Путь Культиватора. Второй Том Сергей Дестито Эта история о принце без империи, о взрослении человека, которому предрекали правление миром и достижение бессмертия. Но судьба ему в этом отказала, и тогда он восстал против судьбы. С помощью культивации, могущественных техник и древних секретов он сокрушит всё, что помешает его пути к своим целям. Ведь, что может быть важнее бессмертия? Всё в сравнении пыль. ==================== Глоссарий Добро пожаловать в неполноценный глоссарий. На данный момент он содержит в себе лишь самую общую информацию, и названия своего пока что не достоин. Но в будущем он исправится и сможет полноправно и гордо именоваться глоссарием «Пути Культиватора». Стадии культивации: 1) Конденсация Ци. Делится на девять ступеней. 2) Создание Основания. Делится на начальную, среднюю, высокую, пиковую ступени. 2.5) Псевдо-ядро — переходная форма. Достижение этой формы гарантирует переход на следующую стадию в короткие сроки, поэтому большинство практикующих на ней не задерживаются. 3) Формирование Ядра. Делится на начальную, среднюю, высокую, пиковую ступени. Пиковую ступень часто называют Золотым Ядром. 4) Зарождение Души. Делится на начальную, среднюю, высокую, пиковую ступени. 5) Трансформация Души. Делится на начальную, среднюю, высокую, пиковую ступени. Ранги техник: 1) Белый ранг. Делится на четыре качества: низкого, среднего, высокого, пикового. 2) Чёрный ранг. Делится на четыре качества: низкого, среднего, высокого, пикового. 3) Красный ранг. Делится на четыре качества: низкого, среднего, высокого, пикового. 4) Синий ранг. Делится на четыре качества: низкого, среднего, высокого, пикового. Ранги артефактов/сокровищ. 1) Магический артефакт. Делится на четыре качества: низкого, среднего, высокого, пикового. 2) Духовный артефакт. Делится на четыре качества: низкого, среднего, высокого, пикового. 3) Святой духовный артефакт. Делится на четыре качества: низкого, среднего, высокого, пикового. Пиковый святой духовный артефакт могут также называть святым сокровищем. 4) Земное сокровище. Делится на четыре качества: низкого, среднего, высокого, пикового. 5) Небесное сокровище. Делится на четыре качества: низкого, среднего, высокого, пикового. Иерархия в секте: 1) Послушник — требуемая культивация: стадия Конденсация Ци. Младше пятидесяти лет. Слуга — требуемая культивация: стадия Конденсация Ци. Старше пятидесяти лет. 2) Ученик — требуемая культивация: стадия Создание Основания. Младше пятидесяти лет. Адепт — требуемая культивация: стадия Создание Основания. Старше пятидесяти лет. 3) Основной Ученик — требуемая культивация: стадия Формирование Ядра. Младше пятидесяти лет. Равен по званию старейшине, даже если культивация ниже требуемой. 4) Дьякон — требуемая культивация: начальная и средняя ступени стадии Формирование Ядра. Старше пятидесяти лет. 5) Старейшина — требуемая культивация: высокая и пиковая ступени стадии Формирование Ядра. Старше пятидесяти лет. 6) Магистр — требуемая культивация: стадия Зарождение Души. 7) Мастер секты — минимальная культивация: стадия Зарождение Души. Чтобы стать главой секты— нужно превосходить всех магистров по силе. 8) Великий старейшина — минимальная культивация: стадия Зарождение Души. Титул присуждается сект-мастеру, отказавшемуся от своего звания или потерявшему его. Техники и методы: Метод культивации Мифической Крови . 1) Позволяет достичь третьей ступени стадии Конденсации Ци, улучшает кровообращение и регенерацию, значительно увеличивает выносливость и силу тела 2) Позволяет достичь шестой ступени стадии Конденсации Ци, Улучшение всех предыдущих аспектов техники. Увеличивает плотность крови. Позволяет на короткий промежуток заставить свою кровь «кипеть», что усиливает все параметры тела, после чего организм переходит в ослабленное состояние. 3) Позволяет достичь девятой ступени, пика стадии Конденсации Ци, Улучшение всех предыдущих аспектов техники. Даёт частичный контроль над своей кровью, позволяет регенерировать потерянные конечности. 4) Позволяет достичь стадии Создания Основания. Для продвижения требуется полностью изученная техника по укреплению тела белого ранга или выше, а также сердечная кровь духовного животного начальной ступени стадии Создания Основания или выше. Даёт возможность частично или полностью трансформироваться в животное, кровь которого находится в теле практикующего. Практикующий получает до одной техники, которым обладало духовное животное. Количество крови животного в теле практикующего не более десяти процентов от максимально количества всей крови в его организме. Длительность полной трансформации не более десяти минут, длительность частичной трансформации зависит от степени изменения. После завершения трансформации требуется отдых, прежде чем её можно вновь использовать. От силы тел практикующего и животного, а также качества крови зверя зависит могущество трансформации. 5) Позволяет достичь срединной ступени стадии Создания Основания. Для продвижения требуется дополнительное вливание крови зверя. Количество крови животного в теле практикующего не более пятнадцати процентов, длительность полной трансформации не более пятнадцати минут. Практикующий получает до двух техник, которыми обладало духовное животное. Увеличивается сила трансформации. 6) Позволяет достичь пиковой ступени стадии Создания Основания. Количество крови животного в теле практикующего не более двадцати процентов, длительность полной трансформации не более двадцати минут. Практикующий получает до трёх техник, которыми обладало духовное животное. Увеличивается сила трансформации. Техника. Кулаки Небесной Тверди . Четыре уровня мастерства. Минимальная культивация для использования — третья ступень стадии Конденсации Ци. 1) Позволяет использовать камень или землю из окружающего пространства для создания одного кулака диаметром до пятидесяти сантиметров. С помощью невидимой нити Ци, тянущейся от руки практикующего к кулаку небесной тверди, даёт над ним неограниченный контроль на дистанции до одного метра от вытянутой руки. Скорость перемещения кулака зависит от скорости движения руки практикующего. Требуют постоянного потребления Ци для управления и поддержания стабильного состояния кулака. 2) Позволяет преобразовывать Ци практикующего в камень или землю, из которого создаётся кулак. Диаметр кулака небесной тверди до семидесяти сантиметров. Неограниченный контроль над кулаком на дистанции до трёх метров от вытянутой руки. 3) Небольшое увеличение плотности, утяжеление и упрочнение материала, из которого создаётся кулак. Позволяет создавать одновременно два кулака диаметром до девяноста сантиметров. Неограниченный контроль над кулаками на дистанции до девяти метров от вытянутой руки. 4) Значительное увеличение плотности, утяжеление и упрочнение материала, из которого создаётся кулак. Позволяет создавать одновременно две пары кулаков диаметром до полутора метров. Неограниченный контроль над кулаками на дистанции до двадцати семи метров от вытянутой руки. Техника. Копья Небесной Тверди . Четыре уровня мастерства. 1) Позволяет использовать камень или землю из окружающего пространства для создания за раз до трёх метровых копий и запускать их в противника. Скорость движения копий зависит от количества вложенной в них Ци. Копья могут находиться в подвешенном состоянии до трёх секунд, после чего их структура начинает разрушаться. Дистанция эффективного применения копий до тридцати метров. 2) Позволяет преобразовывать Ци практикующего в камень или землю для создания за раз до шести полутораметровых копий. Дистанция эффективного применения копий до сорока метров. Копья могут находиться в подвешенном состоянии до пяти секунд, после чего их структура начинает разрушаться. 3) Небольшое увеличение плотности, утяжеление и упрочнение материала, из которого создаются копья. Создания за раз до двенадцати копий. Дистанция эффективного применения до пятидесяти метров. Копья могут находиться в подвешенном состоянии до десяти секунд, после чего их структура начинает разрушаться. 4) Значительное увеличение плотности, утяжеление и упрочнение материала, из которого создаются копья. Создания за раз до двадцати копий. Дистанция эффективного применения до восьмидесяти метров. Копья могут находиться в подвешенном состоянии до двадцати секунд, после чего их структура начинает разрушаться. Техника. Бронзовое тело. 1) Кожа становится подобна бронзе. 2) Небольшое увеличение прочности кожи, мышцы и кости становятся подобны бронзе. Небольшая сопротивляемость к огню. 3) Значительное увеличение прочности кожи, мышц, костей. Прочность тела равнозначна магическому артефакту низкого качества. Значительная сопротивляемость огню. 4) Кожа, мышцы и кости становятся подобны черной бронзе. Значительная сопротивляемость огню. Прочность тела равнозначна магическому артефакту среднего качества. Органы становятся подобны бронзе, а сердце — черной бронзе, значительно ускоряет циркуляцию крови в теле. ---------- Глава 48 Что делать дальше Глава 48. Что делать дальше. При помощи Короны Мглистого Царства Ранд разрезал погибшего Змея Пожирателя пополам и стал осматривать его внутренности, при этом особое внимание уделив желудку. Но, даже потратив значительное количество времени на тщательное исследование всего пищеварительного тракта зверя, он не смог обнаружить то, что искал. Труп Виида. Или хотя бы то, что должно было от него остаться. Неспособность его найти буквально выводила бывшего принца из себя. И когда Ранд окончательно убедился, что трупа тут нет, его стали переполнять негативные эмоции, и он, не сумев удержать их внутри себя, в гневе закричал на всю округу: РАААААААА А затем он изо всех сил пнул лежащего неподалеку мертвого волка, отчего того отбросило на десяток метров. После этого неожиданного эмоционального выплеска Ранд целую минуту просто стоял на месте и смотрел в одну точку. Такие действия всегда помогали ему восстановить контроль над разбушевавшимися чувствами. Помогли они ему и в этот раз, и как только Ранда более-менее пришёл в себя, он тяжело вздохнул, а затем начал спокойно анализировать произошедшее: 'Как так могло получиться? Неужели Змей успел переварить его труп? Нет, подобное невозможно, за такой короткий промежуток времени даже желудку Змея Пожирателя Земли не под силу растворить человеческий труп так, чтобы от него не осталось и следа. Тем более, что Змей умер сразу после того, как он проглотил Виида, и следовательно, все пищеварительные процессы в его организме, способные усваивать и перерабатывать пищу, почти сразу остановились. И вся эта ситуация с отсутствием трупа Виида может означать только одно: мальчишка, если так всё ещё можно его называть, сумел в последний момент сбежать. И подозреваю, что его побег тесно связан с этой непонятно откуда взявшейся в желудке Змея деревянной скульптурой грызуна. Насколько я помню, он кинул на землю двадцать один шарик, которые потом превратились только в двадцать человеческих скульптур-марионеток. Числа не сходятся. Получается двадцать первый шарик трансформировался в этого грызуна, причём сделал он это незаметно, вероятнее всего, под землёй. И у этого появления мелкой на первый взгляд бесполезной, небоеспособной скульптуры должен быть какой-то смысл, особенно с учётом того, как Виид пытался всё это скрыть. Возможно, именно на этой непримечательной скульптуре завязана возможность к телепортации Виида. Но думаю, окончательный ответ на этот вопрос я найти не смогу, так как первичный осмотр всех скульптур, в том числе и этой, ничего не выявил об их возможных функциях. В них нет ни энергетических каналов, ни источника питания, ни даже чего-то напоминающего формации и руны, обычно ответственных за управление марионетками. Они как будто являются не могущественными марионетками, которые ещё недавно разрывали свирепых волков на части, а обычными деревяшками, вырезанными талантливым смертным скульптором. Но да ладно, о скульптурах можно будет подумать и потом, сейчас гораздо важнее поразмыслить об их создателе. Перед тем как проглотить Виида, змей успел его укусить, а значит и впрыснуть в него свой яд, славящийся большой убийственной силой. Насколько я знаю, даже небольшого количества его яда вполне хватило бы, чтобы убить сотню заурядных культиваторов стадии Конденсации Ци, но Виид кто угодно, но не обычный культиватор. Насчёт его возможностей и способностей нельзя быть ни в чём уверенным, и учитывая его связь с могущественной сущностью, он вполне может спастись даже от яда Змея Пожирателя. Нет, в этом даже не стоит сомневаться. Он справится с ядом и выживет, если ему никто не помешает. И найти его в этот момент, когда он ранен и чрезвычайно слаб, у меня вряд ли получится, даже если он телепортировался не слишком далеко, ибо для его поиска у меня нет ни духовного чувства, ни подходящих для моей культивации разведывательных техник или несущих похожую функцию артефактов. И даже если бы у меня каким-то чудом получилось его найти, то даже в раненном состояние Виид нёс бы для меня смертельную угрозу. Ведь, главная опасность исходит не лично от него, а от этой непонятной сущности-системы, стоящей за ним. И в отличии от него, она ничуть не пострадала. Встретив его сейчас, был бы велик шанс того, что я повторил бы судьбу Змея Пожирателя Земли и вожака волков, погибших неизвестно от чего. Хм, смерть их наступила настолько быстро, что, кажется, они даже не успели понять от чего они умерли. И при этом на их телах нет совершенно никаких повреждений… Если так подумать, я читал о чём-то похожем в императорской библиотеке. Если я правильно помню, то похожий эффект имеется у некоторых техник, которые доступны только культиваторам, превзошедшим стадию Формирования Ядра. Техники, атакующие не при помощи Ци, а использующие силу души… Да, с большой долей вероятности удар Виида имеет именно такую природу. И защититься от подобных атак, не достигнув стадии Зарождения Души, невероятно сложно, так что не удивительно, что вожак волков и даже Змей Пожиратель Земли не смогли ничего противопоставить этой силе и бесславно погибли. Самостоятельно применить что-то подобное Виид с учётом его культивации, конечно, не мог. А значит, что он теперь без всяких сомнений может хотя бы ограниченно использовать могущество сущности, с которой он заключил контракт. Но не думаю, что он может часто или в полной мере использовать эту силу, иначе он вёл себя совершенно по-другому. Смогла ли бы корона меня защитить от такого типа нападения? Вероятно, да, хотя, конечно, всё зависит от силы атаки. Но с учётом того, что Змей, почти достигший стадии Формирования Ядра, не смог сопротивляться и секунды, полагаться на одну защиту сокровища в подобной ситуации было бы весьма неблагоразумно… Но я опять думаю не о том, что мне конкретно сейчас нужно. В данный момент гораздо важнее решить, что мне делать дальше. Попытаться скрыться, чтобы в будущем жаждущий возмездия Виид меня не нашёл и не смог отомстить? Нет, такой вариант мне не подходит. Мне нужно остаться в секте, только здесь у меня есть шанс преодолеть стадию Трансформации Души, которую не удалось превозмочь ни моему отцу, ни множеству предков до него. Если я сбегу и начну прятаться в какой-нибудь дыре, то у меня никогда не получиться реализовать ни один из моих планов. Не смогу никому отомстить, и в этой жизни мне будет не суждено достичь бессмертия, и умру через каких-то жалких пару тысяч лет. Такой судьбы я себе не желаю. Из этого следует, что, если я хочу следовать за моей мечтой, то у меня нет никакого выбора. Нужно остаться в секте и продолжить «обучение». По крайней мере до тех пор, пока я не заполучу все двенадцать уровней метода культивации Мифической Крови и все возможные преимущества, которые может дать мне секта. Тем более что время у меня, вероятнее всего, есть. Шанс, что Виид вернётся в секту в ближайшее время, крайне мал, ибо, как он и говорил, если секта заметит его невероятный, или скорее даже чудовищный прогресс, то его жизнь в зависимости от решений верхушки может быть в опасности. Он не захочет идти на такой риск, и просто так не отдаст свою жизнь в чужие руки. Для относительно безопасного возвращения и возможности мне гарантированно отомстить ему потребуется прорваться хотя бы до стадии Зарождения Души, а быстро этого не достичь. Секта может по-разному воспринять его исчезновение: Виид может стать пропавшем без вести, похищенным неизвестными силами или просто предателем, решившем сбежать и рассказать чужакам секреты секты… И то, как всё расценит секта будет во многом зависеть от моих слов. От того, что и как я, ученик влиятельного старейшины, чей голос ценится, расскажу о событиях, предшествующих его пропаже. И рассказать я могу практически что угодно, ведь, нашу битву и пропажу Виид никто не видел, так как всё происходило в глубине леса. И не менее важно то, что из-за моего «обличия Оберина» секта не сможет ни при помощи артефактов, ни используя специализированные техники понять, что я вру. Разумеется, желательно поведать какую-нибудь максимально очерняющую Виида историю. Например, можно рассказать о том, как он во время выполнения миссии по поимке лисы исподтишка напал на меня без какого-либо повода и попытался убить по каким-то неизвестным причинам. Также нужно будет упомянуть, что он был чрезвычайно силён, каким-то образом сумел скрыть свою культивацию, и использовал неизвестные техники и артефакты-марионетки. И рассказать о том, что спасся я только потому, что нас разделили неожиданно напавшие на нас волки, и в пылу битвы у меня получилось убежать. Очень хорошо, в целом мне такой вариант нравится, детали рассказа можно будет доработать на обратном пути. Если всё пройдёт гладко, и моим словам поверят, то секта отправит вслед за Виидом команду ликвидации, состоящую из исполнителей наказаний Дома Закона, и, быть может, им даже улыбнётся удача, и у них получится его убить. Сейчас же стоит избавиться от трупа Змея, дабы у членов секты, которые с большой долей вероятности во время поиска Виида найдут это место, не возникло опасных вопросов. Правда, вручную это займёт у меня слишком много времени, ибо в это маленькое кольцо труп Змея точно не влезет. Да и, если бы даже получилось запихнуть его в кольцо, то тут всё равно остались бы следы его трупа, например та же самая кровь, уже впитавшаяся в землю, по которой сразу можно определить, что она принадлежит весьма сильному зверю, которого не должно быть на месте нашей битвы. Это было бы достаточно, чтобы обладающие хоть каким-то разумом ученики на стадии Создания Основания, которых отправят за Виидом, сделали ненужные мне выводы'. — Так что мне потребуется твоя помощь в этом деле, Айна. И как только Ранд об этом подумал, он сразу же почувствовал ответный поток радости, исходящей от Айны, души его короны-сокровища. Она была переполнена счастьем от того, что может ему пригодиться. Ощутив её согласие, Ранд попросил: — Отлично, избавься, пожалуйста, от останков Змея. Нужно будет ликвидировать не только его труп, но и его кровь, и остальные жидкости, впитавшиеся в землю, а также все следы, его пребывания здесь, в том числе следует убрать дыру в землю, сквозь которую он здесь появился. Можешь не торопиться и не тратить слишком много энергии. После того, как Ранд закончил говорить, на его голове появилась корона, которая стала испускать черный дым, поглотивший останки Змея Пожирателя Земли, а также окружавший его массивный кусок земли. Плоть, кровь, почва и всё остальное тут же начали растворяться, так что уже через пару минут от трупа могучего зверя на пике стадии Создания Основания ничего не осталось. И на том месте, где он лежал ещё недавно, появилась довольно глубокая яма. Как только с трупом Змея было покончено, Ранд положил в кольцо скульптуру грызуна, которую он заранее вытащил из Змея, а затем подошёл к одной из человеческих скульптур-марионеток и сделал с ней тоже самое. Закончив с делами, Ранд отбросил все ещё терзающие его мысли о Вииде, и подумал о другом: «Пожалуй, здесь больше нечего делать, и теперь можно возвращаться обратно в деревню. Посмотрим, насколько верны мои догадки насчёт причины такого малого количества волков, откликнувшихся на зов зелья». Послесловие автора: Ух ты, уже настало время второго тома. Как быстро время летит… Хочу поблагодарить всех, кто решил купить моё произведение. Ваша помощь неоценима. Благодаря вам я смогу тратить больше времени на написание книги и не беспокоиться о том, что моё увлечение требует слишком уж много времени. =) Надеюсь, второй том придётся вам по нраву. До новых встреч. ---------- Глава 49 У тебя есть два пути Глава 49. У тебя есть два пути. Ранд, погруженный в размышления о своих дальнейших действиях и планах, отправился в обратно в деревню. Идя по густому лес, которой несильно отличался от чащобы, Ранд старался двигаться только по звериным тропинкам, которые хоть и частенько виляли, тем самым заставляя бывшего принца идти время от времени в ненужные ему стороны, но в целом они позволяли двигаться примерно в одном направлении. Путь по ним давал возможность экономить немало времени и сил за счёт того, что не приходилось идти, продираясь сквозь густые заросли, которые всегда выступали препятствием для путешествующих по лесам людей. Этой простенькой науке его научил охотник Галик во время их относительно недавнего путешествия по Даларанскому лесу. А об охоте на лису, на убийство которой он с остальными взял миссию в секте, и чьё логово по заверениям деревенского старосты должно было находиться где-то поблизости, Ранд совершенно не думал. Его шансы найти её самостоятельно без нужных техник и артефактов были минимальны, а значит в нынешних условиях поиск лисы был бы абсолютно бессмысленным. Проще уж заплатить штраф за невыполнение задания. Несколько часов назад он рассматривал возможность послать Змея за лисиной головой. Могучему зверю на пике стадии Создания Основания со множеством техник для обнаружения добычи было бы, вероятно, под силу найти зверушку, где бы она ни пряталась. Но Ранд почти сразу отказался от этой идеи, так как он посчитал, что эти жалкие несколько сотен камней духа, которые он получил бы в случае выполнения миссии, не стояли того, чтобы отвлекать Змея от выполнения основной задачи. Тем более что если бы у Ранда получилось поймать и убить лису, то это могло создать дополнительные проблемы. Например, у Эйрона или даже у его мастера сразу же возникли бы вопросы насчёт того, как у него могло получиться поймать так быстро зверя, с которым не смогла справиться целая деревня. И хорошего, «правдивого» ответа, кроме как: «мне очень повезло» у него бы не было. Ближе к полудню бывший принц преодолел большую часть пути до деревни, и достиг более-менее знакомых ему мест. Тогда он и почувствовал висящий в воздухе сильный запах гари, и осознал, что скорее всего его догадка о том, куда делась основная часть волчьей стаи, оказалось верной. Но чтобы окончательно убедиться в свой правоте, Ранд решил подойти поближе и выйти на опушку леса, расположившуюся на небольшом холме, с которой открывался довольно неплохой вид на лежащую внизу деревню. И как только Ранд достиг цели, перед его глазами предстала картина полнейшего разрушения и опустошения. Поселение, в котором ещё недавно жили сотни человек, превратилось в безжизненное кладбище. По всей деревни, насколько было видно взору, лежали растерзанные и высушенные трупы, как человеческие, так и волчьи. И каждый дом, начиная с самой мелкой лачуги и заканчивая жилищем старосты, был поглощен огнём, и как следствие этого пожара над всей деревней высоко в небо поднимался огромный чёрный столб дыма, слегка напоминающий своим видом надгробие невероятных размеров. Было видно, что ещё недавно здесь бушевала яростная битва, закончившаяся полным поражением местных крестьян и охотников. Основная часть сражения происходила около стены, где деревенские стояли насмерть и дрались за каждый метр. Этому выводу Ранда было подтверждение в виде лежащих у стен нескольких сотен волчьих тел, утыканных стрелами, растерзанных копьями и уничтоженных боевыми техниками. Но даже такая воинская доблесть их не спасла, в конце концов деревенская стена была пробита в нескольких местах при помощи грубой силы, после чего оборона была сломлена, и защитники отброшены внутрь деревни, где их во время отступления, которое скорее всего напоминало неорганизованное бегство, потом и уничтожили вместе с остальными жителями деревни. Во всё этом удивительным было то, что после победы в битве волки вместо того, чтобы пировать, куда-то пропали. А также то, что пожары, насколько об этом мог судить Ранд, начались уже после окончания сражения. Но Ранд не стал слишком заострять внимание на этих деталях, лишь мимоходом сделал для себя определённые выводы. Потому что в этот момент его взгляд по-настоящему приковала не эта чудовищная по своей жестокости сцена, а высокая мускулистая фигура, находящаяся неподалёку от деревни. Стояла она в огромной луже крови, к её пояску при помощи верёвки был привязан человеческий череп, а в руках у неё был знакомый Ранду скипетр. С момента появления юноши на опушке леса эта фигура, не отводя взгляда, смотрела прямо на него. И фигурой этой был никто иной, как Эйрон. Ранд медленным шагом направился прямо к нему, и как только он оказался в десяти метрах от великана, также наступив при этом в кровавую лужу, Эйрон, на лице которого красовалась широкая, но слегка нервозная улыбка, его поприветствовал: — Рад видеть тебя здесь одного, Оберин. Как тебе местное зрелище? Неплохо выглядит, не правда ли? На что Ранд, хмыкнув, высказал своё мнение: — Неплохое зрелище, говоришь? Я бы назвал его бессмысленным и крайне недальновидным. Тебе не стоило здесь оставаться и тем более приводить свой так называемый «план по уничтожению деревни» после того нашего «разговора» в лесу. Этим действием ты создал себе множество проблем, и, буду честен, несколько меня разочаровал. Гораздо мудрее с твоей стороны было бы просто вернуться в секту. От слов Ранда улыбка пропала с лица Эйрона, и он сразу стал гораздо серьёзнее. — Хм, бессмысленным и недальновидным… О, нет, тут ты ошибся, причём в обоих пунктах. Тут не произошло ничего бессмысленного. Благодаря случившемуся здесь я уже получил очень многое, а в будущем получу ещё больше. Все эти смерти позволят мне заполучить лидирующие позиции в семье, и я не буду знать недостатка в ресурсах и артефактах в ближайшие годы. Обменять жизни пары сотен отбросов на моё безоблачное будущее… По-моему, это невероятно выгодный обмен. А насчёт недальновидности… Ты же имеешь в виду то, что если о произошедшем здесь узнает кто-то по-настоящему важный в империи, то на меня и всю мою семью накинут ярлык «демонических культиваторов», убивающих невинных, и нам всем после этого довольно быстро придёт конец? И что уничтожение деревушки не стоит даже риска возникновения такой возможности? Но, чтобы подобное случилось, кто-то будет должен рассказать о том, что здесь случилось, и, самое главное, доказать вовлечённость моей семьи и меня во всё произошедшее. Тебе, наверное, было бы по плечу всё это сделать. Но ты, правда, считаешь, я отпущу такую угрозу мне и моей семье как ты отсюда живым? С твоей стороны было весьма глупо приближаться ко мне, возможно, твоим единственным шансом на спасение было начать убегать, как только ты меня увидел. Закончив выслушивать речь Эйрона, Ранд даже на секунду засмеялся, что с учётом окружения делало атмосферу их разговора ещё более пугающей, прежде чем что-то ему ответить: — Ха, Эйрон, мне кажется, не в твоём положении говорить мне подобные слова. И я думаю ты сам это уже понял, раз уж ты пытаешься поддерживать со мной эту бессмысленную беседу вместо того, чтобы сразу попытаться меня убить при помощи зверя крови, который прячется в кровавой луже у нас под ногами. И я даже знаю, почему ты боишься применить его против меня. Ведь, после того как ты использовал своё запасное зелье Волчьей Напасти, дабы привлечь волков к деревне и подать сигнал о начале атаки, ты сразу заметил, что волки слишком уж хаотично стали атаковать деревню, что ими никто не управлял. Ты сразу понял, что с дрессировщиками твоей семьи что-то случилось, потому что они не могли просто так оставить стаю без контроля. И ты сразу провёл параллель между моим «появлением в лесу» и их «исчезновением». Но ты не мог понять, как такое могло получиться. Ведь, я всего лишь на второй ступени Конденсации Ци и не смог бы самостоятельно пробраться в волчье логово, и убить двух человек на седьмой ступени Конденсации Ци. Но тем не менее эти двое «исчезли» в самый подходящий для меня момент, и при этом волки не понесли никаких заметных потерь, и даже не разбежались. И чем больше ты об этом думал, размышлял, просчитывал варианты тем более страшно тебе становилось. В этот момент Эйрон, лицо которого слегка побелело, вклинился в речь Ранда: — Тебе такое должно быть не под силу. И Ранд, подхватив его слова, с ним согласился: — О да, ты прав, мне это не под силу. Даже с могучими артефактами и талисманами, дарованными мне мастером, с моей культивацией такая задача была бы нереализуема. И придя к этому заключению, ты сделал логичный вывод: мне кто-то помог, причём кто-то достаточно сильный раз уж он смог незаметно проникнуть в волчье логово и по-тихому устранить двух практиков на поздних ступенях Конденсации Ци. И всё это сделать меньше чем за час… — на этом моменте Ранд сделал небольшую паузу, а затем продолжил: — Ладно, не буду тебя больше терзать этими умозаключениями, и скажу как есть. Эйрон, ты же не думал, что старейшина секты отправит своего любимого ученика, на которого он возлагает большие надежды и мечтает сделать своим наследником, на первую миссию без сопровождения? Разумеется, мой мастер послал опытного и верного практикующего на стадии Создания Основания, чтобы он обеспечивал мою безопасность, при этом стараясь не показываться и не вмешиваться в мою первую миссию, дабы я самостоятельно набирался опыта. Он незаметно следовал за нами всё это время. Ох, Эйрон, ты как-то уж совсем побелел, тебе нехорошо? Ах, я понял, это из-за нашей истории с Виидом. Ты можешь не беспокоиться насчёт нашего плана по его устранению, старший знает о нём, но ему в общем-то плевать на разборки среди младших, поэтому он никому ничего не расскажет. Но вернёмся к нашему основному разговору. После того, как я рассказал ему, что за нападением на деревню стоят люди твоей семьи, он любезно согласился выполнить мою просьбу и ликвидировать тех двоих идиотов. И да, ты правильно думаешь, сейчас он продолжает следить за нами и не вмешивается только потому, что я его попросил и из-за того, что пока что мне ничего не угрожает. У тебя изначально не было никаких шансов меня устранить и похоронить вместе со мной эту историю об уничтожении деревни. — И как ты можешь доказать, что за нами сейчас кто-то следит? Быть может, ты просто сейчас всё это придумал. — спросил Эйрон, сжав скипетр в руке так сильно, что костяшки на его пальцах побелели. — Я не собираюсь тебе ничего доказывать, Эйрон. У тебя сейчас есть два пути: поверить мне и сдаться, или понадеяться, что я тебе лгу, после чего напасть на меня и умереть. Можешь считать это небольшой проверкой твоего интеллекта. Делай свой выбор. — И что будет, если я соглашусь сдаться? Ты сдашь меня секте? — Эйрон почувствовал, что у него, возможно, появился шанс спастись и попытался выяснить подробности. — Разумеется, нет. Ты, конечно, тот ещё ублюдок, который заслуживает умереть за содеянное. Но тебе повезло, я считаю, что ты и стоящая за тобой семья можете быть полезными мне в будущем, поэтому я и решил потратить своё время на разговор с тобой. Если ты согласишься, то я пощажу тебя и позволю служить мне. Разумеется, в этом случае никто не узнает о прегрешениях как твоих, так и твоей семьи. Если же ты откажешься, то я поведаю секте всё, что ты совершил. После чего мои слова проверят, и когда все поймут, что они правдивы, тебя и всю твою семья, как ты правильно предположил, объявят демоническими культиваторами, и подвергнут одному из высших наказаний. Вероятнее всего, это будет третье наказание, то есть вас всех превратят в пилюли заживо. Ужасная судьба. Вслед за последними словами Ранда последовала тишина, прерываемая только тяжелым дыханием Эйрона. Спустя несколько десятков секунд Эйрон собрался с мыслями и уточнил: — Ты предлагаешь мне стать твоим рабом? Чтобы я, сын благородной семьи культиваторов, стал выполнять твои приказы? — Можешь воспринимать это как тебе угодно. Думаю, я сказал достаточно, делай уже свой выбор. Даю тебе десять секунд, больше я не намерен ждать или что-то тебе ещё говорить. — Кажется, у меня нет выбора. Я подчинюсь. — почти без промедления проговорил Эйрон. И пока решалась судьба Эйрона, где-то в полукилометре от молодых людей в кустах лежал одинокий охотник, которого не заметили ни Ранд, ни Эйрон, и он всё это время наблюдал за беседой юных сектантов. Когда же послушники закончили говорить и стали удаляться, охотник позволил привстать и прошептать: — Ублюдки, рано или поздно я вам отомщу за уничтожение моей деревни, чего бы мне это не стоило. ---------- Глава 50 Знай свое место Глава 50. Знай своё место. Как только Эйрон согласился стать его подчиненным, Ранд тут же, не давая «бывшему противнику» ни секунды времени на ненужные раздумья, отдал ему свой первый приказ: — Отзови Зверя Крови и передай мне скипетр. — Но… — это приказание Эйрону совершенно не понравились, особенно его вторая половина. Его лицо исказила гримаса, и он даже попытался что-то возразить, но Ранд, перебив его на полуслове, не позволил ему сказать что-то против: — Никаких «но». Раз уж ты согласился мне служить, то первым делом тебе стоит выучить основное правило: воля господина должна выполняться немедленно и без каких-либо возражений. И раз уж для тебя такое положение дел в новинку, то я могу ещё добавить кое-что, чтобы тебе было легче всё понять: если бы мне потребовалось узнать твоё мнение по поводу этого приказа, я бы тебе об этом сообщил. Сейчас же мне нет до него никакого дела. Всё понятно? — Да, Обе…господин. — Надеюсь, что ты и, правда, всё понял, и что мне не придётся повторять эти слова ещё раз. Уж поверь, для тебя это ничем хорошим не кончится, ибо повторяться я не люблю. — Да, господин. Я, действительно, всё понял. Вы чрезвычайно хорошо знаете то, как должен себя вести человек высокого положения. Я, честно говоря, крайне удивлён, что вы раньше были всего лишь обычным человеком, жившим в мелкой деревушке. — с некоторым подозрением высказался Эйрон. — Никто не знает о правилах поведения лучше людей низкого положения, уж поверь мне, ибо от этого знания частенько зависит их жизнь. Но хватит тянуть время, выполняй приказ сейчас же или же… — ответил Ранд, подразумевая печальные последствия случае отказа, и тем самым буквально вынудил Эйрона согласиться: — Хорошо. Зверь Крови, приказываю вернуться в скипетр Ирбиса. Сразу же после того, как прозвучали эти слова, большая лужа крови, на которой стояли юноши, как будто бы ожила и начала двигаться в сторону скипетра, постепенно собираясь в семиметровое нечто, внешний вид которого отдаленно напоминал какое-то животное из рода крупных кошачьих, если бы оно могло состоять из одной только крови. В этой «кошачьей» форме Зверь Крови пробыл недолго, он довольно быстро сжался и превратился в кровавый шар диаметром в пару метров, который в последствии был поглощён скипетром. Всё это действие заняло около пятнадцати секунд. И как только последние капли крови исчезли в артефакте, Эйрон передал Ранду скипетр деревни Ирбис, который представлял собой метровый металлический жезл чёрного цвета с красным камнем на вершине. А затем Эйрон снял с пояса висящий на верёвке человеческий череп и также его отдал Ранду. Беря в руки эту костяшку, Ранд вопросительно приподнял брови и посмотрел на собеседника, намекая на то, что требуется пояснения, и Эйрон намёк понял. — Это череп Ирбиса, так звали того самого основателя деревни и создателя артефакта, без него не получится использовать скипетр… — поспешил объясниться юный великан и, заметив появившееся оттенок недовольства на лице Ранда, он осознал, что такого краткого объяснения будет недостаточно, и, нехотя, начал более исчерпывающий рассказ: — Наверное, мне стоит всё более подробнее объяснить. Моя семья долгое время собирала всю возможную информацию об этой вещичке, и, хоть это было нелегко, мы многое сумели выяснить. То, что нам рассказал староста насчёт неё было по большей части правдой, кроме двух ключевых моментов, о которых староста либо не знал, либо, что гораздо более вероятно, решил нам соврать, чтобы мы не слишком захотели его в будущем заполучить. Первое: артефакт привязан не к останкам или к месту погребения, а всего лишь к черепушке, которую я только что вам передал. Это позволяет переносить артефакт и использовать его где угодно. Второе: кровь для его активации можно использовать абсолютно любую, а не только наследников их основателя. Чем больше содержится Ци в крови, тем меньше её надо для успешного призыва зверя. Такой ответ, казалось, удовлетворил Ранда, ибо намёк на недовольство с его лица пропал, и он уже намного более благодушно сказал Эйрону: — Хорошо. С артефактом всё более-менее ясно, теперь можно выдвигаться. И пока мы будем бежать обратно в секту, ты, дабы красить нашу дорогу, расскажешь мне в подробностях всё, что знаешь о случившемся здесь. И постарайся больше ничего не умалчивать и мне не врать. Если я в дальнейшем узнаю, что ты меня в чём-то обманул, то я тебя просто убью. — Господин Оберин, я с радостью вам всё расскажу, и ничего не утаю, ибо в этом уже нет никакого смысла. Но можно ли мы вначале обсудим условия моей службы вам? И, если есть такая возможность, я бы хотел поговорить со старшим, который нас охраняет, мне нужно у него спросить насчёт судьбы людей, которые управляли волками. Всё-таки они члены моей семьи, и я бы хотел узнать обстоятельства их смерти, были ли достойными сынами семьи Ландольф и сражались до конца или нет. — По поводу условий твоей службы… Об этом мы поговорим позднее, ибо прежде, чем хоть что-то конкретное обсуждать с тобой, мне нужно будет рассказать все детали случившегося моему мастеру и попросить у него совета насчёт того, как лучше поступить с тобой и твоей семьёй. Лишь после этого я оглашу так необходимые тебе «условия». Насчёт же старшего, следящего за нами… Ты думаешь, что он нарушит приказ «не появляться без крайней нужды», данный старейшиной Байроном, дабы удовлетворить твоё ничтожное любопытство? — Нет, конечно, я всё понял… Но, господин, можно ли не рассказывать о случившемся вашему достопочтенному мастеру? Я боюсь, что… — А, ты не хочешь, чтобы обо всём узнал мой мастер, дабы у тебя оставалась надежда избавиться от меня, когда появится удобный случай, и похоронить произошедшее вместе со мной, да Эйрон? — Разумеется, нет, господин. Я просто боялся, что если достопочтенный старейшина узнает обо всём, то он просто решит сразу же избавиться от меня и моей семьи, и тогда мы не сможем вам пригодиться. — Об этом можешь не беспокоиться, я своего мастера знаю, и такого не случится. Но, то, что ты, находясь в таком положении, мне вообще задаёшь такие вопросы, говорит о том, что ты всё ещё слишком много о себе мнишь, Эйрон. Мы с тобой уже не на равных, и, чтобы ты запомнил это, видимо, надо будет тебе преподать урок. — сказав это, Ранд тут же подошёл к юноше вплотную и ударил его в лицо кулаком, закованным в латную перчатку. Из-за неожиданности удара Эйрон не удержал равновесие и упал. Спустя пару секунд, тряся головой и вытирая проступившую на щеке кровь, он сумел подняться. — Простите, господин, такого больше не повторится. — подобострастным голосом произнёс Эйрон, стараясь при этом скрыть клокочущую внутри него ненависть, но делал он это не слишком успешно. Ранд, заметивший это, но совершенно не обративший внимание на огонь ярости в глазах собеседника, спокойно сказал: — Надеюсь, ты будешь впредь знать своё место. А сейчас выполняй то, что велено, не заставляй меня ждать. — Да, конечно. Началось всё с того, что несколько месяцев назад деревенские случайно обнаружили чрезвычайно богатую жилу Грязного Железа в десятке километров отсюда. Грязное железо, если вы не знаете, — это ценный, насыщенный Ци металл, с помощью которого можно создавать магические артефакты и при добавление дорогостоящих добавок даже духовные артефакты низкого и среднего качества. Деревенский староста пытался не допустить распространения информацию об этой находке за пределы деревни, но у него это сделать не получилось, так как его собственный сын решил предать отца и родную деревню, и продал моей семье сведения о жиле. Разумеется, после того, как его сынок нам рассказал всё, что мог, мы его упокоили, чтобы у него не появилась возможность рассказать об этом секрете кому-то ещё… После того, как мы узнали, что недалеко от наших земель появилось новое месторождение, мы какого-либо без промедления отправили несколько человек для оценки его значимости. Это было чрезвычайно важно узнать, потому что если бы, например, в жиле содержалось только несколько сотен килограммов низкокачественной руды, то за неё даже не стоило бы бороться и проще было бы оставить её деревенским. По возвращении наши оценщики нам сообщили, что их способностей оказалось недостаточно, чтобы в полной мере измерить месторождение подобного размера, ибо жила уходит в землю слишком глубоко, на многие тысячи метров. Но при этом они добавили, что в ней хранится по меньшей мере сотни тонн высококачественной руды с содержанием металла более шестидесяти процентов. И с учётом того, что один килограмм Грязного Железа стоит не меньше полутора десятков камней духа… Сумма денег, которую теоретически могло подарить это месторождение, получилась просто необъятная. Шанс заполучить подобное сокровище не стали бы упускать не то что семьи культиваторов, а даже настоящие переполненные ресурсами кланы. Так что мы решили заполучить деревенское месторождение любой ценой. Мы, задействовав всё наше влияние и ресурсы, подкупили нужных людей в магистратах ближайших городов, и даже не подпустили людей чужих семей, которые каким-то образом прознали о важности для нас этой деревушки. Мы попытались прибрать к себе эту деревеньку Ирбис, но ублюдок-староста и его совет старейшин отказали нам в покупке, хотя мы им обещали целые горы камней духа за согласие. Видимо, даже не зная настоящей ценности жилы, просто увидя нашу реакцию, старосте и его прихвостням хватило ума понять, что к чему. Но вот, правда, мозгов на то, чтобы осознать, что такое богатство для них и их жалкой деревушки слишком велико, у них оказалось совершенно недостаточно. Когда у нас не получилось их купить обычным законным способом, мы вознамерились их заставить нам продать её. К сожалению, по законам империи деревня Ирбис считалась свободной, и принадлежала лишь её жителям, да империи, и никакая мелкая семейка ими не владела. А это значит она была под прямой защитой империи и уполномоченной её хранителю региона, то есть нашей секты Огненного Дракона. Переход из свободной категории в подчинённую возможен, но он должен быть либо добровольным, либо осуществиться при помощи указа самого императора, ибо только император имеет права кого-то принуждать лишиться свободы или жизни, и желание незаконно узурпировать это право равносильна плевку в императорский суп во время обеда… Попытаться напрямую заставить свободную деревеньку «продаться при помощи силы» было бы невероятно сложно, так как при продаже должен присутствовать один из высоких чиновников империи, которого подкупить нам не под силу. Казалось бы, такая мелкая сделка должна была бы решаться в городском магистрате, и так раньше и было. Но прошлый император, посчитавший что городских чиновников слишком легко подкупить, приказал являться на такие «сделки» высоким чиновникам из столицы. И так как оба эти варианта были для нас закрыты, совет семьи придумал план с использованием нашей секретной волчьей армии. С её помощью деревня должна была быть либо уничтожена, и тогда мы спокойно купили бы ничейную землю у империи. Либо деревенька образумилась бы и побежала бы к нам «добровольно продаваться» ради защиты, которую мы пообещали. Чтобы они не выбрали, мы в любом случае бы остались в выигрыше. Вот такой вот был у нас план, если не вдаваться сильно в подробности. А дальнейшие я думаю, вы и так по большей части знаете. После того, как Эйрон закончил говорить, некоторое время молодые люди бежали в тишине, но спустя десяток минут, когда Эйрону уже начало казаться, что эта тема закрыта, Ранд произнёс: — Ты прав, большую часть этой историю я уже знаю, а об остальной догадываюсь. Но у меня всё же есть к тебе несколько уточняющих вопросов: Во-первых, какую роль в вашем плане играет лис, который терроризировал деревню до прихода волков? Раз тебя посвятили в этот план, значит ты должен был что-то сделать? Что именно? Изменение оплаты за задание было делом ваших рук? У твоей семьи есть связь с каким-то учеником в Павильоне Заданий? И самое главное почему ты захотел избавиться от меня заодно с Виидом? Неужели только из-за того, что боялся конкуренции со мной за ресурсы в секте? Стоила ли подобная мелочь возможности навлечь на себя гнев старейшины? Ни один из вопрос Ранда, кроме первого, не понравился Эйрону, но выбора отвечать или нет у него и правда особо не было. — Насчёт лиса… Моя семья тут ни при чём, мы не знаем ни откуда этот зверь появился, ни кому он принадлежит и принадлежит ли, ни даже что ему было по-настоящему от деревеньки надо. Дяди Паурус и Реиган, так звали наших дрессировщиков, пытались поймать его при помощи волков, но это им оказалось не под силу. Им пару раз удавалось его найти, но лис был настолько быстр, что даже вожак стаи и его главная самка не могли с ним ничего поделать. Мы подозреваем, что на самом деле настоящая культивация лиса на стадии Создания Основания. Большего я о нём ничего не знаю. Оплата за задание действительно была скорректирована благодаря влиянию моей семьи. Один из моих дальних родственников — ученик в секте, и он работает в Павильоне Заданий. Моя роль во всем этом была крайне незначительной, я должен был появиться в деревне во время атаки зверей и стать свидетелем гибели поселения, и после, как послушник секты, подтвердить магистрату в городе, что за её уничтожением стоят животные, а не люди. И дополнительно я должен был выкрасть скипетр, если позволят обстоятельства, тем самым снизив возможные потери среди волков. А насчёт того, почему я планировал вас убить… Основная причина заключается в том, что через несколько месяцев планируется экспедиция в какое-то тайное место. Секта дарует невероятное богатство всем участникам, но больше всего достанется лидеру экспедиции. И набирать людей будет среди вступивших в секту в этом году, то есть среди нас. И так как ты был одним из самых опасных конкурентов за позицию лидера я посчитал, что избавиться от тебя при помощи волков — это отличная возможность убить двух зайцев одним камнем. Но я вас недооценил и просчитался. Из всего сказанного Эйроном Ранда заинтересовала только одна вещь, о которой он сразу попытался выяснить подробности: — Можешь поведать мне детали этой будущей экспедиции? — К сожалению, нет. О самой экспедиции мне ничего не известно, моя семья и узнала-то о ней практически случайно. — Очень интересно, ладно пока оставим этот вопрос на потом. — сказал Ранд, попутно про себя размышляя: «Значит об экспедиции в Малый Мир уже знает даже кто-то вроде мелкой культиваторской семьи. Из этого следует, что все большие „игроки“ об этом знают уже давно. Это всё многократно усложняет». И, в то время как молодые люди продолжали бежать по дороге, и Ранд продолжал раздумывать о том, к чему придёт распространение знаний о существование ещё одного Малого Мира, вдруг высоко в небе над юношами появился боевой корабль-сокровище титанических размеров. Длинной не более полукилометра он отбрасывал гигантскую тень, благодаря которой юноши его заметили издалека. Ранд, а затем и Эйрон резко остановились, и стали смотреть на корабль, движущейся так быстро, что ещё недавно бывший прямо над ними корабль уже через пару десятков секунд скрылся за горизонтом. Глядя вслед улетающему кораблю, Ранд подумал: «Боевой имперский корабль класса Уничтожитель, Земное Сокровище. Почему он направляется в сторону секты? Неужели?». ---------- Глава 51 Битва в лесу Глава 51. Битва в лесу. Чуть более 4 месяцев назад Даларанский Лес После впечатляющей победы принца над семейством горилл у Ранда состоялся длительный разговор с охотником Галиком, в ходе которого немолодой почитатель леса в обмен на услугу по устранению убийцы его отца даровал наследнику престола «сокровище» его семьи, порошок Последнего Дыхания, способный привлечь великое множество зверей, а в добавок к этому Галик ещё и предложил идеальное место, где порошок можно было бы применить. Ранд после недолгих раздумий согласился принять его «дар» и даже последовать в то место, где было бы его лучше всего применить по мнению Галика. Ведь, если предположения охотника насчёт количества зверей, которые придут на зов его порошка, окажутся хотя бы наполовину правдивы… То убийства такого объёма животных должно будет хватить для получения первого места в Великой Охоте, объявленной императором. И победив ней, Ранд получил бы престиж, который помог бы укрепить ему позиции, как наследника престола и одного из сильнейших гениев империи. И к тому же он бы смог утереть нос своей зазнавшейся сестре… А вот артефакты и ресурсы, положенные за первое место, ради которых сражались большинство низкоранговых участников охоты, принца Ранда абсолютно не прельщали, потому что в награду не давали ничего по-настоящему уникального, а обычных ресурсов у него и так было так много, что он не смог бы истратить в ближайшие десятилетия. Приняв решение, Ранд без дальнейших раздумий направил свой отряд, состоящий из шести человек: трёх рыцарей, пожилого наставника-телохранителя Ларка, охотника, и самого принца, к каньону, лежащему к юго-западу от горы горилл. Дорога к каньону была не слишком близкой и сопряжена со значительным количеством трудностей. Отряду пришлось преодолеть несколько сотен километров дремучего леса, где им по пути довольно часто встречались различные звери, защищавшие свою территорию и не желавшие пропускать незваных гостей. Их сила разнилась от поздних ступеней Конденсации Ци до средней ступени стадии Создания Основания. Практически со всеми противниками без особых сложностей разбирались служащие принцу трое имперских рыцарей, так что за всю дорогу Ранду пришлось вмешаться лишь однажды, когда отряд столкнулся с большой группой огненных воронов. Сами по себе эти птицы не были особо сильны: они обладали маленькими хрупкими телами единственных, относительно низкой скоростью полёта, были весьма трусоваты, а их умение управлять огнём также, к их несчастью, было весьма довольно жалким. Даже то, что они жили крупными стаями, не слишком сильно исправляло ситуацию, они оставалась слабыми противниками. По рассказам Галика они недалеко ушли от нижних ступенек пищевой пирамиды леса. И вначале отряду принца казалось, что они пройдут сквозь ворон как горячий нож сквозь масло, но неожиданно у этой стаи предводителем был зверь, частично пробудивший родословную своего далёкого предка, Трёхлапого Ворона, существа способного поспорить с Истинными Драконами. Хоть его родословная и была едва заметной, но этого оказалось достаточно, чтобы превратить слабенького огненного ворона на начальной стадии Создания Основания в противника, с которым не смогли быстро совладать трое отборных имперских рыцарей, и на убийство которого даже Ранду пришлось потратить немало усилий. Но после этого небольшого сражения дальнейший путь они преодолели без каких-либо проблем, так что уже через несколько часов, когда уже начал близиться вечер, они достигли своей цели, каньона, который представлял собой глубокую долину площадью в несколько десятков квадратных километров, с практически отвесными склонами в тридцать-сорок метров высотой, которые казались ещё больше из-за громадных деревьев, растущих на их краях. На имперских картах он значился, как Мёртвый Даларанский Каньон. И название это он вполне заслуживал, потому что в отличие от окружающего его со всех сторон леса, которого переполняла всевозможная растительность: от огромных деревьев до мелких кустарников, в каньоне совершенно ничего не росло. Почва каньона была совершенно безжизненна и напоминала смесь песка и пепла, которая по какой-то неведомой причине совершенно не поднималась в воздух даже от вечно бушующего в долине ветра, и по какой-то причине без нужды на неё старалось не ступать большинство зверей. Как только Ранд вместе с остальными вступил на землю каньона, то он тут же почувствовал на себе чей-то пристальный взгляд, и его интуиция буквально кричала ему, что это не просто какой-то случайный зверь, а некто весьма опасный. Бросив взгляд на своих спутников и убедившись, что за этим стоят не они, Ранд стал распространять своё духовное чувство на максимально большую площадь и начал тщательно проверять окрестности. Но самостоятельно найти того, кто на за ним наблюдал он, так и не смог, поэтому он слегка взволнованно обратился при помощи всё того же духовного чувства к идущему рядом с ним его наставнику и защитнику, великому рыцарю Ларку: — На мгновенье мне показалось, что за нами кто-то наблюдает, и моя интуиция говорит мне, что это был не просто очередной зверь. Ларк, можешь, пожалуйста, проверить окрестности? — Конечно, мой принц. — тут же согласился Ларк и начал распространять своё духовное чувство на окружающую местность, пытаясь разглядеть всё зримое и незримое. В сравнение с всеобъемлющим духовным чувством Ларка, то, что было у Ранда напоминало небольшой костёр на фоне разгорающегося лесного пожара. В обычных условиях культиваторы не распространяет своё духовное чувство дальше расстояния, которое является для него нормой. Например, у культиваторов на стадии Создания Основания это обычно пара десятков метров, у Формирования Ядра около сотни метров. Расширить духовное чувство дальше «нормы» культиваторы, конечно, могут. Даше десятикратное увеличение дальности распространения вполне возможно. Но практикующие без нужды этого не делают, потому что охват пространства «за пределами нормы» очень сильно нагружает разум и заставляет быстро утомляться, и, если вовремя не прекратить, то такое чрезмерное его использование даже способно нанести непоправимый вред организму практикующего. Ларк на секунду прикрыл глаза, дабы лучше сконцентрироваться на осмотре окружения, и, закончив, он открыл глаза и произнёс: — Я не ощутил ничьего присутствия, если не считать нескольких мелких зверьков, но даже они находятся от нас довольно далеко, и нас, насколько я могу судить, ещё не обнаружили. — Интересно. Ладно, возможно, мне просто показалось. Вряд ли тут может быть кто-то способный укрыться от твоего взора. — ответил Ранд, как будто полностью отбросив эту проблему, но на самом деле с этих пор он стал гораздо более пристально наблюдать за окружением. После окончания этого разговора отряд ещё некоторое время двигался к центру каньона, когда один из рыцарей, Карл, поинтересовался у охотника: — И вы действительно считаете, мистер Галик, что это место лучше всего подойдёт для применения вашего чудодейственного порошка? Разве не было бы мудрее применить его, скажем, напрямую в лесу, где, очевидно, присутствует гораздо больше зверей, чем в этой пустоши? — Как это ни удивительно, но здесь эффект от применения будет значительно лучше. Главная причина заключается в том, что в этом каньоне на постоянной основе дует сильный ветер. Именно он и будет распространять запах порошка на весь окружающий лес. И для местного ветра высокие «стены» каньона не являются особым препятствием. К тому же благодаря открытому пространству здесь вам будет намного проще обороняться: легче эффективно применять техники, в то время как у зверей, привыкших охотиться в лесу, возникнет множество сложностей. Как только они прибыли в центр каньона, отряд тут же остановился, и Галик достал из пространственного мешочка несколько вещей: котёл, многомерную флягу с жидкостью, а также порошок Последнего Дыхания, отливающий фиолетовым цветом. Закончив всё это доставать, охотник сообщил Ранду: — Мне потребуется минут десять-пятнадцать, чтобы довести порошок до нужной кондиции. После чего запах начнёт очень быстро распространяться. С учётом скорости местного ветра, первые звери начнут к нам подходить где-то через двадцать-тридцать минут. — Хорошо, мистер Галик. Мы мудро используем это время и подготовимся. — сказал Ранд, после чего он обратился к рыцарям, ждущим его приказа: — Карл, Ульрих, Драгс занимаем круговую оборону. Установите взрывные талисманы в округе: точка обороны — наше местоположение, радиус двести пятьдесят метров, плотность два на квадратный метр. Как закончите, то установите малую защитную формацию Четырёх Стихий. Выполняйте. — Будет исполнено, ваше высочество. — в унисон ответили молодые рыцари, в знак уважения приложив руку к груди, и сразу приступили к выполнению задач. Они достали из пространственных колец и стали раскладывать по земле сотни листов из очень плотной бумаги, каждый лист был исписан святящимися красным рунами, в которых была заключена огненная энергия Ци. Как только талисманы соприкасались с поверхностью, их свечение резко пропадало, и даже сами талисманы становились прозрачными, практически сливались с окружением и становясь крайне труднозаметными. После того они закончили раскладывать талисманы, один из рыцарей достал из кольца четыре флага, каждый из которых излучал свою собственную стихийную энергию, и начал расставлять их квадратом вокруг принца. Когда он закончил, флаги вспыхнули ярко вспыхнули и образовали полупрозрачный защитный квадрат. И, в то время как рыцари занимались этими делами, Галик не терял время попусту и приступил к «приготовление порошка». При помощи фляги он налил с десяток литров какой-то зеленоватой жидкости в котёл, которую он начал нагревать, используя особые свойства котла, оказавшегося магическим артефактом. Когда же она дошла до кипения, он высыпал в котёл порошок фиолетового цвета, и он где-то через десять минут полностью растворился, окрасив жидкость в фиолетовый. И, как только это случилось, из котла стал в огромном объёме подниматься едва заметный обычному глазу дым-пар, который переполняло Ци. Его тут же подхватывал ветер и начинал разносить по всей округе. Сразу же все присутствующие люди, кроме Ларка, ощутили сладкий, манящий запах, исходящий из котла. У них возникло чувство, что если они съедят его источник, то это неслабо поможет им в культивации. Рыцарь Ульрих поспешил это упомянуть: — Какое-то невероятное ощущение, как будто бы передо мной какое-то природное сокровище, которое буквально кричит: «съешь меня, и ты прорвёшься через любые барьеры». На что охотник Галик улыбнулся и сказал: — А животные чувствую это в десятки раз сильнее. Ведь, в каком-то смысле это и правда природное сокровище, ибо в этом порошке содержится переработанная с помощью секретной техники «энергетическая выжимка» нескольких могучих зверей, достигших стадии Формирования Ядра. Если этот «бульон» выпьет зверь на начальной ступени Создания Основания, то велик шанс того, что он сможет в короткие сроки достичь высокой ступени, буквально перескочив через среднюю. Зверь же на пике стадии получит неплохую возможность прорваться к следующей стадии. И даже для культивации зверя на стадии Формирования Ядра «бульон» будет весьма полезен. Да что уж говорить, и человек тоже ощутил бы положительный эффект, если бы выпил этот «бульон», но во много раз слабее. Если бы его, конечно, не разорвало от огромного объёма энергии. После этой короткой речи охотника разговор сам собой угас, и последующие пятнадцать минут члены отряда провели в тишине, пока вдалеке не показались идущие к ним звери. Рыцари тут же вступили в бой, атакую противников дистанционными техниками. И поначалу они неплохо справлялись со зверьми, и даже сумели не подпустить их к основной линии обороны, к взрывным талисманам. Но постепенно врагов становилось всё больше и больше, и рыцари уже не могли всех сдержать. Первым почти достигшим линии талисманов был крупный четырехлапый рогатый зверь, он стоически перенёс, не получив особых повреждения, несколько «Лучей Света», которыми его с расстояния пытались упокоить рыцари. И когда уже начало показаться, что он преуспеет в достижении их основной линии обороны, Ранд вступил в сражении и применил свою атакующую основную технику, которую он ещё в детстве познал в совершенстве: — «Лунная Длань». Рядом с ладонью Ранда возникла её копия. тёмно-молочного цвета. И она стала очень быстро увеличиваться в размерах, буквально за пару секунд превращаясь в настоящего гиганта. Но одной этой техники Ранду показалось недостаточно, чтобы быстро справиться с кем-то, кто смог спокойно пережить несколько рыцарских «Лучей Света». Так что он, для того чтобы гарантировать себе быструю победу, повторно, используя уже другую руку, применил «Лунную Длань». И когда он закончил, рядом с ним стали левитировать уже две громоздкие ладони, которые он сразу же направил на бегущего к ним четырехлапого зверя, слегка напоминающего своим видом легендарного Кирина. Зверь хоть и заранее заметил опасность, но он, казалось, отнесся он к ней не слишком серьёзно и просто продолжил свой бег. И лишь когда две девятиметровые длани оказались уже в полусотне метров от него, в его рогах стало искрить электричество, которые тут же преобразовалось в две молнии, полетевшие в сторону надвигающихся ладоней, дабы их рассеять. Ведь, молния весьма хорошо разрушает конструкты, созданные техниками из Ци. Но Ранд, казалось, только этого действия от него и ждал, ибо по-другому сложно было объяснить тот факт, что в нужный момент в ладонях появилось две прорехи, сквозь которые молнии и пролетели, удаляясь куда-то в небеса. Такое развитие событий застигло ложного Кирина врасплох, и он больше ничего не успел сделать, прежде чем длани сомкнулись вокруг него и превратили его в кровавую лепёшку. Закончив разбираться с этой мелкой проблемой, он повелел свои рыцарям: — Я пока сам попридержу зверей. А вы отступайте в защитную формацию и приготовьтесь использоваться «Тысячу Мечей Света». Скоро начнётся настоящий бой. ---------- Глава 52 То, что нельзя скрыть Глава 52. То, что нельзя скрыть. Настоящее. Недалеко от вершины огненной горы, действующего вулкана, на высоте нескольких километров располагалось гигантское, монументальное здание, своим величественным видом значительно отличающиеся от большинства окружающих его строений секты, которые в основном были выполнены в минималистичном, непритязательном стиле. Его стены из великолепно подогнанного красного камня были исписаны поблёскивающими синим древними символами, а окна, созданные из практически совершенно прозрачного вулканического стекла, под воздействием света ежесекундно переливались множеством цветов. А куполообразный свод здания поддерживался огромными колоннами, выполненными в виде воинов в доспехах и с оружием в руках, которые были так искусно сделаны, что, казалось, эти воители были готовы в любой момент сойти с места и вступить в битву. Но это красивейшее наружное убранство блекло в сравнении с тем, что было внутри. Стены были покрыты слоем Красного Золота, одного из лучших металлических проводников Ци, потолок украшали светильники, выполненные из тысяч духовных камней различной формы, соединенные в причудливые фигуры всевозможных мифических зверей, а пол устилали ковры с красочными рисунками стародавних битв, выполненные из не уступающего по прочности железу шелка. И довершало эту великолепную, дорогостоящую картину повсюду выставленные на обозрение дорогостоящие артефакты и даже сокровища. В секте эта вершина зодчества и богатства была известна как дворец сект-мастера. Но было оно не просто огромным жилым помещением для одного могучего главы секты Огненного Дракона, а также оно выполняло ещё множество функций. Например, это здание одновременно являлось ещё и одним из основных центров управления секты, в котором денно и нощно десятки человек работали и издавали указы, регулирующие жизнь секты и земель, находящихся под её управлением. Дворец также был местом, где приветствовали важнейших гостей: культиватором на стадии Зарождения Души и выше, а также высокопоставленных посланников императора и великих сект… Кроме этого, дворец ещё использовали для собраний верховных иерархов секты при необходимости что-то совместно обсудить и решить какие-то вопросы. Обычно такие сборы происходили раз в год, или даже раз в несколько лет. И сегодня был несколько особый случай, когда секте необходимо одновременно было принять несколько решений, а также поприветствовать незваных гостей, заявивших о своём прибытии лишь в самый последний момент. Так что сект-мастер всего за несколько часов до прибытия посланников созвал в дворец значительную часть верхушки секты, тех, кто был достаточно близко, чтобы успеть явиться во дворец. И через пару десятков минут после того, как глава секты послал сообщения о необходимости прибыть во дворец, около полусотни человек вступило в главный зал, где их сект-мастер и встретил. Повелитель секты Огненного Дракона, молодой человек редкой красоты, чью голову украшали массивные вьющиеся рога, сидел за огромным столом, представляющей собой объёмную движущуюся карту окрестных земель, на которой, обладая достаточно хорошим зрением, можно было даже разглядеть летящих в небесах птиц, и копошащихся на земле людей. Большинство из пришедших в зал членов секты при входе склонялись в глубоком поклоне перед молодым человеком, после чего, не смея даже приблизиться к столу, смиренно вставали на отдалении. Но было несколько человек, которые, лишь слегка кивнув сект-мастеру, сидящему на троне во главе стола, спокойно садились в подготовленные для них кресла за столом. Первым среди этих «особенных» людей был немолодого вида, практически старик, довольно низкий и слегка сгорбленный мужчина. Лицо его было испещрено морщинами, а очень длинные седые волосы ниспадали практически до пола. Имя ему было Рюк, и был он одним из старейших членов секты. Второй была чрезвычайно красивая и юная дева совсем небольшого роста, который на вид никто бы не дал больше шестнадцати лет. Лишь её голубые глаза, которые были полны холодна и чего-то вроде презрения к большей части сущего, выдавали в ней человека, прожившего намного больше. Звали её Каина. Третьим и четвертым были двое высоких и физически сильных мужчин в расцвете сил. Необычным было то, что всё у них от одежды до роста, мускулатуры, черт лица и даже ауры были практически одинаковые. В секте они были известны, как Фараш и Гараш, и были они близнецами, и мало кто мог отличить одного брата от другого. Пятым же был некто, весьма выделяющийся на фоне всех остальных. И это было не удивительно, ведь его рост превышал три метра, а тело бугрилось мышцами, правда практически скрытыми под слоем красной драконьей чешуи. Из головы у него росли витиеватые полуметровые рога, делающие его фигуру ещё более массивной. Но наиболее невероятным был тот факт, что при всём при этом он был родным младшим братом сект-мастера, который в сравнении с этим «монстром» казался совсем крошечным. Имя ему Кирхул, и его страшились все враги секты. Каждый из этих пятерых был магистром секты Огненного Дракона, культиватором на стадии Зарождения Души, легендой, образцом для подражания для молодых поколений, а также силой, что давала секте власть и делало её великой. Люди же стоящие по краям зала были старейшинами секты, культиваторами, достигшими пика стадии Формирования Ядра, среди них были Байрон, Эдард, Ройден и Мелькор и множество других. Где-то за пределами этого зала они были могущественными фигурами, способными одним лишь словом изменить судьбы сотен, тысяч людей, но здесь, во дворце сект-мастера, рядом с практикующими стадии Зарождения Души им даже не позволялось присесть или что-либо сказать без разрешения. Всё, что им было дозволено, так это молча внимать. Когда все нужные люди пришли, а магистры расселись, сект-мастер, сидящий во главе стола, произнёс: — Кажется, что все, кто должен был, уже прибыли. Собрание можно начинать. — А великая старейшина, а также магистры Сандо и Генрин почтят нас сегодня своим присутствием? — тут же поинтересовался магистр Рюк. — Великая Старейшина всё ещё занята подготовкой к прорыву, а магистрам Сандо и Генрин дела пока не позволяют покинуть Угодья секты, так что нет. — ответил ему сект-мастер Элендель. И почти сразу после ответа главы секты, в зале прозвучал слегка недовольный голос магистра Фараша: — Меня больше интересует не то, кто и почему отсутствует, а то, почему мы вообще прерываем культивацию и собираемся здесь уже второй раз за пару месяцев, хотя до ежегодного собрания ещё далеко. Что случилось на этот раз? Неужели у нас опять поменялся император? — Хахаха, хорошо бы, а то, говорят, что этот ещё более ублюдочный, чем его предшественник. Каким-то чудом достиг стадии Ложного Бессмертного, и теперь возомнил о себе не весь что. — посмеялся брат-сект-мастера Кирхул. — Да, я уже слышал, что наш «воскресший» император даровал себе новый титул: «Первый Под Небом». — согласился с ним Фараш. — В каком-то смысле его высокомерие оправдано, уже десятки тысяч лет никто не достигал этой стадии в известных нам землях, и никто ему сейчас не сможет противостоять, по крайней мере в одиночку. Его битва с прошлым императором тому доказательство. Невероятный талант, пик стадии Трансформации Души, лучшие сокровища и техники, и Арманд всё равно не смог долго ему противостоять, и в конце концов был обезглавлен. — вступил в их беседу Гараш. — Если бы Арманда не предали, и ему позволили бы воспользоваться защитными формациями дворца и города, то я уверен, что даже стадия Ложного Бессмертного Моргранду бы не помогла… Предки императорской семьи те ещё сволочи. — высказал своё мнение Фараш. Казалось, что разговор на эту тему им весьма нравится, и трое довольно молодых магистров могут продолжать его ещё долгое время, но в этот момент сект-мастер, собравший их не для того, чтобы дать попусту поболтать, заставил их всех замолчать при помощи одного лишь слова: — Достаточно. — магистры мгновенно прекратили разговор, и зал тут же погрузился в тишину, ибо даже могущественные культиваторы стадии Зарождения Души не смели напрямую перечить приказу главы секты. Несколько секунд царило молчание, подчеркивающее власть его вызвавшего, прежде чем сект-мастер продолжил: — Мы не будем обсуждать разборки внутри императорской семьи, это не наше дело. Сегодня мы здесь собрались по совершенно другой причине. Древний малый Мир, анклав, который мы недавно обнаружили, и который потенциально способен поднять нашу секту на ступеньку выше. Информация о его существование стала известна империи, а также секте Небесного Меча. Для большинства старейшин эта новость прозвучала, как гром среди ясного неба, но вот магистры совершенно не удивились. — Империя прознала о нём несколько раньше, чем мы предполагали. Чем больше вовлечено людей, тем сложнее долго хранить секреты. Особенно если на кону стоит что-то настолько ценное. — заметил старик Рюк. И сект-мастер с ним согласился: — Действительно. Хорошо, что мы особо и не старались хранить этот секрет, потому что нам нужно было бы в любом случае рано или поздно рассказать об этой находке империи, ибо таковы уж условия нашего с ней договора, и попытаться ими пренебречь — это всё равно, что объявить империи войну и, с учётом разницы наших сил, быть уничтоженными. И как мы уже решили, даже Малый Мир не стоит подобного риска. Конечно, лучше было бы, если они бы узнали о нём несколько позже. Единственное радует, что мы знали, что примерно так и будет. Каина, получилось выяснить, кто без разрешения разгласил эту информацию нашему сюзерену? — Получилось. Двое старейшин, узнавшие о Малом Мире на нашем прошлом собрании, наплевали на запрет и без позволения поведали информацию об анклаве посторонним при помощи артефактов дальней связи. Один из этих двоих сразу же после этого попытался покинуть земли секты и скрыться, но по пути мои люди его перехватили. К сожалению, выяснить у него ничего не получилось, ибо он, не пожелав попадать в плен, убил себя. — Твои люди позволили ему совершить самоубийство, как непрофессионально… Надеюсь, ты их достаточно за это наказала. А что насчёт второго? — спросил Гараш, после чего прозвучал незамедлительный ответ Каины: — А второй сейчас находится прямо здесь, среди нас. Правда, старейшина Мортимер? После этих слов все взгляды в комнате сомкнулись на молодо выглядящем старейшине Мортимере. — Что ты на это скажешь, Мортимер? — сразу же, позволив тому говорить, обратился к нему сект-мастер. — Я, я, я… Сект-мастер, я не понимаю, что магистр Каина имеет в виду. Я всегда был верен секте и никогда её не предавал. Да и не смог бы, ведь, клятвы, наложенные на меня, ещё целы, а это значит, что… — Действующие клятвы — это хорошо, но ты знаешь это не хуже меня, существуют способы их обойти. Я доверяю суждениям магистра Каины, тем более что на протяжении всего времени она держала меня в курсе событий. Но я дам тебе шанс доказать свою непричастность, для этого тебе нужно всего лишь позволить мне беспрепятственно обыскать твою душу, дабы во всём самолично убедиться. От слов главы секты лицо старейшины мгновенно побелело, в его глазах заплескался ужас, и он даже начал слегка трястись. — Но, но, сект-мастер, я знаю, что вы очень хороши в этой технике, но даже с вашим мастерством моя душа в процессе обыска будет непоправима повреждена… Сект-мастер не желал слушать его оправдания: — Не беспокойся об этом, если ты окажешься невиновен, секта выдаст тебе лучшие пилюли для восстановления. Осознав, что ему позволят как-либо возразить, старейшина, казалось, принял какое-то решение. Он тяжело вздохнул, после чего мгновенно перестал трястись, из его глаз пропал видимый страх, и даже лицо его порозовело, и затем он громко сказал: — Значит, у меня не осталось выбора, но хотя я заберу с собой некоторых из… — вместе с его последними словами, от его тела стали исходить потоки Ци чудовищной силы… Но, прежде чем он успел привести свой план в действие, позади него возник, ещё секунду назад сидевший за столом, трёхметровый гигант Кирхул, брат сект-мастера. Он, не тратя времени на разговоры, мгновенно ударил своей когтистой лапой-рукой чуть ниже живота старейшины. И его рука вошла внутрь тела Мортимера, абсолютно не почувствовав никакого сопротивления, и вырвала оттуда некий объект. Через секунду старейшина, не успевший даже понять, что произошло, обернулся и увидел магистра Кирхула, державшего в руках его золотистое ядро. И сразу за этим пришла чудовищная боль, от которой безумно хотелось выть и кричать, но по какой-то причине старейшина был неспособен открыть рот. Не в силах совладать с этим мучением, Мортимер стал быстро терять сознание, но, прежде чем он смог погрузиться в спасительное забытие, он услышал слова, сказанные ему человеком-драконом Кирхулом: — Маленький предатель, на этом твои мучения только начинаются. Как только это пришествие подошло к концу, и бывшего старейшину уволокли несколько человек, сект-мастер похвалил своего брата: — Молодец, Кирхул, что не позволил ему взорвать своё ядро. Каина, допрос нашего бывшего старейшины, я оставлю на тебя. — Слушаюсь, сект-мастер. — Гости уже скоро будут здесь, а нам ещё нужно решить несколько вопросов, так что поторопимся. ---------- Глава 53 Посланники Глава 53. Посланники. Последующие пару часов сект-мастер совместно с магистрами обсуждал различные вопросы, требующие от руководства секты незамедлительного рассмотрения и решения. Большинство из них были прямо или косвенно связанны с Малым Миром. Например, высшие иерархи секты обсуждали различные варианты того, что скажет летящий к ним посланник империи, как лучше всего будет ему на это ответить, прилетит ли он один или в чьей-то компании, разговаривали насчёт того, послать ли внутрь Малого Мира только одну группу или всё-таки потратиться сразу на две, из кого группы будут состоять, кто ими будет руководить, что им потребуется дать, и чему их нужно обучить, и многого, многого другого. Периодически сект-мастер или магистры спрашивали или уточняли что-то у стоящих рядом с ними старейшин, но по большей части в этой беседе они оставались лишь наблюдателями, которым оставалось лишь молча слушать, да принимать к сведению приказы о том, как себя вести в дальнейшем и что нужно будет сделать. И прервался на некоторое время этот, казалось бы, нескончаемый разговор лишь тогда, когда на краю стола-карты, который на самом деле представлял собой выдающийся артефакт-сокровище, связанный с весьма дорогостоящей наблюдательной формацией, покрывающей своим «зрением» огромное пространство земель секты, возник быстро движущийся по направлению к Огненной Горе воздушный корабль. На большой тридцатиметровой карте-столе летящее судно казалось невероятно крошечным и даже трудноразличимым. Настолько, что, не достигнув хотя поздних ступеней Конденсации Ци, его было бы практически невозможно разглядеть. Из-за подобной «видимости» могло возникнуть представление, что корабль был и в реальности довольно мал, но на самом деле такое первичное впечатление было весьма обманчиво. Воздушный корабль был весьма велик. А чтобы понять, насколько, нужно было знать, что масштаб карты, создаваемый артефактом, был не менее чем один к миллиону. Приняв это к сведению, после небольших расчётов можно было легко посчитать, что длинна корабля как минимум превышала пять сотен метров. Сект-мастер послал артефакту мысленную команду, вследствие которой изображение летящего к ним судна тут же многократно увеличилось в размерах, благодаря чему теперь на нём можно было без проблем разглядеть различные детали этой монструозной корабельной конструкции. Облик летающего корабля совершенно не походил на те смертные поделки, по недоразумению также именуемые кораблями, которые частенько можно встретить на речных просторах империи. У летающего судна не было ни парусов, ни мачты, чтобы их нести, ни даже палубы в обычном понимании. Издалека он походил на огромный овальный слиток чёрно-белого металла, каким-то непонятным образом поднявшейся в небеса. В мире эти грозные и пугающие металлические корабли были известны, как «Уничтожители» и считались одной из опор боевой мощи империи, которой страшится всякий её враг. Своё название эти корабли заслужили за то, что много лет назад самая первая модель такого класса в качестве демонстрации своего боевого потенциала в одиночку успешно стёрла с лица земли непослушные тогдашнему императору великий клан и могущественную секту… Один такой корабль при полной команде, состоящей из сотни практиков на пике стадии Создания Основания и десятка на стадии Формирования Ядра, обладал невероятной мощью и был способен сражаться на равных с культиваторами, достигшими поздних ступеней стадии Зарождения Души. Если те, конечно, не обладали высокоранговыми Небесными Сокровищами. Разумеется, для великих сект, вроде секты Огненного Дракона, даже десяток подобных кораблей не представлял по-настоящему большой угрозы, тем более на их родной земле. Первым, на что сект-мастер вместе с остальными обратил внимание, было имперское знамя, возвышающееся на верхушке корабля. Увидев, что это было только знамя средней значимости, многие в зале облегченно вздохнули, ибо худший рассматриваемый ими вариант развития будущих событий миновал. К ним летел всего лишь высокопоставленный имперский чиновник, а не кто-то вроде премьер-министра или самого императора. Имперские знамёна играют в государстве довольно значительную роль и служат первичным обозначением ранга их обладателя. Благодаря им любой житель империи может с первого взгляда хотя бы примерно понять, насколько важного человека он видит. Само знамя представляет собой изображение тёмной луны на фоне звёздного неба, закрывающей собой солнце. И в зависимости от того, насколько важную фигуры знамя обозначает, размеры тёмной луны, и то насколько хорошо она закрывает солнце, варьируются. Если тёмная луна лишь на треть закрывает солнце, то знамя считается «малым». Под такими знамёнами имеют право ходить чиновники небольшой значимости: городские префекты, руководители малых гарнизонов… Если тёмная луна закрывает солнце на две трети, то знамя считается «средним», такого рода могут использовать только высокопоставленные чиновники: префект столицы, министры… «Высокое» знамя, где луна практически полностью заслоняет собой солнце, зарезервировано за самыми важными «слугами империи»: премьер-министром, фельдмаршалом, главами рыцарских орденов. Им также пользуются члены императорской семьи. Отдельной категорией является «высшее» императорское знамя, олицетворяющее собой личное присутствие правителя империи. Оно крайне отличается от остальных тем, что на нём совершенно отсутствует солнце. Согласно договору, заключенному между империей и сектой Огненного Дракона, сект-мастер был обязан лично встречать лишь посланников высокого ранга и самого императора. Для всех остальных гостей рангом пониже было достаточно послать встречать кого-то из старейшин или магистров. Конечно, сект-мастер мог и пожелать встретить на «пороге» секты «низкорангового» посланца и даже сопроводить его до места переговоров… Это считалось бы оказанием большого уважения фракции посланника. Но сегодня глава не собирался проявлять «подобное» уважение и самостоятельно встречать незваных гостей, и послал вместо себя самых слабых старейшин. Как только корабль приблизился, сект-мастер на мгновенье отключил три защитные формации, встроенные в стены вокруг секты, тем самым позволив влететь имперскому судну внутрь. За этим последовала пришвартовка корабля к одному из двух специализированных воздушных причалов, после чего судно покинула группа, состоящая из двух десятков человек. Их встретили отправленные сект-мастером сопровождающие старейшины, после чего они практически без промедления повели гостей во дворец. Так что уже через несколько минут двадцать три человека вошли в главный зал, где их уже ждала верхушка секты. Мужчина, идущий впереди всех гостей, был молод на вид, высок и красив, одет он был в чёрную робу имперского чиновника, а голову его украшал золотистый головной убор, гуань. Но не только лишь его внешний вид был впечатляющим, его культивация также была внушительной. Хоть его аура и была слегка нестабильной, что являлось признаком его не слишком давнего перехода на новую стадию, но она всё-таки чётка указывала на его принадлежность к высшему эшелону культивации, к практикам, достигшим стадии Зарождения Души. На почтительном отдалении позади него шли отдельно друг от друга две группы, как это ни удивительно, возглавляемые даже более впечатляющими культиваторами, достигшими средней ступени Зарождения Души. Первая группа состояла из одиннадцати очень похожих друг на друга человек. Каждый был одет одинаковые белые робы, у каждого из них были длинные черные волосы, завязанные по одному образу, и на спине у всех до единого висели мечи, переливающиеся бело-синим светом. Одни были в ножнах, другие без. И почти все из них, за исключением лишь возглавлявшего группу культиватора, были чрезвычайно молоды: не больше четырнадцати-пятнадцати лет. Среди них всех слегка выделялся лишь один из юношей, чьи огромные серебристые брови напоминали два наклоненных меча… Но первым, что бросалось в глаза при виде этих практикующих, была не их внешняя схожесть друг на друга, а их однотипные слегка хаотичные и переполненные остроты ауры. Без применения техник одним своим присутствием они создавали вокруг себя «невидимое поле», разрезающее всё, что к ним приблизится. Эта их необычная особенность сразу дала понять всем присутствующим в зале, что эта группа гостей состояла из членов великой секты Небесного Меча, причём далеко не самого низкого ранга. Вторая группа, также состоящая из одиннадцати человек, несколько отличалась от первой. Каждый из них, казалось, старался быть уникальным: робы различных цветов: зеленого, красного, синего… на каждом были всевозможные украшения-артефакты: браслеты, кольца, серьги, колье… А у одной юной девушки на плече восседало какое-то непонятное создание, напоминающее объятого пламенем воробья. Ауры их тоже были разнообразны: некоторые полыхали всёсжигающим огнём, другие напоминали необъятный океан, третьи передавали ощущение готового упорхнуть в любой момент ветра… По этой их «необычности» все в зале поняли, что вошедшие принадлежали ко второй из великих сект, секте Пяти Элементов. Удивительным было то, что за исключением трёх человек на стадии Зарождения Души, все остальные гости-культиваторы были всего лишь на четвёртой-пятой ступени стадии Конденсации Ци. Как только гости вошли в зал, они тут же слегка поклонились сидящим за столом в знак уважения. Лишь после этого сект-мастер отвлёкся от разговора с магистрами и обратил на них внимание: — Министр Чень, рад вас видеть на землях моей секты. — И я рад возможности вновь посетить ваши прекрасные чертоги, сект-мастер Элендель. — ответил министр и замолчал, таким образом давая возможность сект-мастеру обратиться к стоящим чуть позади него представителям сект. — Младший Го из секты Небесного Меча, младший Тран из секты Пяти Элементов приветствую и вас во дворце секты Огненного Дракона. Жаль, конечно, что вас я не приглашал, и что вы не предупредили нас о своём визите. p.s. Дорогие читатели, хочу поблагодарить вас всех за ваше терпение и непрекращающуюся поддержку. Лишь благодаря вам я по вечерам после работы нахожу в себе силы хоть понемногу, но продолжать писать книгу. Сегодня я хотел бы вам пожелать, чтобы будущий год был наполнен для вас лишь радостными событиями. Желаю осуществления ваших самых грандиозных планов. Пусть все беды и тревоги, повстречавшиеся на вашем пути, обходят вас стороной. И, конечно же, желаю, чтобы в будущем году вам повстречалось как можно больше достойных книг. С Наступающим 2024 годом! ---------- Глава 54 Преступление и наказание. Часть Первая Глава 54. Преступление и наказание. Часть Первая. Несколько дней назад, Огненный Город. Пожилой статный мужчина медленно брёл по полу опустевшим вечерним окраинам города, двигаясь от улочки к улочке, пока не достиг неприметной двухэтажной лавки на отшибе. Подойдя к ней на расстояние в пару десятков метров, мужчина заметил, что внутри здания ни в одном из окон не горит свет, и этот вид заставил его тут же нахмуриться. Он сразу же начал к ней подходить, и вскоре убедился в своём секунду назад зародившемся подозрении насчёт того, что лавка закрыта и не работает, и от этого «открытия» его нахмуренные брови опустились ещё ниже. Вскоре он оказался около закрытой входной двери, и начал без промедления в неё громко стучать кулаком. Бум-бум. Бум-бум. Бум-бум. Мужчина продолжал стучать где-то с пол минуты, попутно прислушиваясь к возможным шагам за дверью. Так и не услышав никакого движения внутри лавки, мужчина стал неохотно искать в своей пространственной сумке запасной мастер-ключ к двери. С учётом объёма сумки, количества содержимого внутри, и отсутствия у него духовного чувства быстро это сделать не получится. При этом мужчина безостановочно бурчал себе под нос: — Такой златный час, а лавка не работает. Ну, какого хрена, а⁈ Сколько возможных покупателей из-за этого прохиндея и лодыря я потерял, сколько денег не заработал… Зарк, уж поверь, ты у меня за это поплатишься. На пару дней оставил тебя одного, ученичка моего недалёкого, и что я получил? Неработающую лавку. Эх, а я уж думал, что ты стал достаточно взрослым и ответственным, чтобы я после успешной сделки мог доверить тебе дела и позволить себе отдохнуть на старости лет вместе с друзьями, но, видимо, я был слишком хорошего о тебе мнения. Выпорю, как в детстве, и на месяц лишу всякого жалованья. В конце концов, мужчина всё-таки нашёл ключ, завалявшийся на самом дне сумки, открыл входную дверь и зашёл внутрь. Внутри он, разумеется, не обнаружил и следа своего молодого ученика, которому положено было в это время стоять за стойкой и приветствовать возможных покупателей. Более того, в лавке чувствовалось некоторое запустение, как будто за ней не следили уже несколько дней. — Даже пыль не вытирал… Это что же получается, лавка не только сегодня не работала, но и все эти дни пока меня не было? Ну всё, Зарк, ты у меня за это ответишь. Одного месяца и порки тут явно будет мало… Не найдя Зарка или даже хотя бы какой-нибудь жалкой записки о причине его отсутствия на первом этаже, пожилой владелец лавки решил проверить комнату Зарку на втором. Ведь, он ему столько раз говорил не уходить, не оставив хоть какого-то сообщения с упоминанием причины. Если он даже такую мелочь не сделал, то тогда… При помощи мастер-ключа мужчина без проблем зашёл в запертую комнату Зарка. И по началу он не обнаружил там того, чего искал: хотя бы какого-нибудь листа бумаги с объяснением происходящего. Но потом он по какому-то внутреннему наитию, сам даже до конца не понимая почему, решил применить технику «Тайного Зрения», одну из двух важнейших техник его семьи, передающихся из поколения в поколение. Сама по себе техника была не слишком полезной, она не только не улучшала зрение, а даже слегка портила его, при каждом применении вызывала сильную боль, и при всём при этом ещё и потребляла огромное количество Ци. Но была у неё одна особенность, которая перекрывала все её недостатки и из-за которой мужчина, как и все его предки, очень её ценили. Техника позволяла увидеть «невидимые надписи», созданные при помощи другой парной техники, под названием «Тайное Писание», которая позволяла превращать практически любые жидкости в невидимые чернила. И сейчас, применив технику «Тайного Зрения», мужчина увидел нечёткие, едва видимые, как будто написанные в спешке, да ещё и пальцем, строки на стене: 'Если вы читаете это, мастер, то значит я уже мертв. Точнее был убит. И совершил это пришедший в лавку через день после вашего ухода черноволосый послушник секты Огненного Дракона, выглядящий на пятнадцать-шестнадцать лет, на второй ступени Конденсации Ци. Он хочет, чтобы я купил для него несколько чрезвычайно дорогих вещей, и после этого я думаю, что он от меня избавится. Он повесил мне на голову какой-то могущественный артефакт, чтобы я не мог сбежать. Больше я о нём ничего не знаю, за мной следят и написать я многого не могу. Простите меня, мастер, мне уже пора идти…'. Последние строки были практически неразборчивы, и мужчина с трудом смог их прочитать. Ещё не до конца осознав прочитанное, пожилой мужчина стал придирчиво осматривать надпись. — Он превратил слёзы в чернила при помощи техники, и ими писал… Каждую букву он выводил медленно, очень, очень медленно, дабы следящий за ним подумал, что он просто так водит по стене. Мой мальчик, мой ученик, мой дорогой племянник… Где же ты? Что же случилось? Что же ты пережил? Что же этот ирод с тобой сделал. Что же я теперь скажу твоей матушке, она же меня никогда не простит… Что же мне теперь делать⁈ Проговорив всё это, мужчина упал на колени и начал горько плакать, слёзы его лились рекой, и он долгое время не мог успокоиться, пока ему через десяток минут не пришла в голову мысль, которая мгновенно осушила его глаза: — Нужно найти ублюдка, убившего тебя, и сделать всё возможное, чтобы он умер. Кем бы эта сволочь ни была, каких бы могущественных покровителей ни имела, нужно будет отомстить. Кровь за кровь. Только так я смогу исполнить свой долг мастера и смогу спокойно смотреть в глаза его матери. И после этого в голове мужчины тут же завертелись идеи насчёт того, как всё это можно будет осуществить: 'Если убийца послушник секты, то стражу привлекать… — бессмысленно и даже может быть опасно. Более того и в гильдии без очень веских доказательств идти будет пустой тратой времени. Да если бы даже у меня эти доказательства были, то максимум, что ждало бы этого ублюдка, убившего моего племянник, так это выплата камнями духа… Я на такое не согласен, этого будет совершенно недостаточно. Всё нужно будет сделать самому. Найти его, подобраться поближе и убить. Зарк написал, что этот послушник достиг только второй ступени, из этого следует, что он поступил только в этом году. С таким у меня хватит сил разобраться самостоятельно. Если не буду слишком долго тянуть. И эта информация значительно сужает возможный круг пояска из тысячи послушников до лишь нескольких десятков человек. То, что он черноволосый юноша уберет из списка многих. Спасибо тебе, Зарк. Но всё равно подозреваемых ещё достаточно много… Как ещё больше сузить этот список? Возможно, стоит подумать насчёт причины убийства. Почему он не сделал покупки этих чрезвычайно дорогих вещей сам, почему он выбрал для этого Зарка, почему решил от него потом избавиться? Послушник с его помощью купил какие-то запретные вещи, и то, что Зарк об этом знал, несло ему какую-то угрозу? Боялся, что он может кому-то об этом рассказать? Нет, к сожалению, пока всё это бессмысленные гадания, на эти вопросы у меня не ответов. Думай, думай, старый ты дурак… Точно! Это, конечно, займёт некоторое время, но может получиться. Тем более, что я знаю большинство из этих засранцев, и в такой мелочи они мне помогут. Без сомнений. Нужно будет обойти все до единого городские лавки и магазины, расспросить их хозяев и служащих о том, не посещали ли их в последние время мой ученик или юный черноволосый послушник секты Огненного Дракона на второй ступени Конденсации Ци. Если всё пойдёт хорошо, то у меня, возможно, получится ответить на эти вопросы и даже найти виновного'. Обозначив план своих будущих действий, который мог бы привести его к виновному, мужчина тут же приступил к его исполнению. Он стал ходить по лавкам и магазинам города и расспрашивать продавцом и хозяев заведений. Его давние знакомства и статус почётного члена гильдий торговцев и культиваторов города позволили ему узнать много нового о произошедшем. ---------- Глава 55 Преступление и наказание. Часть Вторая Глава 55. Преступление и наказание. Часть вторая. Ему потребовалось чуть менее трёх дней, чтобы, не пропустив при этом даже самого мелкого и незначительного торговца, обойти все лавки и магазины города. Он даже посетил городской аукцион, где ему, правда, отказали в выдаче какой-либо информации о покупателях, но при этом его непреднамеренно успокоили, сообщив что в последние две недели аукцион не проводился. Пожилой мужчина расспрашивал людей о послушнике под различными предлогами, но ни в одной из его историй о причине начала его поисков не упоминалось совершенно ничего плохого о послушнике (разумеется, он ни слова не упомянул о том, что искомый им послушник убил его ученика), ибо мужчина боялся, что подобная информация может привлечь ненужное, опасное внимание… Если станет известно, что он собирается убить члена секты, то не долго останется жить. Большинство из опрашиваемых им торговцев и продавцов совершенно ничего не знали ни о его ученике, ни о молодом послушнике. Или по крайней мере не желали ничего рассказывать о них старому лавочнику. Другие упоминали, что видели их, но при выяснении подробностей оказывалось, что что-то не совпадало: даты, внешний вид, культивация, и что они видели просто кого-то похожего. Некоторые не хотели с ним вообще ни о чём говорить, прогоняли его с порога, и мужчине приходилось их умасливать и подкупать. Во Дворце Небесных Зверей эта стратегия не сработала, ему отказались что-либо говорить, ибо посчитали, что его положение в гильдиях торговцев и культиваторов города оказалось недостаточно высоким для подобных запросов. Но все эти неудачи не сломили его дух, не заставили отступиться, и, как все знают, удача улыбается упорным, улыбнулась она и ему. В одном магазине с разницей в несколько часов видели и его ученика, купившего дорогую пилюлю Духовной Незримости, и молодого черноволосого послушника на второй ступени Конденсации Ци, который довольно долго расспрашивал их об ассортименте магазина. Первого опознали благодаря портрету, который мужчина принёс с собой из дома, второго же вспомнили из-за того, что посещение любого члена секты Огненной Горы — это большое событие, о котором ещё долго вспоминают после. Мужчина получил подробное описание вероятного убийцы своего ученика. Одного его было бы, наверняка, достаточно, если расспросить нужных людей, чтобы узнать личность и имя вероятного убийцы. Но он хотел быть полностью уверен, так что, вместо того чтобы сразу пойти с этим описанием к информаторам, он потратился, заплатив небольшое состояние, на дорогостоящий талисман, помогающий создавать портреты на основе памяти, и дал его продавцу, рассказавшего ему всё. Благодаря этому своему поступку он смог заполучить визуальное изображение ненавистного им юноши-убийцы. Обратив на него взгляд, мужчина непроизвольно подумал: «Природа наделила тебя красотой и талантом, но взамен дала чёрное сердце и душу». Но на получении его изображения мужчина не остановился. Вместо того чтобы опять же пойти с этим портретом к специальным информаторам, которые по нему без проблем рассказали ему об этом юном члене секты, он решил продолжить свой поход по лавкам и магазинам, дабы точно узнать все вещи, которые тот ублюдок заставил его ученика купить. И, на третий день обойдя все лавки и магазины и потратив огромное количество усилий, он смог, как ему показалось, повторить часть пути своего ученика и узнать несколько вещей: 'Во-первых этот мелкий ублюдок вначале лично посещал магазины, расспрашивал продавцов насчёт того, что у них есть в наличии, а чего нет. Но при этом он, насколько я знаю, так и не купил ни одной вещи… Затем спустя несколько часов Зарк зашёл в несколько магазинов и купил несколько вещей: а именно талисман Исказитель Света, пилюлю Духовной Незримости, зелье Уничтожитель Запахов. После этого Зарка видели на окраине города, но там его след обрывается. При этом никто не видел артефакта на его голове… Он был невидимым? Или тот ублюдок успел его снять? Насчёт покупок: все они по отдельности могут быть использованы во множестве ситуаций, но все три вместе… на мой взгляд, могут быть использованы только при двух ситуациях: при побеге от более сильного противника или же при попытке тайного убийства. Первое, я думаю, можно отбросить. Значит, доверив покупку этих вещей Зарку, послушник хотел скрыть убийство? Или я что-то упускаю? Ладно, сейчас нет смысла об этом думать, у меня будет ещё для этого время, сейчас стоит наконец-то пойти к информаторам и выяснить личность этого ублюдка. Надеюсь, у меня осталось достаточно денег для этих жадных до камней духа сволочей…'. Но на этой мысли на мужчину резко нахлынула усталость, его ноги подкосились, и он упал. Через секунду он с трудом поднялся, но слабость никуда не ушла 'Сколько дней я уже не спал? Девять? Одиннадцать? Не помню… Но, видимо, моё старое тело практикующего девятой ступени Конденсации Ци достигло своего предела, и Ци внутри меня уже не хватает сил меня поддерживать в оптимальной форме. До сего момента я практически ничего не чувствовал, лишь лёгкую усталость. Видимо, жажда мести придавала мне сил, но теперь всё разом нахлынуло. Если буду и дальше бодрствовать, то я помру прежде, чем смогу отомстить. Ладно, всё самое важное я уже узнал, этот ублюдок за десяток часов никуда не исчезнет. Стоит оставить поход к информаторам на завтра, а сейчас лучше вернуться домой и поспать, голова просто раскалывается…'. Сразу после падения на ровном месте мужчина медленным шагом направился в свой дом в надежде суметь там отдохнуть и набраться сил. Но этому его желанию не суждено было сбыться, потому что на пол пути к своему дому, на одной из пустынных улочек нижнего города он встретил высокого широкоплечего человека, появившегося как будто бы из ниоткуда. И одет он был в алые робы секты Огненного Дракона. Увидев его, сердце пожилого мужчины замерло, а после его последующих слов и вовсе ушло в пятки. — Вы же Белиндор, верно? Хозяин одноимённой лавки в нижнем городе? «Почему он здесь? Откуда он знает моё имя? Неужели он тут из-за того, что я искал члена секты? Но что в этом такого, я, ведь, не сказал ни одного плохого о нём слова. Что же мне ему сказать. Соврать? Его культивация… я не могу её почувствовать. Значит, вряд ли получится…» — в его голове тут же пронеслось множество мыслей, но ни одна из них ему не помогла, и ему осталось ничего, кроме как ответить правду: — Верно, я Белиндор, почтенный член великой секты. К сожалению, вашего благородного имени я не знаю. — Тебе и не нужно оно. Единственное, что тебе сейчас действительно требуется знать, так это то, что ты сейчас пойдешь со мной в секту Огненного Дракона, дабы рассказать всё, что знаешь одному важному человеку. После этих слов пожилой мужчина, Белиндор, понял, что его история, кажется, подошла к концу. Он всё ещё не был уверен до конца в том, почему за ним пришли, но сейчас это казалось ему уже не особо важным. Он слышал о людях, которых подобным образом «приглашали» в секту, и что с ними там делали. Почти никто из таких не возвращался. И он сомневался, что ему улыбнётся удача, быть одним из тех счастливчиков, что вернулись. В это мгновенье он смирился со смертью и с тем, что ему не удастся отомстить за племянника. Но без боя сдаваться он не собирался. — А если я пожелаю отказаться от вашего великодушного приглашения? Я член гильдий торговцев и культиваторов города, и у меня есть права. Услышав это, член секты ухмыльнулся и ответил: — У тебя нет выбора, маленький член гильдий, приказ старейшины превыше твоих «прав». Этих слов Белиндору было достаточно, больше время терять было нельзя, он, несмотря на усталость, начал поднимать левую руку и приготовился выпустить технику Водного Лезвия в лицо противника, дабы выиграть время и попытаться сбежать. Но, прежде чем его рука успела подняться и на пару сантиметров, его обхватил и обездвижил появившейся на огромной скорости из нижней части спины огромный чешуйчатый красный хвост. Он обхватил его так плотно и сильно, что у него не было никакой возможности пошевелить руками или ногами, даже дышалось с большим с трудом. И как следствие его план по использованию Водного Лезвия в качестве отвлекающего манёвра стал невыполнимым. — Хотел применить против меня какую-то технику? Так и знал, что ты попытаешься что-то подобное выкинуть. Глупо, очень глупо. Пытаться противостоять создавшему основания силами стадии Конденсации Ци? Настоящее безумие. Но чтобы ты больше не пытался меня ничем удивить, следует сделать одну вещь. — сказав это, сектант достал из пространственного кольца тонкую зелёную иголку, которую тут же воткнул на всю глубину в грудь Белиндору. Тот почувствовал резкую боль в груди, после чего он полностью потерял управление над своей Ци. Закончив с этим делом, сектант ещё раз применил частичную трансформацию, и из его спины появились большие красные крылья, которыми он тут же начал быстро махать. И уже вскоре сектант поднялся в воздух, всё также продолжая удерживать пожилого мужчину хвостом. Через некоторое время, Белиндор не был уверен в том, сколько точно длился их полёт, они достигли секты Огненного Дракона. И остановились у одного не слишком крупного здания. — Старейшина Байрон, как мой мастер и попросил, я доставил вам человека, который ходил с портретом вашего ученика по городу. — Благодарю, младший Герон. Я сообщу твоему мастеру о том, что ты сослужил мне добрую службу. Оставь этого человека у порога и можешь идти. С остальным я разберусь сам. — Слушаюсь, старейшина. Ученик Герон вытащил иглу их тела своего пленника и сбросил его у порога дома, после чего упорхал дальше по своим делам. Сразу после падения Белиндора затянуло внутрь здания какой-то непреодолимой силой, протащило через несколько комнат и коридоров, где он и остановился у ног какого-то старика, по сравнению с которым даже он мог показаться молодым. Собрав все свои оставшиеся силы, он с трудом, крехтя спросил: — В чём моё преступление, господин старейшина? Зачем меня так сюда приволокли? Вопрос этот, казалось, Байрона слегка удивил, пару секунд он ничего не говорил, но потом ответил: — Твое преступление… в том, что ты пытался вызнать что-то о моём ученике, не обладая при этом достаточным могуществом. Будь ты стадии Зарождения Души ты бы не совершил никакого преступления, и я бы не посмел бы даже подумать о том, чтобы тебя тронуть. Так что твоё главное преступление в том, что ты слабак. Эх, пожалуй, хватит об этом… Для начала ты мне поведаешь, что именно ты хотел о нём узнать. ---------- Глава 56 Сомнения Глава 56. Сомнения. Байрон, пребывая на одном из важнейших за последние годы собраний верхушки секты, на котором даже присутствовали посланники других великих сект и самой империи, не мог, или скорее не желал на нём полностью сосредоточиться. Его глаза были открыты и видели множество значимых фигур, его уши слышали множество звуков, переплетающихся в важные слова и речи, и даже его духовное чувство воспринимало огромный объём информации о малейших вещах, происходящих в зале, но вот «голова» эту информацию практически не обрабатывала, ибо занята она была кое-чем другим. Лишь изредка он улавливал какие-то разрозненные детали разворачивавшегося вокруг него события. Всё это время в голове Байрона продолжал крутиться разговор с лавочником, точнее его допрос, закончившийся буквально за несколько минут до того, как сект-мастер неожиданно их всех призвал. Лавочник Белиндор рассказал ему преинтереснейшую историю о недавних похождениях его молодого ученика, Оберина. Конечно, поначалу слабосилек пытался упираться, заявляя, что он ничего не знает об Оберине, и что он ни в чём невиновен. Но вот после краткого пребывания под действием силы Флага Тысячи Душ, одного из его старых трофеев, Белиндор поведал всё, что знает без утайки, а закончив рассказ об Оберине, он ещё и начал умолять о том, чтобы позволить ему рассказать о чём-то ещё. 'Какая бы у тебя не была сильная воля, боль от повреждения души её без проблем сломит… Но хватит думать об этом ничтожестве, сейчас есть более важная проблема для обдумывания. Начнём с того, что нужно решить: всё, что он мне рассказал — правда? Неужели Оберин смог утаить от меня так много? Как такое возможно? Неужели он является чьим-то шпионом?'. — Империя продолжит соблюдать древний договор и не будет претендовать на обладание найденным на доверенных вам землях, и также не будет ввязываться в ваши междоусобные склоки. Нам всё равно, кто из вас заполучит Малый Мир, нам достаточно лишь того, что империя получит тридцать процентов от всего найденного в Малом Мире при его исследовании. После его освоения ежегодный налог будет стандартным: двадцать пять процентов от всего полученного в нем или при его помощи. — обратил на секунду своё внимание на происходящее вокруг него Байрон, но почти сразу после этого он вернулся к своим мыслям: 'Если верить полученному мной докладу об его прошлом, то Оберин действительно является сыном кузнеца, прожившем всю жизнь в деревне Лар. Если сопоставить данные, полученные в деревушке, с тем, что стало известно о нём в секте, то совпадает все параметры: внешний вид, возраст (с точностью до часа), рассказанная им история о своём прошлом… И он также прошёл все проверки секты без единого нарекания. Так что вариант насчёт того, что он чей-то шпион — крайне маловероятен. Но отбрасывать полностью его пока что нельзя. Тогда что, кроме этого? Как бывшая бедная деревенщина, потерявшая семью, смогла провернуть нечто такое? Стоимость купленных им вещей весьма велика, и даже если бы он продал всё, что я ему подарил, то ему бы не хватило. Откуда он мог взять деньги на что-то подобное? Он нашёл по пути в секту чьё-то тайное наследие? Или ему просто кто-то дал множество камней духа, при этом одновременно что-то от Оберина потребовав? И ученичок решил мне ничего не рассказывать об этом, ибо побоялся, что мне это не понравится или что всё у него отниму? В целом похоже на правду. Хм, так он мне совсем не доверяет?'. — Мы лишь настаиваем на равных условиях, старший Элендель. Мой мастер, Суверен Меча, предвидел, что вы можете так ответить, и попросил напомнить вам, что мы были, есть и будем одной большой семьёй, и в семье, чтобы она оставалась сильной особенно в такие трудные времена, не должно быть ссор и склок из-за каких-то мелочей. Перед тем, как я покинул секту, он попросил меня передать вам его слова в точности: «Пусть судьбу этой счастливой находки решит молодое поколение. Надеюсь, ты примешь мудрое решение, младший брат Элендель, потому что иначе проблем не избежать». — Мой господин, Лорд Пяти Стихий, также считает, что это дело лучше всего доверить детишкам. Так наши секты, как и сказал мой друг из секты Небесного Меча, смогут избежать бессмысленны ссор и остаться едиными, да и к тому же сможем увидеть, чего стоят наши подрастающие поколения. И чтобы убедить вас в правильности этого решения, я хочу напомнить вам о случае, случившемся сто тридцать лет назад. Вы тогда были ещё очень молоды, так что, может быть, вы его не так хорошо помните. Мы тогда нашли на наших землях Небесное Сокровище, и точно таким же образом решили вопрос того, кто будет им обладать. Тогда мы поступили очень благородно, и позволили другим соревноваться с нами за его обладание, и сейчас мы надеемся, что вы нам в этом деле не уступите и поступите также благородно. Если всё же вы откажете нам, что вы, конечно, праве сделать, ибо это ваша земля, то моему Лорду это очень не понравится, можете мне поверить. — вновь отвлёкся Байрон, услышав чрезвычайно важные речи. Но как только начались последовавшие за ними малозначительные разговоры, он вновь вернулся к размышлениям: 'Напрямую врать мне Оберин не смог бы, но вот умолчать о чём-то весьма важном у него могло получиться. Хотя, чтобы я ничего не заметил, потребовался бы недюжинный талант и ум. И Оберин… ими в целом обладает. Если он всего лишь получил где-то наследие древненго культиватора или что-то вроде этого, и он решил мне о подобном не рассказывать из-за каких-то своих страхов, то просто слегка накажу его за умалчивание. Этого будет достаточно. Но если «правда» о нём будет гораздо более «неприятной», и он действительно смог мне в чём-то соврать, то план на его счёт придётся видоизменить и многократно ускорить. Потребуется всё завершить до начала похода в Малый Мир, хоть шанс на успех и сильно упадёт. Но с этим придётся смириться, он мне слишком нужен, чтобы оставить всё на волю случая. Как бы я не верил той вещи, доверять ей полностью нельзя, всё равно остаётся шанс… Хотя вся эта история дурачка-лавочника по поводу покупки дорогих вещей Оберином и последовавшего за этим пропажи-убийства его ученика основана только лишь на неизвестно кем и как оставленной надписи на стене в его лавке. И на том, что за несколько часов до обозначенных покупок Оберин прогуливался по магазинам, где были позже совершены покупки мальчишкой Зарком. Мог ли Оберин просто стать чьим-то прикрытием? Например, совершивший всё это «некто» таким образом хочет, чтобы я обратил свой гнев против Оберина и избавился от него? Такое возможно. Но как бы там ни было, всё нужно будет проверить самостоятельно, нельзя оставлять это дело кому-то другому. Ведь, как известно, если хочешь сделать что-то хорошо, сделай это сам'. — Сейчас я ответ вам давать не буду, ибо мне нужно будет подумать. Приходите за ним через три дня. Можете остановиться у нас, если пожелаете, я прикажу выделить для вас резиденции, подобающие вам по статусу. На этом объявляю наше собрание оконченным. Все можете быть свободны. Где-то на дороге, идущей из деревни Ирбис в секту Огненного Дракона. По большей части их обратный путь в секту, если не брать в расчёт пролетевший мимо них огромный имперский корабль, был не слишком полон на события. В окрестностях деревни Ирбис им не встретилось ни единой души: ни человеческой, ни животной. И даже после того, как они вышли на основной тракт ситуация изменилась не слишком сильно, только несколько раз им встретились небольшие группки путников. Во время бега между двумя спутниками: господином и его новоприобретённым слугой, в основном царила тишина, лишь иногда Ранд её нарушал, задавая какой-либо вопрос, или отдавая какой-нибудь приказ. Этот раз также не стал исключением, Ранд вновь первым прервал молчание и спросил: — Что ты собираешься сказать остальным насчёт своего исчезновения? — Господин, я планировал сообщить Балрону и Фаре, что я… Но, прежде чем Эйрон успел закончить свой ответ, оба юноши вдруг услышали какой-то громкий звук, исходящий откуда-то сверху. Они тут же подняли свои взгляды в небеса, и после короткого поиска они заметили быстро увеличивающуюся точку в небе. В этот раз, правда, она оказалась не летающим имперским кораблём, а огромным, красным чешуйчатым зверем. Зверь этот был безумно красивым, с идеальными пропорциями, но одновременно с этим внушающим «животный» ужас, заставляющим непроизвольно дрожать всех, кто был значительно слабее. И Ранд, с Эйроном, хоть вид этого зверя не должен был их пугать, не стали исключением. Вдалеке они увидели громадную Красную Виверну, по сравнению с которой та Виверна, которую Ранд видел во Дворце Небесных Зверей, была лишь несуразным карликом. Зверь, казалось, завидел молодых людей издалека, с расстояния не менее пары десятков километров, и, слегка изменив курс, стал целенаправленно к ним лететь. Так что уже чуть более чем через минуту он оказался прямо над двумя послушниками. Зависнув над ними, зверь начал не слишком быстро видоизменяться, постепенно принимая человекоподобные формы. В конечном счёте он превратился в известного им обоим старика, старейшину секты Огненного Дракона, и по совместительству мастера Ранда. — Мастер. — без промедления поклонился Ранд, и Эйрон тут же за ним последовал, — не ожидал вас тут встретить. Но Байрон, казалось, даже не заметил этого приветствие Ранда, вместо этого он обратился к стоящему рядом с его учеником Эйрону: — Ты. Беги дальше в секту. Да так быстро, чтобы через десять секунд я тебя здесь не видел и не слышал. И не задавай никаких вопросов. — Слушаюсь, старейшина. — ответил Эйрон, при этом бросив быстрый вопросительный взгляд на Ранда, но при этом он не замедлился ни на секунду, начав сразу же бежать. Он не посмел ослушаться приказа и тратить время на расспросы. Последующие секунд десять-пятнадцать мастер и ученик провели во всё той же тишине. Хоть эта и была гораздо более гнетущей, чем та, что царила между Рандом и Эйроном. Всё это время Байрон не отводил взгляда от Ранда, пристально его изучая. Ранд же, уже понявший, что случилось что-то непредвиденное, обдумывал различные варианты того, что могло послужить причиной прибытия сюда в спешке его мастера и нынешнего его поведения. И практически ни один из приходящих в голову вариантов ему не нравился. Дождавшись момента, когда Эйрон удалится на достаточное расстояние, Байрон наконец-то обратился к Ранду: — Теперь мы можем наконец-то поговорить наедине, мой дорогой ученик. Скажу тебе честно, ты меня крайне удивил своими деяниями, но, прежде чем мы начнём разговор, покажи-ка мне, пожалуйста, для начала содержимое своего кольца. ---------- Глава 57 Лучшая ложь скрывается внутри правды. Часть Первая Глава 57. Лучшая ложь скрывается внутри правды. Часть Первая. — Конечно, мастер. — с едва заметной задержкой ответил спокойным голосом Ранд и начал медленно снимать кольцо с указательного пальца. И за эти пару мгновений, пока происходило это действие, в голове Ранда успело принестись множество всевозможных мыслей: 'Почему Байрон настолько торопился сюда прибыть, что даже не пожалел сил на использование полной трансформации? Хм, направлялся он точно в деревню Ирбис, поблизости больше ничего нет. И сомневаюсь, что в этой мелкой деревушке его могло заинтересовать что-то кроме меня. Балрон и Фара ещё не должны были достичь секты, а значит они не могли никому поведать о ситуации в деревне и запросить помощи. И даже если они смогли каким-то образом достичь секты раньше срока, то очень сомневаюсь, что на их запрос откликнулся бы Байрон, это не уровень старейшины. Из этого следует, что старик летел сюда не спасать меня. Эх, самая благоприятная теория, связанная с причиной его прибытия, с большой долей вероятности отпадает. Тем более что первым делом после того, как прилететь, он приказывает мне показать содержимое кольца. Не такой вопрос задают, если хотят как-то помочь или спасти. Но тогда что? Возможно, я где-то допустил серьёзную ошибку, и старик Байрон смог разгадать мою истинную личность? Нет, такой вариант развития событий также крайне маловероятен. Если бы такое случилось, то он не требовал бы у меня сейчас кольцо, а без лишних слов сразу, не выходя из трансформации, попытался бы захватить и обездвижить меня. Нет, тут явно что-то другое, осталось только понять что. Неужели появились какие-то проблемы с конфиденциальностью моих недавних покупок? Вполне, может быть. Да, это бы объяснило текущую реакцию со стороны Байрона. Видимо, я недооценил количество и качество сектантских доносчиков в Огненном Городе. Кто-то из них, кажется, смог связать мои походы по магазинам и последовавшие за этим покупки Зарка. Хотя этого вряд ли было бы достаточно для каких-либо подозрений… Возможно, кто-то также видел, как я дважды заходил в лавку Зарка, и, уже исходя из этого, кто-то связал эти дорогостоящие покупки со мной, после чего этот «умный» кто-то доложил обо всём высокопоставленным членам секты, после чего информация дошла до Байрона. Похожий вариант развития событий я брал в расчёт, ведь, мой поход в город был подготовлен в некоторой спешке, и как следствие он был довольно далёк от идеала. Хотя, с учётом того, что Байрон ведёт себя все ещё довольно сдержанно и требует сейчас только кольцо для проверки, а не что-то большое, то до конца он в правдивости своих данных обо мне не уверен, или же эти данные крайне обрывочны. К сожалению, у меня вряд ли получиться во время нашего разговора узнать, что именно ему известно. Байрон слишком старый и опытный, чтобы подобное случайно раскрыть. Лучше всего будет сразу же объясниться с ним, дабы развеять вероятные подозрения. Только так я смогу минимизировать проблему. Что нужно будет и что можно будет ему поведать? Сложно оценить, не зная, что ему известно. Значит, придётся рассказывать историю настолько правдивую, насколько возможно. Лучшая ложь сокрыта внутри правды… Хотя, может быть, получится свалить часть проблем на Виида? Содержимое кольца мне в этом поможет. Рискованно. Байрон, конечно, не сможет почувствовать мою ложь, благодаря маскировке Оберина, но если будет слишком серьёзное расхождение между моими словами и тем, что он узнал от доносчиков в городе, то ситуация только ухудшится, его подозрения на мой счёт многократно возрастут, что повлечёт за собой трудно просчитываемые последствия. Правда, шанс такого будущего невелик, всё-таки не думаю, что соглядатаи секты могли по-настоящему много узнать… И если Байрон мне поверит, то последующая охота на Виида будет совсем на другом уровне, и у его будущих преследователей даже, возможно, получится его убить. И подобную возможность от него навсегда избавиться нельзя упускать, она стоит небольшого риска. Значит, решено. Начать рассказ лучше издалека'. Как только Ранд снял кольцо с указательного пальца, оно тут же взмыло в воздух и полетело в сторону Байрону, и уже через секунду оно оказалось в правой руке старейшины. Байрон бросил взгляд на пространственный артефакт, нахмурился, а затем, вытащив из кольца фигурки марионеток, приказным тоном спросил у своего ученика: — Что это такое и откуда ты это взял? Объяснись. Услышав это требование, Ранд опустил глаза, как будто бы боясь даже взглянуть на Байрона, и тихо проговорил: — Простите меня, мастер Байрон, пожалуйста. После такого заявления взгляд старейшины посуровел, но свои последующие слова он всё равно сказал спокойным, даже слегка благожелательным голосом: — Прежде чем прощать тебя, я должен знать, за что именно ты хочешь попросить у меня прощения, ты так не думаешь? — Да, мастер, разумеется, вы правы. Моё извинение, напрямую связано предметами, которые вы только что вытащили из моего кольца. Я хочу попросить прощения за то, что я заметил одну странность, связанную с одним из моих одногруппников, но решил вам о ней не рассказывать, ибо захотел разобраться с ней сам. Я переоценил свои силы, считал, что я достаточно силён, чтобы справиться с чем угодно, и из-за этого я чуть не погиб. Наверное, становление культиватором и моя новоприобретённая сила по-настоящему вскружили мне голову. Простите меня… — на последних словах он запнулся, и голос Ранда даже начал слегка дрожать. — Рассказывай, что произошло. Чётко, ясно и подробно. Но можешь не торопиться. — Конечно, я постараюсь. Началось всё с того, что некоторое время назад я обнаружил, что послушник Виид обладает необычайным даром убеждения. Настолько сильным, что любой наш одногруппник, говоривший с ним, чувствовал подсознательное желание соглашаться с каждым его словом и следовать любой его команде. И этого почти никто не замечал, даже наш Дьякон ничего необычного в этой способности Виида не видел. Я тоже по началу считал, что Виида просто чрезвычайно харизматичный мальчик. Но потом случилось соревнование, в ходе которого Виид попытался заставить меня сдаться во время нашего сражения. От его приказа в тот день мои колени сами по себе подогнулись, а изо рта чуть не вылетело слово: «сдаюсь». Лишь благодаря невероятному волевому усилию я смог побороть это желание подчиниться его воле. В то мгновенье я окончательно понял, что это не просто какая-та там харизма Виида, а непонятная сверхъестественная сила, которую мальчишка смог применить, не обладая ни каплей Ци. По крайне мере тогда я так думал. И то, что никто: ни дьякон, следящий за ареной, ни даже вы мастер, не смог заметить то, что он применил на мне эту силу меня испугало. Но почти сразу же этот испуг поглотила ярость, пришедшая от осознания того, что из-за этого ублюдка я был в шаге от позорного поражения и от того, чтобы не выполнить вашу волю, мастер. И после этого вся моя душа возжелала отомстить за это унижение. Любой ценой. ---------- Глава 58 Лучшая ложь скрывается внутри правды. Часть Вторая Глава 58. Лучшая ложь скрывается внутри правды. Часть Вторая. На последнем предложении Ранд, как будто раздумывая на тем, что сказать дальше, на пару мгновений приостановил свой рассказ, чем Байрон и решил воспользоваться, и кое-что у него уточнить: — Допустим, хотя мне и сложно в это поверить, что ни я, ни другие старейшины, ни кто-либо ещё не смог заметить проявление «чудодейственной силы убеждения» Виида, и что лишь ты, объект его воздействия, смог её ощутить. Допустим, ибо в твоих словах я лжи не чувствую. Но скажи мне, пожалуйста, мой дорогой ученик, почему тогда ты ни во время соревнования, ни после него, ни даже в последующие дни не захотел обратиться ни ко мне, ни к кому-либо ещё из вышестоящих и рассказать об этом «происшествии»? Что тебя остановило? От этого закономерного вопроса взгляд юноши, казалось, опустился ещё ниже, как если бы он ударил в самое «больное и постыдное место», о котором совсем не хочется говорить. В таком положении Ранд провёл пару секунд, после чего он набрал в грудь воздух и тяжело выдохнул, как будто смиряясь с тем, что ему придётся об этом рассказать, и ответил: — Да, мастер, я как раз сейчас и хотел вам об этом поведать. Я боялся, что мне никто: ни вы, ни кто-либо другой, не поверит, ибо у меня не было совершенно никаких доказательств его вины, а значит всё свелось бы к тому, что моё слово было бы против его… Простите, так бы я, наверное, бы и ответил незнакомому человеку, и такой ответ даже был бы частично правдой, ибо таковы и были мои мысли в первую пару минут после его «нападения». Но вы мой мастер, и вы всё время относились ко мне очень по-доброму и по-честному, и я не хочу больше ничего от вас скрывать или умалчивать. На самом деле, мастер, я сознательно не захотел вам рассказывать об произошедшем. И на то у меня было две веские, как мне тогда казалось, причины, связанные с желанием отомстить этому ублюдку за унижение и избавиться от опасного будущего противника… Первая причина была довольно тривиальна. Я просто испугался того, что если бы вы, мастер, или кто-то другой из секты узнал, что Виид обладает таким могучим и уникальным талантом, то никто мне не позволил и пальцем его тронуть, какую бы обиду он мне не нанёс. На любые его возможные проступки секта просто бы закрыла глаза. Я был уверен, что в подобном будущем Виид возвысился бы на недосягаемую для меня высоту, например, став учеником сект-мастера. Это сделало бы его для меня, по сути, неприкасаемым. И с учётом злобного характера Виида, который он, правда, неплохо скрывал, моя будущая жизнь в секте была бы крайне неприятной и, возможно даже, недолгой. Вторая же причина заключалась в том, что я захотел сам со всем разобраться, справиться с этой опасностью своими руками, самостоятельно решить эту проблему, даже если она была совсем непростой. Мастер, наверное, вы меня не поймете, потому что я уверен, что вы всегда были сильным, но я, мастер, я всю жизнь был совершенно беспомощен, и дело тут даже не в культивации. Все серьёзные проблемы решали за меня: родители, другие старшие из деревни, стоило мне им только о них поведать. Я рос слабым человеком. И из-за моей слабости в тот день, когда я потерял родителей, я ничего не смог сделать, ничего не смог изменить, хотя у меня были шансы. Всё на что меня хватило, так это прятаться в подвале, как мне тогда и приказали… В последующие за тем событием дни я очень много думал о жизни, и о том, кем хочу видеть себя в будущем. Да, в те дни я решил для себя очень многое. И одним из этих решений было то, что без крайней нужды я больше не буду ни на кого полагаться, что буду стараться решать проблемы своими силами, дабы стать таким человеком, который сможет самостоятельно справиться со всем, что попадётся на его пути. Человеком, на которого близкие люди смогут положиться, а не который будет полагаться на всех остальных. И после того, как я стал культиватором, да и к тому же, как оказалось, талантливым, можно даже сказать одним из лучших в группе послушников великой секты, это желание только многократно усилилось. Я не хотел, не желал больше ни на кого полагаться. Даже на вас, мастер. Для себя я решил, что мне нужно было разобраться с Виидом, не прибегая ни к чьей помощи. Но… судьба, как это часто бывает, сыграла со мной в этом вопросе злую шутку. После этого я начал строить различные планы того, что я буду делать с Виидом, один крайне наблюдательный человек совершенно без моей помощи также смог заметить «причуду Виида» и даже более того, он понял, что я также о ней знаю, и что я крайне её опасаюсь. Этим человеком был Эйрон, мой одногруппник, которого вы недавно видели со мной. В тот день, когда мы получали различные награды за соревнование, он подошёл ко мне и рассказал о том, что он также заметил «силу убеждения» Виида, что она также его чрезвычайно пугает, и то, что он хочет с ним разобраться раз и навсегда. Также он сказал мне, что он не хочет привлекать секту, ибо он также как и я боялся, что после обнаружения таланта мальчишки, секта будет изо всех сил защищать и взращивать как наследника. Он предложил мне относительно простой план по его устранению, который не повлечёт для нас совершенно никаких последствий. Суть его состояла в том, что мы пригласили бы Виида и ещё нескольких человек для выполнения несложного задания по поимке мелкого зверя в деревне Ирбис, рядом с которой недавно появилась крупная волчья стая. И при помощи зелья Волчья Напасть, которое незадолго до нашего разговора приобрёл Эйрон, мы натравили бы волков на Виида. И учётом известной нам силы волчьей стаи они должны были бы без труда разобраться с кем-то едва достигшим первой ступени. И вся вина за убийство легла бы только на зверей, и секте было бы не за что нас наказывать. Приступить к исполнению плана Эйрон предложил через несколько дней после окончания соревнования, когда у всех начнут кончаться призовые ресурсы для культивации, и они вновь почувствуют, что значит культивировать без камней духа и пилюль. А значит они точно захотят получить их вновь, приняв участие в простеньком, но хорошо оплачиваемом задании. И эти дни Эйрон дал мне на раздумья. И после довольно долгих размышлений я согласился принять участие в его плане. Выглядит глупо, я понимаю. Да, я сильно желал всё сделать в одиночку, но то, что Эйрон собирался в ближайшем будущем привести свой замысел в действие, даже если я откажусь — многое изменило, и по большому счету оставило мне крайне ограниченный выбор действий. Можно сказать, только три действующих варианта: согласиться помочь ему в реализации плана, остаться безучастным наблюдателем, который опять будет надеяться, что его желание исполнит кто-то другой, или же каким-то образом помешать Эйрону, дабы потом в будущем самостоятельно устранить проблему Виида. И хоть первый вариант мне не слишком нравился, но второй мне не нравился ещё больше. Третий же я практически не рассматривал, ибо я не желал отвечать бессмысленной подлостью, которая не принесёт мне никакой выгоды, на доверие, которое оказал мне Эйрон, рассказав этот план. В целом план моего одногруппника и правда показался мне сравнительно неплохим, но многое осталось для частично или полностью неизвестным. Я практически ничего не знал ни об зелье Волчьей Напасти, ни о деревне Ирбис, ни о сильных или слабых сторонах стаи волков, появившихся в тех землях. В этих вопросах я не хотел полностью полагаться на Эйрона, во-первых, я считаю, что всегда нужно проверять любую информацию минимум из двух источников, а во-вторых, потому что у меня возникло чувство, что Эйрон мне далеко не всё рассказал, и сделал он это специально. Поэтому после того, как я благодаря ресурсам, полученными мной за первое место в соревновании, смог достичь второй ступени стадии Конденсации Ци, я отправился за информацией в город. Изначально я думал над тем, чтобы всё необходимое узнать в самой секте, но после некоторых размышлений решил, что подобное было бы не лучшей идеей. Достигнув города, я заходил во множество мелких и крупных магазинов и лавок города и расспрашивал местных продавцов обо всём, что только можно: об ассортименте их товаров, об свойствах и качествах продаваемых ими вещей, об свойствах различных зелий, об появление групп зверей в соседних деревушках, и о многом другом. А во Дворце Небесных Зверей, у меня получилось узнать практически обо всех зверях, встречающихся в ближайших землях, в том числе и подтипе волков, которые поселились рядом с деревней Ирбис. Благодаря статусу послушника секты Огненного Дракона, всё это было это сделать совсем несложно. Из этого похода я почерпнул значительные знания, и даже узнал, что Эйрон не рассказал мне об «необычных свойствах распространения» зелья Волчьей Напасти. Но главным, хотя тогда я этого не понял, было не это, а то, что на протяжении всей моей прогулки не покидало ощущение, что кто-то за мной пристально следил. В тот день я даже не уверен, что мне не показалось, ведь, как бы я ни старался, найти это «кого-то» у меня не получилось. У меня, конечно, были догадки насчёт того, кто это мог быть, например, я даже подумывал, что это кто-то из ваших людей, мастер. Но после произошедшего сегодня в лесу я почти уверен, что тогда за мной следил Виид или кто-то из тех, кто ему помогал, и это во многом изменило мою судьбу, но об этом чуть позднее. Через некоторое время после моего возвращения в секту Эйрону удалось убедить Виида и ещё несколько наших послушников-одногруппников пойти с нами выполнить простенькое задание на уничтожение мелкого зверя в деревне Ирбис. Вчера утром мы направились в деревушку, дорога вышла относительно простой, так как по пути туда у нас не возникло совершенно никаких проблем. Виид, можно сказать, практически всё время молчал и не использовал свою способность на нас на протяжении всего пути. Ситуация в самой деревне, правда, несколько отличалась от той, что нам была известна. Если кратко, им было в целом уже всё равно на мелкого терроризирующего их зверька, ибо их недавно настигла гораздо большая напасть. Фактически поселение уже некоторое время было в полуосадном положении, организованной волчьей стаей. Благодаря некоторым открытиям на месте и моим умозаключениям я смог выяснить, что такое положение деревни было делом дело рук Эйрона и его семьи: волки, осаждающие деревню, были не дикой стаей, а управляемым оружием его семьи. И вызвано это было желанием заполучить землю, принадлежащую поселению, на которой обнаружили месторождение ценного металла. Узнав это, я понял, что раз Эйрон мне об этом не поведал, то с большой долей вероятности он по какой-то причине решил воспользоваться планом своей семьи по уничтожению деревни, и заодно избавиться не только от Виида, но и от меня и, вероятно, от остальных участников нашего отряда. Его настоящий план состоял в том, что заманить нас всех в деревню, после чего незаметно её покинуть и приказать волчьим дрессировщикам начать атаку стаи на деревню, в ходе которой по его замыслу не выжил бы никто: ни я, ни Виид, ни кто-либо из деревенских. Но благо я смог ему помешать и не дать ему добраться до людей своей семьи. То, как у меня это получилось сделать, сейчас не так важно, я вам подробнее об этом расскажу чуть позже, мастер. Важно то, что после всего случившегося раненому и не сумевшему добраться до своих Эйрону пришлось скрываться неподалёку от деревни. Остальные же послушники, Балрон и Фара, отправились обратно в секту за помощью против волков, в деревне остались лишь я и Виид под предлогом того, что мы не хотим бросать невыполненным задание, взятое в секте. Да, мастер, несмотря на всё случившееся я не захотел упускать такую возможность разобраться с проблемой. Но, видимо, Виид был такого же мнения. Мы с Виидом отправились вдвоем в лес на охоту на мелкого зверька, лиса. И после того, как мы углубились бы в чащу, я планировал покалечить и обездвижить его, после чего скормить его какому-нибудь крупному зверю. Но всё, как вы уже наверняка догадались, пошло не по плану, ибо через некоторое время после того мы вошли в лес, Виид остановился и поведал мне несколько преинтереснейших вещей: то, что он уже давно узнает о том, что я хочу его убить в этом лесу, то, что он догадался об этом ещё с тех пор, как я гулял по городу и расспрашивал там людей о деревни Ирбис. Он рассказал мне, что он на самом деле мне чрезвычайно благодарен, ибо я крайне упростил данное ему задание по уничтожению лучших в нынешнем поколение послушников секты. Сказал, что он думал, что я буду одной из «сложных частей» его задания, а оказалось, что я был «самой простой частью». Он говорил ещё очень многое, но я никак не мог понять, почему он мне всё это рассказывает? Откуда у него была такая уверенность, что он сможет от меня так запросто заставить меня замолчать навсегда? Ведь, я был сильнее него на второй ступени, к тому же у меня было ещё множество артефактов, подаренных вами, мастер. Но потом я понял, откуда у него была эта уверенность, Виид показал мне свою настоящую культивацию, он на самом деле был на восьмой ступени Конденсации Ци… Каким-то непонятным образом он сумел скрыть этот факт даже от артефактов и старейшин секты. И, наверное, я бы там и погиб… если бы я тайно не использовал зелье, которое за долго до этого дал мне Эйрон. Я даже не был до конца уверен, что оно настоящее. Но мне повезло. Когда Вииду уже почти наскучила наша беседа, и он уже готовился на меня напасть, появились волки вместе с членами семьи Эйрона. Я боялся, что между ними может завязаться разговор и все разойдутся миром, так что я уже собирался сам них напасть, дабы не позволить такому развитию событий свершиться. Но это не потребовалось, Виид сам не пожелал их отпускать. Завязалась ожесточенная битва, в ходе которой Виид продемонстрировал ужасающую боевую мощь. Хоть у его противников и было невероятное численное преимущество, и культивация некоторых из них была выше его, Виид им совершенно не уступал, я бы даже сказал, что он их теснил. Стая волков, и люди ими управляющие использовали все свои силы, дабы сдержать Виида, а на меня особо не обращали внимание. Благодаря этому мне удалось сбежать. И уже удалившись от места битвы на приличное расстояние, я услышал исходящий оттуда чудовищный силы рёв. ---------- Глава 59 Лучшая ложь скрывается внутри правды. Часть Третья Глава 59. Лучшая ложь скрывается внутри правды. Часть Третья. — Переполненный болью и страданиями рёв был настолько силён, что, услышав его, меня частично оглушило, я потерял равновесие во время бега, и из моих ушей пошла кровь. И произошло это, когда меня и поле боя разделяло уже больше тысячи шагов. Мне неведомо, кому было под силу издать такой могучий крик, но… очень сомневаюсь, что даже вождю волков хватило бы сил на что-то такое могущественное, способное повлиять на меня даже на столь большом расстоянии. Но, хоть мне, конечно, и крайне хотелось узнать, что именно там произошло, я не стал потыкать своему любопытству и не прервал свой бег, ибо для меня было очевидно, что я слишком слаб для подобной любознательности, и что мне и так чрезвычайно сильно повезло суметь выбраться оттуда живым. Я понимал, что пока там шёл бой, возвращение обратно могло привести лишь к одному результату — смерти. Каким бы осторожным я ни пытался быть, мне почти наверняка заметят и убьют. Да и вообще на тот момент мне казалось, что любое лишнее промедление могло меня погубить, ибо я был уверен, что сразу после окончания битвы, если Виид в ней, конечно, победит, он тут же пойдёт вслед за мной, чтобы не дать мне достичь секты живым любой ценой. Поэтому я просто продолжил двигаться дальше, ни на секунду не прервав свой бег. Возможно, благодаря этому удача мне и улыбнулась, так как на дальнейшем пути перед мной не возникло никаких препятствий: ни волки, ни что-либо ещё не преградило мне дорогу. И лишь углубившись в лес и оказавшись, как мне показалось, на безопасном расстоянии, я остановился и начал раздумывать над тем, что мне делать дальше. Моим первоначальным желанием было: как можно быстрее вернуться в секту и рассказать всё о том, чему я стал свидетелем. Ведь, настолько высокую культивацию Виида, а также то, что он умеет её скрывать нельзя объяснить никаким талантом. А если прибавить к этим сведениям его слова о чьём-то задании по уничтожению лучших в моём поколении секты, то сразу становится понятно, что Виид явно не просто талантливый мальчишка с улицы, случайно попавший в нашу секту. Я подозреваю даже, что он на самом деле может быть могучим культиватором из легенд, достигшим стадии Зарождения Души. Я слышал, что они могут менять тела, а значит могут притвориться кем-то, кто только начал культивировать. Но я осознал, что исполнить моё желание будет не так-то просто. Точнее добраться до секты было бы не так сложно, если только у Виида каким-то образом не получится меня найти по пути при помощи какого-то неизвестного способа и устранить. Но даже если у меня получилось бы добраться до секты, то всё равно оставалось серьёзное затруднение: у меня совершенно не было доказательств, если бы я его обвинил в чём-то, то у меня было бы лишь моё слово против его. Возможно, также слово Эйрона, но в этом я не был уверен. Конечно, благодаря моему положению, как вашего ученика, мастер, я мог бы запросить дополнительную проверку Виида, но с учётом того, как он может хорошо скрывать свою культивацию и также тот факт, что всем, вероятно, стало бы известно, что я планировал от него избавиться… существовала вероятность того, что моим словам не поверят, и он сможет выйти по большей части сухим из воды. И тогда всё бы крайне осложнились… я даже боялся представить такое будущее, и что оно может мне принести. Я не желал оставлять подобное на волю случая, поэтому решил раздобыть хоть какое-нибудь доказательство его вины, прежде чём предъявлять обвинение. Но проблема была в том, что шанс найти что-то был только на той лесной поляне, где произошла битва Виида с волками. И хоть шанс был не так велик, после долгих размышлений я всё-таки решил рискнуть и вернуться на поле боя, дабы собрать больше информации и поискать доказательства, которые могли хоть как-то подтвердить мои слова. Но, разумеется, полностью мысли о безопасности я не отбросил, ибо, прежде чем возвращаться туда, я решил подождать около часа в лесу, чтобы битва успела закончиться, и кто бы в ней ни одержал верх, у него было бы достаточно времени, чтобы удалиться на приличное расстояние от места сражения. Конечно, из-за такого большого промедления у победителя было достаточно времени подчистить поле брани, если бы у него было такое желание. Но с этим поделать я уже ничего не мог, потому что возвращаться туда без большой задержки было бы слишком большой глупостью и ничем не отличалось бы от самоубийства. Так что спустя час я вновь вступил на ту поляну, и там я увидел настоящее побоище, всё было залито кровью, повсюду валялись тела… Никого живого там уже не было и в помине, по центру поляны зияла огромная яма, а всюду вокруг неё были разбросаны разорванные на части при помощи чудовищной силы волчьи трупы. Среди них выделялся только их вождь, огромный волк, труп которого совершенно не пострадал, я так и не понял от чего он умер. Но самой необычным на этом поле боя было то, что иногда между останками зверей можно было заметить вот эти деревянные марионетки, которые вы достали из моего кольца, мастер. Я их бегло осмотрел, но не смог понять принцип их работы, на моё Ци они никак не отреагировали. После тщательного осмотра поля боя мне удалось лишь выяснить, что с большой долей вероятности они принадлежали Вииду и сражались на его стороне. А вот насчёт самого Виида… его останков я там так и не нашёл, а значит, почти наверняка, он вышел из боя победителем и смог уйти живым. Но опять же мне не удалось узнать ничего о том, кто и почему издал тот чудовищный рёв. Я пробыл там минут двадцать-тридцать. но так ничего более подходящего, как доказательства, чем эти марионетки там и не нашёл, поэтому я взял их с собой и отправился в обратную дорогу. И так как я не слишком хорошо ориентировался в лесу, то я старался двигаться по тропинкам, идущим параллельно тем, по которым мы с Виидом входили в лес. Конечно, я понимал, что такое было сопряжено с некоторым риском столкновения с Виидом, но я решил, что потерять ориентир в лесу было ещё более рискованным. И как следствие спустя чуть больше часа я без каких-либо происшествий достиг окрестностей деревни. И там перед мной предстала картина полного разрушения, которые совершенно не ожидал увидеть… Деревенская стена была проломлена, дома поглощены огнём, и повсюду опять валялись волчьи трупы, только в это раз рядом с ними часто ещё и встретились человеческие. На пороге деревни я встретил не Виида, которого я боялся увидеть, а поджидающего меня Эйрона. Из разговора с ним я узнал, что он был в ответе за уничтожение деревни. Детали я пока опущу, ибо лучше пускай он сам вам всё расскажет в подробностях, мастер. Скажу лишь, что при помощи хитрости и вашего имени, мастер, мне удалось заставить его сдаться мне и подчиниться. После чего мы уже совместно отправились обратно в секту и по пути мы вначале увидели летящий в небе огромный корабль, направляющийся в секту, а потом и встретили вас, мастер. Я знаю, что нарушил правила и поступал довольно глупо, мастер. Поэтому я прошу вас простить меня. После того как Ранд наконец-то закончил своё длительное повествование о предшествовавших событиях, Байрон долгое время просто стоял и смотрел на своего ученика, не говоря при этом ни единого слова. Он как будто бы пытался залезть в голову своего ученика, и понять, что именно там происходит… Но, видимо, в этом деле он потерпел неудачу, ибо за продолжительным молчанием последовал лишь тяжелый вздох Байрона: — Итак. Давай подведём итоги твоего рассказа. Ты признался мне в том, что довольно долго скрывал от меня и от секты важную, возможно критически важную, информацию об одном из своих одногруппников. Ты из-за своих почти ничем неподтверждённых подозрений и эгоистичных желаний захотел раз и навсегда избавиться от послушника Виида, тем самым наплевав на правила секты… — с каждым последующим словом в речи Байрона всё больше и больше чувствовалось едва прикрытого гнева и ярости. При этом твой гениальный замысел без труда раскрыл другой послушник, Эйрон, но он вместо того, чтобы сообщить эту информацию вышестоящим, также решил убить Виида. В дальнейшем, во время исполнения вашего плана, выяснилось, что Эйрон на самом деле хотел также убить ещё и тебя, а Виид на самом деле являлся культиватором на поздних ступенях конденсации Ци, каким-то образом сумевших скрыть этот факт от могущественных артефактов и зрения старейшин, и вступившим в нашу секту ради того, чтобы уничтожить наше младшее поколение. И в заключении из всей этой ситуации ты вышел живым лишь благодаря феноменальной удаче, а не из-за своего ума или силы, верно? Я ничего не забыл? — Нет, мастер, вы ничего не забыли. — ответил Ранд, не поднимая взгляда от земли. — Ты меня крайне разочаровал. Я считал тебя довольно рассудительным молодым человеком, но, кажется, я ошибся. Но оказывается, что за твоей толковой и, казалось бы, начитанной манерой речи, не присущей большинству малообразованных деревенских, скрывается лишь глупый сопляк. Птенец, только достигший жалкой второй ступени Конденсации Ци, но при этом возомнивший о себе невесть что и посчитавший, что нарушение правил секты, обман мастера и убийство одногруппника — всего лишь пустяк, от которого можно отмахнуться. Ты глупец, вообразивший, что все вокруг тебя идиоты… Просто нет слов. — на этом моменте, казалось, слегка успокоился и последующий вопрос задал уже гораздо более спокойным голосом: — Знаешь, какое наказание ты заслужил за свои проступки? — Нет, мастер, мне это неведомо. — тихо ответил Ранд. — Если следовать правилам секты, то «уничтожение культивации» ты заслужил, если, конечно, кто-то из старейшин будет достаточно добр в день вынесения приговора. Если же нет, то тебя бы просто скинули на сотню лет в Яму Высшей Инь, из который ты бы уже не вышел прежним. Хотя с твоей культивацией, ты из неё вообще никогда бы не вышел. Можно сказать, тебя бы ждала участь значительно хуже обычной смерти. — на этом моменте Байрон опять замолчал где-то на пол минуты и потом продолжил: — Тебе крайне повезло, что ты мой ученик, а не просто обычный послушник. — Мастер? — спросил Ранд, в голосе которого «почувствовалась надежда». — Не слишком радуйся. Даже не мечтай, что ты останешься безнаказанным, после такой выходки. Я помогу тебе избежать лишь смертельного исхода, но наказание будет серьёзным. Пока я ещё не придумал в чём оно будет заключаться, но я тебе о нём вскоре сообщу. А насчёт же так называемого Виида… Я сделаю так, что за ним пошлют лучших исполнителей наказаний. И кем бы он ни был, его очень скоро найдут, куда бы он ни сбежал и где бы ни спрятался, и доставят для допроса в секту, где он и выложит нам все свои секреты, хочет он того или нет. Если все твои слова подтвердятся, то тебя будет ждать некоторая награда, хотя на мой взгляд ты её пока что не заслуживаешь. Сейчас же давай поговорим о другом, скажи мне, что ты знаешь о человеке по имени Зарк? Услышав последний вопрос, Ранд наконец-то поднял взгляд от земли и «удивлённо непонимающе» посмотрел на Байрона: — Закр, Зарк. Не припоминаю, что встречал кого-то с таким именем… Хотя постойте-ка, кажется, так звали мальчишку-торговца в одной из лавок, в которую я заходил. Но разве вы можете иметь в виду именно его, мастер? — Верно, я имел в виду именно мальчишку из лавки. Рад, что ты его вспомнил. Расскажи мне, что ты о нём знаешь? — Хм, да почти ничего, мастер. Я-то его и запомнил только потому, что при моём посещение лавки он попросил меня вновь зайти к нему через несколько часов, дабы показать мне какой-то необычайный товар за очень хорошую цену, который вскоре должен к ним поступить, и который будет «достоен» послушника великой секты. Я в общем-то ему особо не поверил, но всё-таки из чистого любопытства решил к нему вновь зайти спустя некоторое время, но, когда я туда всё-таки пришёл, меня ждало там лишь разочарование. Он предложил мне купить только мусор, какую-то бесполезную технику, я даже особо слушать его не стал, а просто ушёл. — Технику, говоришь? Как она называлась, в чём были её свойства? На этом моменте Ранд планировал рассказать Байрону об одной мусорной технике, о которой он читал в детстве в библиотеке, но что-то в этом вопросе Байрона показалось ему подозрительным, и он решил изменить решение и в не вдаваться в подробности о технике: — Простите, мастер, как я и говорил, я его особо не слушал. Кажется, техника была небоевая, но большего я не помню. А это важно? — Возможно. Ты уверен, что точно ничего не утаиваешь от меня? — Да, мастер, я с ним и разговаривал в общем-то совсем немного, да и имя-то его запомнил случайно. А почему вы о нём спрашиваете, мастер? Он как-то связан со всем случившемся? — Не могу пока сказать, я всё ещё до конца не уверен. Не задавай пока больше вопросов на эту тему. Это всё, что тебе пока нужно знать. Сейчас же пора возвращаться в секту. На обратной дороге мы захватим твоего компаньона, Эйрона и он поведает мне свою версию событий, а также причины того, почему сейчас та деревушка вдалеке поглощена огнём и дымом, поднимающимся до небес. И на твоём месте, дорогой ученик, я бы очень надеялся, что его рассказ не будет слишком сильно расходиться с твоим, иначе твоё наказание будет ещё более суровым. ---------- Глава 60 Плата за ошибки Глава 60. Плата за ошибки. Закончив беседовать со своим учеником, Байрон молча достал из пространственного кольца уже знакомый Ранду летающий артефакт, крошечную лодку, которая стала быстро увеличиваться в размерах, пока не стала солидным судном восьми метров длинной. Сразу после того, как превращение лодки, или если точнее восстановление до её истинных размеров, было завершено, Байрон без промедления запрыгнул в неё и мановением руки призвал Ранда сделать тоже самое. И как только молодой человек сумел повторить прыжок старейшины, лодка тут же, подобно выпущенной из могучего лука стреле, на впечатляющей скорости устремилась в небеса. Где-то через пятнадцать-двадцать секунд полёта мастер и ученик сумели догнать бегущего впереди них Эйрона, несмотря на то что тот имел довольно большую фору. Приблизившись к юноше, летательный артефакт слегка замедлился и спустился с двухсот метров над землёй до примерно тридцати метров, но окончательно приземляться, чтобы подобрать юношу, не стал. Вместо этого Байрон просто окинул Эйрона взглядом, и юношу, ничего не успевшего понять, каким-то непонятным образом подбросило в воздух и закинуло в лодку, где он и упал прямо перед ногами старейшины. Но хоть он и был дезориентирован и даже напуган, Эйрон постарался как можно лучше это скрыть, показав себя с лучшей стороны. При падении он не проронил ни единого звука, а упав, тут же вскочил и незамедлительно поклонился Байрону: — Старейшина Байрон, крайне рад вас снова видеть. Благодарю вас за то, что позволили мне оказаться на вашем великолепном артефакте. Быть может, вам что-то от меня нужно? Я с радостью сделаю для вас всё, что вы попросите. Но старейшину его угодливое поведение, кажется, ни капли не впечатлило: — Эйрон из рода Ландольфов. Думаю, ты будешь недолго рад меня видеть… И да, мне и правда кое-что от тебя нужно. Для начала расскажи в подробностях всё, что знаешь о Вииде, а также о делах вашей семейки, связанных с деревней Ирбис и с местным месторождением ценного металла. Если я обнаружу в твоих словах хоть тень лжи или то, что ты что-то пытаешься от меня утаить, то, поверь, тебя постигнет незавидная участь. И никакой статус послушника тебя не спасёт. Ты меня понял? На протяжении почти всего монолога Байрона с лица Эйрона не сходило подобострастное выражение, и лишь буквально на мгновение, когда Байрон говорил о «незавидной участи», лицо Эйрона омрачила едва заметная озлобленно-испуганная гримаса, но она так быстро пропала, что некоторым могло показаться, что её и вовсе не было. — Да, конечно, старейшина Байрон, я бы не посмел вам врать или что-то от вас утаивать. Я вам расскажу всё, что знаю. Некоторое время назад я понял, что что-то не так с нашим необычным одногруппником, когда… За этими его словами последовал длительный рассказ Эйрона о Вииде: как он с ним познакомился и понял, что тот ведёт себя странно и о том, какие необычные, труднообъяснимые свершения Виида он видел. — Говоришь, он уничтожил целую банду культиваторов в городе? И за то время пока он сражался, ты не ощутил в нём и капли Ци? — поинтересовался слегка заинтригованный Байрон. — Да, старейшина, всё так и было. Я лично увидел, как он их убивал, и Ци в его теле я не почувствовал. И при этом у бандитов, несмотря на их значительную по меркам города культивацию, не было ни единого шанса хоть как-то ему противостоять. У Виида было настолько подавляющее преимущество, что их битва напоминала сражение сильного взрослого и беспомощных детей… Когда бандиты поняли, что Виид им совершенно не по зубам, они даже попытались сбежать, но это им не удалось. Их мольбы о пощаде также не возымели никакого эффекта, Виид не пощадил никого. — Хм, любопытные вещи ты говоришь. Как выросший в семье культиваторов, ты должен иметь довольно чёткое представление о том, на что способны практикующие на различных ступенях стадии Конденсации Ци. Используя это своё знание, как ты думаешь, насколько Виид был силён на тот момент? — Он показал боевой потенциал очень талантливого бойца на пятой ступени. Хотя при этом он не использовал ни единой техники, так что, вероятно, его сила была ещё выше. — Хорошо. Продолжай. Ещё несколько минут Эйрон продолжал говорить о Вииде, а когда он рассказал о нём всё, что знает, Эйрон поведал старейшине о залежах Грязного Железа, обнаруженных рядом с деревней, а также об известных ему планах и свершениях его семьи. Не забыл он рассказать и о своей роли во всем случившемся, правда, при этом Эйрон частенько бросал многозначительные взгляды в сторону сидящего рядом и слушающего их беседу Ранда. А завершил своё повествование Эйрон тем, что объяснил старейшине, не посмев что-то утаить, как и почему он планировал избавиться не только от Виида, но и от Ранда. После того, как Эйрон закончил говорить, Байрон задал несколько коротких уточняющих вопросов, и, узнав всё, что ему было интересно, он спокойным голосом произнёс: — Пытаться убить моего ученика и надеяться после этого остаться в живых… Храбрости или глупости тебе действительно не занимать. — Старейшина Байрон, я лишь прошу… — воспользовавшись паузой в речи Байрона, Эйрон опустился на колени и, преклонив голову, начал практически умолять, но на слове «прошу» он вдруг остановился, захрипел и схватился за горло. Одновременно с этим из его глаз и ушей пошла кровь. Байрон, как будто этого не замечая, безмятежно продолжил: — Ты же понимаешь, что за свои проступки заслуживаешь смерти, верно? И не только ты, но и твоя семья. Вы сейчас находитесь в очень невыгодном положении. И что вам придётся много чем пожертвовать, чтобы выйти из этой ситуации в целости и сохранности? — как только прозвучал этот вопрос, Эйрон, к этому моменту уже почти задохнувшийся, почувствовал, что невидимая удавка на шее пропала. — Кха, кха. Да, старейшина, я осознаю, что мы допустили непростительные ошибки, и что мы должны принять любое наказание, которые вы сочтёте подходящим. Наши жизни в ваших руках. — Хорошо, я рад, что в тебе всё-таки есть искра разума. Надеюсь, что в этом плане глава твоей семьи меня также не разочарует. А сейчас слушай меня как можно внимательнее. Вот как мы разрешим всю эту сложившуюся ситуацию. Начнём с твоей семьи: Я помогу твоему роду избежать наказания со стороны секты и империи. Даже более того я не буду препятствовать тому, чтобы твоя семья разрабатывала месторождение на земле недавно почившей из-за чудовищного нападения зверей деревни Ирбис. Но взамен вам, конечно, придётся кое-чем пожертвовать. А именно… вы будете отдавать лично мне девять десятых всех доходов от разработки месторождения Грязного Железа. Весьма честная сделка, правда ведь, маленький Эйрон? — Старейшина, я с вами абсолютно согласен… но я не могу единолично принять решение по настолько важному вопросу. Моё положение в семье, конечно, довольно высоко, но такое решение может принять лишь глава семьи и никто другой. — О, я это прекрасно понимаю, поэтому ты выступишь только в роли моего посланника. Ты вернёшься к себе в семью и перескажешь вашему главе мои слова, не упустив ни единой детали. Если он согласится, то пускай приходит ко мне на третий день, думаю, ему не составит труда узнать, где находится моя обитель. Там мы обсудим детали нашего будущего соглашения. Но если же ему хватит глупости отказаться… то скажи ему, что пусть он не надеется, что его семья всё ещё будет существовать на четвертый день. У тебя есть какие-то вопросы, юный послушник? — Нет, старейшина, у меня нет вопросов, я всё запомнил и передам все ваши слова главе моей семьи. — произнёс Эйрон, стараясь не показывать при этом ни одну из переполнявших его эмоций. — Очень хорошо. По поводу же тебя и твоей будущей судьбы, маленький Эйрон… Ты хотел погубить моего ученика, чтобы само по себе непростительно и заслуживает высшего наказания… Но тебе крайне повезло, ибо мне кажется, что от тебя всё же может быть польза, да и к тому же мой ученик просил за тебя, так что я дам тебе шанс остаться в живых и даже продолжить служить нашей секте. Но цена, как ты уже, я думаю, понимаешь, также будет достаточно велика. Вот каково моё предложение тебе: с этого момента ты должен будешь любой ценой оберегать Оберина от всех опасностей и следовать его указаниям, особенно во время вашей будущей экспедиции. Можно сказать, твоей задачей будет стать его тенью и щитом. Если что-то случится с Оберином… то с тобой случится тоже самое, только в десяток раз хуже, всё понятно? Эйрон, понимавший, что отказ будет равносилен смерти, ответил старейшине почти без промедления: — Да, старейшина, я со всем согласен. Я даю слово, что с этого момента я буду слушать и оберегать старшего Оберина, чего бы мне это не стоило. — Просто замечательно. Рад, что ты добровольно дал мне своё слово, но хочу тебя предупредить насчёт кое-чего. Не думай, что раз между членами секты запрещено заключать истинные договоры, то в будущем можно будет просто так безнаказанно нарушить слово, которое ты дал старейшине. В случае, если ты совершить что-то подобное, я тебя из-под земли достану. На этом и завершилась длительная беседа между старейшиной Байроном и послушником Эйроном, и дальнейшее путешествие до секты, которое благодаря впечатляющей скорости лодки вышло довольно коротким, прошло в полной тишине, нарушаемой лишь шумом проносящегося на большой скорости ветра, но и он был едва слышимым из-за окружающего летательный артефакт барьера. На пороге секты, недалеко от входных врат, Байрон высадил Эйрона, после чего довёз Ранда до его дома послушника. Но перед тем, как высадить и его, Байрон сказал своему ученику: — Возвращайся к себе и немедленно приступай к культивации. Тебе нужно как можно быстрее достичь пятой ступени конденсации Ци, но не смей пытаться прорваться до шестой. Сосредоточься на культивации и пока не отвлекайся на тренировку каких-либо техник или на чего-либо ещё. И да, пока не выполнишь это требование, не смей сделать и шага без моего разрешения за пределы своего домика. Даже на занятия не нужно ходить, вопросы с дьяконом я улажу. Тебе всё понятно? — Да, мастер. — ответил Ранд, с лица которого за всё время полёта не сходил задумчивый вид. Услышав положительный ответ ученика, Байрон достал небольшой мешочек из пространственного кольца, после чего добавил: — Вот, возьми, тут двести камней духа и несколько пилюль, они помогут тебе быстрее продвинуться в культивации. Также, пока будешь медитировать, можешь заодно подумать над тем, где именно ты во время своей авантюры допустил ошибки, и что ты можешь извлечь из своих решений. При следующей нашей встрече сообщишь мне о том, что надумал. Всё, теперь можешь ступать. — Я вам крайне благодарен, мастер. Я вас не разочарую и достигну пятой ступени как можно быстрее. Байрон взмахнул рукой, и Ранда перенесло с лодки к его небольшому домику. Вернувшись домой, Ранд почти сразу, ни на что особо не отвлекаясь, сел в позу лотоса и приступил к культивации. ---------- Глава 61 Невозможно отказаться от мастера Глава 61. Невозможно отказаться от мастера. Оставшись в одиночестве и в относительной безопасности в своём крошечным домике, Ранд первым делом начал снимать с себя «одежду». Вначале он стянул с руки браслет, после чего наступила очередь тяжелого пластинчатого доспеха, который он носил без перерыва уже больше суток, а закончил раздевание юноша тем, что скинул с себя магическую робу. Затем Ранд, оставшийся в одном исподнем, сложил все свои вещи в пространственное кольцо, не забыв при этом ещё и бегло осмотреть содержимое мешочка, который ему вручил Байрон. Внутри него оказались, то, о чём старик и говорил, две сотни камней духа, а также шесть пилюль Истинной Крови, каждая из которых могла похвастаться высоким качеством, а значит и множеством потраченных на их создание жизней. Как только Ранд закончил складывать вещи, то на него тут же навалилась появившаяся как будто из ниоткуда усталость, видимо, дремавшая всё это время внутри юноши. И у бывшего принца появилось страстное желание просто лечь, отдохнуть, отбросить любые мысли в сторону и, возможно, даже поспать пару часов. Ранд сразу же невольно начал сам себя убеждать в том, что последние дни выдались по-настоящему выматывающими, как физически, так и ментально, и что даже сын императора всё-таки не был создан из железа, что его культивация была недостаточно велика, чтобы совсем не обращать внимание на усталость, и что он заслужил небольшую «передышку». Но бывший принц усилием воли на время поборол желание прилечь-отдохнуть. И совершил он это «вредоносное по отношению к себе усилие» по одной единственной причине, заключавшейся в том, что ему было критически важно обдумать всё произошедшее с момента встречи и разговора с Байроном. Откладывать это на потом было совершенно невозможно. Мысли об этом его не отпускали ещё во время их полёта на лодке, но там было недостаточно времени для подобного, да и обстановка была не слишком подходящая для «глубоко размышления». Но всё-таки усталость «напирала», и чтобы хоть немного отодвинуть эту «могучую силу», мешающую мыслительному процессу, Ранд решил начать культивировать. Активно протекающая по телу во время медитации энергия Ци неплохо справлялась с тем, чтобы взбодрить изнурённый организм. Хотя, конечно, на стадии Конденсации Ци медитация не могла полностью восполнить потраченные силы и не являлась полноценным заменителем хорошего сна. Как и множество раз до этого Ранд начал культивацию с того, что разложил круг на полу из нескольких десятков камней духа, чтобы повысить концентрацию Ци в воздухе, затем он сел в позе лотоса по центру образовавшегося круга, после чего он достал артефактный нож, не так давно подаренный ему Байроном. Влив немного Ци в нож, он нанёс себе несколько десятков неглубоких порезов. Благодаря артефактному ножу у него не возникло почти никаких трудностей в преодолении пассивной защиты, даруемой первым уровнем техники Бронзового Тела. Но всё это были лишь приготовления к основному действию, и как только Ранд закончил с ними, он тут же приступил непосредственно к медитации согласно методу культивации Мифической Крови. Вдох. Выдох. Вдох. Выдох. С каждым вдохом-выдохом кровь в теле Ранда текла всё быстрее и быстрее. И очень скоро окружающая Ци начала поступать в тело, и как обычно большая часть энергии шла путём наименьшего сопротивления сквозь порезы, попутно непроизвольно расширяя их и тем самым принося с собой значительное мучение. Но Ранд, разумеется, эту «незначительную» боль даже не заметил. Ускорившись до своего нынешнего максимума, кровь юноши забурлила, после чего Ци в окружающем пространстве вокруг Ранда стала образовывать небольшие, даже можно сказать, едва заметные, но с каждой секундой увеличивающиеся в размерах вихревые потоки, стремящиеся в тело Ранда. Пройдя сквозь «кипящую» кровь, энергия Ци стремилась попасть в его духовные каналы-меридианы, и, достигнув их, она растекалась по ним, в конечном итоге попадая в постепенно растущий дантянь, центр силы Ранда. Именно на данном этапе, во время попадания первых потоков Ци в дантянь, обволакивающая его усталость начала понемногу отступать, и Ранд смог облегченно вздохнуть и начать «здраво мыслить». И по правилам на этом моменте было положено отбрасывать любые посторонние размышления и сосредотачивать все мыслительные процессы на ощущение и контроле поглощения энергии Ци, ибо это не только даёт возможность увеличить эффективность медитации, но и позволяет значительно уменьшить шанс возникновения каких-либо проблем отклонений во время культивации. Но Ранд не боялся «потерять контроль над поглощаемой энергией», так как он был достаточно опытен для того, чтобы «подсознательно управлять поглощением» и об этом совершенно не задумываться. К тому же его Тело Чистого Лотоса неизмеримо понижало шансы возникновения долгосрочных вредоносных отклонений в течение культивации. Об повышенной эффективности медитации он также не сильно беспокоился, потому что сейчас он по-настоящему хотел только одного — спокойно подумать: 'Если я правильно оценил реакцию и поведение Байрона во время и после нашего разговора, то, кажется, моя история-обманка оказалась слишком недоработанной. Она получилась недостаточно хороша, чтобы суметь полностью рассеять подозрения Байрона на мой счёт. Что крайне прискорбно… Но да, я с самого начала знал, что такой вариант был возможен, всё-таки старик довольно умён, да и у меня к тому же не было ни времени, ни достаточного количества данных для полноценной подготовки фундамента «правдивой» истории. Единственное, что спасло мой рассказ от полного разоблачения, так это частички правды, вплетенные в него, и также личина Оберина, сумевшая обмануть чувства культиватора на пике стадии Формирования Ядра. И, почему-то мне кажется, что основная проблема, из-за которой Байрон и стал сомневаться в сказанном мной, заключалась в моих ответах, связанных напрямую или косвенно с этим ничтожеством, торговцем Зарком. И засомневавшись в этих моих ответах, он, вероятно, «потерял уверенность» во всём моём рассказе… Я буквально чувствовал, хоть Байрон и старался его скрыть, переполненный сомнением взгляд старика, когда я говорил о мальчишке. Из этого можно сделать закономерный вывод, с учётом того, что старикан не мог почувствовать ложь в моих словах, — что у Байрона имеется более-менее твердое доказательство того, что моя связь с Зарком не ограничивается двумя посещениями его лавки и короткой беседой. Но откуда у него могут быть эти данные? И как он мог получить за столь короткий срок? Видимо, что-то я не предусмотрел… Но где случился просчёт? В нашей третьей встрече в таверне? Нет, знай старикан о ней, то его реакция сильно бы отличалась от той, что он мне показал. Тогда… Выдать меня мог только один единственный человек… Неужели, этот мелкий ублюдок сумел где-то и как-то оставить предсмертное послание, которое потом попало в руки Байрона? Но как? Я же специально для этого оставил с ним Айну, да и сам периодически его проверял… Но да, Айну хоть и не так легко, но можно обмануть, ведь её разум ограничен уровнем пятилетнего ребёнка. Выходит, пока он был вместе с Айной в лавке, или даже когда после этого шёл по улицам, Зарк сумел как-то оставить вредоносное послание, пока я не смотрел. Он, конечно, на тот момент знал не так много, но всё же этого достаточно, чтобы…' На этих мыслях Ранд тяжело задышал, тем самым безотчётно прервав дыхательную технику, прописанную в методе культивации Мифической Крови. И энергия Ци в его теле тут же начала выходить из-под контроля. И как следствие потери контроля почти всё тело Ранда начало биться в судорогах, а из его глаз, рта и ушей начала течь кровь. Ещё немного и последствия его импульсивности могли стать довольно неприятными. Но Ранд сумел вовремя взять эмоции под контроль, вновь начав дышать согласно дыхательной технике и отделавшись только незначительными телесными повреждениями. После чего он, успокоившись, вновь вернулся к размышлениям: 'Чем больше я об этом думаю, тем более вероятной мне кажется эта теория с посланием Зарка, я просто не вижу других вариантов, при которых старикан мог обо всём так быстро узнать. Мелкий ублюдок сумел насолить перед смертью. Жаль, конечно, что в секте призывать Айну, чтобы всё прояснить. Сейчас это делать слишком опасно, но нужно будет потом уточнить у неё пару деталей происшествия, чтобы в будущем избежать подобного. Но, да, конечно, сейчас уже не так принципиально знать, как подобное могло произойти. На данный момент намного важнее осознать и обдумать появившееся из-за этого две проблемы, связанных между собой: Первая: Байрон теперь мне полностью не доверяет и, пока он не получит конкретных доказательств моей «непричастности», вряд ли будет в будущем. И вернуть его доверие будет совсем нелегко… Вторая: по какой-то неизвестной причине Байрон не желает «разрушать со мной все мосты». Он даже не захотел как-то дополнительно меня проверить, например сводить к кому-то из магистров на стадии Зарождения Души, чтобы он/она меня осмотрел/а/ Вместо этого он несмотря на то, что перестал мне полностью доверять, продолжает беспокоиться обо мне (вероятно, притворно) и даже пытается читать мне нравоучения из-за моей «авантюры». А после всего этого он ещё в конце и выдал мне дополнительные ресурсы для культивации. И, если к этой информации добавить, что Байрон совсем не добренький старичок… Такое необычное поведение может означать только одно: то, что ему настолько нужен ученик, или вернее я, что он готов по крайне мере на время поступиться своими опасениями и сомнениями. Дело тут только в экспедиции в Малый Мир, из-за которой верхушка секты, которая, наверняка, потребовала бережно относиться к талантам нынешнего набора? Или тут скрыто что-то ещё и у Байрона есть свои личные причины для того, чтобы «беречь отношения со своим единственным учеником? Сложно сделать какой-то вывод из этого…». «С учётом всего этого продолжать быть учеником старика может быть чрезвычайно проблематично и будет сопряжено со множеством рисков. Но отказаться от мастера, не покинув секту, — невозможно. Разве что только, если бы мастер „покинул этот мир“ раньше срока… Но избавиться от кого-то уровня Байрона мне пока что не под силу, а надеяться на его скорую смерть — глупо. Хоть он и стар, но я уверен, что он ещё точно прожить лет десять-пятнадцать, а если найдёт подходящие травы и пилюли, то ещё больше. А это значит, что выбора, у меня, кажется, пока что нет. Придётся побыть его учеником как минимум до достижения стадии Создания Основания. Это должно стать моим приоритетом…». «Жаль, конечно, что у меня нет совершенно никаких источников информации, иначе разузнать причину такого отношения Байрона было бы намного проще. Но опять с моей нынешней культивацией такие источники почти невозможно заполучить…». «Единственный значительный плюс, который я получил от разговора с Байроном, так это, что за тем монстром пошлют кого-то более серьёзного…». В таком ключе Ранд из рода Тёмной Луны раздумывал ещё несколько часов. Он продумывал различные стратегии поведения, как он будет общаться с Байроном, что делать с Эйроном и многое, многое другое. И закончились его размышления лишь тогда, когда он вплотную приблизился к достижению третьей ступени Конденсации Ци. И для этого ему даже не потребовалось использовать ни одной пилюли. Но прорываться на следующую ступень в таком состоянии Ранд не захотел, поэтому глубокой ночью он прервал культивация и тут же, даже не дойдя до кровати, упал на пол и провалился в глубокий сон. ---------- Глава 62 Зашел без разрешения Глава 62. Зашёл без разрешения. Прямо перед его глазами убивали человека, которого он ненавидел… Но одновременно с этим он также сильно его уважал и даже, можно сказать, по-своему любил… И сейчас, в этот критический момент, положительные чувства с легкостью одолели копившуюся в нём с детства ненависть и дали родиться желанию спасти его любой ценой. Но он был слишком слаб, он ничего не мог сделать, чтобы его спасти. Единственное, что ему оставалось, так это просто смотреть, как обезглавливают этого дорого ему человека и потом отвернуться, и трусливо сбежать… — Отец! — выкрикнув это слово, тяжело дышащий, как будто бы после длительного бега, Ранд вскочил с окровавленного после его вчерашней практики пола. Но осмотревшись и осознав, где он находится, Ранд почти мгновенно успокоился и «привёл» своё дыхание в порядок. «Опять этот сон, он никак не хочет меня отпустить… Как же я ненавижу спать». Окончательно проснувшись и отбросив остатки мучавшего его сна, Ранд посмотрел в окно и увидел там поднимающееся из-за горизонта солнце. И это заставило его брови слегка приподняться от удивления, в котором, правда, также чувствовались нотки печали: 'Уже первый дневной час, а это значит, что проспал я больше трёх часов. Наставник Ларк был бы по-настоящему шокирован. Все его тренировки по уменьшению длительности моего сна практически пошли прахом… Хотя он мёртв, и уже ничего не может мне сказать. Да и все, кто был мне дорог, уже покинули мир живых… Как же мне всё это надоело. Вначале этот бесполезный сон об отце, а затем эти непонятно откуда появившиеся мысли о давно почившем наставнике… Хватит об этом подумать, как бы я того не желал, уже ничего нельзя изменить. Пора возвращаться в настоящее, лишь оно сейчас действительно важно'. Всё ещё пребывая в плохом настроение духа, Ранд встал и умыл лицо, чтобы освежиться и отбросить посторонние, мешающие ему мысли, которые часто посещают его после снов. После омовения Ранд собирался продолжить культивировать, но, прежде чем вернуться к медитации, ему нужно было восполнить «потери тела». Культивация при помощи метода Мифической Крови довольно сильно изматывает человеческий организм, и как следствие практикующему этот метод требуется довольно часто и плотно питаться, чтобы восполнить потерянные силы. Если питанием пытаться пренебречь, то последствия для культиватора будут совсем не радужными: они могут варьироваться от ослабления и потери сил, и вплоть до смерти. И проблема заключалась в том, что запасов еды у Ранда в кольце осталось совсем немного, хватит буквально на день, если питаться согласно всем нормам, или на два дня, если начать экономить. Проблема бы легко решилась, если бы ему позволили выходить из дома и покупать себе еду… Но Байрон чётко и ясно ему сказал не покидать дом до достижения пятой ступени стадии Конденсации Ци. «За два дня у меня ни за что не получиться подняться со второй ступени до пятой. Но не думаю, что Байрон мог упустить такую важную деталь». И неожиданно буквально спустя пару десятков секунд после того, как бывшему принцу пришла в голову эта мысль, в его дверь кто-то постучал. Ранд, уже примерно догадывающийся о том, кого он там встретит, пошёл открывать дверь. — Господин Оберин, верно? — поинтересовался стоящий за дверью статный слегка седеющий мужчина. Роба на нём была похожа на ту, что носят послушники секты Огненного Дракона, её отличие было только в том, что красный цвет этого одеяния было гораздо более блеклым. Но не это первым делом бросилось в глаза Ранду. А то, что культивация мужчины была на девятой ступени стадии Конденсации Ци, в шаге от Создания Основания, и при всём при этом его шею украшал рабский ошейник-артефакт, поблёскивающий синеватым цветом. — Так и есть. — подтвердил Ранд и сразу же задал вопрос в ответ: — А ты, если я правильно понимаю, послушник, не сумевший перейти на стадию Создания Основания до достижения пятидесяти лет? — Верно, господин, я бывший послушник, не оправдавший доверия и вложенных в меня ресурсов секты. Теперь я всего лишь обычный слуга, да и к тому же нарушивший правила, за что и заслужил ношение этого «контролирующего» ошейника на шее. Но давайте не будем обо мне. К вам я прибыл для того, чтобы согласно распоряжению старейшины Байрона доставить вам еду. — закончив говорить, мужчина влил небольшой поток Ци в свой браслет, и у него в руках появилась небольшая корзинка, которая была заполнена доверху различными съестными припасами. Передав корзинку Ранду, мужчина добавил: — В ближайшие два месяца я буду вас посещать и приносить такие корзинки каждые два дня. Если у вас нет ко мне каких-либо вопросов, прошу позволить мне отклоняться, господин Оберин. Ранд в ответ махнул рукой, тем самым позволяя ему уйти, после чего мужчина поклонился, а затем развернулся и побежал. Во время бега за его спиной раскрылись небольшие артефактные крылья, при помощи которых он поднялся в воздух и полетел. А Ранд тем временем закрыл входную дверь и начал осматривать переданные ему продукты. 'Жаренное мясо какой-то птицы, ступившей на путь культивации, варёный духовный рис неплохо качества и, кажется, вино из молодого Огненного Винограда. И всё в довольно больших объёмах. Хм, вся эта еда прямо-таки светится от таящегося внутри неё Ци, и если всё это съесть, то эффект на культивацию будет не хуже, чем от пилюли Накопления Ци. Хотя да, стоит такая корзинка еды, наверное, не меньше, а скорее даже больше пилюли такого типа. Видимо, старик Байрону действительно нужно, чтобы я как можно быстрее продвинулся в культивации'. Ранд вновь взглянул на то, что ему принесли, и ему в голову невольно пришли слегка повеселившие его мысли: 'Неизвестный пришёл и принёс мне еды. Ещё не так давно, я бы сразу подумал, что меня опять пытаются отравить… Хорошо, что мне теперь не нужно так сильно беспокоиться о подобном, ведь, тому же Байрону нет нужды прибегать к чему-то подобному, а больше серьёзных противников способных на такое у меня пока и нет. Но всё же надо будет получше подготовиться к чему-то такому в будущем, ибо сейчас в случае отравления я могу только попытаться сбежать в убежище при помощи Небесного Сокровища и понадеяться, что лучшие противоядия-панацеи в старом кольце меня спасут. Ладно, хватит об этом думать, пора уже приступать к делу'. Утолив голод дорогостоящей едой, Ранд, чьё тело теперь почти «пылало» Ци, тут же вернулся в культивации. Он вновь нанёс себе раны, ибо вчерашние уже затянулись и сел в круг из камней духа. И уже через десяток минут Ранд без каких-либо усилий с его стороны прорывался на следующую ступень. Ощутив существенно увеличившийся в размерах даньтянь и разливающуюся по телу новоприобретённую силу, Ранд припомнил то, что ему когда-то говорили: «Переход с второй на третью ступень никогда не был большой сложностью, но вот переход с третьей на четвертую ступень сложнее и займёт намного больше времени. Этот переход даже называют первым барьером на пути культиватора, и для людей с небольшим талантом он может быть даже непреодолимым. По крайней мере мне так когда-то говорили наставники. Но я же, если я правильно помню, детстве совсем не ощутил никакого 'барьера», можно сказать, переступил его и не заметил. Но да, прирост в силе на четвёртой ступени был более значительным, чем при переходах на всех ступенях до этого, это я помню. А при использовании метода культивации Мифической Крови прирост будет ещё более существенным, ведь с четвёртой ступени можно будет начать практиковать второй уровень метода, который позволит применить «особенность кипения крови» (её ещё называют малая техника кипения крови), на время увеличивающий все основные параметры тела. Но, чтобы заполучить эту «особенность», нужно будет ещё поработать'. После достижения новой вершины, Ранд не прекратил культивировать, чтобы порадоваться своему успеху, как это делают многие. Для Ранда это была всего лишь маленькая ступенька на его пути к бессмертию, не заслуживающая особого внимания, и не более. После прорыва в его теле всё ещё циркулировало некоторое количество Ци, оставшейся после еды. Но Ранду этого количества показалось недостаточно, его Тело Чистого Лотоса могло принять в себя намного больше, поэтому чтобы увеличить количество поглощаемой энергии, он достал одну из пилюль Истинной Крови, которые ему дал Байрон и тут же её проглотил. Не так давно он использовал точно такую же пилюлю для того, чтобы встать на путь культивации, и в тот раз это было настолько болезненно, что Ранду казалось, что его прямо-таки разрывало изнутри от бушующей внутри пилюли энергии, и лишь его дар позволил ему остаться в живых. А вот для человека, не имеющего достаточной культивации и не обладающего Телом Чистого Лотоса или похожим даром, поглощение такой пилюли было бы смертельно. Но сейчас, достигнув третьей ступени стадии Конденсации Ци, всё кардинально изменилось, теперь Ранд мог без проблем взять под контроль бурный поток энергии Ци, появившийся из пилюли, и при этом не почувствовать и капли боли. В последующие пятнадцать минут Ранд методично преобразовал энергию из внешних источников в свою собственную, и он планировал культивировать ещё довольно долго, но вдруг в его дверь вновь постучали, тем самым вырвав его из медитативное состояния. Это его слегка рассердило, ведь из-за того, что Ранд был вынужден из медитации в такой момент, он тут же потерял часть энергии пилюли, и с каждой секундой «промедления» он терял всё больше. — Открывай немедленно, к тебе пришёл почтенный гость, из секты Небесного Меча. — приказным тоном раздался из-за двери мальчишеский голос, приправленный немалой долей высокомерия. Услышав в собственном доме подобный «приказ» из уст какого-то неизвестного плебея из секты Небесного Меча, Ранд, чьё настроение и так сегодня было довольно плохим, уже по-настоящему разгневался. Но свои эмоции Ранд умел держать под контролем, поэтому вместо того, чтобы сразу вспыльчиво что-то ответить, он сперва хладнокровно оценил происходящее: «Гость из секты Небесного Меча? Любопытно. Судя по юному голосу и по тому, что я лишь слегка ощущаю потоки Ци за дверью, он всего лишь послушник где-то на четвёртой ступени. К тому же он с большой долей вероятности кто-то 'незначительный», раз он назвал только имя секты, но при этом не захотел упоминать своё собственное… И зачем кому-то такому приходить ко мне? Почему-то мне кажется, что это как-то связано с тем кораблём, летевшим в сторону секты, и экспедицией в Малый Мир… Других причин подобного особого внимания ко мне со стороны кого-то из «далекой» великой секты я не вижу. Всё становится интереснее и интереснее. Но пока всё это лишь догадки, нужно будет всё проверить. И для этого можно будет использовать этого наглого мальчишку, и заодно также можно будет научить его уважать тех, кто стоит намного выше его. Хм, для начала проверим, достаточно ли он туп, чтобы попасться в простейшую ловушку'. Эти, казалось бы, длительные размышления пролетели сквозь голову Ранда за мгновение ока, после чего он ответил своему «посетителю»: — Пшёл прочь, никчёмный гость, и не возвращайся, пока не научишься разговаривать так, как положено. — Да что ты себе позволяешь, Оберин из секты Огненного Дракона? Кем ты себя возомнил? Если хватит храбрости, то выйди и повтори мне это в лицо. — С таким безымянным ничтожеством как ты я даже разговаривать не желаю. Исчезни, пока у тебя ещё есть шанс. Видимо, подобным образом с этим юношей из секты Небесного Меча никогда в его жизни не разговаривали. Лицо его раскраснелось от гнева, а руки начали дрожать. И он, уже ни о чём не думая, яростно толкнул разделявшую их дверь, которая «каким-то чудом» оказалась не заперта. Следом за этим он всё также бездумно ворвался внутрь дома и увидел высокого, статного хозяина жилища, тело которого было покрыто множеством обагренных кровью ран. И этот хозяин сказал таланту из секты Небесного Меча то, чего он точно не ожидал: — Очень хорошо, ты проник в мою обитель без моего разрешения, тем самым нарушив один из важнейших имперских законов. И теперь я имею право сделать с тобой всё, что мне угодно. ---------- Глава 63 Мечник бесполезен без меча Глава 63. Мечник бесполезен без меча. Юный послушник из секты Небесного Меча, ворвавшийся в дом Ранда, был буквально поглощён гневом от такого унизительного обращения к нему: глаза его пылали огнём, а правая рука так и норовила схватить рукоять меча. Ему казалось, что в ту секунду он был подобен легендарному грозному Белому Тигру, жаждущему крови… Но его внешний вид был совсем не таким устрашающим, как ему того бы хотелось: был он довольном худым и относительно низкого роста, слегка ниже полутра метров, а его лицо ещё не покинули детские черты. В целом он ему трудно было дать больше двенадцати лет. И, как следствие, даже висевший за его спиной двуручный меч размером в две трети его роста выглядел на нём скорее «смешно», чем «пугающе». — Говоришь, что сделаешь со мной, всё, что тебе угодно? Просто смешно. А, я понял, ты думаешь, что если я услышу про какие-то там суровые имперские законы, то сразу испугаюсь что-либо сделать и просто уйду? Но ты ошибся, я уже давно не в том возрасте, чтобы бояться таких мелочей. И, скажу тебе так, Оберин — жалкая третья ступень, если ты сейчас же не извинишься передо мной на коленях, то я не посмотрю ни на имперские законы, ни на то, что я в гостях в вашей секте, а достану свой меч и научу тебя тому, как положено разговаривать с кем-то у кого выше культивация. Даю тебе три секунды на раздумье. Выслушав «пустую» речь своего оппонента, Ранд не стал ничего ему отвечать и тем более «извиняться на коленях», а вместо этого он резко сократил дистанцию, которая и так была совсем невелика, со своим незваным гостем. Послушник секты Небесного Меча сразу же, как только Ранд начал по направлению к нему двигаться, почувствовал неладное и попытался вытащить свой меч из ножен, но он всё равно не успел это сделать. Слишком небольшое пространство разделяло юношу и Ранда, да и к тому же его огромный меч, даже с учётом специалиально подогнанных под ношение на спине ножен, было крайне неудобно и время затратно доставать. Так что, прежде чем у юноши получилось вытащить меч хотя бы на треть лезвия, Ранд сумел перехватить его правую руку, держащуюся за эфес, и одновременно с этим он спокойным голосом сказал своему «гостю», который от недоумения от происходящего даже не стал как-либо «сопротивляться»: — Ты слишком медлителен и неуклюж, безымянное ничтожество. Как с такими навыками ты хотел меня чему-то там научить? От этих слов юноша тут же вышел из охватившего его на мгновенье ступора, и уже поистине взбешенный выкрикнул: — Да кем ты себя возомнил⁈ — и одновременно с этим он ударил по шее Ранда ребром свободной от захвата левой ладони, применив при этом ещё и какую-то технику, из-за которой края его ладони начал светиться серебристым светом, «излучающим остроту». И был этот свет настолько концентрированным, что, вероятно, если он смог бы коснуться Ранда, то его не смогло бы спасти даже Бронзовое Тело. Но Ранд, много раз за свою жизнь сражавшийся с практикующими из секты Небесного Меча, сумел предугадать, что его противник может выкинуть что-то подобное, поэтому ему удалось перехватить и эту руку, схватив её за запястье и не позволив ребру ладони коснуться его. Но даже успешно предсказав движение противника, успел он остановить атаку противника лишь в последнее мгновение, рука юноши остановилась буквально в паре сантиметров от его шеи. Юноша напряг все силы и попытался «продвинуть вперёд» всё ещё сияющую серебристым светом руку, но хватка Ранда была подобно железной, и он не смог сдвинуть руку и на миллиметр. — Кем я себя возомнил, спрашиваешь? — расслабленно поинтересовался Ранд, как будто не воспринимая эту «битву» серьёзно и продолжая без проблем удерживать обе руки противника, а затем, не ожидая ответа от юного мечника и подливая масло в «душевный огонь» противника, добавил: — Я Оберин, сильнейший в моём поколении секты Огненного Дракона, и я не позволю какому-то безымянному ничтожеству, вроде тебя, относиться ко мне без уважения. Пока Ранд говорил, Юноша не терял времени, а всё больше и больше вливал силы в руки, пытаясь вырвать их из хватки оппонента. Особенно он старался освободить правую руку, дабы наконец-то вытащить меч. Если бы у него получилось, то сражение приняло бы абсолютно другой поворот… Но, хоть его культивация и была выше на целую ступень, у него совершенно ничего не получалось, ибо его метод культивации совсем не специализировался на грубой физической силе, в то время как это была сильная сторона метода его противника. Попытаться вырваться при помощи ног также не представлялось возможным… Ранд же, ощутивший попытки освободиться от его захвата, продолжил над ним издеваться, дабы окончательно вывести его из себя: — И это всё, на что способна твоя могущественная, невероятная четвёртая ступень? Как же ты жалок, ничтожество. Правду говорят, что вы, мечники, совершенно беспомощны и бесполезны без своих железных палок. И, кажется, слова Ранда действительно попали в цель, ибо, услышав их, юный мечник буквально «взорвался» криком: — Это ещё не всё! Я не настолько слаб, я так просто не проиграю! — после чего он применил основную технику их секты: Ауру Меча. Из-за чего всё в радиусе двух метров от юноши начало покрываться мелкими порезами, как будто бы вокруг него летало множество невидимых обычному глазу клинков, разящих всё без разбора. Но, к сожалению, из-за того, что у него в руках не было меча, мощь техники сильно уменьшилась. Хотя даже в таком состояние Аура Меча была довольна опасна и могла бы доставить немало проблем, если бы Ранд не практиковал технику укрепления тела. Благодаря ей бывший принц от ударов этих невидимых клинков чувствовал лишь болезненные покалывания по всему телу и ничего более. Но Ранд решил не позволять своему противнику и дальше себя «щекотать», и наконец-то перешёл к собственной атаке. Вместо каких-то излишне сложных приёмов он нанёс простой удар головой по лицу мечника, тут же сломав ему нос, но на этом Ранд не остановился, а ударил головой в то же самое место ещё раз, и ещё, и ещё… И под градом этих крайне болезненных ударов юноша безостановочно орал: — АААА — он всё больше и больше переливал Ци из дантяня в духовные каналы, питающие технику Ауры Меча, но без оружия в руке… она всё равно оставалась слишком слаба, чтобы нанести Ранду что-то более серьёзное, чем кровоточащие царапины. Юноша старался освободить руки, но это было бесполезно, слишком велика была разница в физической силе. Пытался бить ногами, но этих ударов Ранд как будто не чувствовал… И, когда лицо молодого мечника окончательно превратилось в кровавую кашу, а остатки его носа практически «впали» внутрь черепа, он наконец-то прекратил кричать. Обычный человек от подобных ран скорее всего бы скончался, но культиватор, даже не специализирующийся на усиление тела, — существо гораздо более живучее. — Пстой, я ждаюсь… — каким-то образом смог прохрипеть под ударами своего противника юноша. Ранд на секунду остановил свой монотонный поток ударов, тем самым позволив продолжить ему говорить: — Я, Шень, прошу прощения за мои непочтительные к вам слова, старший. Прошу, отпустите меня, я к вам пришёл по делу… Но Ранд не дал ему договорить, перебив его на полуслове: — Нет, нет, так не пойдёт. Как ты там говорил? Просить прощения надо на коленях. Да, я тоже думаю, что так правильно. Так что вставай на колени и умоляй меня тебя простить. Я буду даже настолько любезен, что отпущу твои руки. Даю тебе три секунды на раздумье. Юноша пару секунд поколебался, но в конце концов кивнул, упал на колени и смиренно опустил голову. Ранд же в это время не стоял без дела, а достал из кольца браслет-артефакт и надел его на руку. — Прошу вас, старший Оберин из великой секты Огненного Дракона, простите меня за мои неуважительные слова и действия по отношению к вам, больше такое никогда не повторится, можете быть в этом уверены. — Хорошо, я верю тебе, младший Шень. — произнёс Ранд, — По правде говоря, я уже почти простил тебя, но, чтобы я окончательно забыл об этом недоразумении, мне нужно, чтобы ты ответил на несколько моих вопросов. Ты не против? На что юный мечник тут же замотал головой, попутно извиняясь: — Простите, старший, я не имею права что-то рассказывать, я всего лишь обычный послушник, вам лучше будет расспросить моего старшего Дзяня, я уверен согласится ответить на все ваши вопросы… Услышав слова отказа от всё ещё стоящего на коленях послушника, Ранд широко улыбнулся и сказал ему: — Жаль, очень жаль, но, к сожалению, тогда я никак не могу простить тебя. Видимо, придётся нам с тобой продолжить нашу предыдущую «беседу». — Постойте, мои старшие скоро будут здесь, они за меня… Но Ранд не стал его слушать, сейчас было неподходящее время для подобного. Гостя нужно было «подготовить» к предстоящему плодотворному разговору, во время которого он ответит на все его вопросы. И этим бывший принц и начал заниматься, приступив к избиению своего раненого, уже мало способного к сопротивлению незваного гостя, пытавшегося подняться с пола и хоть как-то защититься. И спустя сорок секунд, когда Ранд отобрал меч у юноши, на котором на тот момент уже не было ни одного живого места, и наступил ему на голову, с силой прижимая её к полу, их «вторая битва» подошла к концу. — Не…не надо больше, прошу вас, я сдаюсь… я отвечу на любые ваши вопросы, только… я физически не смогу рассказать вам о секретах моей секты, всё остальное я вам поведаю, только спросите… — О, вижу, всё-таки мои удары смогли даровать тебе немного разума, хорошо. Секреты твоего Небесного Меча мне и не нужны, я хочу лишь общую информацию. Но должен предупредить: если я пойму, что ты мне хоть в чём-то соврал, то мы вновь поссоримся, и тогда ты уже не отделаешь так легко, как сейчас. Ты меня понял? — Да, старший Оберин, я вас понял. — Для начала скажи мне, зачем ты пришёл ко мне? — Меня попросил, мой юный мастер привести тебя к нему, старший. Он хочет с тобой о чём-то побеседовать. — Интересно. И о чём же он хочет с тобой о чём-то побеседовать? — Прошу простить, я не знаю. Он мне ничего об этом не сказал. — Кажется, ты говоришь правду. Ладно, тогда скажи мне, с какой целью члены твоей секты прибыли на Огненную Гору? — … Я думал, вам об этом уже известно. Хорошо, это уже никакой не секрет. Мы прибыли сюда по приказу нашего сект-мастера, чтобы потребовать у секты Огненного Дракона разрешение войти в недавно обнаруженный и ничейный Малый Мир. И если мы первыми заполучим контроль над ядром, то весь Малый Мир будет наш. И это разрешение мы уже почти получили. — Почти? Сект-мастер пока ещё не дал согласия? — Верно, но наш магистр сказал, что его согласие — всего лишь вопрос времени. Ибо империя в этом деле на нашей стороне. И последствия от отказа будут крайне разрушительными. — Любопытно. Шень, а теперь расскажи мне о том… В последующие пять минут Ранд, всё также продолжая прижимать ногой голову Шеня к полу, расспрашивал его о различных вещах: о том сколько их, пришла ли вместе с ними секта Пяти Элементов и кто либо ещё, пошлёт ли император свой отряд в Малый Мир, и напоследок он спросил, кто их возглавляет: — Пока мы в вашей секте, нами руководит Магистр Го, а экспедицию в Малый Мир возглавит наш молодой мастер, сын сект-мастера, старший Дзянь. Как я уже и говорил, старший Дзянь просил меня проводить вас к нему для разговора, вы пойдёте? — Конечно, нет. Это он здесь гость, а не я. Если он так желает со мной побеседовать, то пусть сам приходит ко мне. Ладно, я узнал, всё, что хотел, и, увы, ты мне даже ни разу не соврал. Сделав на этом моменте паузу, Ранд пнул Шеня, да так сильно, что тот вылетел за порог дома. А затем кинул ему вдогонку его меч, так за всё время их конфронтации ни разу и не покинувший свои ножны больше чем на треть лезвия. — Теперь я разрешаю тебе убираться отсюда, уже не безымянное ничтожество Шень. Иди зализывай свои раны и не забудь рассказать своим, что во время нашей будущей совместной экспедиции вас всех постигнет такая же участь, как сейчас тебя. Даже твоего ненаглядного юного мастера, вероятно, такого же бесполезного мечника как ты, я, Оберин, как и положено сильнейшему в поколении, воткну в грязь. Приземлившись на землю, довольно тяжело раненный послушник Шень некоторое время просто лежал и молча слушал, что ему говорил Ранд, но как только тот заикнулся о том, что он «воткнёт юного мастера в грязь», молодой мечник тут же вскочил, подобрал валявшийся рядом меч, и с криком наконец-то обнажил его. — За оскорбление юного мастера я убью тебя, чего бы мне это не стоило! — его огромный клинок засиял ослепительным серебристым светом, но прежде, чем он успел направить меч на своего врага, появившийся как будто бы из ниоткуда огненный луч попал точно в руку, державшую его. Шень, не успевший даже понять, что произошло, непонимающе посмотрел на свою ладонь, которая превратилась в обугленное месиво, а затем на меч, отброшенный на десяток на метров, и в конце он обратил свой взор на Ранда, стоявшего около входной двери и направлявшего на него руку, на которой висел браслет-артефакт. — Ты угрожал убить меня, поэтому теперь так просто я тебя отпустить не могу… Хм, сегодня я, пожалуй, буду крайне добр, и позволю тебе уйти, всего лишь оставим здесь при этом своё пространственное кольцо. Но, если ты ещё раз поднимешь на меня свою палку, я тебя убью. И я не буду колебаться. ---------- Глава 64 Каина Холодное Сердце Глава 64. Каина Холодное Сердце. Несколько секунд обескураженный мечник Шень непонимающе слушал то, что ему говорил Ранд: уши его улавливали звучащую речь, но вот его мозг, казалось, просто отказывался хоть как-либо усваивать полученную «информацию». Вместо этого Шень продолжал бездумно переводить свой остекленевший взгляд с обугленной потерявшей всякую чувствительность руки, на которой теперь не хватало нескольких пальцев, на лежащий неподалёку меч и обратно. И лишь когда Ранд заговорил о том, что он убьёт его, стоит ему только ослушаться во взгляд и разум юноши вновь стали возвращаться «жизнь и осмысленность». Но вместе с «жизнью» к нему вернулось и то, чего он крайне хотел избежать. А именно бесчисленное множество накопившихся в нём негативных эмоций: стыд, гнев, чудовищная боль, исходящая от руки… Все они тут же начали терзать тело и душу юного мечника. Но все принесенные ими страдания блекли на фоне одного другого чувства, практически полностью затмившего его разум. И имя этому чувству — всепоглощающий страх, пришедший от понимания того, что человек перед ним действительно готов преждевременно завершить его ещё толком не начавшийся жизненный путь. И Шеню стало ещё страшнее, хотя он не думал, что такое возможно, когда он увидел «кровожадную» улыбку и «сверкающие» глаза на лице стоящего перед ним Ранда. Увидев их, юный мечник осознал, что его враг не просто готов его убить, а что… он жаждет этого, как человек в пустыне, долгое время не пивший воды. Он ждёт только малейшего повода… Из-за этого осознания его разум впал в настоящее смятение: «Он настоящий монстр! Я не хочу здесь умирать! Плевать на честь секты, юного мастера, плевать на всё! Нужно сделать всё, что он просит и бежать! Нельзя терять ни секунды!» Побороть свой страх молодому представителю секты Небесного Меча оказалось совершенно не под силу, поэтому он, трясясь, с трудом снял с левой руки кольцо и бросил его Ранду, с легкостью поймавшему его. Сразу же после этого Шень, не произнеся ни единого слова, со всей доступной его раненому телу скоростью побежал прочь, при этом даже не потрудившись подобрать валявшийся на земле его собственный меч, на котором была завязана вся его культивация. Улыбающийся Ранд некоторое время просто стоял в дверях дома и смотрел как убегает прочь его побежденный, сломленный противник. Но как только мальчишка скрылся из вида, он вернулся домой и начать размышлять над произошедшим и над тем, что ждёт его в ближайшем будущем: 'Слегка разочаровывающая битва, я ожидал от него несколько большего сопротивления, но в целом, можно сказать, всё прошло весьма недурно. Конечно, слегка жаль бессмысленно потраченную энергию пилюли Истинной Крови, но одно только кольцо, даже без учёта его содержимого, возместит её потерю с лихвой… И да, мне довольно сильно повезло, что мальчишка оказался достаточно глуп, чтобыподдаться на мои простенькие провокации, и что он был слишком высокого о себе мнения и низкого обо мне, чтобы вовремя отступить. Если бы он под конец не пригрозил «меня убить», то брать с него трофей мне бы было нежелательно. Хотя, конечно, это колечко всего лишь приятная дополнительная награда. А основное вознаграждение будет в виде повышения статуса… Ха, если так подумать, то я, можно сказать, даже оказал этому мальцу немалую услугу, преподав ему такой важный жизненный урок о том, что не стоит недооценивать противника. Если судит по его ответам на вопросы, то в целом мои догадки насчёт причин прибытия на Огненную Гору сторонних сект подтвердились. Секты Небесного Меча и Пяти Элементов действительно надавили на сект-мастера Эленделя, которому всё это явно не понравилось. Но сомневаюсь, что он сможет им отказать, как бы он того не желал, так что эти две секты уже почти гарантированно выбили себе места в будущей экспедиции в Малый Мир. Слегка удивляет только одно: то, что мой ублюдочный дядя не захотел послать в него кого-то из «своих». Не думаю, что у него могли возникнуть какие-либо трудности с этой задачей. Ведь, даже если ему не нужно дополнительное пространство и на выгоду, которую можно получить от его захвата, то как минимум стоило бы убедиться, послав туда собственный разведывательный отряд, в том, что внутри этого никем неизведанного Малого Мира не скрывается чего-то особо ценного, вроде забытого всеми Небесного Сокровища или техник Синего Ранга и выше. Уверен, что отец точно бы кого-нибудь туда послал, чтобы во всё удостовериться. И любой другой разумный человек поступил бы точно также. А если верить словам послушника Шеня, то имперского разведывательного отряда не будет. Но и дядя, и премьер-министр, который вероятнее всего занимался этим вопросом, стоит это признать, вполне себе умны и разумны, и не допустили такой бы оплошности. А это значит, что либо он крайне уверен, что секты будут с ним чрезвычайно честны о своих находках. Такое мне кажется довольно маловероятным. Либо же среди людей, который отправятся в Малый Мир будут шпионы полностью верные империи. И число подобных людей выше единицы, ибо на одного человека делать все ставки никак нельзя. И этот вариант кажется мне наиболее логичным. Хм, любопытные выводы получились, но, к сожалению, выяснить точно пока что не получится. Придёмся с этим подождать до нашей отправки. В Малом Мире, полагаю, у меня будет достаточно инструментов и свободы, что разобраться наверняка. Но это всё потом. Сейчас же мне остаётся только ждать… Для начала ещё одних гостей, которые, в этом я практически уверен, наблюдали за моим столкновением с мальчишкой от начала и до конца. Ведь, не могли же высшие эшелоны позволить бродить по секте без присмотра чужаку из Небесного Меча? Нет, такого я себе представить не могу. А это значит, что они всё видели, но при этом, хотя у них было для этого достаточно времени, решили не вмешиваться в нашу битву и позволили мне унизить моего соперника из посторонней секты, а, ведь, мои поступки можно было оценить как унижение всей секты Небесного Меча. Из их бездействия можно сделать вывод, что я был прав, и что «моим наблюдателям» чужое унижение пришлось по душе. И неудивительно, ведь, редко случается, что третья ступень с такой легкостью избивает четвёртую, ха. Благодаря этому наши старейшины и магистры смогут похвалиться, что обучение и техники в нашей секте «лучше», чем у их конкурентов. И теперь перед верхушкой секты Огненного Дракона стоит выбор: отдать на меня на суд/растерзание чужой секте, тем самым унизив себя и показав свою крайнюю слабость и неспособность защитить своих членов. Или же они защитят меня от возмездия Небесного Меча, показав свою силу, попутно с этим вознаградив меня за то, что я поднял статус секты. Как мне кажется, это и выбором-то трудно назвать, у них фактически его и нет. А с учётом того, что я избил противника по «правилам», то их решение становится ещё более очевидным. Если я, конечно, ничего не упустил, но это маловероятно. Думаю, посетители не заставят себя долго ждать. Мальчишке Шейну потребуется около десяти-пятнадцати минут, чтобы добраться до своих. Пять минут займет его рассказ о произошедшем остальным послушникам и его магистру. Значит, их магистр Го, который абсолютно точно не сможет оставить такое унизительное происшествие без личного внимания, будет здесь через пятнадцать-двадцать минут и попытается что-то со мной сделать… Но уверен, что кто-то из моей секты появится здесь раньше него. Вероятно, мне осталось ждать не больше пары минут'. И Ранд оказался совершенно прав, буквально через тридцать секунд после того, как он вернулся в собственное жилище, входная дверь вновь открылась и в помещение вошла или скорее влетела «новая фигура». И ей оказалась та, кого бывший принц меньше всего из верхушки хотел встретить: миниатюрная двадцатилетняя на вид девушка непостижимой красоты, с длинными белыми волосами и голубыми глазами, источающими неземной холод, будоражащий душу. Ранд уже встречал её в те времена, когда он ещё был принцем: звали её Каина, и была она практиком на стадии Зарождения Души, магистром секты Огненного Дракона, а также главой исполнителей наказаний секты. Её «тяжелый, скверный» нрав и любовь к насилию были известны далеко за пределами секты, за которые её недруги даже даровали ей «титул»: Каина Холодное Сердце. «Не повезло. Из всех возможных вариантов пришла ко мне именно она. Теперь, вероятно, о какой-либо вещественной награде придётся забыть. Но в остальном всё остаётся без изменений, всё-таки она не лишена рациональности и привязанности к секте, а значит она будет вынуждена поступать 'как положено». Лучше бы, конечно, это был бы кто-то другой, но придётся работать с тем, кто есть'. — Старшая, приветствую вас, позвольте узнать, как к вам… — Ранд, склонив голову в низком поклоне, попытался обратиться к магистру, но та ему этого не позволила, она подняла руку, и бывшего принца как будто бы схватили за горло невидимой рукой. Он потерял возможность что-либо сказать, и у него возникли трудности с дыханием, и очень вскоре он начал задыхаться. Но его посетитель на это не обратила никакого видимого внимания и просто начала говорить: — Когда мне поведали, что один из наших послушников решил избить до полусмерти гостя нашей секты, которому позволил остаться у нас лично сект-мастер, я не до конца поверила своим ушам. Разве может быть такой идиот членом нашей секты? Нет, такое невозможно, такие идиоты нам не нужны ни в каком виде, так что я уже начала подумывать над тем, как я буду тебя убивать, Оберин из деревни Лар, дабы смыть позор тупости с нашей секты. Но тебе повезло, я слегка изменила своё мнение, когда мой подчинённый рассказал мне датели произошедшего. Я поняла, что ты совсем не идиот, а скорее очень хитрый гадёныш, который попытался манипулировать силами за гранью твоего понимания. Во-первых, ты сообразил, что за мальчишкой-чужаком на землях секты будут следить. Во-вторых, ты, стоит отдать тебе должное, каким-то образом догадался о том, что высшим иерархам не нравится нынешнее положение дел и само присутствие посторонних на нашей земле. Что они будут крайне рады любой возможности поставить чужаков на место, как-либо унизить их. И что они могут даже вознаградить того, кто даровал бы им это «чувство превосходства». Но при этом ты понял, что нельзя нарушать никакие правила и законы, потому что это поставило бы репутацию секты под сомнение. Воспользовавшись этими знаниями, ты решил при помощи оскорбительного обращения спровоцировать того глупого мальчишку из Небесного Меча, дабы он, ворвавшись в твой дом без твоего на то позволения, нарушил сто четырнадцатый имперский закон об обителях культиваторов. Этим своим действием ты решил проблему «законности» последующих своих поступков. И затем, используя тот факт, что ты имеешь право защищать свою обитель от незваных вторженцев, ты напал на любителя железных палок. Ты сражался с ним на в выгодных для себя условиях, и, как следствие, даже с учётом более высокой культивации у мальчишки из Небесного Меча ты смог без каких-либо трудностей для себя победить его. Ты не забыл при этом ещё и унизить, а потом ещё обобрать его. Я ничего не упустила, послушник Оберин? Может, ты хочешь что-то добавить? Ранд, на тот момент уже упавший на пол и находящийся на грани потери сознания от нехватки воздуха, в эту секунду почувствовал, что хватка на горле значительно ослабла, и что он вновь мог почти свободно дышать и говорить. Но вместо того, чтобы сразу что-то ей сказать, он взял короткую паузу, чтобы отдышаться и подумать: 'Вот же старая тварь, как была гадиной, так и осталась. Решила показать свой авторитет подобным образом? Ты у меня ещё за это поплатишься, я этого не забуду. Ладно, сейчас надо успокоиться, нет времени на мысли об этом… С ней придётся быть предельно осторожным, иначе одна ошибка и она действительно может…'. Но долго думать ему не позволили: — О, вижу, хотя ты уже мог мне ответить, ты захотел отдышаться и поразмышлять. Но разве я тебе разрешила делать что-то подобное? — Кхе-кхе, нет, старшая, прошу прощения. Вы ничего не упусти… — начал говорить Ранд, понявший к чему она клонит, но тут он вновь почувствовал хватку на горле, мешающую дышать и говорить. В этот раз, правда, она длилась лишь пару секунд. — Думаешь, раз ты у нас умный послушник, то тебе позволено не слушаться приказов и решать что-то за магистров? Ты считаешь, что у тебя есть право строить планы, при которых ты сможешь тянуть нас, людей намного более могущественных, за ниточки, как жалких марионеток? — Кха-кха, прошу прощения, достопочтенный магистр. Я усвоил урок и такого больше никогда не повторится. — магистр Каина сделала движение рукой, и недавно поднявшегося Ранда вновь пригвоздило к полу. — Запомни, послушник, ты пока что никто и звать тебя никак. Стоит мне только посчитать, что ты относишься ко мне без должного уважения или ты мне просто не понравишься, и ты умрёшь в ту же секунду. И никто, даже твой мастер, и слова не скажет против. И извинения, и твои умные речи, и проработанные, хитрые планы тебя не спасут. Перед абсолютной силой любой ум, любые хитрости, любые сладкие речи — ничтожны и бессмысленны. В это раз тебе повезло, большинство высших членов секты и правда одобряют твои действия. Но, можешь быть уверен, так будет не всегда, так что лучше усвой урок сейчас и не допускай подобных ситуаций в будущем. По крайней мере не спросив разрешения у вышестоящих. Ничего не нужно мне отвечать, у нас на это уже нет времени, ибо скоро сюда придёт наш разгневанный гость. Тебе сейчас нужно запомнить лишь одну вещь: ни при каких условиях без моего личного разрешения не разевай свой рот. В следующую секунду Ранд вместе с магистром очутились за пределами дома. А спустя мгновение в десяти метрах перед ними появилась группа людей, возглавляемая мужчиной средних лет, одетого в белы робы и с мечом на спине. Ранд тут же узнал его как одного магистров секты Небесного Меча. Позади же него стояли его послушники, одним из которых был и израненный Шень. Мужчина гневно сверкнул глазами в сторону стоящего позади Оберина, после чего он обратился к находящейся перед ним «молодой девушке». — Каина, мне кажется, что секта Огненного Дракона задолжала нам объяснение, ты так не думаешь? Моего послушника избили, унизили и ограбили на территории вашей секты несмотря на то, что сам ваш сект-мастер предложил нам стать его гостями. — Го, разве это мы задолжали вам объяснение? А мне думается, что всё наоборот, и объяснение вы должны нам. Твой идиот-послушник нарушил законы гостеприимства и законы имперские, ворвавшись без разрешения в чужую обитель. Более того он, хвастаясь своей превосходящей культивацией, даже угрожал убить её владельца, так что послушник Оберин имел полное право защищаться и даже устранить нападавшего. Твоему послушнику вообще крайне повезло, что член нашей секты был достаточно добр, что он позволил нападающему уйти из своего живым. Хотя по всем правилам и законам он имел полное право его убить. Если тебе нужны доказательства, подтверждающие мои утверждения, то я могу тебе их предоставить. Но думаю, ты и без меня всё отлично знаешь. — Значит, вот как ты всё решила выставить, Каина… Ты прекрасно понимаешь, что всё началось с оскорбительной провокации со стороны члена твоей секты. Вина в первую очередь лежит на твоём послушнике Оберине. Более того хоть он и действительно по незнанию угрожал убить этого мелкого засранца, но сделал он это только лишь после того, как он услышал оскорбление по отношению к Небесному Мечу и сыну нашего патриарха. — То есть ты хочешь мне сказать, что твой послушник невиновен, потому что он — ничего не знающий глупец, к тому же ещё и легко поддающийся на словесные провокации? Не знала, что стандарты в вашей секте так опустились… Видимо, теперь у вас идиотизм уже считается причиной для гордости. — Каина, ты забываешься… — Нет, это ты забываешься, Го. Твой послушник оказался некомпетентным слабаком и глупцом. Он, практически достигший пятой ступени, проиграл Оберину, хотя тот лишь сегодня достиг третьей. Честно скажу тебе, если я была бы сейчас на твоём месте, Го, то я не стала бы приходить сюда, и выяснять отношения, и тем самым ещё больше позориться… А вместо этого просто бы избавилась от мусора, всё это вызвавшего, и вернулась бы к своим делам. ---------- Глава 65 Вознаграждение за унижение Глава 65. Вознаграждение за унижение. Чем дольше магистр Каина говорила, тем более язвительной и саркастичной становилось ей речь, и тем больше лицо магистра Го «темнело» и «искривлялось» в раздражённой гримасе. А под конец её выступления, когда она сообщила о том, что лучше было бы избавиться от слабака и глупца Шеня, чем приходить сюда и позориться…магистр из Небесного Меча тяжело задышал. Казалось, ещё чуть-чуть и он не выдержит, возьмётся за меч и попытается разрубить пополам человека, стоящего перед ним и извергающего подобные унизительные речи. — Каина, это уже переходит все границы! — вдруг от мечника, достигшего стадии Зарождения Души, стало исходить жуткое, чудовищное давление, но, продлившись менее секунды, оно тут же пропало, — Неплохая попытка, Каина, ты почти смогла вывести меня из себя своими гнусными и порочащими честь праведного культиватора речами. Но я слишком стар, чтобы так просто потерять самообладание и тем самым уподобиться моему глупому младшему. Давай теперь поговорим серьёзно. Для начала я согласен с тем, что Шень во всей этой ситуации был в большей степени не прав, чем твой послушник и, можешь быть в этом уверена, он понесёт за свои проступки наказание в дополнение к тому, что он уже получил. Но и твой послушник также был неправ и перешёл границы дозволенного, спровоцировав весь этот инцидент. Тебе не кажется, что и он заслуживает наказания? Я понимаю твоё желание вступиться за него, но если вы будете потворствовать подобному поведению ваших младших и защищать их после таких свершений, то в будущем это ни к чему хорошему не приведёт, и как минимум отношения с соседними сектами точно будут испорчены. А этого, как я думаю, вы ничуть не хотите. Так что я предлагаю решить вашу проблему в зародыше: пускай ваш Оберин официально извинится за оскорбление чести Небесного Меча и выдержит, не защищаясь, один несмертельный и не калечащий культивацию удар от младшего Шеня. Этим своим действиями он покажет всем остальным, что члену великой секты не подобает вести себя невежливо и непочтительно ради получения мимолётной выгоды. Ко всему этому я добавлю то, что если Оберин выполнит эти указания, то Небесный Меч забудет об этом происшествии раз и навсегда, и даже выплатит Огненному Дракону некоторую компенсацию за неподобающие поведение нашего послушника, Шеня. Но магистр Каина, не слишком впечатлённая подобной «идеей», покачала головой: — Нет, Огненный Дракон отказывается принимать подобное предложение. Наш послушник не сделал ничего такого, что потребовало бы от него официальных извинений. Он лишь защищал свою обитель от незаконного вторженца, который из-за нескольких не слишком приятных его уху слов не смог удержать себя под контролем. А насчёт того накажем ли мы или вознаградим Оберина за случившееся… это уже не имеет никакого отношения к Небесному Мечу, является внутренним делом нашей секты, и не будет сейчас никак обсуждаться. Прошу в наши внутренние дела не вмешиваться. Если на этом всё, то мне кажется, что вам стоит уже вернуться в покои, которые вам предоставил сект-мастер. — Каина, своим отказом ты ставишь меня в очень трудное положение… — начал выказывать своё недовольство магистр Го, но внезапно высокий статный юноша с длинными серебристыми бровями, выступил вперёд, встав сбоку от магистра Го, и вклинился в их беседу: — Почтенные магистры, прошу позвольте этому младшему Дзяню сыну Ченя сказать своё слово. Думаю, я смогу предложить вам решение, которое устроит обе стороны. Оба магистра весьма удивились этому неожиданному выступлению младшего, но если у магистра Го удивление было скорее «нейтральным», то вот у магистра Каины оно было более «негативным». Но они оба молча его выслушали и не стали прерывать, а когда он закончил говорить, магистр Го произнёс: — Конечно, младший Дзянь. Твой отец нахваливал тебя в последние недели за твой необычайный ум и прозорливость. Если у тебя имеется действительно хорошее предложение, то поделиться им с нами — отличная идея. Хоть это и не совсем как положено, но ты же не против дать слово младшему, да Каина? Думаю, он сможет нас приятно удивить. Но магистр Каина не захотела так просто соглашаться: — Против. Младший, тебе не кажется, что ты слишком много себе позволяешь, вмешиваясь в разговор старших без разрешения? Думаешь, что раз в тебе течёт кровь вашего патриарха, то ты имеешь право на подобное? Ты у нас всё-таки не сын императора. — Прошу прощения, магистр Каина, я знаю, что важность крови в сектах не так велика, и что моя несущественная культивация в обычных условиях не позволяет мне без позволения вмешиваться в важные разговоры столь значительных старших. Но в данном случае всё несколько иначе: я, как один из посланников, представляю сам Небесный Меч, и если мне позволит старший среди нас, магистр Го, а это он уже сделал, то я имею право говорить с кем угодно и вмешиваться в любые беседы. — Наглец, но правила знаешь хорошо. Добавлю только, что вмешиваться ты и правда имеешь право, но вот последствия тебе могут не понравиться. Можешь поведать нам о своей «идее». Если ты предложишь что-то интересное, то я позабуду о твоей наглости, но если же ты попусту потратишь моё время, то я тотчас заставлю тебя покинуть земли секты и сделаю всё, что в моих силах, чтобы убедить сект-мастера Эленделя не допустить тебя лично до экспедиции в Малый Мир. — Благодарю магистр Каина, но я уверен, моё предложение вас не только не разочарует, а наоборот очень даже заинтересует. Начну с того, что я согласен с тем, что Оберин был в своём праве, когда он избивал, унижал, и даже грабил моего младшего Шеня, который по своей неопытности поддался на его словесные провокации. Но хоть он и был в своём праве… то, что он сделал — всё равно было оскорблением чести Небесного Меча, и оставлять это безнаказанным я, как сын Небесного Меча, не желаю. Хотя при этом я понимаю причины, по которым Огненный Дракон хочет его защитить. Поэтому вот моё вам компромисс-предложение: я хочу в течении месяца сразиться с Оберином. И если я его одолею, то он должен будет встать на колени и умолять Шеня о прощении, а затем Оберин позволит моему младшему нанести один несмертельный и не калечащий культивацию удар. С этим ударом все наши разногласия подойдут к концу. Если же у него получится победить меня или даже просто свести нашу битву в ничью, продержавшись против меня пять минут, то секта, Шень и я лично принесём ему извинения, и секта Небесного Меча пошлёт в экспедицию в Малый Мир вместо десяти человек только пятерых. Хорошее же предложение, магистр Каина, вам так не кажется? Даже при наихудшем исходе секта Огненного Дракона абсолютно ничего не потеряет. А если же Оберину всё-таки удастся меня одолеть или всего лишь продержаться достаточное время, то шансы моей секты на захват Малого Мира значительно упадут. Можно будет даже сказать, что наши шансы станут несущественными, и вашим единственным настоящим противников останется лишь секта Пяти Элементов. Выслушав это предложение, магистр Каина приятно удивилась, ибо оно было в самом деле поистине выгодным для секты Огненного Дракона, но вот тоже самое нельзя было сказать о магистре Го, чьё удивление было далеко не таким радужным: — Младший Дзянь, прости, конечно, но даже ты не имеешь права принимать подобное решение. Ни при каких условиях нельзя ставить даже под малейшее сомнение выполнение поручение патриарха. Даже если это ради восстановления чести Небесного Меча, даже если ты очень уверен в победе, то этого всё равно недостаточно. Каина, мой младший сделал это предложение не от лица Небесного Меча, так что… — Прости, дядя Го, но я имею на это право. — сказал Дзянь, при этом доставая из пространственного кольца причудливого вида печать, переливающуюся серебристо-белым цветом. И увидев её, магистр Го неверующе воскликнул: — Не может такого быть, чтобы патриарх дал тебе свою личную печать, неужели он мелочь поставил… — Мой отец дал мне её на время нашего визита на крайний случай. И, насколько я помню, она даёт мне полное право принимать практические любые решение связанные с сектой, правильно ли я помню магистр Го? — подчеркнуто нейтральным голосом, как если бы он был обижен предыдущим пренебрежением «дяди», спросил послушник Дзянь. — Да, человек, носящий печать, является гласом патриарха, и говорит от его имени. Её невозможно украсть и взять без разрешения… Честно я не понимаю зачем старший Чень это сделал, ибо я считаю, что ты слишком молод для такой ответсвенности. Но, вероятно, у старшего были на то свои причины… но всё равно, прошу тебя, одумайся, младший Дзянь. Даже если ты полностью уверен победе, то всё равно не стоит ставить на кон что-то настолько важное. Нельзя им давать даже малейшего шанса нас так сильно ослабить… — Достаточно разговоров, магистр Го, не стоит показывать наши разногласия перед посторонними, да и я уже принял окончательное решение. Теперь же всё зависит от вас, магистр Каина. Согласитесь ли вы принять моё крайне щедрое предложение? Или же вы всё же сочтёте, что я попусту потратил ваше время? После последнего вопроса Дзяня где-то на тридцать-сорок секунд воцарилась тишина, во время которой магистр Каина и Ранд тайно кое-что обсуждали: — Не подавай внешнего виду, иначе старик Го поймёт. Сейчас мы общаемся или если точнее обмениваемся поверхностными мыслями при помощи одной секретной техники, которую я знаю. Нашу с тобой беседу он никак не почувствуют, но всё же лучше не подавать вида, что она вообще происходит, понял? Попробуй мне ответить. — Да, магистр, кажется, в этом нет ничего сложного. — как можно спокойнее, стараясь при этом не показать свою «шокированность» происходящим и свои «глубокие мысли», попытался мысленно ответить Ранд, тут же почувствовавший заметную головную боль от подобного общения. — Хорошо. Тогда что скажешь, послушник Оберин, тебе по нраву такое предложение Дзяня? Как думаешь, сможешь продержаться против него пять минут или даже одолеть его? Разрешаю тебе «говорить» свободно. — Более чем по нраву, магистр. Хоть я и подозреваю, что в нём имеется какая-то незаметная и вредоносная ловушка. Но условия больно уж хороши для нашей секты, поэтому, даже зная о её существовании и при этом не имея представления о её специфике, я всё равно согласен принять участие в этом поединке. Нет, наверное, я даже обязан это сделать ради будущего секты Огненного Дракона. Но между моими желаниями и возможностями пока что имеется пропасть: мы слишком разнимся в силах. Он сейчас уже на пятой ступени стадии Конденсации Ци, а я пока что только на третьей, и у него также было значительно больше возможностей, чтобы освоить различные техники. Будь у меня слегка больше времени, то я, вероятно, смог бы нагнать его, и у меня были бы неплохие шансы в поединке с ним. Конечно, если ему позволят и дальше развивать свою культивацию, то моё «слегка больше времени» может значительно вырасти в длине. — Забота о будущем секты и при этом трезвая оценка своих возможностей — весьма неплохо. По поводу же твоих опасений: Насчёт повышения его культивации я могу тебя успокоить, в ближайшие месяцы он будет заниматься исключительно освоением техник. Ведь, путешествие в неизведанное пространство может быть чрезвычайно полезным для практикующего и Дзянь не захочет упускать такой шанс, достигнув шестой ступени раньше времени, ради мелкой мести. Вернее, ему этого даже не дадут сделать, будь у него хоть десять печатей отца. Относительно же упомянутой тобой ловушки… кажется, я знаю в чём она кроется: видишь меч за его спиной? Если эта палка сможет испить хотя бы каплю твоей крови, то Дзянь в будущем сможет почувствовать твоё присутствие на довольно большом расстоянии и скрыться от него будет довольно сложно. Понимаешь, что из этого следует? Твои передвижения станут для него как открытая книга, и, когда ты окажешься без какой-либо защиты старших и в одиночестве, он найдёт тебя и попытается убить. Хотя, конечно, возможно, что он замышляет что-то ещё… Тебе всё ещё его предложение нравится? — Всё ещё нравится, магистр Каина, и я не изменю своего решения. — Хорошо, похвальная решительность. Он просит провести поединок в течение месяца, как раз по той причине, что он не хочет давать тебе слишком много времени. А это значит, что на подготовку у тебя будет не больше тридцати дней. Как думаешь, этого времени тебе хватит, чтобы сократить пропасть между вами до подходящего уровня? — Тридцати дней мне должно хватить. С трудом, но этого будет достаточно. Мой дар при достаточном количестве ресурсов позволяет мне крайне быстро повышать культивацию на стадии Конденсации Ци. Думаю, если количество высококачественных пилюль будет не ограничено, то я смогу достичь пятой ступени дней за десять-двенадцать дней. Оставшегося же времени хватит, чтобы продвинуться в техниках до уровня, который позволит мне по крайней мере не проиграть. После того, как Ранд закончил «говорить», магистр Каина несколько секунд не отвечала, из-за чего Ранду показалась, что она как будто в эти мгновения с кем-то вела беседу, и по её следующим «словам» он понял, что его догадки были правдивы: — Поздравляю, послушник Оберин, я сообщила сект-мастеру о нашей ситуации, и он принял решение: секта окажет тебе достойную помощь в подготовке к поединку, и если ты победишь или сможешь хотя бы не проиграть, то тебя назначат главой экспедиции, дадут очень достойную награду, и ты больше не будешь послушником… а станешь учеником секты, даже с учётом того, что твоя культивация пока для этого недостаточна. Но, как ты думаю понимаешь, вместе с шансом получить такие блага приходит и соизмеримая ответственность. Если ты, несмотря на все наши усилия, проиграешь и посрамишь честь секты, то ты нам больше не будешь нужен. Ты осознаёшь возможные последствия? И всё ещё согласен? — Осознаю. И как я уже говорил, я не изменю своего решения помочь секте. Царившая между двумя группами тишина, была нарушена голосом магистра Каины: — А ты любопытный мальчишка, Дзянь сын Ченя. От такого предложения действительно сложно отказаться, ведь, ты прав, даже при наихудшем для нас исходе пострадает только гордость одного слишком много мнившего о себе послушника, а при наилучшем исходе мы сможем в большой степени ослабить сильнейшего конкурента… Ты и правда рискуешь очень многим ради такой мелочи, как восстановление чести, но отговаривать я тебя, как твой магистр Го, не буду. Огненный Дракон официально принимает предложение Небесного Меча. Теперь отказ любой из сторон будет воспринят как нарушение древнего договора. В последующие десять минут две стороны совместно продумывали детали и условия предстоящего боя, а когда обсуждение подошло к концу, и группы стали собираться расходиться, Дзянь впервые за всё время посмотрел Ранду прямо в глаза и сказал: — Оберин, в этот раз победы тебе не видать, как бы ты ни старался. И почему-то услышав эти слова от него, у Ранда появилось нехорошее предчувствие. ---------- Глава 66 С ним явно что-то не так Глава 66. С ним явно что-то не так. Как только члены секты Небесного Меча удалились восвояси, магистр Каина легонько щёлкнула пальцами, и они переместились в пространстве, вновь оказавшись внутри дома Ранда. После чего Каина вновь заговорила с неважно выглядящим Рандом при помощи своего настоящего голоса: — А этот сын Ченя по-настоящему, я бы сказала даже слишком уверен в своих силах, раз он пошёл на подобное. Для ребенка могущественной фигуры такая чрезмерная уверенность в себе не является чем-то необычным и в большинстве случаев она бывает даже полезна для культиватора. Ведь, настоящая сила приходит лишь к тем, кто верит в себя и своё могущество, но, к сожалению, иногда её переизбыток становится причиной краха. И твоя задача будет заключаться в том, чтобы любой показать ему это, разбив в дребезги его самомнение… Очень надеюсь, что ты действительно способен на это, и что ты нас не разочаруешь, позорно проиграв ему. — закончив говорить, магистр Каина наконец-то взглянула на «с трудом» слушающего её и одновременно кривящегося от «нестерпимой» боли Ранда и добавила: — Ах, да, я чуть не забыла. Применение моей «разговорной» техники на столь слабых практикующих, как ты, сопряжено с некоторыми последствиями, одним из которых является неутихающая и продолжительная головная боль. Этот недуг будет тебя преследовать ещё как минимум несколько дней, и, можешь не надеяться от него просто так избавиться, от неё не спасут обычные целительные пилюли или техники. А те, что смогут, тебе не заполучить. Можешь считать эту боль частью своего наказания за то, что заставил старших плясать под свой гуцинь. Даже если ненадолго и им это даже было выгодно. Но вместе с этим могу тебя даже немного порадовать: если твой разум и воля достаточно сильны, то это наказание не только не помешает тебе в культивации, но и даже слегка её ускорит. Если же ты не сможешь справиться даже с такой мелочью, как головная боль, то… наверное, проще будет признать твоё поражение перед Дзянем прямо сейчас, тем самым сократив расходы ресурсов на твою подготовку к битве с ним. Что скажешь, наказание мучает тебя слишком сильно? — Нет, почтенный магистр. Эта боль ничто, я уже почти забыл о ней. Она никак не помешает моей культивации. — ответил Ранд, старательно «делая вид», что для него эти мучения более чем терпимы, и что он может с ними совладать. — Очень хорошо. Видимо, ты горазд не только строить хитроумные планы, и в тебе всё-таки имеется какой-то небольшой стержень, возможно, ты на что-то да сгодишься. Но хватит об этом, сейчас, пожалуй, стоит уже поговорить о том, что может сделать секта для твоей победы в дуэли. И для начала возьми вот это. При помощи материализованного духовного чувства Каина достала из своего пространственного кольца и выставила на столик около полусотни маленьких бутылочек, в каждой из которых было не меньше десятка различных пилюль. — Этого количества высококачественных пилюль будет достаточно, чтобы помочь тебе достичь четвёртой ступени стадии Конденсации Ци в кратчайшие сроки. Но, надеюсь, что ты не поддашься соблазну быстрого роста, употребляя чересчур много пилюль. Помни о своих лимитах, ведь, даже с таким полезным даром, как Тело Чистого Лотоса, ты не должен принимать слишком много за раз, иначе твоё тело просто не выдержит и разрушится. Если такое случится, то секта не будет тратиться на твоё спасение. Это одна из причин, из-за которой мы не даём слишком много ресурсов молодым послушникам, потому что обычно вы не можете держать в себя в руках и убиваете себя своими собственными руками. Но думаю, ты у нас достаточно умён, чтобы не совершить подобной ошибки. Затем, когда ты перейдёшь на следующую ступень, я пошлю к тебе одного из моих подчинённых, и он сопроводит тебя в одно особенное место в нашей секте. Оно крайне полезно для культивации на стадии Конденсации Ци и Создания Основания и позволит тебе достичь пятой ступени меньше чем за день. Культивация в этом месте имеет свои негативные последствия, поэтому оно позволит тебе прорваться лишь один раз, и после него тебе потребуется длительный период стабилизации, и ты не сможешь некоторое время повышать свою культивацию. Но тебе это и не будет нужно. В обычных условиях этот «водоём» находится в постоянной резервации, и даже если бы у тебя было нужное количество камней духа и очков заслуг, а оно, поверь мне весьма велико, то ты всё равно получил бы туда доступ лишь в лучшем случае через несколько месяцев. Но в качестве исключения секта позволит тебе воспользоваться им бесплатно и вне очереди. Насчёт же последующих за культивацией тренировках в техниках и требуемых для этого ресурсов и комплексов… тебе на ближайший месяц выделят человека, которых поможет тебе с ними и даст всё необходимое. Всё понятно? — Да, магистр. Благодарю вас и секту за столь большую поддержку. Я оправдаю все ваши ожидания. — Для твоего же блага я надеюсь, что именно так и будет. На этом всё, мне уже пора, я и так слишком много времени на тебя потратила. Приступай к подготовке немедленно. Сказав всё, что хотела, магистр Каина как будто бы телепортировалась и исчезла из дома Ранда, оставив его в одиночестве и раздумьях. И хоть у него и болела голова, но такой уровень боли был для него терпим и особо не влиял на его мыслительные процессы: 'Головная боль, от которой не могут спасти обычные целительные пилюли и техники, после обычного общения при помощи мыслей? Такому могут поверить только безмозглые идиоты, старая ты лгунья. Лишь одна вещь совершенно неподвластна обычным методам исцеления, и это душа. А значит, что хоть и незначительна, но она мне её повредила. Хоть я почти ничего и не почувствовал, но вот ощутил испуг Айны и то, как она старалась меня защитить от её «общения»… Почти уверен, что Каина применила на мне какой-то подвид Чтения или Обыска Души, техник доступных только практикующим, достигшим как минимум стадии Зарождения Души и позволяющих выпытывать чужие воспоминания. Одновременно с общением со мной, она пыталась тайком рыться в моей голове, вызнать моё прошлое… И при этом она, возможно даже ненамеренно, нанесла урон моему сознанию. То, что меня сейчас беспокоит лишь временная головная боль, и я не превратился в вечного идиота или живой труп, говорит о двух вещах: то, что она мастерски освоила свою технику, и то, что при моём «осмотре» она действовала крайне аккуратно и точечно, не погружаясь слишком глубоко, стараясь не навредить мне и не повредить мою слабую душу. Благо ещё до прибытия в секту Огненного Дракона я подготовился на подобный случай, из-за чего большая часть моих воспоминаний сокрыта в глубине души при помощи силы Короны Мглистого Царства, и всё, что она могла увидеть при таком «беглом осмотре», так это лишь позаимствованные мной воспоминания детства Оберина, да те недавние, что я позволил ей увидеть. Если я правильно помню слова отца, пассивную защиту души, которую дарует мне Айна не сможет почувствовать ни один практикующий на стадии Зарождения Души, ибо её понимание «души», как бывшего практикующего на стадии Трансформации Души, на абсолютно другом уровне. И даже если они как-то смогут осознать наличие её защиты, то им потребуется значительное количество времени для её преодоления. Но, конечно, такой вариант был бы крайне нежелателен, и, к счастью, Каина её почувствовать не смогла… Но сама её попытка меня «прочитать» не стала для меня полной неожиданностью. Наверняка, случившееся с Виидом, его необычность и моя причастность к его исчезновению благодаря Байрону уже достигло её ушей. И с учётом обстоятельств нашей встречи, ей нужно было во всём лично разобраться, убедиться в моих показаниях, и оценить мою лояльность по отношению к секте. Только такая «жёсткая» проверка могла расставить всё на свои места и показать истинный ход вещей. И если я правильно оценил её реакцию, проверку я прошёл, она сочла, что мои воспоминания достаточно совпадает с моими словами. Возможно, нет, даже вероятно, что она поделится полученными из меня «знаниями» с моим мастером, тем самым развеяв как минимум часть его подозрений. Если же нет, то можно будет старику сообщить, что меня посещала магистр и мысленно общалась со мной при помощи какой-то странной техники, вызывающей головную боль… Произошедшее может вылиться для меня неоспоримым плюсом. И если бы всё не было таким спонтанным, я бы даже подумал, что сам Байрон попросил её меня осмотреть. Но если с причинами и последствиями моей головной боли всё более-менее понятно, то вот с тем мальчишкой Дзянем что-то «очень не так». То, как он себя ведет, совершенно отличается от той информации, которую я знаю из докладов о его семье и секте. Если я правильно помню связанные с ним детали докладов, то Дзянь — это сын патриарха и старейшины секты Небесного Меча, младший брат моего старого знакомого Сяобая, который вечно пытался со мной соперничать. Ему тринадцать лет, и он согласно полученным мной данным должен быть полнейшим ничтожеством. Несмотря на своих впечатляющих родителей и старшего брата, он был ни на что не годен и являлся бледной тенью своих старших родственников. Доклад описывал его как слабохарактерного, боящегося боли, имеющего незначительный талант к культивации и к пути меча, и ко всему этому у него ещё и не было никакого дара, который давал бы ему какие-либо преимущества. К тому же он не был особенно умён, и не был обладал какими-либо выдающимися качествами. В боевых искусствах он часто уступал своим сверстникам, из-за чего его «авторитет» среди членов секты был совсем низок. Также в отличие от своего старшего брата он из-за своей слабой воли не смог начать культивировать в детском возрасте, хотя его отец специально ради него потратил дорогостоящие ресурсы секты, чтобы дать ему такую возможность. Этим он принёс подлинный позор своей семье, слегка пошатнув авторитет своих родителей. Дело дошло до того, что его отец, патриарх секты, отказался признавать его как своего собственного сына, даже несмотря на их значительное внешнее сходство. Все в секте считали его пятном на полотне семьи патриарха и ни во что не ставили. Даже собственный старший брат считал Дзяня отбросом и старался о нём не упоминать… Но теперь я уже ни в чём не уверен, разве эта информация может быть правдой? То, что я сегодня увидел, в корне противоречит всему, что мне о нём рассказывали. Не только Шень, но, кажется, и все остальные послушники также его крайне уважают… Да что там послушники, даже магистр оказывает ему некоторое почтение. И патриарх Небесного Меча доверил ему, человеку от которого он отказался, свою печать, тем самым показав, что он оказывает ему огромное доверие. Более того, моя интуиция практически кричала, что он далеко не беспомощный слабак-отброс, а наоборот очень силён. Настолько, что сражение с ним будет сопряжено с большими трудностями и что победить его будет крайне нелегко даже если наша культивация будет на одном уровне. Сейчас же у меня не было против него и единого шанса в прямом столкновении. Такое «предупреждение» от встречи со сверстниками я получал лишь несколько раз за всю свою жизнь. И каждый из них был одним лучших представителей молодого поколения империи. И хотя полной уверенности в этом всё ещё нет, Дзянь им, вероятно, ничуть не уступает. Как такое может быть? И даже его слова, обращённые ко мне, не были пустой бравадой ребёнка, который благодаря новообретённой культивации возомнил о себе невесть что. Он признал мою силу, но всё равно считает, что у меня не будет и шанса… Эта его чрезмерная уверенность, как сказала старуха Каина, основана на чём-то очень вещественном. Неужели моя информация от начала и до конца на его счёт была ложной? Имперские шпионы стали настолько бесполезны? Очень вряд ли. Возможно, патриарх Чень пытался скрыть или уберечь своего «гения» сына от посторонних глаз, заставив его притворяться слабаком? Или же сам Дзянь решил с детства прикидываться слабым и ни на что неспособным? Но зачем? Для чего это можно было делать? Нет, как-то в этом во всём этом слишком мало смысла, не вижу достаточной выгоды, чтобы совершить что-то настолько вредоносное. Особенно с учётом того, что из-за этого он потерял несколько лет культивации. Но тогда как это всё можно объяснить? ---------- Глава 67 Четвертая ступень Глава 67. Четвёртая ступень. 'Нет, сейчас никакого смысла нет продолжать как-то пытаться всё это объяснить. Ни к чему полезному размышления на эту тему не приведут, потому что у меня недостаточно актуальных данных, чтобы прийти хоть к какому-нибудь вразумительному заключению. Хорошо было бы прямо сейчас послать Эйрона или кого-то ещё собирать информацию о Дзяне, но, вероятно, на данный момент это будет не лучшей идеей. За мной, в этом я даже не сомневаюсь, продолжают следить, а, значит, отвлекаться от культивации, тем самым нарушая указ Байрона и волю магистра Каины — для меня крайне нежелательно. Узнать причины превращения Дзяня из бесполезного ничтожества, которого все презирают, в невероятный, драгоценный талант, конечно, любопытно и может даже оказаться очень полезным… Но это лишь второстепенная задача для победы в этом поединке, а, значит, может подождать какое-то время. А вот первостепенной задачей, которую откладывать никак нельзя, является скорейшее достижение пятой ступени, развитие техник и, как следствие, заполучение необходимого могущества, чтобы сокрушить противника или хотя бы оказаться не в проигрышном положении несмотря на все его «секреты», на всю его «гениальность и необычность». Как говорится, если ты обладаешь достаточной силой, то тебе не нужно задумываться о чём-либо ещё. Да и, вероятно, мне даже нет нужды кого-либо посылать за информацией о нём, ибо я практически уверен, что секта, чтобы повысить мои шансы на победу, сама всё разузнает о Дзяне, и рано или поздно даст мне всю имеющиеся у них данные на него: от его прошлого до его нынешних способностей'. Параллельно с размышлениями о втором сыне патриарха секты Небесного Меча, Ранд приступил к осмотру своих новых «приобретений». Начал он с кольца, которое досталось ему от послушника Шеня. Проникнуть внутрь чужого пространственного артефакта для Ранда было не слишком сложно, ибо там не было хоть какой-либо эффективной защиты. «Серьёзную» защиту против проникновения можно было установить лишь на стадии Создания Основания. И Шень, не достигшей этой стадии, смог лишь оградить своё кольцо небольшой прослойкой своей энергии Ци, или как её ещё называют духовным отпечатком, которую Ранд пробил где-то за тридцать секунд, после чего он смог беспрепятственно взглянуть на содержимое артефакта. По объёму кольцо слегка уступало тому, что ему подарил Байрон, и имело вместимость лишь в жалкие четыре кубических метра. Внутри него Ранд нашёл около двух сотен духовных камней, два комплекта одежды, четыре пилюли Накопления Ци, некоторое количество полезных в повседневной жизни мелочей, и что весьма необычно бумажную версию первого тома метода культивации под названием Лазурный Небесный Меч, который считался одним из четырёх лучших методов секты Небесного Меча. Ранд, слегка удивлённый, что послушнику выдали и позволили носить с собой что-то подобное, быстро пролистал книгу и, не найдя в ней ничего для себя интересного, положил её в своё кольцо. Затем Ранд также переложил камни духа и пилюли в своё основное кольцо, а всё оставшееся вещи Шеня сложил в небольшую кучу у входа, от неё он завтра попросит избавиться слугу, приносящего ему еду. Закончив с этим делом, Ранд надел на свободный палец опустевшее второе кольцо, в будущем дополнительное пространство ему ещё пригодится. После чего Ранд начал рассматривать пилюли, которые ему выдала магистр Каина. Всего их было пятьсот двадцать шесть, все они были высокого качества или выше, и их суммарная стоимость по оценке Ранда была как минимум в районе тридцати-сорока тысяч камней духа. Немыслимое сумма для большинства послушников, и даже для многих молодых учеников она была весьма существенна. Триста двадцать шесть из них были стандартными пилюлями Накопления Ци, а сто семьдесят более дорогими пилюлями Ранней Весны, которые из-за более значительного количества хранящихся в них энергии предназначались в основном для культиваторов на поздних ступенях стадии Конденсации Ци. По объёму хранящейся внутри них Ци они были примерно равны пилюлям Истиной Крови, но при этом были значительно дороже из-за того, что делались из редких столетних трав, а не из живых существ. Ранд собирался начать с пилюль Накопления Ци, а затем, когда он уже будет близок прорыву, хотел перейти к пилюлям Ранней Весны. Но кроме этих двух типов пилюль, помогающих в обычной культивации, Ранд также нашёл тридцать пилюль Живительной Силы, способствующих ускорению практики техник укрепления тела, Ранд пока их отложил, планируя использовать их, когда начнёт практиковать второй уровень техники Бронзового Тела. Все их Ранд также сложил в своё пространственное кольцо, после чего он сразу же вернулся к своей прерванной сессии культивации. Сев в позу лотоса в круг из духовных камней, Ранд вновь расширил при помощи кинжала почти затянувшиеся раны на своём теле, и начал поглощать Ци из окружающей среды, и попутно с этим он каждые несколько часов употреблял одну-две пилюли Накопления Ци. Последующие двенадцать часов Ранд без перерыва культивировал, но затем уже после захода солнца он был вынужден ненадолго прерваться. И причиной этого было то, что Ранд услышал, как что-то сквозь окно влетело в его дом. Вначале Ранд даже слегка насторожился, приоткрыв глаза, он понял, что опасность ему не угрожает. К нему прилетел круглый камень из зелёного нефрита в пару сантиметров в диаметре, и он сразу же узнал его как простенький артефакт, который часто используют для передачи сообщений. Артефакт приземлился недалеко от круга из камней духа Ранда, и, когда он остановился, из него тут же прозвучал знакомый бывшему принцу голос: — Младший Брат, как будет возможность, прерви свою культивацию ненадолго. Дотронься и влей немного Ци в артефакт. Мне нужно с тобой кое о чём поговорить. «Дочка Байрона, Морейн, захотела со мной о чём-то поговорить? С учётом её повышенного внимания ко мне и недавних событий сам факт этого её желания меня не слишком удивляет, но всё равно то, что она хочет мне сказать, может быть крайне любопытно». Быстро поглотив остатки энергии последней пилюли, Ранд встал и, как его и просила Морейн, коснулся нефритового камня, попутно вливая в неё немного своего Ци. И как только он это сделал, камень засветился, и в его голове тут же прозвучал знакомый голос юной девушки: — Младший Брат Оберин, я хотела встретиться с тобой лично, но, к сожалению, сейчас это сделать совсем непросто. По приказу магистра Каины к тебе без её разрешения никого не пускают, и даже этот артефакт с сообщением к тебе послать было довольно нелегко и потребовало от меня немалых усилий и уговоров. Но, да ладно, это сейчас не так уж важно, и я не об этом хотела с тобой поговорить, а о том, что… Ты тот ещё создатель проблем, младший брат. Эта твоя попытка самостоятельно, никому из нас ничего не рассказав, разобраться с найденным тобой убийцей, претворявшимся одним из наших послушников… Как ты вообще мог до такого додуматься? Ты так глупо и бессмысленно поставил свою жизнь под угрозу, — на этом моменте девушка как будто сама себя одёрнула, — прости, наверное, мне не стоило этого тебе говорить. Наверняка, у тебя были на это серьёзные причины, да и вообще, если так подумать я была ничуть не лучше в твоём возрасте, и не мне тебя судить. Хочу тебе сообщить, что по поводу этого убийцы, Виида, можешь больше не беспокоиться, за ним послали две полных пятёрки исполнителей наказаний, каждая из них состоит из четырёх старших учеников на поздних ступенях стадии Создания Основания и дьякона на стадии Формирования Ядра. Они уже выяснили его примерное местоположение и выдвинулись за вслед ним, и вскоре они, можешь в этом не сомневаться, его поймают. После чего они его допросят и узнают, чего именно он хотел добиться в нашей секте. Отец, наверняка, потом тебе потом всё расскажет. И, зная отца, наверняка, он наговорил тебе даже больше неприятного, чем я сейчас. Но, прошу тебя, ты на него слишком сильно не сердись. он видит в тебе огромный потенциал и хочет, что ты смог его раскрыть, не умерев на полпути. Он старается защитить от судьбы, которая постигла Алана, его предыдущего ученика. Он обладал таким же даром, что и ты, и он погиб из-за того, что… Прости, наверное, мне это не стоит об этом рассказывать, ибо это не моя история. Если хочешь потом сам спросишь у отца, думаю он согласится всё поведать. Но это всё были дела прошлые, сейчас же важно другое: по секте ходят слухи, что из-за того ты избил послушника Небесного Меча, который был на ступень выше, разразился конфликт между сектами. И чтобы его разрешить тебе придётся сразиться с вторым наследником патриарха Небесного Меча. Не знаю, что именно у тебя там случилось, вероятно, у тебя просто не было выбора, кроме как защищаться. И ты смог победить послушника великой секты, который на грани пятой ступени, чем нас очень порадовал, но я хочу, чтобы ты не забывал, что мы одна большая семья, и мы всегда тебя поддержим, отец даже сейчас пошёл к сект-мастеру, чтобы попросить его дать тебе возможность стать ещё сильнее. Не знаю в чём она будет заключаться, он не захотел мне рассказывать, но он попросил передать тебе его слова, что если тебе что-то предложат, то ты ни в коем случае не смей отказываться и не обращай внимание на любые недостатки этой возможности… Ладно, я, кажется, сказала всё нужно было и не буду и дальше отвлекать тебя от культивации. Поговорим ещё, когда ты продвинешься в ней и наконец-то сможешь покинуть свой домик. Выслушав этот длинный монолог Морейн, Ранд ненадолго погрузился в размышления: 'Хоть большая часть её речи и была бесполезна, но пару любопытных вещей в ней действительно прозвучала. Две полных карательных пятерки отправлены за Виидом, и они смогли уже выяснить его местоположение. Если это правда, то шансы выжить у этого монстра теперь не так уж и велики, что не может не радовать. В обычных условиях за ним отправили бы лишь пару учеников на стадии Создания Основания, чего явно было бы недостаточно. Хм, видимо, то, что послали настолько больше людей — заслуга старика Байрона. И теперь старик ещё и пытается ради меня что-то там выпросить у сект-мастера, у человека, которому по должности положено ничего не давать просто так. А это значит, что старику придётся заплатить немалую цену Мало какой «мастер» пойдет на подобное ради ученика, которого знает так недолго. Ради ученика, который его недавно разочаровал… Мне всё больше и больше становится любопытно, зачем ему всё это надо, ибо в беспричинный альтруизм я не верю'. Обдумав всё, что хотел, Ранд продолжил свою культивацию. Минута полетела за минутой, час за часом, и день за днём. Лишь изредка отвлекаясь на еду и на удовлетворение остальных смертных физических потребностей, Ранд отдал всего себя поглощению энергии Неба и Земли. И его полная «отдача» оказалась вознаграждена: через пять с половиной дней после того, как к нему прилетел артефакт Морейн, Ранд прорвался на четвёртую ступень, потратив при этом почти все свои запасы камней духа и чуть меньше двух сотен пилюль. ---------- Глава 68 Пруд Основы Пламени. Часть Первая Глава 68. Пруд Основы Пламени . Часть Первая. Прорыв на четвертую ступень стадии Конденсации Ци в такие короткие сроки даже для Ранда, уже когда-то переступившего этот этап, был сопряжен со значительными трудностями, которые, правда, сильно отличались от «трудностей» большинства людей во время прорыва. Для основной массы людей главной сложностью было научиться должным образом управлять энергией Ци и суметь правильно направить её для прорыва преграды следующей ступени. Но для бывшего принца, который в прошлом уже прошёл все ступени Конденсации Ци, эти две вещи не вызывали никаких трудностей, и его проблемы были весьма необычны для подавляющей части культиваторов и в основном были связанны со слишком большой нагрузкой на тело и разум от чересчур быстрого поглощения громадного количества энергии из внешних источников. Ранд, желая как можно быстрее достичь следующей ступени, поглощал пилюли в настолько огромном количестве, что он несколько раз практически переступал пределы возможностей поглощения энергии своего тела, даже с учётом его дара Тела Чистого Лотоса. На протяжении пяти с половиной дней ему приходилось поддерживать максимальный концентрацию, чтобы контролировать и направлять кажущиеся безмерными бушующие потоки энергии Ци в дантянь, попутно с этим не позволяя им разрушить его меридианы и тело. Если бы Ранд ослабил свою концентрацию хотя бы на пару мгновений, то его ждала бы незавидная участь. Он получил бы тяжелейшую духовную травму, вследствие которой он в лучшем случае потерял весь свой прогресс в культивации за последнее время и, вероятно, регрессировал до второй ступени, в худшем же случае он бы вернулся на первую ступень и на длительное время потерял возможность, хоть как-то использовать энергию Ци, и он не смог бы ни культивировать, ни сражаться. И даже при использовании лучших пилюль для восстановления срок лечения всё равно бы исчислялся бы неделями, а, возможно, и месяцами. Это был существенный риск, Ранд это прекрасно понимал, и пошёл он на него лишь по двум причинам. Во-первых, он был абсолютно уверен в своей силе воле и способности поддерживать концентрацию на нужном уровне длительное время. И во-вторых, его интуиция ему говорила, что его нынешний противник весьма силён, и, если он хочет его победить, то ему нельзя терять ни секунды и нужно использовать каждую возможность стать сильнее по максимуму. Иначе поражения и идущих вместе с ним катастрофических последствий будет крайне сложно избежать. И всё же под конец сессии культивации Ранд слегка отступил от своего плана. Примененный им «метод» поглощения энергии Ци был крайне утомительным, даже по его меркам. Где-то за день до прорыва Ранд был уже во всех смыслах истощён, и как следствие из-за переутомления и всё ещё мучавшей его головной боли, за которую он много раз «благодарил» магистра Каину, он был несколько раз опасно близок к тому, чтобы полностью потерять контроль над неистовавшей внутри него энергией пилюль, Поэтому Ранд, дабы уменьшить нагрузку на своё тело и разум, снизить риски и ликвидировать саму возможность того, что-то может пойти нетак, когда он уже был так близок к прорыву, существенно уменьшил количество потребляемых им культивационных ресурсов. Из-за этого решения он достиг следующей ступени примерно на пол дня позже его изначальных оценок, но по мнению Ранда с учётом его состояния и обстоятельств это было абсолютно правильным решением. Когда Ранд прорвался, он ощутил присущую этому моменту радость и прилив сил, но лишь на мгновение, ибо почти сразу на их место вернулось всепоглощающее истощение, которое ничто могло рассеять. Поэтому, даже не пытаясь оценить полученный им прирост сил, Ранд сразу после стабилизации своего прорыва, прервал культивационную сессию и, каким-то чудом дойдя до кровати, практически мгновенно уснул, провалившись в глубокий сон без сновидений. Ранд был настолько уставшим, что, вероятно, он мог бы проспать так довольно длительное время, где-то часов шесть-семь, что его потом, конечно же, крайне расстроило бы, но благодаря неожиданному стечению обстоятельств этого удалось избежать. Где-то через два с половиной часа после того, как Ранд уснул, некто без каких-либо трудностей отворил запертую дверь в дом Ранда и, не издав при этом ни единого звука, вошёл внутрь, подошёл к спящему Ранду, а затем достал из пространственного кольца ведро, наполненное до краёв водой, которое он сразу опустошил на лежащего перед ним послушника. Ещё даже до конца не понимая, что произошло, мокрый с головы до ног Ранд подпрыгнул от такого необычного пробуждения, ощутил чужое присутсвие, и без каких-либо размышлений тут же, ударил ногой во всю силу стоящего перед ним человека. Но, прежде чем нога Ранда сумела коснуться лица неизвестного, тот с какой-то невероятной скоростью поднял руку и, используя один лишь палец, с легкостью оставил атаку юноши и отбросил его на как пушинку. Приземлившись после толчка «пальцем» в паре метров от незваного гостя, Ранд наконец-то сумел его рассмотреть, и им оказался молодой мужчина лет двадцати-двадцати пяти на вид, высокого роста и длинными черными волосами, сплетенными в длинную косу, почти достающую до пола. Ранд сразу понял, кто перед ним стоит, ибо он был весьма известной фигурой в секте Огненного Дракона, и принц даже встречал его лично несколько лет назад на приёме в императорском дворце. Уже тогда в тридцать три года он был жемчужиной Огненного Дракона и являлся одним из сильнейших в молодом поколение секты (до пятидесяти лет). Он обладал очень впечатляющей для его возраста культивацией, достигшей ранней ступени стадии Формирования Ядра, и, насколько Ранд помнил, он был также личным учеником магистры Каины. Успев осознать всё произошедшее за пару мгновений, Ранд вместо того, чтобы продолжить свою неудавшуюся атаку, поприветствовал молодого человека перед собой, поклонившись ему. Подобное поведение Ранда мужчину слегка удивило, его брови слегка приподнялись, и он некоторое время молча смотрел на юношу, о чём-то размышляя. И молчание это затягивалось, и Ранд уже хотел сам прервать его, задав какой-нибудь стандартный вопрос, но мужчина, как будто бы сумев это его желание почувствовать, на пол мгновенья Ранда опередил, сказав: — Недурно. Никакой паники, никаких вопросов или сомнений. Ощутив угрозу — тут же попытался её устранить. Во время атаки ты даже успел прогнать Ци по телу и проверить его на наличие повреждений или отравления… Для недавно вступившего в секту послушника весьма впечатляющее поведение. Неудивительно, что обычно скудная на похвалу мастер отозвалась о тебе в настолько положительном тоне. — Благодарю вас и вашего мастера за столь добрые слова обо мне, основной ученик Авель, и хоть и с опозданием, но приветствую вас в моём доме. Вас прислала за мной ваш мастер, магистр Каина, верно? Услышав сказанное Рандом, брови Авеля приподнялись ещё сильнее от удивления. Но в этот раз за этим не последовало длительное молчание, так он довольно быстро вновь заговорил: — Да, весьма, весьма недурно. Не только не проявил ни голосом, ни лицом совершенно никакого недовольства из-за моей небольшой проверки, хотя тебе это явно не понравилось, но и к тому же сразу меня узнал, хотя нынче я уже далеко не так известен среди настолько молодых послушников. — Старший, позвольте не согласиться, сейчас в секте совсем немного основных учеников, и мне кажется почти каждый в секте знает их имена и то, как они хотя бы примерно выглядят. Узнать вас было совсем несложно, особенно учитывая то, что недавно меня посещала ваш мастер. — Хм, думаю, мы с тобой поладим, младший. Раз уж ты меня узнал, то представляться я не буду, и сам этого тоже можешь не делать, ибо я о тебе уже знаю достаточно. Как ты верно заметил, я пришёл к тебе по поручению моего мастера, магистры Каины, и в ближайшее время я буду сопровождать тебя и помогать тебе готовиться к важному для секты поединку. Уверен, у тебя сейчас есть много вопросов ко мне, но не нужно пока их задавать, для этого у нас будет ещё время, — сказав это, Авель на две секунды закрыл глаза, как будто бы с кем-то разговаривая, — Пожалуй, время для праздных разговоров и отдыха подошло к концу. У нас с тобой осталось уже достаточно мало времени, кажется, я слишком долго дал тебе поспать… Если мы не успеем, то придётся ждать ещё целый день, а этого делать было бы нежелательно. Так что нужно поспешить. По-быстрому приведи себя в порядок, одевайся и выходи из дома. Я подожду тебя снаружи. Даю тебе пятнадцать секунд, если не успеешь, то ты об этом пожалеешь. — закончив говорить, Авель тут же вышел, хотя для зрения Ранда это больше напоминало «исчезновение». Ранд по-быстрому смыл кровь с лица и накинул на себя робу-артефакт, после чего, подобно стреле, вылетел из дома, где его уже ждала огромная серебристо-белая виверна, которая при его виде заговорила голосом Авеля: — Тринадцать секунд, сойдёт. Полетели, Пруд Основы Пламени нас уже ждёт. ---------- Глава 69 Пруд Основы Пламени. Часть Вторая Глава 69. Пруд Основы Пламени . Часть Вторая. Авель, трансформировавшийся в величественного потомка драконов, не стал ждать какого-либо ответа от стоящего перед ним послушника, а вместо этого в ту же секунду, как он закончил говорить, он выстрелил хвостом с чудовищной силой и скоростью в сторону Ранда. Хвост двигался так быстро, что бывший принц его почти не увидел. Создавалось впечатление, что он проткнёт послушника насквозь, но каким-то чудом в полуметре от юноши хвост резко остановился, а затем его кончик обвился вокруг Ранда, заключив его в своеобразное объятие. После чего серебристо-белая виверна, подсобив себе прыжком, взмыла в небо и начала резво набирать скорость. Взмахивая своими громадными крыльями, размах которых значительно превышал двадцать метров, Авель применял какую-то технику, ничем другим такое невероятное ускорение было объяснить нельзя. За первый взмах молодой практикующий на стадии Формирования Ядра преодолел сорок метров, за второй пятьдесят, за третий шестьдесят… с каждой секундой, с каждым взмахом он всё продолжал и продолжал увеличивать свою скорость. Вначале Ранд ещё мог более-менее следить за его движениями и окружающим пространством, но уже через десяток секунд полёта для него всё вокруг превратилось в размытое светлое пятно. А чуть позже ему стало совсем не до наблюдений за видами, открывшимися на высоте, так как у него возникли трудности с тем, чтобы просто нормально дышать и оставаться в сознании. Особенно в те моменты, когда Авель изменял направление. Благодаря подобному скоростному методу передвижения они уже через десяток минут полёта пересекли огромное расстояние и оказались над огромным разломом, находящимся, насколько это смог понять Ранд, где-то на противоположной стороне Огненной Горы. Разлом в земле был длинной в несколько сотен метров и шириной пять-десять, и дна его совершенно не было видно. Присмотревшись к нему, Ранд понял, что его вид слегка напоминает след от удара драконьего когтя исполинских размеров. И как оказалось, он и был целью их короткого путешествия. Этот «разрыв» в земной породе окружал едва видимый барьер, сквозь который Авель прочем пролетел без каких-либо трудностей. Преодолев барьер, Авель остановился, и… сделал он это меньше чем за секунду. Такая резкая остановка Ранду напомнила случай из его детства, когда он на полной скорости столкнулся с каменной стеной. И хоть в этот раз стены не было, но раны от этого не стали ничуть менее серьёзными. Тела практикующих на стадии Конденсации Ци не были приспособлены для таких резких ускорений и остановок. Все внутренние органы Ранда получили повреждения различной степени тяжести, из его глаз, ушей начала течь кровь, а обившейся вокруг него хвост сломал ему несколько рёбер. Случись подобное со смертным, то он бы в скором времени погиб. И даже культиватор на начальных ступенях стадии Конденсации Ци, не практикующий методов и техник на пути Тела, был бы близок к смерти и даже мог погибнуть. Ранд же отделался только несколькими серьёзными травмами, но его жизнь была вне опасности. Но, к его несчастью, на этом его проблемы не закончилось. Сразу после того, как они остановились, Авель превратился обратно в человека и, как следствие, перестал «обхватывать» Ранда своим уже исчезнувшим хвостом. Молодой послушник тут же начал падать, и Авель никак не попытался этому помешать и более того он не дал Ранду использовать защитную технику, скрытую в его робе. Авель, медленно спускаясь, стал пристально наблюдать за падающим послушником, в голове которого в этом момент бурлили различные мысли: 'Вначале он специально ранил меня при помощи излишне резкой остановки, а теперь хочет позволить мне упасть с большой высоты. Подобное поведение уже далеко выходит за рамки простого издевательства старшего над младшим. Если бы он не был учеником магистра Каины и если бы я не был сейчас важен для секты, то можно было даже подумать, что он пытается меня убить извращенным способом… Но нет, этот вариант крайне маловероятен. Можно было бы подумать, что он таким образом пытается меня как-то испытать или наказать за что-то, но и способ, и время для такого можно было бы подобрать и получше. Возможно, тут есть что-то ещё? Я ему зачем-то нужен сейчас израненный? Пруд Основы Пламени, хм… Ладно, думать об этом особо нет смысла, ибо мне кажется, что очень скоро и так всё станет понятно, но обиду эту я ему в любом случае не забуду. Но сейчас всё же стоит сосредоточиться на удачном приземление. С учётом моей нынешней культивации и того, что я практикую технику Бронзового Тела, падение с такой высоты меня не убьёт, но, к сожалению, без значительных травм будет не обойтись'. Во время размышлений Ранд выжидательно и с напускным гневом смотрел на летящего рядом старшего практика, а тот в ответ лишь улыбался, как если бы он наблюдал за прелюбопытнейшим зверьком и находил его гнев весьма забавным. Но Ранду также показалось, что в его глазах он увидел удивление и даже… намек на уважение? Вероятно, Авель ожидал услышать гневные тирады, крики ужаса и мольбы о спасении, и то, что ничего из этого он не увидел — его весьма впечатлило. И подобная реакция Авеля окончательно успокоила бывшего принца, шансы того, что это была попытка убийства опустились до нуля. Падал Ранд около пятнадцати секунд, он замедлил своё падение, широко расставив руки и ноги, правда, эффект от этого был не слишком значительным. Затем, когда он начал приближаться к поверхности, он сгруппировался и приземлился на крутой склон, с чем ему сильно повезло, при этом он совершил множество перекатов, чтобы хотя бы частично погасить энергию падения. Но даже так серьёзных ранений Ранду избежать не удалось, он сломал правую ногу и руку, и получил бесчисленное множество ушибов и травм поменьше. Валяясь на земле, окровавленный Ранд притворно мычал от боли, дабы не показать уж излишне впечатляющую для юного послушника силу воли. И спустя две секунды после того, как он свалился с неба, к нему подлетел Авель и как ни в чём не бывало начал с ним беседовать: — На твоём лице я вижу различные эмоции: гнев, ярость, непонимание, негодование. Уверен, имей ты в эту секунду необходимую силу, то ты попытался бы меня убить… Но при этом ты знаешь, что ты способности ограничены, понимаешь, что эти эмоции и желания не приведут тебя сейчас ни к чему хорошему, поэтому ты стараешься скрыть и подавить их до поры, до времени. Хоть пока и не слишком успешно, ибо даже я могу тебя «прочитать». В целом действительно неплохо, из тебя в будущем может выйти толк. Ты даже слегка напоминаешь меня в молодости, прежде чем я стал учеником магистры Каины… Вижу, тебе сейчас хочется услышать совсем другое. Как ты думаешь, почему я позволил тебе так пострадать? — Не имею понятия, старший, но думаю, у вас были на то свои весьма веские причины. — голосом полным едва скрываемой боли и ярости ответил Ранд. — Верно, у меня действительно были на то свои причины. Хм, ладно, не вижу смысла тратить время на загадки, хотя магистр этого, наверное, не одобрила. Первая причина заключается в том, мой мастер отзывалась о тебе не только в положительном ключе… она также упомянула о твоих серьёзных недостатках и попросила меня тебя немного приструнить, научить уважать старших не только на словах, и показать тебе, что ты не можешь во всём полагаться на свой выдающийся ум, ибо он бесполезен, когда сила оппонента намного превышает твою… Вторая причина была в том, что я хотел тебя понять. Да, ты не ослышался, я считаю, что именно в такие кризисные моменты можно понять, что представляет собой человек по-настоящему. Я теперь стал лучше тебя понимать, а это очень важно для того, кто будет обучать. Но, разумеется, это не основные причины, а лишь дополнительные, иначе я выбрал бы для «подобного» другие более совершенные способы, и более подходящий момент. Основная причина — это… хотя, прежде чем я её назову, ответь-ка мне сначала: Да этого утра ты когда-нибудь слышал о Пруде Основы Пламени? Знаешь что-то о нём и его свойствах? — Нет, старший, до сегодняшнего дня я о нём ничего не слышал. — соврал Ранд, знавший о наличии у секты Огненного Дракона такого стратегического ресурса. Правда, без каких-либо подробностей. — Неудивительно. О нём немногие знают, да и ты всё-таки не так давно вступил в секту. Обычно среди послушников им насладиться могут только победители ежегодного турнира. Ты будешь первым исключением за достаточно долгое время. Пруд Основы Пламени напрямую связан с твоими нынешними травмами, поэтому я думаю, сейчас самое время тебе о нём в общих чертах поведать. Когда длительное время концентрация Ци в одном месте достигает заоблачных величин, с этим местом иногда происходят невероятные, необъяснимые трансформации. И подобное в древности случилось с одним подземным озером лавы на территории нашей секты. Оно видоизменилось, приобрело множество чудодейственных свойств, которые мы так до конца и не смогли понять. Но кое-что полезное за годы изучения мы всё-таки смогли выяснить: то, что омовение в нём несёт огромную выгоду культиваторам на стадии Концентрации Ци и некоторую пользу на стадии Создания Основания. Оно усиливает плоть культиватора и позволяет в кратчайшие сроки продвинуться в техниках укрепления тела, углубляет связь практикующего со стихиями огня, земли и металла и даже может помочь перейти на следующую ступень. Конечно, омовение в пруде лавы не может быть без недостатков, и они тоже довольно многочисленны. Во-первых, чтобы послушники что-то подобное совершить, требуется специально подобранная дорогостоящая формация, которая снизила бы температуру жидкости до более-менее приемлемых значений, но при этом не позволила бы ей потерять полезные свойства. Одно применение этой формации обходится секте более чем в миллион камней духа. И её одной всё равно недостаточно, послушникам приходится дополнительно давать пилюли из крайне редких ингредиентов, иначе они просто не выживут даже в охлажденной лаве. Во-вторых, вследствие излишней напористости Ци в лаве, даже со всеми нашими защитным мерами дантянь, меридианы и все духовные канала повреждаются, вследствие чего после омовения практикующей не сможет культивировать после этого ещё как минимум месяц. И, можешь в этом быть уверен, даже твоё Тело Чистого Лотоса, в этом тебе не поможет. Но, правда, на использование Ци для техник, ограничение намного менее длительное Также, когда ты в будущем будешь выбирать себе цель для трансформации, то с животными со стихиями льда и воды у тебя возникнут серьёзные проблемы. О, вижу по твоему лицу, ты думаешь, что я просто тебе сейчас заговариваю зубы, что это бесполезная для тебя информация, и что ты хочешь всё-таки знать, какая связь между омовением в пруду и тем, что я позволил тебе так израниться? Но я к этому и веду, имей терпение, младший. Как я уже говорил мы изучали это озеро годами, слегка даже его изменили, превратив его в пруд, и мы поняли, что наибольшую эффективность омовение в нём приобретает, когда его совершает израненный человек. И чем сильнее раны, тем оно лучше «совершенствует» тело. Теперь всё понятно? — Да, старший, вы решили одним камнем убить сразу трёх волков. Последовать воле вашего мастера, оценить моё поведение, а также подготовить меня к омовению в Пруду Основы Пламени. — Я бы сказал частично подготовить, но, пожалуй, хватит нам уже стоять здесь и болтать, я не врал, нам действительно нужно поторопиться, и мы здесь так уже достаточно задержались. Нам, ведь ещё предстоит потратить некоторое время на спуск, так что оставшуюся информацию я поведаю тебе по дороге. Заметив, что Ранд пытается самостоятельна подняться, Авель добавил: — Можешь не пытаться встать, в этом нет никакой нужды. Я тебя вновь понесу, но не беспокойся в этот раз тебе ничто не будет угрожать. Сказав это, Авель применил технику и Ранда окружило ледяная корка, сформировав своеобразный кокон, которым ученик магистры Каины смог без труда на расстояние от себя манипулировать в пространстве. Он поднял Ранда от земли и понёс его в сторону разлома. Подойдя к которому, он тут же спрыгнул в его глубины. Сквозь лёд видимость была ограничена, Ранд мог лишь разобрать то, что их окружали почти отвесные склоны, состоящие из черной необработанной вулканической породы, и что вокруг почти не было никакого освещения. Пока Авель летел, он продолжал свой рассказ о Пруде Основы Пламени. Правда, говорил он не вербально, а при помощи духовного чувства: — Из-за огромных колебаний в температуре и концентрации Ци Пруд Основы Пламени послушники могут использовать лишь в период их минимальных значений, так что если мы припозднимся, то придётся ждать ещё минимум день, пока эти значения вновь не упадут, иначе, погрузившись даже со всеми мерами предосторожности, ты просто сгоришь. Ты, наверняка, думаешь, а почему секта не использует пруд регулярно для каждого послушника? На это тоже есть причины. Во-первых, стоимость, большинство послушников просто не стоят того, чтобы на них использовать такие ресурсы. Во-вторых, после первого омовения эффективность сильного падает, а после третьего-четвертого практически сходит на нет. Но даже это не главное, а то, что по-настоящему останавливает секту — это тот факт, что ресурс Пруда Основы Пламени ограниченный. С каждым использованием он постепенно, очень медленно, теряет свои свойства и равно или поздно он превратится в обычную лаву, слегка насыщенную Ци. Мы пока не придумали метод, с помощью которого его можно восстановить. На наш век хватит, но секта не хочет растратить его слишком быстро. О, кажется, мы уже достигли цели. На дне разлома перед ними предстали большие, более десяти метров в высоту, врата, испещренные различными символами. Авель, не став задерживаться перед ними, открыл их, пропустив сквозь них поток своей Ци. За вратами их встретила довольно крупная пещера, по центру которой был пруд в пару десятков метров в диаметре, напиленный огненно-красной жидкостью, напоминающей своим видом смесь обычной воды и лавы. Встав в паре метров от края пруда, Авель наконец-то развеял ледяной кокон, окружавший Ранда, и тот в ту же секунду почувствовал, что он не сможет здесь долго находиться. Сам воздух, казалось, был настолько горяч, что обжигал легкие, из-за чего ему тут же стало трудно дышать. В совокупности с полученными им травмами его состояние стало приближаться к критическому. Авель, совершенно не обращая внимания на положение Ранда, подошёл к пруду и опустил в него на секунду свой палец, а затем сказал кряхтящему на полу Ранду: — Да, для подобной температуры ты слегка слабоват, всё-таки она рассчитана на культиваторов на пике стадии Конденсации, но ничего страшного это можно подправить, хоть и придётся потратить дополнительные несколько десятков тысяч камней духа. Сказав это, он на секунду закрыл глаза, и при помощи духовного чувства отдал команду формации в пещере, после чего температура воздуха и, вероятно, пруда заметно упала. — Так, готово, теперь тебе нужно принять несколько пилюль, без них тебе даже с такой температурой не совладать. Пилюля Сила Зимы, чтобы помочь тебе справиться с жаром, пилюля Божественной Крови, чтобы даровать твоему телу достаточную жизненную силу справиться со всеми невзгодами… — под напором Авеля Ранду пришлось принять не менее двух десятков всевозможных пилюль. Затем Авель осмотрел его и заключил: — Повреждение внутренних органов в целом на достаточном уровне, имеется несколько внутренних кровотечений, очень хорошо. Дальше их повреждать будет уже опасно. Но, вот, твоих травм костей, мышц и внешнего покрова совершенно недостаточно, видимо, слишком удачно ты упал с высоты. Так что придётся мне тебе с этим помочь. Не беспокойся я буду аккуратен, ты не умрешь. А в пруду тебе не позволят умереть формация и пилюли, которые ты принял. Затем Авель приблизился к лежащем на полу Ранду и начал на огромной скорости наносить множество ударов пальцем в различные точки на теле бывшего принца. От этих ударов ломались кости, рвались мышцы, разрушались хрящи… Боль от этого была неописуемой, но она поблекла и показалась чем-то незначительным по сравнению с тем, что случилось дальше. Ибо как только Авель закончил, он поднял изломанное тело Ранда на руки и швырнул его в центр Пруда Основы Пламени. И уже в нём Ранд почувствовал настоящую боль, такую в сопоставлении с которой все предыдущая боль не стоила никакого внимания, и даже он не смог сдержать крик. — АААААААА ---------- Глава 70 Между Жизнью и Смертью Глава 70. Между Жизнью и Смертью. Как только Ранд оказался в Пруду Основы Пламени, его плоть тут же начала гореть, кожа истлевать, а мышцы плавиться, подобно маслу на сильном огне. От волос в первую же секунду не осталось и следа, и даже его глаза не выдержали настолько высокой температуры и растворились в этом огненном горниле, погрузив Ранда в темноту. И как будто бы этого ему было мало, но из-за ран на теле и непроизвольно вырвавшегося крика, огненная жидкость стала разливаться внутри него, от чего он стал гореть ещё и изнутри. Желудок, сердце, лёгкие… Все органы стали пламенеть. Но несмотря на пожирающее его пламя, на его практически неработающие жизненно важные части тела, на то, что он даже дышать не мог… Ранд не умирал и даже всё ещё был в сознании. Под влиянием могущественных пилюль, частично защищающей его формации и сильного тела, огонь не мог его убить. Его тело восстановлялось просто фантастически быстро, практически с той же скоростью, с которой пламя его и разрушало. Возник эквилибриум исцеления и огня. И Ранд застыл в нём, в этом, казалось, бесконечном цикле разрушения и восстановления, оказавшись между жизнью и смертью. И пока Ранд горел, по его меридианам растекался необычный, никогда им раньше невиданный, странный подвид огненный Ци. Ранд не имел совершенно никакого контроля над этой энергией. Она, направляемая чьей-то чужой волей, вливалась в него, обугливала его духовные каналы, но по какой-то неизвестной причине не могла или не пыталась их окончательно разрушить. Проходя сквозь его духовные каналы, огненная энергия в конце концов находила путь в его дантянь, где она каким-то необъяснимым образом видоизменялась и превращалась в Ци, созданную при помощи метода культивации Мифической Крови. И при этом не происходило никакого конфликта между совершенно разными энергиями. Единственной проблемой было то, что «обугливание духовных каналов» и «трансформация энергии» были также крайне болезненными. Непрекращающаяся духовная и физическая боль с каждой секундой погружало Ранда всё глубже и глубже в необъятное море чудовищных, практически непереносимых страданий. Казалось, что от переизбытка все его нервные рецепторы, передающие боль, должны были отказать ещё в первые пару секунд, но, видимо, из-за восстановительного эффекта пилюль они также исцелялись и продолжали работать. Ранд давно не испытывал настолько сильных мучений, они были подавляющими, лишающими возможности мыслить, размышлять и даже осознавать себя. Боль поглощала всё и не оставляла после себя практически ничего. И чтобы её преодолеть, справиться с ней одной силы воли, какой бы сильной и могучей она не была, было уже совсем недостаточно. Поэтому, чтобы вернуть себе хотя бы на мгновение ясность мыслей, Ранду впервые за долгое время пришлось прибегнуть к технике по манипуляции сознания: Чистота Разума. По стандартной классификации она относилась к черному рангу, пикового качества. Она позволяла отбросить любые проблемы тела и сосредоточиться. Она не потребляла Ци, и её использование практически невозможно было заметить со стороны, но, чтобы её изучить, необходимо было духовное чувство, так что в обычных условиях её могли использовать только практикующие на стадии Создания Основания и выше. Ранд же хоть теперь и не обладал духовным чувством, он всё ещё мог её использовать, хоть и с меньшей эффективностью, и с некоторыми серьёзными изъянами. Как только он её применил, боль по большей части покинула его, уйдя на второй план и став вполне себе терпимой. Но вместе с ней он из-за отсутствия духовного чувства также практически потерял управление над своим телом, теперь лишь отдалённо ощущая свои конечности. Но на данный момент ему это и не было нужно. 'Довольно мучительное времяпровождение, особенно с учётом потери зрения, вполне может войти в десяток неприятнейших моментов в моей жизни. Весьма впечатлён, что послушники до меня смогли выдержать подобное на протяжении более десяти часов, и при этом необратимо не повредиться рассудком… Нет, большинству точно такое не по плечу. Как же они могли такое вытерпеть? Им как-то уменьшали боль? А мне решили дать её по максимуму? Что это, ещё одна проверка со стороны магистра? Похоже, что так и есть. Если я не выдержу, то я не стою внимания и лишних вложений? Я ей точно когда-нибудь отплачу сполна… Но если забыть о боли и о причинах её возникновения, то положительный эффект от «омовения» я уже ощущаю, и он весьма и весьма впечатляет. Моё тело раз за разом сгорает и восстанавливается, и с каждым таким циклом оно понемногу становится сильнее. Попутно с этим в мой дантянь вливается огромное количество чужеродной энергии Ци, которая в нём непонятным образом изменяется, после чего идеально смешивается с Ци, созданной методом культивации Мифической Крови. Правда, из-за типа энергии и того, что я не могу ей управлять духовные каналы, меридианы, и дантянь во время этого процесса повреждаются. Хотя уровень повреждений относительно незначительный. И, если я правильно оцениваю моё состояние, то без серьёзных последствий я смогу провести здесь часов одиннадцать-двенадцать. Хм, размышлять пока больше не над чём, да и, кажется, нет смысла, ибо я всё равно ничего не могу контролировать… Какое же это раздражающее чувство. Жаль, но долго использовать технику Чистого Разума с моей нынешней культивацией и отсутствием духовного чувства крайне нежелательно, иначе я рискую превратиться в вечного идиота. Так что пора возвращаться к мучениям, думаю, что мне вполне по силам их вытерпеть.' Пока Ранд, погруженный в Пруд Основы Пламени, испытывал огромные страдания, Авель, стоял неподалёку и наблюдал за ним, попутно обдумывая сказанные им недавно Ранду слова. Ведь, он соврал Ранду насчёт того, что секта не знает причин возникновения этого аномального источника, ибо всего лишь послушнику было не подобает знать настолько важную информацию. На самом деле даже самому Авелю было не положено об этом знать, и в своё время он узнал о нем правду случайно. В древние времена, когда ещё не было ни нынешней империи Тёмной Луны, ни секты Огненного Дракона, когда концентрация Ци повсюду была намного выше, когда их мир ещё был цельным, и в нем жили Истинные Бессмертные, на этом самом месте умер и переродился Первородный Феникс. И в момент его рождения часть свойств, присущих этому могущественному, бессмертному зверю, передалась окружающей его в те секунды лаве, превратив её в чудодейственную для смертных созданий огненную жидкость. Если верить древними записям, то в те времена, когда секта поселилась в районе Огненной Горы и нашла Пруд Основы Пламени, он был способен даровать искупавшемся в нём возможность однократного возрождения после смерти, а также исцелить любые ранения и недуги. К тому же он позволял поднять культивацию на целую стадию любому практикующему, не достигшему стадии Зарождения Души. А практикам, достигшим этого почтенного рубежа, омовение помогало перейти на следующую ступень. Конечно, в те времена в нём могли искупаться только культиватора на стадии Создания Основания или выше, ибо температура его была слишком велика для послушников на стадии Конденсации Ци. И эффект, как и в нынешние времена, от повторного омовения был в десятки раз слабее, а от третьего практически неощутим… Но даже с учётом этого недостатка Пруд Основы Пламени был невероятен, и первое поколение секты Огненного Дракона, обнаружившее его, стало сильнейшим за всю истории. Именно его открытие позволило секте стать великой и занять полагающееся ей место под солнцем. Но наслаждаться этим чудом в полной мере секта смогла недолго. Как потом выяснилось, его необычные свойства постепенно утрачиваются. Огненная жидкость медленно, но верно возвращается к своему первоначальному состоянию. Обычной бесполезной лаве. Было предпринято множество попыток это исправить, но все они в той или иной мере закончились провалом. Всё, чего за тысячелетия смогли добиться сильнейшие и умнейшие представители секты, так это при помощи специалиально подобранных формацией слегка замедлить процесс утраты свойств. Но лишь слегка. Поэтому нынешний Пруд Основы Пламени — это лишь бледная тень его былого величия, но даже в своём нынешнем состоянии он все ещё оставался весьма полезен. Прошло уже несколько часов с тех пор, как Ранд оказался погружен в «огненную пучину», и всё это время Авель продолжал следить за состоянием Ранда и время от времени корректировать действия оберегающих его формаций. Именно благодаря его участию удавалось поддерживать «идеальный» баланс между восстановлением и уничтожением тела Ранда, позволяющий достичь максимального эффекта от «омовения». «Он испытывает сейчас чудовищную боль, но, насколько я могу судить, он весьма неплохо держится. Нанесение ран перед 'вхождением в Пруд» не практикуют уже несколько сотен из-за того, что это многократно усиливает болезненные ощущение и может даже сломить наименее стойких. Да и в те времена омовению подвергались люди с куда более высокой культивацией, что делало их значительно менее чувствительными. Насколько я помню, то последним, кто испытал что-то настолько же болезненное был сам сект-мастер. Если бы не чёткий приказ мастера, поверившей в то, что Оберин обладает достаточной силой воли, я бы мальчишку такому подвергать никогда бы не стал. Пускай даже тогда эффект от «омовения» был бы слабее. Но решать не мне, приказ нарушать нельзя…' Через восемь с половиной часов Авель достал молодого послушника из Пруда Основы Пламени, и аккуратно положил его истерзанное, изувеченное тело на каменный пол. Но Ранд на это совершенно никак не отреагировал, ибо он пребывал в каком-то странном подобие сна. Хотя Авеля подобная реакция послушника абсолютно никак не удивила, он достал из пространственного кольца несколько пилюль и вложил их Ранду в рот. И уже через час бывший принц вновь открыл свои исцелившиеся глаза. И хоть его уже не окружал огонь, ему всё равно продолжало казаться, что он все ещё горит. — ААААААААААА Услышав крик, Авель, всё это время медитировавший неподалеку, мгновенно оказался рядом с Рандом и положил ему руку на лоб, и стал вливать в него тончайший поток ледяной Ци, дабы успокоить юношу. Крик Ранда продолжался ещё по меньшей мере минуту, а когда он завершился, Ранд ещё секунд сорок тяжело дышал, не способный что-либо сказать. После того, как Ранд окончательно успокоился, Авель убрал руку с его лба и спросил: — Младший, ты меня слышишь? Как ты себя чувствуешь? — Да… кхе-кхе, я вас слышу, старший. Чувствую я себя ужасно и… прекрасно одновременно. Мне всё ещё кажется, что я продолжаю гореть, хоть боль и стала намного, намного слабее, но также я ощущаю в себе огромную, необузданную силу. — С учётом того, что ты пережил это ещё очень хорошая реакция. Более слабого человека то, что ты пережил, могло бы сломать. Но ты всё прекрасно выдержал, молодец. Со временем ощущение того, что тебя ещё окружает огонь пройдёт, можешь не сомневаться. А по поводу силы… Поздравляю тебя с прорывом на пятую ступень стадии Конденсации Ци. Прорваться на две ступени за один день это весьма впечатляющее достижение, которым немногие могут похвастаться. К тому же твоё тело стало намного сильнее и крепче благодаря особому свойству огненной «воды», благодаря чему ты теперь сможешь в кротчайшие сроки освоить любую технику укрепления тела черного ранга и ниже. И это место, в воздухе которого содержится много Ци Основы Пламени, так мы называем этот особый подвид огненной Ци, лучшее, что можно только найти, чтобы практиковать твою технику Бронзового Тела. Времени у нас с тобой не так много, но ты заслужил отдых, так что я предлагаю тебе отдохнуть немного, несколько часов, после чего мы начнём тренировку. Около минуты Ранд, ещё не до конца пришедший в себя, ничего не отвечал Авелю, ибо мысли его в этот момент были далеко. У него было такое чувство, что он забыл что-то крайне важное, что с ним что-то произошло, но почему-то он об этом не помнит. Но через некоторое время это ощущение покинуло его, и у него даже пропало какое-либо желание об этом думать. — Спасибо, старший, но мне не нужен отдых, я готов приступить к тренировке уже сейчас. ---------- Глава 71 Наиболее подходящие Глава 71. Наиболее подходящие. Авель был слегка удивлён такому ответу, ибо он ожидал, что Ранд после настолько тяжелого, как духовно, так и физически испытания точно захочет некоторое время отдохнуть, дабы собраться с силами и прийти в себя. — Ты действительно крепкий и весьма впечатляющий юноша. С таким складом ума у тебя действительно есть хорошие шансы стать достаточно сильным, чтобы одолеть того зазнавшегося мальчишку из Небесного Меча. Даже за такой короткий промежуток времени. Ладно, пока хватит с тебя похвалы. Пора уже возвращаться к делу. Но прежде, чем мы перейдём к самой тренировке, думаю, что нам с тобой стоит поговорить немного о твоём нынешнем состоянии. Ты достиг пятой ступени стадии Конденсации Ци, и к тому же твоё тело стало значительно сильнее и крепче, чем у обычного послушника нашей секты на этой же ступени. Также несмотря на то, что ещё недавно ты походил на обгорелый труп, на данный момент твоё физическое тело уже близко к полному исцелению, но… с твоими духовными каналами не всё так гладко, ибо они сейчас находятся далеко не в лучшем состоянии. Из-за того, что духовные каналы пропустили сквозь себя огромное количество чужеродной огненной Ци, они получили серьёзные повреждения: они обожжены и испещрены мелкими трещинами. На этих словах Ранд почти инстинктивно попытался проверить его слова и пустить по меридианам тоненькую струю Ци, и сразу же почувствовал неприятные, жгучие ощущения. — Кажется, так и есть. Я сейчас попытался провести сквозь них крошечное количество Ци, но даже это вызвало у меня боль. Удивительно, что дантянь при этом абсолютно никак не пострадал. — Это типичное последствие омовение в Пруду Основы Пламени. Сейчас любая попытка проведения сквозь твои духовные каналы значительного потока Ци закончится для тебя не лучшим образом. И вылечить быстро их не получится. Духовные травмы, даже лёгкие, исцелить гораздо сложнее, чем самую тяжелую обычную травму физического тела. И даже используя на тебе лучшие пилюли, которые ты со своей культивацией только можешь принять, восстановление займёт не менее четырех дней, а может быть, и несколько дольше. Поэтому сейчас даже пытаться не стоит освоить новые или тренировать старые техники, основанные на использовании Ци. От этого будет гораздо больше вреда, чем пользы. Так что эти четыре дня ты проведешь, занимаясь тем, что не требует совершенно никакого применения Ци. Ты будешь практиковать боевое искусство Танцующего Дракона против людей, которые сражаются мечом. За эти дни ты освоишь азы того, какие преимущества даёт человеку меч, и как им противостоять. И чтобы твоя тренировка прошла наилучшим образом, тебе уже даже подобрали… — на этом моменте Авель наконец-то сделал паузы в своём монологе, о чём-то на пару секунд задумывавшись, а затем продолжил: — Ладно, оставим разговоры немного на потом, когда мы прибудем на место. Пока ничего не спрашивай, а просто следуй за мной. Сюда мы ещё вернёмся, чтобы довести до совершенства твою технику Бронзового Тела. Но это случится несколько позднее. Авель вместе с Рандом вышли из пещеры, где находился Пруд Основы Пламени. Впервые за несколько часов, которые Ранду показались днями, он смог вдохнуть обычный, прохладный воздух. Его пробрала лёгкая дрожь, и это принесло ему какое-то неописуемое облегчение. Лишь окончательно покинув то огненное пекло, он смог до конца осознать, насколько же тяжелым это было испытанием для него. И если бы ему предложили сейчас туда вернуться, то он был совсем не уверен, что он бы согласился. Когда двое молодых культиваторов достигли более-менее просторной части дна разлома, Авель остановился, и произвёл частичную трансформацию своего тела, создав широкие белоснежные крылья и длинный хвост, кончик которого напоминал хлыст. Им он Ранда и обхватил — Держать тебя таким образом для меня гораздо удобнее, чем применять и поддерживать технику, удерживая тебя во льду во время полёта. Так что потерпи. Не бойся, в этот раз ты не пострадаешь, ибо сейчас в этом нет никакой нужды, — произнёс Авель после чего, не дав Ранду сказать и слова в ответ, он тут же взлетел. И через пятнадцать минут неспешного полёта, Авель приземлился в паре километров от довольно приметной высокой башни. Ученик магистра отменил свою трансформацию, после чего он вместе с Рандом пошёл в сторону башни, попутно опять завязав беседу: — Отсюда мы пойдём пешком, и пока идём продолжим наш разговор, мне нужно ещё поведать тебе несколько вещей. После того, как стало известно, что тебе придётся сражаться с Дзянем из секты Небесного Меча, и что стоит на кону, мой мастер, магистр Каина, отдала несколько приказов, и одним из них было найти тебе наиболее подходящего учителя, который сможет наилучшим образом подготовить тебя к сражению с практикующим Путь Меча. Оберин, догадываешься, кого магистр имела в виду? — Нет, старший. — ответил Ранд, хотя он уже, кажется, понял, к чему, вернее к кому, ведет его Авель. Но он всё равно не до конца понимал, как такое возможно. — Нет, говоришь? А мне почему-то, кажется, что ты уже должен был уловить суть. Ты для этого более чем умён. Ведь, никто не сможет лучше тебя подготовить к битве с практикующим Путь Меча, чем другой практикующий Путь Меча. Да, вижу, что ты уже понял, я сам когда-то обучался владению мечом, и даже какое-то время был послушником в секте Небесного Меча. Звучит, конечно, невероятно, но это правда. Это была основная причина того, что именно меня избрали для твоей подготовки — Старший Авель, вы раньше были послушником в секте Небесного Меча? Но как такое может быть? И почему я об этом ни от кого не слышал? — впервые за долгое Ранд спросил с неподдельным удивлением. — Это, правда, я бы не стал о таком шутить. А не слышал ты об этом потому, что очень мало кто об этом знает, а те, кто знает, не желает об этом распространяться. Тогда у меня было даже другое имя. В своё время эта история весьма подпортила отношения двух сект… Но, пожалуй, подробности я тебе расскажу как-нибудь в другой раз. Я, вероятно, один из лучших в нашей секте, кто сможет подготовить к поединку с Дзянем, но одного меня всё же недостаточно. Ибо я всё-таки уже очень давно отбросил меч и перешел к практике нашего метода Трансформации, да и моя культивация слишком высока, чтобы быть тебе хорошим тренировочным партнёром. А, как известно, быстрейший способ развить свой боевой потенциал — это сражаться с равным или чуть более сильным противником. Но никак не с тем, кто превосходит тебя на несколько порядков. Поэтому по приказу магистра было велено подобрать тебе также лучших возможных тренировочных партнёров. И таких людей можно найти только в одном месте… в секте Небесного Меча. Что и было сделано, члены нашей секты добыли для тебя трёх послушников секты Небесного Меча. — Добыли послушников Небесного Меча, старший? Правильно ли я понимаю, что они здесь не по своей воле? — задав эти вопросы, Ранд вновь «удивлённо» вскинул брови, только в этот раз уже поддельно. — Разумеется, не по своей. С чего бы им помогать чужой секте в противостоянии своей? Даже предложи мы им за это большую плату, они бы всё равно вряд ли бы согласились, потому что согласие означало бы для них смертный приговор. Рано или поздно, тем или иным образом в секте Небесного Меча узнали бы обо всём случившемся, и им бы пришёл конец. Предателей никто и нигде не любит, и их никогда не прощают. — Но разве секта Небесного Меча рано или поздно не узнает о том, что наша секта выкрала их послушников? И не приведёт ли это к каким-нибудь очень негативным последствиям? — Нет, вряд ли это случится, послушников поймали, когда они выполняли задание за пределами секты, и всё подстроили так, что их «убила цель их задания». Такое случается относительно часто. Всё было сделано двумя специально обученными дьяконами, которые более чем знают своё дело. К тому же секта Небесного Меча не так сильно беспокоится о судьбе своих младших членов, как наша, ибо они принимают намного больше послушников за раз, и могут позволить себе даже значительные потери. Но даже если они смогут узнать правду, то ничего страшного не произойдет. Так как эти трое не из лучших послушников, и секте по большей части плевать на них, они не будут слишком горевать из-за подобного. Вероятнее всего, мы просто выплатим компенсацию им в ресурсах, и на этом всё закончится. — Спасибо, что всё объяснили, старший. Теперь мне всё понятно. Авель удовлетворённо кивнул, и начал рассказывать о пойманных послушниках: — Как я уже говорил, их трое и их культивация находятся на шестой, седьмой, и восьмой ступенях стадии Конденсации Ци. Изначально они не хотели нам помогать, но их заставили подчиняться при помощи нескольких вещей: особых ошейников-артефактов и управляющих колец, с их помощью нам будет проще ими командывать, а также особого договора с ними, в котором им пообещали, что если они будут нас слушаться и помогут тебе в подготовке, то после твоей победы над Дзянем, их заставят дать клятву, что они ничего никому не расскажут, после чего они будут отпущены на свободу. — Старший Авель, это, ведь, неправда, верно? Секте крайне невыгодно их отпускать. Услышав такой вопрос, Авель странным образом хмыкнул и сказал: — Умён, да и я тебе, видимо, слишком много рассказал, раз ты так всё легко понял. Верно, это неправда, секта их никогда не отпустит, но тебе было бы легче, если бы ты думал, что это правда. Ведь, тебе с ними ещё придётся общаться… Понимаю, что это может быть тяжело, но постарайся в разговоре с ними избегать этой темы. Ты можешь ненароком разрушить их последнюю надежду, и тогда работа с ними может усложниться. И тогда мы будем вынуждены применить на них крайне неприятные методы. — Хорошо, старший, я вас понял. Я постараюсь с ними на эту тему не говорить. — слегка «удрученным» голосом ответил Ранд, при этом опустив голову и смотря себе под ноги, как если бы он о чём-то задумался. И Авель, пристально наблюдавший за Рандом, заметил это изменение в нём. — Я догадываюсь о чём ты задумался. Тебе жалко этих послушников. Но жалость — это слабость. Особенно, когда у тебя настолько низкая культивация. «Не уповай на жалость других, и не даруй её сам. Только так можно выжить в нашем мире» — в молодости мастер сказала мне эту фразу, и однажды она спасла мне жизнь, надеюсь она пригодится и тебе. — Спасибо, старший, я её запомню. — Отлично, тогда давай уже заходить внутрь, я познакомлю тебя с ними. Затем мы наконец-то приступим к тому, ради чего сюда пришли. Авель повёл Ранда внутрь башни, после чего им пришлось подняться по лестнице на второй этаж, где перед ними предстала довольно просторная комната примерно в тысячу квадратных метров, с небольшой ареной по центру. И там их уже ждали четверо людей: трое послушников, всё ещё одетых в робы секты Небесного Меча, с ошейниками на шеях, похожими на те, что Ранд видел на зверях в Дворце Небесных Зверей, и рядом с ними стоял неизвестный Ранду дьякон секты Огненного Дракона. Как только они вдвоём вошли, дьякон тут же подошёл к Авелю, и что-то при помощи духовного чувства ему сообщил, после чего молча передал ему три кольца, и, так и не сказав вслух ни слова, всех их покинул. — Лань, Вэй, Цзинь перед вами послушник нашей секты Оберин. С этого дня вы будете сражаться с ним в учебных боях, вам предстоит обучить его всем известным вам секретам боя на мечах. В первые три дня вы будете бороться с ним без использования техник. Разрешается лишь использования боевого искусства и меча. И ничего более. Ранения допустимы, при необходимости я вас вовремя остановлю. Всё понятно? — обратился к ним Авель. Один из юношей, видимо, самый старший и с самой высокой культивацией выступил вперёд и начал говорить за всех: — Да, старший, не знаю, как вас зовут, но мы сделаем всё, как вы скажете. Мы расскажем вам все секреты, но, надеюсь, что ваша секта также сдержит слово, и после того, как мы окажем вам эту услугу, вы нас действительно отпустите. Тот дьякон нам вообще ничего не говорил. Вы же нам не врёте? Потому что если это так, то мы лучше сразу умрём… Авелю такая манера речи крайне не понравилась, он щелкнул пальцами, на котором каким-то образом оказалось новое кольцо, и юноша упал на пол, забившись в конвульсиях. — Видимо, дьякон был с вами слишком мягок, раз вы смеете так со мной разговаривать и подвергать сомнение слово нашей секты. Но, к вашему несчастью, я мягкостью не страдаю, поэтому со мной вам придётся общаться предельно уважительно, иначе вы будете страдать. Кивните, если всё уяснили. Двое ношей кивнули, и даже третий, валяющийся на земле, сделал движение головой, напоминающее слабый кивок. — Хорошо, раз всё мы прояснили, то теперь приступим к тренировкам. Лань, Оберин, идите на арену. Оберин, сейчас твоя задача состоит в том, чтобы как можно дольше уклоняться от его меча. Я же для начала буду просто наблюдать. ---------- Глава 72 Нелегкое обучение Глава 72. Нелёгкое обучение. Пока Авель поучал послушников секты Небесного Меча, Ранд не стоял бездумно, а размышлял насчёт того, что ему стало известно и что ему с этой информацией делать дальше: 'То, что Авель раньше был послушником в секте Небесного Меча, а теперь стал основным учеником секты Огненного Дракона, прецендент сам по себе крайне удивительный. Такие организации не терпят перебежчиков, ибо каждый их живой представитель — это сильнейшим удар по авторитету и репутации. Ведь, если существует сама возможность того, что можно вступить в секту, узнать часть её секретов и, если что-то не понравится или не устроит, просто перейти в другую и спокойно жить дальше, то это означает только одно: что секта крайне слаба, не способна защитить себя, и жить ей, вероятно, осталось недолго. За одним случаем перехода последует второй, за вторым третий… Это будет началом конца. Главы сект это прекрасно понимают, и никто из них не хочет подобного допускать. Поэтому в обычных условиях секта Огненной Дракона даже не стала бы Авеля принимать в свои ряды, ибо это означало бы смертельно оскорбить своего соседа. И если бы это всё-таки каким-то образом случилось, то секта Небесного Меча ради восстановления своего авторитета любой ценой попыталась бы устранить Авеля, и даже защита магистра Каины вряд ли бы смогла долго его спасать. Но, видимо, секты как-то смогли решить эту проблему и договориться, и, дабы репутационный ущерб был минимальный, совершили они всё тайно. Вероятно, об этом знали лишь высшие чины, ибо я абсолютно ничего не слышал о такой важной детали, несмотря на то что во время подготовки я довольно тщательно собирал всю возможную информацию о секте Огненного Дракона… Правда, сейчас это уже особо не важно, об этой странности подумать можно и позже. На данный момент лучше сосредоточиться на делах нынешних, а не на делах давно минувших. При помощи послушников Авель хочет научить меня азам сражения против мечников. Весьма неплохой подход к обучению, меня в детстве тоже похожим образом учили. И принимая во внимание тот факт, что он, кажется, не собирается давать мне никаких артефактов в помощь, и что моё Бронзовое Тело в своём нынешнем состоянии маловероятно сможет эффективно противостоять их мечам, Авель сейчас может попытаться научить меня только одному: как нужно уклоняться от меча. И на более-менее постоянной основе у меня получится «научиться» это делать только в одном случае — если я смогу идеально читать и предугадывать их движения. Что будет сделать крайне нелегко особенно с учётом того, что у моих противников более высокая ступень развития, и их методы культивации вероятнее всего специализируются на скорости, и также не стоит забывать о том, что меч дарует им преимущество дистанции и большую вариативность движений. Конечно, смысл во всём этом есть, потому что если «пойму» принцип того, как уклоняться от их ударов, то в будущем мне будет гораздо проще справляться с атаками Дзяня, который обучался по такому же принципу. Но всё равно странно ожидать, что я смогу достичь чего-то подобного за такой короткий срок. Видимо, Авель получил информацию, что я «гений» в освоение боевого искусства, иначе он бы даже не подумал от меня подобного требовать. Обычный человек не смог бы такому научиться и за годы, не то, что за несколько дней. И даже большому таланту потребовались бы месяцы для хотя бы частичного освоения. Обычного послушнику Авель дал бы, вероятно, какие-нибудь боевые перчатки, и научил бы блокировать ими атаки меча. Но меня он обычным не считает. В целом этим умением я уже владею, хотя, чтобы овладеть им мне в детстве потребовалось существенно больше трёх-четырех дней… Но показывать его нужно будет постепенно, иначе это будет слишком уж подозрительно. И почему послушников именно трое? Хм, помнится в секте Небесного Меча три основных боевых искусства под разные типы мечей, неужели Дзянь…' Мысли Ранда были прерваны словами Авеля, который наконец-то закончил разбираться с послушниками: — Хорошо, раз мы всё прояснили, то теперь приступим к тренировкам. Лань, Оберин, идите на арену. Оберин, сейчас твоя задача состоит в том, чтобы как можно дольше уклоняться от его меча. Я же для начала буду просто наблюдать. Лань, надень эти браслеты, с ними Оберину будет чуть легче поспевать за твоими движениями. Как только двое молодых людей оказались друг напротив друга на арене, тут же прозвучала команда: — Начали. Лань атакуй Оберина. Молодой послушник Лань молча поднял перед собой длинный одноручный меч и начал медленно сближаться с Рандом. И как только он оказался на нужном расстоянии, он тут же нанёс удар сверху вниз. Ранд попытался отступить и уклониться, но он оказался слишком медленным, и меч Ланя, как будто почти и не заметив прочной бронзовой кожи, рассёк ему руку. И в ту же секунду в его голове прозвучал голос Авеля: — Первого уровня Бронзового Тела совершенно недостаточно, чтобы заблокировать их мечи, так что не полагайся на эту технику. Сейчас тебе нужно лишь уклоняться. Старайся почувствовать его атаку, прежде чем она начнётся, только так у тебя будет вовремя выйти из зоны поражения, — на секунду Авель замолчал, а потом добавил: — Контратаковать, не смей, смысл тренировки не в том. Мечник не стал ждать пока его соперник придёт в себя после пореза и продолжил свою атаку. За первым ударом последовал второй, за вторым третий… Ранд постоянно отступал, стараясь уклоняться от атак, но, несмотря на то что Ланя слегка замедляли браслеты, получалось у него редко. Казалось, что у его противника было слишком большое преимущество в оружии, и поделать с этим было нечего нельзя. От полного поражения Ранда спасало лишь то, что Лань специально старался не наносить серьёзных ранений. В первом тренировочном сражении Ранд продержался около пятнадцати минут, после чего он получил слишком большое количество ран, чтобы продолжать результативно триероваться, и бой пришлось прервать. Как только Ранд покинул арену, Авель дал ему несколько пилюль Малого Восстановления высшего качества, а также ещё одну другую для ускорения исцеления духовных каналов, и пока Ранд залечивал свои раны, Авель стоял рядом с ним и рассказывал ему: — В секте Небесного Меча существует три основных боевых искусства: Доминирующий Меч для большого двуручного меча, Контролирующий Меч для одноручного длинного меча и Наказующий Меч для короткого одноручного меча. У каждого есть свои особенности, достоинства и недостатки. Лань, который с тобой только что сражался, практикуют Контролирующий Меч. Есть основной особенностью является желание всегда поддерживать дистанцию и не давать противнику бить в ответ. Это искусство дарует тому, кто использует его, труднопреодолимую защиту, но в тоже время значительно ограничивает его атакующий потенциал. Тебе нужно следить за… Вэй, послушник на седьмой ступени, сражается коротким мечом и, разумеется, практикует Наказующий Меч. Главная отличительная черта этого боевого искусства заключается в желании сократить дистанцию с противником и беспрерывно его атаковать. С ним тебе придётся очень тяжело. Чтобы хоть как-то ему противостоять тебе придётся… Цзинь, старший и сильнейших из них, как ты уже, я думаю, догадался, практикует Доминирующий Меч. Цель этого искусства: сокрушить противника в кротчайшие сроки огромной неукротимой мощью. Если он тебя хоть раз коснётся мечом, то тебе несдобровать. Искусство делает Цзиня относительно медлительным, и из-за существенного веса меча он довольно быстро устаёт, но недооценивать его не стоит, он сильнейший среди троих не только из-за культивации… — Старший, а каким искусством владеет Дзянь? — под конец рассказа решил уточнить Ранд, с самого начала заподозривший, что неспроста «поймали» именно этих трёх послушников. — Хороший вопрос, Оберин. Дня начала стоит упомянуть, что меч Дзяня весьма необычен для своего ранга, он способен довольно быстро изменять свою форму в широких пределах. Его оружие может быть как небольшим пятидесятисантиметровым коротким мечом, так и огромным трёхметровым мечом. По поводу же твоего вопроса раньше Дзянь показывал лишь своё знание Контролирующего Меча, и оно было не на слишком высоком уровне, но на последнем в турнире он продемонстрировал великолепное владение сразу тремя искусствами. Теперь ты понял, почему для твоей подготовки выбрали именно этих трёх послушников? — Да, старший. Спасибо, что рассказали и мне. Как только тело Ранда приходило в норму, молодого человека тут же отправляли обратно арену. И всё начиналось заново: мечники нападали, а Ранд пытался уклоняться. Каждые четыре часа у Ранда менялся противник. Вэй и Цзинь, чья культивация была на седьмой и восьмой ступенях на время поединков также надевали специальные артефактные браслеты, которые ослабляли их примерно до уровня четвёртой-пятой ступени. Общения между послушниками двух разных сект практически не происходило, Ранду это было совершенно не нужно, да и сами его соперники не изъявляли никакого желания завязать какой-либо вразумительный разговор. Максимум, что можно было от них услышать, так это короткие презрительные фразочки, вроде: — Думаешь сможешь понять наши движения за пару дней и это поможет тебе в битве со старшим Дзянем? Какая глупость. Но после каждого такого высказывания послушников охватывали судороги, и они быстро оказывались на полу, при этом умоляюще смотря на медитирующего неподалёку Авеля. И после двух подобных происшествий, молодые члены Небесного Меча окончательно умолки. Так шёл час за часом. Авель не позволял никому из них ни просто так отдыхать, ни спать. Как только кто-то из них показывал мельчайшие признаки усталости, ученик магистра тут же давал им стимулирующие пилюли. В во время коротких целительных перерывов, Авель поведал Ранду множество вещей о секте Небесного Меча: о том, на стадии Создания Основания они действительно перемещают свой дантянь в меч, но на стадии Конденсации Ци он всё ещё находится в нижней части живота; что в их секте нет одного единого метода культивации, а вместо этого у них в районе шестисот методов для достижения пика Конденсации Ци, двухсот методов для достижения пика Создания Основания, около семидесяти методов для достижения пика Формирования ядра, двадцать четырё метода для достижения пика Зарождения Души и целых восемь методов, при помощи которых можно добраться до Трансформации Души. И благодаря их значительной схожести между собой, переход от одного метода к другому занимает не так много времени и не составляет больших сложностей, и практикуются повсеместно пре переходе с одной стадии на другую. Также Авель сообщил, что не удалось выяснить, какой именно метод практикуют Дзянь, так что подобрать идеальную контрмеру, основываясь на его методе, невозможно. Постепенно Ранд показывал всё больший и больший прогресс, ему всё чаще «удавалось» прочитать своих противников и вовремя уклониться от их атак. Казалось, что за этой тренировкой и пролетят четыре дня, но в конце первого дня случилось нечто, что всё изменило. Авель неожиданно вышел из своего полумедитативного состояния и резко вскочил. Затем основной ученик неподвижно застыл на пару секунд, а потом он со странным выражением лица обратился к Ранду, который в этот момент залечивал раны неподалёку от арены: — Планы меняются, на сегодня с тренировкой покончено. Со мной только что говорил лично сект-мастер. Он мне сообщил, что старейшина Байрон пришёл к нему с прошением, чтобы тебе даровали… одну крайне неоднозначную «возможность». — Старший Авель, что вы имеете в виду под крайне неоднозначной «возможностью»? — спросил Ранд, припомнив при этом, что не так давно Морейн упоминало о чём-то подобном. — Сейчас нет времени объяснять, нас уже ждут во дворце сект-мастера. Думаю, там тебе расскажут всё, что ты захочешь узнать. Но сейчас просто следуй за мной. Авель вновь частично трансформировался и поднялся в воздух вместе с Рандом. Благодаря его впечатляющей скорости полёта и тому, что они воспользовались телепортационной аркой, двое молодых людей добрались до дворца в кротчайшие сроки. На входе в это величественное здание их встретил голем в виде внушительных размеров виверны, который их осмотрел и произнёс: — Вход разрешён. Поторопитесь, хозяин вас уже ждёт. Двое молодых людей быстрым шагом прошли по дворцовым коридорам, не обращая никакого внимания на красоту вокруг них: стены из красного золота, светильники из духовных камней различной формы, соединенные в причудливые фигуры мифических зверей, ковры с рисунками стародавних битв, выставленные на показ сокровища… Очень скоро они вдвоём оказались перед вратами, ведущими в главный зал, но прежде, чем они зашли внутрь, Авель остановился и сказал Ранду: — Дальше ты пойдёшь в одиночку, ибо там ждут только тебя. За вратами тебя ожидает глава секты и старейшина Байрон. С сект-мастером будь предельно уважительным, и всё будет в порядке. — Благодарю, старший. Войдя в главный дворцовый зал, Ранд сразу же увидел сект-мастера, весьма красивого молодого на вид человека с необычными вьющимися рогами на голове. Он сидел на троне перед большим столом, на котором была изображена «живая» карта окрестных земель. А недалеко от него стоял, склонив голову, старейшина Байрон Как только Ранд вошёл, старейшина на мгновенье бросил на него короткий взгляд, молча махнул ему рукой, подзывая подойти ближе, а затем он, всё также не сказав ни слова, вновь уставился в пол. Ранд встал слегка позади Байрона, после чего он глубоко поклонился и поздоровался со стоящим перед ним главой секты: — Приветствую вас, сект-мастер Элендель. Простите, что заставил вас ждать. Меня зовут Оберин, я послушник и ученик старейшины Байрона. Мне сообщили, что вы просили меня прийти. Услышав приветствие, сект-мастер слегка улыбнулся и спросил: — Оберин из деревни Лар, сын Алдана и Киры, послушник моей секты и ученик старейшины Байрона Герано. Скажи мне, ты ценишь свою жизнь? Ух, с последнего обновления прошло меньше недели. Давненько такого не случалось =) ---------- Глава 73 Все происходящее — его план Глава 73. Всё происходящее — его план. — Разумеется, глава секты. Я очень ценю мою жизнь. — коротко и нейтрально ответил Ранд, но, почувствовав по слегка недовольному взгляду сект-мастера, что такого краткого ответа будет недостаточно, спустя секунду он добавил то, что от него хотели услышать, хоть и не всё из сказанного им было правдой: — Мне, кажется, каждый человек, находящийся в здравом уме, ценит свою жизнь, и я не являюсь исключением. Но я не живу страхе её потерять, ибо знаю, что когда-нибудь придёт мой час с ней расстаться. — Не самый худший ответ. Действительно, сложно найти человека, не дорожащего своей жизнью. Но большинство людей в отличие от тебя живут в постоянном страхе её потерять, и они даже частенько готовы пойти на всё: обман, убийство, предательство и даже худшие преступления, чтобы её сберечь или хотя бы ненадолго продлить. Скажи мне честно, послушник Оберин, готов ли ты при необходимости пожертвовать своей драгоценной жизнью ради лучшего будущего для нашей великой секты? — Сект-мастер, позвольте я… — попытался что-то сказать старейшина Байрон. — Молчать. Я пока не давал тебе позволения говорить, старейшина. Сейчас я разговариваю лишь с послушником Оберином, а ты не смей вмешиваться. — оборвал его Элендель, и оставшиеся слова буквально застряли в горле Байрона. Пока сект-мастер что-то говорил ему и Байрону, в голове Ранда на огромной скорости проносились различные мысли: 'Я только пришёл, а он уже спрашивает меня про возможную жертву моей жизни. Даже как-то смешно… Нет, нужно всё обдумать с самого начала. Тот факт, что он меня вообще сюда призвал, сам по себе уже довольно необычен. Ведь, раньше сект-мастер проводил большую часть своего времени в уединении, находясь в практически постоянной медитации и готовясь к прорыву на стадию Трансформации Души, и почти все заботы секты оставлял решать магистрам и старейшинам. Лишь важнейшие, требующие его непосредственного внимания, дела могли его отвлечь от культивации. Сейчас же, чтобы принять решение по поводу судьбы незначительного послушника, он решил прервать медитацию и потратить время на разговор со мной? Неужели появление Малого Мира так изменило его привычки и заставило его более активно заниматься делами секты? Или он уже прорвался на стадию Трансформации Души, но держит это в секрете? Как бы мне ни хотелось это узнать, но эти вопросы, по всей видимости, пока останутся без ответа… Хм, если сопоставить нынешние слова сект-мастера с тем, что мне поведала Морейн о предыдущей встрече Байрона и Эленделя, в ходе которой старейшина что-то ради меня просил у главы… Некоторое время назад я даже уже начал предполагать, что, вероятно, тогда речь шла о «возможности», связанной с Прудом Основы Пламени, но, кажется, всё-таки это было не так. В тот раз Морейн говорила мне о «возможности», которую мне сейчас предоставит сект-мастер. И она, видимо, весьма специфична и ценна раз уж Байрону пришлось идти к самому Эленделю, чтобы её выпросить. К тому же она вместе с огромной выгодой несёт также и прямую угрозу моей жизни, иначе такие вопросы мне бы сейчас не задавали. В голову приходит несколько возможных вариантов того, что сект-мастер может мне предложить, но, думаю, гадать смысла нет, скоро я и так всё узнаю. Сейчас вопрос в другом, буду ли я использовать такую смертельно опасную «возможность»? Нет, если опасность будет слишком велика, то я откажусь. Моя жизнь действительно слишком ценна, чтобы её рисковать попусту. И плевать на последствия и на слова Морейн, следя которым мне нужно в любом случае нужно соглашаться и не обращать внимание на любые недостатки этой неизвестной возможности. Если же мне не позволят отказаться, то придётся…' — на этом моменте Ранд, на несколько секунд глубоко погрузившийся в свои мысли, наконец-то почувствовал, что сект-мастер перестал говорить и ждёт его ответа. Так что он отвлёкся от своих размышлений и сказал слова, которые хотели от него услышать: — Если секте потребуется моя жизнь, я всегда буду готов её отдать, ибо я верю, что, если такое когда-нибудь и произойдёт, то у этого будет достойная причина. — Хм, любопытно. Ты, несмотря на свою молодость и неопытность, даже практически не колебался с ответом, и ты действительно веришь в свои слова. Впечатляющая решимость и преданность, по крайней мере на словах. Но вопрос этот я задал тебе сейчас не случайно, твои слова в скором времени придётся проверить на деле. Видишь ли, твой мастер и кое-кто ещё считает, что несмотря на твои впечатляющие успехи в развитии, ты не сможешь продержаться в бою против сына патриарха Ченя необходимые пять минут, не то что его победить. Что тот мальчишка, которого ещё недавно все считали мусором, оказался так силён, что никто на пятой ступени стадии Конденсации Ци ему нынче не ровня, что из-за присутствия успех нашей миссии в Малый Мир может быть под угрозой. Скажи мне, ты с согласен с такой оценкой? — Нет, сект-мастер. Но я уверен, что мой мастер и другие старшие знают намного больше меня, а значит им виднее. — Как и говорила Каина ты достаточно умён. Одновременно и высказываешь своё мнение, и стараешься не уязвить гордость и самомнение старших. Хм, и ты не только умён, но ещё и таланлив в культивации, и верен секте. Будет крайне жаль потерять тебя в случае неудачи, но лучшего выбора для секты, кажется, нет… — начал говорить Ранду сект-мастер, но полуслове он сам себя оборвал и замолчал на пару секунд, затем он уже обратился к старейшине: — Хорошо, Байрон на твоё предложение я даю своё согласие, мальчишке всё объяснишь сам. И да, Байрон, если он всё-таки умрёт, ты заплатишь секте за такую потерю сполна, в этот раз ты так легко не отделаешься. Ты услышал меня? — Да, я услышал и запомнил ваши слова, сект-мастер. — ответил Байрон, склонив голову ещё ниже. — Хорошо, теперь можете быть свободны. Получив разрешение удалиться, Ранд и Байрон вновь глубоко поклонились сект-мастеру, после чего они вместе покинули главный зал. И за вратами их встретил Авель, с которым Байрон тут же заговорил при помощи духовного чувства: — Позволь мне некоторое время побеседовать с моим учеником наедине. Через час-два я его тебе верну. — Простите, старейшина, но магистр Каина приказала мне не подпускать никого… — попытался возразить Авель, но Байрон не дал ему договорить. — Знаю, но у меня есть разрешение сект-мастера, так что я имею на это право. — Хорошо, я вас понял. Буду ждать Оберина у меня через два часа. — после секундного колебания произнёс Авель, как будто он не до конца верил словам Байрона. Затем он быстро попрощался с Рандом и оставил ученика и мастера наедине друг с другом. Как только Авель удалился, Байрон уже при помощи обычного голоса довольно холодно обратился к Ранду: — Следуй за мной, ученик, найдём подходящее место для разговора. Мне с тобой о многом нужно побеседовать. Они вдвоём молча покинули пределы дворца. Как только они оказались на открытом пространстве, Байрон схватил Ранда за руку и применил технику быстрого передвижения, от чего они стали двигаться с огромной скоростью. Благодаря этому уже через несколько минут они оказались в совершенно другом месте: в доме Байрона, в его личной комнате. Как только они очутились там, Байрон тут же активировал защитную формацию вокруг дома, экранирующую здание от проникновения чужого духовного чувства, и затем, убедившись в целостности формации, Байрон заговорил: — Ну и натворил же ты дел за последнее время, мой дорогой глупый и умный ученик. Вначале эта разочаровывающий инцидент с Виидом, в ходе которого ты из-за гордыни и глупости чуть не погиб. До сих пор не могу поверить, что ты поступил так безрассудно и ничего мне рассказал заранее… — с каждым словом Байрон, казалось, раздражался всё больше, — Я надеялся, что всё это хотя бы станет для тебя неплохим жизненным уроком, что ты поумеришь свою гордыню и наберешься разума. Но я ошибся. Сильно ошибся. Буквально пару дней спустя ты попал в ещё одну ужасную историю. Нет, «попал» даже неправильное слово, ты в неё запрыгнул по собственной воле. Верно же, мой ученик? — Но, мастер, разве я мог поступить иначе? Тот полный высокомерия послушник из Небесного Меча пришёл ко мне, когда я находился на критическом моменте в культивации, и в приказном тоне потребовал, чтобы я его впустил внутрь моего дома. Признаю, я не слишком дружелюбно ему отказал, но лучшего он и не заслуживал. Когда же он без разрешения ворвался в мой дом, я понял, что если я ему это спущу с рук, то потеряю всякое самоуважение, так что у меня особого выбора и не было. Я дал отпор и преподал ему урок. Последующие же события были в основном мне моего контроля. Возможно, я не должен был соглашаться на поединок с Дзянем, но, честно говоря, решение в основном было не за мной, а за магистром Каиной. Да и к тому же мне, ведь, всё равно пришлось бы рано или поздно сразиться с Дзянем. Так какая разница? Благодаря этому пари я хотя бы смог стать значительно сильнее в очень короткие сроки. — Мог, очень даже мог. И не прикидывайся, что ты меня не понимаешь или что ты жертва обстоятельств. Я уже убедился, что ты умный и хитрый мальчишка, и больше недооценивать тебя я не буду. Ты, сумев более-менее точно предсказать реакцию обеих сект на подобную выходку, воспользовался глупостью и высокомерием послушника Небесного Меча, который был частью посланников, дабы привлечь к себе внимание высших иерархов нашей секты. Ведь, ты посчитал, что вместе с вниманием к тебе придут и ресурсы. И ты был прав, вот только ты не предвидел предложение Дзяня, от которого наша секта не могла отказаться, ибо оно на первый взгляд совершенно нелогично и невыгодно для Небесного Меча. И из-за этого… теперь далеко не факт, что ты сможешь долго наслаждаться вниманием и ресурсами высших иерархов секты, а возможно и своей жизнью. Ты сам не менее высокомерен, чем тот глупый послушник, а скорее даже более. И, возможно, это высокомерие тебя и погубит. И знаешь почему? Потому что сейчас у тебя нет ни единого шанса продержаться против Дзяня и тридцать секунд. Если ты его считал обычным сильным послушником на пятой ступени, то ты ошибся. Потому что если верить нашим доносчикам, то он на последнем турнире в секте Небесного Меча не просто занял первое место, он сокрушил свою оппозицию. Никто из ровесников не смог выдержать даже одного удара его меча. Более того, чуть позже он сразился со своим старшим братом, находящимся в шаге от стадии Создания Основания, и их битва закончилась ничьей. Теперь ты понимаешь? И ты ещё спрашиваешь меня какая разница. В Малом Мире тебе бы не пришлось сражаться с ним в одиночку… Байрон продолжал говорить и говорить, но Ранд уже слушал его вполуха, ибо на него нашло озарение, и он погрузился в свои мысли: 'Неужели всё с самого начала была планом Дзяня? Он специально послал ко мне идиота-послушника, чтобы я его избил и спровоцировал эту ситуацию? Но как он смог так точно предсказать мое поведение, как если бы мы с ним были давно знакомы? Байрон же прав, пожелай я того, то мог поступить совершенно по-другому. И если это правда, и я был его целью с самого начала, то он, кажется, он очень хочет меня убить. Но зачем ему тратить столько усилий, чтобы убить какого-то слабака, если он действительно настолько силён, как его описывает Байрон? Неужели он меня боится, но опять же: почему? И весьма странно, что я раньше об этом не подумал. Это крайне на меня не похоже. Хм, возможно, Чтение Души, которому меня подвергла магистр Каина, имело более серьёзные последствия, чем простая головная боль. ---------- Глава 74 Способ стать сильнее Глава 74. Способ стать сильнее. — Ты вновь поступил опрометчиво, поставил под угрозу своё будущее, самонадеянно понадеявшись на свою хитрость, и она тебя опять подве… — вдруг Байрон остановился на полуслове, ибо заметил, что, хоть мальчишка и пытался старательно это скрыть, Ранд погрузился в свои мысли и как-то не слишком внимательно его слушал. Как если бы речь старейшины была лишь бессмысленным, не стоящим внимания шумом на фоне его мыслей. Это стало последней каплей в и без того переполненной чаше его терпения. Из-за поступков Ранда, разрушивших все его планы, прошедшие дни и так были для старейшины весьма нелегкими: ему пришлось пожертвовать накоплениями, нажитыми за столетия, пресмыкаться перед сект-мастером, поступившись остатками своей гордости. И теперь, после всего этого, он ещё и вынужден терпеть от мальчишки, на которого он поставил столь многое, такое откровенное, нарочитое неуважение⁈ Его поведение напомнило ему о давно похороненном прошлом — и от этого он лишь сильнее вышел из себя. Переполненный гневом, он не выдержал и взорвался: — Оберин, да как ты смеешь отвлекаться, КОГДА Я С ТОБОЙ РАЗГОВАРИВАЮ! — с каждым словом его речь всё меньше напоминала человеческую и всё больше — рёв разъярённого дракона. Его дыхание участилось, кожа покраснела, на ней кое-где начали проступать чешуйки, а зрачки вытянулись, заострившись, превращаясь в змеиные. Он сам не заметил, как начал скатываться в частичную трансформацию, теряя контроль над собой. И вместе с его словами от Байрона начало исходить чудовищное давление, навалившееся на Ранда и буквально впечатавшее его спиной в холодный камень стены. Крик Байрона и начавшее исходить от него давление мгновенно выдернули блуждавшего в мыслях принца из оцепенения. Он сразу понял: гнев Байрона не был пустой игрой. Старик и вправду терял над собой контроль, и ещё мгновение — и он мог бы попытаться раздавить его, не задумываясь. Ошибись он в словах сейчас, и всё могло закончиться очень плохо. И тогда у него не осталось бы выбора… Ранд колебался лишь мгновение. Был ли этот гнев искренним или же хитроумной уловкой? Он не мог знать. Но рисковать в подобной ситуации было безумием. Поэтому он, как и подобает ученику в подобной ситуации, рухнул на колени и, низко склонив голову, начал торопливо, но «искренне» просить прощения. — Приношу глубочайшие извинения, мастер. Я ни в коем случае не желал вас оскорбить. Просто ваши слова заставили меня так сильно задуматься, что я сам того не заметил, как утратил связь с реальностью, Ранд смиренно склонился и опустил голову почти до пола. Его голос звучал тихо, но в нём чувствовалась «неподдельная» тревога. — Прошу простить меня, мастер. Несколько секунд Байрон лишь тяжело дышал, словно с трудом сдерживая себя. Его плечи вздымались и опускались, в глазах ещё тлела звериная ярость. Но постепенно дыхание выровнялось, чешуйки на коже начали исчезать, зрачки вновь обрели человеческий облик. — И о чём же именно ты таком размышлял, Оберин, что осмелился решить, будто это важнее, чем внимательно слушать меня? — голос Байрона звучал всё ещё холодно, но уже без прежнего рыка. Времени что-то выдумывать не было — да и смысла особого тоже. Поэтому Ранд предпочёл не хитрить и поделился своими настоящими мыслями о замыслах Дзяня. — Мастер, — начал он осторожно, — мне пришла в голову мысль, что, возможно, всё это было подстроено Дзянем. И его цель — избавиться от меня. Он нарочно послал ко мне именно Шеня: юношу вспыльчивого, прямолинейного и недалёкого… Каким-то образом он сумел предугадать не только мою реакцию, но и реакцию всех остальных действующих лиц. Всё это выглядело как тщательно расставленная ловушка. К тому же он… Байрон нетерпеливо вскинул ладонь, не давая Ранду договорить. — Довольно. Ты слишком всё усложняешь, — резко оборвал он. — Видишь хитрость там, где её и быть не может. Выдаешь желаемое за действительное. В этом нет ни малейшего смысла. Он прищурился и продолжил с насмешкой: — Зачем гордому сыну патриарха прибегать к мелким, бессмысленным уловкам и плести какие-то нелепые заговоры против никому не известного послушника? Против того, кого он даже никогда не встречал? Скажу прямо, мой дорогой ученик, — ты пока что недостоин, чтобы против тебя строили козни. Тем более такие изощрённые и ненадёжные. Старейшина чуть подался вперёд, его взгляд стал ледяным. — Ты слишком высоко себя ставишь, Оберин. Слишком… Байрон замолк, оборвав фразу на полуслове. Его лицо напряглось, брови сошлись. Несколько долгих секунд он стоял неподвижно, устремив взгляд в потолок, будто прислушиваясь к собственным мыслям или с кем-то общаясь. В воздухе повисла гнетущая тишина. Затем старейшина тяжело выдохнул и снова повернулся к Ранду. — Ладно, — произнёс он наконец. — Что сделано, того не воротишь. Как твой мастер я считаю, что тебя следовало бы запереть в Доме Закона хотя бы на несколько месяцев, чтобы поубавить твою безмерную самоуверенность и гордыню. Но… у секты нет времени на воспитательные меры, да и у меня самого недостаточно влияния, чтобы что-либо изменить. Он сделал короткую паузу, словно давая вес своим словам. — Имей в виду, Оберин, — продолжил Байрон, — вся эта ситуация возникла исключительно по твоей вине. И если ты проиграешь Дзяню, последствия не ограничатся одним лишь твоим унижением. На кону стоит честь всей секты. Высшие иерархи потребуют, чтобы ты понёс наказание. И уверяю тебя, оно будет весьма суровым. В худшем случае… — твою культивацию уничтожат. После этого тебя с позором изгонят из секты. Его голос стал громче, резче: — Или ты думал, что неприкасаем? Что ты — незаменим? Верно, Оберин? Считал, будто секта будет оберегать тебя ради предстоящей экспедиции в Малый Мир, и потому наказание в любом случае окажется мягким и незначительным? Если так — то ты страшно заблуждаешься. Байрон наклонился ещё ближе, его глаза сверкнули красным пламенем: — У секты всегда есть запасной план. Можешь мне в этом поверить. Даже если все послушники твоего поколения погибнут в один день — ничего не изменится. Экспедиция в Малый Мир всё равно состоится. Запомни это, Оберин: никто из вас не незаменим. Никто. Он выпрямился и замолчал, давая словам осесть в сознании юноши. Атмосфера в зале стала тяжёлой, почти удушающей. — Теперь, — спустя почти минуту вновь заговорил Байрон, — ты понимаешь, насколько всё серьёзно? Ранд, уловивший, чего своей речью добивался Байрон, и что именно тот хотел увидеть на лице ученика, застыл с широко распахнутыми глазами, в которых застыл «неподдельный страх», и с трудом выдавил из себя: — Да, мастер… Байрон удовлетворённо, хоть и с некоторым сомнением, кивнул. — Хорошо, очень надеюсь, что это так. Я, как твой мастер, помогу тебе разгрести тот хаос, что ты устроил собственными руками. Но запомни, Оберин, больше никогда не смей относиться ко мне с таким неуважением. Ни словами, ни поступками… ни даже мыслью. И не вздумай мнить о себе слишком много — гордыня погубит тебя куда быстрее, чем любые враги. — Да, мастер. — повторил Ранд уже тише, словно в нём угасли силы сопротивляться. Другого ответа от него старик и не ждал. — Хорошо, рад, что ты меня понял, — сказал старейшина, на мгновение прикрыв глаза. — Теперь о главном. Дзянь, которого ещё недавно все называли «мусором секты Небесного Меча», за последние месяцы изменился до неузнаваемости. Он стал весьма силён. Несмотря на то, что сейчас находится лишь на пятой ступени, мало кто на стадии Конденсации Ци может с ним сравниться. Неизвестно, скрывал ли он свою силу раньше, или же обрёл её недавно, — для тебя это сейчас не имеет значения. И обычного методами ты не сможешь его нагнать за столь короткий срок, как бы ни пытался. Это попросту невозможно. Байрон сделал паузу, давая словам осесть, а затем продолжил: — Именно поэтому я выпросил у сект-мастера для тебя особую, давно позабытую возможность. С её помощью ты сможешь обрести силу, о которой большинство практикующих на стадии Конденсации Ци не смеют даже мечтать. Силу, способную с лёгкостью сокрушить любого, кто ещё не достиг Создания Основания. Ты получишь… трансформацию в малую виверну, находясь лишь на пятой ступени стадии Конденсации Ци. Старейшина заметил, как на лице Ранда промелькнула тень непонимания. — Вижу, ты не понимаешь, как это возможно. Пожалуй… без исторического пояснения тут не обойтись. Помнишь, пару недель назад я рассказывал тебе, что силу трансформации можно обрести лишь на стадии Создания Основания при помощи метода культивации Мифической Крови? Это было не совсем правдой, — или, точнее, уже не совсем правдой. Он сделал шаг в сторону, заложил руки за спину и на мгновение задумчиво прикрыл глаза, будто возвращаясь мыслями в прошлое. — На протяжении многих тысячелетий наши предки отчаянно пытались обойти это досадное ограничение. Оно было словно цепь, сковывающая нас, словно проклятие, не позволявшее нам стать по-настоящему могучими. Никто не мог совершить трансформацию на стадии Конденсации Ци. Если бы нам это удалось, послушники нашей секты с лёгкостью превзошли бы учеников других школ, оставив их далеко позади. Со временем это привело бы нас ещё к большому величию… Голос Байрона понизился, приобретая тяжёлый оттенок горечи, будто каждое слово рвалось сквозь застарелую боль: — Но каждое поколение лишь ломалось о каменную стену. Тысячи исследователей, сотни жизней, несметные сокровища и годы, растворённые в пепле — и всё впустую. Лишь прах неудач и горечь поражений. Он вновь ненадолго замолчал, глядя в сторону, словно вспоминая что-то, что давно хотел забыть. Потом продолжил: — Однако всё изменилось несколько сотен лет назад, когда нынешняя великая старейшина ещё была сект-мастером, а мальчишка Элендель — всего лишь таким же послушником, как ты сейчас. Байрон резко перевёл взгляд на Ранда. Его глаза, казалось, повидали слишком много сожалений и разочарований и были полны безмерной усталости. — И источником этих перемен стала… моя жена. Он поднял ладонь, словно отсекая возможные слова ученика: — Не задавай мне о ней вопросов. Никогда. Всё, что тебе нужно знать — я расскажу сам. Не более. Байрон на миг закрыл глаза. Его голос слегка потеплел, и теперь в нём слышалась новая эмоция: необычайная тоска: — Она была истинным гением, единственным человеком, которому удалось совершить то, что другие считали невозможным. В те времена мы оба были лишь молодыми культиваторами, едва достигшими стадии Формирования Ядра. Сотни мастеров, многие на стадиях Зарождения и даже Трансформации Души, потерпели сокрушительный провал. А она… она сумела добиться успеха. Он горько усмехнулся: — Никто не мог в это поверить. Но она действительно нашла путь — способ получить частицу силы трансформации в малую виверну ещё до стадии Создания Основания. Она преобразовала кровь зверя так, что её мог принять даже простой послушник. Байрон тяжело вздохнул, и его голос стал мрачнее: — Но цена за его использование… оказалась слишком велика. Из десяти послушников, на которых проводили первые испытания, четверо умерли в страшных мучениях всего за несколько часов. Мы сделали всё, что могли, но спасти их не удалось. Ещё один продержался несколько дольше, целую неделю, но так и не пришёл в сознание, и его тело сгорело изнутри, оставив после себя лишь почерневший прах. Лишь пятеро, ровно половина из испытуемых, выжили. Они обрели силу малой виверны,их тела стали сравнимы по прочности с магическими артефактами, их кровь — хранила в себе энергию второй стадии… Среди послушников они были практически непобедимы. Смертность, конечно, оказалась достаточно высокой, но полученная сила всё это перекрывала. Когда двое-трое из них объединяли усилия, они, несмотря на то что были лишь на поздних ступенях стадии Конденсации Ци, вполне могли дать отпор и ученику на средней ступени стадии Создания Основания. Байрон замолчал, позволив ученику всё обдумать. — Вижу, ты уже понял, — сказал он, заметив, как Ранд нахмурился. — Если бы гибель каждого второго была единственным недостатком, то секта без колебаний и по сей день использовала бы этот способ. Но, увы… всё оказалось куда хуже. Несмотря на все наши ухищрения, кровь малой виверны у пятерых выживших со временем начинала изменяться. Преобразования, внесённые моей женой, постепенно утрачивали силу, и кровь возвращалась к своей первозданной природе. А ты ведь знаешь, что малая виверна — это зверь на стадии Создания Основания. Тела простых послушников слишком слабы, чтобы вмещать её истинную силу. Байрон вновь сделал паузу, его взгляд потускнел: — Моя жена сумела лишь замедлить процесс… но не остановить его. С каждым днём чуждая кровь всё сильнее терзала их тела. Пятеро выживших, что когда-то казались непобедимыми на своей стадии, медленно умирали, превращаясь в живые сосуды для боли. Их кости трещали при каждом движении, жилы горели огнём, а органы гнили ещё при жизни. Каждое их дыхание было мучением. Мы перепробовали всё: десятки пилюль, редчайшие эликсиры, даже древние ритуалы. Но максимум, чего мы достигли, — краткое облегчение. Боль всегда возвращалась… и с каждым разом становилась лишь сильнее. Чем дольше они жили, тем страшнее становились их муки… Четверо из них погибли в течение года, их смерть не была приятной. Лишь один сумел побороть судьбу и выжить. — И как же он это сделал, мастер? Как он смог выжить? — после минуты размышлений задал самый важный вопрос Ранд. — Прорвавшись на стадию Создания Основания, — ответил Байрон. — Благодаря этому он сумел справиться со всеми последствиями слишком раннего приёма крови малой виверны. В дальнейшем его жизнь не слишком отличалась жизни других учеников. Разве что он был несколько сильнее большинства своих сверстников. Ранд слегка побледнел, пальцы его незаметно сжались в кулак, а голос прозвучал отрешённо, словно он говорил не о себе: — Значит, вот, что меня ждёт. Высокая вероятность погибнуть сразу… а затем около года жизни, полной боли и страданий. Если я успею за это время прорваться на следующую стадию, то выживу. Если же нет, то смерти мне не избежать. В это мгновение в его памяти всплыли слова Эленделя: — Неудивительно, что сект-мастер Элендель спрашивал меня: готов ли я пожертвовать жизнью ради секты. Теперь я понимаю, что он действительно имел в виду. Байрон кивнул медленно, словно подтверждая неизбежность: — Всё именно так. Сект-мастер редко о чём-то говорит просто так, и своим ответом на его вопрос, ты уже дал своё согласие. Теперь отказаться ты не в праве — решение уже принято. Но ты сам своими поступками навлёк на себя эту судьбу: тебе некого винить. Его голос стал чуть мягче, хотя в нём всё ещё чувствовался холод: — И всё же могу тебя немного успокоить. За прошедшие годы нам удалось снизить вероятность мгновенной гибели при инициации. Мы выяснили её главную причину — и устранили большую часть опасности. Более того с твоими качествами и даром риск смерти на самом первом шаге крайне мал. — Я понимаю. Мастер, вы можете мне поведать, в чем именно заключается способ, придуманный вашей женой? Байрон на миг отвёл взгляд, словно обдумывая, насколько далеко он может зайти в своём рассказе. — Частично. Детали я тебе рассказать не могу, ибо это считается секретом секты. На меня наложено ограничивающая печать, нарушить которую я не в силах. Однако сект-мастер разрешил мне в общих чертах описать тебе его суть: — Первое. Вносятся изменения в первые три уровня метода культивации Мифической Крови. — Второе. Берётся яйцо малой виверны. Пока зверь ещё не вылупился, на него накладывают особые техники: ослабляющие, изнуряющие. Они повреждают его жизненный источник, урезают природный дар и насильно снижают силу крови до уровня, который может выдержать даже Конденсация Ци… ---------- Глава 75 Ранняя трансформация. Часть Первая Глава 75. Ранняя трансформация. Часть Первая. Несколько минут спустя Байрон закончил объяснение концепции, лежавшей в основе метода ранней трансформации. Его голос постепенно стих, и тишина повисла в зале, дав Ранду возможность переварить услышанное. Затем мастер плавно перевёл разговор на состояние своего ученика: — Думаю, основную суть ты уловил. Больше я пока не имею права рассказать — оставшиеся детали ты узнаешь лишь незадолго до самой операции. Тогда же я передам тебе изменённую версию метода культивации Мифической Крови. Не тревожься: изменения там незначительные, и касаются лишь нескольких потоков циркуляции Ци и пары дыхательных циклов, так что ты быстро к ним приспособишься. Он на миг задумался, а затем продолжил: — Пока твои повреждённые меридианы не позволяют провести трансформацию немедленно. Придётся дождаться их полного восстановления. Но в этом, как ни странно, есть и своя польза. У меня будет больше времени, чтобы подобрать для тебя идеально подходящую малую виверну.Ту, чья кровь больше всего гармонируют с твоей собственной. А это, поверь мне, один из ключевых факторов успеха трансформации. Он сделал паузу и вдруг спросил: — Ты ведь собирался идти по пути металлической виверны? Ранд кивнул. — Да, мастер. — Металлическая виверна… — задумчиво протянул Байрон. — Это крайне ответственный выбор. Он во многом определит твой будущий путь культивации, твою силу, твои слабости, даже частично саму суть твоего дао. Ошибки здесь быть не должно. Ты же понимаешь это? — Понимаю, мастер. — Хорошо. Но я всё же обязан ещё раз спросить: ты всё как следует обдумал? Ты уверен, что именно этот путь — твой? Пруд Основы Пламени, конечно, несколько ограничил твои возможности, но у тебя всё ещё есть выбор. Ты можешь выбрать огненную, земную и даже громовую виверну, ибо её атрибут достаточно схож с огненной. — Мастер, я полностью уверен в своём решении. С того самого дня, когда я ступил на путь культивации и услышал ваши рассказы о достоинствах и недостатках различных драконоподобных существ, я решил, что при создании основания моя трансформация будет связана именно с кровью металлической виверны. Этот выбор я сделал тогда, и он не изменился до сих пор. И он не изменится в будущем. Он помедлил и добавил, чуть тише: — Если же не удастся найти идеально подходящую металлическую виверну, я приму вариант с земной. Но это — лишь крайний случай. И такого исхода мне бы хотелось избежать. — Хорошо, я постараюсь учесть твои пожелания. Если у тебя остались какие-либо вопросы, задай их сейчас — времени осталось не так много. Скоро мне придётся тебя покинуть. — Да, мастер, — Ранд слегка склонил голову. — Кое-что мне нужно узнать. Насколько мне известно, прежде чем принимать кровь зверя, необходимо довести до совершенства технику укрепления тела. Моё Бронзовое Тело пока достигло только первого уровня мастерства. Будет ли этого достаточно? — Для начала — да. Первое время кровь малой виверны будет настолько ослаблена, что даже несовершенное Бронзовое Тело сможет её выдержать. Однако это лишь отсрочка. Как только кровь начнёт «восстанавливаться» и возвращать утраченную силу, твоё тело окажется под колоссальным давлением. Чтобы сопротивляться «восстановлению» крови как можно дольше, тебе необходимо будет довести Бронзовое Тело до совершенства в кратчайшие сроки. Ещё есть вопросы? — Нет, мастер, больше вопросов у меня нет… — Ранд запнулся, в его голосе на миг проскользнула тень сомнения. — Хотя, пожалуй, ещё один всё-таки остался. Я понимаю, что сейчас не самый подходящий момент, чтобы поднимать эту тему, но этот вопрос слишком давно тяготит меня, и я не могу промолчать. Удалось ли поймать и устранить того убийцу, что выдавал себя за послушника… Виида? В глазах Байрона мелькнула тень удивления и на мгновение его лицо словно окаменело. — Даже в такой момент ты беспокоишься об этом… — произнёс он тихо. — Видимо, он действительно оставил на тебе глубокий след. Хорошо. Я считал, что тебе пока не стоит этого знать, но раз ты спросил — отвечу. Пока что Виид сумел ускользнуть от нашего преследования. Похоже, у него есть некое сокровище или техника, позволяющая применять телепортацию на значительное расстояние. Но долго скрываться он не сможет — рано или поздно мы его найдём. — Благодарю за ответ, мастер. После окончания этого продолжительного разговора Байрон сопроводил Ранда обратно в башню к Авелю. Но во время полёта мысли Ранда не давали ему покоя. Его буквально разрывало изнутри от противоречивой смеси радости, ожидания и сомнений: 'Ранняя трансформация! — сама мысль об этом отзывалась в груди жарким эхом, сердце билось так, будто стремилось вырваться наружу. — О таком я и мечтать не мог. Это многократно ускорит все мои планы. Теперь больше нет нужды ждать стадии Создания Основания… Неужели я действительно смогу так быстро активировать наследие Древнего и получить божественную способность? Даже звучит слишком невероятно… Но ведь Байрон сказал прямо — это возможно. Достичь второй стадии менее чем за год — задача для большинства почти невозможная, но для меня не слишком сложная. А это значит, что смерть от восстановления силы крови виверны мне не грозит, а сопутствующая боль? Не имеет значения. Боль — лишь самая незначительная плата, которую только можно представить, за силу. Но вот неконтролируемый риск погибнуть во время самой инициации трансформации… Вот что тревожит по-настоящему. И всё же… Байрон упомянул, что с моими качествами и даром вероятность смертельного исхода крайне мала. Если вдуматься, в этом есть смысл: свойства Тела Чистого Лотоса не только очищают и укрепляют меридианы, но и смягчают напор чужой энергии. По крайней мере, энергетическое давление крови виверны на тело будет менее значительным… Как будто сама судьба словно подталкивает меня к этому шагу. Риск, конечно, всё равно остается… Нужен ли мне он? Можно ли доверять суждениям Байрона? Он вряд ли желает мне смерти, но… Всегда можно выбрать более безопасный путь, начать заново, шаг за шагом… Но смогу ли я простить себе упущенный шанс? Ведь иногда промедление опаснее самой смерти. Если я ошибусь с выбором — цена может быть слишком высока. Но разве можно чего-то достичь, хотя бы изредка не бросая вызов смерти? Нельзя надеяться, что Небеса дадут тебе время на спокойное развитие. Бессмысленные сомнения. Если я хочу подняться выше всех моих предков, разорвать сковывающие нас оковы и обрести бессмертие и власть над собственной судьбой — я не имею права дрогнуть'. Он глубоко вдохнул, тщетно пытаясь обуздать вихрь мыслей, но пламя амбиции лишь разгоралось в груди всё ярче, будто подхваченное невидимым ветром. Когда они наконец достигли башни, старейшина взял у Ранда образец крови, объяснив, что это поможет в выборе наиболее подходящей малой виверны. На прощание он лишь коротко заметил, что вернётся за ним через три дня. Вновь оказавшись под надзором Авеля, Ранд будто бы и не пережил важнейшей встречи. Он вернулся к тренировкам так, словно ничего не произошло. Но теперь каждое его движение, каждый вдох скрывали в себе иной едва уловимый подтекст: не только привычная дисциплина, но и желание заглушить царящее в нём нетерпение. Он продолжил безоружные поединки против мечников: Ланя, Вэйя и Цзиня. Каждый бой становился для него больше, чем проверкой силы и опыта. Его целью было досконально изучить их боевые искусства: почувствовать ритм противника, научиться ловить малейшие колебания дыхания и Ци в теле, предугадывать каждое движение ещё до того, как оно начиналось. Всё это время старался не думать о предстоящей трансформации, ибо понимал, что никакой пользы ему эти мысли не принесут. Поэтому он снова и снова возвращался в единственный мир, где всё было понятно и просто, — в мир боя. Сражения, короткие минуты отдыха, наставления Авеля — так проходили часы, складываясь в дни напряжённейших тренировок. Ранд показывал по-настоящему выдающиеся результаты — наравне с величайшими талантами в истории секты Огненного Дракона. Его прогресс был ошеломляющим: с каждым часом движения становились чище, удары — точнее, шаги — вывереннее. Всё реже его противники могли его удивить, всё труднее им было достать его клинками. К исходу первого дня Авель наконец разрешил Ранду переходить в контратаки — и характер поединков изменился кардинально. Теперь Ранд сам создавал темп боя: использовал малейшие прорехи в защите, а иной раз сознательно подставлял руку или ногу под удар, лишь бы перехватить инициативу. Его тактика была дерзкой, порой безрассудной, но именно она позволяла одерживать редкие победы. И с каждым часом таких побед становилось всё больше. Вначале послушники Небесного Меча были лишь слегка удивлены прогрессом Ранда. Но чем дольше тянулись поединки, тем больше их уверенность таяла: удивление сменилось шоком, а затем и откровенным страхом. Они не понимали, как возможно, чтобы человек, ещё недавно уступавший им в каждом движении, теперь столь стремительно нагонял и местами даже превосходил их. Преимущество, которое даровал меч, постепенно утрачивало свою значимость. Их клинки всё реже находили цель, и это било по их самолюбию сильнее любого удара.В какой-то момент у Ранда даже возникло чувство, будто они сражаются не ради победы, а лишь ради того, чтобы продержаться подольше и сохранить остатки достоинства. Авель даже был вынужден снять с послушников Небесного Меча часть ограничивающих браслетов, чтобы продолжить поддерживать необходимый уровень давления и не позволить Ранду слишком сильно расслабиться. На протяжении трёх дней пятёрка была полностью сосредоточена на подготовке к сражению с Дзянем. Авель никоим образом не упоминал о предстоящей для послушника ранней трансформации, а Ранд, понимая, что спрашивать об этом бессмысленно, также в ответ хранил молчание. Но когда до обещанного прихода Байрона оставалось лишь несколько часов, Авель остановил тренировку, отправив послушников Небесного Меча отдыхать и оставшись с Рандом наедине, всё же заговорил на эту тему: — Я, как и мой мастер, магистр Каина, обычно не склонен к похвале, — его голос прозвучал низко и вдумчиво, — но иногда без неё не обойтись. Он задержал взгляд на Ранде, словно решая, стоит ли продолжать: — Оберин, ты действительно талантлив в боевых искусствах. Даже с учётом того, что ты всё это время принимал крайне дорогие пилюли, усиливающие восприятие, память и снимающие усталость, твой прогресс всё равно впечатляет. На то, что другим требуются дни, тебе хватает часов. Даже я, хотя и тоже считался гением в освоении боевых искусств, не мог сравниться с тобой в скорости. Авель сделал паузу, словно собираясь с мыслями, и продолжил уже более серьёзным тоном: — Я знаю о плане, который предложил твой мастер Байрон. Честно говоря, мне он не слишком нравится. Ранняя трансформация, несмотря на все её преимущества, — это опасный шаг в неизвестность. Даже для тех, кто рождён с предрасположенностью к ней, она представляет серьёзную опасность.Секта неспроста ограничивает применение этого метода. Он посмотрел прямо в глаза Ранду: — Но правда в том, что без неё, несмотря на весь твой выдающийся талант, твои шансы против Дзянья действительно крайне малы. Согласно сведениям, что мы собрали, он не уступает тебе в одарённости… а возможно, даже превосходит. И у него было куда больше времени на тренировки. Авель нахмурился, перечисляя дальше: — К тому же бой культиватора, даже находящегося на начальной стадии Конденсации Ци, — это не только мастерство в обращении с мечом и связанных с ним боевых искусств. Дзянь владеет множеством техник — от обычных белого и черного ранга до «особенных», доступных только ученикам сект-мастера. И хотя по правилам во время поединка у вас обоих будет по одному магическому артефакту, но его меч… это не просто оружие. Они почти что единое целое. В его руках он будет проявлять силу, с которой не сравнится ни один другой артефакт того же ранга. И есть ещё его дар. Мы не знаем, в чём он заключается, но он тоже может сыграть в бою значительную роль. Даже просто продержаться против Дзянья пять минут будет для тебя почти непосильной задачей… Ранняя трансформация существенно сократит пропасть между вами. Она может дать тебе шанс — пусть небольшой, но реальный — одержать победу. И знай: твой мастер заплатил огромную цену, чтобы добиться для тебя этой возможности. Закончив говорить, Авель выжидательно посмотрел на Ранда, надеясь услышать его мнение, и он не заставил себя долго ждать: — Старший Авель, но зачем моему мастеру так добиваться того, чтобы я прошёл через раннюю трансформацию, которая несёт с собой столь серьёзные риски? — Ранд чуть прищурился, внимательно глядя на собеседника. — Он сказал, что это нужно, чтобы я не понёс наказание за моё предстоящее — и, по его словам, неизбежное — поражение Дзянью… Но, если быть честным, звучит это не слишком убедительно. — Ранд чуть прищурился, внимательно глядя на собеседника. — Я думаю, моему мастеру вполне по силам уговорить сект-мастера и магистров смягчить моё наказание в случае поражения. — Конечно, хороший вопрос ты задал — чего ещё от тебя, гения, можно ожидать. — Авель усмехнулся, но в его голосе чувствовалась некоторое нежелание продолжать говорить. — Хотя я не тот человек, к кому ты должен был обратиться с этим вопросом… но ты и сам это прекрасно понимаешь. Твой мастер не просто так решил не рассказывать тебе всех подробностей… Ну да ладно, возьму эту роль на себя — хотя старику, конечно, это не понравится. Что касается смягчения наказания — ты полностью прав. Он вполне мог, и, скорее всего, всё ещё может этого добиться. Почему же он выбрал иной путь? С уверенностью сказать не возьмусь: никто не знает, что творится в голове старейшины, прожившего сотни лет и пережившего куда больше, чем мы можем вообразить. Но у меня есть догадка. Могу тебе её рассказать. — Буду премного благодарен, старший Авель, — с лёгким поклоном ответил Ранд. — Хорошо, но верить ей или нет — решай сам. Всё это связано с его покойной женой. Ранняя трансформация — её наследие. Байрон всё ещё хочет, чтобы её метод был признан, принят и закреплён в секте. А доказать его жизнеспособность и эффективность можно лишь одним способом — показав живой пример. Для него это… это память, доказательство того, что она жила не напрасно. Он сделал паузу, прежде чем продолжить: — Насколько мне известно, первым испытуемым был личный ученик Байрона, твой предшественник. Он сумел пережить процесс ранней трансформации и был также единственным, кто смог прожить после этого дольше года и достичь стадии Создания Основания. Все остальные… погибли, даже несмотря на то, что наша секта влила в них бездну ресурсов. Авель бросил на Ранда задумчивый взгляд: И вот любопытное совпадение: первый ученик Байрона, как и ты, обладал даром Тела Чистого Лотоса. Возможно, именно поэтому старейшина обратил внимание на тебя. И может быть, ты единственный, кто способен повторить его путь и не умереть на полпути. Понимаешь, к чему я клоню? Подозреваю, что Байрон взял тебя в ученики не только ради твоего таланта. Для него ты — не просто ученик, — голос Авеля стал тише и жёстче, — а скорее нечто вроде возможности. Или, наверное, правильнее сказать инструмента, с помощью которого он надеется довести методику жены до совершенства и увековечить её наследие. И вся эта ситуация с твоим будущим поединком стала лишь для него удобным предлогом. Поводом, чтобы уговорить сект-мастера позволить тебе пройти через раннюю трансформацию. Если бы не представился этот шанс — он бы создал другой. В этом я полностью уверен. ---------- Глава 76 Ранняя трансформация. Часть Вторая Глава 76. Ранняя трансформация. Часть Вторая. Казалось, их разговор мог бы продлиться ещё довольно долго, ибо у Ранда оставалось множество вопросов, а Авель, судя по всему, был готов на многие из них ответить. Но этому не дано было свершиться: их прервали. Байрон вернулся на полтора часа раньше обещанного срока. За каких-то десять секунд до его появления Авель внезапно оборвал речь, почувствовав приближение старейшины, и, после короткой паузы, произнёс: — На этом, пожалуй, нашу беседу и закончим. И, заметив очевидный вопрос в глазах Ранда, добавил: — Твой мастер уже здесь. Как только прозвучало слово «здесь», тяжёлые двери в зал распахнулись сами собой, словно их ударила невидимая волна силы. Сквозь них, не касаясь ногами пола, стремительно влетел Байрон. Воздух в помещении словно стал тяжелее. Ранд ощутил, как у него похолодели ладони, а дыхание на мгновение сбилось. Взгляд старейшины сразу пронзил Авеля — в нём бушевал едва сдерживаемый гнев. Ранд не сомневался: Байрон наверняка услышал как минимум часть их разговора, и услышанное ему, мягко говоря, не понравилось. Однако старейшина не позволил себе ни жеста раздражения, ни слова осуждения. Только холодные глаза, и едва ощутимое духовное давление выдавали его истинное отношение. Он обратился к ученику магистра спокойным, тихим голосом, но было в нём нечто странное, необъяснимое, от чего у большинства людей сжалось бы сердце от страха. — Младший Авель, — произнёс он медленно, выделяя каждое слово, — я весьма признателен за твою помощь моему ученику. Но всё же, некоторые разговоры должен вести с ним лишь я, его мастер, и никто иной. Ты несколько забылся… и переступил грань. Повисла напряжённая пауза. Духовное давление стало чуть ощутимее, будто воздух вокруг них потяжелел. Но Авель, словно не замечая этого давления и гнева старейшины, лишь слегка улыбнулся и с лёгким поклоном ответил: — Простите, старейшина Байрон, но я так не думаю. Магистр Каина всегда учила меня, что если ты хочешь действительно наставить кого-то, то нужно быть максимально честным и открытым. Недосказанность и обман до добра не доведут. И хотя моё наставничество в отношении Оберина было кратким, этот принцип касается и его. — Вот как… — протянул Байрон, прищурившись. — Значит, это была воля твоего мастера… Я это запомню. Его глаза сузились, и Ранду показалось: если бы один лишь взгляд мог убивать, от Авеля не осталось бы и пепла. Но младший ученик магистра выдержал этот взгляд, ни разу не дрогнув и не опустив глаз. Байрон отвернулся, явно не желая продолжать разговор, в котором не мог ни приструнить, ни наказать собеседника. Вместо этого он обратился к своему ученику: — Оберин, уходим. Нам пора. Ранду ничего не оставалось, кроме как молча последовать вслед за ним. Вместе они покинули башню, и вскоре Ранд уже сидел в мчащейся в даль лодке, ощущая, как в лицо бьёт холодный ветер, а башня стремительно уменьшается за его спиной. Долгое время они летели молча. Байрон сидел, скрестив руки, и, казалось, был полностью погружён в собственные мысли. И лишь спустя тридцать минут, когда секта уже скрылась за облаками, старейшина заговорил: — Как твои меридианы? Уже зажили? — Да, мастер. Они пришли в норму несколько быстрее ожидаемого. — Хорошо. — кивнул в ответ Байрон. На некоторое время он вновь замолчал, а потом, тяжело вздохнув, произнёс так, словно каждое слово давалось ему с трудом: — Я знаю, что ты хочешь меня о многом спросить. То, что сказал тебе мальчишка Авель… — это частично правда. Он многого не знает, и большей частью его слова — это всего лишь искаженный пересказ чужих слов, ибо в те времена даже его отец ещё не родился. Но кое с чем он угадал. Да, главная причина, по которой я взял тебя в ученики, связана с ранней трансформацией. Мне необходимо было продолжить исследования. И сделать это можно лишь в том случае, если кто-то успешно пройдёт через неё. — Мастер… — начал Ранд, но Байрон поднял ладонь, не позволяя себя перебить. — Мне нечего стыдиться, — его голос оставался ровным, но за словами слышался тяжёлый осадок. — Я собирался открыть тебе это позже, когда ты достигнешь более поздних ступеней Конденсации Ци. Но вмешались обстоятельства: сначала экспедиция в Малый Мир, затем твой поединок с Дзянем… планы пришлось менять на ходу. Он сделал паузу, словно собираясь с мыслями, и продолжил: — Вреда тебе ранняя трансформация не принесёт. В этом я уверен. Когда-то давным-давно мы с моей женой поставили множество опытов с моим предыдущим учеником, Метеем. Он обладал тем же даром, что и ты, Телом Чистого Лотоса. Благодаря ему мы выяснили: это тело почти полностью снимает опасность первичного отторжения, которое в обычных случаях ведёт к смерти. Более того, оно сводит большинство негативных последствий ранней трансформации к минимуму. На миг в его глазах мелькнула тень — то ли воспоминание, то ли сожаление. — Но в те времена мы не успели довести исследования до конца, — тихо произнёс он. — Если мне удастся вновь изучить взаимодействие Тела Чистого Лотоса с кровью малой виверны и сравнить его с обычным телом, я смогу завершить то, что мы начали. Я создам специализированную технику укрепления тела. Технику, которая позволит в определенной степени имитировать твой дар… и даст каждому возможность воспользоваться плодами ранней трансформации. Он тяжело вздохнул, голос на мгновение даже стал чуть хриплым, как у человека, который делится самой сокровенной болью. — Воплотить это видение в жизнь — это мой долг перед сектой и… перед моей погибшей женой. Ты… поможешь старику воплотить его мечту в жизнь? На этих словах Байрон остановился и устремил свой взгляд на Ранда, ожидая услышать, что тот скажет в ответ. — Для меня будет честью помочь вам в осуществлении вашего великого замысла, мастер, — почти без промедления ответил Ранд, низко склонив голову. — Я сделаю всё, что от меня зависит. Однако в мыслях у него не было и тени почтения. «Неплохо, он кардинально изменил подход… Раньше он давил на меня авторитетом и угрозами, а теперь пытается 'тронуть сердце». Видимо, слова Авеля заставили его адаптироваться. Но зачем ему так важно моё согласие? Почему он столь усердно старается убедить меня, а не просто приказывает? Любопытно… Что было бы, если бы я отказался? Интуиция подсказывает, что его реакция мне не понравилась бы… И почему-то мне кажется, что под покровов этих «откровений» он скрывает что-то ещё более важное'. — Хорошо, твоя решительность меня радует. — Байрон кивнул с лёгкой улыбкой. — Когда эксперименты подойдут к концу, ты получишь награду, достойную твоих усилий. Его голос стал чуть более мягким, и он продолжил: — Сейчас мы летим в Драконье Логово. Так называется Малый Мир, находящийся под полным контролем нашей секты. Там тебя уже ждёт малая виверна, лучшая которую я только смог найти. Но путь туда займёт некоторое время: даже на максимальной скорости, на какую только способна эта небесная лодка, на дорогу потребуется не меньше четырёх часов. Так что у тебя будет возможность ознакомиться с изменённой версией первых трёх уровней метода Мифической Крови. Изменения невелики, но знать их тебе необходимо. — Слушаюсь, мастер. — ответит Ранд, принимая из рук Байрона небольшой изумрудный шар. Приложив его ко лбу, он ощутил, как в сознание хлынул поток новой информации. 'По большей части изменения действительно несущественные: несколько потоков Ци перенаправлены по иным каналам, часть кровеносных сосудов во время практики необходимо будет блокировать… Да, приспособиться к ним будет несложно, это займёт от силы пару десятков минут.Но вот два значительных отличия сразу бросаются в глаза. В методе культивации появились две дополнительные главы. В первой говорится о том, как избежать отторжения, как поддерживать кровь в ослабленном состоянии длительное время. Вторая же глава как будто полностью взята из четвёртого уровня метода культивации Мифической Крови, с одним лишь существенным изменением: длительность полной трансформации сокращена. И всё же, Байрон не солгал — поначалу с этими поправками разобраться действительно легко. А вот настоящая сложность начнётся только после принятия крови…'. Закончив с анализом, Ранд отстранился от ментального потока знаний и позволил мыслям уйти в другое русло: 'И кое-что всё-таки остаётся неизвестным. С самого начала было ясно, что появление Байрона на площади во время приёма послушников не было случайным. Он пришёл туда впервые за многие годы — явно не ради простого зрелища. Он искал… кого-то. Искал того, кто обладает Телом Чистого Лотоса. И, судя по всему, знал, что человек с таким даром появится на площади именно в этот раз. Но как такое возможно? Стражники у ворот города? Нет. Их проверка слишком груба и примитивна, годится лишь для отсеивания беглых преступников и простых обманщиков. Даже большинство культиваторов на стадии Формирования Ядра не способны уловить сам факт наличия дара без прямого контакта, не говоря уже о его точной природе. И я заметил бы что-то подобное. Тогда что? Байрону рассказал обо мне случайно встретивший меня могущественный практик, решивший проверить меня, случайного мальчишку, с помощью особой зрительной техники? Слишком нереалистично. Вероятность столь невероятного стечения обстоятельств близка к нулю. Значит… может быть, он знал заранее? Но как? Он предвидел будущее? Нет, это невозможно. Даже истинные мастера предсказаний, редкие, как фениксы, лишь проводят вычисления, сопоставляя бесчисленные нити причин и следствий. Их видения зыбки и расплывчаты, и для них необходима огромная информационная основа…' Ранд слегка нахмурился. Мысли, как водоворот, кружили в голове, но ответ так и не появлялся. Летающая лодка, между тем, продолжала свой путь. Часы полёта тянулись, и вот, после преодоления нескольких тысяч километров, впереди показалась первая остановка на их пути к цели. Остров — словно крошечная жемчужина посреди бескрайней реки — на деле был немалых размеров: пять километров в радиусе, утопающий в зелени, но вся его середина была занята монументом, подавляющим своим величием. Он вздымался более чем на семь сотен метров, а в длину и ширину простирался на два километра. Гигантское основание, уступы, уходящие вверх ступенями, и обрезанная плоская вершина делали его похожим одновременно на пирамиду и колоссальную башню. И всё это было заключено в сияющий туман. Полупрозрачное облако, сплетённое из концентрированной Ци, словно живой кокон окутывало стены. Особенно плотно оно сгустилось у верхушки: там, где сходились линии огромной формации. Воздух вокруг «дрожал», излучая мощь, как будто сама река и земля подпитывали этот монумент. В нынешние времена такие строения называли просто «Накопителями Ци», но в глубокой древности у них было иное имя, гораздо более торжественное, будто пришедшее из другой, позабытой эпохи, когда мир был куда шире и могущественнее. Зиккурат. Такие постройки возводили там, где требовалось поддерживать массивные защитные формации на постоянной основе. Их особая конструкция задерживала и перенаправляла Ци, снижая потребление энергии и позволяя устанавливать могущественные формации даже там, где условия изначально не позволяли этого. Но у таких сооружений имелись и свои недостатки. Чтобы достичь хоть какого-то ощутимого эффекта по снижению потребления энергии, зиккурат должен был быть воистину гигантских размеров. Его возведение также требовало множество материалов высочайшего качества, обработанных особым образом. Затраты на них были столь чудовищны, что строительство даже одного подобного чуда могло обанкротить почти любой могущественный клан. Большинство зиккуратов ныне возводили под землёй, пытаясь скрыть их от посторонних глаз и защищая от возможных врагов. Но этот — возвышающийся над гладью реки, открытый и вызывающе гордый — был построен довольно давно. Вокруг него кольцом возвышались двенадцать башен, каждая высотой с небольшую двухсотметровую гору. Их гладкие стены были испещрены гравировками символов, уходящих ввысь светящимися линиями. Ранд был почти уверен, что внутри каждой башни находился флаг формации, поддерживающий связь с управляющим ядром, которое, без сомнений, находилось в самом сердце зиккурата. Но времени любоваться грандиозной постройкой у Ранда не было. Байрон, почти не сбавляя скорость, направил их летающий корабль прямо к основанию ступенчатой башни. И там их ждало зрелище, от которого у любого смертного перехватило бы дыхание. У распахнутых ворот лежал огромный дракон: длиной под сотню метров, чешуя его переливалась приглушённым сиянием, словно каждая чешуйка была выкована из металла и напитана Ци. Глаза дракона были закрыты, но он не спал, а пребывал в медитации: дыхание его было ровным и тяжёлым, каждое выдохнутое облако пара разгоняло туман Ци вокруг. Вернее, это был не дракон в чистом виде. Это был один из магистров секты, поддерживающий трансформацию на постоянной основе. Его присутствие было почти столь же подавляющим, как сама громада зиккурата. — Приветствую вас, магистр Генрин… — начал Байрон почтительно. Но магистр даже не поднял век, голос его прозвучал низко, властно и даже с раздражением: — Ступай уже, Байрон. Сект-мастер уже дал позволение, так что не трать моё время попусту своими приветствиями. Помни только одно: больше не смей трогать малышей. Из-за тебя мы и так потеряли слишком многих людей и виверн. Иначе, несмотря ни на что, я сдеру с тебя кожу заживо. Байрон ничего не сказал в ответ — лишь коротко склонил голову и шагнул вперёд. Они ступили внутрь и оказались в обширном коридоре, который был настолько массивным, что скорее напоминал туннели великанов: потолок уходил ввысь на добрый десяток метров, а стены были выложены из серого камня, испещрённого резными узорами, светящимися слабым голубым светом. По широкому полу, вымощенному плитами, туда и обратно перемещались культиваторы в одинаковых мантиях секты. Стражи попадались почти на каждом шагу. Большая их часть оказалась не людьми, а боевыми марионетками: гигантские куклы из металла и камня, с пустыми глазницами, внутри которых плясали тусклые огоньки Ци. И, наконец, в конце дороги их ждал огромный портал. Он напоминал гигантский овал из полупрозрачного стекла, колышущейся, словно поверхность воды. Он парил в воздухе в полуметре от пола. Остановившись на мгновение у входа в портал, Байрон коротко взглянул на ученика и произнёс: — Не бойся. Просто шагай. Тут нет ничего сложного или опасного. Старейшина вступил в него первым, Ранд сделал шаг следом. Сам переход не оставил в памяти никаких образов: ни света, ни звука, ни даже ощущения движения. Всё, что он почувствовал, — это внезапная, необъяснимая усталость, возникшая после перехода. Но даже это чувство довольно быстро рассеялось, словно его никогда и не существовало. На обратной стороне их встретил ещё один коридор, также располагающийся в зиккурате, правда, этот оказался меньших размеров — не более пары сотен метров в высоту. В этом анклаве «Драконье Логово» над ним простиралось другое, чужое небо: красноватое, лишённое солнца, но в то же время излучающее мягкий, равномерный свет. Казалось, сама ткань небесного свода тепло светилась изнутри. Здесь не было смены дня и ночи, лишь вечный полдень, а температура оставалась на грани прохлады и тепла, будто в утро раннего мая. По дороге Байрон рассказал Ранду, что этот мир считался достаточно высокого ранга: его размеры превышали сто тысяч квадратных километров, концентрация Ци лишь немного уступала внешнему миру, а условия были стабильными и легко управляемыми. Вокруг ступенчатой пирамиды раскинулся небольшой город-ферма. Большая его часть состояла из загонов для зверей и площадок, где культиваторы ухаживали за диковинными существами. В воздухе тянуло запахами трав и звериной шерсти, слышалось ржание духовных коней и рёв хищных тварей за решётками. Но задерживаться здесь Байрон не собирался. Они очень скоро вновь взмыли в небо и направились на север. Во время полёта под ними тянулись бескрайние равнины и рощи с деревьями багряной листвы. Им часто встречались стаи крылатых зверей. Всевозможные виверны с кожистыми крыльями кружили над землями в поисках добычи, которой здесь также было в изобилии, но едва их взгляды падали на Байрона, исходящая от него аура тут же заставляла тварей резко менять курс и улетать прочь. Примерно через час путешествия на лодке они достигли крупного «гнезда» малых виверн на склоне горы. С высоты это место напоминало одновременно крепость и зверинец. Недалеко от вершины располагалось каменное поместье, а вокруг него зияли сотни пещер, уходящих в глубину горы. В каждой из них жили металлические виверны. По склонам суетились десятки людей в железных ошейниках. Их одежда была проста и поношена, лица покрыты пылью и грязью: они таскали мясо и вёдра с водой, убирали нечистоты, чинили сломанные вивернами вещи… Всё их существование вращалось вокруг обслуживания хищных зверей. На верхней площадке возле поместья их уже ожидали трое адептов секты. Они вышли из здания, синхронно склонили головы в приветсвии, а затем один шагнул вперёд, обращаясь к Байрону: — Вы вернулись раньше срока, старейшина. — Всё прошло быстрее, чем я ожидал, — холодно ответил Байрон. — Вы успели подготовить всё необходимое? — Да, старейшина. Буквально полчаса назад мы закончили заполнять резервуар. Всё было сделано точно по вашим инструкциям… — Оставь эти детали, — резко оборвал он. — Оберин, следуй за мной. Ни на что не отвлекайся. У нас не так много времени. Они вошли в поместье. Внутри царила прохлада и запах железа. Переходы и комнаты поместья были выложены чёрным камнем, в трещинах которого струился слабый алый свет. Вскоре они вышли в просторный зал, в центре которого находился огромный бассейн. Он был до краёв наполнен густой, кроваво-красной жидкостью. — Эта жидкость называется драконье подношение, — спокойно объяснил Байрон. — Оно облегчит процесс интеграции чужой крови в твоё тело. Чтобы её создать, потребовалось переработать кровь десяти малых виверн и вплести в неё соки бесчисленных редких трав. Цена этого раствора — небольшое состояние. И в нем ты проведешь ближайшие несколько часов. Он подошёл к массивному каменному столу, стоящему рядом с резервуаром. На нём покоилось яйцо виверны, крупное, почти полметра длиной, покрытое тонкими металлическими чешуйками, будто выкованными из серебра. От него исходило слабое тепло и едва уловимое биение. Байрон осторожно коснулся его ладонью. — Вот, можно сказать, будущая часть тебя. Лучшая из металлических малых виверн, которую я только видел за последний годы. Она идеально с тобой совместима, это я уже проверил. У него чистейшая родословная, так что техника, которую он тебе подарит, также будет превосходной. Он убрал руку от яйца и повернулся к Ранду. — Пожалуй, пока что достаточно разговоров. Время уходит. Некоторые компоненты драконьего подношения скоро начнут терять силу, промедление сделает его слабее. Раздевайся, я тебя подготовлю к переливанию крови. Помни, тебе нужно лишь постараться оставаться в сознании и постоянно циркулировать кровь по телу согласно обновленному методу культивации. Всё остальное за тебя сделаю я. Операция будет несколько болезненной, но для человека, пережившего Пруд Основы Пламени, — ничего серьёзного. В этом плане они даже несравнимы. Старейшина ловкими, отточенными движениями разрезал вены Ранда в десятке мест на теле и подсоединил к каждой ране тонкие металлические трубки. Края металла будто сами врастали в плоть, причиняя неприятное, липкое ощущение. Затем Байрон без колебаний поднял ученика и погрузил в резервуар, напоследок предупредив: — Не задерживай дыхание. Здесь можно дышать свободно. Жидкость сомкнулась над головой. «Хотя по виду и не скажешь, — мелькнула мысль, — но драконье подношение — это что-то среднее между жидкостью и газом. Оно вязкое, будто необычайно густой туман, и при этом наполняет лёгкие, словно воздух. Вкус отвратительный, металлический… но дышать им действительно можно. Насчёт остальных свойств судить трудно, слишком многое в нём намешано». Ранд попытался различить фигуру Байрона, но вскоре понял: видимость в этом вязком красном море почти нулевая. Мир вокруг растворился в густой мути. «Я надеялся понаблюдать за действия Байрона, но в этой „жидкости“ видимость практически нулевая. Использовать Айну для слежки также будет слишком опасно». Время тянулось мучительно медленно. Минут через десять тело начало согреваться: температура драконьего подношения постепенно росла. Но Ранду, наоборот, казалось, что становилось холоднее, ибо его кровь медленно уходила сквозь трубы. И вот, спустя полчаса, начался обратный процесс. Байрон начал потихоньку вливать в его вены кровь малой виверны. Вместе с первыми каплями крови боль обрушилась на него, будто тысячи жгучих игл вонзились одновременно в каждую жилу. ---------- Глава 77 Наследие падшего дракона. Часть Первая Глава 77. Наследие падшего дракона. Часть Первая. Чуть более 4 месяцев назад. Мёртвый Даларанский Каньон. С момента, как в воздухе распространился сладковато-горький запах порошка Последнего Дыхания, прошло чуть меньше часа. За это время битва изменилась почти до неузнаваемости: сражения со зверями становились всё ожесточённее, и постепенно чаша весов склонялась на сторону обитателей леса. Они нападали отовсюду: пикировали с неба, вырывались из-под земли, волнами накатывали из далёкого леса, заполняя пространство гулом рева и шорохом тысяч лап. Первые полчаса враги казались лишь досадной помехой — большинство находилось на стадии Конденсации Ци, и закалённые в боях рыцари справлялись с ними почти без усилий. Трупы павших зверей исчезали в пространственных кольцах с какой-то невероятной скоростью. Даже редкие представители второй стадии не представляли серьёзной угрозы и надолго не задерживались на поле боя. Карл, Ульрих и Драгс действовали слаженно, словно три клинка одного меча: их удары смыкались, дополняли друг друга и в считанные мгновения разрывали врагов на части. Но поток не иссякал. С каждой минутой зверей становилось больше, и натиск становился тяжелее. Когти, клыки и ядовитые дыхания всё плотнее обступали рыцарей, и даже опытным бойцам становилось всё труднее сдерживать эту лавину. Перелом наступил, когда на черные пески Мёртвого Даларанского Каньона вышло существо, отдалённо напоминающее легендарного Кирина. Его кожа сверкала электрическими искрами, глаза полыхали первородной яростью. Это был могущественный зверь на пике стадии Создания Основания — и с его появлением поле боя изменилось. Следом, будто откликнувшись на безмолвный зов, хлынула новая волна — теперь уже множество тварей второй стадии. Но страшнее всего было то, что звери перестали нападать поодиночке. Будто кто-то невидимый связал их волю: они начали координировать атаки, отвлекать, окружать, подстраховывать друг друга, выискивать слабые места в обороне. Рыцари вынуждены были отступить, сомкнув ряды в заранее подготовленной защитной формации Четырёх Стихий. Земля содрогнулась, когда они активировали совместную технику: «Тысячу Мечей Света». Сотни сияющих клинков обрушились на зверей, превращая десятки тел в кровавую пыль. Но и этого оказалось недостаточно. Под напором чудовищ мечи света рассеивались, и вскоре первые твари достигли внешней линии обороны. Только благодаря расставленным заранее талисманам, натиск удалось хотя бы замедлить. Талисманы показали себя чрезвычайно эффективными: их ослепительные вспышки и грохочущие взрывы разрывали зверей на куски, оставляя после себя лишь дымящиеся воронки и обугленные клочья плоти. Для существ первой стадии они становились смертельной ловушкой — одного спрятанного в земле талисмана хватало, чтобы отправить врага на перерождение. Но звери стадии Создания Основания были куда крепче: взрывы лишь ранили их, замедляли, сбивали с толку, но также разжигали их ярость ещё сильнее. Однако натиск нарастал столь стремительно, что вскоре даже поля взрывных талисманов и объединённые усилия рыцарей перестали быть достаточными. Подчинённые принца едва удерживали технику «Тысячи Мечей Света». Их лица бледнели, дыхание сбивалось, движения становились всё более неуверенными. Они вынуждены были раз за разом глотать восстанавливающие пилюли, но даже этого уже не хватало, чтобы поддерживать мощь техники на должном уровне. Барьер, образованный формацией Четырёх Стихий, дрожал, словно натянутая струна. С каждым ударом когтей и рогов зверей в его поверхности расползались трещины, а мерцающий свет защиты заметно тускнел. Охотнику Галику начало уже казаться, что ещё немного — и барьер рухнет, открыв путь десяткам яростных тварей. И лишь спокойная фигура принца Ранда, сидящего с закрытыми глазами посреди хаоса, позволяла ему сохранять самообладание. За всё время битвы в каньоне принц применил свою силу лишь однажды — и с тех пор не шевелился, словно терпеливо чего-то ожидая. Рядом с ним неподвижно стоял великий рыцарь Ларк, словно каменный страж, готовый в любую секунду обрушить свой меч на врагов. Их присутствие служило единственным якорем для старого охотника. — Крупная добыча, наконец, заглотила наживку, — вдруг произнёс Ранд, открывая глаза. — Ра! Сразу вслед за его словами из глубин каньона донёсся могучий рёв. Звук был таким, будто сама земля содрогнулась. Услышав его, все звери: от крошечных подземных крыс до могучих лавовых тигров; замерли, как по команде, и синхронно обернулись в сторону звука. Их ярость, ещё мгновение назад направленная на защитную формацию, сменилась первобытным страхом. — РААААА! — второй рёв прозвучал ближе, оглушительнее, словно надвигающийся обвал. И в тот же миг, будто рухнув с небес, появился исполин. Одним прыжком он преодолел десятки километров и тяжело обрушился на землю, отчего весь каньон дрогнул. Чудовище оказалось поистине устрашающим: длина его тела превышала двадцать метров, а высота доходила до пяти. Оно было воплощением убийственной мощи — два ряда острейших, как клинки, зубов, способных перемолоть камень; четырёхметровый рог на голове, сверкающий, словно алмазный копьё, и длинные изогнутые когти на шести лапах, напоминавшие своими размерами двуручные мечи. Каждый его шаг оставлял глубокие вмятины в чёрном песке. Поверх этого арсенала смертельного оружия зверя защищал панцирь, блестящий, словно металл, и настолько прочный, что даже большинство святых духовных артефактов не оставили бы на нём ни царапины. И хоть он был лишь на начальной ступени Формирования Ядра, мало кто из людей даже на средней ступени мог с ним справиться. Для большинства культиваторов такая встреча означала верную смерть. — Водный Арглан, или, как его ещё называют, Речной Хозяин, — спокойно произнёс Ларк, не сводя взгляда с гиганта. — Опасный противник в родной стихии. Но здесь, вдали от рек и озёр, он не столь грозен. В этом мёртвом месте большинство его техник будут сильно ослаблены. — РААВВААА! — в третий раз прорычал зверь. Только теперь это уже не звучало как бессмысленные звуки ярости, а скорее походило на нечто осмысленное — как будто часть языка. Даже те, кто не знал звериного наречия, уловили суть этого рёва: это был недвусмысленный приказ убираться прочь. Услышав этот «приказ», звери, до этого не смевшие сдвинуться ни на миллиметр, тут же бросились врассыпную — каждый стремился убраться как можно дальше от людей, их сокровища и самого Арглана. Лишь несколько достаточно сильных зверей, достигших культивации около пика стадии Создания Основания, остались. Некоторые из них даже осмелились прорычать в ответ, будто бросая вызов Речному Хозяину, или, по крайней мере, показывая, что не признают его власти. Но Водному Арглану их дерзость и неповиновение явно не понравились. Его ярко-синие глаза с вертикальными зрачками сверкнули холодным светом, и в следующий миг массивное тело гиганта с ужасающей скоростью рванулось вперёд. к ближайшему из них — Кровавому Быку. Зверь успел активировать защитную технику: его окутала густая ало-красная пелена, похожая на ожившую кровь, но… это оказалось бесполезным. Рог Арглана с хрустом прорвал защиту и пронзил его тело насквозь, подняв многотонную тушу над землёй, словно лёгкую тряпичную куклу. Однако тело зверя отличалось невероятной жизненной силой — этот сокрушительный удар не стал смертельным. Бык испустил испуганно-яростное мычание, пытаясь призвать остальных существ второй стадии ему помочь. Но никто не двинулся. Ни один зверь, даже самый гордый, не посмел откликнуться на его зов. Попытки монстра самостоятельно вырваться были тщетны: его мышцы, крепкие, как сталь, бессильно содрогались на роге гиганта. И тут Арглан, даже не подумав добить противника, начал демонстративно запугивать всех оставшихся зверей: вытянул длинный тёмно-синий язык и стал срывать с быка куски плоти, поедая их прямо на глазах у остальных. Хлюпающие и рвущие звуки, перемежающиеся с предсмертным мычанием, заставили сердца зверей дрогнуть. Вскоре жалобное мычание зверя переросло в хриплый стон. Его огромные глаза, некогда полные ярости и злобы, теперь светились лишь болью и мольбой о пощаде. Но пощады не последовало. Ужасающее зрелище и подавляющая аура Речного Хозяина окончательно сломили волю остальных зверей. Один за другим они развернулись иотступили. Когда последний из соперников исчез из виду, Арглан резко подбросил всё ещё живого Кровавого Быка высоко в воздух и, раскрыв пасть, щёлкнул ею, как капканом. В три мощных укуса он перемолол кости, плоть и внутренности, а затем с гулким звуком проглотил остатки, словно обыденную закуску. А затем он обратился к людям, всё это время наблюдавшим за ним с расстояния в триста метров, — человеческим голосом. — Людииии… — протянул он. — Отдайте мне сокровище… и тогда, возможно, я пощажу вас… Его голос внезапно оборвался, словно что-то почувствовал. Чудовище резко подняло голову и пристально уставилось на Ларка. — Человек… Ты сильный… Опасный… — медленно произнёс он, в его тоне чувствовалась смесь страха, угрозы и уважения. — Но это земля Леса. Людям здесь не место. Отдай сокровище и уходи. Иначе я призову одного из Владык Леса… и тогда даже ты не уйдёшь отсюда живым. В этот момент Ранд шагнул вперёд, выходя за пределы защитной формации Четырёх Стихий. Его движения были спокойны, словно он шёл на обычную прогулку. — Не бойся его, Водный Арглан, — произнёс он твёрдым голосом, в котором не дрогнула ни одна нота. — Он не будет вмешиваться. Одолей лишь нас, культиваторов на стадии Создания Основания, и тогда я позволю тебе забрать сокровище. Эти слова вызвали мгновенную реакцию. Огромные глаза зверя налились кровавым светом. — Бояться? Позволишь? — сотрясающий землю рёв разорвал воздух. — Высокомерный, слабый человечишка! Я разорву тебя на части, растопчу твои кости, а кровь твою пролью на эти пески! Однако, несмотря на ярость, Арглан не бросился вперёд. Он вновь метнул взгляд на Ларка, словно что-то спрашивая. — Слова моего младшего — истинны, — спокойно произнёс великий рыцарь. Его голос был подобен скале: твёрдый и холодный. — Клянусь своей душой и родом: я не буду вмешиваться в ваш бой, каким бы ни был его исход. В ту же секунду Ларк с помощью духовного чувства послал скрытое послание Ранду. Звери, как правило, были неуклюжи в управлении духовным чувством и, в отличие от людей, обычно не могли перехватывать такие сообщения. — Но будьте осторожны, мой принц. Я знаю, что вы готовы, но не недооценивайте его. Даже ослабленный, Арглан — это грозный противник. Ранд чуть улыбнулся, едва заметно кивая. — Не волнуйся, Ларк. Я уже давно не тот самонадеянный мальчишка, которого ты знал. Затем он обратился к своим остальным спутникам: — Рыцари, продолжайте подготовку. У вас есть ещё минута — я задержу его. А вы, мистер Галик, — не вмешивайтесь и постарайтесь не мешаться. Старый охотник вздрогнул, когда взгляд принца на мгновение остановился на нём. Казалось, что в этом спокойном, но уверенном взгляде было больше силы, чем в рёве любого зверя. Ранд прекрасно понимал: перед ним стоял по-настоящему серьёзный противник, поэтому он не стал тратить время на проверку сил и сразу попытался захватить инициативу. Сконцентрировавшись, он выпустил сразу две «Лунные Длани», дублируя технику и вновь демонстрируя высокий уровень мастерства. Но Арглан, зверь уровня Формирования Ядра, лишь пренебрежительно фыркнул. Подняв свои могучие передние лапы, он с лёгкостью рассеял обе атаки, словно они были всего лишь порывом ветра. Мгновение спустя чудовище рванулось вперёд. Огромная туша преодолела трёхсотметровое расстояние всего за пару секунд, и одновременно с этим Арглан обрушил на Ранда свою чудовищную ауру, стараясь обездвижить его или хотя бы сильно замедлить. Однако именно этого принц и ждал. Ему нужно было, чтобы Арглан полностью сосредоточился на нём, игнорируя остальных. Когда между ними осталось меньше сотни метров, Ранд резко выкрикнул: — «Шаг!» С лёгкостью преодолев давление духовной ауры зверя стадии Формирования Ядра, его фигура исчезла с места, прорезав пространство, и уже в следующую секунду он оказался у задней лапы исполина. Мгновенный выпад — и в руке Ранда блеснул короткий кинжал, святой духовный артефакт, ринувшийся прямо в цель. Удар был молниеносным, наполненным всей мощью принца. Однако результат оказался удручающим: клинок проник не глубже, чем на два сантиметра, оставив лишь неглубокий след, едва пробив толстую кожу. — Хм… действительно, весьма крепкий, — прошептал Ранд с холодным прищуром, мгновенно отскакивая назад. Речной Хозяин взревел, разъярённый до предела: какая-то ничтожная букашка осмелилась не только подобраться к нему вплотную, но и оставить след на его теле! Чудовище обрушилось вниз, пытаясь раздавить наглого человека всей тяжестью своего исполинского тела. Но Ранд успел среагировать и вновь переместиться. — «Второй шаг». На этот раз он уже появился в воздухе, высоко над полем боя, на высоте около трёхсот метров. Его силуэт, мерцающий в отблесках солнца, висел прямо над Аргланом, словно насмешливо нависая и вызывая того на очередную атаку. Второе применение этой пугающей техники перемещения — слишком быстрой, почти неотличимой от настоящей телепортации, — насторожило старого зверя. За сотни лет жизни он встречал немало противников, но подобного движения ещё не видел. Это было нечто, с чем следовало считаться и заставило отнестись к бою куда серьёзнее. Он понял, что ему необходимо обдумать стратегию, иначе всё может затянуться или даже выйти из-под контроля. Взгляд Арглана стал холоднее и расчетливее. Он понимал: чем могущественнее техника, тем строже её ограничения и тем большее количество Ци она пожирает. А это означало только одно: человек не мог использовать её бесконечно. Значит, всё, что нужно, — это выждать. Он истратит свои силы сам. В голове зверя мгновенно оформился план, простой и беспощадный, и он ему понравился. Нужно было лишь не давать противнику передышки, обрушивая на него волну за волной яростных атак. Когда этот наглый человек исчерпает свой запас Ци, он станет лёгкой добычей. Ему нужно было только беспрерывно продолжать атаковать, и, когда намного более слабый противник выдохнется, победа будет за ним. После этого он расправится с остальными слабыми людьми, а если тот сильный человек нарушит слово и попытается вмешаться, то он временно отступит… Но бегать за человеком Арглан больше не желал. Его челюсти широко распахнулись, и наружу вырвался ревущий поток воды, по объёму сопоставимый с целым прудом. Стихия, повинуясь его воле, закручивалась, уплотнялась, пока наконец не приняла облик огромного зверя, почти идентичного самому Арглану, только вдвое больше. Водный колосс поднял голову и рванулся на Ранда. Сначала Ранд хотел отразить атаку при помощи техники «Лунного Отражения», но быстро осознал, что та, вероятно, сама по себе не выдержит такого напора. Даже при отказе от эффекта возврата, чтобы упрочнить барьер. Объём воды был просто слишком велик. Поэтому он решил использовать Корону Мглистого Царства, его Небесное Сокровище, для усиления защитных свойств техники. В мгновение ока его окутал шар из всепоглощающего мрака. Поток воды врезался в него и… прошёл насквозь, никак ему не навредив. Более того, копия Арглана почернела и, спустя пару секунд, начала распадаться, заливая всё пространство вокруг водой. Такой поворот событий поверг Арглана в шок, ибо человек на жалкой стадии Создания Основания не просто заблокировал одну из лучших его техник… он сумел отрезать его контроль над ней, тем самым заставив её распасться. Это было просто немыслимо. Но самое ужасное было даже не это. На краткий миг Арглану показалось, что перед ним стоит вовсе не юный человек, а нечто неизмеримо более могущественное. Будто из-за завесы мрака на него взглянуло древнее существо, которому и он сам лишь добыча. Пока гигант пребывал в ступоре, не зная, решаться ли на атаку или отступить, Ранд вновь применил свою технику перемещения. В одно мгновение он оказался рядом с рыцарями, которые всё это время подготавливали свою сильнейшую совместную атаку. Их броня, переполненная накопленной энергией, вибрировала и буквально сияла ослепительным светом, словно готовая взорваться от перенапряжения. — Готовы? — спросил Ранд. — Да… мой принц. По вашей команде готовы… — прохрипел Ульрих. Эта техника выжимала из рыцарей всё до последней капли, и даже произнести слова было невероятным усилием. — Бейте сразу после меня, в ту же точку. «Тёмное Полнолуние». Корона на его голове вновь вспыхнула, озаряя всё вокруг тёмным сиянием, и над принцем возникла громадная шестиметровая луна тёмно-серебристого цвета. Её поверхность дрожала, словно живая, и в следующий миг из неё вырвался пожирающий свет луч. Арглан взревел и успел возвести мощный водный барьер. Но удар был слишком силён: луч прожёг в щите зияющую дыру, правда, потеряв при этом значительную часть силы. И всё же он достиг цели и врезался прямо в лицо чудовища, расплавив часть его относительно тонкой лицевой брони и оставив глубокий ожог на лбу. Полсекунды спустя рыцари обрушили свою технику. В едином рывке они высвободили «Один Меч, Равный Тысяче». Их доспехи не выдержали и покрылись трещинами от переизбытка проводимой энергии, но это уже не имело значения: сотканный ими луч ослепительного света ударил точно в ту же ослабленную точку. — РААААААА! — рёв, полный боли и гнева, пронзил небеса, дрогнула сама земля. Это был не просто крик, а звуковая волна, насыщенная Ци. Воздух завибрировал, словно огромный колокол ударили прямо над головами людей. Под его воздействием из ушей и глаз рыцарей и охотника пошла алая кровь, последний едва не рухнул на колени. Треть лица Арглана превратилась в обугленное, кровавое месиво. Края раны шипели и медленно расширялись под действием разъедающего плоть чёрного дыма. Но даже такое страшное ранение не было смертельным. Зверь не собирался умирать, и его способность сражаться почти не пострадала. Более того, исцеляющая водная техника уже начала действовать: потоки влаги из самого воздуха втягивались в его тело, обволакивая рану. Чёрный дым постепенно рассеивался, уступая место свежим наростам плоти. — Такого крупного зверя так просто не убьёшь, — сказал Ранд, закидывая в рот сразу несколько пилюль. — Бой только начинается. Вы пока смените броню и восстановите силы. Я сдержу его некоторое время. Если он попытается на вас напасть, то… Но не успел он закончить отдавать приказы, как вдруг перед ним возник Ларк, и его голос разнёсся, подобно удару грома: — Ранд! Назад! Земля заходила ходуном, трещины, словно гигантские молнии, пробежали по чёрным пескам, и вот уже сам каньон будто застонал, разрываясь на части. Из разверзшейся бездны поднялась чудовищная тень. Это была лапа — чешуйчатая, исполинская. Даже рядом с ней Водный Арглан выглядел словно не более чем детёныш, играющий возле матери. В следующее мгновение эта лапа молниеносно сомкнулась вокруг тела Речного Хозяина. ---------- Глава 78 Наследие падшего дракона. Часть Вторая Глава 78. Наследие падшего дракона. Часть Вторая. — РАААА, СТАРШИЙ, ОТПУСТИТЕ, ПРОШУУУУУ… — умоляюще проревел Арглан, но хозяин лапы даже не удостоил его вниманием. Лапа лишь продолжала сжиматься, будто неумолимый железный капкан, и каждое новое мгновение кости Речного Хозяина трещали всё громче. Арглан бился в агонии, выпускал свои водные клинки, метался, бил когтями и рогом, но всё это выглядело жалко: сила зверя четвёртой стадии не оставляла ему и крупицы надежды. — Не может быть… — охотник даже пошатнулся от шока. — Зверь четвёртой стадии… Зарождения Души! Мой порошок смог привлечь такое чудовище… — Да, — голос Ларка оставался холодным и собранным, хотя глаза его вспыхнули тревогой. — Это действительно зверь начальной ступени Зарождения Души. Его появление здесь полностью нарушает правила Великой Охоты. Позже я доложу его величеству обо всём произошедшем, — он повернулся к принцу. — Насчёт потерянных баллов не беспокойтесь, министр Шенду всё поймёт. Пока они говорили, земля вновь задрожала, ещё сильнее прежнего. Из глубин медленно поднималось поистине огромное тело, каждое его движение отзывалось гулкими толчками в воздухе и песке. Чудовище наконец показалось полностью, и все присутствующие ощутили давящий, почти удушающий вес его ауры. Его вид напоминал земного бескрылого дракона, но была в нём какая-то уродливая асимметрия, чуждая драконьему роду. В гигантской лапе, сжатой словно в железных тисках, бессильно болталось уже бездыханное тело Арглана. Зверь поднял голову, и, не удостоив людей ни малейшего внимания, принялся пожирать Речного Хозяина прямо на их глазах. Хруст костей, перемежаемый влажным чавканьем, эхом разносился по каньону. Ларк шагнул вперёд и произнёс: — Мы — члены королевской семьи Империи Тёмной Луны! — его голос прозвучал, как раскат грома. — Согласно договору, зверям стадий Зарождения и Трансформации запрещено вмешиваться в Великую Охоту! Но зверь даже не повернул головы. Его мутный взор оставался прикован к изувеченной туше Арглана, которую оно продолжало пожирать с мрачным спокойствием. — Что-то не так, — нахмурился Ларк, сжимая рукоять меча. — Он словно… не понимает человеческого языка. Его аура… нестабильна. Будто он совершил прорыв совсем недавно. Нет, тут что-то ещё непонятное… Мой принц, нам лучше уйти. — Хорошо. Уходим, — кивнул Ранд, и в его голосе не прозвучало ни страха, ни сомнения. Но едва они двинулись, как голова чудовища резко повернулась, мутные глаза зверя остановились именно на них. В следующее мгновение лапа со свистом рассекла воздух, устремившись прямо в сторону принца. Гулкий удар прогремел над каньоном, земля под ногами разошлась ещё большими трещинами. Но Ранд не пострадал — перед ним встал Ларк. Его меч, вспыхнувший фиолетовым пламенем, встретил лапу на расстоянии в сотню метров, не позволив ей приблизиться ни на шаг. Аура великого рыцаря взорвалась, словно извергающийся вулкан. То, что ещё мгновение назад соответствовало пику Формирования Ядра, теперь стремительно рвалось ввысь, ломая все пределы. — Зарождение Души… — прошептал охотник, едва не рухнув на колени. — Да как ты смеешь, тварь! — рыкнул Ларк, его глаза вспыхнули огнём. — За то, что поднял лапу на сына Императора, ты поплатишься жизнью! Принц, рыцари и Галик поспешно отступили, уходя на безопасное расстояние, и стали наблюдать за сражением. В следующее мгновение пространство вокруг Ларка вспыхнуло: тысячи клинков из чистого фиолетового пламени родились в воздухе и обрушились на зверя смертоносным дождём. Домейн великого рыцаря охватил поле битвы, превращая его в бушующий океан огня. Камни плавились, песок стекал в жидкие реки, воздух дрожал, будто сам стал пламенем. Чудовище отвечало рыком, его удары сотрясали землю, каждая лапа обрушивалась с яростью горной лавины. Но в них не было ни техники, ни расчёта: лишь безудержная грубая сила. Ларк, словно танцуя среди пламени, встречал их с лёгкостью, парируя и рассекая тело врага вновь и вновь. Только невероятная прочность шкуры и чудовищная регенерация удерживали зверя от мгновенной гибели. Его раны затягивались прямо на глазах, кровь кипела, выбрасывая клубы пара, и вся тварь выглядела как оживший кошмар Очень быстро стало очевидно: победа Ларка — это лишь вопрос времени. Его домейн медленно, но верно давил противника, сжигая всё вокруг. И всё же, несмотря на отчаянное положение, зверь не проявлял ни страха, ни желания убежать. Он стоял до конца, словно что-то или кто-то заставляло его сражаться, даже когда исход битвы был предрешён. — Какая мощь… — благоговейно произнёс рыцарь Карл. — Даже отсюда, с десяти километров, чувствуется жар. — Великий рыцарь… он на самом деле культиватор на стадии Зарождения Души. — всё ещё потрясённый произошедшим, пробормотал охотник Галик, и случайно вслух задал вопрос: — Но зачем ему было притворяться? Ранд бросил на него короткий взгляд и спокойно ответил: — Так ему было проще меня защищать. Если убийцы будут считать, что меня защищает лишь практик на пике Формирования Ядра… — Так было проще меня защищать. Пока враги уверены, что рядом со мной лишь практик на пике Формирования Ядра, они будут действовать более прямолинейно. К тому же он практикует особый метод культивации, при котором длительное запечатывание части сил помогает прорываться сквозь ступени… Он хотел продолжить, но вдруг замолчал на полуслове. Его глаза прищурились, зрачки сузились, будто от внезапной вспышки света. При помощи короны и техники Малого Истинного Взгляда он уловил то, что для других оставалось скрытым. Там, где зиял проём, из которого ранее выбрался драконезированный зверь, в тени осторожно пробиралась едва заметная, невидимая для обычного зрения фигура. Невысокая, худощавая, она двигалась так, словно была соткана из самой тьмы, стараясь держаться подальше от схватки двух титанов. Самое странное — Ранд совершенно не ощущал её духовным чувством. Ни малейшей вспышки, ни тени энергии. Будто её не существовало вовсе. — Хм… похоже, нас кто-то пытается использовать, — тихо произнёс он. Фигура будто услышала его. Она замерла на мгновение, а затем медленно подняла голову. Несмотря на значительно расстояние их взгляды встретились — оба холодные, пронизывающие. — Ларк! — мысленно позвал Ранд, посылая зов через духовное чувство. Но незнакомец, словно предугадав этот порыв, резко ускорился. Его силуэт размывался в воздухе, пока он не прыгнул в проём и не исчез в глубине, оставив после себя лишь лёгкий шлейф тьмы. Принц нахмурился и быстро рассказал об увиденном своим спутникам. — Мой принц, это может быть ловушка, — сурово сказал Ульрих. — Враги, возможно, хотят разделить вас и старшего Ларка. — Да, вероятность очень высока, — задумчиво ответил Ранд, его взгляд оставался устремлён в сторону проёма… — Но мы не будем действовать опрометчиво. Подождём окончания боя Ларка и спустимся уже вместе с ним. Тем более что их сражение близится к завершению. Драконезированный зверь оказался поистине чудовищно живучим. Дважды Ларк пробивал в его голове многометровые дыры, однако тот продолжал яростно сражаться, будто и не замечая ран. Даже после того, как великий рыцарь в одном рывке отсёк ему голову, тварь, вопреки здравому смыслу, всё ещё двигалась и пыталась атаковать, лишь частично утратив боеспособность. И только когда клинок Ларка рассёк её тело надвое, чудовище наконец рухнуло, окончательно лишившись жизни. — Ларк, поздравляю с победой. Не думаю, что владыки леса будут иметь что-то против нас. Мы защищались и были в своём праве. — Благодарю, мой принц. — Ларк слегка склонил голову, но его голос оставался серьёзным. — Этот зверь был не так уж и силён. Вы правы, мы не нарушили никаких правил, но нам всё же лучше не задерживаться. Энергетическое эхо от боя разлетелось на сотни километров. Сомневаюсь, что это останется без внимания, и незваные гости уже наверняка в пути. — Это может подождать, — отмахнулся Ранд. — Вряд ли мы встретим ещё одного безумного зверя такого уровня. А если появятся разумные… Они не осмелятся причинить мне вред. В крайнем случае, я перенесу нас отсюда при помощи сокровища. — Но, мой принц, — нахмурился Ларк, — с вашей нынешней культивацией переместить разом стольких людей будет крайне тяжело… — Я справлюсь, — перебил его Ранд, голосом, в котором не было ни тени сомнения. — В первую очередь мы должны разобраться с тем, что скрывается там, внизу. Оттуда выбрался зверь такого уровня, значит, внутри с большей долей вероятности таятся значительные сокровища. К тому же кто-то осмелился использовать нас как отвлекающий манёвр… Оставить это без ответа мы не можем. — Ты уже проверил проём духовным чувством? — уточнил принц. — Да, — кивнул Ларк. — Первые сотни метров — это обычная яма, напоминающая природную пещеру. Но дальше она превращается в рукотворный проход. Там вырублены ступени, уходящие на многие километры вглубь. Вероятнее всего, это реликвия древних времён. Но определить её точную природу отсюда невозможно. — По-хорошему, о находке такого уровня стоило бы сообщить хотя бы министру. А лучше сразу его величеству, — осторожно заметил Ларк и внимательно посмотрел на принца. — Но, я полагаю, вы не собираетесь этого делать, мой принц? Ранд слегка улыбнулся краем губ. — Ты хорошо меня знаешь, Ларк. Пока повременим с сообщением. ---------- Глава 79 Наследие падшего дракона. Часть Третья Глава 79. Наследие падшего дракона. Часть Третья. Они начали спуск. Далеко впереди двигались марионетки Ранда, каждая из которых напоминала огромного богомола, выточенного из серебристого металла. Их суставы издавали сухой хруст при каждом движении, а глаза-руны вспыхивали холодным голубым светом, вырывая из тьмы очертания коридора. Принц передал управление Ларку — лишь он мог раскрыть их истинный боевой и исследовательский потенциал. Часть механических созданий ползла по стенам, часть — по потолку. Они методично выискивали скрытые ловушки, проверяли каждый сантиметр пространства, но, к удивлению отряда, никаких механизмов или формаций обнаружено не было. Сам проход оказался колоссальным: своды терялись где-то в мраке на высоте почти сотни метров, а ширина лишь немногим уступала. Ступени явно были возведены не для человека — каждая представляла собой монолитный каменный блок высотой в два человеческих роста. Всё вокруг говорило о том, что этот путь предназначался для существ куда более грандиозных. Стены и ступени выглядели полурасплавленными, будто их некогда коснулись языки могущественного пламени. На каменной поверхности угадывались смутные контуры древних рисунков или письмен, но время и разрушения сделали их нечитаемыми. Лишь кое-где оставались едва уловимые линии, намекавшие на сцены древних битв. Ларк провёл ладонью по стене, его пальцы на миг засветились фиолетовым светом. — Я не узнаю этот материал, — произнёс он медленно, с оттенком недоверия в голосе. — Коридор и ступени невероятно прочны. Даже если я вложу всю силу, не уверен, что сумею оставить хотя бы царапину. Качество… минимум на уровне пика пятой стадии. — он нахмурился и, задержав взгляд на обугленных стенах, добавил: — Тот зверь… никак не мог нанести такие повреждения. Здесь действовало нечто куда более могущественное. После его слов в отряде повисла тишина, тяжёлая и напряжённая. Даже шаги марионеток, до этого сопровождавшие их сухим треском, будто приглушились, растворяясь в глубоком мраке. Спустя несколько долгих мгновений Ларк вновь нарушил молчание. Говорил он тихо, почти шёпотом, но в каменном коридоре его слова гулко разнеслись эхом, уходя в темноту впереди: — Такая колоссальная конструкция… Она простирается минимум на десятки километров. Даже с учётом того, что мы глубоко под землёй, формация Небесного Ока во дворце, следящая за империей, должна была уловить что-то столь огромное. Но я не видел ни одного упоминания о ней в записях. — Возможно, местные материалы блокируют духовное сканирование, — осторожно предположил один из рыцарей, напряжённо озираясь по сторонам. Ранд покачал головой: — Не думаю, что тут дело только в материалах. Формацию Небесного Ока, следящую за империей, так просто не обманешь. Она бы уловила сам факт существования столь обширной зоны, недоступной её взору, и подала сигнал. — Он ненадолго задумался и добавил спустя пару секунд раздумий: — Никто из ныне живущих не мог возвести нечто подобное. Это без сомнений реликвия древних времён, когда по этому миру ещё ходили бессмертные. Спуск продолжался. Проход уходил всё глубже и глубже, теряясь в темноте. С каждым километром воздух становился тяжелее, а энергия вокруг — плотнее. Концентрация Ци неуклонно росла, но в ней чувствовалась странность. — Похоже на подвид драконьей Ци… но искажённый, — задумчиво сказал Ранд. — Как будто в ней есть что-то чужеродное, нечистое. Именно такая энергия ощущалась у того зверя. — Да, мой принц, вы правы, — ответил Ларк. — Ближе всего это напоминает смесь земной и металлической энергии. Но она не просто насыщает пространство… она давит. Вначале я не обращал внимания, но чем глубже мы спускаемся, тем сильнее это ощущается. Такого я никогда не встречал. — А я ничего не чувствую, — нахмурился Ранд. Рыцари и охотник переглянулись и один за другим подтвердили, что тоже не ощущают никакого давления. Ларк после недолгой паузы сказал: — Похоже, что это воздействие ощущают лишь те, чья культивация достигла достаточно высокого уровня. Прямой угрозы пока это нам не представляет, но нужно быть настороже. Постарайтесь не отходить от меня дальше, чем на пять шагов. Он снова замолк, сосредоточенно вслушиваясь в бурлящий поток Ци вокруг. — И уровень энергии продолжает расти. — добавил он мрачно. — Уже сейчас её концентрация не уступает гостевому дворцу в столице. Это место способно поддерживать культивацию вплоть до поздних ступеней Зарождения Души. Неудивительно, что тот зверь смог прорваться здесь… Чтобы хоть немного снизить давление на себя, Ларк частично выпустил свой домейн, отчего их окружение окрасилось фиолетово-красным пламенем. Но облегчение оказалось призрачным, удушающая тяжесть почти не отступила. Спуск продолжался. Каменная лестница тянулась вниз, словно не имела конца, уводя их всё глубже: на десятки километров в чрево земли. И вот, в какой-то момент Ларк резко остановился. На его лбу выступили капли пота. — Мой принц… — его голос прозвучал непривычно напряжённо. — Похоже, я достиг своего предела. Давление энергии слишком велико. Если я спущусь ещё хотя бы на несколько метров, моё духовное начало начнёт понемногу разрушаться. Возможно, нам стоит остановиться… вернуться и запросить подкрепление из Империи. Ранд прикрыл глаза, на секунду погрузившись в раздумья. Спустя пару ударов сердца он открыл их вновь: — В обычных условиях ты был бы абсолютно прав. — произнёс он медленно, подчёркивая каждое слово. — Эта реликвия явно принадлежит к уровню, которому вряд ли найдётся много аналогов в наших землях. Если бы мы были первыми и единственными, кто её обнаружил, то самым разумным подходом было бы вернуться и подготовиться к её исследованию. Но это не так. Боюсь, если мы замешкаемся, нас могут оставить ни с чем. Та фигура, что опередила нас, слишком уверенно двигалась. Я почти уверен: она знала о руинах заранее, знала их точное местоположение и истинную ценность. Думаю, она ждала подходящего момента уже долгое время, но до сих пор ей не позволял войти тот зверь у входа. Глаза принца сверкнули решимостью. — Моя интуиция подсказывает мне, что я не могу позволить ей или ему завладеть этим местом первой. От одной мысли об этом мне становится нехорошо. Поэтому я продолжу путь с рыцарями и охотником. Пока никаких смертельных угроз мы здесь не встретили, а тот человек… вряд ли обладает боевой силой выше Формирования Ядра. Скорее даже ниже. Иначе этот безмозглый зверь не смог бы задержать его так надолго, и ему не пришлось бы прибегать к нашей помощи. — А такие противники… меня не смогут убить. Вначале Ларк, казалось, хотел возразить. Его губы уже приоткрылись, но взгляд, брошенный на решительное лицо юного принца, заставил его замолчать. Лишь тяжёлый вздох сорвался с его груди, полный тревоги и горького смирения. — Хорошо, — тихо сказал он, словно отдавая часть себя на волю судьбы. — Но будьте осторожны, мой принц. В случае малейшей опасности немедленно используйте телепортацию. Я останусь здесь и буду ждать три дня. Если вы не вернётесь… я сообщу вашему отцу о вашей пропаже. Но прошу вас, не доводите до этого. Ранд коротко кивнул, и они продолжили спуск вниз теперь уже без Ларка. Но вскоре путь стал тяжёлым и для них. С каждым шагом давление сгущалось, словно сама Ци этого забытого места ожила и пыталась остановить чужаков. Воздух, казалось, становился вязким, как смола, лёгкие горели, а конечности наливались свинцом. Через пару десятков километров Ранд потерял контроль над своими марионетками — невидимая сила словно разорвала нити, связывавшие их с его сознанием. С мрачным выражением лица он забрал их обратно в кольцо. Теперь каждый шаг давался с огромным трудом. Они уже не могли ни лететь, ни даже бежать. Всё, что оставалось — медленно, упорно шаг за шагом продвигаться вперёд, будто пробиваясь через невидимую стену, которая становилась всё толще и тяжелее. И тогда, за поворотом, они увидели его. Молодой юноша, на вид не старше пятнадцати лет, сидел в позе лотоса. Его лицо было столь миловидным и чистым, что казалось неземным. Простая коричнево-красная роба, без малейшего намёка на артефактность, плотно облегала его худощавую фигуру. Верхняя часть лица и руки юноши были покрыты грубой коричневой чешуёй. Два изогнутых ветвистых рога, тянущихся назад, венчали его голову, придавая облику величие. Но самым поразительным было не это. Его культивация: всего лишь первая ступень стадии Конденсации Ци. В месте, где даже могучим практикующим было трудно сделать шаг, он сидел неподвижно, словно не ощущал никакой тяжести. Юноша медленно открыл глаза, и в его взгляде блеснуло что-то древнее, не свойственное его юному облику. Он поднялся на ноги, и его голос прозвучал неожиданно спокойно, будто он встречал старых, добрых знакомых: — Я вас долго ждал, люди. — Кто ты? — первым нарушил тишину Карл, рыцарь, после того как Ранд едва заметным кивком позволил ему заговорить. — Ты ученик секты Огненного Дракона? Ты знаешь, что это за место? На губах незнакомца появилась насмешливая тень улыбки. — Сколько вопросов для первой встречи… Но хорошо. Раз уж вы помогли мне избавиться от того мешающего «недоразумения», я отвечу. Считайте это платой за помощь. Он выпрямился, расправив плечи, и в его голосе зазвучала гордость: — Меня зовут Сургисдонар. И нет, я не имею ничего общего с сектой тех жалких подражателей, неполноценных драконьих слуг. Что же до этого места… — он обвёл рукой проход. — Оно есть наследие моего народа. Здесь когда-то проходили испытания для юных, но то было очень давно… На мгновение он замолчал, и в этот миг его лицо будто затвердело, и после его голос стал холоднее и отстранённее: — На этом всё. Я уже слишком задержался в вашем мёртвом мире. Ответив на ваши вопросы, я оплатил долг. Между нами нет больше кармы, и наши судьбы больше не пересекутся. Дальше вам с вашей низшей родословной и культивацией путь закрыт. Ранд шагнул вперёд, его спокойный голос разрезал тишину: — Во-первых, кармы давно не существует — так же, как и предначертанной судьбы. Всем известно, что их уничтожили во времена Войны Богов. А во-вторых… сын драконьего рода, я прошу тебя пока остаться с нами. Мы ещё не договорили. В ответ Сургисдонар рассмеялся — низко, гулко, с издёвкой. — Глупый, ничего не знающий смертный, концепции нельзя полностью уничтожить. Даже Богам это не по силам. И мне не нужно твоё позволение, человечишка, чтобы уйти. Он резко развернулся и двинулся прочь. Его шаги были столь быстрыми, что он скорее напоминал ускользающую тень: из-за давления ни один из присутствующих не мог бы его догнать. — Стоять! — властным тоном приказал Ранд, поднимая руку. Он попытался задействовать Лунную Длань, но, прежде чем техника обрела форму, она рассеялась, словно наткнувшись на непреодолимую преграду. Видя провал, он тут же попытался применить другую технику. — Шаг! — коротко произнёс он, и пространство вокруг него, и тень под его ногами дрогнули. Но его тело переместилось всего лишь на жалкий метр, после чего Ранд резко побледнел, и алая струйка крови потекла из его рта. — Ваши техники здесь почти не работают, — спокойно, но с явной насмешкой произнёс Сургисдонар. — Поэтому вам меня не остановить. Удачной дороги обратно на поверхность. И не тревожьтесь — мы ещё увидимся. Когда я приду в твой дворец через пару десятков лет, ваше смертное высочество, вы будете молить о прощении за эту дерзость. — Думаешь, это всё? — Ранд резко вскинул голову. Корона Мглистого Царства засияла, и мрак бурным потоком вырвался наружу, поглотив свет и исказив пространство. В одно мгновение коридор преобразился: десятки метров вокруг заволокло густым дымом, и он превратился в мрачный зал, стены которого переливались прозрачными тенями. — Второй шаг! — прогремел его голос. Усилив себя домейном, он вновь применил технику: на этот раз он преодолел больше половины расстояния между ними. Понимая, что он всё равно не достиг цели, Ранд тут же достал из кольца массивную серебристую сеть и тонкую иглу, бросив их в сторону противника. Сеть в полёте расширялась, звеня и переливаясь, она была словно соткана из лунного света, и тянулась сомкнуть всё пространство перед собой, а игла, покинув руку принца, как будто исчезла. Сургисдонар явно не ожидал такого развития событий. Его зрачки сузились, на лице промелькнула тень испуга. В последний момент он отчаянно ускорился, и ему удалось с трудом вырваться из-под почти накрывшей его сети. Но, появившаяся из пустоты, игла всё же задела его плечо. — Тцх! — прорычал он, чувствуя, как по телу пробежала волна жгучей боли. На его плече проступил кровавый след, который тут же начал чернеть. — Ах ты мелкий гадёныш… ядовитая игла… — проскрежетал он, не прекращая бежать. Его рука метнулась к кольцу, и он торопливо закинул в рот несколько светящихся пилюль. Свет от них пробежал по его венам, но чёрные прожилки всё равно оставались, медленно расползаясь по коже. — Запомни, мальчишка! — выкрикнул он, голос его срывался от ярости. — Я вернусь за тобой, и тогда никакая корона и никакие ухищрения не спасут тебя. Я растопчу всё, что тебе дорого! Сургисдонар вскоре скрылся из виду за очередным поворотом. Ранд медленно убрал домейн, тени пропали, а дым растворился в ничто, и излучаемый рыцарями свет вновь заполонил пространство. Он поднял упавшую из раны Сургисдонара алую каплю и аккуратно заключил её в артефакт в виде прозрачного шара. Лишь спустя пару десятков ударов сердца он позволил себе расслабиться и присесть, восстанавливая дыхание и упорядочивая бушующие внутренние энергии. Его глаза при этом всё равно оставались холодными и сосредоточенными. — Ты его знаешь, Галик? — спросил Ранд, уловив странное выражение лица охотника, всё это время напряжённо следившего за Сургисдонаром. — Да… — голос охотника прозвучал глухо, с примесью сомнения. — Кажется… Только раньше он выглядел как чистокровный человек… Это был легендарный охотник Сургис. Сто с лишним лет назад он появился словно из ниоткуда, уже на стадии Формирования Ядра. Говорили, он знал даларанский лес лучше любого человека, будто он исходил его вдоль и поперёк. Галик помолчал, тяжело выдохнув, будто слова давались ему с трудом. — Но спустя несколько десятков лет он пропал. Исчез так же внезапно, как и появился. А через семьдесят лет вернулся… покалеченным. Уже на стадии Создания Основания. Тогда я видел его лишь мельком, и он всё ещё был человеком. Я боюсь, ваше высочество, что ничего полезного о нём рассказать не смогу. Он всегда был очень скрытным… — Нет, — Ранд покачал головой, но в голосе его не прозвучало упрёка. — Ты ошибаешься. Эта информация всё равно ценна. Благодарю тебя. Принц поднялся, его фигура вновь стала прямой и властной. Он обвёл взглядом свой отряд, задерживаясь на каждом. — Ладно, нельзя терять времени. Нам нужно продолжать путь. Нельзя дать ему оторваться слишком сильно. Никто не посмел ему возразить, и они вновь продолжили путь. Но меньше чем через километр охотник остановился: дыхание его стало тяжёлым, и ноги больше не слушались. Лицо охотника побледнело, словно из него вытянули все силы. Принц, заметив это, лишь коротко взглянул на него. — Возвращайся, — сказал Ранд твёрдо, его голос не оставлял места для возражений. — Дальше мы пойдём сами. Но вскоре даже рыцари начали показывать признаки изнеможения. Очевидно было, что долго продолжать они не могли. Ранд остановился и, внимательно окинув их взглядом, произнёс: — Вы тоже возвращайтесь к Ларку. Расскажите ему обо всём, что здесь произошло. Пусть не ждёт окончания трёх дней и немедленно отправляет сообщение отцу. И пусть ничего не скрывает, император должен знать всё. Отец поймёт, какие шаги надо предпринять. — А вы, ваше высочество? — осторожно спросил Ульрих. Его голос дрогнул, и в нём явственно слышалась тревога. — Неужели вы собираетесь… — Да, — перебил его Ранд, взгляд его был непоколебим. — У меня ещё остались силы. Я последую за ним и попытаюсь сорвать его планы. Моя интуиция буквально кричит, что его нужно остановить любой ценой. И я привык ей доверять. — Но, простите мою непочтительность, ваше высочество, — продолжил Ульрих, сжав кулаки, — вы вряд ли сможете его догнать. С его более низкой культивацией, в этом месте он имеет огромное преимущество. — Ты прав. Пешим ходом я его не догоню. Возможно, даже не смогу дойти до конца, — давление здесь растёт понемногу с каждым шагом, и скоро, возможно, станет невыносимым даже для меня. Но в этом и нет нужды. Я уже проверил: это место полностью блокирует лишь энергии на уровне пика Формирования Ядра и ниже. Энергию уровня Зарождения Души оно может подавить лишь частично, а вот на возможности уровня Трансформации Души его влияние минимально. Ульрих удивлённо вскинул брови, и в его глазах мелькнуло понимание: — Мой принц… неужели вы собираетесь использовать «его»? Ранд кивнул. — Угадал. Благодаря его крови и земному сокровищу — Шару, Раскрывающему Сердца, — между нами установлена связь. Я знаю не только точное расположение этого маленького дракончика, но даже до определённой степени ощущаю его эмоции. Как только он испытает сильный эмоциональный всплеск и задержится на одном месте дольше тридцати секунд, это с высокой вероятностью будет означать, что он достиг своей цели. Тогда я воспользуюсь Девятым Лунным Шагом, напитанным энергией пика Трансформации Души, и нанесу ему неожиданный визит. — План… крайне рискованный… но он может сработать. — Ульрих сжал кулаки, словно собираясь с духом перед тем, как задать свой вопрос. — Вы полностью уверены в своём решении, мой принц? — Уверен, — твёрдо произнёс Ранд, и в его голосе не дрогнула ни одна нота. — Тогда я желаю вам победы. Мы будем ждать вашего триумфального возвращения вместе со старшим Ларком. — Ульрих низко поклонился и, получив разрешение, увёл остальных рыцарей обратно. Принц продолжил спуск в одиночестве. Давление по-прежнему нарастало, пока не достигло такой силы, что казалось — само пространство хочет раздавить его тело. Но затем, к удивлению Ранда, оно словно застыло, перестав усиливаться. Всё равно оно было чудовищным, практически дробящим кости и выжимавшим силы из каждого движения, но хотя бы больше не росло. Тем не менее двигаться в таких условиях можно было лишь медленно, и нагнать Сургиса, ушедшего далеко вперёд, не представлялось возможным. В его руке мерцал Шар, Раскрывающий Сердца, внутри которого плескалась кровь драконьего юноши. Каждое биение этого шара отзывалось эхом в сознании принца, открывая крошечные всплески эмоций Сургиса. Ранд чувствовал раздражение, нетерпение, порой вспышку ярости — и каждый раз, когда тот замедлял шаг, сердце принца начинало колотиться сильнее. Но неизменно сын драконьего рода вновь двигался дальше, будто насмехаясь над ожиданием. И вот, наконец, произошло то, чего он ждал: Сургисдонар остановился. Тридцать ударов сердца — и ни единого шага вперёд. Ранд ощутил сквозь шар, как Сургисдонар переполнен благоговейным трепетом. Это было нечто новое: волнение и даже… страх. Не раздумывая, принц активировал Девятый Лунный Шаг. Пространство под ногами дрогнуло, и в следующий миг он оказался в тридцати метрах от Сургиса. Перед его глазами открылся зал немыслимых размеров.Потолок терялся в многокилометровой вышине, напоминая беззвёздное небо. Стены, если они вообще существовали, растворялись во мраке, и казалось, сама пещера не имела ни конца, ни края. Воздух был пропитан такой плотной, первозданной энергией, что дыхание перехватывало. Но Ранд не обратил на размеры зала ни малейшего внимания, ибо всё оно было приковано к тому, что было перед ним. Сургисдонар стоял на коленях, низко склонив голову, перед виднеющейся вдалеке исполинской драконьей костью. Она занимала, казалось, добрую половину зала, а её поверхность мерцала белым, почти ослепительным светом. Пол под Костью был окрашен в кроваво-красный цвет и напоминал бушующее море: его гладь то поднималась, то опускалась, словно дышала. Сургис приподнял голову и посмотрел на Ранда. В его глазах мелькнул испуг и непонимание. Но прежде, чем он успел что-то сказать или сделать, окружающая их Ци задрожала. Весь зал содрогнулся: будто пробудился неведомый колосс. — Твой наследник всё-таки прибыл сюда… — голос разнёсся отовсюду сразу. Он проникал в сердце, в душу, в саму суть, заставляя каждую клетку тела вибрировать. — Даже после нашей с тобой смерти, Последний Свет, ты вынуждаешь меня исполнить наш договор… — Предок! — сорвалось с уст Сургиса, в его голосе смешались мольба и радость. — Вы наконец-то ответили мне, я уже боялся, что… Он не договорил. Его глаза вдруг померкли, в них угас огонь жизни. Сургис обмяк и рухнул на пол, словно марионетка, у которой оборвали нити. — А… потомок предателя… — снова разнёсся голос, будто наполненный древней усталостью. — Вся твоя судьба заключалась лишь в том, чтобы привести сюда этого мальчика. И ты исполнил её. Но, чтобы избавить тебя от дальнейших страданий, я дарую тебе милость — отправлю на реинкарнацию. Возможно, в следующей жизни ты станешь кем-то более достойным. И в тот же миг тело Сургиса исчезло, словно его никогда и не существовало. Ранд попытался спросить, но горло сдавило, а рот открывался беззвучно. Духовное чувство оказалось запертым в теле, будто чья-то неведомая рука обрубила все нити, связывавшие его с миром. Он даже потерял связь с Айной, прятавшейся в его душе. — Не пытайся мне ничего говорить, своими словами ты можешь привлечь сюда ненужное внимание. Хоть за этим местом уже давно не следят, никогда не знаешь, куда может обратиться их взор… — Наследник Последнего Света — продолжил голос, — хоть я и обещал твоему далёкому предку даровать тебе своё наследие, я всё же верю в свободный выбор, сколь ничтожен он бы ни был. Потому скажу прямо: моё наследие способно наделить тебя силой, о которой ты даже не мечтал. Но у всего есть цена. Приняв его, ты лишишься многого, в том числе благосклонности судьбы. Жизнь твоя станет дорогой испытаний и боли, а смерть будет преследовать тебя шаг за шагом. Ты готов принять это? Мысли Ранда метались, словно в буре. В голове кипел хаос из надежды, жадного желания, сомнений и страха. Ему хотелось задать тысячи вопросов, но ему не было позволено. Он не мог принять выбор, не зная в чём он вообще состоит, и что за цену ему придётся заплатить… Но в конце ему вспомнилось детское воспоминание: отец, стоящий перед незыблемой стеной бессмертия. Его отчаянные попытки прорваться сквозь неё. Небесный Гнев… и Неудача. И наконец его взгляд, полный боли, горечи и безысходности. И вспомнив это, он понял, что выбора у него и нет. Не схватившись за эту непонятную соломинку, он никогда не сможет избежать такой же судьбы. И никогда не сможет встретиться с матерью. Поэтому он из-за всех сил мысленно закричал: — Я согласен!!! Чего бы мне это не стоило, я достигну бессмертия, я исполню мечту бесчисленных поколений и преуспею там, где он потерпел неудачу! Долгая тишина. Затем голос прозвучал вновь, на этот раз как будто с оттенком сожаления: — Хорошо. Ты сделал свой выбор. Перед глазами Ранда возникла капля, переливающаяся тысячью оттенков, будто заключившая в себе само сияние мира. От неё исходила такая мощь, что Ранд не мог себе её и представить. Даже вся сила практика Трансформации Души была ничтожна в сравнении с одной этой каплей. Он наблюдал, не в силах ни пошевелиться, ни вдохнуть, как сияющая капля медленно приближается, а затем беспрепятственно входит в его грудь. — Моё наследие уже в тебе. Но пока воспользоваться им ты не сможешь. Ибо одному условию его ты ещё не соответствуешь. В тебе нет крови моего народа, а, значит, ты не сможешь по-настоящему сделать его частью себя. Найди способ встать на путь трансформации и стань частью моего народа, тогда ты сможешь по-настоящему принять моё наследие. После этих слов наступила короткая тишина, нарушаемая лишь биением сердца Ранда. — Твои спутники позабудут об этом месте и обо всём, что здесь произошло. А ты будешь всё помнить, но никому не сможешь ни о чём рассказать. Прощай, наследник Последнего Света. Если будет на то воля судьбы, мы ещё встретимся. В тот же миг пространство задрожало, и тело Ранда исчезло из зала. В следующую секунду он уже стоял в мёртвом Даларанском каньоне вместе с остальными. Перед ними лежал изувеченный труп Водного Арглана. — Мой принц! Ваше высочество, вы меня слышите? — спрашивал Ларк, и не услышав ответа, он подлетел к нему вплотную, и спросил при помощи духовного чувства: — Ранд, с тобой всё в порядке? После победы над Речным Хозяином ты вдруг перестал реагировать. — Да, Ларк, со мной всё в порядке. Просто…задумался. Здесь мы со всем закончили. Надо двигаться дальше, нам ещё многое предстоит сделать. ---------- Глава 80 Уже не совсем человек Глава 80. Уже не совсем человек. Настоящее время, Драконье Логово. Кровь малой виверны медленно растекалась по жилам Ранда, просачиваясь в его тело через тонкие металлические трубки. Встретившись с остатками человеческой крови, она реагировала так, будто наткнулась на заклятого врага: бурлила, клокотала и тут же вступала в беспощадную схватку, стремясь поглотить и уничтожить соперницу. Но благодаря подготовке Байрона человеческой крови в его венах оставалось совсем немного, и такие «битвы» были редкими и скоротечными. Казалось, что заключённая в крови виверны чуждая сила стремится разорвать его изнутри, стереть всё человеческое и заполнить каждую клетку собой. Но вскоре Ранд понял, что первое впечатление обманчиво: вся эта бурная ярость была лишь пустой оболочкой. В действительности кровь оказалась удивительно слабой, почти истощённой. Разрушения, что она наносила, были поверхностными и незначительными тут же заживали благодаря его собственной регенерации. Там, где вены, казалось, протыкали сотни огненных игл, уже через пару вдохов оставалось лишь лёгкое покалывание. Боль, принесённая звериной кровью, казалась настолько ничтожной на фоне того, что Ранд уже испытал в прошлом, что на его губах даже появилась едва заметная улыбка. Не теряя концентрации, он начал циркулировать Ци согласно обновлённому методу культивации Мифической Крови, направляя потоки звериной крови в исток жизни — в сердце. Именно там должно было произойти их истинное слияние. Спустя три-четыре минуты кровь завершила свой круг по сосудам и достигла сердца. В тот же миг внутри него начались бесчисленные изменения. Большинство из них оставались непостижимыми, они происходили на столь глубоком уровне, что внутреннее зрение культиватора стадии Конденсации Ци было просто бессильно уловить их. Он ощущал лишь их следствия: сердце стало понемногу расширяться, его ритм замедлился, а ткани начали переливаться лёгким серебристым оттенком, словно металл проникал в саму плоть. Когда серебро проступило явственнее, сердце внезапно вспыхнуло ослепительным сиянием — тысячи оттенков разом разлились по его внутреннему взору, будто в груди родилась новая звезда. Источником вспышки стала крошечная капля, переливающаяся всеми цветами радуги, появившаяся прямо в центре сердца словно из бездны небытия. «Наконец-то… ты вновь появилась!» — с радостью и… даже с некоторым трепетом мысленно воскликнул Ранд. Всё это время он знал, что капля была сокрыта в глубине его сердца, но не имел ни малейшей возможности установить с ней какой-либо контакт. Её присутствие не ощущал никто — ни он сам, ни даже практики на стадии Трансформации Души. Более того, даже тот день, когда он её получил, был позабыт всеми… Если бы не ясные воспоминания о том, как она досталась ему, он давно усомнился бы в её существовании. «Хотя сейчас… не лучшее время для её пробуждения, — мрачно отметил он. — Старик вряд ли способен увидеть её напрямую, но возможные последствия от её действий скрыть от его глаз будет куда сложнее…» Ранд нахмурился, предвидя грядущие трудности, но не успел развить мысль. Сияние драконьей капли внезапно усилилось — на крошечную долю мгновения её свет стал во много раз ярче, и волны этой энергии разлились по всему телу. Под их воздействием кровь малой виверны, ещё мгновение назад бушевавшая в жилах, словно раненый, но яростный зверь, постепенно успокоилась. Напряжение схлынуло, и процесс ранней трансформации пошёл необычайно плавно, словно сама капля взяла его под своё покровительство. Байрон, наблюдавший за происходящим со стороны, остолбенел. Стоило ему отвлечься всего на десяток секунд, чтобы принять срочное сообщение от магистра, как ситуация полностью изменилась. Первичное принятие крови виверны — даже ослабленной специальными мерами — в обычных условиях занимало не меньше нескольких часов, и поначалу всё шло строго по графику. Но за эти пару десятков секунд… всё перевернулось. Когда он вновь сосредоточил внимание на Ранде, звериная кровь уже не сопротивлялась. Она словно разом признала его тело своим новым вместилищем и начала понемногу перестраивать его изнутри. По всем расчётам, на это должно было уйти куда больше времени, но у Ранда процесс завершился менее чем за час. Если бы это было единственным изменением, то Байрон был бы просто слегка удивлён. Но это было лишь началом. Тело юноши стало меняться у него на глазах: кожа приобрела металлический блеск, под ней проступили очертания новых мышечных волокон, а в глазах сверкнул серебристый огонь. Он выглядел так, словно применял частичную трансформацию виверны… но Байрон точно знал, что это было невозможно. Дантянь Ранда находился почти в покое, не излучая значительной энергии. Байрон лишь ощущал, как юноша направляет кровь по телу, следуя обновлённому методу культивации Мифической Крови — и не более того. Это означало, что он даже не пытался применять частичную трансформацию, ведь для этого требуется выделение огромного количества энергии. Да и физически он не мог быть способен на такое на данном этапе. Его сердце сжалось от тревоги. Всё происходящее не имело ничего общего с обычным протоколом переливания крови. Все изменения, принесённые чужой кровью, должны были быть лишь внутренними и по большей части не слишком значительными… Согласно всем его знаниям и опыту, процесс переливания должен был быть довольно простым и предсказуемым, ибо все сложности были уже решены во время обработки звериной крови: 1) Сперва извлекается более девяноста процентов человеческой крови из тела культиватора, чтобы снизить риск конфликта; 2) Затем в тело вводится сердечная кровь малой виверны — в количестве не больше десяти процентов от общего объёма человеческой крови в теле; 3) И, наконец, наступал этап адаптации: под действием метода культивации Мифической Крови сердце постепенно изменялось, принимая новую силу и понемногу перестраивая тело. Это всё, если опустить мелкие детали. Именно так это всегда происходило. Никаких внешних мутаций. Лишь внутренние перестройки и незначительные улучшения, ибо на большее кровь сама по себе просто не должна быть способна. Но у Ранда процесс вышел далеко за рамки ожидаемого. Его изменения уже перевалили за все мыслимые пределы и продолжали развиваться с пугающей скоростью. Байрон впервые за долгие годы почувствовал себя по-настоящему растерянным. Всё его знание, опыт и десятки подобных процедур вдруг оказались бесполезными. Он не знал, что делать. Прервать процесс, насильно извлекая кровь виверны? Нет, слишком поздно. Трансформация уже вошла в критическую фазу, и любое грубое вмешательство стало бы подобно попытке вырвать сердце из груди ещё живого человека. Это не просто не спасёт — это убьёт его наверняка. Вмешаться и попытаться направить процесс? Но как можно управлять тем, чьей сути сам не понимаешь? С большой долей вероятности любое вмешательство лишь усугубит положение. Попросить Оберина перестать циркулировать метод культивации Мифической Крови? Нет, возможно, только это удерживает процесс хоть в каких-то рамках… Оставалось только ждать и наблюдать, чувствуя, как сердце сжимает тревога. — Неужели… я где-то допустил ошибку, и теперь он умрёт? — с отчаянием подумал Байрон. — Нет, я перепроверял всё по нескольку раз. Ошибки быть не может. Здесь есть лишь две переменные, которые я не мог полностью контролировать… Либо в теле Оберина скрыто нечто, о чём я не подозреваю, либо всё дело в родословной этого детеныша. И тут ответ словно сам вспыхнул перед его глазами. Чешуйки, проступившие на теле Ранда, начали отливать мягким золотом. — Золотые отметины… на «серебряной виверне»? — прошептал Байрон, чувствуя, как по спине пробежал ледяной холод. — Это… мутация родословной. Вот оно, объяснение. Но никогда… никогда я не слышал, чтобы мутация могла настолько искажать процесс трансформации. Более того, я даже не знал, что подобное вообще возможно во время переливания крови! Возможно, методы, которые должны были ослабить кровь, дали дополнительный эффект и пробудили в ней скрытый потенциал? Или сама эта виверна просто была особенной? Он судорожно сглотнул, наблюдая за неестественным сиянием, расползающимся по телу юноши. — Мёртвый детёныш… и вдруг — «новая ступень жизни». Новый род. Это должно быть невозможно… и всё же это происходит у меня на глазах. Золотое свечение чешуек продолжало нарастать, и Байрон ощутил, как внутри него борются два чувства — тревога и всепоглощающее любопытство. «Если это действительно мутация… Если его Тело Чистого Лотоса выдержит родословную не малой, а настоящей виверны, — потенциал мальчишки взлетит до небес. Для него формирование Ядра к пятидесяти годам станет лишь детской забавой… А дальше? До Зарождения Души будет рукой подать…». Он прикрыл глаза, но сияние словно прожигало их изнутри, не позволяя отвести взгляд. «И как это повлияет на мои планы? Скорее всего — крайне негативно. Но… шансы ещё остаются», — мрачно размышлял Байрон. Пока же ему оставалось только ждать. Ждать и молиться, чтобы тело ученика выдержало неведомый каприз судьбы, который грозил превратить всё в триумф… или в трагедию. Даже попытка заговорить с ним при помощи духовного чувства казалась смертельно опасной — малейшее отвлечение могло сорвать циркуляцию метода культивации и оборвать всё. Время текло мучительно медленно. Каждый миг напоминал вечность. Сияние то вспыхивало, грозя ослепить, то угасало, словно дыхание умирающего пламени. Байрон сидел неподвижно, стиснув зубы, ощущая, как тревога разъедает его душу. И вот, лишь спустя час, изменения в Ранде подошли к завершению. Старейшина медленно, с предельной осторожностью, словно боялся спугнуть чудо, извлёк живого ученика из резервуара и впервые смог взглянуть на него «обновлённого» своими собственными глазами, а не через духовное чувство. Изменения в его облике оказались поистине колоссальными. Ранд и раньше выделялся ростом среди сверстников, но теперь его фигура стала ещё выше: прибавив не меньше десяти сантиметров, он почти достиг двух метров. Его тело преобразилось: мышцы налились силой, очертания стали резче, гармоничнее, словно высеченные искусным мастером. Большая часть туловища, руки и ноги были покрыты мелкой серебристой чешуёй с золотистым отливом. На пальцах блеснули трёхсантиметровые когти, серебряные у основания и сияющие золотом на концах. На голове выступили короткие рога — также серебряно-золотые. А за спиной, слегка покачиваясь, тянулся полутораметровый хвост, завершающийся тонким лезвием, острым, как клинок. — Как ты себя чувствуешь, Оберин? — осторожно спросил Байрон. — Хорошо… нет, даже прекрасно. — Ранд сжал кулаки, и по его мышцам пробежала дрожь силы. — Моё тело буквально переполнено энергией… Но, мастер, я не совсем понимаю, что происходит. — В его голосе прорезалось сомнение, и даже немного паники. — Разве мой облик должен был измениться так сильно? Я ведь думал, что изменения будут только внутренними и не слишком заметными. А сейчас… я словно нахожусь в частичной трансформации, хотя я даже не пытался использовать эту технику. — Ты всё верно подметил, — произнёс Байрон, внимательно наблюдая за учеником. — Всё пошло несколько не по плану. Почти сразу после переливания кровь малой серебряной виверны неожиданно начала мутировать, приобретая необычные свойства. Это радикально изменило сам процесс твоей первичной адаптации к звериной крови, сделав его куда более глубоким и… непредсказуемым. Он сделал паузу и спросил: — Твоя частичная трансформация сейчас потребляет Ци? Хоть немного? — Нет, мастер. — Ранд закрыл глаза, сосредоточился и с лёгким удивлением качнул головой. — Я ничего не трачу… Энергия во мне стабильна, словно эта форма — это моё естественное состояние. Байрон медленно поднял взгляд на ученика. — Если бы я не знал твоей истории, — сказал он с хмурым выражением лица, — то решил бы, что ты самый обычный полукровка, и один из твоих родителей был драконом, принявшим человеческий облик. В последующие часы Байрон провёл над Рандом ряд детальных экспериментов и опытов. Он проверял кровоток, оценивая скорость и стабильность циркуляции звериной крови, исследовал прочность костей и гибкость суставов, наблюдал за устойчивостью каналов Ци и даже сознательно перегружал тело юноши, заставляя Ранда стиснуть зубы от боли… — Несмотря на мутацию, кровь всё ещё ослаблена, — тихо произнёс Байрон, — значит, мои методы пока действуют. Только поэтому ты до сих пор жив. — Кровь малой виверны теперь вырабатывается твоим сердцем одновременно с человеческой, — продолжал он, внимательно изучая показатели. — Её концентрация держится на стабильном уровне в пятьдесят процентов… Это огромное количество. В процентном соотношении оно сопоставимо с тем, кто достиг девятого уровня метода культивации Мифической Крови. Если бы обычный ученик попытался довести концентрацию звериной крови хотя бы до сорока процентов — он бы в считанные часы умер. Твои внутренние органы слегка сместились, некоторые видоизменились, увеличились в размерах и приобрели новые свойства. Ци внутри дантяня понемногу превращается в металлическую, но процесс этот займёт ещё некоторое время. Управление новой конечностью — хвостом — пока даётся тебе с трудом, но это лишь вопрос практики. Чешуя и когти — весьма прочные, не уступают магическим артефактам среднего качества. Но всё остальное — кожа, мышцы, связки — усилились лишь незначительно. И это тревожный знак. Он замолчал, продолжая изучать показания и словно взвешивая каждое слово. — В целом твоё состояние стабильно… пока что. Байрон глубоко вдохнул. В его голосе сквозила тревога, которую он пытался скрыть: — Мутация крови малой серебристой виверны остановилась на полпути, не сумев за один рывок достигнуть качества золотой виверны. Такое иногда случается, но могу тебя заверить: это лишь отсрочка. Через какое-то время она «пробьёт последний барьер» и возвысится — это неизбежно. Пока что твоё тело справляется, — продолжил Байрон, — но это только пока. Оно всё ещё слишком слабое для того, чтобы полностью выдерживать кровь обычной малой виверны, не говоря уже о мутировавшей. Ты словно глиняный сосуд, в который налили раскаленное железо — трещины могут появиться в любой момент. Он сделал паузу, обводя взглядом ученика, и добавил строго: — Тебе нужно как можно скорее укрепить тело и довести до совершенства технику Бронзового Тела. Это будет первым этапом. И всё это время ты будешь под моим постоянным наблюдением. Любое недомогание, даже лёгкая боль — сразу докладывай мне. Он уже собирался продолжить, но заметил, что лицо Ранда изменилось — в его взгляде промелькнуло замешательство. — Что такое? — резко спросил Байрон. — У тебя уже начало что-то болеть? Ранд покачал головой, но в голосе его проскользнула нота удивления: — Нет, мастер. Просто… во мне внезапно проснулось чувство голода. Очень сильное… и оно усиливается с каждой секундой. ---------- Глава 81 Драконья Жемчужина Глава 81. Драконья Жемчужина. Наблюдая, как Ранд с жадностью поглощает уже десятый килограмм жареного мяса горной птицы, зверя стадии Конденсации Ци, — Байрон невольно качнул головой. — Весьма впечатляющий аппетит, — произнёс он, слегка приподняв бровь. — Впрочем, это неудивительно. После такой трансформации твоя потребности в пище должны были существенно измениться. И теперь мы выяснили, что обычная смертная еда почти не насыщает тебя. Лишь мясо, наполненное духовной энергией, способно утолить твой голод… и требуется тебе его немало. В будущем тебе придётся постоянно носить с собой приличный запас такого провианта. Иначе рискуешь остаться без сил в самый неподходящий момент. Байрон неожиданно перестал говорить, попутно бросив оценивающий взгляд на Ранда. — Вижу, что ты устал, — сказал он мягче спустя пару мгновений. — Пожалуй, на сегодня опытов и испытаний вполне достаточно. Я прикажу выделить тебе комнату в поместье. Отдохни, постарайся поспать, твоему телу нужна передышка, чтобы свыкнуться с такими значительными переменами, иначе перегрузка может обернуться бедой. Он сделал шаг к двери, но перед уходом обернулся: — А я тем временем доложу вышестоящим о случившемся. Уверен, они захотят услышать лично о чём-то столь необычном. Завтра я снова тебя осмотрю, и, если твоё состояние останется стабильным, то мы приступим к тренировкам техник трансформации. Возможно, даже удастся вернуть тебе человеческий облик… пусть и обходным путём. После этих слов Байрон вскоре удалился, оставив Ранда ненадолго одного. Но уже через минуту его место занял один из управляющих поместьем: пожилой адепт секты с лицом, изборождённым морщинами В каждом его движении ощущалось подчеркнутое уважение, но за этой внешней учтивостью угадывалась поспешность и явное желание поскорее уйти. Он проводил Ранда до выделенной комнаты, остановился у порога и сухо произнёс: — Если что-то потребуется, позвоните в колокольчик у кровати. Кто-то из рабов придёт немедленно. Они выполнят любой приказ. После этих слов адепт быстрым шагом, почти бегом, покинул помещение, словно сам факт нахождения рядом с «обновлённым» послушником вызывал у него тревогу, смешанную с лёгким отвращением. Ранд остался в одиночестве. Некоторое время он неподвижно сидел на постели, просто прислушиваясь к новым, непривычным ощущениям своего изменённого тела… Затем его взгляд затуманился, и он погрузился в бушующие мысли, пытаясь выстроить в них хоть какой-то порядок. 'Старик смотрел прямо на наследие, и ничего не заметил. Как я и думал, даже когда оно в активном состоянии, смертными методами его не увидеть… Но вот последствия его действий скрыть было невозможно, ибо оно в корне изменило сам процесс ранней трансформации. Теперь меня даже уже нельзя назвать чистокровным человеком. Я — наполовину зверь, наполовину человек. Полукровка. Неприятно, но примерно такого исхода я и ожидал, когда мёртвый дракон сказал, что я должен стать частью его народа… Если такова цена за бессмертие, то я приму её без колебаний'. Он закрыл глаза и сосредоточил внутреннее зрение на светящейся капле, мерцавшей в глубине даньтяня. Она пульсировала мягким сиянием, словно дышала вместе с ним. «Хм… называть её просто 'каплей крови, хранящей наследие Многоглавого Дракона» — как-то грубо и даже недостойно. Слишком малое имя для столь великой силы… Нужно дать её достойное имя. Хм, отныне я буду называть тебя — Драконьей Жемчужиной. Любопытно, что она переместилась из сердца в дантянь, и теперь вокруг неё вращается появившийся там же образ серебристо-золотой малой виверны. И, если верить обрывочным знаниям, что я получил во время интеграции крови, она уже никогда не исчезнет. Жаль только, что открывшиеся мне видения были смутны и неясны. Слова звучали на непонятном языке, скорее всего на драконьем, который я, тем не менее, каким-то образом частично понимал… Они явно предназначались не для кого-то столь слабого. Всё пролетело слишком быстро, словно отрывки сна. Но, кажется, я всё-таки сумел уловить их суть. Наследие несёт в себе два великих дара'. Ранд прикрыл глаза, напрягая память и стараясь в точности восстановить увиденное и услышанное. Перед внутренним взором вновь возникла туманная фигура, чьи очертания колебались, то напоминая человека, то искажаясь звериными чертами. Голос её раскатывался, словно гром в беззвёздной пустоте. «Первый дар: способность синтезировать кровь более могущественных драконьих наследников, пробуждая в слабой крови атавизм и мутацию. Этот процесс не хаотичен, он поддаётся выбору и даже частичному контролю. С его помощью можно направлять будущий путь развития, словно кузнец закаляет металл, решая, станет ли он клинком или доспехом…». Слова эхом отзывались в сознании, и Ранд поймал себя на том, что дыхание его стало прерывистым. 'Если я правильно всё понял, то, чтобы завершить полноценную мутацию в золотую виверну — зверя стадии Формирования Ядра — мне потребуется испить сердечную кровь хотя бы ещё одной малой серебряной виверны, существа стадии Создания Основания. Хотя многое будет зависеть от чистоты её крови… возможно, придётся добыть и больше. А чтобы обрести родословную Безрогого Железного Дракона, зверя стадии Зарождения Души, понадобится сердечная кровь нескольких золотых виверн или других драконоподобных существ той же стадии… Но самое удивительное — при достаточном количестве крови можно вовсе отказаться от пути металлических драконов и повернуть на другую тропу: огненных, ледяных, ядовитых… В этом плане нет никаких ограничений. Выбор рода и силы будет зависеть лишь от испитой крови'. Его губы дрогнули, сложившись в едва заметную полуулыбку. Он глубоко вдохнул, ощущая, как грудь наполняется сладким и пугающим предвкушением. В его руках, можно сказать, уже оказался ключ к бессмертию. 'Только благодаря одному этому дару я смогу превзойти всех в этом мире… Ведь главная преграда, из-за которой ни один практик метода Мифической Крови так и не достиг стадии Ложного Бессмертия, всегда была одна: отсутствие крови зверя столь высокой стадии. Даже великие предки секты Огненного Дракона, обладавшие несметной силой и легендарными артефактами, не могли ни найти, ни тем более одолеть и завладеть кровью почти бессмертного Дракона. Но мне… мне достаточно будет крови нескольких драконоподобных существ стадии Трансформации Души!' Глаза Ранда вспыхнули маниакальным блеском. Он чуть не рассмеялся вслух от переполнявшей его радости, с трудом удержав себя. Ведь даже стены могли иметь уши. Грудь его вздымалась, будто внутри разгоралось пламя, способное сжечь весь мир. Ему потребовалось почти пара минут, чтобы вернуть себе спокойствие и вновь обрести ясность мыслей. 'И всё это — только половина наследия. Второй дар Драконьей Жемчужины едва ли сильно уступает по значимости первому. Второй дар… На каждой стадии культивации Жемчужина дарует своему обладателю одну из божественных способностей, которые некогда принадлежали самому Многоглавому Дракону. Это не техники, которым нужно учиться, не приёмы, которые можно постичь через годы тренировок. Божественные способности уже приходят в совершенстве, завершённые и непостижимые, словно осколки божественной воли. Обладатель может тут же их использовать. И первую из них я уже обрёл…' Он сосредоточился на том месте в сердце, где ещё недавно сияла Драконья Жемчужина. Теперь там пульсировал новый огонёк: крошечное красное ядро, полуматериальное воплощение божественной силы. Оно мягко мерцало и в то же время несло в себе ощущение чего-то безмерного. Стоило ему «коснуться» его внутренним зрением, как в сознании вспыхнули строки на древнем драконьем языке. Символы сами собой складывались в смысл, понятный без усилий. 'Всё-таки вместе с кровью мне передалось и знание их языка… Если я правильно всё понимаю, то перевод их будет примерно таким: Божественная способность — Сердце Вечной Жизни. Пока Ци течёт по каналам, тело не познает гибели. Какими бы смертельными ни были раны, они затянутся в мгновение ока. Но чем серьёзнее повреждение, чем ближе подступает смерть — тем быстрее сгорает Ци'. Он прикрыл глаза, позволяя словам осесть в сознании. «Физическое бессмертие… хоть и обманчивое. Слишком легко поверить, что ты неуязвим. Если Ци иссякнет, даже эта божественная способность не спасёт. Но всё же… невероятно. Нужно проверить её пределы». Немедля Ранд встал. В его руке возник кинжал, появившийся из кольца, блеснув в тусклом свете помещения. Лезвие без колебаний вонзилось в ногу, точно в крошечный зазор между металлическими чешуйками. Боль пронзила тело, но в следующий миг исчезла без следа. Перед глазами Ранда за считанные доли секунды затянулась двухсантиметровая рана. Даже шрама не осталось — кожа выглядела идеально гладкой, словно клинок никогда не касался её. «Скорость регенерации просто чудовищная… И трата Ци почти незаметна. Значит, на лёгкие раны энергия уходит крошечными долями». Он провёл рукой по ноге, где только что зиял порез, ощущая лишь лёгкий зуд. «Проверить, как способность справляется с более тяжёлыми ранами, можно будет позже… Делать это здесь и сейчас было бы глупо. Адепты в поместье могут что-то заметить. А лишний риск раскрытия мне ни к чему». Уголки его губ вновь на мгновение дрогнули в полуулыбке, но тут же исчезли, уступив место спокойному выражению лица. «С этими двумя дарами моё возвышение лишь вопрос времени. Теперь я абсолютно уверен, что тогда я сделал правильный выбор. Даже если судьба теперь не на моей стороне… Мне не нужна её благосклонность, я сам вырву у неё всё, что мне нужно!» Ранд вновь глубоко вдохнул, чувствуя, как в груди разливается неугасающее волнение и радость. Но в следующую секунду в памяти всплыла ещё вещь, о которой он почти забыл. 'И это ещё даже не вся выгода, которую я получил от трансформации. Как и говорилось в методе культивации Мифической Крови, мне передалась техника, присущая самой малой виверне. Знания о ней словно сами собой появились в голове, как будто всегда были там. Перед его мысленным взором вспыхнули образы: холодный блеск металла, рой мелких стальных осколков, дрожащих и танцующих по его воле. «Малое управление металлом… Способность управлять металлическими предметами, подчинять их движению моей мысли. Дальность и сила зависят от количества и качества вложенной Ци. У неё нет привычного человеческого структурированного описания, всё выглядит чуждо. Но суть я понял, по эффективности она будет примерно соответствовать человеческой технике чёрного ранга высокого качества. Придётся потренироваться, чтобы полностью овладеть ею, но она будет крайне полезной». Волна усталости обрушилась неожиданно. Размышлять дальше Ранд уже не мог — тело настойчиво требовало отдыха. Он тяжело закрыл глаза, лёг на подушку и почти мгновенно провалился в сон, погружаясь в глубокий, восстанавливающий сон. Поднявшись и приведя себя в порядок, Ранд отправился в покои наставника. Войдя, он заметил, что Байрон был там не один: рядом с ним находилась магистр Каина. Её холодный взгляд остановился на нём, оценивающий и в то же время любопытный, будто она рассматривала редкий артефакт, попавший в её руки. — Наши пути снова пересекаются, послушник, — произнесла она ровно, в её голосе слышалось лёгкое, едва уловимое удивление. — Теперь ты стал ещё более интересным экземпляром. Прежде чем Ранд успел произнести слово в ответ, магистр уже оказалась прямо перед ним. Она мягко подняла руку и коснулась кончиком пальца его лба, пуская невидимые нити собственной Ци в его тело. — Действительно, — произнесла она, отступив на шаг, чтобы оценить Ранда взглядом. — Практически не отличается от полукровки. Просто удивительно, такого никогда не случалось в истории нашей секты. Твоя трансформация уникальная, Оберин. Её взгляд стал серьёзнее. — Мутация крови полностью остановилась, — продолжила магистр. — Её качество немного не дотягивает до уровня золотой виверны. Такое случается, когда внешние условия вмешиваются в процесс мутации и негативно на него влияют; тем не менее это чаще всего лишь отсрочка. Она отвернулась от Ранда, и вновь оказалась рядом с Байроном. — Его тело слишком слабое. Оно держится только благодаря твоим ослабляющим кровь мерам, Байрон. Если кровь неожиданно усилится, он очень быстро погибнет. ---------- Глава 82 Изменения и подготовка Глава 82. Изменения и подготовка. — Да, это я прекрасно понимаю, — спокойно произнёс Байрон, поклонившись. — И постараюсь помочь ему решить вопрос с усилением тела в кратчайшие сроки. Возможно, мне потребуется запросить для него некоторые редкие ресурсы из хранилища секты. Хотелось бы получить разрешение заранее, чтобы позже не тратить время. — Позволяю использовать все доступные ресурсы секты, включительно до третьего ранга. Без ограничений. Но если потребуются предметы уровня Зарождения Души, тебе придётся вновь обратиться к одному из магистров. — слегка кивнула магистр Каина. Её взгляд оставался холодным, как гладь зимнего озера, и голос звучал твёрдо и непреклонно. Байрон чуть заметно выдохнул и осторожно добавил: — Благодарю, магистр. И ещё… возможно, моему ученику потребуется как можно скорее достичь стадии Создания Основания. Я понимаю, что отказаться от поединка уже невозможно. Но, быть может, ему хотя бы позволено будет не участвовать в предстоящей экспедиции в Малый Мир? Запрет на культивацию во время подготовки может серьёзно ему навредить. Если он останется в секте, он сможет полностью сосредоточиться на… — Достаточно, Байрон, — перебила его Каина. Она даже не повысила голос, но в её словах прозвучала железная нота, которая не оставляла места для возражений. — Ты слишком любишь говорить попусту. Мне твоя точка зрения давно уже ясна, так что не стоит зря сотрясать воздух. Ни тебе, ни мне решать этот вопрос. Она развернулась к выходу. Складки её одеяний мягко зашуршали, словно подчёркивая конец разговора. — Я сообщу сект-мастеру об увиденном и о нашем разговоре, — продолжила она уже на ходу. — Уверена, он примет окончательное решение после поединка Оберина с Дзянем. А у меня ещё есть дела, так что на сегодня разговоров достаточно. Однако, уже на пороге, Каина внезапно остановилась и снова повернулась к Ранду. Её взгляд пронзил его насквозь, как будто оценивая не человека, а оружие, ещё не выкованное до конца. — Мой ученик Авель тебя очень нахваливал. Сказал, что ты не только умён, но и крайне талантлив. Но учитывая нынешние обстоятельства, одного лишь таланта будет мало. Твоё будущее и даже твоя жизнь будут во многом зависеть от того, достаточно ли ты приложишь усилий в ближайшие недели и месяцы. На её губах промелькнула едва заметная полуулыбка. — Так что постарайся изо всех сил, послушник. Ради своего же блага. С этими словами она покинула зал, и звук её шагов растворился в коридоре, оставив Ранда и Байрона наедине. Байрон некоторое время молчал, словно прислушиваясь к тишине, а потом тихо произнёс: — Ты всё слышал. — Он посмотрел на Ранда серьёзно и пристально. — И её слова мало чем отличаются от моих собственных оценок. Каина не случайно позволила тебе услышать наш разговор — она хотела, чтобы ты понял цену промедления. Твоё состояние пока не безнадёжно, но теперь многое будет зависеть не только от ресурсов, что мы вложим в тебя, но и от твоей решимости, выдержки… и, к сожалению, от удачи. Байрон чуть нахмурился, морщины на лице глубже прорезали кожу. — Ты достаточно умен, чтобы сам это понять. Он встал, посмотрел в окно на красноватое небо и продолжил: — Прежде чем мы приступим к тренировке твоей техники Бронзового Тела, нужно проверить, как у тебя обстоят дела с трансформациями. Но для этого здесь слишком мало места. Пойдём. Они покинули поместье и вышли на горный луг, где ветер шелестел высокую сухую траву, а над головой клубились неподвижные алые облака. — Как ты уже знаешь, — заговорил Байрон, ступая по небольшой тропинке, — для практика метода Мифической Крови частичная и полная трансформация не представляют больших трудностей и становятся доступными почти сразу после первичной инициализации крови. Даже твоя необычная ситуация не должна серьёзно этому помешать. Он остановился, повернулся к Ранду и посмотрел прямо в глаза. — Ты ощущаешь внутренним зрением образ малой серебристой виверны в своём дантяне? — Да, мастер, — уверенно кивнул Ранд. — Отлично. Тогда, как и сказано в методе, попробуй влить в него немного Ци. Робу желательно перед этим снять, твой магический артефакт не рассчитан на столь значительное изменение в размерах. — Понял, мастер. Ранд глубоко вдохнул, сбросил с себя одежду и сосредоточился. Стоило энергии коснуться образа, как тело тут же стало меняться. Сухожилия вытягивались и крепли, руки и ноги выгибались, превращаясь в мощные лапы с когтями, спина разрывалась, выпуская наружу растущие крылья. Череп удлинился, зубы превратились в острые клыки, а человеческие черты исчезли. Кожа вспучивалась и лопалась, уступая место плотной, переливающейся серебристо-золотой чешуе, которая теперь покрывала всё его тело. Треск костей, гул удлиняющихся мышц, шорох быстро растущих чешуек — всё это сливалось в один чудовищный какофонический шум. И вот, спустя несколько ударов сердца, перед Байроном уже стояла не человеческая фигура, а серебристо-золотая малая виверна. Размах её крыльев превышал двенадцать метров, а высота в холке приближалась к трём. Среди малых виверн такие размеры считались не просто «приличными», а весьма выдающимися. — Отлично, — голос Байрона оставался спокойным, но в его взгляде мелькнуло редкое одобрение. — Теперь попробуй сказать что-нибудь. — МААШТЕР… ТАШЕЛО… ГОРОРИТЬ… — из пасти вырвался хрипловатый, искажённый рёв, больше похожий на смесь рычания и речи. — Для первого раза весьма неплохо, — кивнул Байрон. — Я даже понял смысл твоих слов. У виверн голосовой аппарат устроен иначе, но при должной тренировке ты сможешь говорить почти как человек. Он сделал короткую паузу, пристально вглядываясь в ученика: — Чувствуешь, как расходуется Ци? — ДААа… — Хорошо. Засечём время. Когда пройдёт ровно минута после начала трансформации, скажешь мне в процентах, сколько у тебя осталось Ци. Прошло двадцать девять секунд. Виверна чуть наклонила голову, сосредоточившись на внутреннем ощущении. — ДЕЖЯНСТО… ШЕСТЬ. — выдавил Ранд, Байрон удивлённо нахмурился. — Девяносто шесть⁈ Четыре процента в минуту… Это значит, что ты способен находиться в полной трансформации около двадцати пяти минут. Для сравнения: обычный ученик на начальной ступени стадии Создания Основания выдерживает не более десяти минут. Хотя у них это зависит не только от количества Ци, но и от процента звериной крови в теле, но тебя это не касается. Он вздохнул, чуть откинув руки за спину. — Ладно, пока достаточно. Прекращай подачу Ци в образ. Снова раздался треск костей, мышцы начали стремительно сжиматься, значительная часть чешуи исчезла, словно растворяясь в воздухе. Через три-четыре секунды перед Байроном уже стоял Ранд, тяжело дыша, но в своей получеловеческой форме. Пот струился по телу, мышцы дрожали от перенапряжения. — Теперь попробуем обратное, — сказал старейшина, внимательно осматривая ученика. — Превращение в человека. С этим будет несколько сложнее, ибо у тебя нет человеческого образа в дантяне. Обычным практикующим нашей секты он и не нужен… но при нужде такой образ можно создать. Этим путём часто идут полукровки. Он сделал короткую паузу, словно подбирая слова. — В целом это не так уж и трудно. Я вчера проверил этот способ лично на себе. В тебе всё ещё течёт человеческая кровь, а значит, у тебя уже есть фундамент для этого. Сосредоточься. Начни циркуляцию Ци по кровеносным сосудам, но при этом постарайся отгородить, изолировать звериную кровь. Одновременно визуализируй свой человеческий образ в дантяне, — просто представь, что он находится параллельно образу виверны. Не спеши. Это займёт некоторое время. Ранд закрыл глаза и медленно сел на землю. Его дыхание постепенно выровнялось, он погрузился внутрь себя, прислушиваясь к течению крови и пульсации Ци. Серебристый силуэт виверны в дантяне мерцал, отбрасывая слабое сияние, и рядом с ним постепенно, словно из тумана, начал вырисовываться другой образ. Он был размытым и хрупким, но постепенно очерченные линии превращались в привычные черты лица, форму рук и туловища. Наконец, спустя двадцать минут, он открыл глаза. Внутри себя он ясно ощущал два параллельных образа — звериный и человеческий. — Получилось… — выдохнул он, голос его звучал глухо. — Принцип тот же, что и с образом виверны. Пробуй влить в него Ци, — спокойно велел Байрон. Стоило Ранду подчиниться, как изменения пошли по его телу. Чешуя медленно исчезала, втягиваясь обратно в кожу. Хвост стал сокращаться, когти и рога — убывать, словно их никогда и не существовало. Постепенно лицо и фигура приняли человеческие очертания, а рост вернулся к прежнему, каким он был до «своего первого превращения». На всё у Ранда ушло не меньше трёх минут. — Процесс занял у тебя довольно много времени. Твой человеческий образ ещё нестабилен. Но со временем он укрепится. Главное сейчас — определить, сколько Ци ты теряешь на поддержание этой формы в минуту. Ранд сосредоточился, прислушался к течению энергии в своём теле и, через некоторое время, ответил: — Около полпроцента в минуту. — Хорошо. — Байрон кивнул, удовлетворённый. — Человеческий облик мы тебе в какой-то степени вернули. В будущем, когда твоя культивация укрепится, ты сможешь находиться в человеческой форме на постоянной основе. Но пока возвращайся к своей нынешней основной форме. Ранд перестал вливать Ци, и его тело за несколько секунд вернулось в своё прежнее состояние. — Теперь здесь оставаться больше нет смысла. Пора возвращаться в секту, — сказал Байрон. — Там есть специальные залы и сооружения, подходящие для тренировки техники Бронзового Тела. Здесь мы не добьёмся должного результата. И вскоре они вернулись в секту. Дни потекли чередой, сливаясь друг с другом. Ранд с головой погрузился в тренировки, отрезав себя от всего лишнего. Первым делом он сосредоточился на технике Бронзовое Тело. Байрон подготовил к этому всё необходимое: из хранилища секты он забрал сотни килограммов чистой бронзы, а также отвёл ученика в особый тренировочный зал, в котором пространство могло пассивно нагреваться или охлаждаться, поддерживая любую необходимую температуру. В первый же день старейшина достал несколько десятков дорогостоящих и редких пилюль, усиливающих тело, ускоряющих регенерацию и абсорбцию металла. Среди них попадались такие, что в обычных условиях предназначались только для практиков стадии Создания Основания или даже Формирования Ядра. Каждый день начинался одинаково. Ранд принимал пилюли, после чего ложился в бронзовый саркофаг, созданный Байроном на скорую руку. Металл нагревался до красного свечения, воздух в зале густел от жара, а тело Ранда «практически плавилось». Когда бронза начинала мягко пульсировать от температуры, Ранд вливал Ци, активируя технику. Его плоть словно раскрывалась навстречу раскалённому металлу, и медленно, мучительно впитывала его сущность. С каждой новой сессией Ранд чувствовал, как его плоть становится крепче, а кости тяжелее и твёрже. Бронза проникала в его мышцы и жилы, оставляя внутри странное ощущение тяжести и неумолимой силы, будто он постепенно превращался в живой слиток металла. Байрон наблюдал за учеником со стороны, время от времени добавляя новые порции бронзы или усиливая жар. Старик заметил, что тело ученика восстанавливалось с невероятной скоростью — куда быстрее, чем позволяли обычному практику даже самые мощные пилюли. Но он не стал углубляться в догадки, списав эту особенность на уникальную трансформацию Ранда и на то, как необычайно хорошо она впитывает эссенцию редчайших высокоранговых лекарств. Старейшина был даже рад этому, ибо подобная регенерация позволяла тренировать технику Бронзового Тела при куда большей интенсивности, ускоряя прогресс в разы. Благодаря огромному количеству вложенных ресурсов и его нечеловеческой живучести Ранд достиг второго уровня в технике за четыре с половиной дня. Эта скорость была близкой к чуду: для других практиков такой результат требовал недель, а иногда и месяцев. Но отдыхать или праздновать никто не собирался. Байрон лишь молча кивнул, и уже через полчаса бронзовый саркофаг был заменён на небольшой бассейн, наполненный расплавленной бронзой. Металл бурлил и переливался густым светом, словно жидкое солнце. Ранд шагнул вперёд и без колебаний погрузился в кипящий сплав. Его тело тотчас же зашипело, словно раскалённое железо, опущенное в воду. Кожа трескалась и плавилась, мышцы вздувались от боли, но тут же восстанавливались, жадно поглощая металл. Весь процесс походил на бесконечную пытку, но именно в этой пытке рождалась сила: бронза проникала в самые глубины костей, скрепляла сухожилия, обволакивала каждую жилку, каждую клетку плоти. Словно сама сущность металла принимала его в себя, превращая в живое, дышащее воплощение бронзы, способное выдерживать невообразимые нагрузки. Тело Ранда плавилось и восстанавливалось, постепенно поглощая расплавленный сплав, с каждым мгновением всё ближе подбираясь к третьему уровню. Секунды превращались в минуты, минуты в часы, а те в дни. Каждый рассвет встречал его измождённостью и жгучим требованием новых усилий, но каждый закат приносил ему существенные плоды роста. В этом непрерывном круговороте разрушения и восстановления его тело закалялось, как клинок в кузне. На двенадцатый день, в миг, когда расплавленная бронза вновь довела его до предела, он почувствовал, как тело словно раскололось изнутри — и тут же слилось воедино, но уже немного иным. Сердце ударило с силой молота, разнеся по венам горячий поток, напоминающий жидкий металл. Ранд прорвался на третий уровень Бронзового Тела. Теперь его тело приобрело поразительную сопротивляемость огню: пламя, которое прежде могло причинить боль, теперь обжигало не сильнее тёплого ветра. Даже слабейшие части тела, такие как кожа, превосходили по прочности магические артефакты низкого качества, а кости, когти и чешуя лишь немного уступали артефактам высокого ранга. И самое удивительное: его тело превзошло лимиты укрепления, описанные в самой технике. Он шагнул туда, где до него ещё не ступал ни один практикующий. Пока Ранд закалял себя в бронзе, Байрон взял его броню и отнёс её к опытному артефактору. Лишь один артефакт можно было взять с собой на арену, и Ранд выбрал именно её. Пожилой дьякон её перековал и довел до уровня духовного артефакта низкого качества — предела, который позволяли использовать в поединке. Времени до боя оставалось немного. После недолгих размышлений Байрон и Ранд решили отказаться от попытки прорыва к четвёртому уровню Бронзового Тела: такой скачок требовал бы многих недель, которых у них не было. Поэтому все последующие дни Ранд посвятил другой подготовке. Он сосредоточился на технике Кулаков Небесной Тверди. Байрон пригласил старейшину, владевшего ею в совершенстве, и тот за несколько дней слегка изменил технику, чтобы она лучше сочеталась с металлической Ци. Теперь кулаки можно было формировать не только из земли, но и из металла, а также их комбинаций. Ранд быстро схватил основы: уже через пару дней он достиг первого уровня. Однако дальше прогресс застопорился, сложность резко возросла, и он даже не смог в такие короткие сроки прорваться на второй уровень. Параллельно он пытался овладеть искусством Малого управления металлом. Но эта техника, лишённая чёткой человеческой структуры, давалась куда сложнее. За столь незначительное время Ранд смог освоить лишь азы, научившись слегка чувствовать металл вокруг себя и незначительно воздействовать на него. Так минули недели, наполненные потом, болью и бесконечными тренировками. И вот, на тридцать первый день, как и было обещано, Ранд отправился на арену. Там его уже ждал Дзянь. ---------- Глава 83 Неожиданный Исход Глава 83. Неожиданный Исход. Сегодняшний день был весьма необычным для секты Огненного Дракона. Стадион, который обычно использовался лишь для повседневных тренировок послушников и малозначительных состязаний, почти никогда не собирал многолюдной публики. Но сейчас трибуны были переполнены. Передние ряды заняли более тысячи послушников и младших учеников, а за ними теснились ещё более многочисленные слуги и адепты, жадно ожидавшие зрелища. Выше, на почётных местах, восседали несколько десятков дьяконов и основных учеников. Однако даже они не являлись самыми важными зрителями. Настоящая честь принадлежала старейшинам и приглашённым гостям, расположившимся в двух возвышающихся ложах, обращённых друг к другу. В одной из них как раз в этот миг шёл неторопливый разговор между старейшинами. — Удивительно, что собралось столько людей, — передал духовным голосом старейшина Ройден, скептически оглядывая почти заполненные ряды. — Даже на состязаниях между основными учениками, что проводятся раз в три года, зрителей приходит меньше. А здесь лишь дуэль двух послушников стадии Конденсации Ци. Будь они хоть трижды талантливы, всё равно это выглядит несерьёзно… смешно даже. — Но один из послушников — сын патриарха великой секты, — заметил старейшина Эдард, не открывая глаз. — Говорят, всего за год он превратился из ничтожного червя в феникса, чей потенциал ослепляет взоры. Людям любопытно взглянуть, оправдана ли эта молва, и чего он стоит на самом деле. К тому же ставки в этой дуэли весьма высоки, так что в происходящем есть своего рода смысл. В их беседу вмешался третий старейшина, высокий и худой, с лицом, напоминающим испещрённый валун: — Инициатива сделать бой публичным исходила не от нас, а от этих мечников. Похоже, они желают прославить своего молодого господина и заодно продемонстрировать превосходство своей секты над нашей. И, судя по этому поступку, они уверены в победе. — Уверены… — раздался новый голос. — И у них есть на то некоторые основания. Словно из ниоткуда рядом появился сам сект-мастер Элендель, сопровождаемый магистром Каиной. Их появление было столь внезапным и естественным, словно они всегда стояли здесь, просто оставались сокрытыми от взора большинства. — Но не стоит спешить с выводами, — произнёс он спокойным, но властным тоном. — Всё может оказаться далеко не столь однозначно. — Сект-мастер! Магистр! Вы почтили нас своим присутствием! — почтительно склонились старейшины, уступая им лучшие места. Элендель слегка кивнул, принимая приветствия. Каина же, молчаливая и холодная, лишь окинула взглядом арену, её глаза напоминали бездонное ледяное озеро, и многие из старейшин поспешили отвести от неё свой взор. — Раз уж в стане гостей присутствуют столь почтенные фигуры, то как я мог бы проигнорировать это событие? — произнёс он, а затем, подняв взгляд, обратился через всю арену к противоположной ложе, возвышавшейся в четырёхстах метрах. — Вы согласны со мной, министр Чэнь? Министр Чэнь приподнялся и с улыбкой сложил руки в почтительном жесте. — Сект-мастер, вы мне льстите, называя меня почётным гостем. Я лишь нижайший слуга императора и недостоин занимать ваше время. С вашего позволения, я здесь только затем, чтобы увидеть, на что способно молодое поколение нашей империи. Быть может, я смогу преподнести императору радостные вести. — Его взгляд скользнул в сторону. — Почтенный Тран из секты Пяти Элементов прибыл по той же причине, не так ли? Сидящий рядом мужчина медленно кивнул, поднялся и, почтительно сложив руки, слегка поклонился Эленделю. — Всё верно. Старшие должны смотреть на ростки будущего и вовремя поливать их дождём наставлений. Элендель улыбнулся уголком губ, но в его глазах не было и капли тепла. — Мудрые слова… — Затем его взгляд упал на третьего. — А что насчёт тебя, младший Го? Ты пришёл поддержать своего молодого господина? Или же это не твой выбор, а лишь приказ свыше? Ведь, как я слышал, именно Дзянь у вас за старшего. Лицо Го налилось кровью. Он сжал кулаки и резко вскинул подбородок, и его голос почти звенел от едва скрываемого гнева. — Хм! Сект-мастер Элендель, прошу вас, оставьте свои едва прикрытые оскорбления при себе. — Его слова выдались резче, чем следовало, и, осознав это, он чуть смягчил тон. — Я здесь лишь затем, чтобы удостовериться, что моего младшего не обманут с вашей стороны, и чтобы поединок прошёл честно. Дзянь уже на месте. Скажите, сколько ещё нам придётся ждать вашего послушника? — Ты всего лишь один из не самых званых гостей, младший Го. Не забывайся. — произнёс Элендель ровным голосом, и в этом холодном спокойствии чувствовалось куда больше уверенности и силы, чем в напускном гневе магистра Небесного Меча. — Немного ожидания тебе не повредит. — Его губы вновь тронула лёгкая улыбка. — Но не тревожься. Тебе повезло… Он уже здесь. В тот же миг небо прорезал лёгкий свист ветра. Толпа подняла головы: из-за облаков показалась воздушная лодка, скользящая по небу, словно по невидимой глади озера. На её носу стояли двое — пожилой старейшина с величественной осанкой и рядом с ним молодой статный юноша. Байрон и Ранд. Когда лодка медленно снизилась, гул толпы усилился. Послушники, ученики и остальные перешёптывались и внимательно всматривались, желая рассмотреть нового «героя». На лицах многих мелькала смесь любопытства, зависти и скрытого ожидания, будто каждый надеялся увидеть либо чудо, либо позорное падение. Спустившись вдвоём неподалёку от арены, Байрон задержался рядом с учеником лишь на мгновение, на прощание сказав. — Покажи на что способен, ученик. Ранд склонился в почтительном поклоне — сперва перед своим мастером, затем в сторону западной ложи, где сидели старшие члены секты Огненного Дракона. — Я не разочарую ни вас, мастер, ни других старших в секте. После этих слов он выпрямился и, не обращая внимания на тысячи взглядов, устремлённых к нему, твёрдым шагом направился к арене. По пути в голове мысли проносились быстро и расчётливо, как брошенные копья: 'Если судить по донесениям и редким записям его недавних сражений, то боевой потенциал Дзяня примерно соответствует обычному практику из секты на девятой ступени Конденсации Ци. Вероятно, его истинный потолок чуть выше. Это уже достаточно впечатляет — я был лишь немногим лучше в детстве. Без сомнения в техниках я ему сейчас значительно уступаю: их у него и больше, и качественнее, и освоены они глубже. У меня просто не было времени догнать его. Трансформация существенно сократит пропасть между нами, но вряд ли позволит мне полностью его переступить. Только полное раскрытие божественной способности даст гарантию победы — но раскрывать весь её потенциал на публике никак нельзя. А без неё… Неприятно это признавать, но победить его будет сложно, мои шансы в лучшем случае будут равняться пятидесяти процентам, но, скорее всего, они будут существенно ниже. Зато продержаться жалкие пять минут, которые по договору будут равнозначны победе для меня… проще простого. Если он действительно всё это спланировал, чтобы мне навредить, то он явно сильно просчитался. Конечно, его исходные данные были в целом верны, но он просто никак не мог предвидеть, что я пройду через раннюю трансформацию. И всё же… Почему-то мне кажется, что тут всё не так просто. Но дальше размышлять смысла нет, ни к чему полезному это не приведёт. Скоро всё прояснится в бою'. Сама арена практически не отличалась от той, на которой чуть меньше двух месяцев назад он участвовал в состязании молодых послушников. Разве что её увеличили почти вдвое, и теперь она выглядела куда более внушительно, словно подчёркивая важность сегодняшнего события. Бросив короткий взгляд на трибуны, Ранд заметил знакомые лица. Эйрон сидел нахмурившись, а сжимающий кулаки Балрон выглядел полным сомнений, а в глазах Фары сверкала странная смесь ужаса и надежды. Среди множества лиц он также уловил взгляды других послушников своей группы — напряжённые, полные предвкушения. Ранд сделал шаг на арену и положил ладонь на грудь. В следующий миг его тело вспыхнуло мягким сиянием, и броня, словно появившаяся из пустоты, обволокла его с головы до пят. Одновременно с этим его рост увеличился, силуэт стал массивнее, а за спиной извился покрытый пластинчатой бронёй хвост, ударивший по каменным плитам с гулким звуком. Дзянь всё это время стоял неподвижно, словно высеченное из камня изваяние, с закрытыми глазами, будто пребывая в медитации. На его спине висел длинный полутораметровый меч без ножен, излучающий угрожающую остроту. Как только Ранд занял своё место, в тридцати метрах напротив противника, раздался низкий удар гонга, и его протяжный звон прокатился по трибунам, возвещая начало поединка. Тут же арену обволокло защитным куполом, частично отделившим их от остального мира. По традиции послушники поклонились друг другу и произнесли положенные приветственные слова. Ранд тут же пошёл на сближение, а Дзянь продолжил стоять на месте. Как только Ранд сократил дистанцию до половины, Дзянь наконец-то открыл глаза и сделал шаг вперёд, доставая клинок. Голос, прозвучавший в тишине, казался отстранённым, словно грядущее сражение было лишь пустой формальностью: — Посмотрим, достаточно ли ты хорош сейчас, чтобы продержаться против меня пять минут. В тот же миг меч Дзяня вспыхнул белоснежным светом, и с него сорвалась едва различимая нить Ци меча. Она рассекла воздух со свистом и ударила Ранда прямо в забрало шлема. Некоторые зрители ахнули, но броня лишь чуть потускнела в месте удара, оставив тонкую едва заметную царапину. — Боюсь, я могу оказаться слишком хорош для тебя. — ответил ему уверенно Ранд. — Не думаю, что это так, — отрезал Дзянь. Он развернул клинок, и тот закружился в его руках, словно став осью урагана. Вслед за движением от него начали рваться десятки, затем сотни тонких потоков Ци меча, устремляясь к Ранду со всех сторон, как стая хищных ос, готовых ужалить в любую секунду. От подобного шквала невозможно было защититься обычными способами. Но Ранд и не собирался. Полностью доверившись броне и прочности собственного тела, он низко наклонился вперёд и ринулся в стремительный бег, сокращая расстояние между ними. Искры и брызги энергии сыпались во все стороны, когда потоки Ци меча безжалостно били по его броне, но он не останавливался, лишь ускорял шаг, превращаясь в живой таран. Несмотря на стремительное приближение противника, Дзянь не сделал ни шага назад. Его глаза оставались холодными и спокойными, а тело неподвижным, словно он заранее просчитал каждое движение Ранда и заранее знал, чем закончится этот обмен ударами. Когда расстояние сократилось до трёх метров, Дзянь внезапно прервал использование «Нитей Меча» и шагнул вперёд, обрушив клинок сверху вниз. Удар был стремительным и точным. Ранд вскинул руку, рукавица с лязгом встретила сталь, искры разлетелись в стороны. Он попытался использовать момент и ещё больше сократить дистанцию, но Дзянь не позволил — мягко, почти лениво отскочил назад и нанёс следующий удар, будто играл с хищным зверем, держа его на расстоянии. Преимущество скорости полностью было на стороне Дзяня. Он атаковал, когда хотел, и отступал, когда ему было выгодно. Ранд же, блокируя удары руками, ногами, хвостом, а порой и уходя в уклонение, изо всех сил стремился сблизиться хотя бы ради одного решающего удара. Несколько раз он пытался схватить клинок или намеренно подставиться под сильный удар, чтобы сократить дистанцию, но Дзянь каждый раз ускользал, словно вода сквозь пальцы. Лишь однажды Ранду удалось немного перехитрить его. Используя Малое Управление Металлом, он притянул к себе меч — артефакт яростно сопротивлялся, но на миг поддался. В то же время к нему потянулся и сам Дзянь, и Ранд бросил вперёд кулак, намереваясь проломить защиту противника. Но в последний миг меч в руках Дзяня резко сжался до размеров кинжала и встал на пути латной перчатки, перехватив её. Сталь со звоном встретилась со сталью, и снова Дзянь отскочил, оставив попытку тщетной. — Ничего не меняется. Одними боевыми искусствами тебя не одолеть. Вслед за словами его меч буквально «вздулся», наполняясь Ци, и резко вырос до пяти метров в длину, превращаясь в гигантский клинок. Ранд подставил наруч и заблокировал удар, но сразу ощутил, что в клинке спрятана не просто грубая физическая сила — а мощнейшая отталкивающая техника. Взрывная волна пробежала по его руке, и тело Ранда, словно арбалетный болт, отшвырнуло на добрый десяток метров. Он с трудом удержался на ногах, а на наруче проступила глубокая трещина. Но Дзянь не собирался останавливаться. Он не стал продолжать дальние атаки, понимая их недостаточную эффективность. Его тело дрогнуло, и в следующее мгновение он сорвался с места, двигаясь с такой скоростью, что даже взгляд Ранда едва успевал уловить его силуэт. Полсекунды — и десять с лишним метров между ними исчезли, будто их никогда и не существовало. Сверкающий клинок уже вновь заносился для удара, и в этот раз Дзянь, казалось, использовал уже другую, более разрушительную технику. Но Ранд, вновь полагаясь на инстинкт, успел вложить Ци в броню. Доспех вспыхнул ярким светом, и тело Ранда рвануло в сторону с резким ускорением. Бум! Огромный меч рассёк воздух и обрушился на каменные плиты арены. Ударная волна разошлась по всей площади, подняв облако пыли и выбив из земли целый кусок камня. Каменные осколки разлетелись во все стороны, а на месте удара зияла дыра глубиной почти в полметра. Последующие двадцать секунд Дзянь обрушивал на противника настоящий град ударов, гоняясь за ним по всей арене. Его скорость превосходила Ранда, но каждый раз в последний момент броня вспыхивала, и тело Ранда рывком уходило в сторону. Зрелище напоминало смертельный танец — сверкающий клинок и силуэт в сияющей броне мелькали то здесь, то там, сталкиваясь и снова расходясь. — Тянешь время и пытаешься истощить меня? — голос Дзяня прозвучал холодно, без единой тени усталости. — Неплохо… но этого недостаточно. Внезапно он резко остановился. Его меч начал сжиматься, уменьшаясь до длины всего в полметра. Дзянь подкинул клинок в воздух, и тот, словно живое существо, послушно завис над ним. Мгновение спустя меч пришёл в движение, описывая круги вокруг хозяина, и с каждой секундой вращался всё быстрее, превращаясь в размытый сверкающий обод. Воздух вокруг него завибрировал, наполняясь пронзительным звоном, от которого закладывало уши. Ранд узнал эту технику. «Меч, Не Знающий Преграды»… Техника красного ранга. На стадии Конденсации Ци никто не должен был быть способен ею овладеть. В первое мгновение он даже не поверил своим глазам, но отрицать очевидное было бессмысленно — всё происходило прямо перед ним. — «Наверняка, он смог освоить её только в урезанном виде, но всё равно…» — мысль пронеслась в голове Ранда. Он понимал: медлить нельзя. В тот же миг, когда Дзянь подбросил клинок, Ранд рванулся вперёд, стремясь сорвать накопление энергии и скорости, не дать технике раскрыть весь свой потенциал. Но Дзянь, будто ждавший именно этого, легко ушёл в сторону. Его движения были точны и изящны, словно заранее просчитанные, и он отскочил так легко, будто скользнул по воздуху. Роли резко поменялись. Теперь Ранд стремился настигнуть противника, а Дзянь, наоборот, ускользал, словно играл с ним, выигрывая каждую драгоценную секунду. Всё это время меч кружился всё быстрее, и его вращение уже напоминало сияющий смерч. Понимая, что сорвать технику не удастся, Ранд нахмурился и коснулся центра брони. В тот же миг его тело окутало густое сияние, и вокруг раскрылся синеватый барьер, плотный и прозрачный, словно кокон из закалённого кристалла. Одновременно с этим он активировал скрытую в методе Мифической Крови технику — «Кипение Крови». Вены налились жаром, кровь загудела в ушах, тело переполнила яростная сила, укрепляя мышцы и усиливая каждое движение. Но времени на большее не оставалось. В следующую секунду меч ударил. Его скорость превысила пределы, доступные культиватору на стадии Конденсации Ци. Ранд не успел уловить момент удара — лишь почувствовал яростный толчок, когда лезвие обрушилось на него. Барьер выдержал миг — и рухнул, разлетаясь трещинами, словно тонкий лёд под кувалдой. Но этой крошечной доли секунды оказалось достаточно: Ранд успел сместить корпус. Вместо головы удар пришёлся в правое плечо. Гулкий скрежет разнёсся по арене, когда броня треснула, а за ней лопнула и находящаяся под ней чешуя, разлетевшись осколками. Меч вошёл глубоко, разрывая подобные бронзе мышцы и плоть, и лишь кость смогла остановить его продвижение. Толпа, сидящая на трибунах, ахнула, но Дзянь уже продолжал атаку. — «Нити Меча!» — выкрикнул он. И в ту же секунду из клинка, всё ещё торчавшего из плеча Ранда, вырвались десятки тончайших потоков Ци меча. Они вонзились в тело, будто раскалённые иглы, и начали раздирать его изнутри. Если бы не его третий уровень Бронзового Тела, то его буквально выпотрошило бы. Но даже так Нити Меча оставили ужасные раны. Кровь хлынула из тела, заливая землю алыми потоками, но… она почти сразу же начала останавливаться. Разрушенные плоть и мышцы затягивались, срастаясь прямо на глазах. Ранд, понимая, что скрыть чудовищную регенерацию полностью невозможно, но решил это сделать хотя бы частично, использовав полную трансформацию. Его тело начало стремительно меняться, мышцы вздувались, рост увеличивался, кости хрустели, перестраиваясь. Руки и ноги удлинились и изогнулись, превращаясь в мощные лапы с когтями, а из спины с треском вырвались перепончатые крылья. Броня расширялась вместе с телом, подстраиваясь под новые формы, и вскоре человек в сияющем доспехе исчез. И через полторы секунды на арене возвышалась огромная серебряная виверна, покрытая плотными стальными пластинами. Её хвост ударил по земле, расколов плиту арены, а разлившееся вокруг давление заставило многих зрителей судорожно вдохнуть. Дзянь в тот же миг попытался вернуть меч. Клинок, торчащий из плеча Ранда, дрогнул и вырвался из плоти, но он не успел долететь до хозяина. Виверна молниеносно метнулась вперёд и захватила его в лапу. Сталь заскрежетала под чудовищным давлением когтей, меч содрогнулся, пытаясь вырваться, но лапа виверны держала его намертво. — РАААААА! — раскатистый рёв потряс арену, вибрация прокатилась по воздуху, заглушив все прочие звуки. — ЕСЛИ ЭТО ВСЁ, НА ЧТО ТЫ СПОСОБЕН, ПАТРИАРШИЙ МАЛЬЧИШКА, ТО ТЫ УЖЕ ПРОИГРАЛ! — голос Ранда, теперь глубокий и гулкий, словно раскаты грома, обрушился на Дзяня и зрителей, пробирая до костей. Но Дзянь, глядя на небывалое зрелище — послушник, впервые за сотни лет превратившийся в малую виверну — не выказал ни тени удивления. Ни испуга. Его лицо было спокойно, глаза холодны, как зеркала. Казалось, он смотрел не на чудо, а на нечто привычное, виденное прежде тысячу раз. — Ты применил её… — проговорил Дзянь ровно, словно констатируя факт, — стал крупнее, регенерация стала лучше, чем обычно. Но в остальном почти без изменений. Времени у меня осталось немного. Пора заканчивать. Он снова рванул в сторону виверны. И в тот же миг холодный, иррациональный ужас пробежал по спине Ранда. С каждым шагом Дзяня он только усиливался. В голове Ранда на чудовищной скорости вихрем проносились обрывки мыслей: «Что? Почему? Я же сейчас на пике силы, даже если он вновь использует 'Меч, Не Знающий Преграды», то он лишь нанесёт лишь незначительную рану, которая быстро исцелится… И Ци он израсходовал точно больше меня, я побеждаю… Что в нём такого, что меня так сильно пугает? Он использует на мне какую-то ментальную технику, чтобы меня запугать? Нет, это ощущение моё собственное. Меня подводит интуиция? Моё физическое тело практически бессмертно, что он может мне сделать? Нет времени на сомнения! Нужно срочно отступить или даже сдаться!' Но в следующее мгновение поток мыслей оборвала фраза, хлестнувшая, как удар грома: — Не успеешь сбежать. Дзянь поднял руку и направил на Ранда палец. — Ша… — но Ранд не успел закончить слово, из пальца Дзяня вырвался ослепительный поток, обретая форму колоссального клинка — Небесное Сокровище, Меч Погибели. Его сияние пронзило пространство, как раскат молнии, и воздух взвыл, разрываясь под его давлением. Расстояние было слишком мало — никто не успел вмешаться. Удар пришёлся прямо в грудь виверны. На миг вспыхнула тёмная дымка — отчаянная попытка самозащиты, собранная на скорую руку. Но её силы оказалось катастрофически мало: она лишь слегка погасила удар, не более. Тело Ранда развоплотилось. От него не осталось практически ничего. И тут же пространство содрогнулось. Взрыв ослепительного света поглотил арену, и в следующую долю секунды над тем местом, где стоял Ранд, раскрылся гигантский алый котёл, укрывший собой его останки. Рядом с ним возник сект-мастер Элендель. — Да как ты посмел! — яростно прогремел голос сект-мастера. Кровь хлынула из ушей, носа и глаз Дзяня; в тот же миг он потерял сознание, не выдержав давления. Но, прежде чем Элендель смог сделать что-то ещё, перед ним возник магистр Го, словно живой щит, заслоняя тело Дзяня. — Прошу вас… остановитесь, сект-мастер! — его голос дрожал, но в нём чувствовалась твёрдость и решимость. — Наша секта выплатит достойную компенсацию. — Компенсацию? — Элендель посмотрел на него так, словно хотел прожечь насквозь. — Он нарушил правила Священной Дуэли. За это полагается только смерть. И если ты осмелишься помешать мне — отправишься вслед за ним. У тебя есть секунда, чтобы убраться с моих глаз. — Сект-мастер Элендель! — воскликнул Го, и на его лице впервые отразился страх. — Он… любимый сын патриарха! Если вы его тронете… Но разъярённый мастер не собирался ничего слушать. Его глаза пылали яростью. — Значит, ты выбрал смерть. В тот же миг аура Эленделя взметнулась к небесам, обрушиваясь, словно океанский прилив. Перед её мощью магистр Го казался мотыльком, случайно угодившим в пламя солнца. — Трансформация… Души… — успел выдохнуть он. Это были последние магистра великой секты Небесного Меча. ………………………………………………………………………………………. Некоторое время спустя: Большую часть времени он пробыл без сознания. Мысли были спутаны, как клочья дыма, и только около минуты назад он начал частично приходить в себя, очутившись в каком-то бесконечно тёмном месте. Всё это время он отчаянно переговаривался с Айной, пытаясь понять, что произошло, но её мысли едва могли достичь его, словно шли сквозь толщу воды или откуда-то издалека. Прежде чем он успел собрать свои мысли воедино, пространство, в котором его удерживали, разорвалось, как тонкая плёнка, и он вывалился наружу. Первым, что он заметил, было то, что волосы у него снова стали белоснежными. Затем он увидел, где он находится, и кто перед ним стоит. Величественный зал, утопающий в свете и золотых узорах. Дворец сект-мастера. Элендель. — Давно не виделись, ваше высочество. КОНЕЦ ВТОРОГО ТОМА! p.s. Вот и наступило долгожданное завершение второго тома. Хочу от всего сердца поблагодарить вас, дорогие читатели, за вашу неустанную поддержку — и материальную, и моральную. Без вас эта книга никогда бы не появилась на свет. Ваш интерес, ваши слова и ваша вера в историю давали мне силы и вдохновение вернуться к творчеству, когда казалось, что сил и воли больше нет. Спасибо вам огромное, что идёте со мной по пути Ранда и вместе со мной исследуете мир «Пути Культиватора». До встречи в следующем томе! ---------- Nota bene Книга предоставлена Цокольным этажом , где можно скачать и другие книги. Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN/прокси. У нас есть Telegram-бот, для использования которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по ссылке и 3) сделать его админом с правом на «Анонимность» . Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом: Путь Культиватора. Второй Том ----------