнеда помни, я всегда готов к поединку! В любом месте в любое время!
После этого он быстро ушёл. Мирослав облегчёно выдохнул.
— Я представлял себе его более…
— Достойным? Воспитанным? Сдержанным? — усмехнулась Рагнеда, — Все его таким считают, пока рот не откроет.
— Вы всё же несправедливы к Лаврентию Галактионовичу. Он скор на слова и всегда жаждет вызова, но на деле обижать слабых не станет, — вмешалась Снежана, — Так что можешь по этому поводу не беспокоиться, Дарён.
— Доверюсь вашему суждению, Снежана Львовна, — сказал Мирослав, — И благодарю за поддержку, Рагнеда.
— Теперь ты просто обязан победить, чтобы утереть ему нос, — ответила та, — Да и мой мальчонка жаждет сразиться с тобой в финале. Так что не подведи!
«Да, точно, ведь её сын тоже участвует в турнире. Будет любопытно поглядеть на что он способен.»
— Сделаю всё, что от меня зависит.
«Жаль только, что всё до сих пор висит на волоске из-за Брячислава. Но я должен верить в него. И в себя. Мои слова должны были на него повлиять. Непременно…»
По пути к комнате подготовки его перехватил молодой имперец. Он встал поперёк пути и указал на Мирослава пальцем вытянутой в его сторону правой руки.
— Ты, немедля верни шлем!
— А ты, юный грубиян, судя по всему, Грозозов Волнославович?
— Он самый. И законный наследник фамильного шлема рода Волнокрутовых! — тот сделал паузу, — Стоп. Чего это я грубиян? И кто бы говорил про юность! Я тебя года на три старше!
— Потому что ведёшь себя, подобно разбойнику лесному, — пожал плечами Мирослав, — Как тебя ещё называть?
— Верни шлем!
— Я выиграл его в честном пари, который твой отец мне навязал, — ответил юноша, — Неужели меня обманули, и слово вашего рода ничего не стоит!
Юноша нахмурился и стиснул кулаки.
— Тыыы! — он набрал в лёгкие воздуха, чтобы что-то выкрикнуть, но вдруг выдохнул и кивнул, — Ладно. Дядя Илья предупреждал, что ты его не хочешь отдавать или даже продавать. Тогда как насчёт пари? Сразимся за него!
— Не хочу.
— Что, испугался? Понимаешь нашу разницу в силе?
— Просто не хочу. Не интересно мне, а теперь хватит тратить моё время, меня уже ждут.
Грозозов сделал шаг вперёд и ухватил его за плечо.
— Тогда тебе придётся…
Он не успел закончить фразу, Мирослав швырнул его через себя, хорошенько приложив о каменный пол.
— Я. Не. Буду. С. Тобой. Заключать. Пари, — сказал он, проговаривая каждое слово отдельно, — Отвяжись.
И ушёл прежде, чем Грозозов успел опомниться.
Зубры собрались в комнате подготовки. Все, кроме Брячислава.
— И где его носит? — спросила Голуба, — Дарён, ты ведь с ним говорил вчера. Что случилось?
— Я думаю, что он сам расскажет, если захочет, — ответил Мирослав.
— Так он даже не пришёл! Осталось всего пять минут!
«Он придёт. Должен прийти…»
— Поищу его ещё раз, — сказал наставник, — Может, что-то случилось. Вдруг он в беду попал!
— Если он прямо сейчас не идёт сюда, то уже не успеете, — покачал головой Ратибор, — Нам остаётся только верить в него.
— Разгильдяй безответственный, — нахмурилась Голуба.
— Возможно, мы недооценили то, как гибель на арене его шокировала, — сказала Всемила, — Можно понять. Хотя стоило бы предупредить о своём решении…
Дверь комнаты распахнулась и в неё торопливым шагом влетел Брячислав.
— Где тебя носило? — тут же спросила Голуба.
— Я думал, — потупившись пробормотал он.
— О чём? — настойчиво уточнила девушка.
— О многом… — Бряч сделал паузу и продолжил, — О жизни и смерти. О победах и поражениях. О прошлом и будущем.
— Бряч! — нахмурилась девушка.
Ратибор положил ей ладонь на плечо прежде чем, она успела продолжить.
— Пусть закончит мысль. Ему явно важно высказаться.
— Дарён помог мне понять, что есть вещи, которые важнее собственной безопасности. Что если я хочу прожить жизнь, а не просуществовать её, то должен научиться смотреть в глаза собственному страху. Исполнять свой долг. Так что я решил, что не стану отступать и продолжу сражаться с вами плечом к плечу до самой победы! Не отступлю и не уйду!
— Погоди, ты что собирался нас бросить? — вздёрнула брови Голуба.
— Ты что не рассказал им? — спросил Брячислав.
— Зачем? Я не хотел, чтобы ты чувствовал себя неловко, — ответил Мирослав.
— Тогда зачем я это всё вывалил? — схватился за голову юноша, — Стыдоба какая!
— Зубры, готовьтесь к бою. Осталась минута, — встряла в их воссоединение Ярина.
Голуба вздохнула и улыбнулась
— Да уж. Это так на тебя похоже, — она сделала паузу и добавила, — Рада, что по итогу ты с нами.

----------

Глава 23 Элита

Мирослав достал из кошеля оберег и протянул Брячеславу.
— Сразу как окажемся на арене, делай вот что…
— Чем дальше, тем интереснее! «Бориславские Зубры», которые пробивались к топ-четыре кровью и потом, столкнутся с «Элитой», ещё не сразившейся ни в одной битве, но состоящей из прославленных молодых воинов и воительниц, имена которых гремят на всю Империю. Первый бой полуфинала начинается!
Столичная команда состояла из четырёх юношей и одной девушки. Но именно Маргарита была капитаном и, судя по телосложению, довольно сильным бойцом. Её товарищи Грозозов, Руслан, Савелий и Мартын, стояли чуть позади, выстроившись в прямую линию.
Зубры встали в круг, достали из кошелей обереги и потянулись хвостами друг к другу, соприкасаясь кончиками и формируя тем самым круг. Мирослав быстро пробормотал ритуальные слова и пропустил живу сквозь оберег.
— Эй-эй, куда так спешите? — тут же заговорила Маргарита Виссарионовна, — Давайте сначала поболтаем.
— О чём нам говорить? — спросил Ратибор.
— Мои ребятки боятся, что бой закончится слишком быстро, и мы не сможем хорошо поразвлечься. Так что как насчёт того, чтобы вместо скучной командной битвы устроить серию поединков? Померяемся индивидуальной воинской удалью.
«Какой наставник, такие и ученики. Она явно не имеет ни капли сомнения в своей победе.»
— Правила такое разрешают?
— Что не запрещено, то разрешено, — усмехнулась Маргарита.
— Просто разделимся на пары и сразимся? — спросил княжич.
— Слишком хаотично и совсем не зрелищно. У меня есть идея получше. В Багрянограде в последнее время популярны турниры-лесенки, — ответила девушка, — Один боец выходит и поочерёдно бьётся со всеми желающими, пока не проиграет. Тогда тот, кто его одолел, становится следующим и всё продолжается. Обычно побеждает тот, кто выстоял больше схваток. В нашем же случае — в чьей команде останется последний боец.
«Кажется, я знаю, что у неё на уме. Если один из их бойцов победит всю нашу команду в последовательных боях, то они продемонстрируют куда большее превосходство, чем победив в обычном сражении. Да уж, показуха та ещё.»
— Что думаете, ребята? — спросил Ратибор.
— Мы готовились к тому, чтобы быть способными сражаться в одиночку, — сказала Всемила, — Это хорошее испытание сил.
— Но с другой стороны — ненужный риск, — сказала Голуба, — Командная работа позволяет нам перекрывать слабости друг друга. В поединках это преимущество пропадёт.
— Я согласен с Голубой, — кивнул Брячислав, — Они по сути выбирают более удобные для себя условия. Зачем нам давать им такую возможность?
— Двое за и двое против. Дарён — решающий голос твой, — сказал Ратибор.
— Я не думаю, что причина такого предложения в том, что они слабы в командном бою, — сказал Мирослав, — Скорее уж, хотят, как можно сильнее выпятить своё превосходство. Ну а раз так, то я готов их осадить.
«И заодно их наставника.»
— Мы согласны, — резюмировал Ратибор.
— Чудесненько! — Маргарита хлопнула в ладоши и указала на одного из союзников, — Мартын — пойдёшь первым.
— Да, госпожа, — кивнул юноша.
Вперёд вышел среднего роста жилистый юноша с чёрными волосами и серебристыми глазами.
— Я пойду, — тут же сказал Мирослав.
— Уверен? — спросил Ратибор, — Я думал приберечь твою силу напоследок.
— Они рассчитывают победить без потерь. Я собираюсь сделать то же самое.
«Боюсь, что если кто-то из вас сегодня погибнет на арене, то история с Брячем может повториться. И совсем не факт, что в итоге всё разрешится благополучно. Я просто не могу позволить себе подобного риска.»
— Хорошо. Тогда вперёд!
Мирослав вышел в центр арены. Оппонент отвесил ему полупоклон. Богатырь ответил тем же.
— Приступим?
— Приступим.
Не произнеся ни слова, Мартын воплотил в руках пару изогнутых кинжалов, прикованных цепями к наручам на его запястьях.
Мирослав так же молча покрыл тело чешуёй от третьего умения, а его противник словно бы растворился в воздухе. Юноша тут же ударил ногой себе за спину, отбросив Мартына прочь.
— Некоторые бойцы слишком уж любят этот метод атаки. В последнее время я встречаю слишком много тебе подобных, — Мирослав широко улыбнулся, — Попробуешь что-то новое?
Мартын ринулся вперёд, нанося серию стремительных ударов своими клинками. Несмотря на то, что ни один не попал в цель, он продолжил напор, метнув в Мирослава один из кинжалов. Благодаря тому, что тот был на цепи, промах перетекал в последующую атаку. Выпад, попытка захлестнуть, рубящий удар цепью. Видя, что Мирослав лишь уклоняется, его противник использовал ещё одно умение, сотворив довольно большую паутину, которая, словно ловчая сеть, должна была накрыть его.
Мирослав отменил третье умение, резко ускорился и, перехватив брошенные в него ранее кинжалы, рванул Мартына на себя, затягивая под паутину. Прежде, чем тот успел отозвать оружие, юноша рассёк паутину над собой, сделав так, что она накроет лишь противника. Того окутал чёрный барьер и защитил от ловушки.
«В целом я уже понимаю на что он способен. Можно заканчивать.»
Стоило барьеру исчезнуть, как Мирослав приложил Мартына стальным кулаком в челюсть. Тот использовал укрепление, но удар всё ещё был ощутимым. Юноша вновь призвал кинжалы и попытался контратаковать, но под действием своей техники Мирослав неожиданно быстро нырнул ему за спину и взял в захват, пропустив руки под его и сцепив ладони в замок на затылке. Тот попытался воспользоваться барьером, но из-за плотного контакта от этого не было толку. А когда Мартын начал вырываться с помощью усиления, он лишь вывихнул себе плечи, лишив руки подвижности. Мирослав тут же перехватил его шею в захват и придушил, преодолевая укрепление своим усилением.
— Да уж, позорище, — закатила глаза Маргарита, — Переоценили мы тебя, Мартын.
— Ему просто не повезло с противником, — усмехнулся Мирослав, — Хотя это касается вас всех.
— Ах ты, наглец! — Маргарита было уже сама собиралась броситься в бой, но её остановил Грозозов.
— Госпожа, позвольте мне. Он не достоин чести быть сокрушённым вашими руками.
— Ха. Хорошую взбучку заслуживает любой. Но пусть так. Иди и покажи ему, что одна победа не даёт права так зазнаваться.
Грозозов вышел вперёд и формальности разводить не стал, сразу призвав меч, окутанный водными потоками.
— Повторяю своё предложение ещё раз так, чтобы слышали все, и ты не мог сбежать. Заключим пари. Если ты проиграешь — вернёшь мне наш родовой шлем, который мой папаша тебе проспорил.
«Не с руки мне ссориться с имперцами. Даже если он предложит что-то ценное, оно того не стоит.»
— Я тебе уже сказал, что мне твои желания не интересны. Приступим к поединку?
— Трус! Как смеешь ты так нагло пользоваться ошибкой моего отца? Строишь из себя крутого мечника, а сам боишься честного пари? Хотя чего ещё ждать от безродного ничтожества?
— Языком ты фехтуешь так себе, — ответил Мирослав, сохраняя спокойствие, — В бою настолько же плох? Может, всё же перестанем заставлять зрителей ждать зрелищ и проверим это?
— Не увиливай! Если не согласишься, то твоё имя будет опорочено на весь мир! У тебя нет выбора! — продолжил напирать Грозозов.
— Дарён Русалов коварно отказался выигрывать у великородного имперца очередное фамильное сокровище. Да. Уверен, все будут в ужасе от моего вероломства.
— Теперь ясно, почему весь мир считает бориславцев такими ничтожествами, — присоединился к разговору Руслан, — Слабаки и трусы. Оттого мы и земли ваши почти без боя получили. Целое княжество никчёмышей, поразительно, как вас только земля носит таких убогих.
Ратибор тут же вышел вперёд.
— Ну всё, моё терпение вышло, сейчас будем сражаться мы с этим — он указал на Руслана, — Плевать на планы! Никто не смеет оскорблять мой дом и мой народ!
«А вот это уже плохо… Когда он горячится, то перестаёт думать. Может и погибнуть, а там и остальные в бой кинутся.»
— Меня устраивает, — тут же ехидно осклабился Грозозов и сделал шаг назад.
— Стой! — тут же перекрыл товарищу путь Мирослав, — Я расквитаюсь с ними за нас всех. Не пори горячку!
— Нет-нет, мы уже договорились, — сказал Руслан, — Я его вызов принимаю.
— Я тоже не боюсь никого из них! — начал напирать Ратибор.
«Да чтоб тебя, дурак набитый!»
— Ратибор, пожалуйста, возьми себя в руки, — тем временем продолжил успокаивать его Мирослав, — Они этого и добиваются, вывести нас из себя и посеять хаос! Я зачем тебя технике холодного разума учил? Используй её! Думай перед тем, как действовать!
— Я подумал! О чести княжества! О нашем народе! Я его на куски порву за такие слова! — Ратибор остановился, но видно было, что он готов рвануть в бой.
«Проклятие. Как же я устал возиться с вашими капризами! Выбора нет. Я должен остановить этот балаган здесь и сейчас, чтобы всё продолжило идти по моему плану.»
— Грозозов, я согласен на твоё предложение о пари. Осталось только условия обговорить, и сразимся. Но только если мы продолжим серию поединков, как и было ранее оговорено.
— Вот так бы сразу! Руслан, дружище, не уступишь мне? — тут же расплылся в улыбке юноша.
— Почему бы и нет. Хотя не знаю, согласится ли их никчёмный княжонок, он вроде так пылал жаждой битвы, — саркастично процедил имперец.
Ратибор вновь попёр в его сторону. Мирослав ухватил его за плечи и встряхнул.
— Да очнись наконец, тебя провоцируют жалкими насмешками! Как ты собрался править если даже такой пустяк тебя из себя выводит? — рявкнул Мирослав, — Твоё дело работать головой, а мускулами найдётся кому поиграть! Будь лидером, который нужен княжеству!
Ратибор поначалу начал вырываться, но услышав последние слова он замер, мгновение прикрыл глаза, сделал глубокий вдох и кивнул.
— Хорошо. Я вверяю тебе задачу проучить их. Но не вздумай проиграть!
— И не подумаю, — кивнул Мирослав, после чего вернулся в центр арены к Грозозову.
«Я их так проучу, вовек не забудут!»
— Итак, когда я одержу победу, ты отдашь мне наш фамильный шлем.
— А если выиграю?
— Ты не сможешь.
— Тогда разве это пари, если у другой стороны нет выгоды участвовать?
— Хорошо. Если уж вопрос стоит так, то в случае твоей маловероятной победы я передам тебе сеть из глубинного серебра, которая способна временно обездвижить почти кого угодно не достигшего уровня девятихвостого.
«Уж прости, Илья, мне не оставили выбора.»
— В таком случае я принимаю твоё пари.
Грозозов тут же ринулся вперёд, а из завихрений, появившихся вокруг Мирослава, к нему тут же устремились толстые щупальца.
— Девять ударов Царя Изумрудного Моря! Сокрушающая бездна!
Меч Грозозова увеличился в размерах и обрушился на его противника.
«Хочет закончить всё одним ударом? Самоуверенный дурак. Тем лучше для меня.»
Мирослав не стал применять ни одного умения, лишь мощное точечное усиление, с помощью которого оттолкнулся от земли так мощно, что, словно стрела, устремился навстречу к противнику. Под действием техники пляски он в считанные мгновения сократил дистанцию и схватил Грозозова рукой за горло. Отменив облегчение тела и воспользовавшись усилением, богатырь приложил имперца о пол с огромной силой. Тот попытался смягчить удар укреплением, но по глазам было видно, что сознание его помутилось. Этого хватило, чтобы следующим движением Мирослав свернул ему шею.
— Да вы что издеваетесь? — гневно вздёрнула бровь Маргарита, — Вы безродного мальчишку-алхимика одолеть не способны? Да на кой-мне такая команда нужна тогда? Всё, я сама пойду и…
Вновь своего гневного капитана остановил один из бойцов.
— Госпожа, позвольте мне испытать себя. Как вы верно отметили, если мы даже с таким справиться не сможем, то не достойны стоять здесь с вами плечом к плечу.
— Ой ладно, иди, Савелий, только не опозорься как эти…
Крепкий рослый блондин с голубыми глазами вышел вперёд. Он погладил свою короткую бородку и бросил Мирославу:
— Не смей смотреть на нас свысока, раз победил двоих. Я буду сражаться в полную силу и жду от тебя того же.
— Пока у меня такого повода не было, — развёл руками Мирослав, — С удовольствием постараюсь посильнее, если ты покажешь, что «Элита» у вас не только в названии.
В руках Савелия возникло копьё, рядом с ним воплотился конь, словно бы сотканный из облаков, на которого он тут же запрыгнул и поскакал в атаку.
«Занятно. Не часто нынче встретишь тех, кто предпочитает такой стиль боя.»
Мирослав призвал облачение охотника и выстрелил в коня. Стрела прошила его навылет, не встретив практически никакого сопротивления. Однако ни призванное животное, ни его наездник даже не замедлились.
«Ооо, вот почему он может себе такое позволить. Его коня уничтожить так просто не выйдет.»
Мирослав уклонился от выпада копьём, перекатившись в сторону, после чего сделал несколько выстрелов уже в самого Савелия. Тот ударил тупым концом копья в пол и вихрь отшвырнул стрелы прочь, после чего наездник вновь пошёл на разгон.
«Недурно! Весьма недурно!»
Мирослав сменил облачение и, уклонившись от очередного выпада, хлестнул коня кнутом.
— Бесполезно! — надменно бросил ему Савелий.
Он понял, что его ждёт, когда уже было слишком поздно. Пройдя сквозь облачного коня, кнут вдруг резко изогнулся и обвил самого наездника. Мирослав рванул на себя, впечатав противника в пол. Тот не растерялся и метнул в него копьё. Мирослав перехватил вражеское оружие на лету, провернулся вокруг своей оси, ещё сильнее усиливая изначальный импульс, и метнул его в Савелия. Призрачные волки от облачения «Волчьего Пастыря» вцепились в того, не позволяя ему уклониться. Но копьё вонзилось в пол, не причинив имперцу вреда. Он словно бы на мгновение стал бесплотным и пропустил его сквозь себя, одновременно с тем освободившись от волков и обвившего его кнута.
«Прямо как Юда. Он действительно будет более проблемным противником, чем предыдущие.»
Савелий запрыгнул обратно на коня и вырвал копьё из пола.
— Отдаю должное, ты весьма неплох. Похоже, что мне всё же придётся использовать технику, которую я собирался придержать до финала, — он воздел копьё вверх, — Небесные Просторы Отворитесь!

----------

Глава 24 Ошибки

Вместо того, чтобы ринуться на Мирослава, Савелий принялся скакать вокруг. Зачем стало ясно почти сразу. Из его облачного коня начал струиться дымный шлейф, формирующий кольцо тумана.
— Что, опять? Это какой-то заговор? — донеслись крики с арены, — Почему в этом году сплошной туман?
Но к вящему облегчению зрителей на этот раз туман не заполнил всю арену. В нём скрылся лишь Савелий, да и то лишь на время. Вскоре в сторону Мирослава помчал всадник, словно бы сотканный из дымки, причём техника взора не способна была разобрать — скрывается ли в тумане кто-то или нет. Мирослав хлестнул врага кнутом, но тот прошёл сквозь него. Всадник проскакал мимо и растворился в тумане, а спустя мгновения с другой стороны выехал новый, который сразу же метнул копьё в богатыря. Мирослав уклонился и оружие врага вонзилось в пол, раздробив плитку.
«Ясно. Эта техника скрывает владельца и тот чередует атаки фальшивки с настоящими, чтобы запутать противника. Но название довольно громкое для столь скромного эффекта.»
Тем временем Савелий и его копии начали атаковать всё активнее, вынуждая Мирослава уклоняться и защищаться от всего. Но понимая, что так его попросту измотают, он в какой-том момент остановился и закрыл глаза. Гул толпы, приглушаемый ареной. Шелест ветра, поддерживающего туманное кольцо. И глухое постукивание копыт сразу с нескольких сторон. Мирослав вдруг хлестнул кнутом и, обвив материальную цель, рванул на себя. Сменив облачение, он тут же встретил Савелия серией ударов стальными кулаками. Тот смог вновь воспользоваться своим умением и уйти от атак, но вновь скрыться в кольце тумана не успел. Мирослав настиг его и вышиб из круга, разрушив действие техники.
Они схватились в ближнем бою, но, растратив силы на технику и потеряв преимущество, Савелий быстро оказался сломлен и повержен. Мирослав забил его до смерти, настигая вновь после каждой попытки разорвать дистанцию с помощью бесплотности.
— Как ты меня нашёл… — прохрипел тот незадолго до того, как его поглотило сияние.
— Так ведь настоящий тяжелее, — усмехнулся Мирослав.
Он выпрямился и вернулся в центр арены.
— Да вы шутите… — Маргарита вновь было собиралась ринуться в бой, но перед ней встал последний её союзник.
— Тётушка, позволь всё же и мне испытать себя. Я уже оценил его возможности и вполне уверен в себе.
Та махнула рукой.
— Иди…
Юноша вышел в центр арены к Мирославу.
— Твоя удача закончилась, Дарён. Я — Руслан Макарович Поддубный, остановлю тебя во славу Империи!
— С удовольствием посмотрю, как ты попытаешься, — улыбнулся Мирослав, — Последний был довольно хорош. Если ты хотя бы до его уровня дотянешь, то бой окажется весьма увлекательным.
Глаза Руслана вспыхнули гневом. И не только глаза. С его ладони сорвался сгусток пламени, который устремился к противнику.
Защитив себя третьим умением, Мирослав отмахнулся от атаки, но пламя, словно живое, окутало его руку и начало медленно, но верно ползти от кисти выше. Богатырь почувствовал, как чешуйки начинают постепенно нагреваться.
«А вот это неожиданно. Волчью сталь накалить очень сложно, особенно наполненную живой, как в моём умении. Впечатляет!»
— Это была твоя четвёртая ошибка, — сказал Руслан, повелительным жестом опуская руку, словно бы пытаясь его прихлопнуть.
Широкий и мощный поток ветра обрушился на Мирослава сверху, едва не повалив на колени. Пламя, окутавшее его руку, начало распространяться быстрее, как и прогревать чешую. Теперь, когда он не мог свободно уклоняться, противник применил ещё одно умение. С его ладони сорвался сгусток воды, устремился к Мирославу, после чего обвил ноги и не окутанную пламенем руку, и обледенил их, окончательно лишая его возможности двигаться.
«Я смогу освободиться с помощью слияния, но против Маргариты мне понадобится как можно больше сил. Лучше попробую иначе…»
— А какие же предыдущие три? — поинтересовался Мирослав.
— Первая — ты посмел считать себя равным нам, — Руслан сделал шаг вперёд.
— Корректировочка, я считаю себя лучшим бойцом на этой арене, — надменно усмехнулся юноша.
— Вторая — ты разгневал Маргариту Виссарионовну, которую я всем сердцем уважаю, — проигнорировал его слова имперец и сделал ещё шаг.
Пламя добралось до плеча, а пальцам стало горячо.
— С таким нежным характером в турнирах участвовать не стоит, — отпарировал Мирослав.
— И третья — ты позволил мне изучить свой стиль сражения, — невозмутимо продолжил имперец, — Зная, что от тебя ожидать — победить было не сложнее, чем раздавить муравья.
Он сделал ещё шаг вперёд и выпрямил ладонь в сторону Мирослава, собираясь метнуть ещё один сгусток пламени. Тем временем чешуйки третьего умения на кисти раскалились и начали жечь плоть юноши, причиняя довольно сильную боль.
— Ты совершил всего одну, и она будет стоить тебе всего, — ответил Мирослав.
— Неужели? И какую же?
Вместо ответа Мирослав призвал кнут в пылающую руку и захлестнул Руслана. Он рывком подтянул его к себе, призрачные волки повисли у того на предплечьях, а сам богатырь впился врагу зубами в горло, направив живу на усиление челюсти. Подобно зверю, он принялся мотать головой, пока не почувствовал вкус металла на языке. Руслан ещё какое-то время сопротивлялся, но вскоре затих. Стоило сиянию окутать его, развеялись и эффекты умений. Мирослав отозвал чешую и принялся смазывать мазью обожжённую руку. Тем временем арена наполнилась шумом толпы. Зрители явно были впечатлены произошедшим.
— Дарён, ты в порядке? — спросила Голуба, — Может, кто-то тебя заменит?
— Не стоит. Я ещё полон сил, — улыбнулся юноша, — Говорил же, что собираюсь обойтись без потерь в этом бою.
Маргарита вышла в центр арены, хмуро глядя на то, как Мирослав залечивает раны.
— Да уж, кто бы мог подумать, что мои соученики такие бездари…
— Как грубо, великая княгиня, как грубо, — покачал головой юноша, — Неужели для вас настолько сложно признать талант чужака и проще принижать своих товарищей? Которые, к слову, держались весьма достойно.
— Достойно? — сквозь стиснутые зубы процедила Маргарита, — Из четырёх боёв тебя лишь в одном ранили. Это достойный результат? Это позорище!
— Не их вина, что вы выбрали поединки. В бою один на один мне равных нет. У вас был шанс на победу лишь в командном сражении.
— Заканчивай с рукой, чтобы я могла поскорее вытереть тобой пол. Чтобы вас всех прикончить, хватит и меня одной.
Мирослав спрятал мазь и вздохнул.
— Тогда приступим. Я готов.
Маргарита рванула вперёд с огромной скоростью, ощутимо превышающей ту, что способны были развить большинство богатырей её уровня. С помощью техники взора Мирослав отчётливо рассмотрел, как она использует точечное усиление, перегружая мышцы до внутренних повреждений и тут же компенсируя это техникой исцеления.
«Эффективно, но весьма расточительно.»
Спустя мгновения они столкнулись в ближнем бою. Мирослав защитился третьим умением, а после выбрал уклонение и контратаку, как основной метод сражения. Маргарита напротив полностью ушла в агрессию, с готовностью принимая ответные удары. Пользуясь своим превосходным знанием техник рукопашного боя, юноша множество раз ловил противницу в захваты, высвобождение из которых было почти невозможным или крайне травматичным, но это не останавливало княгиню. Она каждый раз вырывалась, исцелялась и продолжала атаковать. Мирославу же редкие пропущенные удары обходились куда дороже, пробирая до самых костей даже через укрепление и вынуждая его быть максимально сосредоточенным.
«Проще всего было бы использовать слияние и изрубить её косой, вынуждая тратить силы на глубокое исцеление, а не атаки. Но я обещал Снежане Львовне попытаться донести до Маргариты посыл. Придётся повозиться.»
Юноша использовал слияние, сотворяя преследующие иглы, а первый хвост поглотил, чтобы использовать для усиления. Только вместо того, чтобы иглы метать, Мирослав принялся вколачивать их в плоть противницы, словно гвозди. И из-за того, что она не задумываясь исцелялась сразу после получения повреждений, иглы оказывались закреплены под кожей. Поначалу казалось, что пользы от этого мало. Маргарита всё так же продолжала напирать, обрушивая на юношу сокрушительные атаки. Но в какой-то момент ход боя переломился.
— Вот и всё.
Мирослав перехватил кулак девушки открытой ладонью, крепко вцепился в него и вывернул в сторону до хруста. Та по привычке ударила свободной рукой, но юноша уклонился и сделал шаг назад.
— Что ты сделал? — прошипела Маргарита, вцепившись в повреждённую конечность дрожащей второй.
— Наглядно продемонстрировал тебе, что вся твоя команда без исключения совершила одну и ту же ошибку, позволив себе быть излишне самоуверенными.
— Моя техника… Почему я не могу её использовать? Что ты сделал? — с паникой в голосе воскликнула девушка.
— В отличии от умений техника базируется целиком на твоём внутреннем управлении энергией. Если циркуляция живы нарушается, то и всё, что от неё зависит, тоже усложняется.
— Эти иглы…
— Верно. Твоя беспечность позволила мне не просто добиться желаемого результата, но и сделала так, что тебе будет крайне проблематично их извлечь. По крайней мере, в бою.
— Меня это не остановит!
Маргарита вновь ринулась на него, но вскоре после обмена ударами осела на землю тяжело дыша.
— Ты слишком привыкла полагаться на превышение своих нормальных возможностей и игнорировать боль, — назидательно сказал Мирослав, — Но когда горсть железок рвёт твою плоть при каждом движении, долго без техники исцеления не продержаться.
— Хватит болтать, я ещё не проиграла!
Мирослав обошёл её и взял в удушающий захват.
— Привычка легкомысленно принимать удары тебя погубит. Как и неспособность понимать, когда стоит остановиться. После этой битвы хорошенько подумай о том, хочешь ли ты однажды закончить свою жизнь вот так?
— Тебе какое дело! — прохрипела Маргарита.
— Кое-кто очень беспокоится о том, что нить твоей судьбы оборвётся слишком поспешно. Причём совсем не зря. В реальном бою я убил бы тебя намного быстрее и, скорее всего, куда более болезненно.
— Много о себе мнишь…
Девушка яростно боролась за жизнь, уцелевшей рукой пытаясь высвободиться, а укреплением защищая горло. Что лишь оттягивало момент, когда жизнь покинет её тело.
— Уж не знаю за какие такие подвиги вас славят на всю Империю, но по тому, как вы сражаетесь, я могу с уверенностью сказать, что вы, ребятки, понятия не имеете о том, насколько ужасным бывает мир.
Маргарита что-то невнятно пробормотала, постепенно начиная терять сознание.
— Я не склонен взывать к богам, но всё же — Триглав, пусть её мгновения на грани смерти будут достаточно пугающими, чтобы разум этого дитя очистился от переполняющей его спеси. Ты ведь можешь быть грозным, я уверен. Так будь. Уважь мою просьбу.
Сияние окутало великую княгиню и Мирослав встал, пребывая в смешанных чувствах.
«Я сделал всё, что смог, Снежана Львовна, так что мы квиты.»
Стоило покинуть комнату подготовки, как Мирослав и его товарищи столкнулись с Лаврентием. Наставник Зубр тут же вышел вперёд, закрывая своими могучими плечами учеников.
— Чем обязаны?
— Хочу перекинуться парой слов с рыжим наглецом. Наедине. Немедля, — тон его голоса был угрожающим и совершенно не терпящим возражений.

----------

Глава 25 День перед финалом

Мирослав тяжело вздохнул и кивнул.
— Почему бы и нет.
«Я не чувствую в нём желания убивать, он определённо пришёл с иной целью.»
— Уверен? — спросил наставник.
— Не вижу смысла отказываться. Хотел бы напасть — уже сделал бы это.
Командующая Рагнеда показалась из-за поворота.
— Так и думала!
— Всё в порядке, — сказал Мирослав, — Он хочет поговорить — и мы поговорим.
— Я буду поблизости, — сказала девятихвостая.
— Благодарю за заботу, — кивнул юноша.
Местом разговора Лаврентий выбрал крышу арены. Мирослав с удовольствием вздохнул свежий воздух и присел на выступающий элемент конструкции.
— Так о чём вы желаете поговорить?
— Ты, похоже, вообще смерти не боишься, — осклабился девятихвостый, резко сократив дистанцию и нависнув над ним, — Я ведь могу разорвать тебя на куски одним движением. Никто не успеет тебе помочь. Даже Рагнеда. И даже Снежана тебя не соберёт обратно.
Их холодные взгляды столкнулись, словно два клинка.
— Я знаю, — спокойно ответил Мирослав, — Однако вернёмся к теме. Мы ведь сюда не за этим пришли.
Лаврентий достал из кошеля и бросил ему серебристую сеть.
— Грозозов слишком сердит, чтобы тебя видеть, но слишком горд, чтобы нарушить пари.
Мирослав спрятал волшебную сеть и кивнул.
— Благодарю.
— А теперь рассказывай, что ты наговорил Маргарите.
— Ничего неприличного, — пожал плечами юноша, — Просто сказал, что стоит перестать сражаться столь небрежно, словно бы ничто неспособно ей навредить.
— Не лги мне или пожалеешь! — нахмурился Лаврентий, — Она вернулась бледная как мел и сразу ушла. Ни с кем говорить не стала. Я её ни разу в жизни такой не видел! Думаешь, я поверю, что подобный пустяк способен был потрясти её⁈
— Вы когда-нибудь умирали? А, Лаврентий Галактионович?
— Что за чушь? Нет конечно!
— Даже на арене?
— Естественно! Нет тех, кто смог бы меня одолеть!
— Вот вам и ответ. Ваша племянница такая же. Только ей холодную хватку смерти почувствовать довелось. Пусть и на мгновения, но даже так это опыт не из приятных. Очень пробуждающий. Особенно для тех, кто твёрдо уверен в своём превосходстве и непревзойденности.
Мирославу очень хотелось предложить и самому Лаврентию попробовать на досуге, но испытывать судьбу и провоцировать девятихвостого было бы крайне глупо. Мужчина отвернулся и задумчиво уставился куда-то вдаль.
— Возможно, так и есть, — сказал он, а после обернулся, вновь принявшись буравить юношу взглядом, — Но запомни — если я узнаю, что ты сделал или сказал что-то выходящее за рамки, то тебя не спасёт никто и ничто. Даже если сами боги явятся в этот мир. Ты меня понял?
— Яснее некуда, — кивнул Мирослав.
— Хорошо. На этом всё.
Лаврентий покинул крышу, а юноша улыбнулся.
«Какой заботливый дядюшка. А так и не скажешь.»
Мирослав вышел следом, поблагодарил Рагнеду за то, что приглядела за ним, и отправился к товарищам, смотреть бой подгоренцев с командой Твердыни.
На этот раз «Стальные Змеи» не смогли победить нахрапом, как они делали это раньше. «Заступники» работали невероятно слаженно и легко отразили первую атаку подгоренцев. Как и полагается тем, кто был воспитан защитниками Твердыни, они отлично справлялись с обороной и не позволяли врагу себя разделить. Более того, именно «Змеи» первыми потеряли бойца, когда очередная атака захлебнулась и одному из них не дали отступить. После этого подгоренцы словно бы потеряли уверенность и принялись кружить вокруг бойцов твердыни, выжидая момента.
— Неужели они так быстро потеряли уверенность? — спросил Брячислав.
— Смотри внимательнее, — сказал ему наставник Зубр, — Они движутся упорядоченно, а с их рук капает кровь, хотя никого, кроме уже выбывшего, не ранили. Это какой-то хитрый ритуал.
Мирослав молча кивнул.
«Не просто какой-то… Я всего несколько раз видел именно такой подход. Они объединяют силы для совместного применения техники через кровные узы. Сложный и опасный метод. Но главный вопрос в другом. Эти ребята совсем друг на друга не похожи, да и когда объявляли имена — все из разных семей, даже если кровные узы и есть, то связь слишком слабая. У них не должно получиться. Но я вижу, как созданный ими круг наполняется силой… Как? Об этих „отличиях“ говорила Малина?»
Горазд, похоже, тоже почуял неладное и они перешли в наступление, вознамерившись помешать противнику. Единым атакующим кулаком они набросились на одного из подгоренцев и смели его в считанные мгновения. Но, похоже, было слишком поздно. Трое оставшихся сложили ладони в замок перед лицом и закрыли глаза. Поле боя окружил алый купол, из которого вырвались сотни серебристых шипов, которые обрушились на «Заступников», и заполнили собой большую часть пространства, оставив свободным лишь место, где стояли «Змеи». Мирослав видел, что бойцы твердыни пытались защититься, но оказались сметены. Всё кончилось во мгновение ока.
— Не может быть! — подскочил Брячислав.
И он такой был не один. Вся арена загудела, увидев, как резко перевернулся и разом завершился бой. Мирослав же сосредоточился на другом, он внимательно всматривался в подгоренцев.
«Эта техника далась им дорого. Если бы „Заступники“ смогли защититься, то „Змеям“ пришлось бы туго. Но риск окупился, и они одержали победу.»
Мирослав покинул трибуны и отправился к комнате подготовки «Заступников».
Юноша немного постоял снаружи и окликнул Горазда, когда команда вышла наружу. Тот обернулся и печально улыбнулся.
— Похоже, что не судьба нам встретиться в финале.
Мирослав кивнул.
— Вы держались весьма неплохо, но в бою такое бывает.
— Моя ошибка, не сразу понял, что это манёвр, а не результат нашего успеха. Мне ещё многому предстоит научиться.
— Рад видеть, что ты сохраняешь положительный настрой.
— А что ещё остаётся? — пожал плечами тот, — Это всего лишь соревнование, никто не погиб взаправду, а мы получили бесценный опыт.
— Верно. Мир велик и всегда есть то, чего ты ещё не встречал. — кивнул Мирослав, — Так что поражение, которое ты пережил, всяко лучше, чем победа ценой жизни.
— Надеюсь, ты внимательно наблюдал? Смотри, сам не попадись на этот их хитрый манёвр!
— Внимательнее некуда, — улыбнулся юноша, — Но и ты не расслабляйся, вам ещё с «Элитой» за 3–4 места сражаться.
— Знаю. Уж не сомневайся, мы обязательно выложимся на полную!
— Удачи!
«Зубры» собрались на постоялом дворе, чтобы обсудить дальнейшие планы.
— Остался последний бой, — сказал наставник, — Собирая команду, я даже представить не мог, что вам действительно удастся дойти до финала. Бориславскому княжеству подобное не удавалось уже несколько сотен лет. Вы гордость державы. Гордость академии и моя лично. Спасибо вам, дорогие мои ученики, что исполнили мою мечту и так многого достигли. Отдельно хочу поблагодарить тебя, Дарён, и твоего учителя. Уверен, что без вашей бесценной помощи наш результат был бы куда более скромным.
Остальные закивали, соглашаясь с последним утверждением.
— Как я уже говорил — всегда рад помочь товарищам, — кивнул Мирослав, — Надеюсь, что последние успехи не затуманят вам разум, и завтра вы покажете себя во всей красе. Не хочу давить, но вы и сами отлично знаете, как важна для нас учителем эта победа.
— Выложимся на полную, — кивнул Ратибор, — Этот день войдёт в историю Бориславского княжества!
Остальные поддержали его. Когда эмоции слегка поутихли, Мирослав поднял тему, ради которой они все собрались.
— Итак. Благодаря стараниям «Заступников» и моим собственным наблюдениям у нас есть кое-какая информация о «Стальных Змеях». Самое важное то…
Проснувшись утром, Мирослав задумался о том, что ему всё же стоит создать два последних слияния, ведь в такой важный момент лучше иметь все доступные инструменты под рукой. Он слишком долго шёл к этом, чтобы теперь допустить ошибку и быть слишком самоуверенным.
Мирослав погрузился в духовные чертоги и повторил то, что уже делал не раз. Когда в его ладонях оказались жёлудь и ядро лешего, он сунул их в печь и сконцентрировался. У этого сочетания оказался удивительно большой потенциал, так что главной проблемой оказался выбор. Природный аспект лешего и безграничный потенциал жёлудя представляли довольно широкий ассортимент возможных слияний. Богатырь размышлял, пока не почувствовал, как ядро лешего начинает сопротивляться.
«Похоже, затягивать тоже нельзя, даже проверять не хочу, что выйдет, если процесс нарушится. С ядрами нечисти шутки плохи.»
Мирослав ускорил перебор вариантов, пока не заметил тот самый, который ему подошёл. Он быстро соединил нужные потоки силы, а мистические узоры сплелись между первым и четвёртым умениями. Ниша слияния же расположилась перед первым. Там оказался горшок с цветком, напоминающим лотос — растение, которое раньше водилось на востоке Империи. Местные жители считали его символом перерождения, а некоторые разновидности действительно обладали очень мощными алхимическими свойствами. Слияние вышло под стать образу — при применении Мирослава окутают лепестки белоснежного цветка, а спустя мгновения бутон раскроется, явив его полностью исцелённым.
Юноша рассмеялся, осознавая насколько иронично, что у него появилась такая возможность, но он о ней не знал всё это время, поскольку решил воспользоваться преимуществом не растраченного потенциала и оставить выбор на будущее. А ведь исцеляющее слияние его невероятно сильно выручило бы во время совершённого на него нападения в Китеже, да и ранее тоже. Название Мирослав дал ему довольно говорящее — «Возрождение».
Не откладывая в долгий ящик, он тут же взялся за последнее слияние. На этот раз из ядер лешего и жыжа. Тут выбор был не такой широкий, но вот решение Мирослав принял почти мгновенно. В последней нише появились наручи, которые позволят ему сотворить и управлять довольно большим массивом земли, который можно использовать, чтобы затянуть туда врагов и раздавить. «Наручи Погребения» помогут ему тогда, когда у врага будет численное преимущество.
Богатырь вернулся в реальность, перепроверил свои запасы и вместе с товарищами отправился на арену. Первый бой дня был за определение третьего и четвёртого места, что не было важным для Зубров, но они всё же решили посмотреть хотя бы ради интереса.
— Побеждают «Заступники», тем самым они занимают почётное третье место, а «Элита» впервые за много десятилетий оказывается на четвёртом.
Мирослав усмехнулся, откидываясь на сидении. Бой оказался куда более быстрым, чем он ожидал. Похоже, что-то поражение так сильно подорвало уверенность имперцев в себе, что они попросту не успели собраться. Особенно рассеянной была Маргарита, а без капитана любая команда начинает рассыпаться.
«Надеюсь, Снежана Львовна, вы довольны. Потому что я уж точно да.»

----------

Глава 26 Финальная битва

После боя «Заступников» и «Элиты» организаторы вновь устроили небольшое шоу с песнями и плясками. Тем временем команды собрались в комнатах подготовки. Вскоре настало время главного события. Последней битвы. Финала, в котором впервые за историю турнира оказалась команда прошедшая через квалификационные бои. Завершающего сражения, которое всем запомнится вне зависимости от исхода.
Команды перенеслись на арену. Мирослав присмотрелся к противникам. Всё такие же спокойные и собранные. Но оделись в этот раз понаряднее. Хотя и не все. Медноволосый юноша Среброцвет в каждом бою носил простую серую одежду, сделанную из очень хорошей ткани и мастерски скроенную, но совершенно без каких-либо признаков украшательства. Черноволосый и кареглазый Сталеслав носил яркий жёлтый кафтан, но на этом его выразительность заканчивалась. Мирослав заметил множество кармашков и петелек, которые явно носили практический смысл, но сейчас были пусты. Сталеслав периодически незаметно поглаживал и теребил их, словно бы вышел на арену без чего-то важного и чувствовал себя некомфортно.
Их товарищи позволяли себе несколько больше. Малахир — лысый, но с угольно-чёрными усами, самый массивный из всех бойцов «Змей», носил кричаще-яркую алую рубаху, расшитую золотом и серебром, а также множеством драгоценных камений. Рукаст — юноша, чьи малахитово-зелёные волосы были собраны в высокий хвост, расхаживал в необычном белоснежном одеянии, напоминающем халат и кажущемся несколько непрактичным, однако в движениях его не было стеснённости. Широкий пояс из чернёной кожи, покрытой довольно тонко выполненным тиснением, да к тому же с массивной металлической пряжкой в форме щита, сильно контрастировал с лёгким одеянием и утяжелял его, но вместе с тем облик юноши не казался безвкусным.
Капитан команды Братислав — более высокий и худощавый, чем его товарищи, вышел на бой в чёрном шёлковом кафтане с золотым шитьём. Одеяние кричало о богатстве, роскоши, но также и о мастерстве тех, кто его произвёл. Янтарные глаза подгоренца тут же вперились пристальным взглядом в Мирослава. Юноша сделал шаг вперёд и сделал поклон, сложив ладони в замок на груди.
— Мастер Дарён, выражаю вам своё почтение. Не принимайте последующую жестокость на свой счёт. Мы обязаны сражаться в полную силу во славу нашего народа и победить. Но после — глава Златогорского Братства приглашает вас погостить.
«Надо же. С одними приходится достичь „невозможного“, а эти сами зовут? Не повезло Малине с местом перерождения. Жаль, но толку мне с такого предложения мало. В подгорье так просто прошмыгнуть из одного региона в другой не получится. Особенно чужаку. Да и Чудножил, помнится, говорил, что если провалю испытание, другого пути не будет. Через третьи руки не договориться.»
Мирослав кивнул, лишь слегка сместив торс в подобии полупоклона.
— Это взаимно. Турнир — лишь испытание талантов, а не повод для вражды. Так что и вы уж не держите зла, когда мы обрушим на вас всю свою мощь. Что до вашего приглашения — поговорим об этом после битвы. Как знать, не изменится ли мнение почтенного главы, когда он узрит её исход.
— Предки молвили когда-то мудрые слова, что передаются у нашего народа из поколения в поколение, — сказал Братислав, сохраняя видимую невозмутимость, — У каждой нити — своё место в полотне, у каждой шестерёнки — своё место в механизме, а у каждого человека — своё место в жизни. Кто больше одного занять пытается, тот в итоге трагично ломается.
«Знай своё место, ремесленник?»
Мирослав усмехнулся.
— Мои предки тоже говаривали премудрости, — сказал он, — Пока ты делишь шкуру неубитого медведя, тебя самого уже жрут волки.
— Ну что же, сегодня мы определённо узнаем, кто же был прав, — кивнул подгоренец.
Словно бы заметив важность момента, турнирный глашатай не объявлял начало боя и лишь теперь это сделал.
«Зубры» тут же повторили то, что сделали в прошлом бою. Встали в круг, достали обереги и, коснувшись кончиками хвостов, создали круг. Мирослав быстро пробормотал слова ритуала. Теперь они могут делиться живой с союзниками, чтобы когда те используют укрепление или создают барьер, значительно повысить его эффективность. Более того, пока действует эффект ритуала — они могут создать единый барьер, который будет многократно прочнее, чем созданные поодиночке. Однако из-за того, что у него не осталось времени отполировать методику — обереги выдерживают лишь несколько применений, после чего обращаются в прах, а повторно провести ритуал можно лишь спустя час. Так что это лишь метод пережить особо сильную или неожиданную атаку, а не основная стратегия боя, как у тех же «Несокрушимых».
' — Хозяяяяяин! Я облажалась! Серенького забрали!'
Мирослава словно холодной водой окатили.
' — Проклятие… Так. Погоди. Забрали. Значит, он ещё жив?'
' — Да… Прости… Я…'
' — Этого достаточно. Просто приглядывай за местом, куда его забрали. Если решишь, что он в опасности, попытайся спасти, но без нужды не рискуй. Я сейчас на арене и, как только бой завершится, сразу к тебе. Потом всё объяснишь.'
— Что случилось? — шепнула Голуба, — Ты в порядке? У тебя вдруг лицо стало такое напряжённое.
«Опять ты свою наблюдательность не в то русло применяешь…»
— Всё хорошо, — кивнул он, — Сосредоточься на врагах.
«Прочь лишние мысли. Здесь и сейчас существует только эта битва. Последний шаг к встрече с Малиной.»
— Как и проговаривали. Держимся вместе и контратакуем, — сказал Ратибор.
«Змеи», вопреки прошлым боям, не сразу ринулись в бой. Они о чём-то тихо переговаривались, а потом сформировали этакий клин, во главе которого встал крепыш Малахир. Подгоренцы отправились в атаку, активировав свои умения без слов.
«Не удивительно, что лучшие из лучших находят свои способы достичь этого. Уверен „Несокрушимые“, „Элита“ и „Змеи“ пришли к такому совсем разными путями.»
Достигнув средней дистанции, они обрушили целый град атак, причём направлялись они все исключительно в Мирослава. Юноша применил технику пляски и принялся уклоняться, внимательно запоминая те умения, что он ещё не видел. Союзники же воспользовались этим, чтобы вовсю атаковать самим. Однако это не остановило «Змеев», а лишь несколько замедлило. Клин разбился, но они всё так же продолжили ломиться в сторону Мирослава, уклоняясь и защищаясь от атак остальных. Юноша понял почему спустя мгновение.
Богатырь внезапно ощутил, что его словно вырвали из тела. Ощущение, которое он совсем не ожидал пережить вновь так скоро. Он очутился посреди тёмной выжженной пустоши, которая всё так же была разом мёртвой и безжизненной, но вместе с тем живой, голодной и алчущей. А посреди неё — змей. Но вид этого существа вызвал у юноши насмешливый смешок, разрушивший оцепенение, сковавшее его.
То было далеко не то величественное колоссальное чудовище, что он видел тогда. Нет. Перед ним возвышалась змейка размером едва-едва превосходящая сколопендру-многоручку, да и к тому же само существо, словно было соткано из нескольких кусков, что делало его ещё более нелепым. Взгляд её тусклых янтарных глаз и близко не внушал трепета. По крайней мере, не ему. Змей принялся агрессивно извиваться, шипеть, словно бы пытался запугать его, и лишь после того, как юноша сам пошёл навстречу, наконец атаковал.
Они столкнулись. Величественная фигура человека и крупная, но совсем не ужасающая змея. Волна силы от удара его кулака в считанные мгновения сломила такую же от выпада монстра и буквально смяла существо, отшвырнув его в бездну алчущей пустыни.
«Не вам бросать мне такой вызов, юнцы.»
Реальность вернулась так же резко, как и исчезла. Мирослав ощутил лёгкий дискомфорт, но на этом всё. А вот «Стальным Змеям», похоже, досталось. Они определённо не ожидали такого исхода и полученной отдачи, а потому уже им пришлось бороться с болью и защищаться от наседающих на них «Зубров».
«Хотя это крайне странно, что они на подобное вообще способны. Существуют другие подобные техники, но уж эта-то точно принадлежит именно Великому Змею. Неужели подгоренцы тайно служат ему? Ладно, сейчас не до того. Сначала победить, а остальное узнаю уже после встречи с Малиной.»
Сильнее всех досталось Братиславу. Исходя из понимания Мирослава — именно он был центром объединения сил, потому так вышло. Так что в итоге Малахиру пришлось защищать товарища от яростного напора Брячислава.
Мирослав быстро проанализировал происходящее и рванул на помощь Голубе. Ей достался довольно неприятный противник и, несмотря на преимущество полученное ею, тот всё равно начал её теснить. Его рапира, словно бы сделанная из нефрита, ярко сияла зеленоватым светом, рассеивая покров тьмы Голубы, а при столкновениях оружия её клинок медленно, но верно начал покрываться трещинами. Мирослав хлестнул его кнутом, одновременно с этим воплощая призрачных волков. Но Рукаст выставил ладонь вперёд, и его окутал ярко сияющий золотистый свет, отразивший атаки. Сабля Голубы же при столкновении с ним окончательно разлетелась, чем воспользовался противник и обрушил на неё шквал ударов. Она среагировала мгновенно, скопировав его щит и закрыв себя от угрозы.
Мирослав же призвал лук и отправил в противника несколько стрел. Тот успел уклониться от двух, но третья уже почти настигла его, и он решил отразить её ударом рапиры. В этот раз уже его клинку было суждено разлететься на мелкие осколки, а стрела ударила его в плечо, но не пронзила.
«Отличное использование точечного укрепления.»
Мирослава это совсем не удивило, ведь он и не собирался вкладывать слишком много сил в эти выстрелы. Но пока Рукаст защищался, он успел швырнуть склянку с туманным облаком тому под ноги. Голуба благодарно кивнула, швырнула ещё парочку сама и нырнула в туман, вновь призвав саблю. Мирослав было собрался присоединиться к Брячиславу, ведь Братислав пришёл в себя и они с Малахиром начали теснить товарища, но вскрик боли из тумана вынудил его остановиться и ринуться на помощь.
— Думаешь, если я рассеиваю тьму сиянием, то боюсь её? Думаешь, уважающий себя подгорный воин не способен видеть во тьме? Это тебя и погубит!
Голуба вывалилась из туманного облака с несколькими ранами, а Рукаст настиг её и уже занёс клинок, чтобы нанести ещё одну, но девушка применила слияние, покрыв тело тёмным доспехом и ухватилась за сияющий клинок. Мирослав воспользовался этим, чтобы несколькими ударами кнута вынудить противника бросить меч. Тот раздражённо покосился на юношу.
— Ну что же. Покончу с вами обоими одним ударом! Лунная Кара!
Он сложил ладони вместе. Мирослав увидел, как все четыре его хвоста вспыхивают разом, а в руках формируется огромный меч, сотканный из света. Если бы не техника взора, то через ослепительное сияние было бы сложно разглядеть саму атаку. Но богатырь чётко видел, как на них стремительно обрушивается колоссальный клинок.

----------

Глава 27 Исход

Голуба вскочила на ноги, вышла вперёд и выставила руки, создавая барьер.
— Не трать силы! — сказала она ему, — Я справлюсь!
Оберег в её ладони принялся мерцать голубоватым светом. Мирослав тут же почувствовал, как часть его живы устремляется к союзнице. Но куда меньше, чем если бы он сам использовал такую защиту. Сияющий меч обрушился на щит, созданный Голубой. Они столкнулись в противостоянии, но барьер всё же сдался на мгновение раньше и клинок задел девушку, пробившись сквозь доспех её укрепления, рассеявшись сразу после этого.
— Он твой, — сказала она, оседая на землю и зажимая рану на плече.
Мирослав кивнул и резко рванул в сторону Рукаста, который, завидев его, попятился и попытался позвать на помощь. Не успел. Мирослав захлестнул его шею кнутом и приложил коленом в лицо.
«План был неплох. Даже потратив большую часть сил, но убив двоих разом, он вывел бы команду в лидирующее положение. Но на то оно и „всё или ничего“. Ошибки обходятся дорого.»
Мирослав опутал противника кнутом, осложняя сопротивление, и спустя пару мгновений свернул ему шею. Тот пытался сопротивляться и защищаться укреплением, но остатков его живы попросту не хватило. Юноша обернулся как раз вовремя, чтобы увидеть, как Голубу окутывает сияние.
«Проклятие! Рана, похоже оказалась опаснее, чем я думал. А Голуба ведь использовала все четыре возможности применить алхимическую субстанцию и на лечение уже не осталось!»
Мирослав отбросил бессмысленные сожаления о том, какой исход мог выйти у этого столкновения, поскольку сражение было ещё далеко от завершения и другим тоже требовалась помощь.
Ратибор и Всемила схлестнулись со Среброцветом и Сталеславом. Один техникой вызывал сгустки воды, которые потом применял своими умениями для атаки и защиты. Другой постоянно призывал ларцы, которые каждый раз делали разные вещи. То он достал из одного из них оружие, то другой взорвался металлическими шипами, когда тот кинул его под ноги «Зубрам». Но княжич и его невеста пока справлялись и сами, а вот у Бряча дело было туго.
Каменные копья, которые набросал вокруг Малахир, затрудняли ему передвижение, а сам тот во всю молотил кулачищами. Братислав же то и дело метал в него иглы и монету, меняющую размер, а так же пытался опутать золотыми нитями. В момент, когда Мирослав направился к ним, произошло нечто странное. Доспех Бряча исчез и появился на Братиславе, а иглы, которые до того отскакивали, не попадая в щели в доспехах, впились ему в тело. Мирослав едва успел обвить товарища кнутом и выдернуть из-под удара Малахира. Использовав технику взора, он увидел, как от игл тонкие нити живы устремляются к Братиславу. Юноша быстро вырвал их, защитив руки чешуёй.
— Продолжать можешь? — спросил он у товарища.
Бряч быстро огляделся.
— Где Голуба?
— Ждёт нас снаружи.
— Ах вы сволочи! — юноша вскочил, перепризывая ледяную саблю, — Могу ли я продолжать? Да без доспехов только сподручнее!
Юноша ринулся на Малахира, а Мирослав атаковал Братислава, чтобы тот не мог вновь сосредоточиться на помощи своему союзнику.
— Думаешь, твоя жалкая сабелька сможет пробить мою гранитную кожу? — горделиво воскликнул Малахир, отражая атаку голой рукой.
Судя по тому, что он вытворял своими кулаками, уверенность в крепости тела была резонной. Но и техника, которой обучил Бряча Мирослав принадлежала одному из лучших мечников былого. И теперь, когда тот полностью сфокусировался на уничтожении врага, она показала себя во всей красе. Самоуверенная попытка защиты стоила Малахиру дорого, ведь Бряч извернул клинок и резонул его по куда менее прочному запястью, а после тут же наградил ещё несколькими глубокими ранами, которые тут же покрылись льдом.
Малахир отпрыгнул, и направил целую руку в сторону Брячислав, сжав её в кулак. Все те копья, что были разбросаны по полю боя, обратились в груду острых камней и полетели в сторону юноши.
Тем временем Мирослав во всю наседал на Братислава. Иглы не причиняли его чешуе вреда, он легко предсказывал изменение размера летящей в него монеты по вспышкам живы в хвостах и уклонялся, а нити не поспевали за его скоростью. Так что Мирослав раз за разом настигал врага, обрушивал на доспехи подгоренца мощные удары по самым уязвимым местам.
— Перегруппировка! — воскликнул Братислав, понимая, что не справляется в поединке.
— Куда собрался?
Призрачные волки повисли на предплечьях капитана подгоренцев, а Мирослав натянул лук и выстрелил. И когда стрела почти столкнулась с нагрудником, он внезапно исчез. Стрела прошила сердце Братислава и тот повалился на землю бездыханный, а спустя мгновения его окутало сияние. Юноша обернулся в сторону Малахира. Как он и ожидал — без своего доспеха Бряч не смог уцелеть в той атаке, а с его гибелью у Братислава пропало и краденное умение.
Раненный Малахир побежал прочь, причём сильно быстрее, чем должен был в текущих обстоятельствах. Его союзники тоже разорвали дистанцию с Всемилой и Ратибором. Обе стороны изрядно потрепали друг друга, но никто не погиб. Но судя по тому, что ещё посреди боя с Братиславом он дважды ощутил, как его живу заимствуют, а после оберег обратился в прах, товарищам пришлось туго.
— Они собираются сделать тот манёвр! — крикнул Ратибор.
Мирослав кивнул.
«Нельзя позволить этому случиться.»
Он рванул за Малахиром, но тот уже воссоединился с союзниками, и Мирослав вновь ощутил, как его вырывают из тела. Причём несмотря на то, что противников осталось трое, сила эффекта была лишь немногим ниже.
«Неужели они получают силу павших товарищей? Прямо как те близнецы… Как странно…»
Однако на этот раз столкновения воли не произошло. Мирослава выбросило обратно в реальность, как раз чтобы узреть, что поле боя закрыл купол, шипы из которого уже почти пронзили его плоть. Всё произошло настолько быстро, что он даже не успел использовать слияние, чтобы создать доспех, а барьера бы точно не хватило, так что богатырь лишь слегка сместил тело, меняя точки входа шипов, и использовал точечное укрепление, чтобы направить их мимо жизненно важных органов и кровеносных сосудов.
Шипы оторвали его от земли. Тело пронзило острой болью во множестве мест. Один из шипов зацепил волосы, вынудив их растрепаться и накрыть лицо, ухудшив видимость. Но даже так Мирослав видел, как Всемила и Ратибор оказались в таком же положении. Однако у них не было его мастерства, чтобы пережить подобную атаку.
— Уфф, а они сильнее, чем казалось, — пробормотал Среброцвет, — Особенно этот рыжий, настоящее чудовище.
— А я предупреждал, что экипировка, созданная его умениями, почти без изъянов. Он совсем не так прост, — прокомментировал это Сталеслав.
— Однако по итогу именно мы сильнейшие и победили, — приосанился Малахир, держась за повреждённую руку.
— И финальный бой завершается победой… — начал было турнирный глашатай, когда Всемила и Ратибор исчезли с арены, но замер, — Погодите-ка, Дарён всё ещё на арене. Но как? Это какая-то ошибка?
Шипы исчезли и Мирослав приземлился на пол. Одежда изорвана, волосы растрёпаны, по всему телу раны, но он всё ещё был жив. А это значило, что бой продолжается. Подгоренцы с неверием уставились на него.
— Не может быть!
Мирослав же не говорил ничего. Он просто использовал два слияния разом. Расправив стальные крылья, богатырь взмыл в воздух, окружая врагов массивом земли с помощью «Наручей Погребения». В обычной ситуации они без труда вырвались бы. Но не теперь. Истощённые своими особыми техниками, они уже не могли двигаться достаточно быстро. Земляной вихрь окружил их, сжимая в своих тисках. Но на этом Мирослав не остановился, он сбросил перья прямо туда, а после сосредоточился на том, чтобы заставить земляной вихрь вращаться ещё быстрее. Сквозь массив почвы послышались звуки боли, а вскоре он местами потемнел от крови. Однако, несмотря ни на что, юноша понимал, что ещё ничего не кончено. Техника взора позволила ему отчётливо видеть, как массивы живы устремляются от двух подгоренцев к третьему. Спустя мгновения тот вырвался, проложив себе путь каменными копьями. Израненный, но живой Малахир тут же ринулся в атаку.
Мирослав подхватил с земли пару стальных перьев, чувствуя, как они впиваются ему в плоть даже через укрепление. Их с подгоренцем столкновение было крайне стремительным и кратким. Пусть защитное умение Малахира стало ещё мощнее, когда тот поглотил силы союзников, его раны никуда не делись, а значит, именно туда и принялся бить Мирослав. Подгоренец чередовал могучие удары и попытки взять его в захват, но лёгкий, словно пёрышко богатырь порхал вокруг слишком стремительно, не позволяя этому случиться. Когда же враг замедлился от полученных ран, он всадил импровизированные кинжалы ему в глаза, достаточно глубоко, чтобы это было смертельно. Малахир в последние мгновения ухватил его за запястья, стиснул крепко, аж до хруста, а после повалился на землю бездыханный. Вскоре его окутало сияние и он исчез с арены.
Мирослав сделал шаг назад, покачиваясь от кровопотери. Всё или ничего. Он тоже выбрал этот путь и ринулся в бой наперегонки со временем. Но преуспел.
«Победа… Наконец всё кончено…»
Богатырь развёл руки в стороны, демонстрируя публике окровавленные ладони, и издал гортанный рёв победителя, вмещающий в себя всю ту усталость, что накопилась в нём за эти годы. И прежде, чем он повалился на пол — его окутало сияние. Целый и невредимый, хотя и всё ещё обряженный в лохмотья, почти не скрывающие торс, он оказался в комнате подготовки. Голуба и Бряч вместе с наставником ворвались внутрь, вернувшись с трибун, где наблюдали за продолжением боя.
— Победааааа!
Зубр подхватил юношу в свои ручищи и крепко стиснул в объятьях.
— Наставник, мы ж не на арене, взаправду задушите, — Мирослав даже немного закашлялся, — Да и мне бы переодеться.
— Ой, да, что это я! Растрогался просто!
Юношу поставили на место, и он шмыгнул за ширму, где сменил облачение на парадное.
— Нет, ну вы бы это видели! — тут же разошёлся Бряч, — Он как взлетел! И как давай их молотить! А потом последнего чик-вжик! А, между прочим, это я его так изранил!
— Уж ты-то про себя никогда не забудешь, — беззлобно проворчала Голуба, — Но да, зрелище было впечатляющее. И весь зал ещё принялся кричать «Бессмертный Дарён»!
Бряч ехидно улыбнулся на этих словах, но не стал ничего говорить.
— Беду накличут, — покачал головой юноша, — Да и слишком уж громкое прозвище.
— Расслабься и принимай славу.
— Кстати об этом — пора на арену. Время награждения победителей.
На этот раз они вышли через потайную дверь, которую использовали артисты. Стоило «Зубрам» появиться на арене, как трибуны взорвались рёвом тысяч голосов.
— Бориславские Зубры! Бессмертный Дарён! Бориславские Зубры! Бессмертный Дарён!
Юноша вздохнул и натянул улыбку, приветственно помахав толпе. Настало время пожинать плоды своих деяний.
«Но прозвище всё равно вульгарное.»

----------

Глава 28 Награды

Мирослав благополучно прослушал всю пафосную речь представителей совета организаторов, обдумывая, как посподручнее сбежать от товарищей и отправиться к Юде. Но на словах «награда» он вновь сфокусировался.
— … получают половину призового фонда, а также награды, собранные со всего света. От славного города Китежа — пять талонов на создание одного эликсира ядра в Гильдии Алхимиков, ингредиенты и подбор соответствующих ядер также включены в стоимость. В случае, если предъявитель предоставляет компоненты сам, то талон позволит расплатиться за создание сразу трёх эликсиров.
«Ооо, довольно щедро. Я, конечно, обещал ребятишкам помочь — но в текущих обстоятельствах не знаю, когда вернусь, и вернусь ли вообще. Да и даже если да, то под личиной ли Дарёна? Им это пригодится.»
— От великой Твердыни, защищающей нас от ужасов за Барьером — коллекция из трёх десятков редких ядер.
«Хо-хо, а вот это мне надо. Но тут явно придётся делить.»
— От благоденствующей Империи и цветущего Семикняжия — десять волшебных предметов, а также два ларя с редкими ингредиентами и материалами.
«Дабы ни одна из противоборствующих сторон не чувствовала себя ущемлённой, их называют вместе и награды тоже объединили? Резонно.»
— Несмотря на то, что загадочный Подгорный Союз не входит в совет организаторов, они также пожелали внести свой вклад в призовой фонд. Их дар победителям — «Наруч Тысячи Шипов». Настоящее чудо инженерной мысли, которое славно послужит тому, кто будет способен с ним совладать.
«Уверен, что они сделали это лишь потому, что были полностью уверены в победе своих участников. Наверняка теперь от злости волосы на голове рвут.»
— И напоследок нечто столь же необычное. За историю турнира такое случалось лишь несколько раз! Общество Познания пригласит одного из приглянувшихся им юных воителей для вручения награды, природа которой останется тайной. В этот раз им будет — Дарён Русалов.
«А вот это уже интересно.»
После торжественного объявления «Зубров» через тайных проход провели в комнату, где их уже ожидали награды.
— Осталось только договориться, как делить будем, — потирая руки, сказал Бряч, — И с чего вообще начнём? Я в жизни столько сокровищ не видал!
— С денег. Тут проще всего, делим на шестерых потому что одна часть наставнику, — сказал Ратибор.
Остальные кивнули в знак согласия.
— Нет-нет, — покачал головой Зубр, — Награда полностью ваша. Не возьму ни копейки.
— Ну чего вы, наставник. — тут же подключился Бряч, — Вы столько сил вложили, справедливо, чтобы ваши труды были вознаграждены!
— Я это не ради награды делал.
— И всё же это будет правильно, считайте, что это компенсация за ваше ранение в Твердыне — вклинился Мирослав, — Тем более, что остальные сокровища мы уж точно вам не дадим.
Юноша подмигнул Зубру. Тот рассмеялся и кивнул.
— Ладно. Я ж вас знаю, если упёрлись, не переспорить.
— А теперь займёмся остальной делёжкой, тут уже будет посложнее…
Мирославу достался тот самый наруч «Тысячи Игл», причём товарищи настояли, чтобы он взял его сверх остального. Также ему достались два волшебных предмета. «Плащ Странника» — защищающий одинаково хорошо от пламени, ветра и воды, что ему не раз пригодится в странствиях. «Перчатки Леденящего Касания» — в которые была вложена техника, позволяющая замораживать объекты, которых касаешься. Человека целиком не заморозить, но с гибким умом пользы можно извлечь немало. Помимо этого шесть ядер монстров, из которых с ним резонировало лишь одно, но остальные были тоже хороши, и применение им точно найдётся. Его собственная доля в виде пятой части алхимических ингредиентов и ремесленных материалов, а также ещё столько же он выменял у Бряча в обмен на талон Гильдии Алхимиков.
После делёжки товарищи отправились праздновать, а Мирослав пообещал присоединиться чуть позже, когда закончит с делами. Ему ещё предстояло немало. Первым делом он встретился с представителем Общества Познания.
Тот оказался довольно примечательным мужчиной. Семихвостый. Короткие медно-рыжие волосы с множеством седых прядей. Яркие оранжево-алые глаза, наполненные любопытством. Пышная борода. Длинный шрам, идущий по шее и лицу до левого глаза. Крепкий, но не массивный. Он то и дело менял позы в удобном кресле комнаты, которую им предоставили.
— А вот и ты! — мужчина тут же вскочил, стоило Мирославу войти, — Я Бурислав Котов — представитель Общества Познания.
— Очень приятно, — кивнул Мирослав.
Они пожали друг другу руки.
— Не буду ходить вокруг да около. Вступай к нам! — вдруг сказал он, — Членство в алхимиках этому не помеха, наши интересы не пересекаются. Обществу такие таланты крайне необходимы!
— Что-то вы не с того края зашли, — улыбнулся Мирослав, присаживаясь в одно из кресел, — Я пришёл потому, что мне награду обещали.
— А… Ну да… — Бурислав кивнул и сел обратно на кресло, — По порядку надо. По порядку.
Он потянулся к своему кошелю-вместимке и положил перед Мирославом пять книг.
— Мы дарим тебе одну из этих пяти техник. Но есть одно условие.
— И какое же? — вздёрнул бровь Мирослав.
— Ты должен выбрать какую из них возьмёшь, не заглядывая внутрь.
— Занятно, — усмехнулся юноша, — Ну что же, почему бы и нет. Дарёному коню в зубы не смотрят. А трогать можно?
— Да. Главное, не открывай и не читай содержимое.
— Хорошо, тогда приступим.
Мирослав начал с простого — прочитал названия техник, написанные на их обложках.
«Всесокрушающий Перунов Гром. Облачная Поступь. Длань Ветра. Туда-обратно. Колодец Вечности.»
После он взял каждую в руки. Прикинул вес, толщину, запах и текстуру бумаги, обращая внимание на любые странности. Опустив их обратно, юноша сказал:
— Я принял решение.
— И что же ты выбрал? — со вполне искренним интересом спросил Бурислав.
— «Длань Ветра».
— Хороший вы… — мужчина оборвал фразу, — Я не должен был давать этому оценку. Не сейчас. Забудь.
— Я в своём решении не сомневаюсь, так что не важно, — улыбнулся Мирослав.
— Будь добр, поясни, почему именно она?
— «Всесокрушающий Перунов Гром» — слишком громкое название. Её создатель или слишком себя переоценил, или действительно обладал одной из могущественнейших техник. Но… — юноша сделал паузу.
— Что? — тут же спросил Бурислав.
— Если бы она существовала, то не верю, что вы позволили бы ей лежать на полке и собирать пыль. Слава её гремела бы на весь мир. Да и даже если по какой-то причине нет, то уж отдавать её вот так никто не стал бы.
— Допустим. Что с остальными?
— «Облачная Поступь» мне не нужна.
— Вот так просто? — вздёрнул брови мужчина.
— Проще некуда, — усмехнулся юноша, — У меня уже есть подобная техника.
— Видел на арене, — кивнул Бурислав, — Похожа… Я опять сказал лишнее.
— Не важно. «Туда-обратно» звучит как название какой-нибудь весьма полезной пространственной техники. Да только листы деформированы от воды, хотя их и прижимали чем-то тяжёлым, чтобы это скрыть. Плюс пахнет плесенью. Почти наверняка испорчена. Новая обложка только усиливает этот эффект.
— Заметил, молодец, — улыбнулся мужчина.
— Ну и «Колодец Вечности» — толстенный томище, который или включает в себя целую антологию техник, или вообще художественная книга. Заменённая обложка тоже доверия не внушает. Так что я ставлю на второе.
— Хммм. Да. Ты полностью прав, — Бурислав похлопал в ладоши, — Слухи не врут. Ты нам определённо подходишь. Так что присоединишься к Обществу?
Мирослав вздохнул и взял выбранную книгу, после чего полистал её.
«Техника, позволяющая облегчать объекты и притягивать их к себе. Возможные размеры меняются в зависимости от уровня мастера и его освоения техники. Звучит довольно полезно. Мне сегодня сильно повезло. Осталось только отвязаться от навязчивых предложений.»
— За технику спасибо, конечно, — сказал он, пряча книгу в кошель, — Но от предложения, пожалуй, откажусь. У меня сейчас хватает забот и без этого.
— Погоди-погоди! Не спеши отказываться! Ты ведь даже не знаешь условий!
— Ладно. Я слушаю.
— Вообще я сначала должен был предложить тебе продать нам кое-какую информацию. Но зачем такие сложности, если всем выгоднее твоё членство в Обществе?
— Я думаю, вам всё же стоит озвучивать вещи по порядку.
— Да-да, они тоже так говорили, — закатил глаза Бурислав, — Ладно. Ходят слухи, что ты выжил за Змеиным Хребтом. Хотя, в общем-то, Общество точно знает, что это не слухи. Это, конечно само по себе поразительно, учитывая твой уровень силы. Было бы чудесно получить как можно более подробную автобиографию этого периода. Если сможешь вспомнить какие-то характерные детали местности, чтобы получилось определить регион — вообще идеально. Воины Твердыни в этом не очень хороши. Мы пробовали.
— Я предпочту воздержаться от такого.
— Ладно-ладно. Больше всего Общество интересует то, как ты смог восстановить функционирование Врат. Естественно, то оправдание, которое ты выдумал для остальных — тут не пройдёт. Голубу уже опросили, и, несмотря на то, что как только речь зашла о тебе, она подтверждала любые даже заведомо ложные твои заявления, мы точно знаем, что девчушка не изучала Врата. Да и в нашей коллекции нет таких записей, которые позволили бы заменить один из компонентов врат чем-то иным. Только обслуживать и заменять повреждённые детали на аналогичные. Чем все и пользуются.
«Да уж, зря я, похоже, такое оправдание придумал. Но не могу же я вообще всё на „учителя“ валить. Особенно что-то настолько специфичное. Мда. Поймали меня за руку. Ничего не скажешь.»
— Ладно. Наставник моего наставника…
— Давай без этого, — перебил его Бурислав, — Общество уважает тайны и нас не интересует откуда… Вернее, интересует, но это не важно. Важно то, что нам очень нужны знания о том, как чинить врата. Мы готовы очень щедро за это заплатить.
— Это всё дело такое. От случая к случаю. Я не думаю, что могу составить вам универсальную инструкцию. Да и если она попадёт не в те руки, быть беде. Вы ведь уже слышали, что монстры за Барьером начали действовать организованно? Представляете, что будет, если внешние врата починят и используют для вторжения? Пусть слишком много врагов за раз не пройдёт, но хватит и в каждые врата по несколько монстров уровней восьми-девятихвостых отправить. Мир в крови утонет.
— Общество тщательно заботится о том, чтобы ограничивать доступ к подобной информации.
— Однако же вы собираетесь чинить и использовать эти врата. Значит, за барьер будут отправляться те, кто знает, как это делать. А там их могут схватить разумные монстры и заставить чинить остальные.
— С чего ты решил, что у Общества такие планы? — нахмурился Бурислав.
— Вы вроде меня вербуете потому, что я не дурак, — хмыкнул Мирослав, — Довольно очевидно, что Общество делает вылазки за Барьер, чтобы добывать бесценные древние знания, которые ещё могли там уцелеть. А значит — иметь возможность мгновенно перемещаться на большие дистанции вглубь континента вам пригодится несказанно. Разве нет?
— Похоже, мне придётся убить тебя, чтобы эта тайна не вышла наружу! — грозно сказал мужчина.

----------

Глава 29 Новые планы

Мирослав не повёл и бровью, спокойно продолжая сидеть на кресле.
— Что, совсем не страшно? — проворчал Бурислав.
— Так ведь неубедительно, — улыбнулся юноша.
— Актёрское искусство точно не для меня, — вяло усмехнулся мужчина, — Ладно. Я понимаю твоё беспокойство. Оно обоснованное, но это решаемо. Можно окружить врата барьером, который не будет пропускать никого, кроме людей.
— Даже если бы у вас была такая возможность — существуют еще одержимые и…
— Культ Тёмного Леса, который может снять защиту изнутри, — кивнул Бурислав, — Хммм. Если найдётся решение проблемы — ты подумаешь над тем, чтобы изменить решение?
— Да, конечно.
— Тогда пока с этим закончили. До Общества дошла информация, что ты добивался встречи с мастерицей Сталией и, значит, попадёшь в подгорные земли.
— Вы очень хорошо информированы, — усмехнулся Мирослав, — Даже слишком для простых собирателей знаний.
— Вот вступишь к нам и сам всё узнаешь! А? Как тебе идея?
— Воздержусь. Так что там с моим предполагаемым визитом в Среброгорье?
— Наблюдай. Записывай. Когда вернёшься — передай записи нам. Получишь хорошее вознаграждение.
«В общем-то, мне это ничего не будет стоить. Тем более, что если и тут им откажу, то могут обидеться и перестать поставлять нужную информацию.»
— Хорошо. Гарантий никаких не даю, поскольку сам не знаю, где окажусь и как много увижу, но тем, что смогу — поделюсь.
— Чудесно, — Бурислав вскочил и удовлетворённо хлопнул в ладоши.
Он полез в кошель и протянул Мирославу небольшую стеклянную сферу, наполовину утопающую в вычурной рамке из золота.
— В качестве предоплаты прими это. «Хрустальный Клубочек» похож на компас, но также показывает глубину, а ещё способен вывести к местам, где ты уже ранее был.
Мирослав покачал головой.
— Я не могу гарантировать, что информация будет того стоить, и что всё пройдёт гладко. Так что не приму.
— Общество настаивает. Считай это символом нашей договорённости и взаимного доверия. Да и под землёй тебе будет сильно проще ориентироваться с ним. Как раз пригодится, если решишь где-то прогуляться. Бери!
Юноша вздохнул и принял волшебный предмет, сразу спрятав его в кошель.
— Ну всё, с важными вопросами покончено. Теперь-то вступишь к нам? Для членов у нас много полезностей есть и доступ к знаниям, которые другим не положены! Ты ведь любишь всякие занятные вещи вызнавать!
— Я подумаю. Но пока нет.
— Уже не отказ, что по своему победа, — улыбнулся Бурислав, — Ладно. Не буду тебя больше задерживать. Друзья небось заждались уже! Но в Обществе Познания тебе всегда рады, помни это!
— Обязательно.
Следующей была встреча с представителем Подгорного Союза. Как Мирослав и ожидал — им оказался Чудножил. Тот широко улыбнулся, увидев его.
— Рад снова встретиться, мастер Дарён.
— Приятно видеть вас в добром здравии, товарищ Чудножил.
Они пожали друг другу руки и сели по креслам.
— Да уж, устроил ты переполох, — усмехнулся подгоренец, — На меня уже водрузили почётную задачу передать тебе срочное и важное сообщение от мастера, создавшего наруч, доставшийся твоей команде.
— Почему не нам всем?
— Предполагается, что ты благоразумно воспользуешься своим авторитетом, чтобы донести его до товарищей.
— Спорим, я угадаю, что там будет? — прищурился Мирослав с ехидцей.
— А давай. На что?
— Ты мне должен будешь экскурсию по подгорью.
— Ай ладно, раз уж внутрь тебя пустят, там как-нибудь договорюсь, чтобы чуть больше повидал. Но если не угадаешь — угостишь меня обедом в одном здешнем местечке, больно дорого там, да и очередь на год вперёд. Но я ж тебя знаю, найдёшь способ.
— По рукам! — кивнул Мирослав, — Итак. Не дословно, но приближенно. Мы с великим сожалением уведомляем вас, что предоставленный нами в качестве награды образец снаряжения несёт в себе фатальный изъян, который может навредить владельцу, так что мы настоятельно рекомендуем вам сдать его представителю подгорного союза. В качестве компенсации мы готовы предложить вам этот средненького качества волшебный меч.
Чудножил всё сильнее приподымал брови с каждой фразой, пока они не превратились в две арки, под которыми мог бы всадник на коне проскакать, не пригибаясь.
— Скажи честно, ты ночью ко мне в комнату залез и прочитал все мои письма? — рассмеялся он, — Ну даёшь!
— Так ведь предсказуемо очень. Хотели показуху устроить, были уверены, что в итоге с вашей командой наруч и останется, но подстраховались и заранее заготовили письмо и компенсацию.
— Ну если так всё обернуть, то да. Так что, передашь друзьям?
— Новый владелец передаёт, что при всём уважении, он предпочтёт оставить себе наруч. Будет на полочке, как предмет искусства хранить.
— Он у тебя?
— Я этого не говорил.
— Ты мне этого не говорил, — кивнул Чудножил, — Раз уж с этим покончено, то теперь пора перейти к главной цели моего визита.
Он протянул Мирославу запечатанный конверт. В нём оказалась пластинка из серебра в форме треугольника, покрытая гравировкой со сложным узором, и письмо. Мирослав развернул лист бумаги и взялся за чтение.
'Подателю сего распоряжения даруется право однократного временного посещения внутренних земель Подгорного Союза.
Территория визита:           Среброгорье.
Цель визита:           встреча с мастерицей Сталией для совершения конфиденциального заказа.
Срок пребывания:           до исполнения заказа и получения его на руки заказчиком.
Условия пребывания:
1. Проживание в установленном по прибытии месте. За это отвечает принимающая сторона.
2. Передвижение по территории Среброгорского Братства только под присмотром назначенного надзирателя.
3. Соблюдение законов и порядков Среброгорского Братства в частности, а также Подгорного Союза в Целом.
Нарушение данных условий будет означать немедленный отзыв данного разрешения и высылку из земель Подгорного Союза.'
— Очень формализовано, — сказал Мирослав, спрятав полученное в кошель, — Благодарю за то, что доставил благую весть.
— Мне только в радость. Что же, ещё увидимся!
— Да, как прибуду, попрошу передать тебе весточку! Ты мне ещё экскурсию задолжал.
Оставшись в одиночестве, Мирослав воззвал к Юде.
' — Я наконец закончил с турниром. Как Серенький?'
' — Жив, но его утащили куда-то глубоко под землю. Да и место это какое-то недоброе, я чувствую угрозу просто находясь поблизости. Так что дальше лезть не пыталась, чтобы всё не испортить.'
' — Молодец. А теперь выкладывай, как его схватили.'
' — Я тебе говорила, что он стал какой-то беспокойный.'
' — Да, помню.'
' — Так вот в последние дни всё сильно усугубилось. В итоге сегодня он вдруг сорвался с места и помчал прочь от поместья. Едва успела ухватиться за его шерсть. Он мчал быстрее, чем когда-либо, периодически смещаясь в остатки Нави и сокращая этим путь. Перед самым Бориславлем он меня сбросил. Когда я смогла его настигнуть — он уже был возле того места, где мы Креслава со Светозаром наняли.'
' — Пришёл к Гильдии Охотников, значит. Похоже, что к нему возвращается память.'
' — В городе такой гвалт поднялся — ужас. С одной стороны стража бежит, с другой охотники выскочили. Я уже собиралась в бой ринуться, но вдруг та женщина, как её… Где мы книги читали, работает…'
' — Агафья?'
' — Да, она самая. Вдруг появилась и закричала, чтобы его не убивали. Мол, это «редкий вид», «древний реликт» и что-то такое ещё. Учитывая, что Серенький всё это время сидел и грустным взглядом смотрел на вывеску, они не стали в бой бросаться. Потом пришёл сильный кто-то. Восьмихвостый. Он Серенького с собой и увёл. Вернее, накинул сеть, замотал, взвалил на плечи и унёс.'
' — Видимо, Агафья и сама почитала то, что для меня нашли. Серенькому повезло.'
' — Что делать-то теперь?'
' — Будем вызволять, конечно. Я запишусь на ближайшее перемещение и вернусь, а пока подготовлюсь. Ты — наблюдай и сообщай мне, если что-то случится.'
' — Хорошо. Прости хозяин… Я недоглядела…'
' — Ничего. В том и моя вина есть. Нельзя было такой ответственный процесс без присмотра оставлять. Так что не кори себя.'
Наконец Мирослав отправился в Гильдию Алхимиков, где ему пришлось потрудиться, чтобы прорваться через всех желающих лично поздравить его с успехом.
— Дарён! Поздравляю со знаменательной победой! — тут же вскочил глава, когда он вошёл.
— Спасибо-спасибо. Я по делу.
— Опять куда-то собрался?
— Да. Всё туда же.
— Что вот сейчас?
— Как можно более рано.
— Завтра утром у нас есть место на перемещение. Ты под своим обличьем или?
— Замаскируюсь. Но у гильдии могут быть проблемы из-за того, что я сделаю.
— Всё решаемо, главное — скажи, что задумал, чтобы я подготовился.
«Пожалуй, проще сказать как есть. Ему выгодно быть на моей стороне, так что скорее уже предложит что-то полезное, чем попытается помешать или сдаст властям.»
— Я кое-что украду у князя. Но это моё и попало к нему по случайности, так что всё справедливо. Но он может так не посчитать. Если меня заметят, то, соответственно, тень падёт на того юношу, которым я прикинулся.
— Слушай, а ты не пробовал просто попросить? Там ведь явно пир в вашу честь планируется. Князь наградить тебя пожелает. А ты ему так и так, хочу вот это вот! — принялся рассуждать Велимудр, — Ну или выкупи, в конце концов. Даже если сейчас не хватает, я ссужу в счёт будущих поступлений.
— Это была бы хорошая идея, но лично мне в Бориславле появляться не стоит.
— Так ты всё же что-то сделал?
— Нет. Но есть вероятность, что некоторые люди думают, что да. Один человек прикинулся мной и делал плохие дела.
— У талантливых людей завистников хватает, — кивнул Велимудр, хотя и было видно, что он сомневается в словах Мирослава, — Хорошо. Тогда, пожалуй, в этот раз я организую тебе одного из покойных алхимиков гильдии.
— Покойных?
— Нууу, знаешь, погиб при сомнительных обстоятельствах, вовремя не сообщили, а потом уже как-то неловко, вот и получаются мёртвые души.
«Вот к слову о хороших идеях. Старикан-то не промах.»
— Тем лучше, значит, никто не пострадает, если что-то пойдёт не так.
— Именно так, — кивнул Велимудр, — Я всё организую, а ты иди празднуй.
— Кстати, а где Уголёк? — спросил Мирослав.
— В клетке сидит в лаборатории у меня. Повадился жрать травы, видите ли, вдруг что-то его расколдует.
— Вот дурень, так и помереть недолго, — покачал головой юноша, — Тогда я сначала его навещу. У меня есть для него кое-какие новости.
— Колдуняка!
— Ты совсем дурной? — Мирослав быстро огляделся, используя технику взора.
Лишних ушей не было.
— Да тут же никого нет!
— А если за дверью стоял бы? — возмутился юноша.
— Лааадно. Чего пришёл? Узнал, как мне воссоединиться с родными в посмертии?
— Узнал. Но тебе не понравится.
— Что надо? — спросил Уголёк и принялся перебирать варианты, — Победить медведя? Пролететь полмира? Сожрать клюкву?
— А клюква причём?
— Не люблю клюкву. Так что?
— Ничего.
— Да ты издеваешься? Чего голову мне морочишь⁈
— Нет, это решение. Тебе надо прожить жизнь ворона и это лучший твой шанс.
— Да ну нет! Они ж живут долго! А этот ещё и молодой, здоровый! Откуда ты вообще знаешь, что это сработает?
— Скажем так. Мне было откровение.

----------

Глава 30 План вызволения Серенького

Ворон впился когтями в прутья решётки и принялся трясти её.
— Колдуняка! Сволочь! Что ж ты глумишься надо мной!
— Да ты уж определись — колдун я и могу делать странные вещи. Или шарлатан, который тебя дурит, — тяжёло вздохнул Мирослав.
— Одно другому не мешает, — замер ворон, продолжая висеть на прутьях клетки.
— Клянусь всем, что мне дорого, что говорю правду, — сказал юноша, — Лучший путь для тебя — прожить жизнь ворона. Поспешишь — людей насмешишь, знаешь ли. Так что если у тебя есть цель, действуй наилучшим образом, а не ищи короткие пути.
— Легко тебе говорить, не тебя в теле ворона заперли, — буркнул тот, после чего опустился на пол клетки, — Ладно. Что дальше?
— Я оставлю тебя с мастером Велимудром. Он сможет о тебе позаботиться лучше, чем я.
— Да… Пожалуй, так будет лучше…
— Бывай, Уголёк, буду иногда тебя навещать.
— Стой. Дай мне вооон тот красивый корешок. Дед жадничает, а он вкусный!
— А у тебя губа не дура… — рассмеялся Мирослав, — Ладно, но я буду всё отрицать.
Мирослав наконец вернулся к товарищам, и они праздновали почти до рассвета. Утром, когда все начали расходиться ко сну, Мирослав поднялся на крышу постоялого двора, чтобы подышать воздухом.
«Ну вот и всё. Наконец этот этап моей жизни завершён. Осталось только вызволить Серенького и можно отправляться к Малине.»
— Ну вот и всё? — донёсся до него знакомый голос, вторя его мыслям.
Это Голуба поднялась к нему и встала рядом, глядя на причудливый рассвет Китежа. Ложное солнце поднималось с неправильного направления.
— Да, с турниром покончено, как и с обучением в академии. Теперь мы сами по себе.
— Что ты ответил дядьке Буриславу на предложение вступления в Общество?
— «Дядьке Буриславу»?
— Угу. Вообще, его все так зовут. Но он был другом моих родителей, так что для меня в некоторой степени дядька, — ответила Голуба, — Так что ты ответил? Отказался?
— Пытался. В итоге обещал подумать. Он такой настырный, что так просто не отделаешься, — усмехнулся Мирослав.
— Есть немного, но вообще он славный, — улыбнулась девушка, — Жаль, что ты уходишь. Я надеялась, что сможем поработать вместе.
— Пока у меня другие планы, но как знать, как судьба повернётся. Может, ещё и доведётся, — пожал плечами юноша.
— Тогда прощаемся? На княжий пир через три дня ты ведь ты точно не явишься.
«Нет. Но это будет идеальный момент, чтобы вытащить Серенького.»
— Передай остальным, что мне жаль, но возникла очень серьёзная ситуация, требующая моего вмешательства. Не знаю, когда освобожусь.
— Хорошо, — печально кивнула Голуба.
Когда Мирослав уже отошёл от постоялого двора, его нагнал наставник Зубр.
— Погоди, у меня для тебя кое-что есть.
Мужчина протянул ему небольшой свёрток. Внутри оказался медальон выпускника и документ подтверждающий это.
— Знал, что ты решишь опять сбежать куда-то, так что попросил ректора в качестве исключения сделать всё без церемонии вручения.
Мирослав широко улыбнулся.
— Спасибо, наставник.
— Береги себя, Дарён. Доброгнев любит присказку одну. Как там…
— Наиболее ярко горящие свечи сгорают первыми?
— Да, судя по всему, он тебе её уже говорил, — кивнул Зубр, — И это сущая правда.
— Я знаю, — кивнул Мирослав, — Но спасибо вам. За всё.
Зубр привычно схватил его в свои мощные лапищи и стиснул в объятьях. На этот раз юноша даже не протестовал.
Три дня до пира.
Оставшееся время Мирослав потратил на подготовку. Он снял все деньги, что у него были и потратил большую часть на то, чтобы пополнить свои запасы, выменял в аукционном доме средненькое волшебное копьё в обмен на трофейную дубину, а после отправился в Бориславль под личиной, что ему подготовил Велимудр.
Первым делом он встретился с Юдой на постоялом дворе. Та повисла у него на шее и уткнулась носом в грудь.
— Хозяяяяин… Он же не умрёт там из-за меня?
— Успокойся, раз он жив, то мы его вытащим. Но для начала нужно тебя замаскировать. У тебя слишком уж примечательная внешность.
Спустя час с постоялого двора вышли полноватый седой алхимик с лицом, усеянным морщинами, и загорелая брюнетка из полян. Первым делом она показала ему место, куда утащили Серенького.
— Как я и думал. Княжеские владения.
— Охраны тут относительно мало. Да и многие из них слабаки, которые мне не ровня. Но у меня возникает тревожное чувство, когда я приближаюсь к этому месту. Не знаю, как объяснить.
Мирослав выбрал место, где случайные прохожие не обратят на них внимание, и достал окуляр. Техника взора, усиленная с его помощью, раскрыла ему множество новых деталей. Внутри было несколько контуров сигнальных оберегов, исполненных по методам древичей, а от башенки в центре поместья тянулись нити живы, сплетающиеся в сеть, накрывающую целый город. И чем ближе, тем плотнее она становилась. Под землёй же клубились вихри и облака живы, словно бы там проводились какие-то ритуалы.
— Да уж. Всё больше убеждаюсь, что упоминания ведьмы были правдивы. Твоё чутьё тебя не подводит, Юда. Если проникнуть туда без подготовки, то тебя обнаружат почти моментально.
— Тогда какой у нас план?
— Я думаю, что смогу создать метод сокрытия. Но этого будет мало. Надо навестить пару человек.
Первым делом они направились к Ждану. Того дома не оказалось, так что пришлось прогуляться до рыночной площади. Мирослав подождал, пока у того кончатся покупатели, и подошёл.
— Чего изволите?
— Побеседовать нам с тобой надо, торговец. Наедине.
— Не могу я товары бросить и уйти. Так что вечерком приходите, как торговля кончится.
— Неужто торговля важнее, чем твои делишки в том лесу? — спросил Мирослав.
Ждан побледнел.
— Я… Откуда вы…
— Ты моему ученику задолжал за спасение своей жизни. Так что не заставляй меня повторять свою просьбу.
— Хорошо-хорошо. Только не говорите так громко об этом! Не ровен час, услышит ещё кто!
Ждан поспешно спаковал товары, и они отправились на постоялый двор, где остановился Мирослав. Там без лишних глаз юноша вернулся к теме, которую поднял.
— Итак, Ждан…
— Я клянусь, что ничего дурного не сделал! — тут же принялся лебезить торговец, — Я даже не знал, что там за ужас творятся! Не выдавайте меня страже! Я что угодно сделаю!
— И чего б тебя тащили сюда, если бы посадить в темницу хотели? — фыркнула Юда.
— Ждан. Я пришёл взыскать с тебя долг, а не разрушить твою жизнь.
— Хорошо! Я заплачу! Сколько скажете, заплачу!
— Мне не нужны деньги, — покачал головой юноша, — Ты для меня кое-что сделаешь, и мы будем в рассчёте.
— Я убивать никого не буду! — тут же заартачился торговец.
— Помолчи и послушай, — сказал Мирослав, — Слишком много болтаешь.
— Ладно… — потупился Ждан.
— Через два дня в поместье у князя будет пир. Купи к этому моменту несколько бочонков приличного алкоголя и вечером, когда праздник уже будет в самом разгаре, подари страже поместья. Наболтай о том, как несправедливо, что их заставляют работать, пока власть имущие вкушают радости жизни. На этом твой долг будет уплачен.
— И всё? — с недоверием переспросил Ждан.
— И всё, — кивнул Мирослав, — А что, хотел, чтобы я твоего первенца попросил или ещё что?
— Да первенца хоть щас забирайте, здоровый лоб уже, а ума нет, — рассмеялся мужчина, — Может, хоть научится чему путному.
Юноша улыбнулся.
«Теперь задачка потруднее.»
Найти того тощего проходимца оказалось сложнее. Но, в конце концов, всё же удалось, причём самым неожиданным образом.
— Охо-хо, а что такая милашка делает со столь дряхлым стариком? — коренастый вынырнул из переулка, расплывшись в похабной улыбочке, — Может, лучше с нами прогуляешься?
Его щуплый товарищ вышел следом.
— А может, я лучше тебе голову оторву и собакам скормлю? — очаровательно улыбнулась Юда.
— Ну я бы посмотрел как ты…
Тот не закончил фразу, поскольку Мирослав в одно движение сократил дистанцию и сложил его пополам ударом под дых. Да так сильно, что бандит кубарем вкатился обратно в подворотню.
— Ну-ну! Что за молодёжь такая грубая пошла?
— Ты что дед помереть надумал? — щуплый тут же принял боевую стойку.
Мирослав же поднял руки вверх в миролюбивом жесте.
— Спокойно. Я просто поучил твоего товарища манерам. Ничего ему не сделается, скоро оклемается. Я от того юноши, который у тебя билеты покупал. По делу.
— Ааа, — щуплый слегка расслабился, — Ну коли так, то звиняйте, недоразуменьице вышло. Так чего надобно?
— Вы, говорят, Дарёна сильно не любите.
— Да кто ж его любит?
— И то верно. Не хотите ему подгадить и заодно лёгких деньжат заработать?
— Хочу, конечно. Ещё бы не хотеть.
— Слыхали, что послезавтра пир у князя будет, где, в частности, этого негодяя чествовать будут?
— Есть такое, — щуплый сплюнул и презрительно скривился, — Всяким выродкам всё, а нам крохи достаются в жизни. Разве это справедливо?
— Вот-вот. Чтобы ему подпортить триумф — приходите к княжескому поместью вечером и требуйте правосудия. Мол, убивец он и злодей!
— Так там стража. Нас сразу и прогонят.
— Об этом я позабочусь. Вы, главное, свою часть сделайте.
Мирослав достал из кошеля увесистый мешочек с золотом.
— Если не струсите, то после всего дам вдвое больше.
Глаза щуплого вспыхнули жадностью, и он потянулся к мешочку, но Мирослав ловко отдёрнул его.
— Но! Ежели не явитесь, я эти деньги наёмникам заплачу, чтобы нашли вас и переломали вам ноги. Ясно?
— Да спокойно, дед, — проходимец сцапал мешочек и спрятал себе за пазуху, — Мы, может, и не самые честные ребята, но у нас тоже есть принципы. Всё будет в лучшем виде. Есть у меня знакомые — профессиональные жалобщики. Вся округа рыдать будет от того, как их обессудил этот поганый Дарён. Тем более, что у них на него тоже зуб.
«А это не те ли, которых подослали мне репутацию испортить, когда гильдия начала продавать мои товары? Как тесен мир.»
— Вот только тебе-то он что сделал, что ты ради такого пустяка готов столько деньжищ потратить? — спросил щуплый.
— Сына моего из-за него из гильдии выгнали. Поганец свою ошибку на него свалил, а в споре простого человека и такого, как он, побеждает более знаменитый. Мой мальчонка всю жизнь положил на учёбу, а его теперь никто не возьмёт даже в самую затрапезную алхимическую лавку. Я хочу испоганить Дарёну жизнь как только возможно!
— Ооо. Понимаю, понимаю! Не боись, старик! Всё будет! Смотри и радуйся!
Мирослав кивнул, и они с Юдой ушли.
— Отвлекающий манёвр готов. Теперь осталось только подготовиться к самому проникновению.
Два дня до пира.
Они с Юдой ещё несколько раз покружили вокруг поместья под видом прогулки. Мирослав составил подробную карту, исходя из увиденного.
— Когда я пойду внутрь — ты будешь наблюдать с этой позиции, — сказал он, указывая на свою схему.
— Погоди, ты меня не берёшь с собой?
— Нет. Я пойду один.

----------

Глава 31 Тайны князя

Юда потупилась.
— Я накосячила, и ты теперь считаешь меня бесполезной?
Мирослав тяжко вздохнул.
— Хватит фокусироваться на чувстве вины и начни думать головой, — наконец сказал он после долгой паузы, — Находясь внутри, я буду видеть только то, что происходит вокруг меня. Но благодаря уникальному преимуществу нашей связи — обзор увеличится. К тому же если что-то пойдёт не так, ты будешь моей страховкой.
— Ой, а об этом я не подумала.
— А стоило бы. Ты позволяешь эмоциям управлять собой, а это довольно опасно.
Мирослав достал из кошеля копьё и протянул девушке.
— Вот ещё что. Это тебе. Если дойдёт до битвы — не придётся сражаться голыми руками, сможешь воспользоваться всем тем, чему я тебя научил.
Юда подхватила оружие и сделала несколько пробных движений.
— Ммм, довольно лёгкое и удобное! Мне нравится! Спасибо, хозяин!
Юноша кивнул и вернулся к карте.
— Теперь слушай внимательно…
Один день до пира.
Следующий день Мирослав занимался подготовкой. Он сделал заготовки для оберегов, которыми будет прорывать сигнальные круги, создал специальный оберег для противодействия сети наблюдения ведьмы, а остаток времени посвятил тому, чтобы разобраться с наручем и освоить технику, полученную от Общества Познания.
«Наруч Тысячи Шипов» полагалось носить на предплечье, причём он был симметричным, так что у владельца был выбор какую именно руку использовать. Мирослав надел его на левую и спрятал под рукав кафтана. Оружие откликалось на жест — кисть сжимается в кулак, а потом указательный и средний палец выпрямляются. После этого из, кажущегося неприметным, отверстия на тыльной стороне наруча начинают вылетать стальные иглы длиной с палец. По форме они закручены в спираль и имеют мелкие зазубрины, усложняющие извлечение из раны. Также в самом наруче был специальный отсек, который можно наполнить ядом, и иглы будут вылетать уже смазанными им.
«Это куда удобнее, чем использовать слияние,» — подумал Мирослав после испытания.
Но самым примечательным оказалось то, что никакого хранилища игл в оружии не обнаружилось. Оно отстреливало опредёленное их количество, а после часа ожидания вновь приходило в боеготовность. Те, которые уже вылетели наружу же, по истечении получаса исчезали. С помощью окуляра Мирослав смог осмотреть наруч получше и увидел, что внутри скрыто ядро.
«Неужели они научились питать свои механизмы ядрами монстров? Какая впечатляющая изобретательность! Всё же подгоренцы не зря славятся, как самые лучшие мастера.»
Закончив с этим, юноша вернулся из леса, где проводил эксперименты, в комнату на постоялом дворе. Он перепроверил запасы, повторно перечитал план, убедился, что Юда тоже всё запомнила, и они отправились спать.
День пира.
Вечер всё никак не хотел наступать, так что Мирослав ещё несколько раз успел перепроверить снаряжение и попрактиковаться с новой техникой. Наконец в сумерках они покинули постоялый двор и заняли позицию, которую он выбрал для наблюдения.
«Раньше я бы просто ногой ворота снёс и раскидал всех, даже если бы там целая армия ждала. Что, если задуматься, довольно глупо, даже когда ты могущественен. Эта моя нынешняя уязвимость заставляет мыслить практичнее и креативнее, проявлять осторожность, которая раньше для меня была не свойственна. Может, если бы я научился этому во времена первой жизни, то их предательство и не увенчалось бы успехом. Если бы… Как знать теперь…»
С их позиции было отлично видно, как прибывают гости, а после и подосланный им Ждан. Тот подъехал на гружёной повозке, содержимое которой скрывала плотная ткань.
— Как служба, мужики?
— Будто сам не знаешь, скука смертная, — зевнул один из стражников, — Сам как?
— Да вот сидел сегодня дома и думал, как же несправедливо, что пока все пируют, вы тут трудитесь в холоде и голоде.
— Что есть, то есть, — кивнул другой, — Даже остатки той роскоши до нас не доходят.
— Я вот и решил, что надо это исправить, — Ждан сдёрнул с телеги ткань, которой был накрыт груз.
Там оказалось несколько бочек и какие-то свёртки.
— Пивка вам привёз да снеди всякой понемногу.
— Оооо, Ждан, ну ты настоящий человечище! Мужики, быстро прячем, пока старший не пришёл.
Стражники начали разгружать телегу, но вдруг их окликнул властный голос.
— Вы что тут устроили?
Стража вытянулась по струнке, а их командир подошёл ближе и хмуро покачал головой.
— Убрать всё. Совсем уже одурели! И ты, Ждан, знаешь же, что на службе ребята!
— Ой, Вторак, ну чего ты, я ж от всего сердца.
— Знаю, но не положено.
— Ну капитаааан, — начал ныть один из стражей, — Ну ты глянь, это же «Золотой Гусь», да ещё и три бочки! Разве ж можно от такого подарка отказываться!
Тот покосился на бочки.
— «Золотой Гусь»? Ждан, а ты расщедрился.
— Ну так наш брат только благодаря вам служивым и живёт в достатке и безопасности. Это пустячок.
— Но не положено.
— Капитаааан! Ну будь человеком! Мы в караулке спрячем, никто и не заметит.
Тот тяжело вздохнул.
— «Золотой Гусь», говорите? Ладно, поганцы, тащите бочку в мой кабинет, и я сделаю вид, что ничего не видел. Бегом!
Стражи радостно загалдели и вернулись к разгрузке. Вскоре повозка опустела, Ждан попрощался и уехал, а стражи то и дело начали отбегать в караулку, возвращаясь всё более весёлыми и расслабленными. Спустя время к поместью князя подошла толпа, кричащая «долой злодея Дарёна».
— Пора!
Мирослав применил маскировку от облачения охотника и рванул к месту, которое выбрал для проникновения. Он быстро установил обереги, размыкающие сигнальный контур, и шмыгнул внутрь. Мимо хозяйственных построек, к главному зданию, где проживал князь с супругой. Там он нашёл вход в погреб, который обычно должен был быть заперт на замок, но, учитывая нагруженность прислуги, дверь лишь прикрыли и оставили так. Внутри юноша быстро осмотрелся с помощью техники взора и нашёл потайной вход. Пришлось немного повозиться с тем, чтобы его открыть. Рычаг открывающий дверь хорошо спрятали, но наконец и эта преграда была преодолена.
' — Как там наши «недовольные»?'
' — Уже вошли на территорию поместья и движутся к пиршественному залу. Стражники были слишком пьяны, чтобы им помешать. '
Мирослав принялся спускаться по каменным ступеням вглубь. Судя по всему, под поместьем было несколько подземных этажей, но ему требовался самый нижний. По крайней мере, жива Серенького просматривалась где-то там. С помощью техники взора и окуляра он смог также рассмотреть и другие очертания. На этажах было несколько монстров и больше десятка человек.
«Чем они тут, вообще, занимаются? Неужели та самая ведьма служит князю? Или, вернее, князь с ней в сговоре и позволяет творить злые дела в своих владениях? Хотя зная Изяслава — не удивлюсь.»
Юноша спустился вниз. Дверь оказалась заперта, но он даже не стал тратить время на взлом. Охладил металл перчатками, полученными в награду на турнире, а после ударом покрытого стальной чешуёй кулака сломал замок. За дверью оказалась темница. Мирослав нашёл стоящую неподалёку лампу и зажёг её. Свет рассеял тьму и перед ним предстали ряды ям, накрытых решётками. Все они были пусты, кроме одной. Мирослав быстро подошёл и обнаружил там Креслава.
— Дарён⁈ — удивлённо воскликнул он, проморгавшись от яркого света, — Ты как тут оказался? И где мы вообще?
— Вернулся, значит, — улыбнулся юноша, — Всё потом. Сейчас я вытащу тебя… Стоп…
«Как он узнал меня?»
Он заметил, что коса, лежащая на плече, снова рыжая.
«Здесь наложены какие-то чары, которые убрали эффект вполне физического изменения внешности с помощью алхимии? Я даже не заметил, как это случилось. Здешняя ведьма крайне опасна… Надо бы поторопиться.»
Мирослав достал меч, чтобы рассечь решётки, но ощутил, как накатывает иррациональная тревога.
«Невзор?»
Он едва успел надеть шлем, когда восьмихвостый на полной скорости влетел в него, обрушив шквал сокрушительных ударов. Огненная сорочка истощила свой запас энергии, а после атаки начали приходиться уже на тело. Даже с помощью точечного укрепления юноша не мог смягчить удары до приемлемого уровня. Его вмяли в стену, попросту начали избивать, как беспомощный мешок с соломой.
«Даже до кошеля не дотянуться…»
Хрусь. Треснуло ребро. Щёлк. Вывихнулась рука. В глазах поплыло от множества ударов обрушившихся на голову, если бы не шлем, то он уже потерял бы сознание.
— Дарён? Эй, Дарён! Что случилось? Я чую кого-то ещё и кровь!
«Нужен момент. Всего один момент.»
— Эй-эй, Невзорчик, ты что его прикончить пытаешься? — раздался за восьмихвостым женский голос.
— С этим палец в рот не клади, — буркнул тот, — Только и ждёт, как бы какую гадость выкинуть.
Он лишь на мгновение отвёл взгляд в сторону собеседницы, Мирослав тут же выпустил ему в ногу несколько игл, обмазанных парализующим ядом, и потянулся к кошелю, чтобы достать усиливающее снадобье. Из стены вдруг выросли тонкие, но прочные нити, которые опутали его, не позволяя двигаться. Невзор повалился на землю, держась за ногу.
— Да, ты прав, юнец примечательный.
Женщина в роскошном малахитово-зелёном платье, расшитом золотом, подошла ближе. Мирослав видел, как тонкие нити живы устремляются от её ладони к стенам и к нему.
«А вот и ведьма… На её одежде княжеский герб…»
Тем временем Невзор начал приходить в себя, выдернул иглы, вскочил и замахнулся кулаком, чтобы продолжить избиение.
— Довольно! — повелительно сказала женщина.
— Да, госпожа княгиня.
«Княгиня?»
— Дарён, ты цел?
— Помолчи, пленник, — бросила Креславу княгиня, — Он пока жив.
Взор немного прояснился, и он смог рассмотреть её получше. Довольно молодо выглядящая полянка с русыми волосами и серыми глазами.
«С виду ни капли крови древичей. Но она определённо ведьма…»
— Здравствуй, Дарён. Я Милодара — княгиня Бориславля, — сказала она ему, — Жаль, что мы познакомились именно при таких обстоятельствах.
— Не скажу, что рад знакомству, — прохрипел юноша.
Невзор снова замахнулся на него кулаком.
— Не заставляй меня повторяться, — холодно бросила ему княгиня.
Тот вздохнул и отступил на полшага.
— Итак. Скажи мне, Дарён, зачем ты проник в такое мрачное и опасное место?
— Если я скажу, что всё же решил прибыть на пир, но заблудился, услышал шум в погребе и забрёл сюда, вы ведь мне не поверите?
— Конечно нет, — улыбнулась та.
— Вы моего друга в плен взяли. Решил спасти.
— Это волколак-то твой друг? Как занятно. Не поведаешь, как ты с ним познакомился? И да, в дурацкие оправдания я не поверю, давай говорить серьёзно и со взаимным уважением. Если, конечно, ты не предпочитаешь общение с Невзором.
Мирослав кивнул.
«Нужно потянуть время, пока не смогу высвободиться.»
— Он волколаком был не всегда. Его превратила ведьма из Лютой Пущи.
Во взгляде княгини тут же вспыхнул яркий огонёк интереса, но она быстро скрыла его за ширмой невозмутимости.
— Ведьма, говоришь. Как те, о которых болтают крестьяне постоянно?
Мирослав криво усмехнулся, тут же поморщившись от боли в разбитой губе.
— Нет. Из тех, которые наследуют древние знания древичей и творят всякие тёмные делишки. Например, создают волколаков.

----------

Глава 32 Пленники

Княгиня продолжила сохранять видимую невозмутимость.
— Неужели, что, заставляла их через пенёк с воткнутым ножом прыгать? Или заговорённые шкуры накидывала?
— Ритуалы проводила, связывая их с собой и друг другом. Такие были твари жуткие, что их ничем не убить. Да и ведьма им под стать. Я ей голову с плеч снёс, а та обратно скок на шею.
— Экая чушь, даже волколак сдохнет, если ему голову срубить, — встрял Невзор.
Однако княгиня покачала головой.
— Племя, которое проживало в Серебрянном Лесу в Империи и должно было вступить в наш союз, обладало подобными знаниями. Однако они были уничтожены, — она вперилась пристальным взглядом, — Выходит, что ты столкнулся с уцелевшей хранительницей мудрости этого племени? Что же было дальше?
— Она поймала моего товарища в ловушку и превратила в волколака, а я убил её и взялся за поиски способа его излечить.
— И как же ты убил кого-то, кого меч не берёт? — спросил Невзор.
— Я обратил силу той связи, что давала им живучесть, против них. Барьер, который защищал избу ведьмы, питался силой одного из волколаков, что и стало фатальной уязвимостью.
— Ну и бредятина, — закатил глаза восьмихвостый.
Однако Милодара слушала его очень внимательно.
— Что сталось с записями той ведьмы?
— Сжёг, конечно же. Что с таким злом ещё делать?
— Чтоб тебя… — княгиня гневно стиснула кулаки, — Ты хоть представляешь, насколько бесценные знания там были?
«А теперь настало время убедиться в том, что меня тут не убьют. Вполне возможно, что они и хотели пленить меня, чтобы использовать алхимические таланты. Но может статься и так, что предпочтут избавиться. Если предложу что-то уникальное, то смогу выиграть какое-то время на подготовку побега.»
— Представляю. Я ведь их прочитал и запомнил.
— Ммм… Из того, что нам о тебе известно — это вполне возможно, — кивнула Милодара, вернув спокойствие, — Что же, значит, большая удача нас сегодня посетила. Мы перебрали столько путей, как бы тебя посподручнее пленить, а ты сам к нам в руки пришёл, да ещё и с бесценными знаниями предков.
— Предлагаю договориться. Я вам всё запишу, и мы с Креславом уйдём. Так будет лучше для всех.
— И с чего бы мне отпускать тебя? — надменно усмехнулась княгиня.
— Потому что глава гильдии алхимиков знает, куда я отправился, и если не вернусь — он позаботится о том, чтобы задействовать все наши связи, чтобы вам пришлось меня отпустить, — спокойно ответил Мирослав, — Это будет куда проблематичнее для всех.
— Да. Это большая проблема, — кивнула женщина, — Как я уже говорила, пришлось поломать голову, чтобы придумать, как её решить. Но в итоге именно ты проложил нам путь к успеху.
— Это каким же образом? — спросил юноша.
— Твой брат Мирослав. Или Дарён. Так и не разберёшь, кто из вас кто. Один точно убил другого. Причём дважды.
Мирослав замер.
«Так тот охотник, который забрал его череп — их посланник? Но зачем?»
— У тебя на лице написано недоумение, — улыбнулась Милодара, — Даже и не знаю, подразнить ли тебя, или сразу всё выложить.
Тем временем Невзор достал из кошеля хрустальный шар, нахмурился и обратился к княгине.
— Госпожа, нужно ваше непосредственное вмешательство в ход эксперимента.
— Ох, похоже, судьба решила за нас.
Милодара махнула рукой и нити, опутывающие Мирослава, исчезли. Он упал на колено и тут же ухватился за меч.
— Лучше не сопротивляйся или прошлая взбучка покажется тебе лаской, — рыкнул Невзор.
«Прямо сейчас будет слишком сложно прорваться. Нужно восстановить силы и выждать момент.»
Юноша спрятал свои ценности в кошель.
— Полагаю, что я теперь ваш пленник.
— Именно так, — кивнула княгиня.
Невзор попытался забрать у него кошель-вместимку, но ничего не вышло.
— Отдавай по-хорошему!
— Оставь его, — махнула рукой женщина, — Нет ничего, что помогло бы ему выбраться отсюда незамеченным. Нам же надо поторопиться.
Восьмихвостый отодвинул одну из решёток и столкнул Мирослава в яму, после чего накрыл обратно. Свет вскоре исчез вместе с шагами врагов.
' — Хозяин? Как ты? Что случилось?'
' — Попался. Здешняя ведьма слишком хороша и всё же смогла заметить моё присутствие, а Невзор напал так неожиданно, что я не успел ничего предпринять.'
' — И что же теперь делать?'
' — Будем ждать момента. Убивать они меня точно не станут. Пока ничего не предпринимай.'
Мирослав достал из своих пожитков лампу и под её светом принялся обрабатывать раны.
— Дарён, ты как?
— Бывало и лучше, но ничего.
— У меня столько вопросов…
— Лучше не здесь. У Милодары здесь наверняка везде глаза и уши, раз уж меня заметили. Кстати об этом, заметил что-то интересное?
— Нет. Меня притащили сюда и бросили в темноте. Хотя. Запах трав почуял. Людского страха и крови. Монстров, хотя странных каких-то. Однако не могу объяснить в чём именно странность. Та женщина пару раз приходила, что-то непонятное делала, колдовство какое-то явно, но на этом всё. Мне больше интересно обсудить то, что случилось в Лютой Пуще. Услышит и услышит, какая разница. Мы всё равно тут застряли.
«В общем ничего особо ценного.»
— Разница в том, что информация сейчас наша единственная ценность. Нельзя выдавать её ведьме даром. Поговорим, когда выберемся.
— После такого ты ещё надеешься выбраться?
— Нет. Я точно знаю, что мы справимся. Кстати об этом. Ты можешь превратиться обратно?
— Не знаю. Не хочу. Хватит с меня этого!
«А вот это плохо. С его силой мы вполне могли бы сбежать. Надо привести Креслава в чувство.»
— Я понимаю, что ты в шоке от того, что твоя природа так радикально изменилась. Но ты — всё ещё Креслав, а новая сила не так уж отличается от прежней. Сам подумай. Раньше ты поглощал ядра, а сейчас они просто полностью часть тебя. Если так посмотреть, то так даже более естественно.
— Болтаешь-то ты красиво, да только суть не меняется — я монстром стал. Тем, на что богатыри охотятся.
— Нет. Ты стал нечистью. Монстром ты станешь, если начнёшь чинить зло. Но разве источник твоей силы определяет какие поступки ты станешь совершать?
— Я… Не знаю…
— Тебе нужно примириться со своим новым «Я». Причём сделать это как можно скорее. Иначе мы вполне можем здесь погибнуть.
— Легко сказать…
— Я тебе помогу, слушай и делай, как говорю…
Спустя много часов темницу вновь озарил свет. Через отверстия в решётке Мирослав увидел князя и Невзора.
— Так-так. Вот и наш гордый алхимик. А я тебе говорил, что твоя упёртость добром не кончится. Теперь ты послужишь нам, не имея с этого никакой личной выгоды, — Изяслав ехидно захихикал, — Хотя, конечно, если будешь себя хорошо вести, то, по крайней мере, в яме сидеть не придётся. Организуем тебе местечко покомфортнее, а?
— Я уже описал княгине ответное предложение, повторяться стоит?
— Забудь, — отмахнулся князь, — Тебе ведь уже было сказано, что проблема с твоими покровителями решится. Не без трудностей, но уж войной из-за покойника никто на нас не пойдёт.
— Только вот я вам живым нужен, и никто подобным заявлениям не поверит, — ответил юноша.
— Однако же Дарёна Русалова послезавтра казнят. Это уже было объявлено.
— При всём уважении, княже, у вас хуже получается нагнетать драматизм, чем у княгини.
Изяслав недовольно поморщился.
— У неё и опыта сильно поболе… Ну да ладно.
Он махнул рукой, и из-за его спины покорно вышла ещё одна фигура. Рыжий юноша с бледной кожей и лиловыми глазами.
«Дарён? Как?»
— Что, теперь впечатлён? — осклабился Изяслав, — Братец твой. Внутри, конечно, пусто…
Он постучал Дарёну по лбу, а тот и не шелохнулся.
— Но чтобы публично казнить, и этого хватит. Так что надежды свои на спасение можешь оставить. Сам себе яму выкопал.
«Пустая оболочка, но, чтобы провернуть подмену, этого хватит…»
— Как вам удалось подобное?
— Мёртвая вода, — гордо приосанился мужчина, — Пришлось потратиться, чтобы такую диковинку отыскать, но результат на лицо. Немного поработаем, чтобы был совсем один в один с тобой, а там уже точно никто не прикопается.
— Изобретательно, — кивнул юноша.
— Сколько раз ты мне карты смешивал — наконец и я на тебе отыграюсь, — ехидно ухмыльнулся князь.
— Неужели моё нежелание вам служить вас так задело? — хмыкнул Мирослав.
— Задело, конечно. Но дело совсем не в этом. Думаешь, мой малец просто так бестолочью рос? Это была выверенная стратегия! Но нет, явился ты и каким-то чудом вызвал у него желание стать лучше. Я планировал, что княжество будут считать слабым, пока не придёт время. Но нет, вы взяли и сделали невозможное, победив на турнире. Про то, что ты наших ручных торговцев перебил, я уже и не говорю. Одни проблемы от тебя, мальчишка!
— Вы и об этом знаете…
— Во владениях премудрой ничего без её ведома не происходит, — пожал плечами Изяслав, — Жуткая женщина.
— Как вообще вышло, что вы на ведьме женаты?
— Может, как-нибудь в другой раз расскажу, — ответил тот, — Я так-то просто позлорадствовать пришёл и посмотреть на твою несчастную рожу.
— Довольны?
— Не очень. Ты возмутительно сдержан для таких обстоятельств. Возможно, Милодара права, ты не тот, за кого себя выдаёшь. Ну да ладно, на сегодня довольно. Приятного пребывания во тьме, поганец ты этакий.
Невзор ненадолго задержался.
— Дарён, а сможешь ли ты… Хотя нет, забудь. Ещё не так поймут.
Восьмихвостый быстро ушёл. Юноша подождал, пока всё затихнет, и воспользовался связью.
' — Юда, отправляйся в Китеж.'
' — Не выйдет. Вскоре после твоей поимки врата оцепили и отменили все перемещения. Говорят, что «злодеи их повредили и нужен срочный ремонт».'
' — Да, они точно хорошо подготовились…'
' — Я могу отправиться в другой город и оттуда уже махнуть.'
' — Не успеешь. Будем выкручиваться сами. Пока найди тех проходимцев и закажи у них вот что…'
Мирослав сосредоточился на восстановлении сил и залечивании ран, поглотив половину запасённых лепестков Цвета Мары. За этим процессом он даже не заметил, в какой конкретно момент ощутил прилив сил. Пятый хвост проявился, а его тело вновь стало крепче и сильнее. Учитывая обстоятельства — пришлось рискнуть и поглотить ядро прямо в темнице, поскольку для побега ему будут нужны все доступные силы. Но опыта у него было уже предостаточно, так что процесс прошёл гладко. Ядро морского чудовища даровало ему новое облачение «Величайшего Морского Рыбака», которое повышало проворство и создавало трезубец, возвращающийся в руку после броска.
Также он создал новые слияния. «Морская Тюрьма» — запирала врага в водяной сфере. «Рубаха Неуловимости» — делала носителя гибким и скользким, делая затруднительным его поимку. «Перчатки Противоположностей» — имели два эффекта, одна создавала поток воды, другая пламени. «Многорукая Ярость» сотворяла растительные отростки, подобные щупальцам осьминога.
После Мирослав приготовил вспомогательное снадобье, которое должно было смягчить вред, наносимый эликсиром повышения силы, и попутно увеличить его длительность.
' — Хозяин, они начинают, похоже, решили устроить прямо-таки шумное действо.'
' — Отлично, я буду смотреть твоими глазами, чтобы выгадать момент.'
На городской площади собралась целая толпа народу. На специальном помосте восседал князь. Рядом с ним расположился Невзор, а вокруг было полно стражи.
— Добрые люди Бориславского княжества. Многие из вас слышали о юном Дарёне Русалове. Талантливейший алхимик, умелый воин, настоящая гордость земель наших! Благодаря ему в Бориславле лекарства стали более доступными. Он вывел воинов Твердыни из земель за Барьером. Прославил наше княжество на турнире молодых талантов. Да и много другого сделал. Прославленный герой! Однако же, спросите вы, почему мы сегодня судим его? — выдал князь драматичную речь.
— Почему? — тут же принялась вторить ему толпа.
— Всё потому, что за маской этого героя скрывается настоящее чудовище. Монстр со столь чёрным сердцем, что я был в ужасе, прознав о всех его злодеяниях. Попросту не мог поверить в то, что человек способен на подобное! Потому вопреки обычному — сегодня решение принимать буду не я. Сегодня решать судьбу этого злодея станете вы, мои дорогие жители княжества. Мой народ!
«Ах ты ж хитрая скотина, ответственность решил переложить, чтобы ответные меры применялись не лично к тебе, а как будто бы ко всему народу?»

----------

Глава 33 Судилище

Князь сделал драматичную паузу, после чего продолжил.
— Всё началось ещё задолго до его прибытия в наш славный Бориславль. Злой и завистливый юноша завидовал более талантливому в алхимии брату Мирославу. Куда ж ещё талантливее, спросите вы? Однако же свидетельства из его родной деревни Сухотравки говорят, что всё было именно так. Так что он убил его и вместе с ним другого односельчанина — Корнея, который тоже обладал духовным даром и, судя по всему, попытался защитить Мирослава. Как видите — путь Дарёна выстлан кровью и болью с самого начала.
— Ужас! Безобразие! — тут же принялись голосить горожане.
— Однако учитывая его таланты и добрые деяния, мы могли бы помиловать Дарёна, если бы его прегрешения ограничивались только этим.
— Могли бы! — поддержали люди.
— Но свершивший зло однажды неумолимо тянется ко тьме снова и снова. Дарён полюбил убийства и продолжил проливать кровь уже в нашем городе. Вспомните — не пропадали ли ваши близкие в последние годы? Не умирали ли странными смертями?
— Было! Было! — донеслось из толпы.
— Многие из этих смертей — дело его рук, ведь ради своих алхимических опытов он использовал кровь и плоть людскую!
— Ужас! Злодейство! — принялись вопить горожане.
— Верно. Но и это ещё не всё.
Он поманил рукой кого-то из группы людей, окружённых стражей. Мирослав признал в вышедшем вперёд человеке Лютовлада Земещева.
— Многие из вас знают достойнейшую семью Земещевых, чьи сады поддерживают экономику княжества почти на протяжение всей его истории. Это добрые уважаемые люди, которых не щадит судьба, но они продолжают быть образцом для подражания. Но даже их Дарёну хватило наглости обидеть! Прошу, Лютовлад, расскажи нам больше.
— Этот… Этот человек убил мою невесту!
Горожане ахнули.
— Он проник в наши сады, чтобы ограбить их, и, на беду, моя дорогая Морья заметила его. Дарён, этот подонок, хладнокровно зарезал её, а потом отравил наши растения, угрожая, что если мы посмеем ему мстить, не даст противоядия. Благо недавно нам удалось справиться с напастью, и мы тут же отправились требовать справедливости! Во имя моей бедной невесты и всех невинно убиенных я требую кары для этого человека!
— И он её получит, — кивнул Изяслав.
Лютовлад ушёл, а князь продолжил.
— Однако этого ему было мало. Он продолжил убивать. Убил Герберу из академии хвостатых богатырей — которая в первые дни обучения имела неудачу затеять с ним ссору. Убил множество торговцев, выследив их во время рыбалки, а после отправился по всему княжеству, убивая всё больше и больше людей. Местами он истребил почти целые деревни! Но Дарён не скрывался, нет, наоборот — делал это с гордостью!
— Князь, при всём почтении, это лишь слова, — вышел вперёд мастер Межемир, — Нет никаких доказательств того, что всё это сделал именно Дарён. Тем более, что описанные вами недавние серии убийств он совершить не мог, ведь был в Китеже и готовился к продолжению турниру.
— О, я тоже был озадачен, но как оказалось — там его не было. У меня есть достаточно свидетельств того, что он покидал город под другой личиной. При необходимости даже его соученики и наставник подтвердят, хоть и неохотно, что его с ними не было.
— Это ещё не доказывает вины в убийствах.
— А дюжины очевидцев, которые видели его?
— Но если он был под чужой личиной, то зачем бы стал убивать под своей?
— Будто мы знаем, что в голове у подобных безумцев. Вы лишь пытаетесь защитить его потому, что он приносит гильдии огромный доход.
— Я просто хочу, чтобы суд был справедливым!
— Куда уж справедливее! Тем более, что вы даже не слышали, как именно мы его схватили, а это самое интересное!
— Как? — принялись вопрошать горожане.
— Дарён отчего-то питает ко мне сильную неприязнь. Наверное, из-за моей заботы о народе, ведь его кровожадный разум не способен понять такую сложную концепцию. Но из-за этой ненависти ко мне он вчера ночью проник в поместье и, пока все были заняты пиром, попытался убить мою дражайшую супругу! Беззащитную женщину, которая никогда в жизни никому зла не делала!
— Возмутительно! Отвратительно! Казнить его! Казнить!
Толпа начала требовать казни, и князь удовлетворённо кивнул.
— Да будет так. Приговор приведут в исполнение немедленно. Завтра же я сложу свои полномочия и передам власть сыну. Таково будет моё покаяние за последствия, которые покровители Дарёна обрушат на наш народ за жажду правосудия.
Вывели пустышку. Тут же в дело вступили нанятые Юдой жалобщики.
— Казни мало!
— Нужно пытать его!
— Бить кнутами!
— Жечь калёным железом!
— Быстрая смерть слишком милосердна!
Мирослав прервал видение, надел снаряжение, рассёк решётку мечом и выскочил наверх. Он убрал решётку у Креслава.
— Сейчас или никогда! Превращайся и вытащи нас отсюда!
Наёмник выбрался наружу и после нескольких мгновений сомнений превратился в огромного волка. Мирослав запрыгнул ему на загривок и тот прыгнул. Казалось, они ударятся о стену, но мир заволокло серой пеленой, и оба вдруг оказались снаружи. В княжеском дворе. Креслав вернулся в человеческую форму и повалился на землю, тяжёло дыша.
— Я думал, получится дальше… Это место чуть не высосало из меня все силы…
— Поганая ведьма и её штучки. Идти сможешь?
Тот кивнул и встал.
— Тогда бежим.
У входа несколько стражей преградило им путь. Мирослав несколькими точными выстрелами из наруча парализовал их, и они продолжили путь, выбрав кратчайшую дорогу из города.
' — Спорщиков разогнали, а «Дарёну» срубили голову. Невзор вдруг куда-то резко рванул.'
' — Проклятие, похоже, его уведомили о побеге. Встретимся в условленном месте.'
— Креслав, хватит сил ещё на один рывок?
— Нужно ещё немного времени, чтобы восстановиться.
— Хорошо, тогда, как только будешь готов — превращайся и уноси нас прочь.
Несколько патрулирующих стражей преградили им путь.
— Разве тебя не должны были казнить? — воскликнул один, — А ну стоять, беглец!
Мирослав нейтрализовал их всё таким же способом, и они продолжили побег. У окраины города юноша увидел, как их начинает настигать Невзор.
— Креслав!
— Ещё немного!
Мирослав швырнул склянку с ядовитым облаком в сторону Невзора. Улица была широкая, а людей поблизости не было, так что он надеялся, что никому не навредит. Туман мгновенно занял немаленькое пространство, вынудив восьмихвостого замедлиться. Этого хватило, чтобы Креслав вновь принял волчью форму и воспользовался ею, чтобы унести их на поляну за городом.
— Ждём Юду?
— Нет, она подготовила нам коней и движется к месту где их оставила, там и встретимся. Невзор скоро вновь начнёт нас настигать.
— Неужели всё зря?
— Нет. Пусть он невероятно силён, но на открытом пространстве и без поддержки ведьмы — не непобедим. Мы сможем побороться за свою свободу. Тем более, что побеждать нам не надо, лишь отбить желание продолжать преследовать.
Они побежали дальше.
— Рад, что ты смог принять свою новую суть. Все иногда меняются. Юда — одержимая, ставшая человечнее. Ты — бывший богатырь, ставший волколаком. Но по итогу важны только поступки.
— Юда одержимая⁈ — воскликнул Креслав.
— Да. Учитывая, как глубоко ты во всём увяз — имеешь право знать. Но, если тебе будет легче от этого, ей тело добровольно отдали.
— Я знаю, что истинные одержимые в основном так и появляются, — кивнул наёмник, — Но надо же… Никогда бы не подумал! Как же вышло, что ты водишь дружбу с подобным… Существом.
— За существо она бы тебя палкой стукнула, — усмехнулся Мирослав, — Так уж вышло. Долгая история, может, как-нибудь в другой раз расскажу.
— Ладно, объясни мне другое — как я вообще волколаком стал? Твоя ложь княгине для меня очевидна, ведь та ведьма умерла раньше.
— Тот кинжал Светозара чуть не лишил тебя жизни, и единственный способ спасти тебя был именно такой. Так что я обратил тебя, рассчитывая сразу же расколдовать. Но увы, допустил ошибку. Мне жаль.
— Да кто ты, вообще, такой? Не мог такой молодой парень слёту разобраться в записях ведьмы и успешно провернуть что-то подобное!
— Это тоже долгая история. Сейчас не до того, ведь техникой взора я вижу яркую искорку вдалеке, а значит, скоро Невзор нас настигнет. Тебе стоит решить, куда отправиться дальше. Погоня за мной, и ты сможешь спастись, если прямо сейчас уйдёшь.
Креслав рассмеялся.
— Чтобы меня спасти, ты взялся за опасный ритуал, вызвал на себя гнев лешего, столько сил потратил, чтобы вернуть мне человеческий облик, а потом полез в логово злодеев, чтобы спасти ещё раз. Если уж я тогда вступился за тебя из простого чувства долга, то как могу отвернуться сейчас? Я тебе сильно задолжал, Дарён.
«Я не спрашивал, но очевидно, что своё бытие Сереньким он помнит.»
— Кстати об этом — моё настоящее имя Мирослав.
«Дарён для всех мёртв и я наконец могу избавиться от его имени. Какое облегчение.»
— Ну что же, будем знакомы. Снова. А я волколак Креслав. Или сбежим вместе, или сдохнем, пытаясь!
— Хороший настрой!
Силуэт Невзора стал уже явно различим, когда они наконец добрались до условленного места.
— Всё же не успеем. Кони слишком медленные, — тяжёло вздохнул Мирослав, — Придётся сначала дать ему бой.
— Никогда даже не думал, что схлестнусь с восьмихвостым, — сказал Креслав.
— Твоя собственная сила сейчас примерно на уровне семихвостого. Юда шестихвостая. Мой эликсир поднимет меня до уровня семихвостого. Этого всё ещё мало против восьмихвостого на пике сил, так что будет очень тяжело. Но мы справимся!
— А может, и мне такой дашь?
— Не уверен, как на тебе он отразится, — покачал головой юноша, — Тем более осталась только одна порция.
— Досадно…
Мирослав выпил эликсир потентности живы, а после достал снадобье повышения силы. Глядя, как неумолимо приближается фигурка Невзора, он тяжело вздохнул и выпил его. Пламя тут же прокатилось по телу, и он ощутил прилив мощи. Его уровень силы поднялся до семихвостого, но ощущалось, что эликсира едва-едва хватило на это.
«Как я и ожидал, чем выше ты сам, тем ниже эффект такого эликсира. Восьмихвостый, скорее всего, почти не заметит разницы. Но мне этот скачок сил сильно пригодится.»
Вскоре Невзор остановился в паре сотен метров от них.
— Да уж, поганец, заставил ты меня побегать.
— Так и не гонялся бы. Хочешь, я тебе денег дам, а ты скажешь, что потерял меня.
— Деньги — пустяк, — сказал Невзор и, вдруг посерьёзнев, спросил, — Эликсир бессмертия создать сможешь?
— А я всё думал, почему же ты служишь такому ничтожеству, как Изяслав. Неужели тебе пообещали вечную жизнь?
— Не просто пообещали. Они могут это сделать. Но способ… Он омерзителен. Если сможешь предложить альтернативу получше, то я тебя отпущу.

----------

Глава 34 Альтернатива

«Это что ж за способ такой, что даже настолько беспринципный человек напрягся.»
— А как это делают они? — решил всё же спросить юноша
Тем временем из кустов показалась Юда, но восьмихвостый удостоил её лишь беглым взглядом.
— Хммм… — Невзор ненадолго задумался и нахмурился.
Он явно испытывал сомнения, но всё же решил ответить.
— Замена тела. Вернее, захват тела. Наиболее подходящий носитель — собственный ребёнок. Не хочу я у сына жизнь отбирать. Неправильно это…
«Вот зачем князь растил Ратибора именно так. Дабы меньше привязываться и чтобы проще было сломить его волю!»
— Это же буквально одержимость, только человек захватывает человека! — воскликнула Юда, — Неужели такое возможно?
— Возможно, хотя и не без труда, — сказал Невзор, — А теперь отвечай — сможешь ли ты предложить мне альтернативу?
— Как ты сам знаешь — гильдия создала эликсир продления жизни…
— Он срабатывает лишь раз, — перебил его Невзор, нервно отмахнувшись.
— Так вот создал его я, — спокойно продолжил юноша.
— Госпожа Милодара подозревала это. Больно уж удачно совпало твоё пребывание в главном отделении Гильдии Алхимиков и появление этого снадобья, — кивнул Невзор, — Но это ничего не меняет. Даже если и ты его создал — оно одноразовое.
— Это меняет всё! — невозмутимо завявил Мирослав, — Ведь я способен создать и такой эликсир, который будет работать больше одного раза и продлевать жизнь на куда больший срок. Просто гильдии выгодно сначала продавать то, что послабее, чтобы в будущем вновь потрясти всех очередным прорывом.
— Хммм… — Невзор задумчиво потеребил себя за ус, — Хочешь сказать, что всё же сможешь продлевать жизнь того, кто принимает твой эликсир вечно?
«Это невозможно. Даже в моё время существовал абсолютный предел в пятьсот лет. Ничто не было способно его преодолеть. Никакие техники, чары, эликсиры. Единственный путь — возвышение в мир бессмертных. Но я могу воспользоваться возможностью и подсунуть ему отравленный эликсир. Нужно лишь подобрать убедительную ложь, ведь он не дурак и переспрашивает не просто так. Слишком сладкие увещевания его отпугнут.»
— Нет. Такого сделать не сможет никто. Это против самой природы.
— Жаль… Придётся всё же тащить тебя обратно… — Невзор с явным разочарованием на лице потянулся к кошелю.
Юда и Креслав, которые всё это время молча выжидали, тут же приготовились к бою.
— Не спеши, — тут поднял руки вверх Мирослав, одновременно для восьмихвостого и союзников, — Я предлагаю продление жизни на целых пятсот лет. Тебе легко хватит времени, чтобы достичь девяти хвостов, а после и достичь возвышения. Это куда лучше, чем вечно скакать по телам собственных потомков.
Невзор вновь задумался, но руку от кошеля убирать не стал.
— Тысячу лет уже никто не возвышался. Это не выход.
— Эликсира продления жизни тоже не существовало тысячу лет, — пожал плечами Мирослав, — Однако теперь он снова есть. Другим просто недоставало времени, но тебе хватит. Разойдёмся миром, и, как только всё будет готово, я отправлю тебе обещанное.
— За дурака меня держишь? — рассмеялся Невзор. — Отпущу сейчас — тебя и след простынет. Если уж ты действительно способен сделать обещанное, то пойдём со мной. Есть у меня тайное убежище, о котором никто не знает. Сделаешь эликсир, и разойдёмся. А если нет — притащу тебя обратно в Бориславль.
«Хорошо. Он верит в то, что я могу это сделать. Теперь нужно дожимать.»
— Сам понимаешь, я тебе тоже доверять не могу. Может, ты пытаешься договориться, лишь пока меня усиливает снадобье, которое я принял перед твоим приходом, а стоит его действию истечь — тут же атакуешь, — сказал Мирослав.
— У тебя нет другого выбора, — твёрдо озвучил Невзор.
— Как насчёт компромиса? Я хорошенько выложусь и приготовлю эликсир здесь и сейчас.
Невзор явственно засомневался.
— А ты точно сможешь?
— Не слышал о том, что я на турнире сделал? Я лучший алхимик в истории, — надменно сказал юноша.
— Своими глазами видел, — кивнул восьмихвостый, — Ладно. Я дам тебе шанс. Но если решишь что-то выкинуть, то я заставлю тебя об этом пожалеть. Может, ты княгине и нужен живым, но не обязательно здоровым.
— Договорились. Я совсем не заинтересован в битве, так что в моих интересах разойтись миром, — кивнул Мирослав.
— Ну ещё бы, — хмыкнул Невзор, — Вот ещё что. Дружки твои пусть рты закроют и помалкивают. Если замечу, что вы пытаетесь сговориться или подаёте друг другу знаки, то сделке конец!
— Конечно, — сказал юноша и повернулся к товарищам, — Вы его слышали.
— Без проблем, — кивнул Креслав.
— Я в тебе не сомневаюсь, хозяин, — улыбнулась Юда.
— Фу, мальчишка, ну и вкусы у тебя, — скривился восьмихвостый, — Заставлять женщину так себя звать…
«Говорит тот, кто совсем недавно планировал забрать тело своего сына. Угу.»
— Она сама так решила, — пожал плечами юноша, — Ладно, приступим.
Мирослав призвал облачение и принялся за дело. Он начал доставать ингредиенты и очень неспешно класть их в котёл. Периодически он доставал из кошеля свои записи, делал вид, что сверяется с ними, а потом продолжал. Невзор следил за ним очень пристально, не отводя взгляд ни на секунду.
' — Отвлеки его. Как угодно. Мне нужно, чтобы он отвёл взгляд. Но постарайся не спровоцировать.'
Креслав опустился на траву и принялся выжидать. Юда плюхнулась рядом, но спокойно одержимая сидела не долго. Сначала она начала собирать васильки вокруг себя и плести из них венок. Когда девушка встала, чтобы достать более дальние, Невзор на мгновение отвёл взгляд.
— Сядь!
Юда обиженно фыркнула, умостилась на траву и напялила венок на голову волколаку. Тот в недоумении покосился на неё, но промолчал. После она начала щекотать его сухой травинкой. Мирослав же продолжил готовить эликсир, не делая ничего подозрительного.
' — Продолжай.'
— Перестань! — прошипел Креслав, — Я щекотки боюсь.
— Нам сказали не болтать, — показала ему язык Юда, — Вот и помалкивай.
— Прекращайте! — рыкнул Невзор.
— Какой ты злой! — надулась Юда, после чего принялась кататься по траве.
Спустя время она вновь начала собирать васильки, но медленно перекатываясь с места на место. Глядя, как Мирослав старательно наваривает снадобье, даже и не думая поворачиваться к товарищам, Невзор закатил глаза и с тяжким вздохом продолжил следить за ним, игнорируя мелкие шалости Юды.
«Глупо отказываться от возможности всей твоей жизни из-за пустяка. Ведь попыткой сделать что-то подозрительное тут и не пахнет. Тем более Юда такая и есть, ей даже играть роль не надо.»
— Эй, Креслав, пока ждём, может, потанцуем?
— Что? — вздёрнул бровь наёмник, — Нам же сказали сидеть и молчать!
— Мне скучно. Я с ума сойду от безделья! — принялась толкать его в плечо Юда, — Развлеки меня!
— Сейчас это крайне неуместно!
— Ну и ладно… Вас, мужиков, вечно не допросишься, без тебя обойдусь!
Девушка тут же сама пустилась в пляс, попутно принявшись напевать песню.
— Ой да во поле берёзка под ветром гнулася!
Ой да девица красна…
Мирослав отлично знал, какое зрелище происходит за его спиной. Юда во всю демонстрировала гибкость и изящество, эксплуатируя технику лёгкости, которой он её научил, что делало танец ещё более воздушным. Словно бы не человек пляшет, а вила, что отчасти являлось правдой. Не уделить ей внимания было бы попросту невозможно, тем более, что восьмихвостый и так уже не раз позволял себя отвлечься, а Мирослав не предпринимал никаких странных действий.
Юноша поймал момент, когда Невзор загляделся на Юду, и вплёл в множество движений рук и хвостов, которые использовал во время создания эликсира, ещё два. Первым он сунул в рот пилюлю-противоядие, а вторым добавил в эликсир ядовитую жемчужину, подаренную Красимирой. Когда Невзор всё же смог вновь сфокусироваться на нём, юноша продолжил как ни в чём ни бывало варить обещанное снадобье. Вернее, его подобие. На деле это был лишь очень мощный тонизирующий отвар состав которого был подобран таким образом, чтобы остановить распад яда и временно подавить его. Закончив, юноша разлил его в два флакона.
«Жаль, что этого не хватит, чтобы его убить… Больно уж восьмихвостые стойкие…»
— Пусть дружки твои выпьют и ты тоже, — тут же сказал Невзор.
«Настала кульминация моей роли молодого и гордого алхимика.»
— Да ты вообще понимаешь, насколько дорогое это снадобье? Да я на него лучшие ингредиенты извёл, которые по всему миру приходится собирать! — гневно вскочил Мирослав, — Думаешь, что можно вот так взять и сварить сколько угодно порций? Радуйся, что хоть две вышло! И фигушки я отдам кому-то право выпить вторую! Сам, знаешь ли, хочу подольше прожить!
Невзор сначала явственно напрягся от неожиданного всплеска эмоций, но сдержался от поспешных действий и, дослушав юношу, кивнул.
— Да, как-то я не подумал об этом. Резонно. Хотя за языком бы тебе следить научиться. Не я, так кто ещё решит, что он у тебя слишком острый.
— Так что, я пью? — проигнорировал его ремарку Мирослав.
— Нет уж. Дай-ка сюда. Я сам решу, которую порцию ты будешь пить.
Мирослав выполнил требования и передал оба восьмихвостому. Тот покрутил их в руках, понюхал, отвернулся и явно несколько раз поменял местами, а после обернулся и отдал один юноше.
— Пей.
Тот кивнул и залпом опустошил флакон. Он ощутил, как тело наполняется бодростью, как и ожидалось. Яд же благополучно заблокировался противоядием.
— Хмм. Выглядишь здоровым, но не вижу особых изменений. Где чудное сияние и прилив молодости?
— Так ведь это и не омолаживающий — это именно продлевающий жизнь. Ничего лишнего. Если хочешь омолодиться внешне — ты всегда можешь выпить и тот, что в гильдии продают. Да что уж там, я тебе подарю один. Но эффект этого ощутишь сразу, как только выпьёшь. Можешь не сомневаться.
Невзор подождал несколько минут, не увидел ничего странного и достал из кошеля небольшую коробочку. Он макнул во флакон серебряную иглу, палочку из какого-то ярко-розового дерева, полосочку бумаги и даже капнул немножко в маленький флакончик с прозрачной жидкостью, которая стала зелёной.
«Да уж, хорошо, что я этого ожидал. Если бы яд действовал мгновенно, то всё пошло бы прахом. Но он активируется с задержкой, когда попадёт в желудок. Такой обнаружить куда сложнее, особенно учитывая его происхождение. У тебя не было ни шанса, цепной пёс князя.»
— Хммм… Похоже, что эликсир действительно безопасен. Я был уверен, что ты всё же попытаешься что-то подсунуть мне, — с некоторым облегчением сказал Невзор.
Он задумчиво посмотрел на флакон, после чего опустошил его содержимое.
— Я… Чувствую прилив сил, но на этом всё… Как понять, что мой срок жизни увеличился?
— Так чего ещё ты ожидал? Что явятся боги дабы вручить тебе свиток с новой длительностью существования? — насмешливо фыркнул Мирослав.
— Ты меня дурачить надумал? Я, по-твоему, совсем идиот? Выпью какой-то бодрящий отварчик и уверую, что теперь буду жить на пятьсот лет дольше? — рыкнул Невзор, вновь потянувшись к кошелю, — Зря только время на тебя потратил.
— Ой зря ли? — ехидно усмехнулся юноша.
Спустя несколько мгновений восьмихвостый вдруг схватился за сердце, а его лицо исказилось болью.
— Как… Я же проверял… — прохрипел он.
— Я же говорил, что лучший алхимик в истории, — ответил Мирослав, — Ты просто неправильно это трактовал.

----------

Глава 35 Битва за свободу

Мирослав резко разорвал дистанцию, призывая второе облачение и обрушивая на врага серию мощных выстрелов.
— В бой! — рявкнул он, но союзники и сами всё поняли.
Юда ударила Невзора копьём, а Креслав обратился в огромного волка и приготовился атаковать. Однако восьмихвостый применил умение и перед ним возник серебристый щит, который отразил атаки, а стрелы ещё и полетели обратно в Мирослава.
— Неееет! Я, пожалуй, просто прикончу тебя, паршивец! — взревел он и выхватил из кошеля боевой молот, с которым кинулся на Мирослава.
Креслав попытался вцепиться в него зубами, но восьмихвостый отшвырнул его ударом молота. Юда вновь атаковала копьём, но тот применил ещё одно умение, и оно словно бы наткнулось на стену. Невзор даже не замедлился, продолжая настигать Мирослава, который под действием техники «пляски» и ускорения хоть как-то покрывал разницу в скорости, продолжая разрывать дистанцию, обстреливая врага градом игл из наруча.
Когда он почти догнал юношу, из воздуха рядом с ним возник волк и влетел в Невзора, вынудив того замедлиться. Стоило тому переключиться на Креслава, как их настигла Юда и ударила его в спину. Ранив волколака, восьмихвостый обрушился на одержимую, но Мирослав накинул на него сеть, полученную после пари с Грозозовом, после чего облил горючей смесью, которая тут же вспыхнула. Они обрушили на него град атак, но браслет на руке Невзора вспыхнул и защитил его мощным золотистым барьером, который погасил и пламя.
Восьмихвостый выхватил из кошеля жезл похожий на тот, с которым на Мирослава напали в Китеже, но этот явно отличался. Поток энергии устремился к юноше, причём он следовал за ним даже, когда тот принялся маневрировать. Более того, вражеский залп обогнул подставленный котёл, словно бы его тянуло к конкретной цели. Однако в этот раз юноше повезло. Огненная сорочка приняла удар на себя, не позволив врагу повредить его животок. Но дорогой ценой. Волшебный предмет вспыхнул и осыпался горсткой пепла.
«Проклятие, сколько же мощи было в этой штуковине?»
Сеть всё ещё продолжила удерживать восьмихвостого, так что все трое обрушились на него с новой силой. Юда вдруг дрогнула и едва не получила молотом в лицо, успев применить бесплотность в последний момент. Она тут же разорвала дистанцию и принялась напевать.
«Понятно. Из-за шлема я даже не ощутил его умение, на волка оно, похоже, не действует, осталась только Юда. Но она справится. Песнь Вилы идеально противодействует этому подавлению.»
Невзор приложил волка молотом так, что тот откатился в сторону, а после вытянул руку в сторону Мирослава. Вокруг запястья восьмихвостого появилась цепь с крюком, которая устремилась к юноше. Причём вновь, несмотря на его попытки уклониться, атака преследовала его, пока наконец не настигла. Он отразил крюк ударом меча, но тот разлетелся на десяток цепей с крюками поменьше, которые окружили юношу и сцепились за его спиной. Невзор рванул на себя и ударил молотом с огромной силой. Мирослав был вынужден применить слияние, защитив себя доспехом и утяжелив его до предела. Даже так удар сбил юношу с ног, а нагрудник треснул после первого попадания. Однако и он, воспользовавшись моментом, сумел уколоть врага мечом, оставив довольно глубокую рану.
Юда взмыла в небеса и обрушилась на Невзора сверху. Он ухватил копьё, активировал умение и юноша увидел, как оружие одержимой разлетается в щепки, и разом развеиваются крылья. Она упала прямо на удар молота, который сильно смягчился её барьером, но всё ещё был достаточно мощным, чтобы отшвырнуть девушку на несколько десятков метров. Едва пришедший в себя Креслав переместился в точку её приземления, поймав на себя, после чего принял человеческую форму. Сеть лишилась энергии и вернулась в кошель Мирослава. Невзор вновь обрёл свободу движения.
— Можешь не стараться. Я знаю всё, на что ты способен. Тебе не сбежать. Если сдашься и дашь мне противоядие, то, так и быть, не стану тебя калечить!
Он принялся шагать в сторону Мирослава, попутно раскручивая молот в своих руках. Ещё одно его умение делало движения Невзора размытыми и менее предсказуемыми, а судя по циркуляции живы — тот собирался применить какую-то технику. Однако юноше было видно и то, как яд продолжает вредить его телу, мешая сражаться в полную силу.
— Если отпустишь, то дам, — кивнул юноша, выигрывая время, — А если нет, то тебе бы лучше бежать к своей ведьме и надеяться, что она способна создать противоядие к настолько экзотичному яду. Потому что несмотря на всю твою силу — мне не нужно тебя побеждать. Лишь выиграть время, и ты сдохнешь сам. Там, за Барьером, я убил восьмихвостого именно с его помощью. Ты посильнее будешь, но итог един.
— Нееет, мальчишка, дважды ты меня не проведёшь, — сказал Невзор, — Я точно смогу пережить его. Вопрос только в том, переживёшь ли мою следующую атаку ты! Тысяча ударов Молота Крушащего Горы!
Он сорвался с места, вращая молот с огромной скоростью, а размытие от умения делало его движения ещё более быстрыми и непредсказуемыми.
«Не уследить. Никому на этом уровне силы не защититься от подобного, полагаясь на зрение. Но мне и не надо. К тому же сейчас у меня достаточно сил, чтобы воспользоваться техникой Окомира, пусть и ненадолго.»
Мирослав развеял доспехи, вновь применил слияние, на этот раз «Неуловимость», закрыл глаза и встал в стойку.
— Клинок Степного Ветра.
Удар молота прошёл мимо, юноша ушёл в сторону за мгновение до атаки и сделал ответный выпад мечом. Ещё раз. Ещё. Лёгкий и стремительный он словно листок на ветру отлетал от воздушного потока, создаваемого вражеским оружием прежде, чем тот настигнет его. Видя животок Невзора, богатырь мог предсказывать его атаки, игнорируя обманчивый эффект умения. Более того, каждое движение перетекало в контратаку, не позволяя восьмихвостому полностью сосредоточиться на нападении.
— Невозможно! — воскликнул Невзор за мгновение до того, как Юда и Серенький вновь атаковали его, вынуждая ослабить давление на Мирослава.
Юноша отшатнулся, чувствуя, как на тело накатывает тяжесть.
«Всё ещё слишком слаб, чтобы долго поддерживать такой темп…»
— Ты и близко не видел всего, на что я способен! — усмехнулся Мирослав, стараясь не подавать виду, что тело начинает его подводить.
Он швырнул в Невзора горсть склянок с «вязким облачком».
«Раны и яд его замедлили. Можно попытаться сбежать.»
— Отступаем!
Все трое вскочили на коней и помчали прочь.
«Пока эликсир действует — нужно восстановить силы на случай, если он всё же сможет нас вновь догнать.»
Мирослав сосредоточился на циркуляции живы и поглощении её из окружающего мира через хвосты. Юда без лишних слов подхватила его поводья, направляя коня следом за своим.
Спустя двадцать минут неистовой скачки восьмихвостый всё же настиг их вновь. Невзор достал из кошеля деревянный цилиндр. Стоило подбросить его в воздух, как тот разлетелся на шесть фрагментов, которые воткнулись в землю, очертив довольно массивный круг, и ушли вглубь. Техникой взора юноша увидел, как стремительно формируется контур из оберегов.
— Стоп! Зная коварство ведьминских штучек — пересекать круг нельзя, — сказал Мирослав, спрыгивая на землю.
— Верно! Не сбежишь, гадёныш, — рыкнул Невзор, — Все вы тут сегодня сдохнете!
Бой возобновился с новой силой. Несмотря на полученные раны и медленно истощающий его яд, восьмихвостый всё ещё сражался с выдающейся свирепостью, не давая им права на ошибку.
«Мало. Этого всего мало. Он оказался куда более стойким и упёртым, чем ожидалось. Я должен сделать что-то за пределами возможного. Что-то, что ошеломит его и позволит нанести смертельный удар. Но что…»
Пока юноша уклонялся, контратаковал и думал, восьмихвостый начал переворачивать бой в свою пользу. Удар молота переломил волколаку спину и выбил за пределы установленного круга. Стоило этому произойти, как тело того забилось в конвульсиях, а после затихло.
«Жить будет, — быстро определил Мирослав, — Но досталось ему сильно. Как я и думал, этот круг крайне опасен.»
Невзор подловил Юду и тоже вышиб за пределы круга. Несмотря на то, что удар переломал ей рёбра, а шок от ведьминского барьера причинил ещё больше боли, она принялась ползти обратно. Сам восьмихвостый опёрся на молот, прерывисто дыша и не сводя пристальный взгляд с Мирослава.
— Стой, — сказал одержимой юноша, — Ты сделала всё, что могла. Попытаешься войти и точно погибнешь.
— Я… Тебя… Не… Оставлю… — кое-как выдавила из себя Юда.
— Это приказ, — сказал он, тут же ощутив, как натягивается между ними призрачная цепь, — Только мешаться будешь.
Юноша перехватил меч поудобнее и пристальным взглядом уставился на Невзора, который вновь поднял молот и приготовился атаковать.
«Что-то мощное и неожиданное. Всё или ничего… Всё или ничего!»
Эта фраза навеяла ему воспоминания о последнем бое турнира. О том, как Рукаст использовал слияние крайне сложным и опасным образом. Четыре хвоста разом. Одна атака. Считанные мгновения. Что-то, что в обычной ситуации Мирослав даже пробовать не подумал бы. Но здесь и сейчас это стало спасительной соломинкой, за которую он ухватился.
— Клинок Степного Ветра. Удар Разверзающий Небеса!
Он соединил силы всех семи хвостов и вложил их в единственную атаку. «Громовой Клык» взревел, резонируя с проходящей сквозь него мощью и усиливая технику ещё больше. Колоссальное лезвие сотканное из воздуха и живы обрушилось на Невзора, разделило облака и оставило глубокую борозду в земле позади него. Но восьмихвостый устоял, приняв удар на молот и вновь воспользовавшись умением, которым разрушил оружие Юды и развеял её крылья. Однако это дорого ему далось. Теперь уже древко его молота рассекло, он получил глубокую рану на груди, а также потратил немало сил и упал на колено, тяжело дыша, но тут же рванул с места, намереваясь убить Мирослава голыми руками.
Облака столкнулись обратно, словно волны, раздались звуки грома и с неба полился дождь. Мирослав обрушил на врага град игл из наруча, метнул серебряную сеть, которая успела восстановить запас энергии и выхватил последнюю ядовитую жемчужину. Одна из игл с паралитическим ядом попала в рану Невзора и тот замер с полуоткрытым ртом. Направив большую часть оставшейся живы в левую кисть, Мирослав, словно катапультой, выстрелил ядовитый шарик ему в рот, а рука безвольно повисла. Но восьмихвостый и тут не сдался. Преодолев паралич, он стиснул зубы в последний момент, поймав ядовитую жемчужину. Однако она раскололась от такой силы и яд хлынул ему в глотку, вынудив закашляться. Мирослав тут же сократил дистанцию и вогнал меч ему в грудь, сразу же провернув, и рывком довёл до сердца. Едва стоя на ногах, он замер, опираясь на своё оружие в теле врага, лицом к лицу с Невзором.
— Кто же ты такой… — прохрипел восьмихвостый, прежде чем жизнь покинула его тело, и он начал заваливаться в траву.
— Хотел бы я сам знать простой ответ на этот вопрос… — ответил юноша, после чего повалился на землю подле своего врага.

----------

Глава 36 Свобода

Мирославу казалось, что он лишь на мгновение прикрыл глаза, но его тут же втянуло в духовные чертоги, которые буквально раздирали на части сущности из ядер монстров, поглощённых им. Он не успел даже двинуться в сторону очага, как здание разлетелось на куски/
«А ведь я сделал всё, чтобы в это раз всё прошло гладко… Видимо, то слияние обошлось мне слишком уж дорого…»
Пространство изменилось. Теперь он стоял посреди духовного сада. Вернее, того, что раньше так называли. Крохотная полянка, окружённая тёмным лесом, была далека от того, чтобы заслужить столь гордое имя. В центре огненный цветок, символизирующий душу. Вокруг травы, символизирующие используемые им техники. На краю полянки дубок из поглощённого им жёлудя. А в окутанном мраком лесу кружит четвёрка чудовищ, освободившихся из плена и жаждущих вновь обрести плоть. Но нападать они не спешили. Заполучив желаемое, каждый выжидал, оставляя право первым допустить ошибку другим, чтобы потом стать единоличным обладателем тела.
Ситуация, кажущаяся безысходной, но вместе с тем — юноша ощутил прилив сил. Свободу. Прямо как в былые времена. Ведь и его собственный дух освободился от оков. Юноша сделал глубокий вдох, ощутив небывалую лёгкость.
«Как же мне этого недоставало!»
Он встал в позу древа, собирая энергию, а после сделал шаг вперёд, формируя её в эфемерный клинок, взмахом которого он освободил от деревьев круг вокруг поляны. Травы тут же поползли в стороны, расширяя его внутренние подконтрольные владения. Однако Мирослав ощутил противодействие, но не снаружи, а изнутри. Он перевёл взгляд на дубок.
— Ну конечно. Каждый раз обманываюсь твоим безобидным видом. Кончай прикидываться. Ты ведь тоже сущность подобная им. Благодатный монстр, — юноша усмехнулся, — Уж не знаю, чего подобное странное создание желает, но не думаю, что того, чтобы меня сожрали эти твари.
По кажущемуся обычным древу пробежали искорки, и листочки его затрепетали. Мирослав ощутил, как сопротивление усиливается, а из земли вокруг поляны начинают расти корни, словно пытаясь сформировать купол.
— Нет. Я больше не буду прятаться в чертогах.
Дубок вновь затрепетал листвой, словно выражая недовольство.
— Признаю, что эти ограничения имеют смысл для обычных людей. В ином случае при попытке поглотить ядро они почти наверняка обращались бы в озверелых. Однако подгоренцы как-то научились обходиться без желудей, а значит, это не единственный путь. Да и я уже достиг бы куда большего, если бы не был вынужден совершенствоваться со связанными руками.
Дубок продолжил наращивать купол из корней и вновь качнул ветвями, выражая отрицание.
— Дожил, спорю с деревом… — юноша рассмеялся, а потом, посерьёзнев, указал на дуб, — Слушай сюда. Это моё тело. Мой дух. Моя душа. Только я буду решать, как мне со всем этим поступить. Если будешь мешать, то первым мне придётся избавиться от тебя.
Древо замерло, а потом корни начали втягиваться обратно в землю.
— Вот и чудненько. А теперь поделись со мной своей силой, чтобы мы вместе могли переловить разгулявшихся монстров.
Дубок махнул ветвями, и в юношу ударила крохотная молния. Его духовное тело пронзило короткое мгновение боли, но вместе с тем оно наполнилось энергией, он ощутил более явную связь с древом.
— Хорошо.
В несколько приёмов он вновь расширил пространство своего духовного сада, пока не ощутил, что достиг своего предела, и поманил ладонью в сторону леса.
— Ну что, непокорное зверьё, кто первый? Может ты, страфиль? Я обещал тебе вечную славу, если будешь плечом к плечу со мной. Разве мы не славно потрудились? Разве не кричала толпа имя, что я носил? Чего ж тебе надо ещё? Свободы? Тогда лети сюда и попробуй её взять!
Из мрака, окружающего лес, на него спикировала птица с металлическим оперением. Она попыталась ухватить его своими когтистыми лапами, но Мирослав уклонился в сторону и взмахом руки поднял из земли корни, которые опутали её шею. Страфиль принялась вырываться, пока юноша сконцентрировался на пылающем цветке, призывая силу своей души. Ровно в момент, когда птица смогла рассечь путы, к ней устремилась пылающая цепь, которая опутала её и прижала к земле, где новые корни окружили страфиль, словно купол. Даже не видя, что происходит внутри, юноша чувствовал, что древо направляет свои силы на подавление ядра монстра.
— Первый пошёл, — махнул рукой юноша, — Кто следующий? Ты, жыж, непокорный дух земли? Или, может, гневливый леший?
Из чащи к нему устремились щупальца морского чудовища. Мирослав принялся уклоняться, но в какой-то момент одно из них всё же настигло его и попыталось утащить за собой, но юноша упёрся ногами в землю, опутал их корнями дуба, и ухватился за конечность монстра.
— Иди-ка сюда! Чего спрятался!
Юноша принялся тащить упирающегося осьминога, медленно, но верно выволакивая его на поляну. Едва он успел заковать монстра, как напали сразу с двух сторон. Лозы лешего столкнулись с корнями дуба, а жыж попытался спалить своим пламенем огненный цветок посреди поляны. Однако, когда оно развеялось, тот словно бы и не находился под атакой.
— Ты своим огоньком первозданное пламя преодолеть надумал? — по взмаху руки ещё одни цепи устремились уже к духу земли, — Забыл, что именно оно отделило часть твоей силы, когда та была мне нужна? Глупое чудовище…
Корни окутали монстра, а юноша ощутил, как на него накатывает слабость. Леший ринулся на него, обратившись в свою грозную боевую форму из плоти, костей и растений. Мирославу пришлось туго, ведь его силы начали иссякать, а леший напротив лучился энергией. Он уклонялся, защищался корнями и готовил атаку, чтобы сковать дух леса. Однако, когда юноша сделал выпад и направил пылающие цепи в лешего, тот сменил форму обратившись крохотной белкой, легко ушёл от атаки, сократил дистанцию, вновь обратившись в боевую, и сбил Мирослава с ног мощным ударом. Богатырь прокатился по траве поляны и упёрся в корни, которые выставил дубок.
— Я вновь буду жить, а ты обратишься в удобрение! Лес всегда побеждает и забирает своё, нужно лишь дождаться момента!
Мирослав поднялся и поманил лешего рукой.
— Ну так нападай!
Монстр ринулся на него, а юноша собрал все силы в последнюю атаку. Он встретил оскалившийся череп ударом кулака, следом за которым множество заострённых корней пронзили тело лешего и принялись опутывать его. Четвёртая пламенная цепь устремилась от цветка к чудовищу и обвила его шею.
— Как же так… Я непобедим в лесу…
— Только вот ты не в лесу. Это мой духовный сад. Моя территория. Здесь непобедим я.
Корни полностью скрыли лешего, а Мирослав повалился на траву, опустошённый физически, духовно и душевно.
— Спасибо, дубочек, а теперь сдерживай их, пока я не найду способ навести здесь порядок…
С этими словами он уснул глубоким и крепким сном.
— Хозяяяяяин! На кого ж ты меня покинууууул!
Мирослав очнулся от завываний Юды. Он открыл глаза и увидел, как она сидит рядом и голосит с трагичным выражением лица.
— Да не умер я.
— Я знаю. Но мне скучно. Дрыхнете тут оба.
Она указала на Креслава, который лежал неподалёку. Юноша усмехнулся и сел, чувствуя, как всё тело пылает огнём.
«Главное, что живой… Хотя и остался без умений…»
Он сунул в рот лепесток Цвета Мары и отхлебнул холодной воды из своей бесконечной фляги.
— Как ты?
— Рёбра болят, всё тело, как иголками утыкали, но жить буду.
Мирослав быстро осмотрел её с помощью техники взора.
«Необратимых повреждений нет. Через пару недель полностью восстановится.»
Изучив Креслава, он пришёл к тем же выводам, только тот восстановится уже к утру. Юноша кое-как встал и доковылял до тела Невзора, после чего принялся изучать вещи, которые при нём были.
«Хмм. Молот подгоренской работы, отличный материал, древко заменить и вполне можно будет использовать вновь.»
Юноша спрятал повреждённое оружие в кошель.
«Браслет себе заберу, хоть какая-то компенсация за огненную сорочку будет. Эликсиры приличные, но мне не нужны, отдам Юде. Ещё один цилиндр с оберегами, смогу изучить и создать свои. Деньги мне особо не нужны, пусть Креслав берёт, ему жизнь, считай, с нуля строить. Ещё и от себя добавлю. Хрустальный шар. Лучше разбить, не нужна меня связь с ведьмой, того и гляди, ещё выследят по нему. О, техника, что тут у нас.»
Мирослав быстро убрал в кошель то, что собирался оставить себе и принялся за чтение записей у костра. К его удивлению, техника, которую использовал Невзор, оказалась подгоренской.
«Хотел бы я узнать, как ему удалось добыть такую редкость. Но судя по разным почеркам в прилагающихся заметках — эта техника в его семье уже много поколений. Хммм… Неужели трофей с времён, когда подгоренцы захватывали земли на поверхности? Не думал, что даже среди них есть те, кто носит все ценности при себе. Хотя если считаешь себя сильным и есть хороший кошель, то надёжнее места и не найти.»
Юноша спрятал технику в кошель и принялся готовить погребальный костёр для Невзора. Юда присоединилась к нему. Вскоре они сложили достаточно большую кучу дров, юноша полил это остатками горючей жидкости и встал неподалёку, задумчиво глядя на пламя.
— Ну что дальше? — спросила одержимая, — Куда мы пойдём?
— Мы никуда. Я отправлюсь в подгорные земли.
— Ты опять собираешься меня бросить сидеть в поместье? — нахмурилась Юда.
— Нет.
Мирослав направил руку в её сторону, чувствуя, как вновь натягивается духовная цепь между ними
«В новую жизнь с чистого листа.»
— Ты свободна, — сказал он, одним движением разорвав связь между ними.
Юда замерла, глядя на него в неверии и растерянности.
— Но… Почему? Неужели я настолько бесполезна?
— Нет. Ты молодец, — улыбнулся Мирослав, — Я доволен твоей службой и считаю, что ты уже заслужила свою свободу.
— А как же… Ты ведь говорил, что я буду служить тебе, пока ты не закончишь дела в этом мире! Я ведь должна стать свидетелем твоего триумфа или падения в противостоянии с Великим Змеем! Что мне теперь-то делать? — обиженно пробормотала она.
— Учитывая, сколько я в последнее время вру, эта ложь самая безобидная, — пожал плечами юноша, — Делай, что душе угодно. Твоя жизнь теперь принадлежит только тебе.
— А если я решу вернуться на службу к Великому Змею? А? — с вызовом бросила ему одержимая, — Что ты тогда скажешь?
— Что ты довольно бездарно потратила полученную возможность начать всё заново. Но это твоё право.
— Ах ты… А я тогда… Я тогда… — она приняла боевую стойку, — Я тогда тебя сама подчиню! Сейчас-то у тебя силёнок поменьше будет на сопротивление!

----------

Глава 37 Прощание

Мирослав тяжело вздохнул и покачал головой.
— Я же уже говорил, что у тебя ничего не получится. Мою волю не сломить. Это бессмысленно.
— А вот и посмотрим!
Но вместо того, чтобы использовать умение, она пошла на юношу в рукопашную. Он ответил тем же, вынуждая измотанное тело вновь активно двигаться.
— Вы, мужики, вечно так! Хочу возьму, хочу прогоню! — воскликнула Юда, нанося донельзя прямолинейный удар кулаком.
— Если забыла, то это ты потащила меня в Лабиринт и попыталась подчинить, — Мирослав легко отразил её атаку.
— Оправдания! Если бы у меня получилось, то я бы тебя никогда не бросила! — ответила девушка, сопроводив слова восходящим ударом ноги.
— Я обещал однажды освободить тебя и сделал это, — юноша перехватил её ногу и подсёк ту, на которой Юда стояла.
Но одержимая в падении извернулась так, чтобы повалить его следом.
— А ты спросил нужна ли мне эта свобода? — Юда навалилась на него сверху, пристально глядя в глаза.
— Ты поймёшь нужна ли она тебе лишь, когда попробуешь её на вкус, — ответил Мирослав, перехватив её руки, — Когда в последний раз ты вообще была вольна решать, что делать?
— Не хочу я ничего решать! — мотнула головой Юда, активно пытаясь вырваться.
Растрепавшиеся волосы прикрыли лицо девушки, но дрожащий голос выдавал набегающие слёзы.
— Я одержимая, ясно тебе⁈ Это в моей природе! — Юда замерла, и юноша отпустил её руки.
— Нет. И никогда не было, — ответил Мирослав, — Ты вила, у которой отняли крылья. Ты женщина, которую лишили семейного счастья. Ты воительница, которая никогда не сражалась ради собственного блага. Твоя одержимость рождена отчаянием.
Юда разрыдалась и уткнулась ему в грудь, слабо постукивая по ней кулаком.
— Что ж ты… Если понимаешь… Почему бросаешь меня…
Богатырь принялся успокаивающе гладить её по волосам.
— Потому что теперь ты действительно свободна. Я хочу дать тебе самой решать свою судьбу. Проживи жизнь ради себя. Как человек или нечисть. Тебе решать. Но одержимость пусть останется в прошлом. Ведь она тебе счастья не принесёт.
— Почему ты такой… Каждый раз дурачишь меня… Никогда не пойму, что у тебя в голове…
Юда поддалась усталости, да так и уснула у него на груди, сквозь сон бормоча что-то про то, какой он гад ползучий. Богатырь подхватил её на руки и, разбудив Креслава, они отправились прочь от места сражения, ведь рано или поздно то, что Невзор не возвращается, заметят и станут его искать.
— Настало время поговорить, — сказал Креслав спустя какое-то время, — Ты задолжал мне объяснения.
— Так и есть, — кивнул Мирослав, — Спрашивай.
— Начнём с самого начала. Кто ты такой?
«Учитывая обстоятельства — можно и рассказать. Кто поверит волколаку, даже если он решит разболтать. Да и Юда наверняка ему расскажет сама просто из вредности.»
— Я богатырь, умерший тысячу лет назад и переродившийся вновь.
— Вот оно как. Чудеса какие! Если бы кто другой сказал, то я бы только посмеялся, — сказал Креслав, — Но если задуматься, то это очень многое объясняет. Выходит, что Светозар не зря сомневался в твоей истории.
— Не зря.
— Да уж… Как-то сразу и вопросы почти закончились… — пробормотал волколак с явным выражением растерянности на лице, — Хотя… Расскажи мне больше про Юду. Как вы познакомились. Почему она зовёт тебя хозяином и прочее.
— Ну что же, слушай…
Юда проснулась спустя несколько часов, и дальше уже они ехали на лошадях. Девушка не проронила ни слова, хмуро глядя в даль.
— Пожалуй, тут мы с вами и попрощаемся, — сказал Мирослав, сверившись с картой.
— Тут я бы возразил, — сказал Креслав, — Лучше подождать, пока я восстановлю силы и смогу тебя донести до подгорных земель. Князь знает, что ты жив, а значит, тебя будут искать, пусть и не так открыто. Тем более, раз уж он в сговоре с ведьмой, какие там средства поиска доступны даже представить сложно.
— Это… Разумно, — кивнул Мирослав, — Юда, могу я тебя кое о чём попросить.
— Ну попроси… — буркнула девушка.
— Присмотри за Креславом, пусть он уже и научился владеть своими силами, но принять свою новую природу не так уж и легко. Поможешь ему?
— Я и без тебя ему помогла бы… — всё так же ворчливо ответила Юда.
Они устроились на ночлег на укромной лесной полянке, чтобы не привлекать внимание случайных путников. Мирослав расставил сигнальные обереги и наконец смог немного расслабиться. Он уснул почти мгновенно, поскольку телу требовался отдых, чтобы восстановить силы. Но сон его не был спокойным. Один за другим юношу постигали кошмарные видения искажённых событий прошлого. Его ошибки обращались трагедией и кровопролитием. Он раз за разом погибал, не достигнув успеха, а мир погружался в хаос. Вся эта ответственность обратилась в тяжеленный камень, который того и гляди грозился раздавить юношу.
— Какое тщеславие, — раздался ехидный голос, который был его собственным, — Великий Пересвет искренне верит в то, что, кроме него, некому спасти мир от Змея?
— Герои не перекладывают ответственность на других, — ответил ему второй, который он давным-давно не слышал.
Взгляд юноши сфокусировался, и перед ним предстали Мирослав и Пересвет.
— Ты, кроме героизма, ничего в жизни и не знаешь, — возразил ему молодой богатырь, — Хоть раз задумывался какова его цена?
— Правильные поступки нужно делать, а не думать о них, — ответил ему взрослый богатырь.
— Вот потому ты и мёртв, — отмахнулся Мирослав, — Убит собственными друзьями. Потому что за правое дело боролся? Или потому что был слеп из-за собственного праведного сияния?
— А что ты? — указал на него Пересвет, — Только и делаешь, что лжёшь и кровь людскую проливаешь. Для этого тебе второй шанс дан? Так ты собираешься мир от Змея спасти?
«Противостояние моей тёмной и светлой стороны? Нет. Совсем не то…»
— Молчите оба, — устало выдохнул Мирослав-Пересвет, — Хватит с меня… Герой может приносить беды, эгоист может нести добро. От меня зависят лишь последствия собственных решений. Ни больше. Ни меньше. Вся эта тяжесть… Я создал её сам.
Он сбросил камень и расправил плечи.
— Я-прошлый и Я-настоящий оба наделали ошибок, но пока есть Я-будущий, чтобы извлечь урок и продолжить идти вперёд, ничего не кончено. Лишь бездействующий не ошибается. Но лишь через деяние лежит путь к совершенству. К бессмертию, которого я жажду. Каким бы ни был этот путь, я с него не сойду.
Мирослав проснулся, чувствуя лёгкость на душе, но всё такую же разбитость в теле. Он съел ещё несколько лепестков Цвета Мары и встал. Креслав всё ещё спал, а Юда сидела у угасающего костра, тыкая в него палкой.
— Уже? — спросила она.
— Что уже?
— Прощаться пора.
— Как хочешь. Можем подождать, пока Креслав проснётся. Мы ведь вместе в путь отправляемся.
— Нет уж. Я уйду до того. Передай, что буду ждать его в поместье.
— Хорошо, — кивнул юноша.
Юда встала, несколькими стремительными шагами сократила дистанцию и крепко обняла Мирослава.
— Спасибо, — прошептала она едва слышно, — За мои крылья. За свободу. За возможность испытать то, чего не ожидала. Я всё равно не прощу, что ты меня бросил, но спасибо!
Одержимая провела рукой ему по щеке и встала на цыпочки, коснувшись его губ своими. Юноша не стал отказывать ей в прощальном поцелуе. Но он оказался совсем не таким, как можно было ожидать от Юды. Вся её игривость и кокетство испарились, впервые оставив лишь вполне искреннее тепло. Их поцелуй был коротким и в некоторой степени даже целомудренным. Но вместе с тем в него оказалось вложено куда больше чувств, чем во весь её флирт с момента встречи.
— Жалею, что не сделала этого раньше, — прошептала Юда и вновь натянула игривую маску, пряча за ней тоску, — Хотя горько-сладкий вкус расставания делает этот момент особенным. Твой первый поцелуй в этой жизни, который достался именно мне! Теперь ты его никогда не забудешь!
— Тебя забыть невозможно, — улыбнулся Мирослав и подмигнул ей, — Удачи тебе и живи счастливо!
Юда отшагнула, отвесила ему полупоклон.
— Как прикажешь, хозяин, — и упорхнула прежде, чем он успел ей ответить.
Одержимая вскочила на коня, которого уже успела подготовить, а после умчалась прочь. Вскоре после этого проснулся Креслав.
— А где Юда?
— Сказала, что будет ждать тебя в поместье, — ответил Мирослав, — Кстати, а ты дорогу помнишь? Или лучше карту нарисовать?
— Помню, — кивнул Креслав, — Всё бытие волком я теперь помню отлично.
— Чудно. Тогда завтракать и в путь.
Наёмник кивнул, они сели у костра, Мирослав достал скатерть самобранку и они приступили к трапезе.
— Как же я тебе завидую… — вдруг сказал Креслав.
— Это почему же? — спросил Мирослав.
— То, как Юда на тебя смотрела… Она ведь готова была с тобой на край света пойти и умереть за тебя. Даже без этой вашей магической связи… Я бы за десятую долю этого всё отдал…
Волколак выглядел довольно несчастным.
«Не удивлюсь, если он и не спал перед её уходом…»
— Знаешь, что я тебе скажу? — хмыкнул юноша, — Сделай, чтобы это было так. Тебя никто не останавливает. Тем более, что меня рядом с ней больше не будет. Если она тебе действительно так приглянулась, то приложи все усилия, чтобы завоевать её сердце.
— Сказать-то легко, когда тебе всё даётся само… — вздохнул Креслав.
— Как я говорил одному из своих соучеников: если хочешь чего-то добиться, то делай, а если ищешь оправдания, почему не делаешь, то и забудь, — ответил ему Мирослав, — Не дословно. Но суть такая. Уже мог бы и понять, что никто не равен в нашем мире, но это не должно тебя останавливать. Борись за её сердце, если действительно этого жаждешь. Только тот, кто действует, достигает успеха.
— Светозар тоже так мыслил, а вон где закончил, — иронично усмехнулся Креслав, — Но это я так, для красного словца. Ты прав. Проиграл тот, кто опустил руки. Я не из таких! А теперь в путь!
Если бы кто-то, кроме Трёхликого Триглава, мог следить за ними, он нашёл бы сложившуюся картину символичной. Огромный серый волк-проводник несёт на себе богатыря, мчит подобно ветру, исчезает и возникает вновь, всё ближе приближая их к подгорным землям. Словно в былинных сказаниях, он везёт воителя из одного мира в другой. Но не из Яви в Навь, не из Нави к Калинову мосту, а из старой жизни в новую. Кончились приключения Мирослава в Бориславском Княжестве. Оборвались ниточки связей, что так долго налаживались. Закрылись двери, к которым ключики столько подбирались. Множество вопросов осталось без ответа. Но жизнь его на том не кончилась. Лишь начался новый её этап.
Иные земли. Иные люди. Иные угрозы.Тайны Змеиного Хребта ждут-дожидаются кого-то, кому достанет смелости погрузиться в них с головой. Интриги подгорных братств раскинулись плотными сетями, в которые невозможно не угодить. Но таков путь Мирослава-Пересвета к бессмертию и иного не дано.

----------

Nota bene

Книга предоставлена         Цокольным этажом        , где можно скачать и другие книги.
Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN/прокси.
Еще у нас есть:
1. Почта b@searchfloor.org — отправьте в теме письма название книги, автора, серию или ссылку, чтобы найти ее.
2. Telegram-бот, для которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по           ссылке           и 3) сделать его админом с правом на                       «Анонимность»                    .
Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:
Девятихвостый Богатырь: Путь к бессмертию 4

----------