<?xml version="1.0" encoding="UTF-8"?>
<FictionBook xmlns="http://www.gribuser.ru/xml/fictionbook/2.0" xmlns:l="http://www.w3.org/1999/xlink"><description><title-info><book-title>Чумной Д</book-title><author><first-name>Сим</first-name><last-name>Симович</last-name><home-page>https://gigabooks.ru/tag/sim-simovich</home-page></author><annotation><p>Офисный клерк из XXI века очнулся в чужом теле — обедневшего графа Демьяна Чумака, последнего из рода чумных докторов. Долги, нищета, проклятая репутация. А теперь ещё и чума: не просто болезнь, а живая зараза, поднимающая мёртвых. У Демьяна — двенадцать рунических пуль, маска с клювом и знания, которых у него нет. Власти прячутся, толпа штурмует богачей, мертвецы заполоняют улицы. И кто-то специально отравил город, чтобы он погиб. Демьян должен стать тем, кем никогда не был — чумным доктором, способным лечить, убивать и разбираться в магии, которую не понимает. Иначе Черноречье сгорит вместе с ним.</p></annotation><coverpage><image l:href="#cover.jpg"/></coverpage><lang>ru</lang><genre>trillery</genre><genre>drama</genre><genre>priklyucheniya</genre><genre>boevik</genre><genre>fantastika</genre><genre>uzhasy</genre><genre>voennye</genre><date value="2026-11-22">22.11.2026</date></title-info><document-info><author><first-name>FB2 Generator</first-name></author><program-used>FB2 Generator</program-used><date value="2026-11-22 22:07:24">22.11.2026 22:07:24</date><id>chumnoy-d</id><version>1.0</version></document-info></description><body><title><p>Чумной Д</p></title><section><title><p>Глава 1</p></title><p>Демьян проснулся от холода.</p><p>Спина ныла — проклятый тюфяк был набит чем-то колючим, похожим на солому. Он открыл глаза и уставился в потолок, где по облупившейся штукатурке ползла трещина. Широкая, ветвистая, похожая на молнию.</p><p>Не его потолок.</p><p>Не его комната.</p><p>Он сел, и одеяло — тяжёлое, затхлое — сползло на пол. Руки. Он посмотрел на свои руки. Тонкие, с длинными пальцами, незнакомые. На безымянном пальце — печатка с гербом: змея, обвившая чашу.</p><p>— Господи, — прохрипел он.</p><p>Голос чужой. Ниже, чем должен быть.</p><p>Демьян сглотнул, встал. Ноги подкосились — слабость, будто после долгой болезни. Он добрёл до зеркала в углу, треснувшего, мутного.</p><p>Из зеркала смотрел незнакомец.</p><p>Лет двадцати пяти, может, тридцати. Худое лицо, острые скулы, тёмные волосы до плеч. Глаза серые, глубоко посаженные. Испуганные.</p><p>— Чёрт, — выдохнул Демьян. — Чёрт, чёрт, чёрт.</p><p>Паника накатила волной. Он схватился за край стола — старого, облупленного. Дышать. Нужно дышать. Это сон. Плохой сон. Бред умирающего мозга. Он же умер. Да? Сердце прихватило прямо за компьютером, коллеги вызвали скорую, но…</p><p>Но это не больница.</p><p>Это не морг.</p><p>Это вообще непонятно что.</p><p>Комната была большой, но пустой. Мебель — минимум: кровать, стол, облезлый шкаф. Стены голые, только пятна от снятых картин. Окно — высокое, с перекладинами, за ним серое небо и крыши.</p><p>Он подошёл к окну, распахнул створку. Холодный ветер ударил в лицо. Внизу — улица. Мощёная, узкая. Дома — каменные, старинные, с башенками и резными наличниками. Вдалеке — купола церквей. Много куполов. Слишком много.</p><p>— Что за…</p><p>Шаги за дверью. Скрип половиц.</p><p>Дверь распахнулась без стука. На пороге стоял старик — седой, в затёртой ливрее, с подносом в руках.</p><p>— Ваше сиятельство, — сказал он устало. — Доброе утро. Принёс завтрак.</p><p>Демьян молчал. Старик прошёл внутрь, поставил поднос на стол. Миска с серой кашей. Кусок чёрного хлеба. Кружка с чем-то дымящимся.</p><p>— Овсянка, — сказал старик. — Хлеб вчерашний, но не чёрствый. Молоко не скисло, проверял.</p><p>Он выпрямился, посмотрел на Демьяна. Взгляд цепкий, изучающий.</p><p>— Барин, вы бледный. Опять не спали?</p><p>Демьян сглотнул.</p><p>— Я… кто…</p><p>Старик нахмурился.</p><p>— Прошка я. Прокофий Ильич, ежели по-полному. Вы забыли, что ли? — Он шагнул ближе, приглядываясь. — Лихорадка опять? Я говорил — надо лекаря звать.</p><p>— Нет, — быстро сказал Демьян. — Нет, всё… всё в порядке. Просто… плохо спал.</p><p>Прошка фыркнул.</p><p>— Понятно. Опять книжки до ночи читали? Дед ваш тоже так делал — глаза себе испортил. — Он кивнул на поднос. — Ешьте, пока не остыло. И одевайтесь. Сегодня же к нотариусу надо. Про долги помните?</p><p>Долги.</p><p>Нотариус.</p><p>Барин.</p><p>Ваше сиятельство.</p><p>Демьян медленно кивнул.</p><p>— Помню.</p><p>— Ну и славно, — Прошка направился к двери. — Одевайтесь. Я воды принесу, умыться.</p><p>Дверь закрылась. Демьян остался один.</p><p>Он посмотрел на свои руки. На печатку. На миску с овсянкой.</p><p>— Ну охренеть, — прошептал он.</p><p>Вода оказалась ледяной.</p><p>Демьян плеснул себе в лицо, и мозг будто проснулся окончательно. Не сон. Не бред. Реальность. Чужое тело, чужая комната, чужая жизнь.</p><p>Он вытерся грубым полотенцем и стал одеваться. Одежда лежала на стуле — рубашка льняная, жилет потёртый, штаны тёмные. Всё старое, но чистое. Прошка, видимо, старался.</p><p>Руки тряслись. Он застегивал пуговицы и думал: что это? Перерождение? Реинкарнация? Похищение инопланетянами? Кома? Может, он в коме, и это галлюцинация умирающего мозга?</p><p>Но всё было слишком реальным. Холод. Запах сырости и пыли. Шершавость ткани. Боль в спине от плохого матраса.</p><p>Он подошёл к столу, сел. Каша остывала. Демьян взял ложку — тяжёлую, деревянную — и попробовал. Овсянка. Безвкусная, пресная. Без сахара, без масла. Он доел, запил молоком. Кислым.</p><p>Нищета. Офисная нищета в прошлой жизни, боярская нищета в этой.</p><p>Он усмехнулся. Несмешно.</p><p>В дверь постучали. Вошёл Прошка, неся охапку дров.</p><p>— Печь затоплю, а то холодно. Октябрь на дворе, а морозы уже идут. — Он присел у печки, стал укладывать поленья. — Барин, а вы точно в порядке? Что-то вы странный сегодня.</p><p>Демьян выдохнул.</p><p>— Прошка, скажи… как меня зовут?</p><p>Старик обернулся. Посмотрел долго, с подозрением.</p><p>— Демьян Чумак, граф Базипольский. — Пауза. — Вы точно не больны?</p><p>Демьян. Чумак. Граф.</p><p>Он кивнул.</p><p>— Память… путается. После смерти деда. Горе, понимаешь.</p><p>Прошка вздохнул, вернулся к печке.</p><p>— Три месяца прошло, барин. Пора бы и оправиться. Дела не ждут. Кредиторы не ждут. Шмулевич вчера опять приходил, я его еле отвадил. Говорит — последний раз терпит. Или деньги, или имение описывать будут.</p><p>Кредиторы. Долги. Имение.</p><p>Демьян потёр виски.</p><p>— Сколько… сколько я должен?</p><p>Прошка чиркнул огнивом, поджёг лучину. Дрова затрещали.</p><p>— Три тысячи рублей Шмулевичу. Полторы — купцу Грибову. Ещё мелкие долги — портным, лавочникам. Дед, царство ему небесное, в последний год много тратил. На книги, на какие-то снадобья. Я говорил — надо экономить. Не слушал. — Он встал, отряхнул руки. — А вы после него ничего не продали. Сидите, книжки читаете. На что жить будем?</p><p>Три тысячи. Полторы. В девятнадцатом веке это сколько? Много или мало?</p><p>Демьян молчал.</p><p>Прошка вздохнул.</p><p>— Ладно. Одевайтесь теплее. К нотариусу идти через весь Посад. Ветер сегодня злой.</p><p>Он вышел. Демьян остался сидеть, глядя в огонь.</p><p>Итак.</p><p>Он — Демьян Чумак, граф Базипольский. Обедневший дворянин в магической России девятнадцатого века. Должен кучу денег. Живёт в разваливающемся доме со стариком-слугой.</p><p>И он понятия не имеет, что делать дальше.</p><p>Он встал, подошёл к окну. Город внизу оживал. По мощёной улице ехала телега, запряжённая лошадью. Прохожие в длинных кафтанах и платьях. Вывески на церковнославянском. Вдалеке — крепостные стены, серые, массивные.</p><p>Магическая Россия.</p><p>Значит, магия существует.</p><p>Он посмотрел на свои руки. Попробовал… что? Представить огонь? Сжечь что-то силой мысли?</p><p>Ничего. Руки как руки.</p><p>Дверь скрипнула. Прошка вернулся с пальто — старым, с протёртыми локтями.</p><p>— Вот. Дедово. На вас великовато, но ничего. Надевайте.</p><p>Демьян надел. Пальто пахло нафталином и чем-то ещё. Травами? Лекарствами?</p><p>— Прошка, — сказал он тихо. — Дед… кем он был?</p><p>Старик замер.</p><p>— Чумным доктором, барин. Как и все Чумаки. Род ваш триста лет этим занимается. Разве вы забыли?</p><p>Чумной доктор.</p><p>Демьян сглотнул.</p><p>— Напомни.</p><p>Прошка смотрел долго. Потом махнул рукой.</p><p>— Идёмте. По дороге расскажу.</p><p>Они спустились по лестнице — широкой, но обветшалой. Перила шатались. Штукатурка осыпалась. На стенах — тёмные прямоугольники, где когда-то висели картины.</p><p>Парадная дверь скрипнула. Холодный ветер ударил в лицо.</p><p>Черноречье встретило Демьяна серым небом, запахом гари и далёким звоном колоколов.</p><p>Улица была узкой, мощённой булыжником. Дома стояли плотно, прижавшись друг к другу — каменные, двух- и трёхэтажные, с покосившимися балконами и облупившимися фасадами. Вывески скрипели на ветру. Прохожих было мало — пара купцов в тяжёлых шубах, старуха с корзиной, мальчишка, гнавший перед собой хромую собаку.</p><p>Демьян шёл рядом с Прошкой, вглядываясь во всё жадно. Вывески. Церковнославянская вязь, но он читал её без труда. «Трактиръ», «Мануфактурная лавка», «Цирюльникъ». Память тела? Или что-то ещё?</p><p>— Прошка, — сказал он, — про деда. Расскажи.</p><p>Старик шёл, глядя под ноги, осторожно обходя лужи.</p><p>— Пётр Антонович, царство ему небесное. Чумным доктором был. Как отец его, как дед. Род Чумаков — старинный, почти четыреста лет. Ещё при царе Иване служили. — Он помолчал. — Дело у вас в роду особое. Когда чума приходит, мор, когда люди мрут как мухи — кого зовут? Чумаков. Маску надеваете, плащ, и идёте туда, куда другие врачи не суются. Лечите, режете, жжёте заразу.</p><p>— Магией? — спросил Демьян осторожно.</p><p>Прошка покосился на него.</p><p>— И магией, и без. Дед ваш говорил — магия помогает, но без знания толку мало. Надо знать, как тело устроено, где резать, чем прижигать. Он книги читал — латинские, греческие. Из Европы выписывал. Деньги тратил последние. — Вздохнул. — Оттого и долги.</p><p>Демьян переварил информацию. Чумные доктора. Маска. Магия плюс медицина. Значит, знания деда где-то есть. В библиотеке. В той самой комнате, о которой Прошка не хотел говорить?</p><p>— А я? — спросил он. — Я тоже должен был учиться?</p><p>Прошка хмыкнул.</p><p>— Должны были. Дед начал учить, когда вам пятнадцать стукнуло. Но вы… — Он замялся. — Не шло у вас. Говорили — не хочу, мол, копаться в мертвечине. Хотели в столицу уехать, военным стать или чиновником. Дед сердился. Потом махнул рукой. Сказал — сам поймёшь, когда придёт время.</p><p>Демьян молчал. Значит, настоящий Демьян Чумак был бездельником. Мечтал о карьере вдали от семейного проклятия. А теперь в его теле сидит офисный планктон из двадцать первого века, который в медицине разбирается как свинья в апельсинах.</p><p>Отлично. Просто замечательно.</p><p>Они свернули на широкую улицу. Здесь было оживлённее — телеги, всадники, толпа у лавок. Демьян увидел вывеску: «Аптека Гинзбурга». Дальше — трактир, из которого несло перегаром и кислой капустой. Напротив — особняк за кованой оградой, с башенками и золочёными воротами.</p><p>— Усадьба Долгоруких, — буркнул Прошка, заметив взгляд Демьяна. — Боярыня Ксения Львовна. Вдова. Богатая. Говорят, половину городской торговли контролирует.</p><p>Ксения Львовна. Имя всплыло в памяти — или не в памяти, а откуда-то ещё. Смутное знание, будто он что-то читал о ней.</p><p>— Она… влиятельная?</p><p>— Ещё бы. С губернатором на ты. В столице связи имеет. — Прошка сплюнул. — Салоны устраивает, балы. Туда приглашают только своих. Нас с вами — нет.</p><p>— Почему?</p><p>— Потому что Чумаки — род проклятый, барин. Все это знают. Вы с мертвечиной дело имеете, с заразой. Кто с вами водиться захочет? Разве что когда чума придёт — тогда вспомнят, позовут. А до того — мимо на улице пройдут, и креститься станут.</p><p>Демьян усмехнулся. Проклятый род. Отличная репутация. В офисе его просто не замечали. Здесь — боятся и презирают. Прогресс, ничего не скажешь.</p><p>Они миновали площадь. В центре — фонтан, сухой, заросший мхом. Вокруг — лавки, торговцы. Один кричал про свежую рыбу, другой — про ткани из Европы. Женщина в платке продавала яблоки.</p><p>— Стойте, — вдруг сказал Прошка.</p><p>Демьян остановился. Старик смотрел куда-то вбок, прищурившись. Демьян проследил за взглядом.</p><p>У края площади, у стены закрытой лавки, лежало что-то. Тряпьё. Нет — человек. Неподвижный.</p><p>— Нищий, — пробормотал Прошка. — Мёртвый, поди.</p><p>Демьян шагнул ближе. Прошка дёрнул его за рукав.</p><p>— Барин, не надо. Мало ли что…</p><p>Но Демьян уже подошёл. Мужчина — лет сорока, может, пятидесяти, в лохмотьях. Лицо серое, ввалившиеся щёки. Губы синие. На шее — странные тёмные пятна. Вздутия.</p><p>Бубоны.</p><p>Слово всплыло само. Бубоны. Чума.</p><p>Демьян отшатнулся.</p><p>— Прошка…</p><p>Старик подошёл, глянул. Побледнел.</p><p>— Господи помилуй. — Перекрестился. — Барин, идёмте. Быстро.</p><p>— Это чума?</p><p>— Не знаю. Может, и нет. Может, просто так помер. — Прошка схватил его за локоть, потащил прочь. — Идёмте, говорю. Нельзя тут стоять.</p><p>Они зашагали быстрее. Демьян оглянулся. Мёртвый лежал у стены. Прохожие обходили стороной, ускоряя шаг. Никто не останавливался. Никто не смотрел.</p><p>— Надо сообщить кому-то, — сказал Демьян. — Городской страже. Врачам.</p><p>— Сами найдут. — Прошка не оборачивался. — Не наше дело, барин.</p><p>Но Демьян чувствовал тяжесть в груди. Бубоны на шее. Серое лицо. Это была чума. Или что-то похожее.</p><p>И если это начало…</p><p>Он сглотнул и пошёл дальше.</p><p>Контора нотариуса Фёдора Ильича Крюкова располагалась в трёхэтажном доме на Соборной улице. Вывеска — позолоченные буквы на чёрном фоне — поблёскивала тускло в сером свете. Прошка толкнул дверь, и они вошли в узкий коридор, пахнущий пылью, чернилами и старой бумагой.</p><p>За конторкой у входа сидел клерк — молодой, в очках, с пером за ухом. Увидев Демьяна, поднялся, поклонился формально.</p><p>— Ваше сиятельство. Фёдор Ильич ожидает. Прошу.</p><p>Они прошли по коридору в глубь здания. Деревянные двери, таблички: «Архивъ», «Счётная контора». Клерк остановился у последней двери, постучал.</p><p>— Войдите, — донёсся хриплый голос.</p><p>Кабинет был тесным, заваленным бумагами. Шкафы до потолка, полные папок и свитков. За массивным столом сидел нотариус — мужчина лет шестидесяти, с бородой клочковатой и лицом усталым. Очки сползали с носа. Он посмотрел на Демьяна, кивнул.</p><p>— Граф Базипольский. Садитесь.</p><p>Демьян сел в продавленное кресло перед столом. Прошка остался стоять у двери.</p><p>Нотариус покопался в бумагах, достал толстую папку, раскрыл.</p><p>— Итак. Наследство покойного графа Петра Антоновича Базипольского. — Он пробежался глазами по строчкам. — Состояние на момент смерти: родовое имение в черте города Черноречья — усадьба на Медвежьей улице, три этажа, двадцать восемь комнат, парк, флигель. Оценочная стоимость — восемь тысяч рублей. Библиотека, мебель, предметы обихода — три тысячи. Всего на одиннадцать тысяч.</p><p>Он поднял глаза на Демьяна.</p><p>— Долгов — пять тысяч двести рублей.</p><p>Демьян сглотнул. Одиннадцать тысяч активов. Пять тысяч двести долгов. Значит, остаётся чуть меньше шести тысяч. Не так уж плохо?</p><p>Но нотариус ещё не закончил.</p><p>— К моменту вступления в наследство, граф Базипольский, вы также набрали личных долгов на сумму полторы тысячи. Плюс проценты по кредитам покойного отца, которые накопились за три месяца — ещё четыреста рублей. Итого задолженность составляет семь тысяч сто рублей.</p><p>Пауза.</p><p>— То есть, — Крюков снял очки, протер их, — имение ваше стоит меньше, чем долги. Технически вы банкрот.</p><p>Тишина.</p><p>Прошка за спиной тяжело вздохнул. Демьян сидел, переваривая информацию. Банкрот. Значит, усадьба пойдёт с молотка. Его выгонят. Останется ноль. Меньше нуля.</p><p>— Есть варианты? — спросил он, стараясь, чтобы голос не дрогнул.</p><p>Нотариус надел очки обратно, посмотрел с чем-то похожим на сочувствие.</p><p>— Продать имение самостоятельно, до того как кредиторы подадут в суд. Вырученные деньги пустить на погашение долгов. Останется небольшая сумма — возможно, тысячи полторы. На них можно снять жильё, устроиться на службу.</p><p>Службу. Чиновником. Или военным. На мизерное жалованье.</p><p>— Ещё варианты?</p><p>Крюков пожал плечами.</p><p>— Найти покровителя. Кого-то из знати, кто согласится выкупить ваши долги в обмен на… услуги. Или брак. Если женитесь удачно — приданое покроет долги.</p><p>Демьян усмехнулся. Брак по расчёту. Или стать чьей-то шестёркой. Отличные перспективы.</p><p>— Сколько у меня времени?</p><p>— Шмулевич даёт месяц. Грибов — два. Если не выплатите — подадут в суд. Суд встанет на их сторону, и имение опишут принудительно. — Нотариус сложил бумаги обратно в папку. — Советую поторопиться, граф Базипольский.</p><p>Демьян встал. Ноги ватные, голова гудела.</p><p>— Понял. Спасибо.</p><p>— Всегда пожалуйста. — Крюков проводил его равнодушным взглядом.</p><p>Они вышли из конторы. На улице моросил дождь — мелкий, холодный. Прошка поднял воротник.</p><p>— Барин, что будем делать?</p><p>Демьян шёл молча. Думал. Варианты. Продать имение — остаться ни с чем. Найти покровителя — стать чьим-то слугой. Жениться — продать себя.</p><p>Или…</p><p>Или использовать то, что есть. Библиотеку деда. Знания о чумных болезнях. Если эпидемия действительно начинается — его услуги станут нужны. Очень нужны. И он сможет назвать цену.</p><p>Циничный план. Гнусный план. Спекулировать на смерти людей.</p><p>Но что ещё оставалось?</p><p>— Прошка, — сказал он, — когда мы вернёмся домой, покажешь мне комнату деда.</p><p>Старик замер.</p><p>— Барин, я же говорил…</p><p>— Покажешь, — повторил Демьян жёстко. — Если я действительно наследник рода Чумаков, то имею право.</p><p>Прошка смотрел долго. Потом кивнул, обречённо.</p><p>— Ладно. Покажу. Но не обижайтесь потом.</p><p>Они шли обратно через Посад. Дождь усиливался. Лужи блестели на булыжниках. Прохожие прятались под навесы лавок. Где-то вдалеке лаяла собака — истерично, без остановки.</p><p>Демьян обернулся. Вдали, на площади, которую они миновали утром, столпились люди. Крики. Что-то происходило.</p><p>— Прошка…</p><p>— Идёмте, барин, — Прошка дёрнул его за рукав. — Не наше дело.</p><p>Но Демьян видел. Видел, как люди бегут. Как кто-то кричит: «Лекаря! Позовите лекаря!» Как женщина в платке падает на колени и причитает.</p><p>А на земле, у стены лавки, лежит тело. Ещё одно.</p><p>Бубоны на шее, серое лицо.</p><p>Чума.</p><p>Она пришла.</p><p>Они дошли до усадьбы молча. Дождь барабанил по крыше. Прошка разжёг камин в гостиной — единственной отапливаемой комнате на первом этаже. Демьян стоял у окна, смотрел на улицу. Пусто. Только ворон на крыше соседнего дома, чёрный и неподвижный.</p><p>— Барин, — позвал Прошка. — Готов?</p><p>Демьян обернулся. Старик стоял у двери, ведущей в подвал. В руках — связка ключей.</p><p>— Готов.</p><p>Они спустились по каменной лестнице. Узкой, крутой. Внизу пахло сыростью и чем-то ещё — травами, химикатами. Прошка зажёг фонарь, и свет выхватил из темноты подвал: бочки, ящики, старая мебель, покрытая пылью.</p><p>В дальнем углу, за стеллажом с винными бутылками, была дверь. Массивная, дубовая, с железными петлями. Прошка достал ключ — большой, старинный — вставил в замок. Повернул. Замок щёлкнул.</p><p>Дверь открылась.</p><p>За ней — комната. Небольшая, но аккуратная. Стены из камня. Посередине — стол, на нём инструменты: скальпели, пилы, щипцы. Всё начищено, разложено по порядку. Вдоль стен — шкафы с книгами. Сотни книг. И на манекене у стены — костюм чумного доктора.</p><p>Длинный чёрный плащ. Кожаные перчатки. И маска.</p><p>Белая, с длинным клювом.</p><p>Демьян шагнул внутрь. Сердце колотилось.</p><p>— Вот, — прохрипел Прошка. — Кабинет деда. Никто сюда не входил с его смерти.</p><p>Демьян подошёл к маске. Протянул руку, коснулся.</p><p>Холодная. Гладкая. На внутренней стороне клюва — символы. Магические? Он не знал.</p><p>Но это было начало.</p><p>— Прошка, — сказал он тихо, — принеси мне всё, что нужно. Я буду здесь.</p><p>Старик кивнул и ушёл. А Демьян остался стоять перед маской, глядя в пустые глазницы.</p><p>Демьян обошёл стол с инструментами, разглядывая содержимое шкафов. Книги — толстые фолианты в кожаных переплётах. Латынь, греческий, что-то на арабском. «Анатомия человека», «Трактат о ядах», «Методы бальзамирования». Пыль лежала толстым слоем, но сами книги были в порядке — дед хранил их бережно.</p><p>Нижние полки были забиты склянками. Жидкости разных цветов — янтарная, зелёная, чёрная. Порошки в глиняных горшочках. Высушенные травы в холщовых мешочках. На одной склянке была этикетка: «Настойка белладонны. Яд. Три капли — смерть».</p><p>Демьян сглотнул и отошёл.</p><p>В углу, за манекеном с костюмом, стоял ещё один шкаф. Узкий, высокий, запертый. Демьян попробовал открыть — заперто. Замок простой, но крепкий.</p><p>Он оглянулся. Прошка ещё не вернулся. Демьян схватил один из скальпелей со стола, сунул лезвие в щель замка, надавил. Щелчок. Замок поддался.</p><p>Дверца распахнулась.</p><p>Внутри, на бархатной подкладке, лежали два револьвера.</p><p>Демьян замер.</p><p>Револьверы были красивыми — серебряные, с гравировкой на барабанах и рукоятях. Длинные стволы, изящные курки. На рукоятях — всё тот же герб: змея, обвившая чашу. А на стволах — надпись витиеватая, церковнославянская: «Длань карающая, длань исцеляющая».</p><p>Он осторожно взял один. Тяжёлый. Холодный. Металл словно излучал что-то — лёгкое покалывание в ладони. Магия?</p><p>Демьян повернул револьвер, осмотрел барабан. Пустой. Под револьверами, в выдвижном ящичке, лежала коробка. Деревянная, с теми же символами на крышке.</p><p>Он открыл.</p><p>Внутри — патроны. Много. Аккуратными рядами, около сотни. Но не обычные — на гильзах были выгравированы руны. Круговые узоры, сложные, переплетающиеся. Каждая пуля — произведение искусства. И каждая светилась слабым голубоватым светом.</p><p>Демьян поднял один патрон к глазам. Руны шевелились. Нет, не шевелились — пульсировали, словно живые. Он чувствовал тепло, исходящее от металла.</p><p>— Что за…</p><p>Он опустил патрон обратно в коробку. На дне, под патронами, лежал листок бумаги — пожелтевший, сложенный вчетверо. Демьян развернул.</p><p>Почерк деда. Дрожащие буквы, написанные наспех:</p><p>'Демьян. Если ты читаешь это — значит, я умер, и ты наконец решил войти сюда. Хорошо. Лучше поздно, чем никогда.</p><p>Револьверы — семейная реликвия. Передаются от Чумака к Чумаку триста лет. Серебро благословлено, руны выгравированы магистром Ордена Целителей в 1627 году. Пули — не простые. Каждая заряжена защитными чарами. Стреляешь — убиваешь не только плоть, но и заразу, проклятие, нежить.</p><p>Используй с умом. Пуль мало. Новые сделать почти невозможно — мастера той школы давно вымерли.</p><p>Береги себя. Чума — не просто болезнь. Она живая. Она охотится. И она придёт.</p><p>Пётр Антонович Базипольский'.</p><p>Демьян медленно сложил листок обратно.</p><p>Чума — живая. Охотится.</p><p>Что это значит?</p><p>Он посмотрел на револьверы. Потом на пули. Потом на маску чумного доктора.</p><p>Дед знал. Дед готовился.</p><p>И оставил всё это ему.</p><p>Демьян взял второй револьвер, взвесил в руке. Пара. Одинаковые, идеально сбалансированные. Он открыл барабан одного, начал заряжать. Шесть патронов. Щелчок — барабан закрылся. То же самое со вторым.</p><p>Двенадцать выстрелов. Осталось ещё восемьдесят восемь пуль в коробке.</p><p>Он сунул револьверы за пояс. Тяжесть успокаивала. В прошлой жизни он ни разу не держал оружие. Здесь — держит магические револьверы с рунами.</p><p>Абсурд.</p><p>За спиной скрипнули ступени. Демьян обернулся. Прошка спускался с подносом — хлеб, сыр, кувшин с водой.</p><p>— Барин, принёс перекусить… — Он замолк, увидев револьверы. Поднос чуть не выпал из рук. — Господи помилуй. Вы нашли их.</p><p>— Ты знал? — спросил Демьян.</p><p>Прошка кивнул, поставил поднос на стол.</p><p>— Дед показывал раз. Сказал — это для крайнего случая. Для самого страшного. Я думал, после его смерти они исчезли. Или кто украл.</p><p>— Что ты о них знаешь?</p><p>Прошка перекрестился.</p><p>— Немного. Дед говорил — они убивают не только людей. Если заражённый совсем пропащий, когда чума тело сожрала, а он всё ходит — тогда пуля остановит. Серебро жжёт нечисть. Руны — добивают.</p><p>Демьян вспомнил слова из записки. «Нежить». Значит, чума может превращать людей в нечто… нежить? Зомби?</p><p>Мир становился всё мрачнее.</p><p>— Прошка, сколько эпидемий было в Черноречье за последние сто лет?</p><p>Старик задумался.</p><p>— Три. Первая — в 1789-м. Вторую помню сам, мальчишкой был — в 1801-м. Последняя — в 1889-м, тридцать шесть лет назад. Дед ваш её останавливал. Тогда он этими револьверами и пользовался. Вернулся весь в крови. Три дня не выходил из комнаты. Потом сказал — больше никогда не хочет стрелять.</p><p>Демьян провёл пальцем по гравировке.</p><p>— Но оставил их мне.</p><p>— Оставил, — подтвердил Прошка тихо.</p><p>Демьян посмотрел на маску, потом на револьверы. Потом на коробку с патронами.</p><p>Дед готовился. Знал, что чума вернётся.</p><p>И теперь это его война.</p><p>— Принеси мне все книги по эпидемии 1889 года, — сказал Демьян. — И всё, что дед писал о чуме. Дневники, записи, что угодно.</p><p>Прошка кивнул.</p><p>— Есть. Всё принесу. — Он помолчал, глядя на Демьяна. — Барин… вы правда собираетесь этим заниматься? Чумным делом?</p><p>Демьян усмехнулся. Горько.</p><p>— У меня есть выбор?</p><p>Прошка ничего не ответил.</p></section><section><title><p>Глава 2</p></title><p>Демьян остался в подвале один. Прошка ушёл наверх за книгами, а он сидел за столом, разложив перед собой инструменты деда. Скальпели, пилы, щипцы — всё холодное, стерильное. Он взял один скальпель, провёл пальцем по лезвию. Острый. Очень острый.</p><p>В прошлой жизни он резал только бумагу. Отчёты, договоры, служебные записки.</p><p>Теперь, видимо, придётся резать плоть.</p><p>Он отложил скальпель, встал, подошёл к полкам с книгами. Латынь. Он не знал латыни. Но когда открыл первый фолиант, буквы… складывались. Он читал. «De Corporis Humani Fabrica». О строении человеческого тела.</p><p>Память тела? Или что-то ещё?</p><p>Демьян пролистал страницы. Анатомические рисунки — скелет, мышцы, органы. Детально, точно. На полях — пометки от руки. Почерк деда: «Проверено. Верно». «Здесь ошибка — селезёнка расположена иначе». «Важно для операций».</p><p>Дед был педантичен. Каждая книга изучена, каждая страница прочитана.</p><p>Демьян закрыл фолиант, взял следующий. «Трактат о чуме и моровых язвах». Автор — некий Парацельс. Год издания — 1658.</p><p>Он открыл наугад. Глава «О природе чумной заразы».</p><p>«Чума есть не просто болезнь тела, но порча духа. Она приходит из мест проклятых — из болот, где гниют мертвецы, из подземелий, где обитают твари нечистые. Заражённый человек становится сосудом для скверны. Тело гниёт, душа чернеет. И если не остановить вовремя — мертвец встанет, ибо чума не желает отпускать своих слуг».</p><p>Демьян перечитал абзац дважды. Мертвец встанёт. Значит, не метафора. Не суеверие. Реальность этого мира.</p><p>Чума превращает людей в нежить.</p><p>Он читал дальше.</p><p>«Лечение. Первое — огонь. Жечь заражённую плоть, прежде чем зараза распространится. Второе — серебро. Оно жжёт нечисть, останавливает гниение. Третье — магия защитная. Руны, начертанные на теле больного, могут замедлить распространение скверны. Но коль скоро болезнь зашла далеко — остаётся лишь милосердие. Быстрая смерть».</p><p>Милосердие. Быстрая смерть.</p><p>Демьян закрыл книгу. Руки дрожали.</p><p>Значит, его работа — резать, жечь и убивать. Спасать тех, кого можно спасти. И добивать тех, кого нельзя.</p><p>Отличная карьера.</p><p>Шаги на лестнице. Прошка вернулся, неся стопку книг и тетрадей. Положил на стол с глухим стуком.</p><p>— Вот. Дневники деда за 1889 год. И ещё три книги — он их сам писал. Записи о методах лечения.</p><p>Демьян взял верхнюю тетрадь. Кожаный переплёт, потёртый. Открыл.</p><p>«15 мая 1889 года. Первый случай. Мальчик, десяти лет, из Слобод. Бубоны на шее и в паху. Лихорадка. Бред. Начал лечение — прижигание, серебряная настойка. Шансов мало».</p><p>«17 мая. Мальчик умер. Ещё трое заражённых. Все из портового района. Губернатор требует доклад. Сказал — это обычная лихорадка, пройдёт. Идиот».</p><p>«20 мая. Девять случаев. Трое умерли. Один… встал. Пришлось использовать револьвер. Пуля в голову. Сгорел дотла — серебро сработало. Но это только начало».</p><p>Демьян листал дальше. Записи становились короче, небрежнее. Почерк дрожал.</p><p>«3 июня. Слободы охвачены полностью. Сотни заражённых. Губернатор наконец согласился на карантин. Запечатали ворота. Но уже поздно — зараза перекинулась на Посад».</p><p>«10 июня. Не сплю третьи сутки. Прижигаю, режу, стреляю. Мертвецов всё больше. Они голодные. Нападают на живых. Пришлось сжечь три дома вместе с заражёнными внутри. Господи, прости меня».</p><p>«25 июня. Переломный момент. Нашёл источник. Старый колодец в Слободах — вода отравлена. Магия тёмная, древняя. Кто-то специально заразил город. Запечатал колодец, освятил место. Новых случаев стало меньше».</p><p>«10 июля. Эпидемия отступает. Мертвецов больше нет — всех сожгли или застрелили. Выживших — около половины города. Тысячи трупов. Слободы выжжены почти полностью. Я старый. Я устал. И я больше никогда не хочу это видеть».</p><p>Последняя запись — 15 июля:</p><p>«Губернатор объявил победу. Приписал себе заслуги. Меня даже не упомянул. Пусть. Мне всё равно. Главное — я знаю правду. Чума была рукотворной. Кто-то хотел уничтожить Черноречье. Но кто? И зачем? Не знаю. Но если это повторится — мой внук должен быть готов. Я оставлю ему всё. Револьверы, книги, знания. Надеюсь, он окажется умнее меня».</p><p>Демьян медленно закрыл тетрадь. Рукотворная эпидемия. Кто-то специально отравил колодец.</p><p>Значит, и сейчас это может быть не случайность.</p><p>Кто-то хочет уничтожить город.</p><p>Он посмотрел на Прошку.</p><p>— Ты знал об этом?</p><p>Старик кивнул.</p><p>— Дед говорил. Но доказательств не было. А обвинять кого-то без доказательств… опасно. Мог сам под суд попасть. Поэтому молчал.</p><p>— А губернатор? Власти?</p><p>— Замяли. Сказали — природная эпидемия, случается. Наградили себя медалями за «спасение города». Деду дали сто рублей — и заткнись. Он плюнул и ушёл.</p><p>Демьян встал, прошёлся по комнате. Думал.</p><p>Если чума рукотворная — значит, есть виновный. И если она началась снова — виновный всё ещё здесь. В городе.</p><p>Может, среди бояр. Может, среди купцов. Может, кто-то из магов.</p><p>Но зачем? Зачем уничтожать собственный город?</p><p>Вопросов больше, чем ответов.</p><p>— Прошка, — сказал он, — кто в городе владеет магией? Сильной магией.</p><p>Старик почесал бороду.</p><p>— Боярские роды — Долгорукие, Волынские, Шуйские. У них магия родовая, передаётся по крови. Ещё церковники — митрополит и его иерархи. Они молитвами и святой водой управляют, но это тоже магия, по сути. И гильдия алхимиков — там учёные люди, зелья варят, руны чертят.</p><p>— Кто из них мог иметь мотив?</p><p>Прошка развёл руками.</p><p>— Барин, это политика. Я старый слуга, мне не ведомо. Но дед подозревал… — Он замялся.</p><p>— Говори.</p><p>— Волынских. Боярский род старинный, но обедневший. Как и вы. У них земли на окраине города, но торговля идёт мимо — всё через Долгоруких. Дед думал, может, они хотели грохнуть конкурентов. Убить половину города, прибрать земли, начать заново.</p><p>Демьян усмехнулся. Циничный план. Ему почти нравится.</p><p>— Но доказательств нет.</p><p>— Нет. И дед не стал копать глубже. Побоялся. Волынские — влиятельные. Могли и его убрать.</p><p>Демьян кивнул. Понятно.</p><p>Значит, у него два пути. Первый — просто лечить заражённых, зарабатывать деньги, платить долги. Второй — копать глубже, искать виновного, рисковать жизнью.</p><p>Он посмотрел на револьверы, лежащие на столе.</p><p>Дед выбрал первый путь. Вылечил город. Промолчал.</p><p>А он?</p><p>Демьян взял револьверы, сунул за пояс. Коробку с патронами — в карман плаща.</p><p>— Прошка, где сейчас больше всего заражённых?</p><p>— В Слободах, поди. Там всегда первыми хватает. Нищета, грязь.</p><p>— Веди меня туда.</p><p>Прошка побледнел.</p><p>— Барин, вы с ума сошли? Там опасно. Зараза…</p><p>— Веди, — повторил Демьян. — Если я чумной доктор — пора начинать работать.</p><p>Старик смотрел долго. Потом вздохнул, перекрестился.</p><p>— Ладно. Но сначала наденьте костюм. Без него — смерть.</p><p>Демьян обернулся. Маска чумного доктора смотрела на него пустыми глазницами.</p><p>Он шагнул к ней.</p><p>Пора.</p><p>Демьян надел костюм деда.</p><p>Сначала длинный чёрный плащ — тяжёлый, пропитанный чем-то вроде воска. Водоотталкивающий. Потом перчатки — толстая кожа, почти до локтей. Сапоги — высокие, со стальными носами. И наконец маску.</p><p>Она оказалась легче, чем он думал. Белая кожа, гладкая, прохладная. Он надел её, и мир сузился до двух круглых отверстий для глаз. Внутри клюва чувствовался слабый запах трав — мята, лаванда, что-то горькое. Прошка объяснил — туда закладывали ароматические смеси, чтобы фильтровать воздух.</p><p>Демьян посмотрел на себя в осколок зеркала, прислонённый к стене. Чумной доктор. Чёрный силуэт с белой птичьей мордой.</p><p>Жутко.</p><p>— Пошли, — сказал он глухо. Маска искажала голос.</p><p>Прошка кивнул, взял фонарь — уже темнело — и они поднялись из подвала.</p><p>Улицы Посада опустели. Вечерело, и обычно в это время лавки ещё работали, торговцы зазывали последних покупателей, трактиры гудели голосами. Сейчас — тишина. Ставни закрыты. Двери заперты. Лишь изредка в окнах мелькал свет свечей.</p><p>Демьян шёл, и люди шарахались от него.</p><p>Женщина с корзиной, увидев его, перекрестилась и метнулась в переулок. Мужчина в тулупе замер у стены, бледный, пока Демьян не прошёл мимо. Ребёнок, выглянувший из-за угла, заплакал и побежал прочь.</p><p>— Боятся, — пробормотал Прошка. — Чумного доктора всегда боялись. Видят маску — значит, смерть рядом.</p><p>Демьян молчал. Шёл дальше.</p><p>На перекрёстке они миновали трактир — дверь распахнута, внутри пусто. На пороге валялась разбитая кружка, лужа пива. Хозяин, толстяк с засаленным фартуком, стоял внутри, глядя в окно. Увидел Демьяна — отшатнулся, захлопнул ставни.</p><p>Дальше, у церкви Всех Скорбящих, толпа. Человек двадцать — старики, женщины, дети. Священник на ступенях, в чёрной рясе, кадил воздух ладаном. Голос его гудел, молитвенный:</p><p>— … и избави нас от скверны, и огради от мора, и защити…</p><p>Кто-то в толпе увидел Демьяна. Ахнул. Все обернулись.</p><p>Тишина.</p><p>Священник замолчал на полуслове. Смотрел на маску, побледнев.</p><p>Демьян прошёл мимо. Никто не двинулся. Только крестились и шептали молитвы.</p><p>За церковью начиналась Мясницкая улица. Здесь Демьян увидел первое.</p><p>У стены дома лежал мужчина — средних лет, в рабочей одежде. Лицо серое, губы посиневшие. Шея вздута. Бубоны — чёрные, твёрдые, размером с куриное яйцо.</p><p>Мёртв.</p><p>Рядом сидела женщина — жена? — и плакала беззвучно. Рядом двое детей, молчаливых, испуганных.</p><p>Демьян остановился. Посмотрел. Прошка тронул его за рукав.</p><p>— Барин, идёмте. Ему уже не поможешь.</p><p>Демьян кивнул. Пошёл дальше.</p><p>Но дальше было хуже.</p><p>На Кузнечной улице — ещё двое. Лежали прямо на мостовой. Один лицом вниз, другой скрючившись, прижав руки к животу. Вокруг — лужи рвоты, тёмные, почти чёрные.</p><p>У аптеки Гинзбурга — очередь. Человек десять. Все бледные, кашляющие. Аптекарь — старый еврей в ермолке — стоял за прилавком и мотал головой.</p><p>— Нет! Нет лекарства! Понимаете? Нет! — Он кричал, отчаянно. — Идите к врачам! К властям! Я ничем не могу помочь!</p><p>Кто-то из очереди упал. Женщина, лет сорока. Рухнула на колени, схватилась за горло. Хрипела. Остальные отпрянули.</p><p>Аптекарь перекрестился — странно, еврей, но перекрестился — и захлопнул дверь изнутри.</p><p>Демьян подошёл к женщине. Она лежала на боку, дёргалась. Глаза закатились. Изо рта пена.</p><p>Он присел рядом. Что делать? Как помочь?</p><p>Он не знал.</p><p>Женщина дёрнулась последний раз и затихла.</p><p>Демьян выпрямился. Руки сжимались в кулаки.</p><p>— Идём, — бросил он Прошке.</p><p>Они шли дальше. Через Посад, к воротам второй стены. Ворота были открыты — городская стража стояла по бокам, но никого не останавливала. Двое стражников — молодые, испуганные — смотрели на Демьяна, но не посмели заговорить.</p><p>За воротами начинались Слободы.</p><p>Здесь было темнее. Узкие улочки, кривые, без фонарей. Дома покосившиеся, деревянные, прижатые друг к другу. Пахло гнилью, помоями, дымом. Из окон доносились стоны, плач, чей-то бред.</p><p>Демьян шёл, вглядываясь в темноту. Видел тени — люди прятались в подворотнях, в проходах между домами. Больные? Или просто нищие?</p><p>На углу — костёр. Горел прямо посреди улицы. Вокруг — мужики, человек пять, с дубинами и вилами. Охраняли свой квартал? Демьян прошёл мимо. Один из мужиков плюнул в сторону.</p><p>— Доктор чумной. Пришёл смерть сеять.</p><p>Демьян не ответил. Шёл дальше.</p><p>Прошка повёл его вглубь, к самой реке. Здесь вонь была невыносимой. Канализация текла прямо по улицам. Трупы крыс валялись кучами. И…</p><p>Демьян остановился.</p><p>У стены сарая лежали тела. Пять. Может, шесть. Сложены друг на друга, как дрова. Все с бубонами. Все мёртвые. Никто не убирал.</p><p>Он обернулся к Прошке.</p><p>— Где живые заражённые? Ты говорил — здесь много.</p><p>Прошка развёл руками.</p><p>— Должны быть. В прошлую эпидемию здесь всё было забито больными.</p><p>Демьян оглянулся. Улица пуста. Только трупы да костры вдалеке.</p><p>Они прошли ещё квартал. Ещё один. Заглядывали в дома — пустые, разграбленные. В одном — старуха, мёртвая, сидела в кресле. В другом — дети, прячущиеся в углу, испуганные, но здоровые.</p><p>— Где же все? — пробормотал Демьян.</p><p>Прошка нахмурился.</p><p>— Не понимаю. Должны быть. Всегда здесь начиналось.</p><p>Демьян дошёл до самого берега реки. Чернавка текла медленно, чёрная, вонючая. На другом берегу — огни Посада, далёкие.</p><p>Здесь тихо. Слишком тихо.</p><p>Он обернулся. Слободы — грязные, нищие, заброшенные. Но не заражённые. Не охваченные эпидемией.</p><p>Мёртвые — да. Но их мало. Десяток, может, два.</p><p>А где массовая зараза? Где сотни больных, о которых писал дед?</p><p>Демьян снял маску. Воздух ударил в лицо — вонь, но не химический запах разложения. Просто бедность.</p><p>— Прошка, — сказал он медленно, — здесь нет эпидемии.</p><p>Старик моргнул.</p><p>— Как нет? А мертвецы?</p><p>— Единицы. В городе больше. По пути мы видели десятки. Здесь — может, двадцать, и те уже несколько дней как мертвы.</p><p>Прошка почесал бороду.</p><p>— Странно. Обычно здесь начинается. Всегда.</p><p>Демьян надел маску обратно. Думал.</p><p>Если эпидемия не в Слободах, то где? В Посаде. Может, даже в Кремле.</p><p>Чума пришла не снизу. Она пришла сверху.</p><p>И это меняет всё.</p><p>— Возвращаемся, — сказал он. — Нам нужно в другое место.</p><p>— Куда?</p><p>Демьян посмотрел на огни Посада.</p><p>— Туда, где умирают богатые.</p><p>Усадьба Долгорукой встретила их закрытыми воротами. Высокая кованая ограда, за ней — дом в три этажа, окна светились. Охрана — двое дюжих молодцов в ливреях — стояла у калитки.</p><p>Демьян подошёл. Маска на месте. Плащ развевался на ветру.</p><p>Один из охранников шагнул вперёд, загородил путь.</p><p>— Стой. Кто такой?</p><p>— Граф Базипольский. К боярыне Долгорукой.</p><p>Охранник оглядел его с ног до головы. Усмехнулся.</p><p>— В таком виде? Пугало огородное. Проваливай.</p><p>Демьян не двинулся. Достал из-под плаща одну из бумаг, что Прошка сунул ему перед выходом — какое-то приглашение на приём, старое. Протянул.</p><p>— Передай боярыне: граф Чумак по делу эпидемии.</p><p>Охранник неохотно взял бумагу, скривился, пошёл к дому. Вернулся через пару минут — удивлённый.</p><p>— Пройдёмте. Барыня примет.</p><p>Калитка открылась. Демьян обернулся к Прошке.</p><p>— Жди здесь.</p><p>Старик кивнул, остался у ворот.</p><p>Демьян зашагал по дорожке. Сад — ухоженный, даже сейчас, в октябре. Клумбы, фонари. Дом — величественный, с колоннами. Парадная дверь распахнулась.</p><p>Слуга — пожилой, в безукоризненной ливрее — поклонился.</p><p>— Ваше сиятельство. Барыня в малой гостиной. Прошу.</p><p>Демьян прошёл внутрь. Тепло. Роскошь. Паркет блестит, люстры горят. Картины на стенах — дорогие. Запах духов и свежих цветов.</p><p>Контраст с нищетой Слобод — разительный.</p><p>Слуга провёл его по коридору, остановился у двери, постучал.</p><p>— Войдите, — донёсся голос Ксении Львовны.</p><p>Дверь отворилась. Гостиная — небольшая, но изящная. Камин горел, кресла у огня. На одном сидела Ксения Львовна.</p><p>Тёмное платье, волосы собраны. В руке — бокал вина. Она смотрела на огонь, не оборачиваясь.</p><p>— Граф Базипольский, — сказала она спокойно. — Какая неожиданность. В столь… необычном наряде.</p><p>Демьян закрыл дверь за собой. Снял маску. Положил на столик у входа.</p><p>— Боярыня Долгорукая. Прошу прощения за поздний визит.</p><p>Она обернулась. Посмотрела на него — лицо спокойное, но глаза изучающие.</p><p>— Чумной доктор. Значит, эпидемия началась официально.</p><p>— Началась.</p><p>Ксения отпила из бокала, кивнула на кресло напротив.</p><p>— Садитесь.</p><p>Демьян сел. Плащ тяжело осел на подлокотниках. Он смотрел на неё. Она — на него.</p><p>— Зачем пришли? — спросила она.</p><p>— Информация. Мне нужно знать, кто и где болеет. Сколько случаев. В каких районах.</p><p>Ксения усмехнулась.</p><p>— И вы думаете, я знаю?</p><p>— Вы контролируете половину торговли в городе. У вас связи. Слуги, агенты, осведомители. Вы знаете всё, что происходит в Черноречье.</p><p>Она молчала, вращая бокал в пальцах. Потом встала, подошла к столику с графином, налила второй бокал. Протянула Демьяну.</p><p>— Вино?</p><p>— Нет, спасибо.</p><p>— Напрасно. — Она вернулась к креслу, села, положила ногу на ногу. — Хорошее вино помогает в трудные времена.</p><p>Демьян наклонился вперёд.</p><p>— Боярыня, люди умирают. Каждый час. Мне нужна информация, чтобы остановить это.</p><p>Ксения посмотрела на него долго. Потом улыбнулась — едва заметно.</p><p>— И что я получу взамен?</p><p>Демьян усмехнулся.</p><p>— Выживете. Разве этого недостаточно?</p><p>— Я и так выживу. У меня есть средства. Магия. Защитные чары на усадьбе. Слуги здоровы, провизия закуплена на месяцы. Город может сгнить — мне всё равно.</p><p>Демьян откинулся в кресле. Смотрел на неё. Она спокойна. Холодна. Рациональна.</p><p>Как он сам.</p><p>— Тогда зачем вы меня приняли?</p><p>Ксения отпила вина.</p><p>— Любопытство. Хотела посмотреть, что вы скажете. — Пауза. — И вы разочаровываете. Ожидала большего от рода Чумаков.</p><p>Демьян встал. Подошёл к камину. Посмотрел в огонь. Потом обернулся.</p><p>— Хорошо. Тогда так. Эпидемия не в Слободах. Она в Посаде. Может, даже здесь, в вашем квартале. Ваши слуги, соседи, деловые партнёры — они уже заражены. Вы просто не знаете. Первые симптомы проявляются через три дня. А потом — смерть. И никакие чары не помогут, если зараза уже внутри вашего дома.</p><p>Ксения замерла. Глаза сузились.</p><p>— Вы блефуете.</p><p>— Проверьте. — Демьян шагнул ближе. — Спросите слуг. Кто-то кашляет? У кого-то жар? Головная боль? Проверьте шеи — есть ли вздутия. И если найдёте хоть одного — знайте: у вас несколько дней до того, как все здесь начнут умирать.</p><p>Она молчала. Смотрела на него. Лицо непроницаемое, но пальцы сжались на ножке бокала.</p><p>Демьян наклонился, оперся руками о подлокотники её кресла. Близко. Слишком близко.</p><p>— Боярыня, — сказал он тихо, — вы умная женщина. Вы понимаете: город обречён, если никто ничего не сделает. Власти бездействуют. Губернатор идиот. Церковь молится, но это не поможет. Остался только я. Чумной доктор. Единственный, кто знает, как остановить заразу.</p><p>Ксения смотрела в его глаза. Молчала.</p><p>— И мне нужна ваша помощь, — продолжил он. — Информация, ресурсы, связи. Взамен — я спасу вас. Ваших людей. Ваш дом. Вы останетесь живы, богаты и влиятельны. Или можете отказать — и через месяц хоронить слуг, друзей, а потом умереть сами, захлёбываясь кровью.</p><p>Тишина. Только треск огня.</p><p>Ксения медленно поставила бокал на столик. Не отводя взгляда.</p><p>— Вы изменились, граф Базипольский.</p><p>— Смерть деда изменила меня.</p><p>— Не только это. — Она провела пальцем по краю бокала. — Раньше вы были… мягче. Неуверенней. Мальчик, играющий в аристократа. Сейчас… — Она усмехнулась. — Сейчас вы похожи на своего деда. Жёсткий. Циничный. Опасный.</p><p>Демьян выпрямился.</p><p>— Мне это нравится, — добавила она тихо.</p><p>Он моргнул.</p><p>Ксения встала. Подошла к нему. Близко. Её духи — что-то тяжёлое, восточное.</p><p>— Информация, говорите? — Она провела пальцем по лацкану его плаща. — У меня есть. Двадцать три случая в Посаде за последние два дня. Восемь — в моём квартале. Трое из них — слуги знакомых бояр. Ещё двое — купцы с Торговой площади.</p><p>Демьян слушал, запоминая.</p><p>— Продолжайте.</p><p>— В Слободах — мало случаев. Странно, да? — Она посмотрела ему в глаза. — Обычно там начинается. В этот раз — нет. Эпидемия идёт из центра. Из Кремля, может быть.</p><p>— Источник?</p><p>— Не знаю. Но мои люди видели… странности. У старого колодца на Соборной площади. Там воду набирают многие. И именно оттуда начинается концентрация заражённых.</p><p>Колодец. Как в прошлую эпидемию.</p><p>— Кто имеет доступ к колодцу?</p><p>— Все. Он общественный. Но… — Она замялась. — Три дня назад туда спускался кто-то ночью. Мой слуга видел. Человек в капюшоне, с фонарём. Был там минут десять, потом ушёл.</p><p>— Описание?</p><p>— Никакого. Темно было. Только силуэт. И… — Она нахмурилась. — Магия. Слуга сказал — воздух дрожал. Как перед грозой.</p><p>Демьян кивнул. Кто-то отравил колодец магией. Как тридцать шесть лет назад.</p><p>— Спасибо, — сказал он. — Этого достаточно.</p><p>Он развернулся к двери. Ксения схватила его за запястье.</p><p>— Постойте.</p><p>Он остановился. Обернулся. Она смотрела серьёзно.</p><p>— Вы правда думаете, что сможете остановить?</p><p>— Должен попробовать.</p><p>— Почему? — Она шагнула ближе. — Вы циник. Карьерист. Видела, как вы смотрите на людей — как на инструменты. Зачем вам спасать город?</p><p>Демьян усмехнулся.</p><p>— Потому что если город умрёт — мне не с кого будет брать деньги. Долги никто не спишет.</p><p>Ксения рассмеялась. Тихо, но искренне.</p><p>— Вот теперь верю. — Она отпустила его руку. — Хорошо. Я помогу. Мои люди будут присылать вам информацию. Где вспышки, сколько больных, кто умер. И… — Она подошла к столу, достала из ящика ключ. Протянула. — Ключ от моего складского помещения у порта. Там запасы — лекарства, бинты, инструменты. Всё, что может понадобиться.</p><p>Демьян взял ключ. Тяжёлый, железный.</p><p>— Взамен?</p><p>Ксения улыбнулась.</p><p>— Когда всё закончится — вы мне должны. Услугу. Любую. Я попрошу — вы выполните.</p><p>— Это опасно. Услуга может быть… неприятной.</p><p>— Для вас — да. — Она села обратно в кресло, взяла бокал. — Но у вас нет выбора, граф Базипольский. Или берёте помощь на моих условиях, или идёте голыми руками против эпидемии.</p><p>Демьян смотрел на неё. Хищница. Прагматичная, холодная. Использует ситуацию для своей выгоды.</p><p>Он бы сделал то же самое.</p><p>— Согласен.</p><p>Ксения кивнула.</p><p>— Тогда идите. И постарайтесь не умереть. Было бы жаль потерять такого… интересного должника.</p><p>Демьян взял маску со столика, надел. Обернулся у двери.</p><p>— Боярыня, проверьте своих слуг. Сегодня же. И если найдёте заражённого — изолируйте немедленно. Не жалейте.</p><p>— Не волнуйтесь. Я никогда не жалею.</p><p>Он вышел. Дверь закрылась за ним.</p><p>В коридоре Демьян остановился, прислонился к стене. Выдохнул. Руки дрожали — адреналин.</p><p>Он получил то, что хотел. Информацию. Ресурсы. Союзника.</p><p>Но теперь он должен. И Ксения Долгорукая не из тех, кто забывает долги.</p><p>Ну что ж.</p><p>Проблемы будущего для будущего Демьяна.</p><p>Сейчас нужно найти этот колодец.</p></section><section><title><p>Глава 3</p></title><p>Колодец на Соборной площади стоял в центре, окружённый каменным парапетом. Старый — ещё со времён основания города. Резные столбы, крыша с потемневшей черепицей, ворот со скрипучей цепью.</p><p>Демьян подошёл осторожно. Площадь пустовала — поздний вечер, фонари едва горели. Только ветер гнал сухие листья по булыжникам да где-то вдалеке лаяла собака.</p><p>Прошка шёл за ним, держа фонарь. Свет дрожал, отбрасывая длинные тени.</p><p>— Вот он, — пробормотал старик. — Колодец. Глубокий. Метров двадцать, не меньше.</p><p>Демьян подошёл к парапету, заглянул внутрь. Темнота. Внизу — едва слышный плеск воды. Он наклонился ниже, принюхался.</p><p>Запах. Слабый, но неприятный. Гниль? Или что-то ещё?</p><p>— Вода отравлена, — сказал он.</p><p>— Как узнали?</p><p>— Запах. И… — Демьян посмотрел на парапет. На камнях, у самого края, были следы. Тёмные пятна. Засохшая грязь? Нет. Он провёл пальцем — порошок, чёрный, маслянистый. Понюхал.</p><p>Магия. Он не знал, как это работает, но чувствовал — что-то неправильное, чужеродное.</p><p>— Кто-то действительно спускался сюда. И что-то бросил в воду.</p><p>Прошка перекрестился.</p><p>— Надо властям сообщить. Запечатать колодец.</p><p>Демьян кивнул. Но сначала…</p><p>Он обернулся. У края площади, в тени церковной стены, мелькнуло движение. Он напрягся, рука потянулась к револьверу.</p><p>— Кто там?</p><p>Тишина. Потом из тени вышла фигура. Маленькая. Ребёнок.</p><p>Мальчик лет десяти, в рваной рубахе и штанах. Босой, грязный. Худой, как скелет. Он стоял, смотрел на Демьяна большими испуганными глазами.</p><p>— Не бойся, — сказал Демьян, отпуская револьвер. — Иди сюда.</p><p>Мальчик не двинулся.</p><p>— Он не один, — прошептал Прошка.</p><p>Демьян посмотрел внимательнее. Из тени выглянули ещё двое. Девочка — младше, лет семи. И ещё один мальчик — подросток, лет тринадцати. Все трое грязные, оборванные. Сироты.</p><p>Демьян медленно присел на корточки, чтобы быть на их уровне.</p><p>— Вы здесь живёте?</p><p>Старший мальчик кивнул.</p><p>— Под мостом. Там теплее.</p><p>— Вы из этого колодца пили?</p><p>Мальчик кивнул снова.</p><p>— Все пьют. Вода бесплатная.</p><p>Демьян сжал зубы. Значит, половина города может быть заражена.</p><p>— Слушайте меня внимательно. — Он смотрел на детей серьёзно. — Из этого колодца больше не пить. Совсем. Вода отравлена. Понятно?</p><p>Младшая девочка всхлипнула.</p><p>— А где тогда воду брать? Другие колодцы далеко.</p><p>Демьян достал из кармана кошелёк. Там оставалось немного — пара серебряных монет. Он протянул старшему мальчику.</p><p>— Вот. Купите воду у торговцев. На неделю хватит. И скажите другим детям — не пить из этого колодца.</p><p>Мальчик смотрел на монеты, не веря.</p><p>— Правда можно взять?</p><p>— Бери.</p><p>Мальчик схватил монеты, спрятал в карман. Девочка улыбнулась — первая улыбка.</p><p>— Спасибо, барин.</p><p>Демьян встал.</p><p>— Идите. Быстро.</p><p>Дети побежали прочь, исчезая в темноте переулка.</p><p>Прошка вздохнул.</p><p>— Барин, последние деньги отдали.</p><p>— Не твоё дело.</p><p>Демьян обернулся к колодцу. Надо осмотреть ещё раз, найти улики. Может, кто-то видел того человека в капюшоне…</p><p>Он замер.</p><p>На краю площади, у дома, где они прошли час назад, валялся труп. Работяга, которого они видели — в рабочей одежде, с бубонами на шее.</p><p>Только тогда он лежал у стены.</p><p>Сейчас — на мостовой. Метрах в пяти от прежнего места.</p><p>Демьян медленно повернул голову.</p><p>— Прошка. Труп переместился.</p><p>Старик проследил за взглядом. Побледнел.</p><p>— Господи помилуй.</p><p>— Может, кто-то перетащил?</p><p>— Зачем? И кто?</p><p>Демьян шагнул вперёд. Осторожно. Рука на рукояти револьвера.</p><p>Подошёл ближе. Труп лежал ничком. Неподвижный.</p><p>Демьян толкнул его носком сапога.</p><p>Ничего.</p><p>Он наклонился, схватил за плечо, перевернул на спину.</p><p>Глаза открыты. Мутные, белёсые.</p><p>И они смотрели прямо на Демьяна.</p><p>— Чё…</p><p>Труп дёрнулся. Рука взметнулась — быстро, неестественно быстро — и схватила Демьяна за запястье.</p><p>Хватка железная.</p><p>Демьян рванулся, но труп сел. Рот открылся — изо рта хрип, бульканье. Вторая рука потянулась к горлу Демьяна.</p><p>— Прошка!</p><p>Старик замер, держа фонарь. Глаза огромные.</p><p>Демьян дёрнул вторую руку, схватился за револьвер, но мертвец прыгнул. Всем телом, как пружина. Навалился сверху, прижимая к булыжнику. Вонь — тошнотворная, гниль и разложение.</p><p>Демьян попытался оттолкнуть — бесполезно. Мертвец был сильным. Слишком сильным для трупа. Пальцы сжимались на горле, давили.</p><p>Воздуха не хватало. Маска мешала. Демьян дёргался, бил кулаками, но мертвец даже не реагировал.</p><p>Голова кружилась. Темнота подступала.</p><p>— Прошка… — прохрипел он.</p><p>И тут что-то свистнуло в воздухе.</p><p>Удар. Глухой, мясистый.</p><p>Голова мертвеца слетела с плеч.</p><p>Тело обмякло, рухнуло в сторону. Демьян откатился, хватая ртом воздух. Сорвал маску, закашлялся.</p><p>Прошка стоял над ним, держа тяпку. Старую, ржавую, с широким лезвием. Лезвие в крови — чёрной, густой.</p><p>— Барин! — Прошка бросился к нему, помогая подняться. — Живы?</p><p>Демьян кивнул, не в силах говорить. Горло горело. Он потёр шею, чувствуя синяки.</p><p>Посмотрел на труп. Тело лежало неподвижно. Голова — в метре, скатилась к парапету колодца. Глаза всё ещё открыты, но теперь мёртвые по-настоящему.</p><p>— Откуда тяпка? — прохрипел Демьян.</p><p>— Подобрал по дороге, — Прошка дрожал, держа оружие. — На всякий случай. Дед говорил — если мертвецы поднимаются, голову сносить надо. Только так.</p><p>Демьян медленно встал на ноги. Ноги ватные, сердце колотилось.</p><p>Нежить. Настоящая, мать её, нежить.</p><p>Дед был прав. Чума — не просто болезнь. Она поднимает мёртвых.</p><p>Он наклонился, поднял маску, надел обратно. Потом достал револьвер, проверил барабан. Шесть патронов на месте.</p><p>— Прошка, где ещё трупы, которые мы видели?</p><p>Старик оглянулся. Указал дрожащей рукой.</p><p>— Там. У аптеки. И ещё там, на Кузнечной.</p><p>Демьян шагнул в ту сторону. Прошка схватил его за плечо.</p><p>— Барин, куда вы⁈</p><p>— Проверить. Если один поднялся — могут и другие.</p><p>— Это самоубийство!</p><p>Демьян посмотрел на него.</p><p>— Мы не можем оставить их. Если они все поднимутся — перебьют полгорода до утра.</p><p>Прошка молчал. Потом кивнул. Поднял тяпку.</p><p>— Тогда пошли. Но держитесь рядом, барин.</p><p>Демьян усмехнулся, несмотря на всё.</p><p>— Держусь.</p><p>Они зашагали через площадь, к улице, где лежали ещё два трупа.</p><p>За их спинами, у колодца, ветер свистел в пустоте.</p><p>А в темноте переулков что-то двигалось.</p><p>Кузнечная улица встретила их тишиной. Фонари не горели — или сломаны, или никто не удосужился зажечь. Только луна пробивалась сквозь облака, отбрасывая бледный свет на мостовую.</p><p>Демьян шёл первым, револьвер наготове. Прошка — за спиной, с тяпкой и фонарём. Свет дрожал, выхватывая из темноты куски реальности: облупленную стену, перевёрнутую телегу, лужу.</p><p>Там, где они видели трупы утром, теперь был свет. Яркий — несколько фонарей, расставленных по кругу.</p><p>Демьян остановился. Сжал револьвер крепче.</p><p>— Кто-то там, — прошептал Прошка.</p><p>— Вижу.</p><p>Они подошли ближе. Между фонарями стоял человек. Молодой, в длинном сюртуке. Склонился над чем-то на земле. Рядом — кожаный саквояж, раскрытый. Инструменты блестели в свете фонарей.</p><p>Демьян узнал силуэт.</p><p>— Светлов.</p><p>Артемий Светлов, услышав голос, резко выпрямился. Обернулся. В руке — скальпель.</p><p>Увидел маску чумного доктора — замер. Лицо напряглось.</p><p>— Кто здесь? — Голос твёрдый, но настороженный.</p><p>Демьян подошёл ближе, снял маску. Светлов моргнул, узнав.</p><p>— Граф Базипольский? — Удивление сменилось недоумением. — Что вы…</p><p>Он замолчал, увидев костюм. Плащ. Перчатки. Револьвер.</p><p>— Вы… вы чумной доктор? — В голосе недоверие.</p><p>— Теперь да, — ответил Демьян коротко. — Что вы здесь делаете?</p><p>Светлов посмотрел на труп у своих ног. Потом на Демьяна.</p><p>— Изучаю. Эпидемия началась, и мне нужно понять, что это за болезнь. Симптомы, стадии, скорость распространения. — Он махнул скальпелем. — Вскрытие — единственный способ узнать.</p><p>Демьян подошёл ближе, заглянул. Труп — женщина, которую они видели утром у аптеки. Лежала на спине. Сюртук Светлова был в крови — он уже вскрыл грудную клетку, обнажив рёбра.</p><p>— Нашли что-то?</p><p>Светлов кивнул, вытер скальпель о платок.</p><p>— Да. Лёгкие — поражены полностью. Чёрные, как уголь. Лимфоузлы — раздуты, заполнены гноем. Печень — увеличена. Но самое странное… — Он наклонился, показал что-то внутри трупа. — Вот. Видите?</p><p>Демьян присмотрелся. В области сердца — что-то тёмное. Нити? Вены? Нет. Это было… другое. Чёрные волокна, тонкие, как паутина, опутывали сердце.</p><p>— Что это?</p><p>— Не знаю. — Светлов выпрямился, нахмурился. — Никогда не видел ничего подобного. Это не ткань организма. Это… что-то инородное. Как будто внутри паразит. Или… — Он замялся.</p><p>— Или что?</p><p>— Или магия, — сказал Светлов тихо. — Но я врач, а не маг. Не могу сказать наверняка.</p><p>Демьян смотрел на чёрные нити. Вспомнил слова деда: «Чума — живая. Она охотится».</p><p>— Доктор Светлов, вы видели, чтобы мёртвые… поднимались?</p><p>Светлов посмотрел на него странно.</p><p>— Поднимались? Что вы имеете в виду?</p><p>— Я имею в виду — оживали. Вставали и нападали.</p><p>Светлов молчал. Потом усмехнулся — нервно.</p><p>— Граф, это бред. Мертвецы не оживают. Это суеверие.</p><p>— Пять минут назад один напал на меня, — сказал Демьян жёстко. — У колодца на Соборной площади. Прошке пришлось снести ему голову тяпкой.</p><p>Светлов посмотрел на Прошку. Старик кивнул, подтверждая.</p><p>— Правда, барин. Мертвяк как живой был. Сильный. Я голову срубил — только тогда упал.</p><p>Светлов медленно опустил скальпель.</p><p>— Вы серьёзно?</p><p>— Абсолютно.</p><p>Светлов молчал. Потом провёл рукой по лицу, оставляя кровавый след.</p><p>— Это невозможно. С научной точки зрения. Мышцы после смерти окоченевают. Разложение начинается. Мозг…</p><p>— Плевать я хотел на вашу науку, — перебил Демьян. — Я видел своими глазами. И если это произошло с одним трупом — может произойти и с остальными.</p><p>Он обвёл взглядом улицу. Где-то в темноте лежали ещё тела. Сколько? Десять? Двадцать?</p><p>Светлов проследил за взглядом. Лицо побледнело.</p><p>— Если вы правы… боже мой. В городе сотни трупов. Если они все поднимутся…</p><p>— Резня, — закончил Демьян. — Поэтому нам нужно сжечь их. Все. Пока не поздно.</p><p>Светлов смотрел на труп у своих ног. Потом на Демьяна.</p><p>— Сжечь? Но… это кощунство. Церковь не позволит.</p><p>— Церковь будет молиться, пока мертвецы не сожрут половину прихожан, — Демьян сунул револьвер за пояс. — Времени на споры нет. Где ещё трупы?</p><p>Светлов колебался. Потом кивнул.</p><p>— Двое — на следующей улице. Ещё трое — у моста. Я их видел по дороге.</p><p>— Прошка, — Демьян обернулся к старику, — беги домой. Принеси масло, керосин, что найдёшь. И факелы. Быстро.</p><p>Прошка кивнул, побежал прочь.</p><p>Демьян посмотрел на Светлова.</p><p>— Вы поможете?</p><p>Светлов смотрел на свои окровавленные руки. Потом на труп. Потом кивнул.</p><p>— Помогу. Но если вы ошиблись — если это действительно суеверие — нам обоим светит виселица за осквернение мёртвых.</p><p>— Я не ошибся.</p><p>Они стояли молча. Ветер шевелил пламя фонарей.</p><p>И тут, где-то вдалеке, послышалось. Крик. Долгий, истошный.</p><p>Потом второй.</p><p>Третий.</p><p>Демьян и Светлов переглянулись.</p><p>— Началось, — прошептал Светлов.</p><p>Демьян надел маску обратно, выхватил револьвер.</p><p>— Идём. Быстро.</p><p>Они побежали на крик. Через переулок, мимо закрытых лавок. Фонарь Светлова прыгал в руке, свет метался по стенам.</p><p>Крики становились ближе. Женский голос — истеричный, полный ужаса.</p><p>Они выскочили на улицу.</p><p>У дома, в дверном проёме, женщина — немолодая, в ночной рубахе — билась с чем-то. Нет, с кем-то.</p><p>Мужчина. Мёртвый. Бубоны на шее, серое лицо. Он схватил её за волосы, тащил вниз, к себе. Рот открыт, хрипит.</p><p>— Отпусти её! — Светлов бросился вперёд.</p><p>Демьян выстрелил.</p><p>Звук оглушительный. Мертвец дёрнулся, отпустил женщину. Пуля попала в грудь. Он обернулся — медленно, неестественно — посмотрел на Демьяна.</p><p>И пошёл на него.</p><p>Демьян выстрелил снова. В голову.</p><p>Мертвец упал. Тело задёргалось, потом затихло. От раны пошёл дым — серебро работало, сжигая нечисть изнутри.</p><p>Женщина рухнула на колени, рыдая. Светлов подбежал, помогая ей подняться.</p><p>— Всё. Всё хорошо. Вы в безопасности.</p><p>Демьян подошёл к трупу. Пинком перевернул на спину. Голова — обуглена, кожа почернела вокруг раны. Руническая пуля. Она правда работала.</p><p>Осталось десять патронов.</p><p>Светлов смотрел на него. Лицо бледное, но твёрдое.</p><p>— Вы были правы, — сказал он тихо. — Мертвецы. Они правда встают.</p><p>— Да, — Демьян перезарядил револьвер, вставив новый патрон. — Поэтому нам нужно действовать. Сейчас.</p><p>Светлов кивнул. Убрал женщину в дом, закрыл дверь. Вернулся.</p><p>— Что делаем?</p><p>— Собираем трупы. Сжигаем. Пока не поздно. И… — Демьян посмотрел на колодец вдалеке. — Запечатываем источник заразы. Колодец на Соборной площади. Кто-то отравил воду. Магией.</p><p>Светлов нахмурился.</p><p>— Значит, это не природная эпидемия?</p><p>— Нет. Рукотворная. Как тридцать шесть лет назад.</p><p>— Кто?</p><p>— Не знаю. Но узнаю.</p><p>Светлов молчал. Потом кивнул.</p><p>— Хорошо. Я с вами. Но если мы находим виновного — его судить по закону. Никакой самодеятельности.</p><p>Демьян усмехнулся под маской.</p><p>— Посмотрим.</p><p>Прошка вернулся с двумя канистрами керосина и связкой факелов. Тяжело дышал — бежал быстро для своих лет.</p><p>— Вот, барин. Это всё, что нашёл дома.</p><p>Демьян взял канистру, открыл. Запах резкий, едкий.</p><p>— Хватит на несколько тел. Остальное придётся искать по складам.</p><p>Светлов вытер скальпель, убрал в саквояж.</p><p>— Начнём с ближайших. На Кузнечной двое лежат. Потом к мосту.</p><p>Они двинулись втроём. Ночь сгущалась. Город молчал — мёртвый, словно вымерший. Окна тёмные, двери заперты. Только где-то вдалеке слышались крики. Редкие, но пронзительные.</p><p>На Кузнечной нашли первого. Мужчина, лет сорока, в рабочей одежде. Лежал у стены дома. Мёртвый — пока.</p><p>— Прошка, — Демьян кивнул.</p><p>Старик поднял тяпку, размахнулся. Удар. Голова отделилась от тела, покатилась в сторону. Демьян облил тело керосином, чиркнул спичкой. Огонь вспыхнул жадно, охватывая труп. Запах горелого мяса ударил в нос.</p><p>Светлов отвернулся, закашлялся.</p><p>— Господи…</p><p>— Привыкай, — сказал Демьян жёстко. — Это только начало.</p><p>Второй труп — чуть дальше. Женщина. Светлов колебался, глядя на неё.</p><p>— Я не могу…</p><p>— Можешь, — Демьян протянул ему топор, что нашли по дороге. — Либо ты, либо она через час встанет и кого-то убьёт.</p><p>Светлов взял топор. Руки дрожали. Он поднял лезвие, опустил. Промахнулся. Второй удар — попал. Голова отскочила. Светлов побледнел, отбросил топор, отшатнулся.</p><p>Демьян облил тело, поджёг.</p><p>— Дальше.</p><p>Они двигались через город. Находили трупы, обезглавливали, сжигали. Работали молча, механически. Демьян считал. Пять. Семь. Десять.</p><p>У моста — ещё трое. Но один уже шевелился. Пальцы дёргались, голова поворачивалась.</p><p>— Этот оживает! — Прошка схватил тяпку.</p><p>Мертвец сел. Глаза открыты, белёсые. Рот раскрылся, хрип вырвался из горла.</p><p>Демьян выстрелил. Пуля в лоб. Мертвец рухнул обратно, дымясь.</p><p>Девять патронов.</p><p>Светлов стоял рядом, глядя на труп.</p><p>— Сколько их в городе? Сотни?</p><p>— Может, тысячи, — Демьян перезарядил револьвер. — И мы не успеваем.</p><p>Керосин закончился на двенадцатом трупе. Демьян швырнул пустую канистру в сторону.</p><p>— Нужно больше. И люди. Мы втроём не справимся.</p><p>Светлов кивнул.</p><p>— Городская стража. Они должны помочь.</p><p>— Попробуем.</p><p>Они двинулись к зданию городской стражи — массивное, двухэтажное, на углу площади. Окна светились. Значит, кто-то внутри.</p><p>Демьян толкнул дверь. Заперто.</p><p>Он постучал. Громко, настойчиво.</p><p>— Открывайте! По делу эпидемии!</p><p>Тишина. Потом за дверью шаги. Засов лязгнул. Дверь приоткрылась на цепочке. В щели показалось лицо — стражник, молодой, перепуганный.</p><p>— Что надо?</p><p>— Граф Базипольский. Чумной доктор. Мне нужна помощь. Трупы на улицах нужно собрать и сжечь. Срочно.</p><p>Стражник замотал головой.</p><p>— Не можем. Приказ — сидеть в казарме. Не выходить.</p><p>— Чей приказ?</p><p>— Капитана Жирова. Он сказал — зараза на улицах, кто выйдет — сам виноват.</p><p>Демьян сжал кулаки.</p><p>— Зови капитана.</p><p>— Не могу. Он наверху. Не велел беспокоить.</p><p>— Я сказал — зови!</p><p>Стражник испугался, захлопнул дверь. Засов лязгнул обратно.</p><p>Демьян ударил кулаком в дверь. Бесполезно.</p><p>— Трусы, — прошипел он.</p><p>Светлов положил руку на плечо.</p><p>— Граф, там внутри человек двадцать. Если они не выходят — силой не заставишь.</p><p>— Значит, обойдёмся без них.</p><p>Они двинулись дальше. К зданию городской администрации — ещё массивнее, трёхэтажное, с колоннами. Резиденция губернатора.</p><p>Здесь ворота тоже заперты. Охрана стояла снаружи — четверо, с ружьями.</p><p>Демьян подошёл.</p><p>— Мне нужно к губернатору.</p><p>Охранник — старший, с бородой — покачал головой.</p><p>— Губернатор не принимает. Приказ.</p><p>— У меня важная информация. Об эпидемии.</p><p>— Передайте письменно. Утром рассмотрят.</p><p>— Утром половина города будет мертва!</p><p>Охранник пожал плечами.</p><p>— Не моё дело. Приказ есть приказ.</p><p>Демьян шагнул ближе. Охранник поднял ружьё.</p><p>— Стой. Ещё шаг — стреляю.</p><p>Светлов дёрнул Демьяна за рукав.</p><p>— Граф, не надо. Это бесполезно.</p><p>Демьян стоял, глядя на охранника. Потом развернулся, пошёл прочь.</p><p>— Власти прячутся, — сказал он тихо. — Трусы и идиоты. Город горит, а они за стенами отсиживаются.</p><p>Светлов шёл рядом.</p><p>— Что будем делать?</p><p>Демьян остановился, посмотрел на площадь. Пусто. Темно. Где-то вдалеке — крики.</p><p>— Сами, — сказал он. — Соберём людей. Добровольцев. Кто не боится. Дадим им оружие, керосин, факелы. И будем зачищать улицу за улицей.</p><p>— Кто пойдёт? — Прошка покачал головой. — Все боятся.</p><p>Демьян подумал. Потом кивнул.</p><p>— Знаю кого. Боярыня Долгорукая. У неё связи. Деньги. Она может организовать.</p><p>Светлов нахмурился.</p><p>— Долгорукая? Она поможет?</p><p>— Должна. Я ей должен услугу. Но сначала она должна мне.</p><p>Они двинулись обратно, к усадьбе Долгорукой.</p><p>За их спинами город погружался в хаос. Крики множились. Где-то полыхнул пожар. Колокол церкви забил тревожно, но быстро смолк.</p><p>Демьян шёл, сжимая револьвер.</p><p>Девять патронов.</p><p>Сотни мертвецов.</p><p>И власти, что прячутся за запертыми дверями.</p><p>Он усмехнулся горько под маской.</p><p>Добро пожаловать в ад, Демьян.</p></section><section><title><p>Глава 4</p></title><p>Путь к усадьбе Долгорукой лежал через весь Посад. То, что они увидели, было похоже на конец света.</p><p>Первый квартал ещё держался. Окна закрыты, на дверях мелом нарисованы кресты — старый способ отметить дома, где есть больные. На углу горел костёр. Вокруг — человек десять, мужики с дубинами и вилами. Самооборона. Один из них крикнул Демьяну вслед:</p><p>— Доктор! Помогите! У нас трое больных!</p><p>Демьян не остановился.</p><p>— Изолируйте их! Не давайте воды из колодца на Соборной площади! Она отравлена!</p><p>Крик в ответ — что-то неразборчивое. Демьян шёл дальше.</p><p>На Мясницкой улице они наткнулись на первых мародёров. Трое молодых парней взламывали дверь лавки. Один орудовал ломом, двое других держали мешки.</p><p>— Эй! — крикнул Светлов. — Прекратите!</p><p>Парни обернулись. Один ухмыльнулся, показывая гнилые зубы.</p><p>— А то что? Хозяин помер. Товар пропадает. Мы лучше заберём.</p><p>— Это грабёж!</p><p>— Это выживание, — парень плюнул. — Идите своей дорогой, доктор. Пока целы.</p><p>Светлов шагнул вперёд. Демьян остановил его.</p><p>— Оставь. Не наше дело.</p><p>— Но…</p><p>— Оставь, я сказал.</p><p>Они прошли мимо. За спиной раздался треск — дверь поддалась.</p><p>Дальше было хуже.</p><p>У церкви Всех Скорбящих — толпа. Человек пятьдесят, может, больше. Кричали, толкались. Священник стоял на ступенях, размахивал кадилом.</p><p>— Покайтесь! — орал он. — Это кара Божья! За грехи ваши! Покайтесь, и Господь пощадит!</p><p>Кто-то из толпы бросил камень. Промахнулся. Второй — попал в плечо. Священник пошатнулся, упал.</p><p>Толпа ринулась в церковь. Грабить? Прятаться? Демьян не разбирал.</p><p>— Господи, — прошептал Прошка. — Что творится…</p><p>Они миновали площадь. На мостовой лежали трупы. Три. Пять. Один шевелился — рука дёргалась, голова поворачивалась. Демьян выстрелил на ходу. Пуля в череп. Дым, треск. Тело затихло.</p><p>Восемь патронов.</p><p>На углу Кузнечной и Торговой они увидели горящий дом. Огонь лизал стены, дым валил чёрными клубами. Люди выбегали, кашляя, падая. Кто-то кричал — женский голос, истеричный.</p><p>— Там дети! Дети внутри!</p><p>Светлов бросился к дому. Демьян схватил его за плечо.</p><p>— Не лезь. Рухнет.</p><p>— Но там люди!</p><p>— Уже мертвы. Посмотри.</p><p>Крыша дома проседала. Балки трещали. Ещё минута — и всё обрушится.</p><p>Светлов дёргался, но Демьян держал крепко. Потом крыша рухнула с грохотом. Искры взметнулись в небо. Крики смолкли.</p><p>Светлов опустил голову.</p><p>— Я мог…</p><p>— Не мог. Идём.</p><p>Они двинулись дальше. Светлов шёл молча, сжав кулаки.</p><p>На Постоялой улице — драка. Двое мужиков били третьего. Ногами, кулаками. Жертва уже не сопротивлялась.</p><p>— Ты заразил! — орал один из нападавших. — Ты пил из колодца и заразил мою жену!</p><p>Удар. Ещё один. Кровь на мостовой.</p><p>Демьян прошёл мимо.</p><p>Светлов остановился, обернулся.</p><p>— Граф…</p><p>— Идём, я сказал.</p><p>— Но они убивают его!</p><p>Демьян развернулся, схватил Светлова за воротник, притянул к себе.</p><p>— Слушай меня внимательно. Мы не можем спасти всех. Понял? Не можем. Если будем останавливаться каждый раз — сами умрём. И тогда не спасём вообще никого.</p><p>Светлов смотрел в его глаза. Потом кивнул, медленно.</p><p>— Понял.</p><p>Демьян отпустил его. Они пошли дальше.</p><p>За углом — ещё мертвецы. Двое. Стояли посреди улицы, дёргаясь, как марионетки. Один — без половины лица. Второй — с распоротым животом, кишки волочились по земле.</p><p>Демьян выстрелил дважды. Оба упали.</p><p>Шесть патронов.</p><p>Прошка бормотал молитву, крестясь.</p><p>— Господи помилуй, Господи помилуй…</p><p>Они вышли к воротам второго кольца стен. Ворота открыты настежь. Стражников нет. Только кровь на мостовой. И обрывки ливреи.</p><p>— Стражу сожрали, — сказал Прошка тихо.</p><p>Демьян посмотрел в проём ворот. За ними — Слободы. Там темно. Тихо. Слишком тихо.</p><p>— Идём другой дорогой, — сказал он. — Через Посад.</p><p>Они свернули влево, пошли вдоль стены.</p><p>На следующей улице они увидели повозку. Перевёрнутую. Лошадь мертва, в упряжке. На мостовой — мешки, рассыпанное зерно. И трупы. Много трупов. Человек семь. Восемь. Купеческий обоз?</p><p>Один из трупов пошевелился. Сел. Голова повернулась к Демьяну.</p><p>Выстрел. Дым. Падение.</p><p>Пять патронов.</p><p>Демьян перезарядил револьвер на ходу, вставив новый патрон из коробки. Руки тряслись. Устал. Не спал сутки. Может, больше.</p><p>— Барин, — Прошка тронул его за плечо. — Вон. Смотрите.</p><p>Демьян поднял взгляд. Впереди, на перекрёстке, горел костёр. Большой. Вокруг — люди. Много. Человек двадцать. Может, тридцать. Вооружённые — топоры, вилы, ножи.</p><p>Они подошли ближе. Костёр горел ярко. В пламени — трупы. Складированные друг на друга. Запах невыносимый.</p><p>Один из мужиков у костра — крупный, с окладистой бородой — увидел Демьяна. Поднял руку.</p><p>— Стойте. Кто идёт?</p><p>— Граф Базипольский. Чумной доктор.</p><p>Мужик оглядел его с головы до ног. Усмехнулся.</p><p>— Доктор. Вовремя явился. — Плюнул в сторону. — Где был раньше? Когда люди мёрли?</p><p>— Работал. Как и вы. — Демьян кивнул на костёр. — Правильно делаете. Жечь нужно. Всех.</p><p>— Мы и так знаем, — мужик повернулся к костру. — Но нас мало. А мертвяков — сотни. Мы втроём за ночь десять сожгли. Устали.</p><p>— Нужно больше людей, — сказал Демьян. — Организовать отряды. Зачистить город квартал за кварталом.</p><p>Мужик хмыкнул.</p><p>— А кто организует? Губернатор? Он в резиденции отсиживается. Стража? Попрятались. Боярство? Им плевать.</p><p>Демьян молчал. Потом кивнул.</p><p>— Я организую. Дайте мне до утра.</p><p>Мужик посмотрел на него долго. Потом кивнул.</p><p>— Ладно. Будем ждать. Но если не явитесь — сами справимся. Как-нибудь.</p><p>Демьян пошёл дальше. Светлов и Прошка за ним.</p><p>— Как вы организуете? — спросил Светлов. — У вас нет власти. Нет денег.</p><p>— Есть связи. — Демьян посмотрел вперёд. — Долгорукая поможет. Должна.</p><p>Усадьба показалась вдалеке. Окна светились. Ворота закрыты, охрана на месте.</p><p>Демьян ускорил шаг.</p><p>За их спинами город горел. Крики множились. Где-то рушился дом. Где-то стреляли — мушкеты, пистолеты.</p><p>Хаос.</p><p>Демьян сжал револьвер.</p><p>Пять патронов на всех.</p><p>И одна надежда — что боярыня Долгорукая окажется умнее губернатора и стражи.</p><p>Потому что если нет — Черноречье падёт до рассвета.</p><p>Усадьба Долгорукой была в двухстах метрах, когда они услышали шум.</p><p>Гул. Низкий, гудящий, как рой ос. Нарастающий.</p><p>Демьян замер, прислушался.</p><p>— Что это? — Светлов остановился рядом.</p><p>— Толпа, — Прошка побледнел. — Много народу.</p><p>Они вышли на улицу, ведущую к усадьбе, и увидели.</p><p>Людей. Сотни.</p><p>Улица была забита от стены до стены. Масса тел, лиц, рук. Толпа колыхалась, волновалась, как живой организм. Кричали — хором, вразнобой. Слов не разобрать, только шум.</p><p>Демьян протолкнулся вперёд, пытаясь рассмотреть. Усадьба была впереди, за толпой. Ворота закрыты. На стенах — фонари, освещающие всё вокруг. И охрана — человек десять на воротах, с ружьями. Направлены на толпу.</p><p>— Что они делают? — Светлов вытягивал шею, пытаясь увидеть.</p><p>Демьян присмотрелся. Толпа не просто стояла. Она давила. Напирала на ворота. Кто-то впереди колотил в металл. Кто-то кричал, требуя чего-то.</p><p>— Штурмуют, — сказал он. — Хотят прорваться внутрь.</p><p>— Зачем?</p><p>— Там еда. Безопасность. Магическая защита. — Демьян смотрел на толпу. — Они думают, что боярыня спасёт их.</p><p>Прошка перекрестился.</p><p>— Не прорваться туда. Раздавят.</p><p>Демьян сжал челюсти. Но выхода не было. Долгорукая — единственная, кто может организовать сопротивление. Деньги, связи, влияние. Без неё они ничего не сделают.</p><p>— Идём, — сказал он. — Пробьёмся.</p><p>— Барин, это безумие…</p><p>— Идём!</p><p>Он шагнул в толпу. Тела сомкнулись вокруг. Запах — пот, грязь, болезнь. Демьян толкался, расталкивая локтями. Светлов и Прошка за ним.</p><p>— Эй! Осторожней! — Кто-то толкнул в спину.</p><p>— Пропустите! — крикнул Демьян. — Я доктор! Пропустите!</p><p>Никто не слушал. Толпа жила своей жизнью. Давила, толкала, несла вперёд.</p><p>Демьян протиснулся глубже. Вокруг лица — бледные, потные, испуганные. Женщина с ребёнком на руках, плачущая. Старик, хрипящий, согнутый. Мужик с топором, дикий взгляд.</p><p>— Впустите нас! — орал кто-то впереди. — Мы умираем здесь!</p><p>— Долгорукая! Выходи!</p><p>— Убить её надо! Сидит за стеной, пока мы дохнем!</p><p>Охранник на воротах поднял ружьё, выстрелил в воздух. Грохот. Толпа дрогнула, отшатнулась. Потом снова напёрла вперёд.</p><p>Демьян протолкнулся ещё. Светлов держался рядом, хватая его за плащ. Прошка отстал — потерялся в толпе.</p><p>— Прошка! — крикнул Демьян.</p><p>Ответа не было.</p><p>Демьян попытался развернуться, но масса тел не давала. Толкали, прижимали. Он задыхался. Маска мешала дышать.</p><p>Впереди кто-то упал. Женщина. Рухнула на колени, закричала. Толпа пошла по ней. Не заметили. Не остановились. Просто шли.</p><p>Крик смолк.</p><p>Демьян оттолкнул кого-то, пробиваясь вперёд. Рука схватила его за плащ, дёрнула назад.</p><p>— Доктор! — Мужик, грязный, с лихорадочным блеском в глазах. — Помоги! Жена больна! Помоги!</p><p>Демьян отпихнул его.</p><p>— Отпусти!</p><p>Мужик не отпустил. Хватка отчаянная.</p><p>— Помоги! Прошу!</p><p>Демьян ударил его рукояткой револьвера в лицо. Мужик отпустил, упал. Толпа поглотила его.</p><p>Демьян пробился ещё на несколько метров. Ворота уже близко. Но давка усилилась. Люди напирали со всех сторон. Кто-то кричал. Кто-то плакал.</p><p>И тут он увидел.</p><p>Справа, в толпе. Мертвец.</p><p>Стоял неподвижно, среди живых. Серое лицо, бубоны на шее. Глаза мутные. Рот открыт.</p><p>Он двигался. Медленно. Дёргано. Руки тянулись к женщине впереди. Схватили за волосы.</p><p>Женщина закричала.</p><p>Мертвец притянул её к себе, вгрызся в шею. Зубы впились. Кровь хлынула.</p><p>Крик стал визгом. Потом затих.</p><p>Толпа вокруг дёрнулась, кто-то заметил. Ещё крики. Паника.</p><p>— Мертвяк!</p><p>— Он жрёт её!</p><p>Масса тел шарахнулась в стороны. Давка усилилась. Кто-то упал. Ещё кто-то. Толпа пошла по ним.</p><p>Демьян попытался вытащить револьвер, но руки были прижаты к телу. Не мог пошевелиться. Только смотреть.</p><p>Мертвец бросил женщину, повернулся. Увидел другую жертву. Пошёл, расталкивая людей. Схватил мужика за плечо, дёрнул, вгрызся в лицо.</p><p>Крик. Кровь.</p><p>Толпа стала бесноваться. Все толкали всех. Бежали, не зная куда. Падали, давили друг друга.</p><p>Демьян рванулся в сторону, к краю толпы. Светлов рядом, хватал его за рукав.</p><p>— Граф! Нужно выбираться!</p><p>— Знаю!</p><p>Они протиснулись к левому флангу толпы, где было чуть свободнее. Демьян вырвался, рухнул на колени у стены дома. Задыхался. Светлов упал рядом, кашляя.</p><p>— Господи… — выдохнул доктор.</p><p>Демьян посмотрел на толпу. Хаос. Визг. Кровь. Видел, как ещё один мертвец пробился вперёд. И ещё один. Трое. Пятеро. Они были среди живых, скрытые давкой и паникой. Жрали, кусали, тянули вниз.</p><p>На воротах охранники стреляли. Залпом. Пули свистели над толпой. Кто-то падал. Живые. Мёртвые. Без разбора.</p><p>— Надо уходить! — Светлов встал, дёрнул Демьяна за плечо. — Сейчас!</p><p>Демьян поднялся. Оглянулся. Прошки не было.</p><p>— Прошка!</p><p>— Он там! — Светлов показал в толпу. — Видел его! Дальше, у ворот!</p><p>Демьян вгляделся. Да. Там, в гуще, мелькнула знакомая фигура. Старик, с тяпкой. Пробивался к воротам.</p><p>— Прошка! — крикнул Демьян. — Вернись!</p><p>Старик не слышал. Или не мог услышать. Шум заглушал всё.</p><p>Демьян шагнул обратно к толпе. Светлов схватил его.</p><p>— Не лезьте! Вы не достанете его!</p><p>— Пусти!</p><p>— Вы умрёте там! Оба умрёте!</p><p>Демьян смотрел на Прошку. Старик всё ещё пробивался вперёд. Махал тяпкой, расчищая путь. И тут кто-то толкнул его. Прошка пошатнулся. Упал.</p><p>Толпа сомкнулась над ним.</p><p>— Прошка! — Демьян рванулся, но Светлов держал крепко.</p><p>— Поздно! Поздно, граф!</p><p>Демьян смотрел туда, где упал старик. Ждал, что тот встанет. Поднимется.</p><p>Ничего.</p><p>Только толпа, кишащая, орущая. И кровь, разливающаяся по булыжникам.</p><p>Светлов тащил его прочь. Демьян не сопротивлялся. Смотрел назад, пока толпа не скрылась за углом.</p><p>Прошка.</p><p>Единственный, кто был с ним с самого начала. Кто знал все секреты. Кто помог, когда никто не помогал.</p><p>Мёртв.</p><p>Раздавлен в давке, как муха.</p><p>Демьян остановился, прислонился спиной к стене. Снял маску. Руки дрожали.</p><p>— Граф, — Светлов стоял рядом, бледный. — Мне жаль. Я…</p><p>— Заткнись, — сказал Демьян тихо.</p><p>Светлов замолчал.</p><p>Демьян смотрел в пустоту. Думал. Прошка мёртв. Долгорукая недоступна. Власти прячутся. Стража не выходит. Город горит. Мертвецы встают.</p><p>Пять патронов. Сотни врагов.</p><p>Он засмеялся. Тихо, без радости.</p><p>— Всё летит в пропасть.</p><p>Светлов молчал.</p><p>Демьян надел маску обратно. Встал. Посмотрел на доктора.</p><p>— Идём.</p><p>— Куда?</p><p>— К колодцу. Запечатаем источник. Может, хоть это поможет.</p><p>— А люди? Кто будет им помогать?</p><p>Демьян посмотрел на него долго.</p><p>— Никто.</p><p>Он пошёл вперёд. Светлов постоял, потом последовал.</p><p>За их спинами толпа ревела, как раненый зверь. А над городом поднималось зарево пожаров, окрашивая небо в кроваво-красный цвет.</p><p>Черноречье умирало.</p><p>И никто не мог его спасти.</p><p>Светлов шёл впереди.</p><p>Молча, сжав челюсти, с дубинкой в руках. Нашёл её у разбитой витрины — массивная, дубовая, утыканная железными шипами. Оружие стражника. Или мясника.</p><p>Демьян шёл за ним. Шатаясь. Устал. Не спал двое суток. Голова гудела. Руки онемели от холода и усталости.</p><p>— Граф, держитесь, — бросил Светлов через плечо. — Ещё квартал.</p><p>Демьян не ответил. Шёл механически, шаг за шагом.</p><p>На улице валялись трупы. Много. Один — у стены дома, скрючившийся. Второй — посреди мостовой, распластавшийся. Третий — на пороге лавки, как будто пытался забраться внутрь и застыл.</p><p>Светлов подошёл к первому. Поднял дубинку. Размахнулся.</p><p>Удар. Дубина обрушилась на голову трупа. Череп лопнул с хрустом. Мозг и кровь брызнули на булыжники.</p><p>Демьян отвернулся.</p><p>Светлов перешёл ко второму. Удар. Череп раскололся. К третьему. Удар. Шипы вошли глубоко, застряли. Светлов дёрнул, вырвал дубинку. Кровь тёмная, густая, стекала по дереву.</p><p>— Так они точно не поднимутся, — сказал Светлов, вытирая лицо рукавом. Рукав стал красным.</p><p>Они шли дальше.</p><p>На следующей улице — ещё трупы. Пять. Шесть. Лежали кучей, друг на друге. Светлов методично обходил каждого. Удар. Хруст. Брызги. Удар. Хруст. Брызги.</p><p>Демьян смотрел, не моргая. Лицо Светлова — спокойное. Сосредоточенное. Как хирурга за операционным столом. Только вместо скальпеля — дубина. Вместо спасения — уничтожение.</p><p>— Доктор, — прохрипел Демьян. — Ты… нормально?</p><p>Светлов обернулся. На лице кровь. В глазах — пустота.</p><p>— Нормально, граф. Делаю что нужно. — Он ударил по черепу последнего трупа. — Вы же говорили — либо мы, либо они.</p><p>Демьян кивнул. Молча.</p><p>Они миновали площадь. Здесь было светлее — кто-то зажёг костры вдоль улиц. Для света или для сжигания трупов — непонятно. У одного костра стояли трое мужиков, молчаливые, с топорами. Увидели Демьяна и Светлова — не двинулись. Только смотрели.</p><p>Светлов кивнул им. Они кивнули в ответ.</p><p>Никаких слов. Только понимание. Все делали одно и то же — убивали мёртвых.</p><p>Дальше — узкий переулок. Тёмный. Светлов поднял руку, останавливая Демьяна.</p><p>— Подождите.</p><p>Он прислушался. Тишина. Потом — царапанье. Что-то двигалось в темноте.</p><p>Светлов шагнул вперёд. Дубинка наготове.</p><p>Из тени выполз мертвец. Женщина. Молодая. Платье изорвано. Половина лица сгрызена. Она ползла на руках, волоча ноги. Хрипела.</p><p>Светлов подошёл. Поднял дубинку. Опустил. Один удар. Череп лопнул. Мертвец затих.</p><p>Демьян прислонился к стене. Ноги подкашивались.</p><p>— Граф! — Светлов вернулся, подхватил его под руку. — Ещё немного. Держитесь.</p><p>— Устал, — прошептал Демьян. — Так устал…</p><p>— Я знаю. Но нельзя останавливаться. Если упадёте здесь — не встанете.</p><p>Демьян кивнул. Оттолкнулся от стены. Пошёл.</p><p>Они свернули на Медвежью улицу. Усадьба Базипольских была впереди. Тёмная, молчаливая. Ворота открыты настежь.</p><p>— Странно, — пробормотал Светлов.</p><p>Демьян нахмурился. Ворота должны быть закрыты. Прошка всегда запирал на ночь.</p><p>Прошка. Мёртвый Прошка.</p><p>Они вошли во двор. Пусто. Ни слуг, ни собак. Только ветер гонял листья по булыжникам.</p><p>Светлов поднял дубинку, напрягся. Демьян выхватил револьвер.</p><p>Пять патронов.</p><p>Они подошли к дому. Дверь приоткрыта. Демьян толкнул её носком сапога. Дверь распахнулась.</p><p>Внутри темно. Светлов зажёг фонарь, что висел у входа. Свет выхватил прихожую. Пусто. Но на полу — следы. Кровавые. Мокрые.</p><p>— Кто-то был здесь, — прошептал Светлов.</p><p>Демьян двинулся вперёд. Револьвер впереди. По коридору, к гостиной. Дверь распахнута.</p><p>Гостиная разгромлена. Стулья опрокинуты. Стол сдвинут. На полу — лужа крови. Большая.</p><p>И тело.</p><p>Мужчина, лет тридцати. Незнакомец. В рабочей одежде. Лежал на спине. Горло перерезано. Глаза открыты, мёртвые.</p><p>— Кто это? — Светлов подошёл, присел рядом.</p><p>— Не знаю, — Демьян оглядел комнату. — Грабитель? Или…</p><p>Он замолчал. На стене, над камином, висела маска чумного доктора. Его маска. Он же оставил её в подвале.</p><p>Кто-то поднял её сюда.</p><p>— Граф, — Светлов указал на пол. — Смотрите.</p><p>Ещё следы. Ведущие к лестнице. Вверх.</p><p>Демьян сжал револьвер. Медленно двинулся к лестнице. Светлов за ним.</p><p>Они поднялись на второй этаж. Тихо. Осторожно. Коридор тёмный. Двери закрыты. Кроме одной. Спальня Демьяна.</p><p>Дверь приоткрыта. Свет внутри.</p><p>Демьян толкнул дверь ногой. Она распахнулась.</p><p>В комнате стоял человек.</p><p>Спиной к двери. Высокий, в тёмном плаще. Капюшон накинут. В руке — фонарь.</p><p>Он стоял у стола Демьяна, перебирая бумаги.</p><p>Демьян поднял револьвер.</p><p>— Не двигайся.</p><p>Человек замер. Медленно обернулся.</p><p>Лица не видно — тень от капюшона скрывала. Только глаза. Светлые, холодные.</p><p>— Граф Базипольский, — сказал человек. Голос спокойный, мужской. — Наконец-то.</p><p>— Кто ты? — Демьян не опустил револьвер.</p><p>Человек молчал. Потом усмехнулся.</p><p>— Я? Никто. Просто посланник.</p><p>— Чей?</p><p>— Того, кто хочет видеть Черноречье мёртвым.</p><p>Пауза.</p><p>Демьян шагнул вперёд.</p><p>— Ты отравил колодец.</p><p>Человек кивнул.</p><p>— Да. Я.</p><p>— Зачем?</p><p>— Приказ. — Он пожал плечами. — Город должен пасть. Таков план.</p><p>Светлов стоял за спиной Демьяна, напряжённый.</p><p>— Чей план? — спросил он.</p><p>Человек посмотрел на него. Усмехнулся.</p><p>— Доктор Светлов. Идеалист. Думает, что наука спасёт мир. — Он покачал головой. — Наивный.</p><p>— Отвечай! — Демьян сделал ещё шаг. — Кто стоит за этим?</p><p>Человек опустил фонарь на стол. Поднял руки.</p><p>— Хорошо. Скажу. Но сначала…</p><p>Он рванул плащ в сторону.</p><p>Демьян выстрелил.</p><p>Пуля попала в грудь. Человек дёрнулся, но не упал. Посмотрел на рану. Кровь не текла. Только дым.</p><p>— Что за…</p><p>Человек засмеялся. Убрал руку — под плащом пустота. Не тело. Кукла. Манекен. Одежда, набитая соломой. И магия. Светящиеся руны на груди.</p><p>— Прощайте, граф, — сказал голос. Откуда-то изнутри куклы. — Мы ещё встретимся.</p><p>Кукла вспыхнула огнём. Яркий, ослепляющий. Демьян отшатнулся. Светлов крикнул, прикрывая глаза.</p><p>Взрыв.</p><p>Демьян отлетел назад, врезался в стену. Голова ударилась. Потемнело. Звон в ушах.</p><p>Он открыл глаза. Комната в дыму. Огонь лизал стены. Светлов лежал на полу, без сознания. Кровь на виске.</p><p>Демьян пополз к нему. Схватил за плечо, потряс.</p><p>— Светлов! Вставай!</p><p>Доктор застонал. Открыл глаза.</p><p>— Что… что было…</p><p>— Вставай! Горим!</p><p>Демьян поднял его, потащил к двери. Огонь разрастался. Жар нестерпимый.</p><p>Они выбрались в коридор. Пламя следовало за ними. Демьян тащил Светлова к лестнице. Спустились. Рухнули у выхода, задыхаясь.</p><p>Светлов кашлял, держась за голову.</p><p>— Кто… кто это был?</p><p>Демьян смотрел на горящую лестницу. Огонь пожирал дом. Его дом. Последнее, что у него оставалось.</p><p>— Враг, — сказал он тихо. — Тот, кто хочет уничтожить город. И меня.</p><p>Четыре патрона.</p><p>И горящая усадьба за спиной.</p></section><section><title><p>Глава 5</p></title><p>Демьян рывком поднялся на ноги.</p><p>— Колодец! — крикнул он. — Во дворе колодец!</p><p>Светлов смотрел непонимающе, держась за голову.</p><p>— Что?</p><p>— Вода! Нужна вода!</p><p>Демьян выбежал во двор. Огонь уже пожирал второй этаж — видел сквозь окна, как пламя лизало потолок его спальни. Дым валил чёрными клубами.</p><p>Колодец стоял в дальнем углу двора, у стены. Старый, с деревянным воротом и ведром на цепи.</p><p>Демьян добежал, схватился за ворот, начал крутить. Цепь скрипела, ведро опускалось. Слишком медленно. Слишком долго.</p><p>— Быстрее, быстрее…</p><p>Ведро ударилось о воду. Он подождал секунду, начал поднимать. Руки горели от усилия. Ворот тяжёлый, цепь ржавая.</p><p>Ведро показалось. Полное. Вода плескалась через край.</p><p>Демьян схватил его, побежал к дому. Плеснул в окно первого этажа, откуда валил дым. Вода шипела, превращаясь в пар. Огонь не уменьшился.</p><p>— Мало! — прорычал он.</p><p>Обратно к колодцу. Опустил ведро, поднял. Снова к дому. Плеснул в окно. Шипение. Пар.</p><p>Огонь грыз дом изнутри, жадный, беспощадный.</p><p>Светлов поднялся, шатаясь, подошёл к колодцу.</p><p>— Граф, это бесполезно! Огня слишком много!</p><p>— Заткнись! — Демьян опускал ведро третий раз. — Помоги или уйди!</p><p>Светлов замолчал. Схватил второе ведро, что валялось у колодца. Опустил. Они работали вместе — Демьян поднимал одно, Светлов другое. Бежали к дому, выливали. Обратно. Снова.</p><p>Пять вёдер. Десять. Пятнадцать.</p><p>Руки онемели. Спина болела. Дым ел глаза, лёгкие. Демьян кашлял, но не останавливался.</p><p>Огонь на первом этаже начал слабеть. Дым стал белым — значит, вода работала.</p><p>— Ещё! — крикнул Демьян. — Не останавливайся!</p><p>Светлов поднимал вёдра, задыхаясь. Лицо в саже, рубашка насквозь мокрая от пота и воды.</p><p>Двадцать вёдер. Тридцать.</p><p>Огонь на первом этаже погас. Остался только второй. Окна там пылали. Но огонь замедлился — не хватало воздуха.</p><p>Демьян швырнул ведро в окно второго этажа. Попал. Вода залила подоконник, потекла внутрь.</p><p>— Лестница! — крикнул Светлов. — Через лестницу доберёмся!</p><p>Они ворвались в дом. Прихожая в дыму, но огня нет — потушен. Лестница впереди. Нижние ступени целы. Верхние — тлеют, обугленные.</p><p>Демьян полез наверх, держа ведро. Ступени скрипели, трещали под ногами. Одна провалилась. Он ухватился за перила, подтянулся.</p><p>Наверху — пекло. Жар нестерпимый. Коридор горел. Стены, потолок — всё в огне.</p><p>Демьян бросил воду на ближайшую стену. Пламя зашипело, отступило. Светлов подал второе ведро снизу. Демьян вылил. Третье. Четвёртое.</p><p>Огонь слабел. Отступал. Дым становился гуще, но пламени меньше.</p><p>Они работали не останавливаясь. Вёдро за ведром. Светлов внизу у колодца, Демьян наверху. Потом менялись — Демьян спускался за водой, Светлов поднимался.</p><p>Час. Может, два. Время размылось.</p><p>Когда Демьян вылил последнее ведро на тлеющие балки спальни, он рухнул на колени. Не было сил встать.</p><p>Огонь погас.</p><p>Дом стоял. Обугленный, покорёженный, но стоял. Первый этаж цел. Второй — наполовину выжжен, но не рухнул.</p><p>Светлов сидел внизу, в прихожей, прислонившись к стене. Лицо чёрное от сажи. Руки в волдырях. Дышал тяжело, хрипло.</p><p>Демьян спустился, упал рядом.</p><p>— Спасли, — прохрипел он.</p><p>— Да, — Светлов закрыл глаза. — Спасли.</p><p>Они сидели молча. Снаружи слышались крики — где-то в городе, далеко. Но здесь, в усадьбе, тихо. Только потрескивание углей и капель воды.</p><p>Демьян посмотрел на свои руки. Волдыри, кровь, грязь. Он не чувствовал боли. Только усталость. Тотальную, всепоглощающую.</p><p>— Граф, — сказал Светлов тихо. — Тот человек. Кукла. Он сказал — город должен пасть. Кто-то хочет уничтожить Черноречье.</p><p>— Знаю.</p><p>— Кто?</p><p>Демьян молчал. Думал. Кукла. Магия. Руны на груди. Кто владеет такой магией? Боярские роды. Маги. Алхимики.</p><p>Волынские. Дед подозревал их.</p><p>Но нужны доказательства. Не догадки.</p><p>— Не знаю, — сказал он наконец. — Но узнаю. Найду этого ублюдка. И убью.</p><p>Светлов открыл глаза. Посмотрел на него.</p><p>— Убьёте?</p><p>— Да.</p><p>— Это… это убийство, граф. Даже если он виновен — его нужно судить. По закону.</p><p>Демьян усмехнулся. Горько.</p><p>— Закон? Какой закон? Губернатор прячется. Стража не выходит. Судьи, наверное, тоже сбежали. — Он посмотрел Светлову в глаза. — Закона больше нет, доктор. Есть только выживание.</p><p>Светлов молчал. Потом кивнул. Медленно.</p><p>— Может, вы правы.</p><p>Они сидели ещё несколько минут. Потом Демьян заставил себя встать.</p><p>— Идём. Нужно к колодцу на Соборной площади. Запечатаем его. Хоть это сделаем.</p><p>Светлов поднялся, пошатываясь.</p><p>— Чем запечатаем?</p><p>Демьян подумал.</p><p>— Магией. — Он посмотрел на Светлова. — У тебя есть знакомые среди магов? Алхимиков?</p><p>Светлов кивнул.</p><p>— Один. Старик Ефим. Алхимик. Живёт у Торговой площади. Может, он ещё жив.</p><p>— Веди.</p><p>Они вышли из дома. Усадьба дымилась. Небо над городом светлело — рассвет близко.</p><p>Ночь закончилась.</p><p>Но ад продолжался.</p><p>Демьян сжал револьвер.</p><p>Четыре патрона.</p><p>И враг где-то там. Невидимый. Неизвестный.</p><p>Но он найдёт его.</p><p>Даже если придётся сжечь весь город дотла.</p><p>Демьян остановился у порога, оглянулся на дымящийся дом.</p><p>— Подожди.</p><p>Светлов обернулся, удивлённый.</p><p>— Что?</p><p>— Оружие. — Демьян шагнул обратно в прихожую. — Дед был чумным доктором. Он готовился к войне с эпидемией. У него должно быть ещё оружие. Не только револьверы.</p><p>Светлов нахмурился.</p><p>— Где?</p><p>— В подвале. В тайной комнате.</p><p>Они спустились по каменной лестнице. Подвал уцелел — огонь не добрался сюда. Только запах дыма висел в воздухе.</p><p>Дверь в тайную комнату была приоткрыта. Демьян толкнул её. Внутри всё так же — стол с инструментами, шкафы с книгами, костюм чумного доктора на манекене.</p><p>И шкаф с оружием. Тот самый, где лежали револьверы.</p><p>Демьян распахнул его полностью. На верхней полке — коробка с рунными патронами. Он взял её, открыл. Восемьдесят восемь патронов осталось. Сунул коробку в глубокий карман плаща.</p><p>Ниже, на второй полке — ружья.</p><p>Два длинноствольных ружья. Охотничьи, с гравировкой на стволах. Серебряные накладки на ложе. Магические руны вдоль металла — те же, что на револьверах.</p><p>Демьян взял одно, открыл затвор. Чисто, смазано. Дед ухаживал за оружием. Рядом лежали патроны — крупная дробь, в кожаных подсумках. Он взял подсумок, повесил через плечо.</p><p>— Держи. — Он протянул второе ружё Светлову.</p><p>Доктор взял неуверенно.</p><p>— Я никогда не стрелял из такого.</p><p>— Научишься. Цели крупные, промахнуться сложно.</p><p>На нижней полке лежало что-то массивное, завёрнутое в промасленную ткань. Демьян развернул.</p><p>Дробовик.</p><p>Короткий, тяжёлый. Двуствольный. Стволы широкие — под картечь. Приклад резной, рукоять обмотана кожей. И снова — руны. Серебро.</p><p>Демьян поднял его. Тяжесть приятная, основательная. Открыл затвор — пусто. Рядом в ящике лежали патроны — толстые, латунные. На гильзах выгравированы символы.</p><p>Он зарядил оба ствола. Щелчок. Закрыл затвор.</p><p>— Картечь, — сказал он, показывая Светлову. — Один выстрел — десять свинцовых шаров. Любого мертвеца разорвёт пополам.</p><p>Светлов смотрел на арсенал, ошарашенный.</p><p>— Ваш дед готовился к войне.</p><p>— Он её видел. Знал, что будет снова. — Демьян взял ещё один подсумок с патронами для дробовика, повесил на пояс. — Поэтому и оставил всё это.</p><p>Он оглядел шкаф. Ещё что-то?</p><p>На самой нижней полке, в углу, стояли склянки. Маленькие, с притёртыми пробками. Жидкость внутри — чёрная, маслянистая.</p><p>Демьян взял одну, поднёс к свету фонаря. На этикетке дрожащим почерком деда: «Греческий огонь. Осторожно».</p><p>Греческий огонь. Он читал о нём. Горит даже на воде. Не тушится. Прилипает к коже, жжёт до костей.</p><p>— Это… — Светлов взял склянку, осмотрел. — Это же запрещено. Церковь объявила это оружие дьявольским.</p><p>— Плевать. — Демьян взял все шесть склянок, аккуратно уложил в холщовую сумку. Обернул тряпками, чтобы не разбились. Повесил сумку на плечо.</p><p>На полке рядом — ещё склянки. Другие. Жидкость зелёная, светящаяся слабо.</p><p>Этикетка: «Противоядие. Три капли на стакан воды».</p><p>Демьян взял четыре склянки. Сунул в карман.</p><p>Рядом — порошки в глиняных горшочках. Надписи: «Сонный порошок», «Яд быстрого действия», «Кровоостанавливающее».</p><p>Он взял всё. Набил карманы плаща до отказа.</p><p>Светлов смотрел, как Демьян превращается в передвижной арсенал.</p><p>— Граф, вы это всё понесёте?</p><p>— Понесу. — Демьян застегнул последний карман. — Ты бери ружьё и патроны. Остальное моё.</p><p>Он оглядел комнату в последний раз. Стол с инструментами. Книги на полках. Маска чумного доктора.</p><p>Подошёл к манекену. Снял вторую маску — запасную, висела на крючке. Протянул Светлову.</p><p>— Надень.</p><p>— Что? Зачем?</p><p>— Защита. Если зараза в воздухе — маска фильтрует. Плюс… — Демьян усмехнулся. — Выглядит страшно. Люди будут сторониться.</p><p>Светлов взял маску. Покрутил в руках. Потом надел. Белый клюв, пустые глазницы.</p><p>— Как я выгляжу?</p><p>— Как вестник смерти.</p><p>— Отлично. — Светлов взял ружьё, перекинул через плечо. — Тогда пошли сеять ужас.</p><p>Демьян кивнул. Взял дробовик в руки. Тяжёлый, но удобный. Два выстрела — потом перезарядка. Надо экономить.</p><p>Они поднялись из подвала. Прихожая всё ещё пахла гарью. Стены закопчённые, пол мокрый от воды.</p><p>Демьян остановился у двери. Посмотрел на лестницу, ведущую наверх. На второй этаж, где сгорела его спальня. Где была кукла.</p><p>— Враг знает, где я живу, — сказал он тихо. — Знает меня. Следит.</p><p>— Значит, он опасен. — Светлов проверил затвор ружья. — Но мы тоже теперь опасны.</p><p>Демьян усмехнулся. Надел маску обратно.</p><p>— Пошли.</p><p>Они вышли во двор. Рассвет разгорался — небо из чёрного становилось серым. Первые лучи солнца пробивались сквозь дым.</p><p>Город молчал. Ночные крики стихли. Только где-то вдалеке лаяла собака. Одинокий, протяжный вой.</p><p>Демьян шагнул к воротам. Дробовик в руках. Патроны на поясе. Греческий огонь за плечом. Револьверы за поясом.</p><p>Светлов рядом. Ружьё наготове. Маска на лице. Дубинка с шипами за поясом.</p><p>Два чумных доктора. Вооружённые до зубов.</p><p>— Сначала к алхимику, — сказал Демьян. — Потом к колодцу. Запечатаем источник заразы.</p><p>— А потом?</p><p>Демьян посмотрел на город. На дым над крышами. На пустые улицы.</p><p>— Потом охота. Найдём того, кто это устроил. И убьём.</p><p>Светлов кивнул.</p><p>— Согласен.</p><p>Они двинулись по улице. Шаг за шагом. Две чёрные фигуры в масках, с оружием.</p><p>Вороны на крышах каркнули, взлетели.</p><p>А над Черноречьем поднималось солнце. Кроваво-красное, сквозь дым и пепел.</p><p>Первый день эпидемии.</p><p>И начало войны.</p><p>Демьян шёл, чувствуя тяжесть арсенала. Дробовик в руках, револьверы на поясе, сумка с греческим огнём за спиной. Каждый шаг отзывался болью в мышцах — усталость накопилась, тело требовало отдыха.</p><p>Но останавливаться нельзя.</p><p>Город просыпался. Из домов выглядывали лица — бледные, испуганные. Видели двух чумных докторов с оружием — прятались обратно, запирали двери.</p><p>На углу улицы лежал труп. Мужчина, распластавшийся на мостовой. Демьян прошёл мимо. Светлов остановился, поднял дубинку.</p><p>— Граф, голову…</p><p>— Оставь. Не шевелится — не трогай. Экономь силы.</p><p>Светлов колебался, потом кивнул. Пошёл дальше.</p><p>Они свернули на Торговую улицу. Здесь было больше народу — десяток человек толпились у закрытой лавки. Стучали в дверь, кричали:</p><p>— Открывай! Продай хлеба!</p><p>— Мы заплатим!</p><p>Лавочник изнутри ответил глухо:</p><p>— Уходите! Закрыто!</p><p>Толпа загудела. Кто-то поднял камень, замахнулся.</p><p>Демьян выстрелил в воздух из дробовика.</p><p>Грохот оглушительный. Толпа шарахнулась, все обернулись.</p><p>Демьян стоял, дробовик дымился.</p><p>— Расходитесь, — сказал он ровно. — Сейчас.</p><p>Толпа смотрела на него. На маску. На оружие. Один из мужиков сплюнул, но отступил. Остальные последовали за ним. Через минуту улица опустела.</p><p>Лавочник выглянул из-за ставни. Увидел Демьяна — кивнул благодарно. Закрыл ставню обратно.</p><p>Светлов подошёл.</p><p>— Они голодные. Отчаянные.</p><p>— Знаю. — Демьян перезарядил дробовик. — Но грабежи не помогут. Только хаос усилят.</p><p>Они дошли до дома алхимика Ефима. Старое, покосившееся здание. Вывеска: «Алхимические снадобья». Окна закрыты ставнями.</p><p>Светлов постучал.</p><p>— Ефим Захарович! Откройте! Это доктор Светлов!</p><p>Тишина.</p><p>Он постучал сильнее.</p><p>— Ефим Захарович!</p><p>За дверью шаги. Засов лязгнул. Дверь приоткрылась на цепочке.</p><p>В щели показалось лицо — старик, лет семидесяти, с длинной седой бородой. Глаза умные, настороженные.</p><p>— Артемий? — Голос хриплый. — Это ты?</p><p>— Я, Ефим Захарович. Откройте, прошу. Нам нужна помощь.</p><p>Старик посмотрел на Демьяна. На маску, оружие. Нахмурился.</p><p>— Кто с тобой?</p><p>— Граф Базипольский. Чумной доктор.</p><p>Старик молчал. Потом кивнул. Цепочка лязгнула, дверь открылась.</p><p>— Входите. Быстро.</p><p>Они вошли. Старик захлопнул дверь, запер на три засова.</p><p>Внутри пахло травами, серой, чем-то кислым. Комната тесная, заваленная склянками, горшками, свитками. На столе горела свеча, освещая лабораторную посуду.</p><p>— Садитесь, — старик указал на лавку у стены.</p><p>Они сели. Демьян снял маску, положил на колени. Светлов тоже.</p><p>Старик смотрел на них.</p><p>— Зачем пришли?</p><p>— Нужно запечатать колодец на Соборной площади, — сказал Демьян. — Он отравлен. Магией. Оттуда идёт зараза.</p><p>Старик нахмурился.</p><p>— Отравлен? Ты уверен?</p><p>— Абсолютно.</p><p>— Кто?</p><p>— Не знаю. Но это рукотворная эпидемия. Как в 1889-м. Мой дед тогда запечатал колодец. Зараза отступила.</p><p>Старик задумался. Провёл рукой по бороде.</p><p>— Запечатать колодец… Это сложно. Нужны руны защитные, святая вода, серебро. И сильная магия.</p><p>— У тебя есть всё это? — спросил Светлов.</p><p>Старик кивнул медленно.</p><p>— Есть. Но… — Он посмотрел в окно. — Если зараза магическая, значит, кто-то очень сильный стоит за этим. Боярский маг. Или церковный иерарх. Если я запечатаю колодец — стану мишенью.</p><p>Демьян наклонился вперёд.</p><p>— Если не запечатаешь — город умрёт. Все. Включая тебя.</p><p>Старик молчал. Потом усмехнулся.</p><p>— Убедительно. — Он встал, подошёл к шкафу. — Ладно. Помогу. Готовьте серебро. Много серебра.</p><p>Демьян достал кошелёк. Пустой. Последние монеты отдал детям у колодца.</p><p>Он посмотрел на руку. Печатка с гербом.</p><p>Снял её. Протянул старику.</p><p>— Вот. Серебро.</p><p>Старик взял, осмотрел. Кивнул.</p><p>— Хватит. Подождите здесь. Соберу всё нужное.</p><p>Он ушёл в заднюю комнату. Демьян откинулся на лавке, закрыл глаза.</p><p>Устал. Так устал.</p><p>Светлов сидел рядом, молчал.</p><p>Снаружи донёсся крик. Потом выстрел.</p><p>Город просыпался.</p><p>И с ним просыпались мёртвые.</p><p>Старик Ефим вышел из задней комнаты через десять минут. Нёс холщовый мешок, набитый чем-то тяжёлым.</p><p>— Вот. Руны защитные, серебряный порошок, святая вода из Кафедрального собора. И книга с инструкциями. — Он положил мешок на стол. — Читайте внимательно. Одна ошибка — и колодец взорвётся.</p><p>Демьян взял мешок, перекинул через плечо.</p><p>— Спасибо.</p><p>— Не благодарите. — Старик открыл дверь, выглянул на улицу. — Идите быстро. И старайтесь не умереть. Таких клиентов, как вы, редко встретишь.</p><p>Они вышли. Утро разгоралось. Улицы оживали — но не так, как обычно. Нет торговцев, нет телег. Только редкие фигуры, снующие вдоль стен. Прячущиеся. Убегающие.</p><p>На мостовой — кровь. Свежая, тёмная лужа. Вела к переулку.</p><p>Демьян и Светлов двинулись к Соборной площади. Шли быстро, держа оружие наготове.</p><p>На первом перекрёстке увидели группу. Человек пять. Мужики с дубинками, один с топором. Стояли над телом. Били. Снова и снова.</p><p>— Ложись! — орал один. — Ложись, гад!</p><p>Тело дёргалось. Мертвец. Пытался встать.</p><p>Удар топором по шее. Голова отлетела. Тело затихло.</p><p>Один из мужиков увидел Демьяна и Светлова. Поднял дубинку, готовый напасть. Потом разглядел маски, оружие. Опустил дубину.</p><p>— Доктора, — выдохнул он. — Вовремя. Ещё двое за углом. Помогите.</p><p>Демьян качал головой.</p><p>— Справляйтесь сами. У нас другое дело.</p><p>— Но…</p><p>— Я сказал — сами.</p><p>Он прошёл мимо. Мужик открыл рот, хотел что-то сказать, но промолчал.</p><p>Светлов шёл рядом, молчаливый. Под маской не видно лица, но Демьян чувствовал напряжение.</p><p>— Что? — спросил он.</p><p>— Ничего.</p><p>— Говори.</p><p>Светлов вздохнул.</p><p>— Вчера вы бы помогли. Остановились бы.</p><p>— Вчера я был идиотом. — Демьян не оборачивался. — Сегодня понимаю: если будем останавливаться каждый раз — не дойдём до колодца. А колодец важнее пятерых человек.</p><p>Светлов молчал. Потом кивнул.</p><p>— Вы правы.</p><p>Они прошли ещё квартал. На углу — горящий дом. Дым валил чёрными клубами. Внутри кричали. Женский голос, детский.</p><p>Демьян ускорил шаг, обходя дом стороной.</p><p>Светлов остановился. Посмотрел на огонь.</p><p>— Граф…</p><p>— Идём.</p><p>— Там дети.</p><p>— Знаю. Идём.</p><p>Светлов стоял, сжимая ружьё. Потом развернулся, пошёл за Демьяном.</p><p>Крики за спиной становились слабее. Потом смолкли.</p><p>Демьян не оборачивался.</p><p>На следующей улице они наткнулись на толпу. Меньше, чем у усадьбы Долгорукой — человек двадцать. Окружили кого-то. Кричали, толкались.</p><p>— Ты заразил нас!</p><p>— Убить его!</p><p>Демьян протолкнулся вперёд, расталкивая локтями. В центре толпы — мужчина. На коленях. Лицо разбито, кровь течёт изо рта. Руки связаны за спиной.</p><p>Рядом стоял здоровяк с верёвкой. Накидывал петлю на шею жертвы.</p><p>— За колдовство, за отравление воды — смерть! — орал он.</p><p>Толпа гудела одобрительно.</p><p>Демьян поднял дробовик.</p><p>— Стойте.</p><p>Здоровяк обернулся. Увидел маску, оружие. Нахмурился.</p><p>— Не твоё дело, доктор.</p><p>— Что он сделал?</p><p>— Колдун. Отравил колодец. Мы видели, как он туда ходил ночью.</p><p>Демьян посмотрел на жертву. Мужчина — лет сорока, худой, в простой одежде. Лицо избитое, глаза полные страха.</p><p>— Ты колдун? — спросил Демьян.</p><p>Мужчина замотал головой.</p><p>— Нет! Я… я просто воду брал! Для семьи! Клянусь!</p><p>— Врёт! — здоровяк дёрнул верёвку. — Мы знаем! Он виноват!</p><p>Демьян смотрел на мужчину долго. Потом на толпу. Лица злые, искажённые. Им нужен виновный. Козёл отпущения.</p><p>— Граф, — тихо сказал Светлов. — Он невиновен. Это же очевидно.</p><p>Демьян молчал.</p><p>Толпа ждала. Здоровяк затягивал петлю.</p><p>Демьян опустил дробовик.</p><p>— Делайте что хотите.</p><p>Он развернулся, пошёл прочь.</p><p>Светлов застыл.</p><p>— Что⁈ Граф, вы не можете…</p><p>— Могу. Идём.</p><p>— Но он невиновен!</p><p>Демьян остановился, обернулся.</p><p>— Может быть. А может, и нет. Но если мы начнём разбираться, выяснять — потеряем час. Толпа нас разорвёт или мы их перестреляем. В любом случае — колодец не запечатаем. А зараза продолжит убивать сотни. — Он шагнул к Светлову, говорил тихо, жёстко. — Один человек против сотен. Математика проста.</p><p>За их спинами — крик. Верёвку затянули. Мужчина хрипел, дёргался.</p><p>Светлов стоял, сжав ружьё. Руки дрожали.</p><p>— Это… неправильно.</p><p>— Знаю. — Демьян пошёл дальше. — Но это единственный способ выжить.</p><p>Светлов постоял ещё секунду. Потом последовал за ним.</p><p>Крик за спиной смолк.</p><p>Они шли молча. Светлов не смотрел на Демьяна. Сжимал ружьё, челюсти стиснуты.</p><p>На углу Кузнечной улицы из подворотни выскочила женщина. Молодая, с ребёнком на руках. Грязная, в рваной одежде. Увидела Демьяна — бросилась к нему.</p><p>— Доктор! Помогите! Сын болен! Жар, бубоны на шее! Помогите!</p><p>Она схватила его за плащ. Ребёнок на руках — бледный, глаза закрыты. На шее вздутие. Чёрное, твёрдое.</p><p>Демьян посмотрел на ребёнка. Потом на женщину.</p><p>— Поздно.</p><p>— Что? — Она не поняла.</p><p>— Слишком поздно. Он умрёт через несколько часов. Ничего не сделать.</p><p>Женщина задрожала.</p><p>— Нет… нет, вы врёте! Вы можете! Вы доктор!</p><p>— Не могу. — Демьян убрал её руки от плаща. — Прости.</p><p>Он пошёл мимо.</p><p>Женщина упала на колени, рыдая. Прижимала ребёнка к груди.</p><p>Демьян не оглянулся.</p><p>Светлов шёл рядом. Молчал. Но руки сжимали ружьё так сильно, что костяшки побелели.</p><p>— Доктор, — сказал Демьян тихо. — Говори. Или сломаешься.</p><p>Светлов молчал. Потом выдохнул.</p><p>— Я понимаю. Логику. Математику. Один против сотен. Но… — Он остановился. — Когда я учился, мне говорили: каждый пациент важен. Каждая жизнь. Не бывает «слишком поздно». Всегда нужно пытаться.</p><p>— Твои учителя никогда не видели эпидемию. — Демьян посмотрел на него. — Когда смерть вокруг, когда ресурсов мало, а больных сотни — приходится выбирать. Кого спасти, кого оставить. И если будешь пытаться спасти всех — не спасёшь никого.</p><p>Светлов молчал. Потом кивнул медленно.</p><p>— Может, вы и правы. — Голос глухой. — Но это… жестоко.</p><p>— Добро пожаловать в реальность.</p><p>Они вышли на Соборную площадь.</p><p>Площадь была пуста. Только вороны сидели на крышах, каркали. На мостовой — кровь. Много крови. Тела — пять, шесть. Мертвецы и живые вперемешку.</p><p>В центре площади стоял колодец.</p><p>Молчаливый. Древний. Источник смерти.</p><p>Демьян подошёл к парапету. Посмотрел вниз. Темнота. Вода где-то внизу. Запах — гнилостный, тяжёлый.</p><p>Светлов положил мешок на парапет. Достал книгу, раскрыл.</p><p>— Вот. Инструкции. Нужно начертить руны по кругу колодца, рассыпать серебряный порошок, окропить святой водой. Потом произнести заклинание.</p><p>Демьян кивнул.</p><p>— Делай.</p><p>Светлов достал мел, начал чертить руны на камнях парапета. Сложные узоры, круговые.</p><p>Демьян стоял рядом, держа дробовик. Осматривал площадь. Пусто. Пока.</p><p>Но он чувствовал — ненадолго.</p><p>Враг знал, что они придут сюда.</p><p>И он не допустит, чтобы колодец был запечатан.</p><p>Демьян сжал дробовик крепче.</p><p>Пусть попробует остановить.</p></section><section><title><p>Глава 6</p></title><p>Светлов чертил последнюю руну, когда Демьян услышал.</p><p>Скрежет. Царапанье. Шарканье.</p><p>Он обернулся.</p><p>Из переулка справа вышел мертвец. Медленно, дёргано. Рабочий, в грязной одежде. Бубоны на шее размером с кулак. Глаза мутные, рот открыт.</p><p>За ним — второй. Женщина в рваном платье. Волосы всклокочены. Кожа серая, покрытая язвами.</p><p>Из переулка слева — ещё трое. Шли гуськом, спотыкаясь.</p><p>— Светлов, — тихо сказал Демьян. — Как быстро можешь закончить?</p><p>— Минут пять. Нужно рассыпать порошок, прочитать заклинание…</p><p>— Быстрее.</p><p>Мертвецы увидели их. Остановились. Потом двинулись вперёд. Сначала медленно. Потом быстрее.</p><p>Демьян поднял дробовик. Прицелился в ближайшего.</p><p>Выстрел. Грохот разнёсся по площади. Картечь разорвала мертвецу грудь. Тело отбросило назад, упало.</p><p>Но остальные не остановились. Даже не замедлились.</p><p>Второй выстрел. Женщина-мертвец рухнула, половина головы снесена.</p><p>Демьян перезарядил дробовик. Руки работали быстро, механически.</p><p>Из переулков выходили новые. Десять. Пятнадцать. Двадцать.</p><p>— Граф… — Светлов рассыпал серебряный порошок по рунам. Руки дрожали. — Их много…</p><p>— Вижу. Работай.</p><p>Демьян выстрелил снова. Мертвец упал. Но за ним шли другие. Они окружали колодец. Полукругом, сжимая кольцо.</p><p>И тут Демьян увидел.</p><p>Из переулка за церковью вышло… что-то.</p><p>Больше человека. Гораздо больше.</p><p>Мертвец. Но не обычный.</p><p>Тело раздуто, мышцы вздуты неестественно. Кожа лопнула местами, обнажая мясо. Руки — длинные, пальцы как когти. Лицо изуродовано, челюсть отвисла, зубы острые.</p><p>Он — или оно — жрало живых. Плоть усилила его. Сделала чудовищем.</p><p>Существо зарычало. Низко, утробно.</p><p>И бросилось вперёд.</p><p>Быстро. Слишком быстро для такой массы.</p><p>Демьян выстрелил. Картечь попала в грудь. Существо дёрнулось, но не упало. Рана дымилась, но оно бежало дальше.</p><p>— Светлов! Быстрее!</p><p>— Почти! — Доктор лихорадочно читал заклинание по книге. Губы шевелились, слова сливались.</p><p>Существо было в десяти метрах. Пяти.</p><p>Демьян бросил дробовик, выхватил револьвер. Выстрелил. Руническая пуля попала в голову. Череп взорвался. Существо рухнуло, скользя по булыжникам. Остановилось у колодца. Дымилось, сгорая изнутри.</p><p>Три патрона в револьвере.</p><p>Но мертвецов было больше. Гораздо больше.</p><p>Они шли со всех сторон. Тридцать. Сорок. Может, больше. Некоторые — обычные. Некоторые — раздутые, мутировавшие.</p><p>Из переулка справа вылез мертвец на четвереньках. Спина горбом, голова болтается. Пополз к колодцу, хрипя.</p><p>Демьян выстрелил. Голова взорвалась.</p><p>Два патрона.</p><p>Слева — ещё один мутант. Худой, длинный. Рёбра торчат сквозь кожу. Бежит на четырёх конечностях, как животное.</p><p>Демьян выстрелил. Попал в туловище. Мутант споткнулся, упал, но снова поднялся. Тянулся вперёд, волоча разорванные внутренности.</p><p>Один патрон.</p><p>Демьян перезарядил револьвер, доставая патроны из коробки. Пальцы скользили — пот, кровь. Уронил один патрон. Чёрт.</p><p>Зарядил пять. Закрыл барабан.</p><p>Мутант был в трёх метрах.</p><p>Выстрел в голову. Падение.</p><p>— Светлов!</p><p>— Готово!</p><p>Доктор окропил последнюю руну святой водой. Руны вспыхнули. Серебряный свет. Яркий, ослепляющий.</p><p>Колодец задрожал. Парапет затрещал. Из глубины донёсся вой — нечеловеческий, полный ярости.</p><p>Мертвецы на площади дёрнулись. Остановились. Все разом. Смотрели на колодец.</p><p>Вой усилился. Из глубины колодца хлынул чёрный дым. Густой, маслянистый. Он вился, как живой. Тянулся к небу.</p><p>Руны горели ярче. Свет резал глаза. Демьян зажмурился.</p><p>И тут дым взорвался.</p><p>Ударная волна сбила его с ног. Он рухнул на спину, голова ударилась о булыжник. Звон в ушах.</p><p>Открыл глаза. Дым исчез. Руны на колодце светились тускло, потом погасли.</p><p>Колодец был запечатан.</p><p>Но мертвецы не исчезли.</p><p>Они стояли. Неподвижные. Смотрели на колодец. Потом — на Демьяна.</p><p>И двинулись.</p><p>Все разом.</p><p>— Чёрт! — Демьян вскочил, схватил дробовик. — Светлов! Они не остановились!</p><p>— Я думал… — доктор поднимался, шатаясь. — Я думал, колодец их остановит…</p><p>— Думал неправильно!</p><p>Демьян выстрелил. Один мертвец упал. Перезарядил. Выстрелил снова.</p><p>Но их было слишком много.</p><p>Они окружали. Сжимали кольцо. Двадцать метров. Пятнадцать.</p><p>Светлов схватил ружьё, выстрелил. Промахнулся. Второй выстрел — попал. Мертвец упал.</p><p>— Граф! Нам нужно уходить!</p><p>— Некуда!</p><p>Со всех сторон мертвецы. Кольцо сомкнулось. Десять метров. Пять.</p><p>Демьян выхватил револьвер, стрелял. Один. Два. Три. Четыре.</p><p>Патроны кончились. Он бросил револьвер, схватил второй. Ещё пять выстрелов.</p><p>Мертвецы падали, но на их место выходили новые.</p><p>Из переулка за церковью вышел ещё один мутант. Огромный. Три метра ростом. Плечи широкие, руки до земли. Голова маленькая, вросшая в плечи. Глаза горели красным.</p><p>Он зарычал и бросился вперёд.</p><p>Демьян выстрелил из револьвера. Пуля попала в грудь. Мутант споткнулся, но не упал.</p><p>Ещё выстрел. В голову.</p><p>Мутант рухнул. Тело скользнуло по булыжникам, остановилось в двух метрах.</p><p>Револьвер пуст.</p><p>Демьян достал коробку с патронами. Руки тряслись. Перезарядил. Шесть патронов.</p><p>Мертвецы в трёх метрах. Протягивают руки. Хрипят. Слюна капает с губ.</p><p>Светлов стоял спиной к спине с Демьяном. Ружьё пустое. Он выхватил дубину с шипами.</p><p>— Граф… было приятно познакомиться.</p><p>Демьян усмехнулся. Горько.</p><p>— Взаимно, доктор.</p><p>Он поднял револьвер. Прицелился в ближайшего мертвеца.</p><p>И тут грянул выстрел.</p><p>Не его. Со стороны.</p><p>Мертвец слева рухнул. Голова снесена.</p><p>Второй выстрел. Ещё один мертвец упал.</p><p>Демьян обернулся.</p><p>На краю площади стояла группа. Человек десять. Мужики с ружьями, топорами. Тот самый, что он видел ночью у костра.</p><p>Крупный мужик с бородой стоял впереди, мушкет в руках.</p><p>— Доктор! — крикнул он. — Держитесь! Мы пробьёмся!</p><p>Они ринулись вперёд. Стреляли, рубили. Мертвецы оборачивались, отвлекались.</p><p>Кольцо дрогнуло.</p><p>— Сейчас! — Демьян схватил Светлова за плечо. — Бежим!</p><p>Они рванули в сторону группы. Мертвецы хватали, но Демьян отпихивал их дробовиком. Светлов бил дубиной.</p><p>Мужики расчистили проход. Демьян и Светлов вырвались из кольца.</p><p>— За нами! — крикнул бородач.</p><p>Группа отступала, прикрывая друг друга. Стреляли, рубили. Мертвецы следовали, но медленнее.</p><p>Они отбежали на соседнюю улицу. Бородач махнул рукой — остановиться.</p><p>— Хватит. Дальше не пойдут. Запечатанный колодец их отпугивает.</p><p>Демьян оглянулся. Мертвецы остановились у края площади. Стояли, качаясь. Не шли дальше.</p><p>Он выдохнул. Опустился на колени.</p><p>— Спасибо.</p><p>Бородач усмехнулся.</p><p>— Не за что. Вы сказали — до утра организуете. Не явились. Пришлось самим идти. Услышали стрельбу — решили помочь.</p><p>Демьян кивнул, не в силах говорить.</p><p>Колодец запечатан. Источник заразы закрыт.</p><p>Но мертвецы не исчезли.</p><p>Значит, война только началась.</p><p>Демьян сидел на земле, тяжело дыша. Маска душила, он сорвал её, бросил рядом. Лицо мокрое от пота, в саже. Руки тряслись от усталости.</p><p>Светлов рухнул рядом, откинувшись спиной к стене. Дубина выпала из рук. Он закрыл глаза, просто дышал.</p><p>Бородач подошёл, присел на корточки перед Демьяном. Протянул фляжку.</p><p>— На. Выпей.</p><p>Демьян взял, сделал глоток. Водка. Обожгла горло, но согрела.</p><p>— Спасибо, — хрипло сказал он. Протянул фляжку обратно.</p><p>Бородач отпил сам, передал другим.</p><p>— Тимофей Кузьмич Громов, — представился он. — Кузнец. Вернее, был кузнецом. Сейчас — хрен знает кто. Убийца мертвецов, что ли.</p><p>Демьян усмехнулся слабо.</p><p>— Демьян Чумак. Граф Базипольский. Чумной доктор.</p><p>Тимофей кивнул.</p><p>— Знаем. Видели ночью. Помнишь, говорили — организуешь к утру?</p><p>— Помню. Не получилось. Пытался пробиться к боярыне Долгорукой. Толпа. Давка. Слуга погиб там.</p><p>Тимофей покачал головой.</p><p>— Слышали. У усадьбы Долгорукой резня была. Охрана стреляла в толпу. Мертвецы жрали людей. К утру там полсотни трупов осталось. — Он сплюнул. — Боярство. Думали, за стенами отсидятся. Не вышло.</p><p>— Боярыня жива? — спросил Демьян.</p><p>— Не знаю. Усадьба закрыта. Никто не выходит.</p><p>Демьян кивнул. Значит, Ксения Львовна либо жива и прячется, либо мертва. Узнать можно будет позже. Если вообще будет потом.</p><p>— Кто с тобой? — спросил он, глядя на остальных.</p><p>Тимофей оглянулся на свою группу. Девять человек. Мужики разного возраста. Кто в рабочей одежде, кто в купеческой. Вооружены кто чем — мушкеты, топоры, один с вилами.</p><p>— Это Егор, — Тимофей кивнул на парня лет двадцати пяти, худого, с топором. — Плотник был. Это Матвей и Семён — братья, портовые грузчики. Это Иван — лавочник. Остальные — кто попало. Ремесленники, работяги. Все из Посада.</p><p>— Семьи? — спросил Светлов, открывая глаза.</p><p>Тимофей помрачнел.</p><p>— У кого были — померли. У кого нет — повезло. Я вдовец. Жена три года назад умерла. Детей не было. — Он посмотрел на остальных. — У Егора жена и дочь заразились вчера. Он сам их… прикончил. Чтобы не мучились. У Матвея и Семёна родители в Слободах жили. Сгорели там, когда дома поджигали.</p><p>Тишина.</p><p>Демьян смотрел на них. Обычные люди. Не солдаты. Не бойцы. Просто те, кто решил не прятаться. Взяли оружие и пошли убивать мертвецов.</p><p>— Почему вы пришли сюда? — спросил он. — На площадь.</p><p>Тимофей пожал плечами.</p><p>— Услышали стрельбу. Подумали — может, кому помощь нужна. Оказались правы. — Он усмехнулся. — Да и колодец запечатать надо было. Ты сказал — источник заразы. Мы поверили.</p><p>— Значит, вы не просто мародёры или самооборона. Вы пытаетесь спасти город.</p><p>— А что ещё делать? — Тимофей встал, отряхнул колени. — Власти прячутся. Стража не выходит. Церковь молится, но толку ноль. Остались мы. Простые люди. Если не мы — то кто?</p><p>Демьян медленно поднялся. Ноги затекли, спина болела. Но он встал.</p><p>— Сколько вас всего? В городе. Таких, как вы.</p><p>— Не знаю точно. Может, сотня. Может, две. Разбросаны по кварталам. Кто-то защищает свой район. Кто-то сжигает трупы. Кто-то пытается помогать больным. — Тимофей посмотрел на площадь, где толпились мертвецы. — Но нас мало. А их много. И каждый день их больше.</p><p>Демьян кивнул. Понимал. Город проигрывал. Медленно, но верно.</p><p>— Нужно объединиться, — сказал он. — Все группы. Координировать действия. Зачистить город квартал за кварталом. Сжечь трупы, спасти выживших, закрепить районы.</p><p>Тимофей хмыкнул.</p><p>— Легко сказать. Как объединить? Кто поведёт?</p><p>Демьян посмотрел на него.</p><p>— Я.</p><p>Тимофей приподнял бровь.</p><p>— Ты? Граф-недоучка, что месяц назад в долгах по уши сидел?</p><p>— Я. Чумной доктор. Из рода, что триста лет с эпидемиями боролся. У меня знания, оружие, опыт. И у меня нет выбора — либо спасаю город, либо умираю вместе с ним.</p><p>Тимофей смотрел долго. Потом усмехнулся.</p><p>— Убедительно. — Он протянул руку. — Ладно, граф. Попробуем. Хуже уже не будет.</p><p>Демьян пожал руку. Крепкая хватка, мозолистая ладонь.</p><p>— Спасибо.</p><p>Светлов поднялся, подошёл.</p><p>— Если организуем сопротивление — нужна база. Место, где собираться, хранить припасы, лечить раненых.</p><p>Тимофей кивнул.</p><p>— Есть идея. Старая церковь Николая Чудотворца. На границе Посада и Слобод. Большая, каменная. Там подвалы глубокие, стены толстые. Священник пропал неделю назад. Церковь пустует.</p><p>— Подходит, — Демьян надел маску обратно. — Идёмте туда. Соберём всех, кого найдём.</p><p>Они двинулись по улице. Группа шла гуськом. Тимофей впереди, Демьян рядом. Светлов за ними. Остальные — сзади, осматривая переулки.</p><p>Прошли квартал. Демьян вспомнил.</p><p>— Стой.</p><p>Тимофей остановился.</p><p>— Что?</p><p>— Я потерял револьвер. На площади. Бросил, когда патроны кончились. — Демьян оглянулся. — Нужно вернуться.</p><p>Тимофей нахмурился.</p><p>— Опасно. Там мертвяки.</p><p>— Знаю. Но револьвер нужен. Пули в нём — рунические. Серебро. Убивают нежить наверняка.</p><p>Тимофей подумал. Кивнул.</p><p>— Ладно. Я с тобой. Остальные — ждите здесь.</p><p>Егор шагнул вперёд.</p><p>— Я тоже пойду.</p><p>— Нет. Ждите. Мы быстро.</p><p>Они вернулись к площади. Осторожно, держа оружие наготове.</p><p>Мертвецы всё ещё стояли у края. Человек двадцать. Не шли дальше, но и не уходили. Просто стояли. Качались. Смотрели на колодец.</p><p>— Странно, — прошептал Тимофей. — Почему не уходят?</p><p>— Не знаю, — Демьян всматривался в площадь. — Может, печать колодца их держит. Или ждут чего-то.</p><p>Он увидел револьвер. Лежал у парапета колодца. В пяти метрах от ближайшего мертвеца.</p><p>— Вот, — Демьян указал.</p><p>Тимофей присвистнул.</p><p>— Далековато. Они заметят.</p><p>— Придётся рискнуть.</p><p>Демьян шагнул на площадь. Тихо. Медленно. Дробовик наготове.</p><p>Мертвецы не шевелились. Стояли, как статуи.</p><p>Ещё шаг. Ещё один.</p><p>Он дошёл до колодца. Присел, схватил револьвер. Сунул за пояс.</p><p>Мертвец справа дёрнулся. Голова повернулась. Мутные глаза уставились на Демьяна.</p><p>Демьян замер.</p><p>Мертвец сделал шаг вперёд. Хрипло выдохнул.</p><p>— Граф, — тихо позвал Тимофей. — Уходи. Медленно.</p><p>Демьян попятился. Шаг. Второй.</p><p>Мертвец следовал. Медленно. Остальные не двигались.</p><p>Демьян дошёл до края площади. Развернулся, быстрым шагом пошёл к Тимофею.</p><p>Мертвец остановился у границы площади. Не пошёл дальше. Стоял, смотрел вслед.</p><p>Демьян и Тимофей вернулись к группе.</p><p>— Получилось, — Тимофей усмехнулся. — Везучий ты, граф.</p><p>Демьян проверил револьвер. Барабан пустой. Перезарядил. Шесть патронов.</p><p>— Везение кончается, — сказал он тихо. — Рано или поздно.</p><p>— Тогда постараемся растянуть его подольше.</p><p>Они двинулись дальше. К церкви Николая Чудотворца.</p><p>К новой базе. К началу сопротивления.</p><p>А за их спинами мертвецы на площади стояли неподвижно. Смотрели на запечатанный колодец.</p><p>И ждали.</p><p>Церковь Николая Чудотворца стояла на холме, на границе Посада и Слобод. Старая, каменная, с облупленными стенами и потемневшими куполами. Ограда покосилась, ворота распахнуты настежь. Двор зарос травой.</p><p>Группа остановилась у ворот. Демьян оглядел церковь. Окна целы, дверь закрыта. Вокруг тихо — только ветер шевелил сухую траву.</p><p>— Здесь никого нет? — спросил Светлов.</p><p>— Не должно быть, — Тимофей шагнул вперёд. — Священник отец Никодим сбежал неделю назад. Сказал — Бог покинул город. Взял ризы, утварь ценную и смылся в деревню к родне.</p><p>— Трус, — буркнул Егор.</p><p>— Человек, — Тимофей пожал плечами. — Испугался. Бывает.</p><p>Они прошли через двор. Трава хрустела под ногами. Демьян оглядывался — нет ли мертвецов. Пусто. Только вороны сидели на крыше колокольни, каркали.</p><p>Тимофей толкнул дверь церкви. Заперта. Он приложил плечо, надавил. Дверь затрещала, но не поддалась.</p><p>— Запер изнутри, падла, — пробормотал кузнец. — Егор, давай ломом.</p><p>Егор достал лом, сунул в щель. Дёрнул. Засов треснул. Дверь распахнулась.</p><p>Внутри темно. Пахло ладаном, пылью, сыростью. Иконы на стенах тускло светились в полумраке. Свечей никто не зажигал. Только дневной свет пробивался сквозь окна, падая косыми лучами.</p><p>— Обыщите, — сказал Демьян. — Проверьте все комнаты. Подвалы. Может, кто-то прячется.</p><p>Группа разошлась. Тимофей с Егором пошли к алтарю. Матвей и Семён — к боковым приделам. Остальные — осматривать подсобки.</p><p>Демьян и Светлов остались в центральном нефе. Доктор снял маску, вытер лицо рукавом.</p><p>— Граф, вы правда думаете, что мы можем остановить это? Эпидемию?</p><p>Демьян посмотрел на него.</p><p>— Не знаю. Но попытаемся.</p><p>— Колодец запечатан. Новых заражений не будет. Но мертвецы не исчезли. Их сотни. Может, тысячи.</p><p>— Будем убивать. По одному. Квартал за кварталом.</p><p>— Сколько это займёт? Неделю? Месяц? — Светлов провёл рукой по волосам. — У нас десять человек. Может, наберём сотню. Но против тысяч…</p><p>— Доктор, — Демьян повернулся к нему. — Если не мы, то кто? Губернатор? Стража? Они нас бросили. Бояре? Они сами себя не спасут. Остались мы. Обычные люди. И либо мы сражаемся, либо умираем.</p><p>Светлов молчал. Потом кивнул.</p><p>— Вы правы. Извините. Просто… устал.</p><p>— Я тоже.</p><p>Тимофей вернулся из алтаря.</p><p>— Там чисто. Никого. Но есть спуск в подвал. Большой. Своды каменные. Можно хранить припасы, оружие. И раненых прятать.</p><p>— Хорошо. — Демьян кивнул. — Это будет наша база. Отсюда будем координировать действия.</p><p>Егор вышел из бокового придела.</p><p>— Там жилые комнаты. Спальни для священников. Кухня. Очаг работает. Можно готовить еду.</p><p>— Ещё лучше.</p><p>Матвей и Семён вернулись, неся что-то в руках. Холщовые мешки.</p><p>— Нашли в кладовке, — Матвей высыпал содержимое на пол. Мука, крупа, сушёное мясо. — Запасы. Отец Никодим не всё забрал.</p><p>Тимофей присвистнул.</p><p>— На неделю хватит. Если экономить — на две.</p><p>Демьян осмотрел запасы. Немного, но лучше, чем ничего.</p><p>— Хорошо. Распределите. Половину в подвал, половину на кухню. Будем кормить всех, кто придёт сюда.</p><p>— А если придут не те? — спросил Иван-лавочник. — Мародёры. Или заражённые.</p><p>— Мародёров выгоним. Заражённых… — Демьян замолчал. Потом добавил жёстко: — Заражённых убьём. Быстро, без мучений.</p><p>Тишина.</p><p>Никто не возразил.</p><p>Они работали молча. Тимофей с Егором спустились в подвал, подготовили место для хранения. Матвей и Семён разобрали припасы. Иван с остальными разожгли очаг на кухне.</p><p>Демьян сидел на ступенях у алтаря, перезаряжая револьверы. Проверял каждый патрон, каждую деталь. Руки работали механически.</p><p>Светлов сел рядом.</p><p>— Граф, сколько патронов осталось?</p><p>— Восемьдесят, может, девяносто. Считал утром. Использовал около двадцати.</p><p>— А обычных? Для дробовика, ружей?</p><p>— У меня — штук тридцать для дробовика. У Тимофея и его людей — не знаю. Мало, наверное.</p><p>Светлов кивнул задумчиво.</p><p>— Нужно больше оружия. Пороха. Патронов.</p><p>— Где возьмём? Лавки разграблены. Арсенал стражи закрыт.</p><p>— Можно попробовать пробиться туда. Или к купцам. У них обычно запасы есть.</p><p>Демьян подумал.</p><p>— Попробуем. Но не сегодня. Сегодня нужно закрепиться здесь. Собрать людей. Завтра начнём искать припасы.</p><p>Тимофей поднялся из подвала, отряхивая руки.</p><p>— Готово. Подвал чистый. Можно размещать раненых. — Он подошёл к Демьяну. — Граф, что дальше?</p><p>Демьян встал, надел маску обратно.</p><p>— Дальше — ищем выживших. Всех, кто готов сражаться. Приводим сюда. Формируем отряды. Назначаем задачи. И начинаем зачистку города.</p><p>— С чего начнём?</p><p>Демьян посмотрел в окно. Солнце поднималось всё выше. День разгорался.</p><p>— С ближайших кварталов. Посад. Там ещё люди живы. Может, десятки. Может, сотни. Соберём их. Организуем оборону. Потом двинемся дальше.</p><p>Тимофей кивнул.</p><p>— Понятно. Кто пойдёт?</p><p>— Ты, я, Светлов. Ещё двое на выбор. Остальные остаются здесь. Укрепляют церковь. Готовят место для прибывших.</p><p>— Егор пойдёт, — Тимофей кивнул на плотника. — Надёжный. И Семён. Сильный, быстрый.</p><p>— Хорошо. Выходим через десять минут. Берите оружие, воду, всё, что может пригодиться.</p><p>Они начали готовиться. Проверяли оружие, затачивали топоры, заполняли фляжки водой. Демьян достал склянку с противоядием, выпил три капли, разведённые в воде. На всякий случай. Протянул Светлову.</p><p>— Пей. Может, защитит от заразы.</p><p>Светлов выпил, поморщился.</p><p>— Горькое.</p><p>— Лекарство обычно горькое.</p><p>Через десять минут они были готовы. Пятеро — Демьян, Светлов, Тимофей, Егор, Семён. Вооружены, экипированы.</p><p>Остальные остались в церкви. Иван запер дверь за ними, забаррикадировал изнутри.</p><p>Демьян повёл группу вниз с холма, в Посад.</p><p>Улицы были тише, чем ночью. Дневной свет делал город менее страшным, но не менее мёртвым. Дома стояли молча. Окна закрыты. Двери заперты.</p><p>На мостовой валялись трупы. Не все были мертвецами — некоторые просто умерли. От болезни, от голода, от страха.</p><p>Демьян шёл впереди, дробовик наготове. Осматривал каждый переулок, каждую дверь.</p><p>На углу Кузнечной улицы увидел движение. Кто-то выглянул из окна, быстро спрятался.</p><p>— Эй! — крикнул Тимофей. — Мы не враги! Выходите!</p><p>Тишина.</p><p>Потом дверь приоткрылась. Женщина, средних лет, худая, в платке. Выглянула осторожно.</p><p>— Кто вы?</p><p>— Чумной доктор, — Демьян снял маску, чтобы она видела лицо. — Граф Базипольский. Собираем выживших. Формируем сопротивление. Идёмте с нами. В церкви Николая Чудотворца безопасно. Еда, вода, защита.</p><p>Женщина смотрела недоверчиво.</p><p>— А если это ловушка?</p><p>— Тогда мы потратили бы время на разговоры? — Демьян усмехнулся. — Идёмте или оставайтесь. Ваш выбор.</p><p>Женщина колебалась. Потом кивнула.</p><p>— Подождите. Я не одна.</p><p>Она скрылась в доме. Вернулась через минуту с двумя детьми — мальчик и девочка, лет восьми и десяти. Испуганные, грязные.</p><p>— Идёмте, — сказала женщина.</p><p>Они присоединились к группе.</p><p>Дальше по улице нашли ещё троих. Старик, два молодых парня. Все согласились идти.</p><p>Квартал за кварталом Демьян собирал людей. Кто-то соглашался сразу. Кто-то отказывался, предпочитая прятаться. Кто-то просто молчал за запертыми дверями.</p><p>К полудню группа выросла до двадцати человек. Женщины, дети, старики, несколько мужчин. Усталые, голодные, напуганные.</p><p>— Ведём их в церковь, — сказал Демьян. — Накормим, разместим. Потом выйдем снова.</p><p>Они вернулись на холм. Иван открыл дверь, впустил всех внутрь.</p><p>Церковь ожила. Женщины начали готовить еду на кухне. Дети сидели в углу, тихие, прижавшись друг к другу. Мужчины помогали укреплять двери, окна.</p><p>Демьян стоял у входа, смотрел на город внизу.</p><p>Двадцать человек. Капля в море.</p><p>Но это начало.</p><p>— Граф, — позвал Тимофей. — Отдохните. Хоть немного. Потом снова выйдем.</p><p>Демьян кивнул. Прошёл в одну из боковых комнат, опустился на узкую кровать.</p><p>Закрыл глаза.</p><p>Через секунду провалился в сон.</p><p>Без сновидений. Чёрный, тяжёлый, как смерть.</p></section><section><title><p>Глава 7</p></title><p>Демьян проснулся от толчка в плечо.</p><p>— Граф. Вставайте.</p><p>Открыл глаза. Тимофей стоял над ним, с кружкой в руке.</p><p>— Сколько я спал?</p><p>— Часа три. Уже вторая половина дня. — Кузнец протянул кружку. — Похлёбка. Горячая. Ешьте.</p><p>Демьян сел, взял кружку. Жидкая похлёбка — вода, крупа, кусочки мяса. Но горячая. Он выпил залпом, обжигаясь.</p><p>— Что происходит снаружи?</p><p>— Пока тихо. Мертвецов рядом не видно. Может, печать колодца их держит подальше от этого района. — Тимофей присел на край кровати. — Но к вечеру активизируются. Всегда так. Днём тихо, ночью — ад.</p><p>Демьян поставил пустую кружку, встал. Размял затёкшие мышцы.</p><p>— Значит, нужно действовать сейчас. Пока светло. — Он посмотрел на Тимофея. — Арсенал стражи. Где он?</p><p>— В здании казармы. На Крепостной улице, у второго кольца стен. Минут двадцать ходьбы отсюда. Может, полчаса, если осторожно.</p><p>— Охрана?</p><p>— Должна быть. Стража там заперлась. Человек двадцать, может, тридцать. Они никого не впускают. Но внутри — оружие. Мушкеты, сабли, порох, патроны. Всё, что нам нужно.</p><p>Демьян кивнул.</p><p>— Возьмём. Силой, если надо.</p><p>Тимофей усмехнулся.</p><p>— Штурмовать казарму? Смелый план.</p><p>— У тебя есть лучше?</p><p>— Нет, — Тимофей пожал плечами. — Просто говорю — будет сложно.</p><p>— Будет. Но выхода нет.</p><p>Они вышли в центральный неф церкви. Людей прибавилось — человек тридцать, может, сорок. Сидели на лавках, на полу. Женщины кормили детей. Мужчины точили оружие, перевязывали раны.</p><p>Светлов стоял у импровизированного лазарета — несколько тюфяков, разложенных у стены. Осматривал раненых. Трое — с укусами, царапинами. Ещё двое — просто больные, лихорадка.</p><p>Демьян подошёл.</p><p>— Как они?</p><p>Светлов выпрямился, вытер руки тряпкой.</p><p>— Двое с укусами… не знаю. Раны воспалены. Может быть зараза. Я дал им противоядие из ваших запасов, но не уверен, что поможет. — Он понизил голос. — Если не поможет — через сутки станут мертвецами.</p><p>Демьян посмотрел на раненых. Мужчина, лет сорока. Женщина, молодая. Лежали, дрожали, потели. Глаза закрыты.</p><p>— Если превратятся — убьём сразу. Не дадим подняться.</p><p>Светлов кивнул. Лицо жёсткое.</p><p>— Понял.</p><p>Демьян отошёл, подошёл к Тимофею.</p><p>— Собери всех мужчин, кто может держать оружие. Идём к арсеналу. Сейчас.</p><p>Тимофей кивнул, пошёл собирать людей.</p><p>Через десять минут у входа стояла группа. Двенадцать человек. Тимофей, Егор, Семён, Иван-лавочник, остальные — работяги из Посада. Вооружены кто чем — топоры, дубины, пара мушкетов, вилы.</p><p>Демьян надел маску, проверил дробовик. Два патрона в стволах. Подсумок на поясе — ещё двадцать восемь. Револьверы за поясом — оба заряжены, по шесть патронов. Коробка с руническими пулями в кармане — семьдесят осталось.</p><p>Светлов встал рядом, ружьё через плечо. Дубина с шипами за поясом. Маска на лице.</p><p>— Готов?</p><p>— Готов, граф.</p><p>Демьян обернулся к группе.</p><p>— Слушайте внимательно. Идём к казарме стражи. Цель — арсенал. Оружие, порох, патроны. Стража заперлась внутри. Будем просить впустить. Если откажут — ломаем дверь силой. Если попытаются стрелять — стреляем в ответ. — Он посмотрел каждому в глаза. — Город горит. Люди умирают. А стража отсиживается за стенами. Они бросили нас. Значит, мы имеем право взять то, что нам нужно для выживания. Вопросы?</p><p>Никто не ответил.</p><p>— Тогда идём. Держитесь вместе. Если видите мертвецов — кричите. Не геройствуйте в одиночку.</p><p>Они вышли из церкви. Иван запер дверь за ними, остался внутри с остальными.</p><p>Двенадцать человек двинулись вниз с холма, в Посад.</p><p>День клонился к вечеру. Солнце опускалось за крыши, тени становились длиннее. Температура падала — октябрьский холод пробирал сквозь одежду.</p><p>Демьян шёл впереди, Тимофей рядом. Остальные за спиной, гуськом.</p><p>Улицы пустовали. Только ветер гнал бумагу и листья по мостовой. Окна домов тёмные, мёртвые.</p><p>На Мясницкой улице увидели мертвеца. Один, бредущий вдоль стены. Рабочий, в грязной одежде. Бубоны на шее. Двигался медленно, дёрганно.</p><p>Демьян поднял руку — остановиться. Группа застыла.</p><p>Мертвец не заметил их. Брёл дальше, скрылся за углом.</p><p>— Идём, — прошептал Демьян. — Тихо.</p><p>Они прошли мимо того места, обходя стороной.</p><p>Дальше — на Торговой площади — увидели больше. Пятеро мертвецов. Стояли у сгоревшей лавки, неподвижные. Просто стояли, качались.</p><p>Демьян повёл группу в обход, через переулок.</p><p>На Крепостной улице показалось здание казармы. Двухэтажное, массивное, из серого камня. Окна зарешёчены. Дверь — дубовая, толстая. Над входом — герб города.</p><p>У ворот стояли двое стражников. В форме, с мушкетами. Увидели группу — подняли оружие.</p><p>— Стоять! Ни шагу ближе!</p><p>Демьян шагнул вперёд, снял маску.</p><p>— Граф Базипольский. Чумной доктор. Нам нужен доступ к арсеналу.</p><p>Стражник — молодой, с усиками — покачал головой.</p><p>— Арсенал закрыт. Приказ капитана Жирова. Никого не впускать.</p><p>— Город умирает. Люди сражаются с мертвецами голыми руками. Нам нужно оружие.</p><p>— Не моё дело, — стражник сжал мушкет крепче. — Приказ есть приказ.</p><p>Демьян шагнул ближе.</p><p>— Зови капитана Жирова. Немедленно.</p><p>— Капитан не принимает.</p><p>— Я сказал — зови.</p><p>Второй стражник — старше, с бородой — положил руку на плечо молодого.</p><p>— Подожди. — Он посмотрел на Демьяна. — Граф Базипольский, говорите? Чумной доктор?</p><p>— Да.</p><p>Стражник помедлил. Потом кивнул.</p><p>— Подождите. Спрошу капитана.</p><p>Он ушёл внутрь. Молодой остался, держа мушкет наготове.</p><p>Тимофей подошёл к Демьяну, прошептал:</p><p>— Если откажет — что делаем?</p><p>— Ломаем дверь.</p><p>— Они будут стрелять.</p><p>— Пусть попробуют. У меня дробовик быстрее.</p><p>Через пять минут стражник вернулся. С ним — мужчина в офицерской форме. Капитан Жиров. Лет пятидесяти, толстый, с красным лицом. Усы подкручены. Взгляд надменный.</p><p>— Граф Базипольский, — сказал он, ухмыляясь. — Чумной доктор. Слышал о вас. Молодой аристократ, что в долгах сидел. Теперь в докторов подался?</p><p>Демьян смотрел на него молча. Потом сказал ровно:</p><p>— Мне нужен доступ к арсеналу. Оружие для защиты города.</p><p>Жиров расхохотался.</p><p>— Защиты города? Город уже пал, мальчик. Не видишь? Мертвецы ходят по улицам. Власти бежали. Осталось только ждать, пока всё догорит.</p><p>— Значит, вы просто будете сидеть здесь, пока не умрёте от голода?</p><p>— У нас припасы. На месяц. — Жиров скрестил руки на груди. — Мы переждём. Потом прорвёмся к воротам, уйдём в деревни. Там безопаснее.</p><p>— А город?</p><p>— Город уже труп. Пусть гниёт.</p><p>Тимофей шагнул вперёд, сжав топор.</p><p>— Ты, жирная свинья…</p><p>Жиров кивнул стражникам. Те подняли мушкеты, прицелились.</p><p>— Ещё слово — стреляю.</p><p>Демьян положил руку на плечо Тимофея, останавливая.</p><p>— Капитан Жиров. В последний раз. Откройте арсенал. Мы возьмём оружие и уйдём. Мирно.</p><p>Жиров усмехнулся.</p><p>— Нет. А теперь убирайтесь, пока я не приказал стрелять.</p><p>Демьян смотрел на него долго. Потом надел маску обратно.</p><p>— Хорошо. Как скажете.</p><p>Он развернулся, пошёл обратно к группе.</p><p>Тимофей шёл рядом, шёпотом:</p><p>— Граф, мы что, просто уйдём?</p><p>— Нет, — Демьян остановился в десяти метрах от ворот. Обернулся. — Мы возьмём арсенал. Но не через парадный вход.</p><p>Он достал из сумки склянку с греческим огнём. Чёрная маслянистая жидкость плескалась внутри.</p><p>— Есть чёрный ход? Окна?</p><p>Тимофей задумался.</p><p>— Сзади есть окна. Первый этаж. Зарешёчены, но решётку можно выломать.</p><p>— Тогда идём. — Демьян посмотрел на группу. — Половина со мной, половина остаётся здесь. Будете отвлекать стражу.</p><p>Егор и Семён остались у входа с пятью другими. Начали кричать, швырять камни в ворота.</p><p>— Эй, трусы! Выходите!</p><p>— Жиров, ты гнида!</p><p>Стражники нервничали, держали мушкеты наготове.</p><p>А Демьян с Тимофеем и остальными обошли здание сбоку, пробираясь через заросший двор.</p><p>Сзади действительно были окна. Зарешёчены. Тимофей и Семён взялись за решётку, дёрнули. Держится.</p><p>— Ломом, — Тимофей достал лом, сунул между прутьями. Навалился всем весом.</p><p>Решётка затрещала. Прогнулась. Ещё усилие — и вырвалась из стены.</p><p>Окно открыто.</p><p>— Залезаем, — Демьян первым пролез внутрь.</p><p>Тёмное помещение. Склад. Ящики, бочки. Пахло порохом и маслом.</p><p>Арсенал.</p><p>Демьян огляделся. Помещение большое, потолки низкие. Вдоль стен — стеллажи, забитые оружием. Мушкеты, сабли, пистолеты. На полу — ящики с патронами, бочонки с порохом.</p><p>Тимофей пролез следом, присвистнул.</p><p>— Вот это склад. Тут на целую армию хватит.</p><p>За ним полезли остальные. Шестеро мужиков, Светлов последним.</p><p>Демьян подошёл к ближайшему стеллажу. Взял мушкет. Тяжёлый, но исправный. Проверил затвор — чистый, смазанный.</p><p>— Берите всё, что можете унести. Мушкеты, патроны, порох. Сабли, если есть. Быстро, пока стража не спохватилась.</p><p>Мужики начали грузить оружие. Набивали мешки патронами, брали по два-три мушкета. Тимофей нашёл бочонок пороха, взвалил на плечо.</p><p>Светлов подошёл к Демьяну.</p><p>— Граф, там дверь. — Указал в глубину помещения. — Ведёт внутрь казармы.</p><p>Демьян кивнул.</p><p>— Запри её. Забаррикадируй. Не хочу, чтобы стража ворвалась, пока мы здесь.</p><p>Светлов пошёл к двери. Нашёл тяжёлый ящик, придвинул. Потом ещё один.</p><p>Но было уже поздно.</p><p>Дверь распахнулась. В проёме стоял стражник. Молодой, тот самый, что был у ворот. Увидел их — глаза расширились.</p><p>— Они здесь! В арсенале!</p><p>Демьян вскинул дробовик. Выстрелил. Картечь попала в грудь. Стражник отлетел назад, рухнул в коридор.</p><p>— Чёрт, — выругался Тимофей. — Теперь все знают.</p><p>Из коридора донеслись крики. Шаги. Лязг оружия.</p><p>— Быстрее! — Демьян перезарядил дробовик. — Хватайте всё, что можете, и через окно!</p><p>Мужики схватили мешки, оружие, побежали к окну. Вылезали, передавая груз наружу.</p><p>Тимофей задержался, швырял последние ящики с патронами в мешки.</p><p>В дверном проёме показались стражники. Четверо, с мушкетами.</p><p>— Стоять! Бросайте оружие!</p><p>Демьян развернулся, выстрелил. Дробовик грохнул. Один стражник упал. Остальные отпрянули за угол.</p><p>Залп. Пули просвистели мимо, одна ударила в стеллаж, другая — в стену.</p><p>Светлов выстрелил из ружья. Промахнулся, но заставил стражников попятиться.</p><p>— Граф! Идёмте! — крикнул Тимофей у окна.</p><p>Демьян пятился, держа дробовик наготове. Перезарядил на ходу.</p><p>Стражники высунулись из-за угла, прицелились.</p><p>Демьян выстрелил первым. Картечь разнесла край дверного косяка. Стражники снова спрятались.</p><p>Он добежал до окна, вылез. Светлов следом.</p><p>Снаружи Тимофей и остальные уже грузили мешки на плечи.</p><p>— Бежим! — скомандовал Демьян.</p><p>Они ринулись через двор, к улице.</p><p>За спиной из окна высунулись стражники. Стреляли. Пули свистели, ударялись о камни.</p><p>Одна задела Семёна по плечу. Он вскрикнул, споткнулся, но Егор подхватил его, потащил дальше.</p><p>Они выбежали на улицу, где ждала вторая половина группы.</p><p>— Идём! К церкви! — крикнул Демьян.</p><p>Группа побежала прочь. Тяжело, под грузом оружия и припасов. Но быстро.</p><p>За спиной из ворот казармы выскочили стражники. Человек десять. Капитан Жиров орал:</p><p>— Догнать их! Вернуть оружие!</p><p>Но погони не было. Стражники остановились у ворот, нерешительно. Не посмели преследовать.</p><p>Демьян оглянулся, усмехнулся под маской.</p><p>Трусы.</p><p>Они добежали до церкви, не останавливаясь. Иван распахнул ворота, впустил всех внутрь. Захлопнул, заперся.</p><p>В центральном нефе мужики высыпали добычу на пол. Мушкеты — двадцать штук. Патроны — несколько сотен. Порох — три бочонка. Сабли — десяток. Пистолеты — пять.</p><p>Тимофей сел на пол, тяжело дыша.</p><p>— Получилось, — выдохнул он. — Чёрт возьми, получилось.</p><p>Демьян снял маску, вытер лицо. Усталость навалилась свинцом. Но он улыбнулся.</p><p>— Теперь мы вооружены.</p><p>Светлов осматривал плечо Семёна. Пуля прошла навылет, рана неглубокая. Перевязал чистой тряпкой.</p><p>— Повезло. Чуть правее — и задела бы артерию.</p><p>Семён кивнул, бледный.</p><p>— Спасибо, доктор.</p><p>Демьян подошёл к куче оружия. Взял один из мушкетов, осмотрел. Хорошее оружие. Надёжное.</p><p>Раздадут всем, кто умеет стрелять. Научат тех, кто не умеет.</p><p>Теперь у них был шанс.</p><p>— Тимофей, — позвал он. — Собери всех мужчин. Будем учить обращаться с мушкетами. У нас несколько часов до темноты.</p><p>Кузнец кивнул, поднялся.</p><p>— Есть.</p><p>Демьян посмотрел в окно. Солнце опускалось к горизонту. Тени удлинялись.</p><p>Скоро ночь.</p><p>А ночью мертвецы становились активнее.</p><p>Но теперь они встретят их огнём и сталью.</p><p>Они работали до заката.</p><p>Тимофей показывал мужикам, как заряжать мушкеты. Как целиться. Как стрелять.</p><p>— Порох в ствол. Пыж. Пулю. Утрамбовать шомполом. Взвести курок. Прицелиться. Спустить.</p><p>Мужики слушали внимательно. Пробовали. Ошибались. Пробовали снова.</p><p>Демьян раздавал патроны. По двадцать на человека. Учил экономить.</p><p>— Каждый выстрел — на счету. Не палите просто так. Только наверняка.</p><p>К вечеру у них было пятнадцать вооружённых мужчин. Не солдаты, но лучше, чем ничего.</p><p>Светлов ходил по лазарету, проверял раненых. Двое с укусами — хуже. Лихорадка усилилась, бред начался. Женщина металась, кричала что-то несвязное. Мужчина лежал неподвижно, только стонал.</p><p>Демьян подошёл.</p><p>— Сколько им осталось?</p><p>— Часов шесть. Может, меньше. — Светлов вытер руки. — Противоядие не помогло. Зараза сильнее.</p><p>— Когда начнут превращаться — зови меня. Сразу.</p><p>— Понял.</p><p>Демьян отошёл, поднялся на колокольню. Узкая лестница, скрипучие ступени. Наверху — маленькая площадка, колокол, вид на город.</p><p>Черноречье лежало внизу. Дым поднимался из нескольких районов. Пожары. На улицах двигались фигуры — мертвецы. Много мертвецов. Сотни.</p><p>Демьян смотрел на город долго.</p><p>Колодец запечатан. Новых заражений не будет.</p><p>Но мертвецы остались. И их армия росла каждый день — каждый умерший поднимался, присоединялся к ним.</p><p>Нужно зачищать. Квартал за кварталом. Убивать каждого мертвеца, сжигать каждый труп.</p><p>Но на это нужны недели. Может, месяцы.</p><p>А ещё — враг. Тот, кто отравил колодец. Кто послал куклу в его дом. Кто хочет уничтожить город.</p><p>Волынские? Кто-то ещё?</p><p>Нужно узнать. Найти. Убить.</p><p>Иначе даже если они победят мертвецов — враг просто устроит новую эпидемию.</p><p>— Граф.</p><p>Демьян обернулся. Светлов поднялся на колокольню, запыхавшись.</p><p>— Что?</p><p>— Те двое. С укусами. Женщина… она умерла. Только что.</p><p>Демьян кивнул. Спустился вниз.</p><p>В лазарете женщина лежала неподвижно. Глаза открыты, мутные. Рот приоткрыт. Мертва.</p><p>Люди вокруг молчали. Смотрели, боялись.</p><p>Демьян подошёл, встал над телом. Достал револьвер.</p><p>— Все отойдите.</p><p>Люди попятились.</p><p>Тело дёрнулось. Пальцы согнулись. Голова повернулась.</p><p>Глаза сфокусировались на Демьяне.</p><p>Рот открылся. Хрип.</p><p>Женщина села.</p><p>Демьян выстрелил. Руническая пуля попала в лоб. Голова взорвалась. Тело рухнуло обратно, дымясь.</p><p>Тишина.</p><p>Потом кто-то из женщин заплакал. Тихо, безнадёжно.</p><p>Демьян убрал револьвер.</p><p>— Вынесите тело во двор. Сожжём утром. — Он посмотрел на второго укушенного. Мужчина ещё дышал, но едва. — Этого изолируйте. Отдельно от остальных. Как умрёт — сразу зовите.</p><p>Светлов кивнул.</p><p>Демьян вышел из церкви. Сел на ступенях у входа. Снял маску. Холодный воздух обжигал лицо.</p><p>За спиной церковь. Люди, надежда, последний оплот.</p><p>Впереди — город. Тьма, смерть, руины.</p><p>И где-то там — враг. Наблюдающий. Ждущий.</p><p>Демьян сжал револьвер.</p><p>Война только началась.</p><p>И он не знал, кто победит.</p><p>Ночь пришла быстро.</p><p>Солнце скрылось за горизонтом, и тьма накрыла город. Луна пробивалась сквозь облака, отбрасывая бледный свет на улицы. Ветер усилился, завывал в щелях, гнал листья и пепел по мостовой.</p><p>Демьян стоял на колокольне, смотрел вниз.</p><p>Город ожил. Неправильной, мертвой жизнью.</p><p>По улицам двигались фигуры. Десятки. Может, сотни. Мертвецы выползали из домов, подвалов, переулков. Шли медленно, дёрганно. Некоторые — на четвереньках. Некоторые — волочили сломанные конечности.</p><p>Они собирались в группы. По пять, по десять. Бродили бесцельно. Искали живых.</p><p>Демьян проследил за одной группой. Семь мертвецов. Шли по Кузнечной улице, останавливались у каждого дома. Царапали двери, окна. Искали вход.</p><p>У одного дома остановились дольше. Царапали дверь, били. Дверь поддалась. Они ввалились внутрь.</p><p>Через минуту донёсся крик. Короткий, обрывистый.</p><p>Потом тишина.</p><p>Демьян сжал кулаки. Ещё одна семья. Мертва.</p><p>— Граф.</p><p>Тимофей поднялся на колокольню. Лицо усталое, мрачное.</p><p>— Они близко?</p><p>— Пока нет. Но двигаются сюда. Медленно. — Демьян указал на группу мертвецов в квартале от церкви. — Вон те. Часа через два будут здесь.</p><p>Тимофей присмотрелся.</p><p>— Их мало. Семь. Справимся.</p><p>— Это только одна группа. Посмотри дальше.</p><p>Тимофей оглядел город. И замер.</p><p>С разных сторон, из разных районов, к холму двигались группы мертвецов. Десять групп. Пятнадцать. Может, больше.</p><p>Как будто их что-то притягивало. Церковь? Живых людей?</p><p>— Чёрт, — выдохнул кузнец. — Их сотни.</p><p>— Да. И все идут сюда.</p><p>Тимофей побледнел.</p><p>— Мы не выдержим. Если навалятся разом…</p><p>— Выдержим. — Демьян развернулся к лестнице. — Укрепим позиции. Вооружим всех. Будем стрелять с расстояния. И если прорвутся — отступим в церковь, забаррикадируемся.</p><p>— А если и это не поможет?</p><p>Демьян не ответил. Спустился вниз.</p><p>В центральном нефе собрал всех мужчин. Пятнадцать человек с оружием. Ещё пятеро с топорами, дубинами.</p><p>— Слушайте. Мертвецы идут сюда. Много. Возможно, больше сотни. Будем держать оборону. — Он указал на окна, двери. — Укрепите все входы. Баррикады из лавок, досок, всего, что найдёте. Стрелки — по окнам. Как только увидите мертвецов — стреляйте. Экономьте патроны. Целиться в голову.</p><p>Мужики кивнули. Молча, напряжённо.</p><p>— Женщины, дети, раненые — в подвал. Светлов, ты с ними. Если прорвутся — закроешь подвал изнутри. Переждёте.</p><p>Светлов открыл рот, хотел возразить.</p><p>— Но…</p><p>— Это приказ. — Демьян посмотрел жёстко. — Ты врач. Если все мы умрём — ты должен спасти хотя бы их.</p><p>Светлов сжал челюсти. Кивнул.</p><p>Женщины и дети начали спускаться в подвал. Тихо, испуганно. Светлов помогал раненым спуститься, поддерживая под руку.</p><p>Мужики начали строить баррикады. Лавки переворачивали, прислоняли к дверям. Доски прибивали на окна, оставляя щели для стрельбы.</p><p>Демьян вышел во двор. Ворота уже были забаррикадированы. Тимофей и Егор сваливали тяжёлые камни перед воротами.</p><p>— Хватит, — сказал Демьян. — Идите внутрь. Скоро начнётся.</p><p>Они вернулись в церковь. Заперли дверь, забили досками.</p><p>Демьян поднялся обратно на колокольню. Осмотрел подступы.</p><p>Первая группа мертвецов была в двухстах метрах. Десять существ. Шли прямо к церкви, не сворачивая.</p><p>Вторая группа — слева, в трёхстах метрах. Пятнадцать.</p><p>Третья — справа. Двадцать.</p><p>И ещё, и ещё. Сходились со всех сторон.</p><p>Демьян спустился. Взял мушкет, проверил заряд. Встал у окна, рядом с Тимофеем и Егором.</p><p>— Увидите — стреляйте. Не ждите команды.</p><p>Они ждали.</p><p>Минуты тянулись мучительно. Только ветер выл снаружи, да иногда скрипела баррикада.</p><p>Потом Егор прошептал:</p><p>— Вижу их.</p><p>Демьян выглянул в щель.</p><p>Первая группа вышла на дорогу, ведущую к церкви. Десять мертвецов. Ближе. Пятьдесят метров. Сорок.</p><p>— Готовься, — сказал Демьян.</p><p>Тридцать метров.</p><p>— Огонь!</p><p>Залп. Три мушкета грохнули разом.</p><p>Два мертвеца упали. Один — без головы, второй — с разбитой грудью.</p><p>Остальные продолжили идти.</p><p>— Перезаряжай! — крикнул Тимофей.</p><p>Руки дрожали, но работали быстро. Порох, пыж, пуля. Взвод курка.</p><p>Мертвецы в двадцати метрах.</p><p>Второй залп. Ещё трое упали.</p><p>Осталось пятеро. Они добрались до ворот. Начали колотить, царапать.</p><p>— Держите позицию! — Демьян перезарядил мушкет, выстрелил через щель в воротах. Попал. Мертвец рухнул.</p><p>Остальные продолжали ломиться. Ворота скрипели, но держались.</p><p>Тимофей выстрелил. Ещё один упал.</p><p>Егор — третий.</p><p>Два осталось. Колотили в ворота, не останавливаясь.</p><p>Демьян вышел на порог церкви, открыл дверь на щель. Увидел мертвеца через баррикаду. Выстрелил из дробовика. Голова взорвалась.</p><p>Последний мертвец повернулся к нему. Демьян перезарядил, выстрелил снова. Падение.</p><p>Тишина.</p><p>— Первая группа уничтожена, — выдохнул Тимофей.</p><p>Но Демьян уже видел вторую. Слева, сбоку церкви. Пятнадцать мертвецов. Лезли через ограду.</p><p>— Окно слева! Туда!</p><p>Трое мужиков перебежали к левому окну. Открыли щели, прицелились.</p><p>Залп. Трое мертвецов упали.</p><p>Но остальные уже перелезли через ограду. Бежали к церкви.</p><p>— Быстрее! Стреляйте!</p><p>Залпы грохотали один за другим. Мертвецы падали, но не все. Некоторые добегали до стен, царапали камень, искали вход.</p><p>Один нашёл незаколоченное окно. Полез внутрь.</p><p>— Там! — крикнул Иван-лавочник.</p><p>Мертвец пролез наполовину. Тимофей подбежал, размахнулся топором. Голова слетела. Тело повисло в окне.</p><p>— Заколотите! Быстро!</p><p>Двое мужиков забили окно досками.</p><p>Снаружи ещё мертвецы. Бьются о стены, ищут проходы.</p><p>Демьян обошёл церковь изнутри, проверяя каждое окно, каждую щель. Везде стреляли, убивали, отбивались.</p><p>Третья группа подошла справа. Двадцать мертвецов. Навалились на баррикаду у ворот. Начали ломать камни, раздвигать.</p><p>— Они ломают ворота! — крикнул Егор.</p><p>Демьян подбежал, выглянул в щель. Мертвецы толпились, давили на баррикаду. Камни сдвигались.</p><p>Он выстрелил из дробовика. Картечь разметала троих. Перезарядил, выстрелил снова.</p><p>Тимофей и Егор стреляли из мушкетов. Мертвецы падали, но новые занимали их место.</p><p>Баррикада затрещала. Камень сдвинулся.</p><p>— Держите! Не дайте им войти!</p><p>Мужики прислонили плечи к двери, упирались изо всех сил.</p><p>Демьян стрелял через щель, пока патроны не кончились. Бросил дробовик, выхватил револьверы. Стрелял из обоих разом.</p><p>Рунические пули взрывали головы. Тела дымились, падали.</p><p>Мертвецы отступили. Ненадолго.</p><p>Демьян перезарядил револьверы, тяжело дыша.</p><p>Снаружи тишина. На несколько секунд.</p><p>Потом они услышали.</p><p>Вой. Низкий, протяжный. Нечеловеческий.</p><p>Демьян выглянул в щель.</p><p>По дороге к церкви шла новая группа. Не обычные мертвецы.</p><p>Мутанты.</p><p>Пятеро. Огромные, раздутые. Мышцы вздуты, когти вместо пальцев. Глаза горят красным.</p><p>Один — три метра ростом, с руками до земли. Второй — тощий, длинный, на четырёх лапах. Остальные — такие же чудовищные.</p><p>Они шли быстро. Целенаправленно.</p><p>— Чёрт, — прошептал Тимофей. — Что это?</p><p>— Мутанты. Те, что жрали живых. Усилились. — Демьян сжал револьверы. — Целиться в головы. Только в головы.</p><p>Мутанты добежали до ворот. Огромный навалился на баррикаду. Толкнул. Камни разлетелись, как игрушки.</p><p>Ворота распахнулись.</p><p>— Они прорвались! — крикнул Егор.</p><p>Мутант влез во двор. Остальные за ним.</p><p>Демьян выбежал из церкви. Стоял на пороге, револьверы подняты.</p><p>Огромный мутант увидел его. Зарычал. Бросился вперёд.</p><p>Демьян выстрелил. Руническая пуля попала в голову. Череп взорвался. Мутант упал, скользя по земле.</p><p>Второй — тощий, на четырёх лапах — прыгнул сбоку.</p><p>Демьян увернулся, выстрелил на бегу. Попал в туловище. Мутант взвизгнул, но не остановился.</p><p>Тимофей выбежал следом, выстрелил из мушкета. Пуля попала в голову. Мутант рухнул.</p><p>Третий мутант — с длинными руками — схватил Егора. Поднял, швырнул об стену. Егор закричал, упал.</p><p>Демьян бросился к мутанту, выстрелил в упор. Голова взорвалась.</p><p>Четвёртый и пятый напали с двух сторон. Один схватил Демьяна за плечо, когти впились в плащ. Второй бросился на Тимофея.</p><p>Демьян развернулся, выстрелил. Пуля прошла сквозь руку мутанта. Тот взвыл, отпустил.</p><p>Демьян выстрелил снова. Голова. Падение.</p><p>Тимофей бился с последним. Топор в руках, рубил, но мутант увёртывался.</p><p>Демьян подбежал сбоку, выстрелил. Руническая пуля попала в висок. Мутант рухнул.</p><p>Тишина.</p><p>Демьян стоял, тяжело дыша. Револьверы пустые. Руки тряслись.</p><p>Во дворе — пять тел мутантов. Дымятся, сгорают изнутри.</p><p>Егор лежал у стены, стонал. Рёбра сломаны, может, ещё что-то.</p><p>— Тащите его внутрь! — крикнул Демьян. — Светлову!</p><p>Мужики вынесли Егора, отнесли в церковь.</p><p>Демьян оглядел двор. Ворота сломаны. Баррикада разрушена.</p><p>— Восстановите баррикаду! Быстро!</p><p>Мужики начали сваливать камни обратно, заделывать проход.</p><p>Демьян вернулся в церковь. Перезарядил револьверы. Руки едва слушались.</p><p>Тимофей подошёл, лицо в саже и крови.</p><p>— Граф… сколько их ещё?</p><p>Демьян не ответил. Поднялся на колокольню, посмотрел.</p><p>Мертвецы всё ещё шли. Группы сходились со всех сторон. Может, сотня. Может, больше.</p><p>И ночь только началась.</p><p>Он спустился обратно.</p><p>— Много. Очень много.</p><p>Тимофей молчал. Потом кивнул.</p><p>— Тогда будем драться до конца.</p><p>Демьян кивнул.</p><p>— До конца.</p><p>Они вернулись к окнам. К стрельбе. К бесконечной ночи.</p></section><section><title><p>Глава 8</p></title><p>Рассвет пришёл медленно, нехотя.</p><p>Небо из чёрного становилось серым. Первые лучи солнца пробивались сквозь дым, окрашивая облака в багровый.</p><p>Демьян сидел на полу у окна, прислонившись спиной к стене. Дробовик на коленях. Руки в крови — своей или чужой, уже не помнил. Маска лежала рядом, разбитая — мертвец зацепил когтями, расколол клюв.</p><p>Он не спал. Всю ночь. Стрелял, перезаряжал, стрелял снова. Пока патроны не кончились. Потом взял саблю, рубил в ближнем бою.</p><p>Мертвецы приходили волнами. Десять, двадцать, тридцать. Падали, но новые шли на смену.</p><p>К полуночи баррикаду у ворот сломали окончательно. Мертвецы ворвались во двор. Их отбивали в рукопашной. Топоры, сабли, дубины.</p><p>Двое мужиков погибли там. Матвей — портовый грузчик. Мертвец схватил его за горло, прокусил артерию. Истёк кровью за минуту.</p><p>Второй — Иван-лавочник. Мутант разорвал ему грудь когтями. Умер мгновенно.</p><p>Их тела вынесли в угол двора. Накрыли плащами.</p><p>К двум часам ночи мертвецы прорвались в церковь. Выломали боковую дверь. Хлынули внутрь.</p><p>Их встретили залпом. Семь мушкетов разом. Передние упали. Задние шли по трупам.</p><p>Тимофей рубил топором, рычал, как зверь. Егор — с перевязанными рёбрами — бил дубиной одной рукой. Семён крушил прикладом мушкета.</p><p>Демьян стрелял из револьверов, пока патроны не кончились. Потом взял саблю. Рубил, резал, не думая. Только мышечная память, инстинкт.</p><p>Мертвеца за мертвецом. Головы летели, тела падали.</p><p>Но людей становилось меньше.</p><p>Третьим погиб Семён. Мертвец прыгнул сзади, вцепился зубами в шею. Семён дёрнулся, упал. Тимофей снёс голову мертвецу, но брат уже не дышал.</p><p>Тимофей стоял над телом, молчал. Потом поднял топор и пошёл резать дальше. Лицо каменное.</p><p>К четырём часам мертвецы отступили. Ненадолго. Может, собирались с силами. Может, просто искали другой путь.</p><p>Демьян приказал закрыть пробитую дверь. Забили досками, подперли лавками.</p><p>Считали потери. Трое мертвых. Пятеро раненых — укусы, царапины, переломы. Светлов поднялся из подвала, перевязывал раны. Руки тряслись от усталости, но работал молча.</p><p>Патронов почти не осталось. Для мушкетов — штук двадцать. Для дробовика — пять. Рунические пули — тридцать в коробке.</p><p>Порох ещё был. Но толку от него мало, если патроны кончились.</p><p>К пяти утра мертвецы вернулись. Последняя волна.</p><p>Человек сорок. Может, пятьдесят. Обычные и мутанты вперемешку.</p><p>Окружили церковь. Начали штурм со всех сторон.</p><p>Демьян раздал последние патроны. По три на человека.</p><p>— Стреляйте только наверняка. Каждая пуля — жизнь.</p><p>Они стреляли. Методично, без спешки. Мертвецы падали.</p><p>Но их было слишком много.</p><p>Прорвали окно. Полезли внутрь. Их встретили саблями.</p><p>Четвёртым погиб один из мужиков — Демьян даже не знал имени. Мертвец откусил ему пол-лица. Мужик закричал, упал. Больше не встал.</p><p>Пятым — ещё один. Мутант разорвал ему живот. Кишки вывалились на пол. Мужик пытался собрать их обратно, хрипел. Демьян выстрелил ему в голову. Милосердие.</p><p>К шести утра их осталось десять. Из двадцати.</p><p>Мертвецов тоже стало меньше. Может, двадцать ещё бродило снаружи.</p><p>Но силы кончались. Руки не поднимались. Оружие казалось свинцовым.</p><p>Тимофей сел рядом с Демьяном. Топор выпал из рук. Лицо серое, глаза пустые.</p><p>— Не выдержим ещё одну волну, — прохрипел он.</p><p>Демьян не ответил. Знал, что кузнец прав.</p><p>Они ждали.</p><p>Но новой волны не было.</p><p>Мертвецы снаружи бродили, но не штурмовали. Просто стояли, качались.</p><p>Светлов поднялся на колокольню, посмотрел.</p><p>— Они уходят, — крикнул он вниз. — Расходятся по городу.</p><p>Демьян заставил себя встать. Поднялся на колокольню.</p><p>Солнце поднималось над горизонтом. Красное, сквозь дым.</p><p>Мертвецы уходили. Медленно, группами. Возвращались в тени, в дома, в подвалы.</p><p>Ночь кончилась.</p><p>Они выжили.</p><p>Демьян спустился в церковь. Осмотрел людей.</p><p>Десять мужчин. Из двадцати. Все раненые, истощённые. Один — с глубокой царапиной на груди — уже бредил. Зараза.</p><p>Женщины и дети поднялись из подвала. Смотрели на тела под плащами. Плакали. Тихо, безнадёжно.</p><p>Светлов перевязывал последнего раненого. Руки в крови по локоть. Лицо осунувшееся, глаза красные.</p><p>— Граф, — позвал он тихо. — Тот, с царапиной. Он долго не протянет. Часа два, может, три.</p><p>Демьян кивнул.</p><p>— Когда начнёт превращаться — скажешь.</p><p>Он вышел во двор. Тела мертвецов валялись повсюду. Тридцать. Сорок. Больше. Дымились, сгорали от рунических пуль. Обычные просто лежали, разлагаясь.</p><p>Ворота сломаны. Ограда разрушена. Стены церкви в трещинах, одно окно выломано полностью.</p><p>Тимофей сидел на ступенях, смотрел на тело брата. Семён лежал под плащом, рядом с остальными.</p><p>Демьян сел рядом.</p><p>— Мне жаль.</p><p>Тимофей молчал. Потом кивнул.</p><p>— Он хороший был. Сильный. Смелый. — Голос сорвался. — Не заслуживал так умереть.</p><p>— Никто не заслуживает.</p><p>Они сидели молча.</p><p>Потом Тимофей поднялся.</p><p>— Надо хоронить. До вечера. А то снова встанут.</p><p>Демьян кивнул.</p><p>Они собрали тела. Пятеро мужчин, погибших за ночь. Вынесли за ограду церкви, на пустырь. Там разожгли костёр. Большой, жаркий.</p><p>Сложили тела. Облили керосином — последним, что остался.</p><p>Тимофей поджёг.</p><p>Пламя взметнулось, жадное. Тела горели. Запах жжёного мяса смешался с дымом.</p><p>Люди стояли вокруг. Молча. Кто-то крестился. Кто-то плакал.</p><p>Демьян смотрел на огонь.</p><p>Пятеро. За одну ночь.</p><p>Сколько ещё будет таких ночей?</p><p>Сколько ещё умрёт?</p><p>Он не знал.</p><p>Но знал одно: они не могут так продолжать. Только обороняться. Только выживать.</p><p>Нужно нападать. Зачищать город. Убивать мертвецов, пока те не убили всех.</p><p>И найти врага. Того, кто устроил это. Убить его.</p><p>Иначе всё бессмысленно.</p><p>Костёр догорал. Тела превратились в пепел.</p><p>Тимофей бросил в огонь цветок — один, жёлтый, сорванный у ограды.</p><p>— Прощай, брат.</p><p>Они вернулись в церковь.</p><p>Светлов ждал у входа.</p><p>— Граф. Тот мужик, с царапиной. Умер. Только что.</p><p>— Тело ещё не шевелится?</p><p>— Нет. Но скоро.</p><p>Демьян кивнул. Вошёл внутрь. Подошёл к телу.</p><p>Мужчина лежал на тюфяке. Глаза закрыты. Грудь не поднимается.</p><p>Демьян достал револьвер. Подождал.</p><p>Минута. Две.</p><p>Тело дёрнулось. Пальцы согнулись. Глаза открылись — мутные, белёсые.</p><p>Демьян выстрелил. Голова взорвалась.</p><p>Женщины отвернулись. Дети заплакали.</p><p>Демьян убрал револьвер.</p><p>— Вынесите в костёр.</p><p>Двое мужиков подняли тело, вынесли.</p><p>Демьян сел на лавку. Опустил голову в руки.</p><p>Устал. Так устал.</p><p>Светлов сел рядом.</p><p>— Граф. Мы не протянем ещё одну ночь. Не в таком состоянии.</p><p>— Знаю.</p><p>— Что будем делать?</p><p>Демьян поднял голову. Посмотрел на людей вокруг. Измученные, напуганные. Но живые.</p><p>— Уходим. Сегодня же. Днём. Пока мертвецы спят.</p><p>— Куда?</p><p>— В Кремль. Там стены выше, укрепления лучше. Губернаторская резиденция. Если она ещё стоит — займём. Оттуда будем координировать зачистку города.</p><p>— А если губернатор откажет?</p><p>Демьян усмехнулся. Горько.</p><p>— Тогда я его убью и займу резиденцию силой.</p><p>Светлов молчал. Потом кивнул.</p><p>— Когда выходим?</p><p>— Через час. Соберите всех. Кто может идти — берём. Раненых — несём. Припасы, оружие — всё, что осталось.</p><p>Светлов встал, пошёл готовить людей.</p><p>Демьян остался сидеть.</p><p>Снаружи догорал костёр. Пепел поднимался в небо.</p><p>Шестеро мертвых за одну ночь.</p><p>Не последние.</p><p>Но пока он жив — будет сражаться.</p><p>До конца.</p><p>Демьян вышел во двор. Солнце поднималось выше, но света не прибавлялось — дым над городом сгущался. Где-то полыхали новые пожары. Ветер нёс запах гари и разложения.</p><p>Тимофей стоял у догорающего костра, смотрел на пепел. Руки сжимали топор — единственное, что у него осталось от брата. Семён затачивал этот топор сам, перед эпидемией. Теперь Тимофей держал его.</p><p>Демьян подошёл.</p><p>— Готовься. Через час выходим.</p><p>Тимофей не обернулся. Молчал.</p><p>— Тимофей.</p><p>Кузнец вздохнул. Повернулся. Глаза красные, лицо жёсткое.</p><p>— Граф, погоди. У меня есть мысль.</p><p>— Говори.</p><p>— В Кремль идти — правильно. Но мы не дойдём. — Тимофей кивнул на церковь. — Посмотри на людей. Раненые, истощённые. Оружия почти нет. Патроны кончились. Если встретим мертвецов — всё. Нас перебьют по дороге.</p><p>— И что предлагаешь?</p><p>Тимофей шагнул ближе, говорил тихо, чтобы другие не слышали.</p><p>— Мастеровой квартал. В Посаде. Там кузницы, мастерские. Мой цех — там. Я знаю каждый дом, каждый переулок. — Он сжал топор. — Если доберёмся — сделаю доспехи. Кольчуги, наручи, поножи. Хоть кожаные, хоть стальные. Что успею. И оружие усилю. Мечи перекую, топоры заточу, на сабли насечки нанесу, чтобы кость резали лучше.</p><p>Демьян нахмурился.</p><p>— Сколько времени?</p><p>— Если работать без остановки — полдня. К вечеру будет готово.</p><p>— Полдня. — Демьян посмотрел на город. — Мертвецы днём менее активны, но не спят. Если наткнёмся на группу…</p><p>— Знаю. Риск. Но без доспехов и оружия — мы мертвецы. Сегодня или завтра — какая разница.</p><p>Демьян молчал. Думал. Тимофей был прав. Прошлой ночью они чудом выжили. Следующую не переживут. Нужна защита. Нужно оружие.</p><p>Но полдня в мастерской — это полдня в ловушке. Если мертвецы окружат…</p><p>— Твой цех легко защитить?</p><p>— Каменное здание. Одна дверь, два окна — узкие, зарешёчены. Стены толстые. Горн работает, есть уголь. И инструменты все на месте. — Тимофей посмотрел Демьяну в глаза. — Я знаю, что делаю, граф. Я кузнец. Доспехи — моё дело. Дай мне полдня, и я дам тебе армию, которая сможет дойти до Кремля.</p><p>Демьян смотрел на него долго. Потом кивнул.</p><p>— Хорошо. Идём в мастеровой квартал.</p><p>Группа вышла через час.</p><p>Тридцать человек. Десять мужчин с оружием — мушкеты, сабли, топоры. Остальные — женщины, дети, раненые. Несли припасы, что остались — мешки с крупой, фляги с водой, бочонок пороха.</p><p>Демьян шёл впереди. Дробовик в руках, пять патронов в стволах и подсумке. Револьверы за поясом — тридцать рунических пуль в коробке. Сумка с греческим огнём за спиной — четыре склянки осталось.</p><p>Светлов рядом, ружьё через плечо. Дубина с шипами за поясом. Саквояж с медикаментами на боку.</p><p>Тимофей вёл группу. Знал дорогу.</p><p>Они спустились с холма. Улицы пустовали. Дневной свет делал город мертвее. Видны были разрушения — сгоревшие дома, разбитые телеги, трупы на мостовой.</p><p>Мертвецов пока не встречали. Прятались где-то. В подвалах, в домах. Ждали ночи.</p><p>Но Демьян чувствовал взгляды. Из окон, из дверей. Кто-то наблюдал. Живые? Или уже мёртвые?</p><p>Они прошли квартал. Второй. Тимофей свернул в узкий переулок.</p><p>— Здесь короче. Минут десять сэкономим.</p><p>Переулок тёмный, узкий. Стены домов нависали с двух сторон. Пахло гнилью.</p><p>Группа вошла гуськом. Демьян впереди, осматривал каждый угол.</p><p>Посреди переулка лежало тело. Женщина, молодая. Распластавшаяся на камнях. Живот вспорот, внутренности вытащены наружу.</p><p>— Обходите, — тихо сказал Демьян. — Не трогайте.</p><p>Люди обходили стороной. Женщины закрывали детям глаза.</p><p>Дальше — ещё тела. Трое. Мужчины. Лежали друг на друге, будто дрались насмерть. Лица изуродованы, куски мяса вырваны.</p><p>Демьян остановился. Прислушался.</p><p>Тишина. Только ветер свистел в щелях.</p><p>Они прошли дальше. Вышли из переулка на широкую улицу. Мастеровой квартал.</p><p>Здания здесь были каменные, приземистые. Кузницы, мастерские, склады. Вывески висели перекошенные, скрипели на ветру.</p><p>— Вон там, — Тимофей указал на здание в конце улицы. — Моя кузница.</p><p>Они двинулись туда. Быстро, но осторожно.</p><p>На полпути услышали звук.</p><p>Царапанье. Скрежет. Хрип.</p><p>Демьян поднял руку — остановиться.</p><p>Группа замерла.</p><p>Из бокового переулка вышел мертвец. Один. Старик, в рваной одежде. Бубоны на шее размером с яблоко. Волочил ногу, хрипел.</p><p>Увидел группу. Остановился. Смотрел мутными глазами.</p><p>— Не двигайтесь, — прошептал Демьян.</p><p>Мертвец сделал шаг вперёд. Другой. Медленно, неуверенно.</p><p>Потом зарычал. Бросился вперёд.</p><p>Демьян выстрелил. Дробовик грохнул. Мертвец рухнул, голова снесена.</p><p>Эхо прокатилось по улице. Замерло.</p><p>Тишина. Несколько секунд.</p><p>Потом из переулков, из домов, из подвалов полезли ещё.</p><p>Пять. Десять. Пятнадцать.</p><p>Мертвецы. Обычные и мутанты.</p><p>День их не остановил. Звук выстрела разбудил.</p><p>— Бегите! — крикнул Демьян. — К кузнице! Сейчас!</p><p>Группа рванула вперёд. Женщины и дети бежали, спотыкаясь. Мужчины прикрывали, стреляли назад.</p><p>Мертвецы гнались следом. Быстрее, чем ночью. Голод делал их стремительнее.</p><p>Один догнал женщину с ребёнком. Схватил за плечо. Женщина закричала.</p><p>Светлов развернулся, ударил дубиной по голове мертвеца. Череп лопнул. Мертвец упал.</p><p>— Бегите! Я прикрою!</p><p>Они добежали до кузницы. Тимофей выбил дверь ногой, распахнул.</p><p>— Внутрь! Все внутрь!</p><p>Люди валились в дверь. Давили друг друга, протискивались.</p><p>Демьян стоял снаружи, стрелял. Дробовик, револьверы. Мертвецы падали, но новые шли.</p><p>Последними вбежали он и Светлов. Тимофей захлопнул дверь, задвинул засов. Прислонил к двери тяжёлую наковальню.</p><p>Снаружи мертвецы колотили в дверь. Рычали, царапали.</p><p>— Окна! — крикнул Демьян. — Закройте окна!</p><p>Мужики бросились к окнам, забивали ставни досками.</p><p>Один мертвец пролез в окно наполовину. Егор ударил молотом по голове. Череп раскололся. Тело повисло.</p><p>Окна забили. Дверь держалась.</p><p>Снаружи мертвецы колотили, но не могли войти.</p><p>Демьян оглядел помещение. Кузница. Горн в углу, остывший. Наковальня у двери. Стеллажи с инструментами, заготовками. Сталь, железо, кожа.</p><p>Люди сбились в кучу в центре. Дышали тяжело, кто-то плакал.</p><p>Тимофей подошёл к Демьяну.</p><p>— Мы заперты.</p><p>— Да. На полдня. — Демьян посмотрел на горн. — Начинай работать. Делай доспехи, усиливай оружие. У нас мало времени.</p><p>Тимофей кивнул. Подошёл к горну, начал разжигать. Уголь, щепки, раздувание мехами. Огонь вспыхнул.</p><p>Снаружи мертвецы не уходили. Колотили в дверь, в окна. Рычали, хрипели.</p><p>Демьян сел у двери. Спиной к наковальне. Дробовик на коленях.</p><p>— Сколько их там? — спросил Светлов.</p><p>— Много. Двадцать. Тридцать. Может, больше.</p><p>— Если они сломают дверь…</p><p>— Не сломают. — Демьян посмотрел на дверь. Дуб, толстый. — Но если сломают — будем резать их здесь. В узком проходе. По одному.</p><p>Светлов кивнул. Сел рядом.</p><p>Тимофей начал работать. Горн гудел, молот стучал по наковальне. Он ковал, не останавливаясь. Лицо в поту, глаза сосредоточенные.</p><p>Первым делом — кольчуга. Железные кольца, сплетённые вручную. Час работы. Вторая — ещё час. Третья.</p><p>Потом кожаные доспехи. Наручи, поножи, нагрудники. Вываренная кожа, толстая, крепкая. Защитит от когтей, зубов.</p><p>Потом оружие. Сабли точил. Топоры перековывал, усиливал лезвия. Мечи затачивал до бритвенной остроты.</p><p>Люди смотрели молча. Завороженно. Молот стучал, искры летели, металл пел.</p><p>Демьян дремал урывками. Просыпался от ударов в дверь. Проверял засов. Снова дремал.</p><p>Светлов перевязывал раненых. Менял бинты, давал воду. Один из раненых — с укусом на руке — начал бредить. Светлов подошёл к Демьяну.</p><p>— Граф. Тот мужик. Зараза прогрессирует. Через час умрёт.</p><p>Демьян открыл глаза.</p><p>— Держи его отдельно. Привяжи, если нужно. Как умрёт — зови.</p><p>Светлов кивнул.</p><p>Мужика привязали к столбу в углу. Он метался, рвал верёвки, хрипел. Женщины молились, отворачивались.</p><p>Через час мужик затих. Голова упала на грудь.</p><p>Светлов подошёл. Проверил пульс.</p><p>— Мёртв.</p><p>Демьян встал. Подошёл. Достал револьвер.</p><p>Ждал.</p><p>Тело дёрнулось. Глаза открылись — белёсые, пустые.</p><p>Мертвец зарычал, рванулся вперёд. Верёвки затрещали, но держали.</p><p>Демьян выстрелил. Голова взорвалась.</p><p>Люди молчали. Привыкли.</p><p>Тело развязали, оттащили в угол. Потом сожгут.</p><p>Тимофей работал. Не останавливался. Пот лил ручьями, руки дрожали от усталости. Но ковал.</p><p>К полудню готово пять кольчуг, десять кожаных доспехов. Всё оружие заточено, усилено.</p><p>Тимофей упал на пол у горна. Дышал хрипло.</p><p>— Готово. Всё, что мог.</p><p>Демьян подошёл. Осмотрел. Кольчуги тяжёлые, но прочные. Кожаные доспехи легче, гибкие. Оружие — острое, смертоносное.</p><p>— Хорошая работа.</p><p>Тимофей кивнул. Не мог говорить.</p><p>Демьян раздал доспехи. Пять кольчуг — сильнейшим мужчинам. Кожаные — остальным.</p><p>Сам надел кольчугу. Тяжёлая, давила на плечи. Но защищала.</p><p>Светлов надел кожаный доспех. Наручи, нагрудник.</p><p>Они были готовы.</p><p>Снаружи мертвецы всё ещё колотили. Не ушли за весь день.</p><p>Демьян подошёл к двери. Прислушался.</p><p>— Сколько их там теперь?</p><p>Светлов выглянул в щель.</p><p>— Больше. Человек пятьдесят. Может, шестьдесят.</p><p>Демьян усмехнулся. Горько.</p><p>— Значит, прорываться придётся с боем.</p><p>Он посмотрел на людей. Измученные, напуганные. Но теперь — защищённые. Вооружённые.</p><p>— Слушайте. Сейчас откроем дверь. Мертвецы ринутся внутрь. Встретим их здесь, в узком проходе. Мужчины с кольчугами — в первом ряду. Режьте, не останавливаясь. Остальные — за спиной, подстраховка. Женщины и дети — в дальнем углу. Если прорвутся — Светлов выведет вас через заднее окно.</p><p>— Там нет заднего окна, — сказал Светлов.</p><p>— Тогда пробьёте стену. — Демьян взял дробовик. — Но до этого не дойдёт. Мы их остановим.</p><p>Тимофей встал. Взял топор. Надел кольчугу.</p><p>— Готовы?</p><p>Мужчины кивнули. Молча, жёстко.</p><p>Демьян отодвинул наковальню от двери. Положил руку на засов.</p><p>— На три. Один. Два.</p><p>Три.</p><p>Он дёрнул засов, распахнул дверь.</p><p>Мертвецы хлынули внутрь.</p><p>И началась резня.</p><p>Первый мертвец ворвался в дверь, спотыкаясь о порог.</p><p>Демьян выстрелил в упор. Картечь разнесла грудь. Тело отлетело назад, сбив двоих следующих.</p><p>Но за ними шли ещё. Десять, двадцать. Толпились в дверном проёме, лезли, давили друг друга.</p><p>Тимофей встал рядом с Демьяном. Размахнулся топором. Голова первого мертвеца слетела. Второму вспорол живот. Третьему раскрошил череп.</p><p>Егор с другой стороны — молот в руках, тяжёлый, двуручный. Бил сверху вниз. Кости трещали, черепа разваливались.</p><p>Мертвецы лезли, но проход узкий. Только двое влезали разом. Их встречали сталью.</p><p>Демьян перезарядил дробовик. Выстрелил снова. Ещё двое упали.</p><p>Один мертвец прорвался, бросился на Тимофея. Схватил за плечи, попытался укусить. Зубы лязгнули о кольчугу, скользнули. Тимофей ударил головой в лицо мертвецу. Хруст носа. Оттолкнул, топором снёс голову.</p><p>Мертвецы напирали. Пятеро прорвались в кузницу. Растеклись по сторонам, пытались обойти.</p><p>Светлов выскочил сбоку. Дубина с шипами взлетела, обрушилась на череп. Мертвец рухнул. Второго Светлов ударил в висок. Третьего — в горло, раздавив гортань.</p><p>Остальные мужики подтянулись. Сабли, топоры, мечи. Резали, рубили, кололи.</p><p>Кузница превратилась в бойню. Кровь заливала пол. Тела валились друг на друга. Вонь разложения смешивалась с запахом горна.</p><p>Демьян стрелял, пока патроны не кончились. Бросил дробовик, выхватил саблю. Рубил в ближнем бою. Кольчуга защищала — когти скользили, зубы не пробивали.</p><p>Но усталость накапливалась. Руки немели. Удары становились медленнее.</p><p>Один мертвец прорвался, схватил Егора за ногу. Егор споткнулся, упал на колено. Мертвец потянул его вниз, ко рту.</p><p>Тимофей ударил топором. Голова мертвеца слетела. Егор поднялся, кивнул благодарно.</p><p>Мертвецов становилось меньше. Сорок. Тридцать. Двадцать.</p><p>Но силы кончались.</p><p>Один из мужиков — без кольчуги, только кожаный доспех — не увернулся. Мертвец схватил его за шею, прокусил горло. Кровь хлынула фонтаном. Мужик рухнул, хрипя.</p><p>Ещё один — мутант прорвался сбоку, огромный, раздутый. Схватил мужика обеими руками, разорвал пополам. Кишки вывалились на пол.</p><p>Демьян бросился к мутанту. Саблей ударил в шею. Лезвие вошло глубоко. Мутант взревел, оттолкнул Демьяна. Тот отлетел, врезался в стену.</p><p>Мутант бросился следом. Демьян скатился в сторону, выхватил револьвер. Выстрелил. Руническая пуля попала в голову. Череп взорвался. Мутант рухнул.</p><p>Двадцать девять патронов.</p><p>Снаружи мертвецов почти не осталось. Пять. Семь. Последние лезли в дверь.</p><p>Тимофей рубил, не останавливаясь. Топор взлетал, опускался, взлетал снова. Лицо в крови, не своей. Глаза дикие.</p><p>Последний мертвец ворвался. Егор встретил молотом. Череп раскололся. Тело упало.</p><p>Тишина.</p><p>Только тяжёлое дыхание, стоны раненых.</p><p>Демьян оглядел кузницу. Тела мертвецов валялись повсюду. Тридцать. Сорок. Пол скользкий от крови.</p><p>Людей осталось меньше. Двое мужиков погибли в бою. Трое раненых — один без руки, второй с глубокой царапиной на груди, третий с укусом на ноге.</p><p>Светлов бросился к ним, начал перевязывать. Руки тряслись, но работал быстро.</p><p>Демьян подошёл к двери, выглянул наружу.</p><p>Улица пуста. Мертвецов нет. Все, кто были — лежали в кузнице или у входа.</p><p>Он обернулся к Тимофею.</p><p>— Сколько до Кремля?</p><p>Кузнец вытер кровь с лица, тяжело дыша.</p><p>— Час ходьбы. Может, полтора. Если не встретим новых мертвецов.</p><p>Демьян кивнул. Посмотрел в окно. Солнце опускалось. Ещё пара часов до заката.</p><p>— Нужно выходить сейчас. Пока светло.</p><p>Светлов подошёл.</p><p>— Граф, раненые не смогут идти. Одному я отрезал руку — истёк кровью, без помощи умрёт через час. Второй с царапиной — зараза, начинает превращаться. Третий — укус на ноге, тоже зараза.</p><p>— Тех двоих, что заражены — убей сейчас. Пока не встали. — Демьян посмотрел на мужика без руки. — Того можем нести?</p><p>— Можем. Но замедлит нас.</p><p>— Понесём.</p><p>Светлов кивнул. Подошёл к двум заражённым. Оба уже бредили, метались. Он взял дубину. Два удара. Быстро, без мучений.</p><p>Женщины отвернулись. Дети плакали.</p><p>Демьян начал раздавать приказы.</p><p>— Берите только самое необходимое. Оружие, воду, немного еды. Всё остальное — бросаем. Двое несут раненого. Остальные — оружие наготове. Идём строем, не разбредаемся. Если видим мертвецов — обходим. Если нападают — режем быстро и уходим. Не задерживаемся.</p><p>Люди начали собираться. Мужики подняли раненого, соорудили носилки из досок и плащей. Женщины взяли детей за руки. Все вооружены — хоть ножами, хоть палками.</p><p>Тимофей надел кольчугу обратно, взял топор. Егор — молот. Остальные — мечи, сабли, топоры, что Тимофей выточил.</p><p>Демьян перезарядил дробовик. Три патрона осталось. Револьверы проверил — двадцать девять рунических пуль. Достал склянку с греческим огнём, сунул за пояс. На всякий случай.</p><p>— Готовы? — спросил он.</p><p>Люди кивнули. Молча, жёстко. Усталые, но живые.</p><p>— Тогда идём. За мной.</p><p>Он вышел из кузницы первым. Оглядел улицу. Пусто. Только трупы мертвецов у входа.</p><p>Группа вышла следом. Тридцать человек. Из сорока, что были утром. Двадцати, что были два дня назад. Сотен, что были неделю назад.</p><p>Они двинулись по улице. Быстро, но осторожно. Тимофей вёл. Демьян рядом. Светлов замыкал.</p><p>Город встретил их тишиной. Дома стояли мёртвые. Окна пустые, как глазницы черепов. Дым стелился по мостовой.</p><p>Они прошли квартал. Второй. Никого.</p><p>На третьем увидели.</p><p>Группа людей. Человек пятнадцать. Грязные, оборванные. Стояли у сгоревшего дома, копались в пепле.</p><p>Демьян остановил группу. Поднял руку.</p><p>— Эй! — крикнул он.</p><p>Люди обернулись. Увидели Демьяна, его группу. Замерли.</p><p>Один шагнул вперёд — мужик, здоровый, с топором. Лицо жёсткое.</p><p>— Кто такие?</p><p>— Граф Базипольский. Чумной доктор. Идём в Кремль. Собираем выживших. Идёмте с нами.</p><p>Мужик оглядел группу. Увидел оружие, доспехи. Посмотрел на своих людей — оборванцев, напуганных.</p><p>— В Кремль? Там губернатор засел. Не впустит.</p><p>— Впустит. Или я его заставлю.</p><p>Мужик усмехнулся. Недоверчиво.</p><p>— Громкие слова. Но ладно. Пойдём. Здесь всё равно умирать. — Он обернулся к своим. — Собирайтесь. Идём с ними.</p><p>Пятнадцать человек присоединились. Группа выросла до сорока пяти.</p><p>Они двинулись дальше. Тимофей вёл к Кремлю, через центр Посада.</p><p>Солнце опускалось ниже. Тени удлинялись. Время кончалось.</p><p>На следующей улице увидели мертвеца. Одного. Брёл вдоль стены. Демьян подал знак — обойти стороной. Прошли тихо. Мертвец не заметил.</p><p>Дальше — ещё двое. Стояли посреди улицы, качались. Демьян повёл группу в обход, через переулок.</p><p>В переулке наткнулись на труп. Свежий. Женщина, горло перерезано. Рядом — ребёнок. Мёртвый, холодный.</p><p>Убиты недавно. Час назад, может, два.</p><p>— Кто это сделал? — прошептал Светлов.</p><p>— Не мертвецы, — Демьян присел, осмотрел раны. — Нож. Чистый удар. Человек убил.</p><p>— Зачем?</p><p>— Еда. Или просто страх. — Демьян встал. — Идём. Быстрее.</p><p>Они вышли из переулка. Впереди показались стены Кремля. Высокие, каменные, древние. Ворота закрыты. Над воротами — стража. Человек десять, с мушкетами.</p><p>Демьян повёл группу к воротам.</p><p>Стража увидела их. Подняла оружие.</p><p>— Стоять! Ни шагу ближе!</p><p>Демьян остановился в двадцати метрах. Снял маску.</p><p>— Граф Базипольский! Чумной доктор! Требую впустить нас в Кремль!</p><p>Стражник — старший, с бородой — покачал головой.</p><p>— Кремль закрыт! Приказ губернатора! Никого не впускать!</p><p>— Здесь сорок пять человек! Живые! Выжившие! Мы требуем убежища!</p><p>— Приказ есть приказ!</p><p>Демьян сжал кулаки. Посмотрел на ворота. Массивные, дубовые. Не выбить.</p><p>Он достал склянку с греческим огнём. Поднял над головой.</p><p>— Видишь это⁈ Греческий огонь! Одна склянка — и твои ворота сгорят дотла! Впустите нас, или я их сожгу!</p><p>Стражник побледнел.</p><p>— Ты с ума сошёл! Это…</p><p>— У меня нет времени! — Демьян шагнул вперёд. — Либо открываете, либо я жгу! На три! Один! Два!..</p><p>— Стой! — Стражник замахал руками. — Стой! Подожди!</p><p>Он скрылся за стеной. Послышались голоса, спор.</p><p>Минута тянулась.</p><p>Потом ворота заскрипели. Медленно отворялись.</p><p>Стражник показался в проёме.</p><p>— Входите! Но оружие — оставьте!</p><p>Демьян усмехнулся.</p><p>— Нет. Оружие остаётся с нами.</p><p>— Но…</p><p>— Не обсуждается. — Демьян шагнул к воротам. — Либо впускаете нас с оружием, либо мы сами войдём. Выбирай.</p><p>Стражник смотрел на группу. Сорок пять человек, вооружённых, в доспехах. Измученных, но опасных.</p><p>Он отступил.</p><p>— Входите.</p><p>Демьян повёл группу внутрь.</p><p>Ворота закрылись за ними.</p><p>Кремль. Последний оплот.</p><p>Они дошли.</p></section><section><title><p>Глава 9</p></title><p>Кремль встретил их тишиной.</p><p>За воротами открывалась площадь — широкая, мощёная. Дома вокруг каменные, добротные. Боярские усадьбы, купеческие особняки, административные здания. Всё целое, нетронутое. Будто война прошла мимо.</p><p>Люди смотрели из окон. Боярство, чиновники, слуги. Смотрели на группу Демьяна — оборванных, в крови, с оружием — и прятались обратно.</p><p>Стража окружила их. Двадцать человек, с мушкетами. Старший стражник — тот самый, с бородой — шагнул вперёд.</p><p>— Оружие складывайте здесь. Приказ губернатора.</p><p>Демьян посмотрел на него долго. Потом покачал головой.</p><p>— Нет.</p><p>— Это приказ!</p><p>— Плевать я хотел на приказы. — Демьян обвёл взглядом стражу. — Мы пришли сюда, пробившись через сотни мертвецов. Потеряли половину людей. Выжили чудом. И теперь ты хочешь, чтобы мы отдали единственное, что нас защищает?</p><p>— Губернатор…</p><p>— Где губернатор? — Демьян шагнул ближе. — Где он был, когда город умирал? Когда люди сражались голыми руками? Когда церкви горели, а дети умирали на улицах?</p><p>Стражник молчал. Опустил взгляд.</p><p>— Вот и я о том же. — Демьян развернулся к своей группе. — Идём. Ищем место для ночлега.</p><p>Стража не остановила. Расступилась.</p><p>Демьян повёл группу через площадь. Тимофей шёл рядом.</p><p>— Куда идём?</p><p>— Ищем пустое здание. Большое. Где можно разместиться всем.</p><p>Они обошли площадь. Справа — Кафедральный собор. Большой, с золотыми куполами. Двери закрыты. У входа стоял священник — старый, в чёрной рясе. Увидел группу — перекрестился, скрылся внутри.</p><p>Слева — Губернаторский дворец. Трёхэтажное здание, с колоннами. Окна светились. Охрана у входа — десять человек.</p><p>Прямо — ряд административных зданий. Одно из них выглядело заброшенным. Окна тёмные, дверь приоткрыта.</p><p>— Вон то, — Демьян указал.</p><p>Они подошли. Здание двухэтажное, каменное. Табличка у входа: «Архив городской управы». Внутри пусто — пыль, паутина, стеллажи с бумагами.</p><p>— Подойдёт, — сказал Тимофей. — Места много. Печи есть.</p><p>Демьян кивнул.</p><p>— Располагайтесь. Мужики — проверьте все комнаты, окна, двери. Укрепите, если нужно. Женщины — готовьте еду, что осталась. Раненых — в отдельную комнату, Светлов займётся.</p><p>Люди разошлись. Начали обживаться. Разжигали печи, разбирали тюфяки, расставляли оружие.</p><p>Демьян поднялся на второй этаж. Там была комната побольше — бывший кабинет чиновника. Стол, стулья, карта Черноречья на стене.</p><p>Он подошёл к карте. Изучал.</p><p>Город разделён на районы. Кремль — в центре, за третьей стеной. Посад — вокруг, за второй стеной. Слободы — на окраинах, за первой стеной.</p><p>Колодец на Соборной площади — отмечен. Запечатан. Но мертвецы остались. Сотни, может, тысячи. Разбросаны по всему городу.</p><p>Светлов вошёл в комнату.</p><p>— Раненых разместил. Одному плохо — тот, без руки. Может не дожить до утра. Остальные в порядке.</p><p>— Хорошо. — Демьян не отрывался от карты.</p><p>— Граф, что дальше?</p><p>— Дальше — берём Кремль под контроль. Медленно, но верно. Губернатор слаб. Стража — трусы. Боярство — разобщено. Мы сильнее. Организованнее. И у нас есть цель.</p><p>— Какая?</p><p>— Спасти город. А для этого нужна власть.</p><p>Светлов молчал. Потом кивнул.</p><p>— Как начнём?</p><p>— С людей. Завтра утром выйду на площадь. Соберу выживших. Расскажу, что мы делаем. Что нужно делать. Предложу присоединиться. Кто согласится — получит оружие, еду, защиту. Кто откажется — пусть сам выживает.</p><p>— А губернатор?</p><p>— Пока не трогаем. Пусть сидит в дворце. Но если полезет — уберём.</p><p>Светлов кивнул. Вышел.</p><p>Демьян остался один. Смотрел на карту. Думал.</p><p>Город умирает. Но не все сдались. Есть те, кто сражается. Кто хочет жить. Нужно собрать их. Объединить. Дать цель.</p><p>И зачистить город. Квартал за кварталом. Убить каждого мертвеца. Сжечь каждый труп.</p><p>А потом найти врага. Того, кто устроил эпидемию. И убить его.</p><p>Демьян сжал кулаки.</p><p>Завтра начнётся.</p><p>Ночь прошла тихо. Мертвецы не дошли до Кремля — стены держали. Стража дежурила, но не тревожила. Люди спали, кто как мог.</p><p>Демьян не спал. Сидел у окна, смотрел на город. Дым поднимался из разных районов. Где-то горели пожары. Где-то жрали мертвецы.</p><p>Утром поднялся первым. Разбудил Тимофея, Светлова, остальных мужиков.</p><p>— Собирайтесь. Выходим на площадь.</p><p>Они вышли втроём — Демьян, Тимофей, Светлов. Остальные остались охранять здание.</p><p>Площадь была пуста. Только стража у ворот, да пара чиновников спешили к дворцу.</p><p>Демьян встал в центре площади. Снял маску. Голос громкий, чёткий.</p><p>— Люди Кремля! Слушайте меня!</p><p>Тишина. Потом из домов начали выглядывать. Окна открывались. Люди высовывались, смотрели.</p><p>— Я граф Базипольский! Чумной доктор! Я пришёл из Посада, пробившись через мертвецов! Со мной сорок пять человек — выживших, сражавшихся, не сдавшихся!</p><p>Люди слушали. Молча.</p><p>— Город умирает! Но мы ещё живы! И мы будем сражаться! Зачистим улицы от мертвецов! Спасём тех, кто остался! Вернём город к жизни!</p><p>Пауза.</p><p>— Кто хочет присоединиться — приходите! Дам оружие, еду, защиту! Вместе мы сильнее! Вместе выживем!</p><p>Тишина. Долгая.</p><p>Потом одна дверь открылась. Вышел мужик — средних лет, в купеческой одежде. Подошёл к Демьяну.</p><p>— Я с вами. Имя — Пётр. Купец был. Теперь — никто. Но драться могу.</p><p>Демьян кивнул.</p><p>— Добро пожаловать.</p><p>Вторая дверь. Женщина с двумя подростками.</p><p>— Мы тоже. Сыновья мои. Сильные. Помогут.</p><p>Третий. Четвёртый. Пятый.</p><p>К полудню набралось ещё двадцать человек. Мужчины, женщины, подростки. Все хотели сражаться.</p><p>Демьян повёл их в архив. Раздал оружие — то, что осталось. Мушкеты, сабли, топоры. Еду — последнюю крупу, хлеб.</p><p>— Завтра начнём зачистку. Ближайший квартал Посада. Убьём всех мертвецов, спасём живых. Потом следующий. И так — пока город не очистим.</p><p>Люди кивали. Молча, жёстко.</p><p>К вечеру пришёл гость.</p><p>Чиновник. Толстый, в дорогом кафтане. Лицо потное, глаза бегающие. За ним — два стражника.</p><p>— Граф Базипольский?</p><p>Демьян обернулся.</p><p>— Да.</p><p>— Секретарь губернатора Мстислава Громова. Николай Фёдорович Крысин. — Он поклонился, неуклюже. — Губернатор требует вашего присутствия. Немедленно.</p><p>Демьян усмехнулся.</p><p>— Требует?</p><p>— Да. Вы нарушили порядок. Собрали людей без разрешения. Раздали оружие. Это… это недопустимо.</p><p>— Понятно. — Демьян подошёл ближе. Чиновник попятился. — Передай губернатору: я приду. Завтра. Когда будет время. А пока он может сидеть в своём дворце и молиться, чтобы мертвецы не добрались до Кремля.</p><p>Крысин побледнел.</p><p>— Но… но это неуважение! Губернатор…</p><p>— Губернатор — труп. Он просто ещё не знает об этом. — Демьян развернулся, пошёл обратно в здание. — Уходи. Пока цел.</p><p>Чиновник стоял, открыв рот. Потом развернулся и поспешил прочь. Стражники за ним.</p><p>Тимофей подошёл к Демьяну, усмехаясь.</p><p>— Наглый ты, граф.</p><p>— Времени на вежливость нет. — Демьян посмотрел на дворец. — Губернатор слаб. Скоро сам придёт. Или пришлёт стражу. Нужно быть готовыми.</p><p>— Думаешь, нападут?</p><p>— Может быть. Поставь охрану. Круглосуточно. Если стража придёт — встретим.</p><p>Тимофей кивнул. Расставил людей по окнам, у дверей.</p><p>Ночь прошла спокойно. Никто не пришёл.</p><p>Утром Демьян повёл отряд в Посад. Двадцать человек. Вооружённые, в доспехах. Тимофей, Светлов, Егор, остальные.</p><p>Цель — ближайший квартал за воротами. Зачистить от мертвецов, спасти выживших, закрепить территорию.</p><p>Вышли через ворота. Стража пропустила молча.</p><p>Посад встретил тишиной. Улицы пустые. Дома закрыты. Трупы на мостовой — гниющие, разлагающиеся.</p><p>Демьян повёл отряд осторожно. Проверяли каждый дом, каждый переулок.</p><p>Первый мертвец вышел из подвала. Один. Медленный, шатающийся. Тимофей подошёл, снёс голову топором. Быстро, без звука.</p><p>Второй — в доме. Сидел в углу, грыз труп. Демьян застрелил из револьвера. Руническая пуля взорвала череп.</p><p>Третий, четвёртый, пятый. Убивали методично. Тихо, быстро.</p><p>К полудню зачистили три дома. Нашли выживших — семью, пятеро человек. Прятались в подвале, голодные, испуганные. Демьян дал им еды, воды. Повёл в Кремль, в архив.</p><p>Во втором доме нашли мертвецов — десять, может, больше. Целое гнездо. Они напали разом. Бой был коротким, жестоким. Двое из отряда ранены — царапины, укусы. Светлов перевязал на месте.</p><p>К вечеру зачистили квартал. Двадцать мертвецов убито. Трое выживших спасено. Потерь нет — только раненые.</p><p>Вернулись в Кремль. Усталые, но живые.</p><p>Демьян собрал людей.</p><p>— Завтра — следующий квартал. Потом ещё. Каждый день — один квартал. Через месяц — весь Посад будет чист.</p><p>Люди кивали. Верили.</p><p>Прошла неделя.</p><p>Каждый день отряд выходил в Посад. Зачищал квартал за кварталом. Убивал мертвецов, спасал живых.</p><p>Людей в архиве прибавлялось. Сначала шестьдесят. Потом восемьдесят. Потом сто.</p><p>Не все были бойцами. Женщины, дети, старики. Но они помогали — готовили еду, перевязывали раненых, чинили оружие.</p><p>Архив превратился в крепость. Баррикады у входа, стража на окнах. Горны работали — Тимофей ковал новые доспехи, новое оружие. Светлов организовал лазарет — лечил раненых, больных.</p><p>А Демьян стал лидером. Негласным, но признанным. Люди шли за ним. Слушали. Верили.</p><p>Губернатор молчал. Сидел во дворце, не выходил. Стража не трогала. Боярство прятались в усадьбах.</p><p>Но слухи ползли. По Кремлю, по Посаду. О графе Базипольском. О чумном докторе, что сражается с мертвецами. О том, что он очищает город.</p><p>К концу недели к Демьяну пришли двое бояр. Молодые, амбициозные. Волынский и Шуйский.</p><p>— Граф Базипольский, — Волынский поклонился. — Мы слышали о ваших делах. Восхищены. Хотели бы помочь.</p><p>Демьян смотрел на них долго. Волынские. Те самые, кого дед подозревал.</p><p>— Помочь? Чем?</p><p>— Деньгами. Припасами. Связями. — Волынский улыбнулся. — Губернатор слаб. Город нуждается в сильной руке. Мы видим эту руку в вас.</p><p>— И что вы хотите взамен?</p><p>— Влияние. Когда город будет очищен, когда губернатор падёт — мы хотим быть рядом с вами. Вашими союзниками.</p><p>Демьян усмехнулся.</p><p>— Вы хотите власти. Через меня.</p><p>— Мы хотим порядка. А вы — человек порядка. — Волынский шагнул ближе. — Примите нашу помощь. Вместе мы быстрее очистим город. Спасём больше людей.</p><p>Демьян молчал. Думал. Волынские опасны. Возможно — враги. Но помощь нужна. Деньги, припасы, связи.</p><p>— Хорошо. Принимаю. Но помните — если попытаетесь меня предать, я узнаю. И тогда я вас убью.</p><p>Волынский побледнел, но кивнул.</p><p>— Понял.</p><p>Они ушли.</p><p>Светлов подошёл к Демьяну.</p><p>— Граф, вы уверены? Волынские…</p><p>— Знаю. Но выбора нет. Нужны ресурсы. А за ними присмотрим.</p><p>Вторая неделя.</p><p>Отряд вырос до пятидесяти человек. Волынский прислал оружие, припасы, деньги. Демьян раздал всё людям. Организовал вторую группу зачистки. Теперь работали два отряда — по двадцать пять человек каждый. Зачищали по два квартала в день.</p><p>Посад медленно очищался. Мертвецов становилось меньше. Выживших — больше.</p><p>В Кремле Демьяна уже знали все. Уважали. Боялись. Губернатор был никем. Тенью во дворце.</p><p>На десятый день губернатор вызвал Демьяна. Официально. Через Крысина.</p><p>Демьян пришёл. Один. Без оружия — стража не пустила бы.</p><p>Губернаторский дворец внутри был роскошным. Мрамор, золото, хрусталь. Будто войны не было.</p><p>Мстислав Громов сидел в кабинете. За массивным столом. Старик, лет шестидесяти. Лицо одутловатое, глаза усталые. Когда-то был могущественным. Теперь — просто старик.</p><p>— Граф Базипольский. — Громов кивнул на кресло. — Садитесь.</p><p>Демьян сел.</p><p>— Вы создаёте проблемы. — Громов налил вина, выпил. — Собираете людей. Раздаёте оружие. Действуете без моего разрешения.</p><p>— Я спасаю город. Вы — сидите здесь и пьёте вино.</p><p>Громов усмехнулся. Горько.</p><p>— Прямолинейны. Как и ваш дед. — Он поставил бокал. — Пётр Антонович был таким же. Говорил правду в лицо. Не боялся власти.</p><p>— Дед был прав. Вы бездействуете. Город умирает.</p><p>— Город уже мёртв. — Громов посмотрел в окно. — Половина населения погибла. Может, больше. Мертвецов тысячи. Их не убить. Не всех.</p><p>— Можно. Если действовать. Организованно. Каждый день — по кварталу. Через месяц — Посад чист. Через два — Слободы. Через три — город живёт снова.</p><p>Громов молчал. Потом кивнул.</p><p>— Может, вы правы. Может, я слаб. Стар. — Он посмотрел на Демьяна. — Что вы хотите, граф?</p><p>— Власть. Полную. Над зачисткой города. Над стражей. Над ресурсами.</p><p>— А я?</p><p>— Вы остаётесь губернатором. Формально. Подписываете бумаги, что я скажу. Остальное — моё дело.</p><p>Громов смотрел долго. Потом усмехнулся.</p><p>— Переворот. Тихий, бескровный. Умно. — Он налил второй бокал, протянул Демьяну. — Хорошо. Берите власть. Только спасите город. Это всё, что я прошу.</p><p>Демьян взял бокал. Выпил.</p><p>— Спасу.</p><p>Они обменялись рукопожатием. Крепким, коротким.</p><p>Демьян вышел из дворца. Власть была его.</p><p>Третья неделя.</p><p>Демьян издал указы. От имени губернатора, но фактически — свои.</p><p>Первый — всеобщая мобилизация. Каждый мужчина от шестнадцати до пятидесяти — в отряды зачистки. Обучение, вооружение, доспехи.</p><p>Второй — реквизиция припасов. У богатых боярских усадеб, у купеческих складов. Всё — в общий фонд. Распределение по необходимости.</p><p>Третий — комендантский час. После заката — никто не выходит. Ночью — только патрули.</p><p>Боярство взбунтовалось. Пришли к Демьяну — десять человек, включая Долгоруких, Волынских, Шуйских.</p><p>— Это грабёж! — кричал Долгорукой. — Вы отбираете наше имущество!</p><p>— Я спасаю город. — Демьян сидел за столом, спокойный. — Ваши припасы нужны людям. Бойцам. Тем, кто сражается.</p><p>— Мы тоже граждане! Имеем права!</p><p>— Права есть у тех, кто сражается. Остальные — получают по необходимости.</p><p>Долгорукой покраснел.</p><p>— Я пойду к губернатору! Он…</p><p>— Губернатор согласен со мной. — Демьян достал бумагу, печать губернатора внизу. — Вот указ. Официальный.</p><p>Боярство молчало. Потом разошлись. Злые, но бессильные.</p><p>Только Волынский задержался.</p><p>— Граф, вы играете опасную игру. Боярство может восстать.</p><p>— Пусть попробуют. У меня двести вооружённых людей. У них — слуги и страх.</p><p>Волынский усмехнулся.</p><p>— Вы жестоки. Мне нравится. — Он поклонился, ушёл.</p><p>Демьян смотрел ему вслед. Волынский опасен. Умён, амбициозен. Следить за ним.</p><p>Четвёртая неделя.</p><p>Посад очищен на треть. Мертвецов убито больше тысячи. Выживших спасено триста.</p><p>Отряды работали как машина. Утром — выход. Зачистка квартала. К вечеру — возвращение. Сжигание трупов за стенами.</p><p>Потери были. Каждый день — один-два человека. Укусы, царапины, зараза. Демьян убивал их сам. Быстро, без мучений.</p><p>Люди привыкли. К смерти, к жестокости, к войне.</p><p>В Кремле жизнь менялась. Архив стал штабом. Демьян — командующим. Тимофей — мастером оружия. Светлов — главным врачом.</p><p>Стража перешла под контроль Демьяна. Капитан Жиров пытался сопротивляться. Демьян пришёл к нему, один на один. Разговор был коротким.</p><p>— Либо служишь мне, либо уходишь. Сам выбирай.</p><p>Жиров выбрал службу. Стража теперь патрулировала город, помогала зачистке.</p><p>Боярство смирилось. Платили налоги — едой, деньгами, припасами. Молчали, но кипели внутри.</p><p>Демьян знал — скоро взорвётся. Кто-то попытается убрать его. Может, Волынский. Может, кто-то ещё.</p><p>Но пока держал контроль. Железной рукой.</p><p>Конец месяца.</p><p>Посад очищен наполовину. Демьян стоял на колокольне церкви, смотрел на город.</p><p>Дыма стало меньше. Пожары гасли. Кварталы, что зачистили, оживали. Люди возвращались в дома, открывали лавки, восстанавливали жизнь.</p><p>Медленно, но город возрождался.</p><p>Светлов поднялся на колокольню.</p><p>— Граф. Новости.</p><p>— Говори.</p><p>— В Слободах видели что-то странное. Патруль докладывает — мертвецы собираются в одном месте. Сотни. Может, тысячи. Как будто кто-то их организует.</p><p>Демьян нахмурился.</p><p>— Организует? Мертвецы не могут организовываться. Они…</p><p>Он замолчал. Вспомнил. Кукла в его доме. Маг, что отравил колодец. Враг.</p><p>— Это он. — Демьян сжал кулаки. — Тот, кто устроил эпидемию. Он контролирует мертвецов. Собирает армию.</p><p>— Зачем?</p><p>— Чтобы уничтожить нас. Пока мы не стали слишком сильны. — Демьян развернулся. — Готовь людей. Завтра идём в Слободы. Найдём этого ублюдка. И убьём.</p><p>Светлов кивнул. Спустился вниз.</p><p>Демьян остался стоять. Смотрел на Слободы. Там, за дымом и руинами, ждал враг.</p><p>Финальная битва близко.</p><p>Но сначала нужно подготовиться.</p><p>Он спустился. Собрал всех командиров — Тимофея, Светлова, Егора, капитана Жирова, Волынского.</p><p>— Слушайте. Завтра идём в Слободы. Большой отрядом. Сто человек. Цель — найти того, кто контролирует мертвецов. Убить его. Без него армия мертвецов рассыплется.</p><p>— Это опасно, — сказал Жиров. — Слободы — территория мертвецов. Мы можем не вернуться.</p><p>— Вернёмся. Или умрём. Но враг должен быть уничтожен. Иначе всё бессмысленно.</p><p>Все кивнули. Молча, жёстко.</p><p>Демьян смотрел на них. Своих людей. Тех, кто верил. Кто шёл за ним.</p><p>— Готовьтесь. Оружие, доспехи, припасы. Выходим на рассвете.</p><p>Они разошлись.</p><p>Демьян остался один. Сел за стол. Достал карту. Изучал Слободы.</p><p>Где враг? Где его логово?</p><p>Он найдёт. И убьёт.</p><p>Даже если это будет стоить ему жизни.</p><p>Рассвет встретил их туманом.</p><p>Густой, молочный, стелился по мостовой. Видимость — метров десять, не больше. Плохо. Очень плохо.</p><p>Демьян стоял у ворот Кремля, смотрел на отряд. Сто человек. Лучшие бойцы. Все в доспехах — кольчуги, кожаные нагрудники. Все вооружены — мушкеты, сабли, топоры, копья.</p><p>Тимофей проверял строй. Светлов раздавал последние бинты, фляги с противоядием. Егор точил топор, методично, спокойно.</p><p>Капитан Жиров командовал стражей — двадцать человек, отдельная группа. Волынский стоял со своими людьми — десять бояр, молодых, амбициозных. В дорогих доспехах, с украшенным оружием.</p><p>— Готовы? — спросил Демьян.</p><p>Тимофей кивнул.</p><p>— Готовы.</p><p>— Тогда идём.</p><p>Ворота открылись. Отряд двинулся вперёд. Через Посад, к Слободам.</p><p>Улицы были тихими. Те кварталы, что зачистили, пустовали — люди ещё боялись возвращаться. Остальные — мёртвые. Окна разбиты, двери выбиты. Кровь на мостовых.</p><p>Туман сгущался. Демьян поднял руку — замедлить шаг. Идти осторожно.</p><p>Прошли первое кольцо стен. Ворота открыты настежь, стражи нет. Только кровь на камнях, обрывки одежды.</p><p>За воротами — Слободы. Нижний город. Трущобы, портовые склады, узкие переулки.</p><p>Запах ударил сразу. Гниль, разложение, дым. Тошнотворный, густой.</p><p>— Держитесь вместе, — тихо скомандовал Демьян. — Не разбредаться.</p><p>Отряд сжался, двинулся гуськом.</p><p>Первую улицу прошли без проблем. Вторую тоже. Только трупы на земле — старые, высохшие.</p><p>На третьей услышали звук.</p><p>Царапанье. Скрежет. Хрип.</p><p>Демьян поднял руку — остановиться.</p><p>Отряд замер.</p><p>Звук шёл откуда-то справа. Из переулка.</p><p>Демьян кивнул Тимофею. Кузнец подошёл к углу, выглянул.</p><p>Побледнел.</p><p>— Граф… вам нужно это увидеть.</p><p>Демьян подошёл. Заглянул.</p><p>В переулке стояли мертвецы. Двадцать, может, тридцать. Но не обычные.</p><p>Они были… организованы.</p><p>Стояли ровными рядами. По пять в ряд. Неподвижные. Смотрели в одну сторону. Как солдаты.</p><p>И впереди — один. Отличался от остальных.</p><p>Выше. Сильнее. Тело мускулистое, не раздутое. Кожа серая, но не гниющая. Глаза… не белёсые. Красные. Светящиеся.</p><p>Он держал в руке меч. Обычный, железный. Держал правильно, как воин.</p><p>И смотрел прямо на Демьяна.</p><p>Увидел его.</p><p>Поднял меч. Указал вперёд.</p><p>Мертвецы за ним двинулись. Разом. Строем.</p><p>— Чёрт, — прошипел Тимофей. — Они… они как армия.</p><p>— Назад! — крикнул Демьян. — Отступаем!</p><p>Отряд развернулся, побежал.</p><p>Мертвецы последовали. Не хаотично, не толпой. Строем. Организованно.</p><p>Демьян бежал, оглядываясь. Мертвецы не спешили. Шли методично. Отрезали пути отступления.</p><p>— Направо! В переулок!</p><p>Отряд свернул. Узкий переулок, стены с двух сторон.</p><p>Из стены вылез мертвец. Нет — не мертвец. Что-то другое.</p><p>Тело тощее, изуродованное. Руки длинные, пальцы как когти. Рот огромный, челюсть отвисла, полна острых зубов. Ног не было — только культи, на которых оно ползло.</p><p>Тварь.</p><p>Она зашипела, бросилась на первого бойца. Схватила за ногу, дёрнула. Боец упал. Тварь вгрызлась в живот. Кровь хлынула.</p><p>— Убейте её! — крикнул Тимофей.</p><p>Трое бойцов бросились вперёд. Рубили саблями, кололи копьями. Тварь извивалась, шипела, но не умирала.</p><p>Демьян подбежал, выстрелил из револьвера. Руническая пуля попала в голову. Тварь взорвалась изнутри, сгорела.</p><p>Боец на земле не дышал. Живот вспорот, кишки вываливаются.</p><p>— Оставьте его! Идём!</p><p>Они выбежали из переулка. На улицу.</p><p>Там ждала засада.</p><p>Мертвецы вышли со всех сторон. Слева, справа, впереди. Пятьдесят, может, больше.</p><p>И среди них — умные. Те, что с красными глазами. Пятеро. С оружием. Вели остальных.</p><p>— Стройтесь! — крикнул Демьян. — Круговая оборона!</p><p>Отряд сбился в круг. Мушкеты наружу.</p><p>— Огонь!</p><p>Залп. Десять мертвецов упали. Остальные не остановились.</p><p>— Перезаряжай!</p><p>Руки дрожали. Порох, пыж, пуля. Взвод.</p><p>Мертвецы в десяти метрах.</p><p>Второй залп. Ещё десять упали.</p><p>Остальные добежали. Навалились на строй.</p><p>Началась рубка.</p><p>Демьян резал саблей. Голова, рука, грудь. Не думал, просто резал.</p><p>Рядом Тимофей — топор взлетал, опускался. Череп за черепом.</p><p>Егор — молот крушил кости. Светлов — дубина с шипами разбивала головы.</p><p>Умный мертвец прорвался к Демьяну. Размахнулся мечом. Демьян парировал саблей. Удар, второй, третий. Мертвец дрался умело. Как обученный воин.</p><p>Демьян отступил, увернулся от удара. Выстрелил из револьвера. Пуля попала в грудь. Мертвец споткнулся, но не упал.</p><p>Второй выстрел. В голову. Голова взорвалась. Мертвец рухнул.</p><p>Но бойцов отряда становилось меньше.</p><p>Один упал, горло перерезано. Второй — когти вспороли живот. Третий — мертвец откусил пол-лица.</p><p>— Отступаем! — крикнул Демьян. — К зданию! Там укрытие!</p><p>Отряд начал отступление. Прикрывая друг друга. Мертвецы преследовали.</p><p>Слева из подворотни вылезла ещё одна тварь. Больше предыдущей. Тело раздуто, покрыто наростами. Рот — вертикальный разрез во всё лицо. Руки — четыре, каждая с когтями.</p><p>Она бросилась на группу бойцов. Схватила двоих разом. Подняла, швырнула об стену. Кости хрустнули.</p><p>Третьего схватила за голову. Сжала. Череп лопнул, как орех.</p><p>— Греческий огонь! — крикнул Демьян.</p><p>Он выхватил склянку, швырнул в тварь. Склянка разбилась о грудь. Жидкость вспыхнула. Огонь охватил тело.</p><p>Тварь завизжала. Металась, билась о стены. Огонь не гас. Жёг, плавил плоть.</p><p>Через минуту тварь рухнула. Сгорела дотла.</p><p>Отряд добежал до здания. Старый склад. Дверь выбили, ворвались внутрь.</p><p>— Баррикадируйте! — крикнул Тимофей.</p><p>Мужики начали сваливать ящики к двери, забивать окна досками.</p><p>Снаружи мертвецы колотили, царапали.</p><p>Демьян оглядел отряд. Считал.</p><p>Пятьдесят человек. Из ста. Половина потеряна. За час.</p><p>Тимофей подошёл, тяжело дыша.</p><p>— Граф… мы не дойдём до логова врага. Нас перебьют по дороге.</p><p>Демьян молчал. Знал, что кузнец прав.</p><p>Светлов перевязывал раненых. Их было много. Десять, пятнадцать. Укусы, царапины, переломы.</p><p>— Сколько заражённых? — спросил Демьян.</p><p>— Пятеро. Может, больше. Не уверен.</p><p>Демьян кивнул. Подошёл к окну, выглянул в щель.</p><p>Мертвецы не ушли. Окружили склад. Стояли, ждали.</p><p>И среди них — ещё один умный. С красными глазами. Смотрел прямо на Демьяна.</p><p>Поднял руку. Указал на склад.</p><p>Мертвецы двинулись вперёд. Начали ломать дверь, окна.</p><p>— Готовьтесь! — крикнул Демьян. — Сейчас прорвутся!</p><p>Бойцы выстроились у двери. Мушкеты, сабли, копья.</p><p>Дверь затрещала. Доски ломались одна за другой.</p><p>Демьян перезарядил револьверы. Двадцать семь рунических пуль осталось. Мало. Очень мало.</p><p>Дверь рухнула.</p><p>Мертвецы хлынули внутрь.</p><p>Залп. Передние упали. Задние пошли по трупам.</p><p>Рубка. Снова. Кровь, крики, смерть.</p><p>Умный мертвец ворвался, атаковал Егора. Молот против меча. Удар, парирование, удар.</p><p>Егор замахнулся. Мертвец увернулся, полоснул мечом по боку. Кольчуга выдержала, но Егор отшатнулся.</p><p>Мертвец ударил снова. В шею. Кольчуги там не было.</p><p>Кровь хлынула. Егор упал, хрипя.</p><p>Тимофей завыл, бросился к брату — нет, к товарищу. Топор взлетел, снёс голову умному мертвецу.</p><p>Но Егор уже не дышал.</p><p>Тимофей стоял над телом. Топор в руках. Молчал.</p><p>Потом поднял голову. Глаза красные, лицо искажено.</p><p>— Убью их всех, — прохрипел он. — Всех до единого.</p><p>Он бросился в гущу мертвецов. Рубил, не останавливаясь. Как безумный.</p><p>Демьян кричал:</p><p>— Тимофей! Вернись!</p><p>Но кузнец не слышал. Резал, крушил, убивал.</p><p>Мертвецы окружили его. Навалились со всех сторон.</p><p>Тимофей рубил, но их было слишком много.</p><p>Один схватил за плечо. Второй — за ногу. Третий вцепился зубами в шею.</p><p>Тимофей упал. Мертвецы накрыли его. Рвали, грызли, жрали.</p><p>Демьян выстрелил. Раз, два, три. Мертвецы падали. Но Тимофея уже не было видно.</p><p>— Отступаем! — крикнул он. — На второй этаж! Сейчас!</p><p>Отряд побежал к лестнице. По ступенькам, вверх.</p><p>Мертвецы следовали.</p><p>На втором этаже забаррикадировали лестницу. Ящики, доски, всё, что нашли.</p><p>Снизу колотили. Лезли.</p><p>Демьян оглядел остаток отряда.</p><p>Тридцать человек. Из ста.</p><p>Светлов сидел в углу, держался за голову. Волынский — бледный, в крови. Жиров — молчал, смотрел в пустоту.</p><p>— Граф, — Светлов поднял голову. — Мы не выберемся. Их слишком много.</p><p>Демьян молчал. Смотрел на баррикаду. Она не выдержит. Час, может, два.</p><p>Нужен план.</p><p>Он подошёл к окну. Посмотрел вниз.</p><p>Улица кишела мертвецами. Сотни. Может, тысячи.</p><p>И вдали, на крыше высокого здания, стояла фигура.</p><p>Человек. В чёрном плаще. Капюшон накинут.</p><p>Смотрел на склад. На Демьяна.</p><p>Поднял руку. Помахал. Насмешливо.</p><p>Враг.</p><p>Он здесь. Наблюдает. Контролирует мертвецов.</p><p>Демьян сжал револьвер.</p><p>Нужно добраться до него. Любой ценой.</p><p>Он обернулся к отряду.</p><p>— Слушайте меня. Враг — вон там. — Указал на фигуру на крыше. — Нужно добраться до него. Убить. Без него мертвецы потеряют контроль. Рассыплются.</p><p>— Как доберёмся? — спросил Жиров. — Там тысячи мертвецов.</p><p>— Прорвёмся. Малой группой. Быстро, незаметно. — Демьян посмотрел на Светлова, Волынского, Жирова. — Вы остаётесь здесь. Держите оборону. Отвлекайте мертвецов. Я пойду с пятью бойцами. Доберёмся до врага. Убьём.</p><p>— Это самоубийство, — сказал Волынский.</p><p>— Знаю. Но выбора нет. — Демьян надел маску обратно. — Кто со мной?</p><p>Пятеро шагнули вперёд. Молодые, сильные. Смотрели решительно.</p><p>Демьян кивнул.</p><p>— Готовьтесь. Выходим через окно. По крышам. Обойдём мертвецов.</p><p>Светлов встал.</p><p>— Граф… удачи.</p><p>Демьян кивнул. Подошёл к окну. Открыл.</p><p>Крыша соседнего здания — в трёх метрах. Прыжок.</p><p>Он разбежался, прыгнул. Приземлился, скатился. Поднялся.</p><p>Пятеро последовали. Один не допрыгнул. Сорвался, упал вниз. Мертвецы накрыли его.</p><p>Четверо осталось.</p><p>Демьян побежал по крышам. К зданию, где стоял враг.</p><p>Мертвецы внизу не видели. Смотрели на склад, где остался основной отряд.</p><p>Демьян добежал до нужной крыши. Поднялся на край.</p><p>Фигура в плаще стояла спиной. Смотрела на склад.</p><p>Демьян выхватил револьвер. Прицелился.</p><p>Фигура обернулась.</p><p>Лицо… нет лица. Маска. Белая, гладкая. Без черт.</p><p>И голос. Искажённый, механический.</p><p>— Граф Базипольский. Наконец-то.</p><p>Демьян выстрелил.</p><p>И началась финальная битва.</p></section><section><title><p>Глава 10</p></title><p>Пуля попала в грудь.</p><p>Фигура дёрнулась, отшатнулась.</p><p>Но не упала.</p><p>Посмотрела вниз, на рану. Дым поднимался — руническая пуля жгла плоть.</p><p>Фигура подняла голову. Засмеялась. Механический, искажённый смех.</p><p>— Больно. Но недостаточно.</p><p>Она сорвала плащ. Под ним — тело, но не человеческое.</p><p>Кожа серая, покрытая древними рунами, которые светятся и пульсируют, словно живые. Их свет мерцает, как звёзды на ночном небе, но вместо тепла излучает холодную, зловещую энергию. Грудь существа — не живая плоть, а сложный механизм, состоящий из шестерёнок, пружин и магических компонентов. Внутри, за металлической оболочкой, видны пульсирующие потоки энергии, напоминающие кровь, но светящиеся неестественным светом. В глазах существа, пустых и безжизненных, отражается свет рун, и кажется, что оно само становится их частью.</p><p>Не человек. Конструкт. Кукла. Но больше, сложнее.</p><p>— Что ты такое? — прохрипел Демьян.</p><p>— Я? — Конструкт склонил голову. — Я — воля моего господина. Я — проводник его замысла. Я — тот, кто уничтожит этот город.</p><p>Он взмахнул рукой. Из рукава выскочило лезвие. Длинное, изогнутое. На металле — руны, такие же, как на теле.</p><p>— А ты, граф Базипольский, слишком много узнал. Слишком много сделал. Пора умереть.</p><p>Конструкт бросился вперёд. Быстро. Нечеловечески быстро.</p><p>Демьян отпрыгнул. Лезвие просвистело мимо, срезав край плаща.</p><p>Четверо бойцов бросились атаковать. С саблями, топорами.</p><p>Конструкт развернулся. Из второго рукава — ещё лезвие. Два клинка закружились, как смерч.</p><p>Первый боец упал, горло перерезано. Второй — рука отсечена. Третий — живот вспорот.</p><p>Четвёртый — молодой парень, с копьём — метнул оружие. Копьё вонзилось в грудь конструкта. Глубоко.</p><p>Конструкт остановился. Посмотрел на копьё.</p><p>Вырвал его. Швырнул обратно. Копьё пронзило парня насквозь. Он рухнул с крыши, вниз.</p><p>Демьян остался один.</p><p>Конструкт повернулся к нему.</p><p>— Ты сильнее, чем я думал. Но недостаточно.</p><p>Демьян перезарядил револьвер. Шесть патронов. Двадцать один остался в коробке.</p><p>Выстрелил. Раз. Два. Три.</p><p>Все три пули попали. Грудь, плечо, голова.</p><p>Конструкт пошатнулся. Руны на теле потускнели. Механизм в груди заскрежетал.</p><p>Но не упал.</p><p>— Больно, — прохрипел он. — Но мало.</p><p>Он бросился снова. Лезвия взлетели.</p><p>Демьян парировал саблей. Удар, второй, третий. Сила конструкта была огромной. Руки Демьяна немели от ударов.</p><p>Один удар прошёл. Лезвие полоснуло по боку. Кольчуга выдержала, но Демьян споткнулся, упал на колено.</p><p>Конструкт занёс лезвие для финального удара.</p><p>С крыши склада прыгнул Светлов.</p><p>Перелетел пропасть, врезался в конструкта. Оба покатились по крыше.</p><p>Светлов бил дубиной. Раз, два, три. По голове, по груди.</p><p>Конструкт оттолкнул его, вскочил. Ударил лезвием. Светлов увернулся, но лезвие срезало край доспеха.</p><p>Демьян поднялся. Выстрелил снова. В спину конструкта.</p><p>Руны потускнели ещё больше. Механизм заскрипел громче.</p><p>Конструкт развернулся. Швырнул лезвие в Демьяна.</p><p>Демьян увернулся. Лезвие пролетело мимо, воткнулось в дымоход.</p><p>Второе лезвие — в Светлова.</p><p>Доктор не успел. Лезвие вонзилось в плечо. Светлов закричал, упал.</p><p>Демьян бросился к конструкту. Сабля в одной руке, револьвер в другой.</p><p>Стрелял на бегу. Четвёртая пуля. Пятая. Шестая.</p><p>Все попали. Грудь, голова, механизм.</p><p>Конструкт остановился. Руны погасли. Механизм заклинило.</p><p>Демьян добежал. Размахнулся саблей. Ударил по шее.</p><p>Голова слетела.</p><p>Тело конструкта зашаталось. Руны вспыхнули последний раз. Потом погасли.</p><p>Тело рухнуло. Механизм щёлкнул. Замер.</p><p>Демьян стоял, тяжело дыша. Сабля в руке, окровавленная.</p><p>Конструкт мёртв.</p><p>Но враг не здесь. Конструкт сказал — «воля моего господина». Кто-то стоит за ним. Управляет.</p><p>Светлов застонал. Демьян подбежал к нему, осмотрел рану. Лезвие вошло глубоко, но не задело артерию.</p><p>— Терпи. Сейчас вытащу.</p><p>Он выдернул лезвие. Светлов закричал. Демьян быстро перевязал рану, туго.</p><p>— Можешь идти?</p><p>— Да, — прохрипел Светлов.</p><p>Они поднялись. Посмотрели вниз, на улицу.</p><p>Мертвецы остановились. Замерли. Стояли неподвижно.</p><p>Потом начали падать. Один за другим. Десятки, сотни. Рушились, как подкошенные.</p><p>Умные мертвецы — с красными глазами — тоже. Падали, дёргались, затихали.</p><p>Через минуту улица была усыпана трупами. Неподвижными, настоящими трупами.</p><p>Контроль оборван. Конструкт управлял ими. Теперь его нет — они мертвы окончательно.</p><p>Демьян выдохнул. Сел на край крыши.</p><p>— Получилось.</p><p>Светлов сел рядом, держась за плечо.</p><p>— Но враг ещё жив. Тот, кто создал конструкта.</p><p>— Знаю. — Демьян посмотрел на тело конструкта. — Нужно изучить его. Может, найдём зацепку. Кто создал. Где находится.</p><p>Они спустились с крыши. Через окно, по лестнице, в склад.</p><p>Отряд встретил их молчанием. Смотрели, не веря.</p><p>Жиров шагнул вперёд.</p><p>— Граф… мертвецы… они все упали. Мертвы.</p><p>— Да. Конструкт их контролировал. Теперь его нет.</p><p>— Значит… победа?</p><p>Демьян покачал головой.</p><p>— Нет. Это только начало. Враг жив. Он создаст нового конструкта. Новую армию. Если не остановим его.</p><p>Он оглядел отряд. Двадцать человек осталось. Из ста.</p><p>Тимофей мёртв. Егор мёртв. Десятки других — мертвы.</p><p>Цена победы огромна.</p><p>Но битва продолжается.</p><p>Они вернулись в Кремль к вечеру.</p><p>Тащили раненых, несли тела павших. Молча, измученно.</p><p>Город встретил их тишиной. Улицы пустые. Мертвецы лежали повсюду — упавшие, неподвижные.</p><p>У ворот Кремля их встретила толпа. Люди, что остались. Смотрели, ждали.</p><p>Демьян снял маску. Лицо в крови, в саже. Глаза усталые.</p><p>— Битва выиграна. Мертвецы мертвы. Но война не окончена.</p><p>Толпа молчала.</p><p>— Враг жив. Тот, кто устроил эпидемию. Он в городе. Или рядом. Мы найдём его. Убьём. И тогда город будет свободен.</p><p>Люди начали аплодировать. Медленно, неуверенно. Потом громче.</p><p>Демьян не улыбался. Поднял руку — тишина.</p><p>— Хороните павших. С почестями. Они спасли город. Их имена не забудутся.</p><p>Он прошёл через ворота. Толпа расступилась.</p><p>В архиве его ждал Волынский. Лицо напряжённое.</p><p>— Граф. Вам нужно кое-что увидеть.</p><p>— Что?</p><p>— Мы изучили конструкта. Нашли метку. На внутренней части механизма.</p><p>— Какую метку?</p><p>Волынский протянул кусок металла. Вырванный из груди конструкта. На нём — символ. Выгравированный, сложный.</p><p>Герб. Боярский герб.</p><p>Демьян присмотрелся.</p><p>Два скрещённых меча. Корона сверху. Волк снизу.</p><p>Герб Волынских.</p><p>Он медленно поднял взгляд на Волынского.</p><p>— Это твой герб.</p><p>Волынский побледнел.</p><p>— Да. Но я не… я не создавал конструкта! Клянусь!</p><p>— Тогда кто?</p><p>— Не знаю! Может, кто-то из моего рода! Или… или кто-то использует наш герб, чтобы подставить!</p><p>Демьян смотрел на него долго. Волынский дрожал, потел.</p><p>— Расследуешь. Найдёшь, кто из твоего рода причастен. Принесёшь мне голову. Или принесу твою. Понял?</p><p>Волынский кивнул. Быстро, испуганно.</p><p>— Понял. Я… я найду. Обещаю.</p><p>Он выбежал из комнаты.</p><p>Демьян остался один. Смотрел на металлическую пластину. На герб.</p><p>Волынские. Дед подозревал их. И был прав.</p><p>Кто-то из этого рода — враг. Тот, кто отравил колодец. Кто создал конструкта. Кто хочет уничтожить город.</p><p>Нужно найти его. Быстро. Пока не создал новую угрозу.</p><p>Демьян сжал металл в кулаке.</p><p>Охота началась.</p><p>Следующие дни прошли в напряжении.</p><p>Волынский расследовал. Допрашивал родственников, слуг, всех, кто мог знать.</p><p>Демьян тоже искал. Изучал записи деда, старые документы, связи Волынских.</p><p>На третий день Волынский пришёл. Бледный, трясущийся.</p><p>— Нашёл. Мой дядя. Фёдор Волынский. Он… он практиковал тёмную магию. Скрывался. Жил в старой усадьбе на окраине Слобод.</p><p>— Где усадьба?</p><p>— У реки. За старой мельницей. Я… я могу показать.</p><p>Демьян кивнул.</p><p>— Покажешь. Собираю отряд. Идём туда завтра. Убьём твоего дядю. Закончим это.</p><p>Волынский кивнул. Ушёл.</p><p>Демьян собрал остатки бойцов. Пятнадцать человек. Всё, что осталось от отряда.</p><p>Светлов, с раненым плечом. Жиров, мрачный и молчаливый. Десяток других — усталых, но готовых.</p><p>— Завтра финал. Идём к врагу. Убиваем его. Навсегда. Готовьтесь.</p><p>Они кивнули. Молча, жёстко.</p><p>Демьян вернулся в свою комнату. Сел за стол. Достал револьверы. Перезарядил. Пятнадцать рунических пуль осталось.</p><p>Мало. Но хватит.</p><p>Хватит, чтобы убить одного человека.</p><p>Он закрыл глаза. Увидел лица павших. Прошка. Тимофей. Егор. Десятки других.</p><p>Все они умерли, чтобы город жил.</p><p>Завтра их смерть будет отомщена.</p><p>Демьян сжал револьверы.</p><p>Враг умрёт.</p><p>Даже если придётся умереть вместе с ним.</p><p>Рассвет был серым, холодным. Ветер дул с реки, нёс запах гнили и сырости.</p><p>Отряд вышел из Кремля молча. Пятнадцать человек. Демьян впереди, Волынский рядом — показывал дорогу. Светлов, Жиров, остальные за спиной.</p><p>Все вооружены. Все в доспехах. Все знали — это может быть последний поход.</p><p>Шли через Посад. Мимо зачищенных кварталов, мимо пустых домов. Мертвецы лежали на улицах — те, что упали после смерти конструкта. Никто не убирал ещё. Просто лежали, гнили.</p><p>Прошли ворота второго кольца. Вошли в Слободы.</p><p>Здесь было хуже. Дома разрушены, улицы завалены трупами. Запах невыносимый — разложение, дым, моча.</p><p>Демьян закрыл нос краем плаща. Остальные сделали то же.</p><p>Волынский вёл через узкие переулки, мимо сгоревших складов, к реке.</p><p>— Там, — указал он. — За той горой мусора. Мельница. Дальше — усадьба дяди.</p><p>Они обошли гору — куча трупов, сложенных кем-то. Сотни. Может, тысячи. Все с бубонами, все заражённые.</p><p>— Кто их сложил? — прошептал Жиров.</p><p>— Не знаю, — Демьян осмотрел кучу. — Но это не случайность. Кто-то собирал тела. Для чего-то.</p><p>Волынский побледнел.</p><p>— Дядя. Он… он использовал мертвецов. Для экспериментов. Для магии.</p><p>— Идём дальше.</p><p>Они миновали кучу. Впереди показалась мельница. Старая, покосившаяся. Лопасти сломаны, стены треснуты. Дверь распахнута настежь.</p><p>Демьян поднял руку — остановиться.</p><p>— Осмотрим мельницу. Осторожно.</p><p>Они вошли внутрь. Темно, сыро. Пахло плесенью и чем-то ещё. Химикатами? Магией?</p><p>По полу валялись инструменты. Колбы, ножи, цепи. На стенах — пятна крови. Старой, засохшей.</p><p>В углу — стол. На нём — бумаги, исписанные мелким почерком. Демьян взял одну, пробежался глазами.</p><p>«…эксперимент №47. Заражение через воду успешно. Контроль через конструкт — частично. Нужно усилить руны…»</p><p>«…город должен пасть. Таков приказ господина. Я выполню…»</p><p>«…Базипольский становится проблемой. Нужно устранить…»</p><p>Демьян сжал бумагу.</p><p>— Это здесь. Волынский, твой дядя работал здесь.</p><p>— Но где он сам?</p><p>— Дальше. В усадьбе. Идём.</p><p>Они вышли из мельницы. За ней — тропа, ведущая к реке. Вдоль тропы — деревья, голые, мёртвые.</p><p>Усадьба показалась через сто метров. Двухэтажное здание, каменное, с башенками. Окна разбиты, дверь приоткрыта. Вокруг — ограда, покосившаяся.</p><p>Слишком тихо. Слишком пусто.</p><p>Демьян остановился у ворот.</p><p>— Ловушка.</p><p>— Что? — Волынский обернулся.</p><p>— Это ловушка. Враг знает, что мы придём. Ждёт нас.</p><p>— Но… мы должны войти. Убить его.</p><p>— Должны. — Демьян достал револьверы. — Но осторожно. Жиров, возьми пятерых, обойди с левого фланга. Светлов, ты с тремя — справа. Я с остальными пойду через главный вход. Если увидите врага — кричите. Не геройствуйте.</p><p>Они разошлись.</p><p>Демьян повёл свою группу — четверо бойцов и Волынский — к главному входу.</p><p>Дверь была приоткрыта. Скрипела на ветру.</p><p>Демьян толкнул её ногой. Распахнулась.</p><p>Внутри темно. Только слабый свет из окон.</p><p>Они вошли. Прихожая. Пустая. Пыль, паутина. Никого.</p><p>Дальше — коридор. Двери по бокам — все открыты. Комнаты пустые.</p><p>В конце коридора — лестница. Ведёт наверх.</p><p>Демьян начал подниматься. Ступени скрипели под ногами. Громко, зловещ.</p><p>Наверху — ещё один коридор. Короче. В конце — одна дверь. Закрыта.</p><p>Демьян подошёл. Прислушался.</p><p>Тишина.</p><p>Он толкнул дверь. Распахнулась.</p><p>Комната большая. Кабинет. Стол, стулья, книжные шкафы. Всё заброшено, покрыто пылью.</p><p>И в центре комнаты — фигура.</p><p>Человек. В кресле. Сидит неподвижно. Спиной к двери.</p><p>— Фёдор Волынский? — позвал Демьян.</p><p>Фигура не ответила.</p><p>Волынский вошёл в комнату, обошёл кресло.</p><p>Побледнел.</p><p>— Это… это не дядя.</p><p>Демьян подошёл. Посмотрел.</p><p>В кресле сидела кукла. Деревянная, с нарисованным лицом. Улыбка — широкая, насмешливая. Глаза — пустые.</p><p>На груди куклы — записка. Прикреплена булавкой.</p><p>Демьян сорвал её, развернул.</p><p>«Граф Базипольский. Вы слишком упрямы. Слишком любопытны. Но игра окончена. Прощайте».</p><p>Снизу донёсся щелчок.</p><p>Демьян обернулся.</p><p>— Бежать! Сейчас!</p><p>Они рванули к двери. Но было поздно.</p><p>Кукла взорвалась.</p><p>Огонь, грохот, ударная волна.</p><p>Демьяна отбросило в коридор. Он рухнул на пол, голова ударилась о стену.</p><p>Звон в ушах. Темнота перед глазами.</p><p>Он заставил себя подняться. Голова кружилась, но он встал.</p><p>Комната горела. Пламя лизало стены, потолок.</p><p>Из огня вышел Волынский. Лицо обожжено, одежда тлеет. Шёл, шатаясь.</p><p>Упал рядом с Демьяном.</p><p>— Я… я не знал… клянусь…</p><p>Он закашлялся, захрипел. Кровь хлынула изо рта.</p><p>Умер.</p><p>Демьян оглядел коридор. Двое бойцов лежали неподвижно. Третий стонал, держался за ногу — оторвана ниже колена.</p><p>Четвёртый — цел, помогал раненому.</p><p>— Уходим! — крикнул Демьян. — Здание рушится!</p><p>Они подхватили раненого, потащили к лестнице.</p><p>Спустились. Пламя следовало за ними — огонь пожирал усадьбу, быстро, жадно.</p><p>Выбежали на улицу. Рухнули на траву.</p><p>Усадьба горела. Крыша обрушилась, стены трещали.</p><p>Светлов и Жиров подбежали с флангов.</p><p>— Граф! Что случилось?</p><p>— Ловушка. Взрыв. — Демьян сел, держась за голову. — Врага здесь нет. Никогда не было.</p><p>— Что?</p><p>— Это приманка. Всё — мельница, усадьба, Волынский. Враг знал, что мы придём. Подстроил всё, чтобы убить нас.</p><p>Светлов побледнел.</p><p>— Значит… Волынский не был врагом?</p><p>— Не знаю. — Демьян поднялся. — Может, и был. Может, его использовали. Но настоящий враг — не здесь.</p><p>Он посмотрел на горящую усадьбу. Пламя поднималось высоко, дым застилал небо.</p><p>— Враг в другом месте. В Кремле. Или рядом. Он наблюдает. Смеётся.</p><p>— Как найдём его?</p><p>Демьян молчал. Думал.</p><p>Герб Волынских на конструкте. Усадьба Волынских. Всё указывало на них.</p><p>Но это было слишком очевидно. Слишком просто.</p><p>Враг умён. Он подставил Волынских. Направил по ложному следу.</p><p>Значит, настоящий враг — кто-то другой. Кто-то, кто выиграет от падения Волынских.</p><p>Кто?</p><p>Долгорукие? Шуйские? Губернатор?</p><p>Или кто-то, кого он не видит. Кто прячется в тени.</p><p>— Возвращаемся в Кремль, — сказал Демьян. — Нужно думать. Анализировать. Враг где-то близко. Найдём его.</p><p>Они двинулись обратно. Несли раненого, волокли тела павших.</p><p>Отряд стал ещё меньше. Двенадцать человек из пятнадцати. Сто человек неделю назад.</p><p>Цена войны росла.</p><p>Но Демьян не остановится. Найдёт врага. Убьёт.</p><p>Даже если останется один.</p><p>Вернулись в Кремль к полудню.</p><p>Демьян сразу поднялся в свой кабинет. Разложил на столе все улики.</p><p>Записки из мельницы. Металл с гербом Волынских. Обрывки одежды конструкта.</p><p>Изучал часами. Искал связь, зацепку.</p><p>Светлов принёс еду. Демьян не притронулся.</p><p>— Граф, вам нужно отдохнуть. Вы не спали двое суток.</p><p>— Отдохну, когда найду его.</p><p>Светлов вздохнул, вышел.</p><p>Демьян продолжал изучать.</p><p>К вечеру пришёл Жиров.</p><p>— Граф. Новости. Плохие.</p><p>— Говори.</p><p>— Боярство поднимает бунт. Долгорукие, Шуйские, остальные. Говорят — вы убили Волынского без доказательств. Требуют суда. Над вами.</p><p>Демьян усмехнулся.</p><p>— Суда. Удобно. Враг использует их. Отвлекает меня.</p><p>— Что делать?</p><p>— Игнорировать. Пусть бунтуют. У меня стража, у меня люди. Они ничего не сделают.</p><p>— Но…</p><p>— Ничего. — Демьян посмотрел на Жирова. — Усиль охрану. Вокруг архива, вокруг моего кабинета. Никого не впускать без моего разрешения.</p><p>Жиров кивнул, ушёл.</p><p>Демьян вернулся к уликам.</p><p>Что-то он упускает. Что-то важное.</p><p>Герб Волынских. Слишком очевидно.</p><p>Взрыв в усадьбе. Слишком подстроено.</p><p>Враг знает его шаги. Предугадывает.</p><p>Как?</p><p>Шпион? Кто-то из его людей?</p><p>Или…</p><p>Демьян замер.</p><p>Или враг всегда был рядом. С самого начала. Наблюдал, направлял, манипулировал.</p><p>Кто был рядом всё время?</p><p>Светлов. Жиров. Тимофей — мёртв. Волынский — мёртв.</p><p>Кто остался?</p><p>Демьян встал. Подошёл к окну. Посмотрел на площадь.</p><p>Люди внизу. Суетятся, живут. Не знают, что враг среди них.</p><p>Он сжал кулаки.</p><p>Найду. Найду тебя, кто бы ты ни был.</p><p>И убью.</p></section><section><title><p>Глава 11</p></title><p>Демьян стоял на крыше архива, смотрел на город.</p><p>Рассвет окрашивал небо в розовый и золотой. Дым рассеялся — пожары погасли. Улицы пустовали, но не так мертво, как неделю назад.</p><p>Враг не найден. Пока. Но город нужно восстанавливать. Жизнь должна продолжаться.</p><p>Он спустился вниз. Собрал всех — Светлова, Жирова, оставшихся бойцов, добровольцев.</p><p>— Сегодня начинаем финальную зачистку. Убираем все трупы. Сжигаем. Каждую улицу, каждый дом. Через неделю город должен быть чист. Полностью.</p><p>Люди кивнули.</p><p>Организовали бригады. Двадцать человек на бригаду. Пять бригад — сто человек всего. Каждая бригада — свой квартал.</p><p>Выдали инструменты — лопаты, носилки, факелы, бочки с маслом для розжига.</p><p>К полудню начали работу.</p><p>Первая бригада — Посад, центральные улицы.</p><p>Демьян шёл с ними. Наблюдал.</p><p>Бойцы собирали трупы. Проверяли каждый дом, каждый подвал. Выносили мертвецов — тех, что упали после смерти конструкта.</p><p>Складывали на телеги. Везли за город, к старому карьеру. Там — костры. Большие, жаркие.</p><p>Трупы сжигали. Десятки разом. Пламя поднималось высоко, запах — невыносимый. Но работа шла.</p><p>К вечеру первый квартал очищен. Улицы пусты, чисты. Только пепел на ветру.</p><p>На следующий день — второй квартал. Третий. Четвёртый.</p><p>Работали не останавливаясь. С рассвета до заката. Люди уставали, но не жаловались.</p><p>Через три дня Посад очищен полностью.</p><p>Слободы были тяжелее.</p><p>Трупов больше. Сотни, тысячи. Гниющие, разлагающиеся.</p><p>Бригады работали в масках, пропитанных уксусом. Защищали от запаха, от заразы.</p><p>Светлов организовал санитарные посты. Проверял каждого после работы. Укусы, царапины, признаки болезни. Кого находил — изолировал. Лечил, если мог.</p><p>Двое умерли от заразы — подхватили, убирая трупы. Их сожгли отдельно, быстро.</p><p>Остальные выжили.</p><p>Через неделю Слободы очищены. Карьер за городом — огромная яма, заполненная пеплом. Тысячи мертвецов сгорели там.</p><p>Демьян приказал засыпать карьер землёй. Разровнять. Поставить крест.</p><p>— Пусть это будет памятник. Всем, кто погиб. Всем, кого мы не спасли.</p><p>Крест поставили. Высокий, деревянный. На нём — надпись, выжженная:</p><p>«Здесь покоятся жертвы эпидемии 1925 года. Вечная память».</p><p>Город стал чистым.</p><p>Улицы пустые, но безопасные. Мертвецов нет. Трупов нет. Только пепел да ветер.</p><p>Демьян издал указ — от имени губернатора, как всегда.</p><p>«Объявляется окончание карантина. Граждане могут возвращаться в свои дома. Восстановление города начинается».</p><p>Первыми вернулись те, кто прятался в Кремле. Боярство, купцы, чиновники. Осторожно, неуверенно. Проверяли дома, чинили двери, убирали последние следы войны.</p><p>Потом — те, кто бежал в деревни. Сотни людей потянулись обратно. Семьями, группами.</p><p>Не все вернулись. Многие погибли — от эпидемии, от голода, от мертвецов. Многие решили остаться в деревнях — боялись возвращаться.</p><p>Но город оживал.</p><p>Через неделю после зачистки открылась первая лавка. Хлебная. Хозяин — старик, переживший эпидемию в подвале. Испёк хлеб, выставил на прилавок.</p><p>Люди выстроились в очередь. Покупали, благодарили.</p><p>Через две недели — ещё три лавки. Мануфактурная, овощная, мясная.</p><p>Через месяц — трактир открылся. Кузница заработала. Порт ожил — первый корабль причалил, привёз товары из соседних городов.</p><p>Жизнь возвращалась. Медленно, но верно.</p><p>Демьян ходил по городу каждый день. Проверял, наблюдал, помогал.</p><p>Люди узнавали его. Кланялись, благодарили. Называли спасителем.</p><p>Он не отвечал. Просто кивал, шёл дальше.</p><p>Однажды остановился у церкви Николая Чудотворца. Той самой, где они держали оборону.</p><p>Церковь восстанавливали. Чинили стены, меняли окна. Священник — новый, молодой — руководил работами.</p><p>Увидел Демьяна, подошёл.</p><p>— Граф Базипольский. Благодарю вас. За всё.</p><p>Демьян посмотрел на церковь. На стены, где они сражались. Где умерли Прошка, Тимофей, Егор.</p><p>— Поставьте памятную доску. С именами павших. Тех, кто защищал эту церковь. Чтобы помнили.</p><p>Священник кивнул.</p><p>— Будет сделано.</p><p>Демьян ушёл.</p><p>К концу второго месяца город был почти восстановлен.</p><p>Лавки работали. Улицы чистые. Люди ходили без страха — днём, по крайней мере. Ночью всё ещё боялись. Память о мертвецах жила.</p><p>Губернатор Громов оставался формальной фигурой. Подписывал указы Демьяна, не спорил. Понимал — реальная власть у графа Базипольского.</p><p>Боярство смирилось. Долгорукие, Шуйские, остальные. Платили налоги, помогали восстановлению. Молчали.</p><p>Но Демьян знал — это временно. Рано или поздно кто-то попытается вернуть власть. Может, боярство. Может, церковь. Может, враг — тот, кто устроил эпидемию.</p><p>Враг всё ещё не найден.</p><p>Демьян продолжал искать. Изучал улики, допрашивал людей, следил за подозрительными.</p><p>Но следов не было. Враг исчез. Или притаился. Ждал следующего момента.</p><p>Однажды вечером, через два месяца после зачистки, Демьян сидел в своём кабинете.</p><p>На столе — отчёты. Город восстанавливался. Население — три тысячи человек. Из тысяч до эпидемии.</p><p>Демьян смотрел на цифры. Чувствовал тяжесть. Не справился. Не спас всех.</p><p>Но спас хоть кого-то.</p><p>Стук в дверь.</p><p>— Войдите.</p><p>Вошёл Светлов. Лицо усталое, но живое. Плечо зажило — шрам остался, но рука работала.</p><p>— Граф. Хотел поговорить.</p><p>— Слушаю.</p><p>Светлов сел напротив.</p><p>— Я ухожу. Завтра. В соседний город. Там нужны врачи. Эпидемия докатилась и до них.</p><p>Демьян кивнул.</p><p>— Понимаю. Ты нужен там. Иди.</p><p>— Вы… не сердитесь?</p><p>— Нет. Ты сделал своё дело здесь. Спас сотни. Теперь спасай других.</p><p>Светлов встал. Протянул руку.</p><p>— Было честью служить с вами, граф.</p><p>Демьян пожал руку.</p><p>— Взаимно, доктор.</p><p>Светлов ушёл.</p><p>Демьян остался один. Смотрел в окно. На город. На огни в окнах. На жизнь, что вернулась.</p><p>Демьян ходил по городу каждый день. Проверял кварталы, наблюдал за восстановлением. Иногда просто шёл, без цели. Думал.</p><p>В тот день зашёл в квартал у усадьбы Долгорукой. Там, где месяц назад была давка. Где умерли десятки.</p><p>Тела давно убрали. Сожгли. Но место оставалось мрачным. Люди обходили стороной.</p><p>Демьян шёл по мостовой. Смотрел под ноги. Кровь давно смыло дождями, но камни помнили.</p><p>У стены, в углу, под обломками телеги, что-то блеснуло.</p><p>Он подошёл. Присел.</p><p>Металл. Ржавый, но узнаваемый.</p><p>Тяпка.</p><p>Старая, с широким лезвием, обмотанная кожаным ремнём на рукояти. Он знал эту тяпку.</p><p>И в последнюю ночь взял её с собой. В толпу.</p><p>Демьян поднял тяпку. Тяжёлая, холодная. Лезвие в зазубринах — рубила не только дрова.</p><p>Он оглядел место. Под телегой, в куче мусора и тряпья, виднелись кости.</p><p>Рука. Человеческая. Пальцы сжаты, будто что-то держали.</p><p>Демьян отодвинул обломки телеги. Разгрёб мусор.</p><p>Скелет. Почти полный. Одежда истлела, но кое-что осталось. Пуговица медная. Обрывок ливреи.</p><p>Прошка.</p><p>Демьян опустился на колени. Смотрел на кости долго. Молча.</p><p>Старик умер здесь. В давке. Раздавленный, затоптанный. Держал тяпку до последнего. Пытался пробиться. Не смог.</p><p>Демьян закрыл глаза. Выдохнул.</p><p>— Прости, Прошка. Не уберёг.</p><p>Он поднялся. Собрал кости осторожно, бережно. Сложил в плащ, завязал.</p><p>Тяпку взял с собой.</p><p>Вернулся в усадьбу Базипольских. Дом стоял полуразрушенный — второй этаж обгорел, крыша провалилась. Но первый этаж цел, подвал цел.</p><p>Демьян спустился в подвал. В тайную комнату.</p><p>Всё на местах. Стол с инструментами, шкафы с книгами, костюм чумного доктора на манекене.</p><p>Он положил кости Прошки на стол. Аккуратно, с уважением.</p><p>Потом поднялся в сад. Взял лопату.</p><p>Начал копать. За домом, под старой яблоней. Прошка любил эту яблоню. Ухаживал за ней, обрезал ветки, собирал яблоки осенью.</p><p>Копал час. Яма глубокая, ровная.</p><p>Опустил кости, завёрнутые в плащ. Рядом положил тяпку.</p><p>— Служил верно. До конца. Спасибо тебе, старик.</p><p>Засыпал землёй. Утрамбовал. Поставил крест — деревянный, простой. Вырезал на нём ножом:</p><p>«Прокофий Ильич. Верный слуга рода Чумаков. 1850–1925».</p><p>Постоял молча. Потом ушёл.</p><p>На следующий день вернулся. Принёс цветы — последние осенние, жёлтые, вялые. Положил у креста.</p><p>Сел рядом, спиной к яблоне.</p><p>— Прошка, город восстанавливается. Люди возвращаются. Лавки открываются. Жизнь идёт. — Он смотрел на крест. — Тимофей мёртв. Егор мёртв. Ты мёртв. Все, кто помогал в начале — мертвы.</p><p>Ветер шевелил ветки яблони. Листьев не осталось — опали.</p><p>— Враг жив. Я ищу, но не нахожу. Он где-то рядом. Смотрит, ждёт. Может, смеётся. — Демьян сжал кулаки. — Но я найду его. Клянусь. Найду и убью. За тебя. За Тимофея. За всех.</p><p>Тишина. Только ветер.</p><p>Демьян поднялся. Поправил крест, чтобы стоял ровно.</p><p>— Покойся с миром, Прошка. Ты заслужил.</p><p>Ушёл, не оглядываясь.</p><p>Прошли недели. Демьян приходил к могиле регулярно. Раз в неделю, иногда чаще. Приносил цветы, когда находил. Просто сидел рядом, молчал.</p><p>Город оживал вокруг. Усадьбу Базипольских начали восстанавливать — Демьян нанял рабочих, дал деньги. Чинили крышу, стены, окна.</p><p>Но сад оставил нетронутым. Яблоню, могилу — всё как было.</p><p>— Это место священно, — сказал он рабочим. — Не трогать.</p><p>Они кивнули. Обходили сад стороной.</p><p>Однажды, через месяц после похорон, Демьян сидел у могилы. Поздний вечер, сумерки сгущались.</p><p>Услышал шаги за спиной. Обернулся.</p><p>Старуха. Согбенная, в платке. Лицо морщинистое, глаза умные.</p><p>— Граф Базипольский?</p><p>— Да.</p><p>Старуха подошла ближе. Посмотрела на крест.</p><p>— Прокофий Ильич. Знала его. Хороший был человек. Честный.</p><p>— Откуда вы его знали?</p><p>— Соседка была. Жила через дом. Ещё до эпидемии. — Она вздохнула. — Потом убежала в деревню. Вернулась неделю назад. Услышала, что вы его похоронили. Пришла проститься.</p><p>Она достала из кармана платок. Развернула. Внутри — кусок хлеба. Положила у креста.</p><p>— По обычаю. Для покойника. Пусть в дороге не голодает.</p><p>Демьян молчал. Смотрел на хлеб.</p><p>Старуха выпрямилась, посмотрела на него.</p><p>— Вы спасли город, граф. Люди помнят. Благодарны. — Она помолчала. — Но город помнит и мёртвых. Всех, кто погиб. Прокофий Ильич был одним из первых. Верным. Его помнят.</p><p>Она поклонилась, ушла.</p><p>Демьян остался сидеть. Смотрел на хлеб у креста. На цветы. На могилу.</p><p>Город помнит.</p><p>Это было важно. Мёртвые не должны быть забыты.</p><p>Он встал, поклонился кресту. Низко, с уважением.</p><p>— Прощай, Прошка. Спи спокойно.</p><p>Пошёл обратно в город. В архив, где его ждали дела, отчёты, решения.</p><p>Жизнь продолжалась.</p><p>Но память оставалась.</p><p>Навсегда.</p><p>Приглашение пришло через неделю после похорон Прошки.</p><p>Слуга в ливрее — молодой, ухоженный — принёс запечатанный конверт. Поклонился, протянул.</p><p>— От боярыни Долгорукой. Для графа Базипольского.</p><p>Демьян взял конверт. Тяжёлая бумага, дорогая. Печать — родовой герб Долгоруких. Сургуч красный, нетронутый.</p><p>Вскрыл. Внутри — письмо. Почерк изящный, уверенный.</p><p>'Граф Базипольский.</p><p>Прошу вас посетить меня сегодня вечером. В моей усадьбе. Есть дело, требующее обсуждения. И давний долг, который следует обсудить.</p><p>С уважением,</p><p>Ксения Львовна Долгорукая'.</p><p>Демьян перечитал. Давний долг. Он помнил. Месяц назад, до начала эпидемии, она помогла ему. Дала информацию о колодце, ключ от склада. Взамен — долг. Услуга. Любая.</p><p>Он сложил письмо обратно. Посмотрел на слугу.</p><p>— Передай боярыне: приду. К восьми вечера.</p><p>Слуга поклонился, ушёл.</p><p>Демьян остался стоять. Думал. Ксения Львовна выжила. Значит, не погибла в давке у ворот. Укрылась. Переждала.</p><p>Умная женщина. Опасная.</p><p>Но долг есть долг.</p><p>К восьми вечера Демьян подошёл к усадьбе Долгоруких.</p><p>Ворота были восстановлены. Новые, кованые, прочные. Охрана — четверо молодцов, здоровых, вооружённых. Увидели Демьяна — распахнули ворота молча.</p><p>Сад ухожен. Дорожки подметены, клумбы вскопаны. Фонари горели, освещая путь к дому.</p><p>Усадьба цела. Ни трещины, ни повреждений. Будто войны не было. Только новая баррикада у входа — следы недавних событий.</p><p>Дверь открыл дворецкий. Пожилой, в безупречной ливрее. Поклонился.</p><p>— Граф Базипольский. Боярыня ожидает. Прошу следовать за мной.</p><p>Демьян вошёл. Прихожая роскошная. Мрамор, хрусталь, картины. Ничего не изменилось. Или всё восстановили быстро.</p><p>Дворецкий повёл по коридору. Паркет скрипел тихо под ногами. Запах — духи, свечи, что-то ещё. Дорогое, изысканное.</p><p>Остановились у двери. Дворецкий постучал.</p><p>— Граф Базипольский прибыл.</p><p>— Войдите, — голос Ксении Львовны. Спокойный, низкий.</p><p>Дворецкий открыл дверь, отступил.</p><p>Демьян вошёл.</p><p>Гостиная. Та же, что месяц назад. Камин горел, кресла у огня. Стол накрыт — вино, фрукты, сыр.</p><p>Ксения Львовна стояла у окна. Спиной к двери. Тёмное платье, волосы собраны. Силуэт стройный, изящный.</p><p>Обернулась.</p><p>Лицо не изменилось. Всё те же острые черты, умные глаза. Но усталость читалась — тонкие морщины у глаз, бледность.</p><p>Улыбнулась. Слабо, но искренне.</p><p>— Граф Базипольский. Какая радость видеть вас живым.</p><p>Демьян поклонился. Формально, вежливо.</p><p>— Боярыня Долгорукая. Рад, что вы выжили.</p><p>— И я рада. — Она подошла ближе, указала на кресло. — Садитесь. Выпьем за встречу.</p><p>Демьян сел. Ксения налила два бокала вина. Протянула один ему.</p><p>— За выживших.</p><p>— За выживших, — повторил Демьян. Отпил. Вино хорошее. Дорогое.</p><p>Ксения села напротив. Положила ногу на ногу. Смотрела на него внимательно, изучающе.</p><p>— Вы изменились, граф.</p><p>— Война меняет.</p><p>— Не только война. — Она отпила из бокала. — Вы стали жёстче. Холоднее. Раньше в вас была… искра. Цинизм, да, но живой. Сейчас вы как лёд.</p><p>Демьян не ответил. Смотрел в огонь.</p><p>Ксения улыбнулась.</p><p>— Но это не плохо. Город нуждается в холодной руке. Вы спасли его. Организовали, зачистили, восстановили. Губернатор — марионетка. Боярство — беззубо. Вы — фактический правитель Черноречья.</p><p>— Временно.</p><p>— Возможно. — Она поставила бокал на столик. — Но пока вы у власти, нужно использовать это с умом.</p><p>— Для чего вы пригласили меня, боярыня?</p><p>Ксения засмеялась. Тихо, мелодично.</p><p>— Прямолинейны, как всегда. Хорошо. Поговорим о делах. — Она наклонилась вперёд, локти на коленях. — Во-первых, хочу поблагодарить. За то, что остановили эпидемию. Без вас я бы умерла. Все бы умерли.</p><p>— Я делал свою работу.</p><p>— Верно. — Ксения откинулась в кресле. — Во-вторых, хочу предложить сотрудничество. Город восстанавливается. Торговля возобновляется. Мои связи, мои ресурсы могут помочь. Взамен — ваша поддержка. Политическая, административная.</p><p>— Что конкретно вы хотите?</p><p>— Контракты. На поставки продовольствия, тканей, инструментов. Город нуждается во всём. Я могу обеспечить. Но нужны гарантии — что мои караваны не ограбят, что мои склады защитят, что конкуренты не задавят.</p><p>Демьян кивнул.</p><p>— Разумно. Но за это вы хотите монополию?</p><p>— Не монополию. Преимущество. — Ксения улыбнулась. — Я не жадная, граф. Пусть другие тоже работают. Но я хочу быть первой. Самой влиятельной.</p><p>— А я получаю?</p><p>— Исправно работающую экономику. Сытых людей. Довольных граждан. И мою лояльность. — Она наклонилась ближе. — Я могу быть очень полезной союзницей, граф Базипольский.</p><p>Демьян смотрел на неё долго. Изучал. Ксения не отводила взгляда. Уверенная, спокойная.</p><p>— Хорошо. Согласен. Контракты получите. Но если обманете, если попытаетесь манипулировать — уберу. Без разговоров.</p><p>Ксения засмеялась.</p><p>— Как романтично. Угрожаете мне смертью. Мне нравится. — Она встала, подошла к столу, налила ещё вина. — Но не волнуйтесь. Я играю честно. Когда мне выгодно.</p><p>Она вернулась, протянула бокал. Демьян взял.</p><p>— Третье, — продолжила Ксения. — Личное. Помните наш уговор? Месяц назад. Я помогла вам. Вы должны мне услугу.</p><p>Демьян напрягся.</p><p>— Помню.</p><p>— Хорошо. Тогда послушайте. — Ксения села обратно, скрестила ноги. — Услуга простая. Хочу, чтобы вы остались ужинать. Сегодня. Здесь. Со мной. Поговорим, выпьем, проведём вечер. Как цивилизованные люди.</p><p>Демьян нахмурился.</p><p>— Это всё?</p><p>— Это всё. — Ксения улыбнулась. — Разочарованы? Ожидали чего-то грандиозного? Убийства, заговора, предательства?</p><p>— Ожидал подвоха.</p><p>— Подвоха нет. — Она отпила вина. — Я одинока, граф. Муж умер три года назад. Детей нет. Друзей — единицы. Эпидемия убила половину из них. — Её голос стал тише. — Месяц я сидела в этой усадьбе. Одна. За стенами умирали люди. Кричали, молили о помощи. Я не выходила. Прятались. Я и слуги. Как крысы.</p><p>Она посмотрела в огонь.</p><p>— Когда всё кончилось, вышла. Увидела город. Трупы, пепел, руины. И поняла — я выжила. Но чувствую себя мёртвой. — Она посмотрела на Демьяна. — Хочу почувствовать себя живой. Хоть на вечер. Поговорить с человеком, который понимает. Который прошёл через то же самое.</p><p>Демьян молчал. Смотрел на неё. Ксения не играла. Не манипулировала. Просто говорила правду.</p><p>— Хорошо, — сказал он тихо. — Останусь.</p><p>Ксения улыбнулась. Искренне, тепло.</p><p>— Спасибо.</p><p>Ужин был простым. Суп, жаркое, хлеб. Ксения объяснила:</p><p>— Повара бежали во время эпидемии. Новых ещё не нашла. Готовлю сама. Или старая кухарка. Извините, если не так изысканно, как раньше.</p><p>— Нормально, — Демьян ел медленно. — Вкусно.</p><p>Они ели молча несколько минут. Потом Ксения заговорила.</p><p>— Расскажите. Что было. Я слышала обрывки. Церковь, оборона, мертвецы. Но хочу услышать от вас.</p><p>Демьян отложил ложку. Смотрел в тарелку.</p><p>— Много было. Смерть, в основном. Люди умирали каждый день. Сначала от болезни. Потом от мертвецов. Потом от голода, страха, отчаяния.</p><p>— Вы потеряли близких?</p><p>— Всех. Слуга Прошка — умер в давке у ваших ворот. Кузнец Тимофей, плотник Егор — в бою. Десятки других. Имён даже не помню всех.</p><p>Ксения кивнула.</p><p>— Мне жаль. Прокофий Ильич был хорошим человеком. Видела его пару раз. Верный слуга.</p><p>— Был.</p><p>Тишина. Ксения наливала вино. Они пили.</p><p>— А вы? — спросил Демьян. — Как выжили?</p><p>— Магия. Защитные чары на усадьбе. Дорогие, сложные. Отец поставил их ещё при жизни. Мертвецы не могли войти. Стены держали. — Она усмехнулась. — Но магия не кормит. Запасы кончились через две недели. Ели крыс. Потом траву из сада. Когда всё кончилось, я весила на десять килограммов меньше.</p><p>Демьян посмотрел на неё. Ксения действительно похудела. Скулы острее, глаза глубже.</p><p>— Но выжили.</p><p>— Да. Хотя иногда думала — зачем. — Она отпила вина. — Проще было бы открыть ворота. Выйти к мертвецам. Быстро, без мучений.</p><p>— Почему не сделали?</p><p>— Гордость. — Ксения улыбнулась. — Долгорукие не сдаются. Даже перед смертью. Глупо, да?</p><p>— Нет. Понимаю.</p><p>Они доели молча. Ксения убрала тарелки, принесла фрукты. Яблоки, виноград — последние осенние.</p><p>— Десерт. Скромный, но честный.</p><p>Они ели фрукты, пили вино. Разговаривали. О городе, о восстановлении, о будущем.</p><p>Ксения спрашивала о планах. Демьян отвечал кратко, не вдаваясь в детали.</p><p>— Восстановим экономику. Вернём население. Укрепим оборону. На случай, если эпидемия повторится.</p><p>— Вы думаете, повторится?</p><p>— Враг жив. Тот, кто её устроил. Пока он не найден — угроза остаётся.</p><p>Ксения нахмурилась.</p><p>— И кто он, по-вашему?</p><p>— Не знаю. Но найду.</p><p>— Уверены?</p><p>Демьян посмотрел на неё.</p><p>— Должен. Иначе всё было зря.</p><p>Ксения кивнула. Налила ещё вина.</p><p>Они перешли в гостиную. Камин догорал. Ксения подбросила дров, огонь вспыхнул ярче.</p><p>Села в кресло. Демьян — напротив.</p><p>— Знаете, граф, — сказала она тихо, — вы странный человек.</p><p>— Почему?</p><p>— Потому что вы спасли город. Стали героем. У вас власть, влияние, уважение. Но вы не счастливы. Вижу по глазам. Вы несёте груз. Тяжёлый, давящий.</p><p>Демьян молчал.</p><p>— Может, стоит отпустить? — Ксения наклонилась вперёд. — Война кончилась. Город восстанавливается. Вы сделали своё дело. Можете жить. Наслаждаться жизнью. Найти женщину, завести детей, построить будущее.</p><p>— Война не кончилась. Враг жив.</p><p>— Может, враг — это ваш призрак? Может, вы сами себя мучаете?</p><p>Демьян посмотрел на неё.</p><p>— Нет. Враг реален. И я его найду.</p><p>Ксения вздохнула. Откинулась в кресле.</p><p>— Упрямый. Как и ваш дед. Он тоже не мог отпустить. Всю жизнь искал виновных в эпидемии 1889 года. Умер, так и не найдя.</p><p>— Я не умру, не найдя.</p><p>Ксения засмеялась. Тихо, грустно.</p><p>— Дай Бог. Но жизнь коротка, граф. Не тратьте её только на месть.</p><p>Они замолчали. Смотрели в огонь. Дрова трещали, искры взлетали.</p><p>Потом Ксения встала. Подошла к Демьяну. Села на подлокотник его кресла. Близко.</p><p>— Граф, — сказала она тихо, — я одинока. Вы одиноки. Мы оба прошли через ад. Может, стоит… найти утешение друг в друге?</p><p>Её рука легла на его плечо. Пальцы скользнули по шее.</p><p>Демьян не двинулся. Смотрел в огонь.</p><p>— Боярыня, это неразумно.</p><p>— Почему?</p><p>— Потому что это ничего не изменит. Вы останетесь одинокой. Я останусь одиноким. Только добавим сожалений.</p><p>Ксения замерла. Потом рука соскользнула с плеча. Она встала, вернулась в своё кресло.</p><p>— Вы правы. Извините. Слабость.</p><p>— Не за что извиняться.</p><p>Тишина. Долгая, неловкая.</p><p>Потом Ксения засмеялась. Искренне, с облегчением.</p><p>— Знаете что, граф? Вы первый мужчина, который меня отверг. Это… освежает.</p><p>Демьян усмехнулся.</p><p>— Рад, что развлёк.</p><p>— Не развлекли. Удивили. — Ксения посмотрела на него. — Вы действительно изменились. Раньше бы не отказались. Циник, карьерист, авантюрист. Взяли бы всё, что предлагают.</p><p>— Раньше мне нечего было терять. Теперь есть.</p><p>— Что?</p><p>Демьян молчал. Потом сказал тихо:</p><p>— Ответственность. За город. За людей. За память павших. Если я начну играть в игры, флиртовать, искать утешения — предам их. Всех, кто умер, чтобы город жил.</p><p>Ксения смотрела на него долго. Потом кивнула.</p><p>— Понимаю. Уважаю. — Она встала. — Тогда давайте закончим вечер как друзья. Без игр, без манипуляций. Просто два человека, которые выжили.</p><p>— Согласен.</p><p>Они выпили последний бокал. За дружбу, за выживших, за будущее.</p><p>Потом Демьян встал.</p><p>— Спасибо за ужин, боярыня. Но мне пора.</p><p>— Понимаю. — Ксения проводила его до двери. — Граф, если понадоблюсь — обращайтесь. Я серьёзно. Сотрудничество, помощь, просто разговор. Двери открыты.</p><p>— Спасибо.</p><p>Он вышел. Ворота открыли охранники. Ночь была холодной, ясной. Звёзды усыпали небо.</p><p>Демьян шёл обратно в архив. Думал. Ксения — умная, опасная, но честная. Можно работать с ней. Осторожно, держа дистанцию.</p><p>Но доверять нельзя. Никому нельзя.</p><p>Враг где-то рядом. И пока он не найден — все под подозрением.</p><p>Даже Ксения Львовна Долгорукая.</p><p>На следующий день пришло письмо от неё. Короткое.</p><p>'Граф Базипольский.</p><p>Спасибо за вечер. Было приятно.</p><p>Контракты на поставки прилагаю. Ознакомьтесь, подпишите, если согласны.</p><p>И ещё. Помните — вы не одиноки. Город с вами. Я с вами.</p><p>С уважением,</p><p>Ксения'.</p><p>Демьян прочитал. Отложил письмо. Взял контракты. Изучил. Условия разумные. Цены честные. Никаких подвохов.</p><p>Подписал.</p><p>Отправил обратно с курьером.</p><p>И вернулся к работе. К поискам врага. К восстановлению города.</p><p>Жизнь продолжалась.</p><p>И может быть, Ксения права. Может быть, он не одинок.</p><p>Но груз ответственности никуда не делся.</p><p>И пока враг жив — отдыхать рано.</p><p>Демьян сжал кулаки.</p><p>Найду тебя. Кто бы ты ни был.</p><p>И убью.</p></section><section><title><p>Глава 12</p></title><p>Демьян стоял в здании старой городской больницы. Двухэтажное строение на краю Посада, полуразрушенное, заброшенное. Во время эпидемии здесь умерли все — врачи, пациенты, санитары.</p><p>Теперь здание пустовало. Окна выбиты, двери сломаны. Внутри — следы пожара, кровь на полах.</p><p>Рядом стоял Жиров. Капитан стражи, теперь — помощник Демьяна по административным вопросам.</p><p>— Граф, зачем мы здесь?</p><p>Демьян осмотрел помещение.</p><p>— Здесь будет новая больница. Главная в городе.</p><p>Жиров нахмурился.</p><p>— Но здесь всё разрушено. Проще построить новую.</p><p>— Нет. Восстановим эту. Символично. Там, где была смерть — будет жизнь. — Демьян повернулся к нему. — Собери архитекторов, строителей. Начинаем работу немедленно.</p><p>Через неделю работа началась.</p><p>Демьян издал указ. Длинный, подробный. От имени губернатора, как всегда.</p><p>«О реформировании системы здравоохранения города Черноречья».</p><p>Пункт первый: восстановление главной больницы. Финансирование — из городской казны. Сроки — три месяца.</p><p>Пункт второй: создание сети малых лечебниц. По одной в каждом районе — Кремле, Посаде, Слободах. Доступные для всех граждан. Бесплатные для неимущих.</p><p>Пункт третий: обучение новых врачей. Открытие медицинской школы при главной больнице. Набор студентов — из всех сословий. Обучение — три года.</p><p>Пункт четвёртый: санитарные нормы. Обязательная гигиена в домах, на улицах. Чистка колодцев раз в месяц. Проверка воды специалистами.</p><p>Пункт пятый: карантинные меры. При первых признаках эпидемии — немедленная изоляция больных. Создание карантинных зон. Сжигание заражённых вещей.</p><p>Пункт шестой: должность городского врача. Главный специалист, отвечающий за здоровье населения. Подчиняется напрямую графу Базипольскому.</p><p>Указ распространили по городу. Люди читали, кивали. Одобряли.</p><p>Боярство молчало. Налоги выросли — нужны деньги на реформы. Но спорить не посмели.</p><p>Демьян лично контролировал восстановление больницы.</p><p>Приходил каждый день. Проверял работу. Требовал качества.</p><p>— Стены крепкие? — спрашивал у архитектора.</p><p>— Да, граф. Камень новый, прочный.</p><p>— Вентиляция хорошая?</p><p>— Окна широкие, воздух циркулирует.</p><p>— Вода чистая?</p><p>— Провели трубы от нового колодца. Вода проверена, безопасна.</p><p>Демьян кивал. Шёл дальше, осматривал палаты.</p><p>Большие, светлые. Кровати на расстоянии друг от друга — чтобы зараза не передавалась. Отдельная комната для инфекционных больных. Подвал для хранения лекарств — прохладный, сухой.</p><p>— Хорошо. Продолжайте.</p><p>Через два месяца больница была готова. Открыли торжественно.</p><p>Демьян выступил перед народом. На площади перед больницей собралась толпа — сотни человек.</p><p>— Граждане Черноречья! Эта больница — символ нашего возрождения. Мы пережили страшную эпидемию. Потеряли тысячи жизней. Но выжили. И теперь делаем всё, чтобы такое не повторилось.</p><p>Толпа слушала молча.</p><p>— Здесь будут лечить всех. Бедных и богатых. Бояр и крестьян. Каждый, кто болен, получит помощь. Бесплатно или за доступную плату. Никто не будет оставлен умирать на улицах.</p><p>Аплодисменты. Негромкие, но искренние.</p><p>— Также объявляю о наборе в медицинскую школу. Двадцать мест. Обучение бесплатное. Через три года у города будет двадцать новых врачей. Через шесть — сорок. Через десять — город не будет нуждаться во врачах никогда.</p><p>Аплодисменты громче.</p><p>Демьян посмотрел на толпу.</p><p>— Эпидемия показала нашу слабость. Но мы учимся. Становимся сильнее. И никогда больше не допустим такой беды.</p><p>Он разрезал красную ленту у входа. Больница открылась.</p><p>Первыми пациентами стали раненые — те, кто пострадал во время эпидемии и не получил лечения. Переломы, инфекции, хронические болезни.</p><p>Демьян нанял врачей. Троих — из соседних городов. Опытных, проверенных. Платил хорошо — из городской казны.</p><p>Главным врачом назначил женщину. Мария Петровна Светлая. Сорок лет, вдова, врач с двадцатилетним стажем. Работала в столице, но после эпидемии решила помогать провинции.</p><p>Демьян встретился с ней лично.</p><p>— Доктор Светлая. Благодарю, что приняли предложение.</p><p>Она поклонилась. Женщина строгая, с седыми прядями в волосах. Глаза умные, твёрдые.</p><p>— Граф Базипольский. Честь работать с вами. Слышала о ваших делах. О том, как спасли город. Восхищаюсь.</p><p>— Спасибо. Но теперь задача другая. Не спасти, а предотвратить. Чтобы эпидемия не повторилась.</p><p>— Понимаю. Что от меня требуется?</p><p>— Организуйте работу больницы. Обучите персонал. Разработайте протоколы лечения инфекционных болезней. И главное — создайте систему раннего обнаружения эпидемий. Если появятся первые случаи — немедленно докладывайте мне.</p><p>Мария кивнула.</p><p>— Сделаю. Но мне нужна свобода действий. И ресурсы.</p><p>— Получите и то, и другое. Действуйте.</p><p>Она поклонилась, ушла к работе.</p><p>Малые лечебницы открылись через месяц после главной больницы.</p><p>В Кремле — небольшое здание рядом с губернаторским дворцом. Для бояр и чиновников.</p><p>В Посаде — две лечебницы. Одна в центре, вторая на окраине. Для купцов, ремесленников, простых граждан.</p><p>В Слободах — одна, самая большая. Для рабочих, нищих, всех, кто не мог платить.</p><p>Персонал набрали из добровольцев. Учили на месте — базовым навыкам, первой помощи, гигиене.</p><p>Демьян посещал лечебницы регулярно. Проверял работу.</p><p>В Слободах увидел очередь. Тридцать человек. Ждали приёма.</p><p>Врач — молодой парень, Иван, бывший подмастерье — принимал по одному. Осматривал, выписывал лекарства, давал советы.</p><p>Демьян подошёл к нему после приёма.</p><p>— Как дела?</p><p>Иван вытер пот со лба.</p><p>— Тяжело, граф. Людей много. Болезней — тоже. Не всем помогаю. Не хватает знаний.</p><p>— Будут знания. Медицинская школа откроется через месяц. Запишешься?</p><p>— Да, обязательно.</p><p>— Хорошо. А пока делай что можешь. Этого достаточно.</p><p>Иван кивнул. Вернулся к работе.</p><p>Медицинская школа открылась в ноябре.</p><p>Помещение — флигель при главной больнице. Три комнаты — лекционная, практическая, библиотека.</p><p>Преподаватели — доктор Светлая и двое других врачей.</p><p>Студенты — двадцать человек. Парни и девушки, от шестнадцати до тридцати лет. Из разных сословий — крестьяне, купцы, обедневшие дворяне.</p><p>Демьян присутствовал на первой лекции.</p><p>Доктор Светлая стояла перед студентами. Строгая, уверенная.</p><p>— Медицина — не магия. Это наука. Основанная на знаниях, наблюдениях, опыте. Вы будете учиться три года. Анатомия, физиология, болезни, лечение. Будет трудно. Многие не выдержат. Но те, кто закончит — спасут тысячи жизней.</p><p>Студенты слушали, затаив дыхание.</p><p>— Первое правило врача: не навреди. Второе: каждый пациент важен. Третье: учись всегда. Медицина меняется, и вы должны меняться вместе с ней.</p><p>Она взяла мел, начала писать на доске. Анатомия человека. Кости, мышцы, органы.</p><p>Демьян смотрел. Студенты записывали старательно.</p><p>Будущее города. Они станут врачами. Спасут людей. Предотвратят новые эпидемии.</p><p>Он вышел тихо, не мешая занятию.</p><p>Санитарные нормы внедрялись тяжелее.</p><p>Люди не понимали. Зачем мыть руки? Зачем чистить улицы? Зачем проверять воду?</p><p>Демьян организовал просветительские беседы. По всему городу. На площадях, в церквях, в лавках.</p><p>Врачи рассказывали. Простыми словами.</p><p>— Болезни передаются через грязь, через воду, через прикосновения. Если мыть руки — меньше болеешь. Если чистить улицы — меньше заразы. Если проверять воду — не отравишься.</p><p>Люди слушали. Кто-то кивал. Кто-то хмурился.</p><p>— А раньше как жили? — спрашивали старики. — Без этих правил. И ничего.</p><p>— Раньше умирали больше, — отвечали врачи. — Эпидемии каждые десять лет. Треть населения погибала. Хотите повторения?</p><p>Старики молчали.</p><p>Постепенно люди привыкали. Начали мыть руки, чистить дворы, кипятить воду.</p><p>Смертность упала. За месяц — на десять процентов. За два — на двадцать.</p><p>Доктор Светлая доложила Демьяну:</p><p>— Граф, система работает. Меньше инфекций, меньше смертей. Если продолжим — через год город будет одним из самых здоровых в империи.</p><p>Демьян кивнул.</p><p>— Продолжайте. Это только начало.</p><p>Карантинные меры испытали через три месяца после реформ.</p><p>В Слободах появился больной. Мужчина, приехавший из соседнего города. Лихорадка, сыпь, кашель. Подозрение на оспу.</p><p>Доктор в лечебнице немедленно изолировал его. Поместил в отдельную комнату. Сообщил доктору Светлой. Та — Демьяну.</p><p>Демьян прибыл через час. Осмотрел больного через дверь — не заходя внутрь.</p><p>— Оспа?</p><p>— Похоже, — сказала доктор Светлая. — Но нужно подтвердить. Сутки наблюдения.</p><p>— Карантин вводите. Всех, кто контактировал с ним — изолировать. Дом, где он жил — опечатать. Никого не впускать, не выпускать.</p><p>— Понял.</p><p>Через сутки диагноз подтвердился. Оспа.</p><p>Демьян ввёл карантин в квартале. Двести человек изолированы. Еда, вода — доставляют снаружи. Врачи проверяют каждый день.</p><p>Больного лечили. Через неделю — выздоровел. Новых случаев не было.</p><p>Карантин сняли через две недели.</p><p>Эпидемия предотвращена.</p><p>Прошло полгода после начала реформ.</p><p>Демьян стоял в своём кабинете. Перед ним — доклад доктора Светлой.</p><p>«Итоги реформы здравоохранения. Смертность снижена на тридцать процентов. Инфекционные заболевания — на сорок процентов. Карантинные меры предотвратили три потенциальные эпидемии. Медицинская школа выпустит первых врачей через два с половиной года. Система работает эффективно».</p><p>Демьян отложил доклад. Посмотрел в окно.</p><p>Город жил. Здоровел. Восстанавливался.</p><p>Но враг всё ещё не найден.</p><p>И это означало — угроза остаётся.</p><p>Реформы важны. Спасут жизни в будущем. Но если враг ударит снова — может, и реформы не помогут.</p><p>Нужно найти его. Быстрее.</p><p>Демьян сжал кулаки.</p><p>Ищу. Каждый день. И найду.</p><p>Рано или поздно.</p><p>На следующий день пришёл посетитель.</p><p>Доктор Светлая. Лицо взволнованное.</p><p>— Граф, нужно поговорить. Срочно.</p><p>— Слушаю.</p><p>Она закрыла дверь, села.</p><p>— Я изучала записи вашего деда. Пётра Антоновича. Об эпидемии 1889 года. Нашла странности.</p><p>Демьян напрягся.</p><p>— Какие?</p><p>— Он писал о колодце. Отравленном магией. Но также упоминал… ещё один источник заразы. Вторичный. Скрытый. Он не успел найти. Умер раньше.</p><p>Демьян встал.</p><p>— Где эти записи?</p><p>— Вот. — Она протянула тетрадь.</p><p>Демьян открыл. Читал лихорадочно.</p><p>«…колодец запечатан, но случаи продолжаются. Не так много, но есть. Значит, источник не один. Где второй? Ищу…»</p><p>«…подозреваю подземные воды. Или старые катакомбы. Нужно исследовать…»</p><p>«…не успеваю. Болен. Силы уходят. Если Демьян читает это — ищи второй источник. Он существует…»</p><p>Демьян закрыл тетрадь. Смотрел на доктора Светлую.</p><p>— Катакомбы. Под городом. Старые, заброшенные. Там может быть второй источник.</p><p>Демьян сидел в своём кабинете. Перед ним — стопка документов. Списки имущества, завещания, акты о смерти.</p><p>Боярские роды, что пресеклись во время эпидемии. Волынские — род уничтожен полностью. Шуйские — осталась одна дальняя родственница, старуха без наследников. Мещерские, Оболенские, Трубецкие — все мертвы.</p><p>Купеческие семьи. Грибовы — вся семья погибла в первую неделю. Морозовы — умерли в карантине. Строгановы — бежали в столицу, имущество брошено.</p><p>Демьян изучал бумаги. Усадьбы, склады, земли, капиталы. Миллионы рублей. Бесхозные.</p><p>По закону — должны отойти казне. Или дальним родственникам, если найдутся.</p><p>Но закон можно интерпретировать.</p><p>Демьян взял перо. Начал писать указ.</p><p>«О конфискации имущества пресекшихся родов в пользу городского восстановления».</p><p>Статья первая: всё имущество боярских и купеческих родов, что пресеклись во время эпидемии и не имеют законных наследников, переходит в фонд городского восстановления.</p><p>Статья вторая: управление фондом осуществляется специальным управляющим, назначаемым губернатором. Временно — граф Базипольский.</p><p>Статья третья: средства фонда используются исключительно на восстановление города — больницы, школы, инфраструктуру, помощь нуждающимся.</p><p>Он дописал, поставил печать. Отнёс к губернатору.</p><p>Мстислав Громов сидел в своём кабинете. Старый, уставший. Прочитал указ, посмотрел на Демьяна.</p><p>— Это… конфискация. Фактически.</p><p>— Это необходимость. Город нуждается в ресурсах. Имущество лежит без дела. Мародёры грабят. Лучше пустить на благо города.</p><p>— Но родственники могут объявиться. Позже. Потребуют назад.</p><p>— Если объявятся — разберёмся. Но пока их нет — имущество наше. — Демьян положил перо перед губернатором. — Подписывайте.</p><p>Громов смотрел долго. Потом вздохнул. Взял перо.</p><p>Подписал.</p><p>Указ вступил в силу.</p><p>Демьян начал инвентаризацию.</p><p>Послал людей — Жирова, нескольких чиновников, писарей. Проверить каждую усадьбу, каждый склад. Составить списки имущества.</p><p>Через две недели списки были готовы.</p><p>Усадьба Волынских: трёхэтажный особняк, мебель, картины, библиотека, конюшни. Оценочная стоимость — двести тысяч рублей.</p><p>Усадьба Шуйских: четырёхэтажный дворец, коллекция оружия, драгоценности, земли за городом. Триста тысяч.</p><p>Склады Грибовых: три здания, набитые тканями, зерном, инструментами. Сто пятьдесят тысяч.</p><p>Мануфактуры Морозовых: два завода, оборудование, запасы сырья. Двести пятьдесят тысяч.</p><p>Всего — около двух миллионов рублей. Огромная сумма.</p><p>Демьян созвал совещание. Жиров, доктор Светлая, несколько чиновников.</p><p>— Это наши ресурсы. Распределим так: половина — на городские нужды. Больницы, школы, дороги, мосты. Четверть — на армию. Оружие, доспехи, обучение. Последняя четверть — резерв. На случай новой эпидемии или войны.</p><p>Все кивнули.</p><p>— Начинаем распродажу. Ненужное имущество — картины, драгоценности, мебель — продаём. Нужное — используем. Здания переоборудуем под общественные нужды.</p><p>Работа началась.</p><p>Усадьбу Волынских переделали в школу. Для детей из бедных семей. Бесплатное обучение, питание, форма.</p><p>Усадьбу Шуйских — в административное здание. Городская управа, архивы, суд.</p><p>Склады Грибовых — в продовольственный резерв. На случай голода или осады.</p><p>Мануфактуры Морозовых — в оружейные мастерские. Производство доспехов, клинков, копий для городской стражи.</p><p>Драгоценности, картины, антиквариат продали. На аукционах, через посредников. Вырученные деньги — в казну.</p><p>Через три месяца казна города выросла в десять раз. С двухсот тысяч до двух миллионов.</p><p>Боярство взбунтовалось. Снова.</p><p>Пришли к Демьяну. Долгорукие, несколько мелких дворян, представители церкви.</p><p>Долгорукой — старший в роду, брат Ксении Львовны — говорил:</p><p>— Граф Базипольский, это беззаконие! Вы отобрали имущество без суда, без разбирательств! Родственники могут объявиться! Потребуют назад!</p><p>Демьян сидел за столом. Спокойный, холодный.</p><p>— Если объявятся — вернём. С процентами. Но пока их нет — имущество служит городу.</p><p>— Это грабёж! Под прикрытием закона!</p><p>— Это необходимость. Город разрушен. Люди голодают. Нужны деньги, ресурсы. Я беру их там, где они есть и не используются.</p><p>— Но вы лично управляете фондом! Вы обогащаетесь!</p><p>Демьян встал. Подошёл ближе. Посмотрел Долгорукому в глаза.</p><p>— Я беру жалованье. Скромное. Остальное — в казну. Проверьте счета. Всё открыто. Всё честно. — Он шагнул ещё ближе. — А теперь уходите. Пока я не вспомнил, что род Долгоруких тоже чуть не пресёкся. И имущество ваше тоже могло бы отойти городу.</p><p>Долгорукой побледнел. Отступил.</p><p>— Это… это угроза!</p><p>— Это предупреждение. — Демьян вернулся за стол. — Уходите. И не мешайте работать.</p><p>Боярство ушло. Злые, бессильные.</p><p>Церковь тоже пыталась вмешаться.</p><p>Митрополит — старый, седой — пришёл лично.</p><p>— Граф Базипольский. Церковь обеспокоена. Вы присвоили имущество христиан. Это грех. Десятую часть нужно отдать церкви. По традиции.</p><p>Демьян посмотрел на него.</p><p>— Церковь получит свою долю. Когда город восстановится. А пока — нет.</p><p>— Но…</p><p>— Митрополит, где была церковь во время эпидемии? Молилась за стенами. Прятались. Не помогали. А теперь требуете долю? — Демьян встал. — Нет. Заслужите сначала.</p><p>Митрополит покраснел.</p><p>— Вы… вы богохульник!</p><p>— Возможно. — Демьян пожал плечами. — Но я спас город. А церковь — нет. Идите. Молитесь. Может, Бог простит вашу трусость.</p><p>Митрополит ушёл, хлопнув дверью.</p><p>Через полгода Демьян стал одним из самых богатых людей в городе.</p><p>Формально — всё принадлежало фонду. Но он управлял. Контролировал. Распределял.</p><p>Усадьба Базипольских восстановлена полностью. Из фонда. «На нужды управляющего», как записали в бумагах.</p><p>Слуги наняты. Десять человек. Повара, садовники, конюхи.</p><p>Одежда новая. Дорогая, но не вызывающая. Скромная элегантность.</p><p>Оружие лучшее. Новые доспехи — стальные, лёгкие, прочные. Выкованы Тимофеем… нет, Тимофей мёртв. Выкованы учеником Тимофея, который продолжил дело учителя.</p><p>Лошадь породистая. Чёрная, сильная. Подарок от Ксении Долгорукой. «За сотрудничество», как она сказала.</p><p>Демьян ездил по городу на этой лошади. Люди кланялись, уважительно. Некоторые — со страхом.</p><p>Власть и богатство. Он получил оба.</p><p>Однажды вечером Демьян стоял на балконе своей усадьбы. Смотрел на город.</p><p>Огни в окнах. Дым из труб. Жизнь кипела.</p><p>Город восстановлен на семьдесят процентов. Больницы работают. Школы открыты. Лавки полны товаров. Люди не голодают.</p><p>Всё благодаря деньгам из фонда. Всё благодаря конфискованному имуществу.</p><p>Он сделал правильно? Или это грабёж, как говорили бояре?</p><p>Демьян не знал. Но знал одно: без этих денег город бы не восстановился. Люди бы умирали дальше. От голода, болезней, разрухи.</p><p>Цель оправдывает средства.</p><p>Он повторял это себе. Каждый день.</p><p>Но иногда ночью, когда не спалось, вспоминал лица павших. Прошка. Тимофей. Егор. Сотни других.</p><p>Они умерли за город. А он теперь богат. Влиятелен. Могуществен.</p><p>Справедливо ли это?</p><p>Демьян не знал.</p><p>Но продолжал. Потому что останавливаться нельзя.</p><p>Враг жив. Угроза остаётся. И пока он не уничтожен — нужна сила. Деньги. Власть.</p><p>Чтобы защитить город. Чтобы не допустить повторения.</p><p>Даже если это делает его таким же хищником, как те, кого он презирал раньше.</p><p>На следующий день пришло письмо. Анонимное. Подброшено под дверь.</p><p>Демьян открыл. Внутри — одна фраза, написанная неровным почерком:</p><p>«Ты стал тем, кого ненавидел. Богачом. Тираном. Узурпатором. Город скоро поймёт. И восстанет».</p><p>Демьян прочитал. Смял письмо. Бросил в камин.</p><p>Горело. Бумага чернела, сворачивалась.</p><p>Он смотрел на огонь. Лицо каменное.</p><p>Пусть говорят. Пусть пишут. Пусть ненавидят.</p><p>Он делает то, что нужно. Для города. Для выживших. Для памяти павших.</p><p>И если для этого нужно стать тираном — пусть будет так.</p><p>Лучше живой тиран, чем мёртвый герой.</p><p>Демьян отвернулся от камина. Вернулся к работе.</p><p>Список дел на сегодня: проверка санитарных норм в Слободах. Встреча с торговцами по контрактам. Доклад от Жирова о состоянии стражи.</p><p>И поиск катакомб. Второго источника заразы. Врага.</p><p>Жизнь продолжалась.</p><p>И война не кончилась.</p></section><section><title><p>Глава 13</p></title><p>Демьян стоял в дальнем флигеле усадьбы Базипольских. Старое здание, одноэтажное, каменное. Раньше здесь хранили садовый инвентарь, дрова, ненужный хлам.</p><p>Теперь здесь будет мастерская.</p><p>Он внимательно осмотрел помещение. Оно было просторным и светлым, вытянутое метров тридцать в длину и десять в ширину. Высокие потолки создавали ощущение свободы и простора, а широкие окна впускали достаточно естественного света, что было особенно важно для работы с металлом, требующей хорошей освещенности. Вентиляционная система работала без нареканий, обеспечивая чистый воздух и комфортную рабочую атмосферу.</p><p>Жиров стоял рядом, держа свиток с чертежами.</p><p>— Граф, вы уверены? Это будет дорого. Очень дорого.</p><p>— Уверен. — Демьян взял свиток, развернул. — Без собственного производства зависим от поставщиков. А они могут обмануть, задержать, завысить цены. Нужна независимость.</p><p>Жиров кивнул.</p><p>— Понял. Что нужно?</p><p>— Горн. Большой, мощный. Наковальни — три штуки. Молоты, клещи, формы для литья. И самое главное… — Демьян указал на центр помещения. — Здесь будет стоять станок. Магический. Гравировальный.</p><p>— Магический? Где возьмём?</p><p>— Закажем. У лучших мастеров. В столице или за границей. Денег не жалеть.</p><p>Работа началась через неделю.</p><p>Строители переоборудовали флигель. Укрепили стены, расширили окна, построили дымоход для горна.</p><p>Кузнецов наняли двоих. Один — старик, Захар, работавший когда-то с дедом Демьяна. Второй — молодой парень, Степан, ученик погибшего Тимофея.</p><p>Оборудование привезли из разных мест. Горн — из столицы, огромный, кирпичный, с системой мехов. Наковальни — три штуки, разных размеров. Молоты, клещи, формы — десятки разных инструментов.</p><p>Серебро закупили. Много серебра. Слитки, монеты, лом. Всё, что можно было переплавить. На это ушла четверть резерва фонда — огромная сумма.</p><p>Но Демьян не жалел. Рунические пули спасли ему жизнь десятки раз. Теперь их запас кончался. Осталось шестнадцать штук. Нужно производить новые.</p><p>Магический гравировальный станок заказали у мастера из столицы. Алхимика и инженера — Ефима Захаровича Кропоткина. Старик, семидесяти лет, легенда в своём деле.</p><p>Демьян написал письмо. Подробное, с описанием того, что нужно. Приложил эскиз — руны, что были на пулях деда. Сложные, переплетающиеся узоры.</p><p>Ответ пришёл через две недели.</p><p>'Граф Базипольский.</p><p>Ваш заказ интересен. Сложен. Но выполним. Станок будет готов через три месяца. Цена — пятьдесят тысяч рублей. Половину вперёд, половину при получении.</p><p>Прилагаю чертежи. Изучите. Если согласны — высылайте аванс.</p><p>С уважением,</p><p>Ефим Захарович Кропоткин'.</p><p>Демьян изучил чертежи. Станок сложный. Механическая часть — шестерёнки, рычаги, зажимы. Магическая — кристаллы, руны, каналы для энергии.</p><p>Принцип работы: заготовка зажимается в станке. Игла — управляемая магией — вырезает руны на поверхности. Точно, глубоко. Потом руны активируются — через ритуал или кристаллы.</p><p>Гениально. Сложно. Дорого.</p><p>Демьян выслал аванс. Двадцать пять тысяч рублей. Из фонда. «На военные нужды», как записали в бумагах.</p><p>Через три месяца станок прибыл.</p><p>Огромный ящик, запакованный в солому и ткань. Везли на трёх телегах. Сам Кропоткин приехал — устанавливать, настраивать.</p><p>Старик — согбенный, седой, но с острыми глазами. Говорил мало, работал много.</p><p>Установка заняла неделю. Станок собрали в центре мастерской. Массивный, металлический, покрытый рунами. Кристаллы вмонтированы в основание — три штуки, размером с кулак. Светились слабо, голубоватым светом.</p><p>Кропоткин закончил настройку. Выпрямился, вытер руки.</p><p>— Готово. Хотите испытать?</p><p>Демьян кивнул.</p><p>Кропоткин взял кусок серебра. Заготовка для пули — круглая, размером с палец. Вставил в зажим. Повернул рычаг.</p><p>Станок ожил. Шестерёнки завращались, тихо жужжа. Игла опустилась, коснулась серебра. Начала двигаться, вырезать.</p><p>Руны появлялись на поверхности. Медленно, но точно. Сложные узоры, идеально симметричные.</p><p>Через десять минут работа закончена. Игла поднялась. Кропоткин достал заготовку, показал Демьяну.</p><p>Руны покрывали всю поверхность. Глубокие, чёткие. Светились слабо — магия активировалась.</p><p>— Вот. Руническая пуля. Сделана за десять минут. Вручную — день работы и не факт, что получится так же точно.</p><p>Демьян взял пулю. Тяжёлая, холодная. Чувствовал покалывание — магия пульсировала.</p><p>— Сколько пуль можно сделать в день?</p><p>— Зависит от сложности рун. Эти — простые, защитные. Можно сделать тридцать-сорок в день. Более сложные — десять-пятнадцать. — Кропоткин погладил станок, как любимую лошадь. — Но станок надёжный. Прослужит десятилетия. Главное — менять кристаллы раз в год и смазывать механизмы.</p><p>— Хорошо. Обучите кузнецов работе на нём.</p><p>— Сделаю. Неделя обучения — и они справятся.</p><p>Кропоткин обучал Захара и Степана. Показывал, как зажимать заготовки, как настраивать иглу, как менять руны — для разных эффектов.</p><p>Руны защитные — для пуль против нежити. Жгут плоть, сжигают магию.</p><p>Руны взрывные — для пуль против живых целей. Взрываются при ударе, осколками рвут плоть.</p><p>Руны проклятия — для особых случаев. Отравляют кровь, вызывают гниение.</p><p>Демьян изучал вместе с кузнецами. Записывал, запоминал. Магия была сложной, но понятной. Руны — язык. Нужно просто выучить.</p><p>Через неделю Захар и Степан освоили станок. Начали производство.</p><p>Первая партия — сто пуль. Защитные руны. Против нежити.</p><p>Отливали заготовки в формах. Серебро плавили в горне, заливали. Остывало — получалась болванка. Обтачивали, полировали. Потом — на станок. Гравировка рун. Активация через кристаллы.</p><p>Готово.</p><p>Через неделю сто пуль лежали в деревянном ящике. Светились слабо, опасно.</p><p>Демьян взял одну, зарядил в револьвер. Вышел во двор. Мишень — старый манекен в доспехах.</p><p>Выстрелил. Пуля попала в грудь. Манекен вспыхнул, сгорел за секунды. Доспехи расплавились.</p><p>Работает.</p><p>Производство наладили. Каждую неделю — сто пуль. Половина — для Демьяна. Половина — для городской стражи, для отрядов зачистки.</p><p>Но этим не ограничились. Демьян заказал ещё.</p><p>Клинки. Сабли, мечи, кинжалы. Серебряные, с рунами. Для борьбы с нежитью и магическими тварями.</p><p>Наконечники стрел. Рунические, для лучников.</p><p>Доспехи. Лёгкие, стальные, с защитными рунами. От магии, от проклятий.</p><p>Кропоткин помогал. Создавал новые чертежи, новые руны. Брал деньги — но работал честно, качественно.</p><p>Через полгода мастерская производила арсенал. Оружие, доспехи, амулеты.</p><p>Демьян экипировал стражу. Лучшие бойцы получили серебряные клинки, рунические доспехи. Стали элитой. Способной сражаться не только с людьми, но и с нежитью, с магией.</p><p>Мастерская стала секретом. Охраняемым, скрытым.</p><p>Ворота флигеля заперты. Вход только для своих — кузнецов, Демьяна, Жирова.</p><p>Ночью патрули ходили вокруг. Днём — стража у ворот.</p><p>Никто посторонний не должен знать, что здесь производят. Иначе враги — боярство, церковь, или тот, кто устроил эпидемию — попытаются уничтожить или захватить.</p><p>Демьян понимал: это преимущество. Технологическое, магическое. Пока у него есть станок — он сильнее всех в городе.</p><p>Но если враг узнает…</p><p>Он усилил охрану. Удвоил патрули. Приказал кузнецам молчать под страхом смерти.</p><p>Секрет держался.</p><p>Однажды вечером Демьян спустился в мастерскую. Поздно, все ушли. Только он остался.</p><p>Станок стоял в центре, тихий, спящий. Кристаллы светились слабо.</p><p>Демьян подошёл. Положил руку на металл. Холодный, гладкий.</p><p>Это оружие спасёт город. Защитит людей. Убьёт врага.</p><p>Но это же оружие может уничтожить. Если попадёт не в те руки.</p><p>Демьян думал о деде. Пётр Антонович тоже создавал оружие. Револьверы, пули. Использовал против нежити.</p><p>Но хватило ли ему? Спас ли город окончательно?</p><p>Нет. Враг вернулся. Через тридцать шесть лет. Эпидемия повторилась.</p><p>Значит, оружия мало. Нужно больше. Нужно найти врага. Уничтожить корень зла.</p><p>Демьян сжал кулак.</p><p>Скоро. Катакомбы. Второй источник. Враг прячется там. Он чувствовал.</p><p>Ещё немного. И всё закончится.</p><p>Он вышел из мастерской. Запер дверь. Пошёл в дом.</p><p>Завтра начнётся поиск катакомб. Последняя глава этой войны.</p><p>И на этот раз он не остановится, пока не убьёт врага.</p><p>Окончательно. Навсегда.</p><p>Демьян стоял на плацу за своей усадьбой. Перед ним — тридцать человек. Выстроились ровными рядами. Молчаливые, напряжённые.</p><p>Отряд чумной стражи.</p><p>Он формировал его месяц. Отбирал лучших. Из городской стражи, из ополчения, из тех, кто пережил эпидемию и доказал свою стойкость.</p><p>Критерии отбора были жёсткими. Умение обращаться с оружием — обязательно. Физическая сила — необходимость. Но главное — психологическая устойчивость. Не сломаться при виде ужасов. Не дрогнуть перед нежитью.</p><p>Из двухсот кандидатов отобрали тридцать.</p><p>Сейчас они стояли перед ним. В новой экипировке.</p><p>Доспехи — лёгкие, стальные, с кожаными вставками. На груди, спине, руках — защитные руны, выгравированные в мастерской. Светились слабо, голубоватым светом.</p><p>Оружие — у каждого сабля. Серебряная, с рунами на клинке. Плюс кинжал — тоже серебряный. Плюс мушкет или арбалет — на выбор. Патроны рунические, стрелы тоже.</p><p>На поясе — фляга с противоядием, два факела, моток верёвки. На спине — плащ. Чёрный, пропитанный воском. Водоотталкивающий, защищающий от грязи и заразы.</p><p>И маски. У каждого — маска чумного доктора. Белая, с клювом. Внутри — травы ароматические, фильтрующие воздух.</p><p>Демьян надел свою маску. Шагнул вперёд.</p><p>— Вы — чумная стража. Элита. Лучшие бойцы города. Ваша задача — охранять Черноречье от любых угроз. Эпидемии, нежить, магические твари. Всё, с чем не справится обычная стража.</p><p>Голос гулкий, искажённый маской. Все слушали, не шевелясь.</p><p>— Вам дали лучшее оружие, лучшие доспехи. Но это не делает вас непобедимыми. Враг силён. Хитёр. Опасен. Многие из вас умрут. Возможно, все. — Пауза. — Но пока вы живы — вы защищаете город. Каждого жителя. Каждого ребёнка. Каждую семью. Помните это.</p><p>Тишина. Потом один из бойцов — Матвей, бывший грузчик, переживший осаду церкви — стукнул кулаком в грудь.</p><p>— За город!</p><p>Остальные повторили. Хором, громко.</p><p>— За город!</p><p>Демьян кивнул.</p><p>— Хорошо. Первое задание — найти катакомбы под городом. Там прячется второй источник заразы. Может быть, и враг. Найдём вход. Исследуем. Уничтожим всё, что угрожает городу.</p><p>Он развернулся к столу, где лежала карта Черноречья. Большая, подробная.</p><p>— Город основан четыреста лет назад. Под ним — старые постройки, склепы, канализация. Соединены в сеть катакомб. Дед упоминал их в записях. Но входы не обозначены. Нужно искать.</p><p>Жиров подошёл, указал на карту.</p><p>— Граф, есть старые записи в архивах. Планы города времён основания. Может, там обозначены входы.</p><p>— Проверь. Немедленно. Собери всё, что найдёшь.</p><p>Жиров кивнул, ушёл.</p><p>Демьян посмотрел на отряд.</p><p>— Пока Жиров ищет записи — вы готовитесь. Проверяете оружие, доспехи. Берёте факелы, верёвки, всё, что нужно под землёй. Выходим завтра на рассвете.</p><p>Жиров вернулся через три часа. Нёс стопку пыльных свитков.</p><p>— Нашёл. Планы города, 1525 год. Смотрите.</p><p>Развернули самый старый свиток. Пергамент пожелтевший, чернила потускневшие. Но читаемо.</p><p>План города. Улицы, здания, стены. И под ними — линии. Тонкие, пунктирные. Обозначения: «Старый склеп», «Канализация», «Тоннель к реке».</p><p>И три входа. Помечены крестами.</p><p>Один — под Кафедральным собором. В крипте.</p><p>Второй — в Слободах, у старой мельницы.</p><p>Третий — в Посаде, в подвале заброшенного дома на Мясницкой улице.</p><p>Демьян изучал карту долго.</p><p>— Начнём с третьего. Посад — ближе всего. Если там ничего — пойдём дальше.</p><p>Утром отряд вышел.</p><p>Тридцать человек в чёрных плащах и белых масках. Шли строем, молча. Люди на улицах останавливались, смотрели. Шептались.</p><p>— Это кто?</p><p>— Чумная стража. Новый отряд графа.</p><p>— Страшные. Как вестники смерти.</p><p>— Может, так и надо. После эпидемии.</p><p>Демьян шёл впереди. Жиров рядом, с картой. Остальные за спиной.</p><p>Дошли до Мясницкой улицы. Нашли дом — двухэтажный, полуразрушенный. Окна выбиты, дверь сломана. Заброшен давно, ещё до эпидемии.</p><p>Вошли. Пыль, паутина. На полу — следы грызунов, помёт.</p><p>— Подвал? — спросил Демьян.</p><p>Жиров осмотрелся, нашёл люк в полу. Заржавленный, засыпанный мусором. Отгребли, дёрнули. Люк поддался.</p><p>Под ним — лестница. Каменная, узкая. Ведёт вниз, в темноту.</p><p>Демьян зажёг факел. Спустился первым.</p><p>Подвал небольшой. Низкие своды, сырость. Бочки в углу — гнилые, развалившиеся.</p><p>И в дальней стене — проход. Арка, низкая. За ней — тоннель.</p><p>— Вот, — сказал Демьян. — Вход в катакомбы.</p><p>Отряд спустился. Зажгли факелы. Свет выхватил из темноты стены тоннеля. Камень, старый, покрытый плесенью.</p><p>— Идём. Осторожно. Держитесь вместе.</p><p>Они вошли в тоннель.</p><p>Катакомбы были лабиринтом.</p><p>Тоннель разветвлялся. Направо, налево, вверх, вниз. Своды низкие, местами обвалившиеся. Вода капала с потолка, лужи на полу.</p><p>Демьян вёл отряд медленно. Проверяли каждый поворот. Матвей — впереди, с факелом. Демьян — рядом, с саблей. Остальные — за спиной, растянувшись цепью.</p><p>На стенах — надписи. Старые, церковнославянские. «Здесь покоятся…», «Помолитесь за душу…». Склепы. Захоронения.</p><p>Прошли мимо ниш в стенах. В нишах — кости. Черепа, рёбра, разрозненные останки. Древние, столетия пролежали.</p><p>— Тихо, — прошептал Демьян. — Не шуметь.</p><p>Дальше тоннель расширился. Вышли в зал. Большой, метров двадцать на двадцать. Потолок высокий, своды каменные.</p><p>Посреди зала — колодец. Старый, заброшенный. Сруб обвалился, вода на дне чёрная, стоячая.</p><p>Демьян подошёл, заглянул. Вода светилась слабо. Зеленоватым, нездоровым светом.</p><p>— Магия. — Он обернулся к Жирову. — Это второй источник. Дед был прав.</p><p>Жиров подошёл ближе, посмотрел.</p><p>— Что это?</p><p>— Не знаю. Но зараза идёт отсюда. Нужно запечатать. Как первый колодец.</p><p>Матвей подошёл к краю, нагнулся. Хотел зачерпнуть воды, проверить.</p><p>— Стой! — крикнул Демьян.</p><p>Но поздно.</p><p>Из воды вырвалась рука. Серая, гниющая. Схватила Матвея за горло. Дёрнула вниз.</p><p>Матвей закричал, упал в колодец. Всплеск. Потом тишина.</p><p>Отряд замер.</p><p>Из колодца начали вылезать мертвецы. Мокрые, гниющие. Покрытые плесенью и слизью. Глаза белёсые, рты открыты.</p><p>Пять. Десять. Пятнадцать.</p><p>— К бою! — крикнул Демьян.</p><p>Отряд выстроился полукругом. Мушкеты подняты. Залп.</p><p>Десять мертвецов упали. Остальные шли дальше.</p><p>— Мечи! Ближний бой!</p><p>Сабли взлетели. Рубили, резали. Серебро жгло плоть мертвецов, руны вспыхивали.</p><p>Демьян резал впереди. Голова, рука, грудь. Мертвецы падали, но новые вылезали из колодца.</p><p>Сколько их там? Десятки? Сотни?</p><p>Один мертвец прорвался, схватил бойца за ногу. Боец упал. Мертвец вгрызся в шею. Кровь хлынула.</p><p>Демьян подбежал, снёс голову мертвецу. Поздно. Боец мёртв.</p><p>— Отступаем! — крикнул он. — К выходу!</p><p>Отряд начал отступление. Прикрывая друг друга. Мертвецы преследовали.</p><p>Демьян бросил склянку с греческим огнём. Последнюю. Склянка разбилась, огонь вспыхнул. Мертвецы загорелись, завизжали.</p><p>Отряд выбежал из зала, в тоннель. Бежали, не останавливаясь.</p><p>Вылезли из подвала, на улицу. Рухнули на мостовую, тяжело дыша.</p><p>Считали потери. Двое мертвы. Матвей и ещё один боец. Трое ранены.</p><p>Демьян сел на ступеньки дома. Снял маску. Лицо в поту, руки тряслись.</p><p>Нашли второй источник. Но не запечатали. Мертвецов слишком много. Нужен план. Нужно больше людей, больше оружия.</p><p>Жиров подошёл.</p><p>— Граф, что будем делать?</p><p>Демьян молчал. Думал.</p><p>Потом встал.</p><p>— Вернёмся. Подготовимся лучше. Соберём больше бойцов. Больше греческого огня. И вернёмся. Запечатаем колодец. Уничтожим всех мертвецов.</p><p>— А если враг там? В глубине катакомб?</p><p>— Тогда убьём его тоже. — Демьян надел маску обратно. — Но сначала нужна подготовка. Идём.</p><p>Отряд поднялся. Двоих мертвых понесли на носилках. Вернулись в усадьбу.</p><p>Первая вылазка в катакомбы провалилась.</p><p>Но Демьян не собирался сдаваться.</p><p>Вернётся. Лучше вооружённый. Лучше подготовленный.</p><p>И на этот раз не отступит, пока не уничтожит всё, что прячется в темноте.</p><p>Враг близко. Он чувствовал.</p></section><section><title><p>Глава 14</p></title><p>Демьян созвал совещание на следующий день.</p><p>Место — большой зал в архиве. Стол длинный, места для десятка человек. На стенах — карты, чертежи, схемы катакомб.</p><p>Собрались все, кого смог найти. Инженеры, алхимики, оружейники. Те, кто пережил эпидемию и обладал нужными знаниями.</p><p>Их было семеро.</p><p>Первый — Ефим Захарович Кропоткин. Тот самый мастер, что создал гравировальный станок. Приехал из столицы по вызову Демьяна. Семьдесят лет, седой, но ум острый.</p><p>Второй — Пётр Иванович Лебедев. Инженер, сорок пять лет. Специализировался на механизмах, насосах, паровых машинах. До эпидемии работал на мануфактуре Морозовых.</p><p>Третий — Иван Степанович Менделеев. Алхимик, тридцать восемь лет. Изучал химию, взрывчатые вещества, горючие смеси. Обучался в Московской академии наук.</p><p>Четвёртый — Анна Васильевна Ковалевская. Алхимик, тридцать два года. Женщина — редкость в этой профессии. Специализировалась на ядах, противоядиях, лекарствах. Ученица погибшего алхимика Ефима из Посада.</p><p>Пятый — Григорий Фёдорович Жуковский. Оружейник, пятьдесят лет. Ковал клинки, чинил мушкеты. Работал в кузнице городской стражи.</p><p>Шестой — Семён Петрович Туполев. Инженер, двадцать девять лет. Молодой, но талантливый. Конструировал приспособления, улучшал механизмы.</p><p>Седьмой — отец Варлаам. Монах, шестьдесят лет. Изучал древние манускрипты, алхимию, магию. Один из немногих церковников, кто реально разбирался в практической магии, а не только в молитвах.</p><p>Демьян стоял во главе стола. Снял маску, положил перед собой.</p><p>— Благодарю, что пришли. Времени мало, поэтому сразу к делу. — Он развернул план катакомб. — Вчера спустились в подземелья. Нашли второй источник заразы — старый колодец, заполненный магической водой. Вокруг него — мертвецы. Десятки, может, сотни. Выползают из воды, атакуют. Обычное оружие работает, но медленно. Нужно что-то, что уничтожит их быстро. Массово.</p><p>Кропоткин кивнул.</p><p>— Огонь. Мертвецы горят хорошо. Греческий огонь — идеально, но его мало. Производство сложное, дорогое.</p><p>— Верно, — Демьян посмотрел на Менделеева. — Поэтому вопрос к вам. Можно создать что-то похожее? Горючее, эффективное, но более доступное?</p><p>Менделеев задумался. Потёр подбородок.</p><p>— Греческий огонь — сложная смесь. Нефть, сера, смола, селитра. Точный состав — секрет, известный немногим. Но можно создать аналог. Менее стабильный, но дешевле.</p><p>Анна Васильевна наклонилась вперёд.</p><p>— Я работала с горючими веществами. Если взять масло — льняное или конопляное — смешать со спиртом, добавить серу и порох… Получится смесь, которая горит долго и жарко. Не так эффективно, как греческий огонь, но сгодится.</p><p>— Сколько времени на производство? — спросил Демьян.</p><p>— Неделя на первую партию. Если сырьё есть — масло, спирт, сера. — Анна посмотрела на Менделеева. — Вместе справимся быстрее.</p><p>Менделеев кивнул.</p><p>— Согласен. Работаем вместе. Я займусь стабилизацией смеси, вы — подбором пропорций.</p><p>— Хорошо, — Демьян записал. — Теперь вопрос доставки. Склянки, как с греческим огнём, неудобны. Бросаешь одну — убиваешь двух-трёх мертвецов. Нужно что-то масштабнее.</p><p>Лебедев, инженер, откашлялся.</p><p>— Граф, есть идея. Видел в столице устройство — насос для тушения пожаров. Качает воду из бочки, выбрасывает струёй через шланг. Если вместо воды залить горючую смесь, поджечь на выходе… Получится огнемёт.</p><p>Демьян повернулся к нему.</p><p>— Огнемёт. Интересно. Объясните подробнее.</p><p>Лебедев достал карандаш, начал рисовать на листе бумаги.</p><p>— Вот. Бак — металлический, литров на двадцать. Внутри — горючая смесь. Насос — ручной или пневматический — создаёт давление. Шланг выводит смесь наружу. На конце шланга — форсунка с запальником. Распыляет смесь мелкими каплями, поджигает. Результат — струя огня, метров на пять-семь.</p><p>Демьян изучал эскиз.</p><p>— Сколько весит?</p><p>— Полный бак — килограммов двадцать пять. Тяжело, но один человек носить сможет. На спине, как рюкзак.</p><p>— Сколько времени горения?</p><p>— Зависит от напора. Если экономить — минуты три-четыре. Если лить непрерывно — секунд тридцать.</p><p>— Сложность изготовления?</p><p>Лебедев подумал.</p><p>— Средняя. Бак — простой, любой жестянщик сделает. Насос — сложнее, но я могу собрать. Шланг — кожаный, прочный, нужен хороший мастер. Форсунка и запальник — самое сложное. Здесь нужна точность.</p><p>Туполев, молодой инженер, поднял руку.</p><p>— Я могу помочь с форсункой. Работал с распылителями для краски. Принцип тот же. Мелкие отверстия, правильный угол. Сделаю за неделю.</p><p>Жуковский, оружейник, добавил:</p><p>— Запальник — моё дело. Можно сделать простой: кремень, фитиль. Чиркнул — зажёг. Или сложнее — пружинный механизм, зажигается автоматически при нажатии рычага.</p><p>— Второй вариант, — сказал Демьян. — Нужна скорость. В бою некогда возиться с фитилями.</p><p>Жуковский кивнул.</p><p>Кропоткин, который молчал, наконец заговорил.</p><p>— Всё это хорошо. Но есть проблемы. Первая — безопасность. Горючая смесь в баке на спине. Если пробьют — носитель сгорит заживо. Вторая — надёжность. Шланг может порваться, насос — заклинить. Третья — обучение. Нужно учить людей пользоваться этим устройством.</p><p>— Всё учтём, — Демьян посмотрел на всех. — Безопасность: бак делаем из толстого металла. Насколько возможно — защищаем пластинами. Надёжность: тестируем каждый огнемёт перед отправкой. Обучение: создаём полигон, тренируем бойцов.</p><p>Он встал, обошёл стол.</p><p>— Вот что делаем. Менделеев и Ковалевская — создаёте горючую смесь. Первую партию за неделю. Литров двести. Лебедев и Туполев — конструируете огнемёт. Прототип за неделю. Жуковский — делаете запальник. Кропоткин — координируете, проверяете безопасность.</p><p>Все кивнули.</p><p>— Отец Варлаам, — Демьян посмотрел на монаха. — У вас особая задача. Изучите магическую воду в колодце. Что это? Как работает? Как нейтрализовать? Может, есть способ запечатать магией, как первый колодец.</p><p>Монах кивнул. Голос тихий, спокойный.</p><p>— Изучу. Но мне нужен образец воды. Принести можете?</p><p>— Принесу. Сам спущусь, возьму.</p><p>— Осторожно, граф. Магическая вода опасна. Может заразить через прикосновение.</p><p>— Учту.</p><p>Совещание закончилось. Все разошлись по мастерским, лабораториям.</p><p>Демьян спустился в подвал усадьбы. Там хранились запасы — инструменты, материалы, сырьё.</p><p>Достал герметичную колбу. Толстое стекло, пробка восковая. Сунул в сумку. Взял факел, саблю.</p><p>Вызвал Жирова.</p><p>— Идём в катакомбы. Нужен образец воды из колодца.</p><p>— Граф, это опасно. Мертвецы…</p><p>— Мертвецов обойдём. Быстро вниз, быстро назад.</p><p>Жиров вздохнул, взял факел.</p><p>Спустились в подвал на Мясницкой. В тоннель. Шли тихо, осторожно.</p><p>Дошли до зала с колодцем. Мертвецов не видно. Спят? Или ждут в воде?</p><p>Демьян подошёл к краю колодца. Зачерпнул воду колбой. Закупорил. Вода светилась зеленоватым светом даже через стекло.</p><p>Из воды вынырнула рука. Схватила Демьяна за запястье.</p><p>Он дёрнулся, но хватка крепкая. Мертвец начал вылезать.</p><p>Жиров бросился вперёд, саблей снёс руку. Мертвец завыл, нырнул обратно.</p><p>— Бежим!</p><p>Они рванули из зала, через тоннель, наверх. Мертвецы не преследовали. Видимо, предпочитали оставаться у колодца.</p><p>Вылезли на улицу. Демьян держал колбу осторожно, как бомбу.</p><p>— Отец Варлаам получит свой образец.</p><p>Неделя работы.</p><p>Менделеев и Ковалевская работали в лаборатории — переоборудованном подвале в архиве. Смешивали масло, спирт, серу, порох. Пробовали разные пропорции.</p><p>Первая смесь горела слабо. Вторая — слишком жидкая, растекалась. Третья — густая, не распылялась.</p><p>На четвёртой попытке получилось. Густота средняя, горит долго, жарко. Температура высокая — плавит металл.</p><p>Анна Васильевна добавила ещё ингредиент — смолу. Для вязкости. Теперь смесь прилипала к цели, не стекала. Горела до полного выгорания.</p><p>— Готово, — доложила она Демьяну. — Первая партия — двести литров. Хранить в герметичных бочках, вдали от огня.</p><p>Демьян осмотрел смесь. Чёрная, маслянистая, пахла резко.</p><p>— Проверим на практике.</p><p>Вывели во двор. Поставили манекен — деревянный, обёрнутый тряпками. Плеснули смесь, подожгли.</p><p>Манекен вспыхнул мгновенно. Огонь яркий, жаркий. Сгорел за минуту. Остался только пепел.</p><p>— Работает, — Демьян кивнул. — Продолжайте производство. Нужно литров пятьсот. Минимум.</p><p>Лебедев и Туполев работали в мастерской. Собирали огнемёт.</p><p>Бак из толстого железа, сварили сами. Двадцать литров, цилиндрической формы. Лямки кожаные — носить на спине.</p><p>Насос ручной. Рычаг сбоку, качать правой рукой. Создаёт давление, выдавливает смесь через шланг.</p><p>Шланг кожаный, армированный проволокой. Длина три метра. Гибкий, прочный.</p><p>Форсунка на конце — латунная, с мелкими отверстиями. Распыляет смесь мелким туманом.</p><p>Запальник — пружинный механизм. Кремень, фитиль, искра. Чиркнул рычагом — зажёг.</p><p>Через неделю прототип готов. Тяжёлый — двадцать восемь килограммов полный. Но носимый.</p><p>Испытали во дворе.</p><p>Туполев надел бак на спину, взял шланг. Направил на манекен. Качнул рычаг насоса.</p><p>Из форсунки брызнула струя смеси. Туполев нажал запальник. Чирк — искра.</p><p>Смесь вспыхнула. Струя огня метнулась вперёд, накрыла манекен. Пять метров. Яркая, жаркая.</p><p>Манекен сгорел за секунды.</p><p>Туполев продолжал качать. Огонь лился непрерывно. Двадцать секунд, тридцать.</p><p>Бак опустел. Огонь погас.</p><p>Демьян подошёл, осмотрел устройство.</p><p>— Хорошо. Но нужно улучшить. Первое — увеличить дальность. Пять метров мало. Нужно семь, лучше десять. Второе — защита бака. Если пробьют в бою — носитель сгорит. Третье — упростить механизм. Чтобы чинить можно было в полевых условиях.</p><p>Лебедев кивнул.</p><p>— Учтём. Дальность — можно увеличить давление. Поставлю более мощный насос. Защита — добавлю стальные пластины вокруг бака. Упрощение — заменю сложные детали на простые.</p><p>— Сколько времени?</p><p>— Ещё неделя.</p><p>— Делайте.</p><p>Отец Варлаам работал в церкви. Изучал образец воды.</p><p>Колбу поставил на алтарь. Смотрел, не открывая. Вода светилась, пульсировала.</p><p>Читал древние манускрипты. Латынь, греческий, церковнославянский. Искал упоминания о магической воде, о проклятых источниках.</p><p>Нашёл в одном из манускриптов — «Трактат о скверне вод».</p><p>«…вода, проклятая тёмной магией, становится живой. Питается смертью, порождает нежить. Нейтрализуется святостью — молитвой, освящением, серебром. Или огнём — греческим, очищающим…»</p><p>Варлаам призвал Демьяна.</p><p>— Граф, нашёл. Вода действительно проклята. Магия тёмная, древняя. Кто-то специально осквернил её. Годы, может, десятилетия назад.</p><p>— Как нейтрализовать?</p><p>— Два способа. Первый — святая вода. Много святой воды. Литры, бочки. Залить в колодец, смешать. Проклятие ослабнет, развеется.</p><p>— Где взять столько?</p><p>— Освятить. Церковь может. Но долго. Неделя на бочку.</p><p>— Слишком долго. Второй способ?</p><p>— Огонь. Греческий или его аналог. Сжечь воду, испарить. Магия сгорит вместе с водой.</p><p>Демьян кивнул.</p><p>— Второй способ. Огнемёты как раз для этого.</p><p>Варлаам посмотрел на колбу.</p><p>— Граф, ещё одно. Вода эта… источник магии. Кто-то её создал. Кто-то поддерживает. Пока создатель жив — магия будет возвращаться. Даже если сожжёте колодец.</p><p>— Значит, нужно найти создателя. Убить его.</p><p>— Да. Но как найти?</p><p>Демьян молчал. Думал.</p><p>— Спущусь в катакомбы. Пройду дальше, глубже. Там должен быть кто-то. Враг. Тот, кто за всем стоит.</p><p>Варлаам перекрестился.</p><p>— Да хранит вас Господь, граф.</p><p>Через две недели всё готово.</p><p>Огнемёты — пять штук. Улучшенные, доработанные. Дальность восемь метров. Баки защищены стальными пластинами. Механизм упрощён.</p><p>Горючая смесь — пятьсот литров. Хранится в бочках, в подвале усадьбы.</p><p>Святая вода — двадцать литров. Отец Варлаам освятил лично. На всякий случай.</p><p>Бойцы обучены. Пятеро — носители огнемётов. Тренировались неделю. Стреляли по мишеням, учились маневрировать, экономить смесь.</p><p>Остальные двадцать пять — прикрытие. С саблями, мушкетами, факелами.</p><p>Демьян собрал отряд.</p><p>— Завтра спускаемся. Цель — уничтожить колодец, сжечь мертвецов, найти врага. Это финал. Последняя битва. Кто-то не вернётся. Может, никто не вернётся. Но если мы победим — город будет в безопасности. Навсегда.</p><p>Бойцы молчали. Потом один — Степан, кузнец — стукнул кулаком в грудь.</p><p>— За город!</p><p>Остальные повторили.</p><p>— За город!</p><p>Демьян надел маску.</p><p>— Тогда готовьтесь. Завтра на рассвете выходим.</p><p>Он ушёл в свой кабинет. Сел за стол. Смотрел на карту катакомб.</p><p>Завтра всё решится.</p><p>Враг будет найден. И уничтожен.</p><p>Или погибнет сам Демьян.</p><p>Демьян сидел в своём кабинете. Поздняя ночь, за окном темнота. Свеча на столе догорала, свет тусклый.</p><p>Перед ним — карты катакомб, списки снаряжения, планы завтрашней операции. Завтра решится всё. Последний бой.</p><p>Он проверял в сотый раз. Каждую деталь, каждую мелочь. Не должно быть ошибок.</p><p>За окном что-то скрипнуло.</p><p>Демьян замер. Прислушался.</p><p>Тишина. Только ветер шелестел листвой в саду.</p><p>Он вернулся к картам. Наверное, показалось.</p><p>Окно распахнулось. Резко, с грохотом.</p><p>Демьян вскочил, рука метнулась к револьверу на поясе.</p><p>В проёме окна стояла фигура.</p><p>Высокая, в чёрном плаще. Капюшон скрывал лицо. Но силуэт был… неправильный. Слишком широкие плечи, слишком длинные руки.</p><p>Фигура прыгнула внутрь. Бесшумно, как кошка.</p><p>Демьян выхватил револьвер, прицелился.</p><p>— Стой!</p><p>Фигура распахнула плащ.</p><p>Под ним — тело мутанта. Мышцы раздуты, кожа серая, покрыта наростами. Руки — с когтями вместо пальцев. Лицо… нет лица. Вместо него — маска. Белая, гладкая, без черт. Как у конструкта месяц назад.</p><p>Мутант зашипел. Голос искажённый, механический.</p><p>— Граф Базипольский. Ты слишком много узнал. Слишком близко подобрался. Пора умереть.</p><p>Он бросился вперёд.</p><p>Демьян выстрелил. Руническая пуля попала в грудь. Мутант дёрнулся, но не остановился.</p><p>Второй выстрел. В голову. Маска треснула, но мутант не упал.</p><p>Он добежал, ударил когтями. Демьян отпрыгнул, но коготь полоснул по плечу. Кольчуга выдержала, но удар сбил с ног.</p><p>Демьян упал, покатился в сторону. Мутант навис над ним, занёс когти для добивающего удара.</p><p>Демьян выстрелил снизу вверх. В горло. Третья пуля.</p><p>Горло взорвалось. Кровь хлынула, чёрная, густая.</p><p>Мутант отшатнулся, схватился за рану. Зашипел, забулькал.</p><p>Демьян вскочил. Четвёртый выстрел. В грудь, туда, где сердце.</p><p>Мутант пошатнулся. Руны на пулях жгли изнутри. Дым поднимался из ран.</p><p>Пятый выстрел. Шестой. В голову, снова и снова.</p><p>Маска раскололась. Под ней — лицо. Изуродованное, гниющее. Глаза горели красным.</p><p>Мутант упал на колени. Хрипел, дёргался.</p><p>Демьян подошёл вплотную. Приставил револьвер ко лбу.</p><p>— Кто послал тебя?</p><p>Мутант зашипел. Смеялся? Или захлёбывался кровью?</p><p>— Он… он уже здесь… ты не успеешь… город… снова умрёт…</p><p>Демьян нажал на курок. Седьмой выстрел. Последняя пуля в барабане.</p><p>Голова взорвалась. Тело мутанта рухнуло на пол. Дымилось, сгорало изнутри.</p><p>Демьян стоял, тяжело дыша. Револьвер дымился в руке.</p><p>Дверь распахнулась. Ворвались охранники — трое, с саблями наголо.</p><p>— Граф! Что случилось⁈</p><p>Демьян опустил револьвер. Указал на труп.</p><p>— Убрать. Сжечь. И усильте охрану. Вдвое. Враг знает, где я. Пытается убрать до завтрашнего штурма.</p><p>Охранники смотрели на труп. Один перекрестился.</p><p>— Что это было?</p><p>— Мутант. Инфильтратор. Создан магией. Послан убить меня. — Демьян перезарядил револьвер. Руки тряслись, но держал твёрдо. — Значит, враг боится. Значит, завтра мы идём правильно.</p><p>Он посмотрел на окно. Ночь за ним была тёмной, бездонной.</p><p>— Завтра кончится эта война. Любой ценой.</p><p>Охранники кивнули. Подняли труп, вынесли.</p><p>Демьян остался один. Сел обратно за стол. Руки всё ещё дрожали.</p><p>Слова мутанта эхом звучали в голове: «Он уже здесь… ты не успеешь…»</p><p>Что это значит? Враг в городе? Готовится к чему-то?</p><p>Демьян сжал кулаки.</p><p>Неважно. Завтра спустится в катакомбы. Найдёт врага. Убьёт.</p><p>И тогда городу больше ничего не будет угрожать.</p><p>Он вернулся к картам. Продолжил планировать.</p><p>До рассвета оставалось несколько часов.</p><p>Нужно быть готовым.</p><p>К последней битве.</p></section><section><title><p>Глава 15</p></title><p>Рассвет был серым, холодным. Туман стелился по улицам.</p><p>Отряд выстроился у входа в катакомбы. Тридцать человек. Все в доспехах, все вооружены. Пятеро с огнемётами на спинах — тяжёлые, но готовые.</p><p>Демьян проверил экипировку последний раз. Два револьвера — оба заряжены, по шесть рунических пуль. Сабля — острая, отточенная. Фляга с противоядием. Факелы. Верёвка.</p><p>Всё готово.</p><p>— Спускаемся, — сказал он.</p><p>Они вошли в подвал на Мясницкой улице. Вниз по лестнице, в тоннель. Факелы зажжены, свет выхватывал стены из темноты.</p><p>Шли молча. Быстро, но осторожно. Каждый поворот проверяли. Каждая ниша в стене — потенциальная засада.</p><p>Дошли до зала с колодцем.</p><p>Остановились у входа.</p><p>Зал был пуст. Колодец стоял посреди, тихий, неподвижный. Вода внутри светилась зеленоватым светом, слабо, тускло.</p><p>Слишком тихо.</p><p>Демьян поднял руку — приготовиться.</p><p>Отряд выстроился полукругом. Носители огнемётов впереди. Остальные — за спинами, с мушкетами и саблями.</p><p>— Носители, вперёд. К колодцу. Жгите воду. Остальные — прикрывайте.</p><p>Пятеро с огнемётами двинулись вперёд. Медленно, шаг за шагом.</p><p>Дошли до колодца. Направили форсунки вниз, в воду.</p><p>Один — Степан, кузнец — первым нажал запальник. Чирк. Искра. Струя огня метнулась вниз.</p><p>Вода вспыхнула. Зашипела, закипела. Пар поднялся густой, едкий.</p><p>Остальные четверо тоже начали жечь.</p><p>Пять струй огня лились в колодец. Вода горела, испарялась. Магия сгорала вместе с ней — зелёный свет тускнел, пульсации замедлялись.</p><p>Прошла минута. Две.</p><p>Вода в колодце уровнем упала. Огонь выжигал её, медленно, но верно.</p><p>И тут вода забурлила.</p><p>Сильно, яростно. Как котёл на огне.</p><p>Из глубины донеслось рычание. Низкое, утробное.</p><p>— Приготовиться! — крикнул Демьян.</p><p>Из воды вырвалась рука. Огромная, в три раза больше человеческой. Покрытая чешуёй, с когтями длиной в ладонь.</p><p>Схватила Степана за ногу. Дёрнула вниз.</p><p>Степан закричал, упал. Огнемёт на спине взорвался. Смесь вспыхнула, окутала его пламенем.</p><p>Крик оборвался.</p><p>Из колодца начали вылезать твари.</p><p>Первой — та, что схватила Степана. Огромная, размером с медведя. Тело вздутое, покрытое чешуёй и наростами. Голова — вытянутая, пасть полна острых зубов. Глаз нет — только пустые глазницы, сочащиеся гноем.</p><p>За ней — мутанты. Человекоподобные, но изуродованные. Кто-то с двумя головами. Кто-то с щупальцами вместо рук. Кто-то — просто месиво плоти, ползущее на обрубках конечностей.</p><p>За мутантами — нежить. Мертвецы, старые, гниющие. Но не обычные — эти были в доспехах. Ржавых, древних. Держали оружие — мечи, копья, топоры. Скелеты воинов, погибших столетия назад, поднятые магией.</p><p>И ещё что-то. Из глубины колодца ползло нечто. Огромное, бесформенное. Масса плоти, покрытая глазами. Десятки глаз, моргающих, смотрящих во все стороны. Щупальца тянулись из массы, толстые, как стволы деревьев.</p><p>— Огонь! — заревел Демьян.</p><p>Четверо оставшихся носителей огнемётов развернули струи на тварей.</p><p>Огонь накрыл чешуйчатого монстра. Тот завыл, забился. Но не сгорал. Чешуя защищала.</p><p>Мутанты лезли дальше. Двухголовый бросился на одного из носителей. Схватил, повалил. Носитель упал, огнемёт выстрелил в сторону. Струя огня полоснула по своим — двое бойцов загорелись, закричали.</p><p>Демьян выстрелил. Руническая пуля попала двухголовому в одну из голов. Голова взорвалась. Но вторая осталась — мутант продолжал атаковать, разрывал носителя когтями.</p><p>Мушкеты грохнули залпом. Десять выстрелов разом. Мутанты и нежить падали, но не все.</p><p>Скелеты в доспехах шли строем. Поднимали щиты, прикрывались от выстрелов. Копья вперёд, как живые солдаты.</p><p>— Ближний бой! — крикнул Демьян.</p><p>Отряд бросился вперёд. Сабли взлетели. Рубили скелетов, мутантов, всех подря.</p><p>Демьян резал чешуйчатого монстра. Сабля с трудом пробивала чешую. Удар, второй, третий. Монстр взревел, ударил когтистой лапой. Демьян увернулся, полоснул по горлу. Чёрная кровь хлынула. Монстр рухнул.</p><p>Но из колодца лезли новые.</p><p>Мутант со щупальцами схватил двоих бойцов. Щупальца обвились, сдавили. Кости хрустнули. Бойцы закричали.</p><p>Третий носитель огнемёта развернулся, выжег щупальца. Мутант завизжал, отпустил. Бойцы упали, мёртвые.</p><p>Месиво плоти ползло по полу. Оставляло за собой слизь. Кто наступал — прилипал, не мог вырваться. Плоть обволакивала, втягивала внутрь. Один боец застрял, тонул в массе. Кричал, пока не захлебнулся.</p><p>Скелеты атаковали строем. Копья вперёд, удары синхронные. Пробили троих бойцов насквозь. Копья вытащили — бойцы рухнули.</p><p>Демьян бросился к скелетам. Рубил, крушил. Кости ломались, но скелеты не падали — магия держала их.</p><p>Он выстрелил в ближайшего. Руническая пуля взорвала череп. Магия разрушилась — скелет рассыпался в прах.</p><p>Ещё выстрел. Ещё один скелет пал.</p><p>Но их было слишком много.</p><p>И из колодца продолжали лезть новые.</p><p>Бесформенная масса с глазами достигла края колодца. Щупальца метнулись вперёд, схватили четвёртого носителя огнемёта. Подняли в воздух.</p><p>Носитель пытался вырваться, стрелял огнём. Щупальце загорелось, но не разжалось.</p><p>Масса втянула носителя к себе. Глаза уставились на него. Десятки глаз. Пасть раскрылась — огромная, усеянная зубами.</p><p>Проглотила носителя целиком.</p><p>— Отступаем! — закричал Демьян. — К выходу! Сейчас!</p><p>Отряд начал отступление. Прикрывая друг друга. Рубили, стреляли, жгли.</p><p>Последний носитель огнемёта поливал путь огнём. Создавал стену пламени между отрядом и тварями.</p><p>Но смесь кончалась. Огонь слабел.</p><p>Масса с глазами переползла через огонь. Не сгорала — слизь защищала. Щупальца тянулись к отступающим.</p><p>Демьян развернулся. Бросил последнюю склянку с греческим огнём. Прямо в массу.</p><p>Склянка разбилась. Греческий огонь вспыхнул — ярче, жарче обычного.</p><p>Масса завизжала. Скукожилась, горела. Глаза лопались, щупальца корчились.</p><p>Отряд выбежал из зала. В тоннель. Бежали не останавливаясь.</p><p>За спиной — вой, рычание, топот. Твари преследовали.</p><p>Вылезли из подвала. На улицу. Рухнули на мостовую.</p><p>Считали потери. Пятнадцать человек осталось. Из тридцати. Половина погибла за десять минут.</p><p>Демьян сидел, опёршись спиной о стену. Тяжело дышал. Руки в крови.</p><p>Провал. Полный провал.</p><p>Колодец не уничтожен. Твари живы. Враг не найден.</p><p>Жиров подполз, держась за раненую ногу.</p><p>— Граф… что теперь?</p><p>Демьян молчал. Смотрел на вход в подвал. Оттуда доносились звуки. Царапанье, рычание.</p><p>Твари не вышли на поверхность. Пока. Оставались в катакомбах.</p><p>Но надолго ли?</p><p>— Запечатываем вход, — сказал Демьян хрипло. — Камнями, цементом. Магией. Чтобы ничего не вылезло.</p><p>— Но враг…</p><p>— Враг там. Глубоко. Но добраться до него невозможно. Слишком много тварей. — Демьян встал, с трудом. — Нужен другой план. Найдём другие входы. Обойдём тварей. Или… — он замолчал.</p><p>Или город обречён.</p><p>Если враг решит выпустить эту армию на поверхность — ничто не остановит.</p><p>Демьян сжал кулаки.</p><p>Демьян стоял на площади перед архивом. Полдень, солнце пробивалось сквозь облака.</p><p>Отряд лежал в лазарете. Раненых лечили, мёртвых хоронили. Пятнадцать могил. Ещё пятнадцать к тем сотням, что уже были.</p><p>Вход в катакомбы на Мясницкой замуровали. Камни, цемент, железные прутья. Отец Варлаам освятил, начертал защитные руны. Держаться будет. Неделю, может, месяц.</p><p>А дальше?</p><p>Демьян не знал.</p><p>И тут послышался шум.</p><p>Со стороны ворот Кремля. Крики, топот копыт.</p><p>Жиров прихромал, опираясь на палку.</p><p>— Граф, прибыли. Из столицы. Имперский отряд.</p><p>— Какой отряд?</p><p>— Не знаю. Но их много. И знамёна несут — императорские.</p><p>Демьян нахмурился. Из столицы? Сейчас? Зачем?</p><p>Они пошли к воротам.</p><p>У ворот уже собралась толпа. Люди смотрели, перешёптывались.</p><p>Через ворота въезжала колонна.</p><p>Впереди — всадники. Двадцать человек, в тяжёлых доспехах. Красные плащи, золотые шлемы. Имперская гвардия.</p><p>За ними — телеги. Десять штук. Покрытые брезентом. Что-то тяжёлое лежало внутри.</p><p>И в центре колонны — карета. Чёрная, массивная, украшенная золотом. Запряжена четвёркой вороных.</p><p>Колонна остановилась на площади. Всадники спешились. Выстроились по обе стороны от кареты.</p><p>Дверь кареты открылась.</p><p>Вышел человек.</p><p>Высокий, лет тридцати пяти. Доспехи красные, покрытые рунами. На груди — герб. Две скрещённые молнии, корона сверху. Графский герб, Демьян знал такие.</p><p>Лицо — красивое, резкое. Скулы высокие, нос прямой. Волосы чёрные, зачёсаны назад. Глаза — золотистые. Нечеловеческие.</p><p>На поясе — меч. Огромный, двуручный. Рукоять обмотана красной кожей.</p><p>Человек огляделся. Взгляд скользнул по толпе, по Демьяну. Остановился.</p><p>Усмехнулся.</p><p>— Граф Базипольский, полагаю?</p><p>Голос низкий, властный.</p><p>Демьян шагнул вперёд. Снял маску.</p><p>— Да. А вы?</p><p>— Граф Святослав Игоревич Огнев. Имперский пиромант. Прислан из столицы по указу императора. — Он достал свиток, развернул. — Зачистить Черноречье от скверны. Магической заразы, нежити, прочих мерзостей.</p><p>Демьян посмотрел на свиток. Печать императорская, подпись, дата.</p><p>Официально. Законно.</p><p>— Немного поздновато, — сказал Демьян холодно. — Эпидемия месяц назад закончилась. Город восстановлен.</p><p>Огнев усмехнулся.</p><p>— Закончилась? — Он посмотрел на замурованный подвал на Мясницкой. — Это что, по-вашему? Слышал, вы вчера половину отряда потеряли в катакомбах. Это вы называете «закончилась»?</p><p>Демьян сжал кулаки.</p><p>— Мы справляемся.</p><p>— Очевидно. — Огнев прошёлся по площади, руки за спиной. — Город в руинах. Население сократилось на восемьдесят процентов. Под землёй — гнездо тварей. И вы «справляетесь». — Он обернулся. — Нет, граф Базипольский. Вы не справляетесь. Поэтому я здесь.</p><p>Толпа молчала. Смотрела на двух графов.</p><p>Демьян шагнул ближе.</p><p>— Я не просил помощи столицы.</p><p>— А губернатор Громов просил. Месяц назад. Письмо дошло, император решил — послать специалиста. — Огнев постучал себя в грудь. — Вот я. Специалист. Пиромант третьего ранга. Сжёг скверну в семи городах. Теперь — в восьмом.</p><p>— Пиромант. — Демьян посмотрел на его глаза. Золотистые, горящие. — Огненный маг.</p><p>— Верно. Огонь — моя стихия. Всё, что я касаюсь, горит. — Огнев щёлкнул пальцами. В воздухе вспыхнула искра, превратилась в шар пламени. Парил над ладонью, яркий, жаркий. — Удобно против нежити. Они горят хорошо.</p><p>Он сжал кулак. Пламя погасло.</p><p>— Итак, граф Базипольский. У меня приказ. Зачистить катакомбы. Уничтожить источник скверны. Убить всё, что там прячется. Вы можете помочь. Или не мешать. Выбирайте.</p><p>Демьян смотрел на него долго. Пиромант. Из столицы. С императорским указом.</p><p>Формально — он выше Демьяна. Представитель центральной власти.</p><p>Но город — его. Демьян спас его, восстановил, контролирует.</p><p>Не отдаст просто так.</p><p>— Хорошо, — сказал он. — Поможем. Но я командую операцией. Вы — помогаете. Это мой город.</p><p>Огнев засмеялся. Громко, искренне.</p><p>— Ваш город? Амбициозно. — Он подошёл вплотную. Лицом к лицу. — Город принадлежит императору. Как и всё в империи. Вы — временный управляющий. Я — представитель императора. Кто здесь главный, по-вашему?</p><p>Демьян не отступил.</p><p>— Император в столице. За тысячу вёрст. Я здесь. Каждый день. Спас город, когда все сбежали. Включая губернатора, что написал вам. Так что да. Мой город.</p><p>Огнев смотрел в его глаза. Золотистые встретились с серыми.</p><p>Тишина. Напряжённая, тяжёлая.</p><p>Потом Огнев усмехнулся. Отступил на шаг.</p><p>— Интересно. Упёртый. Мне нравится. — Он повернулся к своим людям. — Хорошо, граф Базипольский. Работаем вместе. Вы командуете. Я помогаю. Но если провалите — я беру командование. Согласны?</p><p>Демьян кивнул.</p><p>— Согласен.</p><p>— Отлично. — Огнев кивнул солдатам. Те начали разгружать телеги. — Покажите мне эти катакомбы. Хочу оценить масштаб проблемы.</p><p>Они спустились в подвал на Мясницкой. Демьян, Огнев, Жиров, десяток солдат гвардии.</p><p>Замурованный вход выглядел надёжно. Камни, цемент, руны.</p><p>Огнев подошёл, положил ладонь на стену. Прикрыл глаза. Молчал минуту.</p><p>Потом открыл глаза. Золотистый свет в них усилился.</p><p>— За стеной — много. Очень много. Сотни сущностей. Разной силы. Какие-то слабые — нежить, мутанты. Какие-то сильные. Очень сильные. — Он убрал руку. — И глубже. Там источник. Магия тёмная, древняя. Кто-то её поддерживает. Живой маг. Сильный.</p><p>— Враг, — сказал Демьян. — Тот, кто устроил эпидемию.</p><p>— Вероятно. — Огнев повернулся к нему. — Вы пытались пройти здесь. Потеряли половину отряда. Правильно?</p><p>— Да.</p><p>— Почему?</p><p>— Твари. Слишком много. Атаковали сразу, с разных сторон. Огнемёты не справились.</p><p>Огнев кивнул.</p><p>— Понятно. Вы атаковали в лоб. Глупо. — Он прошёлся по подвалу. — Нужна стратегия. Найти другой вход. Обойти основную массу тварей. Добраться до источника напрямую. Убить мага. Без него твари развалятся сами.</p><p>— Других входов два, — Демьян показал на карте. — Под Кафедральным собором. И у мельницы в Слободах.</p><p>— Покажете?</p><p>— Покажу.</p><p>Они проверили оба входа.</p><p>Под собором — крипта. Старая, каменная. Вход в катакомбы за алтарём. Открыт, не замурован.</p><p>Огнев спустился, осмотрел. Вернулся.</p><p>— Этот вход ведёт глубже. Мимо зала с колодцем. Прямо к центру катакомб. Там — источник магии. Там — враг.</p><p>— Значит, идём через собор, — сказал Демьян.</p><p>— Да. Но не сейчас. Нужна подготовка. — Огнев посмотрел на солдат гвардии. — Мои люди — обучены сражаться с нежитью. Доспехи защищены рунами. Оружие освящено. Плюс я. Я сожгу всё, что встанет на пути.</p><p>Он посмотрел на Демьяна.</p><p>— Ваши люди? Сколько готовы идти снова?</p><p>Демьян подумал. Отряд измотан, половина в лазарете.</p><p>— Десять. Может, пятнадцать. Лучшие.</p><p>— Достаточно. — Огнев кивнул. — Завтра на рассвете. Берём тридцать человек. Двадцать моих, десять ваших. Спускаемся через собор. Идём прямо к центру. Убиваем всех на пути. Добираемся до врага. Уничтожаем.</p><p>— Просто, — сказал Демьян скептически.</p><p>— В теории. — Огнев усмехнулся. — На практике будет кровь, смерть, ужас. Но мы справимся. Я не проигрывал ещё ни одной зачистки.</p><p>Он протянул руку.</p><p>— Работаем вместе, граф Базипольский?</p><p>Демьян посмотрел на руку. Потом на лицо Огнева. Самоуверенное, высокомерное.</p><p>Но сильное. Это чувствовалось. Пиромант был опасен, могущественен.</p><p>С ним — шансы вырастали.</p><p>Демьян пожал руку.</p><p>— Работаем.</p><p>Огнев кивнул.</p><p>— Отлично. Тогда идите, готовьте своих людей. Я подготовлю своих. Завтра всё закончится.</p><p>Он развернулся, пошёл прочь.</p><p>Демьян смотрел ему вслед.</p><p>Пиромант из столицы. Сильный, опасный, высокомерный.</p><p>Союзник? Или конкурент?</p><p>Время покажет.</p><p>Вечер начался формально.</p><p>Огнев остановился в губернаторском дворце. Громов выделил ему целое крыло — покои роскошные, прислуга, всё, что полагается графу императорской крови.</p><p>Демьян вернулся в свою усадьбу. Проверил отряд, раненых, оружие. Всё готово к завтрашнему походу.</p><p>Около девяти вечера пришёл гонец. От Огнева.</p><p>— Граф Базипольский, граф Огнев приглашает вас. В свои покои. На ужин и разговор.</p><p>Демьян нахмурился. Ужин? Сейчас? Накануне операции?</p><p>Но отказать императорскому представителю — неразумно.</p><p>— Скажи, приду через час.</p><p>Гонец поклонился, ушёл.</p><p>Демьян переоделся. Снял доспехи, надел обычную одежду — рубаху, жилет, сапоги. Оставил при себе только кинжал. На всякий случай.</p><p>Пошёл в дворец пешком. Город ночью был тихим. Фонари горели редко, улицы пустовали. Люди боялись выходить после заката — память о мертвецах жила.</p><p>У дворца охрана пропустила без вопросов. Провели в крыло, где остановился Огнев.</p><p>Дверь распахнулась. Вошёл.</p><p>Покои действительно роскошные. Мрамор, золото, гобелены на стенах. Стол накрыт — жареное мясо, хлеб, фрукты. И бутылки. Много бутылей.</p><p>Огнев сидел за столом. Снял доспехи, был в простой рубахе. Волосы растрёпаны, лицо расслабленное.</p><p>Увидел Демьяна — усмехнулся.</p><p>— А, граф Базипольский. Входите, не стесняйтесь. — Он махнул рукой на кресло напротив. — Садитесь. Выпьем, поговорим. Завтра, может, кто-то из нас не вернётся. Лучше познакомиться заранее.</p><p>Демьян сел. Посмотрел на стол.</p><p>— Богатый ужин. Губернатор постарался.</p><p>— Губернатор — трус и слабак. Но гостеприимен, не отниму. — Огнев налил два бокала вина. Протянул один Демьяну. — За успех завтрашней операции.</p><p>Демьян взял бокал. Понюхал. Вино хорошее. Дорогое.</p><p>— За успех.</p><p>Выпили. Огнев сразу налил ещё.</p><p>— Рассказывайте, граф Базипольский. Как вы спасли этот город? Слышал обрывки, хочу полную картину.</p><p>Демьян отпил вина. Начал рассказывать. Коротко, без лишних деталей. Эпидемия, мертвецы, оборона церкви, зачистка, восстановление.</p><p>Огнев слушал, кивал. Иногда задавал вопросы.</p><p>— Жёстко. Но вы выжили. И город спасли. Это достижение. — Он отпил вина. — В столице о вас говорят. «Чумной граф», называют. Герой или безумец. Мнения разделились.</p><p>— А вы как думаете?</p><p>Огнев усмехнулся.</p><p>— Думаю — и то, и другое. Герой, потому что не сбежал. Безумец, потому что полез в мясорубку добровольно. — Он посмотрел Демьяну в глаза. — Но мне нравятся безумцы. С ними не скучно.</p><p>Они выпили ещё. Огнев начал рассказывать о себе.</p><p>Род Огневых — древний, знатный. Пиромантия — родовой дар. Передаётся по крови, раз в несколько поколений. Святослав получил дар в пятнадцать лет. Обучался в столичной академии магов. К тридцати стал пиромантом третьего ранга — элита империи.</p><p>— Меня посылают туда, где обычные солдаты не справляются. Нежить, демоны, скверна. Я выжигаю всё. Без жалости, без сомнений. — Огнев налил себе водки вместо вина. Выпил залпом. — Семь городов зачистил. Ваш — восьмой.</p><p>— И всегда побеждали?</p><p>— Всегда. Огонь — сильнейшая стихия против нежити. Они горят, как солома. — Он ухмыльнулся. — Проблема только одна. Контроль. Иногда выжигаю больше, чем нужно. Дома, кварталы, людей, если не успели убежать.</p><p>Демьян нахмурился.</p><p>— Вы сжигаете живых?</p><p>— Случается. — Огнев пожал плечами. — В бою не выбираешь. Огонь не разбирает — враг или союзник. Идёт туда, куда направлю. А я не всегда точен. — Он посмотрел на Демьяна. — Шокирован?</p><p>— Нет. Понимаю. Война не бывает чистой.</p><p>— Верно. — Огнев поднял бокал. — За войну. Грязную, кровавую, безжалостную.</p><p>Они выпили.</p><p>Разговор тёк дальше. Огнев спрашивал о городе, о людях, о власти.</p><p>— Говорят, вы фактически правитель Черноречья. Губернатор — марионетка. Правда?</p><p>— Правда.</p><p>— Амбициозно. Планируете захватить власть полностью? Объявить себя князем, что ли?</p><p>Демьян усмехнулся.</p><p>— Нет. Мне не нужны титулы. Нужен порядок. Город должен работать. Восстанавливаться. Жить.</p><p>— Благородно. — Огнев налил ещё. — Или лицемерно. Может, вы просто хотите власти, но прикрываетесь благими намерениями?</p><p>Демьян посмотрел на него холодно.</p><p>— Думайте что хотите. Мне всё равно.</p><p>— О, задел. — Огнев засмеялся. — Хорошо. Не давите на больное.</p><p>Они выпили ещё несколько бокалов. Вино сменилось водкой, водка — каким-то крепким настоем. Огнев пил много, но не пьянел. Магия? Или привычка?</p><p>Демьян пил наравне. Алкоголь согревал, расслаблял. Голова кружилась, но контроль оставался.</p><p>Разговор становился откровеннее. Огнев рассказывал о столице, о дворе, о политике.</p><p>— Император стареет. Наследник — слабак. Через десять лет империя развалится. Провинции отделятся, начнутся войны. — Он отпил, посмотрел в окно. — Умные люди готовятся. Укрепляют позиции, собирают ресурсы, армии.</p><p>— Вы тоже готовитесь?</p><p>— Конечно. — Огнев усмехнулся. — Я пиромант. Могущественный маг. Когда империя рухнет, я создам своё королевство. Небольшое, но сильное. Огненное королевство Огневых. — Он посмотрел на Демьяна. — А вы? Что будете делать, когда империя падёт?</p><p>Демьян молчал. Думал. Не думал об этом раньше. Империя казалась вечной.</p><p>— Не знаю. Защищу город, наверное. Если останусь жив.</p><p>— Скучно. — Огнев налил ещё. — Вы талантливый управленец. Организатор. Лидер. Могли бы стать князем. Герцогом. Захватить несколько городов, объединить регион.</p><p>— Не интересует.</p><p>— Почему?</p><p>— Потому что власть — не цель. Цель — выживание. Города, людей, будущего. — Демьян допил водку. — Титулы, короны, троны — всё это пепел, если люди мертвы.</p><p>Огнев смотрел на него долго. Потом кивнул.</p><p>— Понял. Вы идеалист. Редкость в наше время. — Он поднял бокал. — За идеалистов. Глупых, но честных.</p><p>— За циников. Умных, но пустых, — парировал Демьян.</p><p>Огнев засмеялся.</p><p>— Хорошо сказано!</p><p>Они выпили.</p><p>Разговор стал жарче. Спорили. О власти, о морали, о целях.</p><p>Огнев говорил — сила важнее всего. Кто сильнее, тот и прав. Мораль — для слабаков.</p><p>Демьян возражал — сила без морали — тирания. Приводит к разрушению, хаосу.</p><p>— Тирания работает, — говорил Огнев. — Римская империя, Чингисхан, другие. Железный кулак держит порядок.</p><p>— Временно, — отвечал Демьян. — Потом всё рушится. Тираны умирают, империи разваливаются.</p><p>— И что? Пока ты жив — наслаждайся властью. После — не твоя проблема.</p><p>— Эгоистично.</p><p>— Реалистично.</p><p>Спорили час, два. Голоса повышались. Стол опустел — вино, водка, всё выпито.</p><p>Огнев встал, пошатываясь. Лицо красное, глаза горят.</p><p>— Знаете что, граф Базипольский? Вы зануда. Праведник. Скучный.</p><p>Демьян встал тоже. Голова кружилась, но стоял твёрдо.</p><p>— А вы — высокомерный ублюдок. Думаете, сила даёт право на всё.</p><p>— Даёт. — Огнев шагнул ближе. — Хотите проверить?</p><p>— Хочу.</p><p>Тишина. Секунда.</p><p>Огнев ударил первым. Кулаком в челюсть.</p><p>Демьян отлетел, врезался в стену. Голова звенела. Кровь на губе.</p><p>Он оттолкнулся, бросился вперёд. Ударил в живот. Огнев согнулся, но не упал.</p><p>Схватил Демьяна за ворот, швырнул через стол. Стол перевернулся, бутылки разбились.</p><p>Демьян поднялся, вытер кровь. Усмехнулся.</p><p>— Неплохо. Для мага.</p><p>— Я не только маг. — Огнев ринулся вперёд.</p><p>Они сцепились. Били кулаками, локтями, коленями. Без техники, без правил. Пьяная драка, грубая, жестокая.</p><p>Огнев был сильнее. Удары тяжёлые, ломовые. Демьян увернулся от одного, получил второй в рёбра. Кольчуги нет — боль острая.</p><p>Ответил ударом в лицо. Нос Огнева хрустнул, кровь хлынула.</p><p>— Сука! — Огнев схватил Демьяна за горло. Прижал к стене. Начал душить.</p><p>Демьян ударил коленом в пах. Огнев взвыл, отпустил.</p><p>Демьян толкнул его. Огнев споткнулся, упал на пол.</p><p>Демьян навис над ним, занёс кулак.</p><p>Огнев поднял руку. Ладонь вспыхнула огнём. Яркий, жаркий. Жар ударил в лицо Демьяна.</p><p>Демьян отшатнулся, прикрыл глаза.</p><p>Огнев вскочил, погасил огонь. Дышал тяжело, держался за нос.</p><p>— Всё. Стоп. Хватит.</p><p>Демьян опустил кулаки. Тоже дышал тяжело. Рёбра болели, губа разбита, глаз опухает.</p><p>Огнев сел на пол, прислонился к стене.</p><p>— Чёрт. Давно так не дрался.</p><p>Демьян сел рядом. Вытер кровь с лица.</p><p>— Я тоже.</p><p>Они сидели молча. Дышали. Приходили в себя.</p><p>Потом Огнев засмеялся. Тихо, потом громче.</p><p>— Ебать. Мы идиоты.</p><p>Демьян усмехнулся.</p><p>— Полные идиоты.</p><p>Огнев посмотрел на него.</p><p>— Хорошо бьёте. Для чиновника.</p><p>— Я не чиновник. Я выживший. — Демьян посмотрел в ответ. — Вы тоже неплохо. Для мага.</p><p>— Маги не слабаки. Нас учат драться. На случай, если магия не сработает. — Огнев вытер кровь с носа. — Нос сломали, зараза.</p><p>— Заживёт. Вы мне рёбра отбили.</p><p>— Заживут.</p><p>Они снова засмеялись.</p><p>Огнев встал, подошёл к перевёрнутому столу. Нашёл целую бутылку. Открыл, отпил. Протянул Демьяну.</p><p>— За драку. Честную, пьяную, идиотскую.</p><p>Демьян взял бутылку, отпил.</p><p>— За драку.</p><p>Они допили бутылку, сидя на полу среди осколков.</p><p>Говорили дальше. Спокойнее, дружелюбнее.</p><p>Огнев рассказывал о войнах, в которых участвовал. О врагах, которых сжёг. О товарищах, которые погибли.</p><p>— В Астрахани зачищал демонический культ. Они призвали что-то из бездны. Тварь огромная, щупальца, клыки. Я сжёг её. Но трое моих солдат умерли. Хорошие ребята. Жаль.</p><p>Демьян рассказывал о Прошке, Тимофее, Егоре. О тех, кто умер здесь.</p><p>— Прошка служил всю жизнь. Верный, честный. Умер в давке, как собака. Не заслуживал такого конца.</p><p>Огнев кивнул.</p><p>— Война не справедлива. Хорошие умирают, плохие выживают. Случайность.</p><p>— Но мы продолжаем. Потому что кто-то должен.</p><p>— Да. Кто-то должен.</p><p>Они сидели, пили. Ночь тянулась.</p><p>Около трёх утра Огнев встал. Пошатываясь, дошёл до окна. Распахнул. Холодный воздух ворвался в комнату.</p><p>— Слушайте, Базипольский. Завтра мы спустимся в эту дыру. Может, не вернёмся. Враг сильный, твари опасные. Шансов пятьдесят на пятьдесят.</p><p>— Знаю.</p><p>— Если я умру — сожгите моё тело. Не хочу, чтобы меня нежитью подняли.</p><p>— Хорошо. Если я умру — похороните в саду усадьбы. Рядом с Прошкой.</p><p>Огнев обернулся.</p><p>— Договорились. — Он протянул руку.</p><p>Демьян встал, подошёл. Пожал руку.</p><p>Крепко, твёрдо.</p><p>— За завтра. За победу или смерть.</p><p>— За завтра.</p><p>Они стояли у окна. Смотрели на город. Тёмный, тихий, спящий.</p><p>Внизу, под землёй, в катакомбах, враг ждал.</p><p>Завтра они спустятся. Вместе. Два графа, два бойца, два циника, притворяющихся идеалистами.</p><p>И убьют врага. Или умрут, пытаясь.</p><p>Третьего не дано.</p><p>Огнев первым отошёл от окна. Сел обратно на пол.</p><p>— Ещё выпьем?</p><p>— Ещё выпьем.</p><p>Нашли последнюю бутылку. Допили до рассвета.</p><p>Говорили о жизни, о смерти, о смысле всего.</p><p>Огнев говорил — смысла нет. Мы живём, воюем, умираем. Всё случайность.</p><p>Демьян говорил — смысл в действии. В защите слабых, в создании будущего.</p><p>Спорили, но спокойно. Уже не злились. Просто обменивались взглядами.</p><p>К рассвету оба были измотаны. Пьяные, избитые, но странно — довольные.</p><p>Огнев лежал на полу, смотрел в потолок.</p><p>— Знаете что, Базипольский? Вы неплохой мужик. Для провинциального дворянина.</p><p>Демьян лежал рядом.</p><p>— Вы тоже. Для столичного снаба.</p><p>— Снаба? — Огнев засмеялся. — Я пиромант третьего ранга!</p><p>— Всё равно сноб.</p><p>Огнев хохотнул.</p><p>— Ладно. Пусть сноб.</p><p>Они лежали, молчали.</p><p>Потом Огнев сказал тихо:</p><p>— Если выживем завтра — выпьем ещё. Без драки на этот раз.</p><p>— Договорились.</p><p>— И я помогу вам. С городом. С восстановлением. У меня связи в столице. Могу выбить финансирование, ресурсы.</p><p>Демьян повернул голову.</p><p>— Серьёзно?</p><p>— Серьёзно. Вы хорошо делаете дело. Грех не помочь. — Огнев усмехнулся. — Плюс вы мне нравитесь. Редко встречаю людей, которые бьют меня по морде и остаются живы.</p><p>Демьян усмехнулся.</p><p>— Взаимно.</p><p>Они лежали до рассвета. Задремали на полу, среди осколков и пустых бутылок.</p><p>Разбудил их стук в дверь. Громкий, настойчивый.</p><p>— Ваше сиятельство! Граф Огнев! Пора! Отряд готов!</p><p>Огнев застонал, поднялся. Голова раскалывалась, тело ломило.</p><p>— Который час?</p><p>— Шесть утра!</p><p>— Чёрт.</p><p>Демьян тоже встал. Тяжело, с трудом. Рёбра болели, глаз опух.</p><p>Они посмотрели друг на друга. Оба избитые, помятые, пьяные.</p><p>— Выглядим отвратительно, — сказал Огнев.</p><p>— Ужасно, — согласился Демьян.</p><p>Они засмеялись.</p><p>— Ладно. Приведём себя в порядок. Через час встречаемся у собора.</p><p>— Договорились.</p><p>Демьян вышел из покоев. Шёл, шатаясь. Голова гудела, но на душе — легче.</p><p>Огнев оказался не таким, каким показался сначала. Под высокомерием — человек. Усталый, циничный, но честный.</p><p>Можно работать с ним. Можно доверять.</p><p>Может быть.</p><p>Вернулся в усадьбу. Умылся, переоделся. Надел доспехи, взял оружие.</p><p>Проверил револьверы. Двенадцать рунических пуль осталось. Последние.</p><p>Если не хватит — будет драться саблей.</p><p>Вышел к отряду. Десять человек. Лучшие бойцы. Все готовы.</p><p>— Идём. К собору.</p><p>У собора уже стояли солдаты Огнева. Двадцать человек. В красных доспехах, с освящённым оружием.</p><p>И Огнев. Тоже в доспехах. Лицо побитое, нос опух. Но глаза горят.</p><p>Увидел Демьяна, усмехнулся.</p><p>— Живы ещё?</p><p>— Живы. Вы?</p><p>— Тоже. Хотя голова раскалывается.</p><p>— У меня тоже.</p><p>— Тогда идём. Убьём врага, потом поспим.</p><p>Они спустились в крипту под собором. Тридцать человек. Лучшие воины двух графов.</p><p>Вошли в катакомбы.</p><p>Тьма поглотила их.</p><p>И началась последняя битва.</p></section><section><title><p>Глава 16</p></title><p>Катакомбы встретили их тишиной.</p><p>Спускались через крипту собора. Каменные ступени, узкие, скользкие. Факелы освещали путь — слабо, тускло.</p><p>Огнев шёл впереди. Демьян рядом. За ними — тридцать бойцов. Плотной колонной, оружие наготове.</p><p>Первый тоннель был пуст. Только капли воды с потолка, эхо шагов.</p><p>— Слишком тихо, — прошептал Демьян.</p><p>— Да. Не нравится. — Огнев поднял руку. Ладонь вспыхнула огнём — яркий шар, парящий над кожей. Осветил тоннель дальше. Пусто.</p><p>Они двигались медленно. Проверяли каждый поворот, каждую нишу.</p><p>На стенах — надписи древние, выцветшие. Могильные плиты вмурованы в камень. За ними — склепы, кости.</p><p>Прошли минут двадцать. Тоннель разветвлялся. Огнев смотрел на карту.</p><p>— Направо. Там глубже, к центру.</p><p>Свернули направо. Тоннель сужался, потолок опускался. Идти приходилось согнувшись.</p><p>И тут послышалось.</p><p>Царапанье. Справа, из стены.</p><p>Демьян остановился. Поднял руку — остановить колонну.</p><p>Царапанье усилилось. Из ниши в стене вылез мертвец. Медленный, гниющий. Обычный.</p><p>Солдат Огнева шагнул вперёд, снёс голову одним ударом меча. Мертвец рухнул.</p><p>— Идём дальше, — скомандовал Огнев.</p><p>Но царапанье продолжалось. Из других ниш. Из трещин в стенах. Из темноты впереди.</p><p>Мертвецы вылезали. Десятки. Медленно, но верно.</p><p>— Строй! — крикнул Демьян.</p><p>Отряд выстроился. Передний ряд — щиты и мечи. Задний — мушкеты.</p><p>Мертвецы шли. Не атаковали, просто шли. Окружали.</p><p>— Огонь! — Огнев поднял обе руки. Пламя взметнулось из ладоней. Две струи огня полились на мертвецов.</p><p>Они вспыхнули, завизжали. Горели, падали. Но новые лезли на смену.</p><p>Мушкеты грохнули. Ещё десять мертвецов упали.</p><p>Демьян стрелял из револьвера. Руническая пуля взрывала череп за черепом. Четыре выстрела, четыре трупа.</p><p>Восемь пуль осталось.</p><p>Отряд медленно продвигался вперёд. Рубили, жгли, стреляли. Мертвецы падали, но их становилось больше.</p><p>— Они нас затягивают, — сказал Демьян. — Задерживают.</p><p>— Вижу. — Огнев усилил огонь. Пламя стало ярче, жарче. Мертвецы горели быстрее. — Прорываемся. Быстро, не останавливаемся!</p><p>Они ринулись вперёд. Рубили на ходу, не задерживаясь на павших.</p><p>Мертвецы хватали за ноги, за плащи. Один солдат споткнулся, упал. Мертвецы накрыли его. Крик, хруст костей.</p><p>— Оставить! Идём!</p><p>Они вырвались из толпы мертвецов. Побежали по тоннелю. Мертвецы преследовали, но медленно.</p><p>Через пять минут оторвались. Остановились перевести дух.</p><p>Считали. Двадцать девять человек. Один потерян.</p><p>— Дальше, — Огнев вытер пот со лба. — Близко. Чувствую источник магии. Там, впереди.</p><p>Тоннель привёл в зал. Тот самый. С колодцем.</p><p>Зал был освещён. Зеленоватым светом. Исходил от воды в колодце.</p><p>Вода бурлила. Не так яростно, как в прошлый раз, но жила. Светилась, пульсировала.</p><p>Колодец был полон. Тела плавали на поверхности. Мертвецы, утопленники, части тварей.</p><p>— Это источник, — сказал Огнев. — Нужно уничтожить. Сжечь воду, испарить магию.</p><p>Демьян оглядел зал. Пусто. Никого. Слишком просто.</p><p>— Осторожно. Ловушка может быть.</p><p>Огнев кивнул. Подошёл к колодцу. Поднял руки. Пламя взметнулось — огромное, яркое. Обрушилось на воду.</p><p>Вода зашипела. Кипела, испарялась. Зелёный свет тускнел.</p><p>Огнев лил огонь не останавливаясь. Минута, две, три.</p><p>Вода опускалась. Медленно, но верно.</p><p>И тут из глубины колодца вырвалась рука. Огромная, покрытая металлом.</p><p>Схватила Огнева за ногу. Дёрнула.</p><p>Огнев рухнул, пламя погасло. Рука тащила его к колодцу.</p><p>— Помогите! — крикнул он.</p><p>Солдаты бросились вперёд. Схватили Огнева, тянули обратно.</p><p>Из колодца вылезло существо.</p><p>Человекоподобное, но огромное. Три метра ростом. Тело — живое, мускулистое. Но руки и ноги — металлические. Протезы, вмонтированные в плоть. На груди — руны, светящиеся красным.</p><p>Лицо — человеческое. Знакомое.</p><p>Демьян узнал.</p><p>Фёдор Волынский. Дядя того Волынского, что погиб при взрыве в усадьбе.</p><p>Но живой. Или что-то вроде того.</p><p>Лицо мёртвое, серое. Глаза пустые, но светящиеся изнутри. Рот открыт, зубы острые.</p><p>— Волынский⁈ — выдохнул Демьян.</p><p>Существо повернуло голову. Посмотрело на Демьяна.</p><p>Заговорило. Голос — двойной. Один — хриплый, мёртвый. Второй — искажённый, механический. Наложение двух голосов.</p><p>— Граф… Базипольский… Ты… упорный… Но… конец… близко…</p><p>— Кто ты? — крикнул Демьян. — Кто управляет тобой⁈</p><p>Существо засмеялось. Два голоса, сливающиеся в один жуткий звук.</p><p>— Я… марионетка… Воля… господина… Он… везде… Он… никто… Ты… не найдёшь…</p><p>Оно дёрнуло руку. Огнева швырнуло через зал. Он врезался в стену, рухнул на пол.</p><p>Существо вылезло из колодца полностью. Металлические ноги громко стучали по камню.</p><p>Солдаты атаковали. Мечами, копьями.</p><p>Лезвия скользили по металлу, не пробивали. Существо ударило кулаком — металлическим, тяжёлым. Троих солдат отбросило, кости хрустнули.</p><p>Мушкеты грохнули. Пули попадали в живую плоть — грудь, живот. Существо дёрнулось, но не остановилось.</p><p>Демьян выстрелил из револьвера. Руническая пуля попала в голову. Череп треснул, но не взорвался.</p><p>— Руны на груди! — крикнул Огнев, поднимаясь. — Они защищают! Нужно уничтожить их!</p><p>Он выбросил руки вперёд. Огонь хлынул потоком. Накрыл существо.</p><p>Оно завыло. Металл раскалялся, плоть горела. Но руны на груди светились ярче. Поглощали огонь, рассеивали.</p><p>— Не работает! — Огнев усилил пламя. Весь зал наполнился жаром.</p><p>Существо шагнуло вперёд. Сквозь огонь. Металлическая рука взметнулась.</p><p>Ударила Огнева в грудь.</p><p>Огнев отлетел, кровь хлынула изо рта. Доспехи треснули.</p><p>Существо подошло. Схватило его за плечи. Металлические пальцы впились в доспехи.</p><p>— Граф… Огнев… Жалко… Сильный был…</p><p>Оно дёрнуло. Руки в разные стороны.</p><p>Хруст. Ужасный, мокрый хруст.</p><p>Огнев закричал. Короткий, пронзительный крик.</p><p>Существо разорвало его пополам.</p><p>Тело Огнева распалось. Кровь, внутренности, обломки доспехов.</p><p>Существо бросило части на пол.</p><p>Демьян замер. Смотрел на то, что осталось от Огнева. Пиромант мёртв. Разорван, как тряпка.</p><p>Солдаты гвардии завыли, бросились мстить. Рубили, кололи, стреляли в упор.</p><p>Существо крушило их. Одного за другим. Металлические руки ломали кости, рвали плоть.</p><p>Пятеро погибли за минуту. Десять. Пятнадцать.</p><p>Демьян очнулся. Выстрелил. Ещё три пули. Попал в руны на груди.</p><p>Руны треснули. Свет ослаб.</p><p>— Руны! — закричал он. — Бейте по рунам!</p><p>Оставшиеся солдаты сосредоточили удары на груди. Мечи пробивали трещины, расширяли их.</p><p>Существо завыло. Схватило двоих, швырнуло в стену.</p><p>Демьян подбежал сбоку. Саблей ударил по руне. Та раскололась.</p><p>Существо развернулось. Металлическая рука метнулась к Демьяну.</p><p>Он увернулся, полоснул саблей по ещё одной руне. Ещё трещина.</p><p>Последний солдат гвардии бросился на существо. Мечом вонзился в треснувшую руну. Глубоко.</p><p>Существо взревело. Схватило солдата за голову. Сжало. Череп лопнул.</p><p>Но руна разрушилась окончательно.</p><p>Магия рухнула. Свет погас.</p><p>Существо пошатнулось. Металлические конечности заскрежетали, заклинили.</p><p>Демьян добежал. Выстрелил последние две пули. В грудь, туда, где было сердце.</p><p>Существо упало на колени.</p><p>Из груди текла чёрная кровь. Металл дымился, плавился.</p><p>Оно посмотрело на Демьяна. Глаза гасли.</p><p>— Ты… выиграл… битву… Но… не войну… Господин… вернётся… Снова… Всегда…</p><p>Голова опустилась. Тело рухнуло.</p><p>Мертво.</p><p>Демьян стоял, тяжело дыша. Оглянулся.</p><p>Зал усыпан телами. Двадцать восемь трупов. Солдаты гвардии, его бойцы. Все мертвы.</p><p>Только он остался. Один.</p><p>Он подошёл к останкам Огнева. Две половины тела. Лицо застыло в крике.</p><p>Демьян опустился на колени.</p><p>— Прости. Не уберёг.</p><p>Рука Огнева ещё тёплая. Сжата в кулак.</p><p>Демьян разжал пальцы. В ладони — кольцо. Золотое, массивное. На нём — руны. И механизм маленький, встроенный в металл. Кремень и колёсико.</p><p>Огнев что-то прохрипел. Ещё жив? Нет. Но рот шевелится. Последние слова.</p><p>Демьян наклонился ближе.</p><p>— … кольцо… моя… магия… вся… там… надень… используй… сожги… всё…</p><p>— Огнев…</p><p>— … передай… семье… в столице… род Огневых… они… должны знать…</p><p>Голос затих. Глаза погасли.</p><p>Мёртв. Окончательно.</p><p>Демьян взял кольцо. Холодное, тяжёлое. Надел на палец.</p><p>Кольцо вспыхнуло. Тепло разлилось по руке, по телу. Магия. Огромная, мощная. Огонь Огнева, заключённый в кольце.</p><p>Он почувствовал. Жар внутри. Желание жечь, уничтожать.</p><p>Поднялся. Посмотрел на колодец. Вода всё ещё там. Источник магии.</p><p>Поднял руку. Кольцо на пальце.</p><p>Думал, как активировать. Огнев просто поднимал руки, и огонь шёл.</p><p>Попробовал. Поднял руку, сосредоточился.</p><p>Ничего.</p><p>Попробовал ещё. Представил огонь, жар, пламя.</p><p>Кольцо нагрелось. Сильно. Жгло палец.</p><p>Из кольца вырвалась искра. Крошечная, зелёная.</p><p>Зелёная? Огонь Огнева был красно-оранжевый. Почему зелёный?</p><p>Искра упала на воду в колодце.</p><p>Вода вспыхнула.</p><p>Мгновенно. Ярко.</p><p>Зелёное пламя охватило колодец. Поднялось вверх, к потолку. Не жаркое — холодное. Демьян чувствовал холод, а не жар.</p><p>Пламя распространялось. По стенам, по полу, по телам.</p><p>Всё горело. Зелёным, неестественным огнём.</p><p>Демьян попятился к выходу из зала. Огонь не касался его. Обходил, будто живой.</p><p>Колодец горел. Вода испарялась, магия сгорала. Источник уничтожался.</p><p>Из глубины донеслся вой. Десятки голосов. Твари, мертвецы — все они чувствовали смерть источника.</p><p>Зелёное пламя хлынуло в тоннели. Во все стороны. Заполняло катакомбы.</p><p>Демьян побежал. К выходу, к лестнице, вверх.</p><p>За спиной — вой, треск, грохот. Катакомбы рушились. Потолки обваливались, стены трещали.</p><p>Он бежал, не оглядываясь. Через тоннели, мимо горящих тел, мимо рушащихся сводов.</p><p>Выбежал в крипту собора. Зелёное пламя следовало за ним, но остановилось у порога. Не вышло наружу.</p><p>Демьян рухнул на пол. Задыхался, кашлял. Дым, пепел.</p><p>Через минуту пламя погасло. Тишина.</p><p>Он встал, спустился обратно к входу. Заглянул.</p><p>Катакомбы были мертвы. Стены обвалились, тоннели засыпаны. Ничего не шевелилось. Только пепел и камни.</p><p>Запечатано. Навсегда.</p><p>Демьян поднялся наверх. Вышел из собора. Рассвет разгорался.</p><p>На площади ждали люди. Жиров, доктор Светлая, другие. Смотрели на него.</p><p>Жиров подошёл.</p><p>— Граф… остальные?</p><p>Демьян покачал головой.</p><p>— Все мертвы. Огнев мёртв. Солдаты мертвы. Только я.</p><p>Толпа молчала.</p><p>— Но источник уничтожен. Катакомбы запечатаны. Больше угрозы нет.</p><p>Жиров посмотрел на руку Демьяна. Кольцо на пальце, зелёное, слабо светящееся.</p><p>— Что это?</p><p>— Кольцо Огнева. Его последний дар. — Демьян снял кольцо, убрал в карман. — Нужно отправить в столицу. Роду Огневых. Он просил передать.</p><p>— Сделаем.</p><p>Демьян прошёл через толпу. В усадьбу. В свой кабинет.</p><p>Сел за стол. Положил кольцо перед собой.</p><p>Огнев мёртв. Тридцать бойцов мертвы. Враг не найден.</p><p>Но катакомбы запечатаны. Источник уничтожен. Город в безопасности.</p><p>Временно.</p><p>Последние слова марионетки эхом звучали в голове: «Господин вернётся… Снова… Всегда…»</p><p>Враг жив. Прячется. Ждёт.</p><p>Демьян сжал кулаки.</p><p>Найду. Рано или поздно. Найду и убью.</p><p>Даже если это займёт годы.</p><p>Даже если придётся сжечь всё.</p><p>Он встал. Посмотрел в окно.</p><p>Город просыпался. Солнце поднималось. Жизнь продолжалась.</p><p>Война не кончилась.</p><p>Но битва выиграна.</p><p>Пока этого достаточно.</p><p>Демьян взял кольцо, спрятал в сейф. Отправит позже. Когда будет время.</p><p>Сейчас нужно хоронить мёртвых. Снова.</p><p>Тридцать одна могила. К сотням, что уже были.</p><p>Цена победы росла.</p><p>Но город выжил.</p><p>И это главное.</p><p>Демьян стоял на кладбище. Утро, холодное, серое. Туман стелился между могилами.</p><p>Тридцать одна свежая яма. Тридцать один гроб опускали в землю. Солдаты гвардии Огнева, его бойцы.</p><p>И отдельная могила. Для Огнева. Части тела собрали, положили в один гроб. Сожгли бы, как он просил, но церковь требовала христианского погребения для графа императорской крови.</p><p>Отец Варлаам читал молитвы. Голос тихий, монотонный.</p><p>Демьян слушал, не слыша. Думал.</p><p>Враг жив. Прячется где-то. Волынский был марионеткой. Кто-то управлял им. Но кто?</p><p>Кто-то с глубокими знаниями тёмной магии. Кто-то, способный поднимать мертвецов, создавать мутантов, управлять ими издалека.</p><p>Кто-то древний? Или просто хорошо обученный?</p><p>Демьян не знал.</p><p>Молитвы закончились. Гробы опустили. Начали засыпать землёй.</p><p>Демьян подошёл к могиле Огнева. Бросил горсть земли. Последнее прощание.</p><p>— Покойся с миром, Огнев.</p><p>Повернулся, чтобы уйти.</p><p>И тут послышался гул. Низкий, нарастающий.</p><p>Люди подняли головы. Смотрели в небо.</p><p>Над городом появился дирижабль.</p><p>Огромный. Длиной метров сорок, высотой десять. Обшивка металлическая, покрытая рунами. Баллон над корпусом — наполнен газом, держит в воздухе. Винты по бокам — крутятся, толкают вперёд.</p><p>На борту — герб. Двуглавый орёл, меч и весы. Имперская инквизиция.</p><p>Демьян нахмурился. Инквизиция? Здесь? Зачем?</p><p>Дирижабль снижался. Медленно, плавно. Направлялся к центральной площади.</p><p>Люди побежали смотреть. Толпа собиралась.</p><p>Демьян пошёл следом. Жиров рядом, прихрамывая, но держался.</p><p>— Граф, это дурной знак. Инквизиция не прибывает без серьёзной причины.</p><p>— Знаю.</p><p>Дирижабль приземлился на площади. Корпус осел на землю, винты замедлились, остановились.</p><p>Из боковой двери вышли люди.</p><p>Сначала — стража. Десять человек в тяжёлых доспехах. На груди — символ инквизиции. Шлемы закрытые, забрала опущены. Арбалеты в руках, мечи на поясах.</p><p>За ними — помощники в тёмных рясах. Пятеро, с суровыми лицами и холодными глазами. Символы инквизиции на груди — вышитые серебром.</p><p>И последним — сам инквизитор.</p><p>Мужчина лет пятидесяти. Высокий, худощавый. Лицо изможденное, скулы острые. Глаза — серые, пронзительные. Волосы седые, зачёсаны назад.</p><p>Одежда — тёмная ряса, богато украшенная. Золотые нити, серебряные кресты. На груди — большой медальон. Символ инквизиции с дополнительными рунами защиты.</p><p>На поясе — меч. Длинный, узкий. Рукоять покрыта рунами.</p><p>Он огляделся. Взгляд скользнул по толпе, остановился на Демьяне.</p><p>Усмехнулся. Тонко, без тепла.</p><p>Подошёл. Шаги медленные, размеренные.</p><p>Остановился в трёх шагах от Демьяна.</p><p>— Граф Демьян Петрович Базипольский, полагаю?</p><p>Голос — ровный, чёткий. Режет слух отточенной вежливостью.</p><p>Демьян кивнул.</p><p>— Да. А вы?</p><p>— Инквизитор Василий Никифорович Строгов. Главный следователь имперской инквизиции по делам тёмной магии, некромантии и запрещённых практик. — Он достал свиток, развернул. — Прибыл по указу императора. Расследовать аномальные события в Черноречье. Эпидемию неестественного происхождения, массовое восстание мертвецов, использование запрещённой магии.</p><p>Он свернул свиток, убрал.</p><p>— И вы, граф Базипольский, являетесь ключевой фигурой в этом расследовании.</p><p>Демьян нахмурился.</p><p>— В каком смысле?</p><p>— В самом прямом. — Строгов сложил руки за спиной. — Вы управляли городом во время кризиса. Вы организовали оборону, зачистку, восстановление. Вы лично спускались в катакомбы, где находился источник тёмной магии. — Его глаза сузились. — И вы остались единственным выжившим из последней экспедиции. Граф Огнев погиб. Все солдаты погибли. Только вы вернулись. Примечательное совпадение.</p><p>Толпа зашумела. Люди перешёптывались.</p><p>Демьян сделал шаг вперёд.</p><p>— Вы намекаете на что-то конкретное, инквизитор?</p><p>— Я озвучиваю факты. — Строгов не отступил. — Интерпретировать их предстоит мне. После тщательного расследования.</p><p>Жиров шагнул рядом с Демьяном.</p><p>— Инквизитор, граф Базипольский спас этот город! Он рисковал жизнью десятки раз. Без него все бы погибли!</p><p>Строгов посмотрел на Жирова. Взгляд ледяной.</p><p>— Капитан Жиров, верно? Ближайший помощник графа. Понятно. — Он снова повернулся к Демьяну. — Героизм похвален. Но инквизиция интересуют методы. Граф Огнев сообщил в столицу перед походом в катакомбы, что обнаружил следы тёмной магии. Очень древней. Очень мощной. И что источник ещё не уничтожен полностью.</p><p>— Огнев погиб до завершения операции, — сказал Демьян ровно. — Я завершил то, что он начал. Источник уничтожен. Катакомбы запечатаны.</p><p>— Так вы утверждаете. — Строгов обошёл Демьяна, разглядывая. — Но доказательств нет. Только ваше слово. И весьма своевременная смерть единственного имперского свидетеля — графа Огнева.</p><p>Демьян повернулся, следя за инквизитором взглядом.</p><p>— Что именно вы хотите сказать?</p><p>Строгов остановился лицом к лицу с ним.</p><p>— Я хочу сказать, граф, что эпидемия уничтожила большую часть местного боярства. Вы, весьма удачно, получили контроль над их имуществом и влиянием. Вы стали фактическим правителем Черноречья. — Он сделал паузу. — Для амбициозного человека это может выглядеть как возможность. Создать проблему. Решить её. Стать героем и захватить власть.</p><p>Толпа ахнула. Жиров побледнел.</p><p>Демьян стоял неподвижно. Голос стал холодным.</p><p>— Вы обвиняете меня в организации эпидемии?</p><p>— Я высказываю одну из версий, которую обязан проверить. — Строгов отступил на шаг. — Инквизиция не делает поспешных выводов. Мы проводим тщательное расследование. Изучаем все факты. Опрашиваем всех свидетелей. — Его голос стал жёстче. — И если выясним, что кто-то использовал тёмную магию — пусть даже прикрываясь благими намерениями — этот человек ответит по всей строгости закона.</p><p>— Магия сама по себе не запрещена, — сказал Демьян. — Запрещена только тёмная магия. Некромантия. Демонология. Проклятия.</p><p>— Верно. — Строгов кивнул. — И именно эти виды магии были использованы здесь. Кем-то. Остаётся выяснить — кем. — Он указал на замурованный вход в катакомбы. — Завтра мы спустимся туда. Мои люди осмотрят руины. Проверят, действительно ли угроза уничтожена. Вы пойдёте с нами, граф. Покажете дорогу.</p><p>— Не возражаю.</p><p>— Превосходно. — Строгов повернулся к толпе. — Граждане Черноречья! Имперская инквизиция прибыла восстановить истину. Если кто-то располагает сведениями о тёмной магии, некромантии или запрещённых ритуалах — сообщите мне лично. Сотрудничество с инквизицией будет вознаграждено. Сокрытие информации считается соучастием.</p><p>Толпа молчала. Смотрела на инквизитора со страхом и настороженностью.</p><p>Строгов усмехнулся.</p><p>— Молчание красноречиво. Значит, есть что скрывать. — Он посмотрел на Демьяна. — Граф Базипольский, где можно разместиться? Мне и моим людям требуются достойные помещения.</p><p>— Губернаторский дворец. Там достаточно покоев.</p><p>— Приемлемо. — Строгов кивнул помощникам. Те пошли обратно к дирижаблю, начали выгружать ящики и сундуки.</p><p>Строгов задержался. Подошёл к Демьяну ближе. Понизил голос так, чтобы слышали только они двое.</p><p>— Граф, я не ваш враг. Я служу закону и империи. Если вы чисты — вам нечего бояться. Если же использовали запрещённые методы… — Он положил руку на рукоять меча. — Тогда ни ваш титул, ни ваши заслуги вас не спасут. Инквизиция не признаёт исключений.</p><p>Демьян не отступил.</p><p>— Я действовал в рамках закона. Использовал только разрешённую магию. Рунические пули моего деда, освящённое оружие, защитные чары. Всё задокументировано.</p><p>— Посмотрим. — Строгов убрал руку. — До завтра, граф. Надеюсь, вы хорошо выспитесь. Завтра будет долгий день.</p><p>Он ушёл. Стража и помощники последовали за ним.</p><p>Толпа начала расходиться. Люди шептались, бросали взгляды на Демьяна.</p><p>Жиров подошёл ближе, понизил голос.</p><p>— Граф, это опасно. Строгов известен своей… тщательностью. Он не оставляет камня на камне. Если он решит копать глубже, может найти мастерскую, станок, всё остальное.</p><p>— Всё в мастерской законно. Рунические пули, освящённое оружие. Это не тёмная магия.</p><p>— Но станок работает на кристаллах. На магии. Строгов может счесть это подозрительным.</p><p>Демьян задумался. Жиров был прав. Инквизиторы параноидальны. Ищут ересь везде.</p><p>— Закрой мастерскую. Скажи кузнецам не работать несколько дней. Пусть всё стоит тихо.</p><p>— Хорошо. А кольцо Огнева?</p><p>Демьян замер. Кольцо. Он забыл о нём.</p><p>Лежит в кабинете, на столе. Пиромантическое кольцо, содержащее огромную магическую силу.</p><p>Если Строгов найдёт…</p><p>— Нужно спрятать. Хорошо спрятать.</p><p>— Или уничтожить?</p><p>Демьян колебался. Огнев просил передать кольцо семье. Последняя воля умирающего.</p><p>Но если инквизиция найдёт письмо, курьера, кольцо по дороге…</p><p>— Нет. Спрячу сам. Надёжно. Потом передам, когда Строгов уедет.</p><p>— Как скажете.</p><p>Они вернулись в усадьбу. Демьян поднялся в кабинет. Закрыл дверь на засов.</p><p>Кольцо лежало на столе. Золотое, массивное. Слабо светилось.</p><p>Демьян взял его. Тяжёлое, тёплое. Внутри чувствовалась сила. Огромная, дремлющая.</p><p>Огонь Огнева. Последний дар умирающего друга.</p><p>Куда спрятать?</p><p>Сейф? Нет, слишком очевидно. Строгов обыщет всё.</p><p>Закопать в саду? Рискованно. Могут заметить свежевскопанную землю.</p><p>Носить с собой? Опасно, но…</p><p>Демьян посмотрел на кольцо. Потом на свою руку.</p><p>Надел кольцо на палец. Средний, правая рука.</p><p>Кольцо вспыхнуло. Тепло разлилось по телу. Магия проснулась, потекла в крови.</p><p>Демьян почувствовал. Жар. Силу. Желание жечь, уничтожать.</p><p>Он сжал кулак. Кольцо засветилось ярче.</p><p>Из воздуха перед ним вспыхнула искра. Маленькая, зелёная.</p><p>Зелёная? Странно. Огонь Огнева был красным.</p><p>Искра погасла сама собой.</p><p>Демьян посмотрел на кольцо. Думал.</p><p>Если будет носить постоянно — никто не узнает. Кольцо выглядит как обычное. Дорогое, но не подозрительное.</p><p>Магию активировать умышленно нельзя — он не умеет. Огнев был пиромантом, обученным. Демьян — нет.</p><p>Но само кольцо… может защитить. В крайнем случае.</p><p>Если Строгов попытается арестовать. Или хуже.</p><p>Демьян оставил кольцо на пальце.</p><p>— Прости, Огнев. Верну твоим родным. Но позже. Когда буду уверен, что это безопасно.</p><p>Он вышел из кабинета. Спустился вниз.</p><p>Жиров ждал.</p><p>— Граф, что с кольцом?</p><p>— Спрятал. Надёжно. Не волнуйся.</p><p>Жиров кивнул, не стал расспрашивать.</p><p>— Что будем делать завтра?</p><p>— Пойдём в катакомбы. Покажу Строгову руины. Докажу, что всё уничтожено. — Демьян посмотрел в окно. — И если он попытается что-то выдумать… разберёмся.</p><p>— Как?</p><p>— Увидим.</p><p>Вечером Строгов начал допросы.</p><p>Вызывал горожан во дворец. По одному. Священников, чиновников, купцов, простых людей.</p><p>Спрашивал об эпидемии, о Демьяне, о магии, о всём.</p><p>Демьян слышал рассказы от Жирова. Некоторые говорили правду. Другие боялись и молчали. Третьи наговаривали — из страха или зависти.</p><p>Строгов записывал всё. Составлял досье.</p><p>К ночи вызвал Демьяна. В свои покои.</p><p>Демьян пришёл. Один, с саблей на поясе — оружие оставили разрешённым для графа.</p><p>Строгов сидел за столом. Перед ним — стопка бумаг, записей, карт.</p><p>— Садитесь, граф.</p><p>Демьян сел. Руки на коленях. Кольцо на пальце — тяжёлое, но незаметное под перчаткой.</p><p>Строгов листал записи. Молчал минуту. Потом поднял взгляд.</p><p>— Интересные показания. Весьма противоречивые. Одни называют вас спасителем. Другие — узурпатором. Третьи намекают на связь с тёмными силами. — Он отложил бумаги. — Кому верить, граф?</p><p>— Фактам. Не слухам.</p><p>— Мудро. — Строгов налил себе вина. Демьяну не предложил. — Расскажите мне о вашем деде. Петре Антоновиче Базипольском. Он сражался с похожей эпидемией в 1889 году. Использовал рунические пули. Инквизиция тогда расследовала это дело.</p><p>— Знаю. Магия была признана допустимой. Дед действовал в рамках закона.</p><p>— Действительно. Боевая магия против нежити не запрещена. — Строгов отпил вина. — Но дело вашего деда закрыли только потому, что он умер до окончания расследования. Некоторые вопросы остались без ответов.</p><p>— Какие именно?</p><p>— Источник эпидемии. Ваш дед записал, что колодец был отравлен тёмной магией. Но кто это сделал? Как? Зачем? — Строгов посмотрел Демьяну в глаза. — Эти вопросы остались открытыми. А теперь, тридцать шесть лет спустя, эпидемия повторилась. Снова в Черноречье. Снова тёмная магия. Снова Базипольские в центре событий. Примечательное совпадение, не находите?</p><p>Демьян держал взгляд.</p><p>— Эпидемия повторилась, потому что враг не был найден. Дед запечатал колодец, но того, кто его отравил, не уничтожил. Враг ждал. Тридцать шесть лет. А потом ударил снова.</p><p>— И кто этот враг?</p><p>— Не знаю. Ищу до сих пор.</p><p>Строгов прищурился.</p><p>— Значит, враг на свободе? До сих пор представляет угрозу?</p><p>— Возможно. Но источник магии уничтожен. Катакомбы запечатаны. Враг ослаблен. Не сможет повторить эпидемию.</p><p>— Уверены?</p><p>— Достаточно уверен.</p><p>— Недостаточно для инквизиции. — Строгов встал. Подошёл к окну. — Завтра проверим катакомбы. Мои люди обучены находить следы тёмной магии. Если там осталось что-то — мы найдём. — Он обернулся. — И если выяснится, что вы что-то скрываете, граф… Что угроза не уничтожена полностью… Тогда у меня возникнут вопросы. Серьёзные вопросы.</p><p>Демьян встал тоже.</p><p>— Спрашивайте что угодно. Я отвечу. Мне нечего скрывать.</p><p>— Посмотрим. — Строгов кивнул на дверь. — Идите. Готовьтесь к завтрашнему походу. Встречаемся у собора на рассвете.</p><p>Демьян вышел. В коридоре сжал кулаки.</p><p>Строгов не доверяет. Ищет подвох. Хочет найти вину.</p><p>Завтра будет проверка. Катакомбы. Руины.</p><p>Нужно быть готовым ко всему.</p><p>Демьян вернулся в усадьбу. Проверил оружие. Саблю наточил. Взял фляги с водой, факелы, верёвку.</p><p>Сел за стол. Смотрел на кольцо на пальце.</p><p>Оно слабо светилось. Тёплое. Живое.</p><p>Если завтра что-то пойдёт не так… Если Строгов попытается арестовать…</p><p>Демьян сжал кулак. Кольцо вспыхнуло ярче.</p><p>Он будет защищаться.</p><p>Любой ценой.</p><p>Город важнее его жизни. Важнее его чести.</p><p>Демьян не предаст людей Черноречья.</p><p>Даже если инквизиция объявит его еретиком.</p><p>Даже если придётся бежать.</p><p>Он доведёт дело до конца.</p><p>Найдёт врага.</p><p>Уничтожит его.</p><p>И только потом… может быть… сможет отдохнуть.</p><p>Но не сейчас.</p><p>Демьян лёг спать поздно. Спал плохо. Снились мертвецы, огонь, крики.</p><p>И Огнев. Разорванный пополам. Протягивающий кольцо.</p><p>«Сожги их всех, Базипольский. Сожги дотла».</p><p>Демьян проснулся в холодном поту.</p><p>За окном рассветало.</p><p>Время идти в последний поход в катакомбы.</p><p>С инквизицией.</p></section><section><title><p>Глава 17</p></title><p>Рассвет был мутным и серым, как грязная вода.</p><p>У входа в крипту собора стояли двое: Демьян и Строгов. За инквизитором — десять стражников в чёрных доспехах, похожих на гробы. Жирова Строгов не пустил.</p><p>— Только мы с вами, граф, — сказал инквизитор, натягивая перчатки. — Не хочу, чтобы ваши верные псы мешали объективному расследованию.</p><p>Демьян толкнул дверь крипты. Петли взвизгнули, как зарезанная свинья.</p><p>Спустились по ступеням. Факелы вырывали из темноты куски стен, покрытых плесенью и древними надписями. Воздух был мёртвым — холодным, сырым, пропитанным гнилью.</p><p>— Сколько раз вы спускались сюда? — спросил Строгов, идя следом.</p><p>— Дважды.</p><p>— И оба раза все умирали, кроме вас. Какое везение.</p><p>Демьян не ответил. Шёл вперёд, сабля стучала о бедро.</p><p>Тоннель расширялся. Строгов водил рукой по стенам, изучая руны. Облизывал губы, как крыса, нашедшая падаль.</p><p>— Защитные знаки… очень старые… — Он обернулся к помощнику. — Записывай: магия древняя. Мощная. Кто-то здесь жил. Долго. Прятался от света.</p><p>— Это старое кладбище, — сказал Демьян. — Четыреста лет назад хоронили здесь бояр.</p><p>— Или не только бояр. — Строгов усмехнулся. — Может, колдунов. Еретиков. Тех, кого церковь не приняла. — Он посмотрел на Демьяна. — Кто знает, что ещё лежит в ваших семейных склепах, граф?</p><p>Демьян сжал челюсти. Молчал.</p><p>Первое тело встретилось через пятьдесят шагов.</p><p>Мертвец. Полуистлевший, покрытый слизью. Голова отрублена чисто, лежит в метре от туловища.</p><p>Строгов присел. Изучал долго, тыкал пальцем в разрез.</p><p>— Сабля. Удар профессиональный. Один. Без колебаний. — Он поднял взгляд. — Ваших рук дело?</p><p>— Не помню. Здесь было много мертвецов. Рубили все.</p><p>— Но выжили только вы. — Строгов встал, вытер пальцы о тряпку с брезгливой миной. — Как удобно. Свидетелей нет.</p><p>Они шли дальше. Тел становилось больше. Скелеты в доспехах, мертвецы, куски плоти. Строгов останавливался у каждого. Ковырялся. Принюхивался.</p><p>— Этот убит выстрелом. — Строгов указал на череп с дырой размером с кулак. — Руническая пуля. Взрыв изнутри. Знаете, граф, такие пули считаются боевой магией. Разрешённой. Но если их использовать против живых людей… — Он повернулся, глаза блеснули. — Это уже убийство с применением магии. Это казнимо.</p><p>— Я убивал мертвецов. Не людей.</p><p>— Вы так говорите. — Строгов пошёл дальше. — Но кто проверит?</p><p>Они вышли в зал.</p><p>Картина была чудовищной. Стены обуглены, покрыты копотью и странными зелёными разводами. Потолок треснул, обломки лежали грудами. Пол завален телами — солдаты в красных доспехах, разорванные, раздавленные, обугленные. Мертвецы, скелеты, куски металла и плоти.</p><p>В центре — колодец. Разрушенный. Стенки расплавились, потекли, застыли уродливыми наплывами. Внутри — чёрная масса, покрытая зелёной коркой, как гной на ране.</p><p>Строгов обошёл зал. Медленно. Смаковал каждую деталь. Улыбался — тонко, мерзко, как палач, наточивший топор.</p><p>Остановился у колодца. Присел. Поскрёб зелёную корку ногтем. Понюхал. Лизнул.</p><p>Демьян наблюдал молча. Рука легла на рукоять сабли.</p><p>— Магия, — произнёс Строгов, облизывая губы. — Очень сильная. Очень… нездоровая. — Он поднялся. — Скажите, граф, вы знаете, что зелёное пламя характерно для некромантии? Когда жгут не плоть, а души. Когда пожирают жизненную силу.</p><p>— Это был огонь Огнева.</p><p>— Огонь графа Огнева был красным, — отрезал Строгов. — Я видел его работу. Читал отчёты. Красно-оранжевое пламя. Жаркое. Чистое. — Он ткнул пальцем в зелёную корку. — А это — мерзость. Холодный огонь. Пожирающий. — Глаза сузились. — Откуда он взялся, граф Базипольский?</p><p>— Из кольца Огнева. Оно активировалось, когда он умер.</p><p>— Как удобно. — Строгов выпрямился. — Пиромантическое кольцо вдруг меняет природу. Становится некромантическим. Случайно. Само собой. — Он усмехнулся. — Вы что, считаете меня идиотом?</p><p>— Я говорю, что было.</p><p>— Вы говорите то, что выгодно. — Строгов подошёл ближе. Запах от него шёл кислый, как от уксуса. — А факты говорят другое. Зелёный огонь. Мёртвые солдаты. Один выживший. — Он склонил голову. — Может, вы сами вызвали этот огонь? Некромантским ритуалом? Принесли души погибших в жертву, чтобы получить силу?</p><p>Демьян шагнул вперёд. Глаза стали ледяными.</p><p>— Я сражался за этих людей. Рисковал жизнью. Видел, как они умирают. — Голос упал до шёпота. — Если вы ещё раз намекнёте, что я их принёс в жертву, я вырву вам язык. Инквизитор или нет.</p><p>Строгов отступил. Не от страха — от удовольствия. Улыбка стала шире.</p><p>— Записывай, — кинул он помощнику. — Граф Базипольский угрожал представителю инквизиции. Открыто. При свидетелях. — Он сложил руки за спиной. — Знаете, граф, угроза инквизитору — отдельная статья. Три года каторги. Или публичная порка. На выбор.</p><p>Демьян молчал. Кольцо на пальце под перчаткой жгло кожу.</p><p>Строгов отошёл к телам. Начал переворачивать их сапогом. Небрежно, как мусор.</p><p>— Вот солдат гвардии. Разорван пополам. Кишки по всему полу. — Он наклонился. — Что могло сделать такое?</p><p>— Мутант. Марионетка. Волынский.</p><p>— Фёдор Волынский. — Строгов покачал головой. — Умер три года назад. Похоронен с почестями. А тут вдруг оживает. Становится чудовищем. Убивает имперских солдат. — Он выпрямился. — Знаете, кто умеет поднимать мёртвых и превращать их в чудовищ? Некроманты. — Пауза. — И только некроманты.</p><p>— Я не поднимал Волынского. Его поднял враг. Тот, кто организовал эпидемию.</p><p>— Враг. — Строгов растянул слово, смакуя. — Невидимый. Неуловимый. Которого никто не видел. Кроме вас. — Он засмеялся. Коротко, противно. — Удобная сказка. Злой некромант прячется где-то. А вы — благородный герой. Сражается, страдает, всех спасает. — Он подошёл вплотную. — Но я вам не верю, граф. Знаете почему?</p><p>Демьян смотрел ему в глаза. Молчал.</p><p>— Потому что вы слишком везучий. — Строгов ткнул пальцем в грудь Демьяну. — Эпидемия началась — вы не заразились. Город горел — ваша усадьба цела. Боярство вымерло — вы присвоили их богатства. Огнев погиб. Все умирают — вы выживаете. Раз за разом. — Он отступил. — Это не везение. Это расчёт. Холодный. Циничный. Мерзкий.</p><p>Демьян улыбнулся. Медленно. Без радости.</p><p>— Значит, по-вашему, я устроил эпидемию. Убил пятнадцать тысяч человек. Включая своих слуг, друзей, союзников. Разрушил город. Сжёг кварталы. Всё это — ради власти?</p><p>— Да.</p><p>— Вы идиот.</p><p>Строгов покраснел. Рука метнулась к мечу.</p><p>— Повтори.</p><p>— Ты идиот, — сказал Демьян тихо, отчётливо. — Слепой, тупой, зашоренный фанатик. Ищешь ересь там, где её нет. Потому что без ереси ты никто. Твоя жизнь — жалкая, бессмысленная, пустая. Ты не спас ни одного человека. Только сжигал. Пытал. Убивал. — Он шагнул вперёд. — И теперь хочешь сжечь меня. Потому что я сделал то, что ты никогда не смог бы. Спас город. Без твоей помощи. Без инквизиции. Без императора.</p><p>Строгов вытащил меч. Наполовину.</p><p>— Ещё слово…</p><p>— Что? — Демьян не отступил. — Убьёшь? Здесь? В катакомбах? Без свидетелей? А потом скажешь, что я напал первым? — Он засмеялся. — Давай. Попробуй. Посмотрим, хватит ли у тебя смелости убить человека, а не связанную жертву на костре.</p><p>Строгов стоял, дрожа. Меч дрожал в руке. Глаза горели ненавистью.</p><p>Потом медленно вложил меч обратно.</p><p>— Записывай, — бросил он помощнику хрипло. — Граф Базипольский оскорблял инквизитора. Публично. Грубо. Неоднократно. — Он вытер пот со лба. — Плюс к угрозам. Плюс к подозрению в некромантии. — Он посмотрел на Демьяна. — Завтра я приду в твою усадьбу. С ордером. С солдатами. Обыщу каждый угол. Каждую щель. И найду то, что ты прячешь. Артефакты. Запрещённые книги. Ритуальные предметы. — Его голос стал тише, злее. — И когда найду, ты будешь гореть. Долго. Медленно. А я буду стоять рядом и смотреть. И улыбаться.</p><p>Демьян усмехнулся.</p><p>— Мечтаешь об этом по ночам?</p><p>Строгов развернулся и пошёл к выходу. Стражники следовали за ним.</p><p>Демьян остался стоять посреди зала. Среди мёртвых, пепла, разрухи.</p><p>Кольцо на пальце пульсировало. Жгло. Требовало.</p><p>«Сожги его. Сожги всех. Они не понимают. Не видят. Не ценят».</p><p>Демьян сжал кулак. Задушил голос в голове.</p><p>Не сейчас.</p><p>Но если Строгов перейдёт черту… если попытается арестовать…</p><p>Тогда да.</p><p>Тогда кольцо сожрёт его заживо.</p><p>Демьян поднялся наверх. Вышел из крипты.</p><p>На площади толпа. Строгов уже там. Говорит. Громко, чётко.</p><p>— … обнаружены следы тёмной магии! Некромантии! Граф Базипольский подозревается в её использовании! Завтра будет проведён обыск! Если он виновен — понесёт наказание! Перед законом! Перед Богом!</p><p>Толпа загудела. Люди смотрели на Демьяна. С недоверием. Со страхом. С осуждением.</p><p>Демьян прошёл сквозь толпу. Молча. Не глядя ни на кого.</p><p>Жиров бросился следом.</p><p>— Граф! Что происходит⁈</p><p>— Строгов объявил войну.</p><p>— Что будем делать⁈</p><p>Демьян остановился. Посмотрел на усадьбу вдали. Потом на Жирова.</p><p>— Готовиться к обороне.</p><p>— К обороне⁈ От инквизиции⁈ Это безумие!</p><p>— Возможно. — Демьян пошёл дальше. — Но я не сдамся. Не после всего, что было. Не после того, что я потерял.</p><p>Они дошли до усадьбы. Демьян поднялся в кабинет. Закрыл дверь на засов.</p><p>Сел за стол. Снял перчатку.</p><p>Кольцо светилось. Зелёным. Мерзким. Голодным.</p><p>Демьян смотрел на него долго.</p><p>Некромантия. Строгов прав. Огонь зелёный. Холодный. Пожирающий.</p><p>Кольцо Огнева изменилось. Исказилось. Стало чем-то другим.</p><p>Чем-то тёмным.</p><p>И он носит его. Использует.</p><p>Делает ли это его некромантом?</p><p>Демьян не знал. Не хотел знать.</p><p>Знал одно: без этого кольца он беззащитен. Строгов арестует. Сожжёт. Город останется без защиты.</p><p>А враг — настоящий враг, тот, кто организовал эпидемию — останется на свободе.</p><p>Нет.</p><p>Демьян надел перчатку обратно. Скрыл кольцо.</p><p>Завтра Строгов придёт. С солдатами. С ордером.</p><p>И если он попытается арестовать…</p><p>Демьян встал. Подошёл к окну.</p><p>Город за окном жил. Огни в окнах. Дым из труб.</p><p>Он спас этот город. Кровью. Потом. Жизнями тех, кто шёл с ним.</p><p>И никакой фанатик из столицы не заберёт это у него.</p><p>Никакой.</p><p>Демьян сжал кулак. Кольцо вспыхнуло под перчаткой.</p><p>Зелёная искра брызнула из воздуха. Упала на подоконник. Прожгла дерево. Дымок поднялся — едкий, сладковатый. Запах горелой плоти.</p><p>Демьян смотрел на дыру.</p><p>Утро началось с грохота.</p><p>Ворота усадьбы распахнулись с треском. Демьян сидел за завтраком, когда услышал топот сапог, лязг доспехов.</p><p>Поднялся. Вышел в коридор.</p><p>По усадьбе маршировали стражники инквизиции. Двадцать человек. Чёрные доспехи, закрытые шлемы. Разделились по комнатам. Начали обыск.</p><p>Строгов шёл впереди. В руках — свиток с печатью губернатора.</p><p>— Граф Базипольский, — произнёс он, разворачивая бумагу. — Ордер на обыск вашей усадьбы. Подозрение в хранении запрещённых артефактов и использовании тёмной магии. Сопротивление будет расценено как признание вины.</p><p>Демьян стоял на лестнице. Смотрел сверху вниз.</p><p>— Обыскивайте. Но если сломаете что-то ценное — заплатите.</p><p>— Инквизиция ничего не платит. — Строгов кивнул стражникам. — Начинайте. Везде. Каждую комнату. Каждый сундук. Каждую доску в полу.</p><p>Они разошлись.</p><p>Демьян спустился. Пошёл следом.</p><p>В гостиной двое стражников переворачивали мебель. Кресла опрокинуты, диван разрезан, подушки выпотрошены. Перья летали, как снег.</p><p>— Осторожнее, — сказал Демьян холодно. — Эта мебель старше вас обоих.</p><p>Стражники не ответили. Один распорол обивку дивана ножом. Второй разбил вазу — китайский фарфор, триста лет. Осколки разлетелись по полу.</p><p>Демьян сжал кулаки. Молчал.</p><p>В кабинете обыск был жёстче. Строгов лично руководил. Приказал вскрыть сейф.</p><p>— Кузнец! Ломай!</p><p>Кузнец с кувалдой подошёл. Ударил. Металл звякнул. Ещё удар. Замок треснул.</p><p>Сейф открыли. Внутри — документы, деньги, печати.</p><p>Строгов перерыл всё. Читал каждую бумагу. Искал улики. Не нашёл.</p><p>— Где артефакты? Их нет? — спросил он, не поднимая головы.</p><p>— Каких артефактов?</p><p>— Магические предметы. Амулеты. Кристаллы. То, чем вы пользовались в катакомбах.</p><p>— У меня не было магических предметов. Только оружие. Обычное.</p><p>Строгов бросил бумаги на пол. Подошёл ближе.</p><p>— Врёшь. Огнев сообщил, что вы использовали рунические пули. Это магия. Где они?</p><p>— Закончились. Все до единой. В бою.</p><p>— Где производили?</p><p>— Дед производил. Давно. Я использовал остатки.</p><p>— Не верю. — Строгов кивнул стражникам. — Обыщите подвал. И флигели. Все постройки.</p><p>Они ушли.</p><p>В спальне обыск был оскорбительным. Постель разворочена. Бельё разбросано. Одежду вытащили из шкафов, кинули на пол. Один стражник ковырялся в личных вещах — письма, дневники.</p><p>— Здесь, — позвал он Строгова.</p><p>Инквизитор подошёл. Взял дневник. Листал.</p><p>— Записи о деде. О рунических пулях. О магии. — Он посмотрел на Демьяна. — Интересуетесь запрещёнными знаниями?</p><p>— Интересуюсь историей семьи. Дед сражался с нежитью. Я изучил его методы. Легально.</p><p>— Легально. — Строгов усмехнулся. — Посмотрим.</p><p>Он забрал дневник. Сунул помощнику.</p><p>— Записывай: обнаружены личные дневники с описанием магических практик. Изъяты для экспертизы.</p><p>Демьян шагнул вперёд.</p><p>— Это частная собственность.</p><p>— Теперь это улика. — Строгов повернулся. — Попытаетесь вернуть силой — арест. Немедленный.</p><p>Демьян остановился. Руки дрожали. Кольцо под перчаткой жгло кожу. Тихо. Настойчиво.</p><p>«Сожги его. Сейчас. Пока не поздно».</p><p>Демьян выдохнул. Отступил.</p><p>— Забирайте.</p><p>Обыск продолжался. Флигель обыскали. Потом сад. Потом конюшни.</p><p>И наконец — мастерскую.</p><p>Демьян напрягся. Шёл следом за Строговым.</p><p>Дверь мастерской заперта. Строгов приказал взломать. Три удара кувалдой — дверь рухнула.</p><p>Они вошли.</p><p>Мастерская была пуста. Демьян приказал Жирову вывезти всё ещё вчера. Станок, кристаллы, заготовки, инструменты. Всё спрятано в другом месте. Надёжно.</p><p>Остались только горн, наковальни, молоты. Обычные кузнечные инструменты.</p><p>Строгов осмотрел помещение. Медленно. Ходил по кругу. Принюхивался.</p><p>— Здесь что-то было. — Он присел. Провёл пальцем по полу. — Следы. Глубокие. Что-то тяжёлое стояло здесь. Что, граф?</p><p>— Наковальня. Большая. Перенесли в другой угол. Старая треснула.</p><p>— Покажите эту наковальню.</p><p>Демьян показал. Наковальня действительно стояла в углу. С трещиной.</p><p>Строгов осмотрел. Молчал. Не поверил, но доказать не мог.</p><p>— Где кузнецы?</p><p>— На отдыхе. После эпидемии работы много. Отпустил на неделю.</p><p>— Как удобно. — Строгов выпрямился. — Когда вернутся — я их допрошу. Лично.</p><p>— Пожалуйста.</p><p>Строгов ушёл из мастерской. Зол. Ничего не нашёл.</p><p>Обыск продолжался до вечера. Перевернули всю усадьбу. Сломали мебель, разбили посуду, разворотили полы.</p><p>Не нашли ничего. Никаких артефактов. Никаких запрещённых книг. Никаких улик.</p><p>Только дневник Демьяна. И документы о рунических пулях деда.</p><p>Строгов стоял в холле. Грязный, уставший, злой.</p><p>— Ты хитёр, граф. Спрятал всё заранее. Но я найду. — Он подошёл вплотную. — Я буду копать. Допрашивать твоих слуг, друзей, союзников. Кто-то расколется. Кто-то расскажет. И тогда ты сгоришь.</p><p>Демьян смотрел ему в глаза. Молчал.</p><p>Строгов ушёл. Стражники следовали за ним. Забрали дневник, документы, несколько случайных вещей.</p><p>Жиров подбежал к Демьяну.</p><p>— Граф, они всё разгромили! Что будем делать⁈</p><p>— Убирать. Восстанавливать. — Демьян оглядел холл. Хаос, мусор, обломки. — Как всегда.</p><p>— Но Строгов вернётся! Начнёт допросы! Кто-то может сболтнуть про станок!</p><p>— Никто не сболтнёт. Я уверен в людях. — Демьян посмотрел на Жирова. — Ты уверен?</p><p>— Я… да. Конечно.</p><p>— Хорошо. Тогда всё будет в порядке.</p><p>Демьян поднялся в кабинет. Единственное место, что осталось более-менее целым.</p><p>На следующий день пришло приглашение.</p><p>Слуга в ливрее принёс конверт. Тяжёлая бумага, сургучная печать. Герб Долгоруких.</p><p>Демьян вскрыл.</p><p>'Граф Базипольский.</p><p>Приглашаю вас на бал в моей усадьбе. Завтра вечером. В честь восстановления Черноречья.</p><p>Город выжил. Люди возвращаются. Жизнь продолжается. Это нужно отметить. Достойно.</p><p>Будут все. Боярство, купечество, чиновники, духовенство. И, разумеется, инквизитор Строгов.</p><p>Надеюсь на ваше присутствие.</p><p>С уважением,</p><p>Ксения Львовна Долгорукая'.</p><p>Демьян перечитал. Отложил письмо.</p><p>Бал. Сейчас. После всего.</p><p>Ксения хитра. Собирает всех вместе. Показывает город. Нормализует ситуацию.</p><p>Или… проверяет. Смотрит, кто с кем, кто против кого.</p><p>Политика.</p><p>Демьян не любил балы. Фальшь, притворство, интриги.</p><p>Но отказать нельзя. Отказ — это слабость. Признание страха перед Строговым.</p><p>Нужно идти. Показать, что не сломлен.</p><p>Демьян написал ответ. Коротко.</p><p>'Боярыня Долгорукая.</p><p>Приму приглашение. Буду завтра.</p><p>Граф Базипольский'.</p><p>Отправил со слугой.</p><p>Остаток дня готовился. Жиров помог привести в порядок одежду — парадный костюм, сапоги, плащ. Всё, что инквизиторы не успели разворотить.</p><p>Вечером Демьян стоял перед зеркалом. Смотрел на себя.</p><p>Лицо усталое. Шрамы, синяки под глазами. Волосы растрёпаны.</p><p>Но взгляд твёрдый. Жёсткий.</p><p>Он выжил. Снова.</p><p>И завтра выйдет на бал. К людям, что шепчутся за спиной. К Строгову, что хочет его крови.</p><p>К Ксении, что играет в свою игру.</p><p>Демьян надел перчатки. Кольцо скрылось под кожей.</p><p>Завтра будет интересный вечер.</p><p>Очень интересный.</p><p>Следующий вечер был ясным и холодным.</p><p>Усадьба Долгоруких сияла. Окна освещены, музыка играет. Кареты подъезжали одна за другой. Гости прибывали.</p><p>Демьян приехал один. Без свиты. Только он.</p><p>Вышел из кареты. Оглядел усадьбу. Красиво. Роскошно. Как до эпидемии.</p><p>Ксения восстановила всё. Быстро.</p><p>У входа встречала сама хозяйка.</p><p>Ксения Львовна в платье. Тёмно-зелёное, расшитое золотом. Волосы собраны, украшены драгоценностями. Улыбка тёплая, но глаза — внимательные, изучающие.</p><p>— Граф Базипольский, — произнесла она, протягивая руку. — Какая радость видеть вас.</p><p>Демьян поклонился. Поцеловал руку.</p><p>— Боярыня Долгорукая. Благодарю за приглашение.</p><p>— Проходите. Гости уже собрались. — Она взяла его под руку, повела внутрь.</p><p>Зал был полон. Сотня человек. Музыка, смех, разговоры. Столы накрыты — еда, вино, всё лучшее.</p><p>Боярство стояло группами. Шептались, поглядывали на Демьяна. Купцы обсуждали сделки. Чиновники льстили друг другу.</p><p>И в углу — Строгов. В чёрной рясе, как пятно на белом полотне. Смотрел на Демьяна. Не моргая.</p><p>Ксения провела Демьяна в центр зала.</p><p>— Господа! — объявила она громко. — Граф Базипольский прибыл! Поприветствуем героя Черноречья!</p><p>Аплодисменты. Негромкие, неуверенные. Некоторые хлопали искренне. Другие — из вежливости.</p><p>Строгов не хлопал. Смотрел.</p><p>Ксения подняла бокал.</p><p>— Дорогие друзья! Сегодня мы собрались, чтобы отметить великое событие. Черноречье восстановлено! Эпидемия позади! Город жив! — Она посмотрела на Демьяна. — Во многом благодаря этому человеку. Графу Базипольскому. Он рисковал жизнью. Терял друзей. Сражался, когда другие бежали. — Она подняла бокал выше. — За графа Базипольского! За героя!</p><p>— За героя! — повторила часть гостей.</p><p>Выпили.</p><p>Строгов не пил. Поставил бокал. Подошёл к центру.</p><p>— Боярыня Долгорукая, — произнёс он громко. — Прежде чем праздновать, хочу напомнить. Расследование ещё не завершено. Угроза не устранена полностью. Враг на свободе. — Он посмотрел на Демьяна. — И некоторые факты вызывают вопросы.</p><p>Зал затих. Музыка стихла.</p><p>Ксения улыбнулась. Холодно.</p><p>— Инквизитор, это бал. Не допрос. Оставим дела на завтра.</p><p>— Дела инквизиции не терпят отлагательств. — Строгов не отступил. — Но раз вы просите… отложу. До завтра. — Он кивнул Демьяну. — Приятного вечера, граф.</p><p>Он вернулся в угол.</p><p>Музыка заиграла снова. Гости вернулись к разговорам.</p><p>Ксения подошла к Демьяну ближе. Понизила голос.</p><p>— Он настроен серьёзно. Будьте осторожны.</p><p>— Я всегда осторожен.</p><p>— Хорошо. — Она улыбнулась. — А теперь наслаждайтесь балом. Еда, вино, танцы. Вы заслужили отдых.</p><p>Она ушла встречать других гостей.</p><p>Демьян остался стоять. Один среди толпы.</p><p>Бал в честь восстановления города.</p><p>Но город не восстановлен. Враг жив. Строгов копает. Угроза нарастает.</p><p>Всё это — фальшь. Красивая, нарядная ложь.</p><p>Демьян взял бокал вина. Отпил.</p><p>Горькое.</p><p>Как и всё в этом проклятом городе.</p></section><section><title><p>Глава 18</p></title><p>Бал шёл полным ходом.</p><p>Музыка лилась — струнный квартет играл вальс. Пары кружились по залу. Смех, разговоры, звон бокалов.</p><p>Демьян стоял у колонны. Один. Наблюдал.</p><p>Боярство собралось кучками. Обсуждало политику, деньги, влияние. Купцы торговались даже здесь — шепотом, украдкой. Чиновники ползали перед Строговым, пытались понравиться.</p><p>Инквизитор стоял в углу. Не пил, не ел. Смотрел на Демьяна. Постоянно.</p><p>Демьян отвернулся. Допил вино. Взял второй бокал.</p><p>— Скучаете, граф?</p><p>Голос рядом. Низкий, мягкий.</p><p>Обернулся. Ксения.</p><p>Она подошла незаметно. Платье шелестело по полу. Глаза блестели — весело, озорно.</p><p>— Не скучаю. Наблюдаю.</p><p>— За кем? — Она встала рядом, плечом к плечу. — За Строговым? Он смотрит на вас, как кот на мышь.</p><p>— Знаю.</p><p>— Не волнуйтесь. Сегодня он ничего не сделает. Слишком много свидетелей. — Ксения отпила из своего бокала. — А завтра… ну, завтра придумаете что-нибудь. Вы всегда придумываете.</p><p>Демьян усмехнулся.</p><p>— Вы слишком высокого мнения обо мне.</p><p>— Наоборот. Я реалистка. — Она повернулась, посмотрела ему в глаза. — Вы выжили там, где другие погибли. Это не случайность. Это талант. Хитрость. Жестокость, когда нужно. — Она склонила голову. — Мне это нравится.</p><p>Демьян поднял бровь.</p><p>— Жестокость нравится?</p><p>— Честность нравится. — Ксения поставила бокал на поднос проходящего мимо слуги. — Все здесь притворяются. Улыбаются, кланяются, врут в глаза. — Она махнула рукой на зал. — Вы хотя бы не скрываете, что вам наплевать на эту мишуру.</p><p>— Мне действительно наплевать.</p><p>— Вот именно. — Ксения шагнула ближе. Запах духов — тонкий, дорогой. — Поэтому я вас и пригласила. Единственный интересный человек в этом мёртвом городе.</p><p>Музыка сменилась. Новый вальс. Медленный, плавный.</p><p>Ксения протянула руку.</p><p>— Станцуете со мной, граф?</p><p>Демьян посмотрел на руку. Потом на неё.</p><p>— Не умею танцевать.</p><p>— Неправда. Вы из дворянского рода. Вас учили. — Она не убирала руку. — Или боитесь?</p><p>— Чего?</p><p>— Меня. Строгова. Сплетен. — Её губы изогнулись в улыбке. — Того, что подумают люди, если граф Базипольский и вдова Долгорукая будут танцевать слишком близко.</p><p>Демьян усмехнулся. Взял её руку.</p><p>— Пусть думают что хотят.</p><p>Они вышли на середину зала.</p><p>Демьян положил руку на талию. Ксения — на плечо. Вторые руки сплелись.</p><p>Музыка началась. Они двинулись.</p><p>Шаг, поворот, скольжение. Плавно, ровно. Демьян действительно умел. Учили в детстве, в столице. Потом забыл. Сейчас вспомнил — тело само помнило.</p><p>Ксения вела тоже. Легко, уверенно. Платье развевалось. Они кружились.</p><p>— Лгали, граф. Вы отлично танцуете.</p><p>— Давно не практиковался.</p><p>— Не заметно. — Она шагнула ближе. Расстояние между ними сократилось. — Как и во многом другом, вы скрываете свои таланты.</p><p>— У меня нет талантов. Только необходимость выживать.</p><p>— Скромность не идёт вам. — Ксения склонила голову, посмотрела снизу вверх. — Вы спасли город. Организовали, восстановили, укрепили. Это не выживание. Это правление.</p><p>Демьян промолчал. Вёл её в танце. Поворот, шаг, ещё поворот.</p><p>Пары вокруг расступались. Смотрели. Шептались.</p><p>Строгов смотрел тоже. Лицо каменное.</p><p>— Он злится, — сказала Ксения тихо. — Строгов. Видит, что вы не сломлены. Это его раздражает.</p><p>— Пусть злится.</p><p>— Осторожнее. Злой инквизитор опаснее голодного волка. — Она сжала его плечо сильнее. — Если он решит действовать… у вас есть план?</p><p>— Всегда есть план.</p><p>— Какой?</p><p>Демьян посмотрел ей в глаза.</p><p>— Бежать или сражаться.</p><p>— И что выберете?</p><p>— Зависит от обстоятельств.</p><p>Ксения засмеялась. Тихо, мелодично.</p><p>— Уклончивый ответ. Политик из вас вышел бы неплохой.</p><p>— Не хочу быть политиком. Хочу быть живым.</p><p>— Тогда вам нужны союзники. — Она придвинулась ещё ближе. Почти прижалась. — Я могу быть союзником.</p><p>— За что?</p><p>— За взаимную выгоду. — Её рука скользнула с плеча на шею. Пальцы коснулись кожи. — Вы защищаете город. Я обеспечиваю ресурсы. Вместе мы сильнее.</p><p>— Звучит разумно.</p><p>— Но?</p><p>— Но союзники предают, когда выгода меняется.</p><p>Ксения улыбнулась. Хищно.</p><p>— Умный. Недоверчивый. Правильно. — Она наклонилась, губы у самого уха. Шепнула. — Но знайте, граф: я не предаю тех, кто мне полезен. А вы очень полезны.</p><p>Музыка ускорилась. Они закружились быстрее.</p><p>Демьян крепче сжал талию. Ксения не сопротивлялась. Двигалась в унисон. Их тела почти соприкасались. Граница приличия стёрлась.</p><p>— Люди смотрят, — сказал Демьян.</p><p>— Пусть смотрят. — Ксения запрокинула голову, посмотрела ему в лицо. — Пусть думают, что хотят. Завтра будут новые сплетни. Всегда есть.</p><p>— Вас не волнует репутация?</p><p>— Моя репутация уже подмочена. Вдова, живущая одна. Торговка, ворочающая деньгами. Слишком независимая для женщины. — Она усмехнулась. — Ещё одна сплетня погоды не сделает.</p><p>— А моя репутация?</p><p>— Ваша? — Ксения рассмеялась. — Граф, вас уже подозревают в некромантии. Хуже уже некуда.</p><p>Демьян хмыкнул.</p><p>— Справедливо.</p><p>Музыка замедлилась. Переходила к финалу.</p><p>Они танцевали медленнее. Ближе. Ксения положила голову на грудь Демьяна. Закрыла глаза.</p><p>— Знаете, — сказала она тихо, — я устала. От всего. От политики, интриг, сделок. От одиночества. От этого мёртвого города. — Она вздохнула. — Эпидемия забрала многих. Друзей, знакомых. Остались только хищники да трусы.</p><p>Демьян молчал. Вёл её. Слушал.</p><p>— Вы единственный, с кем можно говорить честно. Без масок. Без игр. — Ксения подняла голову. — Спасибо.</p><p>— За что?</p><p>— За то, что не притворяетесь. — Она улыбнулась. Грустно. — Редкое качество.</p><p>Музыка закончилась. Последний аккорд.</p><p>Они остановились. Стояли посреди зала. Близко. Слишком близко для приличий.</p><p>Гости аплодировали. Вежливо, сдержанно.</p><p>Ксения отступила. Сделала реверанс.</p><p>— Благодарю за танец, граф.</p><p>Демьян поклонился.</p><p>— Удовольствие было моим.</p><p>— Льстец. — Она повернулась, чтобы уйти. Остановилась. Обернулась. — Граф, если понадобится помощь… с инквизитором, с чем угодно… обращайтесь. Серьёзно.</p><p>— Почему?</p><p>— Потому что город нуждается в вас. — Она посмотрела ему в глаза. — И я нуждаюсь. В союзнике. В друге. В том, кто не предаст.</p><p>— Я могу предать.</p><p>— Можете. Но не будете. — Ксения улыбнулась. — Вы слишком упрямы, чтобы предавать. Вы скорее умрёте.</p><p>Она ушла. Растворилась в толпе гостей.</p><p>Демьян остался стоять. Один среди людей.</p><p>Рука на талии всё ещё помнила её тепло. Запах духов остался в носу.</p><p>Он покачал головой. Отогнал мысли.</p><p>Это была игра. Политика. Флирт на грани. Ксения играет. Как всегда.</p><p>Но… приятно было. Отвлечься. Забыть на минуту о Строгове, о враге, о катакомбах.</p><p>Побыть просто человеком. Танцевать с красивой женщиной. Наслаждаться моментом.</p><p>Редкость. Почти забытое ощущение.</p><p>Демьян взял бокал вина. Выпил залпом.</p><p>Вернулся к колонне. Строгов всё ещё смотрел. Глаза горели злобой.</p><p>Демьян усмехнулся. Поднял новый бокал. Салютовал инквизитору.</p><p>Строгов отвернулся.</p><p>Демьян допил вино. Поставил бокал. Вышел на балкон. Подышать.</p><p>Ночь была холодной. Звёзды яркие. Город внизу — огни в окнах, дым из труб.</p><p>Живой. Восстанавливающийся.</p><p>Стоило ли всё это того? Смерти, боль, жертвы?</p><p>Демьян не знал. Не хотел думать.</p><p>За спиной дверь балкона открылась. Шаги.</p><p>Обернулся. Ксения.</p><p>Она вышла. Закрыла дверь. Подошла к перилам. Встала рядом.</p><p>Молчали. Смотрели на город.</p><p>— Красиво, — сказала она тихо.</p><p>— Да.</p><p>— Стоило того?</p><p>Демьян посмотрел на неё. Откуда она знает его мысли?</p><p>— Не знаю.</p><p>— Честный ответ. — Ксения вздохнула. — Я тоже не знаю. Потеряла многое. Людей, связи, часть состояния. Но город жив. Это что-то значит.</p><p>— Что именно?</p><p>— Что мы не сдались. — Она повернулась к нему. — Что боролись. Выжили. Не побежали, как другие.</p><p>— Гордость мёртвых не согревает.</p><p>— Верно. — Ксения шагнула ближе. — Но мы живы. Здесь. Сейчас. И можем наслаждаться этим.</p><p>Она положила руку на его грудь. Легко, невесомо.</p><p>Демьян не отстранился. Смотрел в её глаза.</p><p>— Ксения…</p><p>— Тихо. — Она подняла палец, прижала к его губам. — Не говорите ничего. Не думайте. Просто… будьте здесь. Сейчас. Со мной.</p><p>Её рука скользнула на шею. Притянула ближе.</p><p>Их лица почти соприкоснулись.</p><p>— Это не игра, — прошептала Ксения. — Сейчас. Здесь. Это честно.</p><p>Демьян колебался. Секунду. Две.</p><p>Потом наклонился. Поцеловал её.</p><p>Мягко. Коротко.</p><p>Отстранился.</p><p>Ксения улыбнулась. Грустно.</p><p>— Спасибо.</p><p>— За что?</p><p>— За то, что не оттолкнули. — Она отступила. — Хватит на сегодня. Не будем давать Строгову лишних поводов.</p><p>Она вернулась в зал. Дверь закрылась.</p><p>Демьян остался на балконе. Один.</p><p>Коснулся губ пальцами. Вкус вина. Запах духов.</p><p>Что он делает? Флирт с боярыней. Игры. Отвлечения.</p><p>Враг жив. Строгов копает. Угроза нарастает.</p><p>Нужно сосредоточиться. На главном. На защите города.</p><p>Но… на минуту… было приятно забыть.</p><p>Почувствовать себя живым. Не машиной для выживания. А человеком.</p><p>Демьян вернулся в зал. Бал продолжался.</p><p>Он нашёл Ксению взглядом. Она танцевала с кем-то другим. Улыбалась. Играла роль хозяйки.</p><p>Их взгляды встретились. На секунду.</p><p>Она подмигнула. Едва заметно.</p><p>Демьян усмехнулся.</p><p>Да. Игра продолжается.</p><p>Но правила теперь другие.</p><p>Крики начались на рассвете.</p><p>Демьян проснулся от воя. Истошного, животного. Доносился со стороны Слобод.</p><p>Вскочил с постели. Подбежал к окну.</p><p>По улицам бежали люди. Паника. Толпы, крики, хаос.</p><p>Ворвался Жиров. Без стука. Лицо белое как мел.</p><p>— Граф! Катастрофа! Инквизиторы… они нашли…</p><p>— Говори толком!</p><p>— Тело! В заброшенном доме на Мясницкой! Старое, с эпидемии! Они раскопали, потревожили! И заразились!</p><p>Демьян схватил одежду. Одевался на ходу.</p><p>— Сколько заражённых?</p><p>— Трое инквизиторов! Плюс местные, что были рядом! Может, больше!</p><p>— Строгов?</p><p>— Жив пока! Но паника! Люди думают, эпидемия вернулась! Бегут из города!</p><p>Демьян выбежал на улицу. Вскочил на лошадь.</p><p>Поскакал к Слободам. Жиров следом.</p><p>Картина была ужасной.</p><p>Улицы кишели людьми. Семьи тащили пожитки. Телеги, тюки, дети плачут. Все бежали к воротам.</p><p>— Эпидемия! — кричали. — Чума вернулась! Бежать! Скорее!</p><p>У заброшенного дома собралась толпа. Но не близко. Метров за пятьдесят. Боялись подходить.</p><p>Демьян подъехал. Спешился.</p><p>Дом был старый, полуразрушенный. Крыша провалилась, стены треснули. Во дворе — яма. Глубокая, свежевыкопанная.</p><p>Рядом с ямой лежали трое в чёрных рясах. Инквизиторы. Корчились, стонали. На лицах — язвы. Чёрные, гноящиеся.</p><p>Чума.</p><p>Строгов стоял неподалёку. Живой, но бледный. Прикрывал рот платком.</p><p>Увидел Демьяна. Подошёл.</p><p>— Граф! Вы видите⁈ Эпидемия не кончилась! Источников заразы больше, чем мы думали!</p><p>— Что вы здесь делали? — спросил Демьян холодно.</p><p>— Искали улики! Артефакты! — Строгов указал на яму. — Местные сказали, что здесь хоронили тела во время эпидемии. Неофициально. Тайно. Мы решили проверить!</p><p>— И раскопали.</p><p>— Да! Нашли тело! Хорошо сохранившееся! И на нём… споры! Живые споры чумы! — Строгов задрожал. — Мои люди заразились сразу! За минуты!</p><p>Демьян посмотрел на яму. Потом на умирающих инквизиторов.</p><p>Идиоты. Раскопали заражённый труп без защиты. Сами навлекли беду.</p><p>— Нужна изоляция, — сказал он. — Немедленно.</p><p>— Да! Весь квартал! Оцепить! Никого не выпускать!</p><p>— Не квартал. — Демьян повернулся к Строгову. — Дом. Только этот дом. И всех, кто был здесь.</p><p>— Но споры разлетелись! Ветер! Они могли попасть куда угодно!</p><p>— Нет. — Демьян указал на флюгер на крыше. — Ветра нет. Штиль. Споры осели здесь же. Радиус заражения — метров десять. Не больше.</p><p>Строгов посмотрел сомнительно.</p><p>— Откуда вы знаете?</p><p>— Опыт. Я изучал эпидемию. Механизм распространения. — Демьян развернулся к толпе. — Жиров! Собери стражу! Оцепи дом! Радиус тридцать метров! Никого не впускать, не выпускать!</p><p>— Есть!</p><p>Жиров поскакал обратно в город.</p><p>Демьян подошёл к умирающим инквизиторам. Присел рядом.</p><p>Один ещё дышал. Хрипел.</p><p>— Больно? — спросил Демьян тихо.</p><p>Инквизитор кивнул. Едва заметно.</p><p>Демьян достал кинжал. Быстрым движением перерезал горло.</p><p>Агония прекратилась.</p><p>Строгов ахнул.</p><p>— Что вы делаете⁈ Это убийство!</p><p>— Это милосердие. — Демьян вытер кинжал о траву. — Чума неизлечима. Он бы мучился часами. Теперь страдания кончились.</p><p>Он подошёл к двум другим. Сделал то же самое.</p><p>Строгов смотрел с ужасом.</p><p>— Вы… вы убили моих людей…</p><p>— Я прекратил их мучения. — Демьян встал. — И предотвратил дальнейшее заражение. Умирающие кричат, плюются кровью. Распространяют заразу быстрее.</p><p>— Но закон…</p><p>— Закон молчит о чуме. — Демьян посмотрел на Строгова. — А здесь я командую. Не вы.</p><p>Строгов открыл рот. Закрыл. Молчал.</p><p>Прибыла стража. Двадцать человек. Жиров командовал.</p><p>— Оцепить дом! — приказал Демьян. — Тридцать метров радиус! Кто войдёт в зону — не выходит! Кто попытается выйти — убить на месте!</p><p>Стражники расставились кольцом. Обнажили мечи.</p><p>Толпа отступила дальше. Шум, крики, паника продолжались.</p><p>Демьян поднялся на ящик. Поднял руку.</p><p>— Граждане! Слушайте меня!</p><p>Толпа притихла. Не совсем, но стало слышнее.</p><p>— Заражение локальное! Ограниченное! Один дом! Один источник! — Демьян говорил громко, чётко. — Эпидемия НЕ вернулась! Это отдельный случай!</p><p>— Врёшь! — крикнул кто-то из толпы. — Чума снова здесь! Мы все умрём!</p><p>— Чума была всегда! — отвечал Демьян. — В старых телах! В заброшенных домах! Но она не распространяется сама! Её нужно потревожить! Раскопать! Как сделали эти идиоты!</p><p>Он указал на трупы инквизиторов.</p><p>— Кто ещё был в доме? Кто помогал копать?</p><p>Из толпы вышли двое. Местные жители. Мужчина и подросток. Лица бледные, напуганные.</p><p>— Мы… мы только показали, где копать… не заходили внутрь…</p><p>— Подходили близко?</p><p>— Нет! Стояли в сторонке!</p><p>Демьян осмотрел их. Признаков заражения не видно.</p><p>— Вы чисты. Пока. Но на всякий случай — карантин. Три дня. В изоляторе. Если не заболеете — свободны.</p><p>— А если заболеем? — спросил подросток дрожащим голосом.</p><p>— Умрёте быстро. Обещаю.</p><p>Подросток заплакал. Мужчина обнял его.</p><p>Демьян повернулся к толпе.</p><p>— Остальные! Опасность миновала! Источник заражения уничтожен! Дом будет сожжён! Все зараженные мертвы! — Он сделал паузу. — Кто попытается покинуть город без разрешения — будет задержан стражей! Кто попытается прорваться силой — будет убит!</p><p>Толпа загудела. Недовольно.</p><p>— Это тирания! — кричали. — Мы свободные люди! Имеем право уехать!</p><p>— Имеете право умереть! — отрезал Демьян. — Здесь или по дороге! Выбирайте! Но город не покинете! Пока я не убежусь, что заражения нет!</p><p>— А если есть⁈ — крикнула женщина. — Если мы все заражены⁈ Что тогда⁈</p><p>— Тогда будете умирать дома! С семьями! В своих постелях! — Демьян посмотрел на неё. — А не в грязи на дороге! Как псы!</p><p>Женщина замолчала.</p><p>Демьян спрыгнул с ящика. Подошёл к Жирову.</p><p>— Удвой патрули на улицах. Объяви комендантский час. С заката до рассвета — никого на улицах. Нарушителей арестовывать.</p><p>— Есть!</p><p>— У ворот города поставь заставы. Никого не выпускать. Никого не впускать. На неделю.</p><p>— Понял!</p><p>— И пошли людей к доктору Светлой. Пусть готовит лазарет. На всякий случай.</p><p>Жиров ускакал выполнять приказы.</p><p>Строгов подошёл к Демьяну.</p><p>— Граф, я должен сообщить в столицу. О новом очаге заражения. Прислать подкрепления…</p><p>— Не смейте. — Демьян повернулся к нему. — Пока не выясним масштаб угрозы. Пока не пройдёт карантин.</p><p>— Но регламент требует…</p><p>— Регламент не учитывает местной специфики. — Демьян шагнул ближе. — Если вы пошлёте донесение сейчас — в столице паника. Пришлют войска. Сожгут город дотла. Со всеми жителями. Для профилактики.</p><p>Строгов побледнел.</p><p>— Они не посмеют…</p><p>— Посмеют. Инквизиция не церемонится. — Демьян усмехнулся. — Сожгут и не поморщатся. Включая вас.</p><p>Строгов молчал. Понимал — Демьян прав.</p><p>— Что предлагаете?</p><p>— Ждать. Наблюдать. Если за три дня новых случаев не будет — значит, угроза локальная. Устранена. Тогда можете писать рапорт. Спокойный. Без паники.</p><p>— А если будут новые случаи?</p><p>— Тогда решим что делать. — Демьян посмотрел на дом. — Но сначала уберём источник.</p><p>Он подошёл к яме. Заглянул внутрь.</p><p>На дне лежало тело. Частично истлевшее, но сохранившееся. Покрытое чёрными пятнами. Споры чумы.</p><p>Демьян взял факел у стражника. Бросил в яму.</p><p>Тело вспыхнуло. Огонь быстро распространился. Споры горели с шипением, выделяя едкий дым.</p><p>— Отходите! — крикнул Демьян. — Не дышите дымом!</p><p>Все отступили. Смотрели, как горит источник заражения.</p><p>Через полчаса от тела остался только пепел.</p><p>— Всё, — сказал Демьян. — Источник уничтожен. Опасность миновала.</p><p>Он повернулся к толпе.</p><p>— Расходитесь! По домам! Карантин три дня! Кто заболел — сообщайте немедленно! Скрывающих заражение будем казнить! Вместе с семьями!</p><p>Толпа разошлась. Неохотно, но разошлась.</p><p>Строгов остался. Смотрел на пепел в яме.</p><p>— Думаете, это поможет?</p><p>— Поможет. — Демьян вытер лицо рукавом. — Если не найдём других источников.</p><p>— Других?</p><p>— В городе много заброшенных домов. Где хоронили тела во время эпидемии. Неофициально. — Демьян посмотрел на Строгова. — Ваши люди могли раскопать не только этот.</p><p>Строгов побледнел ещё больше.</p><p>— Что делать?</p><p>— Проверять. Все дома. Все подвалы. Все ямы. — Демьян повернулся к нему. — И на этот раз — с защитой. В масках. В перчатках. С освящённой водой. Не повторять ошибок ваших идиотов.</p><p>Строгов кивнул. Понуро.</p><p>— Я организую поиск. Правильный. Безопасный.</p><p>— Хорошо. — Демьян пошёл к лошади. — А я займусь городом. Порядком. Спокойствием. Чтобы паника не переросла в бунт.</p><p>Он сел в седло. Поехал обратно.</p><p>За спиной остался дымящийся пепел. И Строгов, впервые осознавший, что инквизиция не всесильна.</p><p>Следующие три дня были напряжёнными.</p><p>Демьян практически не спал. Ездил по городу. Проверял посты, патрули, карантинные зоны.</p><p>Двое местных жителей, что помогали инквизиторам, держали в изоляторе. Кормили через щель в двери. Каждый день осматривали — признаков заражения не появилось.</p><p>Новых случаев заболевания тоже не было.</p><p>Строгов организовал поиск других источников. Нашли ещё два захоронения в заброшенных домах. Сожгли осторожно. Без жертв.</p><p>К концу третьего дня стало ясно: вспышка локальная. Угроза устранена.</p><p>Демьян отменил комендантский час. Открыл ворота города. Разрешил свободное передвижение.</p><p>Паника спадала медленно. Люди всё ещё боялись. Смотрели по сторонам. Но жизнь возвращалась в нормальное русло.</p><p>Вечером третьего дня Строгов пришёл к Демьяну. В усадьбу.</p><p>— Граф, хочу поблагодарить.</p><p>— За что?</p><p>— За то, что взяли ситуацию под контроль. Без паники. Без лишних жертв. — Строгов сел в кресло. — Я бы справился хуже. Приказал бы сжечь полгорода. Для профилактики.</p><p>Демьян кивнул.</p><p>— Знаю.</p><p>— Вы правы. Я не понимаю этого города. Этих людей. — Строгов вздохнул. — Инквизиция учит бороться с ересью. Но не учит управлять.</p><p>— Управление — отдельное искусство.</p><p>— И вы им владеете. — Строгов посмотрел на Демьяна. — Может быть, я ошибся. Может быть, вы не враг. Не еретик. Просто… способный правитель.</p><p>Демьян промолчал.</p><p>— Я отзову большую часть обвинений, — продолжил Строгов. — В рапорте напишу, что угроза устранена. Подозрения сняты. Вы невиновны.</p><p>— Великодушно.</p><p>— Справедливо. — Строгов встал. — Но расследование продолжается. Враг, который организовал эпидемию, всё ещё на свободе. Этого не забывайте.</p><p>— Не забываю.</p><p>Строгов ушёл.</p></section><section><title><p>Глава 19</p></title><p>Рассвет был холодным и серым.</p><p>На площади собрались все. Демьян, Строгов, двадцать стражников инквизиции, тридцать городских стражей. Вооружены до зубов. Факелы, греческий огонь, освящённая вода, рунические пули — всё, что может понадобиться против нежити.</p><p>Строгов разложил карту на бочке.</p><p>— Последняя зачистка, — сказал он громко. — Проверяем каждый заброшенный дом. Каждый подвал. Каждую яму. Ничего не должно остаться.</p><p>Демьян кивнул.</p><p>— Разделимся на группы. По пять человек. Входим осторожно. При первых признаках нежити — сигнал. Не геройствуем в одиночку.</p><p>— Сколько домов? — спросил Жиров.</p><p>Строгов посчитал точки на карте.</p><p>— Семнадцать. В разных районах. Начинаем со Слобод, заканчиваем Посадом.</p><p>Они разделились по группам.</p><p>Демьян взял команду из четырёх городских стражей. Строгов — пятерых инквизиторов. Остальные распределились по тому же принципу.</p><p>Первый дом был пуст. Старый, полуразрушенный. Обыскали подвал — ничего. Только крысы да паутина.</p><p>Второй тоже. Третий.</p><p>К полудню проверили половину списка. Результат тот же — пусто.</p><p>— Может, мы уже всё зачистили? — предположил Жиров.</p><p>— Нет, — ответил Демьян. — Что-то точно осталось. Чувствую.</p><p>Тринадцатый дом оказался иным.</p><p>Стоял на окраине Посада. Двухэтажный, кирпичный. Богатая купеческая усадьба. Во время эпидемии хозяева сбежали. Дом стоял пустой.</p><p>Группа Демьяна подошла к входу. Дверь заперта, но замок старый. Один удар — замок сломался.</p><p>Вошли.</p><p>Внутри — пыль, мебель под тряпками, тишина. Но воздух… странный. Тяжёлый. Пахнет гнилью.</p><p>— Осторожно, — прошептал Демьян. — Здесь что-то есть.</p><p>Прошли первый этаж. Гостиная, кухня, кладовая. Пусто.</p><p>Спустились в подвал.</p><p>И сразу почувствовали.</p><p>Смрад. Сильный, едкий. Запах разложения.</p><p>— Господи, — прошептал один из стражников. — Что это?</p><p>Демьян поднял факел. Свет упал на дальний угол подвала.</p><p>Там была груда. Тела. Полтора десятка трупов, сваленных грудой. Покрыты плесенью, кишат червями.</p><p>— Тайное захоронение, — сказал Демьян тихо. — Во время эпидемии сюда сносили тела. Прятали от церкви.</p><p>— Живые? — спросил стражник.</p><p>Демьян всмотрелся. Тела не шевелились. Лежали мертво.</p><p>— Пока нет. Но долго так не продержится. Тёмная магия, споры чумы — рано или поздно поднимет их.</p><p>Он достал склянку с греческим огнём.</p><p>— Отходите. Жгу.</p><p>Бросил склянку в груду тел.</p><p>Огонь вспыхнул мгновенно. Яркий, жаркий. Тела загорелись.</p><p>И тут что-то пошло не так.</p><p>Один из трупов дёрнулся. Резко. Сел на груде.</p><p>Мертвец. Глаза пустые, рот разинут. Горит, но не умирает.</p><p>Завыл. Протяжно, ужасно.</p><p>Соскочил с груды. Бросился на ближайшего стражника.</p><p>Стражник не успел среагировать. Мертвец сбил с ног, впился зубами в горло.</p><p>Кровь хлынула. Стражник забился, захрипел.</p><p>— Убивайте! — заревел Демьян.</p><p>Сабли взлетели. Рубили мертвеца на куски. Тот не сопротивлялся. Горел и разваливался.</p><p>Но было поздно. Стражник умер. Горло разорвано.</p><p>— Тащите наверх! — приказал Демьян. — Быстро!</p><p>Подхватили тело, выбежали из подвала.</p><p>На улице остальные группы уже собрались. Услышали крики, прибежали.</p><p>— Что случилось? — спросил Строгов.</p><p>— Нежить. Одна. Убили. — Демьян вытер кровь с сабли. — Но Михайло покусан. Мёртв.</p><p>Строгов осмотрел тело стражника. Рана на горле глубокая, рваная.</p><p>— Сжечь немедленно. Чтобы не поднялся.</p><p>— Сделаем.</p><p>Они сожгли тело Михайло. Потом вернулись к дому. Убедились, что подвал выгорел полностью. Ничего не осталось.</p><p>— Последние четыре дома, — сказал Строгов. — Проверяем быстро. И заканчиваем.</p><p>Остальные дома были пусты. Никаких сюрпризов.</p><p>К вечеру зачистка завершилась.</p><p>Собрались на площади. Подводили итоги.</p><p>— Семнадцать домов проверено, — доложил Жиров. — Один источник заражения уничтожен. Один мертвец убит. Одна потеря среди наших.</p><p>— Хорошо, — кивнул Демьян. — Теперь город действительно чист.</p><p>Строгов согласился.</p><p>— Угроза устранена. Можно составлять итоговый рапорт.</p><p>Группы разошлись. Стражники — по казармам. Инквизиторы — во дворец.</p><p>Демьян остался с Жировым.</p><p>— Граф, — сказал Жиров тихо. — А что если где-то ещё есть тайные захоронения? Которые мы не знаем?</p><p>— Может быть. — Демьян пожал плечами. — Но мы сделали всё, что могли. Проверили все известные места. Больше искать негде.</p><p>— А если жители скрывают что-то? Боятся сообщить?</p><p>— Тогда сами разберутся. Мы не можем контролировать каждый дом. — Демьян сел на лошадь. — Идём домой. Завтра новый день.</p><p>Они поехали в усадьбу.</p><p>Строгов не сразу заметил царапину.</p><p>Когда рубили мертвеца в подвале, всё происходило быстро. Тварь металась, царапалась, но они рубили её на куски. В суматохе Строгов и не почувствовал, как коготь скользнул по руке.</p><p>Только вечером, снимая доспехи в своих покоях, увидел.</p><p>На левом наруче — глубокая царапина. Металл прорезан. А под ним…</p><p>Строгов снял доспех полностью. Закатал рукав.</p><p>На предплечье тянулась тонкая красная полоска. Неглубокая, но отчётливая царапина. Коготь мертвеца прошёл сквозь доспех и оцарапал кожу.</p><p>Строгов замер.</p><p>Укус нежити. Заражение.</p><p>Он знал правила лучше других. Любой контакт с нежитью — потенциальная угроза. Укус, царапина, даже касание заражённой крови — всё может передать скверну.</p><p>Заражённого изолируют. Наблюдают. При первых признаках превращения — казнят.</p><p>Без исключений. Даже для инквизиторов. Особенно для инквизиторов.</p><p>Строгов подошёл к зеркалу. Лицо бледное, но обычное. Глаза ясные. Признаков заражения пока нет.</p><p>Может, не заразился? Может, царапина слишком поверхностная?</p><p>Он промыл рану освящённой водой. Прижёг раскалённым кинжалом. Боль резкая, но необходимая.</p><p>Забинтовал. Спрятал под рукавом.</p><p>Никто не должен знать.</p><p>Если расскажет — его немедленно изолируют. Снимут с должности. При первом подозрении — убьют. Без суда и следствия.</p><p>Расследование остановится. Враг останется безнаказанным.</p><p>Нет. Нужно молчать. Наблюдать за собой. Если превращение начнётся — тогда решит, что делать.</p><p>А пока — молчать.</p><p>Строгов лёг спать. Плохо. Снились кошмары. Мертвецы, кровь, зубы, впивающиеся в горло.</p><p>Проснулся в холодном поту. Осмотрел рану.</p><p>Царапина покраснела. Слегка припухла. Но не гноится. Заживает нормально.</p><p>Может, обойдётся?</p><p>Строгов встал. Умылся холодной водой. Оделся. Тщательно спрятал рану под рукавом.</p><p>Вышел к завтраку. Как обычно.</p><p>Никто ничего не заметил.</p><p>Прошёл день. Второй. Третий.</p><p>Строгов работал в обычном режиме. Писал рапорты. Допрашивал свидетелей. Вёл расследование.</p><p>Рана заживала. Медленно, но верно. Краснота сошла. Припухлость исчезла.</p><p>Может, действительно не заразился?</p><p>На четвёртый день почувствовал недомогание.</p><p>Утром встал — голова кружилась. Лёгкая тошнота. Слабость во всём теле.</p><p>Списал на переутомление. Работал много, спал мало.</p><p>К вечеру стало хуже. Поднялась температура. Озноб.</p><p>Строгов забеспокоился серьёзно. Но виду не подал. Лечился самостоятельно. Травяными отварами, лекарствами из походной аптечки.</p><p>На пятый день температура спала. Самочувствие улучшилось.</p><p>Ложная тревога. Обычная простуда. Не заражение.</p><p>Строгов вздохнул с облегчением.</p><p>Но вечером, умываясь перед сном, заметил в зеркале изменение.</p><p>Глаза. Они стали другими.</p><p>Радужная оболочка побледнела. Зрачки расширились. И появился странный блеск. Неестественный, нездоровый.</p><p>Строгов всмотрелся внимательнее. Может, показалось?</p><p>Нет. Глаза определённо изменились.</p><p>Заражение. Начальная стадия.</p><p>Строгов сжал кулаки до боли. Проклятье.</p><p>Сколько времени осталось? День? Неделя? Месяц?</p><p>Никто не знал точно. Заражение нежитью непредсказуемо. Кто-то превращается за часы. Кто-то мучается годами.</p><p>Но превращается каждый. Рано или поздно.</p><p>Строгов посмотрел на свои документы. На недописанный рапорт. На списки подозреваемых.</p><p>Расследование не завершено. Враг не найден. Если он умрёт сейчас — всё пропадёт зря.</p><p>Нет. Нужно продолжать. Пока может. Пока разум ясен.</p><p>Найти врага. Завершить дело. А потом… потом видно будет.</p><p>Строгов достал тёмные очки. Надел. Теперь изменения в глазах не видны.</p><p>Скажет помощникам, что глаза устали от чтения документов.</p><p>Будет продолжать работу.</p><p>Но знал: время идёт.</p><p>И его становится всё меньше.</p><p>Прошла неделя.</p><p>Демьян заметил изменения в Строгове на очередной встрече в архиве.</p><p>Инквизитор выглядел неважно. Бледный, осунувшийся. Тёмные очки скрывали глаза. Движения стали резкими, нервными.</p><p>— Вы больны? — спросил Демьян.</p><p>— Переутомление, — ответил Строгов коротко. — Слишком много работы.</p><p>— Может, стоит отдохнуть? Расследование можно продолжить позже.</p><p>— Нет. — Строгов покачал головой резко. — Нужно заканчивать. Быстро. Враг может исчезнуть.</p><p>Демьян внимательно посмотрел на инквизитора. Что-то определённо не так. Строгов нервничает. Торопится. Почему такая спешка?</p><p>Но вслух спрашивать не стал.</p><p>— Как скажете. Что требуется сделать?</p><p>— Допросить всех оставшихся. Свидетелей, очевидцев. Кто-то что-то скрывает. — Строгов сжал кулаки. — Я чувствую. Враг близко. Очень близко.</p><p>— Хорошо. Составлю список подозреваемых.</p><p>— Сегодня. Сейчас же. — Строгов резко встал. — Медлить нельзя.</p><p>Он ушёл быстро, не прощаясь.</p><p>Демьян смотрел ему вслед задумчиво.</p><p>Определённо что-то не так.</p><p>Строгов что-то скрывает. Чего-то боится.</p><p>Но чего именно?</p><p>Демьян не знал.</p><p>Но чувствовал: скоро выяснится.</p><p>И это будет крайне неприятно.</p><p>Строгов проснулся от боли.</p><p>Острой, пронзающей. В животе, в груди, везде. Будто внутри что-то грызло, рвало, пожирало.</p><p>Сел на кровати. Покрывался холодным потом. Руки тряслись.</p><p>Седьмая ночь после заражения.</p><p>Каждую ночь становилось хуже. Боль сильнее. Голод… голод становился невыносимым.</p><p>Строгов встал. Пошатываясь, дошёл до зеркала.</p><p>Отражение ужаснуло.</p><p>Лицо осунулось. Кожа побледнела до синевы. Щёки ввалились. Губы потрескались, почернели.</p><p>Но хуже всего были глаза.</p><p>Вместо серых — жёлтые. Горящие нездоровым светом. Зрачки расширены до предела. Вокруг глаз — тёмные круги, как у трупа.</p><p>Строгов снял рубашку. Осмотрел тело.</p><p>На груди проступили вены. Чёрные, вздутые. Пульсировали под кожей, как черви.</p><p>Место царапины на руке почернело. Кожа вокруг отмерла, отслаивалась. Из ранки сочилась чёрная жидкость.</p><p>Заражение прогрессировало.</p><p>Скоро он превратится. Окончательно. В гуля. В тварь, ведомую только голодом.</p><p>Строгов сжал кулаки. Ногти стали длиннее. Острее. Когти.</p><p>В горле пересохло. Но не от жажды. От голода. Особого голода.</p><p>Ему хотелось мяса. Свежего. Живого. Хотелось вгрызться зубами в тёплую плоть, пить кровь, рвать сухожилия…</p><p>Строгов замотал голову, пытаясь прогнать видения.</p><p>Не сейчас. Ещё не время. Нужно продержаться. Довести расследование до конца.</p><p>Найти врага. Убить его. А потом…</p><p>Потом можно будет умереть. Как подобает инквизитору.</p><p>Он оделся. Тщательно скрыл изменения под одеждой. Натянул перчатки, скрыв когти. Надел тёмные очки, скрыв глаза.</p><p>Вышел из покоев.</p><p>В коридоре встретил помощника. Молодой священник, Пётр. Свежее лицо, румяные щёки.</p><p>— Ваше благородие, — поклонился Пётр. — Завтрак подан. Прикажете принести в покои?</p><p>Строгов смотрел на него. На шею. Тонкую, белую. Пульс бился под кожей. Кровь текла по венам.</p><p>Живая. Горячая. Вкусная.</p><p>Строгов облизнул губы. Язык стал длиннее. Раздвоенным на конце.</p><p>— Ваше благородие? — Пётр наклонился ближе. — Вы себя плохо чувствуете?</p><p>Строгов сделал шаг к нему. Руки потянулись к шее священника.</p><p>Сорвать одежду. Вгрызться в горло. Пить кровь, рвать мясо…</p><p>— Нет! — Строгов отшатнулся. Схватился за стену. — Я… я в порядке. Просто устал.</p><p>Пётр отступил. Посмотрел встревоженно.</p><p>— Может, позвать лекаря?</p><p>— Не нужно. — Строгов выпрямился. Взял себя в руки. — Я сам справлюсь. Иди. Займись делами.</p><p>Пётр поклонился. Ушёл.</p><p>Строгов стоял, тяжело дыша. Боролся с голодом. С желанием погнаться за священником, повалить, разорвать…</p><p>Взял себя в руки. Пошёл в кабинет.</p><p>Работа. Только работа поможет отвлечься.</p><p>День тянулся мучительно.</p><p>Строгов сидел за столом. Читал документы. Составлял списки подозреваемых.</p><p>Но концентрироваться было невозможно. Голод усиливался. Каждую минуту. Каждую секунду.</p><p>В кабинет заходили люди. Священники, стражники, чиновники. Все живые. Все с горячей кровью.</p><p>Строгов смотрел на них и представлял. Как разрывает горло. Как пьёт кровь. Как грызёт мясо с костей.</p><p>К вечеру удержаться стало невозможно.</p><p>Последний посетитель ушёл. Строгов остался один.</p><p>Встал из-за стола. Подошёл к окну.</p><p>Внизу, на площади, ходили люди. Обычные горожане. Ничего не подозревающие.</p><p>Добыча.</p><p>Строгов сжал кулаки. Когти впились в ладони. Кровь потекла.</p><p>Слизнул кровь. Вкус металлический, но приятный. Хотелось больше.</p><p>Нужно охотиться. Найти жертву. Убить. Съесть.</p><p>Но не здесь. Не во дворце. Слишком много свидетелей.</p><p>Где-то в стороне. В тёмном переулке. Где никто не увидит.</p><p>Строгов натянул плащ с капюшоном. Скрыл лицо. Вышел из дворца.</p><p>Шёл по улицам. Искал.</p><p>Одинокого путника. Слабого. Беззащитного.</p><p>Нашёл в Слободах.</p><p>Старик. Нищий. Брёл по пустому переулку. Один. Никого рядом.</p><p>Идеальная жертва.</p><p>Строгов пошёл следом. Крался. Беззвучно.</p><p>Настиг в тупике.</p><p>Старик обернулся. Увидел фигуру в плаще.</p><p>— Кто там? — спросил дрожащим голосом.</p><p>Строгов откинул капюшон.</p><p>Старик ахнул. Попытался бежать.</p><p>Поздно.</p><p>Строгов прыгнул. Повалил старика на землю. Впился зубами в горло.</p><p>Зубы стали острее. Клыками. Легко прорвали кожу.</p><p>Кровь хлынула в рот. Горячая, солёная, живая.</p><p>Строгов пил жадно. Глотками. Кровь текла по подбородку, капала на землю.</p><p>Старик забился. Хрипел. Умирал.</p><p>Строгов не останавливался. Пил до последней капли.</p><p>Когда кровь кончилась, принялся за мясо.</p><p>Когти разорвали одежду. Вспороли живот. Внутренности вывалились наружу.</p><p>Строгов ел. Сырое мясо, печень, сердце. Всё подряд.</p><p>Голод утихал. Медленно. Но утихал.</p><p>Через час от старика остались только кости да лохмотья.</p><p>Строгов встал. Вытер кровь с лица.</p><p>Чувствовал себя лучше. Сытым. Спокойным.</p><p>Но знал: это временно. Скоро голод вернётся. Сильнее прежнего.</p><p>Он посмотрел на останки старика. Никто не найдёт. Тупик пустой, заброшенный.</p><p>Строгов натянул капюшон. Вышел из переулка.</p><p>Вернулся во дворец. Как ни в чём не бывало.</p><p>Лёг спать. Впервые за неделю — спокойно.</p><p>Утром почувствовал изменения.</p><p>Голод ушёл. Но появилось что-то другое.</p><p>Похоть.</p><p>Животная, неудержимая похоть.</p><p>Строгов смотрел на служанку, что убирала в покоях. Молодая, красивая. Грудь полная, бёдра округлые.</p><p>Хотелось схватить её. Повалить. Сорвать одежду. Взять силой, грубо, до крови.</p><p>Служанка что-то почувствовала. Обернулась.</p><p>Увидела взгляд Строгова. Жёлтые глаза, горящие похотью.</p><p>Попятилась к двери.</p><p>— Ваше благородие… я… я закончила уборку…</p><p>— Постой, — сказал Строгов хрипло. — Подойди ближе.</p><p>— Мне нужно идти… на кухню… готовить завтрак…</p><p>— Сказал, подойди!</p><p>Голос стал рычанием. Нечеловеческим.</p><p>Служанка испугалась. Дрожащими руками нащупала ручку двери.</p><p>Строгов шагнул к ней. Когти выдвинулись из пальцев.</p><p>Служанка закричала. Рванула дверь. Выбежала.</p><p>Строгов остался стоять. Дышал тяжело. Боролся с желанием погнаться за ней.</p><p>Нет. Не здесь. Не во дворце.</p><p>Слишком много свидетелей. Слишком опасно.</p><p>Нужно терпеть. Ещё немного.</p><p>Довести расследование до конца. Найти врага.</p><p>А потом… потом можно будет отпустить себя. Полностью.</p><p>Строгов сел за стол. Попытался работать.</p><p>Но похоть не отступала. Горела в крови. Требовала удовлетворения.</p><p>К полудню удержаться стало невозможно.</p><p>Строгов встал. Надел плащ. Вышел из дворца.</p><p>На улицах искал другую жертву. Женщину. Молодую. Красивую.</p><p>Нашёл возле рынка.</p><p>Торговка. Продавала цветы. Одна. Никого рядом.</p><p>Строгов подошёл. Купил букет. Заговорил.</p><p>Заманил в переулок. Обещал большие деньги за редкие цветы.</p><p>Девушка поверила. Пошла следом.</p><p>В переулке Строгов показал истинное лицо.</p><p>Схватил девушку. Повалил на землю. Сорвал одежду.</p><p>Девушка кричала. Пыталась вырваться.</p><p>Бесполезно. Строгов стал сильнее. Гораздо сильнее.</p><p>Взял её грубо. Жестоко. Когти впивались в кожу. Кровь текла.</p><p>Потом убил. Разорвал горло зубами.</p><p>И съел. Как старика накануне.</p><p>Голод и похоть утихли. На время.</p><p>Строгов встал. Привёл себя в порядок.</p><p>Теперь он знал. Превращение завершается.</p><p>Скоро станет полностью гулем. Монстром, ведомым только инстинктами.</p><p>Осталось совсем немного времени.</p><p>Нужно торопиться. Найти врага. Завершить дело.</p><p>Пока ещё остаются крохи человечности.</p><p>Пока ещё может думать.</p><p>Строгов вернулся во дворец. Сел за документы.</p><p>Работал до глубокой ночи.</p><p>Искал врага.</p><p>Последним усилием умирающего разума.</p></section><section><title><p>Глава 20</p></title><p>Демьян завтракал, когда ворвался Жиров.</p><p>Лицо капитана было белым как полотно. Рука дрожала, держа донесение.</p><p>— Граф… это кошмар… Уже второй случай за три дня…</p><p>Демьян отложил вилку. Взял бумагу.</p><p>Читал молча. Лицо каменело с каждой строкой.</p><p>«Обнаружено тело торговки Марфы Петровой. Возраст 19 лет. Найдена в переулке у рынка. Изнасилована. Убита. Частично… съедена. Зубами. Когтями. Предположительно дикий зверь или нежить».</p><p>— Когда? — спросил Демьян, не поднимая головы.</p><p>— Вчера ночью. Нашли на рассвете. — Жиров сел напротив. — Граф, это уже третий случай за неделю. Старик Прохор. Служанка Анна. Теперь торговка. Все растерзаны. Съедены. Это не звери.</p><p>— Знаю.</p><p>— Что-то охотится в городе. Что-то голодное и умное. Выбирает жертв одиноких, беззащитных.</p><p>Демьян встал. Подошёл к окну. За стеклом разворачивалось обычное утро. Люди шли по делам, ничего не подозревая.</p><p>— Паника началась?</p><p>— Пока нет. Но слухи ползут. Люди шепчутся. Боятся выходить по ночам. — Жиров помолчал. — Граф, а что если эпидемия не кончилась? Что если где-то прячется заражённый, превращающийся в тварь?</p><p>Демьян обернулся.</p><p>— Возможно. Но кто? Мы проверили всех выживших. Никто не показывал признаков заражения.</p><p>— Может, кто-то скрывал? Боялся рассказать?</p><p>— Или заразился недавно. — Демьян взял плащ. — Идём. Осмотрим место последнего убийства.</p><p>Переулок у рынка был оцеплен стражей.</p><p>Демьян прошёл под верёвкой. Присел у пятна крови на булыжнике.</p><p>Крови было много. Слишком много. И следы борьбы. Девушка сопротивлялась.</p><p>— Где тело? — спросил он стражника.</p><p>— Увезли в морг. Для опознания. То, что от неё осталось.</p><p>Демьян внимательно осмотрел землю. Следы когтей на камнях. Глубокие борозды нечеловеческой силы.</p><p>— Это гуль, — сказал он тихо.</p><p>— Что?</p><p>— Гуль. Человек, заражённый нежитью. Превращается медленно, месяцами. Сначала сохраняет разум, потом теряет его. Становится зверем.</p><p>Жиров побледнел.</p><p>— Но мы же проверили всех…</p><p>— Не всех. — Демьян встал. — Кто-то мог заразиться позже. Скрыть это. А теперь превращение завершается.</p><p>Они вышли из переулка.</p><p>— Удвой патрули, — приказал Демьян. — Особенно ночные. Пары, не одиночки. Если встретят что-то подозрительное — сигнал немедленно.</p><p>Жиров кивнул и поскакал выполнять приказы.</p><p>Демьян остался стоять, размышляя.</p><p>Гуль в городе. Охотится. Убивает.</p><p>Но кто это может быть?</p><p>Во дворце его встретили как обычно. Стража поклонилась, слуги проводили к покоям инквизитора.</p><p>— Граф Базипольский к вам, ваше благородие, — доложил помощник за дверью.</p><p>— Входите, — ответил голос Строгова.</p><p>Демьян вошёл.</p><p>Строгов стоял у окна спиной к двери, глядя на площадь внизу.</p><p>— Граф Базипольский, — сказал он, не оборачиваясь. — Слышал о новых убийствах. Прискорбно.</p><p>Голос звучал странно. Сильнее обычного. Увереннее. Но с хрипотцой.</p><p>— Да. Третий случай за неделю, — ответил Демьян.</p><p>— Город никак не может найти покой. — Строгов повернулся.</p><p>Демьян едва сдержал удивление.</p><p>Инквизитор выглядел намного лучше, чем неделю назад. Лицо посвежело, движения стали увереннее. Даже тёмных очков не было.</p><p>Но что-то было не так.</p><p>Глаза. Они изменились. Стали жёлтыми, с вертикальными зрачками, как у хищника.</p><p>И когда Строгов говорил, Демьян видел зубы. Острые. Слишком острые.</p><p>— Вы выздоровели? — спросил Демьян осторожно.</p><p>— Превосходно себя чувствую. — Строгов подошёл ближе. — Недомогание прошло. Словно родился заново. Полон энергии.</p><p>Он двигался по-иному. Плавно. Бесшумно. Как хищник, подкрадывающийся к добыче.</p><p>— Расскажите об убийствах, — попросил Строгов. — Подробности меня интересуют.</p><p>Демьян рассказал о месте, следах, способе расправы. Всё время наблюдал за инквизитором.</p><p>Строгов слушал, но не как обычно. Он наслаждался. Глаза блестели, губы слегка приоткрылись. Он облизал их кончиком языка.</p><p>Языка, который стал длиннее и темнее.</p><p>— Интересно, — прошептал Строгов. — Очень интересно. Жертвы молодые? Красивые?</p><p>— Двое из трёх.</p><p>— А кровь… много крови было?</p><p>Голос стал хриплым. Жадным.</p><p>Демьян напрягся. Рука инстинктивно легла на рукоять сабли.</p><p>— Достаточно. Почему вас это интересует?</p><p>— Профессиональный интерес. — Строгов улыбнулся.</p><p>Улыбка была ужасной. Слишком широкая. Зубы действительно превратились в клыки.</p><p>— Знаете, граф, — продолжил Строгов, подходя ещё ближе, — я думаю, нашёл убийцу.</p><p>— Кого подозреваете?</p><p>— Никого не подозреваю. — Строгов остановился в шаге от Демьяна. — Я знаю точно.</p><p>Пауза. Тяжёлая, зловещая.</p><p>— Это я, — прошептал Строгов.</p><p>Демьян рванулся назад, выхватывая саблю.</p><p>Строгов засмеялся. Звук был нечеловеческим — булькающим, звериным.</p><p>— Слишком поздно бежать, граф. — Его лицо начало меняться, вытягиваться. — Вы так хотели найти убийцу. Вот он, перед вами.</p><p>Ногти на руках Строгова выросли в когти. Одежда трещала по швам — тело увеличивалось в размерах.</p><p>— Что вы такое? — выдохнул Демьян.</p><p>— Гуль. — Строгов-тварь облизал клыки. — Голодный. Очень голодный. А вы пахнете так вкусно. Свежая кровь. Молодое мясо.</p><p>Он сделал шаг вперёд. Демьян отступил к двери.</p><p>— Когда? — спросил Демьян, держа саблю наготове.</p><p>— Последняя зачистка. Мертвец оцарапал. Думал — пустяк. Ошибся. — Строгов наклонил голову, изучая Демьяна. — Превращение заняло неделю. Мучительную неделю боли, голода, изменений… А потом я почувствовал силу. Настоящую силу.</p><p>Он прыгнул через весь кабинет. Быстро, как молния.</p><p>Демьян едва увернулся. Когти полоснули по воздуху возле его головы.</p><p>— Старик был безвкусным, — продолжал Строгов, разворачиваясь. — Жёсткое мясо. Служанка — лучше. Молодая, нежная. А торговка… — Он облизнулся. — Торговка была восхитительна. Сначала я её взял. Потом съел. Удовольствие двойное.</p><p>Демьян метнулся к двери. Заперто. Ключ исчез.</p><p>— Никто не услышит, — усмехнулся гуль. — Покои изолированы. Можете кричать сколько угодно.</p><p>Он снова прыгнул. Демьян отбил атаку саблей. Лезвие рассекло руку твари.</p><p>Чёрная кровь брызнула, но рана тут же начала затягиваться.</p><p>— Больно, — прорычал Строгов. — Но не смертельно. Обычная сталь меня не убьёт.</p><p>Он ударил когтями. Демьян парировал, но удар был чудовищной силы. Сабля вылетела из рук.</p><p>Гуль схватил Демьяна за горло и поднял над полом.</p><p>— Теперь ты мой, граф. — Клыки приблизились к шее. — Сначала я выпью твою кровь. Потом съем твоё сердце. А потом займусь остальным городом.</p><p>Дыхание твари было горячим и пахло гнилью с кровью.</p><p>Демьян хрипел, пытаясь вырваться. Бесполезно.</p><p>И тут вспомнил.</p><p>Кольцо. Кольцо Огнева на пальце под перчаткой.</p><p>Он сжал кулак, сосредоточившись.</p><p>Кольцо вспыхнуло.</p><p>Из воздуха брызнул поток зелёного пламени. Холодного, нездорового.</p><p>Огонь окутал лицо гуля.</p><p>Строгов взвыл от ужаса. Не от боли — от первобытного, животного страха. Отпустил Демьяна и отшатнулся.</p><p>— Нет! НЕТ! — рычал он, прикрываясь руками. — Зелёный огонь! Пожиратель душ! Откуда⁈</p><p>Зелёное пламя лизало его плоть, но не жгло. Хуже — оно касалось чего-то глубинного. Сути. Того, что делало гуля гулем.</p><p>— Это невозможно! — завыл Строгов. — У тебя нет таких сил! Ты не некромант!</p><p>Демьян встал, кольцо продолжало пылать на пальце.</p><p>— Может, и нет. Но огонь у меня есть.</p><p>Он выбросил руку вперёд. Новая волна зелёного пламени хлынула на гуля.</p><p>Строгов завизжал. Метнулся к окну. Ударил кулаком — стекло разлетелось.</p><p>— Это не конец! — рычал он, пролезая в окно. — Я найду способ! Я сожру этот город! Всех! Включая тебя!</p><p>Он выпрыгнул.</p><p>Демьян бросился к окну. Посмотрел вниз.</p><p>Гуль катился по крыше соседнего здания. Поднялся, оглянулся. Жёлтые глаза горели ненавистью.</p><p>Потом исчез в лабиринте городских крыш.</p><p>Демьян стоял у разбитого окна. Кольцо медленно гасло.</p><p>Строгов-гуль жив. Сбежал. Теперь будет прятаться в городе.</p><p>Охотиться. Убивать. Мстить.</p><p>И это только начало.</p><p>Настоящий кошмар для Черноречья только начинался.</p><p>Демьян сжал кулак. Кольцо вспыхнуло ответным светом.</p><p>Ладно. Пусть прячется.</p><p>Рано или поздно он его найдёт.</p><p>И тогда зелёный огонь сожрёт гуля дотла.</p><p>Вместе с его проклятой душой.</p><p>Демьян стоял в развороченном кабинете. Стекло хрустело под сапогами. Холодный ветер гулял через разбитое окно.</p><p>Жиров ворвался с десятком стражников. Мечи наголо, лица напряжённые.</p><p>— Граф! Что происходит⁈ Слышали грохот, крики!</p><p>Демьян обернулся. На лице — кровь, царапины. Доспехи порваны.</p><p>— Строгов. Он гуль. Напал на меня. Сбежал через окно.</p><p>Стражники переглянулись. Жиров побледнел.</p><p>— Инквизитор… гуль? Это невозможно!</p><p>— Очень даже возможно. — Демьян вытер кровь с губы. — Заразился во время последней зачистки. Превратился. Убивал горожан неделю.</p><p>— Где он теперь?</p><p>— Скрылся в городе. Будет прятаться. Охотиться. — Демьян подошёл к столу, взял документы. — Но это не главное. Главное — остальные инквизиторы.</p><p>— Что с ними?</p><p>— Они могли знать. Помогать. Скрывать. — Демьян посмотрел на Жирова. — Всех инквизиторов арестовать. Немедленно. До выяснения обстоятельств.</p><p>Жиров колебался.</p><p>— Граф… это инквизиция. Имперская инквизиция. Если мы арестуем их без веских оснований…</p><p>— Основание есть. Их командир — гуль-людоед. Остальные либо соучастники, либо некомпетентны. — Демьян надел плащ. — В любом случае — угроза безопасности города.</p><p>— Но они могут сопротивляться…</p><p>— Тогда убивайте. — Голос Демьяна стал ледяным. — Безопасность города важнее политических последствий.</p><p>Жиров кивнул. Повернулся к стражникам.</p><p>— Вы слышали. Арестовать всех инквизиторов. Живыми, если возможно. Сопротивляющихся — убивать.</p><p>Стражники разбежались. Демьян пошёл следом.</p><p>Первыми взяли помощников Строгова.</p><p>Трое молодых священников сидели в общей комнате. Читали молитвы. Ничего не подозревали.</p><p>Ворвались стражники. Мечи наставлены.</p><p>— Именем графа Базипольского — вы арестованы!</p><p>Священники вскочили. Растерянные, испуганные.</p><p>— За что⁈ Мы ничего не сделали!</p><p>— Подозрение в сокрытии информации о заражении нежитью. — Старший стражник показал кандалы. — Руки вперёд. Добровольно.</p><p>Один из священников, Пётр, попятился.</p><p>— Это безумие! Мы служим Богу! Нас нельзя арестовывать!</p><p>— Можно. — Стражник шагнул вперёд. — Руки давайте. Последний раз предупреждаю.</p><p>Пётр схватил распятие со стола. Размахнулся.</p><p>— Не подходите! Это святотатство!</p><p>Стражник не стал церемониться. Ударил рукоятью меча. Пётр рухнул. Распятие покатилось по полу.</p><p>Остальные священники сдались без сопротивления.</p><p>Сложнее оказалось с инквизиторской стражей.</p><p>Восемь человек в тяжёлых доспехах. Опытные бойцы. Засели в казарме, забаррикадировались.</p><p>— Выходите! — кричал Жиров под дверью. — Сдавайтесь добровольно!</p><p>— Идите к чёрту! — отвечали изнутри. — Мы служим инквизиции! Не признаём власти провинциального графа!</p><p>— Ваш инквизитор — гуль! Людоед! Убивал невинных!</p><p>— Вранье! Провокация! Строгов — святой человек!</p><p>Жиров обернулся к стражникам.</p><p>— Выбивайте дверь. Берите живыми, но если сопротивляются — режьте.</p><p>Дверь выбили с третьего удара. Ворвались стражники.</p><p>Завязался бой. Короткий, жестокий.</p><p>Инквизиторская стража сражалась отчаянно. Но их было восемь против тридцати. Исход предрешён.</p><p>Через пять минут четверо лежали мёртвыми. Остальные сдались.</p><p>Жиров осмотрел потери. Трое стражников ранены. Один тяжело.</p><p>— Тащите раненых в лазарет. Мёртвых — в морг. Пленных — в тюрьму.</p><p>К вечеру всех инквизиторов собрали в городской тюрьме.</p><p>Старое здание в Кремле. Каменные стены, железные решётки. Построено ещё при дедах для особо важных преступников.</p><p>Демьян спустился в подвалы. Осмотрел камеры.</p><p>В первой — священники. Сидели молча. Пётр держал окровавленную голову. Остальные молились.</p><p>Во второй — уцелевшие стражники. Злые, но сломленные. Поняли: сопротивление бесполезно.</p><p>Демьян остановился перед камерой священников. Взялся за решётку.</p><p>— Где Строгов?</p><p>Пётр поднял голову. Глаза красные от крови и слёз.</p><p>— Не знаем. С утра не видели. Сказал, что у него важная встреча.</p><p>— С кем?</p><p>— Не сказал. Секретная информация. — Пётр встал, подошёл к решётке. — Граф, что происходит? Почему нас арестовали? Мы ничего не сделали!</p><p>— Ваш командир — гуль. Заражённый нежитью. Убивал горожан. Вы знали об этом?</p><p>— Что⁈ — Пётр схватился за решётку. — Это невозможно! Строгов — инквизитор! Святой человек! Он не может быть заражён!</p><p>— Может. И был. — Демьян посмотрел в глаза священнику. — Он не показывал странностей? Не менял привычки? Не исчезал по ночам?</p><p>Пётр молчал. Думал.</p><p>— Последнюю неделю… он действительно был странным. Носил тёмные очки. Избегал людей. Работал до поздна. — Голос затих. — А ещё… служанки жаловались. Говорили, что он на них странно смотрит. Как… как хищник.</p><p>— Ещё что?</p><p>— По ночам слышали звуки из его покоев. Будто кто-то ел. Громко. Неаккуратно. Думали, что очень голоден после болезни.</p><p>Демьян кивнул. Картина складывалась.</p><p>— Что-то ещё?</p><p>— Вчера утром прачка нашла окровавленную одежду. В его покоях. Много крови. Он сказал, что порезался. Но крови было слишком много для пореза.</p><p>— Понятно. — Демьян отошёл от решётки. — Вы останетесь здесь. Пока не выясним полную картину.</p><p>— На сколько?</p><p>— Не знаю. Может, на дни. Может, на недели. — Демьян посмотрел на священников. — Если докажете невиновность — отпущу. Если нет…</p><p>Он не закончил. Но угроза висела в воздухе.</p><p>Во второй камере стражники встретили его враждебно.</p><p>— Граф-самозванец! — крикнул один. — Ты ответишь за это! Инквизиция не прощает!</p><p>— Инквизиция далеко. — Демьян остановился перед решёткой. — А я здесь. И пока я здесь — мои правила.</p><p>— Строгов покарает тебя! Когда вернётся!</p><p>— Строгов не вернётся. Он гуль. Монстр. Убийца. — Демьян говорил спокойно, чётко. — Вы служили чудовищу. Помогали ему убивать.</p><p>— Враньё!</p><p>— Правда. И вы это знаете. — Демьян наклонился ближе. — Видели изменения. Чувствовали запах гнили. Слышали звуки пожирания плоти.</p><p>Стражники переглянулись. Молчали.</p><p>— Ну? — Демьян ждал.</p><p>Наконец один из них, старший, заговорил.</p><p>— Мы… мы думали, он болен. Переутомился. — Голос неуверенный. — Он служил инквизиции двадцать лет. Был святым человеком. Как он мог…</p><p>— Заразиться нежитью может любой. — Демьян выпрямился. — Святость не защищает от скверны. Наоборот — делает падение глубже.</p><p>Тишина.</p><p>— Что с нами будет? — спросил старший стражник тихо.</p><p>— Зависит от вас. Расскажете всё, что знаете — получите снисхождение. Будете молчать — сидеть здесь, пока гуль убивает людей.</p><p>— А если расскажем, но ничего не знаем полезного?</p><p>— Тогда сидеть не так долго. — Демьян повернулся к выходу. — Подумайте. До завтра.</p><p>Поднявшись наверх, Демьян встретил Жирова.</p><p>— Граф, есть новости. Плохие.</p><p>— Какие?</p><p>— Из столицы. Гонец прибыл час назад. — Жиров протянул письмо. — Императорская канцелярия запрашивает отчёт о ходе расследования. Строгов не выходил на связь три дня.</p><p>Демьян прочитал письмо. Официальное, холодное. Но между строк читалось недовольство.</p><p>— Что ответим?</p><p>— Правду. — Демьян сложил письмо. — Инквизитор заражён нежитью. Превратился в гуля. Скрылся. Расследование продолжается под моим руководством.</p><p>— Это вызовет скандал. Могут прислать армию.</p><p>— Пусть присылают. — Демьян посмотрел в окно на спящий город. — Лучше армия, чем гуль-людоед на свободе.</p><p>Он сел за стол. Взял перо.</p><p>Начал писать отчёт. Подробный, честный.</p><p>О заражении Строгова. О превращении в гуля. О бегстве.</p><p>И о том, что настоящий враг — тот, кто организовал эпидемию — всё ещё не найден.</p><p>Писал до глубокой ночи.</p><p>За окном город спал. Но сон был тревожным.</p><p>Где-то в темноте прятался голодный монстр.</p><p>И рано или поздно он снова выйдет на охоту.</p><p>Приглашение пришло на следующий день после ареста инквизиторов.</p><p>Тот же конверт, та же печать Долгоруких. Но почерк показался более торопливым.</p><p>'Граф Базипольский.</p><p>Слышала о событиях во дворце. О Строгове. Полагаю, вам нужно отвлечься от мрачных дел.</p><p>Приглашаю на ужин. Сегодня. Только мы двое. Без формальностей, без свидетелей.</p><p>Поговорим. О жизни, смерти, о том, что нас ждёт.</p><p>Ксения'.</p><p>Демьян перечитал письмо. За окном сгущались сумерки. День был тяжёлым — допросы, отчёты, поиск гуля.</p><p>Нужна была передышка. Хотя бы на час.</p><p>Он написал короткий ответ: «Приду».</p><p>Усадьба Долгоруких встретила его тишиной.</p><p>Ни слуг у ворот, ни стражи. Только открытая калитка и дорожка, освещённая фонарями.</p><p>Демьян прошёл к главному входу. Дверь открылась ещё до того, как он постучал.</p><p>Ксения стояла в проёме. Одета просто — тёмное платье без украшений, волосы распущены. Но выглядела… уязвимой. Усталой.</p><p>— Граф. Благодарю, что пришли.</p><p>— Боярыня. — Он поклонился. — Где ваши слуги?</p><p>— Отпустила на вечер. — Она отступила, пропуская его. — Хотела побыть одна. Ну, почти одна.</p><p>Они прошли в небольшую гостиную. Не ту, парадную, где проходил бал. Камерную, уютную. Камин горел, два кресла стояли рядом. Стол накрыт для двоих.</p><p>— Вы сами готовили? — спросил Демьян, видя простые блюда.</p><p>— Сама. — Ксения улыбнулась. — Удивлены? Думали, я только деньги считать умею?</p><p>— Не думал об этом.</p><p>— Лгун. — Она налила вина. — Все думают. Холодная купчиха, торговка, считающая только прибыль. — Подала ему бокал. — А я просто женщина. Которая устала играть роли.</p><p>Они сели за стол. Ксения подала суп — простой, но вкусный.</p><p>— Расскажите о Строгове, — сказала она тихо. — Что на самом деле произошло?</p><p>— Он превратился в гуля. Заразился нежитью, утратил человечность. Стал убийцей.</p><p>— Но он был инквизитором. Святым человеком.</p><p>— Святость не спасает от заражения. — Демьян отпил вина. — Скорее наоборот. Чем сильнее свет, тем глубже тьма, когда он гаснет.</p><p>Ксения задумалась.</p><p>— Значит, любой из нас может превратиться в монстра?</p><p>— При определённых обстоятельствах — да.</p><p>— А вы? — Она посмотрела ему в глаза. — Вы можете стать монстром?</p><p>Демьян поставил бокал. Долго молчал.</p><p>— Возможно. Иногда чувствую… темноту. Внутри. Желание просто сжечь всё и всех, кто мешает. — Он усмехнулся горько. — Может, уже наполовину монстр.</p><p>— Нет. — Ксения покачала головой. — Монстры не сомневаются в себе. Не мучаются совестью. Вы ещё человек.</p><p>— Пока.</p><p>Они поели молча. Потом перешли к креслам у камина.</p><p>Ксения сидела, подтянув ноги под себя. Смотрела в огонь. Лицо задумчивое, печальное.</p><p>— Знаете, — сказала она тихо, — я иногда думаю — а стоило ли? Всё, что мы пережили. Эпидемия, смерти, разрушения. Стоило ли выживать?</p><p>— Почему этот вопрос?</p><p>— Потому что мир не стал лучше. Люди не стали добрее. Те же интриги, жадность, ложь. — Она отпила вина. — Только мёртвых стало больше.</p><p>Демьян посмотрел на неё внимательно.</p><p>— Вы разочарованы в людях?</p><p>— В некоторых. — Ксения повернулась к нему. — Видела, как они вели себя во время эпидемии. Бросали близких. Предавали друзей. Спасали только себя.</p><p>— Но кто-то и помогал. Рисковал жизнью ради других.</p><p>— Единицы. — Она встала, подошла к окну. — А большинство показало истинное лицо. Животное. Эгоистичное.</p><p>Демьян подошёл к ней. Встал рядом.</p><p>— И что из этого следует?</p><p>— Что человечество не заслуживает спасения. — Ксения посмотрела на него. — Может, эпидемия — это очищение? Убирает слабых, оставляет сильных?</p><p>— Опасная мысль.</p><p>— Но честная. — Она повернулась к нему лицом. — Вы не думали об этом? Когда видели трусость, предательство, низость?</p><p>Демьян молчал. Думал.</p><p>— Думал. — Признался наконец. — Особенно в тёмные моменты. Когда хотелось всё бросить, дать городу сгнить.</p><p>— Но не бросили.</p><p>— Нет.</p><p>— Почему?</p><p>— Потому что среди мерзавцев есть достойные люди. Немного. Но есть. — Он посмотрел ей в глаза. — И ради них стоит спасать остальных.</p><p>Ксения улыбнулась. Грустно.</p><p>— Идеалист. Всё-таки идеалист.</p><p>— А вы — циничка.</p><p>— Реалистка. — Она отошла от окна, вернулась к креслу. — Но мне нравится ваш идеализм. Он… согревает.</p><p>Демьян сел напротив. Огонь плясал между ними.</p><p>— Расскажите о себе, — попросил он. — О настоящей Ксении. Не боярыне, не торговке. Женщине.</p><p>— Что вас интересует?</p><p>— Всё. Детство, мечты, страхи.</p><p>Ксения откинулась в кресле. Закрыла глаза.</p><p>— Детство было обычным. Богатый дом, хорошие учителя. Отец готовил меня к замужеству за выгодной партии. — Она открыла глаза. — Мечтала о любви. Глупая девочка.</p><p>— И что случилось?</p><p>— Выдали замуж за нужного человека. Старого, богатого. Три года брака, потом он умер. — Она пожала плечами. — Оставил состояние. И свободу.</p><p>— Любили его?</p><p>— Нет. Уважала. Он был добр ко мне. Но любви не было. — Ксения посмотрела в огонь. — Может, она вообще не существует? Любовь? Может, это просто химия, инстинкты?</p><p>— Не знаю. Никогда не любил.</p><p>— Никогда? — Она удивилась. — Ни одной женщины?</p><p>— Увлечения были. Страсть. Но любовь… — Демьян покачал головой. — Для любви нужно время. Покой. Уверенность в завтрашнем дне. У меня этого не было.</p><p>— А сейчас?</p><p>— Сейчас тем более. Гуль охотится на улицах. Враг прячется в тени. Завтра может не наступить.</p><p>Ксения встала. Подошла к нему. Положила руку на плечо.</p><p>— Может, именно поэтому нужно ценить сегодня? Сейчас? Этот момент?</p><p>Её рука была тёплой. Демьян накрыл её своей.</p><p>— Опасная философия.</p><p>— Единственная честная. — Она наклонилась ближе. — Граф, мы можем умереть завтра. Или послезавтра. Стоит ли тратить время на сомнения?</p><p>Их лица были совсем близко. Демьян видел золотистые искорки в её глазах. Чувствовал запах духов. Тепло её кожи.</p><p>— Ксения…</p><p>— Тихо. — Она прижала палец к его губам. — Не думайте. Просто… почувствуйте.</p><p>Она поцеловала его. Нежно, осторожно. Как вопрос.</p><p>Демьян ответил. Обнял её, притянул ближе.</p><p>Поцелуй стал глубже. Страстнее.</p><p>Они стояли у камина, в свете пламени. Двое одиноких людей, нашедших утешение друг в друге.</p><p>Потом Ксения отстранилась. Дышала часто.</p><p>— Останьтесь, — прошептала она. — Сегодня. Со мной.</p><p>Демьян колебался. Секунду. Две.</p><p>Потом кивнул.</p><p>— Останусь.</p><p>Она взяла его за руку. Повела наверх. В спальню.</p><p>За окном город спал. Где-то в темноте прятался гуль. Готовился к новой охоте.</p><p>Но здесь, в этой комнате, была только тепло. Близость. Момент покоя среди хаоса.</p><p>Редкость. Драгоценность.</p><p>Которую стоило ценить.</p><p>Пока она есть.</p><p>Утром Демьян проснулся от солнечного света.</p><p>Ксения спала рядом. Лицо спокойное, умиротворённое. Волосы рассыпались по подушке.</p><p>Он встал тихо, чтобы не разбудить. Оделся. Посмотрел на неё последний раз.</p><p>Красивая. Умная. Одинокая.</p><p>Как и он.</p><p>Но сегодня одиночество отступило. Хотя бы на ночь.</p><p>Демьян вышел из усадьбы. Сел на лошадь. Поехал в город.</p><p>Работа ждала. Поиск гуля. Допросы инквизиторов. Отчёты в столицу.</p><p>Но теплота прошлой ночи согревала душу.</p><p>И это было хорошо.</p><p>Очень хорошо.</p><p>Строгов прятался в канализации под Слободами.</p><p>Старые туннели, построенные ещё при основании города. Мрачные, сырые, забытые. Идеальное место для монстра.</p><p>Он сидел в одном из ответвлений. Спиной к стене. Дрожал.</p><p>Не от холода. От ярости. От унижения.</p><p>Этот проклятый граф! Этот Базипольский! Откуда у него зелёный огонь⁈ Откуда магия пожирателя душ⁈</p><p>Строгов потрогал лицо. Там, где коснулось пламя, кожа почернела. Не заживала. Горела изнутри.</p><p>Зелёный огонь — проклятие для нежити. Для гулей особенно. Не убивает сразу, но причиняет мучения. Постоянные, нескончаемые.</p><p>— Базипольский… — прорычал Строгов. — Я сожру тебя живым. Медленно. По кускам.</p><p>Но сначала нужно было восстановить силы. Найти союзников.</p><p>А лучше — создать их.</p><p>Строгов поднялся. Вышел из туннеля на поверхность.</p><p>Ночь. Слободы спали. Патрули ходили, но редко. Можно охотиться.</p><p>Он принюхался. Улавливал запахи. Живых людей, тёплой крови.</p><p>Близко.</p><p>Первой жертвой стал ночной сторож.</p><p>Старик охранял склад в дальнем переулке. Сидел у костра, дремал.</p><p>Строгов подкрался незаметно. Схватил за горло. Сжал.</p><p>Старик проснулся, попытался закричать. Поздно. Когти впились в шею.</p><p>Но Строгов не убил. Не сразу.</p><p>Вместо этого он укусил. Глубоко. В шею, в плечо. Ввёл заражённую слюну в кровь.</p><p>Старик забился, захрипел. Кровь хлынула, но не смертельно.</p><p>— Терпи, — прошептал Строгов. — Скоро станет лучше. Намного лучше.</p><p>Он отпустил старика. Тот упал, корчился. Рана горела, но затягивалась.</p><p>Заражение пошло быстро. Гораздо быстрее, чем у самого Строгова. Видимо, прямое заражение от гуля действует иначе.</p><p>Через час старик поднялся. Глаза жёлтые, зубы острые. Новый гуль.</p><p>— Господин, — прорычал он. — Чего желаете?</p><p>— Охотиться. — Строгов улыбнулся. — Найди ещё жертв. Заражай. Создавай армию.</p><p>Старик кивнул. Исчез в переулках.</p><p>Вторая жертва — проститутка.</p><p>Молодая, красивая. Работала в притоне на окраине. Вышла покурить в переулок.</p><p>Строгов напал сзади. Повалил. Укусил в запястье.</p><p>Девушка кричала, но притон был шумный. Никто не услышал.</p><p>Заражение подействовало за полчаса. Девушка превратилась. Стала гулем.</p><p>Красивым гулем. С острыми когтями и хищными глазами.</p><p>— Иди в притон, — приказал Строгов. — Заражай клиентов. Тихо. По одному.</p><p>Девушка кивнула. Вернулась внутрь.</p><p>Третья жертва — пьяница.</p><p>Брёл по улице, качался. Один, беззащитный.</p><p>Строгов заразил его укусом в шею. Через двадцать минут получил ещё одного слугу.</p><p>— Иди в кабаки, — приказал. — Ищи одиноких, пьяных. Заражай.</p><p>К рассвету у Строгова было пять гулей. К полудню — десять.</p><p>Зараза распространялась геометрической прогрессией. Каждый новый гуль создавал ещё двух-трёх.</p><p>Строгов руководил из канализации.</p><p>Слуги приходили с докладами. Рассказывали о новых заражениях.</p><p>— Господин, — доложил старик-сторож. — Заразил троих в кабаке. Двоих грузчиков и торговца. Они уже охотятся.</p><p>— Хорошо. Проститутка как дела?</p><p>— Заразила четверых клиентов и хозяина притона. Притон теперь наш.</p><p>— Отлично. — Строгов потёр руки. — А пьяница?</p><p>— Работает на рынке. Заражает торговцев. Тихо, осторожно. Пока никто не подозревает.</p><p>Строгов кивнул. План работал.</p><p>В отличие от старой эпидемии, которая убивала, новая заражала. Превращала людей в гулей, но оставляла разум. На время.</p><p>Достаточно времени, чтобы заразить других. А потом разум угасал, оставляя только голод и преданность создателю.</p><p>Идеальная армия.</p><p>— Сколько у нас зараженных? — спросил Строгов.</p><p>— Двадцать семь, господин. И число растёт.</p><p>— Ещё. Нужно больше. — Строгов встал, прошёлся по туннелю. — К завтрашнему вечеру хочу видеть сотню. К послезавтрашнему — двести.</p><p>— Будет сделано, господин.</p><p>— И помните — никого не убивать. Только заражать. Мёртвые нам не нужны. Нужны слуги.</p><p>Гули кивнули. Разошлись по своим делам.</p><p>Строгов остался один. Планировал.</p><p>Сначала создать армию. Большую, сильную. Потом ударить по городу. Внезапно, мощно.</p><p>Захватить ключевые точки — архив, дворец, казармы. Изолировать стражу.</p><p>А Базипольского взять живым. Для особого разговора.</p><p>Строгов облизнул клыки. Представлял, как будет пытать графа. Медленно. Изощрённо.</p><p>Отомстит за унижение. За зелёный огонь. За боль.</p><p>А потом съест его сердце. Пока тот ещё жив.</p><p>Через два дня армия выросла до восьмидесяти гулей.</p><p>Строгов собрал старших. Тех, кто сохранял разум лучше остальных.</p><p>— Завтра ночью действуем, — объявил он. — Захватываем город. Быстро, решительно.</p><p>— А стража? — спросил старик-сторож. — Они вооружены. У них серебряное оружие.</p><p>— Стража спит. Не ждёт атаки изнутри. — Строгов усмехнулся. — А у нас есть преимущество. Среди стражников уже есть наши. Трое заражённых. Откроют ворота казарм.</p><p>— А граф Базипольский?</p><p>— Его берём живым. Только живым. — Глаза Строгова загорелись. — Он мой. Лично.</p><p>Гули зашипели согласием.</p><p>— Приготовьтесь. Завтра Черноречье станет городом мёртвых. Городом гулей. — Строгов поднял руку. — И я буду его королём!</p><p>Вой прокатился по туннелям. Звериный, голодный.</p><p>Армия готовилась к войне.</p><p>Последней войне за Черноречье.</p><p>Демьян получил записку на рассвете.</p><p>Мальчишка-посыльный принёс. Дрожащими руками протянул конверт. Лицо белое как мел.</p><p>— От… от боярыни Долгорукой, — заикаясь, сказал он.</p><p>Демьян взял конверт. Бумага была странной. Грубой. И пахла… кровью.</p><p>Вскрыл. Внутри записка. Почерк неровный, торопливый.</p><p>'Базипольский.</p><p>Твоя подружка мертва. Приходи к ней. Один. Без оружия. Поговорим.</p><p>Если приведёшь стражу — сожгу её труп. Не останется даже пепла для похорон.</p><p>Жду до полудня.</p><p>С.'</p><p>Демьян перечитал. Руки сжались в кулаки. Бумага затрещала.</p><p>— Где ты взял это? — спросил он мальчишку.</p><p>— У… у ворот усадьбы Долгоруких. Лежало. А рядом… — Голос сорвался. — Рядом стража мёртвая. Вся. Растерзанная.</p><p>Демьян встал. Кинул мальчишке монету.</p><p>— Беги домой. Никому не говори, что видел.</p><p>Мальчишка кивнул и убежал.</p><p>Демьян остался стоять. Записка дрожала в руках.</p><p>Ксения мертва.</p><p>Через полчаса он подъехал к усадьбе Долгоруких.</p><p>Ворота распахнуты. Стража действительно мертва. Четверо человек, разорванных на куски. Кровь везде.</p><p>Демьян спешился. Привязал лошадь. Вошёл во двор.</p><p>Тишина. Мёртвая тишина.</p><p>Следы крови вели к дому. Двери сорваны с петель. Окна разбиты.</p><p>Он вошёл внутрь.</p><p>Холл разгромлен. Мебель перевёрнута. Картины изодраны когтями. На полу — ещё трупы. Слуги. Все мертвы.</p><p>Следы крови вели наверх. К спальням.</p><p>Демьян поднялся по лестнице. Каждый шаг отдавался в висках.</p><p>Дошёл до спальни Ксении. Той самой, где они провели ночь.</p><p>Дверь открыта.</p><p>Зашёл.</p><p>И замер.</p><p>Ксения лежала на кровати. Мёртвая. Но не растерзанная, как остальные.</p><p>Убита аккуратно. Быстро. Шея сломана одним движением.</p><p>Лицо спокойное. Почти мирное. Будто спит.</p><p>Демьян подошёл ближе. Прикрыл ей глаза.</p><p>— Прости, — прошептал он. — Не уберёг.</p><p>За спиной раздался смех. Низкий, булькающий.</p><p>Демьян обернулся.</p><p>В дверях стоял Строгов. Гуль. Ещё более изуродованный, чем раньше. Лицо покрыто чёрными пятнами. Одежда разорвана. Когти длинные, окровавленные.</p><p>— Трогательно, — прорычал он. — Романтик оплакивает подружку.</p><p>Демьян шагнул от кровати. Рука инстинктивно потянулась к мечу.</p><p>Меча не было. Пришёл без оружия. Как требовал гуль.</p><p>— Зачем ты её убил? — спросил Демьян тихо.</p><p>— Потому что мог. — Строгов вошёл в комнату. — Потому что хотел причинить тебе боль. Ты опалил мне лицо. Я убил твою женщину. Справедливый обмен.</p><p>— Она была невиновна.</p><p>— Все невиновны, пока не станут виновны. — Гуль подошёл ближе. — Знаешь, она кричала, когда я ломал стражу. Пыталась бежать. Но куда убежишь от гуля?</p><p>Демьян сжал кулаки. Кольцо под перчаткой нагрелось.</p><p>— Но убил я её не сразу, — продолжал Строгов. — Сначала… повеселился. Она красивая была. Жаль, что мёртвая.</p><p>Ложь. Демьян видел — Ксения убита быстро. Гуль просто хотел его разозлить.</p><p>— Что ты хочешь? — спросил Демьян.</p><p>— Справедливости. — Строгов остановился в трёх шагах. — Ты сделал меня изгоем. Заставил прятаться в канализации. Опозорил перед подчинёнными.</p><p>— Ты сам себя сделал изгоем. Когда превратился в монстра.</p><p>— Я стал тем, кем должен был стать! — взревел гуль. — Сильным! Свободным! Не связанным человеческими глупостями!</p><p>— Ты стал убийцей.</p><p>— Хищником. — Строгов усмехнулся. — А хищники едят добычу. Такова природа.</p><p>Демьян сделал шаг назад. К окну.</p><p>— И что теперь? Убьёшь меня тоже?</p><p>— Нет. — Гуль покачал головой. — Смерть слишком проста. Я хочу, чтобы ты страдал. Как страдаю я.</p><p>— Что ты задумал?</p><p>— У меня есть армия. — Строгов оскалился. — Восемьдесят гулей. Все голодные. Все преданные мне. Сегодня ночью они выйдут на охоту. Будут убивать всех подряд. Мужчин, женщин, детей. Весь твой драгоценный город превратится в бойню.</p><p>Демьян побледнел.</p><p>— Ты не посмеешь…</p><p>— Посмею. — Гуль шагнул ближе. — И ты ничего не сможешь сделать. Потому что не знаешь, где мы прячемся. Не знаешь, кто из горожан уже заражён. Твоя стража ничтожна против армии гулей.</p><p>— Найду способ остановить тебя.</p><p>— Найди. — Строгов развернулся к выходу. — А пока прощайся с городом. К утру от него останутся только руины и трупы.</p><p>Он дошёл до двери. Обернулся.</p><p>— Ах да. Ещё одно. — Он указал на тело Ксении. — Она говорила о тебе. В конце. Перед смертью. Сказала, что любит. Глупая женщина.</p><p>Гуль исчез. Демьян остался один.</p><p>Опустился на колени рядом с кроватью. Взял руку Ксении. Холодная, безжизненная.</p><p>— Прости, — прошептал он. — Прости меня.</p><p>За окном солнце поднималось выше. День только начинался.</p><p>А к ночи начнётся резня.</p><p>Демьян встал. Посмотрел на Ксению последний раз.</p><p>Потом вышел из усадьбы. Сел на лошадь.</p><p>Нужно спасать город. Снова.</p><p>Но на этот раз он не был уверен, что справится.</p><p>Армия гулей. Восемьдесят монстров.</p><p>Против него и горстки стражи.</p><p>Шансы были не в его пользу.</p><p>Но выбора не было.</p><p>Демьян пустил лошадь галопом. К последней битве.</p><p>Демьян въехал в город на взмыленной лошади.</p><p>Время — полдень. До ночи восемь часов.</p><p>Восемь часов, чтобы найти и уничтожить армию гулей.</p><p>Он поскакал прямо к казармам. Ворвался во двор, не слезая с лошади.</p><p>— Жиров! — заревел он. — Срочно сюда! Всех командиров! Немедленно!</p><p>Стражники сбежались. Жиров выбежал из здания, застёгивая китель.</p><p>— Граф! Что случилось?</p><p>— Строгов создал армию гулей. Восемьдесят штук. Нападут сегодня ночью. — Демьян спрыгнул с лошади. — Мобилизация. Сейчас же. Всех, кто может держать оружие.</p><p>Жиров побледнел.</p><p>— Восемьдесят гулей? Это… это резня будет.</p><p>— Будет, если не остановим. — Демьян схватил его за плечи. — Сколько у нас стражи? Боеготовой?</p><p>— Сорок человек. Ещё двадцать в резерве.</p><p>— Мало. Нужно больше. — Демьян оглядел двор. — Объяви мобилизацию. Всех мужчин от шестнадцати до пятидесяти. Кто уклоняется — расстрел.</p><p>— Граф, это вызовет панику…</p><p>— Пусть. Паника лучше смерти. — Демьян повернулся к стражникам. — Вы слышали! Тревога! По домам! Собирать добровольцев! Оружие, доспехи, всё, что есть! Сбор через час на центральной площади!</p><p>Стражники разбежались. Через минуту по городу завыли рога. Сигнал тревоги.</p><p>Демьян бросился к арсеналу.</p><p>Арсенал размещался в подвалах архива. Демьян спустился, отпер тяжёлые двери.</p><p>Внутри — оружие. Мечи, копья, арбалеты. Доспехи. Щиты.</p><p>И серебро. Много серебра.</p><p>Слитки, пластины, проволока. Всё, что накопил за месяцы восстановления. Купил, выменял, конфисковал.</p><p>— Тащите наверх! — крикнул он стражникам. — Всё серебро! Каждый грамм!</p><p>Начали выносить. Слиток за слитком. Тяжёлые, блестящие.</p><p>Жиров спустился следом.</p><p>— Граф, а где кузнецы? Нужно ковать оружие.</p><p>— В мастерской. Захар и Степан. — Демьян взял самый большой слиток. — Пусть куют наконечники для копий, стрел. И пластины — нашивать на доспехи.</p><p>— Сколько времени это займёт?</p><p>— Часа три. Может, четыре. — Демьян посмотрел на солнце в окне. — Успеем. Должны успеть.</p><p>Центральная площадь заполнялась людьми.</p><p>Кто добровольно, кто под принуждением. Стража стучала в двери, выгоняла мужчин на улицы.</p><p>— Мобилизация! Именем графа Базипольского! Всех мужчин способных к бою!</p><p>Люди шли. Напуганные, растерянные. Несли что попало — кухонные ножи, топоры, дубины.</p><p>Демьян стоял на ступенях архива. Смотрел на толпу.</p><p>Двести человек. Может, больше. Горожане, крестьяне, ремесленники. Не воины. Но лучше, чем ничего.</p><p>— Граждане! — крикнул он громко. — Я не буду врать! Сегодня ночью город подвергнется нападению! Армия гулей! Восемьдесят монстров!</p><p>Толпа загудела. Испуганно, паническо.</p><p>— Но мы не сдадимся! — продолжал Демьян. — Мы сражались с эпидемией! Выжили! Отстроили город! И теперь защитим его снова!</p><p>— А если не сможем⁈ — крикнул кто-то из толпы. — Что тогда⁈</p><p>— Тогда умрём! — ответил Демьян жёстко. — Но умрём сражаясь! Как подобает мужчинам! Не как скот на бойне!</p><p>Тишина. Тяжёлая, напряжённая.</p><p>Потом из толпы вышел старик. Плотник Егор. Нет, не Егор — Егор погиб. Его брат. Похожий.</p><p>— Я с вами, граф! — сказал он громко. — Мой брат умер за этот город! И я готов!</p><p>— И я! — крикнул молодой купец.</p><p>— И мы! — подхватили другие.</p><p>Волна прокатилась по толпе. Страх сменялся решимостью.</p><p>Демьян кивнул.</p><p>— Хорошо! Тогда готовимся! Оружие раздают у арсенала! Серебряные наконечники — в первую очередь! Доспехи кому подойдут!</p><p>Толпа двинулась к арсеналу. Организованно, не паникуя.</p><p>Но сначала — проверка.</p><p>Демьян приказал выставить столы. На каждом — серебряные пластины.</p><p>— Каждый проходит проверку! — объявил он. — Берёте серебро в руки! Держите десять секунд! Кто не может — отсеиваем!</p><p>Началась проверка. Один за другим подходили к столам. Брали серебро. Держали.</p><p>Большинство проходило нормально. Серебро не темнело, руки не дрожали.</p><p>Но некоторые…</p><p>Третий в очереди — грузчик с рынка. Взял пластину. Серебро потемнело мгновенно. Грузчик взвыл, отдёрнул руку.</p><p>— Гуль! — крикнул Демьян. — Хватайте!</p><p>Грузчик попытался бежать. Поздно. Стража окружила. Связали, несмотря на сопротивление.</p><p>Седьмой — торговец тканями. Та же история. Серебро почернело, торговец завизжал.</p><p>Ещё один гуль.</p><p>Десятый, пятнадцатый, двадцатый…</p><p>К концу проверки выявили восемь заражённых. Восемь гулей среди добровольцев.</p><p>— Господи, — прошептал Жиров. — Они повсюду. Могли заразить ещё десятки.</p><p>— Поэтому и проверяем. — Демьян посмотрел на связанных гулей. — В тюрьму их. Под усиленную охрану. После победы разберёмся.</p><p>— А если не победим?</p><p>— Тогда будет неважно.</p><p>Кузнецы работали не покладая рук.</p><p>Захар и Степан, плюс ещё пятеро помощников. Куют серебряные наконечники для копий, стрел.</p><p>Молоты стучали не умолкая. Искры летели. Серебро плавилось, принимало форму.</p><p>— Быстрее! — подгонял Демьян. — Солнце садится!</p><p>— Стараемся, граф! — отвечал Захар, вытирая пот. — Но серебро капризное! Не как железо!</p><p>— Сколько готово?</p><p>— Пятьдесят наконечников для копий! Сто для стрел! И десяток пластин для доспехов!</p><p>— Мало. Нужно больше.</p><p>— Делаем что можем!</p><p>Демьян кивнул. Вышел из мастерской.</p><p>На площади кипела работа. Ополченцы получали оружие, учились держать строй. Кто-то точил клинки, кто-то чинил доспехи.</p><p>Жиров командовал. Расставлял по группам.</p><p>— Лучники — сюда! Копейщики — туда! Мечники — в центр!</p><p>Демьян подошёл.</p><p>— Сколько людей?</p><p>— Сто восемьдесят боеготовых. Ещё пятьдесят вспомогательных — носить раненых, подносить стрелы.</p><p>— Против восьмидесяти гулей. — Демьян прикинул. — Шансы есть. Если повезёт.</p><p>— А если не повезёт?</p><p>— Тогда город падёт. — Демьян посмотрел на заходящее солнце. — Но мы сделаем всё возможное.</p><p>Солнце коснулось горизонта.</p><p>Демьян собрал командиров. Разложил карту города на ящике.</p><p>— Гули атакуют из канализации. Люки по всему городу. — Он отметил точки красными крестами. — Нужно прикрыть все выходы. Не дать им рассеяться.</p><p>— Как распределим силы? — спросил Жиров.</p><p>— Центральная площадь — основные силы. Сто человек. Пятьдесят копейщиков, тридцать лучников, двадцать мечников. — Демьян показал на карте. — Остальные группы по десять человек. На каждый люк.</p><p>— А если они ударят все разом?</p><p>— Тогда будем сражаться на смерть. — Демьян сложил карту. — Других вариантов нет.</p><p>Командиры разошлись. Стали расставлять людей по позициям.</p><p>Демьян остался стоять на площади. Смотрел, как город готовится к войне.</p><p>Последние лучи солнца гасли за горизонтом. Наступали сумерки.</p><p>Час истины приближался.</p><p>Где-то под землёй восемьдесят гулей готовились к атаке. Точили когти, разгорячали ненависть.</p><p>А на поверхности двести человек готовились встретить их. С серебряным оружием, железной волей и отчаянным мужеством.</p><p>Битва за Черноречье начиналась снова.</p><p>В последний раз.</p><p>Демьян сжал кулак. Кольцо Огнева отозвалось тёплым светом.</p><p>Пусть приходят.</p><p>Он готов.</p><p>Первый люк взорвался в полночь.</p><p>Чугунная крышка взлетела в воздух, грохнулась на мостовую. Из дыры хлынула тьма. И из тьмы — гули.</p><p>Десять монстров. Быстрых, голодных, беззвучных.</p><p>Группа стражников у люка даже не успела крикнуть. Гули накрыли их волной. Когти полоснули, кровь брызнула.</p><p>Но один стражник уцелел. Метнулся к сигнальному рогу. Затрубил.</p><p>Протяжный вой прокатился над городом.</p><p>— Началось! — заревел Демьян на центральной площади. — К оружию!</p><p>Ополченцы схватили копья, луки, мечи. Выстроились в боевой порядок.</p><p>Ещё один люк взорвался. Потом ещё. По всему городу.</p><p>Гули лезли из-под земли, как черви из могилы.</p><p>Главный удар пришёлся на площадь.</p><p>Самый большой люк, в центре. Крышка разлетелась на куски.</p><p>Из дыры хлынула орда. Тридцать гулей. Строгов впереди.</p><p>— Убить всех! — взревел он. — Не щадить никого!</p><p>Гули ринулись вперёд. Быстро, как молния.</p><p>— Копья! — крикнул Демьян. — Первый ряд!</p><p>Копейщики выставили оружие. Серебряные наконечники блеснули в свете факелов.</p><p>Гули налетели на копья. Пронзились, завыли. Серебро жгло их плоть.</p><p>Но не все упали. Некоторые прорвались. Врубились в строй.</p><p>Началась резня.</p><p>Гуль-проститутка схватила ополченца за горло. Когти вспороли шею. Кровь хлынула фонтаном.</p><p>Ополченец рядом с ней ударил серебряным мечом. Отрубил руку. Гулиха завизжала, отступила.</p><p>Гуль-пьяница сбил копейщика с ног. Впился зубами в лицо. Хруст костей.</p><p>Но тут же получил стрелу в спину. Серебряный наконечник прошёл насквозь. Гуль рухнул.</p><p>— Держать строй! — кричал Жиров. — Не расходиться!</p><p>Но строй уже ломался. Гули были быстрее, сильнее, злее.</p><p>Демьян видел — ополчение не выдержит. Слишком много врагов.</p><p>Он выхватил саблю. Ринулся в бой.</p><p>Первый гуль — старик-сторож. Демьян полоснул саблей. Серебряное лезвие рассекло горло. Голова отлетела.</p><p>Второй — торговец тканями. Прыгнул на Демьяна сверху. Демьян увернулся, ударил снизу вверх. Сабля вспорола живот. Внутренности вывалились.</p><p>Третий, четвёртый, пятый…</p><p>Демьян рубился, как одержимый. Сабля мелькала, серебро жгло плоть гулей.</p><p>Но их было слишком много.</p><p>Строгов-гуль прорвался к Демьяну.</p><p>Оттолкнул ополченцев, как тряпки. Встал лицом к лицу с графом.</p><p>— Наконец-то! — взревел он. — Только ты и я!</p><p>Ударил когтями. Демьян парировал саблей. Искры полетели.</p><p>— Где твой зелёный огонь⁈ — рычал Строгов, атакуя снова. — Боишься жечь своих людей⁈</p><p>Демьян отступал. Отбивался. Строгов был сильнее, быстрее.</p><p>Коготь полоснул по груди. Кольчуга выдержала, но удар сбил с ног.</p><p>Демьян упал. Строгов навис над ним.</p><p>— Умри! — взревел гуль.</p><p>Опустил когти вниз.</p><p>Демьян сжал кулак. Кольцо вспыхнуло.</p><p>Зелёное пламя хлынуло снизу вверх. Накрыло Строгова.</p><p>Гуль завыл от ужаса. Отшатнулся, прикрываясь руками.</p><p>— Опять этот огонь! Откуда у тебя такая сила⁈</p><p>— От мёртвого друга, — ответил Демьян, поднимаясь.</p><p>Он выбросил руку вперёд. Новая волна зелёного пламени.</p><p>Строгов попятился. Но огонь следовал за ним.</p><p>— Это невозможно! — рычал он. — Ты не некромант! Откуда некромантский огонь⁈</p><p>— Не знаю, — честно ответил Демьян. — И не хочу знать.</p><p>Он усилил пламя. Строгов завизжал, побежал.</p><p>Прыгнул в люк. Исчез в канализации.</p><p>Без предводителя гули дрались хуже.</p><p>Ополчение воспрянуло духом. Начало теснить врагов.</p><p>— За город! — кричали ополченцы. — За наших детей!</p><p>Серебряные клинки рубили плоть гулей. Стрелы пронзали сердца. Копья протыкали горла.</p><p>Но потери были тяжёлые. Из двухсот ополченцев осталось меньше ста.</p><p>Кровь заливала площадь. Свои и чужие трупы громоздились грудами.</p><p>Демьян сражался в центре. Вокруг него — кольцо зелёного огня. Гули не могли подойти близко.</p><p>Но огонь слабел. Кольцо Огнева не безгранично. Магия кончалась.</p><p>Ещё несколько минут — и он останется беззащитным.</p><p>И тут случилось неожиданное.</p><p>С другой стороны площади послышались крики. Новые крики.</p><p>Но не ужаса. Боевые.</p><p>Демьян обернулся.</p><p>По улице бежали люди. Вооружённые, в доспехах.</p><p>Впереди — знакомая фигура. Женщина в чёрном плаще, с мечом в руке.</p><p>Доктор Светлая.</p><p>— За мной! — кричала она. — Спасаем город!</p><p>За ней — медики, санитары, все, кто работал в больницах и лазаретах. Человек пятьдесят.</p><p>Не воины. Но люди, видевшие смерть. Не боящиеся крови.</p><p>Они ударили гулям в тыл.</p><p>Застали врасплох. Серебряные скальпели вспарывали плоть. Медицинские пилы перерезали когти.</p><p>— Как в анатомичке! — кричала Светлая, отрубая голову гулю. — Только пациент сопротивляется!</p><p>Перелом наступил через полчаса.</p><p>Гули начали отступать. К люкам, обратно в канализацию.</p><p>Но люки уже прикрыли. Ополченцы забросали их камнями, досками.</p><p>Гули оказались в ловушке. На поверхности. Без путей отхода.</p><p>Началось истребление.</p><p>Добивали раненых. Убивали сдающихся. Рубили на куски.</p><p>Никого не щадили. Никому не давали пощады.</p><p>К рассвету всё кончилось.</p><p>Площадь была завалена трупами. Гули мертвы. Все до единого.</p><p>Кроме Строгова. Он сбежал по канализации.</p><p>Демьян стоял среди побоища. Окровавленный, измученный.</p><p>Сабля дрожала в руке. Кольцо погасло окончательно.</p><p>Жиров подошёл. Тоже весь в крови.</p><p>— Граф… мы победили.</p><p>— Да. — Демьян посмотрел на трупы. — Но какой ценой.</p><p>Считали потери. Из двухсот пятидесяти защитников погибло сто двадцать. Почти половина.</p><p>Раненых — ещё семьдесят. Многие тяжело.</p><p>Город выжил. Но заплатил страшную цену.</p><p>Снова.</p><p>Демьян воткнул саблю в землю. Опёрся на неё.</p><p>Строгов жив. Скрывается. Рано или поздно вернётся.</p><p>А настоящий враг — тот, кто организовал эпидемию — всё ещё неизвестен.</p><p>Война продолжается.</p><p>Но сегодня они выиграли битву.</p><p>И это что-то значит.</p><p>Демьян поднял глаза к небу. Рассвет разгорался.</p><p>Новый день. Новые надежды.</p><p>Город живёт.</p><p>И пока он живёт — есть за что сражаться.</p><p>Демьян вернулся в усадьбу на рассвете.</p><p>Измученный, окровавленный, но живой. Битва была выиграна, но война не окончена.</p><p>Строгов сбежал. Прячется где-то в канализации. Зализывает раны. Готовится к новому удару.</p><p>Нужно покончить с ним. Сейчас. Пока он ослаблен.</p><p>Демьян прошёл в дом. Поднялся в свой кабинет. Подошёл к сейфу.</p><p>Тот самый сейф, что взломали инквизиторы. Восстановленный, с новым замком.</p><p>Открыл.</p><p>Внутри — его личный арсенал. То, что берёг для особых случаев.</p><p>Два револьвера. Тяжёлые, надёжные. Деда Петра Антоновича. Сорокалетней выдержки, но в идеальном состоянии.</p><p>Дробовик. Двуствольный, короткий. Для ближнего боя. Когда нужно остановить противника наверняка.</p><p>И патроны. Много патронов.</p><p>Для револьверов — специальные. Серебряные пули, каждая с выгравированными рунами. Оставшиеся от деда. Двенадцать штук.</p><p>Для дробовика — картечь. Тоже серебряная. Десять зарядов. Каждый заряд — дюжина серебряных шариков.</p><p>Против нежити лучшего оружия не найти.</p><p>Демьян проверил револьверы. Зарядил. По шесть патронов в каждый. Сунул в кобуры под мышками.</p><p>Дробовик зарядил картечью. Ещё восемь зарядов в подсумок на поясе.</p><p>Взял фляжку святой воды. Две склянки с греческим огнём — последние в городе.</p><p>Серебряный кинжал за голенище. Освящённый крест на шею.</p><p>Всё, что может понадобиться для охоты на гуля.</p><p>Демьян надел чёрный плащ. Натянул капюшон. Посмотрел в зеркало.</p><p>Тёмная фигура с горящими глазами. Сам похож на монстра.</p><p>Возможно, так и есть. Возможно, охотясь на чудовищ, сам становишься чудовищем.</p><p>Но выбора нет.</p><p>Жиров ждал во дворе. С отрядом из десяти стражников. Лучших. Проверенных.</p><p>— Граф, мы готовы. Идём с вами.</p><p>Демьян покачал головой.</p><p>— Нет. Это моё дело. Личное.</p><p>— Но в одиночку…</p><p>— В одиночку проще. — Демьян сел на лошадь. — Канализация — узкие ходы. Много людей помешают. А гуль может устроить обвал, похоронить всех сразу.</p><p>— Тогда возьмите хотя бы двоих. Для подстраховки.</p><p>— Не нужно. — Демьян взял поводья. — Займитесь городом. Раненые, похороны, восстановление. Дел много.</p><p>Жиров хотел возразить. Но взгляд Демьяна остановил.</p><p>Холодный. Решительный. Смертельный.</p><p>— Как скажете, граф.</p><p>Демьян кивнул. Направил лошадь к воротам.</p><p>— Если к вечеру не вернусь — значит, не вернусь вообще. Город переходит под управление губернатора. Официально.</p><p>— Граф…</p><p>— Прощай, Жиров. Береги город.</p><p>Он выехал за ворота. Поскакал к Слободам.</p><p>Вход в канализацию был на окраине. Старый люк, замаскированный мусором.</p><p>Демьян спешился. Привязал лошадь к столбу. Она никуда не денется — обучена ждать.</p><p>Сдвинул крышку люка. Заглянул вниз.</p><p>Темнота. Смрад. Звук капающей воды.</p><p>Но где-то там прячется Строгов. Раненый, злой, опасный.</p><p>Демьян зажёг фонарь. Прикрепил к поясу. Проверил оружие последний раз.</p><p>Спустился по ржавой лестнице.</p><p>Тоннель встретил его гнилым воздухом и тишиной.</p><p>Старая канализация. Построена сто лет назад. Кирпичные стены, сводчатые потолки. По дну течёт мутная вода.</p><p>Демьян пошёл по узкой дорожке вдоль стены. Осторожно. Дробовик наготове.</p><p>Первый поворот. Второй. Тоннель разветвлялся.</p><p>Налево или направо?</p><p>Демьян остановился. Прислушался.</p><p>Где-то справа — звук. Царапанье когтей по камню.</p><p>Он свернул направо.</p><p>Тоннель сужался. Потолок опускался. Приходилось идти согнувшись.</p><p>Звуки впереди усиливались. Не только царапанье. Ещё… пожирание. Чавканье, хруст костей.</p><p>Строгов ест. Восстанавливает силы после битвы.</p><p>Демьян ускорил шаг.</p><p>Впереди — расширение. Старая насосная камера. Свет фонаря выхватил из темноты груду костей. Человеческих костей.</p><p>И фигуру, сидящую среди них.</p><p>Строгов-гуль. Ещё более изуродованный, чем прежде. Зелёные ожоги на лице не заживали. Гноились, сочились.</p><p>В руках — человеческое бедро. Обглоданное почти до кости.</p><p>Увидел свет — поднял голову. Жёлтые глаза вспыхнули.</p><p>— А-а-а… Базипольский… — прохрипел он. — Пришёл умирать?</p><p>— Пришёл заканчивать дело. — Демьян поднял дробовик. — Твоя армия мертва. Ты один. Сдавайся.</p><p>Строгов засмеялся. Булькающе, противно.</p><p>— Сдаться? Инквизитору? — Он бросил кость, встал. — Я лучше умру! Но сначала убью тебя!</p><p>Прыгнул вперёд. Быстро, как молния.</p><p>Демьян выстрелил. Дробовик грохнул. Серебряная картечь полоснула по гулю.</p><p>Строгов завыл. Десятки серебряных шариков впились в плоть. Дымилось, горело.</p><p>Но не остановило. Гуль врезался в Демьяна. Оба упали.</p><p>Покатились по полу. Дробовик отлетел в сторону.</p><p>Демьян выхватил револьвер. Выстрелил в упор. Серебряная пуля прошла через грудь гуля.</p><p>Строгов взвыл, но не отпустил. Когти впились в плечи Демьяна. Рвали кольчугу.</p><p>Второй выстрел. В живот. Пуля взорвалась внутри, руны вспыхнули.</p><p>Строгов отшатнулся. Демьян перекатился, вскочил.</p><p>Третий выстрел. В голову. Череп треснул, но не разлетелся.</p><p>— Не… убьёшь… — прохрипел Строгов. — Я… бессмертен…</p><p>Четвёртый выстрел. Пятый. Шестой.</p><p>Барабан опустел. Строгов всё ещё стоял. Весь в дырах, дымящийся, но живой.</p><p>— Моя… очередь… — прорычал он.</p><p>Бросился снова.</p><p>Демьян выхватил второй револьвер. Первый выстрел в прыжке. Попал в плечо.</p><p>Строгов сбил его с ног. Навис сверху. Когти у самого горла.</p><p>— Умри! Умри наконец!</p><p>Демьян приставил револьвер к животу гуля. Выстрелил. Потом ещё. И ещё.</p><p>Строгов корчился от боли, но не отступал.</p><p>Когти коснулись горла Демьяна. Полоснули. Кровь потекла.</p><p>Последние два патрона. Демьян приставил револьвер к голове Строгова. Под самый череп.</p><p>— Прощай, инквизитор.</p><p>Выстрелил. Дважды.</p><p>Череп разлетелся на куски. Мозги забрызгали стены.</p><p>Строгов рухнул. Мёртвый. Окончательно мёртвый.</p><p>Демьян лежал под трупом. Дышал тяжело. Горло горело — царапины глубокие.</p><p>С трудом выбрался из-под гуля. Встал. Пошатываясь.</p><p>Достал флягу святой воды. Промыл раны. Жгло, но нужно. Чтобы не заразиться.</p><p>Посмотрел на труп Строгова. Голова разнесена, тело дымится от серебра.</p><p>Мертв. Точно мертв.</p><p>Демьян достал склянку с греческим огнём. Последнюю. Разбил о труп.</p><p>Огонь вспыхнул. Яркий, жаркий. Пожирал плоть гуля.</p><p>Через полчаса остался только пепел.</p><p>Демьян собрал оружие. Дробовик, пустые револьверы. Вышел из тоннеля.</p><p>Наверху светило солнце. Чистое, тёплое.</p><p>Строгов мёртв. Угроза устранена.</p><p>Демьян вернулся в усадьбу к полудню.</p><p>Горло перевязано, плечи в бинтах. Царапины гуля оказались глубже, чем казалось.</p><p>Но Строгов мёртв. Окончательно мёртв. Сожжён до пепла.</p><p>Ещё одна угроза устранена.</p><p>Во дворе его встретил Жиров. Лицо озабоченное, в руках — официальный конверт.</p><p>— Граф, прибыло. Из столицы. Срочная депеша.</p><p>Демьян спешился. Взял конверт. Тяжёлая бумага, императорская печать. Красный сургуч, нетронутый.</p><p>Вскрыл. Развернул документ.</p><p>Читал молча.</p><p>'Графу Демьяну Петровичу Базипольскому.</p><p>Именем Его Императорского Величества.</p><p>Приказываю:</p><p>1. Немедленно освободить всех арестованных представителей Имперской Инквизиции.</p><p>2. Явиться в столицу в течение семи дней для доклада Императорскому Совету о событиях в Черноречье и действиях инквизитора Строгова.</p><p>3. Прибыть на специальном дирижабле, который будет отправлен за вами.</p><p>4. Привезти все документы и свидетельства по данному делу.</p><p>Канцлер Императорского Двора</p><p>Князь Всеволод Михайлович Голицын'.</p><p>Демьян сложил документ. Сунул в карман.</p><p>— Что пишут? — спросил Жиров.</p><p>— Вызывают в столицу. Доклад о Строгове. — Демьян прошёл в дом. — И освободить инквизиторов. Приказ императора.</p><p>— Это хорошо или плохо?</p><p>— Не знаю. — Демьян сел в кресло. — Посмотрим. Если вызывают официально, на дирижабле — значит, не арестовывать собираются.</p><p>— А что?</p><p>— Выяснять правду. Строгов был их человеком. Престиж инквизиции под угрозой. Нужно разобраться. — Демьян встал. — Идём освобождать заключённых.</p><p>Городская тюрьма встретила их тишиной.</p><p>Инквизиторы сидели в камерах. Священники молились. Стражники злобно молчали.</p><p>Демьян остановился перед первой камерой. Достал ключи.</p><p>— Вы свободны, — сказал громко. — Именем императора.</p><p>Замок щёлкнул. Дверь распахнулась.</p><p>Священники вышли. Медленно, с достоинством. Пётр, помощник Строгова, шёл первым.</p><p>— Где наш командир? — спросил он холодно. — Где инквизитор Строгов?</p><p>— Мёртв. — Демьян открывал вторую камеру. — Превратился в гуля. Убивал горожан. Я его уничтожил.</p><p>— Ложь! — вспыхнул Пётр. — Строгов был святым человеком!</p><p>— Был. Но заразился нежитью. Потерял человечность. — Демьян освободил стражников. — Об этом я и буду докладывать в столице.</p><p>Стражники вышли. Угрюмые, но молчаливые. Поняли — обвинять бесполезно.</p><p>— Мы требуем провести собственное расследование, — заявил Пётр.</p><p>— Проводите. — Демьян закрыл последнюю камеру. — Только учтите — улики сожжены. Строгова тоже. Как полагается с нежитью.</p><p>— Тогда остаются только ваши слова против наших.</p><p>— В столице разберутся, чьи слова весят больше. — Демьян повернулся к выходу. — А пока займитесь своими обязанностями. Город восстанавливается после атаки гулей.</p><p>Вышел из тюрьмы.</p><p>Дирижабль прибыл через три дня.</p><p>Огромный, военный. Вдвое больше того, на котором прилетел Строгов. Серые борта, имперские орлы на баллоне.</p><p>Сел на центральной площади. Винты замолкли.</p><p>Из люка вышел капитан. Пожилой морской волк с седой бородой.</p><p>— Граф Базипольский? Капитан Андрей Николаевич Крузенштерн. Прибыл забрать вас в столицу.</p><p>— Готов. — Демьян подал ему сумку с документами. — Это материалы дела.</p><p>— Хорошо. — Крузенштерн оглядел площадь. — Говорят, здесь была битва? С нежитью?</p><p>— Да. Три дня назад. Армия гулей атаковала город.</p><p>— И вы отбились? Ополчением?</p><p>— Отбились. — Демьян посмотрел на пятна крови, до сих пор видневшиеся на камнях. — Дорогой ценой.</p><p>Крузенштерн кивнул с уважением.</p><p>— Слышал о ваших подвигах. В флоте знают. Не каждый сможет город спасти. Дважды.</p><p>— Делал что должен.</p><p>— Скромность украшает. — Капитан показал на дирижабль. — Поднимаемся? Путь неблизкий.</p><p>Демьян обернулся к Жирову.</p><p>— Город оставляю на тебя. Если что-то случится — действуй по обстоятельствам. Но помни: люди важнее политики.</p><p>— Понял, граф. Удачи в столице.</p><p>— Спасибо.</p><p>Демьян поднялся на борт дирижабля.</p><p>Каюта была просторной, удобной. Окно-иллюминатор, кровать, стол, книжная полка.</p><p>Демьян устроился у окна. Смотрел, как дирижабль поднимается над городом.</p><p>Черноречье расстилалось внизу. Восстанавливающееся, живое. Дым из труб, люди на улицах. Жизнь продолжается.</p><p>— Красивый город, — сказал Крузенштерн, заходя в каюту. — Жаль, что досталось ему.</p><p>— Ничего. Выдержал. Выстоял.</p><p>— Благодаря вам.</p><p>— Благодаря людям, которые не сдались. — Демьян отвернулся от окна. — Капитан, что меня ждёт в столице? Честно.</p><p>Крузенштерн сел в кресло. Налил чаю из самовара.</p><p>— Честно? Разбирательство. Большое, серьёзное. Инквизиция настаивает, что Строгов не мог быть гулем. Вы настаиваете на обратном. — Он отпил чаю. — Кому поверят — вопрос политики.</p><p>— А ваше мнение?</p><p>— Моё? — Крузенштерн усмехнулся. — Я старый морской волк. Видел много чудес. И знаю: если человек рискует жизнью, чтобы спасти город — он не враг. А если прячется за должностью, чтобы обвинить героя — то враг он.</p><p>— Спасибо.</p><p>— За что?</p><p>— За честность. — Демьян встал. — Пойду готовить доклад. Будет что рассказать.</p><p>Он сел за стол. Достал бумагу, перо.</p><p>Начал писать. Подробно, обстоятельно. Всю правду о Строгове, о заражении, о превращении в гуля.</p><p>Пусть в столице разбираются. Пусть судят.</p><p>Он сделал всё правильно. Спас город. Уничтожил угрозу.</p><p>И не жалеет ни о чём.</p><p>За окном проплывали облака. Дирижабль летел на восток. К столице. К ответам. К правде.</p></section><section><title><p>Nota bene</p></title><p>Книга предоставлена         Цокольным этажом        , где можно скачать и другие книги.</p><p>Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN/прокси.</p><p>У нас есть Telegram-бот, для использования которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по         ссылке         и 3) сделать его админом с правом на                   «Анонимность»                .</p><p>Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:</p><p>Чумной Д</p></section></body><binary id="cover.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4AAQSkZJRgABAQAAAQABAAD/2wBDAAoHBwgHBgoICAgLCgoLDhgQDg0NDh0VFhEYIx8lJCIfIiEmKzcvJik0KSEiMEExNDk7Pj4+JS5ESUM8SDc9Pjv/2wBDAQoLCw4NDhwQEBw7KCIoOzs7Ozs7Ozs7Ozs7Ozs7Ozs7Ozs7Ozs7Ozs7Ozs7Ozs7Ozs7Ozs7Ozs7Ozs7Ozs7Ozv/wAARCAKAAW0DASIAAhEBAxEB/8QAHwAAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAAECAwQFBgcICQoL/8QAtRAAAgEDAwIEAwUFBAQAAAF9AQIDAAQRBRIhMUEGE1FhByJxFDKBkaEII0KxwRVS0fAkM2JyggkKFhcYGRolJicoKSo0NTY3ODk6Q0RFRkdISUpTVFVWV1hZWmNkZWZnaGlqc3R1dnd4eXqDhIWGh4iJipKTlJWWl5iZmqKjpKWmp6ipqrKztLW2t7i5usLDxMXGx8jJytLT1NXW19jZ2uHi4+Tl5ufo6erx8vP09fb3+Pn6/8QAHwEAAwEBAQEBAQEBAQAAAAAAAAECAwQFBgcICQoL/8QAtREAAgECBAQDBAcFBAQAAQJ3AAECAxEEBSExBhJBUQdhcRMiMoEIFEKRobHBCSMzUvAVYnLRChYkNOEl8RcYGRomJygpKjU2Nzg5OkNERUZHSElKU1RVVldYWVpjZGVmZ2hpanN0dXZ3eHl6goOEhYaHiImKkpOUlZaXmJmaoqOkpaanqKmqsrO0tba3uLm6wsPExcbHyMnK0tPU1dbX2Nna4uPk5ebn6Onq8vP09fb3+Pn6/9oADAMBAAIRAxEAPwCoBzViNF+UbWdnO1UUZLH2qDvVuCOG5URzKSM5BDEFT6gjpXNJ2RhUdkWv7PulwH0y7yemEBz+RpHs5VBB0+7UjrmMAD8c4qlNJe6Fc/Zra+untpAj43ZY53AKT2GR1GOvNZzy6trGvw2WrSPbwr9y3TA2DBOcepx1PrSsmrkqEXDnTdjS8tJAWUEbWKsD1BHUVLHCN6II2kkfO1EHJx1606VYbOMQ267UX3zk9yT60scNvfoIbhSR2KsQV+hqb6XMud2v0LDWNyioX0y7AccbVDfyNRTWdyowdNulPowUH+dLpFzcaFp940EwuGSV4oo2B+QjIz6dMcVjaFBLrNzdXmq3U8siYOPMI6k8cdhjoPWqailc1lCMY893YsOqOgdOhqHFXLnYgEcShUUYVR2qpiqjsXTbaGEUhFSFabtqjQYBSgc0/aaULQA0CnAUoWnBaAFUVKFpqLUyrQIaEzQIs1KFp4WgCAw8cGoWTBq8VpjID2oGUttJirDoPSomXFAEZphNOY4qOgBDTaeaaRQA1ulMNONIBTEGCaQxn0NWkjCxNIRnaOnrWje6TPpr263TQuLngGIk7G7A56/Wp5jNzsYW0+lBBHataTTmRCwQsSQqr/eJOAPzNQ6lYyaZepZ3DwPK6bsQsTsPXBz7d6SlfYUailqjOpKcy4NJVmoUAZNFOXrQBLFAXPAqyNOYjO00QJuMbCH7QqPl4d+3zBg8Z+uDVuy1DSy8sepaFHZzqS5dHdEVe2QD6dxxUXv1MU3J2TKZ05/7ppP7Of8Au1Y/t3wqsyItpqDoRl5BNIFB9lL5pW8Q+GmlZVsdTRcAK32thk/TdStLuPlqd0Vv7Pf+6aY9myDoRWrJd+H7bTvtU8d6VJ2gG7k3E+gANZsZlvljuobFbKDdnf5jMzqO3JOc+pxRqt2J88NZMqOu002pZ8b6irRbGsXdF/FTW2RIPrUZFSW/EgqHsKexauGjOo+ZNbtPHFFHlQxXPLHj8qwbC6W/8XC6hg8mHeVC5Jydrdz1xWtqjN5jeWpLG1wMNj+Pn6n09OazreSW11HT/MVYoIBwpIGc8Mx9Sd2foKlfATFfuNDRvs+Yadp5IlWptQtmEh4osLdvMBIPWpuuQx5l7IebQy2NzP8AaIoxHcytjdtbdx+fAqj4cdrlbuQg7iq7j68tirv2UzWV3GdqK13K8j4yVVcf4VV8JSrOt5Kn+r+UL9Mtj9Kc/gLqu1BfInks2dicGm/YH/umkeVdKfzdS083cDSYN0lwwZQTx8uePbtV29udDtdFa8t994zkiEG4dmHu2CMfTrTim1owgpyjdMoNZsD0NKtizdqsafbXQVri5WOOOVFKQpIXx7kn+lQ3CS2LvcT2kd5bSPjzFmZJI8nAGM4wPapU7u1yFUbly3E+wN/dpVsvao727t57z7BpWnzXE68SvcXLFVPfHPQZ6n1FS/2TffZoCr21xNErBoZgSjZORg+o6c027OzZUpODtJjv7PbH3T+VQvbFO1WIL/THtN11pMcbsSqeXI4+YHB744I7U+y/0uxyW3yRMY3b1x0P4jBpttalvmhZvYrQwkmrqWTFc7TT0RIInmk4RASakubSzsdEW5vrXzb1hubdIxUMecEA9AOMU03LYE5TfukJtscU+O0JGcZqpodpLKiarMIIY5ozsghXGQehY+vH60t1DcWUtxfSWsN9bZ3NukZXiXHOADgj9ajm1tcz5/etcumybHSoJLYg9Ko6zqmm6fbKYNJMs7n/AJazuyJ9Bnmrmk6fcWqNPciKPz1UrDFnC98n35pyvFbjqOVPdiGzY9qilsmA5Bqa3S3gvXt9VtfOSTdKt1HMysV3dCAeMZA4qjeXdpca0+m6TpMeQvzS3UjNjjJIGeAP601te5S5nHmvoQTRFWxikjgL9qufZDDFHC0hkZBgt61NEiBJHaYW9vB/r7kruCn+6o7t/LP4UKTewlUbVkVVsDjOKbJYkDIFSQ6mgT7Ta+GJ9QhX7s91IWZh67en5A0um6jpWs3LRG0XSpwTkxsVx+HQj6ihXfUaU3szOeAqelPjtix6VozQbZvJZ0kJG6OWP7sq+o9CO4qF7GWaSN4o4Jimf3M5IVvfjvRzW3E6ltHoWLfTxNE0MgOxxg461Umsr6yXyrmxl1KIMCk0c5VlHXp1Bz+FWo7zSV02XUJNGWIQtskiWZzhhxgc4FV9NaTU2jv4baOxto3OArszSY7cnp71LTjrciSnTTldWYkN/qUj/wCi6VeNKvMbXTZSNvXBwCfc5pkOg3Vu8l/qE/n3cuctnIXPXnua3JLmSKMeUnmTSMEhT+8x6fgOp9hVTxFLpVhp7wBTdXzfI0srkgtgliBnAxSg5SWmiIpupUWiSSMK4j2sc1XNaV9D5YCk7iFAJ9azsVtF3R1U3eIlGaTpS1RZdsZCHHNSaw29rx2XcFtUj/FmP+NR2CZkH1pNbkEenXTfMHmuUjjIHXYuf51l9swSXtbmlpkqWmiWq7FyylzwO5JqW6njuNIu1KJzC3UAdqo3Q8i3ihBz5aKv5Cmqx/sy5PX92ax5epyundc3mZOo2ksrM7QP5O4bZHDYXHXHOK2g+zRrNBxiFf5UXExWzutNvg8Kzv8AaLfrhnHBH4g/mKYTu0u1PH+pXp9K3nujsrrWJmu2Sc0goYfMaBWhqtjTxSpw2aMZoxzUsHqrC6tAbnThNFnzrf5hjqR3/Lg/hWVp2qXF0RbTJGqucOrAbG/GtqGcxkc1De6PZ6hudH+yu4w3loMN7n3qE+XRmMZ+z0exsxxzeTsikt7pFHyiSXZIo9CSMNj161XuL6GxlMN7fWtoAm5hbv5sv+6OMKfc1gjwvInEeqFF9iw/rWpofh/TNNmErKLmbOdzjgH2Hr7mobprWxlN0Y6pXKlzfLdaVIY4TbQNuiigDEuzHq7k9Tj+dL4RYCwuwG3bWUfT71Qa+Zmv7toIw5Ny+MsBj5V5OfTNO8GxtFY3iMQT8u4g5GctVy1gbVXz0U/Q2wsd7BLazfclUqfb3rn9Ot4zfGxvxKJICVBi9R0JHce/pWzE2yf8ao+I7BXuYr1ZVhWcCOSQgkKw6E49uPwFTD3X6kUnyTt0Zp6LJ51s9lu3NathSe6Hp+XI/CprxmjlQArstFNzID0JGQg/PJ/Cs61+0aRdxSTTLNEh2lxnhDjOc8gA8/nUetzPcaeFibbcarcDaAeRCOFz+h/E0uS079Bey5avluTeH1Jsp9SkRUkvHLDaOi57fU5/StOGXYskrHCopY/gKjkiS2gjto/uRKEH0AplwhbSZo1ALzbYlB7liF/rUtc2pm05K/VmHdyoJ7G0mXypvswYybugAyRj8TzWvpafY79YzGUhu02xlhtLsozux78j8BVS8tze6rrE8K+XLYxoYivUMpJOD9ARUsdw97bW3lOZpyQ6TN8zEg5UewP9a2dpJxOuVqkZQW6NW+QefDaDGP8AXzeyJz+rYH51z73zavazXsE8xkDk+U3O4Zxx+P6VoasLyaGMhDDLq8wiCNw8UKjjjtnLGqOp2bW1/dQWiKojb90A23b8q8/lSh7tovcnD+7aD3epq6NI0mgW+7IZNyEHqMMamvD/AMSW+55ED/yNVPDpJ024RiCUnOSOnIBq3egnR73H/PB/5GsmtzlkrXXmc7rto88X23zM7WO49AR7fSuyeFnRCORtHNcTq2qy2d2iwxK0a/PIrDI57Y+n86vGXU2j58JW2COPk5/nxWk43trY6sTDma1sbdzFH/aUCTyNHGLaYttAJPKdM1iac0L+KLxoJGkURMMuu0g/L2oj1C8tXELaHDprSocTCPc7AEZAyfcVDoWP+EgnTD7xG24uu0/w9s0rWp2JlHlw9r3NO6ZooXeMZlYhIwf7xOB+pqt4imU2lhoFv8sIKmXP3mYtjJ/Mn6mr15iNrRzjC3S5z24NYuvXj3eoR3jIroCJBKExkBgAPoAKKfwtioK8JSN25u1tisMY2xxgKoHYCsbxBZQ3VuupRgJNGQrkfxA8An3zj8DV7UkJkLCogDLptzE2eYm/PGRUKNlzIwjHkSmtypJI39nm64JWNfIB/v5BJH6j8a17ch2jkj+64DL9DzXH3hitbVZpl85t4SFdxCqTySfpn9a6zSwRptlu6+Smfyq621zfFpaMxNTby9KmkjkxLJdSFQDz949q2fDqbdCQM2BGz7i3GOcnNZl0JQGljlBMcso2kEnG8k4qxpU8b6Q7Sr/oNtM8tyx/5afNlU/HIz+HrTlFyikh1oOdOCRNqOsppNut8IhNeTgraRHjyo+hc+7Hp/8ArrlrnaksZaSb7U27zI5R0JHOD3H+Fb0iS69ZX+vXsKJvULaxKOFUEAH+YH4msfWIdl5DcMp3SSMMBs5wKuLWy6GlNx5XGPQ3NUXDkelZVbGqD5j3rIxzSp/CZ0fhG4oAzxT9tLGu5hWhs9DR09ViQyvwqAsfoKg1Cyf+0NJt5GJkcNNLH2Tcdx/HHFXorZpYIrZAN9xMiAHpjOTn2wDUCnzvE+pzkhhAPLVuOp/yaxvo5HMnaMp/Ij1B90h+tLGM6ZcD1iNVrpt0p+tW4VLadOM4yhGfrSatFCkrQSJ9aihtYTH80szNkOScJgDpUCD/AIlFr7xA1c8Qk2kQCHa8rbCVbqBjOfrmqo/5BFr/ANcV/lV1N0bV94mWwyxoC04jmlA9q0NFsaRFNIqUrSFakZEc0m9hUm09QKaYz6UCsJ5r+pq9YB2kBqmkZLCrq3kdk4jzEr7N+6VtqqP5n6CoktLIwqrSyRiaowkmuYgHEsssgEm7AUbsHH5DNWPB0LxwXkDYzhGOOR1YVia5fwvcEWnm3B5Lz42LliSQAfrVjwnqf2KdowDE8ww3nofLYdvmH3cc89Oabi+SxpODdJRW51DwbXzUz2iajYSWch27x8rD+FhyD+dOhnTULQXCJt+YqRnIyPQ9xUlspElZvYwlrHzRxD6m0G9LwvJOjlJImJCsvIOf5VreHZG1rVZNVmjVI7ZBHEi8heMDGfxP4ik8UWaRTajdxSJGpEYfdGGZpG/hU9uME1saNZDTdCt4Su13XzJB7n/62BVyl7vqazqOVNeZLIDJJUkiDztPhZioe4DEjr8qluPxAphMixSPCgeQKSqnjcewrKnvNZdS1nY3T3ewqs8kYURg9dq8DPvkmpS1IS95dkanhtUml1K7UErLcYG7uBz/AFrP+0PojXlm8qqbf57V2XJ2NkgfTqKZpsurWUm2OyuFkmkDSIy5jboCSSPlOPQ1a8UaPLqxhe1ZAygo6sdu4ZyOcHof51Pw1LvZkQk4V3K+jIPC/wBq1bUptZvZTK0a+VEW7E8nH4Y/OrOoWwn127WX7nlxsQOvIIJ/QVd0q2OlaOlrGFkljQn0DP1/LNYOoPrN3A/lWF0LidVSWVo8YUHO1QOgz3zmiN3Uciqcn7dzexf8OJGhu4EbcCEkU4wSOQcjtyK0L9DHpF8Tx+4f+Vc1Z2ev2sqGSzuN68LKhAbk8g4JBHsa1tQ1W6jt1tL+2kTzIR5oij3GUnqoPRffr1omry0IqRvU916MydcQWtpJsiEjSfemlxuPH8KgcD65NdgJGMMTA8FQf0rgr9tcvbuW6OmlYZOkfkuQq9+celdVoF3cXELQzwyiKJFCPKm1s9NvvxjmnVV7NGmK960l0F1Xc+oWLKuZUilaPOOGynr+Nc/4aWT/AISW481zI7I+SCCO3cdemKt6rc6jdJKv9nXLXG0xRnyiI41LAnGASxIA5rN02DVdPuBJPp9xG4OVkiVtyjGOm0gg+hpxXuWHFL2HJfU6e/tWu7KWFQC/DJnuwOQPx6fjXFzTPeXS/aGlZ1Yoq4w2OeMdgOhrtbC5ubm3Mt1CYzuITK7Sy9iV7VQ1bQDez/bbCQRXQ5ZTwr++expU5cujJoz5NJbE+ngXljFBLxcRpjn/AJaKOAw9ff0NOubc21jMSOWQog7sx4AFZyateWNutnq+kSzRqcq6nDA+qkcZ+hFOXVru6mH9kaNLFJtOLm+kZzH7jPA/X6U3DXR6CdPtLQxtbtnutXs9HjiCNGMyYcnkjqfTAFdUm1XRE+6gCj6CqtjpiaZG8jyGe7mO6adurH0HtUsRO8sQWxzgd6U/eCq3PXoRWlxbwy3Ul2gaK3eZsH6n/GsmO7l8V3EdlFAlnpNqd0ixceafUn1OP51WmuNW1KOS1srffDKWaf8Ad5G5jnHPTH510ek2S6VpMVttCyH5pMd29PwGBVylaNkaVKlqaityfUdo0S4ijAVRGFUDt0xXO+KYSLnT4mCrsQuBnJPufTOK0brUWFxLb3FrM0KEbY40JM/Q5Ldlz6DNY9xLq13q8l9e6V5om+UoI5ANnsccY/OppLlWpGHjyRab3N3UYSAARzgVlmPB6VoQTXE5KOlwYgud1wm1gfTPG7v2qJ4xk1UNNC6SaVmUxFk4xV20syzjikijBcVftooG1B47tJ3hWFW2wyFSMlgeB16Cm227Ic22+VE8BW0gm1kqGitFaK35+VnP3m+gHH51R0vT5ItK8x1xJcsZmUDpnoPyqhqPieDUw1qLNzaQKYoLNCU46FmI7+wqZdcsI7YiXSboOPugXMgH4kkUpQ0UUyJ0nyqKYr6dI0mdpq1JamDSrhm4wnfjvTF1vSTtMug3qr1bbdSEf04qtBr1lHIGk0K6ba+/Y0zFfbg+lJxb3ZLpzdk5Iv69psCsbiWaTBY8cZ3en61WijMujWjAf8sRWHqPiFru5nub5Z0kZv3SJgInPU96sQ6hJ/Z48qGaAltsQWbKbif7vYc9KucW7NG9aDkk4vYe8ZVjkUgFXryLa59aqAU4u6HCV43Npoh6VG0QzVtlphjJPSkWVwlSiMMMEU8RHNSxx45oArpb7WzVo29rMqrcW8coXpvXOKcFxSkUmrkSimItrp8bbksrdW9RGKGsNNmYM9jAWHOfLFGKcnDVHIZOkiSaW3t0RGBG75Y4o0JLewUcmkS8so4Wn8wEoceUQVct2Xaecms7W5L6xeLUrOMzCOJo5EUZIBIOf/r+wrFOv6lqV0kemaakcigKJSollUd/mPT8aSgmtWSqacd7F+7txfarZaU37yRZDdX57Bv7v0HArcun3N7VV0nS/wCy7d5J5POvJzumk/8AZRUz5Y0/idyl70rrZESkqeKlW4YU3bUU0kcKbpGCj3OKtpM1cEy19pJ4zSeYT3rEfXbaNsLl/wDdHFQSeIZOkcIH+8aOQSgkdErkHNS/aCO/61x02tXkmR5oQf7Iqv8Ab7h2+a5c/RqfswcEzuftOP4v1p320D+MfnXBNdt3uH/76phuv+mrf99UeyRPsonfG8H/AD0H5003O4/eB/GuDF1/00f/AL6NOF4w6TyD/gVHskP2UUd2LkjvR9pJ71xCahOv3bp/xNTLq16nS4DfUUezQezidY7lu9NUstc4mv3S4Dxxv9DVlPEadJYHX6c0chXKrWN4XDAdaiknY9zVGLWLKc480KfRuKtq8ci5VgR6g1PIifZxIny3WhBtNUtUv3tZ4Io0++wJJ7j0q3NNFbQtLM4RF6k1VtC+VWsSyXGxCzMFA6k9qhEyyjcjBh6g5rltV1mS+Yxx5SEHpnk/WqdvdT2xBhkZST26U1TJVNI7hZ2XoSKf9qbH3jVLT3lns45ZgNzDt3FWStTyoTpxY2SQtVVx1qyVqF6aVi1FLYZCv7ymav8AaAXS1yJJrXAIOMbX557cNUsfD1DrM/lC2myQoWRG9DkAgH8ql/EmZvSomTeHkj0/RUlEaiWYli/cjPHP0qWTU2LHLVFFmPS7aI8FYlBHviqTDk1Cgm7syhSUm3Iv/wBpt/eNKNUcH7xrNxRj2q/ZxNPYRNhhbatD5F3Er56NjlT6g1yOnWax6paWiEj98DKD/EVJIP8A47XR2T7HHNZ9lEq6+H2ANEJS/B4yTt/QmpS5bpGcY+z5ki/fcuaqheOlWbg7mqACrjsb01aJ0G3NGyp9g9KQrQaEO2lxTyKQigBoFLRilFACbaMY9akApcUCCOQr0qQznHHeosYox7VLimQ6aYjsWqrdXUNnEZJ3Cjt6mo9V1GPTbbzGw0jcInqf8K4y6vZbuUy3EhZvTsPoK0jEpKxr3XiOeYlbVRGPXGTWbI0877pnLH1Y5qotwUUhVHXqaa1zK38ePpxV2KLIQCbaW4xmnkwr1YfiaznbPVs/jTCw9aodjQM0I7rUbzxlcA1T3D1FIWGOtILE7SKe9N3j1qLd70m4etMLE3mD+9RvHrUG73p6suDnnjjmi4WJd3vShyOjVBkUlArFoSuBwx4p32iQd81VBIyM9qAW9aAsWxc9iKmju2iOY5GQ+xxVEF8Z5x9KRn55FLRhY1Jb+Wd4nlcOYzkHFQaheXF7JulfgfdUdBVJZCvQkVJ5gI5osBF9asWcBuLlIhzuYCoWx25rX8NxxtqYZ2AKqdoPc0MDqY4hHGqKOFGBSlalxSEVkBAwqFxVplqB1oAr9DTvMwuKVhUZFFiXFMSRy1VyOamIpu2mlYaViPFGKftoIpjERttS+ccYzUO3mlxSsS4piscmgCgD2pwWgaVjpaaaeRTTUjIyKQinEU00AAFKBQBTlWgBRS0dKKACkNPAo2+1AHn2uXsl1qEhkUrsO1VP8IFZZfj0rp/FelGOf7bGPkl4bHZv/r1zJQ/WtU9BoYWPrTc+9OK5pu2mMQ4pPxpdtIRQAZHrQT70mKT8KACloxSAUALTgM03FKMikwCkxS9qTn1oAcCQfwpcn1pgzmnc0wJ4ruaFCiPhSwYqRwSOlRks7E4yTzxTMmnIzIdysVPTikICcHkYNGRmkJJOT19akWbAwUVvwpgMyalilZGDAkMpyCO1L50J6xUb4Dx5ZoEzstF1Qahb7XP76PhvcetaeK4rSZ5IrsNZwu745X1FdTbXd5KQJrB4/fcKzaAtMtRMtWNtNKUgKbpUZWrbpUTJQBWK0mypitG2mBBtpCtTlabtoAh204R5qTbTgtAEYSniPPapAmanVPl5oA1iKjIxVjFN8vJ5qQK5FNxVho+OKZ5RoAjC4FSAcU7YfSnLG2KYERFAGakKGkVDnpSAcg4p+yhRingUAQXFrHcwvDMoZHGCDXB6zoU2myliC8BPyyDt7GvRMVDPBHcRPFKoZHGCKadgPK/JIHQn3FNMRPTFdlfeE2BL2Tgj/nm55/A1hzadNCxWeFkPutPmKWpjGI+lN2kVqpa5BKkfQ0yS3I+8n6Ucw7GWVxSbfarbRL6YpvlelVcRX25pNtWPII5xTvIPPFFwKu2jbmrBix1pBCTTuBBsNJtNWjbtjpTfJIpXQEAU5pdtTCJielP8gn0ouBW2UbateRjqaQQj0JouBWIPFJg1aMJH8OKYVA4/lTQEO2pEjLcAZJpQvPSul8PQ6fKrIFYzhQXZhxjPQUN2JuWvD2mvZLJJIBmQDB7j2rbA9qMU6swE20uynCkJwKQELryahZasMKiYcUwKxXmkxUjCmkUAMIo25p4FSJHQBEFpypU6w+1SeSOwoArqnNTBaesXNTCIYoAv4ox7UtLSAZj2o2VJijbQAwLTttOxS4oAjKUmypdtJtoAj20uKfikIxQAmKaVp5xTTQA3FIyhgQwBB7EU40hNAjJfQbKSIK0e1gMb0OKyL7QJIADFOGDHADDFdSTTGQP95QcHNILs4C5sLiE7XTPIGR05GaosCDjGMV2Ws6fKVZ4WHlsuWUjOCOmPSuZkspEY743B91qkwuQRzbChMMbbTnBX731oWUqGwo+YY+lWoLeI580sAAcbRTksWcjaCQeAcY5pXQXZnsCewqSMlOdoP1rWGjyIQZYpAO+Fp82mxI4WPzCT2ZcGlzILszXm3xbDCg5zuHWq7LnHyY9x3rdewt1QcSj/AHkxUT6axwEikO7p8vWpUkDb7mMFKtkDp607Bx9wVdazcMQFOR1FSJZsI23QbmPQ5PFXdE8xVtbaW5fy4otzegFaaeG9Ql+9sjHuat+HbGZb7zTuRFXk+vtXTlcjkcUnIXMcLJorbVVpPmbeB9RWRPbSW8zRTKVdTg16NNYwOwYxLkZxWdquhxXcJMahJVHyn19jVKQ7nDbK0dDn+z6pFnhX+Q/jVea3eCUxyKVZTgg0iKVbI6jpV9B3O9zigGoLVxLaxSL0ZQamArMZJmm5zQTQPrQAuM9qjdciphSMuaBlRkpBGT0FWdlSKuKLgVVhPpUyRYxUu2nbaAGBacFpacKAEAFLijNJuoAvUuKbTqAFHWlFJmloAWloooAXFIeBzS0HpQAwHPSkNMhOd/s2KkNADDSZpTTCaQhTyOKYeKkHTNRsOaBDM0oFJipVWk2S2RNGrqQwyPSomso5GLOM5Xbg/nV0JzS7cc0riuUINOjjLbo0YHpkA96fPpyS+WqIiqrZPFXVHtUgWk2S2QNAJEKtkZ44qH+zVMvml3L9MnFaKx85FSBB1xU3J5jG1K0kms2jUF3yMVPDDthjVl5VQPpWkYQajaEgdKLi5jNNjbtkNCpycnipVt414WNQB2xVkpik20XC5CEHYYpWXipgvehwCc4AouFyoy1FIuKtslRON34VSZaZj3enW1zL5ksW5hxnpmkj0+1j+7bxj/gNaLR5ppjxVXKuVwgUAAAD0FKP5U5himGmUgJo3U002mUiUOKcHyahFOUkMKBlhVHpTtlIvan1IDcUhO0ZpSwqCR9x9qaAdvxSGQnvUWaXmmBJupc0wUoNMDUpaaDS0gFFOpuaUGgBwopv40uaAHUHpTc0McDOaAK9rIGecA52yYOPpUsj4xisnSLgPdXQz95i361pvhqAGmQmmqee5ph4OM5qaND1PFIkcM4pSuaeq4qRV9qlshsr+X7VKqVMEHpTlTmlchsj2cUhXmrIXFIYx1xSuLmK6rzU4jzzRtx2p6ipbJbJFTjOKNvNSR0hXBqbmdwC+1DJkUPNHBHvlkWNR1ZyAK5+98eaBaOyC4adh18pcj86Em9gSb2Nlo6jZK4+6+JluGP2bT3cesj4/lVWP4lXBf57CHZ7Mc1p7OZooT7HchcUeWfrVDQtfttcX5ImikC7ihOePrWx5fpWbunZkNtblV4flz0qBosGtArxjFQyxECmmNSM9k5PFMZcCrDLyaiarTNUym6kE1CasTHj61ARVo0TIyKTFPI5puKoq4gFSIuT3poWp4170DHKKcTxSqKCKgCtI2Tios1JKPmNRVYxwpRSClFMB1FJRQBqZpc03NGc0gHA07NMBpc0AOzRnBpuTRn0oAfmq2oT/Z7CaTOCFwPr0qWSQIm49BWJ4jutqR2oPX5m/pQBU0iby7tOR8xwfxroyffmuPtmIOQeQc10kN15gj5GWGTzTYE/G/j1q0DiqandIMetW+alkskVh2qVTVdW5qRXqGZMsA54qQCoFYZ61ZQ5FSzNigCn7P1pAPUVOgytQ2Q2VzHg9Kbjb16VFrOr2eiWLXN3JgdFUfec+gFeX634x1PVy0aP9mtj0jjPJHue9XCDmXCLkegal4u0nSQUefz5h/yyh5P4noK4jWPH+r3ZKW22yiPTZy2Pc1zlswBII5Pem3bAA5710RpRW5vGkluRXep3d2xNxcyyk93cmqvmZqN2GeKaGGRzWqsjayJw3FODY6VGGGacGyaoLHZeBdTNtqaCRvkYhD7A16sVrwrRZ/LumGSMrx9a9m0LUBqWkw3H8YG1/wDeFcdaOtzhrxs7l0rgdKjlXcvA6VYIyMVTu721tVxNcxRf7zAVgjKNypMpBwKqycUkniHRg2DfxEj3NNXUNOvDi3u4nb0DYNaK5urkLjJOai21ceE/jTDERVJlplXbSbanePbTMU7jTIwMVYRaixipEfjBpstEw+lNbijPNNdsDPekUVpeSajxT25NIBVjExilpcYpDxTAM0Z96YTRmgDUozSUCkA7NKKbmlzQAuaM0mfeigCjrMgSxyW2/OOhrmrmTzp2fczAngsea6DW7VJbN5sYeMcHPauaUdaaAkQ7SCK09NffcKDgAA81lrgLWhpVuk05DZwFJ4oA27cEyVeINUbcbXx0+tX+oqWSxh/KlU0pXGabnB61DMmTK1WomqrGAasxqeKlmbLS9RUWoahb6VYyXdy+2NB+JPYCpUBFcd47iubmeFACYY1yFHqe9TFc0rEJXdjjtf1W51u+e6uCQg4jj7IKwxIS5HYVpXSFVYGskfKxyetd0UktDshsTqzA5Gc0+cho+e/Y1W85kGAajaUmqbNURSpjkGolwWBIJUdcelOl3MQACSTwB3qzHps32RpZcIgOWyP0qWwK6uCM5XOeg7VIuTk9h1NPEbbwIGXDrleOp9KhkSIkhZQGXseMmi9gJ4mZXDIxB7YruvDXir+xrJxKnmK+DycYP9a4BLmJH+RN2PU8VJ9qeVwzNnHT0H0pSSktTOcFJancat491G+JjtT9li/2PvH8a56S6eZi8kjOx7sc1nrLxU0QZsHoKSilsSoKOxZEp4wKcHYEHoRTEQ1MqZOMc0MGdZ4R1a5ubgafcMZFKkozHkY7V10kIK5A6Vy/g3R50uP7QddsaqQpP8RPpXXsMLzXNJq+hzt6mRcAgkGq6P8ANir12mQSBWS7FWoRSLRpBTVPyjvTl5qjVEoPGKY+MdaGcAcdaj3k00ixNozS4o7UtMY01E1St0qBjzVABpuaM0lAGtmjNNzRmkA7NGcU3NG6gdh2aXPvUefQ0E5oER343WEw6/Ia5aKWNY5lfqyYXjvmulvHBsZT1G0iuVCF8sP4Rk800Ba08K8x34xtbr9KvaPgTPg/wVlwitPTc/aGI4G3pQxGzDy4q8tUbf7wq8OtQyR5Axmq7kbs1YI+U1Tc81Bk2W7c5OK0Yo+KzLPO6teM/LUMxkxwXFZmv2f2ix80D5ouv+7WnxSsA6lWGQRgilF2dyU7O541qsZWZlI+h9RXPSDBPFdr4ksGtruRAOFYgfSuNnGGINdsXc66bKzEnimHcqMQoYgcZ7VKSqnLDPtSli6kTgpGR8qpwSe1Ub3I7Fle9gD/AChW3SH0FbVzrcQSeG02LGrEoFX7wYYbKn3Gaw4LaaR/KtIfMbH3VHP1JpZmitPk3pNOOpUZRPp6n9KVr7jEe4mUiR1WNR90NwW+gqg772ZmOSTkn1pssjzOXZsk9WNN86NOnzGqEWIx/wDqqxGrNjsKzlnlY5B2jsBUyMSfmJY+9AG5b22ecg/jV1ItvasiyPlyh1/EV0FtbyXBVVHJqWzOTsNjQkjArsPDvhA3Sx3d78sJ5VB1cf0FVNP0dYJIWmwS67lHau00CUm0e2f71uxUf7p5Fc9Sb6HNUn2LxiSKJUjUKijAUDgCq0pwKuuKpTLgn9KwRmmUp2yDWPOMOcVqz+9ZkgDLn0JrRGqCJ+MVJuwMVWQ7WFTZyPatEbICcmgUAZpcUyxwozTNwpjyY4zTGK0nHFQk0hbmkJpgLmikozSA1M0ZpKPrRcoM01GLZz2JFLUVs2TKPSQigRNmo57lLaPzJN23/ZXNSYoIHfoaEwMGXWkeGSFY2+bdyTjqazVHGcjikvFEd3Kg4Ac4HpzTAx4FVYROjAVoWE6RSZc8Yxms6PuacZViQyPnA7etFrknU2E6SgYYE45rTA9q8zu74yEbCQvseldF4U1x5pfsNw5fI/dsTyPaplCyIlodZ/Capy9eKtykLGxz0FUyd2PesjKRdscAYxzWivSs20GCTitGM8Cs2ZMlHWnUgp2cCpIPPPGs7JqssewDdGNvPp1NcBMmXJ5r0Dx7HbyXUdzDOGcLskUHOPQ1yVvpb3X72QlIs8f7X0rspvQ6qb0MUKWfEaF27Y6D6mr9hohmVrm8lCQJy7k4UD+tbMdnaW8Dz3DCCzi+8T1Y+g9TXJ+IfEUmouILdPItI/8AVx+vufetjpSJ9Y1tTD9i09fs1mODgYeb3PtXOvI7cKuBTd+5vmPJ71Jsbr1oKIm3EfMTT40Y8DDD3pSVVMkc9hUab9+c4Pr6UCLSJg88Y6A1PGAWI5znmmRH7QPLIxKBx70+FZI8SllGeCvr2oA0rZAMc4z0OK77wvB9psZUKKzxd8feQ/4H+dcPbqHHy45GR7V6H4DvosfZ5dolUELkckVhVdkc9V6AZZINiGNmijONwHMf/wBaugt5PJe2uUYZkYRuv95T0P4VJJFGniFNyrsni2spHBrJ1W2udC1GO5tSWgJwuRnb6rXPe5y3udc54qrMMjpzTrS6jvrVJ4zwwyR6H0oeoQkZdwCc1lI3yMCf4q2bkALXPyyEOzL03ZrWJqgLfvwuKmFVYH3ScnoDVlTzWiN4skGOtNZgKGfaPeoGfNUaDmk96jJzSZpM0DFpaTmndKAG0ZooC5FAGrSUZoqRi4zVPTxh7gbi2JO9WmcRozscBRk1l6TcBrmUM33/AJv1pga9JS5B5qvd3aWkQkdSRnHHakBzWrDGqT/72f0qrIpjkClgeByDxUuoTCa+mkAwC3TOarDnngepNaIGWoiNrHPTqay7+8dgyR8Ke/erS3UO2SLDBscEjr9KzpkDAnP4VpFW1J2KisxPUk/zrrvDKw/b7RiPmUFRkYPfrXMWYRbpS4BAPQ16XDZ29+bHULRVXaQGx6en4Gs6krGUmX7xgtqRnluKqQnKj1HFP1EFZh3UjjFR2y5fPYVzGLZp2ucA1ejzVO3U/hUl5eR2MBkfknhV9TUbmbLFzeQ2cXmTOAOw7muX1LXZ7vKITFF6DqfqaqXt+9xIZZnyew/wqnHaz3z/ACqQvbPAH41tGCW41EbLGl6whA3A/M59AKratPBpUAlu+Dj93br95h/Qe9alhb3kVvPJplsLm4AIErf6tMen941wGpGa4866vJWaZ5MHeck+tbRaN4NGbq2rXWqzb5mCxrxHEvCoPYf1rIuP9YavFQDzTJbdZcYbHv6fWtTqRmGtCBN0KkjnFNGmNvGXEgIziMZyP6VpWloJJAp3BQQOlAzKmQrKqt/dzSBdrgnt1qxcMJ7+doxlN+1PoOKZMuyQjO4jrjsaBDVDrOG5U54PetTEFzHvA2yEgsPfv/jVCKPzHYuwUY6k1dtVBkAXkZwM0mJs0rJRGdrcqDXU6JpVxey/6MrOVOQwOMfjWBYxht2Ru216R4JtxEkjDkkYYeh7VhNnLUehJdQX1nJbSXEu90HGDnH410Lxw39ptkUPHIoODVfVYhIiHHSnaY5NrsPWM4/CuZnM2VRDFozIIiwgmbawJztPY1cY8VS1pbuVAkNuJFGG3buQajW7f7A24ESIuMUgRXuLgPNJHgYz/KsGU/Mfc1oz3KmYyAHJJ4rOkYgHB61qjaI2BsSfhVhZO9UTKy9+MHFWEPyD6VqjeJKzknmmE0lNYnIFM0Q4nFEbbkB9aY7YUn2pbc5jGaBkwxS9abnFLk0wFwKKQNnpUM8jKwAPagDVEop4ORVapIjxipaKG3zhLGYn+7iudhV5JNqdef5VsazKBaqmcb2/lWTayiC4WRgSBnp9Ka2EbumzeZZpnkr8tVdet0e0M+MOhHPqKbpM/DxZx3FS6yQdMm57D+dLqBywJPH6VZuks4rZTjc4XkluM1QkcopbOKrzzllAzwBwK6IrqDInuG8zIAznIIGMU3eWJOahyN2etPB4oJY444rv/AczPaXMJPyIwYZ7Z615+Bkj3r0DwWvladMxGBI+BkegrGpsYSNi/YPIQOxNNtTtD1FK4WQrnOKYJMK2DgHrXOzE1luEgtzNK2EVdzH2rkb7WJL+dpMkD+EegrcmtpNSsRbeaYkLfMQM7h6VY0/w/p1qQTCZm/vSHP6Uk1HViVkc3Z2FzeOHSB5B3PRfzrqLPw+GQfb5A6jpDHwg+vrWpLtjtjsUADoAMVIZFjTcxAUDJJ9KTqNkObM7W9VtvD2mGYqMgbYYl4yf8K8V1S4kuriSaUjc7FiB716H4pg/tCUXV1O0aBcQwgc4rkRYW0cvmSR7scjeeK6qULK7OujC2rOajtJriTCqR6ZqwLBYnBkJx/sgc1rXc8KMzbgpx0X0rHlvCx/cx7vQv2rfQ6bmjZwFgwOyOEcktx+veqVxqcSCSO0/eSEFQ+MKvvVKZricjzpSQO3QCqzybOIev98/0pBckAjsbbzGUb+ijPU/4VU3FULMcs3JNK43NvlYuwGMmmHLsMYIHcUAWvNARAoG4de9SW0pSVSQeDmm2lushMkrFY1Gfr9Kc8gVtyDYOnFK9waO48OQWk6TzvOEEYyyMOqng4rrNF1PTdMuIwb9droVO4Ecfwn+leX2OpNBwqj54+metPFy1xIGVWB9jwKylC5zyp3Pb5L+zvI0MF1FIM/wsKsWahVcjoWryTSbkwuCxPUd69U0eQS6ZCw7g/zrlnHlOWcOUugADBOfrWFqKfZ95HTP5itaaYqxCox28k9qy9WlDDyiM5OQfapRCMaRQcEd6q3BU4VF2gDv1NXH4GMcVQmPWtUbxfQrsvNW1Hyiq27NWV5XrWpsmHR8e1RytteMe9KWxcAeq1FeErJGQR60zRD5WPlmnWx/dfjUMhyjEelOs3zFj0plE0rhQuT1YVJmqt1j5Cf72KfNKscRywBwcUALA4ZCQf4jVeaTMrYOQKjtZSqscEqOSfSo0ZWySe5oA3zwV+tPHFQysFeLtlqmHIoKMbUZ/tFx8vKpwKqjPtVq/jWO5IUAAjOKrgcdKYD7eRoplZeuadrN632J88J6UxRhgazNdudwjtlPLfM30oSuxGZJKzKpc844FV5HI4PLHr7U6aQJyPvdvaq4JJ5ro6CZPHwKVTzzwKjU8U/bx1qCGSwndIO/tXfWaPZ6VawsxDBSxA7EnpXHaLb+ddh3GUQ5+prqjMzYyawqdjOSLXmFuSakidQ3zgkelUlfnmp0fJFYsyehs2DrtK55zkCtS3ZTCGPPJrnIZGVsr94CtfTXcoVI49aykZSLN7MFiVc4ye1Ub69V7aONjhMbpj/sjt+Jp1+SswycjHA9K5bV9R3I8KHq2SfYdB/OqpxvLUmEbyJ9Qu476YMpDKuRg1y2t3iQTFFXfLtwF7LUk140ShI1BlPQjsKitdFu9QnUrG0jSHPu3+fWutzsdnPyo51o5Zpd85ySfwqUwMAdi/UmvUdJ8A26KsmobWbH+qTov41f1PR/DNtZmG6tIUGONv3/AM6z9tqZuvqeJywLyXkH4c1UcoDhcmt/XLSzs5H+yymRQ3yhu4rn9/lkurBcjGMZ4raLujpi7kkdo0gLP0HJXp9KmFmVjy4SNehduBVQOZpN7FpG7ktgfnUrmBRuklEhHRUGQKHc1Ee4+VIoSXC9yOPwp0VvJM+Acn60lvZXmoPm3iZUHVj0H1NFziziaBX3uzYZh6D/AOvVJCNCOwVAvnuvB4wf61cSSJRwMKOgFc7DdOAFcllHTPUVpq4CpjkHnNDE1obdpN+8U9B6V6x4dk/4ksOfevGLWbEo5r1vwncJPpARXDMrnjPQVy1locddWRr3MuUIBGeg571hSbgTvOWq1c7/ALRIh5UnpVR0bOMnisEYIqSng9vaqMi5zV+aM4xnB9aquuK1RpFlUrzVxVzED7VWYc5qyjAQAE84q0zZMq+YPPDEY4xUN2Q0gIOeKSZuetQs2R+NWaJivO5BBxz6VLaMc8HHPHvVUn2qe0Rm3tjKqOeaZaJryTMSkcEN+VU3kZgMtmp7s/Kueueo7+9VWbC7cg5/SgY3zGAKgnB600NikJopgbd/PidFH8HP41oo4ZAw6EZrALF9zMcn3rSsrgG1+Y42cZpFFbU/+Pr/AICKr7WCqxHDdKku5C8xzjI44qIsxCgsSF6D0pgP7iub1STdqEzD+HC10efeuVuH82d2/vMTVR3EVSCTk9acqYFSiPNOC+1W2S2RqOamijMrhB360eWQu7BwKu2CAKzEc1LZLZpaeiRMqhSBjg1qIeBVG2OSMf3asQsfKyawZmy67KyqEXBA5qRcKo5ySeagQcc8mpl96zM2yeKT/SAOhC9q2dObBIJrnI3P2xselaltcbd2euOtQzGSJdTbynmctnaOK4u5lyWY8+1dJq85Foxzkue9Yuk6YdRuBPPlbZOg7ufb2q4e7G7Kg+WN2J4f8OXOqTmU5SPPzykcD2HrXoVjp1lpNvthUIAPmkY8t9TTrFUS1VI1CqvAAGAK57xXdXNvKGWYrGEBC44zWd3N2MuZzZY1nxQLcNDZDLf89D/SvP8AVL+a5laSWVnY9cmtBr1blG3Y3r196wLmRGkZTya6IQSOiEEis8Md1DIZnCAghCfX1rnpEYuUX5iOOB1rduV8sxQscDGGPpn/APXUWmym0nZlQMrA4JAzx/8AWrdHZHYpW2h3lym51EUY/ilOB+Va9ppNha4NwxuXxkAcLU6vJNMJy+9GGVVuf/rU7YWb3NUWOurxkgbACRKOEQYFcbMzO25jya6PV7qOGPyo+X6fT3rnG+aTFAAvy1fgk3RKueV4qAoGTIAyBRCdrfWgRoRPhia6zwzrsuk3ETKBIknyshPFcYGwa0LG4IljGfusMVMopqzM5w5lZnr1vqEV+5YL5b4BK5z+IpXAPUgVwsOrPbzx7ZNrbSAe30roNP12O4JWchNoy3Y//XrjlTa2OGVJrY0pVHWs17dvNLOSR2FXhe20x+VwPY8UjlG6MD+NSrolNoy5FIJqI5A55NaLJht6nmq8q4fcwDeoq0zaMkZ0gNRkcVZm+ZmbGMnpUGK1TNUxVhZ42cEAL2P0zUUbBXB7ZpzHGeaSQRDGyRmPoRjFM1Q+5b5VFVSeammIMaEc1XJqigzS7T3puakWUAYKhvrQMnqWJyEcDoRUVKjYDUDHE560ULzgH1p7KocgnIHQ0XAr3s/lWTYHzcgGufWPAya0byf7RKUB+ROvvVViDwo4q0rIhsjjgaRsAcVZjtNuC/J9KtQQBLXOOWOK1rWdLe6KxRI8bqGYkBitTe5FzGMRZduOPTFEELRKQ4IJ6Z9K7GO5UK2EQ56HaKrzrHO6mWMEDsKjmRHMjHs8lsEfwmnqSBtz1NbCafBIpKyMjHoucipbvSI4PKjVs7xk/L93ip3Fe5SQYjy3GBmpYmMkQf1qw9g5gOxxJ8uMA81DawNHbLvUhgeQRWb0M2Vlk23jZ4wKsW8hYsDwc5qrMrC6Yg96ngVhIDyc/rUszkx95Abt40kJESjLe/tVmIqhVQAqjgADoKXaDR5XOalu5nJ3VjZsbtVG0vhT61g+O7xBZ28aEMWY9KvQxliqDqfWuc8eyqtxa2yYBjjyfxP/ANalT+NCpK8jlnmaKclW4B5J6YqoQZ7hWHG5s/QetFxucDHJbt70wn7PZsWPzyHYuOwHU/0rvR3oZcAz3DyqW2A4X1bFZ80jwzrJ5h3IwYKOmane5uHOyJdoxjOOaiKpASzuC3p1qjaJ1UAglgSWIrtZR07e1RzvFbfKzDc3SsrRr62S2eO7kCeUTtyMlgemPcc1m6vqb3ZEdupihQY6/Mfr/hTLILiQy3MjHJyxqvwpZzyewp29gmSc8UkURkIY8Ac/WmIkXfgN3oUep24qxFDvJ9B19KSaMgbuw6A0hiK4YcdRU0UhR1I45qkSQ4YdRVhWztPrQI2Zpd6rg5IParUF/GU8ubd5g4Vh0/GsxmIjz6Co2bcAwP1pNXE4nSRao8K4Y7x2OamTWv3gLoCvpnFcst04XaTkVItw3XcRUOCMnTO9t9dtXTDgx/qKnNzbzLlJkbPvXn4uZB0NWIZ2Zx85H0NZumZOktzsnTd05qJ4yBTrTTY44VZpZJCRnOeKsOgAwBWd7EKVjOeM/SoWXnFXWwZCvpUFxCY2XI+8MjFaJm0WV3OFUZ5qM81Mykt04pjjaM1SZomR0c0NwKOvQ0yi8Rx61GvQ88UsDb4gfakHANMolRMxs+RwQMetRXMhSFscHHX0HrS5xVDU7kKoiB+ZuW9hSS1EylK+1Ao70Q8uP5VDks2c5q5ZQE3aqe3JrRsiRryKEs0XvxSQqnnLuUqO7A9PepZxmFR700IfpXOmZXJf7QNsfKeB228ZX0+lWYL6G4ztc7h1DDkVlzXXk7SAMoQGBXIx61vWDwXEYkEcci/30AJH4jmnZPUHFMs2A8+dVDA8joa07xgFkjKEsSAGx0qmptrYecZIyB3Yiobm9h8jMTQuDzlWH+NS4k8ti0Ld9uSMDHUmofOQBYpDuUcZHJH41ljXYQSJQyr0BHOT7c0sl4rxj7OjIp6vJ978B2pNWM2rCypm5bByM9RU0GCV5+lV05brVqFQCODkelYtmMi3tBHHWjBB60BGamT3EVquZ3xxwB1qTPdkpby2DBsAd64TXtQ/tLUZbl3JBOFAHYdK1tX1wy28kFujIHGCx64rmiq7Hlk+6vA9zXRShbVnRRg1qyEKXmP8IAx/uD/Gs+5Y3V6qQDA+7GPRRV55CdOKwrksTn2FXPC+iy6hMXCnexIG7sB1NdCOpLqZjaRdvFkMo9Rk81nPp9zjhST9a9Ml0dLaE2ccbXN/KPup/wAsx6k9qwrvTItMRvtEoklHGyPkA+hP+FXY1TObW08iBYo8ea/VjVC4jRUlVOfm5PrW3PG0CtO+Q8nyqPQVnGxkunSKIDMrhfqTQaGf5DiP5+hAxVuO1PkgklePWtDUbMWeoGxlVhJGoUgDuAKgkkfPylM4wB0oAqMsqKEG4LnP1+tRu0mOSfxqWaeUcFQPwqu0hfg4oAiYMfrV2OzuIYFnkUBTyqtwW+lSadDGxkmfnyxkL2P19qAfM+YEHPOaQrB9sXaQ0b9PrTomi8hi0crEjCgDHPvTdir8zAYFO3dxTAhYNG2GB9jT0Jx3xVhx50JAxntUUZyvTGOCPSgCRGP1qVRg7lOKiQqquCmSw+U5xtNSo3ApNEtHR6PrpWNbabnHCk/yrYWcu+7tiuIXBNbel6iVIgnfIP3WP8qwnDqjmnC2qNZvXPNMnOWGD2p5xUU3L/SoRMWWIGiFsVdlBLHqP9msyZsAD86nYhcHGfaqr5Lc1cUbp6CbsrjuDSqeOtMj++ATgE1KZAvCYA96otC2sjAlQAR6E1YBAPtVO2x5hz6VbP8AKqGLnCn17Vz9yXNzJ5hG7PODW2ZCwZiMKv61lLbPJdBXBBc7jn0pxETWdkz+XKw+TrWlEixO0gRQzdakj+RNgVccY9qUncwBGATzjtWbbZDHgGQ5Y/h6VmajfEXIRHKbR64rUDr5oADMzDAAHJNc7rNpdpdM8pBxzkDgZ7UQ3JjHW5M2oMAryAMVI5HelS8fT7xbq0LeU55VWPHtWSkMkrBdqAnoQeD7VYSyuhKEWIhh8205/wAK0aLaR019rb3NrnzMBTg4IyD6VDp1tJcMLi7iP2cnjzGOX+gqhaQXbXcbX8WFUnYp4OfYf1rp7dEd90pLHAySensKynPlMpSsym8KtIXWJUA4VV7D61YVflBqZowpZQcgHin7QrKPWsHK5yyk29QjTAq5AVAHBzUSI2cbTiobrUI7Y7I/mfuc8LUpN7EWcti5eXohTZFgNjlvSufuLvLkjk92bmplLXLfO3B7Co9Rihs7QybBvPAye9dMIKKOmEEkUbpBeSpbW6Zfq7Hr+NUNcjZmMSLGkcOBtVuWbHJq/BM+labJcSpiedtsW4c9Ov4VWtbIJZT6jNyxRiufp1rVK5tFGTpbtF5uWVXYBULHvn0r0Hw1pcMUK6jLJuijDbgDghh3981ymg6XHfxC3kO28eJjEG4BGen481pWWo31np8mltb4l80MzSHauF6/0qorqaW6HVXNvJBaS3dxci2jnO99q5JJ6D3Pasd/DsmU1GQvFhv3EMmCf95h6+1a2jzSatOs1wvmmAZEhXEaH/ZHc+5qxq+oWWnBWuZV82U4jEjDn/AVRSR5zrcf2mzNy0Uhl37EfoDzgBQOvvRHFbWCyw3lmomiWNo2ySqt1I9yeM1KNQa4vvOLM1tabjbgAAMxPp6VU8uSV7cyEsI3JAJJ5PJNRZssqTpO00t5dkNcTku57c1kyqxOADXVaoihoZo13Quoww7HoQfoazJbdnKlY9gIySRwPxqtAMRkcDoRT1tVVzLdR7UXHDHaPqe/4CtCd7S3tykbRyzvkMSpIA7YzxVOUGVT5hLFhySc5NLVgVJL6WS3EChY492Sqj731qFJWjJI79RQQFco3Wo3O3jvTVkItef5mOtSRtjrwKoqXzgYBqwkTsu5mOPTpTEW0nVOCePaoRdR+fnBUHhj/WoipHb8Ka0Yf2akBqeX8u5SGB6Ed6AexyKzI55rVsKcj+6elW4b6Kfhxsb3oGW146HNTLJjrVQygdKcJQeRSJaOg03Uy5EMx9lYmtRsYrkI5eQa6O1nZolV+eMq3qKxnGzuc8o2J5B2qvIOanHzuBuwCcZPQU6W12wvJ5qHa23A6n3pJ2HG5QIxSH86eRTCOao0uLC22QflVzIxVEdaubTGAG64qiyQBcY7elOAUnIxnGM1CGz0p4J3VJmyXdtGcc9BTgMBcYJLUxASQTSsxzwOnSpIuVdevLi0nJhk8mYv1XsKxpDJMB5shLEYyx/rWjriNOhuC585OTn+IfSsVbtgcSL27jFXBaGkWRy+daSFZFIOOM9D9DWzomoPOA87eY0TjCn0ArIl1BfKKLnB52EZH5VHpsrRTPIrbcKTtI6nt+uK0epTVzZuNUJ1eaXcWUfInOcYrqbWcqiuuDuX+dcFb58wqW+hruYU8uFF7BQK56iRzVNGWZJmmkLkDJ9KmKb1BHBFV4xzUk04gi3HnsBWFjmerKt9ezRAQqSB3Pc1nq+Xy3erskH2mQSSMdx5IHQCq2oNBaqrAYPQAd62g0tDWDS0LdvIkIYsRjt71LBDHdzNd3RBWEZVD91fc1hRNLI3nSk+iik1PUZIrUadEctMcyEdl9K3RukVr69fWdUaQ5EEfyoPb/69aGo3ajQXkQAYwoH41mIqwJtH4n1pmoyOuglT083jn2q0aRRc0y4ltUtryOMSi1wLmdssVLHI468VcvvEdhqXiC3knkc26fII1Qhj749+tY+nagLSOSxmmESuySPnkPtGcZFZ+sa99ouUlQKJGBwwXBBIwB+FSm07I1PQJPHmm2RS1sF86PGSxyoX2xXH6rqM17eNqlxM3zE7FKZO3/ZHbnis2GVLeyOcs74/eOevr+FS20c1zIlxKMIvMSnvjofoKe4Ghbxy/Z0UqnmMcmMk8e1akLXaxkfYbNiFO0ZOc1RtVETbj8zHuavwTjzgaqwyrqkl3ZaLb48mJJZ+RGmSjYwR/Wsm7mkmhVZJmfyxgbmJzWnql6ssLRMMr5oZfY9Kw77fbwvIg3cjj096mwFFkLyZPanFiFyOfrUqOrxDK/Me4PUU6eFUVcOr7uMDtTEU5rcS4x17VVkQW8Zbgnsa1oEEi7gRkdu9YjoZr103oi78ZY4xmmA6yQyyktyFrSC47VDbIkMIUctnk+tWY3UZMgJ+U4we/akIY0Rc4C5PtURjUY2nPHU8YqdHbaVzjPXFVrh/LZQOnegLlW4P736CmFRwwpXIeQEelTPEiN5YcMCMggUXAfHv2feyKkDlSDg1WhlaNtjcr/KrPDDjnNAywr9xWtpV9tIgc/Kx+U+hrCgfB2Gr9tbtLuCcso3AetTJIzklY6hTyCRnnpUss8bxlVhAJPBz05qjYTGe3+b768MKnZTt3AHA71i1qZoaLeSRDIq/KvU9qgqYzP5Ri3nZ6VAetNXL06DtvzZHFSZZjknmnBO9W7WwadGkOQi0NpastXk7IqqMkAdTwKv3NkbSCNnYb27VRYbWyvGDxT2kklYGWTJ9T2qXdtNAuWzTQ9ZQe1AkJwB1qNtobCkkeppY+SM0zBoyr29uba+kVnlSNj8pViMiqNxPBL+8kZpCPUkmuqe3inh8uVQyk9x0rktXsJbaT5VbaCQOOuKuMr6DhLoVvMtC+0x/Kw5OcEVJdQx2WAhbMoGA55A6/wCFQ6bD518vmr8iAu3vipdYmFzdRSKMKU3D8/8A61aG4sRKurnkV3lqwltoXByCgOa4BGSNAdwlIwWUdMfWux8KSs9iVk+YI3y/lWNVaHLVRsJwOlQXxMrxxL164qyOtRBQrls5Y9TXOcw8bRAwx3Gaw7yMTXW+TkKOAa15phb27yPzxge57VyuqXUkoEUbHP8AE3rWtJa3NKa1uXZp1jjLEgBa5+O7aS9Mz9JM4/CoZr6V4VhYk7eCfWnrFttUcdQciulHUkWrm4+XIPFNlf7RpM8Wc7cOPp3qvMcjg0yCby3I6hhg1ZqkSWd6XP2f7OjARbGZ+Tj2PamW0dlBJPNc7ZnU4VDkqR7epot7xbMTRiMsx5zgdB2J9KWxtv7Su0hD7Q3zSSHsO5rO12Mt6Jpv26WTUtTyLGNunTzm7IPb1q7cXBuLhpiAoP3VAwFHYCnajdosaQxjy7eEbYo/6n3NY4u3zyeh6VolYZqmXaOopq3eGznNUFWafvxgkUyV47TBdgflzjPOaYGgwEkbNI4A65zWPd6lGSYrdRJkYLHoKie4lvQVPEeeAO1CQqg4X86kQ6FdqDPJxyaWRsYwKQnFMdw20g5+lAEqXEcUfznBJwKxLhcXXPrU1xNvm25GAOKRlDNu6mkBZjfIBFWl+bFZ0TbTjtV2B8EqaCWWNoXrVGdvPJI6Dge9T3Uu2LYDy1VIm52nvQShmwjb9KXkGppFyw+lQN1weKC0OfkBqdFLs4PT0pEAZStMHHHOaALWQTuBrV0248meNz2PP0rHjNX7c7lA7rSexMjsFtokkaZOsg5A6GmSFiNuSR6VDpU7mFYZRyBlG9RV5IjLKqDqxxWD0MVe9igQQKjPWtDUolhm2I4fAwSOgPpWdnBpp3VzVqzsXwtTrJIqFFchT2FNVc1IqUMV7bFfZmmmM46VpSxRpCqp8zHlj6VXKeopJ3B6FTbzUscZz0zVgW5UAsuM1KseM470myJCRIAMGoL6xWZSWQyIeSB1B9RV5YyELHoOp9Kabq2RCDcRj8alNp3MldO6OUvrG30/T7i5jkPmTKI1Vj6nt+ArEv4SLlRnlFVSM9OBXVX1ot1a70VmiMu8vz8oHHPp1rG1u1H26dw+U3lgR3Ga6U9DqUtDLjBYbR1Jx+FdhpMjWOixTqeZLh/yAArmLKBnlCIpLudq/wCNdPqccdvbi1gbcltENx/2ick/rUS1MpK50QO5FYcgjNLsBA4qlodyLrTo8/eT5TWosZCZAyc1yPR2ON6OxlanZvdhIxlYkOXb39BXL3gV72Xy8BIhsXHt1rt7xpIbCYsfujP0rhNRBs7RVP8ArrnJPsvpW1LY2pGI5LyFvU1qiLdEoz2rMIGfSt23UGFT1yK6UdUTOmi2DHUdqrlcHg1tTwLLEVHDdj6VkOCvUY5xVosnlj+SMMqRRmP532FmC+pH40tk6WMT5zvf/wBBHT86YjyNCyFjtbGc9wO30qNlLEktgDqSalKxQTzvcSZOST0FMLxw4aTt/COpqCS+Vfltxu9XI/lVQyEkk8k9TVXEXZtXnddkKiFAMZHXH1qrHC87F2Jx6nvUca+a+Wbaoq958SIFDDAHQUgFt41hTYOwyT6mlY5aoopg8hweMGnE0wGyybI2b0FZsUjKJCvJxmprqXKFR3NQwqDu9cH+VICGc7iDjikSR09x6Gmli1FIRbikWTGKtp9fpWYgOcjNXYXJG1qCWxZSWbLVH05qeQfP+FRsuOlIRLv3hW7gYNRTLxmkjYqefxqSYZTOaY0RI2CD6U5hh8jvVfOCeasKwZQe4oKJoUyM1e8iW1lAkUg/zFRWMfmSog/icD9a7LUtPS6tiABvUfKf6VDlYzlKzKWjTh1MDYJQ7k+netNjg5BwRWBpM6wXYWQDupJHI9K2pJkOfmqJLUi2pFMxOOO9VnHzVLLIpxgjrUTMp/iFBaNhRg9KmQUFMHjoacPyqRtDwgIyTgfzqNh6Din07YAuT1PalsRYkhjiMBZn/eHoPSlVBmo1Ug4PaplFRaxM5XBZhbBkljIjY586NckfUU2/sLfUIR9nlGQc7iOH9s9qs/L+dJ5MZOVG0+oqlPuTzW0ZnSqsGkvaXEb28qnMUgTIPblh1rEWC6XED3EVzAvG3cM4PpkVe1TxILK5ktXtIpVQ43B2Qn8jUS3On3kAnkVyCMgM7Pg+mM1srmiTKt3piaRJ5tvdRSl/+Wf8S1BcX0sdi0J2sZzlzjoasXU0BJWFcAdWPX8PSsbVplQwxA/N95v6U7FJGpoV+1tMy/wtyRXe2ZWe3V1IIPpXlNvP5bhhXe+C7x7lriFjlUAYfyrnqx0uc1aFtS3ro22pT/nowWvPdYk+0ag7KcqnyivQfFkwgtlI6jLf0FecSdCT1PenR2uOjtcqEVft7sxR4POBxVFvvVMFOwHHFdBuTS6g4JCjAqrEsl3ckjgY+c0NEWbA6mr26HTYMH5pG6gdSaaZfMMlaK3Q7jhVFYt3cyXr4PyQjovr9afcyvO26Q55yFqHBP09aZSYw7VFKqbjluPQUoG05xk0hbNAxTjtTSaWmMwzgUDHxOEkUn6VbkbEZPTArOOW6VZnk/cr/tUElOZsuF9KdHOIc/KGJGPpUZ7mlVP4moGMVM9acEyak609Fz9KBDVTmpkXBpyx55xUipkcdqTIYrDcy/Sh04IIqVVOQT2FJIKQkUzkHjrTt2VxSP1NRZIbFUUhCCCafGSD60pFEY57YNBRtaEm/UIAR0fJrt29K4vw2canGp9a7NsnrWM9zCe5g3Vksero5H7uU547GrjQ+jVbngDBd64wcrULUXuikVGj5HPWmGEjvVgryPaneWTyFNMpK5sheOOh6VNLB5IAY5Y1Bkgc07zhIAxbP1rNp3NNLBEGkcqoyQcU8gqxU1Ha3Bj3spwd2M1Ju3HJOc80a3JaVvMAeamU8D0qFRUi9fakzGSJ0OallZdhKDgL+dRA+lO5IxUtGfkeca5KX1Wd8nDPTLO7NqxidsRy859D2NTaxaTWt9LBcD5slkfsQay45Y8iKcZTPBB+7XWtjqVrI1J7/MhWPEkg+6F5VfxrMu3JlBLbm7se9aCJbWsLEEtkcDd+tZE0m+QsOmaYWLCPx1ruPh3MDd3SlhzEDj8a4CNq09J1KfTrsTW77HH6+1Z1I80WiKkeaNj0HxqI1sRI2SxIVRnj1rzuRv1rf1jxC2sxQq6eX5Y+bByCfWueuAFcgHNZ04uKszKlFxjZkLdc1ZtyJI2Q9RyKps3FPtpdkoyeDwa2NCy0gtlaTAL9FHv61RZmdt7EknqTUly6ysST0HQUyNRLIFJ+QGkFiPymkBcj5O3vTXIO0bcAda0JgCuAMY6VRflqpGkdiArk9e9LJGFOAwbjrTiMdahkkC8Dk0xjJG2rxwTUZBQAnkmgK8j5wWNDoythjk0DHRnLA1K4zHj8arjcuG9KnifKnPY0CKvWnjOKNuGIHrTwmaBgq5NTqlJGntVhEzSE2CKBW94Y0U6tqARwfKQbnNY6pyFHc16l4R0r+ztIWRl/eznc307VjVnyxOerOy0PPdQsjZXUkJGCjFaz5F64rtvF+mlb1rlF+WUc+xFchcJsXtThK6HB3RmzIBVcL8x9qsTnL4qMLgGtkbIT8KVR7Uu04yfwoXk9KCjc8PMq6gnGXY8H0FdkrEEMOoridA/5CcXOOv8AKu+sbY3UmOAqDLZNc9R21Zk05SSRRndnJLHJqsx96v3zRmUiIDaOM1QbrRF3Q2rOw09eae87yY3N0GBjio6OPpV2KRrTzJEMEZJ9Kqi5YKFAHFJcSiRlIHaoqLDJ45sAqerMDmr0R3L9Kyqs21wYuDytJoDR28Z6VHHKFAz93b1qG5u1EAKNzuHFMgu0IAY7cIRz3qbENGiD096mU5rOaUwIm07gccHtVy0mWViARkdqloykiHX9GXVdJYqo+0QjdGe59RXmVxb8kjjHavZY2Coc++K841uzEWoO6r8snzDHvVUpdGVSl0OZLuE25OPemHmrEyYYgiowvGa6DcbGStSxyFDvA46ZxTCMUw8AUgsX/OG3IPFLJG6LlsY9aoI5B9jWjFfItsElXdgY+oosTYqO3NM3HdSyshYlAQD2NRZ5oFYnU5ccZ9s9as3MUUNnbzxzozy53RjqmOmapgHhiDwaRhuUHoaTQiQXGRhuaieQdRTORxScUwuI0hPAqEoTUwWniKmO5ZsG0+K1m+0oxmx8hVsAcf41QaTLcipDGVprJSDmI2YEcCmoCMjpmpdlKI+AaYXI1T5s1MiZNSJHu/D1qVIwtK4NjFTBqdUwKAKnhj3sB61NxNml4c0ltR1GNCPkU5Y+1eqR7I4VUAALxXN+F7D7HYeaRh5en0q7qF5PbNGVP7rvx1rjqPmlY46j5mWb63ivInicZVh+R9a8r1OPyrh0A4UkV6lHN5qq6SDafSvM9dDLfToRzvPHtmtKO5dLexh9WJ60+K3B+aQ4X07mnxKN2W6DmmuzSSE5wOldZ2Ihdt7ZAwOgFKBsX3NOLDdx0HQUwncaAL+jvs1GE/7YruBMyBgrEbuoHevPLdzHMCDgg5Brsra7+0W0UvGWGT9azmrkS3ui47A/SoW9aUPuHWmM3NSgQmeTSkelM3gGlDgj/wCtVFlnGTS44ppbijdxmgB+B6UHgZ4qGe7SCIu3boPWiOYXEHmJn6elICRT6gY9KTbjpxTEyDk1Tj1HbeyRTONucLjtQTY0VkcFR2Bq3Z3Hly7yMYH51XCqcVMrIi88VLIaL51A+YjdBjDA1j+IbdHtLWZcDA2EkdO9W1uYycbM++KS5nW5t2t2AIYcAjvUR0dzNaSOGuY/mOB71UAwSDxXUXGgXTR+ZAomRuw+8Kxr3Tbm1G6WCRADjLKa6FJM6VJMz3wKS4eNooVSLY6qd7Zzv54pX9qhcc5AwO1UUICBT4mySh7/AM6hIpwyOnWgke4A6GkHWkY7jmkFAF8p+4J68A8UySB44Ud0ZQ4ypI61KhzAR/s/0qtPezXEccUjlliG1R6Cp1JaIiMmmkAU5SM0MKYJAtSBxioc4FG6gdi7Zww3UxWacxKBkEDJPNVJAAxGc89fWg57UYNFhNDQMmpcDaKhJwaeHyBQBYRduKmKjtznpxUCt8tTxgHqe3FSxCxpk1q6ZaNLcRxqPndsD296qQx7RuNdL4ciUQyXjkDnahPp3rObsiJuyOsjRYYEjToigCszXJ1ECJkbs5xUCawGbaEzzjOelU9UdmRZm5LHr6CudR1OZLUt6NcNsdScqCCK5DWE/wCJxdAchWbFb+n3JiaRCpyR6dKwtbZUvpp8EeZjGe5raCtI1grSMVlwxQd6ZKAhxxio2Z3YkZJ9qhZGyd2R9a6TqEMhL/XilHX3puMUZoAkzg8V0ujEm0jXP3slR+PNcxu4rpNFdJLBCfvROe/SplsJmqEcZ4+lI6vt5HNRPcBTyzZPoaUPkdT+dSCJPL+bnpihQoXDEZqIsfem7jTGamKq38jwW+5DznGfSrJas/WHIgQA4BbmpQGXJI8j7mJY5710VrCsduqqMAjNYVpC85ZVAJxmt+AOIkVxhgMHFNgLJtjiZyMBQSa5Zw3nBmBG7nnuDXS37A2Ug+nH41gX0hku3K9BwPoKEBv6VL59ku4glflNaKoD7j3rD087IkkB2mQbfYketT2t639pSK5wDxjNSyWjcSBPRfyqRbdc53f+O1TFyOgYfhTJ55yAUfkGoaMWjUji8uRsfdbn8ai1K2N1ZywsAyMv5H1rNW7uYlJkYHPPJpj6w0iOu3bxgGkkwSZxF3ata3DRN271WIzXQ6hEsyEkcg5zWHNFsY4rpRundFYim4qbbk0hjI5x16e9MZFSgZpSPxqxJD5MSbvvNzigYxptpOTxjAqEqdobHGcUkx+U1YSJxZBmAAflcnnikK1ytnnNO3VGwIPTFKp7UwLdhapeXHlPJsXBJPGfwyeageNY5CFYtjPUYxSI2yRX67TmtPWRC/lTwLjcgMnHIY+vtS6jMsyY+tIZPSnQW0t1KUhGTgsT6AdTUDAqxU9QcUCH5yKcp54NR+lOWmIsoTgVcgGWFUEarkT7Ez3pNA0X2fKdcVqWnnLaqkb5AHTNc+kryyqgHJIFdZHCIbZYwMlRjcayloZzViqqTK2OmfepHmmZCkjEj0pWkjQ5Yls1XnvI0wpYLn1qbEWHG5JkZiSCRjiqGpyo9mVfDt/D65p0l4mMgr+FZsk3zlmOWPb0q4o0jHUrxxSxtwo98mlaFiMnbn6UpnY52iopfOK5JI/GtTUiliC5JxVcgDvQ2SeTTaBC/Q1saFIyiYA8cHFY4NaWjF1ndv4SMGk9gNmTc0ikinq7jtSB8lTxmn5NSAu96UMT95j+ApnnRiQIXG49qlyKAJVvecMCPpUGozpLbgDruGMiqfmv6mmSsWAGT1osMtWLrDcgg8Y5/KtCa/jjAJcfhWIpPmvn6UrKGosBdudTSeNolVsHvVKSaNpJSQPmXj61EYj6GkMLHIwTmgQo1GZIRCpG0VEbp925mOT1NSLYyEZxxTxacZxQFhsd0wPDn86uw6hOOA7MKhFkjYIRgfpViOAxjHIA5pEtFpb2R4+ciomlNMJPrUDyDNNInlHu+etULiLJJHSrBbPSnIMnmqLSMll56U0jPvWrLYhxuj/KqK20hm8vYc57Ci5Q+wsjK/mMPlXp7morx910yjovFbzqttbHbwEWuZdzuLHqTQgIZiFDZHtTwGEas7FscAHsKic7j696cZTIAvqQMUwLPlhofwqi4KNg8Yq08jW4MRHzKSCPSqsjFjknJNAhytu+tbFkVvrCW36yxrx7rWDkjoeav6RctBfJIen3W9waGNEDl7ZlaNyMrwf6VDktySST1NXLpfNLRg8kl19j3FUxz1oQChcCnp0qPd2FPj+tAiZA2cAVZRScZzVcsUw6nr1qxFMWyDjNAyVGFvcRyD+Fga6dbssoYNkEVyEr55rSt7jdboe+MVEo3IkrmrPdZBJRcDuawru63yE+vapZ7g7SvQ96zJCWJNNIErDmlJ70xJgGw5OD39KjLfnTCcnnFUUaEa4+YHIPcUszgKcmqEczR8AnHenM5YE5oGRHk0mBRRQIcg3NW1psQSAkDknPPas21h8xwSDtHWt6yiyjH3xSYw5zyaftz2qcR49D+FTOIxGAoOQOSahsDIuU2SCQd6uRXHmoGyM96qXzfOB6UtvFNs3IxANDC1yVQzfw4HqTUiwAj5iKYGWMZckH+6OTUb3TEcYUDv3pgSSmCDlz+XWnRyRSpuUjHuKy55jKw7AVYtkBjG48HnimBcJUdMGkG89ifoaYEXqFB981OuVPC7fxpAOhxjhGJqwikuSYwOOoGeaYmf4VB/Go1vY0lK9OcE0gLR3sOuD35xSMjxkbmXkZwTUbSKewYn3qvc3G89s4xn0osAXVx/AMH1xVRnz15NMYknA79qAOcelUgHipkxUIz1xUgY9BTAtKDjp1pwyvOcepqNHx1qK8mKw7U+8/HHakBWurt7gFekY6+9ZkyLgtnao71LcypAmM8fzqhcSs/BPHYVVhDBLhjnGD7cir0dtbyASLOiKOCH3H+QrOHOfpWxZqs+nSgrGjAArjOWxUsaALpikb2WQ9ypfj+VNKaT537x5gB/DFH/UmqcyBlJAAwAa0tMjt3t7nzOZCF8sfzJoasNalSe408oUtrVgM8vI+T+QAFUTIUkUq2KWVQkjAHOCeRRDA91IETGQMmmI04EeZWCAbHkHzbMle+c+lSLplvGRLeMEiYHnd154IHpU4ljsdPaJUcSKhBDY2tn+eKrXVuDaK8qkqIgEyenFRdsZR1J7RrwpY8woMBiMbqrKcUhTyyVoH6VokJkwORjsaA208VGDSk0AiTcT1NTQoWwxOFB496Zbw7vnf7v8AOrDjd0+UUDGM5dv5VIAuzHGaiJAHFJuPb86BCCNBMN/3SCefXHFQTBVcBcfdG7HTNSSPkbTyDVYjaaLALU5iZE5wT0IB6VXzVpVzbb+4HFIRXNSQwmQ+g7mljhycv+Aq0gAAA4xTAngQKoCjitizXECk9+ayYjWrHKqRKuRwKTGT9KQt8uBmq73Kg/eqI3Iyf85qRFS5fdM3scUJcOoxuPFRSHdI3HJNMzRYZpLbx4+dz+dQXoWFAqjlv5VbM8Y+WJMerGs68cvIM80ICAVpWMIlhBLYwccVQt0Dyqp6VbhZ7eVkzwefrTAvC1jLclgB+ANTFAo+X9KpC4JOST7Uv2wopJweOKVgJ3lMabnOPc1iySkuzAnBNSTTyXTAMc88Co3gKttBzkUWAlS9lYbd3T2qRJDI2P5VTXIbB5xV22iJIbAyaYDyCo44NATA571M8aryWH1NU7i4dDgrhfUdTQBM8scafM3zZ4WolvY1OGBUVWWaJj0bHepDOMYVFx6EZoAufaAV+Q5z0NVri4WJcsdzt0FRNMqJuVdp9KoO5dizHmmkBXuJGkmLMc0hcsOR3pvLsfen7QGxjoKYhMgdK0dIbEjrnORnaP1NUNmRkVKL244XKkD1FJjRLxJlV7jGfWrWmOqSOjsNzIMZqql5JkZWNceq01rp2bcSFPqqgUARTI/nPhWxn0psbvE2UO1jxxUrzXH8UjkMO/cVD3/rQBZnEsVrGrnG/wCcZ6nPH9Kb9rllijSeTMcQwoFS3bSyQozkH92oGOwFQ29v57gE4UdTSQBKyyLnGzB4A9KgJ7dhW0YbOeLyREUZRgH/ABqv/Z8KgBjk9eGqhGbmnLk9icc1eNpDHzgsR2JqUMGQxJGFyMcDFAFTzpUZSU2jGce1SCXzOelIGBeO2uPlXf8AK/8Adz/SpJrV7G8MEoGT0PY+9AyJj69Kid+wp0529+Krk0CFJpCc0maesUjqWVCQO4FADRUqyEQ7B36mosY7Vas7Rrglj8sS9W/woAeuc9qbLOI2CDr3p1zMsIIUDceg9KoAkksTkmgDTt7xS4XaRmrhc+v5VlWa7pR+daP4YpMY4t70mfem0mTQAA/OcmmNwxp38WaCM9aAJwxY4DcD2qtMcSnvUiPsB96iPzOT/KiwAjlGGOD61LuYsGLE1AVwcVIkhXK0hFjaerHFISAOGzTVQk7nNOIUdvzoGQwj/SAD60skh80kdKAcTntxSHGCQMDtQAsKK0vzcA1eFxHGdiJggfeNUohjkipCAevIoAfJMFzyM465qpIz3J2r90dT2qby0HbJ96UEZwKaAjWFFULgfWlZEVS2OBTyKpXkvPlqenJpiIZZdzZ/IelQucIST1peSajlOTigYRDkmlIO7PGKE4FKvK0CHIR370xwA+QKcBngUODjB49KAJgm5cjkGmNFxnH/ANam28u19jdD0+tXVXnIIoGQN5kqKGfIQYANRMjDqKsyw7U3r0HX2qEZY4UnNAAhDKoYZK9M+lTLK1nhlOPcDpUeNnO7/wCvTCRINzHgdBSETRuZmLspVOgBPU9zWsFs/ICo4WTHXPWq1lZG6txI43AJxk4A+tDJELxlChdo4Hv3NF+g7DG3E4/WmFsLwQDnGc0+SRAxIXjoQKrSD5iRjP8AOmASjzMqwqzeTm90uGVj+/tCI3P95T0NUy+5QR1HBpu4gsFOA67SKAGyOHX3qMxnFOj561IaBEO0+lXrME2+M4Ck9DVQtk7VGSeOK1bHTpjFiVdink5pMZXtdO+0sXf5YwefU1Pfzpa2wRAOeAoqzcSraQ4UjgdfQVz9xK1xKXYn29hTAiYs7FmOSaUCgCpYU3Nz0HJoETWxKEn+VWRN7/mKjikWNenJ5p/2hfSgB4nU9TinF127sjFV2mUgjbUOfegC4rKwyDS5U9GFVB7nHtSZI6fpQBcIwKYvJJqQ9KjAxQMQk7s0q8c0Y9qXFFgHCQjvS+ZmoyKcBSAUnLE+tA+dsdhSFcVIi4H1oAdkKKQyccU1hk/SjZmgLDSxbrU0CcFvXpTFj3OAKskBV+gpAQXDiKMnv2rKJJbJ61PdS75MZpkCb3yei8mqAVIjj3NUiOa1CQiFj1Pas1+WJxQIFxjknHtTgMAfpSKOKXO3Pp/KgCZI8DJzmmz4CfWpYzuQVXuG3PgdBQMg7itCCUOnXkdeKqNGADTUkMThl6jt60Aaiy4POMHjnpUfk5kAQ/K5xn0HemI4kUMO9KXKA84BFAyKU+ZI3YLwBTY1LnaDmoy+CQfXrTFYqcgkUCLyXstoGjjfII5GeAarCaRpS+SzMeTTMjFP8whRtAApCL8LKLVwxGevNVJJMHioS5JzRTAXzOc+vWg+opmKmTDLQAiDmnqkk8oiiXcx7UgGOO9WLfMXTqepoGbOm6VFaASyESTHv2X6VYv72OzgLNyx4Ve5NUV1AWdn5jDcx4RfWsaaeS4kMszbmP5CgBbu5ec4Y+5+tVcD0p5OaSgQgFW0j8u33HqxqKCIySAYqzcEbwgxhRigCvSZ5p+wsM5xTMHtQAZopKO+OKBi5pc02igDW203ZzUuOKUL7UgINhp4jqcR+1OEdICv5VAhxVoRmniE+lFwuUjF9aBGccVdMB9Kb5eO1AXRWEeaeIsn5uBUuFHQUZoAYqKg4zVe8l8uLGeTVh3CgknpWRczmaQnPHamBBks3vVtF2RbccnrUEKZbPpVvvmmBAwJ5boKpt0PvV6ckqB61WlTain1NAiMD5aT605emKaRQAqSGM47VH1bnuadwTilWNs8CgBxbIwfpUW3K5B5FT+Sw7fhURUqfei4XQ2KQxv7dxVuTmM45yKpsO9SQScbGP0oGR+1Suv3enIpCVVmUr9CO1NZt1AhDjOB0FOTuvr0+tNooAcBuPXFKv3ufxpB1zmnEZww/GgBXXB9j0oQ7T7U4fOmO4pEQs2ACT6UASjmrMUQRPNl4Uc47mpLa1CDfL26g9BUN1cee+F4jX9aAIZpGmk3tx6D0FQse1PY03GTQMZSquak21LDFucZHA60CJrdBFE0renFV25JJ71YuXHEa9F6/WoO9ACAsBtHSmketWET5c+tI6ZXgUAQBAaeIqWHBYj0qagZD5QHrSGMen61OaaQvfFAGmietSBQOlNB96dketSAoGe1Sxwlz0pkYywFbujaXNqd7FZ24HmSn7xHCKOrH6f4VLdjOc7Fa00955ViiieWQ9ERSzH8K2F8LXiqDKbS2JH3J7gK35DNaWs6gmhAaNowWNsfv7jOXcjrk/piuM1CVFmUyO0hb7xdiSaxu3sczk2zel8MahFGZPsvnR/37dxIP05/Ssi/0+e1VGlgkjWUEoXXG7HXH51ZsdSudNdZrC4dSOdhbKsPSrev3E2oJZXkrs4uEkdSe3KjH4U05J6jUmmcpJ8pqMvUlwCHNUp3ZRgA5P6V0LY6k0RXtyWHlqeO9Uu9PZGJp8ERaQU7jJI02p9alC54qQRN6GneWVX3b+VK4XKcvMmAO3FJewFIo2PerCwM8+T0FJqB3wgY6GmFzMpwG44GabjmrlnAZGHek3YTdlcbDaF2HFdPpXg7U9QhSWO1KQscCWZgin8+v4V0nhrQLLSdIXX9VhWZ3P8Aols/AOP4jn8/pWFrfii+1KdnmnZY/wCBEOAB/ntWLk27I5pSbJ5vAF8qnyp7G4f/AJ5xXA3H8wKy5/BurLN5LabceYRkAJkY7nPTH41RTUSkm5JHVvUMa7Pw94lvb+I6bLcsBjcDuOWUdR9aluUdSbtHml1bmFiMYIqrweeQa19RjJYkdyazPKf0reL0OmDutSM80qkA5K5p2w0LGScYNUaABkUYqYQOR0pDEw7UCuiICpohuDL7UsVtLM4RELE9gK2LfRDbr5l317Jn+ZoDQx7aKSV8IuR3PYVfREgAVRlj1IHWlmlAJWMAAdAowKQ5hj7mVx+QoAhuZ2b9yDhQfm96g7elPZCopAjE9KAuiPFKBUvkPjoaPIcdqLoV0MAyatLiKIt6fzpILdickU+6jYEIBwo5+tA7oqE5OT1pVG4gUbG9KnjhYDOOtFwuh2BikIqQRvVed5I2AwMH1ouF0QxnbKR1yanLCoBu35xjJqbaTyaAuIWJ4HApMGngUfjQBo5pQar+YfagyE1IzRtBucV3HhiR7DTNR1CFVM+Vgiz1HAPA+pH5CuBs5W39a7Xw7uurKWFCFMdwJWYnAUEDkn8DWFTY5amkjK1KQQ3VwWYkxhVJJzk9T+prk9Wug0odGyrLxXT6/b/Zrh4mDhJkV1J78YOK424spCx547Zq6dmh0kupsaberLEpLAkDBGelav2km2SJmLJFu8tcdNxyf5Vxlok0TkjIYHrW9Z3MjsFkxmrkkVUSsdNb+E31G3a7g1GweFcZbewIPoRjNc3e6ekFy8a3EU4XrJHnafpmu68NxCTwzfFSQ8k/zFTztAWsPQdPguG+332Bp1kokmJ/jPUJ+Pf2rnU3dmHM9jOu/CF1ZaJHqly0cSSgGOI53sD36cdazrCzVpOSFBIBYgnaPXiu88V3RvtGW5cOHuRG+0rgIueAPzrkrRfL3MauM21cpTZqXXhSW20g6ml3a3NuDx5LEsR9Mdqw2gBfqMdq9DtGgjsrTR5l3O9n9o2bgNxYnIP51yyaJLJra6VjY5k2FiMYXqW/755qY1HqmLnY618JSvo6anPdW1rBKpZfNJztHfAFc9exRKrRr84yQCAQCPXnpXoF7c2+p6Ldi3lcR2+6CGMjgqq9f0rzy8uCSeB61VOTb1KhLUwCuHI963NDtPtd7b2//PaVU/M4rGfmUn3re8PTCDU7SVvupMhP0zWs9japsd940vC1s8IIVYgII406IpxnPuRxXlmpTHzGAr0rxDZSSabcMwDyI3nfK+4gZA5x04zXmeoxMZDgGsaLvuYU9ZalFZTkHNa2malNZXMdxC+2ROh+oxWSEPYVahgbNbtJnRJJo6LStNj1ycwG+t7aU42CbI8w+gIq7q3go6PbGW51CzLYysaFize2MVR8PQ51azD/AHWnjB/76FdZ44RjqcLnOXDFR6DgAf59a55SalZHM21scZpHhq61zUVs7NAXILEscKoHcmm6lov9l6i9m0sczR4y8edvT3r0PRbWLRof7OLOt/cx+ddNEAWjQdE/XmuQ1xCdVnOCBlcA+m0U1UblYamyHSNCi1STyBe28E5OESYEb/oRxUl94Vewv2tJ5I3KgMXiOQfpn0q14YjH9qrO65W2ikmI9dq8fqRXT6pFDfaLDqkAJ2/M5zzhuox7cGk5tSsTzNMw9K0dftMFpaRr5s7bQzHAHGSSfQYqHxLpP2I+XLfwyyg/6mJG6euSMVsaTdJZQPqOdjyyLaWxxk8n52x+X5VV8TW6rq7OZ2mEkOd7DB49qPaPmsDmzjYbRnnVUjMjk4VVGSx7CuitvBTb9upalZ2M7DPlSPucfUDp9K2fBGmokV7q7IGkgxHDn+Enq34CuQv7hpbuWWT5nd2LE896rmbdkVzNlzV/B97p0P2oeXc2mf8AXQnIH1HUVRsNLhmuRHcXKWqEf6yRSRn04rrvBd3JdW8sEjErGQGyc5Rh3/Iiuev4EgvLmKM7o0YhD7dqSnK7iyXNmtN4Fe1tEuJ9VsEjfoSW5/SoI/BzXQ/0S/srlsZ2BmUn6ZGK2dVtZZtKtUghkkbYjMqgsccZpdB0mayNxqV5EbWCOI7fMGwu3bA9ucms+eTV7iUmc9/ZaxS7ZB5IjYJIXU/J7nHNXD4LeW3N2NT08wHkSeYcH9Ki1TUUvWZ4SSkm0BuhYKOv59PpWwsZk8AwqoysayM/fkk4/r+dVKctA52cUdPRZm2sJFU4DKDhvpmtbU/C9zo8MD3jQo8+MQqSWXjPPatbRLWC2jk1u+ANvaNiJD/y1l7fXH86Z4rnlkWN380zPIS+/tweBT53ewc0rFDSvDZ1ddtte2azZ5gkcq4Hr0qjrXh6OzcRPfW00wbHlw7iR6knGO1aXgyWKLXWaRx/qWAY9iSMGor+3RdUujHv2EjYX6sBxmjmalYTm0iLS/AcuraYL2LULSNVJEiyFg0ePXisC9037HcSwx3CTBG2iRMlW+ma9A0GIy+GtSH3U+0LubPYKv51wN1KYjhumSfwqoSblqaQm7oz2Z0P7xfxFKGVhkEGpS6s2Awz6VGYUY528+xxXQdaJc+1GaaTjvTc1IyzFOVwtb2l6h5E6S5+XgOc/dGev4VzAP41dtrryjwamUboxqR5kd9qNsutwFkG67B3oXblhjlPT3+tcNcWk0dyylWDZ+ZWGCK0bDVZbWYSQPyOisTge49DW7/wlNtcqBqenR3RBzveJWbHpkEfqKxjzQOdXTOWj05pWSOJDJKxwqKMsT6AV0GtacugaDY6dLGn2y5kM85ABKYGAufbj86nufGkVspXSNLt7AngyBQGx9Rz/KuTvNXlvLky3MvmP69APpVe9Jjd2eheDoPP8P3AM3lxiZi5J4K7RnNc/r93bpHHommyF7K1GXfp50h5JNV7PxUljoD6dFA7PM5eVy4C+wHcjgVl213bCdDcb2j3ZkEZAZvzrNQd2ybM7XxCrDwvYgjloFbOegG3j8zXIRpJI4iQkl2Cj8Tj+ta8/im1vSYrizkNr5QjWFXA2AdMHPsKq6bqVhZXZuZrWacxtugXeoAIPBb1/CiKaQrM0dYvGs/FLSxna1n5aDHPCjBH5GtvWtRs7O0e/geRtQuYPKilKgAIxzx+FcVqerWt3ctdCGSKeViZcyAq3HbjINQXOsC4gt4ZHBW2QrGAffv9KORuwJM6nwuolsL6INwgHB56jjj6iuJu49iBT1UYP1HFbela/Dp9jJDFbv8AaJiPMmMgxgHIAHaqGuXdlfN5sFs8EjZMuXBVie4HaqimpFRTTOblXDn0NXLKXacfhVGSPJJViKIneJhu49xXQ9UdbV0elaPqf2qzMUkjh8qrHb8rHHVu5BHFYmt6E1rOwVGMDH91IRxj+6fcVlWV0Rtw7Kw6MpwRXW6d4ovYIPs8qpcQH7yOoYH8D/Q1z8ri7o5bOLONGm/NXU+E/DjT3Y1GeILY2mZHdxw7DkKPXnrWlFrmlIGlPhy1eYnIPlhVH4ZrP1XX77UkCTSrHCvCwxDAA9Pb8KpuT0G5NlbTmM2tQXAwrSXSvgdsvmuy1safpckGo3LedPbhmhtyfvucYYn0B7VwtrfR2t5BM6Fo4pFdlXGTg5xU+q642tX32qWPyyOFXdn/ADx/OocG5EWZs+EmmvfEcsty5kkmidpWz7jP6Vl6snm6nO5GAdpAznAxwKfpurDSI5ZUgZrqVSivvGEQ9cD146morvUrW7RZBbvDccK7CQFHAGOnUGizUrhZlzR4/L0vV7k8bbdYhj/aP/1q0/D13G1rdadJKyxY8zaADlTwwx9f51lHxHpcOnvp0WmzGCYhpneYCR2HTpwMelYq6z9kvPPtug3BRIckqexxScG7is2bWq3MH2uK1tFdbWwXZGG6ls5Yn3rU8V2yi4tZACElGSS2c5HH06Vx9lqEBuQbpXljZiXWNgrNn3PvXQXfiu1uw0d3pxNvhQgjn2sm0YBzijlaaBxZc8PX8KxXdlIWwXEiqGwG4A5+mK5zWdLmtdTljlTbuO9McgqeeD+NUBqhjuPMicowJKnOSP8AGugt/FdnLZC31LTludp+Ug/d+hzkfSnyyi7js0XfBMAiOpXEiZihtwSCcAnJIB/I1hXVx9qnmm4w+cY6dKk1PxIJrM2FlAtlZMcvEhy0p9WPX9azrG7tTcot00ghH3vLXLEeg9PrVKLu5MOVtHaeIvtVppVjIkjRgom1kbntVHR9Qv31O3VriSXe2zEh3cH60l94stNQlYXNi8lsqBY4QwXbjpyD7VXg8VaZpqmTTtLkju2BHnTT7tmeu3rj64rNRdrWDlZN4nt4E1VGihjhkZSJUj+7uH8WOx9a3NMsLefweqzzCBHVlaTk9Wbt6+lcBPrRnuHmkbfI3vwBWhceKkl0C30q3jlHloSzlgMuepwOuMnFNwlZIOVlzWtVjv7yGzssrp9kQkQz9455Y+5NaXjuHy2gRTt3Nuf5s5JBxx9K5XTJbaCdGu43miTnyo3C5I6ZPpW1qPiS11VpG1G1kO8hlaJwrR4GOO2MetNxd0OzuYltcG1nV4iFdTkH19jXS/8ACUrdwCO902C6K/caRQSv45FcPPcAPwamtrv1NaSpp6lum7XR6FptzPqemXTOkMMVtIFijhTaoyBnPr1zXA61b/ug6HJXg+4rqYPEcFrYLZ2FtKieYJJJJHUtI3Hp0HHSsTV7izlw1tFJCCDvR3DDP+z3x9aiCakZxT5jlYHRm8uUDP8ACfSrnAqjdW5U+YvI70+3uQyYc8jv611I7lsPmlKMpHQ1JkGo2w4wRml3YHrQMfnAo3YpvbigH2oAlEzJjBoF6+SA1Qk1H6/pSsiXFMllunbuarlyWyetP6iomT0NFgsh5uW6A0guG7moyh7UgBz6UWQWRZjuWX+I81IL5x0aqXelFFkHKi214X681UaUmTAOKUU3ad2aLByosxTmPuSaeZWkxknFV1Qkj2qbpSsg5UIemKUDnFFPQcg1RRYiGzkVbjumXjNVR7UooauS0mXvtrY61E9wzd6gzTHk28Dk0rIXKiZpsDk0iXJj+7w3qeoqtuJPJyf5UFtoyTTsOyLDXbdS361Vlv2zhWOKryzFuBwPSoCfxpWQcqLBvHP8RqNrlm7moCaBTsLlRbgnYEkGpJ7pjxkmq6DaBTXJNFh2QnnPnOalW7ccZNVsU4LRYLInNy7dzUkUzLzk1Aq81YSNUXfIdqj1osFkWopzjc5IFUbm9MzkRnCDq1V7m8M3ypwn86ZHE0nBOFpWQcqHxPJKcKSB3NXUk8sYXr3NQqAo2qMAUucU7ILIsi6ZehPFNa7Zv4qg7Yo6j/GiyFyoVmLHOTTklKnrzTMY6elAoKLi3bhepzTZLhnHWq4PNJvzxRZC5US7wRg9MVUktmDZi+6e3pU+cdKdux3xQM//2Q==</binary></FictionBook>
