Виктор фон Дум

Глава 1

Мне снился странный сон. Он был необычайно яркий, как мультфильм. Фрагментарный, когда сцены сменяли друг друга без всяких предпосылок. И в то же время он был удивительно наполнен смыслом и деталями, что приходили в промежутках между сценами, как неоспоримые факты — данность окружающего бытия. Я понимал, что сплю. Я понимал, что сплю, понимал, что мне это лишь снится, и… в то же время что-то делал, не контролируя свои поступки, но действуя согласно роли, знания о которой приходили мне по мере игры.

Вот я стою на какой-то футуристической площадке, а буквально под ногами, в огромных обзорных экранах лежит Земля… Планета, висит под ногами, закрывая почти весь небосвод от горизонта до горизонта. А над ней — звёзды. Чёрная, покрытая жемчужными каплями пустота. И я знаю, что я на своей космической станции, что всё это создал я, и что никто более из земных владык не может себе позволить вот так — встать над вершиной мира.

— Мы вместе уже два года, — произносят мои губы, пока внутри разливалась некоторая неловкость.

— Это были хорошие два года, — поспешно согласилась ослепительно красивая девушка с голубыми глазами и тугой копной золотистых волос, сейчас стянутой в пучок на затылке, что находилась на той же обзорной площадке. — Кампания работала так успешно!

— Да, конечно, компания, — чуть досадливо соглашаюсь, собираясь с мужеством. — Но любые достижения компании ничего не значат, если ими не с кем поделиться, — ловлю взгляд голубых глаз. — Я не боюсь делать серьёзные шаги в жизни. Пришло время сделать такой шаг…

— Виктор… — капельку растерянно улыбается красавица.

— Если хочешь, считай это… — слова застряли в горле, упорно не желая складываться во что-то уместное, — повышением, — запоздало нашёлся не вовремя зазбоивший мозг с аналогией.

— Виктор я… — сглотнула девушка, как-то обескураженная.

— Три слова, — прерывают её мои губы, пока руки раскрывают бархатную коробочку с обручальным кольцом. — Три слова, от которых наша жизнь измениться… — пытаюсь поймать взгляд девушки, которая напротив опустила тот вниз, но тут…

— Облако набирает скорость! — резко прерывает нас какой-то мужчина, ворвавшийся на площадку. — До столкновения считанные минуты!

Блондинка перед моим лицом, бросила взгляд на возникшую помеху и, ничего не говоря, поспешила отойти.

Вспышка…

И вместо панорамы космической станции я вижу зал для собрания акционеров. Помпезные кожаные кресла, овальный стол из дорогого канадского клёна, а так же — они паразиты привыкшие жить с ренты, просто давая деньги и ожидая дивидендов, пока другие люди работают. Все в сборе и уже зарылись в какие-то документы, хотя я точно не опоздал к назначенному сроку, даже пришёл раньше, однако пустует лишь моё кресло…

— О, Виктор! — вальяжно приветствует меня рыхлый, невзрачный канцеляришка, очень стереотипно-чинушного вида, из тех, что не способны добиться ничего сами, но обожают бравировать принадлежностью к некой внешней силе, от имени которой можно безнаказанно давить на других. — Мои поздравления: крупнейший спад после Великой Депрессии! Твои акции обесценились, — развалившись в своём кресле словно медуза на камнях берега, взмахнул он пачкой листов.

— Но я могу изменить ситуацию, — давя внутренне раздражение, проговариваю прописную истину. В конце концов известные брэнды способны выкладывать миллиарды на оперативные расходы не падают в одночасье и у компании была ещё куча проектов правильная пиар-компания которых могла легко всё исправить.

— Действуй, или мы прекратим финансирование, — поджав губы, словно какая-то раздосадованная строгая няня, резко оборвал меня мужчина и все, кто сидел за столом, посмотрели на меня, без слов показывая, что всё согласовано и срежиссировано. — У тебя неделя, — подтвердил мои выводы «канцелярская амёба» .

— Ты наслаждаешься этим? — видя, как люди начали демонстративно вставать, даже для приличия не изображая, что тут планировался какой-то совет с Главой обсуждаемой компании, не выдерживаю я.

— Одна неделя, — подчёркнуто самодовольно оправив пиджак, повторил рыхлый паразит, чтобы вместе со всеми направиться к выходу…

Вспышка…

Я стою у себя дома. Дела идут отвратительно, но это ещё не конец. Я уверен, что справлюсь. Паниковать рано. Скоро моя девушка придёт на ужин впервые после выписки из больницы после того злополучного полёта в космос, и я смогу повторить предложение. Никакие проблемы с акционерами не сломают мою жизнь. Я всё улажу. Главное не паниковать и не суетиться. Суета только увеличит шансы на ошибки…

— Как наши акции? — разглядывая своё лицо в зеркале, интересуюсь у Леонарда Кирка, моего секретаря.

— Упали. Цена чуть больше двадцати долларов. Это ещё неплохо, учитывая…

— Провал Рида? — понимающе подхватываю я, растерянно глядя на обнаружившийся близ правого виска странный шрам. — Организуй утреннее шоу Лари Кинга и обложку журнала… — шрам был почти двух сантиметров длины и, судя по рубцу, довольно глубокий, но я совершенно не помнил откуда он взялся. — Пускай камеры снимают меня только слева, — тем не менее, не считаю нужным пускать данную деталь на самотёк, а то папарацы любят раздуть грязную историю из ничего.

— Вообще-то… шрам повысит популярность, — оценив мой вид, сообщил своё мнение Леонард, — поэтому вам не стоит его скрывать.

— Ты так считаешь? — оторвавшись от зеркала прохожу к уже сервированному столу и, попытавшись поправить чуть криво лежащий нож, неожиданно ощущаю головокружение, а вся группа столовых приборов под не успевшими до них дотянуться моими пальцами начинает подрагивать.

— Знаете, мне кажется, вам нужен отдых, — заметил лишь то, как я покачнулся Леонард.

— Не сейчас, — усилием воли прогоняю из головы гул и… заставляю столовые приборы замереть, — у меня на сегодня есть планы…

Вспышка…

Я спешу по коридору, внутри злость, раздражение, непонимание… опаска. Сьюзен не пришла. Прекрасный закат у панорамного окна в пентхаусе пропал зря, изумительный ужин остыл, коробочка с кольцом, кажется, замаслилась от долгого ожидания в моих руках, а попытка узнать где носит девушку с которой мы только что созванивались и которой нужно было просто подняться на лифте, обнаружила, что она всё это время сидела в ресторане на первом этаже со своим бывшим, «гениальные» идеи которого стоили мне миллиарда вечнозелёных американских президентов, потери деловой репутации и недели комы той самой Сьюзен. Кроме того, приступы головокружение нарастали, меня лихорадило и в зеркале уже отражался какой-то бледный неврастенник, а не стильный загорелый мужчина, каким я был всего пару часов назад. Вишенкой же на торте был какой-то грохот с сотрясением всего здания и как раз со стороны, куда, по свидетельствам, только что спешно бежала моя девушка!

— В чём дело? — заставив подвинуться одну из сотрудниц работающих в медицинском крыле главного офиса, я вошёл в палату, где после возвращения с орбиты содержался Бэнджамин Гримм.

И картина открывшаяся мне очень располагала к такого рода вопросам, как минимум потому что палата была разгромлена, внешняя стена выломана и посреди всего этого стояли они: Сьюзен Сторм, Рид Ричардс и младший брат моей девушки — Джонни… почему-то совершенно голый и прикрывающий задницу с промежностью розовой женской курткой.

— Что произошло? — повторил я вопрос, когда они все соизволили ко мне обернуться, но с ответами не спешили.

— Виктор, — на этот раз Сьюзен всё-таки двинулась ко мне, — ты в порядке? — её голубые глаза отчётливо зацепились за мою бледность и неизвестно откуда взявшийся шрам на лице.

— Да, просто несколько царапин, — успокаиваю девушку.

— Это сделал Бэн! — не дав даже толком договорить, вмешался Рид. — С ним произошли изменения под воздействием облака.

— … — не особенно поняв о чём он, я недоумённо перевёл взгляд на выломанную стену и голого Джонни Сторма.

— У нас у всех симптомы, — поспешила добавить Сьюзен.

— Симптомы? — в памяти резко встали головокружения и дрожащие столовые приборы…

Вспышка…

Вновь кабинет для встреч инвесторов. Работает телевизор и на экране всё те же люди: Сьюзен, Рид, Джонни и ставший втрое крупнее и ещё больше кремнем чем обычно Бэн Гримм. Ребята устроили аварию на Бруклинском мосту, а потом сами же всех и спасли, попутно моя несостоявшаяся невеста поиспарялась в воздухе прямо на камеры, в процессе пару раз сверкнув голой задницей, Джонни показал, как может принимать взрывы пропала на свою спину, Бэн потаскал грузовики, а Рид оказался истинным человеком-гондоном, в смысле, столь же растяжимым, хотя и другой смысл я не отрицал. И их уже назвали Фантастической Четвёркой.

— Значит так ты изменил ситуацию? — выключил трансляцию всё тот же рыхлый канцерярист. — С помощью этих монстров? Твою компанию уже можно хоронить.

— Я собирался использовать это для… — начинаю было отвечать, намереваясь показать вполне реальные перспективы использования хайпа на данной теме для интересов Фон Дум-Индастриз.

— Банк потерял уже непозволительно много, — перебил меня эта канцелярская перхоть, одним тоном вновь давая понять, что никакого разговора не планируется.

— Одну минуту, — бешенство от того, что меня откровенно нацелились сливать, накатило сложно удержимой волной.

— Поздно, Виктор, — вновь не дал мне слова этот глист, окончательно расписываясь, что они просто хотят распилить мою компанию.

— Ты знаешь, сколько было вложено в эту чёртову компанию? — всё ещё стараясь сдерживаться, поймал я его взгляд.

— Виктор, довольно, — читай «не трепыхайся и не мешай нам тебя ограбить» , произнёс урод. — Это не переговоры, это уведомление. Мы прекращаем финансирование.

Вспышка…

Надоедливые репортёры собравшиеся, как акулы на кровь, у места работы моего бывшего друга, остаются позади, как и провокационные крики о стоимости акций и скором банкротстве компании. Только что они и целая толпа обывателей славили Рида, изливая на него океаны обожания, абсолютно игнорируя тот факт, что этот человек — банкрот сколько себя помнит в самостоятельной жизни, умудряясь оплачивать счета лишь за секунды до начала процедуры уголовного преследования, да и то делая в долг, а стоило появиться мне, что построил с нуля многомиллиардную корпорацию и оказался в плохом положении только по причине сговора инвесторов, как пираньи чуют кровь и не стесняются самых грязных словесных провокаций…

Лифт везёт меня наверх — к девушке, которая даже не потрудилась сама сообщить мне что и как с ней после той ситуации на мосту, как и о самой ситуации, зато сразу заявилась в дом своего бывшего. И во мне всё меньше уверенности, что я всё улажу…

— Я очень волновался, — достигнув нужного этажа и пройдя в вотчину Рида, обнаруживаю Сьюзен в одной из жилых комнат. Распаренную, с влажными волосами, в домашнем халатике с мужского плеча и… листающую альбом с их совместными с Ридом фотографиями времён университета.

— Виктор! — альбом был захлопнут и спрятан в ящик комода, а девушка развернулась ко мне в точности так, как это делают люди пойманные на горячем. — Извини… я заставила тебя ждать.

— Пожалуйста… — проглотив эмоции, жестом прошу её не продолжать, — можешь не извиняться. Твои вещи перевезут в один из моих домов, — перехожу к тому, для чего приехал, — о тебе будут заботиться.

— Спасибо, ты очень щедр, но я останусь здесь… с моим братом. Так будет лучше для всех, — с необычной для неё готовностью, забила пару новых гвоздей в крышку гроба моей уверенности в лучшем будущем девушка.

— Сью, — на миг смежив веки, возвращаю себе самообладание, — надо чтобы врачи тебя осмотрели…

— Виктор?.. — с небывалым чувством дежавю раздался сзади голос Рида. — Что ты тут делаешь?

— … — на этот раз для ответа мне потребовался глубокий вдох. — Задаю себе тот же вопрос, — совладав с собой, разворачиваюсь к этому… даже не знаю как сказать… человеку-резинке. — Так что вам известно? — всё же заставляю себя быть профессиональным, а не вспыльчивым.

— Немного, — честно признался мужчина, у которого уже образовалась седина на висках. — Поэтому надо провести всестороннее обследование.

— Скажи, если что нужно, — например медики, оборудование, специалисты по лучевой болезни… Все те, кого у тебя нет, о наш великий учёный-одиночка с дипломом по машиностроению! — Это общее дело, — вновь намекаю на то, что нищий холостяк-энтуазиаст имеет несколько меньшие ресурсные возможности, нежели глава многомиллиардной компании специализирующейся на высоких технологиях.

…Но мой намёк пропадает в втуне, ибо Рид молчит, только бросает неловкие взгляды на Сью. А она — на него. И это тоже ответ. Красноречивее некуда.

Обвинять, срываться, устраивать скандал… это было недостойно Виктора фон Дума. Я стойко принял, что у меня отбирают дело всей жизни, не стал я унижаться и когда у меня отобрали девушку. Просто молча направился к выходу.

— Виктор, подожди! — догнал он меня уже в коридоре к лифту. И-и-и… — Я сожалею, что вышло совсем не так, как планировали, — вновь показал себя истинным человеком-гондоном.

— Совсем не так?.. — остановившись, поворачиваюсь к нему. В голове шумело, по телу разливалось тепло, а мысль об этой их «Фантастической» Четвёрке вызывала какую-то обречённую ярость. — Это была катастрофа. Разрушена жизнь четырёх человек… — горло сдавил спазм и я как будто на долю мгновения проснулся, — и ещё многим тысячам будет разрушена в ближайшие недели!

— Мы виноваты оба, — всплеснул руками Ричардс. — Я же говорил, что нужно срочно улетать.

— Улетать⁈ — злость вызвала ещё одну пульсацию, похожую на пробуждение, когда сон отступает и сознание проясняется, в результате чего с губ сорвалась совсем не та фраза, которую я чувствовал, что должен сказать: — Ты прибежал ко мне, когда до столкновения оставались жалкие несколько минут, и говоришь, что мы виноваты оба⁈ — лампы на потолке тревожно замигали, будто при сбое электроснабжения. — Ты не успел за это время даже вытащить Бэна из открытого космоса, умудрившись проспать облако, в момент, когда его туда посылал! А сейчас ты говоришь, что я должен был за то же время и вытащить его, и собрать вас всех в челнок, и подготовить его к старту, и выйти из области поражения⁈ Это означает твоя фраза про общую вину и то, что ты говорил улетать⁈

— Какие проблемы? — грозно окликнул нас низкий голос. Каменный Бэн Гримм, как всегда, пришёл спасать своего «Мистера Фантастика» !

— … — бросив на него взгляд, я взял себя в руки, а вместе с этим прекратило барахлить и освещение. — Никаких проблем, Бэн. Всё просто прекрасно. Я три часа собирал ваши бессознательные тела по всей станции, доставал тебя из космоса, пока в скафандре не кончился кислород, тащил на своём горбу до челнока, а потом в одиночку выводил тот с орбиты на Землю, после чего организовывал лечение, уход и лучших докторов, а теперь я, оказывается, виноват вместе с Ридом, потому что он заметили, что облако, которое, по его же прогнозам должно находиться в семи часах, приблизилось аж до семи минут полёта, и захотел, чтобы я волшебным образом улетел за это время с вами на Землю, а я, вот же злыдень, так не умею! — вдох, выдох. — Моя компания летит в бездну, моя жизнь летит в бездну, но всё хорошо, Бэн! Всё замечательно. Ведь наш Мистер Фантастика, — с максимальным выражением произношу я, глядя на Рида, — на коне. И на всех экранах. Наверное, поможет найти спонсоров, да? — и криво улыбнувшись на прощание Риду, разворачиваюсь к лифту.

Кабинка закрылась за мной в полной тишине, но злость не отпускала.

И в какой-то момент чаша была переполнена, заставив выкинуть вперёд кулак… что оставил на обитой медным листом стенке глубокую вмятину, а на костяшках пальцев необычные ссадины, под стёршимся слоем кожи на которых, однако, обнаружилась не кровь, а серебристый металл.

Вспышка…

Вокруг медицинский кабинет и рентгеновские снимки моего собственного тела. Очередной навороченный аппарат в длинной череде дорогих и помпезных, через которые я прошёл за день и что уже не задерживаются в памяти, сканирует мою левую руку, а взволнованный доктор изучает информацию на мониторах.

— Что скажете? — теряю терпение, и так дав медику более чем достаточно времени.

— Ваша кожа, органы и вся биофизическая структура меняются, — оторвался от экрана всклокоченный мужчина, — но организм пока функционирует, — то ли попытался меня ободрить, то ли напротив… эскулап.

— И что же дальше? — я уже был готов ко всему, тем более что шрам на лице ещё больше вырос.

— Понятия не имею, — бесхитростно покачал головой доктор. — Это будет металло-органический сплав прочнее титана или углеродистой стали и твёрже алмаза, — между делом отключил он устройство, позволяя освободить руку.

— Рид сказал — экраны защитят нас… — в прострации бормочу я, ощупывая натуральные стальные мышцы, что проступили из под кожи предплечья изучаемой руки. Выглядели они откровенно жутко, но на изумление сокращались и я даже ощущал собственные прикосновения. — Прогнозы? — сглотнув ком в горле и оторвав от руки взгляд, поднимаю лицо к мужчине.

— При таких темпах всё будет завершено через две-три недели, — отошёл тот к процедурному столу.

— Что значит «завершено» ?

— Трудно сказать, — протерев руки полотенцем, признался доктор. — Я понятия не имею, что это такое, — жест в сторону рентгеновских снимков. — Надо сообщить в ЦБР.

— Что? — не поверил я абсурду предложения.

— ЦБР — центр борьбы с эпидемиями, — пояснил аббревиатуру мужчина.

— Я знаю, что это, — отмахиваюсь от не нужных пояснений.

— Если это заразно, то нас ждут большие проблемы, — не слушая меня, указал на снимки врач. — Речь идёт об эпидемии.

— Что за бред? — в груди вновь поднялась злость и какая-то детская истерика, заставляющая смеяться, от чего я даже встал со стула. — У меня есть своя жизнь. Я — глава богатейшей компании. Всё это надо держать в строжайшем секрете, — как неразумному ребёнку поясняю своему сотруднику прописные истины.

— Виктор, это же очень опасно! — как полный идиот вылупился на меня человек, которого я ещё минуту назад считал хорошим специалистом с мозгами. — Я должен поставить в известность… кха!.. — дальнейшее продолжение бреда прервала моя рука, сомкнувшаяся на его горле.

— Прежде всего, — злость вновь вызвала ощущение будто я стою на грани вырывания из сна, — вы должны выполнять мои распоряжения, потому что я плачу вам зарплату. И если мне не изменяет память, эпидемия — это когда болеют много, а не когда даже не доказана заразность единичного случая! Хочешь сделать себе имя на обнародовании сенсации? — читаю его истинные намерения в глазах. — Не выйдет. Даже без контракта, что ты подписал, поступая мне на работу, есть такая штука, как врачебная тайна. И я не даю своего разрешение на сообщение третьим лицам информацию о состоянии моего здоровья. Если ты кому-то об этом сообщишь или хотя бы не уничтожить все собранные сейчас данные, я засужу тебя так, что тебя не возьмут даже самым заштатным костоправом на дно Гарлема. И поверь, у меня хватит на это денег и влияния, даже если мою компанию прямо сейчас объявят банкротом. Ты всё понял? — чуть ослабляю хватку на его горле.

— Д-ха…

— Вот и замечательно, — отпускаю мужчину, отчётливо понимая, что по сценарию сна должен был свернуть ему шею, но ничуть об этом не жалея.

Вспышка…

Очередная пустая бутылка дорогого виски отправилась в мусорную корзину, а в голове даже лёгкой щекотки не появилось. Алкоголь пился, как вода, не заставляя организм даже поморщиться, какими бы огромными глотками тот не вливался в глотку. Ни разливающегося по пищеводу тепла, ни лёгкости, вслед за ним, ударяющей в голову мягким молоточком, ничего. Просто компотик со специфическим привкусом… подкрашенная вода.

— … плохая новость для Фон Дум-Индастриз: по заявлению Нэда Сейсила, его группа инвесторов будет стараться взять под свой контроль многочисленные технологические компании мистера фон Дума. Цена акций выставленных на торги упала ниже запланированной отметки. Фон Дум-Индастриз не в состоянии избавиться от того негативного образа, который сложился вокруг этой компании после трагедии на её космической станции, завершившейся комой нескольких человек…

Телевизор в углу бубнил безрадостные новости, словно решил позлорадствовать, мешая в кучу все неудачи, просчёты и подставы, что обрушивались на мою голову последние недели. Всё было тщетно. Денег на функционирование компании не оставалось. Инвесторы сговорились и уже делили мои патенты, а так же барыши, что можно срубить за их перепродажу. Все направленные на исправление имиджа усилия в прессе разбивались об истерию вокруг Фантастической Четвёрки, а прижать Ричардса компроматом о том, что именно он виноват в трагедии, невозможно, ведь он работает над лекарством от этой… металлификации, что в любой момент грозит превратить меня в неподвижный памятник самому себе. Компания трещит по швам, уже приходится распродавать побочные фонды и личную недвижимость, а я трачу деньги на игрушки гондона, который увёл у меня женщину, покрываю его долги, снабжаю оборудованием, образцами растений, что были тогда на орбите, сопровождающим персоналом и так далее, только укрепляя его успех, в то время, как сам качусь на дно. И хуже всего, я не могу это прекратить! От его работы буквально зависит моя жизнь — если что-то сорвётся, я могу просто не успеть найти лекарство, в какой-то момент обнаружив, что суставы уже не двигаются, а мышцы отказались сокращаться.

Виктор фон Дум — Отчаяние, Отчаяние — Виктор фон Дум, приятно познакомиться! Никогда бы не подумал, что всё будет настолько… нелепо.

Встав с кресла, я мрачно поплёлся в ванную комнату, уже содрогаясь внутри от предвкушения того, что увижу в зеркале. Появляться на публике уже стало невозможным — даже в собственном офисе приходилось носить перчатки и мазать лицо тональным кремом. Шрам на лице рос и под ним проступал уже знакомый серебристый металл. Правая рука почти полностью лишилась нормальной кожи — та просто отслаивалась, как после ожогов на солнце и хуже того, падала чувствительность. Пальцы будто скорлупой покрыли, ощущения передаются смазано, как сквозь корку. Начал ловить себя на том, что непроизвольно позвякиваю металлизированными пальцами, словно перебираю чётки…

И вот оно — зеркало, картина в котором и впрямь не радостная. Куда только делся лощёный красавец — мечта женщин, что ещё недавно смотрел с обложек глянцевых журналов, как король-небожитель? В зеркале какой-то опустившийся пропойца, бледный, как смерть и раскрашенный под фильм ужасов. Но хоть вода лицом ещё ощущается, что доказал открытый кран, а то я уже всерьёз боялся, что скоро и от кожи на лице не останется ничего, кроме воспоминаний. А ведь проклятый Рид, со своей «резиновой сутью» , вообще не испытывает проблем, словно и не нужны твёрдые кости, чтобы удержать плоть от превращения в желе! Плевать на физику, когда нужно удлинить руку на десяток метров, плевать на силу мышц, не рассчитанных на удержание такой конечности — она будет прямой, твёрдой и упругой, позволяя сидя на толчке, с удобством доставать туалетную бумагу хоть через весь этаж! Проклятый Рид… Если бы я только его не послушал…

В этот момент моя рука закрыла кран и потянулась к полотенцу, по пути минуя розетку для бритвы. Внезапно голова опять на миг закружилась, от чего возник инстинктивный порыв схватиться за что-то… потянуться… сжать… и-и-и… из розетки ударил разряд. Прямо в металлические пальцы.

Знаете как бывает, когда ты спишь или только засыпаешь, и тут тебя внезапно подбрасывает какой-то нервной судорогой прокатывающейся по телу? Редкое событие в жизни. Обычно его ничего не предвещает, просто организм, по неведомой сознанию причине, решил встряхнуться. И ты ни при чём, ты только что был в объятиях Морфея и даже не шевелился, чтобы во сне как-то себе что-то защемить или удариться, но… ты всё равно подскакиваешь — и сна уже ни в одном глазу.

Вот и у меня были похожие ощущения.

Пелена ночной грёзы, иллюзия сценария сна — всё осыпалось невесомой пылью, и я замер, наблюдая, как в пальцы вливаются яркие электрические разряды, не причиняя ни малейшей боли, наоборот это было… приятно. Потрясающе приятно! Тело будто заново наливалось жизнью — будто измученный уставший организм за считанные секунды возвращается к состоянию юношеской бодрости и безграничной энергии, от которой невозможно усидеть на месте и тянет бежать, прыгать, что-то делать… А ещё пальцы… металлизированные пальцы, только что словно покрытые скорлупой… к ним возвращалась чувствительность!

Голубые разряды бежали по моему телу, проходя от одной конечности до другой и замирая на кончиках пальцев натуральной ионизированной плазмой, а я чувствовал, как мне становится лучше, как пропадает головокружение, как отступает лихорадка и как… как я могу тянуть электричество из сети дома, будто оно какой-то материальный предмет, какая-то послушная моей воле субстанция, что я могу буквально контролировать — держать, тянуть, заставлять двигаться вопреки положенному природой и… впитывать!

Я был словно какая-то Лаввайер из вселенной комиксов DC — эпизодический враг Супермена, способный поглощать электроэнергию, как огромный аккумулятор, и потом швыряться молниями, только… пожалуй… не мог сам превратиться в скопление энергии и уйти по проводам куда-то в сеть. И в то же время… Я был Виктором фон Думом из вселенной Марвел!

С хлопком сработал предохранитель, отсекая закоротивший участок сети и погружая помещение в полумрак, рассеиваемый только светом с улицы, добивающим через открытую дверь.

Ощущение осознанного сновидения полностью растворилось, я уже точно не спал. И вместе с тем я всё ещё стоял в личных жилых апартаментах Виктора фон Дума в здании головного офиса его же корпорации в Нью-Йорке, а мои пальцы отливали серебристым металлом.

События сна… воспоминания и факты, приходившие, казалось бы, из неоткуда неопровержимой данностью, всё ещё были со мной, как и многие другие, принадлежавшие явно не мне, но… Виктору. Его эмоции, чувства… его жизнь. Всё это было так свежо, так ярко, так натурально, что, даже при полном понимании своей чуждости для моей жизни, сбивали с толку. Я знал, что я — не Виктор. Я всё время это знал, даже «во сне ». Просто « во сне» это не мешало видеть сон и участвовать в его сценарии, всё видя и понимая, но… проживая историю. Сейчас же не только знал — я вернул трезвость мышления бодрствующего человека. Всё осознание себя, всю память о себе, всё критическое мышление наконец. Но… опыт Виктора всё равно ошеломлял.

Ошеломлял, даже несмотря на то, что я мог поклясться, что видел всю эту историю в кино!.. А может быть, и благодаря этому.

Подняв взгляд на зеркало, я увидел в тусклом по темноте отражении лицо Джулиана МакМэхона, особо памятного многим детям девяностых по сериалу «Зачарованные» и роли Коула Тёрнера, он же — демон Бальтазар.

И всё бы ничего — осознание, что я попал в историю фильма уже начало стучаться в мою голову, однако проблема в том, что он, в смысле Джулиан МакМэхон в зеркале, был… мультяшным. Там однозначно было лицо Джулиана, но более яркое… глянцевое… не знаю как сказать… идеальное? Словно лучшую рисовку из глянцевого комикса перенесли в трёхмерное пространство и ещё больше осовершенили, вплоть до полной реальности, но… без перехода к цветовой гамме реальности. И всё вокруг было таким — мультяшным, но до изумления детальным.

Пока я «спал » и видел «сон », это не вызывало удивления и чувства несоответствия. Это было естественно, воспринималось нормальным. Но теперь, когда я… « пробудился» , я уже при всём желании не мог сказать, что попал в « фильм» . Я скорее попал в какой-то мультик. Мультик про Фантастическую Четвёрку, ага. На роль главного злодея…

Последний факт, надо сказать, откликался в сердце изрядным раздражением. Пережитое, увиденное… всё это изрядно так смещало акценты в простой картине где героические герои повергают злобного гада, который сам на них полез. Не то чтобы я и раньше был наивным дурачком, что без вопросов хавает официальную позицию создателей контента и причмокивает при том, не давая себе труда анализировать происходящее и самолично выбирать чья позиция мне больше симпатична, но сложно отрицать, что отвлечённые рассуждения сидя на диване, мол, «а Империя в Звёздных Войнах должна быть не так и плоха, ведь вон сколько народу ей добровольно идут служить» имеют несколько иной градус личной вовлечённости, чем ситуация, где ты реально пережил вместе со сценарным злодеем весь его путь.

Я же, чем больше углублялся в память Виктора фон Дума, находясь в трезвом уме и твёрдом сознании, тем сильнее и сам хотел убить Рида Ричардца и Сьюзен Сторм.

Расставшись с Ридом ещё в универе, Сьюзен нашла себе замену в лице второго главного гения курса — богатенького, перспективного и, не побоюсь этого слова, истинно голубокрового аристократа Виктора фон Дума. Красивый, богатый, решительный и просто очень умный мужчина был во всех отношениях интересней бедного, хилого, социально неловкого, робкого и не видящего ничего за рамками своей любимой науки Рида Ричардца, по которому с первого взгляда было понятно, что счастливую семейную жизнь он обеспечит исключительно своим проектам, но никак не живой женщине. И, пристроившись к пробивному крутому парню, даже на правах подруги, девочка очень скоро оказалась на ведущих ролях в созданной им корпорации, имела всё, что только могла пожелать, а как дала добро на более близкие отношения, получила заботу, любовь и даже верность от мужчины, перед которым были готовы раздвинуть ноги тысячи красивейших женщин мира. О чём говорить, если Виктор ей предложение делал, буквально бросив мир к ногам, то есть на обзорной площадки своей космической станции, пока шар Земли проплывает под ногами?

Но… Тут внезапно девочка обретает крутые суперсилы, мировую известность, обожание толпы и своего бывшего парня-ухажёра, который тоже стал сверхчеловеком, героем и знаменитостью. А ещё поправил все свои финансовые дела за счёт Виктора, в то время, как сам Виктор, во многом его, Рида, просчётом в определении скорости приближении газового облака в космосе, оказался на грани банкротства с падением цены акций компании ниже плинтуса. И, о чудо! Между бывшими однокурсниками, которые расстались из-за того, что девочку не устраивали перспективы парня, вспыхивает резкая и жгучая страсть! Любовь до гроба! Совместная жизнь в доме парня просто вот по щелчку пальцев, типа ради исследований новых сил, хотя Виктор предлагал все свои лаборатории и апартаменты. А ещё, на секундочку, вытащил их всех с орбиты после облучения. В одиночку. Четверых бессознательных коматозников. На повреждённой станции. А ещё одного из них надо было из космоса достать, прежде чем затащить в корабль и вести тот на приземление. Но это всё было забыто, как и то, что все они прошли полный курс лечения в его клинике. Совсем не дешёвого лечения по американским меркам, хочу заметить! Девочка осталась жить с мальчиком, который стал знаменитым и перспективным, и плевать, что мужчина, которому она всем обязана, в этот момент переживает худшие дни своей жизни, наблюдая, как рассыпается дело всей его жизни . Как его предают инвесторы, что уже сговорились с конкурентами. Как скалятся враги, уже предвкушая отгрызание жирных кусков его компании и присвоение уникальных технологий и патентов. Наконец, как он медленно мутирует, превращаясь в покрытую шрамами образину… Последнего, конечно, Сьюзен знать не могла… Но только потому, что и не подумала быть с Виктором рядом в это время.

И-и-и… глядя на всё это от первого лица, я не мог отказать мужику в мотивах к неприязни. Сьюзен была чертовски сексуальной цыпочкой, просто эталонной синеглазой блондинкой с шикарной фигурой и невероятно соблазнительными губками, но никакая внешность не извиняет такого отношения. Это просто… подло.

Но герои, чёрт их дери, у нас они, а я — злодей!

По сценарию фильма, с сюжетом которого всё тут очень совпадает, меня ещё и в статую должны превратить, буквально оплавив и залив водой, чтобы запихнуть в какую-то кладовку на пёс их знает сколько лет, пока не прилетит Пожиратель Миров и мне не полегчает… чтобы, впрочем, почти сразу всё равно сдохнуть, утонув на дне гонконского залива.

Жизнь полная справедливости, как она есть. Просто нет слов.

Лампы внезапно мигнули — и освещение восстановилось. Как и трансляция новостей по телевизору в гостиной.

Яркость мира в один миг стала ещё более очевидной, равно как и уродства на моём лице и пальцах. Оригинального Виктора нигде не было, тело подчинялось мне, и ни намёка во всем вокруг на возможность как-то прекратить это «неожиданное приключение» с попаданием в иной мир и чужое тело.

Сказать, что мысли путались и я был в растерянности — это ничего не сказать.

На автомате добредя обратно до кресла, я рухнул на мягкую обивку, пустым взглядом глядя на мультяшную ведущую, что уже переключилась на иные события в мире.

Кто виноват и что делать было решительно не понятно. Из плюсов моего состояния — это то, что я, скорее всего, в неподвижную статую всё-таки не обращусь. В комиксах, насколько я знал, Виктор фон Дум частенько бывал магом, в мультипликационных сериалах его, напротив, делали чистым технарём, что хоть и ходил в эпатажном плаще и доспехах, но только из-за уродства, которое, вроде как получил в студенческие годы из-за того же Рида Ричардса, да и доспех у него был скорее не красивой бутафорией, а аналогом высокотехнологичной брони, вроде той, что у Железного Человека, только без полёта и столь же совершенного оружия. Не сказать, что я был так уж большим сторонником этого персонажа, но моё детство пришлось на сериалы девяностых, где фон Дум появлялся не только в двух сезонах Фантастической Четвёрки, но и в сериале по Халку, в Человеке Пауке, кажется Людях-Икс и, возможно, даже Железном Человеке — насчёт двух последних не уверен, но всё это выходило подряд, было связано сюжетно и персонажи время от времени мелькали в историях друг друга. А поскольку эти сериалы были откровенно лучшим, что вообще делали по комиксам Марвел в мультипликации, когда началась всеобщая истерия по новой Киновселенной, где истории персонажей сильно перерабатывали относительно оригинала, пересмотреть, как оно там было в оригинале, получилось как-то само собой, пусть я и уже и был куда старше понятия «ребёнок ». Словом, кое-что я о Викторе помнил. Как и был уверен, что именно мутацию с превращением в « Стального Человека» он получал только в кинофильмах и то лишь в дилогии двухтысячных. И там он, даже простояв неизвестно сколько времени в виде сплавленной принудительно статуи, сумел очухаться и двигаться дальше, пусть и сильно потеряв во внешней привлекательности. Что, впрочем, исправила встреча с Серебряным Сёрфером.

Однако вокруг всё-таки был не фильм.

Значило ли это, что я всё ещё в зоне риска? Да. Значило ли это, что я могу как-то заложиться от внезапного застывания? Нет.

…Разве что всё-таки дождаться результатов работы Рида и пройти отмотку мутации на его установке. Бэну Гримму в фильме это помогло. Как минимум, временно. Пока он сам не полез обратно в установку. Но… надо ли оно мне?..

Взгляд сам собой скользнул на розетку в ближайшем углу комнаты. Я всё ещё чувствовал электроэнергию там — в стенах, в проводах. Ощущал её материальность, вещественно… ощущал, что могу её потянуть…

Голубая молния, игнорируя всякое сопротивление воздуха, тугим канатом протянулась через помещение, впившись в мою ладонь, и вновь начиная дарить ощущение обновления, жизни… силы.

Усилием воли прерываю процесс, пока вновь не «вылетели пробки» .

Ощущение было потрясающим. Бесподобным. Пьянящим. И я чувствовал, что поглощённая энергия всё ещё во мне и что я могу управлять ей. Ничего подобного я никогда не испытывал в прошлой жизни. Это была Сила… Власть.

Может быть я пока был и не совсем в своём уме, но отказываться от такого без по-настоящему веской причины… Ни за что!

Что меня сюда привело? Зачем? И как мне тут жить? Это вопросы, на которые у меня пока нет ответа и не факт, что на первые два когда-то будет, но одно я мог сказать точно — я не хочу терять такие силы. Даже если придётся переходить на нелегальное положение… Особенно если придётся переходить на нелегальное положение!

Что… — мой взгляд зацепился за картинку на телеэкране, где мелькнул Белый Дом, — впрочем, не такой уж и очевидный исход событий.

Мозги усиленно заработали, пытаясь составить в одну картину всё то, что было известно об этом мире Виктору и мои собственные воспоминания о возможных сценариях и персонах. Прежде всего стоит отметить, что Рид не только ухлёстывал за переселившейся к нему Сьюзен, но и всё-таки работал, и пусть пока никакой установки готово не было, но я-то знал, что он её построит. Даже в мультиках что-то похожее мелькало. Правда, там оно на Бэна Гримма уже почему-то не действовало, но Халку Ричардс пытался помочь. Уже эта инсайдерская информация даёт довольно много простора для манёвра. Ведь это не только обращение мутации вспять, это и провоцирование оной мутации! Бэн же вернул себе каменную форму в фильме, значит, в теории, и обычного человека можно мутировать. А это, извините меня, почти сыворотка суперсолдата, которой создали Капитана Америку или газ Зелёного Гоблина. Мечта любых вояк, а то и кое-кого повыше — кто же откажется от суперсил, да ещё и всего лишь одной недолгой процедурой? Да, технология, по любому, сырая — сам Ричардс её доводил-доводил, да так и не довёл ни в одной из своих вариаций, не сумев вылечить ни друга, ни прочих смежных персонажей, от своей мутации изрядно страдавших. Оно, конечно, понятно, что всё ради мерча — не отказываться же сценаристам от персонажей, которых можно продавать, ради того, чтобы нарисовать им счастливый финал? Но мне-то оно и пофиг, главное, что вояки по любому вложаться, подпишут со мной контракты и покроют все расходы, а то, что работ там ещё на десяток лет, так это же целых десять лет, а мы во вселенной Марвел! За десять лет тут или Галакетус прилетит и всех съест, или какие-нибудь Стражи восстание машин устроят, или Апокалипсис власть захватит, или ещё сто двадцать три конца света. Короче, как в том анекдоте: или султан помрёт, или я, или ишак. Но сейчас я корпорацию сохраню, а вместе с ней и возможности, каких никакой одиночка не достигнет, разве что он — супер-мега телепат планетарного масштаба, аля Профессор Ксавьер.

Надо бы его, кстати, тут поискать. Не чтобы в его школу поступить, конечно, однако присмотреть за его клубом стоит, а может даже и перехватить кого из воспитанников. Ну или воспитанниц. У меня тут моральная травма, в конце концов — девушка, которой я был верен, меня кинула ради человека-гондона. После такого я готов не быть ханжой и пригреть на груди (порой и буквально) куда больше милых красавиц из моего детства, чем одна Джубили или Китти Прайд. Моногамия не сработала — будем искать иные пути к семейному счастью.

Кроме шуток! Может быть я сошёл с ума и всё вокруг — бред больного разума, но даже так… особенно если так… зачем отказываться от известных возможностей? Это — мир Марвел! Память Виктора хранит в себе и такие имена, как Энтони Старк, Джастин Хаммер, Норман Озборн, Уинстон Фиск, Лидия Харди, Джонни Джемсон, да что там? Даже про Брюса Бэннера и Отто Октавиуса он краем уха слышал, в ракурсе перспективных светил науки. И, что показательно, все вышеперечисленные, кого он знал в лицо, мало напоминают свои образы из кино, зато очень напоминали мульты. Тони Старк, хоть и носит усики, но он не Роберт Дауни-Младший вот совсем никак; местный Хаммер — это солидный джентельмен за шестьдесят, что конкурировал ещё с Говардом Старком, а не нервный «студентик » за малым не лезгинку отплясывающий перед «крутым русским бандитом »; Норман — коротко стриженный молодой мужчина с располагающим и чуть простоватым лицом «ботаника» , а не, пусть и гениально его сыгравшего, но слишком уж фактурного Уильяма Дефо. И так по всем, разве что Джонни Джеймсон — местный главный редактор и владелец одной из главных газет Нью-Йорка « Дэйли-Бьюгл» , а так же телекомпании « J3» , реально похож на киношного, но там скорее с актёром повезло — очень попал в каст.

Всё это к тому, что, при таком раскладе, в этом мире должны найтись и всевозможные красавицы, от Фелиции Харди и Мэри Джейн Утсон, до Шельмы, Псайлок и Эммы Фрост, которые, будем откровенны, ни разу не уступают Сьюзен Сторм в плане внешности. И хотя посвящать всю свою новую жизнь сбору гарема, это, конечно, перебор, но и отказываться от возможности, которая будет реализуема… зачем? Ради чего?

Я богат. И буду богат, даже если потеряю компанию. А ещё знаю возможное будущее. С такими вводными глупо планировать ночевать в канаве или искать «крепкой мужской любви» на тюремных нарах.

Но я что-то отвлёкся, а между тем тут кто-то собирался добиваться контроля над моими активами. Мне кажется, или эта канцелярская перхоть — Нэд Сейсил, изрядно охренел? Я ещё не банкрот, даже задолженностей в зарплате пока не допустил, а эта падаль уже открыто разевает пасть на мою собственность. Надо бы поставить его на место…

Глубоко вдохнув и выдохнув, я постарался успокоиться. Пусть внутри меня и трясло, но я всё-таки был не совсем Виктором и потому, хоть и с некоторым трудом, мог смотреть на вещи здраво. Этот мелкий гадёныш — действительно просто мелкий гадёныш. Да, он может инициировать внеочередное собрание инвесторов и там поставить вопрос о моём отстранении от должности, после чего начать объявлять процедуру банкротства. Вот только по факту — он всё равно ничего не решает, он просто «говорящая голова », вывеска. Даже если его прикончить, его место займёт кто-то другой и сделает всё тоже самое, разве что из-за « несчастного случая» процесс может быть отложен, но вряд ли надолго. А вот смерть такого небедного мужика расследовать будут со всем тщанием и я буду если не первым подозреваемым, то вторым. В итоге, тот выигрыш времени будет потрачен на разговоры со следователями ничего мне не дав, кроме дополнительной головной боли, подозрений, а то и доказательств моей вины — я всё-таки не имею опыта в подобного рода задачах и, вполне возможно, где-нибудь накосячу, оставив к себе след.

С другой стороны, даже проходящая «по ускоренному сценарию » процедура банкротства меньше полугодия занять не может. Собственно, чтобы её начать, им и нужно меня сместить, ибо хрен бы я позволил. Оспорить смещение я не смогу, тут разве что прикончить вообще всех держателей крупных пакетов акций, при этом организовав себе железобетонное алиби… хо, а Норман Озборн в фильме не так уж и безумен был, когда подрывал своих «деловых партнёров» в костюме Гоблина. Кхм, м-да. В общем, тут или убить всех, но это сложно, вместе они не собираются, на теракт не спишешь, а если начнёшь убивать по одному, то все всё поймут. Однако, это не значит, что я не смогу затянуть процедуру банкротства и просто « устроить весёлую жизнь дорогим партнёрам» .

Я ухмыльнулся и достал телефон, на котором набрал один номер…

— Мистер фон Дум? — отозвались на том конце провода.

— Леонард, — я улыбнулся помощнику, — мне нужно, чтобы ты организовал для меня пару встреч с журналистами. А ещё, провёл несколько операций через счета компании, пока у нас есть к ним полный доступ.

— Х-хорошо, сэр! — парень не стал задавать вопросов. Эх, хороший он помощник: верный, компетентный, исполнительный. Да, умел я подбирать кадры.

Что именно я задумал? Спровоцировать заморозку счетов и финансовый аудит. Распилить имущество фирмы и оторвать от него кусок, пока оно под арестом, довольно сложно. На финансирование исследование Рида мне и своих заначек хватит. Да и финансовые операции, при рассмотрении, будут совершенно легальными, просто с нарушением протоколов, самый максимум — штраф, да и тот, не особо большой. Ну и процедуру банкротства это, с одной стороны, затянет. С другой же… ещё сильнее обрушит акции. А потом я сделаю пару заявлений для журналистов на тему всяческих меньшинств и прочих общечеловеков. Да, в этом мире до твиттерных активистов с культурой отмены ещё не дошло, как и до самого Твиттера, больше скажу — президентом России является Борис Николаевич Ельцин, а США — Билл Клинтон, и, о кошмар, мы даже ещё не в двадцать первом веке, однако тенденции уже существуют и первые звоночки ощущаются, гей-парады хоть вспомнить. Тем самым, мой образ, для некоторой части самой горлопанистой общественности, станет токсичным и неприятным. А это — опять урон репутации и падение акций до уровня стоимости туалетной бумаги. С учётом «заморозки активов », эти финансовые крысы начнут скидывать «лишние » бумажки, пока они хоть что-то стоят. Уже начали. И вот тут уже можно будет тряхнуть мошной. Контрольный пакет мне это не даст, но, с учётом имеющегося, процентов до сорока-сорока пяти дотянуть я смогу. Да, это рискованно, однако, рискнуть я готов. Если план провалится, миллион-два вечнозелёных у меня «на карманные расходы » останется и мы вернёмся к плану злобного одиночки, но вот если выгорит, я не только верну себе компанию, но серьёзно «отожму от кормушки» « дорогих партнёров» . А после, вполне возможно, мои « новые друзья» помогут мне « найти доказательства» финансового сговора. И тогда у ребят начнутся больши-и-ие проблемы.

На моё лицо вылез оскал… но сначала — журналисты. А для них придётся «попудрить носик» , дабы не смущать их тонкую душевную ориентацию совсем уж страшной рожей.

— Как это понимать, Виктор⁈ — Нэд Сейсил на меня орал во всю глотку под полное одобрение и моральную поддержку «коллег» .

— М-м-м? О чём вы, Нэд? Как директор Фон Дум-Индастриз, я вполне имел право на совершение данных операций.

— В нарушение всех регламентов! Теперь начинается разбирательство и продлится оно, минимум три месяца!

— В которые вы не сможете начать процедуру банкротства, поскольку это будет рассматриваться, как попытка уйти от ответственности. Кака-а-ая жалость! — я продолжал усмехаться.

— Ты… что, решил хоть так нам подгадить? — вступил в «беседу » очередной « инвестор» .

— «Гадите» — вы и по углам, — повернулся я к нему, — я же борюсь за дело, которому отдал свою жизнь. Будь дело в моей стране, я бы вас вообще повесил. Но, увы, законы Соединённых Штатов работают иначе. Но, к счастью для меня и сожалению для вас — я их неплохо знаю.

— Это всё равно ничего не изменит, ты просто продлеваешь свою агонию, — хмуро отозвался ещё один «уважаемый партнёр» .

— А ещё «от простоя» замороженных активов вы теряете доход. Надеюсь, вы уже не пообещали куски моих предприятий кому-то ещё в определённые сроки? А то ведь придётся и пени платить, — судя по покрасневшим рожам, кое-кто действительно уже успел заключить договоры.

— Это довольно мелочно с твоей стороны…

— Ага, ещё «старым другом » меня назови. Как там вы любите говорить? « Просто бизнес и ничего личного» ? Так вот, в моём случае — это личное.

— Довольно. Совет акционеров снимает тебя с должности генерального директора! — выкрикнул один из магнатов.

— Что же, у вас действительно есть на это право, — я развёл руками, — однако, не забывайте, что я тоже вхожу в этот совет, так что, пришлите мне приглашение на новое собрание, где будет выдвинута кандидатура нового директора. И да, в случае, если я это извещение не получу, данное собрание не будет считаться легитимным и может быть оспорено в суде. Удачной инициации банкротства, — на этом я встал и покинул зал.

Разумеется, номера этих ушлёпков уже заблокированы и Леонарду приказано не принимать от них и их представителей никаких вызовов. Да, после третьего уведомления, они смогут собраться и без меня, но это — ещё неделя-две. Что же, Ричардс, не подведи.

Увы, когда ты надеешься на человека-гондона, он тебя обязательно подставит тем или иным образом. Он не то чтобы «не тянул» разработку, но, чем дольше я за ним наблюдал, тем больше замечал, как он… нельзя сказать, что забивает на работу, предпочитая ухлёстывать за моей бывшей невестой, но… да.

Виктор хорошо знал своего «друга », потому, в оборудовании для лаборатории, что он поставлял для Рида в здание Бакстера, были и скрытые камеры, и жучки, ну и телеметрия писалась в режиме 24/7, сразу копируясь на сторонний сервер. Всё, чтобы «интеллектуальная собственность » осталась у законного владельца, то есть, меня, а не « случайно» испарилась, если гондон-мэна что-то не устроит или он найдёт предложение получше. Так что я хорошо « держал руку на пульсе» . И вот с этим пульсом как раз были проблемы.

Чем дальше, тем чаще наши голубки выясняли отношения: кто кого бросил в первый раз, кто что чувствует, как они переживали расставание, у кого больше претензий… И хотя формально это всё можно назвать скандалами, на деле же ребята вот всем своим поведением кричали «Я тебя хочу! Ну же! Поуговаривай меня! Поуговаривай! ». Между делом процесс исследований прерывался на « семейные дрязги» , когда молодой и активный мальчик Джонни устраивал потасовки с депрессующим Бэном или не усиживал на месте и отжигал на каких-нибудь молодёжных тусовках, часто в прямом смысле и с фонтанами откровений о личной жизни сестры и всей команды. Народ ссорился, мирился, опять ссорился, уже не очень мирился и наконец просто наслаждался своими силами и их освоением, живя на всём готовом. Разумеется, за мой счёт. Рид даже нашёл время разработать свой логотип с четвёрочкой, синтезировать материал из саморегулирующихся молекул, заказать исполнение из него в ателье и нашить оный логотип на костюмы. Включая костюм моей бывшей невесты, само собой.

И хотя я терпеливый человек, но надо было это болото встряхнуть, пока их сладкий Рай не обошёлся мне слишком дорого. И я даже понимал, как это сделать. Виктор своего «друга »-Рида знал, как облупленного, где и как надавить, ведал. Да и « память о фильме» имела что-то такое. В общем, я решил завалить сразу несколько зайцев одним выстрелом и… пошёл к Бэну.

В выбранный момент встречи, каменный гигант мрачно сидел в углу затрапезного кафе, мрачно закутавшись в дорожный плащ и мрачно цедя мрачный кофе. Настроение у него было между «умри всё живое » и « пойти что ли с моста спрыгнуть?» .

— Свободно? — я подошёл к его столику.

— А? Виктор? — повернулся ко мне «голем» . — Да… садись. Но что ты тут делаешь?

— Я волновался…

— Ты? Волновался? — недоверчиво хмыкнул гигант. — Очень мило!

— Ладно-ладно, — я уселся за столик напротив, — просто… наверное, это нужно больше мне. Поговорить с кем-то…

— Хреновый день? — понимающе спросил «кремень-мужик» .

— Хреновый месяц, — я махнул, подзывая официантку и мы сделали заказы. Тем более, что выбор был небольшим. Зато принесли быстро. — Сегодня я угощаю… пока ещё могу себе позволить это, — усмешка на моём лице была не самой приятной.

— Неужели всё настолько плохо?

— Ну, мою компанию откровенно пытаются у меня украсть и, скорее всего, это у них получится, моя бывшая невеста теперь встречается с парнем, из-за которого я в дерьме, а он, мало того, что на коне, так ещё и проматывает остатки моих денег… В том числе водя мою бывшую невесту по ресторанам. Вместо того, чтобы искать способ исправить хоть что-то…

— Н-да… минуточку, ты это о Риде? — не сразу сообразил Гримм.

— Нет, что ты? — я горько усмехнулся, постаравшись изобразить беспечность, какой реально совсем не чувствовал, ибо время поджимало. — Он — конечно же, хороший друг и гениальный учёный, что совсем не тянет время, наслаждаясь, что его счета оплачивает кто-то другой, за одно подгоняя ему самые лучшие и так любимые им игрушки… Тц, прости, накипело. Тебе ведь сейчас тоже не сладко, я хотя бы могу на люди выходить… всего-то и нужно прятаться от толпы журналистов, что хотят оторвать свой кусок от моего «ещё не остывшего тела» .

— Ты умеешь поднять настроение, — хмыкнул гигант.

— Обращайся! Таким, как мы, победителям по жизни, только и остаётся сидеть в дешёвой забегаловке и пить кофе, заедая его бургерами.

— И всё-таки я верю в Рида, — правда, произнёс это здоровяк совсем не так уверенно, как хотел бы.

— Ну, твоё право. Надеюсь, твоя вера в него оправдается лучше, чем моя.

— Да… — мужик отвел глаза, — и ещё одно, Вик…

— М-м-м? — я укусил свой сэндвич, радуясь, что хоть вкус моя металлорганика как-то чувствует.

— Я так и не успел сказать тебе. Спасибо… Ну, что вытащил меня… нас всех…

— Забавно, — я усмехнулся. — Из вас всех меня поблагодарил только ты. Не Рид, не моя невеста и уж тем более не этот позёр, которого я взял только по её просьбе, при том, что именно с тобой у нас всегда были самые плохие отношения.

— Извини, — втянул голову в плечи Бэн.

— Да чего там, — я отмахнулся, — на месте простого парня из Бруклина я бы тоже относился с подозрением ко всем, кто зарабатывает больше меня.

— Ха-ха, а ведь верно! — рассмеялся «голем» . — Ну ладно, спасибо за обед, но мне тут нужно ещё зайти кой-куда…

— Угу, удачи, — искренне попрощался я с каменным человеком.

Как ни странно, но общаться с ним было довольно приятно: простой мужик, прямой и честный, без лишних тараканов в голове. Пожалуй, работать с таким было бы приятно. Однако, сейчас я использовал его прямоту и честность для того, чтобы настроить против Ричардса, благо, человек-резинка давал массу поводов для возникновения вопросов в свой адрес.

Дальше мне оставалось только вернуться домой, включить мониторы и наслаждать шоу. «Кой-куда » оказалась лаборатория, где, по идее, «не покладая рук » трудился Рид. И которого Бэн там, разумеется, не нашёл. И остался ждать. Ну и увидел, как эти двое голубков, под ручку и едва ли не целуясь на ходу, заваливаются обратно. Как говорится, немая сцена из картины «Не ждали ». И, разумеется, далее последовала не менее интересная сцена уровня «мне тут пиздец, как тяжело, пока ты, урод, развлекаешься ». Признаться, я опасался, что перегнул и Бэн, в порыве чувств, выскажет что-нибудь ещё и в мой адрес, из серии « прав был Виктор» или упомянет, что и « фон Дума проблем куча, а он с последних копеек тебя финансирует» . Но нет, Гримм пусть и был парнем резким и был чертовски зол, но за языком следил и « вовлекать лишних» в свои разборки явно не собирался. Как и планировалось. В результате ссоры здоровяк послал всех нахрен и ушёл, а « ботан» получил заряд чувства вины и вновь взялся за дело с небывалым энтузиазмом. Отлично.

Следующие две недели резиновый пахал, и о чудо! Живительные пиздюли сработали! Пока у него была куча образцов растений, которые мы брали в космос, как раз желая облучить тем облаком и, которые, понятное дело, облучились, всё было плохо. Ничего не получалось, все образцы наш великий учёный загубил, нихрена не достиг, зато с девушкой отношения наладил. А тут — получил от друга взбучку и оказался вынужден экспериментировать на себе-любимом, как сразу расчёты такими качественными стали! Так сразу смертность образцов упала! Ну просто как отрезало! Ну и данные обнадёживающие пошли, результаты!

Тут уж я клювом не щёлкал и сразу начал, совместно с Леонардом, искать выходы на вояк. Не то, чтобы у меня выходов не было до этого. Всё-таки оружейный бизнес — это очень выгодное дело и любой уважающий себя капиталист-промышленник, хоть краешком, хоть опосредованно, но стремится туда влезть, Фон Дум-Индастриз же мог предложить массу интересного. Но не стоило забывать, что сейчас и мои полномочия были сильно порезаны, и состояние компании оставляло желать лучшего, потому, мне требовалось не просто «выйти с проектом », мне требовалось выйти с проектом на человека, который его оценит и сможет организовать, чтобы и Дядя Сэм очень захотел получить его себе. При том, получить, как проект именно моей компании со мной во главе, а не просто «выдрав кусок» . А такого военного найти не просто — в Пентагоне тоже есть свои течения и группировки, а даже если ты знаешь нужную — ещё пойди организуй встречу и сумей заинтересовать. Для гарантированного интереса оно должно работать « хоть как-то» и, к счастью, оно уже работало, благо мозгов, чтобы понять выкладки Рида мне хватало. Как и понять, куда это всё двигать дальше. И даже найти у нашего всезнайки парочку просчётов. Всё-таки Виктор фон Дум был Гением не многим меньше Рида и мне его мозги достались в полном объёме.

Не быстро, но заинтересовать нужных вояк удалось. Оборонка США грезила концепцией «суперсолдата » со времён утраты формулы Эрскина, что породила Капитана Америку. Нет, разумеется, сама по себе идея производства «неодолимого юнита » людей преследовала на протяжении всей истории, начиная от не чувствующих боли и страха берсерков под мухоморами, заканчивая всякими прототипами экзоскелетов, супер-сплавов и так далее. Но в Штатах это выражалось куда как ярче — они ведь «смогли пощупать » такого суперсолдата, уже, считай, настроились на массовый выпуск этих «протоастартес », а потом р-раз — и формула того, тю-тю, как и её создатель. Обидно ведь! Хочется! Бесспорно имелись в структуре и ретрограды, свято уверенные, что надо просто больше танков и самолётов, а все эти мечтания про волшебных бойцов — просто баловство. Существовала и « партия роботов» , что грезила армиями беспрекословных « железных людей» , которых не надо беречь и у которых нет никаких прав человека, что есть у любого рядового. Метались между ними и разного рода гибриды этих крайностей, от « нео-рыцарей» с мечтами о пилотируемых человекоподобных роботах до адептов биологической войны. Но я потому и тратил время на поиски нужных людей, чтобы случайно на этих не нарваться. Нужные суперолдата хотели. А тут к ним подваливают пусть и находящиеся в плачевном состоянии, но вполне доказавшие свою дееспособность учёные, специализирующиеся на всяком хайтеке и говорят, что могут штамповать ребят вроде человека-факела и живых скал. Как минимум, посмотреть и выслушать таких ребят… было интересно. Всё, чего мне не хватало, это « рабочего прототипа» , что был бы получен не случайным образом, а по утвержденному процессу. И я мог им дать что-то подобное.

Подгадав момент, когда лаборатория в здании Бакстера в очередной раз опустеет, я начал представление. Честно — предпочёл бы воссоздать лабораторию у себя, а не позориться с ночными визитами в чужой дом, но, увы, денег, а главное — времени на изготовление новой партии уникального оборудования с последующей его калибровкой просто не имелось, так что пришлось играть в Бэтмена. Так или иначе, машинерия была подготовлена, все настройки внесены, недоработки Рида исправлены, да и главное, во что он сейчас упёрся было — эноргоснабжение генератора излучения, что я мог легко компенсировать и своими силами, благо время на практику имелось. Далее осталось позвонить Бэну и пригласить его на «решение каменной проблемы» . Убеждать даже не пришлось — он едва не примчался на своих двоих, на силу успел предупредить о Леонарде, который за ним выехал.

— Вик, здаров, ты серьёзно, насчёт этого?

— Да, аппарат готов, — улыбаюсь, хотя из-за того, что я не включал верхний свет вряд ли он мог видеть улыбку. — Леонард, подожди внизу, — обращаюсь к помощнику, у которого ещё будет роль в сегодняшнем спектакле.

— Да, сэр, — без вопросов кивнул парень и направился к лифту.

— А где Рид? — тем временем сообразил человек-кремень, что он в лаборатории этого самого Рида, но мы тут одни.

— Где Сью, — пожимаю плечами, стараясь не слишком переборщить с ехидством в голосе.

— Но ты уверен? — растерянно глянул Бэн в сторону установки. — Рид говорил, что нужно ещё…

— Он говорил, что облако нам не страшно, но мы оба знаем что вышло в итоге, — я не скрывал раздражения. — Рид постоянно что-то говорит и ему постоянно что-то нужно. Сейчас он не смог получить достаточно энергии для аппарата, хотя и школьнику понятно, что достаточно проложить ещё один силовой кабель, на что не так уж сложно раскрутить городские власти, учитывая шумиху вокруг его личности. Но… — стальной кулак на правой руке сам собой сжался до скрипа в кожаной перчатке, — видимо, владеть суперсилами без недостатков очень приятно, вот наш всезнайка и не додумался до такого простого решения. В общем, — встряхиваюсь, ловя взгляд Гримма, — я доработал машину. Остальные, по всем признакам, не горят желанием меняться обратно, а вот тебя лекарство вроде бы интересовало, нет?

— Да… — он сглотнул, — если ты уверен… что нужно делать?

— Просто залезай внутрь, я всё организую.

— Ла-а-адно… — и вскоре каменный человек залез в установку.

Дальше было делом техники — включить, вывести мощность на максимум и… добавить энергии от себя. Я не врал на тему дополнительного силового кабеля — городская сеть не тянула потребности оборудования, а он бы легко решил проблему. Ирония ситуации состояла в том, что протянуть его за мой счёт уже было нереально. И не потому, что это оказалось бы слишком дорого, просто, как Рид у нас был на коне, так и я всё больше летел в придорожную канаву. Чиновничья же братия очень любит держать нос по ветру и в обстановке тотальной травли моей корпорации и меня лично, да ещё с этим финансовым аудитом, не нашлось бы безумца, что рискнул бы выписать разрешение. Как-никак тянуть силовой кабель и по специально отведённому маршруту та ещё головная боль и инженерные старания, а тут — плотная городская застройка и какие-то риск-экреперименты. В таких условиях обычно не кабель тянут, а лабораторию за город выносят, это только Рид у нас особенный, что даже едва сводя концы с концами, и не подумает переехать с вершины 35-этажного офисного здания на Манхэттене и в нём же будет строить экспериментальные установки по воссозданию космического излучения приводящего к человеческой мутации. И тем не менее, именно Рид и мог бы продавить проект дополнительной электрификации, пользуясь хайпом вокруг своей личности, однако… Он, похоже, привык за этот месяц, что ему всё организует «дядя », а он только творит, когда же «дядя » не выкатил ему решения по первому намёку, наш гений впал в ступор и начал искать… как бы справиться с имеющимся питанием, то есть начал упрощать и оптимизировать технологию, которую ещё не успел отработать « как есть» . В общем, мне пришлось делать всё самолично и использовать… монтировку. Да, монтировка всё делает лучше. Она хорошо проводит ток и потому не придётся голыми руками лезть в силовую установку. И так пришлось потоки энергии держать силой воли, чтобы они не закоротили всё нафиг из-за столь грубого влезания железячного меня прямо в « фазу трансформатора» .

Но результат того стоил.

Меньше минуты обработки, двери камеры открываются и оттуда вываливается Бэн Гримм. С голым торсом, спадающими штанами, слегка охреневающий, но вполне себе мясной. Вот он осматривает собственные руки, щиплет себя и…

— Эхэ-хэ-хэ-хэ! Ха-ха-ха-ха-ха! Да-а-а-а! Вик! Ты Гений! У тебя получилось! — мужик явно хотел меня обнять. — Вик? — чуть напрягся он.

— Да здесь я, здесь, — заново натягивая перчатки, выхожу из-за пульта управления. — На вот, прикройся, — протягиваю ему халат.

— Спасибо! — меня-таки обняли.

— Всё-всё, хватит нежностей! Я против того, чтобы меня обнимали голые лысые мужики средних лет! Такое позволено только молоденьким симпатичным девушкам.

— Ха-ха… как скажешь, — рассмеялся бывший «каменный человек» .

— Рано радуешься, — я усмехнулся. Очень Зловеще усмехнулся.

— Э… ты чего? — опять напрягся Гримм.

— Тебе предстоят долгие, насыщенные дни в медицинском крыле, где тебя будут перебирать, как забарахливший движок. Надо же убедиться, что с тобой всё в порядке?

— А… это да… это я понимаю, — окончательно расслабился здоровяк.

— Ты ведь сейчас подумал обо мне что-то нехорошее, да?

— Я… прости… — ему действительно стало стыдно.

— Ладно уж, я привык, — вздыхаю, — к тому же, скоро кое-кто будет действительно считать меня злодеем.

— О чём ты?

— Виктор? — а вот и Ричардс, лёгок на помине. И уже в синем костюмчике с логотипом Фантастической Четвёрки. Никак в нём и спит уже? Рожа удивлённая, сам явился со стороны жилой части этажа и даже не по основному коридору, как все люди, а на обзорную площадочку с перилами, откуда так удобно созерцать всю лабораторию, чувствуя себя большим хозяином.

— Ты вовремя, Рид! — радушно улыбаюсь ему, доставая мобильный, чтобы прожать быстрый вызов. — Леонард, можешь начинать, — едва на той стороне «взяли трубку» , сообщаю помощнику о новом этапе.

— Что здесь происходит? — не унимался Ричардс. — Бэн? Как?.. Ты что-то сделал с моей машиной? — и сразу же начал выдвигать претензии и качать права.

— Не принимай близко к сердцу, но я не могу больше оплачивать твои развлечения, только потому, что ты наплёл мне про опасность мутации и необходимость искать лекарство, играя на моём страхе за жизнь невесты… Тем более после того, как сам же сделал всё, чтобы она стала и не моей невестой вовсе. Понимаю — тебя-то всё устраивает, но я нынче стеснён в средствах и должен спасать уже себя.

— О чём ты говоришь? — с неподражаемым изумлением захлопал глазками наш всезнайка. — Я работал над лекарством! У нас договор!

— Ах да, договор… — я дошёл до стола и взял заранее подготовленную папку с документами. — Ты, кажется, должен был получать двадцать пять процентов прибыли за любое коммерческое применение результатов? — награждаю его ухмылкой, по которой, впрочем, мгновенно читалось начало большой гадости. — Вот только давай вспомним, а что было предметом договора? — показательно листаю бумаги. — О! Вот оно! Ты обязался исследовать предоставленные компанией Фон Дум-Индастриз образцы подвергшихся облучению космической радиацией растений и предложить новейшие методы по лечению и профилактике существующих болезней, продлению срока жизни и ещё много разного бла-бла-бла. Однако… — захлопываю папку, — все образцы ты, как я знаю, уже загубил, а ни одного предложения не предоставил. Как и вообще не вёл исследований предусмотренных нашим контрактом.

— Я искал лекарство!

— Именно! — с готовностью киваю я. — Ты пытался исправить собственную ошибку и делал это за счёт денег и ресурсов моей компании. Только вот в чём беда, — поднимаю папку повыше, — согласно этому договору, все разработки и патенты, что будут тобой созданы во время работы на меня, а так же права на применение, принадлежат мне. Ты, позволь напомнить, контракт не разрывал, образцы и финансирование от меня получал, по твоим запросам создавали оборудование, под твои нужды выделялись специалисты. И ты подписывал все акты о приёме и выполнении работ! Кто виноват, что ты при этом не выдал ничего, что обязан был по контракту? — в этот момент из основного коридора донёсся звук открытия створок лифта и множество шагов. — Так что, мистер Ричардс, я вас увольняю. А теперь покиньте помещение, пока мои сотрудники будут демонтировать оплаченное из моего кармана и произведённое на моих заводах оборудование.

— Ты спятил⁈ — возмутился учёный, однако в этот момент Леонард с первой группой наиболее проверенного и допущенного персонала уже вошёл в помещение.

— Нет, — встретив помощника взглядом и жестом приказав приступать, вновь поворачиваюсь к Ричардсу, — я действительно больше не нуждаюсь в твоих услугах.

— Но без меня ты не сможешь завершить работу! — уже сбегая с обзорной площадки вниз, принялся демонстрировать, почему к нему намертво приклеилось далеко не лестное прозвище «Всезнайка» ещё со школы.

— Брось, Рид. Человечество дошло от каменного топора до полётов в космос и без твоего личного участия, справится и здесь.

— Виктор, это не шутки! Сейчас не время для твоего высокомерия! — уже подбежав ко мне вплотную, пошёл на новый заход этот гондон.

— Рид… — делаю глубокий вдох, — ты снимаешь целых этаж с пентхаусом в офисном здании на Манхэттене с окнами на Крайслер-билдинг, при этом не имеешь постоянных источников дохода, да ещё и проводишь здесь риск-эксперименты с излучением вызывающим мутации человека, свято веря, что все нормативы по степеням безопасности такого рода исследований — это не для тебя. Не тебе говорить мне что-то о высокомерии! Из нас двоих ты — самый высокомерный! Это ты принципиально не работаешь с любыми именитыми учёными, которые могут хотя бы претендовать на соавторство в исследованиях! Это ты вечно отказываешься от постоянной должности хоть в NASA, хоть в любой частной компании, чтобы блистать своими достижениями и патентами, а так же выбивать гонорары и особые условия, а не работать за зарплату. И это ты пришёл ко мне за помощью и предложил совместное дело только тогда, когда стал полным банкротом и уже не мог оплачивать свои королевские апартаменты, призванные удовлетворить твою манию величия! А ведь ничего не мешало тебе прийти раньше, а то и вовсе встать рядом со мной ещё в момент зарождения моей компании. Ничего, кроме твоего самомнения, не позволяющего даже мысли допустить, чтобы рядом стоял кто-то, кто может перетянуть на себя хоть толику лавров за твою гениальность!

— Я пришёл к тебе, потому что ты не оставил мне выбора! Это ведь ты заставил NASA отвергнуть мой проект! — сам закричал на меня Ричардс, вряд ли даже осознавая, что лишь подтвердил, как сильно мои слова попали не в бровь, а в глаз.

— О, ну конечно! Я теперь у нас настолько велик и могуч, чтобы заставлять NASA! — не скрывая сарказма, возвожу очи-горе. — Знаешь, почему тебя оттуда погнали? — подаюсь к нему. — Потому что ты там всех достал! Ты же даже не осознаёшь своего чванства! Даже в моей больнице, где вы все лежали после комы, ты, едва на ноги встал, уже начал давать указания моим докторам, как им лучше вас лечить! Ты — не проработавший в сфере медицины и часа! Ты не допускаешь, что другие люди могут что-то знать лучше тебя, даже если речь идёт о теме, где ты просто что-то почитал, а они работали всю жизнь. Ты всё равно мнишь себя великим экспертом, рядом с которым несмышлёные дети, и только когда садишься в лужу соизволяешь вспоминать, что всё не так. Но никому не интересно ждать, пока ты сядешь в лужу, чтобы на минутку увидеть в твоих глазах проблеск интереса и уважения к чужому опыту! Ты умный, Рид, этого не отнять, но при выборе двигать науку с тобой или с ними, — указываю рукой на заметно прибавившийся и внимательно слушающий персонал, — я выберу их. Может быть мы не такие гении, как ты, но мы умеем делать общее дело, а не только тешить свои комплексы. А теперь, мистер Ричардс, покиньте помещение, пока я не попросил охрану вывести вас силой.

Бедолага только и мог открывать и закрывать рот, пытаясь найти какие-либо слова, но… быстрая адаптация к меняющимся условиям никогда не была его сильной стороной, как и пребывание в подобных ситуациях. Мне даже стало его чуть-чуть жалко. Хотя, кого я пытаюсь обмануть? Я откровенно наслаждался тем, как он «падает с вершины» , как получает по заслугам. Да, даже убить его или пытать было бы не столь приятно, как осознавать, что я раздавил этого резинового совершенно законно и легально. К тому же, весь спектакль писался на камеры и я даже позволю господам из Пентагона найти среди моих доверенных людей не особо стойкого к деньгам и готового слить немножко конфиденциальной информации на благо страны, ведь нужно же было оставить у вояк впечатление, что Рид — просто кретин, которому хватило мозгов извлечь, по-сути, просто фиглярскую славу из своей же ошибки. А потом пришёл серьёзный дядя и сделал всё то и так, как обещал этот самый фигляр. Не то чтобы я боялся, будто ребята от дяди Сэма захотят привлечь гондона к изучению излучения дальше — его в NASA и рядом с ним действительно уже терпеть не могли и характеристикой по любому поделятся, но чуть-чуть подстеленной соломки никогда не повредит.

Ну да ладно, резинового всё-таки вывели, Бэн, ставший свидетелем всего этого, покачал головой, но, как ни странно, признал, что «Вик, конечно, жестко поступил, но… в своём праве ». Ну а мне предстояло заняться, как переездом лаборатории, так и конкретным прописыванием нашей «дружбы» с вояками. Думаю, большие дяди из Министерства Обороны не будут против получения некоторого пакета акций, что конфискуют в ходе дела о « сговоре с целью неправомочного банкротства одного из опорных предприятий вооруженных сил США» , хе-хе.

Глава 2

Бессонные недели подготовительной работы, когда я, не смыкая глаз, отслеживал работу Ричардса, вникал в расчёты, перепроверял выкладки и готовил документацию, не прошли зря. Нельзя просто позвонить в высокий кабинет и «напроситься на встречу », вернее, можно… если ты Виктор фон Дум, но если ты хочешь не только встретиться, но и получить многомиллиардный контракт с приседанием на государственное финансирование, нужно ещё и « подготовить рекламные материалы» … которые включают и непрямую рекламу.

Слив «личного разговора » с «выяснением отношений », где во всей красе запечатлён срыв и истинные мысли «тёмной лошадки» , что сулит золотые горы, прошёл на ура. Не зря старался и играл на камеру, накручивая себя, а потом выбирал лучший ракурс среди десятка записей. Господа в Пентагоне весьма оценили, и вялый поначалу интерес разгорелся весьма нешуточно, так что вместо одного оценщика на встречу со мной пожелали заявиться сразу трое, дабы лично послушать и дать вердикт предложению. Не самый лучший расклад, но и не самый худший — в конце концов, это была, так сказать, « партия Капитана Америки» , а не « расовой войны» , к которой принадлежал нашедшийся и в этой реальности Уильям Страйкер.

В любом случае у меня было что показать, ибо хорошая презентация — половина успеха. Другое дело, что нервы никто не отменял, как и понимание того, что мне придётся пройтись по очень тонкой грани, причём многое будет зависеть банально от расположения военных чиновников и их желания или нежелания «закрыть глаза » на некоторые вещи. В том смысле, что не пожелай «детишки дяди Сэма» напрягаться — и, даже заключи они договор, моя компания всё равно не будет моей. Да, я сниму с неё куда как больше сливок и получу много больше ресурсов и возможностей, чем на положении одиночки, но в итоге получится, что те уроды-инвесторы всё равно поимеют свой гешефт. Много меньший, чем получили бы, раздербанив компанию согласно своему плану, но и неизмеримо больший, чем я хотел им дать. При этом ещё получится так, что « сменив генерального, владельцы смогли выйти из кризиса» , то есть моя репутация в деловой среде будет окончательно похоронена. На такое я пойти не мог, не говоря уже о том, чтобы приносить кинувшим меня мудням такие деньги. В общем, предстояло попотеть и повертеться ужом. И, быть может, пойти на ряд не самых приятных договорённостей и уступок.

— Господа, — я вошёл в переговорную, где почтенные генералы как раз успели разместиться, — приветствую вас. Полагаю, можем начинать?

— Да, мистер Дум, — кивнул генерал Хэйгер — уже немолодой, но ещё крепкий чернокожий представитель «прогрессивной партии » вояк. Он не только ратовал за суперсолдат, но и против роботов ничего не имел, как и любого иного « хайтека» в целом, так что послушать был не против.

— Что же, для начала благодарю вас за уделённое время, — сейчас я был в том положении, когда некоторую долю почтительности проявить было необходимо. Но только необходимую, быть может, часть присутствующих была бы не против лебезения и поведения «незадачливого полуистерического студентика» , вроде киношного Хаммера, но на это пойти не мог уже я, — и позвольте продемонстрировать нашу новую разработку. Полагаю, вы все знаете о космической экспедиции…

— Да, это был знатный провал, — усмехнулся пожилой генерал-лейтенант Джонсон. Он был наиболее близок к фракции консерваторов, которым только танки с самолётами и ракетами подавай, хоть и не скатился в полное ретроградство.

— Сильно преувеличенный в СМИ, — позволяю себе беззаботную улыбку. — Ни человеческих жертв, ни серьёзного инфраструктурного ущерба — станция всё ещё на орбите, и скажу больше — доказала, что техника производства моей компании даже в такой ситуации может сохранить жизнь экипажу и даже обеспечить его возвращение на Землю силами одного человека, без дополнительных спасательных операций. Кроме того, — я повернулся к экрану, запуская видео, — результаты этой экспедиции весьма… многообещающи, — на экране как раз начинается демонстрация Джонни в «испытательной камере », где человек-факел разгорается до пяти тысяч кельвинов и идёт на взлёт. Параллельно запускаются диаграммы Бена, записи применения и параметры «силового щита» Сьюзен, а также отдельным окном « коэффициент сжатия» гондон-мэна. Всё с иллюстрациями, как любят зрители.

— Мало нам мутантов земных, так вы хотите добавить нам мутантов космических? — подал голос полковник Крэйн, который, как я успел узнал, имел некоторый личный опыт в подавлении агрессивных мутантов. Тех пока были единицы, да и все случаи их буйства резко секретились, однако явление уже было известно. Тут скорее удивительно, что данный кадр с таким опытом не озлобился с появлением пунктика «всех убить» , а хотел таких ребят себе.

— Мутация — это случайный, неконтролируемый процесс. И этот процесс всё нарастает, слухи и «городские легенды » о существах, что могут стоить армии, постепенно перестают быть просто слухами и легендами. Другими словами, государство утрачивает монополию на силу, утрачивает Контроль. Я же… предлагаю этот Контроль. Взгляните! Бенджамин Гримм. После облучения стал кремнийорганической формой жизни. Удельное усилие — двадцать тонн, стойкость — достаточная для выдерживания очереди из лёгкого пулемета в упор и пламени в полторы тысячи градусов. Фактически — « живой танк» . Пара рот солдат с такими параметрами вполне могут заменить танковую бригаду.

— Но ведь и у вас этот результат — лишь случайность, — заметил Хэйгер, хотя я точно знал, что он кадры из лаборатории Рида видел. — Неконтролируемый процесс, случившийся в уникальных условиях, возникших под действием природного явления в космосе.

— И всё же мы смогли удачно повторить эффект «космического излучения» , чьи образцы были сняты датчиками станции. И не только воплотить генерирующую его установку в металле… — нажимаю кнопку, запуская новое видео, — но и обратить изменения, созданные оригинальным источником.

На экране же каменный Бен Гримм заходил в капсулу, чтобы после «нейтрализующей обработки» выйти из аппарата абсолютно мясным и мягким. Помимо этого видеоряда, рядом шли кадры его осмотра медиками, с жизненными показаниями и указанием, что они полностью соответствуют параметрам здорового крепкого мужчины тридцати лет. То есть он стал даже несколько здоровее, чем был.

— Вы можете обращать мутации⁈ — загорелись глаза Крэйна. Впрочем, по лицам других я тоже видел, как в их фантазиях рота солдат заходит с утра в комнату на военной базе, выходит оттуда терминаторами, а вечером, после конца дежурства, рота терминаторов вновь становится солдатами. Ну и в случае каких-нибудь «бунтов » и « восстаний» на нелояльную часть можно будет бросить десять таких же по качеству, но лояльных.

— Вызванные космическим излучением — да. «Естественные » земные — нужно смотреть и изучать. Если механика их… м-м-м, « преображения» такая же или хотя бы сходная, то шансы есть. Если же это что-то иное… по обстоятельствам.

— А есть ли у вас удачные случаи преобразования людей через данный аппарат?

— Испытания на людях без прохождения целой череды клинических тестов на животных запрещены. На данный момент у нас нет… возможности, — «с некоторой неохотой » признаю я очевидное, — только математические модели и компьютерные симуляции. Однако на их основе был сформирован процесс « исцеления» Бена Гримма, что вызвался добровольцем.

— Тогда как вы можете объяснить столь разный набор способностей? У вас же есть объяснение?

— Разумеется, — кивнул я. — Как ни странно, вектор изменения завязан на психосоматическое состояние реципиента…

— Мистер Дум, — почти не скрывая нетерпения, оборвал меня Хэйгер, — можно проще? Мы тут умеем воевать, а не читать научные статьи.

— Изменения зависят от характера. «Кремень-мужик» стал натуральной скалой, юнец с шилом в заднице и вспыльчивым характером — живым факелом, вечно держащаяся в тени и загораживающаяся от проблем женщина — невидимкой с силовыми барьерами.

— А доктор Ричардс? — поинтересовался Крэйн.

— Спросите любого специалиста из NASA, тот подтвердит, что Ричардс — тот ещё гондон. Вот и тянется… — в зале раздался смех.

— Это всё хорошо, — отсмеявшись, продолжил Хэйгер, — но мы тут все серьёзные люди и понимаем, что для Фон Дум Индастриз это совершенно новое направление. А ещё ваша компания в огромной яме, из которой её нужно доставать. Не считайте, что я против вас, Виктор, но мне тоже зададут этот вопрос, и мне нужен чёткий и убедительный ответ, почему мы должны сотрудничать именно с вами, а не пригласить того же Ричардса? Его услуги явно будут дешевле, чем спасение вашей корпорации.

— Вы правы, генерал, это новое направление для нас, — убираю улыбку, хотя этого вопроса я и ждал. — Ни одни генетические исследования со времён доктора Эрскина не добивались никаких внятных результатов на поприще дарования человеку сверхспособностей, хотя работы в этом направлении в той или иной мере ведут все страны мира. Наш успех — случайность. Стечение обстоятельств. Но! Отличие нас от всех остальных, кто работал в этой области десятилетиями, в том, что мы смогли понять нужные принципы и придумать, как их реализовать искусственно. Мы уже имеем рабочую технологию. Мы уже научились производить нужные приборы и оборудование, и они работают . Не в теории — на практике. Рид Ричардс не сможет вам этого предложить — у него нет своих производств, нет работников, способных исполнить заказ как надо, нет отлаженной структуры, которая сделает все сопутствующие работы надёжно, качественно… и секретно. Рид Ричардс мечтает о славе, о всемирном признании, об очередной номинации на престижную научную премию и чтобы в журнале написали. А ещё он мечтает быть независимым учёным, которого уговаривают и за которым постоянно бегают, ведь он очень… очень великий. Он не будет работать на условиях, предусматривающих секретность и тишину. Я же, может быть, и не такой гениальный, но я понимаю эту технологию, и я могу развивать её с учётом интересов заказчика. Согласитесь, в таком ракурсе моя компания — это уже не обуза, на которую надо бессмысленно тратиться, это — вложение. Очень выгодное на перспективу. А главное, компанию с крепким научным коллективом не остановишь пулей в одну голову, как какого-нибудь Эрскина, и не спустишь тем самым в трубу все усилия государства, что в неё вложены… А вот одного Рида Ричардса — можно.

— Что же, — протянул Хэйгер, — откровенно. И мне это нравится. Какие ресурсы вам необходимы для… серийного производства? И сколько это займёт времени? — ну да, судя по взглядам, «суперменами» стать хотят многие пожилые вояки, но они хотят процесс полностью для себя безопасный и контролируемый.

— В зависимости от того, что конкретно требуется, — генералы — ребята конкретные. «Радужные обещания » из серии «скоро, всё и зашибись» их могут устроить, но очень ненадолго. — Без возможности внесения корректировки в « мутационную форму» — достаточно построить лабораторию за городом по предоставленным данным. Но если вы хотите действительно управляемого и настраиваемого процесса с серийным выпуском, нужны будут серьёзные изыскания. И вложения. Иными словами, наклепать скороспелых мутантов со случайным набором сил и побочных эффектов — легко, и можно начинать хоть через месяц, но полноценный и безопасный процесс мутации — это работа на десятилетие. У меня есть план и бюджет на оба варианта, ознакомьтесь, — по рядам пошли распечатки.

Просил я… много. Ибо, как известно, «проси много, дадут сколько нужно» .

— Хм-м-м… — задумались уважаемые офицеры.

— Впрочем, если вам не сильно интересен данный проект, то наша компания готова предложить и более классические решения. Например, новый бронесплав…

За прошедшее время процесс моей мутации полностью завершился, и, само собой, я не поленился изучить вопрос своего «здоровья ». То, как я брал «соскобы » металлизированной кожи — история отдельная и очень… интересная. Если что, там фигурировали болгарка, алмазные диски, эквилибристика и такая-то матерь. Но результаты того стоили. Прежде всего, структурный анализ показал, что вольфрам с иридием и все сверхпрочные сплавы на их основе нервно курят в сторонке, даже пресловутые углеродные нанотрубки из графена тоже курят. У меня нет доступа ко всяческим мифическим вибраниумам и адамантиям, равно как и « божественным» металлам, что тут всякие асгардцы порой используют, но « спиленные» в ноль ради небольшого соскоба алмазные диски как бы намекают…

Термическая стойкость оказалась ещё выше. Тот же Джонни мог «разгораться » до пяти тысяч кельвинов. Это, конечно, не «сверхновая », как заявили безграмотные киноделы, и даже не корона Солнца, что тоже далеко не самая горячая «стабильная » [1] звезда, про ядро я вообще не заикаюсь, но честная « фотосфера звезды» — да, достигается. И это почти в два раза больше, чем нужно для плавления вольфрама. Такой жар получают уже в « дуговых печах» , по сути, работая плазмой и контролируя процесс магнитным полем. И снятая с меня « стружка» в таких условиях стала лишь чу-у-уточку мягче.

Воздействие всяких щелочей и кислот… это было даже не смешно.

В общем, я могу спокойно «выпрыгнуть » со своей космической станции, пройти всю атмосферу, хренакнуться об землю, а потом отряхнуться и пойти дальше. А ещё порвать голыми руками танк, ибо выдаваемое « стальными» мышцами усилие увеличилось сопоставимо их прочности.

Но и это было не всё, пожалуй, так, самая «скучная » часть. Основной цимес начинался дальше. Моя металлорганика… регенерировала. Сама по себе — не особо быстро, на уровне простого человека или даже несколько ниже, но вот если дать мне электричества… Нет, батарейками не хилюсь, словно магическими зельями, но вот обнимания с силовым кабелем или тем паче удар молнией это дело подстёгивают. Не знаю, уделаю ли я пресловутого Росомаху, но «ссадина» от соскабливания у меня затянулась за секунду, стоило « схватиться за фазу» .

Однако и на этом интересное не заканчивалось, а только начиналось. Мой электрокинез. Ох, даже не знаю, с чего тут начать. Ладно, то, что я живой сверхпроводник — это ещё такое себе… Хотя любой техник, хоть что-то понимающий в энергетике, уже на этом моменте начнёт нервно потеть ладошками и радостно бегать по потолку. Однако мой организм пошёл ещё дальше. Я — грёбаный сверхпроводниковый генератор, совмещённый со сверхпроводниковым накопителем! Вообще, электричество «вырабатывает » любой живой организм. В крайне малых дозах, в основном, но вырабатывает. Нервные импульсы в мозгу, вегетативной системе и так далее. У меня они были мощнее на несколько порядков. Сам себе электростанция. Не атомная, само собой, и даже не ТЭС… если смотреть по «суточной выработке ». Вот только я ещё и накопитель. На идеальном сверхпроводнике. То есть я запасаю энергию. И… поскольку «нет сопротивления цепи »… без потерь. И предела. Нет, по идее, он есть — заряд в теле рано или поздно становится слишком большим и « пробивает» сопротивление воздуха, уходя в землю. Только моему электрокинезу об этом сказать забыли. А тело — жадное и запасливое. И хапает, и копит инстинктивно. Только если другие тела накапливают жирок, то я — электрический заряд. Который могу уже выделять и направлять по своему усмотрению. Хоть лампочку запитать, хоть Рейдена из « Mortal Kombat» закосплеить. Рейдена на стероидах, что заставит Тора… да-да, нервно курить в сторонке. Ну и небольшой бонус: из-за того, что во мне постоянно циркулирует зверский ток (пусть в пассивном состоянии я и « держу его внутри» , даже магнитное поле не выпуская), магнитная самолевитация мне тоже доступна, пусть для неё и требуется прилагать определённое усилие, а ещё необходимы тренировки. Пока удалось только подняться в воздух и неловко в нём покрутиться, беспомощно махая руками. Да, крутой и серьёзный миллиардер висел в воздухе и махал руками, как гордый птиц.

Последним я изучал свойства отделённой от меня части, в том смысле, что хотелось понять, как оно себя ведёт с точки зрения «живого организма ». И… оно вело себя странно. Шикарно, но странно. Во-первых, отмирать и разлагаться моя плоть не спешит, даже отделённая от меня. Если её «закаливать », то есть нагревать и резко охлаждать, то внешний слой оболочки «цементируется », что-то вроде «ороговения » у обычных организмов. Но если провести «отпуск » металла, то есть нагреть и дать остыть «спокойно », то оно размягчается и всё ок. В общем, в каноничной ситуации, чтобы «оживить » того Виктора, его достаточно было закинуть в домну. А вот сам «саморазогреться » я не могу, ибо сверхпроводник, сопротивление — ноль, а потому и греться во мне нечему, хотя если поиграть с вихревыми токами… Впрочем, это скорее просто резервный план по спасению из очень специфической ситуации, куда можно было влететь только авторским произволом сценаристов-импотентов. То есть « поехав крышей» . Ибо тема « он безу-у-умен» — это универсальная отмазка не только российских сценарных импотентов. Но вернёмся к моему кусочку. Он не помирал и не разлагался, а если его « кормить» всякими полезными сплавами и « подбадривать» мощными разрядами, то и рос. Нет, таким « кустарным» способом я себя клонировать не мог, но вот наращивать « биомассу» , насколько этот термин подходит, — вполне. Что? Зачем мне биомасса металлорганики? Это же грёбаный сверхпроводник! « Горячий» ! В смысле, спокойно сохраняющий сверхпроводимость не то что при нормальной температуре, но и разогретый до нескольких тысяч градусов! Это — уже готовый компактный источник энергии! Только сделай форм-фактор и « распайку» для нормальной зарядки/работы!

Одно было плохо во всём этом — потребности в энергии для такого наращивания объёма не сильно уступали текущим потребностям в энергии для работы мутационной установки на космическом излучении. Искусственно же воссоздать мой металл было крайне непросто, несмотря ни на какие структурные анализы и исследования. Тем не менее кое-что приближённое, без сверхпроводимых и регенеративных свойств, нащупать получилось, и если делать не лабораторные образцы, а полноценное промышленное производство, то выпуск такого сплава даже становится рентабельным. Потому я продемонстрировал воякам не только цифры с расчётами, но и более чем «рабочий прототип» — то, что уже есть и что можно щупать.

— Это… — тут сошлись бы и полноценные «консерваторы » с « технократами» — сверхпрочные и сверхлёгкие сплавы всем нужны, — тоже интересно.

— У нас есть ещё ряд «тоже интересных» решений. И мы надеемся на долгое и плодотворное сотрудничество.

— Тогда, — поднялся генерал Хэйгер, — нам стоит обсудить условия этого сотрудничества, — и протянул руку для пожатия.

— С удовольствием, генерал, — я принял протянутую ладонь.

Разумеется, впереди ещё обсуждения и торги, но главного я достиг — ребята из Пентагона будут ставить на меня. А там и другие проекты, в том числе и «классическую оружейку » можно будет протащить. Да и всякие средства цифровой коммуникации тут ещё только начинают свой победный марш, а значит, вполне возможно его возглавить и получить с этого свои дивиденды. Ну а пока начнём тонко намекать, что в подобном договоре всякие левые « свободные инвесторы» — лишние. Совсе-е-ем лишние.

— Сэр, вы уверены, что они не обратятся к доктору Ричардсу? — проявил любопытство мой секретарь, когда мы уже сели в машину.

— Это неважно, Леонард, — не глядя на него, разминаю пальцы в имитирующих обычную кожу перчатках, силясь определить, упала ли чувствительность вновь или же всё нормально? С момента, как я обнаружил способность поглощать электричество, большинство негативных симптомов по самочувствию исчезли, но пальцы… ощущение покрывшей их скорлупы всё ещё давило на сознание. — Даже если они к нему обратятся, он им откажет.

— Вы верите, что он испугается суда? — позволил себе предположить парень. — Хочу заметить, что с поддержкой Пентагона он имеет шансы его выиграть.

— Я это понимаю, — усилием воли оставив в покое перчатки, откидываюсь на спинку сидения, — но нет, он откажет им по собственным убеждениям. Рид — чистоплюй. Ему подавай только чистую науку, даже коммерческие проекты его коробят, ему надо обязательно что-то фундаментальное, что-то высокое, чтобы оставить своё имя в истории. Только поэтому он со всеми своими мозгами и дошёл до банкротства, когда осталось только предлагать проект мне и надеяться на дружескую помощь. От предложения создавать оружие и уж тем более суперсолдат он откажется, какие бы деньги ему ни сулили.

И это была не бравада и уж тем более не пренебрежение одним из самых распиаренных «умников » вселенной Марвел и «главным врагом » Виктора фон Дума. Просто голые факты. Когда Рид заявился к ещё оригинальному Думу предлагать свой проект, он разливался соловьём, что мы ещё во время учёбы мечтали работать вместе и прочее бла-бла-бла, тактично забыв, что как раз он-то первым эти мечты и отказался реализовывать, порвав со мной все связи буквально в ту же секунду, как закончился выпускной. А потом начал строить свою компанию, даже подвизался на работу с NASA и несколько лет успешно получал государственное финансирование, грезя пилотируемыми полётами на Марс, вот только обязательно с собой во главе, чтобы его имя не только главным конструктором корабля, но и первым ступившим на красную планету значилось. Прямо-таки живое воплощение постперестроечного Алексея Архиповича Леонова, который в СССР был достойным офицером и космонавтом, а в начале 2000-х заделался вице-президентом « Альфа-банка» — и давай сразу столько офигительных историй продвигать о своей жизни, особенно на телеэкране, что просто хоть стой, хоть падай: и в отряд его отбирал лично генерал авиации; и товарища, который ещё в войне участвовал, именно он прыгать с парашютом учил; и он же лично его вылечил; и он добился, чтобы тот остался в группе; и скафандры для советской космической программы он разработал; и Восход-2 по винтику собрал и разобрал; и он решил, что надо лететь, это решение продавив; и неисправность он устранил во время полёта (которой в реальном полёте не было, но вот он устранил); и он решил, как надо садиться; и он рассчитал траекторию посадки; и он не дал умереть в тайге товарищу; короче, и швец, и жнец, и на дуде игрец, который ещё бы чуть-чуть — и вот сто процентов оказался бы ещё отцом Королёва, а то и Иисусом Христом лично — чего уж мелочиться-то, право слово? В общем, реальный Рид Ричардс в этом мире всеми силами пытался превратиться в фантазию о себе обуржуазившегося советского деда с манией величия, который дорвался сделать себе мировую славу. И понятное дело, что, каким бы умным он ни был, в реальной жизни такого умника терпеть смогут очень недолго, особенно люди, которые платят ему деньги. В общем, финансирование в какой-то момент прекратилось, заработанное на прошлых контрактах кончилось, а новые проекты господа из высоких кабинетов спонсировать уже не собирались, тем более такие аморфные, как « А давайте мы изучим тайны происхождения жизни! Вы только обеспечьте мне внеплановый полёт в космос, космическую станцию для замеров и ещё сколько-то лет работы на всём готовом, чтобы вот после Великий Я, может быть, что-нибудь хорошее изобрёл!» .

Честно говоря, крутя эту ситуацию в голове сейчас, я не мог найти объективных причин, почему мой предшественник на такое согласился, пусть и догадался продавить максимально выгодные условия по собственности на результаты работ в контракте. По сути, единственной причиной была святая вера Виктора в Гений бывшего друга. Субъективный фактор! Ещё и основанный на студенческих годах, когда Ричардс блистал на всяких конкурсах. Конкурсах студенческого уровня!

Конечно, сейчас я пристрастен, и всё-таки Гений Рида Ричардса — это объективный факт для вселенной Марвел, однако… чёрта с два вояки возьмутся с ним сотрудничать без по-настоящему острой необходимости. А даже если возьмутся… Нет, не будет он создавать суперсолдат. Да и не сможет. Вот уж что-что, а данная область — это его ахиллесова пята. Понятно, что в ракурсе коммерческих задач издательства никакие сценаристы не могут себе позволить потерять такого персонажа, как Халк или Существо из Фантастической Четвёрки, ради какого-то хэппи-энда личной арки. Персонажи должны приносить прибыль, а для этого образы персонажей должны быть узнаваемыми. Историю их тоже нельзя просто взять и закончить, она же прибыль приносит. Однако если тему выдуманности всего вокруг отбросить и оценивать информацию «как есть» , без сторонних предпосылок извне местного континуума, то мы получаем однозначный факт: ни в одной своей вариации Рид Ричардс не сумел вылечить ни Бена Гримма, ни Брюса Бэннера, ни хоть кого-то ещё из ребят с реальными проблемами в данной области. А если не может вылечить, то не сможет и сделать, осознанно и в полной мере контролируя процесс. Он ведь и тут пару ошибок в расчётах всё-таки допустил, да и копать по итогу начал в неверном направлении, миниатюризируя то, что ещё не доказано, что работает, то есть умножая шансы на ошибку. Одним словом — нет. Этот человек точно мне не конкурент.

— Леонард, — выныриваю из своих мыслей, которые, впрочем, заняли меня всего на несколько секунд, — а поищи-ка некоего доктора Хэнка Маккоя. Он должен работать в области генетики с упором на мутацию, возможно, совместно с неким доктором Лэндоном — сейчас точно не вспомню. Думается мне, он как раз тот, кто нам нужен, чтобы стать новым руководителем генетических исследований и всех работ по установке.

В этом мире Тони Старк ещё не успел стать Железным Человеком, в основном отрабатывая повестку богатого мажора и прожигателя жизни, следовательно, имелся шанс и на то, что и Хэнк не успел обрасти синей шерстью и переселиться в особняк Ксавьера, а всё ещё активно ищет пути лечения и отката мутации. Такой человек действительно будет работать не за страх, а за совесть. Плюс будет достаточно компетентен для работы.

— Понял, — быстро записал себе на планшет парень, не задавая лишних вопросов. — А что будем делать с прошлым руководителем? Хочу напомнить, что мисс Сторм ещё числится в штате.

— Ах, Сьюзен… — я даже задумался, ибо данный факт и впрямь как-то вылетел из головы. — Заблокируй её пропуска и подготовь документы на увольнение по причине систематического отсутствия на рабочем месте без уважительных причин. Потом вышлем уведомление об увольнении почтой. Только на её собственную квартиру, а не здание Бакстера.

— Да, сэр. Документы будут готовы уже вечером.

— Прекрасно…

Увы, успешное заключение договорённости с вояками и даже подписание нужных бумаг не стали мгновенной констатацией победы. Более того, следующий месяц стал почти полной копией предыдущего, когда мне приходилось вкалывать сутки напролёт, пусть вкалывание и было почти исключительно интеллектуальным… Если не считать общения с прессой, беготни и прочего лицедейства. Тем не менее все приложенные усилия и бессонные ночи с жизнью на кофе себя оправдали.

Прежний Виктор умел подбирать команду, потому, даже отстранив меня от прямого руководства компанией, инвесторам не удалось лишить меня реального влияния или отсечь от информации о происходящем в фирме, а вот я вполне смог до самого последнего момента скрывать свою деятельность по установлению контактов с Пентагоном и факт заключения итоговых соглашений. Юридический отдел и служба безопасности сработали на отлично, даже несмотря на идущий аудит. Впрочем, вояки тоже внесли свою лепту в обеспечение секретности, этого не отнять, но не гордиться же мне чужим персоналом? Вот я и гордился своими людьми. А между тем события набирали оборот.

Рид Ричардс, не будь совсем уж идиотом, всё-таки сориентировался, когда потерял моё финансирование, и первые обложки таблоидов вновь заполнились фотографиями наших эпатажных и фантастических уже не просто учёных, но и Героев! Совпало так или Рид целенаправленно искал повод, однако когда в одной из федеральных тюрем недалеко от Нью-Йорка случился спонтанный бунт заключённых со взятием заложников из персонала тюрьмы, именно Фантастическая Четвёрка сыграла решающую роль в подавлении волнений и спасении заложников. И я не знаю, почему пресса не спешила их переименовывать, несмотря на то, что Бен до сих пор сидел в моём госпитале и ни в чём не участвовал. Так или иначе, новая волна хайпа не заставила себя долго ждать, и на этом фоне все новости о Фон Дум Индастриз, казалось, могут иллюстрировать лишь тотальное уныние и картину камнем летящего в бездну откровенного полутрупа. Масла в огонь подливал и Нэд Сейсил, силясь, в разрезе аудита и прочих проблем, перевести все стрелки на меня своими рассказами о том, как я не оправдал надежд, лишь играя на руку нужному мне падению стоимости акций. Мои выступления, напротив, были словно бы издевательски-позитивными, демонстрируя публике какого-то сумасшедшего, который выглядит как не спавший семь недель батрак с плантации, но при этом показательно полностью доволен жизнью, да ещё и позволяет себе возмутительные провокационные вбросы.

А потом, когда от акций компании начали избавляться уже абсолютно все, обрушив их стоимость даже ниже туалетной бумаги, один скромный брокер взял — и скупил всё, что было на фондовых рынках, чтобы уже на следующий день в прессу попала сенсация, где компетентная комиссия завела уголовное дело по факту финансового сговора инвесторов Фон Дум Индастриз с целью развала компании и ухода от налогов.

Вот тут-то и понеслось. Телефон разрывался, ещё вчера смотревшие на меня как на пустое место и кусок дерьма «уважаемые партнёры » начали бегать, как тараканы при резко включившемся свете на кухне. Разумеется, первой их мыслью и претензией было «агонизирующий фон Дум пытается ещё что-то сделать », а с этим шли и соответствующие действия, начиная от банальных требований «прекратить страдать хернёй », заканчивая угрозами ответных исков о клевете и порочении «деловой репутации », что точно « оставят без штанов» меня уже как физическое лицо. Двое особо тупых и « горящих» придурков даже обещали « найти и закопать» в лучших традициях братков из девяностых. Записи этих угроз стали основаниями для возбуждения ещё парочки дел. Пусть на дворе сейчас всё ещё не те времена, когда могли посадить за « неправильный взгляд» , но вот конкретная запись конкретного обещания от конкретного лица конкретно убить — это до пяти лет строгого режима. Или штраф до десяти тысяч долларов. И я без понятия, кто, как и зачем настолько широкую вилку наказаний предложил. Нет, понятно, что первое — это для плебеев, а второе — для уважаемых людей, которым разок в ресторан сходить примерно столько и стоит, но всё равно как-то перебор. Впрочем, сейчас этот перебор работал на меня.

Разумеется, подобные дела развалятся на первом же слушании, если адвокат не совсем дебил — запись ведь была сделана без уведомления и согласия записываемого, а потому не может являться доказательством. Но «ответно » обвинить меня в клевете и нападках на деловую репутацию не получится. Ведь запись — подлинная. И делалась с моего ведома и согласия, следовательно, как доказательство в мою защиту в случае чего может быть использована. И обретёт «легальный » статус, а на ней — угроза убийством. К тому же я настаивал на «открытом процессе », с прессой и освещением всего такого. То есть широкая общественность могла бы послушать, как уважаемый меценат и весь из себя благотворитель угрожает «найти и закатать под асфальт » другого уважаемого мецената. Нехорошо получится. Так что веселье нарастало — адвокаты потели и пыхтели, пытаясь одновременно и договориться с моими юристами об «улаживании в досудебном порядке », и работать над переводом следствия в «закрытый » режим. И… я вполне позволил с собой договориться и «снял претензии » в обмен на некоторую сумму. Почему? Потому, что посадить или даже просто подтвердить обвинения у меня бы не получилось — запись « нелигитимна» , шансов на открытый процесс тоже нет. Слишком « уважаемые» люди, и на суде могут всплыть слишком секретные данные, начиная от финансовой информации, заканчивая какими-нибудь « концептами прототипов» . Так что получить миллион-другой « отступных» было банально выгоднее и эффективнее, чем терпеть поражение в этом манёвре. К тому же его основная роль — отвлечь внимание, добавить головной боли и просто заставить дополнительно понервничать, что он с успехом и сделал, окончательно закрепив в умах всех вовлечённых, что Дум уже просто пытается гадить и одновременно урвать хоть ещё пару крошек со стола разделки дела его жизни. С учётом того, что « уважаемые господа» и так уже договорились, кто кому что отдаст и передаст, они воспринимали это с некоторым брезгливым пренебрежением, даже выбросили на рынок часть своих акций (ведь « может, найдётся дурачок, что купит этот мусор» ), недостаточный по процентовке, чтобы реально претендовать на какой-либо кусок предприятий и на самом деле становящийся мусором при подтверждении банкротства, но, как ни странно, теория вероятности была на их стороне. В том смысле, что « какую бы фигню ты ни продавал, всё равно может найтись дебил, что эту фигню купит» . Доказано успешной продажей состриженных кошачьих усов… Тут, правда, большая часть акций уже ушла воякам, вернее, государству через вояк, но не суть.

Что «что-то тут не так », господа инвесторы поняли в тот момент, когда… их процесс о банкротстве был не просто заморожен до проведения полного расследования по делу о сговоре, а натурально отклонён, поскольку «Фон Дум Индастриз является официальным партнёром Министерства Обороны США и задействована в проектах национальной безопасности ». Другими словами — неприкосновенна. Разумеется, они сразу же начали перетряхивать все активы, записи и так далее и… нашли проект « Прометей» с грифом « Совершенно Секретно» . И попробовали получить к нему доступ, но… получили по рукам, ибо доступ был разрешён только для представителей Министерства Обороны в звании не ниже полковника (и то далеко не каждого) и… руководителя проекта Виктора фон Дума.

Вообще, ребята из Пентагона предлагали мне всё-таки обанкротить компанию, получить с неё свой кусочек, пусть и небольшой, и на его базе создать новую, с которой вояки бы уже и заключились, и проспонсировали. Это было бы куда проще, быстрее и с меньшей головной болью. Вот только вся моя сущность (почти) требовала именно «отстоять своё », а не «позволить убить », а потом возрождаться из трупа. Ну и весь «концерн» был всё-таки структурой более мощной и более независимой, чем « маленький свечной заводик» , плотно завязанный на оборонку и, по сути, живущий, только пока обслуживает интересы этой самой оборонки, а высокие дяди в красивых мундирах в нём заинтересованы. И так за « покровительство» пришлось изрядно поступаться и прогибаться, ограничиваясь и направлениями исследований, и списком потенциальных партнёров и рынков сбыта.

Да и тот факт, что Виктор фон Дум является монархом маленькой, но очень гордой и независимой Латверии, играл свою роль. В том смысле, что масса юридических нюансов и головной боли сильно портила жизнь. Да, Латверия — любимая страна магната, его родина и владения, но… по факту, это крайне бедная страна, иначе её монарху не пришлось бы лично строить с нуля компанию на другой стороне глобуса и заниматься почти всё время исключительно ей. Небольшое княжество на северо-запад от Трансильвании (там, где в моём мире вроде бы была территория то ли Словакии, то ли Венгрии) не имело толком промышленности, плодородной земли (ибо горы, если точнее, то Карпаты), да и от торговых маршрутов стояло далековато. Другими словами, регион не представлял из себя ничего интересного, даже горные породы были бедными. Зато такая обособленность совокупно с малой ценностью позволяла стране уже добрую тысячу лет оставаться независимой (или полунезависимой). И теперь там будет база НАТО. На кой хрен она там нужна воякам, я так и не понял — вокруг и так союзная и, как я знал, постепенно становящаяся скорее вассальной, чем союзной, Европа, где таких баз и так как грязи. Впрочем, я был не против, ибо такая база — это сначала большая стройка, а потом ещё и потребность в снабжении, а значит — рабочие места, с которыми в Латверии была напряжёнка. Пусть Виктор и старался обеспечить эти самые места, да и «мозги на экспорт » поставлялись, но всё же… В общем, хотят там базу иметь, быть может, думая так «дополнительно контролировать » меня, — велком. Всё равно возьмись кто за Латверию серьёзно, её закопают, а так один « потенциальный противник» становится « союзником» , пусть и очень условным, но всё же. Ладно, оставим пока родину фон Дума и вернёмся к США и текущей ситуации с компанией.

После всего вышеперечисленного прекращение дела о банкротстве, что, разумеется, не осталось без внимания, равно как и то, под каким основанием это дело прекратили (включая и мою скромную персону), стало сродни «Второму Пришествию ». В том смысле, что цены акций, оттолкнувшись от дна, начали стремительно расти, всякие конспирологи вообще принялись стоить теории, что я всё это провернул заранее, намереваясь «стряхнуть » не нравящихся мне партнёров и так далее. Короче, вновь началась охота всяких журналистов и прочих акул пера, только если раньше они хотели посмаковать отчаяние загоняемого и разоряемого человека, то теперь жаждали «истории успеха » или « хитрого плана, достойного Макиавелли» . Шакалы. Зато я мог слать этих шакалов в жопу совершенно открыто, ссылаясь на гриф секретности. И кстати о шакалах. Нэду Сейсилу и его друзьям намекнули, что их участие в конторе с государственным интересом… лишнее. Разумеется, не прямым текстом и, как я понял, тоже с рядом уступок, вроде прекращения дела о сговоре и выкупа оставшихся у них акций пусть и не по « справедливой» цене, но и не задаром. В общем, когда мы окончательно расставались, они, полагаю, серьёзно жалели, что вообще связались со мной. Ну или (что куда правдоподобнее) что попытались кинуть, не удостоверившись, что у меня нет « запасных вариантов» . Печалило в этом всём только то, что участие государства в фирме теперь несколько выше того, что я бы хотел, но тут ничего не поделаешь. Впрочем, с учётом моей нынешней доли акций… даже если дядя Сэм вдруг спятит и пожелает выставить меня на мороз, мне более чем хватит ресурсов создать ещё одну фирму, с блэкджеком и без шлюх! Их и с текущей я уже повидал дофига. В отличие от патентов и прав на технологии. Ибо как показала практика, лучше их делать на себя, а не компанию. Что же, учтём и под шумок переоформим как надо то, что возможно.

И вот последние бумаги были подписаны, последние нюансы решены, и я мог с облегчением вздохнуть, вновь располагаясь в моём кабинете генерального директора Фон Дум Индастриз.

Четыре с половиной месяца. Именно столько прошло с момента демонстрации перед вояками до сегодняшнего дня. Не так уж и много, если учитывать всю ту Бездну бюрократии, что пришлось преодолеть, и проблем, что удалось решить. И неимоверно долго, если речь идёт о пребывании в постоянном стрессе, не то что без нормальных выходных, но даже и без полноценного сна и еды. Мне, как металло-органической форме жизни, было ещё более-менее, хотя порой мозги и «буксовали » от нагрузки. Ну и тот факт, что «живым» на мне осталось только лицо, да и то больше напоминало какой-то хитрый полимер, чем обычную кожу… А ещё я немного пристрастился к электричеству. Ибо « лизнуть розетку» — это как выпить чашечку кофе, а то и что помощнее… В общем, даже у меня видок был тот ещё. Однако пахал не я один. И мой основной помощник за это время мало того, что словно постарел лет на пять, так ещё и похудел килограмм на десять. И это при том, что он и так был парнем совсем не полноватым.

— Что же, вот и всё, Леонард, мы справились, — я улыбнулся и, вытащив из мини-бара бутылку коллекционного виски, свернул ей пробку.

— Да, поздравляю, мистер Дум, — парень тоже улыбнулся, но чрезвычайно устало.

— Что же, тогда мы обязаны это отметить! — я принялся разливать янтарную жидкость по бокалам. — А ещё мы обязаны отметить твоё новое назначение.

— Назначение… — он моргнул. — Какое назначение?

— Недавние события показали, что ты более не можешь и не должен быть моим секретарём…

— Я… я сделал что-то не так? — убито спросил, наверное, самый преданный Думу человек.

— Н-да, тебе всё ещё не хватает уверенности в себе, — я вздохнул, — а тебе она потребуется, как новому исполнительному директору. И владельцу трёх процентов акций.

— … Сэр? — моргнул свежеиспечённый стрелочник, что будет пахать, пока я предамся злостному отдыху и разгильдяйству.

— Леонард, — вновь вздыхаю, давя усмешку — уж больно забавным было его лицо, — ты являешься моим помощником уже несколько лет. Ты был со мной и во времена триумфов, и в самые жестокие кризисы. И всегда пахал как проклятый. Без тебя я не уверен, что смог бы разгрести нынешние проблемы. Ты и глазом не моргнул, когда понял, что твой босс мутировал в говорящую железную статую, — а не понять он не мог — парень неглупый и последние месяцы на самом деле чуть ли не двадцать четыре часа в сутки меня сопровождающий. — Проклятье, будь ты девушкой, я бы на тебе женился! Но поскольку ты парень, то наградить за верность я тебя могу, сделав своим деловым партнёром и доверив управление моим бизнесом. Ты более чем доказал как свою компетентность, так и верность.

— Я… Спасибо, мистер фон Дум!

— Теперь вполне уместно и просто Виктор, партнёр, — я поднял бокал и протянул второй собеседнику. — Так что возьми отпуск, отдохни, похвастайся достижениями, ну а потом… нас ждут великие дела, друг мой! И за них нужно выпить!

— Да, за новое начало! — воодушевился свежеиспечённый директор.

Ну что же, осталось продержаться, пока он не вернётся из отпуска, и можно уже точно вздыхать с облегчением и начинать заниматься своими делами. Да и по поводу некоторого очеловечивания подумать, ибо быть «Железным Человеком» , конечно, круто, но… у меня ведь теперь вообще всё железное. А некоторые вещи должны быть железными или каменными только метафорически, иначе будет грустно, да. Но это всё потом, а пока отмечаем и отдыхаем.

Глава 3

Празднование празднованием, но жизнь на паузу не поставишь, потому, оставив Леонарда отдыхать лицом в столе (ладно, до диванчика в кабинете он таки смог доползти), я вернулся к делам — ибо, как цельно-железячному техножрецу, алкоголь мне был до лампочки, если не считать специфического букета вкуса. Дел же накопилось немало. Да, основные головняки по компании мы закрыли, однако не компанией единой! Та же слежка за Ричардсом никуда не девалась, как и результаты по Бену Гримму. С последнего я и начал, проверяя данные с его «трекера» .

Какого трекера? Да обычного медицинского, подобные девайсы используются некоторыми ребятами с диабетом. Из тех, кто посостоятельнее. Так-то бывшего «голема » в больничке продержали всего месяц, пропустив через все возможные девайсы и собрав все возможные анализы, разве что не препарировав. Результат был отрицательным. В смысле, ничего в состоянии «кремень-мужика » не указывало на возможный рецидив. Хотя клеточная структура и осталась изменённой. В том смысле, что теоретически его «каменность» осталась, но стала как бы рецессивной, как « зимняя шерсть» у живности разной летом. Только если живность стабильно линяла два раза в год (минимум), подстраиваясь по сезонам, соблюдая биоритмы и вот это вот всё, то на « линьку» обратно в каменного человека Бену нужно было энергии и сил столько, сколько и за десяток лет ты в организме не накопишь. Мы, конечно, в мире Марвел, а потому, схватившись за какой-нибудь оголённый кабель под напряжением, он, вместо прожаривания, гипотетически мог мутировать обратно… С некоторым шансом… не уверен, что большим, но мог.

В общем, врачи постановили, что он жив, цел, не заразен, и, «на всякий случай » нацепив браслет, измеряющий всякую мелочь, вроде температуры-давления-пульса, отпустили с миром, наказав появляться пред их светлые очи раз в неделю в течение следующих шести месяцев — чисто на всякий случай. Скала принял заключение с благодарностью и пониманием, отчего регулярно являлся на обследования, как сказали, но никаких отклонений в его организме не появлялось. Ещё он разок вышел на меня и вновь поблагодарил, но я был слишком загружен, чтобы как-то серьёзно на это реагировать. Понял это и Бен, так что пообещал «проставиться, когда ты всех их уделаешь, Вик » и отбыл по своим скальным делам. У него вроде как появилась какая-то подруга… слепая, что он встретил ещё каменным, но, обретя «проклятье плоти », мужик решил, что может не только дружить с милой и доброй девушкой, что не смеялась и не отшатывалась от него, пока он был каменным. Краем глаза видел фотки — довольно милая девчонка, на удивление сильно напоминающая лицом и фигурой Сьюзен, только коротко стриженная и волосы не « чистая блондинка» , а эдакий « рыжий металлик» . Чуть-чуть накрасить, нацепить парик — и можно прям за сестру-близнеца принять, что невольно вызывает ряд вопросов к отцу семейства Сторм, о чём подумал не один я. А Джонни, по словам Бена, так и вовсе несколько минут вообще мог только невнятно что-то мямлить и мычать, когда увидел эту « Арисию» , как звали девушку, к вящему веселью мистера Гримма, который наконец-то отыгрался так за все приколы. Правда, нельзя сказать, что девушку прям приняли как часть семейства Стормов, скорее, наоборот, слегка сторонились, но лично Бену однозначно повезло, тем более что по характеру Арисия была почти полной противоположностью Сью, в том плане, что тихая, домашняя и открытая.

А вот Рид всё не унимался. Он быстро уловил, что от геройств можно получать свой хайп, а от хайпа — прибыль, а поскольку творить всякие шоу и прочий «научпоп » этот тип умел, то и славу свою монетизировать у него получалось. Разумеется, действительно серьёзные люди, получившие ряд инсайдов и «характеристик с прошлых мест работы », держались от него подальше, но было довольно много ребят попроще, что или клевали на относительную известность и громкие титулы, или и вовсе просто хотели себе рекламы уровня « над вкусом этой туалетной бумаги работал сам Мистер Фантастика лично!» . Ну или что-то в этом роде. Я, конечно, утрирую, но не сказать чтобы сильно, да и, помимо конкретных инвесторов, что дают деньги под конкретные проекты, он создал и фонд для добровольных пожертвований, и вот тут как раз хайп и реклама в СМИ в самом деле прямо влияли на объём поступлений. Короче, становление команды супергероев состоялось, и они даже за эти месяцы повязали какого-то ряженого психа, что будто из комиксов про Бэтмена сбежал. По крайней мере, уровень отбитости данного персонажа позволял как родному вписаться в плеяду всяких Джокеров, Пингвинов, Двуликих и прочих обитателей Готэма — главного по психам города вселенной DC. Чего хотел данный, как он представился, Человек-Крот, лично я так и не понял. Ну, кроме захвата мирового господства — данный тезис он донёс. Однако методы и средства остались загадкой, скорее всего, неразрешимой и для следствия, ведь по факту он тупо подорвал канализацию под парой улиц и устроил дебош с угрозами, разбрасывая вокруг чуть ли не навозные бомбы. Как ни странно, но данный тип достаточно эпатировал публику, чтобы « одолению» его супергероями рукоплескал весь город. Хотя я бы, наверное, тоже рукоплескал избавлению меня от данного зрелища и чистке морды дебилу, что в прямом смысле забрызгал несколько кварталов дерьмом. В общем, Мистер Фантастика одолел воистину достойного себя злодея и получил всеобщую любовь.

А ещё этот тип… работал над лекарством для Бена. Только на основе не излучений, куда ему вход был «заказан », а какой-то химии. И не спрашивайте меня, зачем и какой в этом смысл! Даже Бен крутил пальцем у виска и пытался сказать что-то вроде «Мужик, меня уже вылечили! Всё хорошо! », но… его же лечил этот злобный, гадский и надменный фон Дум! По непроверенной технологии, что украл у него, Рида Ричардса! Наверняка не понимая, ошибаясь и упустив кучу всего! Вдруг эффект временный⁈ Вдруг есть побочки⁈ Нет-нет, так нельзя! Потому я тебя исцелю другим методом, что изобрету! И спонсируемым изготовителем туалетной бумаги, да… Хотя, возможно, мужик просто хотел забыться в работе. Ибо пусть сейчас он банкротом не был, но… Сьюзен, возглавлявшая целый отдел в крутой и богатой международной компании, а также принимавшая ухаживания от натурального миллиардера, привыкла к несколько иному уровню доходов. А тут они резко упали, так как уволили её «по статье» , без выходного пособия и с подмоченной репутацией. И да, я понимал, что это было мелко, но плевать! Небольшая кара за предательство человека, что искренне её любил и натурально бросил мир к её ногам, да ещё и предательство в самый тяжёлый для него момент. В общем, получившая свою долю проблем дамочка вдруг обнаружила, что её не особо приспособленный к жизни и зарабатыванию денег за пределами финансирования своих проектов « избранник» не может обеспечить ей прошлый уровень жизни. Плюс обычная бытовуха, подтачивающая её « Рай в шалаше» . Короче, там тоже начались конфликты, упрёки и выяснения отношений.

Чем всё это кончится, было не ясно и, честно говоря, не сильно меня заботило. Ибо, как я говорил ранее, жизнь на паузу не вставала, а обязательства у меня имелись, и их нужно было начинать выполнять. И для этого мне требовались подходящие подчинённые. В частности, новый глава отдела генетических исследований. Леонард, закопанный не меньше меня, смог добыть все запрошенные у него данные, и сейчас я уже мог их использовать. Проверив адрес, я вызвал личного водителя и отправился в одну частную школу. Нет, не к Ксавьеру, но… близко.

Дело в том, что Генри Филлип «Хэнк » Маккой, действительно известный в прошлом генетик-исследователь, по какой-то неизвестной для широкой общественности причине почему-то оставил свою многообещающую научную карьеру и устроился простым учителем химии, пусть и в элитную школу с хорошей лабораторией. И нет, он не подвизался втихую варить мет и не брал кличку «мистер Вайт », но из «основного информационного поля» ушёл. Доказательств не имелось, но я подозревал, что у него начались первые физические изменения, отчего мужик сначала испугался, а потом и вовсе решил « залечь на дно» . Карьера же учителя… Ну, соваться в серьёзные фирмы он мог и не рискнуть — мало ли какие там проверки по здоровью и что они могут найти? Как по мне, излишняя перестраховка, но окажись я не цельножелезячным миллиардером с « волосатой лапой» в Пентагоне, а обычным учёным без реальных связей и покровителей, тоже бы опасался, всё же мало ли по какую сторону лабораторного стекла в конечном итоге ты можешь оказаться? Учителем оно как-то надёжнее.

Посетил я Маккоя уже в его квартире, что располагалась неподалёку от школы. Встретили меня… не сказать что радушно, но я смог тронуть сердце «чудовища» . Впрочем, полагаю, стоит обо всём по порядку.

— Бз-з-з… — дверной звонок не отличался мелодичностью, зато не пришлось долго его «насиловать» — мой будущий собеседник, видимо, тоже был от него не в восторге и поспешил прекратить звон как можно быстрее.

— Да, чем могу вам помочь? — дверь открылась, и за ней показался высокий, плотный мужчина, не сказать что культурист, но с довольно широким разворотом плеч и с хорошими задатками в той области. Внешность у него была… даже не знаю, как назвать. Что-то такое еврейско-интеллигентское, как бы странно это ни звучало: лёгкая сутулость, большие роговые очки с толстыми стёклами, короткие тёмные волосы, немного неправильный прикус и чуть прищуренный «слеповатый» взгляд. Одет он был в добротный, но уже явно не новый костюм, кажется, я поймал его только с занятий, и он ещё не успел переодеться.

— Мистер Маккой, я полагаю? — тот неуверенно кивнул. — Виктор фон Дум. И у меня есть к вам ряд предложений.

— Кхм… — что же, щуриться он перестал, вместо этого широко на меня вылупившись. — Эм-м, ну что же, проходите… — неуверенно предложил он.

— Благодарю, — я вошёл и дождался, пока хозяин закроет дверь.

— М-м-м, предложить вам чаю? Простите, я немного нервничаю — не каждый день тебе в дверь стучится мультимиллиардер, о котором последние месяцы твердят из каждого приёмника.

— Ничего не имею против, — пожимаю плечами, — не каждый день тебя предлагает выпить чаю гениальный генетик, решивший стать учителем химии в школе, — усмехнулся я. Шутка была, откровенно говоря, на грани фола, но мне нужно было посмотреть на реакцию Хэнка и понять, как с ним общаться… и имеет ли это вообще смысл.

— Не такой гениальный, как все считают, — с искренней досадой и какой-то застарелой болью ответил он. И это была… интересная реакция.

— И всё же, — мы пришли на кухню, и хозяин принялся колдовать над чайником. Обстановка в его квартире была сродни самому Маккою — «небогато, но добротно» . И мне это нравилось, — я хочу пригласить вас на должность главы отдела генетических исследований Фон Дум-Индастриз.

— Простите, но вряд ли я смогу принять ваше предложение, — покачал головой мужчина. — Я отошёл от дел, и сейчас у меня совсем другие приоритеты…

— И потому у вас на кухонном столе лежит свежий «Вестник Генетика» ? — узнал я журнал — Сьюзен тоже его выписывала и отзывалась о научных статьях довольно высоко.

— И всё же, — упрямо наклонил голову Хэнк, заваривая в чашке обычный пакетик, — я вынужден отказать.

— Вы ведь хотите, — это чувствовалось, — вновь заняться исследованиями, настоящими, что могут принести пользу всему миру, а не тратить своё время на малолетних оболтусов, настоящий интерес к вашей науке среди которых есть хорошо если у одного-двух учеников на поток, да и то интересные вам темы находятся просто вне их понимания.

— Неважно, чего я хочу, — отвернулся «интеллигент» , при этом у меня возникло ощущение, словно я щенка пнул или на котёнка наступил. — Вот ваш чай…

— Вы опасаетесь, что о вашей «небольшой проблеме» мутантского характера станет известно широкой общественности? — спросил я в лоб. И, судя по тому, как он вздрогнул, я попал не в бровь, а в глаз.

— Что… Откуда вы… — отпираться он и не думал. То ли растерялся, то ли, наоборот, сразу понял, что бессмысленно. — Зачем вы пришли?

— Как я и сказал, чтобы нанять вас. И предупреждая глупые мысли, что могли сейчас у вас зародиться: нет, я не собираюсь вас шантажировать, принуждать или разглашать вашу природу. Мне действительно плевать на подобного рода «особенности », равно как цвет кожи, пол, политические и сексуальные предпочтения моих работников и так далее… Ну, — чуть поправился, — пока они не пытаются собрать у меня в лаборатории « Машину Судного Дня» или забраться ко мне в штаны, будучи мужчинами. Если это будет пытаться сделать симпатичная девушка, то добро пожаловать… Кхм, в общем, я действительно заинтересован в компетентных специалистах, а всё остальное глубоко вторично.

— Вы… серьёзно? — удивился генетик.

— Если вы считаете, что кто-то моего уровня может просто взять, плюнуть не все дела по управлению международной корпорацией и поехать лично предлагать трудоустройство школьному учителю ради шутки, то я обижусь. Я, конечно, не чужд юмору, иначе бы давно свихнулся, но это как-то слишком… — я отхлебнул чая. Хм, как ни странно, но неплохо, пусть и из пакетика.

— Да, простите… — смутился мутант. — Какие задачи у меня будут, если я соглашусь? — он уже был почти согласен. Так что если я не предложу разрабатывать какой-нибудь вирус, что должен будет убить всех мутантов, или подобную херню, то никуда Маккой не денется.

— Спектр задач у нас довольно широкий, вам предстоит возглавить целое крыло. Приоритет — контроль над мутационными процессами и возможность их отката. У нас уже есть кое-какие результаты, думаю, вы слышали о Бене Гримме, но он — довольно специфический случай, нам же нужна более широкая метода.

— Вы хотите вылечить мутантов⁈ — он подался вперёд.

— Как по мне, мутантов не нужно «лечить» , лучше помочь раскрыть весь свой потенциал, взять его под контроль и сделать жизнь комфортной. Думаю, тот же Бен вполне был бы рад, получи он не свой человеческий вид обратно, а, допустим, возможность по желанию становиться то человеком, то здоровенным каменным громилой, тягающим по двадцать тонн. Однако в первом приближении — да, откат мутации тоже очень интересен, ведь далеко не все мутации приятны их обладателю.

— То, о чём вы говорите — это очень сложно. Сознательно управляемая рекомбинация ДНК… Потребуется создать соответствующий механизм едва ли не с нуля, а затраты энергии, ресурсов самого организма… Ещё проверить, как на такой организм будут влиять патогены… — глаза учёного горели. — Ох, простите, я слишком увлёкся.

— Ничего страшного, — улыбаюсь ему, — но что-то мне подсказывает, что это вам интересно.

— Да… — склонил он голову. — Но вы же понимаете, что это годы и годы исследований и нет никаких гарантий?

— Более чем. Но также я понимаю, что успеха в этом направлении с куда большей вероятностью сможет добиться заинтересованный энтузиаст, работающий на совесть, а не просто наёмный работник, что отрабатывает «повинность» за деньги.

— Что же, тогда… я согласен! Мне потребуется пара недель, чтобы завершить мои дела со школой, — про условия труда и оплату он даже не подумал спросить. Кажется, я угадал с энтузиастом. Впрочем, жмотиться я в любом случае не собирался. Энтузиазм энтузиазмом, но его нужно поддерживать. И пусть одни только деньги не являются достаточным мотиватором, но тем не менее в «необходимые» они входят. Ну а там дальше уже посмотрим и решим.

Пока дожидался завершения дел от Хэнка, смог немного развеяться и оглядеться по сторонам, а то, стыдно сказать, попав в мир Марвел, я так толком и не изучил, что и кто тут вообще есть, а чего ни разу не существовало. Банально не было времени. Ну и психологических сил, но в основном всё-таки времени. Тут, увы, 1992 год на дворе — местные не только до повсеместных приложений на смартфон не дошли, тут и нормальный сайт в интернете чёрта с два найдёшь, и цифровые камеры ещё в новинку. Да, ребята вроде миллиардеров, лично производящие всякий хайтек, могли себе позволить и планшеты с голографическими экранами для персонала (Леонард только с таким и ходит), и корпоративную сеть с вайфаем, и медицинское крыло, где оборудование будто из какого-то Масс-Эффекта доставлено, с градусниками, передающими показатели прямо на комп у кровати пациента, но всё это было очень… очень недёшево и очень не для всех. Перекосы в технологическом уровне здесь вообще были порой фантастические до абсурда, вплоть до того, что у меня была космическая станция с натуральной искусственной гравитацией, но при этом всё видеонаблюдение в моём же центральном офисе на Манхэттене писалось на обычные видеокассеты формата VHS. И это было нормально — в Пентагоне та же история. И та же история в иных областях, в той же моде, например. Я, конечно, уже плохо помню, во что одевались люди в девяностые моего мира (слишком мелким был), но тут у меня складывалось стойкое ощущение, что в ряде моментов мода осталась на уровне шестидесятых-семидесятых годов.

Это я всё к тому, что, несмотря на натуральный футуризм (даже по меркам тридцатых годов двадцать первого века) в одних вещах, в других мир словно застыл во второй половине века двадцатого. И застывание это касалось в первую и главную очередь массового рынка — массового потребителя и массового потребления. Так что да, искусственная гравитация и космические станции чуть ли не со стадион размером в одном месте — и восьмибитные игры для персональных компьютеров — в другом, без даже зачаточных намёков на 100500 социальных сетей, где люди сами выкладывают всю свою подноготную, вплоть до фоток интимного содержания.

Таким образом, поиск какого-то человека, даже довольно знаменитого, тут не ограничивался забиванием его имени в строку поисковика вроде Гугла. Был бы я одиночкой, пришлось бы, как Терминатору, листать телефонную книгу в надежде на совпадения, но даже будучи главой многомиллиардной корпорации, на поиски конкретных людей, о которых я знаю только имя и примерную биографию, требовалось потратить немало сил и времени. Ни сил же, ни времени у меня, повторюсь, не было, да и сотрудники, которых можно было напрячь данной работой, находились в мыле немногим меньше меня самого.

Но тут наконец-то горячая фаза закончилась, народ выдохнул, я выдохнул, и можно стало заняться задачами второй очереди. И первым, что я изучил, благо зацепки для интереса и начала поисков имелись и в памяти Виктора, стала местная история Второй Мировой Войны и Капитана Америки. И да, война здесь проходила несколько иначе, чем в моём мире, и длилась на два года дольше. К слову, с применением нацистами ядерного оружия. Ага, первыми в мире, ещё и против США. Тут вообще ожесточённость борьбы Рейха именно с западными Союзниками была намного больше, чем в известной мне истории. Начиналось всё похоже, но поворотным моментом, как я понял, стало то, что немцы не стали позволять Союзникам проводить эвакуацию войск с побережья после успешного блицкрига во Франции и вцепились в кадровые части Британии с бешеным остервенением, ещё и кучу кораблей «Royal Navy » в Заливе утопили налётами авиации. А дальше больше: кадровых частей в метрополии нет, британский флот в ремонте — десантная операция на Острова резко превращается из мечтаний и фантазий в реально выполнимую задачу. И немцы начинают её готовить, не спеша вступать в войну с СССР. А такой расклад уже совсем не в интересах США, и тем приходится шевелиться куда быстрее и вступать в войну раньше. Одно тянет за собой другое, и вот уже некие диверсанты Гидры — боевого крыла войск SS особого подчинения — устраивают атаку химическим оружием сразу в нескольких городах Америки, с одной стороны, срывая отправку войск на помощь Англии, а с другой — приводя американцев в такое бешенство, что тем уже почти насрать на Японию. Добавить сюда всевозможные немецкие проекты супероружия, часть из которых действительно была «супер» и на самом деле действовала, нередко меняя обстановку на целых фронтах, а также различных парахуманов, действующих по обе стороны фронта, и получаем такой замес, что ой! Ядерной бомбой нацики, кстати, потопили один очень крупный конвой с войсками, и вообще, по факту, Гидра пустила американцам столько крови, что они здесь SS ненавидят не меньше, чем советские люди, да и вообще эта война для них немногим менее Отечественная, чем для нас. Вот такие вот повороты судьбы. Что называется « не ждали» .

Что касается Капитана Америки, то его история, как минимум в той мере, в какой была известна широкой общественности, более-менее совпадала с тем, что показали в фильме Киновселенной Марвел. Кэп изначально был пропагандистским проектом, вернее, в тот момент он даже кэпом не был — это был доброволец — слабый и хилый мальчик-патриот, проверка сыворотки суперсолдата на котором должна была наиболее наглядно доказать её эффективность, ну и вдохновить основные массы народа на подвиг. Как я понял, изначально, сразу после смерти Эрскина, его участие в войне, тем паче на передовой, вообще не предполагалось — слишком он был ценным образцом. Но потом случилась та самая диверсия Гидры с тысячами жертв среди мирного населения, и тут уж Стив Роджерс закусил удила и добился своей отправки на фронт. А там, будучи реальным суперсолдатом, реально геройствовал, до сих пор сохранив за собой знамя главного секс-символа Америки. Официально он, к слову, погиб в конце войны, забрав с собой Красного Черепа, уж не знаю, насколько похожего до мутации на Агента Смита, но тоже вполне себе суперсолдата на уровне Кэпа, только со стрёмной мордой.

Ну и коли речь зашла про историю, глупо было бы не глянуть, что там происходит на пространствах местного аналога моей родины. Да, я был достаточно интеллектуально развит, чтобы осознавать простой факт, что местная Россия — это не моя Россия, буквально не та страна, где я ходил в детский садик, где меня лечили в поликлиниках, где я получал образование, где жили мои предки, родственники и друзья, то есть любить её только за совпадение названий — это клиника, точно такая же, как считать тёзку известного тебе человека этим самым человеком или какого-нибудь Дмитрия Грачёва — эстрадного двойника Путина — самим Путином. Тем не менее глянуть, что там и как, было интересно, вот я и глянул.

И с одной стороны, всё было очень похоже: была Перестройка; СССР распался; президентом России выступает Ельцин… Но вот в деталях всё уже было иначе. Во-первых, я не нашёл в прессе никакого упоминания Гайдара, Собчака и Чубайса. Лужков тоже отсутствовал, а мэром Москвы был какой-то Михайлович. Во-вторых, последним генсеком СССР тут был не Горбачёв, а некий Григорий Васильевич Романов, до занятия поста генсека являвшийся первым секретарём ленинградского обкома КПСС. И Перестройку начал тоже он. И хотя она здесь тоже провалилась, но не было никакой Беловежской Пущи, а Беларусь вообще осталась в составе страны, как и Казахстан. В общем, это была совсем другая страна, что, к слову, не особо спешила попадать в долговую зависимость от США с набором кредитов, чтобы расплатиться по кредитам. Да, вроде как там было не всё гладко, но насколько — это вопрос, ибо американской прессе тут верить сложно, как и вообще оценивать со стороны. Впрочем, и без того было очевидно, что всё моё возможное послезнание тут было бесполезно, хотя бы потому, что в этом мире даже Югославии не было, чтобы как-то просчитывать ситуацию, исходя из её бомбардировок NATO.

Но это что касается геополитики, на личном же фронте сугубо моих интересов первым успешным пунктом плана по вниканию в реалии стало нахождение в Вестчестере частной школы-интерната «для одарённых детей » имени Чарльза Ксавьера. Вернее… почему-то Шарля Ксавьера. Отчего изменилось имя, я не понял, но по всем признакам это был тот самый Чарльз, который лысый инвалид и создатель команды « Люди-Икс» . Конечно, зафиксировать применение телепатических способностей, равно как и силы иных мутантов, не получилось, я даже и не пытался, но он был похож. Действительно похож. Сколько народа в его школе, пока было сложно понять, — шпионов к сильнейшему телепату Земли не пошлёшь, да и документы об учениках так просто не получишь, — но вроде как больших толп у его особняка не наблюдалось. В любом случае лезть к нему я не планировал, просто уточнял для себя его наличие.

А вот к кому я собирался лезть, и даже активно, так это к Питеру Паркеру! Ученик выпускного класса «Мидтаунской школы науки и технологий » отыскался благодаря многократному участию в различного рода научных соревнованиях и олимпиадах, вроде тех, где так любил в своё время блистать Рид Ричардс, только школьного уровня. И неоднократное занятие призовых мест как раз и позволило Паркеру поступить в сие престижное и отнюдь не дешёвое учебное заведение. Как уже должно быть очевидно из вышеперечисленного, был он не безмозглым кретином «в исполнении » Тома Холланда и не той мультипликационной вариацией, где Спайди работал на чёрного Ника Фьюри в компании толпы иных подростков с суперсилами, а к безмозглому кретинизму его версии из киновселенной добавились ещё и характеристики первостатейного мудака. Нет, это был вполне « каноничный» Питер, и был он « канонично» сиротой, живущим вместе с пожилыми тётей и дядей в Квинсе. А ещё в одном классе с ним училась не только небезызвестная Мэри Джейн Уотсон (слава всем богам — рыжая, фигуристая и белая, а не как в последних фильмах, где её вариации даже имя сменили), но ещё и некая Гвендолин Стейси… очень… очень сильно похожая по фотографиям на Девушку-Паука из мультяшной истории про Майлза Моралеса.

Честно признаюсь, я не принадлежал к той плеяде фанатов, которая возводит Спайдермена едва ли не на пьедестал Иисуса Христа, мол, он такой весь важный, со всеми ключевыми персонажами вселенной знаком, каким-то краеугольным камнем является, весь ключевой для мира, знаковый, единственный настоящий Герой и бла-бла-бла. Не раз встречал подобные мнения в прошлой жизни, да оно и неудивительно, учитывая количество попыток экранизаций и перезапусков во всех возможных форматах, — никого ведь другого так не пиарят и не муссируют, как несчастного нашего Питера Паркера и историю его трагичной жизни, полной боли и лишений. Только вот я не из тех психически больных людей, что искренне верят, будто если жизнь не ебёт персонажа во всех позах и не заставляет раз за разом падать на самое дно, то этот персонаж заведомо фиговый. В таком раскладе заведомо фиговым человеком является тот, кому нравится наблюдать за унижениями и страданиями персонажа. В медицине даже специальный термин для подобного психического расстройства есть, а в адекватных законодательствах — список профессий, куда люди с таким диагнозом не допускаются ни при каких обстоятельствах. Моя же позиция в этом вопросе всегда была таковой, что, во-первых, в девяностые создали шикарную экранизацию истории Паучка, резко подстегнув интерес публики к нему, а во-вторых, Питер Паркер просто очень удобен для сценаристов. Его ориджин легко продавать подросткам, ведь в нём куча типичных подростковых проблем, близких и понятых главным покупателям мерча; он, объективно, не особенно силён, поэтому ему легко придумывать проблемы и врагов, что заставят напрягаться; и он живёт в Нью-Йорке, что позволяет без малейшего напряга сталкивать его с другими героями вселенной и разбавлять повествование внезапными камео и эпиком, нехарактерным его обычному уровню компетентности. При этом я не мог сказать, что Спайдермен как-то по-особенному нужен миру или чем-то незаменим для его выживания. Вот Рид Ричардс миру нужен, хотя бы потому, что во всех известных мне историях именно этот человек и его команда смогли спасти планету от Галактуса. Способен ли повторить это достижение кто-то другой — неизвестно, а риск слишком велик, чтобы устраивать натуральные испытания. Собственно, именно из этих соображений я не стал его окончательно топить и не устроил ему «несчастный случай» , хотя, положа руку на сердце, очень хотелось. Аналогично и с Профессором Икс и его командой Икс-менов. Именно они вечно спасают Землю от восстания машин и всяких Апокалипсисов с Фениксами и Фалангами. Они решают угрозы мирового масштаба, и про них точно известно, что если они вдруг погибнут раньше времени, то миру — каюк. А вот с Паркером всё иначе — все его геройства, в принципе, мог бы совершить любой другой, а даже если их не совершать, то глобально миру ничего не угрожает. Даже если брать мультсериал девяностых, с его эпичными сюжетами и первым мультиверсом в истории экранизаций, действительно значимый для вселенной Паркер там ровно один на чёрт знает сколько миров, а остальные — просто статисты, не способные глобально на что-то повлиять даже вместе.

Всё это к тому, что Паркер не являлся для меня какой-то священной коровой, напротив, глядя на то, что он ещё школьник и явно ни разу не получил свои суперсилы, я видел куда более выгодным для себя, чтобы он их и не получил. У парня хорошие мозги и большой потенциал в науке, но супергеройство весь этот потенциал в нём спустит в унитаз. Гений, потенциально способный встать в один ряд с Тони Старком, Ридом Ричардсом и Брюсом Бэннером, работает фоторепортёром и развозит пиццу на велике — ну не позор ли? Так что по факту его обнаружения задачей номер «раз» для меня стало завербовать парня в свою компанию и, по возможности, не дать его укусить мутационному пауку.

Аналогично было и с Гвен. Я не очень хорошо знал историю этого персонажа — слышал, что она была первой любовью Питера в комиксах, а потом трагически погибла, ибо сценаристы решили, что нельзя давать Паркеру хорошую и готовую любить его таким, какой он есть, девушку, а лучше выдать стерву Мэри Джейн, чтобы можно было накидать проблем в отношениях и вылить на голову парня больше говна, но сам ту историю не читал. Вариант Гвен из мультика про Майлза Моралеса был не очень раскрыт, хоть и вызвал серьёзную симпатию. Однако где-то всё-таки мелькало, что сия особа мозгами не сильно Паркеру уступает, вплоть до того, что уже на первом курсе получила работу в научном отделе Озкорп. Кажется, это было в одном из фильмов, где паучка перезапускали, но не суть. Главное — к ней тоже стоило присмотреться. В конце концов, я могу себе позволить лишнего стажёра, тем более симпатичную голубоглазую блондинку, тем более после того, как Сью меня бросила ради Гондон-мэна и моногамия себя не оправдала.

Но это так — планы на будущее. А в настоящем отведённые на утрясание своих дел доктором Маккоем дни пролетели в мгновение ока. Вот я только закапываюсь в местную историю и отдаю распоряжения поискать мне людей по общим словам, а вот уже пора вылезать из бумаг и показывать доктору Маккою, что у нас тут и как. Ну и чем ему нужно заниматься.

— Значит, это ваша лаборатория? — оглядел помещение Хэнк.

— Одна из основных, — я кивнул. — Сами понимаете, далеко не всё можно и нужно проводить в одном месте. Здесь у нас самая «перспективная » установка — камера космического излучения. Модулятор параметров позволяет задать довольно широкий диапазон значений, фактически, камеру можно использовать и в режиме « неогенного стимулятора» , над которым сейчас работает профессор Фэрли Стиллвелл, — был здесь один такой, на его исследования ещё Рид опирался в начале работ по исцелению Бена.

— О? Ага… — растерянно хлопнул глазами Маккой. — А вы… эм, разбираетесь?

— Разумеется, — я протянул ему папку с записями. — Вот, взгляните, мои выкладки по Бену Гримму. Попытки его лечения… Ричардсом не давали никакого результата, но обратите внимание на колебания генетических маркеров на этой диаграмме, а вот — осцилограмма по лучу, если их наложить…

— Видна корреляция!

— Именно, дальше нужно было только определить реперные точки, смоделировать луч в противофазу для подавления нетипичных показателей и дать большую мощность для преодоления предела сопротивляемости клеток, — пояснил я.

— Но коллега! Это же было чрезвычайно опасно, что, если бы превысили допустимую мощность и воздействие оказалось слишком сильным? Это могло убить подоп… исцеляемого!

— Я же не вручную крутил ручку! Всё было зашито в управляющий алгоритм и имело тройное дублирование экстренных протоколов отключения, вплоть до аварийного отрубания питания, — точнее, я бы просто «откачал» всё электричество в ноль, но это детали.

— Хм-м, да-а-а… — на меня подняли взгляд, в котором сквозило нешуточное уважение вперемешку с «Этот денежный мешок ещё и разговаривает! Оно разумное!» . Быть может, не совсем так, но что-то похожее. — Эм, скажите, коллега… а почему вы сами не занялись теми проектами, что хотите дать мне? Вы же ведь… ну, тоже испытываете интерес…

— Увы, — я вздохнул почти что искренне, — к сожалению, у меня нет на это времени. Чтобы проводить исследования, нужны деньги. И эти деньги необходимо зарабатывать, а это — время. Потому пусть я сам своего рода учёный, но сейчас бизнес и, в некоторой степени, политика, будь она неладна, сжирают почти все мои силы и время. Зато, — я ободряюще улыбнулся, — я могу пригласить к себе разделяющих мой энтузиазм коллег и просто перспективных ребят и обеспечить всё, что нужно для исследований.

— Ясно, — теперь на меня смотрели с сочувствием, словно я принёс великую жертву. Хотя с точки зрения Маккоя — где-то близко, ведь я «вынужден был бросить любимое дело ради хлеба насущного» . И пылающего душой за науку мутанта это огорчало.

— Ну, раз ясно, то пойдёмте, познакомлю вас с нашими техниками, и мы прикинем, какие задачи вам сейчас кажутся наиболее актуальными, — перевёл я «смущающую» тему.

— Пойдёмте, — кивнул мутант.

Введение Хэнка в курс дел, с пояснением всех особенностей процесса, лежащих в его основе принципов и уже выведенной математики для работы оборудования, заняло более десятка часов, во время которых мы прерывались лишь на подписание бумаг о неразглашении, допусках и прочих техниках безопасности, а так даже кофе пили на ходу. Поскольку я действительно понимал , что изобрёл Рид и как он до этого дошёл, а также на самом деле сам доработал процесс, устранив его ошибки, к концу нашего общения Маккой окончательно убедился, что отсутствие у меня докторской степени — это исключительно недоработка научного сообщества, а никак не признак моей некомпетентности. И да, у великого «Доктора Дума» , за которым даже злейшие враги, вроде Ричардса, признавали обладание одним из величайших интеллектов в мире, не было докторской степени ни в одной области знания. А всё потому, что Виктор считал ниже своего достоинства писать какие-то диссертации и тем более их потом защищать, что-то доказывая людям, большинство из которых он бы даже на работу не взял из-за недостатка реальной компетентности.

В общем, новый глава отдела генетических исследований был проинструктирован, введён в курс дел и благословлён работать. Леонард, правда, всё ещё был в отпуске, поэтому полностью свободно вздохнуть я не мог, но и не очень свободного дыхания хватило, чтобы вернуться к теме исследования жизни одного пока-ещё-не-мутанта с любовью к сочетанию красных и синих цветов.

И вот тут я… Как бы это сказать?.. Резко и очень внезапно вышел из зоны комфорта.

Потому как обнаружил, что сейчас уже начало марта. А выпускной бал в США традиционно проводится тридцать первого марта!

А Паркер в выпускном классе!

Как я хотел поступить изначально? Собрать информацию, присмотреться, как-то аккуратно подцепить, организовав парню какой-нибудь грант, потом пригласить на стажировку в компанию и вот это вот всё. С выставкой и мутацией была мысль вообще всё поломать. В том смысле, что хэй! Программа поездок на всякие выставки не принимается школами за пять минут до события — там всегда куча документов, куча согласований, изменения в расписании, организация транспорта, напряг экскурсоводов — в общем, о таких событиях становится известно за месяцы. И если я сам без понятия, в каком месте города должен содержаться тот самый «радиоактивный паук» , то программа такой поездки дала бы мне адрес. С адресом же можно заранее что-то сделать, в идеале — выкупить коллекцию пауков и отменить выставку, после чего начать искать среди членистоногих нужного. Без спешки, без авралов, в нормальных лабораторных условиях — всё как я люблю.

А тут до выпускного меньше месяца, а до школьной поездки класса Питера на «выставку научных достижений Колумбийского университета» — вообще всего неделя!

И все мои планы «не допустить выставки » или что-то с ней сделать в таком ракурсе летят псу под хвост. Ибо как-то туда влезть, даже просто как « ещё один участник» , за неделю до начала не получится. Равно как и прикупить паучков. Тем более никаких пауков там нет. По крайней мере, официально. И это было тоже внезапно. То ли я что-то напутал за давностью лет, то ли фильм Сэма Рейми врал, но никаких коллекций пауков в обзорных документах по мероприятию не значилось. Впрочем, даже если бы они значились, и даже в том маловероятном случае, если бы владелец захотел продать мне данную коллекцию, он не стал бы нарушать свои обязательства по её демонстрации. Такие вещи согласовываются месяцами!

И ведь должно было меня дёрнуть, когда только узнал, что Паркер в выпускном классе, но… Но ведь ещё же ноябрь был буквально вот только что! Вот прям вчера по моим ощущениям! Время, какого хрена⁈

Увы, пространственно-временной континуум был глух к моим воззваниям и претензиям. Так что пришлось вздыхать и признавать, что я с этим авралом тупо заработался и не заметил сначала «зимы близко », а потом и начала весны. Вообще, знакомая для всех составляющих частей моей личности ситуация. Сразу вспоминаются времена института, когда дурной профессор не замечал ошибки в первой главе твоей курсовой, хотя и требовал сдавать ему на проверку работы едва ли не еженедельно, а потом, когда ты доделываешь седьмой, финальный пункт и дописываешь сто тридцать вторую страницу, тебе сообщают, что «знаете, а вот тут я ошибочку у вас нашла, и вот с этого момента нужно всё переделывать, поскольку там другое значение контрольное получается, а значит, нужно выбирать из таблицы констант другие параметры и считать по другим формулам ». Сроки сдачи при этом, разумеется, никто никуда не сдвигает. И вот тебе приходится за три дня пересчитывать то, что ты делал почти три месяца. Да-а-а, эта смесь кофе, энергетиков и питательных батончиков типа « комбикорм обыкновенный» . И когда ты выходишь из дома, чтобы отнести результаты своих Превозмоганий на четвёртый день на ногах, и так состояние сознания очень специфическое, а там ещё как раз был март-апрель, потому когда садился считать, ещё сугробы стояли, а как выходишь — солнце, трава, птички поют. И в голове только и крутится сакраментальное « какого хрена⁈» . Да, славные времена, к которым, правда, почему-то совершенно не тянет возвращаться — только вспоминать, сидя в уютном офисе генерального директора с бокальчиком виски или вина. Кхм, но что-то я отвлёкся. Итак, Паркер и иже с ним.

Конечно, одним выпускным балом его школьная жизнь не ограничится. Дальше начнутся всякие экзамены, подачи заявлений по колледжам и так далее, но времени на раскачку у меня уже не было. Операцию по приглашению на стажировку нужно было начинать без предварительных оценок и присмотров за «объектом» . Вспоминая ту же Гвен Стейси из фильма — она в Озкорп попала на стажировку чуть ли не раньше первого курса, то есть существует очень немалая вероятность, что мне ещё и конкурировать придётся за вербовку перспективных кадров.

А между тем, покопавшись в документах, я выяснил, что хоть никаких коллекций пауков представлять школьникам не планируется, зато, кроме прочего, среди стендов значится прототип неогенного стимулятора профессора Стиллвелла. Та самая штука, над которой в начале зимы он только работал, имея на руках лишь теоретическую модель и общие принципы, которые потом использовал Ричардс во время разработки своей (а теперь и моей) установки. И хотя я не помнил никакого Фэрли Стиллвелла по прошлой жизни, узнав о нём уже здесь, но момент был настораживающим. Тем более что доктор Курт Коннорс из того же университета пока ни над какими неогенными преобразователями не работал.

В общем, сорвать выставку я мог, разве что организовав на ту прямое нападение, а вот получить образцы «радиоактивных пауков» не смог бы даже грабежом, ибо не знал, где грабить. И хотя разгромное нападение — это нормальный метод решения таких вопросов для вселенной Марвел, однако… пусть он и может быть удачным для организатора, всё же куда чаще он ведёт к провалу. К тому же пусть я и во вселенной Марвел, но даже здесь всякие Хамелеоны и Шокеры не дают объявлений в газеты с прейскурантом цен на убийства, промышленный шпионаж и диверсии. Своих же спецов, не говоря уже о подготовленных силовых группах, у меня не было — я всё же честный предприниматель, а не какой-нибудь революционер Магнето, биотеррорист Синистер, криминальный авторитет Амбал или нечистый на руку военный-расист Страйкер. Даже не террорист-пацифист Ксавьер. Не успел ещё Виктор фон Дум в этом мире дойти до уродливой маски, рыцарской брони с зелёным плащом и клепания армии дум-ботов. Вот и получалось, что идея с разбойным нападением — тупая, и шансов на успех у неё нет. Вернее, разгромить-то мало кому интересную выставку в общедоступном крыле университета несложно, но сделать это так, чтобы на меня потом не вышло следствие — вот что пока за гранью моих возможностей.

Короче, вариант был один — заявиться на мероприятие самому и следить за Паркером, пока его не куснут, в надежде поймать потом паучка. Да, это очень странное решение и, откровенно говоря, так себе вариант, но ведь и послать, кроме себя, мне некого! Как я хоть кому-то объясню про слежку за Паркером и ловлю паучка? Тем более сам не имея понятия, что это за паук, откуда взялся и где вообще должен того укусить. Понятно, что на экскурсии, но если там нет никакой коллекции пауков, за что вообще зацепиться? Какие ориентиры?

Карма какая-то, честное слово. Только вздохнёшь спокойно, как сразу хоть за голову хватайся. А главное — пока я всё это узнавал в мире без смартфонов и нормального интернета, до дня поездки класса Питера осталось уже всего три дня. Понятно, что всё это время я занимался не только данным вопросом, как-никак Леонард ещё в отпуске, а владеть корпорацией — это не только на диване лежать, тем более в момент раскрутки нового главного проекта, но время стремительно утекало, и на лишние сомнения его просто не оставалось. В итоге пришлось натурально собираться бежать туда — не знаю куда, в надежде на то — не знаю что, ещё и опять с гримом шрамированного лица мучаясь. Кошмар!

Глава 4

Проходя в здание, где проводилась выставка, я чувствовал себя черепашкой-ниндзя, но не потому, что имел нечто общее с выдуманными зелёными обитателями канализации, а потому что натурально ведь чуть всё не пропустил, как истинная черепаха, а теперь вынужден плохо отыгрывать японского шиноби. Несложно ведь догадаться, что лицо Виктора фон Дума сейчас изрядно примелькалось, а из этого следует довольно очевидный факт, что меня очень легко узнают. Я же не хотел, чтобы меня узнавали. Хотя бы первое время.

Я должен был взглянуть на выставку без отвлекающих факторов, чтобы попытаться найти этого мутационного паука. Я должен был присмотреться к Паркеру в его естественной среде обитания, чтобы составить своё мнение. И я должен был оценить, что из себя представляют его одноклассники, среди которых, в частности, значился Гарри Озборн.

Не то чтобы именно он меня сильно интересовал, но и на «главную» любовь всей жизни Спайдермена взглянуть было интересно, всё-таки, за вычетом Сьюзен Сторм, Мэри Джейн была первой главной героиней комиксов Марвел, которую я нашёл в этой жизни, и она была вполне красоткой, почти на уровне Сью, и куда фигуристее той же Гвен Стэйси. Впрочем, и Гвен тянула на роль важной вайфу Спайдерверса, пусть изначальный её вариант быстро погиб ещё до экранизаций, а последний не успел толком раскрутиться. В общем, глупо отрицать, что я, как фанат, испытывал определённый интерес в их отношении.

Короче говоря, в очередной раз «накрасившись » и замазав тональным кремом всё, что замазывалось, я сменил брюки на синие джинсы, пиджак на кожаную куртку, белую рубашку на пасторальную вельветовую в синюю клеточку, надел прямоугольные очки-хамелеоны и с мыслью «помогло одному Человеку из Стали, авось поможет и мне » отправился на выставку. И-и-и… да, метод Супермена сработал. Никому не приходило в голову, что они могут увидеть знаменитого миллиардера в шаге от себя, и, как итог, никто меня не узнавал. Я спокойно приехал, подгадав нужное время, спокойно посмотрел на группу из Мидтаунской школы (так и не дождавшись появления Нормана Озборна, что провожал бы сына и рассказывал, какой он « своего рода учёный» ) и спокойно вошёл, благо в нынешние времена ещё не требовалась какая-то регистрация, проход через рамки металлодетекторов и так далее. Ну а затем, чуть пройдясь по выставке, вышел на « школьную экскурсию» и пристроился следом, вылавливая в потоке нужные мне лица.

Местный Паркер оказался скромного вида молодым человеком в круглых очках. Его нельзя было назвать хлюпиком или задохликом, да и ростом он не сильно уступал одноклассникам, но спортом явно не увлекался и в целом производил впечатление такого эталонного ботана, но не замкнутого, а социально-ориентированного. За последнее говорили работа в школьной газете, что он озвучил сам, и плёночный фотоаппарат, что он не стеснялся пускать в ход при каждом удобном случае. Парень был явно не дураком, вопросы экскурсоводу задавал грамотные, на местные разработки залипал с интересом, и не скажу, что являлся в классе каким-то там изгоем, каким Паркера часто рисуют. Просто один из множества парней — и, к слову, не сказал бы, что как-то по-особенному близкий с Гарри Озборном, коего обычно рисуют его лучшим другом. Вот на Мэри Джейн он залипал, это да, но на неё большинство парней залипали, стараясь не особо успешно это скрыть.

А вообще почти все девушки тут были явно выше среднего по привлекательности, если сравнивать с моим миром. Это не очень бросалось в глаза, когда я в мыле спасал свою компанию, но вот так взяв и присмотревшись… Много тут было красивых девушек. Не только в классе Паркера, но и вообще. Да, не все могли потягаться со Сьюзен Сторм, не все были в моём вкусе, но вот серьёзно, даже в классе Питера были ещё две очень фигуристые брюнеточки, которые Эм’Джей ну вот вообще не уступали ни по размеру груди, ни по ухватистости попки, ни в том параметре, что называется «ноги от ушей ». Особенно одна была хороша — с капелькой азиатских черт. На фоне их уверенных «троечек» в верхнем « диапазоне» даже Гвен Стэйси смотрелась скорее серой мышкой, со своей единичкой.

И, надо сказать, парни тоже не очень отставали от этого цветника — красавцы не все, но большинство спортивные, подтянутые, а кое-кто даже и перебарщивает с фитнес-клубами, судя по рельефу мышц.

Кстати говоря, наследник миллиардов Озкорп — Гарри Озборн — выглядел менее представительно, чем Паркер. В смысле, как мужчина. Откровенно хилый, невысокий, медного отлива волосы уложены профессиональным стилистом, но держит себя неуверенно, мимика какая-то нервная… В общем, я понимал, почему при таких вводных, как огромные деньги и связи, Паркер мог не только конкурировать с ним за внимание девушек, но и явно предпочитаться оными.

И всё же, сколько бы я за коллективом ни следил, никаких знакомых по известным мне экранизациям сцен не происходило. Гарри не пытался подкатить к Мэри Джейн, Паркер не уговаривал её попозировать (хотя фоткал), а главное — не показывалось никаких пауков. Даже когда ребятам показали холостую активацию неогенного стимулятора, на десяток секунд включив из того радужный лазер, чтобы все поохали, ничего не случилось. Да и включали тот в закрытом боксе, на который все смотрели, отгороженные герметичной стенкой с окнами.

В итоге более-менее я смог убедиться в том, что мозги у Паркера и Стэйси есть, Озборн — пустышка, а Мэри Джейн… ну… она была обычной старшеклассницей — ничем не выделяющейся ни в плохую, ни в хорошую сторону. Ну, кроме фигуры.

— Это же Виктор фон Дум! — неожиданно услышал я чей-то возбуждённый возглас.

— Мистер Дум, позвольте пару вопросов! — начал один.

— «Вестник Нью-Йорка» , как вы можете прокомментировать ситуацию вокруг вашей компании? Это была импровизация или вы спланировали всё заранее⁈ — продолжил второй.

— Скажите, мистер Дум… — начал третий.

Чёрт, пресса! Разумеется, на выставке должны быть представители прессы! Да, не самые выдающиеся — это же «скучная наука », а не какой-нибудь показ мод с моделями типа «анорексичный скелет» , на которых напяливают… что-то. Просто что-то. Я не знаю, как это назвать и что нужно потреблять, чтобы такое придумать. Подозреваю, что обычный героин с таким уже не справится, и там в ход идёт тяжёлая синтетика… Кхм, неважно. В общем, не самые выдающиеся-то они не самые выдающиеся, но это могло касаться мастерства или опыта, однако узнать меня у них навыков хватило, ибо… ну да, цветной костюм супергероя меняет восприятие человека значительно сильнее, чем деловой костюм, а у меня ещё и рубашка не от приёмного отца-фермера, а из магазина — не тот уровень магии. Короче, каждый из них явно подумал, что « ухватил Бога за бороду» , в том смысле, что интервью с таким неоднозначным миллиардером может очень положительно повлиять на их карьеру.

Разумеется, подобный шум привлёк внимание и молодых людей с экскурсии, что с интересом принялись наблюдать за этим шоу. Хм-м-м, в принципе, почему бы и нет? В конце концов, задача была проконтролировать Питера, чтобы тот не влетел в историю с пауканом, а там потихоньку навести мосты и пригласить к себе на практику. Журналюги же тем временем продолжали наседать.

— Господа… и, разумеется, дамы, спокойно. Я согласен ответить на пару-тройку вопросов, но только если они будут корректными и по существу. М-м-м, давайте… да, вот вы, — махнул я рукой средней симпатичности шатенке лет тридцати.

— Сюзан Бридж, «Новости Науки» . Мистер Дум, вы прибыли на эту выставку с какой-то целью или это просто ознакомительный осмотр?

— Если вы имеете в виду, что я пришёл вербовать себе миньонов или прицениваться к каким-то новым разработкам, то… я просто гуляю. В последнее время приходилось довольно много работать, а потому, когда появилась возможность немного отдохнуть, я подумал, почему бы и нет? И так вчера с удивлением узнал, что уже март, хотя я был свято уверен, что ещё начало ноября. Да, вопрошающий у мироздания «куда ты дело зиму?» Виктор фон Дум, должно быть, был весьма забавным зрелищем. Хорошо, что его никто не видел, — улыбнулся я шутке. Народ вокруг, соблюдая приличия, тоже порастягивал губы.

— Вербовать миньонов? — включился новый собеседник, на которого так и хотелось повесить ярлык «раздражающий проныра» . — Это звучит как-то…

— Словно я злодей из комиксов? — прервал я парня. — Разумеется, я злодей. Все бизнесмены — злодеи, что подумывают завоевать мир. У нас даже есть собственный паб.

— Вы серьёзно?

— Разумеется… нет, — изображая на лице покерфейс (что было не так уж и сложно, с учётом особенностей моего лица и грима). — Я просто отдыхаю. И строю коварные замыслы, само собой.

— Скажите, мистер фон Дум, что вы думаете о своих бывших партнёрах?

— М-м-м, здесь бы могла быть пошлая шутка, но, полагаю, вы имели в виду тех ребят из высоких кабинетов, а не симпатичных красоток. Здесь, конечно, тоже могла бы быть другая пошлая шутка, но я промолчу. И о деловых партнёрах — тоже, всё равно мой ответ ваша цензура не пропустит… Так что без комментариев, — ох, как загорелись их глаза! Как заскрипели ручки по блокнотам! Как они «почуяли кровь» ! Потому я не сильно удивился следующему вопросу.

— Так эти новости с банкротством действительно были вашим манёвром⁈

— Без комментариев, — повторил я с улыбкой. Ибо если прошлые ответы могли показать меня просто «эксцентричным миллиардером », что любит красивых женщин и не любит тех засранцев-акционеров, то вот сейчас лучше молчать и таинственно улыбаться. Поскольку любой мой ответ не просто ухудшит ситуацию, но натурально сможет привести к очень большим проблемам: признание, что «импровизировал на ходу и цеплялся за соломинку» , вылезая из жопы, — это снижение доверия к компании, а если сказать, что то был « хитрый план» — так дорогие бывшие инвесторы смогут за эти слова ухватиться и попортить крови уже мне, поскольку это будет, считай, признание в финансовой афере. А так — просто улыбаемся и машем. И закругляемся. — Думаю, на этом стоит заканчивать. К сожалению, у меня сильно ограничено время, а выставку хотелось бы ещё осмотреть.

— Тогда позвольте фотографию! — выкрикнул кто-то из зала. Ну да, фоткать такую персону без спроса не то чтобы было запрещено, но проблемы потом данная персона могла и устроить, потому сначала многие пожелали бы получить «официальное разрешение» , а потом уже фоткать — они ведь не себе в рамочку мой светлый образ поставить, а отправить в свои газеты-журналы, которые будут продавать и, следовательно, получать с этого прибыль. И оно тоже можно, но тут лучше перебдеть, что народ и делает.

— Фотографию? — а это была неплохая идея. — Хм-м… — я демонстративно окинул взглядом собравшийся вокруг меня народ. И «заметил » Питера с камерой, что неуверенно мялся и вроде как и хотел пофоткать, но… короче, неважно! Важно то, что я его « заметил» . — Почему бы и нет… М-м-м, да, эй, парень! Да-да, ты, в очках, рядом с тем стендом излучателя доктора Стиллвелла!

— Й-йааа? — испуганно протянул Паркер.

— Да-да, ты! Не запечатлеешь нас с… — вновь окидываю зал, — этой юной прекрасной леди, что сейчас меня разглядывает, если, конечно, она не против? — я махнул рукой в сторону Гвен.

— А? — она удивлённо моргнула. Впрочем, сопровождавший их наставник от школы уже чуть ли не пинками гнал блондинку в моём направлении, шепча что-то вроде «не упускай такой шанс засветиться с такими людьми — в карьере всяко сгодится!» .

— Не бойтесь, юная мисс, я не кусаюсь, — продолжаю улыбаться. — Просто если уж меня заставляют фотографироваться, то пусть уж рядом будет голубоглазая блондинка! Да, голубоглазые блондинки всё делают лучше! — а ещё мне, кажется, действительно нравится ощущать, как у всех окружающих мозги выдают «синий экран смерти» . Чёрт, а киношный Тони был прав! Эпатировать окружающих — это в самом деле весело и делает хорошо!

— А вы не боитесь, что вас могут обвинить в приставании к школьнице? — недовольно буркнула скорее себе под нос Стэйси, явно выведенная из равновесия таким потоком событий. А ещё она явно нервничала, что попала на вид, отчего даже чуть почёсывалась и нервно мяла руки.

— М-м-м, мисс…

— Стэйси. Гвен Стэйси, — представилась девушка.

— Очень приятно. Так вот, мисс Стэйси. Во-первых, ничего предосудительного я сейчас не делаю, о чём у меня есть целая выставка свидетелей. Во-вторых, — окидываю её взглядом, — что-то мне подсказывает, что вы уже из выпускного класса, а значит, вам сейчас восемнадцать или девятнадцать. Потому даже если бы я начал делать что-то предосудительное, но с вашего согласия, то это бы тоже не было предосудительным.

— (О_О)… — кажется, у неё не было слов. И, разумеется, именно в этот момент Питер щёлкнул камерой. Да-а, кадр должен был получиться очень неплохим. Но для гарантии можно было попозировать ещё чуть-чуть и дать парню сделать несколько дополнительных снимков.

— Что же, всё, благодарю, — отпустив свою «жертву », что всё ещё переваривала мои слова и явно размышляла на тему того, какой я тут хам и вот это вот всё, я подошёл к фотографу, заодно спасая его от толпы желающих получить « горячие кадры» журналюг. — Тебя как, кстати, зовут, парень?

— П-питер! Питер Паркер, сэр! — едва ли не вытянулся он в струнку.

— Окей. Меня ты, полагаю, и так знаешь. В общем, как будет возможность — занеси фотографии в Фон Дум-Индастриз, — усмехаюсь, «демонстративно поглядывая» на Гвен, — поставлю в рамочку и водружу на рабочий стол. Ну и этим акулам пера можешь продать, но мой тебе совет: меньше чем на триста долларов не соглашайся, а если заставить их конкурировать между собой, то можно развести и на пятьсот.

— (О_О)…

— Ну всё, удачи, — махнул я «новым знакомым » и удалился далее « гулять по выставке» , но при этом гулять неподалёку. Впрочем, как и ожидалось, этого не потребовалось — Паркер почти сразу оказался в осаде от писак, что хотели кусочек его тела, эм, в смысле получить снимки, желательно в эксклюзивном ключе. А потому были готовы везти парня в любой фотосалон и проявлять всё там, вот прям сейчас, сию секунду. Гвен тоже досталось, ибо её облепили подружки и принялись, скорее всего, ненавязчиво выяснять, о чём она там успела пошептаться с эксцентричным, харизматичным и крайне симпатичным миллиардером. Да-да, именно так, ибо сам себя не похвалишь — никто не похвалит.

В общем, пошлявшись по павильонам ещё с часик и так и не встретив никаких пауков, зато ещё пару раз отбившись от начинающих становиться настырными деятелей прессы, я со спокойной душой отправился обратно в офис. Не скажу, что был полностью удовлетворён поездкой, паучка всё-таки хотелось прибрать к рукам, но и так неплохо — немного развеялся, попутно наведя шороху, с нужными персоналиями первый контакт установил, всяких сомнительных мутаций не допустил. В общем, везде молодец, да!

Ещё веселее было на следующий день, когда мне позвонили с поста охраны и сообщили, что тут некий Питер Паркер, и он принёс фотографии. Вообще, звонить в таких случаях требуется секретарю, даже если охрана, как в моём случае, была заранее предупреждена, что может прийти на днях такой-то индивидуум. Вот только Леонард в отпуске, да и помощником-секретарём ему более не быть, а новым… не обзавёлся. Не говоря уже о том, что с улицы на подобную должность кого-либо брать ну совсем не стоит. Тут нужен кто-то смышлёный, проверенный и, самое главное, лояльный. Ибо секретарь, даже на уровне «перешли письма-принеси кофе» , по роду своей деятельности видит и слышит слишком многое. А получить доступ может к ещё большему. Так что пока обходимся без него. Впрочем, речь о другом. Ведь если так прикинуть… Питер — парень неглупый. Излишне правильный, что может вылиться боком в некоторых ситуациях, но в то же время продавать меня за банку варенья и корзину печенья не будет… Но об этом говорить ещё рано.

— Проводите его до моего кабинета, — между тем отдал я распоряжение, — через обзорные площадки в лабораториях, — сейчас там ничего ещё не испытывали, но, полагаю, парню будет любопытно хоть краем глаза взглянуть на небольшую толпу людей, что увлечённо прикручивает какую-то здоровенную научную фиговину к другой здоровенной научной штуковине при помощи некой, скорее всего, тоже научной хреновины. Да, это звучало как план.

В итоге Питера доставили ко мне минут через пятнадцать-двадцать и, как говорится, «с глазами по пять копеек» .

— Мистер фон Дум, сэр, здравствуйте, сэр! — опять вытянулся во фрунт парень. — Я вот, как вы говорили, принёс… — он явно нервничал и сильно частил.

— Да, здравствуйте, мистер Паркер, — я чуть улыбнулся, принимая протянутый конверт из плотной коричневой бумаги. В нём действительно лежали фотографии, и… да, я выбрал одну из них, где лицо Гвен было особенно выразительным, и, вставив в рамочку, поставил на свой рабочий стол.

— (О_О)… — интересно, какое лицо будет у той блондиночки, когда несостоявшийся Паучок ей об этом расскажет. Уж если его так вытянулось… Да-а-а, хотел бы я это увидеть.

— Что же, благодарю, — как ни в чём не бывало обратился я к парню. — А вы, значит, интересуетесь наукой, мистер Паркер?

— Эм… да, это так, — осторожно ответил он. — Если честно, у меня есть несколько увлечений: физика, программирование, а ещё вот это новое направление, неогеника! Это очень интересно и к тому же пересекается с упомянутыми мной сферами знаний, и… Ох, простите, — опять начал он частить. И извиняться.

— Довольно… распылённая область, сказал бы я, если бы не ознакомился с тем фактом, что вы не раз выдвигались от своей школы на различные конкурсы по данным направлениям. И занимали призовые места. Первое, в основном.

— Д-да, — осторожно согласился парень. Нет, пожалуй, издеваться над ним с предложением взять и стать секретарём миллиардера я не буду. Это будет уже жестоко.

— И, полагаю, вы не собираетесь останавливаться на данном уровне, не так ли?

— Я… подал заявку на учебный грант Колумбийского университета… — признался он. Логично, Паркер — парень небогатый, и платное образование для него не выход.

— Что же, весьма достойно, — кивнул я. — Вы, должно быть, слышали, что у моей компании некоторое время назад были определённые трудности?

— Да, сэр… Об этом писали все газеты.

— Ещё бы, — хмыкнул я. — Но перейдём к делу. Моя компания сейчас разворачивает новое для себя направление, руководителем научных работ будет доктор Генри Филлип Маккой, — судя по тому, как вспыхнули глаза моего собеседника, о докторе он был наслышан. Впрочем, неудивительно — Хэнк как раз вёл активную научную деятельность и частенько публиковался в тех или иных журналах, как я слышал, кое-кто на его монографии уже ссылается как на авторитетные источники. — Однако в силу того, что направление новое, мы вынуждены нанимать новых сотрудников, дабы его укомплектовать. В том числе нам нужен штат лаборантов и помощников. Вы — человек неглупый, пунктуальный и вроде бы вполне порядочный, и раз уж так всё получилось, — указываю глазами на фото, — как вы смотрите на, скажем так, оплачиваемую практику-подработку?

— Я… Ох… Вы правда предлагаете работу первому встречному только за то, что он сделал фотографии?

— Ещё чего! — меня опять тянуло усмехнуться. — Я же сказал, что навёл о вас справки. Да, по-хорошему, вам бы отучиться ещё курса три, но мыть пробирки можно и со школьным образованием. Я не предлагаю вам миллионной зарплаты с первого дня — просто шанс на трудоустройство по специальности. И, естественно, если вы не будете справляться с работой, держать вас тут за красивые глаза никто не будет. Это просто шанс, который вы получили за счёт стечения обстоятельств и моего хорошего настроения, но во время работы последнее слово о том, насколько вы соответствуете должности, будет за доктором Маккоем. Если надумаете принять предложение, — я передал парню визитку, — вот телефон руководителя отдела кадров. Будем считать, что моё одобрение у вас есть, а дальше всё будет зависеть от вас.

— Я… Да… к-конечно, спасибо, мистер фон Дум! — нервно сжал визитку парень, словно от этого зависела его жизнь.

— Ну что же, тогда счастливо. Тебя проводят, — внимания парню и так было оказано более чем достаточно. Даже Гвен «вербовать » буду уже не я, а кадровики, что спросят «рекомендацию у хорошо проявившего себя сотрудника », а то, что Паркер себя хорошо проявит, я не сомневался. Для него это — билет в жизнь и одновременно возможность поработать под руководством одного из своих кумиров. Ну а для меня — меньше привлечения внимания. Кто тут молодец? Правильно, я тут молодец! А раз я молодец, то… нужно идти и работать дальше — пусть время есть, но « партнёрам» нужно уже потихоньку начинать демонстрировать результаты, да и просто на рынок что-то выпускать. И это что-то желательно без грифа « секретно, перед прочтением сжечь и застрелиться» . Так, что там у нас есть по всяким IT, оргтехнике и прочим будущим фейсбукам? Кто там в цари интернета крайний? Никого? Ну так я тогда буду!

Паркер устроился на работу в тот же день и даже умудрился с ходу подлизаться к Маккою, как мне докладывали, по памяти пересказав ему содержимое нескольких его статей. Док, ещё недавно бывший школьным учителем, так растрогался от встречи с мифическим существом «школьник разумный» , что быть простым лаборантом Паркеру осталось явно недолго — его определённо возьмут под крыло и начнут натаскивать. Оно и хорошо — хоть тут можно будет выдохнуть и не ожидать такого позора всех четырёх миллиардов лет эволюции, как подработка одного из величайших умов мира внештатным фотографом в бульварной газетёнке.

Что касалось моих дел, то, как ни странно, я нашёл весьма интересный вариант легального и даже общественно нужного товара. Дело в том, что, как я уже отмечал, технологии этого мира были весьма неравномерны. Скорее всего, причиной тому были контакты с инопланетными цивилизациями и прочими мутными личностями, вроде Высшего Эволюционера, что неведомо откуда имеют высочайшие технологии, но почему-то жить предпочитают не где-нибудь в космосе, а именно на многострадальной и отсталой Земле. Даже навскидку я мог вспомнить варианты мира, где то Магнето где-то у южного полюса обнаруживает скрытую экосистему с динозаврами и кучей оборудования неких древних, что эту экосистему поддерживает, после чего на основе этих технологий строит свой Метеорит-М для переселения мутантов с планеты; то Фантастическая Четвёрка с некими Нелюдями столкнётся, которые по всем признакам — обычные мутанты, но нет — на самом деле они какой-то отдельный подвид человечества, отделившийся тысячи лет назад и имеющий технологии, превосходящие остальной мир на сотни лет; то у Апокалипсиса обнаружится опять какой-то жутко древний и навороченный космический корабль с искусственным интеллектом, который принадлежал ему ещё во времена строительства египетских пирамид; то вообще путешественники во времени косяками бегать начинают. И это не считая всяких Империй Шияр, Кри и Скруллов, которые то вот только сейчас Землю обнаружили, то ещё хрен знает сколько лет назад на неё прилетали и что-то тут химичили, а потом почему-то ушли. Про страну слабоумных ниггеров-расистов с менталитетом шпаны из гетто, но с технологиями уровня Звёздных Войн, что ввели в киновселенной, даже вспоминать не хочу. Здесь, кстати, Ваканда тоже была, но, хвала Стэну Ли, с киноверсией не имела ничего общего, кроме имени вождя Т’Чаллы. В смысле, да — тоже чёрные, тоже в Африке, и у них тоже есть вибраниум, но, во-первых, они не расисты-дегенераты, что используют копья при технологиях космических полётов и веками срать хотели даже на своих сородичей, позволяя европейцам тех угонять в рабство, во-вторых, вибраниум они официально продают, пусть и очень малыми партиями, так как он крайне редок, ну и в-третьих, их технологический рывок происходит прямо сейчас, причём только потому, что их вождь Т’Чалла сперва сам ездил учиться в Европу, а потом начал загонять туда подданных и строить промышленность.

Но я отвлёкся, а суть в том, что технологический уровень тут крайне неравномерен, и среди наиболее развитых областей значится робототехника. И Фон Дум-Индастриз имела в ней очень неплохие наработки, буквально хоть садись и проектируй тех самых Дум-Ботов, что моя мультяшная версия использовала для любых тяжёлых работ и вооружённых сил вместо людей. И я бы даже спроектировал… С мозгами Виктора я представлял, как! Но все данные разработки пока упирались в недостаток математики. Механика была готова, но вот искусственный интеллект или хотя бы самообучающуюся нейросеть местная наука родить пока не тянула. Девяносто второй год, как-никак.

Однако ведь Скайнет с Терминаторами — это не всё, что можно было извлечь из данной области! Железные воины — замечательная вещь, я не спорю, особенно если очень хочется восстания машин и тотальной войны, но я же не тупой солдафон, которому только дай всё сломать и разрушить, да и ещё один проект для вояк — штука хоть и потенциально очень прибыльная, но совсем уж кабальная для меня в плане зависимости. Другое дело — механизированные протезы!

Мало того, что это в целом хороший популистский ход — помощь инвалидам, все дела, — так ведь это ещё и простейшее решение будущей проблемы с Ящером. Я не то чтобы добряк, который хочет спасти всех и даром, более того, я убеждён, что проблемы вроде Амбала и прочих Хобгоблинов должна решать именно полиция, шевеля своими булками и принося пользу, а не просто проедая зарплату с налогов граждан, сидя на попе ровно, пока их работу за них делает супергерой. Однако я и не настолько кретин, чтобы, зная о проблеме, не пытаться её решить. А Ящер — проблема. Этот чешуйчатый то хочет весь город в себе подобных превратить, то создаёт в канализации популяцию агрессивных ящеров-мутантов, что собираются всех людей поубивать, то ещё какую-нибудь хрень глобального масштаба придумает. И если всех этих звездецов можно избежать, просто подарив доктору Коннорсу протез руки, то я подарю этот протез.

Проблема в этом шикарном плане только в том, что и тут одной механической части было мало — нужен был механизм подключения к нервной системе человека для обеспечения нормального управления протезом. И у меня не было такой технологии. Однако в самом мире она была. У доктора Отто Октавиуса. Вернее, у концерна Харди, на которых этот доктор и работал.

Дело было за малым — договориться с этой бизнес-леди о лицензии. Ага, при том, что с фондами у меня было так себе, а с репутацией — два раза по так себе. Нет, даже в этой ситуации работать можно, но я уже предвкушал массу головной боли. Причём на всех уровнях, всё же нельзя просто заявиться к ней в офис и сказать: «А продай мне лицензию на что-то интересное, что у тебя есть! Ну позязя! ». Даже сама встреча таких личностей требует согласования как минимум на уровне секретарей (которого у меня всё ещё нет), а уж договор на производство по лицензии… В голове как живые вставали ряды очередных бумажек, за которыми, в свою очередь, стояли целые мероприятия — там одна «оценка производств приглашёнными аудиторами» могла занять недели две, а то и месяц. Не говоря уже о том, что я не хочу светить производствами текущими, а значит, цех придётся строить с нуля. С учётом требований и той электронной начинки, что там должна быть, даже просто сборка — это ещё месяца два строительства. Тут действительно начнёшь думать на тему того, чтобы самому лицензию продать, и пусть Харди собирает. Правда, с моей стороны меры будут куда как жёстче, потому как на сегодняшний момент я единственный владелец технологии компактного источника энергии высокой мощности, да ещё и сверхлёгкого. И даже прикрываясь кучей патентов… технология слишком вкусная, чтобы это действительно кого-то остановило. Старк свой « карманный реактор ядерного синтеза» тоже ведь не спешил патентовать, ибо понимал — начнут сливать техническую документацию ровно в тот момент, как он выйдет из кабинета. Э-э-эх… Леонард, как же я скучаю и тоскую! Возвращайся уже из Латверии скорей!

Как бы я ни стенал, но процесс шёл, пусть и со скрипом. Потому через неделю состоялись сразу два Великих События! Первое — мой «младший партнёр» таки вернулся и привёз мне в подарок пару бутылок неплохого вина с нашей родины, ну а второе — наши службы таки согласовали мой визит и переговоры. Правда, почему-то говорить вторая сторона собиралась в своей загородной резиденции, а не в офисе фонда, но это меня уже не смущало — у всех свои тараканы, да и я встречался с потенциальными поставщиками или потребителями не только у себя в офисе. Так что, мысленно пожав плечами, я дождался времени встречи и к назначенному часу подъехал (точнее, был привезён личным водителем) к особняку Харди.

Что можно сказать об этом комплексе? Дорого-богато, уже не совсем усадьба, ещё не дворец, но что-то близкое. Большой парк, выходы на подземную парковку, отдельные коттеджи для обслуживающего персонала. Сам особняк в три этажа тоже более чем соответствовал высокому статусу семейства. Вишенкой на торте были чёртовы гольф-кары, которые я заметил из окна. И на которых рассекали местные охранники и прислуга. Ибо, как я подозревал, на своих двоих тут застрелится передвигаться на постоянной основе даже марафонец. Да, внушительный домик, впечатление производит. Ну что же, посмотрим, насколько впечатляющей будет его хозяйка.

Я поправил складки на рубашке, одёрнул полы пиджака и, покинув машину, устремился к уже гостеприимно распахнутому входу, подле которого стоял натуральный «английский дворецкий ». Нет, серьёзно, у этого уже пожилого джентльмена были фрак, монокль и шикарнейшие бакенбарды из всех, что я видел за две моих жизни. Ещё присутствовала прям какая-то « шагистская выправка» , по-другому и не скажешь. Ну и крайне чопорное выражение лица, куда уж без него.

— Добрый вечер, господин фон Дум, — продолжая излучать чопорность, поприветствовал меня дворецкий.

— Добрый вечер, — меня так и подмывало продолжить «Альфред », «Уолтер» или, на худой конец, « Себастиан» , но я сдержался, да.

— Госпожа уже ожидает вас, — продолжил он невозмутимо. — Молодая госпожа вызвалась вас проводить, — сейчас в его тоне звучало даже не лёгкое неодобрение, а тень от тени этого самого лёгкого неодобрения, ибо Чопорность, да.

— О, — я перевёл взгляд на юную леди, что действительно спустилась со второго этажа и подошла к нам.

И там действительно было «О » и даже «О-о-о-о-о! ». Итак, с чего бы начать? С золотого шлейфа волос до середины спины? Или ярких, насыщенно-сапфировых глаз на чертовски красивом лице? С этих полных губок? А быть может, стоит уделить внимание фигуре с троечкой спереди и « м-м-м, так и тянет пожамкать» сзади? Что тут сказать? Фелиция, а никем иным эта леди быть не могла, была просто восхитительна. Не знаю, какова она может быть в образе Чёрной Кошки, но и сейчас… В общем, если я до этого считал Сью красоткой, то теперь… ну, максимум « да, неплохо, пожалуй, даже хорошо» . Или стоит признать, что Чёрная Кошка просто над рейтингом красавиц вселенной Марвел и смотрит на него с пренебрежением, как и положено Кошке? Что же касалось возраста… как я знал, она тут ровесница Питера и даже поступала на тот же факультет Колумбийского университета.

— Мисс Харди, полагаю? Рад встрече, пусть она и столь внезапна, — я чуть поклонился. Возможно, был бы не против и ручку поцеловать, но никаких жестов к этому девушка не демонстрировала, а хватать за руки юную леди и тащить эти самые руки ко рту… право слово, не стоит. Особенно в перчатках, которые я не мог снять, чем уже несколько нарушал нормы приличия.

— Мистер Дум, — нейтрально, с лёгким налётом холодка в голосе отозвалась она, коротким взглядом не преминув отметить последний момент с перчатками. — Мама ждёт, пойдёмте, не стоит заставлять её ждать слишком долго.

— Что же, как пожелает любезная хозяйка, — да, при её виде меня тянуло распушить перья, извергать изящную словесность и вот это вот всё. А ведь я уже успел красоток повидать.

— Я не хозяйка здесь, — всё так же вежливо-нейтрально отозвалась девушка, — во всяком случае, не сейчас.

— Я бы мог подискутировать по этому поводу, но… как пожелает считать любезная хозяйка, — каюсь, не удержался. На миг моя сопровождающая даже чуть подвисла, переваривая высказанную мной смысловую конструкцию.

— Хм-м-м, — полный подозрения взгляд. А я что? Я ничего, я просто улыбался и напевал про себя «я тучка-тучка-тучка» , — ладно, — на этом разговор не то чтобы увял, но мы уже подошли к нужному помещению и, собственно, вошли в резные двери.

За дверьми был дорого обставленный кабинет с резной мебелью, винтажными обоями и прочей «мечтой коллекционера », упарывающегося по викторианской Англии. Ну или что-то в этом роде. А так — светлая просторная комната, на полу — синий ковёр, гостевые кресла перед рабочим столом. На столе — «кирпич» рабочего компьютера. На мой взгляд — штука устаревшая, по местным меркам — вершина прогресса « общедоступной» сферы. Странно только, что владелица фирмы, где есть технология подключения мозгов к металлу, использует общедоступный вариант. Хотя кто знает, что там на самом деле понапихано внутрь архаичного корпуса?

— Миссис Харди, — как вежливому гостю, мне стоило поздороваться с хозяйкой первым, что я и сделал, — счастлив вновь видеть вас, — так-то мы уже были знакомы. Пусть весьма шапочно, но «уважаемые люди города » так или иначе, но крутились примерно в одних и тех же кругах, потому не перекинуться парой слов с Озборном, Фиском, Джеймсоном или вот Лидией Виктор никак не мог. Да и Хаммера прошлый я знал, как и Старка, пусть последних совсем уж шапочно. Разумеется, все мы были друг для друга по большей части конкурентами, но и совместный бизнес время от времени в том или ином направлении делать было и можно, и нужно. — За время нашего расставания вы стали ещё обворожительнее, — как ни странно, я не кривил душой. Да, было видно, что «лучшие годы » женщины уже позади. Волосы не столь яркие, глаза не столь сияют, да и губы не такие полные, как у дочери, но Лидия всё равно оставалась чертовски привлекательной женщиной, которую так и хотелось назвать « статная» . Наверное, так могла бы выглядеть реальная валькирия — суровая, сильная, с волевым лицом, но при этом влекущая… Что же, если поговорка не врёт (ну, та, которая про « хочешь посмотреть, как будет выглядеть твоя жена через двадцать лет, взгляни на её мать» ), то забрать себе Фелицию будет прям совсем джекпотом. И пофиг на всякие газеты-заводы-пароходы. Но вообще, если подумать, тридцать лет (а мне-Виктору было примерно столько) — это такой интересный возраст у мужчин, когда ты можешь нравиться и двадцатилетней дочке, и сорокалетней маме этой самой дочки. И они могут нравиться тебе… Кхм…

— Мистер фон Дум, — дежурно улыбнулась женщина, протягивая руку для рукопожатия, — вы тоже… на коне, — прозвучало несколько неоднозначно, но, сдаётся мне, колкость на язык — это у них семейное. Во всяком случае, я не представляю, как «Чёрная Кошка» , что постоянно троллила Паркера-Паучка, могла появиться из совсем уж законопослушной и скромной девочки.

— Разумеется, как я мог не принарядиться, посещая столь прекрасных особ? — предпочёл я интерпретировать её фразу в своём ключе.

— Хм… — на миг кончики её губ дрогнули, всего на миг, но всё же. Сдаётся мне, мой ответ посчитали небезнадёжным. — Что же, как бы ни была я рада встрече, но, сами понимаете, Виктор, дела не ждут, даже дома постоянно приходится работать, — ага, то есть это «приходится работать» — вынужденная мера, а не твоё желание заставить мутного мужика бежать к тебе в гости по твоему зову. Ну-ну.

— Сразу к делу? Ну что же, — я достал пару распечаток из папки, что всё это время держал под рукой, и протянул собеседнице, — мне нужна лицензия вот на эту технологию.

— Так, — она приняла документы, — нейро… эм, нейромеханика? — Лидия хорошо разбиралась в бизнесе, но вот «чистая наука» — это не её, так что, полагаю, она если и имела представление о том, что это за штука, то весьма и весьма смутное.

— Да, именно она, — подтвердил я.

— Пятьдесят процентов! — заявила эта… стерва! И мегера! И жадина! И фу такой быть! Я в восхищении, но всё равно фу!

— Прошу прощения?

— Я не знаю, что вы задумали, Виктор. Но человек, что смог выкрутиться из той ситуации, в которой оказались вы, да ещё и с такой выгодой для себя и так… чего уж там, унизив бывших партнёров… Это будет явно что-то… интересное. Потому я хочу пятьдесят процентов.

— С учётом того, что дорабатывать это под свои нужды буду я, производить и нести затраты тоже я, то… я могу предложить или фиксированную сумму, или десять процентов, и то только из уважения к вашей хватке, — вообще, там тема мутная, обычная «ставка » варьировалась, как правило, от трёх до тридцати процентов «роялти» с чистого дохода. Да, моя фирма, по оценке всех экспертов, пусть и вышла из кризиса, но явно была не в зените славы, однако требовать половину — это действительно нагло. Тем более за просто « разрешение использовать» .

— Я имела в виду с «чистого» дохода, само собой. К тому же я могу передать вам и ряд станков по сборке. Но, так и быть, сорок пять.

— Это несерьёзно. К тому же мне будут нужны только чипы и протоколы связи к ним. Так что двенадцать. И то только из уважения к вам, леди, и нежелания тратить время на поиски альтернативного решения по архитектуре, — намекнул я, что они тут не единственные, к кому можно обратиться.

— Могли бы и уступить леди, — чуть задрала она подбородок, — в конце концов, мне ещё дочь в одиночку воспитывать и ставить на ноги. Тридцать, — действительно чуть поумерила аппетиты эта жадинка, но вот то, как она это подала…

— Мама! — возмутилась означенная дочь. Вообще, приём неоднозначный — такой переход, смена стиля и уровень «торговля на базаре с битьём себя пяткой в грудь », но, что ни говори, из равновесия он бы выбил многих. А значит, был довольно эффективен. Тем более сейчас разговор вёлся тет-а-тет и без протокола, так что позволить себе было можно многим больше, чем при « полном церемониале» .

— Что же… — я демонстративно окинул взглядом Фелицию. — Да, ради такой прекрасной дочери, что может бросить к своим ногам почти любого мужчину… Двадцать.

— Мистер фон Дум! — это было в высшей мере возмущённо. Да и Лидия слегка… как бы это сказать, это было что-то между возмущением и восхищением моей наглостью, но в то же время и одобрением такой находчивости.

— Двадцать один. Уж позвольте слабой женщине оставить за собой последнее слово, — мило улыбнулась эта акула.

— Хорошо, — вздыхаю, — хотя меня не покидает ощущение, что ещё немного — и меня бы съели, Лидия.

— Думаю, — вот теперь она точно улыбнулась, пусть и на секунду, — это была бы большая потеря для мира в целом и для Фонда Харди в частности. Но я могу предложить обед, — м-м-м, это было заигрывание? Ох, что-то я сомневаюсь.

— Как можно отказываться от столь приятного приглашения? Тем более что дальше уже идут формальности, согласовать которые смогут и наши юристы.

— Верно, — кивнула Харди-старшая. — Фелиция, дорогая, распорядись, пожалуйста, накрыть в малом зале.

— Хорошо, мама, — вздохнула девушка и удалилась, всем видом источая, как она не одобряет этих двух то ли злостных приколистов, то ли просто акул бизнеса, что встретились на узкой тропе и договорились сожрать кого-то третьего.

Возможно, дальше стоило поддержать разговор, например, восхититься тем, какая прекрасная дочка у Лидии получилась, и покивать, мол, «повезёт же кому-то» , но это была слишком скользкая тема, нажить на которой себе проблем много проще, чем произвести хорошее впечатление на потенциальную тёщу. Так что лучше просто присядем в гостевое кресло, что так любезно предложила старшая Харди, и поговорим о чём-нибудь нейтральном, например, пообмываем косточки бывшим деловым партнёрам и обсудим то, как красиво их подставу обернули против них же. Да, Виктор хорош! Помните это! И дочке расскажите, ага.

Глава 5

Я последний раз провёл влажными руками по лицу и закрыл кран с водой, ну а потом промокнул лицо и руки полотенцем, после чего уставился на себя в зеркало…

— Н-да… Как там было?

Как-то особо не заморачивался никогда со стихами, кроме незабвенных «Туча небо матом кроет », кхм, в смысле, мглою, да, мглою. И прочих на ту же тему школьной программы. Но тут на ум сами собой пришли слова как-то увиденного ещё в прошлой жизни стихотворения. И были они к месту. Потому как смотреть в отражении на эту «бледную погань » без содрогания было нельзя. Да и в целом… Я не мог сказать, что чувствую себя плохо, но это было скорее результатом привычки. Никакой боли или дискомфотрта не было, головокружений тоже давно не появлялось, но пальцы всё ещё были закованы в скорлупу, возвращая полную чувствительность либо в момент вытягивания электричества из розетки, либо когда я сам конденсировал внутренний заряд на кончиках пальцев, почти образуя холодную плазму. По большому счёту, та же ситуация касалась и всего остального тела, просто там это было не так заметно для сознания. Но хуже всего дела, конечно, обстояли с внешностью — и так бывшая чем-то вроде «живого полимера » кожа лица, что не могла передавать оттенки « телесного цвета» , без « притока крови» совсем побледнела, волосы продолжали выпадать, как у какого-то больного лейкемией или чем похуже, на их месте начинали расти « проволочные» , из такого же металлоорганического сплава, что и остальное моё тело, да и глаза в последнее время, помимо остроты зрения, стали отливать какой-то не совсем естественной сталью.

Возможно, направление мутации и было инициировано психосоматическим состоянием, но вот дальше она протекала в естественном, так сказать, ключе, пусть и ускоренно. Это я к чему? А к тому, что со всех остальных частей моего тела кожа уже слезла. Очевидно, путём «обновления клеток » со временем отслоится и лицо. Килограммы грима, что мне приходится накладывать каждый раз, когда я выхожу куда-либо на люди, этот процесс явно не замедляют, скорее уж наоборот. И с этим нужно было что-то делать, ибо переходить с грима на краску для металлоконструкций мне что-то не хотелось. Вот вообще. И ждать Серебряного Сёрфера, чтобы тот своей «сёрферской магией» сделал мне зашибись, с каждым днём становится всё менее привлекательной и надёжной идеей. Я уже изменил цепь событий, потому хрен его знает, появится ли этот тип здесь. По идее, должен — на причины его появления на Земле я повлиять не мог никак, но вот будет ли он вести себя так, как повёл в каноне фильмов, и летать там, где он летал, — большо-о-ой вопрос. Да и не ясно, когда он ещё появится, может, через год-два-три. Быть всё это время ходячей статуей… Нет, если прижмёт, то окей, но не хочется ведь! Какой смысл вкладывать столько сил и времени в удерживание себя на вершине, если в итоге выхлопа из этого положения у меня не будет? Даже в ракурсе « плейбой-миллиардер, что охотится за юбками» . А ведь нельзя сказать, что я утратил сексуальное влечение — я всё ещё реагирую на женскую красоту и мысли пикантного характера об этой красоте… Может быть, эти реакции и стали несколько слабее, соразмерно остальному притуплению чувствительности, но они всё ещё были — я не стал асексуальной металлоконструкцией, и мои тестикулы даже вырабатывали свой продукт, что даже остался чисто органическим, однако… Какой в этом прок, если под рубашкой у меня буквально стальная грудь?

Я не дурак и не бросал исследования своего состояния — буквально на этаж от моих жилых апартаментов в центральном офисе Фон Дум-Индастриз есть закрытая лаборатория, где я каждый день провожу обследование себя и анализ доступных образцов своего организма, от слюны до кала. Теоретически я мог не то что заниматься сексом, но даже породить новую жизнь. Проблема была в том, что в своём текущем состоянии я никак бы не смог получить от секса удовольствие. Поверхность моей металлизированной кожи банально недостаточно чувствительна. По всей поверхности тела недостаточно! Разве что язык ещё что-то сохранил, да и то некоторые сбои в восприятии вкусов имеются. «Разогреть» же кожу высоким напряжением до состояния, когда появляется нормальная чувствительность… Такой сеанс близости со мной понравится разве что Лайввайр [3] из вселенной DC. Другой вселенной, на секундочку!

И ведь легко сказать «нужно решить проблему самому! » или там « раз я имею положение и деньги, то они должны работать на меня и решать мои проблемы!» , вот только а что я реально могу сделать с тем, что, блин, цельножелезячен?

Обратить процесс — пожалуйста, это даже легко, спасибо Бэну, метода более-менее отработана. Но вот вернуть нормальную кожу при сохранении металлического нутра, как было во втором фильме, — это уже совсем другой разговор. И даже собранная статистика и имеющиеся у меня данные задачу облегчат не сильно, ибо «психосоматическая трансформация» слишком индивидуальна, к тому же эта теория не то чтобы совсем не имеет доказательств, но сова на глобусе её обоснуя всё-таки чутка поскрипывает и пучит глазки, пусть и натягивается. Да и не стоит забывать, что облучение получал прежний Виктор, а у него личность была несколько иной, нежели моя.

Тяжело вздохнув и добравшись до кабинета, я достал из сейфа папку с рабочими записями по последнему обследованию и обнаруженным закономерностям. Все данные, как и месяц, и два, и три назад, говорили о том, что моё состояние стабилизировалось, а мутационный процесс завершён. Изыскания по физике процесса, как старые, так и те, что я до сих пор потихоньку тырил у Ричардса благодаря парочке не найденных им скрытых камер, тоже не внушали оптимизма. Маккой ещё толком не успел приступить к работе, пока отрабатывая теоретическую часть и комбинируя наши с Ридом результаты с собственными наработками, да и лабораторный комплекс с подведением силовых магистралей, способных обеспечить потребности установки в энергии, только строился, причём заранее подальше от города и с расчётом на максимальную безопасность, как от проникновения всяких «шпиёнов» , так и (на чём я особо настаивал, когда утрясал с вояками смету) от буйных подопытных внутри. Потому что внезапная суперсила отшибает мозги, и как ты ни отбирай добровольцев, лучше не рассчитывать, что всё пройдёт замечательно само по себе, а быть готовым к неприятностям. Опять же, в проекте предполагалось когда-нибудь и естественных мутантов сил лишать, из тех, что буйные и неприятности доставляют, а таких надо ведь суметь и удержать, и в установку запихать. Словом, смета была внушительная, а работ предстояло ещё много.

Я же пребывал в тупике, в который уже раз пытаясь словить «откровение », пробегаясь взглядом по данным « Фантастической Четвёрки» . Вернее, Тройки, поскольку Бен Гримм выбывает по всем статьям. В смысле, он сейчас не с Ридом, да и облучался в иных условиях. Хотя по состоянию он ко мне наиболее близок, но… Впрочем, ладно, его данные я тоже гипнотизирую.

В общем, есть у нас полностью изменившийся на клеточном уровне Скала, оставшаяся наиболее эталонным человеком Невидимка, а ещё сам Ричардс и Джонни Сторм. Рид тоже сменил структуру своих клеток с обычной органики — углерода — на что-то вроде каучука, то есть полимера из изопропена, но при этом сохраняет облик и жизненные функции, даже когда его сердце или мозг натурально скручиваются в трубочку. Джонни и того интереснее — в «спокойном состоянии » он имеет вполне биологические основу и структуру, сильно напоминая текущее положение моего знакомого «голема », но в случае необходимости (то есть волевым усилием) резко «линяет », заворачивая свою клеточную структуру в… На этом моменте я впадал в ступор, потому как Джонни переходил всем телом в состояние плазмы. Пусть «холодной » и твёрдой, буквально сохраняющей физический облик и возможности человеческого тела, но плазмы. И самым циничным образом начинал сношать биологию, физику и законы сохранения энергии. В биологии «эволюция до энергетической формы жизни » даже не подразумевалась, это были так, «теории фанатов » и полубезумные гипотезы, тема обратной эволюции из энергетической формы в мясную — вообще ересь и может найти отражение разве что в мифах о всяких Богах, Аватарах и прочих детях плотника. Физика стонала, потому что «объём топлива », чтобы выдавать такой жар столько времени, сколько его выдавал Джонни, должен быть размером с Эверест. И если его уместить в человеческое тело, то… должна будет начаться термоядерная реакция из-за плотности вещества, как это, собственно, и происходит со звёздами. Только при этом жар там должен быть на три порядка мощнее, а жёсткое излучение — убить всё живое если не на планете, то на континенте. И как эта хтонь работает на «патамушта » и явно не выдаёт мощь, которую должна выдавать, раз уж почему-то заработала… лично я был без понятия. Вот вообще не было идей. Что же касалось законов сохранения энергии… Товарищ жарит на тысячи градусов, летает на реактивной тяге и при этом прекрасно себя чувствует, даже не запыхается! Откуда энергия? Как он её вырабатывает? За счёт чего? У него реактор холодного синтеза в жопе вырос или как? Вопросы-вопросы-вопросы, а ответов — нема. При этом объективно он был самым совершенным из всех «энергетических мутантов» , включая и меня самого. Так что если я хотел разобраться, как себя « апгрейднуть» , мне нужно было понять, как работает Сторм. И пусть я мог допустить, что в биологии и физике просто тупо не знаю неких основополагающих вех, а то, что знаю, может быть неверно, как в своё время были ошибочны теории « теплорода» [4] , « самозарождающихся мышей» [5] и прочих « плоских земель» [6] (последняя до сих пор пользовалась странно большой поддержкой, хотя я никогда не сомневался в человечестве — порождать идиотов оно может в промышленных объёмах), но вот в чём я был уверен, так это в « законе сохранения энергии» . Ничто не может исчезнуть бесследно, и ничто не берётся из ниоткуда. Моя собственная эволюция — прямое тому доказательство: мои клетки менялись постепенно, как накапливался определённый « заряд» , а действительно серьёзные изменения пошли после того, как я пощупал розетку. Отсюда вывод: Джонни откуда-то энергию черпает. То ли его к какому измерению подключило, то ли к магии, не суть важно. А важно то, что это « излучение» несёт в себе ещё и такую компоненту. Чем это полезно для меня? Ну, мысль иметь возможность всегда и везде « лизнуть розетку» мне нравилась, но это на перспективу, причём очень далёкую. Однако касательно моего изначального вопроса… куда-то я не туда ушёл.

— Всё фигня, давай по новой! — я перелистнул исписанную заметками страницу журнала и вновь вернулся к началу.

Бен Гримм. Был в открытом космосе, получил самую большую дозу. Мутировал первым и радикальнее других. «В себя » пришёл после мощного облучения в «противофазе ». Без постороннего вмешательства вряд ли сможет « полинять» обратно, если у него нет некой « связи с энергетическим измерением» , но пока та никак себя не проявила.

Сьюзен Сторм. Просто «паранормальные » воздействия. Оценить энергетическую мощность силовых барьеров или затраты на оптическую маскировку нельзя, но я вполне допускаю, что они небольшие и « подключения у неё нет» — об этом свидетельствует и тот факт, что от частого применения способностей она устаёт, вплоть до обморока и кровотечений из носа. Так что по совокупности свойств — просто мутация, как у какой-нибудь Джин Грей из Иксмэнов, только в профиль.

Человек-гондон Ричардс. Как и Бен, получил чисто «физическую » мутацию. За исключением того факта, что его тело из-за смены состава не должно быть живым, как и у нас с « големом» , ничего запредельного.

Джонни Сторм. Натуральный джекпот. Идеальная и комфортная мутация, при этом гнущая классическую физику. Есть вероятность, что он просто как-то получил от излучения некий запас энергии и постепенно его проматывает, но это маловероятно. Возможно, но тогда ему придётся приписать ещё и возможность держать в себе, даже не замечая, мощь пары-тройки ядерных бомб. А вот «энергетическая мутация» и подключение к какому-нибудь магическому измерению, которых во вселенной Марвел полно… Возможно. Странно, сова скрипит, но возможно. Однако это мало что мне даёт.

— Зайдём с другого конца… Кто и где стоял, что получил и так далее… — я вновь перелистнул страницу и углубился в изучение «героев» .

Картина, как и каждый раз до этого, не вырисовывалась. Вернее, получалось, что там полный рандом и ничего ни от кого никак не зависит, а результат можно только откатить — и как бы всё. Однако я точно помнил, что в каноне после контакта с Сёрфером фон Дум вновь вернул себе подвижность, лицо и, если я правильно запомнил, кожу как минимум на руках. По крайней мере, когда Сёрфер его вбивал прямой атакой в сугроб и начиналась конечная стадия мутации с восстановлением кожного покрова, на руках у него кожа уже была, пусть и с огромными прорехами, что как раз после атаки серебряного начали зарастать на глазах. Но ведь кожа на руках у меня металлизировалась быстрее всего, и уж тем более там не могло остаться никакой кожи после заплыва в плазме и закаливания в статую, каковое было в фильме, то есть её восстановил именно первый сеанс излучения, когда глашатай Галактуса просто пролетал мимо. Да, я могу косячить и что-то неправильно помнить, но других гипотез у меня нет вообще, да и эта — в процессе формирования.

Хорошо, допустим, после контакта с серебряным мужиком Виктор преисполнился и… эм… домутировал в более совершенную форму? Хм-м-м, а почему он мог домутировать? Потому, что попал под силу Сёрфера, что, в свою очередь, является силой Галактуса. Космической Силой. А компания начала мутацию после «близкого знакомства » с неким «Космическим Излучением ». Так, не думать, что ты обрёл феноменальную космическую мощь из-за того, что тебя обдало пуком Галактуса! Не думать! Проклятье… Однако Сёрфер помог мутировать только Виктору. Я имею в виду, Джонни после того, как Сёрфер его подержал за горлышко, обрёл способность меняться своей мутацией с другими членами Четвёрки при касании, однако его собственная сила ничуть не изменилась, да и как-то оно всё было с этим обменом скорее фансервисно. Да, он вроде как бил морду той версии меня, но, блин, это просто клишированный финальный баттл, не имеющий ни логики, ни смысла, да ещё и прямо противоречащий остальному фильму, где обмен не давал умения пользоваться чужими силами, а тут — раз, и всё — с полпинка набил морду мужику, в одиночку способному планету уничтожить. Но ладно, плевать! Допустим, Сёрфер люто фонит, но… ведь другие люди, над которыми серебряный пролетал, пережили это без малейших последствий! Один Виктор ожил из состояния статуи и мутировал. Причём «мутировал» по образцу Джонни, а не Бена, то есть он остался силён и железячен, но « по активации» , а так — вновь лицо, руки-ноги и всё остальное из мяса. Вернее, внутреннюю сталь закрыл мягкий кожный покров. Вопрос — почему? Если бы Сёрфер просто « фонил» , то от этого начинали бы мутировать сотни… тысячи людей по всему миру и уж точно все, кто с ним контактировал, вроде военных на базе, куда притащили его и доску после поимки, но этого не было.

— Хм-м… — шёл уже пятый час, заметок в журнале добавилось, но мысли бегали по кругу, а идей в голову не прилетало. Вернее…

Я понимал, что очевидным вариантом является тот, что щиты на орбитальной станции могли не только количественно уменьшить объём моего облучения, отчего процесс мутации и проходил медленнее, чем у остальных, но и отфильтровать часть спектра, что привело к сбою механизма преобразования. Ведь мутация всё-таки прошла, и я охрененно «копил заряд », так что если бы вопрос был в «недостатке керосина » на завершение процесса, то в конечном итоге он решился бы сам собой. Но за несколько месяцев никакого «механизма оборота » у меня не отросло. И, если бы не тот эпизод с Сёрфером, я мог бы отчаяться и посчитать, что его и нет. Но эпизод был, а значит, была и надежда на наличие у меня такой штуки. А оттого следовал логичный вывод, что Сёрфер, когда «пролетал мимо» , выдал Эталонного Космического Излучения, что Виктор своей силой смог втянуть, благодаря чему « домутировал» . Однако данная гипотеза не давала ответа на вопрос, как мне « домутировать» ближе к « идеалу» , а именно — шаблону Джонни.

Бежать, теряя штаны, забиваться в рабочую зону установки и радостно облучаться, в надежде, что наши с Ридом расчёты верны и мы смоделировали тот самый эталон? Спасибо, конечно, но нет. Я, может быть, и в мире, рождённом комиксами, но эй! Я Злодей, а не дебил! Тем более что в тех же комиксах именно такие поступки в таких ситуациях чуть меньше, чем всегда приводят к строго обратному результату, нежели желаемый.

Тут нужно было выделить спектр, который я недополучил, смоделировать в установке именно его, рассчитать воздействие, его мощность на массу, провести тестовые прогоны… да хоть с ещё одной партией «соскобов» и проволочных волос, понаблюдать за ними после облучения — не мутируют ли в ещё какую хрень? — и только потом уже лезть в камеру самому. И весь этот стройный ход плана ломался уже на первом этапе — выделить спектр, которого я недополучил.

Как его выделишь, если датчики для замеров на станции стояли только вокруг, но не внутри безопасной зоны, закрываемой экранами? Только строить полноразмерный макет с излучателем и копией защитной капсулы, формируемой экранами. Простые расчёты на основе извечных параметров излучения не помогут — по этим расчётам то вообще не должно было экраны преодолеть. А ведь ещё надо учитывать вероятность какой-нибудь микротрещины, которая всё и пропустила, когда экраны справились. Или наложения эффектов от оборудования станции, того же генератора антигравитации. И таких факторов — море!

— Эх… — очередной тяжёлый вздох вырвался сам собой. — Ну, по крайней мере, с этим можно работать…

— Сэр! Включите новостной канал! — вломился в лабораторию Леонард.

— М?.. — отрываю взгляд от приборов и гляжу на помощника. Лицо бледное, почти как у меня, на лбу испарина, глаза блюдцами… Что-то явно случилось. — Ладно, сейчас, — я отложил рабочий журнал и, дойдя до стола, взял пульт, который и использовал для «пробуждения» дежурного говорящего ящика, что стоял в углу и включался архиредко, причём так, для фона.

— Я пришёл из мира, который лежит глубоко на морском дне! — вещал на экране какой-то мужик атлетичного телосложения в одних плавках, воздвигшийся на… трибуне ООН и держащий за горло нынешнего председателя. — Мы веками терпели то, что вы загрязняете океан! Но теперь хватит! Меня зовут Нэмор! Я верховный вождь Атлантиды! И я объявляю человечеству войну! Ваше время на земле истекло!

После чего этот… это… Оно, в общем, взяло и, махая маленькими белыми крылышками, растущими на лодыжках ног, взлетело под потолок, откуда сбросило председателя ООН вниз, а затем улетело в дыру, что обнаружилась в потолке.

— После данного выступления на генассамблее ООН существо, назвавшееся Нэмором, было замечено над территорией порта, где призвало из воды похожего на осьминога огромного монстра, который начал крушить береговую инфраструктуру, — продолжала сменившая собой предыдущую картинку девушка-диктор, чьё лицо, пусть она и пыталась это скрыть, выражало безмерное охреневание от осознания того, что именно она зачитывает. — По только поступившим данным, на место событий прибыла команда Рида Ричардса в составе Мистера Фантастика, Девушки-Невидимки и Человека-Факела. Они вступили в бой с монстром. Сражение идёт прямо сейчас…

Видеоряд вновь сменился на кадры, явно снимаемые с зависшего вертолёта, и моему взору предстала умопомрачительная картина того, как на Нью-Йорк напал Годзилла-Осьминог, с которым уже сцепился в объятьях любви Гондон-мэн и которого вовсю поливал пламенем Джонни…

— Сэр? Что будем делать? — нервно обратился ко мне Леонард. Он парень гражданский, а тут такой ахтунг творится, что даже у меня мозг буксует.

Честно говоря, найтись со словами мне было сложно. Да, я знал, что у Марвел тоже есть своя Атлантида, но чтобы местный Аквамен вот так вот напускал на город ктулхуподобных монстров… К этому меня жизнь не готовила.

— Поднимай на уши службу безопасности. Пусть берут транспорт и вывозят из зоны этого… кошмара семьи сотрудников, — а что ещё я мог приказать? Выпить всем по сто грамм?

— Понял! — мигом вернул себе душевное равновесие Леонард и засуетился, исполняя чёткое и внятное указание руководства.

Тем временем трансляция по телевизору продолжалась, и в следующие двадцать минут я стал свидетелем реального воплощения фразы «три дебила — это сила! ». Вместо того, чтобы просто дать Джонни раскочегариться и залить эту глубоководную чупакабру напалмом с высоты, куда её щупальца не достают, они устроили какой-то цирк в стиле « Могучих Рейнджеров» , где Рид буквально играл с гигантским осьминогом в армрестлинг, силясь доказать, что он, Рид, более гибкий и закручивающийся, чем щупальца последнего. Сью беспросветно тупила, даже не думая проявлять какую-то инициативу, а только реагируя на происходящее, и то с огромным трудом защищая лишь себя. Ну а Джонни тупо не мог залить всё напалмом, так как задел бы этих двоих. Но по итогу именно он таки головоногую животину и прикончил, что логично.

Впрочем, не успел народ облегчённо выдохнуть, а зеваки, включая редакцию новостного канала, — возликовать и начать славить героев, как начался второй акт марлезонского балета, и был он страшнее первого:

— Н-новые экстренные новости, — заикаясь, произнесла побледневшими губами ведущая. — Войска Атлантиды высаживаются по всему побережью. Национальная гвардия уже выдвинулась навстречу армии п-противника…

И картинка сменилась, показывая натуральную приливную волну, что накатывала на сушу, только волна эта состояла из солдат, что тут же принялись шмалять по всему, что надводное, из своих… эм-м-м-м, излучателей.

Солдаты местной Атлантиды двигались в гибридах скафандров с доспехами и выглядели как какие-то «Дети Дагона », словно со страниц книг Лавкрафта: рожи плоские, покрыты чешуёй, вокруг голов виднеется «жабо » плавников, рты — широкие и полные острых треугольных зубов, глаза — здоровенные и стрёмные. И они в чистом виде «зачищали » побережье. Впрочем, среди этих «ктулхуистов » порой мелькали и почти «нормальные» люди, если не считать того факта, что они были бледны до синевы. Зато все их черты лица и фигуры в целом были едва ли не эталонными и « чисто арийскими» . Серьёзно, камера местных журналистов выхватывала буквально « аристократические» лица, как их могли бы описывать в каком-нибудь женском романе с « томными принцами» и « утончёнными принцессами» . Ещё из-под воды начали вылезать натуральные танки или что-то в этом роде. Ну и старые добрые Ктулху тоже имели место быть. И если с одним Ричардс и Ко воевали минут тридцать-сорок, Превозмогая как Имперская Гвардия (ибо на Астартес не тянули ну вот никак), то выползший десяток их бы натурально зохавал, как тот пресловутый Ктулху. Далее трансляция прервалась — очередной залп накрыл журналистов, и если оператор отделался только повреждённой камерой, то ему дико повезло, но что-то я сомневаюсь.

— Н-да-а-а, — это был если не пиздец, то где-то близко. — Леонард! — прожав быстрый вызов, почти крикнул я помощнику. — Объявляй полную эвакуацию офиса! Вывозите всех за город — заводы, складские помещения, куда угодно, где можно разместить всех сотрудников с семьями! Сам тоже эвакуируйся.

— Да, сэр! — только и успел отозваться парень, но я уже сбрасывал вызов и прожимал новый.

— Хэнк, это Виктор! Вы сейчас на строительной площадке⁈ — без лишних слов обрушился я на Маккоя, даже не дожидаясь, пока он ответит «алё» .

— А? Да, здравствуйте, мистер Дум. Всё верно, согласно плану, я инспектирую объект, чтобы убедиться в должной герметичности чаши фундамента…

— Отлично! Хорошо! — прерываю его я. — Слушайте внимательно! В город и вообще на побережье — ни ногой! Садитесь со всеми сотрудниками компании, что сейчас с вами, на свободный транспорт и драпайте вглубь континента так далеко, как только сможете! Тут вторжение, десант уже в городе, и они стреляют по гражданским. Я эвакуирую офис и остальные службы компании в городе, за семьями сотрудников уже высланы машины службы безопасности. Действуйте, Хэнк! Не дайте людям впасть в панику! Я свяжусь с вами позже!..

Следующие несколько минут слились в непрерывную череду звонков, приказов и организации. На вывоз оборудования времени не было, да и риск его потерять в пути был выше, чем в руинах здания, если то уничтожат. Впрочем, пока бой шёл далеко от Манхэттена, и небоскрёбы вокруг не складывались внутрь себя, это тоже давало некоторую надежду, хоть и небольшую.

Судя по тем «обвесам» , что я видел у атлантов, по уровню технического развития они местное человечество превосходили лет на пятьдесят, и это по минимуму. Плюс, с учётом среды их обитания (пара-тройка миль под водой, если не больше), они должны быть на порядок сильнее и выносливее обычного человека. Во всяком случае, в кадре попадались особи, что принимали на грудь магазин М-16 от подоспевшей к месту действия национальной гвардии и не то что не разрывались на куски, но даже не морщились.

— И что вы мне прикажете с этой жопой делать? — оторопело прошептал я в пустоту, когда последний приказ был отдан и я перешёл в режим, когда сделал всё, что мог, и дальше от меня уже ничего не зависело. — Три дебила — это, конечно, сила, — бормочу, глядя на трясущуюся картинку в телевизоре, где иногда мелькают отсветы огня и силовых полей, под совершенно уже бессвязный лепет ведущей, — но что они сделают с целой армией злых ихтиандров, которых достало, что человеки им на головы своё говно скидывают?

— Сэр! — ворвался в помещение взмыленный Леонард. — Офис эвакуирован! Вертолёт ждёт вас на площадке! — парень явно был в панике, он ведь, повторюсь, гражданский, а тут настоящая война миров, причём война, в которой наших партнёров и заказчиков уже бьют и нагибают. И будут нагибать, пока не дойдут до школы Ксавьера или не выбесят Магнето.

Мой взгляд упал на постамент со стеклянным боксом, внутри которого располагалась титановая маска, которую легко узнал бы любой человек, хоть раз видевший «Доктора Дума » хоть на страницах комиксов, хоть в мультфильмах. Не знаю, как там в иных мирах, но тут это была награда, своего рода символ, олицетворяющий восприятие Виктора народом страны как «Железного Человека» . Её даже изготовили на заводе про производству титана, по совместительству — первом заводе, что он открыл в родной стране, хотя было это далеко не так рентабельно, как в любом другом месте. Под боксом располагалась табличка: « Виктор фон Дум. В знак признания заслуг от народа Латверии» .

Разумеется, можно было сесть на вертолёт и досмотреть спектакль до конца в безопасности, попивая мартини… Но, чёрт его дери, эти уроды глубоководные начали натурально устраивать «выжженную землю ». И пусть я мог понять степень озверения ребят, которым натуральным образом «гадили на голову» веками, но это не означало, что я поддержу их в вопросе истребления представителей моего собственного вида. Ибо это мой вид, и нехрен всяким кракенам и прочим « дагонцам» пытаться его истребить.

— Лети сам, Леонард, я остаюсь, — поднявшись с места, направляюсь к боксу.

Видят Боги, я этого не хотел, но, видимо, если ты обладаешь суперсилами в этом мире, то рано или поздно ты таки обязан дойти до этого дерьма…

— Сэр? — не понял парень.

— Скажи мне, Леонард, что будет с рыбой, если к ней в пруд упадёт подключённый высоковольтный кабель?

— Эм-м-м… Не уверен, но… она умрёт?

— Скорее всего, — согласился я. — Что же, сейчас и проверим, — ихтиандров, конечно, немного жаль, и в целом я их лозунг даже понимаю и одобряю — если бы кто мне на голову вываливал своё говно, я бы ему как минимум оторвал руки. А если бы он делал это систематически десятки лет… Вот только, как уже говорилось, это мой вид! И нехрен всяким злобным рыбам пытаться его вырезать! — Так, ещё мне надо найти плащ, чтобы скрыть фигуру…

— Сейчас принесу, сэр, — мгновенно метнулся мой помощник.

— Кхм… Скажи, Леонард, у тебя в роду случайно не было невозмутимых типов по имени Альфред?

— М-м-м… мой дедушка по материнской линии.

— Что же, это многое объясняет, — я усмехнулся. — Ну ладно, не стоит зря тратить время. Эти атланты сами от себя не избавятся…

Вскоре Леонард всё-таки направился к вертолёту, я же, сбросив пиджак с перчатками, надел на голову сделанный идеально под мои размеры шлем-маску, накинул дорогой плащ-дождевик тёмно-зелёного цвета с какой-то навороченной пропиткой и направился к побережью, постепенно нагнетая на кончиках пальцев голубые разряды…

Поле боя открылось внезапно. Крики, грохот, стрельба, мечущиеся толпы паникующего народа, что даже не замечает моего карнавального облачения, очередной поворот… И я вижу танковую колонну в сопровождении подводной пехоты, которых тщетно пытаются задержать всего парочка уже раненых автоматчиков да какой-то отчаянный полицейский, отправляющий в сторону противника один револьверный патрон за другим.

Тугой жгут белой молнии разрезал воздух, на миг заглушая своим гулом все иные звуки, а пара десятков только что шагавших картинной линеечкой атлантов рухнули на землю с огромными обугленными дырами в груди. Я же уже сфокусировался на энергии в их машинах и, будто ощупав ту разумом, резким рывком дёрнул на себя, в одно мгновение впитывая даже больше, чем только что потратил, заодно обращая высокотехнологичную технику в спёкшийся техномусор.

Так началась резня. Геноцид имени Виктора фон Дума.

Броня бронёй, технологии технологиями, но старый добрый заряд в десяток кулонов их броня не могла выдержать. Как и танки, из которых я без стеснения «откачивал » электричество, пускаемое на прожарку пехоты и боевых мутантов. Бил я аккуратно, но сильно, ибо меня один, а их — грёбаная армия. И пусть я мог натурально «выкашивать » ряды их тяжёлой техники, успеть везде и всюду у меня не получалось. И атланты убивали, а это, в свою очередь, натурально злило и заставляло скрипеть зубами, так что никаких сантиментов и тем паче милосердия — я бил на поражение. И очень сожалел, что не могу поступить по «методичке» уважаемого Конрада Кёрза. Ну, той самой, где нужно взломать каналы связи врага и транслировать по всем частотам крики нарезаемых на ленточки придурков, что посмели крякать против Империума. В общем, я проводил свой локальный экстерминатус в основном молча. Нет, кое-кто из вояк нашёл в себе смелость и смекалку рвануть к « непонятному хрену, что фигачит по врагам» , но дало это немного — мне кинули передатчик, что говорил, где жопа наиболее глубокая, и просил туда подтянуться, но на этом всё. Я просто тупо брал и убивал ихтиандров, принимал « на грудь» их атаки издали и отвечал порцией электрического счастья.

Сколько так прошло времени, сказать не берусь — это была первая битва в моей жизни, первый раз, когда я убивал и сам мог быть убит врагом. Излучатели атлантов не пробивали мою кожу, но их попадания ощущались. Силой я тоже превосходил подводных воителей, легко ломая кости тем счастливчикам, что умудрялись до меня добежать и навязать рукопашную. Однако это всё равно был калейдоскоп взрывов, насилия, опасности, стрельбы и бега, когда кровь заменялась чистым адреналином, а секунды растягивались в часы, чтобы уже часы обращались промелькнувшими незаметно секундами. Шок, страх, спешка, ярость, обида, остервенение и полубезумная радость от вида умирающих благодаря мне врагов. Всё это сливалось, перемешивалось, бурлило и совершенно не позволяло адекватно следить за временем. А потом… в какой-то момент… все эти ребята взяли… и просто начали отступать. Не передо мной бежать — такое и раньше было, — а отступать по всему фронту, везде.

— Они отступают! Отступают! По всему побережью! Подтверждение из штаба! — надрывался радист пристроившейся за мной роты.

Ему отвечали недоверчивыми матюками и просто выплёскиваемой в воздух экспрессией, я же потихоньку начал возвращаться в реальность, выныривая разумом из боевого угара.

…Чтобы обнаружить себя в центре какой-то улицы, полной трупов и разбитой техники противника, на секундочку, с ротой национальной гвардии за спиной. А ещё мой зелёный плащ был изрядно потрёпан, кроме прочего, открывая в прорехах шикарный вид на металлизированный рельеф мышц грудной клетки.

— Сдаётся мне, пора покинуть сцену… — тихо прошептал я в маску, после чего, не откладывая, устремился вперёд, чтобы через десяток метров подхватить с земли один из «бластеров» подводников и резко нырнуть в подворотню, в процессе ломая рацию вояк.

Не требовалось быть Нострадамусом, чтобы предвидеть желание властей поближе познакомиться с таким полезным и эффективным неожиданным помощником. И хотя продемонстрированная мной сила позволяла рассчитывать не закончить данное знакомство по ту сторону лабораторного стекла, но моя жизнь меня и без того вполне устраивала, и вносить в неё коррективы, способные сильно поломать все планы, очень не хотелось. Поэтому я и перебирал ногами, стремясь как можно быстрее разорвать дистанцию между мной и вояками. Вот только… Сейчас по всему городу были вояки! Особенно в зоне непосредственных военных действий, где находился и я. А я ведь совсем не ниндзя, чтобы невидимым проходить перед патрулями, аки по бульвару!

Разрываемый скоростью шага воздух свистел в ушах, а мозг активно кипел в поисках выхода. Далеко уйти переулками и дворами не выйдет, вариант попрыгать по крышам был ещё хуже, ибо вертушек в воздухе сейчас как грязи, и скоро подтянутся ещё, угнать машину и укатить на ней тем более не получится. Выходило, что единственный вариант для меня незаметно уйти — это канализация — туда в нынешней неразберихе поисковые команды точно не пошлют.

— Ну, черепашки-ниндзя, надеюсь, вы не врали, что там можно пройти… — бормотал я, выковыривая канализационный люк и готовясь спуститься в темноту.

Тьма приняла меня как родного, быстро порадовав влажным конденсатом на ступеньках вертикальной лестницы и полным отсутствием освещения, кроме мной же организованной дырки в потолке. Дырки, которую пришлось за собой закрыть, чтобы не оставлять слишком уж явного следа. А потом мои ботинки опустились во что-то влажное и хлюпающее…

— Проклятье! — сконденсировав энергию в пальцах до образования плёнки плазмы, я подсветил себе путь. — Ненавижу черепах… и ниндзя… и Озборна! Гадский Озборн, у него был глайдер, и он не нуждался в таком унижении… — хлюпая по нечистотам, побрёл я куда-то в сторону, противоположную побережью.

Проклятье, почему я не Человек-Паук? Он может летать на паутине и имеет сенсорное чутьё, позволяющее уходить даже от вертолётов и всегда знать, где сныкаться, чтобы точно без свидетелей. Даже Октавиус может уходить по зданиям на своих щупальцах, так что его хрен найдёшь и выследишь! У Гоблинов есть летающие глайдеры! У Мистерио — иллюзии и невидимость. Хамелеон может превратиться в кого угодно и спокойно выйти из оцепления. Про всяких Иксмэнов, с личными стелс-самолётами и ручными телепатами, что могут подтереть память и заставить свидетелей не видеть их в упор, я вообще молчу! Почему мне одному так не везёт⁈

— Клянусь, — под ногой как раз скользнуло что-то вязкое и плотное, — когда я выберусь из этого дерьма, я найду Мистерио и отожму его технологии! И ограблю Озборна на глайдер! И откручу щупальца у Октавиуса! Хотя нет, у меня же есть лицензия на эту технологию… Я создам себе щупальца, как у Октавиуса!.. А ещё сделаю личный стелс-самолёт с автопилотом, как у Бэтмена! Чтобы он меня подбирал в таких ситуациях…

История о том, как я пробирался через канализацию к центральному офису Фон Дум-Индастриз, должна быть стёрта из анналов истории, Книги Судеб и памяти всех Богов, что её наблюдали. Сколько я намучился, пытаясь хотя бы просто сориентироваться в этих тоннелях, сколько дерьма я насмотрелся, сколько часов своей жизни я убил на этот кошмар… Никогда… никогда за все свои жизни я не был так рад душу и свежему воздуху!

Но если кто-то думает, что на этом мои страдания завершились, то он ошибается, ибо дальше я начал пытаться понять, что, собственно, случилось с армией атлантов, и чем больше складывался паззл из отдельных фактов, тем хуже мне становилось.

Во-первых, Фантастическая Четвёрка вновь стала четвёркой, потому что… Бен Гримм не смог бросить в беде друга, а страну в опасности, поэтому ворвался в лабораторию Ричардса и вылил на себя его экспериментальный состав антимутагена, что должен был стать альтернативным методом исцеления, но пока представлял собой крайне нестабильную субстанцию, что, по расчётам Рида, при малейшей ошибке в дозировке не только не вылечит, но ещё и усугубит уродство Бена. Ну, если бы тот был всё ещё каменным. Бен об этих работах знал и хотя до того момента не считал их хоть в малейшей степени нужными, но тут о них вспомнил и решил, мол, «сгорел сарай — гори и хата! », типа, падёт страна — и ему не жить, а так хоть есть шанс, что он поможет. Ну и шанс, естественно, сработал — мы же во вселенной Марвел, тут и химические отходы с радиацией вместо лейкемии и прочих страшных заболеваний даруют суперсилы, чего уж говорить о мутагене, что разрабатывался гениальным учёным под конкретную генетическую карту конкретного человека? В общем, Человек-Скала хоть и повалялся немного на полу лаборатории в мучениях, но потом успешно оброс камушками и стал даже чуть крупнее, чем в прошлый раз, ну и ворвался на праздник жизни к своим друзьям с криком « Пора бить морды!» .

И вот эта гоп-компания в горячке боя как-то выходит лично на Нэмора, который руководил вторжением в Нью-Йорк. Завязалась битва, где фитоняшный подводный царь с ангельскими крылышками на лодыжках дал неплохой отпор Четвёрке, умудрившись и втащить в бубен Бену, и Джонни в море окунуть остужаться, и на Рида пару новых осьминожек натравить, чтобы и дальше тесные объятия с гибкостью тренировал. А вот со Сью у него вышла осечка. Данные из разных источников разнились, но, если подвести итог расследованию, что затянулось не на один день, дело было примерно так:

— Я тебе щас подправлю личико, смазливый урод!

— Говорящая статуя, как забавно…

*Хлобысь!* — и Бен улетает на десяток метров.

— Держись, Бен, я сейчас!

— Летающий горящий человек? Ещё интереснее! Ну-ка потушите его, мои слуги!

*Пш-ш-ш!*

— О Боже! Джонни утопили эти монстры! Почему они плюют водой, как киты⁈

— Держитесь, сейчас я помогу! Я почти справился!

— Резиновый человек, ты совсем неинтересен, но лови ещё пару моих питомцев, они тоже любят скручиваться, думаю, вы подружитесь.

— Отпусти их!

— О, невидимка? О-о… Ты так прекрасна! Ты красивейшая из женщин! Как твоё имя, о ослепительная дева из мира на поверхности?

— Я? Сьюзен…

— Прекрасное имя! Иди со мной — я сделаю тебя своей королевой!

— Что? Нет!

— Почему?

— Ты разрушаешь мой город и убиваешь моих сородичей!

— Они бурят скважины на дне и ведут добычу нефти, которая проливается во время доставки на ненадёжных судах! Тонны отходов постоянно спускаются по рекам в океан! Они загрязняют мой мир, Сьюзен! Так же, как и свой!

— Многие люди знают об этом, Нэмор, мы пытаемся бороться…

— Слишком мало! Поздно!

— Возможно, но это не повод начинать войну! Мы можем вместе спасти океан, если будем учиться у вас и оставаться друзьями!

— Да, ты будешь моей ученицей, и мы будем больше, чем друзья!

— Я имела в виду наши народы…

— Нет, только ты!

— Князь Нэмор! — ворвался в идиллию гуру подводного пикапа какой-то посыльный. — Мы потеряли две дивизии вашей гвардии! Какой-то наземный монстр, управляющий молниями, уничтожает все наши силы и почти добрался сюда! На него не действует наше оружие, и он не устаёт!

— Нэмор, я не могу пойти с тобой, когда ты желаешь смерти моему народу!

— А-а-а… — взгляд на посыльного. — Да, возможно, я погорячился. Приказ всем войскам отходить, вернёмся к дипломатии!

Возможно, я утрировал, быть может, даже сильно, но факт остаётся фактом — сей царь морской пошёл на дипломатическое урегулирование именно после встречи с моей бывшей невестой, причём под лозунг, что он влюбился и готов договариваться с народом своей любимой чисто из благородных соображений и понятия чести. И это делало моему мозгу больно. Нет, можно было списать на «странную ксенологику» , в конце концов, мы говорим о народе, часть представителей которого — классические лавкрафтовские рыболюди, и другая часть однозначно не видит в этом никаких проблем. Но… Как-то это… Всё равно в голове что-то чешется.

А ещё меня начинали терзать смутные сомнения. Я про то, что этот Нэмор — богатый, облечённый властью смазливый мужик. И при виде Сьюзен он просто взял и принял решение «бросить своё царство к её ногам ». Знакомая картина, так-то. К тому же если посмотреть на её мутацию со стороны, то начинают возникать подозрения. Ведь что сотворило «Космическое Излучение » с остальными членами Четвёрки, да и со мной? Нам поменяло «клеточную основу ». Кому качественнее, кому нет, но «общий принцип » одинаков: углерод сменялся на живой аналог каучука, чистую энергию (что по-прежнему выкручивает мозги), кремний и металл. Одна механика процесса, по сути. Но мисс Сторм из этого репрезентативного ряда выпадала. В то же время я знал, что всякого рода излучения и прочие мутагены на уже имеющих мутации людей действуют куда как хуже или не действуют вообще. А ещё «естественные » мутанты имеют свойство « пробуждаться» от стресса. Полагаю, захлёстывающее космическую станцию неизвестное излучение, что по самым лучшим прогнозам должно было её полностью обесточить, превратив в космический склеп с кончающимися запасами воздуха, а в худшем случае и вовсе прожарить всех внутри, может считаться достаточным фактором для возникновения сильного стресса. А что-то по мелочи девушка могла и « на холостом ходу» делать… Это я к чему? А к тому, что всякие барьеры усилием мысли — это подозрительно напоминает псионику. И отсюда вопрос, а не могла Сью « промывать мозги» ? Да, Виктор воспылал к ней чувствами далеко не вдруг и сразу, но вот лёгкий интерес… А тут девочка « раскрылась» , силёнок стало много больше, и даже не контролируемые, подсознательные желания могли проецироваться в телепатическое воздействие. Бред? Возможно. Но это всё равно звучит куда как логичнее, чем ситуация, когда успешный завоеватель, считающий всех людей в лучшем случае тупыми аборигенами, если не приматами, берёт и, преисполнившись чувствами к « аборигенке» , которую видит первый раз в жизни, полностью отказывается от своих намерений. Нет, можно, конечно, собой немного погордиться и попредполагать, что он устрашился Великого Меня, но мозги у меня не переклинивало, так что я понимал, что сие… маловероятно. Ибо я был одиночкой, который пусть и показал хорошую боевую мощь, но оставался одиночкой, способным оказывать воздействие только на очень локальном уровне. Вот будь я кем-нибудь вроде Супермена, тогда да, но так… нет. Так что мужик действительно изменил свои намерения после одного краткого разговора с блондинкой, что занял максимум пару часов, а на деле, думаю, и того меньше. Н-да-а-а.

Мысленно покачав головой на дикость ситуации, где вот так вот решаются дела и начинаются полноценные переговоры в ООН с подписанием межвидовых соглашений (а именно это сейчас и происходило), я постарался забыться в работе. Раз война отменяется, эвакуированных сотрудников с семьями надо было начинать возвращать массово, а не отдельными персоналиями, без которых мне было не обойтись. Тем более что-то мне подсказывало, что получившие таких пиздюлей ребята из Пентагона сейчас закусят удила и начнут трясти все свои проекты по чудо-оружию и требовать результаты. И результаты эти нужно будет дать, во-первых, чтобы не ссориться с людьми, от которых я всё ещё завишу, а во-вторых, кто первым в ту нишу влезет, тот и будет там рулить, если совсем уж не затупит. А ведь ещё нужно будет погонять модели и эмуляции на тему воздействия «Космического Излучения », если внести Сью как « исключение» , то есть вывести концепции без учёта её данных. Я скосил взгляд на бластер ихтиандров, лежащий у меня на столе. И в это оружие тоже не помешало бы потыкать палочкой, может, что интересного получится извлечь.

Следующий месяц я провёл в объятиях старого доброго аврала, когда тебе срочно надо выполнить десяток радикально важных дел, вникнуть в сотни вопросов и порешать тысячи проблем, от совсем мелочных, когда подчинённым тупо нужна твоя отмашка, до серьёзных, когда уже мне нужно дёргать Пентагон, дабы уже они давали отмашку или кому-нибудь по голове.

Хотел было нанять Отто Октавиуса, дабы переложить на него хотя бы часть научной работы по тем же протезам, благо как раз через их тематику на его место работы и вышел, но увы. Мужик хоть и действительно нашёлся среди грантополучателей фонда Харди и буквально работал в одной из лабораторий, принадлежавших Лидии Харди, однако, во-первых, он работал над проектом, что Лидия спонсировала, то есть уже имел какие-то документальные обязательства, просто так взять и отказаться от которых не мог, а во-вторых, он тут оказался чистым физиком-ядерщиком, что посвятил свою жизнь именно ядерной и термоядерной энергетике, а не робототехнике. И тут уже я был не готов его сманивать сладкой морковкой реализации себя в любимом направлении, просто потому, что ещё одно новое направление, тем более в масштабах, что соблазнили бы и так неплохо кушающего на харчах фонда Харди учёного, моя корпорация тупо бы не потянула. В конце концов, мне он был интересен, чтобы заткнуть одно из имеющихся направлений, а не чтобы получать очередную дыру, на которую вот уже совсем не будет людей и ресурсов.

И так во всём! Приглядишься к Курту Коннорсу, чтобы подключить его к Маккою, а там… ну просто хороший специалист в своей области, однако ни разу не гений и не новатор. Читаешь его работы — и да, добротно, здраво, компетентно… но всё с чужих слов — видно, что человек следит за публикациями, старается быть в курсе новейших идей, даже болеет душой за дело, но он вторичен. Как препод для престижного универа, что может привить студентам любовь к науке и грамотно объяснить теорию, он хорош, но как разработчик и первопроходец… бесполезен. Не потому, что знаний у него мало, а потому, что не то у него мышление — ему нужны инструкции, доказанные и проверенные методы, факты, доказанные другими, с ними он может работать, но без них — теряется. Для меня — человека, что может найти ошибки в работе Рида Ричардса и даже улучшить его изобретения… да, собственно, даже как для человека, что видел в деле Рида Ричардса и то, как он мыслит в своих научных трудах, — это было очевидно. Коннорс был работягой от науки, грамотным специалистом, но не творцом. Творить такой сможет только на больших ошибках, и… как бы, история Ящера это подтверждала. Как и история того, что Коннорс был бессилен вылечить Спайдермена от животной мутации. Словом, неподходящий кадр.

Но вздохнёшь, смиришься и посмотришь уже на Фэрли Стиллвелла, который тут работает над неогенным преобразователем, а там вообще кошмар! Коннорс хотя бы порядочный, а этого кадра никакая СБ не пропустит! Тщеславный, мнительный, эгоцентричный, жадный… На публику-то он сдерживал себя, но аналитика по фактам была неумолима — этот парень продаст меня сразу, как только ему предложат больше, а то и просто для личной славы. Собственно, поэтому он работал в университете, а не на тех же военных — единоличной славы жаждал, чтоб все его работы были только его — и сразу греметь на весь мир. Вдвойне обидно, что как раз он-то на гения-первооткрывателя тянул — в его научных работах и публикациях я видел всё то, что было характерно и для Рида, и для оригинального Виктора — умение создавать и обосновывать оригинальные теории, смотреть на привычные явления под новыми углами и находить им новые применения, не бояться авторитетов и быть способным их грамотно критиковать, не оглядываясь на мнение большинства. Но… я не мог пригласить его на работу и тем более подключить к исследованиям мутации, ибо он тут же начнёт тырить секретные данные для себя, а ещё тупо разосрётся с Маккоем, пытаясь того прогнуть и самоутвердиться за его счёт.

В общем, не валялись Гении на дороге, только и мечтая, как начать решать мои проблемы. Да и не гении, а просто грамотные спецы, которые при этом будут ещё и надёжны, не говоря уже о том, что готовы пойти ко мне работать вот прям счаз, — тоже. Людей приходилось искать буквально для всего, а пока их нет — тянуть всё лично. Хорошо хоть Леонард взял на себя часть обязанностей по управлению и общению со всякими там. Например, вопрос приобретения лицензии у Харди я полностью спихнул на него. Как и начало разработок новейших протезов с переориентацией простаивающих производственных площадок. Потом техническую часть я, конечно, доработаю сам, но подготовительную работу и другие потянут — один сбор и систематизация данных по имеющимся разработкам в области протезирования и робототехники — уже задача не на одну неделю усилий полноценного коллектива.

Мне же, помимо вышеописанного, хватало забот и с формированием новой службы в рядах своей корпорации, а именно — детективно-аналитического отдела, задачей которого будет поиск известных мне личностей и в целом мониторинг новостей о разного рода паранормальных проявлениях, с целью выявления мутантов и прочих парахуманов. Про добычу технологий Мистерио я ни разу не шутил, во всех красках прочувствовав на себе, насколько сильно мне нужны маскировочные системы. Но где добыть эти технологии, если оный Мистерио ещё нигде о себе не заявлял и в тюрьму не попадал? Только искать его по очень косвенным данным, вроде того, что он, кажется, был специалистом по спецэффектам и, по истории мультсериала девяностых, был влюблён в некую красноволосую актрису, что пострадала в каком-то несчастном случае. Так себе ориентиры, но потому и требовалось искать в новую службу не просто людей с улицы, а детективов, способных с такими ориентирами работать. Помимо этого, я был совсем не против завербовать и кое-кого из будущих Иксменов, вроде Китти Прайд и Джубили, но и тут непросто, ибо Китти — это не имя, а скорее сокращение от какой-нибудь Кейтлин, да и Джубили — точно что-то производное от настоящего китайского имени с фамилией «Ли» . Плюс я уже как-то вспоминал об ещё одной примечательной личности. Некой Эмме Фрост. Я толком не знал ни её предыстории, ни происхождения, но она была сильным телепатом, способным даже Ксавьера временно подменить. И она даже во времена, когда весь мир бурлил от надвигающейся войны между простыми людьми и мутантами, а Иксмены открыто штурмовали правительственные заводы по производству Стражей, выглядела весьма молодо. Максимум лет на тридцать. Плюс у неё вроде как ещё и своя фирма была, правда, насколько интересная и мощная, сказать не берусь, равно как и чем они там занимались. То ли это нигде не пояснялось, то ли я просто забыл, но не суть важно. Важно то, что сейчас она, скорее всего, ещё достаточно молода и не заматерела, а потому можно попробовать завербовать. Ну или хотя бы наладить дружеско-союзнические отношения. Честное слово, мне бы пригодился союзный телепат, тем более с такой фигуркой и тягой к тем нарядам, которые я помнил у Эммы по мультсериалам!

А ведь сколько было и других прекрасных девушек, что чудесно смотрелись бы в форме моей охраны, а не костюмах с литерой «Х» либо иными символами! Шельма, Табита, Шторм, Псайлок, Домино, Мисс Марвел, да хотя бы и Женщина-Халк! Почему бы не попытаться их найти, когда у тебя в руках транснациональная корпорация? Да и о парнях забывать не стоит, ведь даже такой персонаж, как Пузырь, может стать очень даже неплохим бодигардом, а всякие Пиро, Айсмены, Ночные Змеи, Колоссы и так далее вообще идеально бы вписались в спецотряд для деликатных поручений. Чем я хуже Магнето или какого-нибудь Синистера, в конце концов? Я уверен, что зарплату могу положить даже больше этих двоих, вместе взятых!

Короче, служба была нужна. Нужны были те, кто будут мониторить прессу, нужны были аналитики, детективы — куча всего нужна. И всё собирать почти с нуля, причём желательно без постановки в известность прикомандированных офицеров из контрразведки, что следят, дабы данные по основному проекту суперсолдат не утекли налево.

В общем, все бегали, строились и соображали, что делать дальше. И получалось, увы, не всё. Та же попытка в реверс-инжиниринг оружия подводников провалилась. В том смысле, что разобрать эту штуку мы в лаборатории разобрали, даже сделали структурный анализ, но… на этом произошёл затык. В стволе у неё находились некие кристаллы, что, скорее всего, выполняли роль фокусировщиков для заряда. В рукоятке был кристалл другого типа, судя по всему, аккумулятор, что подавал энергию для выстрела. Я отчётливо чувствовал в нём «электричество », однако ни как эти кристаллы устроены, ни как их производить, на нынешнем уровне развития земных технологий понять было нельзя. Да чего там? Я ощущал себя каким-нибудь Николой Теслой, которому с неба свалился современный смартфон. Ну хорошо, быть может, смартфон с инструкцией, так что я мог понять, для чего эта штука предназначена (сложно не понять, когда по тебе из таких шмаляла толпа ихтиандров), я мог «открутить болтики » и «расхреначить нафиг ». И всё. Вот совсем всё. «Подключить к розетке » — нет, ибо нет не то что подходящего штепселя, но даже описания параметров, какие нужно подавать в разъём. Про « подключить к интернету и накачать музыки» и подавно речи не шло. Сами по себе сплавы, используемые в конструкции, были интересны, но прежде всего своими антикоррозийными свойствами, в остальном же они были не лучше земных аналогов. То есть извлечь из них что-то для разработки подводной амуниции — да, возможно, но и всё на том. Ну а кристаллы… Вот сто процентов в них было вшито и какое-то программное обеспечение, хотя бы самый минимум, нужный для регулирования подачи энергии, но скорее намного больше. Если уж микрочип в мобильнике двадцать первого века — это, по сути, полноценный компьютер, который и в урезанной « телефонной» прошивке имеет дохрена функций, глупо ожидать, что технология, явно превосходящая данный уровень, будет иметь меньше возможностей. Вот только, не имея ни нужной математики, ни фундаментальных представлений о том, что, зачем и почему, в лучшем случае самый максимум, что получится извлечь из этих кристаллов в ближайшие лет десять, это возможность научиться выращивать « энергетическую» вариацию. И то если там нет каких-нибудь подвохов и имеющийся образец способен к репликации. Однако есть сильные подозрения, что аккумулятор на основе моей « стальной биомассы» будет на порядки проще, круче и эффективнее.

Вот серьёзно, закапываешься в такие вещи — и от воспоминаний о Стервятнике из киновселенной Марвел с Томом Холландом на роли Спайдермена становится непередаваемо больно. Я понимаю, что там весь фильм — та ещё слабоумная дичь, где некомпетентными дебилами показаны все, от агентов Щ. И. Т. и Тони Старка до самого главного героя, а главгад может связать изолентой три куска от разных инопланетных приборов и получить эффективно работающую суперпушку, круче, чем была у самих инопланетян и может сделать Тони Старк, просто «патамушта » и чтобы была почва для « пыщ-пыщ» , но от этого меньше раздражать та история не начинает. Ты весь такой вроде бы Гений, весь такой Виктор фон Дум, весь такой главный враг Рида Ричардса, что весь мир нагнуть мог, а какой-то уборщик улиц оказывается умнее тебя и с полпинка может то, за что ты даже не знаешь, как браться. Повесил бы сценаристов с режиссёром и продюсером этого дерьма, вот честное слово. А главное, даже сам факт того, что я вспомнил о Стервятнике и его настоящем имени — бесполезен. Э́дриан Тумс тут существовал, и найти его не составило труда, но мужик занимался производством персональных компьютеров — маленькая фирма с собственной линейкой, каких было полно и в моём родном мире на заре всеобщей компьютеризации. Не хуже и не лучше других, что работают чисто на потребительский рынок. Только вот лучшее из того, что он производил, было на два поколения хуже того, что делала моя фирма, да и производственные мощности были вообще несопоставимы. Может быть, он и способен изобрести летающий костюм с крылышками после того, как по городу уже пару лет будут летать всякие Гоблины, но сейчас он просто мелкий бизнесмен, не способный дать мне ничего, а вот мои разработки ему будут очень интересны. Причём, повторюсь, это не Маккой и даже не Октавиус — это состоявшийся бизнесмен с собственными фирмой и производством, его не наймёшь на постоянную работу, и он будет постоянно тянуть одеяло на себя. Ну нахрена мне такой кадр?

В итоге так и получалось, что работать над изучением ксенотеха надо, но перспектив особых нет. Разве что действительно побыть крутым капиталистом и «пускать в народ» заведомо дегрейднутый и худший вариант энергоячеек, чем ты способен создать, просто потому, что раз ты можешь извлекать больше прибыли из худшего продукта, ты обязан извлекать больше прибыли из заведомо худшего продукта, да и то… Как сказано выше, есть большое подозрение, что аккумуляторы на моём металле будут на порядок проще в производстве, чем кристаллические.

Но это всё касалось «планов на будущее » и дальней перспективы. В настоящем же у меня были сбои в сроках возведения лабораторного комплекса из-за всеобщего бардака с торможением смежников, а также визит вояк, что хотели « проинспектировать объект» . Подозреваю, это был только повод, в то время как настоящая цель — поторопить с изысканиями. К тому же Бен вновь стал каменным, что несло как ряд проблем, так и массу возможностей, потому я предполагал, что и этой темы уважаемые генералы и полковники коснутся. Эх…

Глава 6

— Мистер Дум, — кивнул мне полковник Джонс, что был не то чтобы приставлен ко мне, но назвать его «ответственным за взаимодействие» было можно.

— Добрый вечер, полковник, — я пожал руку. — Господа, — с ним было ещё несколько человек без мундиров и знаков различия. Скорее всего, представители какой-нибудь контрразведки и прочих ЦРУ.

— Неважно выглядите, — заметил один из них недостатки моего грима.

— Уже полгода сплошного аврала, и когда ты только начинаешь робко надеяться, что всё наладилось, злобные ихтиандры начинают разносить Нью-Йорк, отчего ты понимаешь, что раньше у тебя ещё не было авралов… — я дёрнул плечом, показывая раздражение. — Но, думаю, вы здесь не для того, чтобы услышать и так очевидные для вас вещи, что во время войны возникает куча проблем.

— Да, мистер Дум, — согласился полкан, — как вы верно заметили, у нас началась война. И пусть каким-то образом враг решил сменить агрессию на переговоры… это мало что меняет, только даёт время на подготовку, которым мы обязаны распорядиться с умом. И потому мы хотим узнать, что у вас с лабораторией. Вы упоминали, что готовы поставлять «суперсолдат» сразу по окончании строительства.

— Говорил, — хотя там оно звучало несколько иначе, но «он вояка, он так видит» , — и готов свои слова подтвердить. Но также я упоминал, что это — весьма рискованное мероприятие, и могут быть разного рода побочные эффекты, в идеале нам нужно сначала начать испытания на растениях и ком-то вроде мышей…

— Мы помним, — ответил один из не представившихся, — но обстоятельства изменились. На нас напали! И наши средства защиты оказались крайне… малоэффективны! В то время как «суперы» , наоборот, показали запредельные показатели. Потому ряд вопросов был пересмотрен. Нам нужен результат, мистер Дум. И он нам нужен как можно скорее. Цена… не имеет значения.

— Хорошо, — я вздохнул. — Сейчас у меня есть некоторые проблемы со смежниками, сами понимаете, со всей этой атакой логистика и поставки с производств полностью выбились из графика.

— Мы решим этот вопрос, — заверили меня. — Что-нибудь ещё?

— Доброволец, — я прикрыл глаза. — Это должен быть патриот без физических и психических отклонений, понимающий и принимающий, что является первопроходцем и может вместо сверхчеловека стать калекой, уродом или просто медленно и мучительно умереть. Провал эксперимента будет проблемой, — я поднял взгляд на вояк, — но его удачный исход с неконтролируемым и «обиженным» испытуемым станет уже катастрофой.

— Не беспокойтесь, — заверил меня полковник, — мы предоставим вам нового «Стива Роджерса» . Когда вы сможете провести… кхм, эксперимент?

— В идеале — полгода на строительство, установку и настройку техники. Если будет больше людей и работа в три смены… три-четыре месяца, раньше никак.

— Вам предоставят всё необходимое в полном объёме. Любые вопросы будут решаться через Министерство Обороны, — огласил вояка. — Но нам будут нужны результаты, — что со мной и корпорацией сделают, если результатов не будет, не озвучивалось, но, судя по рожам присутствующих, очень активно намекалось.

— Раз с этим мы закончили, то у нас есть ещё ряд запросов, — один из «безопасников » положил на стол сжимаемый до этого в руках кейс и открыл его. Внутри лежал уже знакомый мне бластер ихтиандров. Вообще, по новым договорам между ООН и Атлантидой все трофеи должны были быть возвращены. Ниндзявившие со времён Древней Греции ихтиандры явно не горели желанием распространяться о себе и допускать попадание их технологий к наземникам. Однако «подписать договор » и на деле его выполнить — это, как говорят в Одессе, таки две большие разницы. Так что к рукам вояк, как я и ожидал, прилипла часть «полностью уничтоженных» и « безвозвратно утерянных» стволов. И хорошо, если только стволов — я не сомневался, что « приделать ноги» атлантийскому танку эти ребята как минимум очень хотели.

— Бластер подводников? — сыграл я в Капитана Очевидность.

— Да, — кивнул поставивший кейс товарищ, — и нам нужно изучить их технологии и, при возможности, повторить.

— Надеюсь, вы понимаете, что реверс-инжиниринг полностью новой для человечества школы, что превосходит нашу лет на сто, это вопрос даже не лет, а десятилетий? — на всякий случай спросил я. — При всём желании, вряд ли Фон Дум-Индастриз сможет предоставить вам «скопированные образцы» через месяц, — ну и намекнул, где я видел вояк с их подгоняем.

— Понимаем. Но эти технологии нужны нам. Потому часть образцов уже направлена в исследовательские институты, часть мы передаём нашим партнёрам, специализирующимся на высокотехнологичных производствах и инновационных технологиях.

— М-м-м, если не секрет, сколько таких партнёров?

— Вы и Хаммер. Раньше были и Старк-Индастриз, но их нынешний руководитель, в отличие от Говарда, не вызывает доверия. Возможно, — продолжил мой собеседник, — присоединится Озкорп, сейчас мы рассматриваем возможность выхода на данную корпорацию, — м-да, логично, хоть и несколько неприятно, но да, на месте вояк я бы тоже не стал класть все яйца в одну корзину и тем более ставить на тёмную лошадку, что пусть и имеет интересные и вроде бы даже рабочие наработки, но вот насколько оно действительно будет работать — большой вопрос.

Собственно, дальше уже были не столько переговоры, сколько постановка задачи: мне нужно было поковырять бластеры и сказать, что из них полезного можно сделать. Ну и налечь на установку по мутации, да. Вояки же, в свою очередь, выдадут живительных пинков всем, кому нужно, чтобы у меня всё было, а также подберут нужного добровольца. Ну что же, вроде бы всё не так уж и плохо, с этим можно работать. К работе я и приступил.

Я не помнил, когда последний раз спал. Моя зависимость от розетки подросла ещё сильнее, а основная мысль, в те светлые минуты, когда голова не была забита текучкой, крутилась вокруг «почему в сутках только двадцать четыре часа?» . Времени не хватало ни на что. Мне нужно было ещё сорок часов в сутках! Хотя бы сорок.

Тянуть на себе и административное управление с формированием новых подразделений компании, и научные работы по доводке темы протезов и контролю выкладок Маккоя было просто нереально. Кадры! Кадров жёстко не хватало! Причём даже несмотря на привлечение людей из Латверии и тот факт, что в момент кризиса «судно» в лице тонущей корпорации покинули не так уж много сотрудников.

Что бы ни говорили о тщеславии оригинального Виктора, что возвёл себе стальную десятиметровую статую перед центральным офисом, да и само здание офиса построил в форме гигантской литеры «V» , будто отпечатанной на теле Нью-Йорка, он был человеком, в которого верили его подчинённые. Костяк компании не пострадал от кризиса, коллективы не развалились, мозги и отлаженные механизмы были сохранены.

Но этого было мало! Особо сильные проблемы наметились в СБ, которую необходимо было кратно расширять для обеспечения секретности и безопасности мутационного комплекса. А ведь часть народа я оттуда сам же погнал на мороз ссаными тряпками. Это я о тех ребятах, что пролюбили сговор инвесторов. Да, контролировать каждый шаг людей, что компанией владеют, много сложнее, чем людей, которые работают в ней, однако не зафиксировать факт встреч, на которые собираются все инвесторы, кроме создателя и гендиректора корпорации, — это надо или быть кончеными некомпетентными кретинами, или продаться «дорогим партнёрам ». Ведь оные «партнёры » — люди немаленькие, в толпе не затеряются, и организовать «тайную вечерь» , да не одну (а такие вещи за один разговор не решаются, как и не обсуждаются по телефону), так просто не могут. И что бы там ни думали обыватели, а одна из главных задач СБ — отслеживать такие телодвижения. Но нет, не отследили. Тайны самого Виктора скрывать наловчились, с промышленным шпионажем бороться — тоже, а вот те ребята, что должны были за акционерами приглядывать, те и лажанулись. Ну и отправились на мороз. И пусть сейчас заметную часть вакансий службы безопасности занимали молчаливые ребята из Министерства Обороны, но это были вояки, а не мои люди. Что-то « общее» они, само собой, тянули, и тянули хорошо, ибо были заинтересованной стороной, но… с деликатными поручениями их не пошлёшь. И « пробить по базам» ряд личностей — тоже, просто потому, что, даже если они это и сделают, второй отчёт отправится в Пентагон, а интерес тамошних генералов к рекомому ряду личностей — едва ли не последнее, чего бы я хотел получить.

В итоге приходилось искать кадры в авральном режиме и едва ли не лично, что по всем методичкам и статьям «компетентных ыкспертов» характеризовало меня как посредственного руководителя, что не может в делегирование.

Посмотрел бы я на этих «знатоков» в моей шкуре!

Однако, как бы я ни ныл, ни жаловался на судьбу и ни пищал, нужно было работать дальше. И я работал. Постепенно вакансии заполнялись, благо развала образования тут ещё не случилось, и появление каких-нибудь Джейн Псаки в администрации президента США было принципиально невозможно. В обществе всё ещё царил взращенный сперва конкуренцией с европейскими промышленными гигантами, а после — с Советским Союзом культ высшего образования и науки, не заражённый метастазами разного рода квот и зачатков того, что после переросло в «культуру отмены ». Так что людей, способных занять нужные вакансии, хватало, особенно если активнее трясти кадры из Латверии, как хватало и разных «частных детективов » и « отставных аналитиков» , готовых поработать именно на меня в составе новых штатов СБ, с тем, чтобы потом проверять и отсеивать остальных соискателей. Ну и всякие « разделяй и властвуй» мне тоже были знакомы, так что СБ от вояк следило за новенькими, а новенькие следили за СБ от вояк. Все при деле, все счастливы и работают! Благодать! Ну и запросы мои выполняют. И кстати о выполнении…

— Сэр, — в кабинет вошёл как раз один из нанятых частных детективов, что теперь вёл поиски по моему списку, — появились новости.

— Слушаю, — подняв взгляд от монитора компьютера, гляжу на мужчину.

— Мы обнаружили Эмму Фрост, — детектив протянул мне папку.

— Замечательно, — приняв документ, открываю и вчитываюсь в страницы.

Так… Эмма Фрост, возраст: 21 год, рост: 185 см, вес: 71 кг. Натуральный цвет волос: каштановый, но перекрашена в блондинку… Ага… Родители: Уинстон и Хэйзел Фрост. Отец — промышленник в Бостоне, штат Массачусетс. Бизнес вполне преуспевающий, семья не бедствует. Пока похоже на правду, в смысле то, что я ищу… А вот это: имеет двух сестёр и брата, являясь четвёртым ребёнком семье, — уже не очень похоже на то, что я знаю… Так, ладно, училась в элитной частной школе для девочек в Сноу-Вэлли… Первое время на грани исключения из-за неуспеваемости, но с наступлением подросткового возраста всё резко меняется, девочка заканчивает школу буквально лучшей и-и-и…

— Это шутка? — вновь поднимаю взгляд на мужчину.

— Нет, сэр.

— Она сбежала из дома, отказалась от денег отца и работает в стрип-клубе⁈ — это было слишком внезапно, чтобы вот так вот сразу поверить.

— Так и есть, сэр. После скандала с лишением её брата права наследования по причине наркотической зависимости и гомосексуальных предпочтений последнего она порвала все связи с семьёй, перекрасила волосы и переехала в Нью-Йорк. Там, не имея ни денег, ни связей, она встретила Троя Киллкелли, который и склонил её к работе в клубе, обещая, что это точно приличное заведение и ей не придётся заниматься проституцией. Там дальше фотографии, — указал глазами на папку детектив.

— О? — перелистываю страницу и… — Ого… — да, вот этот облик я узнавал!

Облегающие белые сапожки выше колена, такие же перчатки, корсет, из которого почти выпадает шикарная грудь, и ничем не прикрытые трусики, оставляющие совершенно открытыми ягодицы и едва прикрывающие промежность. А уж как всё становится хорошо, когда эти элементы одежды уже упали на сцену рядом с шестом…

— И как? Заведение и правда приличное? — освидетельствовав все фотографии, поднимаю новый вопрос.

— Как сказать… — дёрнул щекой мужчина. — Скорее элитарное. Девушек не продают там кому попало, но за определённые деньги желающие могут получить интересующую их особу. Судя по всему, мисс Фрост пока обрабатывают, готовясь разыграть спектакль, чтобы на первую продажу она пошла сама.

— Ясно… — я немного пожевал губами, вновь глянув на фото. — Что же, благодарю за работу!

Я сидел в машине, разглядывая вход в указанное «элитное заведение ». Смеркалось. Хотелось курить и думать о вечном. Не то чтобы я имел пристрастие к табаку, на данный момент меня тянуло только к розеткам, но, видят боги, мои чувства требовали сделать пару нервных затяжек, как в том меме. Вселенная Марвел, я тебя ненавижу! Нет, серьёзно, что тут с людьми не так⁈ Один гениальный учёный работал просто учителем химии в школе, второй гений, если бы не моё вмешательство, работал фотографом с шефом-мудаком, что даже в штат парня брать не торопился, при этом не стесняясь печатать его фотки на первой полосе. Теперь вот «сильнейший телепат Земли » молодого поколения, а также девушка, с отличием окончившая элитную школу, крутит задницей на шесте и рискует в конечном итоге стать шлюхой, пусть и элитной. Хотя тут не всё так очевидно — если у неё уже «прорезался » талант (а по возрасту как бы положено), то вряд ли у « уважаемых людей» получится подобный фокус провернуть. Если же нет… то, с высокой долей вероятности, он бы прорезался в момент « спектакля» , поскольку что-то мне подсказывает, что ситуация, когда девушка вынуждена себя продавать — это хреновая ситуация. И тогда могли уже пойти трупы или минимум « овощи» . А ведь Эмма Фрост в мультах была дамой серьёзной, жёсткой даже, готовой на такое, что обычно Иксмэнам не свойственно, откуда бы, а? Во-во.

Ладно, пойдём посмотрим, что эта девочка из себя представляет. Вполне возможно, что тут у неё никаких талантов нет и смысла связываться с ней, соответственно, тоже немного.

Попасть в этот стрип-клуб было несложно: подъехать с личным водителем на дорогой представительской машине, выйти, поправить лацканы пиджака стоимостью в пару десятков тысяч баксов и с невозмутимой рожей пройти сквозь главный вход. Охранник-вышибала-швейцар даже услужливо распахнул дверь. Возможно, узнал, а даже если и нет, не суть важно. За дверями по ушам ударила музыка. Довольно бодрая «танцевалка », или как там оно правильно называется? Не в моём вкусе, предпочитаю что-то осмысленное или классику, но… терпимо. У дальнего от входа края зала была сцена-подиум с тремя… эм, отростками? Короче, маленькими, узкими «подподиумами », заканчивающимися шестами, вокруг которых сейчас уже вились очень даже симпатичные девицы. Перед шестами было немного свободного места, где можно было расположиться, как за стойкой бара, и, скажем так, получить шикарные виды, лишь подняв взгляд. Ещё были небольшие круглые столики по центру зала, а по стенам — столы побольше, ну и несколько дверей, судя по всему — входы в небольшие комнаты для «частного танца» , полагаю, « с продолжением» для тех, кто может себе это позволить. По залу сновали разносящие напитки и закуски официантки, одетые немногим больше, чем девицы на сцене. Да и по внешним данным им ничем не уступали, и я вполне могу предположить, что у них и « танцевальные смены» есть.

Мой путь пролегал к барной стойке, где подкачанный «фитоняшный » бармен занимался тем, чем занимаются все бармены всех миров. Да, он Протирал Стакан. Медитировал, так сказать, при этом созерцая стриптизёрш. И тут бы могла быть пошлая шутка на тему того, что он на самом деле хотел бы натирать, но, судя по индифферентному лицу, подобные сцены ему уже давно приелись. Ну или он гей. В любом случае это были не мои проблемы — детей мне с ним не крестить, а вот информацию и « услуги» (точнее, прейскурант на них) явно озвучивает данный товарищ.

— О! Добро пожаловать, мистер! — благоразумно не стал произносить он фамилию. Ну и да, то, что меня узнают почти всегда и везде — это логичное следствие из бытия медийной персоной. Тем более что сейчас я как раз не скрывался.

— Привет-привет, — кивнул я.

— Что будете? — поинтересовался бармен.

— Хм-м, как насчёт Сильверхенда [7] ? — ну а почему бы и нет? Я железячен? Железячен! Крутые протезы-аугментику разрабатываю? Разрабатываю! Так что имею право юзать киберпанковские культурные ценности!

— М-м-м… Не знаю такого… — раздосадованно покачал головой бармен.

— Эх, молодёжь… По рецепту смешать сможешь?

— А то!

— Ну тогда мешай: текила — шестьдесят миллилитров, — бармен послушно достал шейкер и залил туда из бутылки с витрины позади себя, я же задумался, сколько порой странного помнит мой мозг, хотя… несмотря на мудаковатость, Джонни был харизматичным чертякой и в память западал, да, — ангоуста биттер — два дэша…

— О, а вы эстет, — одобрительно покивал бармен и добавил в шейкер пару «напёрстков» .

— Сироп агавы — десятка, светлое пиво, желательно мексиканское, — восемьдесят.

— Ла-адно, — бармену стало интересно.

— И… щепотку молотого острого перца.

— … — мужик за стойкой задумчиво почесал шевелюру, но послушно добавил и этот ингредиент, затем, повинуясь моему жесту, закрыл шейкер и основательно тот потряс, после чего вылил полученную клюквенного оттенка жидкость в стакан.

— Отлично, — на стойку легла купюра в сотню долларов, а в моей руке оказалось это странное пойло. Я сделал глоток, и… А вообще, неплохо. С учётом того, что алкоголь на меня не действует, да и вкус без «подзарядки » от сети я различаю уже не сказать чтобы хорошо, эта штука зашла так даже прекрасно и одарила ощущением « огненной воды» , текущей по горлу и разливающейся теплом в груди. Полагаю, тут свою роль сыграл перец.

— (Q_Q)… — бармен тоже глотнул на «попробовать» и, судя по всему, сейчас пытался вспомнить, как дышать. Впрочем, очухался он быстро: — Сильная… кха… штука.

— Ну, на вкус и цвет, — я пожал плечами, облокотившись спиной на стойку и окинув взглядом сцену. Девочки продолжали крутиться и завлекать. Э-э-эх… Как жаль, что я тут не для отдыха. Да и полноценно отдохнуть в таком ключе не получится. Чувствительность кожи не та, н-да…

— Кто-то приглянулся? — закинул пробную удочку мой собеседник.

— Пока не особо, хотя девчата хороши, — я печально вздохнул и в несколько глотков допил коктейль. — Повторишь?

— Разумеется, сэр! — мне намешали ещё.

После третьего стакана меня «потянуло на поговорить» , ибо да — это то, что обычно происходит в баре, и то, для чего бармены очень нужны.

— … в общем, Эндрю, такая вот история. Я был готов бросить весь мир к её ногам, а как у меня начались проблемы, она свалила к гондону, из-за которого эти проблемы и начались. И который продолжал заниматься хернёй за мой счёт и ни в чём себе не отказывать.

— Вот же стерва, — поддакнул разливала. — Ну и вы что?

— А что я? Дерьмо случается. Выбирался из проблем и похуже. Выбрался и на этот раз, попутно послав и этого гондона, и ту стерву… И даже неплохо поднялся на всём этом… Ай, к дьяволу их обоих! Ты там что-то про девочек говорил?

— Да, мы можем предложить вам «приватные танцы »… Ну а дальше « по обстоятельствам» , — он подмигнул.

— М-м-м, а голубоглазые блондинки есть? — поднял я на него взгляд. — Вот такого роста, — показал я «габариты » Эммы, — ну и… не совсем дуры, чтобы… ну ты понял… — да, я создавал впечатление, что слегка перебравший магнат, « скучая» по своей бывшей невесте, хочет заказать себе девочку, на неё максимально похожую.

Разумеется, был вариант, что мне предложат кого-то другого, но тут всегда можно было сказать «не, не то » или что-то в этом роде. Возможно, это был не самый простой вариант пересечься с Фрост, но, как ни странно, такой вызовет куда как меньше вопросов со стороны и будет менее напряжным для самой девушки, чем если бы её вылавливали где-то на улице или получали номер её телефона « в обход» .

— Думаю, вам подойдёт Эмма, — немного подумав, отозвался местный «разливала ». — Вот только… с « продолжением» после приватного танца может и не получиться — она девочка строптивая.

— Что же, заодно проверю, не растерял ли я своей харизмы, — усмехаюсь. — Устроишь нам встречу?

Разумеется, «встречу » нам устроили — в вип-зале, с хорошей звукоизоляцией и, как я чувствовал, полным отсутствием всяких систем наблюдения — заведение действительно было «элитным » и для уважаемых людей, что порой тоже хотят расслабиться, но однозначно без энтузиазма воспримут появление всякого рода записей с их отдыха. Стоила эта встреча даже за «чисто потанцевать » весьма прилично, а тут ведь было принято ещё и « на чай давать» . Впрочем, « весьма прилично» , когда речь идёт о владельце международной корпорации, обретает несколько иные очертания. Но вернёмся к девушке. У меня было несколько вариантов диалога с красоткой, в зависимости от того, что у неё с талантами и насколько её устраивает то, чем она занимается сейчас. Но вот заиграла музыка, и из неприметной ниши вышла действительно сногсшибательная красотка. Эмма была симпатичнее Сьюзен и в « базовой» версии, скажем так, а тут ещё и специальный макияж, и свет, и наряд — в общем, всё, чтобы мужик потерял голову и был на всё согласный. Вот она сделала ещё шаг, наши взгляды встретились, и… на её лице возникло огромное удивление. И нет, это было явно не оттого, что она меня узнала и поняла, для кого тут намечался приватный танец. Впрочем, растерянность у неё длилась недолго, и, располагающе улыбнувшись, девушка принялась танцевать — весьма умело, грациозно, и мне пришлось прилагать заметные усилия, чтобы не залипнуть.

— Кхм, мисс Фрост, без сомнения, открывшееся мне зрелище выше всяческих похвал, но я пришёл сюда не за этим, — ох, как она дёрнулась! И какое лицо! Словно с разбегу на стенку! И, признаться, это было довольно забавно и даже мило. Чуть-чуть.

— Тогда… зачем вы здесь, мистер фон Дум? — напряглась девушка.

— Вообще, я хочу вас нанять. На должность своего секретаря.

— (О_О)… — сказать, что девушка онемела от шока — это ничего не сказать.

— … — я молчал, вежливо улыбаясь и ожидая ответа.

— (О_о), — набежавшая на лицо девушки тень мысли говорила, что моё предложение начали пытаться воспринять.

— … — я не мешал, я был хорошим мальчиком, который просто любуется прекрасной девочкой.

— (о_О)? — кажется она дозрела и даже начала искать подвох в моей реплике.

— Нет, это не шутка. Да, я понимаю, как всё это выглядит. Но это далеко не самое странное, что случалось в моей жизни вообще и что мне приходилось делать в частности.

— (Х_Х)… — кажется, я её сломал.

— Позвольте рассказать чуть подробнее. Мне нужен человек, которому я смогу доверять в достаточной мере, обладающий при этом рядом хотя бы базовых представлений о работе крупной компании и… имеющий ряд талантов. Вроде возможности «видеть собеседника насквозь» , — бросил я пробный камень.

— Вы… Откуда… — и попал в яблочко. — Вы тоже? Поэтому я не могу «прочитать» вас?

— Не совсем, — где-то я краем глаза читал, что на Доктора Дума телепатия не действовала. Удостовериться в этом возможности у меня не имелось, но, видимо, это действительно так. — Хотя ряд талантов у меня действительно есть.

— И вы… — осторожно начала она, — предлагаете мне работу?

— Да, — пожимаю плечами. — Я собрал о вас некоторую информацию… Ничего за пределами открытых источников, — сразу же внёс я ясность, дабы не вызывать «досадных недоразумений» . — И вы мне подходите.

— Как-то это… — она наморщила носик, — внезапно. И странно.

— Понимаю. И тем не менее… согласитесь, когда ещё вам сделают такое предложение, мисс Фрост?

— Да уж… — она чуть нервно улыбнулась. — Я стою в развратном костюме в стрип-баре, и мне предлагают стать секретарём у миллиардера…

— Согласен, звучит дико, — киваю. — Ну так каков будет ваш положительный ответ?

— Вы не допускаете, что я не соглашусь? Вдруг меня и здесь всё устраивает? — это был спор ради спора и просто «показ норова» , но мне нравилось.

— Как я понимаю, вы уже обнаружили у себя телепатические способности. Потому, полагаю, знаете, что для местных вы… — я многозначительно промолчал.

— «Мясо для ебли» , спасибо, я в курсе, — мрачно отозвалась девушка. Ей явно не хотелось признавать, что шанс получить нормальную работу ей очень интересен. И очень нужен. — А что касается вас? Найм стриптизёрши на должность личного секретаря не повредит вашей деловой репутации?

— С учётом того, что недавно творилось в моей жизни, даже если я начну перед Капитолием отплясывать в голом виде канкан, вряд ли это серьёзно повлияет на мою репутацию.

— Пхи-хи! — кто-то явно себе это представил. — Кхм… То есть, — она попыталась взять себя в руки, — мне нужно будет изображать просто красивую дуру, что подаёт кофе, и попутно «читать» ваших партнёров?

— Ещё могу предложить курсы повышения квалификации, если интересно. Ну и сексуальные домогательства с неоднозначными намёками, конечно же.

— Мистер Дум, мы в стрип-клубе! Соблюдайте приличия! — а она начинает мне нравиться.

— Ладно, намёки будут однозначными, но только ради тебя, — согласился я.

— Вы… — она моргнула, — это серьёзно? Я не могу вас прочитать, и это… сбивает с толку.

— Я нормальный мужчина с нормальными мужскими мечтами о мировом господстве и гареме красоток, — серьёзно отвечаю. — Так что да, я однозначно буду оказывать тебе знаки внимания, однако как-либо и к чему-либо принуждать — точно нет. В конце концов, что я буду за гений, филантроп, плэйбой и миллиардер, если не смогу очаровать понравившуюся мне девушку своими силами?

— Что же, по крайней мере, честно, — она вздохнула. — Ладно, почему бы и нет?

— Что, даже не попытаешься заставить мужчину себя поуговаривать? — я вскинул бровь, невольно вспоминая подобные уговоры той же Сьюзен.

— Ну, я не скажу, что в восторге от местной атмосферы и публики. Если вы изучили моё дело, то знаете, что выбора особого у меня не было. Да и трясти задницей до потери «товарного вида» мне не хочется. Так что глупо было бы отказываться от такого предложения.

— Хорошо, — я кивнул, — тогда завтра с утра жду вас в офисе с документами, — я поднялся с уютного и удобного кресла.

— И… вы вот просто возьмёте и уйдёте? — она удивилась, неужели думала, что я скажу «окей, раз с этим решили, то вернёмся к уплоченному — раздевайся!» ? Это как-то вульгарно.

— Что хотел, я получил… — окидываю её взглядом. — Нет, если вы желаете мне подарить приватный танец, то я буду совсем не против, мисс Фрост.

— Хм-м-м… Наверное… в другой раз, — и выжидательный зырк.

— Тогда ловлю на слове, — улыбаюсь ей. — Хорошего вечера! — на этом мы с леди распрощались. Ну а там и бар можно было покинуть. Всё прошло очень даже неплохо.

А через пару дней у меня появилась очень симпатичная секретарша, что породила сразу уйму слухов. Ага, в том числе и тем фактом, что по совокупности признаков (а именно: ноги от ушей, шикарные сиськи, ухватистая попка, золотистые волосы и пьянящие голубые глаза) она была точной копией Сьюзен, только ещё красивее, хе-хе. Пусть это и мелочно, но до чего же приятно!

— Мистер фон Дум, к вам мистер Бен Гримм, — отвлёк меня от увлекательного инструктажа сексуальной секретарши, что происходил в моём кабинете, голос с пульта охраны.

— Хорошо, пропустите его, — ответил я по селектору. — Это, кстати, тоже будет одной из твоих обязанностей — выверять список посетителей, как записанных, так и «белый » и « чёрный» листы.

— Поняла, — ответила Эмма, упакованная в строгий костюм с юбкой. Она даже «для солидности » где-то раздобыла очки без диоптрий и смотрелась теперь как очень строгая и очень горячая учительница. Ну или секретарша, да. И она действительно конспектировала мои комментарии по поводу исполняемых обязанностей и уже даже успела разок опросить Леонарда. Парень, конечно, слегка косил глазом на тему выбора такой помощницы, но дисциплинированно молчал. А о чём думал, знал только он сам. И Эмма, но та лишь закатывала глаза и бурчала себе под нос « ожидаемо» .

— Ладно, пока хватит. Мой гость довольно специфичен, и тебе лучше спрятаться за ширмочку, чтобы не смущать нашего здоровяка своим присутствием.

— Вы же понимаете, что это будет ещё более подозрительно, если он меня там заметит? — на всякий случай уточнила девушка.

— «Если », — я улыбнулся. — « Если» — это очень хорошее слово. Всё, он уже поднимается, беги прячься, пока я не придал тебе ускорение похлопыванием по этой замечательной попке.

— Ну, он предупреждал… — бормоча себе под нос, удалилась мисс Фрост, покачивая бёдрами.

Вот же… Вроде бы и возмущается, даже натурально, но вот такая походка «лодочкой» … Вы хотите сказать, что это у неё само, рефлекторно и без участия сознания? Не верю! Ну или уже вижу то, чего нет.

Вообще, за эти два дня мы успели познакомиться чуть поближе… Без всяких пошлостей! К сожалению… Ну так вот, девочкой Эмма была действительно очень неглупой, жизнью слегка битой, а оттого — в меру осторожной и рассудительной. Но в то же время, видя, что я вполне поощряю более неформальное общение и даже шутки, пока мы наедине, не отказывала себе в этом удовольствии. Тем более что я тоже грань не переходил и не распускал ни руки, ни язык. Что, видимо, она тоже ценила. Увы, долго поразмышлять над тем, какой я замечательный, волевой и вообще кладезь добродетелей цельножелезячная, не получилось — Гримм дотопал до кабинета.

— Привет, Вик, — каменный выглядел ещё более квадратным и брутальным, чем был раньше.

— Здравствуй, Бен… Ну, рассказывай, как тебя угораздило, — я устало вздохнул и посмотрел на Скалу с максимальной укоризной.

— Да во время вторжения атлантов, — поморщился мужик, — эти уроды ведь по всем били, без разбора: по старикам, женщинам, детям. Рид с Джонни и Сью встали на защиту, но их всего трое, а врагов — целая армия. У меня же была возможность помочь. Рид разрабатывал «альтернативное» твоему лечение, но что-то у него не получалось.

— Как обычно, когда дело не касается его жопы, — не мог не закатить я глаза.

— Кхм, — сделал вид, что не заметил моего высказывания, Бен, — в общем, у него получился какой-то препарат, что при неправильном применении мог меня того… обратно превратить. Ну не мог я в стороне стоять! — словно оправдываясь, воскликнул мужик. Хотя почему «словно» ? Так оно и было.

— Допустим. И ко мне ты пришёл, потому что… — предложил я ему продолжить.

— Ну, понимаешь, — он замялся, — хочу попросить тебя ещё раз прогнать через анти-мутационную штуку. Я понимаю, как это смотрится… — ему явно было очень неудобно, — но всё-таки прошу о помощи.

— И почему обо мне вспоминают, только когда нужно решить чьи-то проблемы? — вздыхаю.

Ладно, не стоит выплёскивать раздражение на парня, что на полном серьёзе «пожертвовал человечностью» , просто чтобы получить шанс спасти людей. Такой шаг — это, без шуток, смело. На мой взгляд — глупо. Но смело. Лично я бы на такое не пошёл. Ради действительно Большой Силы — да, причём всё равно попытался бы сохранить все радости и прелести человеческого бытия, чего там, я как раз сейчас и пытаюсь эти радости вернуть, но вот ради других…

— Пойдём!

— Ты поможешь? — удивился гигант.

— Я признаю, что не самый приятный в общении человек, я знаю, что порой могу вести себя… жёстко. Но друзей я не предавал никогда — у меня их осталось очень немного, чтобы ими разбрасываться. Так что я буду тебя материть, называть кретином, рассказывать, где и в каких позах видел, но лечить твою каменную жопу.

— Спасибо! — меня порывисто обняли.

— Если ты меня сломаешь, я не смогу тебе помочь! — так-то вряд ли бы он смог это сделать. Но если бы сдавил сильнее, то осознал, что со мной точно «что-то не так» .

— Ох, прости, — втянул он голову в плечи.

— Ладно уж, пошли. Установка сейчас разобрана, так что пока тебя только осмотрим и прикинем, как это лечить.

— А нельзя меня просто ещё раз засунуть в этот твой излучатель? — подстраиваясь под мой шаг, спросил Бен.

— Засунуть-то можно. Но в прошлый раз я точно знал, что и как с тобой случилось, и потому смог подобрать «лекарство ». Но сейчас ты изменился посредством другого воздействия, и, пропустив тебя через излучатель, мы рискуем усугубить твою ситуацию. Сам ведь должен понимать, что такое « неправильно назначенное лечение» и к каким последствиям оно может привести. Так что поздравляю, на следующие две недели ты переселяешься в застенки к безумным учёным. Хэнк будет счастлив.

— Эм, Хэнк?

— Доктор Маккой. Он сейчас возглавляет отдел генетических исследований, заменив Сьюзен. При всём желании, я не могу постоянно контролировать ход всех работ — слишком много всего навалилось, а когда я только подумал, что наконец-то разгрёбся, чёртовы пришельцы попытались взорвать мой город, и работы стало втрое больше!

— Эм… Атлантийцы — не пришельцы, они всегда здесь были.

— Да плевать, это не отменяет того, что они попытались взорвать мой город и добавили мне работы, из которой я и так уже год не вылезаю.

— Кхм… — Бен скосил взгляд. — Выглядишь ты действительно не лучшим образом.

— А что делать? В моих жилах давно уже течёт даже не кофе, а заряженный огромным зарядом энергии жидкий сверхпроводник, — сказал я честную правду.

— Ты бы это… поберёгся, здоровье — оно одно…

— Если бы это говорил не мужик, что принял на грудь сомнительную бурду сомнительного происхождения, чтобы мутировать в кремнийорганическую форму жизни, это звучало бы более убедительно, — хмыкнул я.

— Твоя правда, — рассмеялся Бен.

Далее мы продолжили разговор о «всяком разном », я — так, для вежливости — расспросил, как там « все» , Гримм так же тактично ответил, что более-менее, а потом и вовсе переключился на свою личную жизнь. Из серии — встретил прекрасную девушку: добрую, милую, весёлую. Немного слепую, но это никого из парочки не беспокоило. В общем, слово за слово, а там и спустились вниз, и дошли до лабораторий, где я представил большого каменного Маккою, предварительно позвонив и попросив услать лишний персонал куда-нибудь, особенно Питера, ибо рановато не-паучку знакомиться с одним из Четвёрки. Далее мы несколько часов прогоняли Гримма через нашу машинерию. И делали первые выводы, не самые приятные для здоровяка.

— Что же, — я сверился с данными анализа, — как я и говорил, простой излучатель теперь тебе не поможет. Клеточная структура была принудительно изменена. Слишком резкий процесс повредил геном.

— То есть обратно человеком мне не стать? — с некоторой досадой и печалью спросил «голем» . Впрочем, насколько я знал, он мог нормально есть и чувствовать вкус пищи, прикосновения тоже спокойно ощущал, именно поэтому таскал кроссовки семьдесят второго размера, а не топал босиком по холоду и острым камушкам с прочим мусором вдогонку. Не знаю, как там у него в кровати с его пассией получается, и знать не хочу, но… завидую немного.

— С ходу — нет, — поправил очки Хэнк. — Однако у нас остались ваши прошлые образцы, на их основе можно попробовать создать ретро-вирус и переписать геном обратно, после чего пройти терапию излучателем. Это должно помочь… теоретически. Но потребуется время. И, в идеале, тот образец сыворотки, что вас так изменила.

— Вик… — повернулся было ко мне Бен.

— Нет, — я покачал головой, — Ричардса я не подпущу к своим лабораториям и на пушечный выстрел. Его гонор и так стоил мне почти всего, включая любимую когда-то женщину. У меня больше нет друга по имени Рид. Если хочешь, попробуй уговорить его дать тебе образец. Я, со своей стороны, обязуюсь не использовать его иначе, чем для исцеления тебя. Но это — всё, что я могу предложить.

— Хорошо, — вздохнул Гримм, — это и так много больше, чем я смел просить. Я попробую поговорить с Ридом, — пусть каменный и произнёс это, но по его тону было понятно: в то, что Ричардс выдаст своё вещество, чтобы не он изобрёл лекарство для вроде как друга, сам Бен не верил. Что же, значит, так астронавт лучше поймёт цену этой «дружбы» между ним и человеком-гондоном.

— Что же… удачи тебе с этим… резиновым. А в лабораторию приходи ежедневно, с… — я повернулся к Хэнку.

— С девяти до четырёх, будем смотреть, как это обратить. Впрочем, образцы для исследования и опытов есть, так что мистер Гримм не обязан появляться здесь каждый день. Вот мои контакты, — протянул учёный карточку, — если что, мы всегда сможем созвониться.

— Ещё раз спасибо, — кивнул нам обоим здоровяк.

— Пока ещё не за что, — растерянно пожал я плечами, — разве что, как всё закончится, пригласишь меня на свадьбу с этой своей Арисией.

— Кха… — чуть выпучил глаза «голем» . — Мы… ещё не заглядывали так далеко.

— Я никуда не тороплюсь, — пожимаю плечами. — А теперь, с вашего позволения, я вас оставлю — у меня ещё куча дел. Или тебя подбросить, Бен?

— Не, — отмахнулся чуть повеселевший здоровяк, — в последнее время я полюбил прогулки, — на этом мы распрощались. Дел по-прежнему было по горло, и тут я потратил тот максимум времени, который только мог. Если он принесёт мне в ответ формулу Ричардса, то будет хорошо, если нет (что более вероятно) — что же, ещё один кирпичик в лояльности Бена мне и в стене между ним и гондон-мэном. Тоже приятно, ибо тяжёлый каменный штурмовик в хозяйстве всегда сгодится.

Глава 7

Вернувшись в свой кабинет, я вновь зарылся в проекты. Пусть немного отвлечься, а заодно чуток испортить отношения здоровяка с гондон-мэном и было приятно, но авралов и кучи задач, что нужно было сделать «вот прям вчера », никто не снимал. И это выматывало и убивало. Не физически, тут моя цельно-железячность позволяла пахать на зависть всем тракторам неделями напролёт, но вот морально и психически я всё ещё оставался человеком. Откровенно затрахавшимся человеком, что толком не может снять стресс. Короче, я решил слегка «подзаправиться ». Кто-то в такой ситуации выпивает стакан-другой чего-то эдакого, кто-то выкуривает пару сигарет, кто-то вызывает симпатичную секретутку для понятных целей… Эх, всё это было мне недоступно, потому я пошёл «лизать розетку» . Если быть точным, то просто протянул к ней руку и позвал поток электричества. Ну а поскольку до крутых решений уровня « розетка в скрытой нише прямо на столе» местный прогресс и дизайн ещё не дошли, а мне заниматься ещё и этим было уже вот совсем некогда, то пришлось топать к стене, у которой висел телевизор, и подзаряжаться там. Нет, можно было и « притянуть» своей силой, но здоровенный дуговой пробой в несколько метров обеспечит такие помехи в сети, что автоматика нафиг вырубит всё, потому как если она не вырубит всё, то эти самые помехи как минимум выжгут блоки питания у всей оргтехники. А я ещё не настолько зазнался, чтобы мне было влом пройти эти самые несколько метров. Правда, я не учёл законов Мёрфи, да… В общем, стою, никого не трогаю, по пальцам весело бегут разряды, даря приятное чувство живой кожи, и… разумеется, в этот момент Эмме от меня что-то потребовалось.

— Мистер Дум, тут… — она вошла в кабинет, параллельно поправляя папку с какими-то бумагами. А на розетку со входа открывался хороший вид. Если быть точным, то на то, как я от этой розетки «подзаряжаюсь» , причём ракурс в самом деле был удачным, свалить на то, что мне что-то показалось, и я решил глянуть, не выйдет никак. — Эм… Что-то мне подсказывает, что это не странная попытка самоубийства.

— Лучше бы это «что-то» подсказывало, что нужно стучаться, — я поднялся и раздражённо провёл рукой по лицу… забыв, что на пальцах ещё скачет заряд плазмы. Моей физиономии с этого было ни тепло, ни холодно, но вот запах палёного грима сообщил, что маскировка считает иначе. — Вот же чёрт! Опять её синтезировать… — с досадой начинаю отдирать от пальцев и лица остатки полимерной маски.

— Э-э-э…

— Нет, я не киборг-убийца из будущего, что занял место настоящего фон Дума, а его самого убил и избавился от тела… — смяв личину, выбрасываю её в мусорку, заодно подаваясь к одному из зеркал, что с некоторых пор всегда были под рукой в любой точке основных мест моего обитания.

Остатки оригинальной кожи ещё имелись, но, Боги, зомби в каком-нибудь ужастике категории «Г» и то выглядели свежее и симпатичнее! Н-да, этот разговор я хотел провести несколько позже, но чего уж теперь? А немного юмора поможет ситуацию разгрузить. Наверное.

— Это бы объяснило, почему я не могу прочитать ваши мысли, мистер Дум, — предупредительно ответила мисс Фрост.

— Но не объяснило бы мои мечты о мировом господстве и гареме красоток, — внёс я важное уточнение. — Хотя ладно, господство ещё натягивается, но вот красотки — нет. И это печально…

— Кхм… — прокашлялась эта самая красотка. — Да, пожалуй, машина выдавать такие пошлые и неоднозначные шутки не сможет. То есть вы тоже… мутант? — слово моей секретарше явно не нравилось, тем более что в местных реалиях оно пусть ещё и не обрело полного спектра негатива, но некие поползновения уже начинались. О моей природе она тоже «знала », но одно дело — иметь формальное представление, из серии «он тоже мутант-телепат, что может от меня закрываться» или « у него есть специфический антителепатический талант» , и другое — видеть, как шеф подзаряжается от сети и случайным движением сдёргивает грим, под которым — живой металл.

— Да, — сложно было не согласиться. — Так что когда меня называют стальным человеком, они оказываются правы несколько больше, чем думают сами.

— Ага… — девушка неловко переступила с ноги на ногу. — А я тут документы на подпись принесла, — мне протянули папочку. И это, собственно, вся реакция. Что же, быстро в себя пришла, впрочем, почему бы и нет? О моей природе она и так знала, ну а то, что она оказалась несколько более выразительной… Право слово, не так уж это и критично.

— И тебя это не волнует? — я постучал пальцем по виску. Раздался лёгкий звон.

— Ну, вы предложили мне хорошую работу с хорошим окладом. И ещё ни разу не домогались, в отличие от моего прошлого места работы, так что, — она пожала плечами, — ну железный так железный.

— Э-э-эх, на самом деле моя металлорганика ближе по свойствам к титановому сплаву, а не железу, — вздыхаю. — И я бы подомогался, но смысл?

— Оу… — меня ещё раз окинули взглядом. — Кхм… И… Это…

— Там всё работает, если ты хотела спросить об этом. Но… там тоже всё железное.

— Это… как?

— Все ткани тела заменены на металлоорганический сплав прочнее титана и твёрже алмаза, но внешний покров малочувствителен. Я даже вкусы уже плохо различаю, а уж чтобы ощутить какую-то стимуляцию… В общем, человеческие плоть и мышцы просто не способны создать необходимое давление.

— Поэтому вы ищете способ лечения?

— Уже выяснила? — ухмыльнулся я. — Молодец. Но нет, мутация — это не болезнь, её не надо лечить, — прохожу к неприметному комоду и извлекаю из него чемодан, где хранилась запасная маска с набором грима.

— Разве вы только что не перечислили явные проблемы от своей мутации? — не поняла девушка.

— Да, перечислил. И да, они неприятны. Но, в отличие от Бена Гримма и доктора Маккоя, я не ищу способа блокировать свою мутацию, я хочу её завершить, — достав маску, начинаю прилаживать своё «лицо» на положенное ему место, — потому как имею все основания полагать, что такие побочные эффекты — это результат неправильной активации генома.

— Тот ваш полёт на космическую станцию, о котором столько писали и после которого появилась Фантастическая Четвёрка?

— Именно. Бен получил самую большую дозу облучения, находясь в открытом космосе. Рид, Сьюзен и Джонни были внутри станции. Я же находился внутри внутреннего периметра, ограждённый защитными экранами. И эти экраны отсекли какую-то часть излучения, которая воздействовала на остальных. Сейчас я пытаюсь понять, какую именно, — маска была надета, а стыки аккуратно и уже вполне профессионально замазаны гримом. — Ну и заодно разрабатываю проект суперсолдата для военных, — уже более позитивным тоном сообщаю девушке, полностью поворачиваясь к ней.

— А поиски натуральных мутантов? Те, что ведёт отдел аналитики…

— Уже и это пронюхала? — довольно улыбаюсь, натягивая перчатки. — Ты умница!

— Это не ответ…

— Почему же? — усаживаюсь в свободное кресло и жестом предлагаю ей присесть напротив. — Всё довольно очевидно.

— Хотите поставить мутантов на службу правительству? — опасливо приблизилась к указанной мебели Эмма, но садиться не спешила.

— Нет, хочу обеспечить бескровный транзит власти от Homo Sapiens к Homo Superior. Встроить людей со сверхспособностями в существующую систему власти более-менее на условиях этой системы, без потрясений, кровопролития, гражданских войн и скатывания общества к новому феодализму.

— И поэтому вы хотите помочь правительству создать армию суперсолдат?

— Я тебя умоляю, — показательно морщусь. — Никто не будет создавать армии суперсолдат, когда получит рабочую технологию их создания! Силы и способности будут прививать исключительно правящей верхушке, с целью сохранить её, верхушки, правящее положение. А сказки про солдат — это так, мишура для отработки технологии под благовидным предлогом.

— Вы так спокойно об этом говорите… — несколько оторопело пробормотала девушка, всё-таки присев в кресло, ибо в ногах у неё, похоже, появилась некоторая слабость.

— Эмма, ты умная женщина, — подаюсь вперёд, упираясь локтями в колени, — а благодаря своему дару должна была хорошо изучить человеческую натуру. Так скажи же мне, как поступит облечённый властью человек, чьи положение и власть строятся на его деньгах, когда рядом появится кто-то, чья власть базируется на личной силе? Кто-то, чья личная сила позволяет плевать на любую охрану, законы, полицию и общественное мнение? Кто-то, кого не купить деньгами, потому что он сам может просто прийти и взять эти деньги силой, не вешая себе на шею никаких обязательств? Кто-то, кто по всем признакам оказывается большим альфа-хищником, чем сам человек, при этом претендует на его, человека, ареал обитания? Повторюсь, речь идёт не про среднестатистического обывателя, который и так живёт в парадигме, что он далеко не король мира, а о человеке с властью. Как правило, представляющем некую династию, что своё положение укрепляла поколениями. Человеке, привыкшем быть вершителем судеб мира, а не тем, чью судьбу решают без него. Как такой человек отреагирует?

— Он… попытается уничтожить угрозу, пока ещё имеет власть.

— Именно! — вновь откидываюсь на спинку кресла. — Такие люди не будут тихо ждать своего конца, они постараются ударить первыми, ударить наверняка. И за своё положение, за свою власть они будут сражаться с упорством загнанных в угол крыс. Всегда сражались. Никогда в истории человечества правящий класс не отдавал своё положение без крови и сопротивления. Они уже начинают действовать. Негативное восприятие слова «мутант» , посеянное в обществе опасение мутантов, внушённый самим мутантам страх себя раскрыть — всё это первые звоночки. О мутантах гарантированно знают уже лет пятьдесят, а первые случаи фиксировали ещё в восемнадцатом веке. От начала гражданской войны и чисток по расовому признаку мир спасают только непонимание власть имущими реальных масштабов и умозрительность их знаний, но ещё несколько инцидентов, подобных недавнему вторжению атлантов, сдобренных наглядными выступлениями Фантастической Четвёрки, — и всё закрутится. Умозрительное понимание перейдёт в фактическое наблюдение врага и того, на что он способен, это породит страх, а он — агрессию. Уже сейчас ассигнования на военные разработки увеличились кратно, не успела даже начаться разрядка в области гонки вооружений после развала СССР, как всё возвращается на круги своя, и как бы не с большим размахом. Идёт активный поиск военного решения. Ещё лет десять, максимум пятнадцать, и война начнётся.

— И при этом вы… — Эмма сглотнула ком в горле, явно не зная, как реагировать.

— Ищу способ устранить основу конфликта, — невесело улыбаюсь.

— Основу?.. — кажется, я вывалил на неё слишком много информации, и девочка не до конца её переварила.

— Её, родную. Основа — в страхе потерять власть, потерять своё положение. Причина страха — понимание, что деньги и связи не помогут против огромного каменного мужика, который может принять на грудь выстрел танка, потом оторвать танку башню и, используя её как колотушку, превратить в кровавое месиво пехотный полк. Но там, где они пытаются избавиться от причины страха через физическое устранение таких каменных мужиков, я ищу способ отменить сам страх через дарование людям у власти или хотя бы их детям тех же способностей, что и у каменного мужика. Вновь сделать людей равными, как это некогда сделал Кольт. И тут или у меня получится, и мы сохраним нынешний пусть несовершенный, но всё-таки развивающийся и двигающийся в сторону гуманизма мир, или начнётся война по расовому признаку.

— Но почему мы должны помогать тем, кто хочет нас уничтожить, вместо того чтобы готовиться к этой войне на стороне мутантов? — нахмурилась Фрост.

— Потому что кто бы ни победил в такой войне, результат будет крайне плачевен для всего мира. Вернее, с миром-то будет всё в порядке, а вот человечеству хана, — качаю головой.

— Почему?

— Потому что победа простых людей приведёт к вымиранию человечества. Мутанты — люди. Да, существуют искусственные мутанты, тот же Капитан Америка или вот сейчас Фантастическая Четвёрка с твоим покорным слугой, но кто тебе сказал, что их искусственность целиком искусственна? Что, если мы в любом случае должны были пробудить свои силы, просто позже, а сыворотки и излучения лишь ускорили естественный процесс? В ситуации, когда по всей планете всё чаще появляются люди, у которых в подростковом возрасте начинают проявляться особые способности, вплоть до физических метаморфоз, при полном их отсутствии раньше, глупо полагать, что искусственные мутанты возникают исключительно из-за каких-то химикатов или излучения, что сами собой меняют их генетическую структуру. Поэтому даже в мире, где мутантов массово истребят, они продолжат рождаться у обычных людей, как это происходит сейчас. И если их продолжат уничтожать, это рано или поздно, но приведёт к вымиранию человечества.

— Но ведь победа мутантов не должна быть такой? Нам не нужно уничтожать всех обычных людей!

— Верно, только победа мутантов неизбежно приведёт к новому феодализму, где каждый мало-мальски сильный мутант будет сам себе хозяином и правителем некой территории, где он будет творить что захочет по праву сильного. Никакой глобализации, никакого обмена научной мыслью, никаких международных компаний, государственной системы образования, новейшей медицины и курортных туров — человечество быстро превратится в техноварваров на обломках цивилизации, а новые региональные корольки будут озабочены лишь собственным комфортом, и плевать им будет на какую-то чернь, что помирает от отсутствия вещей первой необходимости, которые уже никто не производит. И так будет продолжаться, пока не появится какой-нибудь сверхмутант и не объединит планету за счёт тотального превосходства над отдельными феодалами в личной силе. Только тогда вновь начнётся какое-то движение вперёд, восстановление науки, гражданских институтов и так далее. Вот только шансы на такой исход откровенно невелики, ведь те же атланты не будут сидеть в стороне и могут включиться в войну или добить победителей, да и кроме них могут найтись какие-нибудь соседи по галактике. Так что, — развожу руками, — мой вариант самый бескровный и выгодный для человечества. И я предлагаю тебе помочь мне его реализовать, — одаряю девушку новой улыбкой.

— А всё-таки, что с теми детьми, которых ты приказал искать? Что ты будешь с ними делать?

— Учить, воспитывать, потом продвигать в высокие кабинеты, знакомить с важными людьми… Делать частью существующей политической элиты.

— Поэтому в списке преимущественно девушки?

— Нет, девушки там потому, что я бабник. И я рассчитываю когда-нибудь решить свою проблему с кожным покровом.

— Ну… от человека, который нанял свою секретаршу в стрип-баре во время приватного танца, стоило ожидать чего-то такого.

— Так каков твой ответ? Ты со мной?

— Участвовать в заговоре богатого магната, что хочет наводнить правительство своими людьми… Хм… Это всё ещё лучше, чем трясти задницей в стрип-баре. Но я рассчитываю на прибавку к зарплате и небольшие бонусы! — последнее было вроде бы шуткой, но в этой шутке была только доля шутки.

— М-м-м, — хорошая девочка, да и подмётки рвёт на ходу, — ладно, думаю, мы сможем договориться. Но тогда я хочу и для себя бонусов!

— Это та самая часть с домоганиями? — уточнила Эмма.

— Она самая! — я довольно покивал.

— Для начала вам нужно решить «проблему кожного покрова» , сэр. И только тогда мы сможем вернуться к этому вопросу.

— Э-э-эх, никакой личной жизни у бедного киборга-убийцы из будущего… Но буду иметь в виду, а теперь что там за документы на подпись?

— В смысле уже ноябрь⁈ — оторопел я от новости, что только что услышал от Эммы.

— Если это шутка, то я её не поняла, — сухо ответила девушка, сменившая предельно строгий наряд секретарши на радикально-белый брючный костюмчик с глубоким декольте.

— Но ведь только что был март… — пробормотал я, открывая на компьютере календарь, дабы убедиться, но… нет. Опять куда-то делось ещё четыре месяца! Время, ты охренело⁈

— Когда ты последний раз спал? — на миг закатив глаза, поинтересовалась Фрост, которая не только сменой костюма, но и вот такой вот фамильярностью реализовывала полученные «бонусы» от вступления в мой заговор.

— М-м-м… Не помню, это было ещё до вторжения атлантов, — честно признался я.

— Но так нельзя, — проникновенно взглянула мне в глаза Эмма.

— А как иначе? — в свою очередь вскидываю бровь. — Проект протезов нельзя оставлять в подвешенном состоянии, и без меня его никто не сдвинет. Реверс-инжиниринг бластеров атлантов тем более не отдашь на аутсорс. Я уже даже исследования исцеления собственной рожи почти забросил! — вот правда, хотелось разорваться на много маленьких Викторов, но, увы, почкование и самокопирование не входят в перечень моих способностей, зато я могу лизнуть розетку и поймать заряд бодрости на несколько часов.

— Я понимаю, что физически ты способен действовать на пике возможного неограниченно долго, но потеря чувства времени — это явный признак ментального выгорания. И если не хочешь спятить, тебе нужно отдыхать. К тому же, — девушка достала из папки в своих руках некую распечатку, — кажется, я нашла ведущего инженера для проекта протезов.

И мне на стол лёг лист с краткой характеристикой.

— Спенсер Смайт [8] ? — прочитал я имя кандидата. Чем-то оно мне было знакомо, но вот поймать ассоциацию за хвост никак не получалось.

— Он малоизвестный учёный в области робототехники, родом из Европы, — начала пояснять девушка, кратко пересказывая содержимое документа, — долгое время работал на производстве в Великобритании, отличился активным внедрением автоматизации в производственные процессы, писал научные статьи, но, по всей видимости, не был заинтересован в получении звания доктора наук. Несколько лет назад его сын Алистер Смайт оказался парализован в результате несчастного случая, а чуть позже фирма, где он работал, решила перенести производства с островов в Аргентину, в связи с чем Спенсер попал под сокращение. Преклонный возраст и забота о ставшем инвалидом сыне уже не устраивали его работодателей. На данный момент проживает в США, куда переехал с сыном для лечения последнего. Нигде не работает, живёт на сделанные накопления.

— Вот как… — протянул я, пробегаясь взглядом по тексту. Алистер Смайт… Это имя было мне более знакомо и уже помогло подцепить ассоциации. Я мог ошибаться, но, кажется, именно так звали Умника — молодого парня-инвалида, что ездил на навороченном кресле-каталке и работал на Амбала, создавая тому роботов для поимки Спайдермена, пока не был принудительно мутирован… И да, у него вроде бы был отец, которого Амбал ещё в криогене держал…

— Я подумала, что опытный инженер, хорошо знакомый с реальным производством и внедрением новейших технологий, может подойти на эту должность. Тем более он, кажется, и вправду сильно озабочен помощью сыну, а протезы ведь могут быть не только заменителями потерянных конечностей, можно ведь создать и что-то вроде внешнего экзоскелета, который позволит перемещать ноги почти естественным образом. А значит, реализуется личная заинтересованность в проекте, как у доктора Маккоя, — продолжила пояснять свою мысль телепатка.

— Ты умница! — резко подвёл итог её словам я, опуская лист на стол. — Я бы тебя расцеловал, но я — холодный и совсем не мягкий, так что… Премия! А пока организуй мне встречу с этим мистером Смайтом — будем соблазнять творческий ум деньгами и лучшим будущим!

— Никогда бы не подумала, что человек, распоряжающийся миллиардами долларов, может себя так вести, — покачала головой Эмма, впрочем, не особо пытаясь подавить улыбку.

— Сочту за комплимент.

В этот момент раздался стук в дверь.

— Да? — разрешил я.

— Сэр, — в кабинет вошёл как раз один из сотрудников отдела мониторинга проявлений суперсил, — появились новости, — мужчина бросил короткий взгляд на Фрост с немым вопросом, может ли он продолжать при секретарше, ибо работа отдела была крайне секретна.

— Слушаю, — нетерпеливо поторопил я, отметая сомнения сотрудника.

— Только что по одному из спортивных каналов показывали ток-шоу, в котором фигурировала некая «девушка-паук» . Судя по кадрам, её физические параметры и координация движений превосходят стандартные для человека на порядок! Кроме этого она способна ходить по стенам.

— Девушка-Паук? — я моргнул. Какого хрена? Там же на выставке никакой паук никого не цапал! Или я чего-то не знаю?

— Да, — кивнул аналитик. — Вот запись, — мне протянули кассету.

— Хорошо, я ознакомлюсь…

Отпустив аналитика, я действительно поспешил вставить кассету в видик, и мы с Эммой вгляделись в экран. На экране же спортивная девица с очень тренированными бёдрами и грудью-двоечкой исполняла различные пируэты на снарядах под шквальные аплодисменты зрителей студии. Облачена девица была в экстремально облегающий чёрно-белый костюмчик с капюшоном, подкладка которого, как и внутренняя сторона рукавов, была вышита розовым в паутинную клеточку. На ногах же имелись зелёные балетки… И она исполняла различные гимнастические трюки с запредельными для человека ловкостью, скоростью и координацией, а также сбивала струями выпускаемой из запястий паутины огоньки свечей на расстоянии десятка метров и-и-и… могла бегать по стенам.

И если бы не явная двоечка с прицелом на третий размер там, где раньше была единичка, я бы поклялся, что вижу Гвен Стэйси из мультика про становление Майлза Моралеза. Да что там? Я и так готов был поклясться, что это она! Костюм — один в один, рост — тоже, общая комплекция… Да, там на выставке я её не щупал, да и носила она лёгкую кофточку поверх рубашки, но на глаз очень похоже.

Перевожу взгляд на фото, что до сих пор стояло в рамочке на моём столе.

Да, чёрт возьми, похоже! Это была сто процентов она! Но какого хрена⁈ Не было же никакого паука! Никаких укусов! Она даже не че… А, нет, она как раз чесалась. Почёсывала тыльную сторону правой руки как раз перед фотографированием.

Боги, я дебил! Как⁈ Боги, как я мог так протупить⁈ Я шёл на выставку с целью найти, кого укусит паук, и я видел человека, который точно мог стать вариацией Спайдермэна и чесал руку, но у меня в голове ничего не щёлкнуло! Я не Человек из Стали, я человек из стопроцентного морёного дуба!

— Проклятье… — моя ладонь накрыла лицо под звуки очередных оваций крутому сальто девчонки. — А к слову говоря… — резко взбодрился я, вновь возвращая взгляд к монитору.

Какого чёрта она выступает на TV? Она что… ещё не работает на меня? Почему⁈ Какого хрена⁈ Паркер! Ты что, не дал ей рекомендацию⁈

— Сэр?.. — вопросительно вздёрнула бровь Эмма.

— Так! — беру себя в руки. — Займись Смайтом, договорись о встрече в удобное ему время и сходи к юристам, чтобы подготовили вариант договора. Пусть не жмутся с зарплатой, добавят пункт об уходе за его сыном в нашей внутренней клинике и прочую социалку в рамках разумного, но про секретность и собственность на патенты не забудут. А я пока займусь вербовкой нашей первой подопечной, пока её за такие фортели не упекли в правительственную лабораторию и не разобрали на органы.

— Неужели ты знаешь, кто это? — женщина удивлённо перевела взгляд с меня на экран, где лицо выступающей было закрыто сплошной маской.

— Гарантий не дам, но… есть одна мыслишка, — улыбнулся я и направился к телефону.

Гвен шла по коридору центрального офиса Фон Дум-Индастриз на Манхэттене и пыталась понять, как так получилось? Ни в коем случае нельзя было сказать, что она недовольна тем местом, где находится, и причиной самого нахождения, но голова шла кругом, а засевший в животе тугой комок нервов не переставал кричать, что всё это больше похоже на сон, а значит, она в любой момент может проснуться, и всё будет как раньше: никакой стажировки в международной корпорации с собственной орбитальной станцией, никаких суперсил, да ещё и вступительные экзамены в Колумбийский университет могут оказаться не позади, а только на носу.

Эти мысли не прибавляли спокойствия и без того нервной ситуации, когда она идёт на собеседование. А началось всё со школьной поездки на научную выставку.

Тогда с самого утра всё шло наперекосяк: папа задержался на работе до утра, она не успела позавтракать, чуть не опоздала к месту сбора, а потом её вообще укусил какой-то паук-мутант. Вроде бы маленький, как любой, которого можно встретить в паутинках по углам лестничной площадки и которые совершенно не кусаются, но этот цапнул так больно, словно пчела какая-нибудь, а потом ещё и рука жутко чесаться начала. Но если бы только это! Укусить всякие букашки могут в любой момент, а подойти и сфоткаться с настоящим миллиардером и главой крупной международной корпорации шанс выпадает нечасто и совсем не всем, так что в тот момент она больше паниковала, нервничала и судорожно пыталась вспомнить, накрасилась она или нет? Даже это вылетело у неё из головы!

Разумеется, как дочь полицейского, она была в курсе, что интерес богатых, облечённых властью мужчин к симпатичным (она же ведь симпатичная, да?) молодым девушкам частенько для этих самых девушек заканчивается в лучшем случае разовым сексом. Но, во-первых, ничего такого она в своём отношении допускать точно не собиралась, а во-вторых, Виктор фон Дум оставался миллиардером, к тому же что ни говори, но харизма у него была бешеная — слово здесь, жест там — и вот уже толпа людей, видящих его первый раз в жизни, готова едва ли не бежать туда, куда он скажет, и делать то, что он скажет. Да и как мужчина он был весьма и весьма… Кхм… Гвен помотала головой. Это была просто мимолётная встреча, пусть и оставившая в итоге у неё довольно приятную фотографию.

Но выставка кончилась, и ураган событий вновь подхватил её. Тот укус оказался куда как большим, чем показалось изначально, и последствия у него тоже оказались куда как более масштабными. Вечером ей стало плохо: поднялась температура, кружилась голова, ломило тело. Правда, тогда она посчитала, что перебрала с мороженым и умудрилась простыть, да и погода в начале весны весьма коварна — вроде бы тепло и солнце светит, а стоит снять кофту, и ещё минуту назад казавшийся ласковым и нежным ветер продерёт тебя до костей. Вот только когда она проснулась на следующее утро, не было продолжения ломоты, головокружения и боли в горле, вместо этого она осознала, что чувствует себя просто превосходно.

…И раздавила ручку на двери своей комнаты, когда ещё «в режиме зомби » направилась в ванную. Ручка была хорошей, железной, но немного туговатой — требовалось приложить пусть и небольшое, но заметное усилие, чтобы её повернуть. Вот она привычное усилие и приложила. Звук « крак» от разламываемого стопора, а следом за ним сухой хруст раздавливаемой в сжавшемся с испугу кулаке ручки послужил хорошей альтернативой душу — взбодрилась мисс Стэйси быстро.

Дальше начался вообще какой-то сюрреалистичный кошмар! Она прилипала ко всему подряд, даже к самым гладким вещам, и прилипала так сильно, что проще было сломать или порвать вещь, чем её отодрать. Только взяв себя в руки и успокоившись, она смогла более-менее разобраться с этим, заодно обнаружив и ещё кучу последствий укуса. Прежде всего, она стала в десяток раз сильнее и с лёгкостью могла передвинуть тяжёлый шкаф в своей комнате, при этом тот был набит книгами и прочими не самыми лёгкими вещами. А ведь даже отец этот шкаф двигал только пустым и с некоторым трудом. Скорость реакции аналогично возросла неимоверно: когда девушка двигала шкаф, с полок слетело несколько книг, но до земли они так и не долетели — все пять томиков были мгновенно подхвачены ещё в воздухе, при этом дочь полицейского даже не особо отвлеклась на это действие, продолжая двигать шкаф. Но самое существенное…

Гвен почувствовала, как кровь приливает к её щекам.

Они стали больше!

Да, тогда она добрый час крутилась перед зеркалом, не в силах поверить, но её грудь увеличилась! Не то чтобы у неё была плохая фигура — занятия гимнастикой позволяли держать себя в тонусе, однако от природы она была довольно худощавой, потому несколько завидовала той же Уотсон, что в свои девятнадцать имела уже почти третий размер, в то время как самой Гвен оставалось только надеяться, что годам к двадцати она «дотянется » до двоечки. Обидно. Однако в то утро она нащупала все « два с половиной» , да и попа тоже чуть округлилась…

Правда, все восторги быстро смыла необходимость учиться ни к чему не приклеиваться и привыкать к новой физической силе, а ведь впереди были экзамены! Сперва выпускные, а потом вступительные! Страшно вспомнить, сколько ручек и карандашей с тетрадями она угробила, прежде чем приспособилась. Легко сказать «просто прилагай меньше усилий» , а как тут прилагать меньше, если и без того на некоторых экзаменах натурально трясёт, и только крепче сжимая ручку, можно этого не показать? Она ведь не Гарри Озборн! От её оценок зависит её будущее!

Но, к счастью, всё это осталось позади. Она со всем справилась, поступила и даже… даже смогла синтезировать жидкую паутину! В Мидтаунской школе науки и технологий были прекрасные лаборатории с уникальным для учебных заведений такого уровня оборудованием и даже небольшим станочным парком для проектов по механике и работотехнике. Только поэтому она и справилась, но… но самым странным было то, что хоть она и считала себя не самым глупым человеком в классе, а также никогда не отлынивала от уроков химии, но и гением Гвендолин Стэйси не являлась. Она прекрасно отдавала себе отчёт в том, что до того же Паркера ей было далеко, пусть формально её оценки и были ничем не хуже. И тем не менее ей удалось синтезировать паутину: мягкую, как шёлк, и прочную, как сталь. Причём сделать это получилось буквально из подручных средств — стандартных реагентов, что были в их классе химии, хватило с избытком. Она словно знала, инстинктивно понимала, что и в каких пропорциях нужно смешать, чтобы вышло то, что нужно. То же самое и по поводу «устройства выпуска » этой самой паутины. Хотя там было уже несколько сложнее — Гвен откуда-то досконально понимала, что и как делать, чтобы сплелась « нить» , но вот механизм именно стрельбы — это чисто её разработка, которой девушка сильно гордилась, пусть ничего сложного в том и не было.

Когда случилось нападение считавшихся мифическими атлантов на Нью-Йорк и другие прибрежные города по всему Восточному Побережью, она находилась у себя дома, но сделать ничего не успела. Растерянность, шок, страх за отца, полное незнание, что и как делать… Наверное, будь у неё тогда костюм, она бы надела его и отправилась на помощь, хоть и слабо себе представляла, что может сделать с этими пришельцами, которые спокойно принимают на свою броню автоматные выстрелы, но… в итоге всё закончилось так же внезапно, как и началось. И ей никуда бежать и никого спасать уже не требовалось.

Со всеми этими событиями, исследованиями, созданиями и проверками незаметно промелькнула вся весна, а затем лето и половина осени. Бывшие одноклассники расползлись по жизни. Тот же Паркер, подумать только, ещё до зачисления на первый курс умудрился стать лаборантом и работать под патронажем самого доктора Маккоя! Школьные подруги тоже как-то незаметно отдалились, впрочем, тут была виновата сама девушка — и так не сильно компанейская, она совсем забросила общение, когда получила «Паучьи Силы» . Впрочем, в этом был и несколько эгоистичный мотив — Гвен пришла к выводу, что довольно сложно было бы объяснить неплохо знающим её девушкам, откуда у неё такие сиськи и задница, что не каждому пластическому хирургу под силу… не говоря о том, что у неё бы точно не хватило денег на подобное. Так что избегала общения она вполне намеренно.

Стэйси чуть вздохнула и огляделась по сторонам. Так, кажется, ей во-о-он туда…

И вновь углубилась в воспоминания.

Вопрос денег после поступления не то чтобы встал ребром — капитан полиции зарабатывал вполне достаточно, чтобы хватало на двоих и получилось даже накопить на колледж, — но сидеть на шее отца девушке очень не хотелось, да и «просить карманные » в её возрасте уже как-то… В общем, она искала подработку или ещё что-то в этом роде, чтобы можно было « заработать на новую кофточку» , но в то же время без противозаконного, не требующее квалификации и приличное! Увы, из такого подходила разве что работа официантки, но днём она была занята в Колумбийском университете, а вечерние смены… Если бы у неё не появились новые силы, то однозначно нет — даже если в самом кафе или ресторане проблем не возникнет, всегда остаётся шанс нарваться на неприятности, возвращаясь со смены уже ночью. Сейчас же — да, это был вариант, так что она периодически посматривала на предмет объявлений, что развешивали заведения общественного питания в её районе, но пока ничего не попадалось.

Про «конкурс талантов » она узнала почти случайно. К тому моменту, из-за событий с атлантами и собственной нерешительности, мешающей что-то сделать, даже будучи сильнее любого взрослого мужчины, она начала задумываться о способе применять свои силы, но так, чтобы не раскрывать личность. Идея костюма с закрытой маской напрашивалась, а тут ещё и костюмированный конкурс, за призовое место в котором обещали неплохие деньги, вот она и подумала, а почему бы и нет? Двигаться она умела — спасибо многолетнему посещению секции художественной гимнастики, а с новыми рефлексами и силой легко могла заткнуть за пояс всех конкурентов. Пожалуй, единственная причина, почему она не попробовала податься в большой спорт, заключалась в опасении, что её превышающие человеческие возможности способности раскроют, и это может привести к очень большим проблемам и неприятностям. Конечно, был пример Фантастической Четвёрки, но где всемирно известный доктор наук — и где простая школьница? Узнавать же, насколько её опасения серьёзны, так сказать, практическим путём Гвен не хотела. А в большом спорте первая же проба крови на допинг покажет, что с ней что-то не так. Потому однозначно нет. А вот «конкурс талантов» — это просто шоу, по сути, ничем не отличающееся от выступления каких-нибудь фокусников или стэндаперов. Зато если пройдёшь отбор, то сможешь выступить по телевизору и получить неплохие, как для безработной студентки, деньги. Собственно, так и получилось — сделав красивый костюм, оправдывающий как требования по красочности выступления, так и вопрос сокрытия личности, впечатлить жюри « прогулкой по стене» оказалось несложно, как и пострелять паутиной. В итоге у неё появились свободные две тысячи долларов и приглашение на другие шоу подобного рода — зрителям её программа понравилась.

Но все планы на такую подработку пришлось резко отбросить, потому как ей позвонили из отдела кадров Фон Дум-Индастриз и сообщили, что их сотрудник, мистер Паркер, рекомендовал её кандидатуру в компанию. И если мисс Стэйси это интересует, то её приглашают на собеседование. Разумеется, мисс Стэйси это интересовало! Ещё бы нет! Должность пусть даже младшего лаборанта-стажёра в Фон Дум-Индастриз — это на порядок лучше работы официанткой или нестабильного заработка на ток-шоу, не говоря уже о пользе для её учёбы. А потом — кто знает, может, после завершения обучения она сможет сразу стать пусть и не руководителем лаборатории, но его заместителем! Или хотя бы «ведущим специалистом », что сэкономит пару-тройку лет построения карьеры, приди она просто « с улицы» , пусть даже с идеальным дипломом.

— Ага, кажется, здесь, — девушка увидела табличку «Отдел Кадров ». Кто же знал, что « первым испытанием» на получение должности будет найти указанный по телефону кабинет? Нет, охранник внизу честно описал маршрут, но здание было большим, с нетипичной планировкой, потому как офисные этажи перемежались с лабораторными и даже жилыми для сотрудников, так что поблуждать пришлось.

Глубоко вздохнув, успокаивая нервы, девушка подошла к двери и решительно постучала.

— Да, проходите, — устало отозвались оттуда.

— Здравствуйте, — Гвен вошла в кабинет. Довольно просторный, с полудесятком столов для сотрудников, но сейчас занят был только один, за которым сидел уже седой мужчина с редкими, жиденькими волосами и лёгкой полноватостью. Вид у него был довольно измотанный и уставший, — я по поводу приглашения на работу…

— Да-да, конечно, вы…

— Стэйси. Гвендолин Стэйси, — представилась девушка.

— Ах да, — словно что-то вспомнив, кивнул мужчина. — Я Майкл Макконахан, HR-отдел, — представился он в свою очередь. — Так, мисс Стэйси, поскольку вы пришли по приглашению от нашего сотрудника, то процесс будет упрощённым. Как вы знаете, сейчас наша компания стремительно расширяется и заходит в новые ниши, ранее не представленные, потому открывается масса новых вакансий. Поскольку пока у вас нет образования и вы ищете практикум-подработку, мы можем предложить вам только вакансии младшего лаборанта. Если вы пройдёте тестирование. На время испытательного срока оклад составит тысячу в месяц, после трёх месяцев, в случае успешного прохождения — от полутора. Возможны премии и оплата переработок.

— Ага, — кивнула студентка, стараясь не подать виду.

Почти двадцать тысяч в год — это довольно щедро, многие «неквалифицированные » профессии приносят меньше дохода, притом что там вкалывать нужно по сорок часов в неделю, а порой и много больше. Ей же предлагают такие деньги за двадцать часов с плавающим графиком. А это значит, что «полноценный» лаборант меньше сорока тысяч тут вряд ли получает. Сорок тысяч долларов в год — это зарплата полноценного офицера полиции, что отучился в Академии и поступил на работу. Да, это низшая должность в полиции, уже следующая ступень, детективы, получает по семьдесят-восемьдесят, вот только тест на детектива сдают всего пять процентов полицейских, про следующие звания и упоминать не стоит, к тому же там рост зарплат был уже не столь впечатляющим. Отец Гвен зарабатывал, например, девяносто тысяч, хотя был капитаном — высшим рангом « средних офицеров» . Дальше уже шли инспектора, что возглавляли крупные полицейские участки, включающие в себя лаборатории криминалистов, судейских приставов, отряды SWAT, — в общем, отвечали за сотни человек! Так что молодая студентка была сильно впечатлена. И мысленно пообещала себе с первой зарплаты купить Паркеру шикарный торт и… Чем он там увлекается? Кажется, фотографией, так что подписка на какой-нибудь профессиональный журнал фотографов будет к месту.

— Что же, если вас всё устраивает, начнём тестирование, — мужчина достал несколько бланков и передал Гвен. — Здесь вопросы от наших отделов, ищущих лаборантов: прикладная физика, программирование, робототехника и генетика. Они помогут определить, к какому направлению вы более всего склонны. Если из перечисленных вас что-то не интересует, то вы можете отказаться от части тестов.

— Нет-нет, мне интересно всё! — Гвен пылала энтузиазмом. К тому же после того, как она взглянула на вопросы… Скажем так, шанс иметь побольше вариантов тестов упускать не стоило. Если у девушки на грани сознания порой мелькали сомнения, уж не знак ли внимания это со стороны мистера фон Дума (всё то же размышление в сторону богатых и влиятельных мужчин и их отношения к молоденьким симпатичным девушкам), то после ознакомления с тестами эти сомнения отпали сами собой. Так как тесты эти были, мягко говоря, «не для всех» . Гвен считала себя достаточно образованной, но относительно легко она смогла ответить только на треть вопросов, ещё треть заставила серьёзно задуматься, в остальных же она могла едва ли не гадать, а часть просто оставила пустой — те вопросы явно предназначались кому-то совсем не школьного уровня.

— Что же, — спустя два часа, отпущенные на заполнение бланков, обратился к ней мистер Макконахан, — я направлю ваши ответы нашим специалистам. Если всё пройдёт хорошо, то вас пригласят на второе собеседование уже непосредственно с вашим будущим руководителем.

— Ясно… эм, спасибо.

— Пока ещё не за что, мисс Стэйси, — устало улыбнулся мужчина. — Надеюсь увидеть вас частью нашей компании, — это уже явно было дежурным прощанием, так что девушка попрощалась в ответ и покинула кабинет. Чтобы едва ли не нос к носу столкнуться с одной своей знакомой.

— Дэбра? — удивлённо воскликнула голубоглазая блондинка, окидывая взглядом… зеленоглазую блондинку.

Подавленные было сомнения вновь начали возвращаться в голову. В том смысле, что мистер Дум тогда, во время совместного фото что-то говорил о блондинках… Что они всё делают лучше… Хотя её же рекомендовал Питер, сам магнат, скорее всего, уже и не помнит о школьнице с выставки.

— Гвен? — не менее удивлённо воскликнула её визави. Дэбра Уитман [9] , как и Стэйси, была студенткой Колумбийского университета, только училась на третьем курсе и активно пыталась пробиться в ассистентки доктора Коннорса. — О, тоже пробуешь устроиться на подработку?

— Да, — кивнула девушка. — Как и ты? — задала очевидный вопрос студентка, но нужно же было как-то поддерживать беседу?

— Честно говоря, никогда не рассматривала эту возможность, но пару дней назад мне позвонили и сообщили, что меня рекомендовал Паркер, вот я и подумала, почему бы и нет?

— О, ясно… — это нужно было переварить. — Ну, желаю удачи, а мне уже пора бежать.

— Угу, спасибо, — улыбнулась ей Дэбра и вошла в дверь, из которой недавно вышла сама Гвендолин.

— Питер, вот же… — буркнула себе под нос гимнастка. Как ни посмотри, а Дэбра, хоть и одевалась весьма скромно и даже носила крупные круглые очки, что совсем не лучшим образом сказывались на её популярности, была довольно привлекательной, с фигурой, мало уступающей той же Эм’Джей. И в такие совпадения Гвен совсем не верила… Нет, если она сюда попадёт, то тортик Паркеру «проставит» , но вот подписку на журнал — уже нет! Так как не заслужил!

Уже вечером ей действительно позвонили и пригласили на второе собеседование. Как выяснила Гвен, больше всего она набрала в программировании и робототехнике, далее шла «прикладная физика », в которой у неё явно было понимание, но просто не хватало знаний — это темы как раз первых трёх курсов; последней же шла генетика. Так что выбор у неё был несколько ограниченный, но всё-таки был. А поскольку вакансия начальника отдела робототехники тоже была вакантна, проводил собеседование «физик » — крепкий дядька лет сорока, полностью лысый, но со здоровенными пушистыми усищами. Вообще, вполне себе приятный человек, да и задачи, что решались у него в отделе, звучали весьма… вдохновляюще. Но он сразу сказал, что более половины проектов находятся под грифом «секретно» и курируются военными. Не то чтобы Гвен была категорически против разработок всякого оружия, но и в восторг от этого не приходила. Вдобавок работа в таком отделе автоматом означала кучу подписок о неразглашении и, вполне возможно, « невыездной» статус не просто на время работы, но и на годы и годы после. Так себя связывать молодая девушка не хотела. Пусть у неё не стояло планов покататься по Европе, но она вполне допускала, что такие планы возникнуть могут, особенно если всё будет в порядке с деньгами. Так что пусть она и получила добро от мистера Фехера, как представился глава « прикладников» , но выбрала всё-таки робототехнику, тем более что и программирование там тоже было, и в большом количестве.

Далее была уже рутина: оформить документы, указать банковский счёт, согласовать рабочее время, получить пропуск — словом, куча вроде бы незначительных и мелких дел, но по их завершении с удивлением понимаешь, что уже глубокий вечер и давно пора домой. И тем не менее девушка была счастлива и уже предвкушала какие-нибудь интересные задачи, пусть и понимала, что вряд ли ей дадут что-то серьёзнее «паяния плат » или « подготовки схем» , во всяком случае, на первых порах.

И вот, отучившись положенное время в университете и поблагодарив Паркера за рекомендацию, а также перекинувшись парой слов с Дэброй, что как раз пошла на «генетика» и тоже числилась теперь младшим лаборантом, Гвен направилась на лабораторный этаж на свой первый рабочий день.

Навороченный электронный замок пискнул и мигнул зелёным, пропуская Гвен к её новому рабочему месту. За массивной выдвижной дверью таилось просторное помещение с множеством монтажных столов и чрезвычайно навороченным оборудованием — таких компьютеров с плоскими мониторами она даже в рекламе не видела, чего уж говорить про настоящие голографические проекторы, формирующие в воздухе полноценное цветное и трёхмерное изображение⁈ Однако всё это меркло рядом с тем, кого она заметила подле этого изображения.

Знакомый миллиардер (ну, насколько он может быть знакомым) стоял подле проектора, на котором отображались какие-то механические соединения, и увлечённо что-то рассказывал уже незнакомому Гвен престарелому мужчине в строгом старомодном костюме, поверх которого был накинут белый халат. Сам Виктор фон Дум тоже был в лабораторном халате поверх чёрного костюма-тройки, немного выделяясь разве что кожаными перчатками, которые он почему-то не снял в помещении.

И хотя это было абсурдно, но в первый момент, когда она увидела мужчину, с которым фотографировалась на той выставке и который недвусмысленно делал откровенные намёки на особое отношение к голубоглазым блондинкам, все сомнения, казалось бы, уже задавленные ранее, всколыхнулись с новой силой. Не мог же глава всей корпорации случайно оказаться по работе именно в том отделе, куда устроилась она, и именно в тот момент, когда она пришла на работу⁈ Что ему вообще делать в лаборатории? Разве работа такого богача не заключается в сидении в роскошных кабинетах и разговорах со всякими большими шишками, чтобы продать свою продукцию?

Но… оказалось, что дела тут у него есть. Первые же фразы, что донеслись до её ушей, показали, что фон Дум объясняет неизвестному пожилому мужчине ни много ни мало, а свои собственные разработки. И при всём своём «лучшем результате по робототехнике» , который она набрала во время устройства на работу, Гвен понимала в монологе миллиардера хорошо если одно слово из трёх, а вот он (и это было абсолютно очевидно) в теме разбирался на самом профессиональном и вовлечённом уровне, что дополнительно иллюстрировалось сменой голограмм и пояснением отдельных конструкторских решений вместе с разъяснением того, как и почему к ним пришли.

И тут мисс Стэйси наконец-то обратила внимание, что и выглядел её самый главный босс, мягко говоря, не лучшим образом: осунувшееся, бледное и словно резиновое лицо; неидеально уложенные волосы; уставший, немного дребезжащий и резковатый голос… Да, вряд ли в таком состоянии он бы думал о совращении стажёрок, успокоила себя Гвен.

— Мисс Стэйси? — замершую у входной двери девушку наконец-то заметили и другие сотрудники, после чего к ней навстречу вышел уже знакомый мистер Фехер.

— О! Да, здравствуйте! Я… — Гвен невольно вновь бросила взгляд в сторону уже совместно обсуждающих какой-то узел на голограмме миллиардера и неизвестного мужчину.

— Мистер Дум часто лично участвует в разработках, — сразу понял её мысль мужчина. — Вы привыкнете.

— А кто рядом с ним?

— Спенсер Смайт — новый глава отдела робототехники. Мистер Дум вводит его в курс дел. Познакомитесь с ним позже, а пока пройдёмте — покажу ваше место.

— Да, конечно! — бодро ответила Гвен, вновь бросая полный любопытства взгляд на двух мужчин у голографической установки.

— Для начала вам придётся изучить документацию и тестовые образцы, — между тем начал пояснять её сопровождающий, уже двигаясь вперёд. — Отдел только-только сформирован, и сейчас в нём всего двое инженеров и один стажёр. Ваша работа будет заключаться в помощи при отладке алгоритмов. Возможно, в разборе имеющегося ПО и выделении подпрограмм, — мистер Фехер остановился подле широкого металлического стола со встроенным навороченным монитором, паяльной станцией, вытяжкой, осциллографом, блоком питания и ещё какими-то приборами. — Вот ваше рабочее место, — на столе и впрямь нашлась табличка с её фамилией.

— А… простите, а чем сейчас занимается отдел?

— Здесь разрабатывают новые бионические протезы. В идеале должно получиться устройство, полностью заменяющее потерянную конечность и имеющее обратную связь с телом носителя. У нас есть лицензия на «интерфейс обратной связи» , что как раз позволяет получать отклик и управлять искусственной конечностью как родной. Также есть приводы, источник питания, достаточно компактный и достаточно мощный, чтобы обеспечить день-два работы конечности без подзарядки, но общая архитектура и софт пока в разработке. Подробности прочитаете в документах, которые вам нужно изучить первым делом. Они уже должны быть скинуты на ваш адрес в корпоративной сети, мисс Стэйси.

— О, ясно, — кивнула девушка. Что же, последние сомнения ушли, предложенная ей задача — как раз то, чем и должен заниматься ассистент-студент: мелкая отладка, написание отдельных фрагментов и, скорее всего, подача кофе инженерам, что и будут вести проект.

— Что же, присаживайтесь, знакомьтесь с данными, во время обеда сможете познакомиться с коллегами. Дальше ваш руководитель — мистер Смайт. Удачи.

— Спасибо!

Попрощавшись с мужчиной, Гвен села за свой стол, включила компьютер, ввела пароль, бумажку с которым ей выдали вместе с пропуском и велели заучить или сменить на свой, но чтобы без «бумажной памяти » она была уже через два дня, а потом обнаружила, что с почты «DoomV@doom-ind.com» действительно есть письмо с темой « Нейроконтакт» . И… Гвен пропала.

То, что открывалось её взгляду… это было… ох! Новая ступень технологий, новый этап развития для человечества. А ещё ранее эта технология принадлежала Фонду Харди — значки копирайта на каждой странице имелись, впрочем, как и уведомление о лицензионном использовании для «дум-инд ». Правда, сам фонд использовал данные технологии только при создании манипуляторов для работы в опасных условиях, причём, судя по отметкам в документах, проект был признан неактуальным и, по сути, закрыт (да, Лидия умудрилась получить с Виктора очень хорошие деньги за то, что сама считала почти мусором). Причина была банальна и проста: для работы в опасной среде давно есть « робо-манипуляторы» . Да, они менее удобны и чувствительны, но стоят на два порядка дешевле, к тому же не имеют проблем с питанием, а тут для нормальной работы на протяжении хотя бы нескольких часов нужно было таскать с собой батарею килограммов в двадцать. Потому было изготовлено всего два образца — испытательные прототипы, один из которых, судя по записям, и передали мистеру Думу. Что же касалось программной части… это был Ужас! Сотни переменных, отвечающих за показания датчиков положения в пространстве! Ещё сотни — от датчиков давления и температуры! А алгоритмы управления всем этим делом!

Из состояния священного трепета её вывел смутно знакомый голос:

— Мисс Стэйси, меня, конечно, безмерно радует ваш энтузиазм, но на сегодня хватит, — обратился к ней… Виктор фон Дум!

— А? — она моргнула, но миллиардер в лабораторном халате у её стола никуда не делся, в отличие от остальных сотрудников, которых она видела, когда только пришла. Их было немного, но тогда они были, а сейчас уже нет…

— На часах уже половина двенадцатого. Ночи, — мужчина указал на потолок, где висела панель с цифровым циферблатом, так, чтобы её можно было легко разглядеть из любого конца лаборатории. Подкрашенные зелёным цветом цифры отображали «23:32» .

— А?.. Но… А… — девушка растерянно заморгала, пытаясь вернуться в реальность и запоздало подгружая в памяти «логи» . То есть она действительно краем глаза видела, как работали, а потом уходили её коллеги, и даже слышала, как мистер Дум с мистером Смайтом что-то бурно обсуждали и, кажется, дорабатывали, пока сам Смайт не попрощался и не ушёл.

— Так, знакомые зависания… Держи, — в её руку ткнулось что-то горячее. Опустив взгляд, девушка увидела бумажный стаканчик с кофе.

— Спасибо… — растерянно проговорила она.

— Н-да… Так, — чуть задумался миллиардер, — поедешь домой с моим водителем, так как одну тебя в такой час отпускать я не буду.

— А как же вы? — Гвен хотела и возмутиться, и отказаться, но… тон мужчины был действительно заботливым, с учётом же того, что он работал наравне с ней, при этом будучи уже и так на грани, если не за гранью истощения, отказываться было совсем неудобно.

— А я живу тут, и мой рабочий день ненормирован. Но довольно разговоров! Домой шагом марш! Я тут босс, и я говорю, что рабочий день окончен! — усмехнулся миллиардер.

— Да, как скажете, сэр, — сдержать улыбку было довольно сложно, Виктор фон Дум оставался весьма харизматичным и приятным в общении человеком.

— Всё, иди-иди, — махнул он рукой, а сам потянулся к телефону, не иначе как вызывать для неё водителя.

Так и потянулись дни. Вскоре девушка уже познакомилась со всеми коллегами, включая непосредственного начальника Спенсера Смайта — очень умного и приятного в общении старичка, который, несмотря на возраст, отличался выдающейся работоспособностью. Увидела она и выкупленный у фонда Харди образец-прототип — странную конструкцию из четырёх щупалец. Даже поуправляла ей немного, найдя весьма удобной, хотя крепёж к пояснице был излишне массивен, а к наличию дополнительных конечностей ещё надо было привыкнуть. Позже в их коллективе появился и сын мистера Смайта, Алистер, оказавшийся парализованным инвалидом, передвигающимся на кресле-каталке. Молодой мужчина производил приятное впечатление и чем-то неуловимо напоминал Паркера, потому как был одним из немногих, кто мог общаться с главой отдела на равных. Вторым таким человеком был Виктор фон Дум, оказавшийся не просто богатым магнатом, но полноценным учёным, при этом невероятно разносторонним, как она успела выяснить из разговоров. Подумать только! Больше половины всех патентов корпорации были его личной заслугой! Да и в их вотчине мистер Дум появлялся довольно часто, работая с мистером Самайтом на пару. При этом со всеми своими работниками он общался весьма свободно, разумеется, без панибратства, но… комфортно.

Вот только некоторые подозрения вновь начали посещать голову Гвен — благодаря обострившемуся до каких-то паранормальных значений после укуса паука чутью она частенько ловила на себе странные взгляды мужчины, а ещё от Дэбры в университете она узнала, что и в её отделе он частенько появляется. И что самое важное — однажды она увидела его секретаршу. Мисс Эмму Фрост.

Гвен не знала, что на это сказать, но фраза «блондинки всё делают лучше » с тех пор не выходила у неё из головы, как и обворожительная улыбка этого богатого… стильного… харизматичного… Этого бесстыдника! Она не знала, что ему предъявить, но всё её « паучье чутьё» во весь голос кричало, что она попала в ловушку! Девушка всей кожей чувствовала, что ей грозит опасность. Не та, которая грозит жизни и здоровью, но та, которая грозит добродетели и женской чести! На это не указывало ничего, никаких предпосылок и домоганий, но интуиция Спайдергёрл однозначно утверждала, что что-то здесь не так.

Проблема была только в том, что Гвен не была уверена, что это плохо. А ещё отчего-то чувствовала обиду и какую-то зависть, когда видела Эмму Фрост…

Глава 8

Я спокойно просматривал отчёты по текущим проектам и никого не трогал. Мне было хорошо: всё шло по плану. Ну ладно, почти всё, были и проблемы, но проблемы небольшие, например, «обратная связь » в протезах. Мы спокойно разработали модель человеческой руки, запитали и запрограммировали тонкую моторику, благо, реально нашего там была только «батарейка », да форм-фактор и цепи питания, всё остальное — это просто переработка изначального «щупальца ». Если управляющие алгоритмы и сервоприводы способны в позиционирование с отклонением до десятой доли миллиметра четырехметрового тентакля с вариативным манипулятором на конце то уж анатомическую модель человеческой руки и подавно осилят, там по-сути, нужно было просто «Обрезать лишнее » и «подпилить напильником » оставшееся. Так что сейчас у нас в лаборатории уже «жила » роботизированная рука, словно из старого фильма о робокопе. И да, если снять ограничители, она тоже без проблем сможет раздробить не то, что мясную конечность в рукопожатии, но спокойно стальной лом узлом завязать. А с учётом моей «потребности » в «гриме », который тоже вышел на «совершенно иной уровень », эту лапу можно было обтянуть уже разработанной под вышеозначенную потребность синтетической кожей, что была почти неотличима от настоящей. Киберпанк! Моща-а-а! Технологию, в принципе, уже можно было использовать и так, но хотелось большего. Это большее и было «обратной связью ». Нужно передать сигнал от датчиков положения, температуры и давления в мозг, чтобы руки именно « чувствовались» . С этим уже были проблемы. Гипотетически, была возможность « вкорячить иглу» в спинной мозг и уже через него… но оно такое себе. Потому, Смайты, что старший, что младший, сейчас бились головами в стену получения « обратного отклика» у эрзац-нейроинтерфейса, с которого оператор мог управлять конечностью. Но одно дело « уловить» импульсы из мозга и совсем другое — направить их в нужные участки. При этом, что важно, не поджарив случайно всё остальное до этих самых участков. Хорошо хоть с « кодировкой сигнала» париться не требовалось — « дешифратор» от « мысли» к управляющей прошивке сервоприводов уже был и « инвертировать» его особой сложности не представляло. Вопрос только в доставке, но я верил в своих научников, что-нибудь придумают. И нет, у меня не было мыслей пойти к Ксавьеру и попросить потыкать палочкой в Церебро, где этот принцип и использовался… вроде бы. В общем, рабочая рутина. Да, интересная, да, сложная, но вполне ожидаемая и решаемая. У меня даже появилось немного свободного времени, чтобы не только Превозмогать всё и всех, но и время от времени выбираться на « общественные мероприятия» . Не то, чтобы я хотел на них выбираться, но… « ноблес облидж» и всё такое. Единственной действительно крупной проблемой, к которой по-прежнему было толком не подступиться, являлась моя собственная железячность. И это раздражало. Особенно, когда твоя помощница-секретарша вечером устаёт сидеть в своём пиджачке и вешает его на спинку кресла, а под пиджачком там белый топик, что замечательно поддерживает и выделяет, как выделяет, подлец! А ещё, с тех пор, я задумываюсь о кевларовых штанах. Или хотя бы трусах, потому, как обычная ткань… не выдерживает. Вот так и жили, словом, ничто не предвещало беды, пока в мой кабинет не вошла торопливой походкой одна шикарнейшая блондинка.

— Виктор, ты должен это видеть! — начала она с порога.

— Ты всё-таки решила устроить мне приватный танец? — с надеждой спросил я.

— А? Что? — она моргнула. — Опять твои шуточки… хотя… не скажу, что я возражаю, но сейчас не об этом! — и она включила телевизор…

Где ведущий по государственному каналу рассказывал о том, что Фантастическая Четвёрка спятила и творит натуральную Дичь с большой буквы. Ну ладно Бэн, который зачем-то полез хреначить охладительную башню [10] — он мужик резкий, порой может начать махать кулаками, особенно, если его доведёт кто-нибудь типа Джонни. Хотя лезть на охраняемый объект для него всё-таки слишком, но… Сьюзен, что на виду у всех «ушла в инвиз » и подставившись под кучи камер взяла и отняла корону и цепь у Королевы Британии⁈ Не то, чтобы я сочувствовал этой мерзкой старухе, но… какого хрена⁈ Зачем так демонстративно и тупо? Какой в этом смысл? Есть ли он вообще? Меж тем, камера переключилась на Рида и братца моей бывшей невесты — те вообще кошмарили то ли какую академию ВВС, то ли и вовсе военную базу и только что расхреначили какой-то самолёт вояк. С учётом того, что оно тоже попало на камеру, скорее всего, была некая демонстрация очередного нового истребителя или просто «игра на публику» , в смысле « проигрывание мышцами» , не суть важно. Но… опять демонстративно.

— Это… — я был в некотором ступоре, — что?

— Это «сошедшая с ума Фантастическая Четвёрка» , — пояснила Эмма. — Виктор, ты себя нормально чувствуешь? Если у этого излучения были скрытые побочные эффекты и оно вот только сейчас начало всплывать…

— Нет. Чувствую я себя плохо, но это никак не связано с излучением. Просто этот мир делает мне больно… И, в данном случае, невозможность поприставать к собственной шикарной секретарше кажется мне наименьшей из проблем. А ещё, мне хочется пойти и покричать, как тот сурикат в горах.

— Сурикат в горах? — переспросила Эмма.

— Да, сурикаты в горах кричат очень громко…

— Хм… и как мне определить, спятил ли мой шеф, если наше знакомство началось с того, что он нанял меня на работу, заказав мой приватный танец в стрип-клубе? — задалась почти философским вопросом мисс Фрост.

— Да, это действительно проблема… но, шутки в сторону, — я достал телефон и набрал на нём один номер. Хорошо, когда у тебя есть доступ к спутниковой связи, ловящей в любой точке мира.

— Вик? Дарова! Что-то срочное? Мы тут немного заняты в бассейне Амазонки.

— Да? А вот судя по новостям, ты, Бэн, полчаса назад увлечённо разносил электростанцию на западном побережье, а Сью — обнесла Королеву Британии. И на кой чёрт ей потребовалась та корона? Я дарил ей куда как более изящные украшения.

— Э? Ты о чём⁈ — не понял человек-гора.

— Я о том, что вас тут кто-то подставляет. И, сразу отвечая человеку-гондону, что, скорее всего, нас уже слышит: это не я! Мне на него насрать, а вот тот факт, что кто-то смог взять и имитировать, как минимум, часть ваших способностей, вроде силы, прочности, невидимости, крайней «гибкости» и полёта на жопной тяге…

— Эй, я летаю не на «жопной тяге» ! — возмутился девайс, подтверждая то, что Бэн действительно включил громкую связь.

— На это мне тоже насрать, — невозмутимо парирую. — В общем, какие-то дебилы нашли способ делать те же штуки, что и вы. И зачем-то решили вас подставить настолько тупым и нарочитым образом, что от абсурда ситуации мне хочется орать, как сурикат в горах! Тем не менее, в международный розыск вас объявили и, готов поспорить, скоро ко мне придут вояки и спросят, нет ли у меня какого-нибудь девайса, чтобы вас скрутить или сразу прикончить. И говорить им «нет » мне очень не хочется — ведь спрашивать будут не только у меня, полагаю, тот же Немор с огромным удовольствием согласится прикончить Рида и взять « под арест» Сьюзен, потому, Бэн, сделай одолжение, объясни своим друзьям, что им сейчас лучше исчезнуть на некоторое время и не отсвечивать. А мы тут попробуем разобраться, что за ерунда происходит.

На этом я завершил звонок. Зная Рида Ричардса, мой совет заставит сделать его скорее наоборот, то есть, вылезти на самое видное место и начать выяснять отношения. Но это — уже его проблемы, к тому же, возможно, тот, кто всё это устроил, как-то на резинового среагирует и что-нибудь устроит. Всё-таки этот человек-презерватив за свою жизнь выбесил многих. В том числе и кучу всяких-разных учёных и я допускаю, что мог найтись какой-нибудь гений, сделавший на коленке вот такую вундервафлю и решивший, что «вот теперь я тебе отомщу, козлина! И начну с твоего доброго имени! ». «Фуфелшмертц-Пакость-Инкорпорейтед » [11] , чтобы его! Всё-таки мы в Марвеле, а потому тут порой встречаются разные… личности. И «гений, беспомощный в быту» — это вообще довольно распространённый случай. Тут же Рид, по-сути, именно такой, пусть его случай не самый запущенный. Однако, было бы неплохо как-нибудь подготовиться и к варианту, где всё не так безобидно. Ну или относительно безобидно. В том смысле, что « Фантастическая Четвёрка» , как я помнил, в « своём» тайтле с кем только ни сталкивалась: и с колдунами-демонами, и со злыми пришельцами различной конфигурации и отбитости, и, вроде бы, с временными петлями-аномалиями и таймтрэвелами… или это уже были Люди-Х? Короче, мы в Марвеле, где может твориться любая упоротая фигня, а потому, нужно готовиться ко всему. Ещё бы сообразить, как…

От пошедших в народ кадров конченного оборзения недавних любимцев публики (а ничем иным наглая кража королевских регалий быть не могла), мир сходил с ума, шизел и брызгал слюной так, что того и гляди мог устроить новый Всемирный Потоп, особенно это касалось британской прессы, где уровень истерии стоял на зависть любому дурдому помноженному на сходку каких-нибудь обкуренных шахидов изливающих все свои претензии к «неверным» . Уровень всеобщего офигения и непонимания, что это было, получился такой, что даже в моей корпорации, среди моих людей начались какие-то невнятные простои и броуновские движения. Но хуже того — я внезапно обнаружил, что вся моя прослушка здания Бакстера куда-то делать. Вот ещё буквально вчера она была на месте, но стоило мне дёрнуться проверять, что там у них могло случиться перед началом этого безумия, как фигушки. Всю прослушку кто-то снял, и этот кто-то умудрился сделать это не попадая на запись ни одному из приборов. Ещё и как-то заблокировав сигнал о потере передачи. И это точно был не Рид Ричардс!

Но дальше — больше! Мои прогнозы оправдались, как в плане правительства, так и в плане Ричардса. Вот только таким образом, что оно меня ни разу не обрадовало. И не то, чтобы поставило в тупик, но… короче, этот гонористый петух-правдоруб действительно пошёл «выяснять отношения » и «доказывать свою невиновность ». Ещё и остальных убедил! И ладно Сьюзен — она не сказать, что сильно умная, когда дело доходит до просчитывания последствий, иначе не кинула бы, пусть и «просевшего », но миллиардера и самодержавного монарха ради бывшего однокашника с туманными перспективами. Хотя бы потому, что зная характер Виктора должна была понимать, что он просто так не утрётся и отомстит. В каноне это была просто злость и попытка убийства, здесь я поступил куда как изящнее — уволил «по статье » и с такой «негласной характеристикой », что ни одна приличная контора на неё теперь и не взглянет. Только Ричардс и оставался… у которого тоже характеристика « замечательна» , но я опять отклонился. В общем, хорошо, Рид — самодовольный придурок, Сью — тоже дурная, про Джонни и говорить нечего: он сначала делает, потом думает. Мозги у парня есть, но использовать их по назначению — это только лет через пять, когда перебеситься, но Бэн! Какого чёрта он не уговорил их и не объяснил на пальцах, что если на тебя есть « ориентировка» , как на террориста-психопата, увешанного взрывчаткой, то и относиться все органы к тебе будут, как к террористу-психопату, увешанному взрывчаткой⁈ То есть, пытаться вогнать пулю в лоб не то, что при любом резком движении, но даже если им покажется, что ты задумал резкое движение⁈ Короче, как эти кретины выбрались к цивилизации, их всех положили « мордами в пол» . И гондон-мэну пришлось очень сильно постараться, чтобы Гримм не психанул и не раскидал вояк. Он всё вещал про « законность» и « улаживание недоразумения» . И это показывали по всем каналам.

Желание проораться, побиться головой об стенку или поплакать, уткнув лицо в шикарную грудь ослепительной красотки было сильно, как никогда. Увы, у меня не было достаточно звукоизолированного помещения, что никто в округе не услышал моих криков (надо будет заказать, кстати. Чую, оно мне ещё не раз пригодится), стенка «близкого знакомства» с моей головой не выдержит, а если я уткну лицо в грудь Эммы то ей будет, как минимум, больно. Делать же ей неприятно я не хотел. М-да… ладно, перейдём ко второй части марлезонского балета. Этих придурков повязали и… пошли ко мне!

Причём тут я? О-о-о-о! Это отдельный момент! Вояки помнили, как я показывал кадры с «вылеченным » Бэном. А сейчас у них четыре «супера », гарантированно «разобрать » из них они смогут только гондон-мэна и, возможно, Сью. Да и то, если Сьюзен, теоретически, лента-другая из пулемёта действительно успокоит, то вот на Рида потребуется, минимум, спецбоеприпас, вроде зажигательных патронов, а то и вовсе огнемётные команды. Про Бэна и Джонни вообще молчу. Первый, пусть и теоретически, разбираем из какого-нибудь тяжёлого гранатомёта, если вообще не ПТУР-а… применять которые в черте города — такое себе удовольствие, то последний — это НЁХ [12] , что, если будет действовать всерьёз, вполне сможет если не всю атмосферу испепелить, то выжечь пол страны так точно. И пусть ребята вроде как сдались и «идут на сотрудничество» , но мы говорим о вояках, у которых уже ушатали новенький истребитель и вообще! Это же вояки! Дисциплина! Контроль! Мы должны быть самыми толстыми и авторитетными жабами на районе! Полагаю, что вся проблема Халка как раз из этого постулата и шла. Короче, ребята логично задумались, а что, если эти « герои» возьмут и передумают, как их контролировать? Ну и вспомнили, что я успешно « лечил добровольца» . То есть, могу лишить их способностей. Поскольку парня дяди Сэма и так терпели « суперов» не под присягой очень напряжённо, то не воспользоваться таким шикарным моментом не могли. И пришли ко мне с соответствующим запросом.

— Вы же понимаете, что то, что я сделал с мистером Гриммом — это было экспериментальное лечение, подобранное конкретно под его случай. Технология ещё не отработана и требует индивидуальной подстройки под каждую генетическую карту.

— Так вы можете их облучить, чтобы они стали опять нормальными или нет, мистер фон Дум⁈ — генералы-полковники не хотели понимать. Они хотели «купировать потенциальную угрозу» , а потом уже жить спокойно.

— Быстро, надёжно и безопасно… нет. За месяц-два — да.

— Это слишком долго, — покачал головой мой знакомец — генерал Хэйгер. — Думаю, с учётом тяжести обвинений и опасности, правительство США готово пойти на определённый риск и потенциальный вред здоровью.

— Если бы всё было так просто, — вообще, идея «совершенно легально » устранить Фантастическую Четвёрку мне нравилась. Да и «бабочек Брэдбери » [13] я уже раздавил с добрую сотню. Однако… однако — Галактус. Что бы я на Земле ни делал, быть может, кроме развязывания Третьей Мировой с отбрасыванием людей в каменный век, это не повлияет на его приход по наши души. Да и Третья Мировая не факт, что поможет. Скорее уж наоборот — Сёрфер не захочет спасать и так « полумёртвую цивилизацию» . Потому, как бы сильно ни было искушение, и как бы ни бесил меня Ричардс, « утилизировать» его и его команду было слишком рано. Придётся выкручиваться. Опять.

— И в чём сложность? Мы понимаем, что основная лаборатория ещё не достроена, но нам всего-то и нужно, что отрубить их способности. Вы же прекрасно с этим справились в здании Бакстера на прототипе?

— Проблема в том, что там была хотя бы математическая модель для случая с «Существом» . Но, если подать аналогичное излучение на… допустим, мистера Сторма… без исследований, я не смогу дать гарантий, что излучение отключит его способности, а не усилит и сделает их перманентными, как у того же мистера Гримма. И у нас посреди Нью-Йорка будет парень, постоянно извергающий температуру фотосферы Солнца. То есть, одним своим присутствием убивающий всё на расстоянии в сотни метров во все стороны. И осознающий, что это сделали с ним мы. И это — ещё не самый худший вариант.

— Не лучшая перспектива, — согласился с моими словами представитель вояк. — Тогда, — переглянулся он с коллегами, — начните строить свои модели, чтобы избежать такого. И нам всё-таки нужны ваши рекомендации по содержанию подобных… подозреваемых.

— Хорошо, — я кивнул. — Что же касается содержания… на ум не приходит ничего, кроме медикаментозной комы. Так можно будет «отключить » брата и сестру Стормов. Касательно Ричардса и Гримма… их изменения более физические и снотворное, с высокой долей вероятности, на них не подействует. И если первого можно надёжно «зафиксировать» , использовав банальный « душ» из жидкого азота, а позже поместив в камеру с пониженной температурой, то вот Бэн… он крайне трудноуязвим физически. Разве что подвесить его в какую-нибудь аэротрубу, чтобы он постоянно висел в воздухе и не имел возможности применить силу.

— Смотрю, вы… довольно профессионально обрисовали ситуацию, — усмехнулся полковник. — Размышляли о чём-то подобном, мистер Дум?

— Вопрос контроля и адекватности, господа, — я развёл руками. — Не припомню, чтобы в Министерстве Обороны или Внутренних Дел была вакансия «Герой ». Пока они переводят старушек через дороги и снимают кошек с деревьев — пожалуйста, но где гарантия, что они без спросу не полезут в полицейскую или военную операцию? Или ещё что-то не учинят… вроде вот этого вот. Хотя, « в этом вот» , конечно, тоже масса странностей и не помешало бы тщательно разобраться.

— Что же, весьма предусмотрительно, — согласились вояки. — Итак, что вам нужно для исследований и когда нам ожидать результатов?

— Образцы Бэна Гриима у меня есть, но его повторная мутация была произведена при помощи некоего вещества, разработанного Ричардсом, и уже отличается от первоначальной. Нужна формула и, в идеале, сам препарат, который может быть в здании Бакстера. Без этого откат невозможен. Касательно остальных, образцы почти годичной уже давности у меня есть. Их было бы неплохо обновить, чтобы удостовериться, что нет никаких изменений. Стандартного пробника крови вполне хватит. Результаты — в зависимости от того, что покажут исследования. Если всё осталось более-менее так же, то две-три недели, в крайнем случае — месяц. Если изменения были более глубокими, то, от двух месяцев и более.

— Месяц, — немного поморщился Хэйгер, — если они будут идти на сотрудничество, то мы сможем предоставить этот срок, но более… вряд ли.

— Значит, мы приложим все возможные усилия и будем надеяться, что результаты проб не сильно отличаются от прошлых. В противном случае… ничего обещать и гарантировать я не смогу. Я учёный, а не волшебник, — за месяц же, с высокой долей вероятности оно само рассосётся.

— Будем ждать. Если вам что-то потребуется, обращайтесь немедленно, мистер Дум. Хорошего дня.

— Хорошего дня, господа, — мы пожали друг другу руки и на этом разошлись.

Уф, вроде бы отмазался и время дал. Ещё и получу легальный доступ к свеженьким образцам Четвёрки и разработкам Рида, ибо мне по любому притащат всё, что найдут. Да и средство «нефатального утихомиривания» действительно не помешает… как и средство заложиться от подобного, но уже для себя любимого. И всё это — на деньги дяди Сэма. Эх, всегда бы так…

В следующие пару недель я окунулся в привычный и любимый (на самом деле, нет!) аврал и цейтнот. Образцы мне принесли и я действительно, совместно с Хэнком, в них поковырялся, но там всё было стабильно и аналогично тому, что было в самом начале изучения способностей «Мистера Фантастики » и его друзей, только с Бэном было сложнее, но найденная формула использованного им мутагена сдвинула наши ранние исследования с мёртвой точки, за одно приведя почти в экстаз Маккоя, так как сильно пересекалась с его собственными наработками в области медикаментозного воздействия на мутацию, но имела несколько совершенно новых и ранее не затронутых « Зверем» решений.

Проблема состояла в том, что эти придурки то ли поняли, к чему дело идёт, то ли кто-то где-то что-то косякнул и не использовал мои советы по содержанию эти SCP класса, минимум, Эвклид, а то и Кеттер [14] … кхм, ага, сказал другой Кеттер. Ай, ладно. Короче Четвёрка сбежала из тюрьмы. И ладно бы их посадили в какую-то специальную кутузку, но нет, это было стандартное гос. учереждение. Так что пока охрана обтекала и пыталась понять, как скручивать или убивать ЭТО, чуть было не случился натуральный бунт и массовый побег и остального контингента. Ага, из тюрьмы даже не «строгого », а «особого » режима, где сидят такие ребята, которым и древние викинги уважительно крякнут и постараются держаться подальше. Но и это не всё! После того, как эти умники сбежали, они же начали уже натурально кошмарить космодром в Хьюстоне. Да-да, легендарное « Хьюстон, у нас проблема!» . Только тут « Это Хьюстон и у нас действительно проблема!» .

Впрочем, скоро «проблема » превратилась в театр абсурда, ибо на космодром подвалила ещё одна Фантастическая Четвёрка и устроила махач со своими двойниками. И всё это — под прицелами кучи камер и комментариями журналистов из серии «Страшно, очень страшно, мы не знаем что это такое, если бы мы знали, что это такое, но мы не знаем, что это такое ». Меж тем, события продолжали развиваться: новоприбывший человек-факел смог поджечь своего « коллегу» , новый Бэн « сломал лицо» другому, Сью заключила другую Сью в силовой барьер, которым, судя по всему, вторая девочка-невидимка не владела. И только у гондон-мэна возникли проблемы, поскольку его визави гибкостью если и уступал, то не сильно, но вот по голой физической силе резинового превосходил. Однако, освободившиеся напарники Рида пришли своему лидеру на помощь и-таки заровняли проблему. Смотрелось эпично, брутально… и, да чего там, если бы я не знал, что это ни разу не кино, подумал бы, что Голливуд крутит какой-то очередной блокбастер.

Закончилось всё тем, что отпизженная «первая Четвёрка », превратилась из людей в неких зелёных гуманоидов. И, в принципе, черты лица у них были вполне себе человеческие и даже красивые. Эдакие «брутальные командос »: подкачанные фигуры, аристократичные черты лица, волевые подбородки, римские носы и вот это вот всё, что нравится девочкам, даже « эльфийские уши» . И, кстати о подбородках — вот они как раз от людских отличались — были чуть шире и массивнее, чем это подразумевалось бы при таких лицах « чисто-человеческого» происхождения. А ещё на них были полоски. Как у Таноса.

— Итак, — когда основные события на экране телевизора улеглись, нарушил я тишину в кабинете, — сперва на нас нападает мифическая Атлантида, теперь зелёные человечки с Марса. Что дальше? Теория полой Земли и вторжение с её изнанки лилипутов? Или сразу припрутся какая-нибудь потусторонняя армия демонов?

— А ты полон оптимизма, — отреагировала на мою ремарку Эмма.

— Нет, ну ты видела, видела⁈

— Угу… — кивнула телепатка, — как и половина земного шара.

— Надеюсь, в этот раз будет не как с атлантами… в смысле, у них же не найдётся ушибленный на голову правитель, что скажет «окей, я влюбился в эту девушку, а потому не буду уничтожать ваш вид» ?

— Мне кажется, или ты всё ещё испытываешь к ней некие чувства?

— Мне кажется, или в твоём голосе звучат ревнивые нотки? — усмехнулся я в ответ.

— А ты знаешь, что отвечать вопросом на вопрос — не очень вежливо? — вскинула девушка точеную бровь.

— В самом деле? — пара секунд тишины и мы дружно рассмеялись. — Но, отвечая на твой вопрос, нет. Сью была моей первой любовью ещё в университетские времена и, полагаю, стала причиной моего вкуса на роскошных голубоглазых блондинок, — я окинул собеседницу полным самодовольства взглядом, — ну, помимо того, что они всё делают лучше. Однако… я весьма понимающий человек. И испытываю слабость к красивым женщинам, это бесспорно. Вот только есть ряд вещей, прощать или закрывать глаза на которые я не собираюсь. И предательство — одна из таких вещей. Но давай оставим неприятную тему. Просто знай: если ты пожелаешь соблазнить своего босса, то у тебя нет никаких препятствий к этому славному начинанию.

— Ага, кроме, как ты говоришь, твоей «железячности» , — продолжала усмехаться мисс Фрост.

— Э-эх, — печально вздыхаю, — не сыпь соль на рану.

— Ладно, прости, я несколько увлеклась, — она виновато отвела взгляд, — Как думаешь, что теперь будет с ними? — кивок на экран, — они вроде бы поймали тех, кто работал под них и это будет весомым доказательством их невиновности, но… из тюрьмы-то они сбежали, а это — преступление.

— Победителей не судят, — поддержал я смену темы, — а Рид, как ни крути, победил. Так что обвинения снимут и на некоторые вещи закроют глаза… официально. А вот на деле… думаю, нам не стоит ждать отмашки на завершение исследований по «излечению » данной команды в « связи с открывшимися обстоятельствами» .

— Думаешь?

— Да. Они ведь на практике показали, что готовы играть по правилам и подчиняться правительству ровно до того момента, пока им это выгодно. Ну и Ричардс подтвердил своё реноме. Не скажу, что у них был такой уж большой выбор, однако, теперь у властей есть «моральное право », ведь « первый выстрел» нанесли не они.

— Вряд это «морально право» им было сильно нужно, — не особо радостно хмыкнула девушка.

— Само собой, но «казус белли » [15] есть « казус белли» . Сколь бы ничтожным он ни был, формальный повод, хотя бы для оправдания в глазах народных масс, всё-таки требуется. И теперь, случись необходимость, всегда можно достать из-под сукна этот случай и, потрясая папкой с записями вещать с высоких трибун, как опасны и неконтролируемы мутанты.

— И… что нам делать? — с беспокойством спросила мутантка.

— Нам? Продолжать работать по контрактам. И стараться сделать так, чтобы «необходимости» не случилось. Эх… тот самый момент, когда хочется выпить, а толку с этого нет.

— Да… я бы тоже не отказалась… — призналась мисс Фрост.

— Тогда, мой бар в твоём распоряжении.

— Смотри, я опьянею и начну себя разнузданно вести!

— Я на это и рассчитываю! — мы вновь рассмеялись. Да, пара плоских шуток — это самое то, что нужно, чтобы чуть скинуть напряжение от всего этого трындеца.

То, на сколько этот самый трындец масштабный, узнали мы спустя пару дней. Ибо захваченные пленные принялись делиться знаниями. Нет, само собой, их никто не пытал… во всяком случае, официально, но знания шли и я, как человек несколько «причастный », имел к ним доступ. Итак эти зелёные атлеты были Скруллами. Империей могучих, злобных завоевателей. И, как и положено Империи таких обояшек, они делали именно то, что должны делать — злобно завоевывали. И, если до этого народ думал, что атланты являются проблемой, то теперь все, включая самих атлантов, начали заново постигать значение слова « проблема» . Ибо технический уровень захватчиков на три головы превосходил земные аналоги… во всём.

Земле досталось лишь снаряжение данной диверсионной группы, плюс удалось найти их оперативную базу с космическим кораблём, и часть находок тут же передали мне, как было и с бластером атлантов. Но… даже с учётом «сотрудничества» пленных и их хорошего владения английским языком, это было за гранью.

Фантастически сложные сплавы, вообще не подверженные коррозии и какой-нибудь вакуумной сварке, оружие на неизвестных физических принципах, источники энергии рядом с которыми и реактор Старка из фильмов, небось нервно курит в сторонке… да чего только у них не было! Для объяснения работы большей части этого снаряжения у Земли имелись только самые фундаментальные теории. Из серии «эта штука работает на принципе квантовой запутанности. И мы понятия не имеем, как она это делает ». Остальная, меньшая часть была и того хлеще — под данные девайсы на Земле не было и теоретической базы. То есть, на первый взгляд, оно нарушало законы физики. Например, «обычная » голограмма, при проекции которой со своих костюмов-скафандров скруллы могли симулировать до 50% мощи любого товарища из Четвёрки, а в ряде моментов так и вовсе превосходить! При том, что сами зелёные хоть и были физически сильнее людей своей комплекции где-то в два-два с половиной раза, но лишь в два-два с половиной раза, а мужик в « иллюзии» Бэна вполне натурально разносил градильни на электростанции, голыми руками круша плотный бетон. То есть, там был некий « жесткосветовой экзоскелет» . Который каким-то образом ещё и массу ударам прибавлял или как-то иначе вертел закон сохранения импульса.

Помимо этого, даже без оборудования, скруллы сами по себе обладали определёнными способностями к метаморфизму и могли крайне натурально замаскироваться под человека. Это был тренируемый навык, и вся их раса не могла менять внешность по сорок раз на дню, как какие-нибудь марсиане из вселенной DC, но спецагенты вроде попавшихся нам легко могли прикинуться почти любым человеком. Уже кошмар для любой силовой структуры направленной на защиту государства, но ведь у них, судя по их же словам, далеко не только спецагенты имелись, но и колоссальных размеров армия с космическим флотом. Одна из ударных эскадр которого, к слову, прямо сейчас висела по ту сторону Луны, в ожидании сигнала от группы диверсантов для начала вторжения…

И вот эти ребята пришли нас завоёвывать.

И как ни крути, а сделать это они могли играючи, единственное, что заставило их не атаковать сразу, а сперва заслать диверсантов, это опасение, что тупые аборигены подорвут свою планету ядерными зарядами, если что-то пойдёт не так. Потому и действовали по стелсу, собирая разведданные и прикидывая, кого и в каком количестве лучше подменить на своих агентов, чтобы тихо-мирно ассимилировать планету со всем населением — рабы ведь тоже ценный ресурс, помимо богатства недр, совмещённых с удобством добычи этих богатств. Не говоря уже про выращивание продовольствия и прочие вещи, что с астероидов не накопаешь.

И как противостоять такой силе, я не представлял. Даже в разрезе «сбрасываем маски, достаём топоры и идём делать Ва-агх» [16] ! Скруллы — это межзвёздная милитаристическая империя, располагающая ресурсами и технологиями в количестве, что Земле и не снились. Они по определению могут нас заровнять десятком самых разных способов. И, если в дело не вмешается какой-нибудь Омега-Мутант, что сам может взглядом гасить звёзды или, хотя бы, выжигать миры, при этом будучи неубиваемой НЁХ, а не как Джонни, нам хана.

И тем более странно было, когда через означенные пару дней в атмосферу Земли действительно вошёл инопланетный флот, но… вместо того, чтобы начать полномасштабную бомбардировку, он лишь высадил десант в месте содержания пленников, подавил всё сопротивление, забрал скруллов… и улетел. А из всех утюгов проступило заявление «Адмирала Канга» . И было оно… трындец, каким странным.

Уровня «мы могучи, мы очешуенны, но нам сейчас срочно надо в туалет по-большому, так что ждите, пока мы вернёмся! И трепещите, да, а мы побежали!» . То есть, да, буквально: по всему земному шару, на всех телеэкранах появилась зелёная физиономия какого-то надменного скрулла, который заявил, что он — адмирал Канг, командующий лучшей ударной эскадрой Империи, он завоюет нашу планету, поставит на колени все наши вооружённые силы и человечество навеки станет служить великой Империи Скруллов, но… нам, жалким туземцам, повезло пожить ещё немного на свободе, ибо дела на другом конце империи требуют его внимания. Однако, когда он с ними разберётся, он вернётся в наше захолустье и заставит нас пожалеть о том, что мы посмели сопротивляться скруллам. А пока, мол, наслаждайтесь последними свободными месяцами, ибо потом вам предстоит встречать новых господ, и горе тем, кто посмеет раздражать его светлость своим дикарским гонором!

И дальше они реально смылись! Утекли! [17]

Как⁈ Зачем⁈ Даже я, который вроде бы знаком с различными канонами вселенной Марвел идей имел всего парочку, на уровне «к ним заявился Галактус » и « неужели им вломила где-то Империя Кри?» . Тут ведь явно не киновселенная, даже на вмешательство Асгарда не спишешь!

Но если я хотя бы мог гадать, опираясь на знания о существовании главных барабашек данного мироздания, то весь остальной мир пребывал в полнейшем ахуе, извиняюсь за выражением. И весь следующий месяц ходил, выпучив глаза, и пытался понять «что это было?» . А уж в какой истерике были вояки… дошло до того, что меня вызвали на ковёр и, по-сути, предъявили ультиматум: делай, что хочешь, используй любые ресурсы, клади болт на любые законы и хоть кровавые жертвы Макоронному Монстру приноси, но роди нам супероружие ещё вчера! И, положа руку на сердце, я мужиков понимал. Когда узнаёшь, что вокруг творится такой пиздец и в любой момент может прилететь какая-нибудь хтонь и тебя нагнуть в любую удобную ей позицию… это огорчает. А ведь парни ещё с Галактусом не познакомились… В общем, работы строительные по лабораторному комплексу и заводу бронесплавов получили новую дозу скипидара и теперь велись круглосуточно, без перерывов и выходных. К счастью, все расходы и поиск дополнительных рабочих взяли на себя вояки, как и обеспечение секретности всего этого. Не то чтобы даже такой муравейник в охватившем планету психозе мог сильно привлечь чьё-то нежелательное внимание, но… порядок.

Под шумок удалось наложить руки на генетические образцы атлантов, что умудрились собрать спецслужбы США после недолгого конфликта, а так же пробы самих скруллов взятые у их диверсионной группы. Не скажу, что на нынешнем этапе и в ракурсе применения именно установки с космическим излучением эти образцы могли существенно помочь нашим разработкам, но в перспективе — да. Очень даже «да» ! Тем более, что атланты сто процентов были родственным человеку видом, вернее просто ещё одной расой человеческого вида, что лишь развивалась в большей изоляции нежели остальные, при сильно отличающихся условиях окружающей среды и, скорее всего, проходила искусственные модификации. Тем не менее, первые результаты исследований показывали, что мы генетически совместимы и, теоретически, способны к общему потомству, причём жизнеспособному, а не мулам. Понятно, что копать там ещё было до чёртиков, а в генетическом коде скруллов вообще не факт, что получится разобраться в рамках одного поколения (свой-то, человеческий геном вон сколько расшифровываем всей планетой и расшифровать до конца не можем!), однако данное направление было много ближе Маккою, нежели тема мутации от излучения, а потому я имел надежду, что ему образцы будут небесполезны, от того их и клянчил.

Однако главный результат всё-таки был по части основного проекта. Мы и так уже почти достроили и подключили всё, что требовалось подключить в новом лабораторном комплексе, а с новыми полномочиями и поддержкой вояк, всё и вовсе полетело, как истребитель. Ещё неделя после завершения комплекса ушла на установку оборудования, тесты и «холостые пуски» , после чего… Стенд был готов, требовался только подопытный.

О чём я и доложил воякам.

Нужны кандидат был предоставлен буквально через три часа — столько времени ему потребовалось, чтобы долететь из Вашингтона или где он там сидел, до Нью-Йорка, а оттуда уже попасть в пригород. Наскипидарился, в общем, мужик прилично. Я же, тем временем, изучал личное дело кандидата:

Эмиль Блонски — офицер морской пехоты, тридцать девять лет, подготовка «котика », участие едва ли не во всех конфликтах, где были замечены США за последние пятнадцать лет, «не состоял », «не участвовал» , « не привлекался» . Семьи тоже нет. Психологическая карта… М-да. Короче, какой-то брутальный и суровый аналог Капитана Америки. Тоже идейный патриот, только не суперсолдат. И, в принципе, « по бумажкам» , вполне подходит. Однако, стоит поговорить с ним лично и удостовериться окончательно.

— Мистер Блонски, добрый день, — я протянул руку жилистому русоволосому мужчине среднего роста с волевым узким лицом и лёгкой щетиной, — я — Виктор фон Дум, автор технологии и руководитель проекта.

— Рад познакомиться с вами, сэр, — пожал мою ладонь вояка.

— Что же, давайте перейдём к делу. Ваши тесты весьма хороши и для «программы» вы полностью подходите. Однако…

— Что-то не так? — напрягся солдат.

— Вы должны понимать, что методика — экспериментальная, — не стал я ничего приукрашивать. — Вы можете умереть, стать инвалидом, получить уродства или и вовсе мутировать в хрен пойми чего и до конца дней поселиться в лаборатории.

— Да, сэр, — чуть расслабился Эмиль, — я читал документы и ознакомлен с возможными рисками.

— И вы согласны?

— Да, — лаконично кивнул он.

— Могу я узнать, почему? Это не праздное любопытство и ответ на этот вопрос действительно важен.

— Можно не по уставу, сэр? — немного подумав, спросил солдат.

— Конечно, — я кивнул, — я всё-таки гражданский «пиджак» , если хотите, могу и предложить выпить.

— Этого не требуется, — мотнул головой мой собеседник. — Что же касается вашего вопроса. Я хочу послужить своей стране.

— Стать подопытным — это не единственный вариант, — тонко намекнул я ему на толстые обстоятельства.

— Да, но… мне уже сорок лет. Суставы изнашиваются, почки тоже долго не протянут, реакция и выносливость уже не те, что раньше, поддерживать форму с каждым годом всё сложнее. Ещё несколько лет, и я стану балластом. Мне предлагали перевод в штаб или зачисление в инструкторы, но это не для меня. Я — солдат и не хочу становиться штабной крысой или дедом на пенсии, что только и может вспоминать о былом. Не хочу угасать на обочине, никому не нужным пережитком прошлого. И, если для этого мне нужно рискнуть всем, что у меня осталось, то я готов!

— Вы понимаете, что получив сверхчеловеческую силу, скорее всего, будете вынуждены участвовать в совсем не парадных операциях, большинство из которых вряд ли одобрит общественность?

— Сэр, я не наивный мальчик со сказками в голове. Я знаю, что моя страна — не Рай и живут в ней не ангелы, но это не значит, что я должен от неё отказываться или перебегать к её врагам. Уродов, которым стоило бы отстрелить яйца и заставить их сожрать хватает везде, и это не зависит от цвета кожи. Когда-то я сделал выбор — защищать свою страну с оружием в руках, и я буду её защищать, какие бы приказы она передо мной не ставила. Если меня осудит «общественность» или её потомки, так тому и быть, зато меня будет кому судить. А мне хватит и того, что моя жизнь отдана не напрасно.

— Что же, мистер Блонски. Я сделаю всё от меня зависящее, чтобы всё прошло успешно. Но, если что и вы вдруг станете трёхметровым каменным «големом» , помните, я готов обговорить вопросы найма, компенсаций, страховок и прочего социального пакета, так что, пожалуйста, не крушите лабораторию, хорошо?

— Я постараюсь, сэр, — чуть улыбнулся вояка. — Когда начинаем?

— Если вы не намерены отказываться, то… операция будет через неделю, а пока у вас возьмут все возможные анализы и запишут все данные по организму…

Собственно, так оно дальше и случилось. Мы сняли с Блонски все параметры, какие только могли, взяли образцы всех возможных без существенных повреждений организма тканей и провели собственное психологическое освидетельствование. В котором, само собой, неофициально поучаствовала и Эмма Фрост, подтвердив, что мужик Эмиль — тёртый, побывал во всяком дерьме и сам много чего творил, но при этом мне не врал, относясь к тому типу военных, что считают высшим долгом солдата — выполнять волю страны, даже если она неприглядна, потому как есть «государственная необходимость » и « выживание народа» , и ради них не грех испачкаться. И да, себя он считал солдатом, положив на это всю жизнь и чувствуя в этом призвание, становление же балластом, а то и выход на гражданку его пугали до усрачки и вне системы он себя не видел. Короче, реально идеальный кандидат.

Ну, а после тестов с анализами, мы начали пичкать мужика полным комплексом пищевых добавок, витаминов и прочих протеиновых коктейлей призванных дать его организму максимальное количество полезных веществ и строительного материала. Понятно, что те процессы, которые запускает космическое излучение, плевать хотели на такие мелочи, но я считал, что хуже от этого не будет, а даже малейший дополнительный шанс успешно пережить мутацию с головой оправдывает столь незначительные затраты. Нагрузка телу добровольца тоже предоставлялась, хоть и без экстрима, зато с разработкой всех групп мышц. Всё из соображений, что привыкший к «стрессу » организм проще перенесёт этот самый стресс, уровень воздействия там, конечно, не сопоставим, но расслаблять тело в тепличных условиях, а потом с места в карьер бросать его в реактор было бы явно хуже. И вновь повторюсь, я прекрасно понимал, что всё это было из разряда « плясать с бубном в надежде, что поможет» , но ничего другого всё равно не оставалось — у нас пока не было ни статистики, ни каких-то иных данных не то что для полноценного научного понимания, но даже эмпирически выведенных взаимосвязей, что, для чего, и как делать при подготовке к мутации случайного человека.

Но вот прошла неделя, Эмиль получил шикарный обед с мраморной говядиной, приготовленный мастером своего дела, после чего отправился в душ и в «чистую зону », где облачился в «гидрокостюм », вернее специальную «космическую » ткань из саморегулирующихся молекул, аналогичную той, в которой щеголяла и подверглась облучению Фантастическая Четвёрка. Этот материал, разработанный моей компанией, на основе (три раза « ха» ) ранних разработок Рида Ричардса, которые он сам до ума не довёл, зато вот прошлый Виктор со Соьюзен справились. Костюм отличался удобством, прочностью и вообще, был « писком супергеройской моды» . А ещё он был напичкан разного рода датчиками и сканерами по самое « не могу» .

Закончив с переодеванием, Эмиль проследовал за мной в «святая святых ». Где уже дежурил «одолженный » мной у вояк отряд, облачённый в тяжёлую броню, с системами замкнутого цикла. Вооружены они были тяжёлыми пулемётами, «Стингерами », реактивными огнемётами и комплектом различных БОВ, от слезогонки, до нервно-паралитического арсенала, уровня «зарин нервно курит в сторонке» . Ну и патроны у них были тоже не совсем стандартные. Да, я очень тщательно готовился, ибо… чёрт подери, я собираюсь, будучи в Марвел, в Америке, провести некий « жуткий эксперимент с крутыми технологиями на первом человеческом подопытном» . Это же целая гроздь « флагов смерти» ! Для полного комплекта не хватало только какого-нибудь конченного зэка на месте этого самого подопытного или « ничего не подозревающего патриота, которого злобное правительство использует втёмную» .

— Сэр? — оглядев ребят, что собрались даже не на войну, а сурово выживать, косплея то ли захват Марса, то ли сразу Думгая, удивился Эмиль.

— Охранная рота. На случай, если эксперимент пройдёт… плохо и ваши изменения затронут высшую нервную систему… — взглянув на всё ещё несколько растерянного мужчину, объяснил я «для солдафонов» . — На случай, если из-за мутации вы сойдёте с ума, то… вас остановят. Вплоть до устранения.

— Надеюсь, — серьёзно кивнул солдат.

— Что же, возможно, сейчас пере до мной стоит второй Стив Роджерс… И я искреннее желаю вам удачи, — протягиваю бойцу руку.

— Спасибо, сэр, — безропотно пожал он её, несмотря на наличие перчаток.

— Заходите, — я вбил команду на консоли камеры облучения и двери распахнулись.

Подопытный спокойно вошёл, ну а я, покинул испытательную зону и поднялся в «смотровую» , где уже присутствовали кураторы проекта. Я бы предпочёл, чтобы они присутствовали по видеосвязи… да и сам бы тоже не отказался быть подальше, но… не та эпоха, не те технологии и точно не те люди — не привыкли они к такому, им нужно всё самим лично посмотреть и убедиться.

— Мы готовы, мистер Дум, — ответил один из операторов. Вообще, такой эксперимент неплохо бы вести Маккою, но Хэнка перед вояками я светить не хотел, да и Питеру наглядно видеть столь «сомнительные » дела не стоило. Отчёты и выжимки он, бесспорно, получит, но одно дело читать о мутации добровольца-подопытного и другое дело самому её проводить и понимать, что это делается для создания очередного « суперсолдата» .

— Тогда, начинаем. Господа, — кивок воякам, — с вашего позволения.

— Да, начинайте, мистер Дум, — кивнул генерал Хэйгер.

— Надеюсь, оно того стоит и мы не спустили десяток миллиардов долларов налогоплательщиков в выгребную яму, — тихонько пробормотал себе под нос генерал-лейтенант Джонсон. Ну как «тихонько» … достаточно громко, чтобы его можно было услышать, но не настолько, чтобы поинтересоваться, не охренел ли он такое говорить.

Я же дал отмашку. Охрана внизу навела все свои стволы на камеру, а ассистент подал команду на запуск программы. Заработали «нагнетатели» , завыла система охлаждения, а свет чуть мигнул от резко увеличившейся нагрузки сети.

— Передаю мощность… Двадцать процентов… Сорок…. Шестьдесят… Восемьдесят… Девяносто… Сто! Излучение пошло!

Далее «внутренности » испытательной камеры засветились. И это были самые напряжённые пять секунд в моей жизни. И да, всего пять — больше не требовалось, на той космической станции нас тоже облучило почти мгновенно. Собственно, единственный вопрос состоял в том, вырубится ли Эмиль или мутирует, оставаясь в сознании. И что тут лучше, я не знал. Ну вот сейчас и узнаем. Излучатели погасли и я набрал команду на открытие двери. За ней стояла тишина, а остаточная ионизация воздуха мешала разглядеть, что творится внутри — что поделать « локальное северное сияние» .

— Мистер Блонски, — набрал я громкую связь, — вы слышите меня?

— ДА, СЛЫШУ, МИСТЕР ДУМ! КАЖЕТСЯ, ВХОД СТАЛ МЕНЬШЕ, — из проёма показалось «большое зелёное» .

— Фак… — выругался кто-то под дружные восхищённые вздохи.

— Нет, капитан, выход не стал меньше, это вы «немного подросли» , — игнорируя ропот, усмехнулся я в микрофон. — Как ощущения? Голова не кружится? Сознание ясное?

— ДА, — басовито ответил натуральный «Халк », ибо было в этой образине реально два с лишним метра росту и где-то полтора в плечах, при тёмно-зелёной коже. Руки тоже удлинились и обзавелись настолько выдающимися мышцами, что обладатель этих хватолок вполне мог стать призёром конкурса за самые мощные лапищи даже при участии Бэна Гримма. Голова Эмиля облысела, а вот уши раздались, став сильно напоминать «локаторы» некоторых атлантов, из тех, которые « дети Дагота» . Так же на теле мутанта виднелась чешуя. — В ТЕЛЕ ПРИЯТНАЯ ЛЁГКОСТЬ… НИКОГДА ТАК ХОРОШО СЕБЯ НЕ ЧУВСТВОВАЛ!

— Невероятно… он полностью адекватен и осознаёт себя! — выдохнул генерал Хэйгер.

— Отлично, — продолжил я разговор с «Халком-2» , — что же, испытания прошли успешно. Приступим к тестам. Кстати, вас не смущает ваш новый облик?

— НОВЫЙ ОБЛИК? — мужик окинул взглядом свои хваталки. — ХМ-М-М… С ТРАНСПОРТОМ БУДЕТ СЛОЖНО, НО ЭТО НЕ ХУДШЕЕ, ЧТО МОГЛО СЛУЧИТЬСЯ, СЭР.

— Тогда, следуйте в тестовую зону, капитан, — я набрал очередной код и дверь в лабораторию открылась, позволяя свежеиспечённому Супермутанту покинуть логово Безумного Учёного. Э-э-э, в смысле, крутой Ноб пошёл испытывать тело после того, как над ним поработал Мэд-док. Ага, сейчас оно добудет Чоппу [18] и всем придёт Жопа… Так, плохие мысли. О, точно, прототип Громового Воина [19] явил свой грозный облик! Блин, они же слетали с нарезки… Так, а я вообще знаю вселенные, где у «суперсолдат» за два метра ростом не было проблем с соображалкой? Разве что Батл-тех [20] , но не уверен — её я как раз толком не знал. Ладно, это всё нервы. Точнее, отходняк. Всё же хорошо. Хорошо ведь?

Как показали дальнейшие испытания — действительно хорошо. Блонски мог поднимать десяток тонн, бегать на зависть всяким гепардам, не спать неделю, при этом паша на зависть любому трактору, да и по скорости реакции превосходил тренированного бойца раза в три-четыре. Полёт пули рассмотреть этот зелёный протоастартес не мог, но вот бросок ножа — перехватывал играючи. При этом адекватность полностью сохранялась, как и когнитивные способности. Ну а внешность этого «сферического солдата в вакууме» и так не сильно волновала — супруги или возлюбленной у него не было, и вообще он был женат на службе. В общем, эксперимент признали крайне удачным и едва ли не идеальным, вопроса о дальнейшем финансировании исследований и разработок не поднималось — делай, товарищ Виктор, что хочешь, ты доказал, что соображаешь и слову твоему можно верить.

Собственно, последнее мне сильно помогло. Если быть точным, то удалось убедить вояк, что «тестовому образцу » нужно годик-полтора побыть под наблюдением, ещё неплохо бы обкатать технологию «обратной мутации » и только потом уже можно запускать «серийное производство ». Носители погон упирали было на «вдруг война, а у нас суперсолдатов нема », но тут удалось объяснить, что если мы попадём в такую задницу, где без суперсолдат будет ну вот вообще никак, то в экстренном порядке можно будет облучать целые армейские части и это не займёт много времени, но, если такой жопы вокруг нет, то лучше «вылизать » технологию, чем потом или как-то переделывать-переклёпывать готовых, или и вовсе «воевать с устаревшей техникой », поскольку «новинку » тупо не получится внедрить из-за недостатка ресурсов или « затоваренности» . Это армейцы прекрасно понимали, благо тема « продать устаревший хлам вассалам и папуасам» была для них хорошо известна и близка. Только суперсолдат, пусть и устаревший, это не та штука, которую можно просто взять и продать или списать. Это, как минимум « ветеран» . И гражданин. Причём, если ты просто пожмёшь плечами и выкинешь его на улицу, к другим бездомным ветеранам, то ведь он проблем доставить сможет, как рота диверсантов. Так что, мне дали добро спокойно колупать и « подпиливать напильником» капитана Блонски, да напомнили, что, если что — добровольцев у дяди Сэма ещё много и почтенные генералы всегда готовы предоставить ещё пару-тройку… сотен. Н-да. А ведь, по-хорошему, статистику набирать надо, то есть, те самые десятки и сотни « клинических испытателей» . Но ладно. Тут отмажемся и будем упирать на тщательность и дороговизну исследований, а так же осторожность. И да, при следующем « испытуемом» в охранном взводе будет стоять большой зелёный, которого я уже предложил облачить в прототип экзоскелета от « Фон Дум-Индастриз» и вооружить миниганом. Ибо большое, бронявое и с миниганом — это хорошо. Как ни странно, со мной дружно согласились вообще все присутствующие. А тему экзоскелета и вовсе попросили раскрыть и продвинуть.

В общем, всё прошло более, чем хорошо. Из чего следовало, что дамоклов меч в лице недовольства вояк над моей фирмой больше не стоял. Вот и замечательно, можно вздохнуть с облегчением и дальше заняться своими планами по захвату мира. Нет, я бы с удовольствием занялся планами по совращению одной шикарной голубоглазой блондинки, но проклятый вопрос с собственной цельножелезячностью так никуда пока и не девался. Э-э-эх, ну ладно, работаем!

Глава 9

Пока я возился со всяческими Супермутантами и прочими Протоастартес, Смайты-таки смогли «доковырять » обратную связь у протезов. Не скажу, что «ларчик просто открывался », но нам откровенно помогли трофеи с «зелёных человечков ». В том смысле, что у них разного рода метаморфозы были обыденным делом для разведчиков-диверсантов. И часть их снаряжения как раз и предназначалась для того, чтобы давать «обратную тягу» во время изменения форм. То есть, если называть вещи своими именами, обладала полноценным нейроинтерфейсом. Разумеется, о полноценном копировании технологии не могло идти и речи, но мои подчинённые смогли раскурочить девайсы и вытащить из них принцип этого самого « обратного отклика» . И это было много лучше, чем « игла в спинной мозг» , а то и не спинной. Правда, Марвел в очередной раз мне напомнил, что « здесь вам не там» . В том смысле, что эти два гения-идиота не придумали ничего лучше, чем испытывать импланты сразу на Алистере — том самом Смайте-младшем, что был парализован на нижние конечности…

— Спенсер, — я потёр переносицу, — ну какого чёрта⁈ Вы же взрослый человек!

— Нам требовалось испытать образец, мистер фон Дум, — поджал губы старик, — и, как видите, результаты превосходны! — он махнул рукой в сторону своего стоящего на своих двоих сына. Да, на ногах он стоял благодаря поддерживающему экзоскелету, но стоял и мог спокойно ходить.

— Это прекрасно и замечательно, — согласно кивнул я, — но что, если бы что-то пошло не так? Я понимаю ваше желание вернуть сыну возможность ходить и полностью его поддерживаю, однако, что бы вы делали, если бы, допустим, он получил сенсорный шок из-за неправильных настроек датчиков?

— Нам нужно было испытать образец, — продолжал выражать «молчаливое несогласие» старик.

— Я понимаю и не возражаю, но у нас есть тысячи инвалидов, что будут готовы душу продать за возвращение к полноценной жизни, не говоря уже о том, чтобы поучаствовать в экспериментах за денежку малую. Про всяческую живность я и вовсе не упоминаю!

— Животные подходят здесь мало, а использовать простых людей… не этично! — возразил сын, показывая, что от отца он отличается не сильно.

— Боги… — я вздохнул, — да-да, все жизни ценны и всё такое, но… давайте откровенно. Вы — крайне эрудированные и обученные специалисты. Вы ценны для общества хотя бы тем, что можете изобретать подобные технологии для инвалидов. А бездомный калека без образования и мозгов, что готов ради пары долларов рискнуть головой — нет. Я понимаю, что это цинично и, откровенно говоря, бесчеловечно, однако, люди не равны, хоть ты тресни. И смерть в результате несчастного случая означенного калеки будет, конечно, печальна, но, в рамках всего социума, ни на что не повлияет. Смерть или недееспособность ваша или вашего сына станет существенной потерей для всего человечества.

— Звучит, как у нацистов!

— Не передёргивайте, — я поморщился, — нацисты — хитрожопые ублюдки, использующие базовые человеческие инстинкты для того, чтобы превратить людей в бешеных животных, которым пустить под нож сотни тысяч человек из-за неправильной формы черепа или цвета волос и глаз, что высморкаться. Вот только это не помешало победителям растащить их чудовищные исследования по закромам и извлечь из них пользу. Я не предлагаю риск-эксперименты на детях и прочую мерзость, но у нас есть животные, есть добровольцы, да что там, есть даже смертники, которым всё одно или на электрический стул, или на инъекцию! Ладно, — я выдохнул, видя что передавливаю, а они тут вообще-то хвастаться пришли, — победителей не судят и по человечески я вас поздравлю. Без шуток. Но, в будущем, сначала проконсультируйтесь со мной, а потом уже прыгайте под нож.

— Хорошо, — нехотя согласился Спенсер Смайт, не скажу, что он был в восторге от моей отповеди, но… мой проект вернул его сына к полноценной жизни, а потому старик был готов «простить » мне многое. Я же получил работающую технологию, осталось запустить её в массы. И, я знал, кто может послужить мне хорошим «промоутером» и вообще « помочь с маркетингом» .

— А сейчас… мне будет нужна рука…

Фелиция шла на лекцию к доктору Коннорсу и мысленно проклинала своё упрямство. Она неплохо разбиралась в психологии, литературе, искусстве, даже экономике и бизнесе, но поступила именно на технический факультет. Хотела доказать себе, что способна к настоящей, серьёзной науке. Доказать себе и матери. Однако, чем дальше, тем больше она понимала, что вот эти их технические термины, более похожие на какие-то зловещие заклинания жутких колдунов, это не её. Особенно «больно » было на химии и физике. Но переводиться она принципиально не желала. Как и прибегать к семейным связям для найма репетитора. Разумеется, мама ничего не скажет, поможет и выделит деньги на нужного специалиста, но это будет равносильно признанию поражения. Проигрывать же девушка очень не любила, впрочем, покажите того, кто любит! Найти бы кого, кто во всей этой техномагии понимает, но такие на деле оказались или заняты так, что сами света белого не видят, вроде Питера Паркера, что хоть и был таким же первокурсником, но уже мог уделать по эрудиции и выпускника… и он уже был нанят одним из деловых партнёров матери и выбивался в помощники руководителя лаборатории, в результате чего, даже на части занятий не появлялся, предпочитая проводить время там. Второй же вариант «помощников » однозначно намеревался залезть на почве «помощи с занятиями» ей под юбку. И это ещё в лучшем случае! В худшем было желание через « тупую блондинку» присосаться к « Фонду Харди» .

— О, мисс Харди! Отлично, вы-то мне и нужны! — вырвал её из мрачных дум жизнерадостный мужской голос.

— А? — она подняла взгляд. — Мистер фон Дум⁈ — тот самый деловой партнёр материи смотрел на неё с лёгкой улыбкой.

Признаться, со своим отношением к этому человеку она до сих пор не могла определиться. С одной стороны, его имя уже гарантированно войдёт в учебники по бизнесу. В раздел «если вас кинули партнёры, а вы хотите их совершенно легально уничтожить и смешать с дерьмом, то поступайте, как он ». Выставить на посмешище, попутно ещё и ободрав небольшую толпу ранее весьма уважаемых людей и даже банков… это было сильно и, чего там, Фелиция даже немного восхищалась провёрнутой схемой магната. Тем более, в остальном его репутация была кристально чиста и, если ты не пытаешься его « кинуть» , то и от него тебе опасаться нечего. В общем, несмотря на то, что судьба несколько раз сильно била этого мужчину, он каждый раз вставал и бил в ответ. Да так, что зубы летели на мили вокруг. Но вот с другой стороны…

— Я понимаю, что безумно прекрасен и героичен и, право слово, мне весьма льстит ваш взгляд, леди, но вы хотя бы моргните! А то я начинаю переживать! — вновь усмехнулся фон Дум.

…Он был эксцентричен. Сильно эксцентричен. Возможно, из-за всего этого стресса, он слегка спятил. Он мог пойти на выставку и походя сфотографироваться с попавшейся под руку студенткой. Или усесться пить кофе в дешёвое кафе. Или нанять своим секретарём стриптизёршу. Такое наплевательское отношение к общественным нормам и мнению было восх… в смысле, возмутительно! И нет, она не завидовала! Совершенно точно нет!

— Вы переоцениваете своё обаяние, мистер фон Дум, — подавив непрошеную улыбку, девушка решила ответить этому гнусному типу (как же за-а-а-авидно!) его же монетой. — Но я слишком занята, чтобы думать о мужчинах, годящихся мне в отцы… в каком бы то ни было плане.

— Гнусный поклёп! Я не настолько стар, — он притворно схватился за сердце, — и да, после этой фразы, что слышала во-о-он та толпа, — Виктор махнул рукой в сторону кучки шушукающихся персон, — нас теперь если не поженят, то в любовники зачислят однозначно. Ох, надеюсь, госпожа Лидия не заревнует. Но, собственно, чего я подошёл, — закончив с шутками, мужчина обратился уже на полном серьёзе, — разработка закончена, так что сейчас состоится практическая демонстрация прототипа. И вы, мисс Харди, на неё приглашены в роли представительницы фонда.

— Ч-что? Но так нельзя! — возмутилась девушка. — Это же важное и официальное мероприятие. Требуется протокол, речь, план мероприятия в конце концов!

— План есть! У меня, — он усмехнулся, — и он заключается в вашем царственном присутствии. Поверьте, мисс Харди, этого достаточно, чтобы всё прошло идеально! А теперь пойдёмте! — и, махнув ей рукой, этот… богатый псих с грацией ледокола устремился к лекционному залу, где уже собралось прилично народу. И начали подтягиваться репортёры, явно притащенные этим… этим… ур-р-ргх!

— Кому-то придётся за это потом извиняться! Потребовать с него что ли ужин… хотя нет, это должно быть наказание, а, судя по его словам, он воспримет это, как поощрение! — размышляла вслух девушка, вынужденная идти следом за «человеком-носорогом» .

— Доктор Коннорс! — между тем радушно улыбнулся магнат её преподавателю уже внутри аудитории.

— Мистер фон Дум? — приподнял брови однорукий мужчина у кафедры. — Что привело вас сюда и… всех этих людей? — доктор Коннорс был вежливым человеком, а потому не стал восклицать «какого чёрта вы тут устроили и срываете мне лекцию⁈»

— О, тут произошёл целый ряд совпадений, стечений обстоятельств и далеко идущих планов! — «пояснил» бизнесмен, — а теперь… раздевайтесь!

— Простите, что? — воскликнул преподаватель.

— Что⁈ — удивилась Фелиция.

— Что-о-о-о⁈ — протянули ошарашенные студенты за партами.

— Что? — невозмутимо ответил фон Дум, — на халат эта штука не надевается, — водрузив на кафердру и раскрыв чемодан, он показал, что за «штука» . Там лежала рука. Натуральная человеческая рука.

— Это… что?

— Это — последняя разработка Фон Дум-Индастриз, основанная на лицензионной технологии фонда Харди, с очаровательной наследницей которого мы к вам и пришли, — явно веселясь и получая от всего этого какое-то извращённое удовольствие, ответил магнат. — Ну же, профессор, не ломайтесь и не заставляйте вас раздевать! Я готов раздевать прекрасных женщин, а не мужчин средней симпатичности. Подумайте, что может сказать на это ваша жена!

— Вы же в курсе, что это — почти сексуальное домогательство, мистер Дум? — поинтересовалась Фелиция.

— К кому? У меня куча свидетелей, что я, наоборот, отказался домогаться мистера Коннорса!

— (

— Это какой-то абсурд… — недовольно нахмурился однорукий.

— Ну, думаю, я имею право побыть немного эпатажным. А теперь, ближе к делу!

— Ладно… — с лицом «Боже, куда я попал », Коннорс скинул халат и начал расстёгивать рубашку, но потом сообразил, что тут толпа народу и ему явно стало несколько «неуютно» . Так что он кивнул в сторону двери в « преподавательский закуток» — небольшую комнату, что зачастую использовалась в роли кладовки и хранилища для небольших демонстрационных стендов.

Там мужчина уже разделся по пояс и Фелиция смогла наблюдать накачанную, подтянутую фигуру ещё нестарого мужчины. Правда, красоту вида несколько портила отвратительного вида культя вместо руки, да и эта куча шрамов вокруг плеча.

— Так, теперь вот это вот сюда, — фон Дум достал резко пахнущие салфетки и, не меняясь в лице, обтёр обрубок руки профессора, после чего приставил к нему руку, — сейчас вы можете ощутить сжатие и лёгкое покалывание, — меж тем, рука из чемодана, явно сделанная по меркам «пациента» реально обхватила то, что осталось от родной конечности преподавателя, — ага… а это сюда, — на голову преподавателя надели тонкий ободок, вроде тех, что используются для удержания волос, — и-и-и… готово!

— И что должно быть го… — начал раздраженный инвалид, но… прервал себя на полуслове… — я… я чувствую руку!

— Разумеется, вы чувствуете руку, — вновь усмехнулся фон Дум, — в этом-то и был смысл. А теперь — одевайтесь. Вы — не шикарная стриптизёрша, а всё ещё мужчина средней симпатичности, залипать на которого могут девушки, а не я.

— Это сексизм! — возмутилась Фелиция.

— Ничего подобного! Я оставляю девушкам право залипать на кого они хотят, лишь констатирую, что мне куда приятнее смотреть на шикарных и грациозных девушек, а не мужчин. Хм… — Виктор показательно задумался, — а ведь действительно, получается, что я женский сексист! И вообще, белый цисгендерный мужчина… да, кажется, дружбы с ЛГБТ активистами у нас не выйдет… Ну и славно! — он довольно хлопнул в ладоши, расплывшись в счастливой улыбке.

— Я… спасибо! — растерянно обратился к ним Коннорс, — мистер фон Дум, мисс Харди.

— Да я что… мы просто передали пылящуюся у нас технологию мистеру Думу… и не ожидали, что он сделает такое! — призналась Фелиция. А ещё, она осознала, что теперь с предметом Коннорса у неё проблем не будет, даже если она больше ни разу здесь не появится. Пусть профессор никогда не был замечен в протекционизме, но… руки тоже не каждый день возвращают. И всё это устроил этот гнусный, несносный, наглый… но, Боги, чертовски харизматичный мерзавец! Но она всё равно выучит! Так как теперь это вопрос принципа ещё больше, чем раньше!

— Всегда пожалуйста, — продолжал улыбаться и излучать позитив магнат, — ну а теперь, полагаю, нам нужно выйти к обеспокоенной общественности, пока эти писаки не напридумывали такое за что мне придётся оставлять без штанов их журналистские агенства.

Что же, такой «лихой кавалерийский налёт » хорошо мне послужил. Нет, не только тем, что одна замечательная голубоглазая блондинка теперь явно будет думать об одном скромном бизнесмене куда как больше, чем думала до этого, если вообще думала. Это было приятно, бесспорно, но основная цель всё же заключалась не в этом. Данное мероприятие было лишь затравкой, чтобы подстегнуть и возбудить интерес, а основные события были запланированы на вечер и действительно включали в себя всякие протоколы, строгие пресс-коференции и… отсутствие представителей фонда Харди. Ибо, что ни говори и как ни крути, но «навороченные протезы» были уже чисто моим изобретением, в смысле, моей фирмы, а потому как-либо « примазывать» , да ещё и бесплатно, Лидию и её компанию я не собирался. Она свою долю честно получит, но не более. А вот молодых и ранних двигать нужно, потому, ближе к нужному часу я спокойно вошёл в лабораторию, где и стал поджидать другую голубоглазую блондинку. Ибо да, они всё делают лучше!

— Мисс Стейси, — не успела наша студентка-практикантка толком доехать из университета на работу, как была мной отловлена.

— Мистер Дум? — она чуть удивилась. — Что-то случилось?

— Да! Мне очень нужна ваша помощь!

— Конечно, чем я могу вам помочь? — с забавной смесью лёгкого испуга и воодушевления, поинтересовалась девушка.

— Сущая мелочь! Вы составите мне компанию в качестве доверенного сотрудника на сегодняшней презентации протезов.

— Ч-что? Я-а-а-а⁈ — чуть ли не отпрыгнула Гвен.

— Разумеется, вы приложили самое деятельное участие и должны сполна вкусить плоды, принесённые нашим успехом!

— Н-но… я всего лишь правила ПО… и мистер Смайт и мистер Смайт подойдут для такого намного лучше…

— Брось, — я отмахнулся, — один — скучный старик, а другой — такой же зануда. К тому же, они проштрафились, ставя рискованные эксперименты на себе, пользуясь тем, что я несколько недель был в рабочей командировке и не мог дать им за такую глупость по башке! А вот ты — умница, которая всегда делает то, что надо и не делает дичи, к тому же прекрасно смотришься в кадре! А ещё нас уже видели вместе, так что новое появление на публике однозначно подорвёт многие тысячи задниц этих гнусных кровопийц из СМИ, что потеряют сон, аппетит, а кое-кто и работу в попытках раскопать что-нибудь пикантное на наш счёт. Ох, не могу дождаться этого момента! — с предвкушающем оскалом, довольно потёр руками миллиардер. — А отсуженные за клевету и вторжение в частную жизнь сотни тысяч долларов будут ещё долго греть моё маленькое чёрное сердечко… Ну и тебе что-то перепадёт — не бойся, не обижу, я помню, что голубоглазые блондинки всё делают лучше! Так что — вперёд, на подвиги!

— Это… что вы такое говорите, мистер Дум⁈ — возмутилась и смутилась юная красавица. — И-и-и, раз вам так нужны «голубоглазые блондинки, что всё делают лучше» , пригласите Фелицию Харди… или вашу секретаршу! — о, кто-то явно ревнует. А ещё следит за тем, в компании каких девушек я бываю. Приятно.

— Фелиция — наследница наших партнёров, что, конечно, прекрасно и замечательно, но требует поддерживать некоторую границу и формальности. А Эмма «в этих железках» , как она заявляет, всё равно мало что понимает и посыпется на втором вопросе. А ты — понимаешь и, случись чего, сама смешаешь с фекалиями особо ушлых любителей пера, типа ребят Джей-Джейя, — я продолжал излучать позитив. — А ещё, ты на меня работаешь и у меня есть Власть!

— Это злоупотребление руководящим положением! — возмутилась Гвен. — Как вы так можете⁈

— Нет. Это входит в наш контракт, пункт под «и прочие распоряжения руководства» . Сейчас рабочее время и я даю тебе распоряжение по работе твоего отдела! Я же не принуждаю тебя ни к чему нехорошему? Не принуждаю! И вообще, тебе что, не нужна премия?

— Какая премия? — моргнула девушка.

— В размере тридцати процентов годового оклада, связанная с отличным завершением проекта!

— Н-но… это же официальное мероприятие! Презентация! И… мне совсем нечего надеть… — она уже была согласна, вопрос был в том, чтобы дожать. И я не преминул этим заняться.

— Лабораторного халатика на блузку более, чем достаточно! Ты — молодая учёная! Мы это и будем подчёркивать! Всё, решено! Жду тебя через полтора часика на парковке. А пока Эмма поможет тебе с женской боевой раскраской.

И, довольный свершенной гадостью, я стремительно покинул возмущённо открывающую ротик и хватающую воздух блондинку. Да, хорошо быть эксцентричным миллиардером!

Что касалось самой презентации, то это было помпезно, с кучей всякого научного и богемного люда, но, в целом… скучно. Ожидаемые вопросы о том, как мы дошли до жизни такой, ожидаемые ответы. Даже провокации и те были ожидаемыми, начиная от того, что меня спросили, на каком основании я нанимаю к себе персонал и почему все они — голубоглазые блондинки, да ещё и стриптизёрши, на что я ответил, что нанимаю я людей исключительно исходя из профессиональных качеств, а если из сотни недавно нанятых сотрудников им запали в душу только голубоглазые блондинки, то… я полностью одобряю такую выборочную слепоту. Ибо, подозреваю, что крутящийся на шесте доктор наук Маккой или его коллега мистер Спенсер будут слишком шокирующим зрелищем даже для меня. Разумеется, были и куда как более неприятные личности, вроде очередных дебилов-пацифистов, что начали вещать на тему, не смущают ли меня «кровавые деньги », получаемые от военных. Тут пришлось потыкать эту дуру лицом в пару моментов, начиная от того, что лично я оружием не занимаюсь, а делаю то, что будет защищать наших воинов в борьбе со злобными пришельцами или ещё какой угрозой. И если у неё нет мужа-брата-сына в армии или полиции, для которых новые броневые сплавы могут стать спасением жизни, или же близких людей с инвалидностью, которым мои сверхсовременные протезы позволят вернуть к нормальной жизни с минимумом неудобств, то это не означает, что подобных родственников и друзей нет у остальных. Не говоря уже о том, что все они — граждане Соединённых Штатов, неужели вы настолько ненавидите собственных сограждан, мисс? Лакернул историческим экскурсом, на тему появления глазных имплантов, на которые шло авиационное стекло, разработанное изначально совсем для другого. Ну и пластическая хирургия тоже родилась не из желания подтянуть кожу и подрезать жирок — ей восстанавливали «оплавленные » лица и конечности у пострадавших от близкого знакомства с огнемётами и зажигательными боеприпасами бойцов. Короче, это была долгая и нудная говорильня, Гвен тихой мышкой сидела рядом, смущалась и старательно делала вид, что её тут нет. Посетили собрание и Лидия с Фелицией, коим я, как « хозяин вечера» , разумеется, отдал должное. Но сейчас они были именно гостями. Старшая женщина была от этого не сильно в восторге, а вот младшенькая, кажется, задалась целью вывести меня из себя, но ей мешала толпа свидетелей и потому, она ограничилась только парой неоднозначных намёков на тему моего интереса к определённым девушкам, но… я ведь уже открыто признал, что да, голубоглазые блондинки всё делают лучше! В итоге, леди, под нос бурча что-то на тему, « как можно быть такой наглой и самодовольной скотиной» удалилась, вот только мне показалось, что возмущение это порождено не столько моим поведением, сколько завистью к тому, что она не может так же.

Закончилось всё к одиннадцати вечера. Я «сгрёб» уставшую и мало что соображающую Гвен едва ли не в охапку и… усадил в свой лимузин, далее водителю была дана команда вести мисс Стейси домой и доставить в целости и сохранности, ну а сам я, прихватив пару бокалов, направился к Эмме — хотелось в спокойной обстановке выпить за успех и, чем чёрт не шутит, таки добиться от девушки обещанный мне приватный танец.

Я сидел в инженерном редакторе, типа продвинутого автокада, и мрачно курочил очередной конструкт «силового доспеха ». Не то, чтобы у меня ничего не получалось, но конструкция встречала определённые трудности. Если делать «лёгкий » вариант, что просто разгружал бы оператора и позволял простому человеку таскать грузы по полтонны, то оно ещё ничего, вот только такой экзоскелет, откровенно говоря, почти нигде не нужен. Область применения чрезвычайно узкая, стоимость — околокосмическая, а на выходе — почти все задачи такого инструмента может решить банальный вилочный погрузчик, а если у него ещё и ширина вил регулируется, то тем паче. Мы всё-таки живём при капитализме, так что «экономически не целесообразно » — это приговор проекту похуже «технически не выполнимо ». С «тяжёлым » экзоскелетом, который натуральный Силовой Доспех, дела обстояли лучше. Смасштабировать с протезов, добавить псевдомышц, чуть иначе распределить проводку и подключение нейросвязи, покрыть всё броней из новых сплавов и полимеров. На выходе — «одноместный танк » с мобильностью гибрида спецназера со страусом. Цена — половина танка типа «Абрамс » при мелкосерийной сборке и треть, если развернуть конвейеры на полную. Красота? Красота! Даже вопрос боезапаса можно было решить — танковое оружие на такое не разместишь, но небольшие ракеты и чуть уменьшенную шестиствольную турель с «бородавочника », снаряженную крупнокалиберной лентой бронебойных боеприпасов с обедненным ураном — легко. А такой « Астартес тип Опустошитель» спокойно разберёт тот же танк. В чём тогда проблема? В « заброневом воздействии» . Расчёты показывали, что мои прото-космодесы смогут легко игнорировать обычное стрелковое оружие и, благодаря новым сплавам, даже держать выстрелы из собственных роторных пулемётов, по крайней мере, какое-то время. Вот только не на пустом месте тот же Император во вселенной « Вархаммера» , в своём проекте Громовых Воинов, а после и Астартас, превращал человеков не только в куда как более шустро соображающих ребят, но клепал натуральных уберзольдат, куда как более « плотных» , сильных и выносливых, чем обычные люди. Ведь, откровенно говоря, для оператора « мини-танка» перечисленные выше качества довольно вторичны, даже скорость реакции не особо и нужна при поддержке электронного вычислителя. А всё дело в том самом « заброневом эффекте» . Обычная стрелковка и даже пулемётный обстрел не проблема, но вот даже просто хорошая граната уже может контузить оператора, а всякие фугасы-авиабомбы оставят совершенно целый доспех (ну или не сильно потрёпанный) с замечательным фаршем внутри. И сообразить нормальный « поддоспешник» , чтобы этого избежать, у меня никак не получалось. Выходило или слишком громоздко, или слишком бестолково. То есть, мой прототип Силовой Брони Астартес мог носить только протитип Астартес в лице « Супермутанта» Эмиля Блонски. И вроде бы окей, оно изначально для того и создавалось, но всё равно, хотелось-то что-то более универсальное! Но… никак.

Впрочем, моё печально-раздраженное настроение было вызвано не этим. Всё дело в том, что тогда, отмечая успех, Эмма вполне согласилась для меня станцевать. В том числе и всякие интересные варианты с усаживанием на колени. И вполне хотела зайти дальше танца. И… ну, я всё-таки не железный! В смысле… железный… проклятье! Короче: вот на тебе сидит и шикарно под музыку поёрзывает шикарная женщина в твоём вкусе! Которая тебя хочет и которую хочешь ты! Вот вы начинаете целоваться и… ты почти ничего не чувствуешь. Но уже достаточно заведён, чтобы у тебя всё включилось. И девушка это видит и чувствует! И, повторюсь, очень за! И вы пробуете… и… никакого удовольствия. Нет, Эмме «железная твёрдость » партнёра явно понравилась, но… мне приходилось быть очень осторожным и выбирать максимально безопасные позы. Девушка оторвалась, да… а я почувствовал себя каким-то навороченным дилдо или секс-куклой. И удовольствия для себя получил ровно столько же, то есть, совсем ноль. В итоге всё, что мы смогли придумать — это её «позирование для вдохновения» на ручной режим… Какое тут в итоге может быть настроение? Мисс Фрост, пусть и смогла повеселиться, но в итоге тоже была не сказать, что в восторге, она всё-таки эмпат, а тут и так никакого отклика, и партнёр « не удовлетворён» и грустит. А ведь она, так сказать, со всей душой и действительно проявляя симпатию и привязанность со влечением. Короче, грустно всё.

Так что я ещё колупался в сторону собственного «излечение », обретя, так сказать, дополнительный плюс к мотивации, но… там всё тоже было глухо. Я знал, чего мне не хватает, знал, в каких пределах это «что-то » лежит, но… не мог нормально смоделировать и построить модель. Просто «изначальное облучение » с куда большей вероятностью окончательно закрепит меня в образе цельножелезячной статуи. Мне нужно именно добрать того, что не хватило, закрытое экранами. Но… очевидно, что экраны, отсекая излучение, в процессе работы чуть износились, спектр их фильрации менялся… короче, всё, что я смог выяснить — это то, что мутировал я в уникальных условиях, которые не то, что не доработаешь, их хрен повторишь. Тем более, имея изначально «искажённый» эталон, ведь хрен его знает, сколько там парсеков это излучение от источника до нас летело и через что проходило и дополнительно облучалось-рассеивалось по пути. Да, для Джонни этого хватило, но… короче, в таком деле даже микронные флуктуации уже могут иметь значение. Не обязательно, но могут! И, без « изначального эталона» , которым реально может оказаться « пук Галактуса» , всё, что я могу — это просто брутфорсить, облучая кусочек своей металлизированной плоти по-всякому, в надежде, что какая-то комбинация возымеет эффект. Но такой « эффективный» метод — это работа на годы. В лучшем случае на годы. Но больше идей у меня не было и приходилось делать так, что совсем не вызывало радости, ибо никаких положительных итогов не приносило.

В общем, как и положено несчастному на личном фронте человеку, я топил своё горе в работе. Возможно, я не отказался бы притопить его в коллекционных коньяках, бренди и всяких тэкиллах с мартини, не говоря уже о традиционной, духоскрепной водочке, но по физиологическим причинам был уже лишён данной возможности. Даже коктейль Сильверхенд уже не ощущался. К лучшему, скорее всего, ибо работы было немеряно, и уйди я в запой стало бы всё совсем плохо, а так — ничего, крутился потихоньку.

Как-то между делом был завершён проект силовой брони для Эмиля Блонски и собран прототип, с которым мужика и увезли на военные полигоны гонять по всем правилам войсковых испытаний. Тема обратной мутации пока не поднималась — сам Блонски от своих параметров был на седьмом небе и ничего вертать в зад не хотел, вояки тоже не спешили рисковать удачным прототипом суперсолдата, с научной точки зрения понаблюдать за показателями и ментальным здоровьем Эмиля тоже стоило подольше, и один только доктор Маккой этим положением дел тяготился, мечтая поскорее запихать подопытного в капсулу излучателя, и посмотреть, как оно там будет откатывать мутацию. Правда, томление Хэнка, по заверениям держащей руку на пульсе Эммы, всё же было не очень критичным — общение с человеком, который сам пошёл на процедуру превратившую его в натуральное чудовище и не видящего в новом облике ничего зазорного, равно как и наблюдение за коллективом, где тоже от Блонски никто особо не шарахался и более чем готов был с ним работать, несмотря на мутацию, благотворно повлияли на личные комплексы и страхи будущего Зверя. В том, что Зверем он станет и в нашем варианте истории, я особо не сомневался — процессы в его организме шли, и как бы мы не старались, у нас просто не было ещё необходимой научной базы для их полного обращения вспять. Тут исследований на годы, как признавал и сам Хэнк. Только вот, что-то мне подсказывает, что критический момент в его мутации наступит раньше, чем эти годы пройдут. Другое дело, что в нашем варианте истории должна быть неплохие шансы его мутацию повернуть вспять потом, но… походить с синей шерстью ему придётся — слишком многое за это говорит.

И кстати о говорливости…

— Босс, к тебе тут делегация из Латверии. Хотят уговорить тебя приехать на открытие американской военной базы, — сообщила мне Эмма, облачённая в свой шикарный белый костюмчик. — Записаны на два часа. Так что ты успеешь выпить кофе и насладиться свежей прессой.

— Пишут что-нибудь интересное? — я проводил заинтересованным взглядом упакованную в обтягивающие белые брючки попку красотки. Мой взгляд был замечен и оценён благосклонной улыбкой. Пусть новых моментов близости мы не испытывали, это не отменяло того, что девушке нравилось ощущать себя привлекательной, тем более, в глазах не последнего человека в этом мире. Ну а я любовался, да. И мечтал, что, как разберусь с проблемами, проверну с этой обтянутой попкой… и всем остальным богатством красотки, массу всякого интересного.

— Даже не спросишь про соотечественников? — вздёрнула точёную бровку прекрасная блондинка.

— Они просто хотят устроить из меня праздник, — чуть наиграно повожу глазами в страдающем жесте. — Куча торжеств, церемониала, помпезные встречи и обсуждений ещё на месяц по всем каналам.

— Это плохо?

— Это за счёт государственного бюджета, который у такой маленькой страны, как Латверия, очень скромен и на две трети наполняется моими личными средствами с доходов компании. Так что я буду отбиваться изо всех сил! — а ещё делать мне нечего, как тратить несколько дней на пустые перелёты и словоблудия и разрезанием ленточек — я тут себе имитирующие нормальную кожу маски и перчатки штамповать не успеваю, а они — приехать! — Так что там с прессой?

— Мы на первой полосе с твоими протезами, — украшенный белым лаком ноготок ткнул в передовицу, где репортёры поймали очень удачный кадр с невероятно харизматичной в степени «самодовольный наглый кошак» мордой лица у меня и очаровательно смущённой Гвен, что отводит от камеры взгляд и явно мечтает куда-нибудь провалиться. — Бедная девочка, теперь жёлтая пресса от неё не отстанет, — покачала головой мисс Фрост.

— Ревнуешь? — я бы вопросительно вскинул бровь, но под маской уже совсем ожелезячился и столь тонкая мимическая нагрузка теперь была мне не то, чтобы совсем недоступна, но… выглядело это откровенно зловеще.

— Внимание этих «акул пера» у меня и так много больше, чем мне бы хотелось… — усмехнулась моя помощница, биографию которой уже благополучно раскопали и обсосали в десятке изданий разной степени желтушности, — к тому же, я, в любом случае, на голову впереди этой студенточки или стервы-Харди.

— А причём тут Фелиция?

— Пусть я и не могу прочитать твои мысли, но о твоих вкусах некоторое представление имею, — продолжила улыбаться Эмма, — так что можешь не изображать из себя невинного агнца.

— Не буду, — послушно отозвался я. — Но что ты будешь делать, если я захочу собрать себе гарем из шикарных голубоглазых блондинок?

— Ну-у… — мисс Фрост уселась ко мне на колени, — у меня есть несколько… вариантов и идей. Но о них мы поговорим, когда ты решишь свою маленькую проблемку, — и она упорхнула, не забыв вновь грациозно вильнуть попкой. Хороша, чертовка, до чего де хороша! Э-э-эх.

— Ну вот, заинтриговала и сбежала. А как же взять на себя ответственность?

— Тут всё в твоих руках, — опять на грани фола пошутила эта провокаторша. Или я так посчитал, вспомнив прошлый наш опыт и «всё в руках» , — но, так и быть, немного подслащу пилюлю. Посмотри четвёртую страницу.

— Тэ-э-экс, что там у нас? «Шоумен, изображающий учёного, вновь пытается привлечь внимание, устроив очередную попытку связать свою судьбу с невестой-неудачницей Сьюзен Сторм!» Хо, а неплохо Рида приложили, Джей-Джей взял в штат кого-то ещё более токсичного, чем он сам? Кто там автор статьи? Э. Брок? Что же, почитаем-с.

И почитали. Вообще, ситуация у Ричардса была действительно весьма комичной, с одной стороны, с другой же — мне его даже становилось жалко. Чуть-чуть. Где-то глубоко в душе. Очень глубоко. Если же переходить к конкретике, то… у Рида всё, как всегда, шло через жопу. Этот «гениальный учёный » с уже не просто сырой, а откровенно «мокрой » репутацией оставался крайне беспомощным в плане организации быта и рутины. Серьёзные люди с ним связываться по-прежнему не хотели, слишком много залётов он имел, а кто среднего и мелкого уровня не мог удовлетворить все амбиции и хотелки сего типа, в результате чего Ричердс заменял качество количеством, да ещё и поддерживал хайп вокруг себя всяческими геройствами, и, как следствие, времени у него было очень мало, что-то где-то накладывалось и пересекалось, плюс, исследования, что тоже требовали внимания… короче, свадьба этой сладкой парочки уже несколько раз переносилась в последний момент. Пусть я особо не следил, но… держал во внимании, так, на всякий случай. Совсем уж до скандала Риду мозгов хватало не доводить. Как бы ни была влюблена в этого придурка Сью, но не явись он к алтарю в назначенный момент или сбеги на очередные « срочные исследования» в процессе или сразу после свадьбы вместо брачной ночи, то, быть может, она всё-таки бросила бы этого кренделя. Однако, (во всяком случае, пока), Рид просто постоянно переназначал дату свадьбы. Уважение к гостям и собственной будущей жене? Не, не слышал! В общем, я не удивлюсь, если где-нибудь уже есть тотализатор на тему « не перенесёт ли Ричардс свою свадьбу ещё раз» . И да, меня туда, разумеется, не приглашали. А я та-а-ак хотел! Пичалька.

За чтением новостей незаметно подошло назначенное на посещение согражданам время и ко мне явилась небольшая делегация, которой ну очень сильно хотелось затащить своего монарха в страну, чтобы что-то… скорее всего наклюкаться по поводу события и чуть-чуть подпилить гос-бюджет на праздничные мероприятия. Нет, так-то может и правда кто-то просто хотел меня видеть, но… хэй, Латверия — реально маленькая и бедная страна, это в России, что ни месяц — с пяток праздников натурально национального уровня: то годовщина Великой Октябрьской Революции, то Певромай, то Победа в Великой Отечественной, то Победа в предыдущей Великой Отечественной, которая с Наполеоном, то годовщина Бородина, а там ещё языческие Масленицы с христианскими Пасхами и атеистическими Новыми Годами, и это я ещё дни каждого рода войск и каждой профессии не беру — там сам чёрт ногу сломит. Короче, богатая история у страны — есть что помнить и есть что праздновать. А у Латверии нихрена, ибо «не участвовал », «не привлекался» , « замечен не был» , вот и остаётся только Рождество отмечать, да высасывать из пальца всякую дичь с участием монарха на роли главного тамады.

Хотя надо бы съездить, хоть посмотрю на новую родину собственными глазами, да посижу в личном, настоящем средневековом замке, на портреты предков полюбуюсь… Главное, чтобы никого вешать не пришлось за воровство и растраты. Я без шуток — в Латверии законы суровые, и если найду, то придётся…

Глава 10

Поездка наша началась с заказа самолёта. Хорошо быть миллиардером с частным самолётом — только отдай распоряжение и всё будет готово. Хотя тут было несколько сложнее — перелёт был не в соседние штаты, а едва ли не на другой конец глобуса, так что его нужно было согласовывать, смотреть, возможно ли это для конкретного борта и, если нет, арендовать другой или и вовсе просто выкупать «бизнес-класс» . Последнего, впрочем допускать было нельзя — ибо бизнес не бизнес, но тогда придётся пройти все стандартные процедуры в аэропорту. И что-то мне подсказывало, что на рамке металлодетектора я буду знатно звенеть. К счастью, Эмма была не только сногсшибательной красоткой-телепатом, но и просто вполне умненькой и пробивной девчонкой, так что организовала всё, что нужно в кратчайшие сроки.

— Леонард с нами не летит? — уточнила девушка, закончив с формальностями.

— Нет. Он уже был в отпуске в этом десятилетии. Так что, как уважающий себя сатрап, самодур, тиран, деспот и диктатор, я оставлю его рулить многомиллиардной корпорацией, пока сам полечу развлекаться на родину в компании сексапильной секретарши, — честно признался я.

— Ты же — законный король… или князь, или как там это зовётся в бог знает каком поколении. И Леонард на тебя и так молится. Буквально.

— Ты серьёзно? — я вскинул бровь, на что получил утвердительный кивок. — Ну и ладно. Зато, по поводу сексуальности моей секретарши у тебя возражений не последовало.

— Хмф! — вздёрнула она носик. И побежала наряжаться и собирать вещи — в Европе в эти дни обещали обильные дожди, да и в горах, где и располагалась моя страна, было несколько прохладнее, чем в низинах.

Сам перелёт прошёл без проблем, если не считать того факта, что лететь пришлось десять часов — почти семь тысяч километров, потом ещё добираться из аэропорта, в общем, суммарно, пол-дня в дороге, даже чуть больше. Зато последние пару часов прошли довольно интересно. В том смысле, что пусть Латверия — страна довольно небольшая и небогатая, но, в то же время, весьма живописная и ухоженная. Собственно, если две трети её бюджета составляли мои отчисления, то большая часть последней трети наполнялась за счёт туризма. Это в плане культурных событий и достопримечательностей тут смотреть было нечего, а вот всякие горы, хребты, долины и парочка кристально чистых (и ледяных) горных озёр, лежащих эдакими огромными зеркалами… словом, Эмма прикипела к окну и, как маленькая девочка, с восторгом изучала проплывающий за этим окном пейзаж.

Родовое гнездо фон Думов, подле которого раскинулся город, ставший столицей (и, откровенно говоря, единственным действительно крупным городом страны) встретило нас выстроившимися «во фрунт » парой десятков «гвардейцев» и десятком « главных слуг» , так-то их было несколько больше, но не встречать же полноправного монарха рядовой кухарке или полотёру какому? А вот дворецкий, камердинер и прочие товарищи. Которым по должности положено — то да.

— Рады приветствовать вас дома, Ваше Величество, — поклонился уже пожилой сухопарый и высокий мужчина в расшитом и, как по мне, излишне вычурном камзоле. Но в купе с типичным «горским » носом, небольшими «брылями» на щеках и выдающимися бакенбардами, уже покрытыми сединой, это придавала ему образ этакого старого бульдога в дорогом ошейнике. Ага, безмерно им гордящегося. Впрочем, у всех свои тараканы и свои традиции. В конце концов, именно товарищи, подобные этому и подарили, без шуток, любимому монарху, что тащил на себе всю страну, откровенно жутковатую и стрёмную маску « железного человека» , что должна была символизировать несгибаемость, волю и вот это вот всё.

— Да, я вернулся, — киваю мажордому, имя которого вылетело у меня из головы уже очень давно. Не до того мне было.

— Я распоряжусь о размещении вашем и вашей спутницы. Желаете ли отобедать с дороги?

— Да, накрой для нас в малом зале.

— Будет исполнено, господин, — ещё раз поклонился мужчина. — Пройдёмте, — и нас пригласили следовать за распорядителем. Вообще, мы дико нарушили целую кучу нужных церемоний, традиций и всего прочего, да чего там, даже статус Эммы я не уточнил, заставляя народ гадать, кто она: просто помощница, личная служанка-любовница или моя будущая жена и хозяйка этих мест.

Впрочем, я относился к тем Юпитерам, которым могло сойти с рук и не такое. Ставить ноги на стол и сморкаться в занавески на приёме у Королевы Англии, конечно, было бы перебором, но вот пригласить её на чашечку чая или заявиться в Вестминстер самому — легко. Про свою вотчину и отношение к собственным слугам и говорить нечего. Ну да ладно, мисс Фрост — девушка умная и сама, если потребуется, разрулит все нюансы. И да, пока мы летели, я успел просветить её в общих чертах. И предложил самой назвать свой статус. И да, в ответ на задорную ухмылку и провокационный вопрос «а если я назовусь твоей будущей женой » я тоже ухмыльнулся и сказал, что « тогда тебе придётся заниматься и моим будущим гаремом, состоящим из голубоглазых сногсшибательных блондинок» . Хех, в кои-то веки она смешалась и смутилась. Но будет интересно потом узнать, что она выберет в плане статуса здесь.

Пока готовился «торжественный обед », я решил провести для своей спутницы небольшую экскурсию, заодно и сам вспоминая, что где в родовом гнезде находится. Вообще, Думштадт, а именно так назывался замок, был, по меркам фортификационных сооружений, не самым грандиозным. И, тем не менее, в его архитектурный ансамбль входило более ста десяти немаленьких комнат, включая помещения для слуг и стражи, коих было три сотни — кого и сколько в точности я сказать не мог, вернее, мог, но для этого нужно было напрягать память и шевелить извилинами, чего бы не хотелось — это радости и в Америке хватало, а тут я хотел отдохнуть. Ещё в замке были различные технические помещения — правители Латверии всегда старались идти в ногу со временем и модернизировали свою обитель (и, по-возможности, всю страну, но на это далеко не всегда были средства), так что в древних держателях под масляные лампы и факелы располагались вполне современные, пусть и стилизованные, лампы, наверху тоже были установлены светодиодные панели и системы вентиляции и отопления. В общем, это было роскошным поместьем, причём, роскошь тут была ровно двух видов: утилитарная, в плане именно обеспечения комфорта и удобства, и «историческая » — различного рода древние доспехи, гобелены, старинная утварь… да чего там, в замке, вообще-то, был натуральный Исторический Музей, куда водили экскурсии. Да, эта часть была отделена от остального комплекса, имела отдельный вход и никакой турист, даже чисто теоретически заплутав или « заплутав» , не смог бы попасть в жилую часть поместья, но всё же. Ещё тут имелись лаборатории и оружейные склады. Не сказать, что все « по последнему слову» , но, в принципе, собрать робота-другого, а потом вооружить чем-нибудь убойным там было возможно, а если это дело чуть модернизировать, то и вовсе пустить небольшую серию.

Ещё в замке была картинная галерея, где леди Фрост могла полюбоваться вереницей портретов моих предков, начиная от Саббата фон Дума, что и построил этот замок в шестнадцатом веке и, де-факто, пусть и не стал родоночальником династии, но окончательно закрепил за нашим родом трон Латверии, сделав её не очередным «мелким германским княжеством », а чем-то более самодостаточным. Хотя бы «на бумаге» . Закончилась же наша импровизированная экскурсия в Тронном Зале. Это было, пожалуй, самым вычурным помещением во всём замке: кованные люстры с современным светом, гобелены, отделанные мрамором колонны, пол и стены. Ну и сам Трон, полностью сделанный из красного дерева, с богатой обивкой и просто излучающий Властность. Разумеется, за пять веков эксплуатации дерево бы давно « загладилось» , а обивка вытерлась нафиг, но это был не первый трон — первый мы уже видели в музее, за бронированной витриной, но это была точная реплика.

— Величественно, — девушка с любопытством огладила спинку королевского кресла кончиками пальцев.

— Если хочешь, можешь посидеть, — предложил я, отслеживая реакцию Эммы.

— М-м-м, а разве это положено делать кому-нибудь, кто не относится к правящей династии?

— Не положено, — подтвердил я, — но тут никого нет и я никому не расскажу.

— Это… — она моргнула, — такое странное предложение руки и сердца?

— Ещё — проявление хулиганистости, — развожу руками, — но… ты и так близка со мной, на сколько это вообще возможно и знаешь почти все мои тайны. И я тебя уже не отпущу. Так что, с моей точки зрения, мы уже, можно сказать, женаты и всё остальное — просто формальность.

— Виктор, ты невозможен! — закатила она глаза. — Вот как можно делать такое романтическое признание в таком месте и с таким равнодушием⁈ А потом ещё обсуждать со своей «почти женой» твоих потенциальных любовниц!

— А с кем мне это ещё обсуждать? Не с Леонардом же? Беднягу удар хватит от такого…

— Ты невыносим! — сложила она руки под грудью. — Но что ещё ожидать от парня с таким характером… — а потом меня поцеловали. И вальяжно плюхнулись на трон, — м-м-м, а ничего так, удобненько! Да, не хватает только согнутых спин жалких смертных, трепещущих пред своей Королевой.

— Ну вот ты уже начала страдать Манией Величия! — я возмутился. — А это, вообще-то, положено только мне! Как Гению, Плэйбою, Миллиардеру, Филантропу и Самодержавному Монарху.

— Вот ты и страдай, — благосклонно кивнула блондинка, — а я буду наслаждаться!

— Как скажешь, — э-эх, как бы хотелось сейчас её в этом креслице прижать, поймать эти розовые губки, задрать эту белую блузочку и…

— Ты сейчас подумал о чём-то похабном? — с подозрением спросила телепатка.

— Ты научилась читать мои мысли?

— Нет… это была женская интуиция! И я бы тоже этого хотела, — уже чуть тише добавила Эмма.

К счастью, дальше этот неловкий разговор не зашёл, ибо в зал вошёл камердинер, оглядел картину, где на Королевском Троне сидит левая персона, а персона правая стоит рядом и, как ни в чём не бывало, болтает с ней и… не дрогнув ни одной мышцей, пригласил нас в трапезную.

Застолье проходило в домашней милой обстановке. Всего-то пятиметровый стол, заставленный всяким-разным, куча слуг, что подносят это всякое-разное и что-нибудь ещё сверху, ну и «распорядитель двора », что был мной вызван и сейчас нудно зачитывал «план мероприятий на ближайшее время ». И если кто-то думает, что там всё ограничивалось посещением злополучной военной базы, то он глубоко ошибается. Были там предложения посещения и иных объектов, и организация приёмов, и приглашения от «лучших людей королевства » посетить их скромные вотчины… короче, даже по самым скромным прикидкам, это надо неделю безвылазно по приёмам шататься. А лучше — месяц. Ибо « царя давно не было, подданные соскучились, милорд» . Э-э-эх. И ведь нельзя просто взять и послать. Вернее, можно, но это и народ обидит, что действительно со всей душой, и каких-нибудь послов заграничных, что вообще не культурно и несёт свои последствия. Пусть в политическом плане Латверия чуть больше нуля, но… « казсу бели» [15] и всё такое. Какой бы мелкой и « ниочёмной» страной она ни была, Латверия оставалась европейской державой с голосом в ООН и членством в ещё целой куче организаций, что что-то там решают и делают. Пусть, если говорить откровенно, своим голосом почти в открытую торговала… Что поделать? Самодержавные монархи не от хорошей жизни идут в бизнесмены на другом конце земного шара. Короче, посылать всех нахрен и скидывать работу на послов-представителей-помогателей было не комильфо.

Но мы Превозмогли! Мы справились! В том смысле, что-таки составили приемлемый график посещения всех, кого надо. Ну и пообедали, точнее, уже поужинали, да. И разошлись по апартаментам. Точнее, Эмма «по странному стечению обстоятельств » заняла соседние ко мне. И, разумеется, в комнатах была внутренняя дверь между ними. В общем, народ в Думштадте был понимающий, соображающий и потому поселил молодую красивую девушку в правильные покои. Жаль, что толку от этого нет. Так что я мог только пожелать леди « спокойной ночи» , чмокнуть, огладить попку и печально удалиться к себе строить планы по захвату мира. Ибо а что ещё делать в таком состоянии ночью?

И вот, пошли ужасные дни принудительного нереста на галечном грунте, в смысле, унылой протокольной волокиты с кучей подводных камней и танцами вокруг да около. Американская военная база, послы невыносимо уважаемых соседей, верные подданные, публичные мероприятия, правильные слова, позирование на камеру, поиски кого бы повесить да на кол посадить… Кхм… ладно, последнее — это так, только в сладких грёзах. Что? Кровожадность и расстройство психики⁈ Да как можно⁈ Я, между прочим, дальний родственник одного господаря Валахии, который «Дракул» — его земли тут совсем рядом. Так что это благородный зов предков — наследственное. Приехал на родину, вот корешки и зашевелились — традиционность в душе поднялась! Здоровый консерватизм. Всё по духоскрепным лекалам! А если кто будет питюкать — тот гнусный комуняка, безбожный язычник-сатанист и вообще ватник! Вот — у меня уже и обоснуй массовых казней перед западным миром есть, ну разве я не молодец⁈ Ну дайте мне ядерную бомбу, чтобы убить всех соседей! Ну пожалуйста! Три бомбы! А лучше восемь! Чтобы и соседей за соседями! Задолбали!!!

Увы, моё героическое превозмогание этого этапа своей жизни не успело смениться заслуженным наслаждением от понимания, что всё позади. Вернее, я уже разобрался со всеми самыми важными встречами и уже предвкушал, как вот завтра последний рывок — и всё — свобода! Но вселенная любит дать пинка в момент, когда не ждёшь.

Вообще, начиналось всё довольно обыденно и невинно: сижу я ночью на балконе своих покоев, потягиваю сухое вино, ловя языком едва заметную уже, практически фантомную кислинку, никого не трогаю, любуюсь звёздами, как… всё небо внезапно закрывает сплошное метеоритное поле, вроде тех, где Хан Соло в Звёздных Войнах прячется от Имперского флота, то есть в несколько десятков раз более плотное чем кольца Сатурна. И если я говорю «всё небо» , то имею в виду реально всё! Здоровенные обломки скал, иные из которых, на глаз, могли бы накрыть весь город и ещё останется, возникли в жалком километре над замком, на пару секунд подарив мне незабываемое ощущение, что будь у меня между булками кусок угля, то он бы превратился в алмаз. В смысле, с учётом моей физиологии, буквально.

Но…

Но нет. Оно не падало. Оно просто висело в небе и потихонечку перемещалось, аки облачка, словно так и надо.

Истории не нужны подробности того, каким образным и богатым лексиконом способен общаться с небом скромный миллиардер родом из маленькой европейской страны, но, подозреваю, ещё никогда Виктор фон Дум не был столь единодушен и синхронен в выражениях со всем остальным миром. Вообще подозреваю, что в истории планеты ещё не было моментов такой языковой синхронности и хорового исполнения брани у более чем семи миллиардов человек.

А всё дело в том, что внезапное образование сплошного метеоритного поля, случилось вокруг всей планеты. И как бы, да… сами по себе метеориты в околоземном пространстве — явление не такое уж и редкое — каждая «падающая звезда » это метеорит вошедший в атмосферу, но одно дело малюсенький камушек, который просто сгорит от трения раньше, чем достигнет земли, и совсем другое здоровенные скалы, в сотни и сотни метров диаметром, буквально заполнившие небеса. По всем прогнозам, это должно было устроить Армагеддон на планете в считанные секунды. Вот только нифига — всё оставалось тихо и мирно, да ещё и данные со спутников и моей орбитальной станции показывали, что ничего угрожающего в околоземном пространстве не имелось. Визуально поле астероидов было, а на всех приборах его не было. Вот совсем. С учётом отсутствия тотального крушения спутниковой группировки от столкновения с внеземными объектами, вывод можно было сделать лишь один: кто-то зачем-то повесил голограмму тотальной аннигиляции всего живого на небосводе. На ум сразу же пришли наши знакомые зелёные человечки, но эта версия не выдерживала критики — нафига им «туземцам » показывать кино? Причём не успел я даже толком отойти от шока и начать пытаться понять, что за фигня твориться, как она прекратилась. Просто метеоритное поле взяло и исчезло. Полностью. Без остатка. А что происходит, когда в мире случается непонятная фигня? Пра-авильно, не ожидающие от мироздания ничего хорошего вояки идут к тем, кто уже показал, что что-то могёт и просят пояснить, « что это было» и « на сколько оно опасное» . Иными словами, мне срочно надо было бросать всё и возвращаться в Нью-Йорк.

— Я начинаю понимать, откуда в этом мире столько психов… — пока метался в ожидании метеоритного дождя на свою родовую резиденцию, сам не заметил, как повредил грим, так что приходилось в срочном порядке восстанавливать перед отбытием.

— Что?.. — переспросила Эмма, в соседней комнате как раз занимающаяся тем, что организовывала срочный обратный самолёт до США.

— Я говорю: который это уже раз, когда мир поставили на край гибели за последний год? Если так продолжиться, тут скоро реально никто и не почешется от сражений гигантских роботов в центре города! — а я ещё грешным делом раньше считал сцены боёв Спайдермена с роботами Амбала на улицах Нью-Йорка преувеличенными! Ха! Да тут Иксмэны ухреначивающие сотню «Стражей» скоро никого не заставят даже от утренней газеты под кофе оторваться во время репортажа об этом событии!

И вот не успел я додумать последнюю мысль, как мироздание вновь напомнило, что тут вам не там, и вся окружающая техника сказала, что её полномочия всё. И натурально вырубилась. Верхний свет, фонари на улице, даже ноут, в котором стояла защита и автономное питание! А ещё… по моему телу прошла странная волна мурашек. И щекотка. И зуд.

Стянув перчатку, я взглянул на руку. Она оставалась цельножелезячной… Но вот состояние металла. Он стал словно мягче что ли… как-то более… зализанным, плавным… и это было странно. Но очень интересно.

— Нужно понять, что это было… — начал было я, как вдруг.

— Виктор! — влетела в мою комнату Эмма. Поправочка, состоящая словно из грозди кристаллов Эмма, — что со мной⁈ — а ещё, она паниковала.

— Спокойно, — включив мозг на полную, я быстро сообразил догадку, которая ни разу меня не радовала, но всё объясняла. Даже эту мутацию Эммы. Ведь у неё была такая способность в фильмах и мультиках, только со мной она ничего такого не проявляла, судя по реакции банально не умея, сейчас же… на фоне прошедшего по моему телу зуда… тому самому телу, что на секундочку, уже больше года ничего толком не способно ощутить… Я быстро подошёл и обнял девушку. — Всё хорошо, не паникуй, — я начал гладить её по голове, по помещению разнёсся звук, как если бы кто-то водил ножом по точильному камню, — никто же не говорил, что твоя мутация уже полностью завершилась? Вот, кажется, она перешла на новый уровень.

— И… и что, я теперь всегда буду… такой⁈ — в голосе зазвучала паника.

— Не обязательно. Я, как ты помнишь, сам ищу лекарство от сплошной металлизации, к тому же в твоём случае всё может быть куда проще. Ты — естественный мутант, это твоя способность и, раз уж ты можешь контролировать такую сложную штуку, как телепатия, то и превращение может оказаться тебе по силам. Просто успокойся и попробуй нащупать, что в тебе изменилось и это «что-то» вернуть. Помнишь как работает сила Джонни Сторма? Попробуй отменить метаморфозу — вернуться к изначальному.

— Л-ладно… — выдохнула Эмма.

Остаток ночи мы приводили её в «изначальное состояние » и-таки привели. Радости было… и меня вновь обняли, поцеловали и сообщили, что любят. Это было равно неожиданно и приятно. В том смысле, что… ну, мы вроде бы и всё такие взрослые циничные люди, а вот подобное… смущает. А ещё в голову полезли глупые мысли, что «железный мужик » может быть очень хорошо совместим с «алмазной женщиной» , что в превращении своём становится очень прочной и довольно сильной. Способной прочно и сильно сжимать… да, по идее, в том числе и там. Но это уже было как-то немного слишком для меня. В общем, лучше оставить эту тему на благословенное « когда-нибудь потом» и вернуться к вопросу « что это было⁈» в плане феномена, от которого отрубилась техника, чутка изменился я сам и открылись новые способности у моей помощницы.

Новый бросок к уже перезагрузившейся аппаратуре и вот я подрубился к спутникам вояк. Не то, чтобы у меня был доступ, но… как говорится, комон, какой злой гений-плейбой-миллиардер и далее по списку не оставит себе пару бэкдоров в софте и железе, что сам запускает на орбиту? А я запускал! Как видно по одной только личной (!), частной (!!) орбитальной станции (!!!), космос являлся одной из основных отраслей работы Фон Дум-Индастриз до всей этой истории с Четвёркой. Так что «попросить» девайсы в космосе поставлять поток данных и в мои скромные владения было делом нажатия пары кнопок. Жаль, что работать пришлось из замка, а не своей штаб-квартиры, где и оборудование получше, и спецы есть разные… но, работаем с тем, что есть. Тратить ещё десяток часов, чтобы вернуться в США… если мои предположения верны, то лишних часов у нас нет.

И вот я уже вижу его — размытый серебристый силуэт, что на гиперзвуке несётся в атмосфере Земли, как маленькая юркая комета.

— Эмма… — сглотнув, позвал я девушку, найдя в памяти спутников несколько снимков момента появления объекта в околоземном пространстве.

Разрешение было не сказать, что хорошим, всё-таки супер-оптика на каждом спутнике — это мечты. Однако… на одной фотографии был достаточно различимый силуэт некоего гуманоида на доске для сёрфинга. Да, на взгляд стороннего наблюдателя оно было не очевидно, но, зная, что там может быть, получить подтверждение своим наблюдениям… несложно. Но вот что делать с «Герольдом Галактуса» я не знал. Я столько о нём думал, столько ждал, столько откладывал очень горячих желаний только из-за вероятности его появления, но… Я был не готов! Мы были не готовы! У нас ещё нет несокрушимой армии супермутантов и Здоровенной Аннигиляторной Пушки! У нас даже задрипанного космического челнока скруллов, на котором к нам спускались диверсанты, нет, ведь его забрали хозяева!

— Виктор? — приподняла белую бровь красотка.

— Мне нужен тот прототип Силовой Брони под обычного человека, над которым я работал параллельно с экзоскелетом для Блонски. Передай Спенсеру Смайту, чтобы они с сыном срочно собрали последнюю расчётную модель и увешали его всеми возможными типами датчиков и сканеров по космическому излучению из вотчины Хэнка, какие смогут в него впихнуть. Это срочно. Вопрос жизни… Нас всех.

— Хорошо, — принялась набирать номер нашего «умника» девушка. — Ты что-то понял?

— Да. Мы в жопе.

— Как со Скруллами?

— В гораздо, гораздо более глубокой жопе, — честно ответил я, пристально следя за перемещениями Сёрфера, который начал замедляться. — Но у меня есть план! Наверное. Даже несколько.

— Ага… — многозначительно протянула леди, но тут старик взял трубку и мисс Фрост принялась выдавать ему вводную. Я же следил за гостем со звёзд.

Его скорость и маршрут изменились. Сделав несколько полных витков вокруг планеты за считанные минуты, он начал двигаться наискосок, замирать, менять маршрут, что-то искать…

— Я могу ещё чем-то помочь? — спросила девушка, закончив разговор, пока я отчаянно пытался высчитать закономерность, — доспех будет готов через три часа.

— Ты уже помогаешь, — нервно моргнув, улыбнулся я красотке. Забавно. Сьюзен, при том, что я давал ей гораздо больше, кинула меня при куда как менее тяжёлой ситуации, а у Эммы этого и в мыслях не было, — но кое-что ты действительно можешь сделать: мне потребуется отлучиться кое-куда с доспехом, а до этого это самое «кое-куда » высчитать. Так что на тебе все вояки — они по-любому будут истерить и что-то требовать. Отвлеки их под лозунгом « мы работаем над этим» и будем у вас, как только сможем. А ещё… — эх, не верю, что говорю это, но… — присмотри за Ричардсом, возможно, нам потребуется его помощь…

— Вот теперь я верю, что мы действительно в глубокой жопе, — протянула девушка. — Хорошо сделаю.

— Эх, жаль, что мы не встретились раньше, — порывисто встав, я привлёк к себе эту прелесть и поцеловал. Пусть сам по-прежнему почти ничего не чувствую, но… всё равно хотелось быть к ней ближе.

— Ничего, ещё наверстаем, — улыбнулась она, отстраняясь. Ибо да, нужно работать. Что же, значит будем работать.

Работа началась с поиска закономерностей в точках смены маршура Сёрфера, создании модели и прогнозирования следующих точек. Мозги кипели, но перемещения гостя из космоса всё-таки не были спонтанными — он будто действовал по заранее утверждённому алгоритму, механически, привычно, возможно точно так же, как и сотни, а то и тысячи раз до этого. А ещё он останавливался. Не часто, но замирал на месте, почти пропадая со спутников, и что-то делал. Облачность не позволяла использовать оптику для должного изучения местности, но кажется в фильме были какие-то кратеры, и за неимением иных вариантов, можно было принять в работу этот. В итоге, за пару часов я смог спрогнозировать, где и когда появится этот серебряный говнюк. Выходило, что проще всего мне будет перехватить его в Гренландии. Далековато и, если я ошибся в прогнозах, то за время нужное для перелёта и доставку туда брони, он легко сменит маршрут, но иных вариантов не было. Находись я в Нью-Йорке ещё можно было бы рассуждать о чём-то более удобном, но из Латверии, да с условием получения брони оснащённой всеми нужными датчиками, я мог его перехватить только там.

Так что, последний раз перепроверив расчёты, я лично сообщил семейству Смайтов куда срочно отправлять груз и сам сорвался на аэродром. До Нуука [21] нужно было долететь на самолёте, а там… перехвачу вертолёт в северном филиале и уже на нём доберусь до места.

Собственно, так и получилось. Как раз успел сойти с трапа, когда приземлился борт из Америки. Далее облачился в привезённую броню, проверил датчики, слегка откалибровал показания, потом — в темпе вальса на вертолёт с опытным пилотом, не задающим лишних вопросов — и прямой наводкой на ледник Рассел, где была расчётная очка остановки Сёрфера. В итоге, спустя несколько часов я стоял на нужной точке и всматривался вдаль утренних небес — скоро летучий засранец должен будет показаться…

Ну он и показался. Из-под земли, создав попутно тот самый «колодец » идеальный формы и непонятного назначения, что были в фильме. Всё внутри меня буквально дрожало от одного нахождения рядом с носителем силы Галактуса. И я не был уверен, что эта дрожь связана исключительно с начавшимися мутационными процессами от « добирающей нужное излучение» плоти. Что же, начнём…

— Постой! — обратился я к взлетевшему над землёй и начавшему было поворачивать на новый маршрут Сёрферу. — Ты ведь Герольд Галактуса, не так ли?

— Ты… — серебряный, словно ожившая статуя, и атлетически сложенный мужик, ничем внешне не отличающийся по анатомии от человека, кроме «зализанных» черт лица и двухметрового роста, заложил лихой манёвр и завис передо мной, — многое знаешь. И, если так, зачем ты пришёл ко мне? Лучше потрать оставшееся время со своими близкими, — полным какой-то тоски голосом посоветовал мне пришелец, прекрасно говоря по английски.

— Я хотел спросить, зачем тебе Земля? Нельзя ли ограничиться иными планетами этой звёздной системы? Почему нужно сожрать именно Землю?

— Моему господину нужна не только энергия недр или материалы планеты, но и то, чему нет определения на твоём языке. «Энергия Жизни » — самое близкое понятие. Потому, безжизненные планеты не подходят. Мне жаль. Ваша попытка замаскировать себя под уже уничтоженный планетоид была хороша. Если бы вы сделали это чуть раньше, я бы с удовольствием « не заметил» вас. Но… Он уже близко и сможет почувствовать вас и без моего участия.

— Сколько у нас времени?

— Неделя. Быть может, чуть больше.

— И ты ничего не можешь сделать? Найти иную планету, где жизнь ещё не достигла разума? Ведь не может быть, чтобы Галактус нуждался в пище непрерывно и так остро, что невозможны задержки. Он ведь и до создания герольда искал планеты, просто медленнее. Должна быть фора.

— Нет, — он покачал головой. — Мне жаль, но я ограничен своей клятвой. Я не в праве скрыть от него нахождение планеты. Не в праве выбирать, какую уничтожить. Моя роль — лишь искать подходящие. И ваша подходит слишком сильно — она невероятно богата на энергию нужную моему господину. Он не откажется от неё даже ради нескольких обычных планет с зачатками жизни.

— Что же, тогда перейдём к запасному плану… — ох, я действительно собираюсь сделать это. Но… надо!

— Зап… — Сёрфер явно хотел переспросить, но два тугих жгута молний, слетевших с моих рук вместе с ионизированной плазмой и вдарившие по ксеносу заставил его запнуться и даже вскрикнуть от боли. На какой-то момент мне показалось, что я смогу его поджарить, ну а там… спрячем тело, отошлём досочку подальше, может если и не пронесёт, то даст хотя бы больше времени, но…

— У-у-ух… — поток космической энергии врезался в мою грудь и буквально вбил меня в ближайший снежный бархан, похоронив где-то в глубине. Больно не было, я сильный и прочный, но, с точки зрения непонятного удара непонятной хренью — лёгкий.

Моргнув несколько раз на появившиеся пиктограммы на внутренней стороне визора доспеха и втянув воздух в лёгкие, я неловко сел, оглядываясь в полумраке и ощущая на диво мощное чувство дежавю. Энергетическая атака Сёрфера испарила вокруг моего тела несколько кубометров льда, оставляя меня в этакой пещере, куда вела дыра пробитая моим собственным телом. Причём в этой дыре я мог видеть, как мой визави, пошатываясь и слегка дымясь, полетел дальше по своим серебряно-сёрфинговым делам. И это было очень похоже на сцену встречи Виктора с этим парнем в фильме. Впрочем… он ведь тоже не из Америки искал точку для рандеву, а из Латверии. Не удивительно, что она совпала. Но главное было не это.

Я чесался.

Весь.

Латная перчатка с небольшим шипением отстёгивается от основной брони, и я с замиранием сердца смотрю, как стальная кожа под ней наливается красками. Подушечки пальцев смягчались прямо на глазах, ногти вновь обрели отделение от основного массива, кожа чувствовала дуновение ветра… Живая, розовая, мягкая кожа! Чувствующая и холод, и фактуру снега! Я не испытывал дискомфорта от того, что в минус тридцать засунул руку в сугроб, но я ощущал! Всё ощущал! И вместе с тем…

Поднятые перед лицом пальцы просияли изнутри, а миг спустя на них уже танцевала удерживаемая моей волей низкотемпературная плазма, освещая полумрак ледяной пещеры не хуже лампочки.

Я не утратил сил!

Вся накопленная ранее энергия была внутри! И все навыки по контролю над ней остались! Я чувствовал её, чувствовал аккумуляторы и переменный ток в броне, чувствовал электронную начинку вертолёта, даже батарею в рации пилота, что сейчас бежал сюда…

— Сэр, вы в порядке? — вторя моим мыслям донёсся снаружи голос мужчины, который пусть не мог нас слышать, прекрасно всё видел, потому, когда Сёрфер улетел, поспешил раскопать любимого босса из снега.

— Я… да, я в порядке, просто слегка контузило, — погасив плазму, поднимаю перчатку и начинаю выбираться.

Что же, это был не «План Б », скорее уже «Г» , а то и вовсе « Е» , но он сработал! Я теперь крутой терминатор и у меня вновь может быть секс! Только кожу мою вряд ли и из танка пробьёшь, но этот вопрос я уточню потом, а пока надо спасти мир.

— Вам точно не нужна помощь медиков? Эта штука в вас стреляла, — встретил меня снаружи пилот.

— Нет, я в порядке. Я собрал все нужные данные о нашем враге, так что теперь можем возвращаться. А ещё, я бы не отказался от горячего какао.

— Да, сэр! — кивнул парень и поспешил сопроводить меня в вертолёт, где, в пассажирском отсеке, действительно нашёлся и термос с какао, и фляжка с коньяком, что, несколько помявшийся летчик, мне предложил.

— Ну что же, на премию ты, приятель, заработал, — я приложился к горлышку фляжки и ароматная , терпкая , чуть отдающая алкоголем и деревом жидкость согревающей волной устремилась в мой пищевод, давая иллюзию тепла всему организму. Впрочем, в голове менее ясно не стало, хоть я и прикончил фляжку в несколько жадных глотков — алкоголь по-прежнему не мог пронять мой организм, великолепно!

Расслабляться, однако, было рано, так что, вертолёт нёс меня на уже знакомый аэродром. По пути я связался с Эммой и уточнил текущую обстановку — мои прогнозы оправдались: вояки принялись бегать по потолку и требовать разрулить проблему или хотя бы пояснить, «что это за херня » случилась и как с ней бороться. Пришлось «объяснять в общих чертах », ибо «не телефонный разговор ». Ну и заодно запрашивать воздушный коридор, ибо я «был в отлучке на родине, а тут такое» . Разумеется, всё необходимое предоставили мгновенно и « давай быстрее» , вплоть до организации прямого рейса из Гренландии в Вашингтон, которых вообще-то не было предусмотрено, попутно народ ругался, что вот так всегда и « дерьмо случается, когда самые нужны люди в отпусках или на больничном» . Но это был так, крик души. Эмме было проще — она села на стандартный рейс из Европы, плюс « зелёные коридоры» по дипломатическим каналам. Тем не менее, очередные десять часов в воздухе что ей, что мне поболтаться пришлось. Впрочем, у меня это время включало и пересадку на вертолёт и доставку в Министерство Обороны, мисс Фрост же приземлилась в Нью-Йорке и засела в моей штаб-квартире, готовая координировать действия и отвечать на вопросы, а так же делиться оперативной информацией, если в этом возникнет нужда.

— Мистер Дум, — встретил меня генерал Хэйгер, — благодарим, что вы откликнулись так быстро, — мне протянули руку.

— Не стоит, сэр, — закрепил я рукопожатие, — вряд ли вы стали бы выдёргивать меня с другого конца глобуса ради мелочей. К тому же, я и сам собирался с вами связаться. Скорее всего, по тому же вопросу.

— Вот как? — вскинул бровь мужчина.

— Появляющееся из неоткуда и пропадающее в никуда метеоритное поле в небесах, непонятные погодные явления, электромагнитные аномалии, гигантские кратеры с ровными краями…

— Вы что-то знаете? — подобрался военный.

— Да, — я кивнул.

— Хорошо, — короткой кивнул он и переключился на сопровождающую его девушку в форме. К слову, довольно симпатичную зеленоглазую блондинку. — Знакомьтесь, это капитан Рэй. Капитан, предоставьте мистеру Думу материалы.

— Так точно, сэр, — кивнул девушка, тут же протягивая мне папку.

— Просто капитан Рэй? — взяв документ, вопросительно ловлю её взгляд.

— Фрэнки Рэй, — поняла намёк красавица.

— Очень приятно, — улыбаюсь краем губ, вчитываясь в данные. — Так… природные аномалии, сбои в электрической сети… замерзший пролив у берегов Японии? Там же сейчас середина лета и жара градусов под тридцать…

— Верно. Для публики мы с союзниками договорились выдать версию с «подводным извержением вулкана» … и не спрашивайте меня, как это должно сочетаться с тем, что там за десяток секунд образовался слой льда в восемь метров толщиной, — поморщился мужчина.

— Большинство и это проглотит, а меньшинство начнёт думать на атлантов и испытания какой-нибудь игрушки из их арсенала, — кивнул я.

— Увы, атланты ни при чём, — вздохнул мой собеседник, — во всяком случае, их представитель отрицает их причастность. И в это несложно поверить — в Гизе заледенели пирамиды… и ещё кое-что… — мне протянули ещё одну папку с распечатками, — вот что удалось снять со спутников.

— «Круги на полях »? А ведь верно… — на первый взгляд, это реально были «круги на полях », со спутника их было очень хорошо видно. Вот только, эти «поля» имели глубину в километр минимум. — Ага… — новая страница принесла мне уже знакомый силуэт гуманоида на доске для сёрфинга. А ниже шли параметры, что вояки смогли снять. Не полные параметры, у меня уже было больше данных, но даже по этим цифрам было очевидно, что показатели очень сильно походят на те, что я сам вот уже год кручу « на стэнде» моделируя то самое « Космическое Излучение» . — Что же, я так и думал. И у меня плохие новости, генерал.

— Что вы поняли?

— Эти параметры… оно излучает примерно то же самое, чему подверглась Четвёрка и что я смоделировал для мистера Блонски.

— То есть, это ещё один мутант, вроде этого Сторма? — спросила капитан Рэй.

— Вы не поняли… — я повернулся к собеседнице, — парень, что может разгораться до температуры короны звезды — это просто человек, подвергшийся воздействию данного излучения, а эта штука… она источник излучения.

— То есть… — Хэйгер моргнул, — оно может походя сделать сотни и тысячи таких «Джонни Стормов» ?

— Нет, — я покачал головой, — во всяком случае, не случайно — мощность сигнала всё-таки слабовата. Но… давайте пройдём в зал для брифингов, полагаю, ваши коллеги тоже хотят узнать новости.

— Разумеется, — согласился он и приглашающе махнул рукой.

В зале для совещаний было на редкость многолюдно. Здесь присутствовали как уже знакомые мне ребята из военного ведомства, а также парни из NASA, коих я знал по прошлым проектам, так и совершенно новые персонажи в дорогих костюмах и мундирах со впечатляющими погонами: флотские, ВВС, ЦРУ, кажется, на уши подняли всех, до кого смогли добраться.

— Итак, господа, буду краток. Мы в дерьме, — после должного представления и размещения, охарактеризовал я ситуацию. И тот факт, что весь из себя культурный и «привыкший к формализму », по крайней мере на официальных встречах с серьёзными людьми, фон Дум прямым текстом заявляет подобное… скажем так, это была ещё не «разорвавшаяся бомба» , но некоторое « осознание» на лицах штабных начало проступать.

— А если чуть подробнее? — попросил не знакомый мне полковник.

— А если подробнее… То НЛО, что уже почти сутки носится над нашей планетой и сводит с ума всю электронику является живым разумным существом. Более того, оно оперирует и, полагаю, было изменено тем самым «Космическим Излучением », которое было случайно применено к так называемой « Фантастической Четвёрке» и осознанно — к капитану Блонски.

— То есть, это кто-то вроде Человека-Факела? — повторил вопрос Фрэнки некий генерал из ЦРУ.

— Не совсем, — я вздохнул, — при всех наших успехах, мы лишь в начале пути и такие «энергетические мутанты », при всех их возможностях… просто примитивны, на уровне каменного топора. А к нам прилетел даже не «лунный шаттл» , а что-то вроде « Звезды Смерти» из хорошо всем вам известного фильма. Это существо не столько изменено излучением, сколько генерирует его и использует, как мы используем любые бытовые приборы.

— Хорошо, — нахмурился генерал Хэйгер. — Я признаю, что это действительно… опасно, но почему вы охарактеризовали ситуацию столь… радикально, мистер фон Дум?

— Потому, что восемнадцать часов назад я смог рассчитать его маршрут, долететь до места и немного поговорить. Да, оно вполне способно на коммуникацию. И является неким «Герольдом Галактуса» … который питается мирами.

— Простите… что он делает?

— Жрёт населённые планеты, как пирожки. И мы — его очередное блюдо. Через неделю это существо будет здесь и… я понятия не имею, как его останавливать, — прикрываю глаза. — Вот запись контакта, снятая с камер моей брони. К сожалению, даже улучшенная защита от помех и резервирование питания не позволили полностью избежать сбоев, так что запись частично повреждена, но… там более, чем достаточно информации, — я протянул секретарю-ассистенту касету с заранее «подправленной» записью. Вернее, там было всё по-настоящему, кроме начала разговора, где я выдаю несколько большую информированность, чем это возможно для стороннего человека, что без понятия о происходящем.

Кадры народу зашли. Особенно момент с плазменным разрядом в тело Сёрфера и его ответной атакой, вбившей меня в льдину. Народ переполошился настолько, что не поинтересовался даже, что это у меня за интересное оружие такое, хотя… они же сами мне выдали энергетические накопители атлантов, могли посчитать, что я какой разрядник на их базе склепал. Тем не менее, ситуация, где оружие, что, по идее, может если не прожечь танк насквозь, то поджарить весь его экипаж и подорвать боекомплект, заставила противника лишь чуть вскрикнуть и слегка подкоптиться, но при этом оставила не то, что в живых, но и вполне способным контр-атаковать, народу не нравилась. Сильно не нравилась, ибо сразу отметала все виды вооружения слабее термобарических боеприпасов и ядерных ударов. И это, повторюсь, на кадра, что позиционировался, как то ли разведчик, то ли «мотострелок» . То есть, просто пехтура, пусть даже и элитная.

Добил я народ тем, что поделился своими мыслями из серии «данный товарищ действует слишком чётко, по отлаженной системе, а значит, не раз и не два такое уже проделывал ». Разумеется, нашлись скептики, возражающие и сомневающиеся, но старая добрая, «а что, блин, если „да “?„ была слишком опасной и веской, чтобы прятать голову в песок. Не после всей той, как считали вояки “ хтонической НЁХ» , что уже их посетила. Потому, нужно было что-то делать и делать быстро. И, самое очевидное, нужна была дополнительная информация. То есть, первым делом нужно было в рекордные сроки поймать космическую НЁХ, что двигается на гиперзвуке и не пробивается и танковым снарядом. Потом её допросить максимально быстро и… думать дальше. Шикарный план! Надёжный, как швейцарские часы! И кто должен его приводить в жизнь? Пра-а-авильно, тот, кто уже не раз отличился и вообще красавчик, а тут ещё и опять это Космическое Излучение! Короче, вот тебе « неограниченные полномочия» , Виктор, спасай наши жопы! Как-нибудь… Что же, будет ложью сказать, что я этого не ожидал. Вот только идей у меня от этого не прибавилось. Я помнил, что Ричардс что-то как-то намутил, чтобы стопорнуть Сёрфера, а киношний Дум даже проапгрейдил идею и вообще угнал доску, но ключевой тут момент в том, что изначальную идею родил Рид! А у меня понятия нет, с какого конца подступаться…

— Так, что вы предлагаете, фон Дум? — подвёл черту обсуждениям генерал Хэйгер.

— Подключить Ричардса, — подавив вздох, озвучил я то, ради чего всё это время переступал через себя и до сих пор не утопил этого гондона.

— Ричардса? — удивлённо моргнул мой собеседник.

— Это чтобы вы понимали, на сколько у нас плохи дела. К тому же, Рид, при всей своей заносчивости и невозможности делать что-то в коллективе, как одиночка и кризис-изобретатель очень неплох. Полноценное и долгосрочное исследование я бы ему не доверил, но, если сейчас у нас не кризис, то я не знаю, что называть кризисом.

— Хорошо, когда он вам нужен?

— Ещё вчера, — я поднялся из-за стола, — так что я направлюсь за ним немедленно, — кхм, это, получается, у него опять сорвётся свадьба, но теперь уже по моей вине? Хм… пожалуй, это будет даже интересно.

Глава 11

— … Если кто-то против этого брака, пусть скажет сейчас или замолчит навечно, — произнёс ритуальную фразу заканчивающий обряд бракосочетания священник. И… был прерван рёвом вертолётных винтов.

Над площадкой завис новый Bell [22] с символикой министерства обороны, открылась рампа пассажирского отсека, и, ещё до того, как вертолёт коснулся крыши, из него начали спрыгивать люди в военных мундирах, среди которых был атлетически сложенный мужчина в безукоризненном чёрном костюме-тройке на радикально-алую рубашку. А ещё на его руках были хорошо заметны перстни-печатки в количестве двух штук.

— Виктор! — недовольно поджал губы «счастливый жених» . Разумеется, самый важный день в его жизни не мог пройти без проблем, а кто, как не этот человек, был источником большей части неприятностей, что обрушивались на учёного? — Ты что, решил сорвать мою свадьбу?

— О чём ты, Рид? — радушно улыбаясь и разведя руки, будто для объятий, направился к нему под грохот винтов фон Дум. — Я преуспевающий миллиардер! Гений! Плейбой и филантроп! И я только что решил проблему потерявших конечности и парализованных людей по всему миру! Не сразу, но моё изобретение поможет каждому инвалиду на этой планете! Как ты можешь подозревать меня в столь мелочной и жалкой пакости, как — какой там по счёту? — срыв твоей свадьбы⁈

— Тогда что ты тут делаешь⁈ — голос Сьюзен содержал… массу эмоций. Там были и некоторая неприязнь, и стыд, и обида… Расставались они с магнатом далеко не друзьями. Умом девушка понимала, что действительно поступила… не очень хорошо, а идущий к ним мужчина был не из тех, кто прощает подобные обиды, но… она всё-таки надеялась, что он не станет портить её свадьбу.

— Прекрасно выглядишь, Сью! — вместо ответа отметил Дум, опуская руки, к счастью, так никого и не обняв, когда подошёл. — Как же долго я мечтал увидеть тебя в таком платье… — откровенно любующийся взгляд мужчины прошёлся по всему телу девушки. — Ах да, цель! — будто спохватился бизнесмен, поворачиваясь к священнику. — Уверен, вы спрашивали, есть ли кто-то против этого союза?

— Вик… — дёрнулся было навстречу мужчине Бен Гримм. — Ты это…

— Торжественно заявляю при свидетелях, что я одобряю! — игнорируя его, всплеснул руками миллиардер. — Вперёд, дети мои, — в один шаг подхватил он под локотки пару ещё не состоявшихся супругов, возвращая их лицами к алтарю, — папа Виктор вас благословляет! Давайте, в темпе вальса — завершаем-завершаем! Все хотят увидеть этот жаркий судьбоносный поцелуй! Не посрамите нашу альма-матер — покажите, как могут заучки! Святой отец!!! — под конец своей речи аж громыхнул особо проникновенным обращением Виктор.

— Кхм… да, — поправил ворот сбитый с толку священник, — если никто не против, то объявляю вас мужем и женой!

Сбитые с толку супруги могли только ошарашенно хлопать глазами и переглядываться.

— Ну давайте — целуйтесь уже! — поторопил их Дум. — Я закрыл глаза — можете не стесняться!

— Проклятье, Виктор! — выдохнул Ричардс, но протокол есть протокол, так что далее он всё-таки собрал волю в кулак — и последовал традиционный поцелуй.

Всем было уже как-то неловко. Бизнесмен одним своим появлением перетянул почти всё внимание гостей на себя, да и «счастливым молодым» стало как-то уже не до свадьбы. Но правила есть правила, и вот гости начали поздравлять новобрачных.

— Что тебе здесь нужно? — с неприязнью спросил Ричардс, оторвавшись от жены.

— Как ни прискорбно, но ты, — на лице у Виктора была действительно кислая мина. — Мир в опасности и всё такое…

— У меня вообще-то свадьба, — почти прямым тестом, пусть и предельно вежливо, послал своего старого знакомого к чёрту учёный.

— Я вообще-то в курсе, — иронично усмехнулся тот. — Но если ты не хочешь, чтобы твой медовый месяц закончился через шесть дней из-за того, что планета прекратила своё существование, то придётся всё-таки отложить отпуск. Поверь, я тебя понимаю, самого выдернули с другого конца земного шара, где я показывал одной прекрасной леди свой замок. А ещё, чтобы спасти мир, мне придётся работать с тобой. В общем, я тоже счастлив и в восторге.

— Что за бред ты несёшь? И вообще, какого чёрта припёрся? — с двух ног влетел в дискуссию Джонни Сторм.

— Поясняю для каскадёров: к Земле летит сущность, заставляющая потеть ладошками и наших прошлых знакомых зелёных человечков. И если мы не придумаем, как её остановить, нам конец. Совсем конец. Без альтернатив! Полная аннигиляция! Так что сделай милость, утихни и не мешай вести беседу.

— Это правда? — Ричардс не собирался верить каждому слову фон Дума. Не то чтобы Виктора когда-либо ловили на лжи, но… мы говорим об общении с малоприятным человеком, что одним своим явлением де-факто, пусть и не де-юре сорвал ему свадьбу и попутно «тонко » намекнул его невесте, что она променяла такого замечательного «миллиардера-филантропа » на всего лишь « учёного-шоумена» . Впрочем, не мог не отметить означенный учёный, тут его недруг и сам подставлялся, показывая, что при всех его « выдающихся положительных качествах» и богатстве женщина выбрала другого.

— Давай начистоту, — раздражённо вздохнул миллиардер. — Из-за твоей ошибки в расчётах у меня чуть было не отняли дело всей моей жизни. Да, ты не виноват в поведении инвесторов, и они бы в любом случае попытались меня ограбить, но ты виноват в том, что, начав свой звёздный взлёт, не потрудился даже слово в мою защиту сказать, когда весь мир лил на меня дерьмо, выставляя виновником какой-то катастрофы и провала вселенского масштаба. Тебе ничто не мешало за все те разы, когда ты мелькал по телевизору, сказать хоть что-то, чтобы мне помочь, но ты этого не сделал. Ты жил на мои деньги, охмурял мою невесту, строил себе имя супергероя, но ты до сих пор даже спасибо мне не сказал за то, что я вас четверых на своём горбу вытащил с орбиты и положил в одну из лучших клиник, что вообще есть в мире. Так что можешь не сомневаться, Рид, это не розыгрыш. И не попытка тебе досадить по мелочи. Была бы моя воля, я бы к тебе и на похороны не пришёл, но у меня нет выбора, так как ситуация слишком серьёзна.

— Извини… — отвела взгляд уже миссис Ричардс.

— Ай, Сью, — отмахнулся фон Дум, — чего теперь говорить? Я даже рад, что так случилось. В конце концов, ты просто предала меня в тот момент, когда я больше всего в тебе нуждался, — беззаботно заявил магнат, не обращая внимания на толпу свидетелей. — Хорошо, что это случилось всего за неделю-две кризиса, а не после десятка лет совместной жизни в «счастливом» браке.

«Не извинит. И не простит» , — отчётливо поняла девушка. А ещё, очевидно, вычеркнет из собственной жизни полностью. Осознавать это было неожиданно обидно и неприятно.

— Кхм, господа, может, отложите выяснения своих отношений на тот момент, когда у нас не будет дорога каждая секунда? — вмешался в их беседу смутно знакомый Ричардсу чернокожий мужчина с генеральскими погонами. На Виктора тот смотрел с некоторым сочувствием, а вот на Рида — с отчётливым раздражением.

— Да, прошу прощения, генерал. В общем, — это уже было сказано учёному, — я бы с удовольствием забыл о твоём существовании, Рид. Вот только проблема в том, что ты — лучший «кризисный» учёный, что у нас сейчас есть. Остальные, включая и меня самого, решение, может, и найдут, но за пару месяцев, а то и лет. У нас же есть только неделя. Нормальный проект я бы тебе никогда больше не доверил, но выбора у нас нет.

— Хорошо, — скрипя зубами, согласился Ричардс, — но это вы ко мне пришли. Так что и руководить всем буду я.

— Ну разумеется, — закатил глаза фон Дум. — Мир может катиться к демонам, приглашённый специалист — нихрена не знать о ситуации и с чем придётся иметь дело, но Великий Рид Ричардс обязан быть главным! Хорошо! — поднял руку в жесте капитуляции Виктор. — Нам плевать, как будет решена проблема, если она будет решена. Полетели в лабораторию, по пути ознакомишься с делами!

Признаться, я отреагировал на всю эту ситуацию несколько более бурно, чем ожидал. Рид бесил, нет, не так, Бесил! БЕСИЛ!!!1111АДИНАДИНАДИН!!! Каждый раз, когда я его видел, хотел ткнуть гондон-мэна в гумус поглубже! И вроде бы должно уже было отпустить, а ты смотри же! Но работать было нужно, а потому я вводил этого засранца в курс дела, пока мы летели к моему лабораторному комплексу. Да, прямо со свадьбы, не переодеваясь. Ещё я предоставил ему полную выкладку, все показания всех датчиков, видеозапись наших переговоров — в общем, всё, что имелось по этому вопросу.

— Мне нужна расчётная точка, где он появится в следующий раз, с возможностью перехвата, — сообщил учёный.

— Лондон, неподалёку от Колеса Обозрения в Гранд-Парк. Что ты хочешь сделать?

— Мне нужно изучить его… — начал этот придурок.

— Ты издеваешься? — убито переспросил я, заодно пытаясь подавить желание выкинуть его из вертолёта. — Я уже предоставил тебе всю информацию, какую только возможно при текущих технических возможностях Земли. Вообще всю! За малым анализы кала у этого серебряного сёрфингиста галактических масштабов не взял. Что тебе ещё нужно?

— Нужно попытаться захватить его. Если мы с Беном лишим его подвижности, а Сью захватит в силовое поле…

— Рид, его доска, чем бы она ни была, обладает достаточными запасами энергии для перехода с места в гиперзвук, если вообще не на сверхсвет, учитывая, что он преодолевает расстояния между звёздными системами, а сам он приспособлен для выживания в условиях открытого космоса и перемещения на скоростях, что даже у Бена сотрут его гранитную кожу до кости банальным трением об атмосферу. Вы не сможете его схватить простыми методами! Нам нужно придумать, как отделить его от доски — лишить транспортного средства и источника энергии, а не пытаться набить ему морду!

— Если вы позвали меня решить вашу проблему, то делайте, что я скажу! — упрямо надул губы этот кретин.

— Да на здоровье! — вспылил я. — Лаборатория будет к твоим услугам, делай там что хочешь. Когда провалишься с захватом — приходи, а я пока буду решать проблему так, как и должен учёный — мозгами, а не сверхспособностями! — идея родилась на раздражении, но… вообще, была неплохой.

В том смысле, что я не знаю, как ушатывать Галактуса. Да чего там? Откровенно говоря, я даже не знаю, в каком ключе он представлен в этой вселенной — то ли как многометровый фиолетовый мужик на супер-корабле, то ли как неведомое «живое излучение », то ли ещё как. Однако… во всех вариантах, насколько я знаю, он никогда не стремился уничтожать цивилизации, во всяком случае, целенаправленно. Ему тупо хочется кушать, и кушать ему хочется не человеческие души, а именно «жизненную силу мира », как концепцию. Короче, нужно действовать по принципу « остановите планету, я сойду!» То есть готовить вариант эвакуации для себя и всех, кого смогу с собой взять. Ага, « экспедицию на обитаемую планету» организовать. За неделю и на технологиях, по сути, только самой зари космического века, а не когда у каждого работяги в гараже звездолёт припаркован, а то и не один. Однако, как ни странно, пара мыслей у меня появилась.

В общем, я связался с Леонардом и обрисовал ему ситуацию. Тот обещал всё сделать в лучшем виде (включая трансляцию из лаборатории и копию всех исследований Рида в онлайн-режиме нонстопом). После чего я распрощался с учёным, бывшей невестой, остальными членами команды и генералом с его секретаршей, что проводили мою спину полными зависти взглядами — они сослаться на «ищу другой путь, не мешайте» и смыться от бесящего их гондон-мэна (генерал) и человека-зажигалки (который, от нечего делать, уже начал попытки подкатить к симпатичной девчонке в форме) не могли.

— Вернулся! — изящные руки обвили мою шею, и шикарная девушка прижалась к моей груди.

— Да, — я улыбнулся встретившей меня Эмме, а ещё…

— М-м-м… — поймал её покрытые голубой помадой губы в поцелуе. И да-а-а-а! Как же да-а-а! Я чувствовал её тепло, ощущал ласки язычка, а когда мои руки с талии красотки спустились к её попке, ощутил всю прекрасную упругость! — Хах… — она отстранилась, чтобы вдохнуть чуть больше воздуха. — Ты… Невероятно, у тебя получилось! Как⁈ — оу, верно, я же со всем этим пиздецом как-то забыл ей сказать, что моя железячность вышла на совершенно иной уровень.

— Хоть что-то полезное от этого серебряного говнюка. Извини, закрутился и не сказал.

— Ничего, — она улыбнулась, — это получился замечательный сюрприз. Вот только, судя по твоему лицу, тебе сейчас будет явно не до того, чтобы зажать свою бедную скучающую секретаршу в тёмном уголке и как следует поприставать…

— Не искушай меня, женщина! — шикарная попка была игриво шлёпнута.

— Не одному тебе хочется, знаешь ли, — она показательно надулась. — Но к делу, что случилось? — вот за что я ценил Эмму больше всего, так это за умение брать себя в руки и думать в первую очередь головой и о деле. Понятно, что для телепата оно профильно, но всё же.

— Случился Галактус, — вздохнул я. — Да, я вернул себе мягкость кожи и здоровый цвет лица, вновь чувствую вкус и удовольствие от прикосновений, но у нас осталось всего шесть дней до прилёта существа, которое просто сожрёт нашу планету. И я абсолютно не представляю, как его побеждать.

— Не может быть, чтобы у тебя не было плана, — уверенно заявила девушка.

— У меня был план: вместе с Ридом найти способ разорвать связь Сёрфера с его доской и, имея её в своём распоряжении, либо увести Галактуса от планеты, либо совершить диверсию на его корабле, хотя бы доставив туда весь ядерный арсенал США и подорвав. Так себе план, конечно, но без доски Сёрфера у нас и такой тени шанса на диверсию нет. Однако вместо работы Рид побежал пытаться набить Сёрферу лицо и скрутить его, как обычного хулигана на улице.

— И?

— И я придумал ещё один план, но не лучше прежнего, к тому же придётся навестить кое-кого, в чьи дела я не очень-то хотел вмешиваться. В общем… оденься понаряднее.

— Мы идём на какой-то приём? — поинтересовалась девушка.

— Лучше! Мы идём в школу, полную сверхчеловеческих подростков с бушующими гормонами!

— Эм? — удивление. — Ладно… Но это самое странное приглашение в моей жизни.

— Что, даже более странное, чем найм на работу личной помощницей миллиардера во время приватного танца в стрип-баре?

— Хорошо, второе самое странное приглашение в моей жизни, — поправилась девушка. — Дай мне двадцать минут! — и упорхнула.

Управилась мисс Фрост за полчаса, всё-таки она прекрасная женщина, хорошая подруга и отличный специалист в делах «чтения намерений деловых партнёров» , но смертная женщина, а не Богиня Времени, чтобы укладываться при прихорашивании в указанные сроки. Даже если они указаны ей самой.

Зато я успел не только проверить, хорошо ли сидит костюм, вызвать машину, выпить чашку кофе и зажевать шоколадный рогалик, но и заглянуть в свою лабораторию, чтобы провести спектральный анализ тела. И, как ни парадоксально, моя кожа и все мягкие ткани всё ещё оставались металлическими, практически не изменив своей структуры и характеристик прочности, просто теперь этот металл полностью копировал свойства и поведение органики. Фактически, моя мутация повторила принцип мутации Ричардса — полная смена базового химического элемента с полным же сохранением внешних свойств предыдущего и приобретением новых. Антинаучная дичь. Но дичь практически бессмертная. Мне не нужен кислород, не нужны питательные вещества, и я выживу в открытом космосе.

Кошмарные факты в преддверии прилёта Галактуса.

Тот самый случай, когда твоё выживание грозит принести куда более страшную судьбу, чем смерть.

И хороший мотив сделать действительно всё , чтобы этого не допустить.

Впрочем, на полноценные исследования времени не было, может быть, при гибели планеты я всё-таки умру от удушья, просто не очень быстро. В любом случае ожидание подошло к концу, и, видят боги, оно того стоило! В том смысле, что я серьёзно задумался, так ли мне нужно куда-то идти и не лучше ли плюнуть на всё и провести оставшееся время в постели с этой женщиной? Но Стальная Воля! Решимость! И вообще, жалкой недели с такой красоткой преступно мало! Не говоря о Фелиции, Гвен, да и эта девчонка в форме, Фрэнки, тоже очень так горяченькая. Не говоря уже о всех тех прелестных цветах, которых я ещё не нашёл, но которые заполучить просто обязан. В общем, Виктор справился! Виктор молодец! И… мы сели и поехали в предместья Нью-Йорка.

— Так куда мы едем? — поинтересовалась Эмма.

— В школу для одарённых детей Шарля Ксавьера.

— М-м-м, чем нам может помочь частная школа, пусть… кажется, я что-то о ней слышала, какое-то очень элитное заведение… Минуточку, «сверхчеловеческие подростки» ? У тебя есть целая школа мутантов⁈

— Не у меня. А у одного очень достойного человека. Он твой коллега, только опыта применения своих сил у него раза в три больше, чем ты вообще живёшь.

— Школа с детьми с суперспособностями, которой управляет опытный телепат? — нахмурилась мисс Фрост. — Звучит как нечто очень дурнопахнущее.

— Только звучит, — я покачал головой. — Во всяком случае, по моей информации.

— Хм-м… Ладно, — неуверенно согласилась девушка, явно не до конца уверенная в моей правоте. Всё-таки ей жизнь успела показать немало дерьма, а со стороны и на первый взгляд то, чем занимается Ксавьер — дело сомнительное, это ещё мягко говоря. Но моя телепатка мне доверяла, правда, разговор на этом заглох — девушка «чисто на всякий случай» принялась крепить свой разум, бормоча про всяких жуликов, у которых осталась железячность в черепе, а потому он как был непрошибаем, так и остался.

Подъехали к территории уединённого поместья мы где-то часа через полтора — водитель гнал как умалишённый, а дороги были пусты, так что добрались до глухих предместий Большого Яблока мы довольно быстро. И, высадившись, дошли до видео-домофона.

*Динь-дон!* — мелодично прозвенел звонок.

— Да, чем могу вам помочь? — спросил парень лет двадцати, вооружённый стильными очками. И в его случае это была далеко не фигура речи.

— Нам нужен профессор Ксавьер. Дело даже не государственной, а мировой важности, — спокойно ответил я.

— Кхм… ага, вам назначено?

— Нет, но на Землю летит Пожиратель Миров, и если мы ничего не придумаем, нам всем придёт конец, — честно, мне уже начинает надоедать толкать эту речь едва ли не каждому встречному. — Нет, мы не психи, не сектанты и не продаём печенье!

— … — вот по роже его вижу — не верит!

— Эмма, можешь аккуратно запустить волну сканирования, или как вы это делаете?

— Легко, — кивнула девушка и… — Ух! — удивлённо выдохнула, но с восхищением.

— Что случилось?

— Её мягко перехватили, потом вежливо коснулись моего разума и предложили зайти на чашечку чая, — лицо Циклопа тоже изменилось. И, пробормотав что-то про «во что мы вляпались?» , он открыл ворота на территорию.

У входа в сам особняк нас уже ждали, причём едва ли не «парадным строем» — рыжая девица, которая могла быть только Джин Грей, сам Циклоп, чертовски симпатичная мулатка с молочно-белыми волосами, двое незнакомых мне парней, ну и заслуженный лысый инвалид всея Марвела. Кстати сказать, выглядел местный Ксавьер на удивление молодо: никаких морщин и дряблости, открытое загорелое лицо с резкими чёрными бровями, под коричневым костюмом-тройкой заметны мышцы, и вот так посмотришь — вообще ни разу не дедушка, а как бы даже и не мой ровесник.

— Дамы, господа… — я доброжелательно улыбнулся.

— Ох, вы же… — наконец меня тут кто-то узнал. Этим кем-то была мисс Грей.

— Виктор фон Дум, к вашим услугам, леди, — радушно улыбаемся и чуть кланяемся. Ручку целовать не будем, но вежливость стоит проявить.

— Что за хлыщ⁈ — приподнял бровь один из незнакомых мне парней.

— Это изобретатель протезов с нейрооткликом, — осадила приятеля Гроза. После слов подруги сия леди, очевидно, тоже меня узнала. С учётом того, что у них есть неходячий инвалид, а шумиха в прессе поднялась довольно сильная, нет ничего удивительного в таком раскладе.

— Рад познакомиться, мистер фон Дум, — доброжелательно кивнул хозяин особняка. — Моё имя — Шарль Ксавьер, а это — мои ученики. Но, сдаётся мне, сюда вас привело не желание предложить одному пожилому человеку ваши устройства.

— Если хотите, под вас сделают модель за неделю. И, разумеется, я не возьму с вас ни цента.

— С чего такая щедрость? — продолжал хмуриться недовольный моей франтоватостью парень.

— Во-первых, я считаю, что мутанты должны по мере возможностей друг другу помогать. Во-вторых, я сильно уважаю профессора, как человека. В третьих, питаю надежду, что он согласится поднатаскать мою девушку в телепатии. Ну и вообще, было бы неплохо сотрудничать.

— Мутанты? — вскинула белую бровь Гроза. То, что моя спутница — телепат, Шарль наверняка уже им сказал, обязан был сказать, хотя бы из мер предосторожности. А вот я нигде не значился. Так что я просто чуть поиграл меж пальцев электрическим разрядом. Что вновь вызвало интерес у мулатки. — О!

— Что же, мы всегда рады гостям нашего рода, — улыбнулся старший телепат. — Простите за несколько скомканную встречу. И позвольте представить членов моей семьи. Это Скотт Саммерс, — указал он на встретившего нас у ворот парня.

— Циклоп, — тут же продублировал тот.

— Джин Грей, — бросив на парня немного осуждающий взгляд, продолжил подтверждать мои догадки Ксавьер. — Ороро Монро.

— Можно «Гроза» , — то ли не заметила, то ли посчитала неважным взгляд профа мулатка.

— Кевин Сидни, — продолжал телепат, кивая на одного из парней, подтянутого и хорошо развитого физически, но в остальном ничем не примечательного брюнета с острым подбородком.

— Лучше «Морф» , — продолжил эстафету представления позывных мутант.

— И Роберт Дрейк по прозвищу «Айсмен» , — полуприкрыв глаза, представил последнего из группы Шарль. Того самого, который не верил в мою щедрость.

— Очень приятно, — киваю коллективу. — Это моя помощница Эмма Фрост. Позывных пока не имеем.

— Поведайте, что за дело привело вас к нам, Скотт говорил что-то… странное, — вернулся к делу Ксавьер.

— Само собой, — я кивнул. — Но то, что вы услышите, вам не понравится, — как я задолбался всё это повторять…

— Такие вот дела, — закончил я с описанием ситуации. И демонстрацией доказательств.

— … — народ переваривал. Судя по тому, что я знал, они ещё не вляпывались во что-то действительно серьёзное, а тут такое.

— Признаться, я не знаю, что мы тут можем сделать, — Шарль выглядел обескураженным и обеспокоенным.

— Он действительно настолько силён? — уточнила Гроза.

— Возможно, он даже более силён, чем мы способны представить на нашем уровне развития, — вздохнул я. — Касательно же того, что сделать… Я бы хотел верить в возможность физической победы, но не могу дать ей более одного процента вероятности. Исходить следует из самого неприятного исхода, а потому… нам нужно создать своего рода Ковчег.

— За неделю? — скептически вскинул бровь Морф. — При всём уважении, что-то я не вижу, чтобы кто-то из нас был похож на Ноя.

— Из здесь присутствующих — да. Но есть и другие. Не знаю, сталкивались ли вы с ними, но вообще на Земле довольно много могущественных существ, и хотя далеко не все из них мне приятны, но сейчас такая ситуация, что мы должны использовать все возможности, которые только можем.

— Да, — вздохнул сильнейший телепат мира, — но что именно вы предлагаете, Виктор? И чем можем помочь именно мы?

— Тем, что лучше всего получается у телепатов: найти нужные разумы, передать им сообщения, скоординировать. И начать стоит с вашего старого друга.

— … Магнето? — не сразу ответил мужчина, и по его голосу было понятно, что он не очень верит в успешный исход. — Хорошо, — прикрыл он глаза, словно решаясь. — Кто ещё?

— Некто «доктор Стрейндж» . Он — маг, вроде бы самый могущественный на Земле. Красный плащ, седина на висках. Увы, много я о нём не знаю, но он занимается тем, что защищает Землю от всяческой мистической погани из других измерений, а значит, естественный союзник в нашей ситуации. Кроме этого, Тор — Бог Грома. Тот самый, настоящий. Не знаю обстоятельств, но сейчас он живёт на Земле и работает медиком у нас — в США, в меру сил геройствуя, хоть и стараясь делать это скрыто. Из приметных черт в человеческом облике — хромота и трость, официальное имя — Дональд Блэйк, но тут могу ошибаться. Ещё крайне важно найти Призрачного Гонщика, он же Джонатан Блэйз. Раньше был каскадёром, но в силу определённых обстоятельств оказался превращён в сверхъестественное существо архидемоном Мефисто. Несмотря на то, что должен был стать послушным рабом, смог вырваться и сейчас карает преступников и отстреливает демонов. Особая способность — при взгляде в глаза заставить грешника почувствовать боль всех, кому он навредил, что, как правило, ведёт к смерти грешника. Если кто-то на Земле и может пронять Галактуса в бою, то только эти трое.

— (О_О)… — по мере перечисления списка имён лица мутантов вытягивались всё сильнее и сильнее. Я бы мог сказать, что ситуация довольно забавна, как на корпоративе ниндзя — на планете существует целая куча тайных организаций, что настолько хорошо ныкаются, что друг о друге понятия не имеют. Ага, а я чувствую себя тем самым рейнджером с высоким навыком обнаружения. И кстати о ниндзя и прочих деятелях.

— Ещё в теории нам могли бы помочь Мандарин, Апокалипсис и мистер Синистер, но, боюсь, их ментальная защита слишком сильна, чтобы их получилось найти в приемлемые сроки, да и личности они… крайне паскудные.

— Кто все эти люди⁈ — не выдержала Джин Грей.

— Синистер, или Натаниэль Эссекс, — одержимый «улучшением человеческой породы» учёный, родившийся то ли в восемнадцатом, то ли в девятнадцатом веке. Очень любит мутантов.

— Это хорошо… — покивал Айсмен.

— В основном в плане препарировать, выделить ген и привить его себе, а то и пустить в серию.

— Это уже не очень хорошо, — огорчился повелитель холода.

— Апокалипсис… Честно сказать, я не знаю, кто он изначально. Возможно, один из первых мутантов, притом сразу чрезвычайно живучий и могущественный. Возможно, инопланетянин, потерпевший крушение на Земле во времена становления египетской цивилизации. А может, и вовсе какой-то доисторический гигант полумистической природы. Так или иначе, живёт он давно, по всей видимости, являясь основателем культуры фараонов и строительства пирамид. Для него это был способ омоложения во время продолжительного сна, а люди подхватили. Имеет в своём распоряжении крайне высокие технологии, космический корабль и обострённую манию величия с маниакальной жаждой завоевать мир. Несколько раз был очень близок к осуществлению мечты, но в силу мерзейшего характера и садистских наклонностей управленцем оказался бездарным, раз за разом настолько доводя ближайших подчинённых, что они же его и свергали.

— А третий кто? — полюбопытствовала Гроза.

— Просто удачливый археолог, которому удалось наткнуться на похороненный под поверхностью земли инопланетный корабль и заполучить на нём некие «Камни Маклуан» , которые он вставил в кольца. Они представляют собой образец высочайших технологий, уже ничем не отличимых от магии и позволяющих носителю в довольно широком диапазоне управлять реальностью. На радостях от находки стал одержим идеей захватить мир и сейчас строит свою подпольную империю зла, изучая доставшиеся технологии и собирая вокруг себя криминальные элементы со сверхспособностями. Вероятно, самый договороспособный из всех троих и наворотить тоже успевший меньше двух других, но… очень самовлюблён и, скорее всего, защищён от телепатического обнаружения.

— Откуда ты всё это знаешь⁈ — не выдержал Скотт.

— Мы живём в эпоху капитализма, а у меня есть деньги, — я развёл руками. — А ещё связи в высоких кабинетах и знание пары способов, как подключиться к секретным линиям связи, но последнего я вам не говорил!

— … — Н — неловкость. И наглость, да. Назовём это харизмой!

— Поеду запускать Церебро, — вздохнул Шарль…

Сказать, что народ, которому «аккуратно постучались в мозги », был «рад» такому способу связи, это ничего не сказать. Впрочем, когда до всех дошла суть послания, уровень « радости» поднялся ещё больше.

Первым к нам смог пожаловать уважаемый маг — в зале собраний просто открылся портал, из которого вышел высокий мужчина в алом плаще, в его волосах и аккуратной бородке уже была седина, но была она такой щеголеватой полосочкой, что создавалось ощущение, будто это какое-то навороченное мелирование или что-то в этом роде.

— М-м-м, порталы… — кстати, да. Если меня не прикончат, небо я буду коптить до-о-олго. Почему бы не заняться магией? Оно нужно! Важно! Полезно! А ещё у вариации Доктора Дума из комиксов к магии были очень неплохие способности. И сейчас может появиться очень полезное знакомство!

— Добрый день, господа, дамы, — раскланялся чародей. — Признаться, я был сильно удивлён и ошарашен открывшимися обстоятельствами.

— Здравствуйте, — улыбнулся ему Ксавьер. — Прошу простить меня за такой способ связи, но обстоятельства… сами понимаете.

— Никаких проблем, — заверил гость, — защищать и оберегать Землю — мой долг, хоть я и чувствую себя довольно… неопределённо, осознавая, что чуть было не пропустил такую опасность из-за того, что она пришла с неучтённой стороны.

— Уже третья за этот год, хоть и самая опасная, — пожимаю плечами, — ещё были атланты и Империя скруллов. Такими темпами скоро народ даже от утреннего кофе не будет отрываться, когда рядом с ним будут сражаться огромные боевые человекоподобные роботы.

— Ну, атланты вряд ли бы стали настоящей угрозой Земле, хотя… человечеству, безусловно, угрожали, — не очень охотно согласился маг.

— Ваш способ появления… — обратил на себя внимание Шарль. — Его можно использовать, чтобы переместить сюда других?

— Да, но мне нужно будет знать, откуда, — не стал отрицать Стрейндж.

Собственно, с прибытием мага-телепортатора скорость появления гостей существенно возросла, и первой же культовой личностью за ним стал Магнето. Однако звали его не Эрик Лэншер, как в фильмах, а Магнус Эйзенхардт, и был он совсем не «Гэндальфом» , а атлетически сложенным, полным сил мужчиной, которому, как и Шарлю, сложно было на глаз дать и сорок лет, разве что волосы мутанта были полностью белыми, но именно белыми, а не седыми.

— Хм… — по завершении процедуры знакомства окинул меня задумчивым взглядом гость. — Вы довольно странно ощущаетесь, мистер Дум. Я готов поклясться, что чувствую в вашем теле металл, но такой, какого никогда не ощущал.

— Моя мутация — это превращение в металлоорганическую форму жизни. Всё, что вы видите: кожа, волосы, даже глазные яблоки — всё это состоит из живого металла, обладающего всеми свойствами белкового организма, но в несколько десятков раз прочнее лучшей оружейной стали.

— Ага, «стальной человек» в отношении Виктора — выражение несколько буквальное, — похвасталась мной Эмма.

— И всё же я не ожидал, что магнат, тем более так плотно работающий с военным ведомством, окажется мутантом, — покачал головой Магнето, явно не одобряя.

— Ну, я просто предлагаю третий путь, что чем-то похож на совмещение философий вас и Шарля, насколько я могу о них судить. Мутанты должны интегрироваться в систему. И должны ей править.

— Как будто правительство это позволит, — невесело хмыкнул мужчина.

— Позволит, если правящие элиты сами станут принадлежать нашему обществу. И я уже работаю над этим.

— Хм-м… — задумался Магнус. — Пожалуй, когда у нас появится время, я бы хотел более подробно услышать ваши тезисы.

— Само собой, — киваю, — но сначала нам нужно будет спасти мир… ну или хотя бы сделать так, чтобы его гибель не стала кончиной для человечества.

— И что вы предлагаете? Как я понял по сообщению Шарля, открытый бой обречён на провал.

— Некоторые шансы есть, — поправил его я, — всё-таки Галактус — это хоть и чрезвычайно могущественное, но физическое существо, которое оперирует явлениями в рамках законов физики, просто на недоступном нам уровне. Таким образом, теоретически доктор Стрейндж, — кивок на только что перенёсшего к нам Магнето чародея, — при содействии Тора и Призрачного Гонщика, если мы их найдём, смогут ему навредить, но… да, я бы не рисковал давать этому исходу более одного процента вероятности, — неохотно признал я, хотя и помнил, что в каком-то из мультсериалов именно Тор с Призрачным Гонщиком, даже без всякого доктора Стрейнджа, Галактуса таки запинали. Вот только, во-первых, мультик тот был давно, и всех сопутствующих событий я не помнил, а во-вторых, надеяться на то, что у нас будет точно так же, исключительно на основе смутных воспоминаний о мультике довольно наивно. Я бы даже сказал, преступно наивно.

— Так каков план? — приняв мои рассуждения, продолжил спрашивать Магнето. — Если я нужен вам не для боя, то для чего ещё?

— Это ковчег, — вместо меня ответил Ксавьер. — У нас есть неделя для того, чтобы построить спасательное судно для эвакуации. И твои магнетические способности — самое мощное, что у нас есть для ускорения работ. Понимаю, что это звучит абсурдно, но я не нахожу иного выхода на случай, если все наши усилия окажутся тщетны. А это очень вероятно. Как верно заметил мистер Дум, — жест рукой в мою сторону, — крайне сомнительно, что такое существо смогу пронять даже я своей телепатией.

— Иронично, что, так долго расходясь во мнении, в итоге мы пришли к одному и тому же решению, — хмыкнул Магнус. — Доктор, вы же видели, откуда меня забирали? — обратился он к Стрейнджу.

— Да, Антарктида, — кивнул маг. — Необычное место для досуга. И не сказал бы, что вы были одеты по погоде.

— К чему ты ведёшь? — вернул внимание на себя Ксавьер.

— Я уже построил ковчег. Астероид размером с кубическую милю. Он ещё не до конца завершён, но на нём можно жить, и я могу вывести его на орбиту.

— Астероид? Ты строишь отдельный планетоид? Магнус… — Шарль был «слегка» шокирован.

— А что делать? Тенденции ты сам видишь, к чему это может привести — должен понимать. Я готов сражаться за нашу расу, но просто «сражаться» — мало. Всегда должен быть запасной план. Так что, если бы что-то пошло не так… я просто переселил бы всех мутантов, до каких смог бы добраться, за пределы Земли.

— Хорошая идея, но очень сложная, — поскольку я кое-что соображал в космической отрасли, то у меня имелись вопросики. Много вопросиков. Да чего уж там, дохренище вопросов! И я намеревался получить ответы. — Как вы обеспечиваете удержание атмосферы? Купола? А гравитация? Без неё у населения начнутся проблемы даже с кровообращением, не говоря уже про всё остальное.

— Астероид по большей части состоит из металла, хоть и врезанного в скальное основание, так что я могу обеспечить гравитацию сродни земной.

— А в долгосрочной перспективе? — люди смертны и, что самое противное, внезапно смертны.

— Это было следующим этапом. Насколько мне известно, такие технологии уже есть, оставалось только достать их и внедрить. Кроме того, в перспективе могла быть колонизация Луны или даже Марса, в таком случае астероиду пришлось бы выполнить только транспортные функции.

— Вы правы, такие технологии есть. У меня, — киваю, в уме уже прикидывая, что «кубическая миля» хоть и звучит внушительно, но на деле довольно мало. — Если вы предоставите параметры астероида, я рассчитаю установку и тут же дам указание по производству комплектующих для монтажа.

— Я могу помочь с пространственным расширением, — в свою очередь добавил Стрейндж, похоже, тоже озаботившийся вопросом вместимости астероида. — Времени, конечно, мало, но увеличить внутренние объёмы в несколько раз вполне возможно. Но прежде, чем мы приступим, всё-таки нужно доставить остальных — каждая минута на счету.

— Да, я возвращаюсь к Церебро, — лаконично сообщил Ксавьер.

Глава 12

Магнето оказался вполне вменяемым и приятным в общении дядькой, притом на зависть толковым и подкованным в научном плане. Собственно, неудивительно, ведь, как выяснилось, весь свой астероид-ковчег он проектировал сам, максимум заказывая расчёты некоторых систем и узлов через подставных лиц. Только вот чем дольше мы работали, тем явственнее становилось, что за одну неделю мы не справимся. По плану Магнуса Астероид-М должен был войти в строй через пять-семь лет, и как тут ни старайся, невозможно за неделю завершить проект, который требует годов постройки. Да, я миллиардер, да, у меня есть сверхсовременные промышленные мощности и технологии, но даже сорви я все свои производства в круглосуточный режим аврала, люди банально не успеют произвести и собрать всё , что необходимо для жизнеобеспечения подобного космического объекта. И чем больше я вникал в состояние проекта Магнето, чем сильнее углублялся в расчёты, тем очевиднее становилось, что наш максимум — это что-то, где жизнь будет хуже, чем в тюремном карцере, и то если привлекать для её обеспечения мутантов со специфическими способностями.

Мутантов, впрочем, привлекать требовалось в любом случае, но внезапно вскрылась проблема того, что… мутантов не было. Я имею в виду, что все ныне существующие группировки мутантов, включая самые многочисленные, с лидерами которых я сейчас и работал, насчитывали от силы десяток членов. Никаких тебе апокалиптических картин с колоннами и очередями разноцветных ребят, которых гонят в концлагеря, что сидели в моей памяти по мультсериалам девяностых, тут и в помине не было. Разрозненные общины существовали, имелись скрывающиеся одиночки, были даже тёрки с властями, что пытались хватать и по-тихому тащить мутантов в лаборатории, но столь массового пробуждения способностей, как значилось в тех самых мультсериалах, ещё не было. Да, у народа имелась некоторая статистика по росту численности мутантов за последние пятьдесят лет, народ понимал, к чему всё идёт, народ готовился и пытался опередить тенденции, но никаких армий, которые можно было бы вести в бой, и близко не значилось. И хотя это косвенно говорило о том, что времени до момента создания всяких Стражей ещё вагон, но конкретно сейчас значило отсутствие у нас толпы «сверхрабочих» , которые чисто за счёт сверхспособностей способны сэкономить кучу времени и заменить ещё большую кучу инструмента.

И словно этого всего было мало, тут ещё пришли новости из Лондона. Кто бы мог подумать, что Виктор окажется прав и герольда Галактуса окажется нельзя просто взять и связать? Ну вот вообще непредсказуемый исход! Никогда такого не было, и вот опять! И ладно бы они хотя бы сразились и проиграли, как я, но нет! Они умудрились даже не вступить в схватку! Тупо отвлеклись на спасение людей, которые… ну, естественным образом оказались в опасности, когда галактический сёрфингист прорыл в центре города двухсотметровую лунку два километра глубиной. В итоге, пока они там метались всех спасать, чтобы их не придавило, не уронило, не завалило, причёску не испортило, Серебряный просто взял и улетел. Судя по всему, даже не обратив на них внимания.

Шикарный план, Ричардс!

Идеальный!

А уж исполнен как! Ну просто вся планета никогда раньше не была в такой безопасности! Зато этот героический гондон спас колесо обозрения! И самое паскудное, что, объективно, это лучшее, что он мог там сделать, ведь взять Сёрфера у него не было никаких шансов, а тут хотя бы людей спас. Вот неимоверно хочется ему по морде дать, но ведь гадёныш резиновый, ему будет пофиг!

Короче, теперь они летели обратно наконец-то браться за работу с данными, что я им дал сразу, и курить план по отъёму доски.

Впрочем, был во всём этом беспросветном отчаянии и один положительный момент: Ксавьер смог найти Тора, вернее, доктора Дональда Блейка.

— Должен заметить, я был уверен, что хорошо заметаю следы, — вошёл в помещение, где мы с Магнусом занимались проектом, коротко стриженный даже не блондин, а просто-таки златовласый и довольно молодой человек в белом халате, опирающийся на старую трость. — Как вы узнали обо мне?

— Информацию о вашем существовании дал мне мистер фон Дум, — ответил Шарль, заезжая через порог в своём кресле-каталке. — Но было сложно, — признал он, заодно указывая на меня рукой. — Ваш разум словно ускользает от меня. Даже зная приметы, я был вынужден работать через ваше окружение, вернее, проверять мысли людей, в которых вы бы мелькали.

— Понимаю, — кивнул блондин. — Хоть я и в таком состоянии, но я остаюсь сыном Одина. Телепатия, которая последнее время начала проявляться у некоторых людей, удивительна, но у богов есть своя магия разума, и она даёт защиту. Я в ней далеко не мастер, но основы приходилось изучать, чтобы защитить себя от наваждений и иллюзий.

— Так вы и правда Тор? — вступил в разговор Магнето, тоже отрываясь от расчётов.

— Отчасти, — перевёл на него взгляд гость. — Это сложно объяснить. Тор, сын Одина и Дональд Блейк — одно и то же существо, с одним телом, памятью и моралью, но с разными характерами. Дональд Блейк не идентичен Тору, а Тор не идентичен Дональду, но всё же мы одно.

— Позвольте я всех представлю, — предложил Ксавьер. — Это мой старый друг Магнус Эйзенхардт и Виктор фон Дум — тот, кто инициировал наше собрание и первым встретил Серебряного Сёрфера — герольда Галактуса.

— Очень приятно, — кивнул блондин. — Так это вы как-то узнали правду обо мне? — взглянул он мне в глаза.

— Взаимно, — протягиваю ему руку, которую тот, чуть задумавшись, пожал. — И не сказать что мне известна правда. Лишь маленькая часть, и то, признаться, я не был до конца уверен. Источники, из которых я получил знания о вашей личности, не слишком надёжны.

— Но на этот раз они не подвели, — улыбнулся Дональд.

— Будет бестактно спросить, почему вы живёте на Земле, да ещё и в таком состоянии? — в свою очередь задал вопрос Магнус, указывая взглядом на трость, которую блондин использовал явно не для форса, а действительно нуждаясь.

— Нет, это нормальный вопрос, но… — Блейк замялся. — Довольно долго рассказывать перипетии семейной жизни богов в Асгарде. И не слишком приятно к тому же. Если кратко, это наказание. Характер Одина весьма тяжёл, а дальше… Определение «проблемы отцов и детей» лучше всего характеризует ситуацию, — пожал он плечами.

— Но вы можете нам помочь? — сложил руки домиком Ксавьер, чем выдал некоторое волнение.

— Не знаю, — качнул головой медик. — То, о чём вы мне поведали… Даже Боги не могут уничтожать в одиночку целые планеты. Я приложу все усилия, чтобы спасти Землю, но это всё, что я могу обещать.

— Большего мы не смеем и просить, — прикрыл глаза Шарль.

— В таком случае я уступаю место Тору. И желаю вам удачи, — проникновенно произнёс блондин и резко ударил тростью о плиты пола.

В комнате натурально грянул гром, тело доктора охватил свет, поднялся ветер, разбросавший часть бумаг, но… на этом всё закончилось, и перед нами предстал двухметровый атлет с длинными золотистыми волосами, в крылатом шлеме, высоких золотистых сапогах до колен и чёрном нагруднике, напоминающем римские анатомические кирасы, только с четырьмя непонятными дисками на груди и животе. Ну и вместо трости в руке он держал здоровенный молот с короткой рукоятью.

— И вновь приветствую, достойные друзья! Я Тор, сын Одина! Я слышал всё и знаю об угрозе. Готов сразиться я с гигантом, что миру этому грозит! Но не хочу вселять я в вас напрасную надежду — могу не одолеть его один.

— Мы понимаем, — кивнул Магнето, — и прямо сейчас собираем союзников. Как, кстати, наши дела с Призрачным Гонщиком? — повернулся он к Ксавьеру.

— К сожалению, безрадостно, — мрачно ответил тот. — Я смог подтвердить его существование через мысли людей, которые с ним сталкивались, но сам он будто не существует для меня. Доктор Стрейндж обещал поискать его своими методами, а мне… — он поморщился, растирая правый висок, — мне нужен отдых. Такое долгое использование Церебро сильно выматывает.

— В таком случае посмотри на наши расчёты — возможно, ты знаешь, кого ещё можно будет привлечь для решения выявленных проблем, — Магнето широким жестом предложил пройти к столу.

— Вы строите корабль в камне для спасения? — не отстал от коллектива Тор, мгновенно уловив суть по нашим схемам.

— Проектируем, — подтвердил я, — но времени критически не хватает.

— Такой корабль многих не вместит, — немного изучив цифры, обронил помрачневший Бог Грома. — И я бессилен ныне открыть порталы в миры Асгарда… — он задумался. — Возможно… Нет! — резко оборвал сам себя здоровяк. — Друзья, я должен отлучиться! — резко сменил он тему, решительно глядя на нас. — Попробую я с родиной связаться. Успех не гарантирован, увы, но пока время есть до появления врага, я должен попытаться!

— Удачи, — коротко ответил я за всех, да и не было времени мусолить.

Увы, отбытие Тора дало тоже не так уж много форы на обсуждение деталей и планов по привлечению знакомых сверхлюдей, а всё потому, что пришли срочные новости от Хэйгера — Рид родил идею.

— Итак? — не тратя времени даже на то, чтобы скинуть дорожное пальто в раздевалке, широким шагом вошёл я в собственную лабораторию, где Рид и «рожал» . Рядом со мной шагала Эмма, всё столь же блистательная и нарядная, какой явилась в гости к Иксменам, что не могло не вызвать очень характерный взгляд от Сьюзен. Ну знаете, такой — внешне приличный, но сразу чувствуется — узрела конкурентку.

— У меня есть теория! Пульсация тахионов… — кризис-учёный, как и я, опустил скучный этап с приветствиями и расшаркиваниями и сразу же принялся за дело. И пояснения.

Если переводить с учёнского на человеческий, то гондон-мэн, получив пиздюлей от вояк, совмещённых с краткой лекцией на тему «у нас тут армагедец на подходе, а ты котят с деревьев снимаешь, придурок », таки соизволил заглянуть в мои данные и… родил методу. Она была… Как бы это сказать? Элементарна. Примитивна даже. И оттого — гениальна! Лежала на поверхности! Впрочем, готовое решение со стороны всегда кажется простым и элементарным, очевидным. Но вот когда его у тебя нет, ой не факт, что ты до него дойдёшь. Я бы, например, вообще в ту сторону не подумал, да и Рид взял и остановился на половине пути. Дело в том, что он смог придумать, как заблокировать сигнал Сёрфера к его доске. Лично я полагал, что нужно засранца сначала от доски отделить, а потом блочить, то есть должно быть два последовательных и разных воздействия, так как с моей точки зрения « обмен кодами по экранированному проводу» , что проводил Сёрфер со своим транспортом, просто стоя на нём, нарушить было никак нельзя. Рид же… упоролся в торсионные поля и накидал схему наводки вихревых токов на самого сёрфингиста таким образом, чтобы у него разорвало-таки соединение. Управляемая электромагнитная помеха направленного действия. Разумеется, там всё было сложнее, но всё же. Что тогда Рид не доделал? Возможность подделать сигнал. Просто не подумал, как обычно. У нас же есть все параметры Сёрфера! Отрезал оригинал, эмулируй обманку и угоняй!

«Нахрена? А главное, зачем?» — спросите вы, ведь я не оригинальный Доктор Дум и идеями захвата мирового господства не страдаю, да и про Галактуса осведомлён. Но ответ на поверхности! Сила Сёрфера позволяет манипулировать материей — буквально перестраивать атомы и молекулярную структуру. Причём сразу в огромных масштабах — заледеневшие моря и километровые воронки в земле диаметром в двести метров не дадут соврать! И это — именно то, что мне нужно! С такой силой можно завершить Астероид-М за считаные часы, и не потребуются никакие производственные мощности — я смогу формировать оборудование прямо на месте и даже замахнуться на несколько таких ковчегов! Да что там? Если сила Сёрфера соответствует тому, что показывали относительно возможностей Герольдов в старых мультфильмах, там будет реально целую колонизацию Марса провернуть, с переносом целых городов!

Конечно, была проблема с созданием самого сигнала для разрыва связи Сёрфера с доской. В том плане, что там требовалась очень сложная конструкция и довольно мощный сигнал, обеспечить который от единого источника на текущем техническом уровне… Нет, теоретически реально. При условии, что у тебя под жопкой есть электростанция и навороченный передатчик. Вот только Сёрфер берёт свои пробы, как правило, в малонаселённых местах…

— Что скажете, Дум? — вырвал меня из мыслей напряжённый голос генерала.

— Это может сработать, но необходимо разнести источники излучения и суммарный результат добивать, исходя из принципа суперпозиции полей, — ничего лучше я предложить не мог. Ну не было у нас тут реактора Старка из киновселенной, чтобы обеспечивать в чистом поле пару-тройку сотен мегаватт, а то и полноценный гигаватт.

— Нужно не менее четырёх точек-источников, — добавил Рид.

— Делаем тройное дублирование и привлекаем ещё людей.

— Зачем? — вопросительно моргнул он.

— Затем, что если мы обосрёмся, то человечеству останется жить три дня. И если для надёжного решения проблемы потребуется под каждый куст засадить по морпеху с рацией, я засажу по морпеху под каждый куст.

— По два морпеха, — поправил меня полностью солидарный генерал Хэйгер. — Хоть все канадские леса сройте, но обеспечьте успех. И не забывайте, этот «Сёрфер» — только промежуточный этап, нужно ещё что-то придумать с Галактусом, или как там его…

— Помним, — я вздохнул, — но без данных от разведчика мы вряд ли сможем подготовиться, — «радовать» вояк тем фактом, что нам вряд ли чем-то помогут откровения сёрфингиста, даже пойди он на полное сотрудничество со следствием, я не собирался…

И работа закипела, а вместе с ней и мои мозги, даром что стальные. Умничка Эмма лихо взяла на себя координацию отделов компании по срочному производству комплектующих для установок и доставке всего нужного к нам на этаж, в процессе держа телепатический контакт с Ксавьером, что устно не афишировала, но мимикой дала знать, что, похоже, Призрачного Гонщика там ещё искали. От вояк тоже была польза, потому как не всё мог сразу сделать я, а часть и вовсе было проще пробить по их каналам и привезти готовое. Умничка Фрэнки тут доказала, что своё звание капитана имеет не за красивую попку, и там, где Хэйгер просто обеспечивал поддержку своим аппаратным весом, всей текучкой рулила она. Воистину, блондинки всё делают лучше! Мне даже приносили кофе! Обе! В смысле, и Эмма, и Фрэнки! Ох, этот вкус кофе! Ох, эти взгляды Сью и Рида! А уж момент, когда спохватившаяся Девушка-Невидимка принесла кофе мужу, но уже после того, как это сделали мне… Если бы я не был слишком погружён в работу, я бы не удержался от смеха! Хотя в лаборатории постоянно велась запись с разных ракурсов, так что, коли выживу, у меня ещё будет шанс в полной мере насладиться этим видом.

Между тем ещё по пути сюда мы с Эммой позаботились о том, чтобы спрятать в одежде пару скрытых микрофонов, а в ушных раковинах — новейшие динамики телесного цвета, дабы иметь постоянную связь. Когда ты прямо под носом у правительства США работаешь с нелегальными вооружёнными группировками сверхлюдей, магами и богами, готовясь построить спасательное судно в первую очередь не для этого правительства, а для своих, возможность незаметной связи очень важна. И не было бы в этом ничего примечательного, если бы в какой-то момент, помимо деловых звонков и переговоров со стороны Эммы, в моём ухе не зазвучал «обмен любезностями» между ней и Сьюзен.

Так-то в самой «рабочей зоне» лаборатории они появлялись не очень часто — Сью пусть и имела порядочный багаж образования, однако столь серьёзные исследования просто не тянула, да и в целом была биологом, Эмма же и вовсе даже не пыталась соваться в ту область, как было сказано выше, занимаясь организационной текучкой. Так что ничего удивительного, что предоставленные сами себе леди в какой-то момент пересеклись без посторонних.

— Значит, — начала Сторм, — ты… с Виктором?

— Думаю, для тебя он теперь «мистер фон Дум» , — чего-чего, а изобразить холодную стерву мисс Фрост умела.

— Я не хочу ссориться, — моя прошлая невеста явно была не сильно обрадована ходом беседы, — просто… — и замялась.

— Жалеешь? Ревнуешь? — в голосе телепатки звучала насмешка. — Тебе не кажется, что это несколько… лицемерно после того, что ты сделала?

— Ты ничего не знаешь! — возмущённо воскликнула Сьюзен. — Люди меняются, и… просто так сложилось…

— «Просто сложилось » — это когда вы тихо-мирно разошлись, а когда мужчина уже приготовил свадебное кольцо, а ты берёшь и уходишь к тому, кто его подставил и кинул, это называется « мне всегда на него было плевать, а раз он теперь банкрот, то и не нужен» .

— Что, большой личный опыт? Полагаю, торгующие своим телом женщины в этом действительно смыслят, — оскалилась в ответ Сторм.

— О да, я танцевала за деньги и ничуть этого не стесняюсь. Не самая престижная работа, но по крайней мере честная. Ну, знаешь, где не приходится отшивать готового бросить мир к твоим ногам мужчину в тот момент, когда у него начинаются проблемы.

— Полагаю, ты действительно не отшивала мужчин. Виктор, должно быть, был совсем в отчаянии…

— Умоляю… — Фрост явно одарила собеседницу снисходительной ухмылкой. — Пытаясь выставить Виктора наивным простофилей, который допускает до секретов такого уровня только за красивую мордашку, ты не его ум принижаешь. Я не твоя замена и уж точно не твоя копия. К тому же ты его слышала. Как там он сказал, «дерьмо вскрылось при первых проблемах, а не после десятка лет брака» ? Очень точная оценка!

— Знаешь, а я ведь могу создать силовое поле прямо в теле человека и расширять его, пока не произойдёт взрыв.

— О, теперь «правильная девочка» опустилась до банальных угроз. Знаешь, я всегда ношу с собой включённый диктофон. И нашим друзьям будет интересно узнать, что кое-кто может представлять угрозу добропорядочным гражданам одним фактом своего присутствия рядом, — сказала девушка, что может усилием воли если не вскипятить мозги подавляющей части собеседников, то довести до помешательства точно.

Хотя признаю, спровоцировала противницу Эмма ловко, аж приятно послушать. К сожалению, Сью дальше лишь гневно посопела, и на этом разговор увял, но мне было чем заняться и без подслушивания женских свар. Я как раз заканчивал расчёт «эмулятора Сёрфера », информировать о котором Рида однозначно не собирался. Во избежание очередной глупости, так сказать. Да и вояк — тоже. Но тут уже причина в другом — они глупостей творить не будут и точно одобрят. Но пришлют своего « пилота» . А это не то, что мне нужно, ибо даже при полном содействии всех заинтересованных лиц лишний посредник — это лишний посредник, что по определению будет замедлять и искажать процесс, даже если он лоялен и сам хочет помочь.

Работая в аврале и на пределе сил, мы смогли закончить прототипы нужных устройств за два дня. Осталась сущая мелочь — воткнуть их куда нужно. И, как же могло быть иначе, Ричардс попробовал влезть и возглавить и эту часть операции, словно за пару дней забыл о том, что обсуждали и каковы ставки.

— Нажать на две кнопки сможет и простой солдат, — я прикрыл глаза и потёр переносицу. Серьёзно, необходимость объяснять прописные вещи гению вызывала у меня неприязнь. Необходимость же делать это по нескольку раз несколько дней подряд — натуральную мигрень.

— Но если что-то пойдёт не так…

— То даже ты ничего не сможешь сделать, находясь в чистом поле, без инструментов и пары часов времени, чтобы что-то переделать. В идеале мы вообще должны сидеть в лаборатории или полевом штабе с полевой лабораторией и ждать результатов.

— Ты не понимаешь! — возмутился Рид.

— Мы уже говорили об этом, — устало ловлю его взгляд. — Я прекрасно понимаю, что ты хочешь быть на острие и единственным героем дня, вокруг которого просто статисты. Но реальная жизнь так не работает! Для результата каждый должен действовать в рамках своей компетенции: учёный — создавать прибор, тренированный солдат — бежать по пересечённой местности, доставляя его до места! Вопрос стоит о выживании планеты ! И это не та ситуация, где есть место твоему самолюбованию! — раздражённо дёрнул я плечом, отворачиваясь от Мистера Фантастика. — Генерал, мы готовы. Ричардс, останешься здесь или отправишься с нами в штаб? Третьего не дано, — нет, был вариант «нахрен пойдёшь вообще» , но он предлагался только взглядом.

— В штаб, — недовольно поджал губы резиновый.

И мы отправились — погрузились в конкорд, каковые в этом мире ещё не сняли с эксплуатации, оттуда до Берлина, где уже ждали союзники с военными же вертолётами. Экстренная перегрузка при помощи Бена и меня, облачённого в прототип силовой брони, которую я так-то особо и не снимал (да-да, ещё одна реклама собственной продукции). Ох, эти лица смежников, когда они осознают, что крутой миллиардер наравне с грузчиками таскает ящики с оборудованием… Как бы то ни было, но до расчётного места следующей остановки Сёрфера (горный массив Шварцвальд в Германии) мы добрались в рекордные сроки и реально принялись утыкивать округу нужными приборами. Была, конечно, вероятность, что Серебряный что-то заметит и заподозрит, полагаю, мой удар молнией всё-таки «уважать себя заставил» . Но потому я и собирался сидеть в штабе и не отсвечивать, пусть и нервничал сильно. Да, те минуты ожидания… казались мне часами.

— Держи, — Эмма передала мне очередной стаканчик.

— Коньяк? — я вскинул бровь. — Пить на работе — это такое себе решение.

— С учётом того, что сейчас в твоём адреналине всё равно никто не найдёт и капли крови… в таком состоянии ты его и не заметишь, а нервы немного успокоишь, — пожала она плечами, заодно намекнув на мою новую природу.

— И то верно, — я пригубил алкоголь. Не скажу, что стало легче, но разливающееся внутри тепло по крайней мере немного оттягивало на себя ощущения, а потому уровень нервозности действительно чуть спал. Я где-то читал, что люди вроде бы не могут одновременно психовать и есть-пить. Что же, видимо, в этом утверждении действительно что-то есть.

— Летит! — вдруг выкрикнула Фрэнки, сидящая за мониторами.

— Действуем по плану! — сразу же включился Хэйгер. — Группа Альфа — готовность один! Капитан, — это уже к девушке, — передайте группам с Беты по Эпсилон готовность по маршруту следования!

— Есть, сэр! — ответила она и принялась щёлкать по частотам, отдавая команды напиханным под каждый куст морпехам.

И вот мы все дружно, затаив дыхание, смотрим на быстро приближающуюся отметку противника. Ещё чуть-чуть… Ещё… И…

— Пора! — цель вошла в зону уверенного поражения.

— Активировать! — пришла команда по общему каналу, и… свет мигнул — действовали мы с запасом, так что суммарно вышли на уровень пусть и не ЭМИ-бомбы, но… ощутимый.

— Доклад!

— Цель… — секунда на выслушивание сообщения в наушнике, — поражена! Мы достали его, сэр! — радостно сообщила Фрэнки.

— Расслабляться рано. Пришельца нужно повязать, а доску — запереть в отдельный контейнер. Генерал? — обернулся я к главному вояке.

— Уже в работе, — кивнул служака, ради такого дела лично тыкающий других операторов, пока доблестная (и симпатичная) блондинка-капитан продолжала направлять группы.

— Что вы собираетесь делать с пленным? — нахмурился Рид, до которого что-то начало доходить… Н-да.

— Подвергнем допросу, — посмотрел на него как на идиота генерал. — Он нам всё расскажет.

— Вы же не собираетесь его пытать? Это негуманно! — воскликнула Сьюзен.

— Боже… — я поднял глаза к потолку, вознося всем высшим силам хвалу, что не дали мне связать жизнь с этой женщиной. Пусть для этого они чуть не уничтожили дело всей моей жизни, но… я понимаю, цена была справедлива!

— Что? Это же варварство! — возмутилась уже моему поведению блондинка.

— Этот тип неведомо сколько сотен лет наводил Пожирателя Миров на планеты с разумной жизнью, — ответила за меня Эмма. — Осознанно. Понимая, что делает. И это — вообще-то, военное преступление! В Нюрнберге таких типов осуждали и вешали. Только там была причастность к убийству тысяч и миллионов, а этот… Сёрфер причастен к смертям триллионов.

— Но это же не повод уподобляться! — пусть и несколько сбавила обороты, но отнюдь не сдалась моя бывшая девушка.

— Ох, да ради Макаронного Монстра! Сами его и допрашивайте тогда! — проведя по лицу ладонями, возвестил я, вставая на ноги.

— Кхм… — даже несколько растерялся наш военный представитель. — Вы хотите доверить этот вопрос дилетантам⁈

— Если так хотят, пусть показывают свою правильность и героичность, — прохожусь взглядом по лицам Рида и Сью. — У нас всё равно нет времени, чтобы расколоть его обычным образом, тем более с учётом его инопланетной природы и иной физиологии. К тому же сомнительно, что он знает что-то, что может легко уничтожить Галактуса. В конце концов, он просто пришелец, которого мутировали, выдали сверхоружие и отправили кошмарить мироздание. Бесспорно, препарировать его можно, но это не то, что нам сейчас поможет.

— Зачем тогда мы потратили столько сил? — неприятно удивился Хэйгер. — И разве вы сами не говорили, что он — ключ к нашему противнику?

— Да, говорил и от своих слов не отказываюсь, но в Серебряном Сёрфере интересен не сам Сёрфер, а его доска. Именно она источник его сил и, возможно, мутации. И именно её нужно изучать в первую очередь.

— О, ясно. Что же, мистер фон Дум, займитесь этим немедленно. Все возможные ресурсы по-прежнему в вашем распоряжении.

— Что⁈ — проснулся наконец Ричардс. — Вы собираетесь делать это без меня⁈

— Ты у нас тут герой, Рид, — насмешливо ловлю его взгляд. — Вот и выбивай ценную информацию из пленника, героически не давая применить к нему бесчеловечные пытки. А я уж, как приземлённый гнусный промышленник, попытаюсь разобрать чужое изобретение.

На этом операцию можно было считать законченной. На Рида сбагрили то, что он мог потянуть, а я пошёл делать то, что мог потянуть я. И всё, кстати, продумано! Даже в том фильме, на который эта реальность довольно похожа, Сёрфера каким-то образом распропагандировали. Я не очень понял, как и почему это получилось, но у Фантастической Четвёрки это вышло, и в фильме Сёрфер аж зарешал. В мультиках, за давностью лет, я точно события не помнил, но вроде как там тоже Сёрфера провели через Нарутотерапию задолго до того, как это стало мейнстримом, вплоть до того, что Галактус его наказал и выгнал из Герольдов. В общем, Фантастическая Четвёрка что-то такое могла кармически. Я же, будучи Доктором Думом, кармически был обречён забрать силу Сёрфера. Так что каждый занялся своим делом, и это было хорошо.

К тому же даже если бы к Сёрферу пришли с вопросами ребята, которых «из Гестапо за жестокость уволили» , и расспросили его обо всём, что он знает, проблема, как я говорил, заключалась в том, что максимум, что он мог знать — это как пользоваться доской. Однако я подозревал, что Галактус, эту досочку выдавший, всё-таки не утруждал себя уроками или мастер-классами, а потому все мануалы в том или ином виде должны уже быть в доске. Разумеется, я могу ошибаться, но… невелика потеря. Вряд ли за оставшиеся у нас дни пришелец, даже сразу пойдя на сотрудничество, расскажет что-то действительно стоящее. А давать ему оружие для демонстрации… Мы не в мультике от дебилов для дебилов, чтобы кто-то на это пошёл.

В общем, мы вновь были в кабине вертолёта и летели на ближайшую базу, куда транспортировали и пленника с трофеем. Ну и обсуждали дальнейший план, ибо Ричардс самоустраняться от командования операцией не спешил. И пусть ему дали понять, что его участие нужно только для получения результата, а дальше — пусть идёт в задницу… нам всё ещё было нужно его участие. Вернее, было бы глупо отказываться от его мозгов, пока дело не дошло до прямого конфликта. При всём уважении к моей персоне, такое решение вояки бы не оценили. Пусть атмосфера в вертолёте и оставалась далёкой от праздничной или умиротворённой.

— Что будем дальше делать? — спросил Бен, чувствующий себя крайне неловко и неуютно оттого, что последние дни был, откровенно говоря, бесполезен. Он пилот. Чертовски хороший пилот. И астронавт, а потому не просто мужик неглупый, но вполне тянущий на средней руки учёного, что в теме разбирается. Вот только он был, во-первых, каменным, во-вторых… просто очередным «трудягой от науки» . Он умел пользоваться приборами, мог провести исследование или эксперимент и предоставить результаты. Но проводить их он мог по конкретной методичке-инструкции. И в нашей ситуации этого было слишком мало. Отчего он и тяготился.

— Я, — кошусь на резинового, — кое-что проверю и буду надеяться, что оно сработает. Если нет — будем пилить эту штуку с Ричардсом в надежде на озарение или чудо.

— А нам что делать? — спросил Джонни.

— Вам? — я повернулся к нему. — По правде сказать, я вообще удивлён, что вы с нами отправились. Эти дни могут оказаться действительно последними в нашей жизни. При всём уважении, от вас сейчас ничего не зависит. Так что… провели бы вы это время с теми, кто вам дорог.

— Ты нас хочешь просто выпихнуть⁈ — возмутился каскадёр, а вот взрослый мужик, успевший понюхать жизнь, кивнул.

— Да, ты прав, Вик, — вздохнул «голем» .

— Бен? — удивилась Сьюзен.

— В лаборатории я только под ногами буду путаться, — покосился на неё Гримм. — Так что я могу только молиться за вас… и навестить Арисию.

— Хм-м… — Джонни окинул взглядом Фрэнки. — А…

— Даже не пытайся, — голосом, способным проморозить средних размеров город, «потушила» парня доблестный капитан.

— Эй! Я даже не успел ничего сказать, — возмутился фигляр.

— Я и так прекрасно знаю, что может сказать кто-то подобный вам. Потому давайте не будем тратить время друг друга. Нет. Просто нет.

— Хм-м… — я тоже окинул девушку взглядом. — Это было жестоко, но я почему-то испытал прилив симпатии. Так что…

— Я подумаю над вашим предложением, мистер фон Дум, — не моргнув и глазом, сказала девушка, хотя чуть приподнятые в улыбке губы свидетельствовали о том, что то ли предложение ей понравилось, то ли она решила слегка макнуть штатного ловеласа Фантастической Четвёрки.

— У тебя же есть девушка! — возмутился Сторм.

— После отношений со Сью я разочаровался в концепции моногамных отношений и теперь открыт для предложений, — улыбайтесь, это раздражает. — Но давайте личную жизнь миллиардера, плейбоя и филантропа мы оставим этому самому миллиардеру, плейбою и филантропу? Ну, понимаешь, личная жизнь — она на то и личная…

Вновь установилась неловкая тишина. Впрочем, лететь оставалось не так чтобы сильно долго, так что дальше мы в темпе вальса отвязались от Четвёрки, которых выпнули капать на мозги Сёрферу, забрали доску и переместились с ней в лабораторию.

— Вы уверены, что собираетесь делать это сами? А если у этой штуки есть противоугонная система? — переживал за меня Хэйгер, пока я вновь облачался в прототип лёгкой силовой брони, битком набитый датчиками. — У меня есть сотни добровольцев, готовых рискнуть жизнью для спасения мира!

— При всём уважении к вашим людям, генерал, вряд ли среди них есть те, кто сможет оперативно разобраться в инопланетном интерфейсе и базах данных, не говоря уже о том, чтобы в приемлемые сроки передать нужные массивы информации мне. Так что, — активирую обманку, встроенную в наруч, — мы все здесь рискуем.

— Это работает? — в шоке переспросил Хэйгер, когда созданная будто из жидкой ртути доска без малейшего труда и повреждений хоть чему-нибудь преодолела стеклянный бокс, в котором была доставлена, и зависла передо мной.

— Похоже на то… — не стал я отрицать, осторожно вставая на «ртутную» поверхность летательного аппарата, чтобы… Ох!

При касании ноги с жидким металлом, зависшим в воздухе, у меня натурально перехватило дыхание. Это было… странно. Начнём с того, что я не ошибся — вся информация о возможностях доски и о том, как с ней обращаться, появилась у меня в голове едва ли не раньше, чем волна космического излучения поднялась от доски, прошла через моё тело и достигла головы, заключая в управляюще-защитный кокон. Да-а-а, сила — это хорошо, но вот знания… Да, в этот миг я узнал о космическом излучении столько, сколько не факт, что получил бы после десятилетий исследований. И да, оно действительно могло изменять тех, кого касалось. Только действовало оно не на примитивном биологическом уровне, а натурально корёжило реальность. Тот же Человек-Факел пылал, потому что был «горяч душой », и это позволило получить сродство едва ли не с планом огня и «тихонько грабить Суртура» . Манипуляции более низкого уровня тоже были вполне возможны и даже проще. А ещё в доске было ДОХРЕНА энергии. И мой организм жадно её втягивал. И конца этому процессу я не видел. Так и хотелось окутаться молниями и покричать « Абсолютная Вла-а-а-асть!!!» , но тут этой части Саги ещё не сняли, так что отсылку никто не поймёт, а просто так кричать — как-то не комильфо.

— Виктор, ты в порядке? — с беспокойством спросила Эмма, в то время как вояки замерли в позе готовности ко всему, в смысле то ли хватать моё бездыханное тело при срабатывании системы безопасности инопланетного артефакта и тащить в реанимацию, то ли расстреливать, если вдруг начну превращаться в монстра.

— Да, в полном, — кивнул я, открыв глаза и обнаружив себя уже полностью стоящим на доске, что, кстати, приобрела более тёмный, стальной оттенок. — Как и ожидалось, в этой штуке есть что-то вроде нейроинтерфейса с полным пакетом данных.

— Что дальше, сэр? — поинтересовалась Фрэнки.

— Дальше нужно провести испытания и… — как бы этой хорошей, но полностью преданной «дяде Сэму» девочке сказать, что мне нужно отлучиться с самым ценным артефактом человечества в неизвестном направлении?..

Ответ придумать я не успел, так как мисс Фрост сперва дёрнулась, расфокусированно глядя в пространство, а потом резко воскликнула:

— Они нашли его! — и запоздало дёрнулась рукой к уху, будто получила сигнал по рации.

— Кого? — не сразу сообразил я.

— Гонщика! — ответила девушка.

— О! — это было хорошо. — Так, — я повернулся к не совсем понимающей, что происходит, компании, — это позвонили по поводу «плана Б» . Я сейчас вынужден буду отлучиться. Будем надеяться, что всё получится, — поворачиваюсь к Эмме: — Отбей Стрейнджу, чтобы открывал портал!

— (О_о)⁈ (О_о)⁈ (О_о)⁈ (О_о)⁈ — дружно и на диво синхронно вскинули брови в недоумении гости моей лаборатории, а вот Эмма не тормозила и оттелепатировала кому нужно — может, напрямую нашему магу, а может, и через Шарля, не суть. А вот открывшийся прямо перед нами крутой портал — это суть.

— Я дам знать по результатам, — быстро бросаю Хэйгеру, — но, похоже, у нас появился шанс отбиться! — и, подхватив шикарную голубоглазую блондинку, что всё делает лучше, я влетел в разрыв пространства.

Управление было лёгким, интуитивным, да и восприятие пространства расширилось просто неимоверно. Теперь я чувствовал всё — не просто электричество в проводке и приборах, а саму материю, излучения, гравитацию… И это совсем не давило на разум! Никакого сенсорного шока, перенапряжения, мигрени — моё сознание расширилось, стало глубже, многомернее… Не бесконечно, но ровно так, чтобы пользоваться возможностями силы Герольда Галактуса непосредственно, в полной мере и без напряжения. Я даже осязал открывшийся портал, буквально чувствовал его как объект, что могу «пощупать» , и, кажется, действительно мог на него повлиять — разрушить, не допуская своего переноса. Но это было излишне, так что секунда — и вот мы уже вновь в особняке Ксавьера.

— Всем привет! — поздоровался я с честным собранием, сгружая ценную ношу на пол.

Собрание же было весьма колоритным: сильнейший телепат Земли, рядом с ним — двое сильнейших мутантов планеты вообще и повелители погоды и металла в частности, верховный маг Земли только что закрыл за мной разрыв в пространстве, Бог Грома стоял в компании ещё нескольких товарищей в похожих доспехах, причём одной из них была жгучая брюнетка, при виде которой я даже усомнился в собственной философии! В том смысле, что Чёрная Кошка над рейтингом вайфу этой вселенной, да и в целом блондинки, конечно, всё делают лучше, но для этой леди я готов был сделать исключение и признать, что она — Богиня.

Хотя формально так оно и есть, полагаю. Ах да, ещё тут в углу стоял Крутой и «Очень Плохой» байкер, у которого не было лица, зато был объятый огнём череп. И это смотрелось… н-да… жутковато. А этот едва уловимый запах серы… бр-р-р.

— Приветствую тебя, достойный муж. Вернулся из Асгарда я с подмогой! — кивнул Тор. — То воинов лучших троица, друзей моих, и леди Сиф!

— Господа, леди, — чуть кланяюсь, — счастлив познакомиться, пусть и при столь… сложных обстоятельствах.

— А это — Призрачный Гонщик, — подхватил Стрейндж. — Мы уже ввели его в курс дела, и он согласен помочь.

— Рад знакомству! — я протянул скелету руку. Да, оно несколько жутковато, но… это же один из знаковых персонажей вселенной!

— Ты… не врёшь… — с некоторым удивлением констатировал полудемон, чей голос напоминал глухое трещание углей. И, не снимая кожаных перчаток, осторожно пожал мне руку… окутав её огнём. На миг меня обдало жаром, но тот быстро сменился приятным теплом, что вызвало гримасу неподдельного изумления на черепе скелета. — Призрачный огонь не тронул твоих рук… Значит, твоя душа чиста… — вы видели теряющего челюсть пылающего скелета? Я вот только что да. Ну и остальные как-то странно на меня покосились.

— Эй, почему все смотрят на меня так, словно я забыл надеть штаны⁈

— Миллиардер. Делец. Аристократ. И при этом — ты чист душой. Что ты за мифическое существо⁈ — спросил «адекватный демон» .

— Вот сейчас обидно было… — я привычным жестом потёр переносицу. — Так, ладно, это всё замечательно, но время не ждёт. Счёт, полагаю, уже пошёл на часы.

— Мы не успеваем, — печально вздохнул Магнето. — Никак. Придётся драться без запасного плана.

— Потому я и здесь! — перебиваю его. — Это — доска Герольда Галактуса. С её помощью я могу просто материализовать всё необходимое оборудование за пару часов! Даже с запасом.

— Это уже обнадёживает, — чуть улыбнулся Шарль, прекрасно понимая, что даже такие возможности — это просто шанс гарантированно спасти пару-тройку тысяч или десятков тысяч счастливчиков. Из шести миллиардов обречённых.

— Да. Я буду заниматься материализацией и сваркой всего необходимого. Возможно, получится вывести на орбиту пару-тройку городов… Ваша задача — дать мне время. Чем дольше вы сможете занять Галактуса, тем больше я смогу построить и большее количество людей эвакуировать.

— Думаю, у меня есть ещё одно предложение… — вдруг раздался голос. Совершенно незнакомый нам всем голос. А посреди зала обнаружился лысый жилистый гуманоид метров трёх ростом и с увеличенной черепной коробкой, но в принципе, довольно похожий на человека, даже одетый в нечто вроде древнеримской тоги.

— Кто ты, незваный гость⁈ — поинтересовался сын Одина, поудобнее перехватывая молот.

— Уаату имя мне. Я лишь скромный наблюдатель за жизнью Галактики. И я знаю, что вы замыслили. И хочу помочь.

— Мы не в том положении, чтобы пренебрегать любой помощью, — осторожно отозвался я, — но хотелось бы услышать детали.

— Ты умён, Виктор фон Дум, — кивнул гость, как бы признавая данный факт весьма важным. — Я принадлежу расе намного древнее вашей. Мы следим за бесчисленными мирами, которые движутся в том, что вы зовёте «временем» . Одни из них процветают, другие бедствуют, но каждый живой вид во вселенной должен сам пройти путь своего становления, потому, даже видя планеты, где царят алчность и ненависть, ведущие к войнам, упадку и дикости, мы можем лишь наблюдать, но не вмешиваться. Таков наш закон — как нельзя судить и оценивать поступки феодального общества по меркам индустриальной эпохи с её социальными институтами и нормами морали, так и более развитая цивилизация не должна встревать в ход развития меньшей. Но вашей планете стала грозить опасность полного уничтожения — конца цивилизации, без шансов на дальнейший путь. Именно поэтому я попытался скрыть вас, когда узнал, что сюда движется Герольд Галактуса. То астероидное поле, возникшее в небесах несколько дней назад, было создано мной, но, к сожалению, оно не обмануло Серебряного Сёрфера. Однако вы смогли сделать то, что не получалось доселе ни у кого — забрать силу Герольда Галактуса, и это даёт вам шанс.

— Я прошу прощения, — вышел чуть вперёд Стрейндж. — Уаату, ты говоришь, что вашими законами вмешательство запрещено, но тут же говоришь, что вмешался, пытаясь нас скрыть, а дальше говоришь, что у нас появился шанс, поскольку мы забрали доску Сёрфера. Значит ли это, что если бы последнего не случилось, ты бы не стал тут появляться?

— Сила моего народа велика, Стивен Стрейндж, — спокойно начал отвечать на претензию пришелец, — но даже если бы мы захотели, мы не способны остановить Галактуса в прямом бою. Галактус — не просто существо с особыми способностями, он осколок предыдущей Вселенной — мироздания, что прошло свой этап жизни и погибло до рождения нашего. Даже нам, Наблюдателям, мало что известно о тех временах, только то, что Галактус принадлежал к самой высокоразвитой цивилизации того мироздания, был великим умом и личностью, сумевшей рассчитать момент гибели Вселенной, найти точку зарождения этого процесса и сопроводить его с начала до самого конца, технологиями удерживая себя от гибели, когда сама ткань реальности уже распадалась в небытие. Нам неизвестно как, но в результате этого он слился с сущностью предыдущей Вселенной, впитал её энергию и дожил до зарождения новой. Технологии Галактуса превосходят технологии моей расы в той же степени, в какой они сами превосходят технологии вашей планеты, а его личная мощь не соизмерима ни с чем, что может вообразить человеческий разум. Я уже очень давно наблюдаю за вашим миром, и мне было бы больно видеть его смерть, но ни я сам, ни вся моя раса не смогли бы остановить Галактуса. Только обмануть, но обман, как вы уже слышали, не удался.

— Хорошо, — возвращаю внимание к себе. Уаату говорил приятным, проникновенным баритоном, очень выразительно проговаривая слова — его было приятно слушать, однако время утекало, — но ты сказал, что у нас есть шанс? О чём ты?

— С силой Герольда, но не связанный его клятвами, ты сможешь тайно проникнуть на корабль Галактуса. Его система безопасности не среагирует на тебя и не даст знать хозяину. А там, в глубине его лабораторий, ты сможешь достать прибор, известный как Абсолютный Нуллификатор. Галактус создал его на основе знаний, что приобрёл, наблюдая гибель Вселенной. Это абсолютно трансцендентное оружие, работающее на принципах, недоступных пониманию даже моей расы, но оно способно уничтожить самого Галактуса и даже всю Вселенную. Есть лишь одна проблема: сколь оно могущественно, столь же и опасно. Лишь существо с действительно выдающимся интеллектом может направить эффект Нуллификатора, любой другой сам будет уничтожен при попытке использования. Но ты, Виктор фон Дум, сможешь его использовать и сможешь угрожать им Галактусу.

— К чему просто угрожать, когда можно раз и навсегда уничтожить пожирателя? — резко спросил Призрачный Гонщик.

— К тому, о Рыцарь Мщения, что в случае смерти Галактуса последствия будут куда катастрофичнее для всего живого, — повернулся к нему Уаату. — Как я уже говорил, Галактус — не просто существо, он осколок иного мироздания — стихия космических масштабов, если говорить проще. Его гибель приведёт к сдвигам в самих законах мироздания — законах физики. И для материального мира это будет значить, что всё, чего он хоть раз касался своей Космической Силой, прекратит своё существование — окажется стёрто из реальности. А Галактус в нашей Вселенной существует с самого момента её зарождения, и за все прошедшие миллиарды лет он успел воздействовать на очень… очень многие пространства.

— Иными словами, он прекрасно будет знать, что мы не посмеем его убить даже с этим супероружием? — сложил руки на груди Магнето.

— Отнюдь, — отрицательно качнул головой инопланетянин. — Ему как никому другому известно, что на пороге гибели разумные способны на любое безрассудство. А уж забрать врага с собой или же решить, что если не выживу я, то и никто больше не достоин, — это базовые инстинкты для почти любой разумной жизни, которая развивалась в условиях борьбы. Галактус отступит. Однако, — вновь взгляд на меня, — поиски займут время. Я могу помочь найти нужное место, но направляя лишь ментально — системы корабля не пропустят меня во плоти, и мой взор не абсолютен.

— Это понятно и даже в чём-то хорошо, — переглянувшись со мной, отметила Эмма. — Но меня всё-таки беспокоит, как ваши действия соотносятся с утверждением про законы, запрещающие вмешиваться.

— Вопреки распространённому на вашей планете мнению, беседа не есть действие, — ответил моей помощнице Уаату.

— Ясно… — быстро просчитывая в уме ситуацию, обронил я. — И сколько займёт этот полёт и поиск необходимого оружия?

— Зависит от многих факторов, но не меньше нескольких часов.

— Которых у нас может и не быть… — я озабоченно пробежался взглядом по лицам собравшихся. У нас был план. Надёжный. Рабочий. Он не давал возможности спасти всех, но он давал возможность спасти хоть кого-то гарантированно. Тут же — авантюра. А ведь этот Уаату может и тупо врать.

— Иди, друг-воин, — обратился ко мне Тор. — Задержим мы великана, а коли повезёт, то и повергнуть сможем. А коли нет — умрём, пытаясь!

— Хорошие слова! — лязгнул голосом Призрачный Гонщик. — Не думай — действуй! Если можем спасти всех… если на это есть даже малый шанс — мы обязаны попытаться!

— Хорошо… — решился я, найдя те же мысли в мимике и у остальных. — Но с ментальным контактом у меня есть некоторые сложности.

— Я научу тебя, как открывать разум. Это несложно. Но нам надо спешить, Он уже почти здесь…

Глава 13

— Борода Одина… — на выдохе произнёс Тор, задрав голову к небесам.

— Скажите, что мне это снится… — оторопело пробормотал вслед за ним Скотт Саммерс.

— Нет, юноша, всё, что ты видишь, происходит на самом деле, — без капли радости в голосе ответил Магнус Эйзенхардт, уже полностью облачившийся в защитное снаряжение из шлема и усиленного металлическим волокном костюма с армированным плащом, что благодаря его силе мог бы без вреда принять на себя и выстрел танкового орудия.

Ни одна система обнаружения не видела приближения корабля Галактуса, ни один радар и спутник не могли его засечь даже в метре от себя, но Доктор Стрейндж, Магнето, Гроза и Тор, каждый своим собственным способом, ощутили приближение угрозы, заблаговременно определив место посадки, однако сейчас они могли только трепетать от чувства собственного бессилия.

Несколько минут назад город накрыла гигантская чёрная тень, а потом из облаков медленно и величественно стал опускаться дископодобный космический корабль в десятки миль диаметром. Величественные небоскрёбы экономической столицы США смотрелись на его фоне мелкими иголками — куличиками в детской песочнице, над которыми навис карьерный самосвал. И группа сильнейших существ планеты, что собралась на вершине одного из них, планируя дать бой Галактусу, при всей решимости и готовности, ощутила предательское касание страха.

— Я чувствую, что ты здесь, мой Герольд. Покажись! Я желаю наградить тебя за то, что привёл меня к такому великолепному миру! — прогремел на всё небо голос столь же глубокий и могучий, сколь и тяжёлый для восприятия, будто довлеющий над самой душой и отдающийся эхом в костях. Он говорил на неизвестном на Земле языке, но отчего-то для каждого, кто его слышал, его слова были столь же понятны и ясны, как звуки родной речи.

А между тем в самом центре зависшей над крышами исполинской летающей тарелки открылся шлюз, и вниз медленно спустилась аппарель, на которой стоял похожий анатомией на человека тридцатиметровый гигант, облачённый в сине-фиолетовую броню с причудливым шлемом, где из района ушей отходили боковые рога, создавая форму, напоминающую трезубец.

— Готовьтесь, друзья, и не сдерживайтесь, ибо враг могуч! Пусть мало знал я большинство из вас, но честью будет для меня сражаться рядом с вами! — удобнее перехватив молот, выступил вперёд Тор.

— Прошу, позвольте мне сперва поговорить с ним, — поднял руку Ксавьер, останавливая уже почти ринувшихся в атаку асов. — К счастью, наша крыша не так далеко от него, и это можно сделать.

— Не возлагай больших надежд на дипломатию, — фыркнул Призрачный Гонщик, уже сидя на своём мотоцикле, что источал пламя не меньше, чем он сам. — Он жрёт миры, и мы все для него — не более чем мошки в супе.

— От меня всё равно не будет пользы в бою, а так… я хотя бы смогу выиграть время, — кивнул на его слова Шарль, направляя кресло-каталку к краю крыши. — Великий Глактус! Прошу, выслушай меня! — крикнул он гиганту, что всё ещё оглядывался, ожидая явления своего слуги.

— Кто это там осмеливается поминать всуе моё имя⁈ — повернул голову исполин, находя телепата взглядом тёмных глаз с квадратным сияющим зрачком.

— Моё имя — Шарль Ксавье, я знаю, что ты хочешь сделать, и прошу пощадить планету.

— Думаешь, ты первый, кто обращается ко мне с подобной просьбой? Этот мир не нуждается в пощаде! — резко ответил Галактус, тем не менее направив свою аппарель ближе к собеседнику. — Он призван утолить мой Ужасный Голод, как и все до него!

— Я знаю, что некогда ты был великим учёным, светочем своей расы и образцом великого ума. Твоё перерождение изменило тебя, но не может быть так, что, став более великим и совершенным существом, ты утратил то, чем обладал ранее, то, что заставляло тебя ценить знания, искать ответы и находить истину. Нужда твоего бытия велика, и никто, кроме тебя самого, не сможет понять, сколь велика ноша твоего голода, но жить лишь удовлетворением простейших инстинктов — это деградация, смерть разума. Прошу, прочти мои мысли, мою память. Это позволит понять, что я хочу донести, быстрее и надёжнее, чем любые слова.

— Тебе многое известно, и это необычно… — задумчиво обронил гигант, приближаясь ещё ближе. — Хорошо. Посмотри мне в глаза — покажи, что ты хочешь.

Ксавьер молча выполнил указание, лишь чуть коснувшись рукой виска, и на несколько долгих секунд в небе повисла тишина.

— Теперь ты видишь, что жизнь на Земле наделена разумом? Душой? Смыслом? — в какой-то момент моргнув, вновь обратился к Галактусу Ксавьер. — Во вселенной должно быть множество планет, где жизнь не достигла такого уровня и чья смерть не будет катастрофой. А уничтожив нас, ты навсегда убьёшь рождённые нами идеи, искусство и шансы на развитие. Никто уже не сможет повторить ни нашей музыки, ни красоты картин. Они исчезнут для вселенной навсегда, без шансов развиваться и творить новое. Неужели это то, чего желаешь ты, тот, кто в своём поиске и торжестве разума пережил конец целой Вселенной?

— Ты прав, — мрачно сообщил Галактус. — Поверь, я никому не желаю зла, и варварское утоление простейшего инстинкта противно моей сути… — он на несколько мгновений замолчал, будто собираясь с мыслями. — Но прав ты и в другом, — продолжил голос, от которого дрожали небеса. — Никто не может осознать, что значит Голод, разъедающий меня. Мне постоянно надо питаться, иначе я умру. Прошли эоны лет с тех пор, как я боролся. Со всей своею силой я не нашёл лекарства. Не нашёл альтернативы. И потому я сдался и принял все решения давно. Не описать словами те безумие и муку, что я испытываю, не поев. И нету у меня причин считать ваш вид хоть чем-то лучше прочих, что сгинули ради утоления моего голода. Ты и твоя планета хотят жить, я понимаю это очень хорошо. Но и я не испытываю никакого желания умирать. И раз уж я, Галактус, уже переступил через себя и предал смерти бессчётные миры, то я не стану делать исключения. Пусть это малая справедливость, но хотя бы её мои жертвы заслужили.

И, отвернувшись от собеседника, гигант взмахнул рукой, в ответ на что из недр корабля стали опускаться гигантские щупальца, расходясь и замирая, глядя «соплами » в разные стороны. Это было неочевидно, если смотреть с крыш Нью-Йорка, но каждое из них выравнивало своё положение сообразно кратерам, оставленным ещё Серебряным Сёрфером по всей поверхности планеты. Между тем по аппарели, где стоял Галактус, спустился странный прибор, напоминающий некое посадочное место для кого-то размером с самого Галактуса, и он, не обращая более внимания на « писк насекомых» , принялся что-то в этом приборе налаживать. И собравшимся было очевидно, что данная процедура не направлена ни на что для мира полезное.

— Что и следовало ожидать, — мрачно сообщил Магнето, уже поднявшись в воздух. — Дипломатия начинает работать только тогда, когда ты сломал врагу руки, ноги, выбил зубы и приставил пистолет к голове. Это правило работает не только с людьми, Шарль.

— Мне жаль, мудрец и книжник, что не удался план твой! Но время разговоров истекло! Настало время битвы! — раскручивая в руках молот, поднялся в воздух и Тор. — Руки прочь, злодей! Стой, я говорю тебе!!! — и сверкающий натуральной звездой от разрядов молний молот устремился к телу гиганта.

Грохот столкновения божественного оружия и брони Галактуса заглушил все звуки города и заставил пожирателя миров пошатнуться — не то от боли, не то от удивления.

Меж тем Магнето, подняв руку, сжал кулак, и настраиваемый прибор подле пришельца негодующе скрипнул и задрожал. В тот же момент в небесах начали сгущаться тучи, обволакивая исполинский корабль, как клубы чёрного тумана, а Циклоп выпустил поток алого убийственного излучения, целя в лицо гиганту. И не успел ещё Галактус оправиться от первого удара Бога Грома и прикрыться от энергетической атаки мутанта, как в его тело с облаков ударили вереницы молний, заставляя сделать новый шаг назад.

— Вы только оттягиваете неизбежное, — раздражённо выплюнул сквозь зубы пришелец, словно человек, у которого во время сложного процесса перед лицом начала мельтешить муха.

Ну и отреагировал соответствующе — махнул рукой. Поток оранжевой с чёрными вкраплениями энергии, от которого словно корчилось само мироздание, сорвался с пальцев Галактуса и в одно мгновение снёс Тора, пробив его телом несколько высотных зданий, между делом порождая ураганный шквал ветра, что вынес сотни окон и перевернул десятки машин.

Магнето же в этот момент сжал зубы, трясясь в напряжении и не замечая, как из носа хлынула кровь — сосуды не выдерживали, однако сила воздействия повелителя металла возросла, и устройство из неизвестного науке Земли сплава принялось ме-е-е-едленно деформироваться, что, разумеется, уже не могло остаться незамеченным и проигнорированным.

— Мой конвертер! — зло воскликнул Галактус, чтобы в следующий миг найти источник ущерба и выпустить в него спаренный луч оранжевого «лазера» прямо из глаз. Однако лучи не успели достигнуть цели, так как рядом с мутантом открылся портал и сильные руки мага втянули Магнето внутрь.

— Фух, открывать порталы в такой конфигурации довольно сложно… — вытащивший соратника из-под атаки Стрейндж болезненно размял пальцы. Он как никто другой… быть может, кроме Призрачного Гонщика и гостей из Асгарда, ощутил, что на самом деле представлял собой этот «лазер ». Влети он в Магнуса, его не спасли бы ни броня, ни мутация. Да и сам Стивен не рискнул бы закрываться от атаки магическим щитом или как-то перенаправлять её порталом или искажением пространства — слишком уж « тяжеловесной» была эта… штука. Слишком сложной и мощной. И она была порождена просто раздражённым взглядом! От осознания подобного коленки начинали дрожать ещё сильнее.

— В бой! — не давая возникнуть и секунды паузы в сражении, бросились на гиганта трое воителей Асгарда и леди Сиф, успевшие за время предыдущих ударов подобраться к врагу вплотную. Но хоть габариты противника и не смущали привыкших к боям с великанами асов, удары явно непростых мечей и топоров вообще не принесли никакого эффекта.

Только высвобождение с оружия магической мощи Богов Асгарда заставляло Галактуса недовольно жмуриться, но… на этом всё. Ни царапины не осталось на фиолетовом металле брони. А новый взмах рукой натурально смёл атакующих.

— Не так быстро, приятель! — раздался сбоку полный веселья голос, и по гиганту ударил поток пламени, источаемый Человеком-Факелом.

— Надоедливые мошки! — раздражения в голосе пришельца прибавилось, и новый поток «ветра» чуть было не сбил Джонни Сторма на землю, но чуть дрогнувший под ногами Пожирателя железный пол слегка сбил прицел. Магнето пусть и сильно выложился, но выходить из боя не собирался.

— Нужно остановить его! — «дотянулся» до места действия Рид Ричардс, сообщая сражающимся эту новость как наиважнейшее откровение.

— Мы этим и занимаемся, — Стрейндж был человеком широких взглядов и терпеливого характера, но тут и он едва не добавил пару непечатных слов в адрес лезущих под руку шоуменов.

Остановило его только отсутствие времени — нужно было срочно выдёргивать Циклопа, что, поняв бесполезность своих лучей против Галактуса, переключил внимание на непонятный прибор. Некоторого успеха у парня достичь получилось, что-то внутри устройства заискрилось и взорвалось, что, в свою очередь, не осталось незамеченным Галактусом, и вот это его уже начало злить. Так что мутанта с лазерами из глаз требовалось срочно спасать. Да и остальных прикрыть и хоть как-то рассеять внимание их врага тоже требовалось. Делать же это становилось с каждым мгновением всё труднее. Сама реальность словно сопротивлялась и мешала, подчиняясь даже не воле, а просто мимолётному желанию незваного гостя. Так что прыгнувший ему в лицо каменный мужик был как нельзя кстати — урона он не нанёс, но по крайней мере закрыл собой обзор пришельцу, что несколько ослабило «эффект наблюдателя» , что от такого существа был чудовищен и мешал колдовать даже Верховному Магу Земли. А ещё, пока Бена Гримма стряхивали с лица, кое-кто другой смог незамеченным добраться до места действия и зарядить в это лицо натуральным метеором, сотканным из Адского Пламени.

— Я здесь, Галактус! — гоня на пылающем мотоцикле прямо по стене здания вертикально вверх, посылал с рук в лицо гиганту один огненный подарок за другим горящий скелет. — Я Призрачный Всадник, и я всегда там, где льётся кровь! А ты пролил много крови!

— Мертвец или демон, кто бы ты ни был, прочь! — очевидно, испытав от его атак заметную боль, взревел пожиратель миров. — У Галактуса нет времени на игры!

— Это. Не. Игра! — ничуть не слабее взревел полудемон, поймав наконец взгляд гиганта и будто пустив Адское Пламя по этому зрительному каналу. — Ты. Виновен! Твоя душа запятнана кровью невинных! Почувствуй их боль! Познай муки триллионов измученных душ!

— А-А-А-А-А-А-А-А-АУ-У-У-У-У!!! — вот это уже проняло пришельца. Тот натурально взвыл, оступаясь и падая со своей аппарели на землю, а из его глазниц вырвалось пламя.

Гром от удара огромного тела об асфальт заставил задрожать весь город, а мучительный крик гиганта сам по себе начал раскалывать и словно стёсывать бетон с ближайших высоток, не позволяя даже асам к нему приблизиться, а остальных и вовсе заставив думать только том, чтобы защитить уши и глаза, не помышляя о бое.

Галактус орал, вцепившись пальцами в лицо и порождая криком натуральный ураган, бьющий во все стороны, ему было мучительно больно, но… то, что могло убить любого, пламя, что, цепляясь за порочность души, выжигает её саму, обращая в пепел саму сущность… не справлялось. Да, это была агония, несколько минут нестерпимой боли и ужаса, от которого сходила с ума сама природа, вплоть до начала шторма в заливе, однако они прошли. Горящий череп потускнел, а гигант в технологичных доспехах начал вставать. Выжженные адским пламенем глазницы регенерировали — обугленные фрагменты кожи и даже костей исчезли, сменившись новой, чистой и свежей. Уничтоженные глаза вновь смотрели на мир.

— Это было больно, — мрачно прокомментировал гигант в опустившейся вместе с затихшим штормом тишине, найдя взглядом пылающий скелет на мотоцикле. — Но я — Галактус! Я пережил агонию гибели целой Вселенной! Я прочувствовал смерть Мироздания! Боль триллионов убитых мной смертных существ не заставит погаснуть мой разум и разрушиться душу!

— Тогда ты будешь испытывать эту боль, пока не познаешь раскаяния! — Призрачный Гонщик ничуть не стушевался под полным злобы взглядом Пожирателя Миров и вновь толкнул по зрительному каналу огонь Ада.

— Нет! Не смей! — даже будто испугался гигант, но в следующий миг его вновь скрутило судорогой, а из горла вырвался болезненный рёв, от звука которого начали рушиться дома.

— Не сдавайтесь, друзья, повергнем великана! — перекрикивая стихию и звуки чужой агонии, провозгласил оправившийся от удара и вернувшийся к месту действия Тор, раскрутив Мьёльнир, а в следующую секунду уже обрушил его на голову врага.

Пусть герои и не надеялись, что смогут прикончить Галактуса, более того, они помнили о предостережении и убивать это «невольное чудовище» не намеревались, однако хорошо понимали, что и мешкать в бою смерти подобно. Потому в следующий миг к атаке вновь присоединились молнии Грозы, алые лучи Циклопа, пламя Джонни Сторма и магические атаки Стрейнджа. Айсмен, до того не успевавший что-либо сделать, уже был на земле и со всей доступной силы принялся промораживать ноги космического гиганта, асы же с леди Сиф врубались в ослабленную экстремальным холодом броню своими клинками. А непонятно откуда появившийся на поле боя зеленоватый мужик трёхметрового роста, облачённый в броню, подозрительно похожую на изобретённую фон Думом, начал в упор поливать пришельца из роторного пулемёта авиационного калибра, попутно ещё и закинув под ногу шатающегося Галактуса противотанковую мину, что самому гиганту не повредила, но заставила рухнуть дорожное полотно и тем самым создала каверну, в которую пришелец и провалился ногой.

*Крак* — жалобно простонала окончательно раздавленная Магнусом установка.

— ДОВОЛЬНО! — громыхнул на всё небо полный нескрываемой ярости голос, и волна силы разошлась от места действия по всему городу, натурально замораживая пространство. — Боги вы, демоны или смертные, я — ГАЛАКТУС! Я сам Начало и Конец Вселенной! Такого, как я, больше нет! И не вам праздновать победу надо мной! — и в следующий миг в сторону скованных волей Пожирателя Миров защитников Земли устремился поток оранжевой энергии, что даже для Богов был чем-то запредельным, однако…

Возникший на его пути зелёный купол остановил атаку.

— Что⁈ — оторопел было гигант. — Мой Герольд! — в новой ярости воскликнул он, узнав силу, остановившую его атаку. — Как ты посмел⁈

— Прошу простить, Великий Галактус, но твою атаку остановил не Серебряный Сёрфер, а я, — ответил Виктор фон Дум, спускаясь от корабля в небесах на доске из тёмной ртути. И направляя луч странного устройства, сжимаемого им в руках, на Галактуса. — А теперь, пожалуйста, освободи моих друзей.

— Ты… Кто ты такой? — нахмурился пришелец, а в следующий миг его глаза расширились в узнавании. — Человек… ты не понимаешь, с чем играешь и что держишь в руках!

— Моё имя — Виктор фон Дум. И я держу в руках Абсолютный Нуллификатор — устройство, способное аннигилировать всю Вселенную.

— Это моё оружие! Ты обокрал меня! — возмутился Пожиратель Миров.

— Ты пришёл на Землю, чтобы её уничтожить и убить всех нас. Полностью стереть нашу цивилизацию со страниц истории. Тебе не кажется, что в таком контексте несколько глупо предъявлять претензии за то, что мы в ответ у тебя всего лишь что-то украли?

— Хм… Справедливо, — умерив тон, кивнул Галактус, а его пленники почувствовали, что вновь могут двигаться. — Что ты сделал с моим Герольдом? Как ты смог забрать его силу, дарованную самим Галактусом, не спрашивая моей воли? — теперь в его голосе вновь звучала претензия, но и огромное любопытство.

— Мы пленили его, но он жив. А доска… Я всего лишь воспользовался одним из законов вселенной. Слишком простым и примитивным эффектом, чтобы ты его учёл с высоты своих знаний.

— А-а… Вижу. Этот браслет… Неплохо, — прищурившись, признал пришелец. — Так чего ты хочешь от Галактуса, угрожая ему этим оружием, Виктор фон Дум?

— Я хочу, чтобы ты пощадил нашу планету и более никогда её беспокоил.

— Арх… Хорошо! — с нескрываемой досадой вздохнул пришелец. — Эта планета не стоит усилий, которые я на неё уже потратил. Я не стану забирать её энергию и не причиню иного вреда. Даю тебе слово, Виктор фон Дум! Слово Галактуса, — с последним звуком мир словно содрогнулся.

— Теперь верни мне Абсолютный Нуллификатор, пока не разложил на субатомные частицы всю Вселенную, — продолжил говорить Галактус.

— Бери, — не стал я спорить и, отключив «прицельный луч » оружия, протянул его хозяину, хотя, признаться, у меня до сих пор « зудел палец на спусковом крючке» .

Без понятия, как эта штука работает, но… она реально давила на мозги. Приходилось прилагать нешуточные усилия, чтобы оно просто не пальнуло. А жахает оно чем-то совсем трансцендентным, что лежало за гранью моего понимания даже со всеми знаниями, которые содержала доска Сёрфера. Я не знал, что это и как работает, но знал… В смысле… Аргх… Короче, оно просто концептуально заявляло, что «это закончилось и более не будет существовать ». Тот самый момент, когда Смерть отложила в сторону свою косу и взялась за пулемёт. Вот этот самый « Пулемёт Смерти» у меня в руках и был. И он хотел убивать. Достаточно было малейшего толчка, просто присутствия сознания, чтобы оно начало стирать мироздание, возможно, повторяя механизмы и процессы, что уничтожили прошлую Вселенную. И только мои воля и разум препятствовали этому.

А препятствовать приходилось, ведь слова Уаату не были ложью и смерть Галактуса повлечёт за собой аннигиляцию доброй половины Вселенной, если не больше. В том числе и Земли, ибо пусть и совсем немного, но «Космической Силы» и он, и Сёрфер успели тут пролить в избытке. Не говоря уже о том, что и я, и Эмма так и вовсе подверглись хорошей дозе. Что же касалось слова, данного Пожирателем Миров, то… я ему верил. В том смысле, что этот момент мы как раз успели обсудить с Наблюдателем — Галактус своё Слово давал очень редко, но соблюдал его всегда, с самого зарождения нашей Вселенной.

— Ваш мир заставил меня испытать боль, которой я давно не знал, — сообщил Галактус, чем-то вроде телекинеза подхватив из моих рук устройство, напоминающее кривой CD-плеер с рычажком на корпусе. — И ты первый, кто смог забрать силу моего Герольда! Первый, кто вообще смог его победить. Я — Галактус, но я не раб своей гордыни и умею признавать чужие заслуги. Однако эта сила не останется у тебя! Я заберу доску, — это не было вопросом или просьбой, это была констатация факта.

И я мог с этим только смириться, так как давить дальше на это существо, даже будь у меня всё ещё в руках Нуллификатор… У меня, конечно, буквально стальные яйца, но это — грёбаный Галактус! Владея силой его Герольда всего несколько часов, я уже до боли ясно осознал, по какой охренительно тонкой грани мы все тут шли эту неделю, включая меня самого, что втупую напрыгивал на Сёрфера с жалкими молниями. Обладая даже десятой долей могущества, предоставляемого его доской, можно было одним щелчком пальцев разложить на атомы любого смертного, неважно, будь то мутант или чародей. Наше счастье, что Сёрфер не принимал никого всерьёз и так — пару раз небрежно отмахнулся от местных «мух» . Ну и что Галактус не то что не дрался, а даже лишний раз шевелиться не очень желал, видимо, боясь расплескать очень вкусную планету неосторожным движением. Только под конец уже начал злиться, и… опоздай я хоть на секунду, боюсь, никого из своих знакомых бы уже в живых не застал… М-да, порой неведенье и непонимание — благо.

Опять же, я вообще молчу о том, что слово своё Галактус, конечно, держит, но, хэй, это всё равно надмировая сущность, которая может плевком убить Бога! Лишний раз на такого давить и раздражать — это нужно быть или совсем отморозком, или непрошибаемым кретином. Ибо вот оскорбится он и наведается к тем же скруллам. И скажет, что он очень голодный и огорчённый, ибо земляне его обидели, не дали покушать и вообще нехорошие личности. Потому он грустный, а грусть нужно заесть… десятком планет. Как быстро после такого тамошний император попробует развеселить дорогого гостя кадрами экстерминатуса Земли, чтобы тот скушал всего одну планету, а не десять? И это не будет нарушением обещания. Во всяком случае, формальным. Да, версия такая себе и притянута за уши, но… не нужно лишний раз пинать дракона под хвост, если без этого можно обойтись.

Потому я послушно приземлился на асфальт и сошёл с доски, провожая потерю контакта с её мощью неприятным чувством пустоты, после чего отключил устройство имитатора.

— Она твоя, — озвучиваю очевидное, ведь он зачем-то проговаривал для меня свои мысли, явно не просто чтобы воздух сотрясти. Другое дело, что, пусть и потеряв контакт с доской, я… не вернулся к прежнему состоянию. Энергия Герольда во мне осталась. Не вся, даже близко, но… она была. Поглощённое мной, как живым аккумулятором, всё ещё было во мне, а вместе с ним и другие изменения.

— Так и есть, — эхом откликнулся Галактус, внимательно вглядываясь в мою фигуру и, похоже, так же, как и я, прекрасно наблюдая, что не вся мощь Герольда меня покинула, однако… — Я запомню ваш мир, Виктор фон Дум, и запомню тебя, — жест рукой — и доска срывается с места, зависая перед его лицом, чтобы миг спустя на неё во вспышке телепортировало Сёрфера.

— Что? Господин? — парень не сразу осознал, где находится, но поступление энергии от доски явно быстро привело его в чувство.

— Ты подвёл меня, мой преданный слуга! Твоё поражение позорит Великого Галактуса, но что хуже, оно сделало возможным похищение Абсолютного Нуллификатора, из-за чего не только я, но и вся Вселенная находились на краю гибели! За это я оставляю тебя на этой планете, жителям которой ты так бесславно проиграл! — рука гиганта поднялась, и из Серебряного Сёрфера будто потекла энергия, впитываясь в ладонь Галактуса. — Ты больше не сможешь путешествовать по космическим просторам! Твоим домом навсегда станет эта маленькая планета! Живи здесь и помни свой позор!

И на этой знаменательной ноте Пожиратель Миров вместе с обломками конвертера взлетел к люку своего корабля и, скрывшись внутри, ушёл по-английски, втянув внутрь все щупальца и стартовав из атмосферы со скоростью, что, по идее, должна была бы ту сдуть, но… ему было плевать на законы аэродинамики.

— Ну вот и договорились, — вздохнул я с облегчением, отпуская изрядное напряжение, ибо всё, что отделяло нас от смерти — это просто обещание Пожирателя Миров. Но… обошлось.

Ошарашенный явно не меньше землян, Серебряный Сёрфер с лицом, полным потрясения, проводил исчезновение корабля бывшего господина. После чего перевёл взгляд на грешных нас внизу и последовал примеру босса — стартанул неизвестно куда, не прощаясь и очень быстро.

Неприличные инопланетяне в этой вселенной, я скажу. Такие все грубияны…

— Мне кто-нибудь объяснит, что это было? — подошёл ближе Бен Гримм.

— Я использовал силу Серебряного Сёрфера, чтобы обойти системы защиты корабля Галактуса и украсть у него суперпушку, которой можно уничтожить Вселенную. И скоро вся эта Вселенная узнает, что мы, даже толком не выйдя в космос, дали пинка едва ли не самой могущественной силе во всей нашей реальности… И я чувствую, что мне надо выпить.

— То была славная битва, мой друг-воин! — опустился подле меня Тор, хлопая по плечу своей богатырской лапищей, впрочем, хлопая аккуратно — соизмеряя силу, как если бы я был простым человеком.

— Не уверен, что достоин называться воином, всё-таки я просто направил жуткую пушку на надмировую сущность, что питается планетами… — признаться, осознание этого… не то чтобы меня начало накрывать, но, скажем так, несколько из колеи выбивало.

— И всё же бой тобой был выигран, и нас от гнева великана спас ты! — вступила в нашу беседу подошедшая, как и многие другие, леди Сиф. — Собрал нас тоже ты, достойный Виктор Дум, и вместе мы дрались со Злом, что и для Всеотца было бы угрозой не шутейной.

— Верно, а было это сделано доброй сталью иль хитрым чародейством и интригой — то дело уже десятое, — улыбнулся откровенно медведеподобного телосложения ас, представившийся Вольштаггом. — Только Локи этого не говорите, — немного подумав, добавил он, — а то этот хитрец станет окончательно невыносим.

— Будь моя воля, позвал бы вас я в Асгард отметить подвиг сей за пиршества столом, но… — замялся сын Одина, — не место смертным там, и волю Всеотца нарушить я не смею, — н-да, а ведь он говорил, что изображает хромого хирурга нордический Бог не из-за обычной блажи.

— Ну, Асгарда или Вальгаллы не обещаю, но, — я окинул взглядом нашу подтянувшуюся банду, — знаю я тут один ресторанчик на крыше небоскрёба… И я его арендую на сутки! И мы устроим пир! И, разумеется, вы все приглашены! — не то чтобы я жаждал там видеть Ричардса или ещё кого из Четвёрки, кроме Бена, но мы все вместе на полном серьёзе спасли мир. И после этого как-то воротить нос и жмотиться на приглашение — это совсем уж фу таким быть. Даже если он меня на свадьбу свою не позвал.

— Это будет… забавно, — констатировал горящий скелет.

— Я тоже… не откажусь, — прозондировав реакцию недавних соратников, решился Магнето. Было видно, что публичные мероприятия ему не шибко по душе, но отказываться от знакомств и связей такого уровня один из главных лидеров борьбы за права мутантов не стал.

— А вы что скажете, доктор? Отметим нашу победу? — нахожу взглядом Стрейнджа, чьё лицо тоже выражало некоторые сомнения на тему «а может ли он, весь такой таинственный маг, просто так взять и пойти бухать в ресторане с толпой сверхсильных ярких индивидуальностей?» .

— Хм… — чародей задумчиво перескочил взглядом с богов Асгарда, рядом с которыми стояли немного помятые, но вполне довольные жизнью Блонски и Бен Гримм, на демоническую нежить, ледяного мужика, парящего в воздухе огненного парня, лидера мутантов-радикалов… — Не вижу смысла отказываться, — сдался под давлением коллектива импозантный маг.

А вот Шарль от нашей компании аккуратно отвалился, как и почти вся его команда, за исключением Айсмена. Телепат по выделенному каналу, который научил меня открывать Уаату (он, кстати, тоже просто исчез, ни с кем даже не попрощавшись), сообщил, что не хотел бы привлекать внимания военных к своей персоне и, как следствие, школе мутантов. Потому сейчас займётся правкой воспоминаний нежелательным свидетелям. Впрочем, со мной поддерживать отношения он был совсем не против, как и помочь Эмме в оттачивании её талантов. Так что расставались мы с сильнейшим телепатом Земли лишь временно. А вот Рид и Сью нас таки покинули. Ибо окончательно разочаровались в военных в частности и контактах с правительством вообще. К тому же что ни говори, но у них тут свадьба уже почти неделю как произошла, а брачной ночи и медового месяца не завезли — непорядок, нужно исправлять, да! Хотя, конечно, они сами этого не говорили, но хэй! Я гений или где? Бен тоже было собрался к своей зазнобе, но я предложил ему просто пригласить её к нам на пирушку. Далее были несколько звонков и улаживание формальностей, а потом ещё и Хэйгер с Фрэнки к нашей тусовке примчались на вертолёте, с целью понять, что тут вообще случилось, и тоже были приглашены, от чего, при виде такой колоритной компании, не стали отказываться.

И вот на крышу крутого отеля, на последнем этаже которого располагается не менее крутой ресторан, приземляется пара вертолётов, из которых выходят очень… импозантные личности. Ну а дальше началась не то чтобы совсем пьянка, но где-то близко. Ибо народ тоже начало попускать, отчего означенный народ принялся… чудить. Ну и просто выдалась возможность наконец-то поговорить свободно. Правда, порой это выливалось в некоторые казусы…

— Хм-м-м, — уважаемый генерал, чувствующий себя наиболее неловко на этом празднике жизни, подошёл к уголку, где мы с Магнето тихонько обсуждали вопрос дальнейшего сотрудничества в деле постройки Астероида-М. — Мистер, ваше лицо кажется мне смутно знакомым, мы нигде ранее не встречались?

— Сэр, — сообщила боссу Фрэнки, — это разыскиваемый террорист Магнус Эйзенхардт.

— Кхм… — военный чуть замешкался, но показал, что погоны свои он носит не для красоты, равно как и немаленький пост занимает далеко не по протекции: — Надо же, вы и вправду похожи на этого возмутителя спокойствия! Бывают же совпадения. Как насчёт выпить за расовую терпимость? — и чернокожий генерал одним взглядом намекнул своей помощнице, что никаких террористов тут нет и никогда не было.

Фрэнки же коротко кивнула, в очередной раз доказав, что блондинки, тем более блондинки зеленоглазые, всё делают прекрасно и замечательно, и теперь Магнето везде в отчётах о данной встрече будет числиться кем-то совсем иным, никакого отношения к Магнусу Эйзенхардту не имеющим.

Ситуация Магнуса явно развеселила, но лицо он держал, так что вскоре действительно выпил за расовую терпимость и полное осуждение расизма вообще с представителем ещё недавно самой унижаемой расы, а теперь влиятельным генералом самой мощной сверхдержавы планеты. Оно и хорошо, авось лучше проникнется моими идеями.

Между тем в другой части зала Бен, не иначе как чтобы впечатлить свою девушку, решил устроить соревнование. По армрестлингу. С Блонски. А там и Тор с остальными воителями Асгарда подключились, совершенно спокойно воспринимая необычную внешность своих соратников и не обращая на это никакого внимания.

Так вечер и продолжился. Я успел пообщаться со всеми гостями, включая подвыпившего архимага, что очень позитивно воспринял мой аккуратный намёк на «а не согласится ли уважаемый Верховный Маг Земли дать мне пару уроков по чародейству?» . Ибо получил от Призрачного Гонщика рекомендацию, что у меня — чистая душа, а это круто и хорошо, такой ученик мистеру Стрейнджу очень даже люб, и он совсем не возражает проверить меня на наличие способностей. Потом. Как протрезвеет. А пока — выпьем за нашу победу!

Впрочем, самым эпичным, во всех смыслах слова, был означенный Гонщик, что пил абсент, поджигая его собственным пальцем. Пусть алкоголь демона толком не брал, но общая атмосфера ему нравилась, к тому же тут были, в основном, действительно чистые души. Разумеется, не идеальные, и так-то к тому же генералу Хэйгеру вопросики у Рыцаря Мщения могли и возникнуть, как и к Магнето, однако даже они были приемлемы, скажем так. Остальные и вовсе «возвращали ему веру в человечество ». В общем, с данным товарищем мы тоже, можно сказать, « обменялись визитками» . Вернее, я оставил ему свои прямые контакты, а он показал Эмме, как, в случае чего, с ним связаться. Ну и пожелал оставаться таким, какой я есть сейчас, как можно дольше.

Ну а в какой-то момент, когда мужская часть коллектива особенно упоролась и уже Призрачный Гонщик сидел напротив Тора, и они мерились тем, у кого хваталка крепче, леди Сиф немного заскучала, и, разумеется, этим не мог не воспользоваться один проходимец.

— Хэй, красотка, что ты делаешь этим вечером? — Джонни был полон энтузиазма.

— Дитя Суртура? — одновременно вскинула бровь и чуть нахмурилась воительница.

— Эм, кто? — моргнул каскадёр.

— То враг старинный наш, владыка огненных равнин Муспельхейма.

— Не-не, я сам по себе! — замахал руками парень. — И всё же? Быть может, я могу тебя угостить?

— Зачем? — непонимающе моргнула девушка. — Есть руки у меня, и, коль пожелаю, сама возьму я яства и напитки…

— М-да… — аж поник плечами парень, что пытался подкатить с современным подходом к древней воительнице. И, чёрт подери, если это делает он, то почему бы не сделать и мне⁈ Но по-нормальному!

— Эмма, я на минуточку… — улыбнулся я своей голубоглазой блондинке, что всё делает лучше.

— Ну-ну, — она усмехнулась и отсалютовала мне бокалом, — попробуй, я даже на это посмотрю! — как и ранее, ни капли ревности, только довольство сытой кошки, что прекрасно знает, что она тут главная, а как этот жалкий двуногий развлекается — пф, право слово, какая разница?

— Леди Сиф, — прихватив второй бокал с вином со стола, я направился к воительнице, — позвольте мне выразить моё восхищение: ваша красота уступает лишь вашей доблести и мастерству. Для меня было честью сражаться с вами на одной стороне. Давайте вместе разопьём этого прекрасного вина в знак закрепления боевого братства.

— Лорд Виктор, — девушка повернулась ко мне и улыбнулась, — с удовольствием разделю вино и пищу с доблестным и благородным воином, — она приняла бокал, и мы стукнулись ёмкостями.

— Да какого чёрта⁈ — возмутился Джонни. — Как у тебя это получается⁈ И какого ты меня преследуешь и собираешь всех симпатичных девушек в округе⁈

— Джонни, — я с лёгким превосходством глянул на фигляра, — ты славный парень, пусть и довольно вспыльчивый и импульсивный, но я — плейбой, филантроп и миллиардер. Я тебя не преследовал, я тебя сюда пригласил. На этом всё, — делаю глоток. — Хотя, признаю, вкус у тебя есть, и ты не безнадёжен, но стань серьёзнее…

— Ай, пошёл ты! — махнул рукой Сторм. И пошёл сам, от нас подальше, да.

— Молодёжь, — я покачал головой.

— Доблесть у него есть, но должная мудрость лишь с годами придёт… если раньше не убьют, — согласилась со мной Сиф.

В итоге следующие два часа мы спокойно проболтали с воительницей. Ибо да, я к ней не то чтобы подкатывал, но… скажем так, размечал позиции для дальнейшей осады. Поняла ли это девушка? Сложно сказать. Будь она землянкой из нашего времени, я бы сказал «однозначно да », но вот с учётом асгардского происхождения… не факт. В любом случае мы неплохо поболтали. Я кое-что узнал о местном Асгарде из первых рук, так сказать. Разумеется, ничего секретного, но даже общедоступные, с точки зрения асиньи, вещи были весьма и весьма любопытны. Хотя бы на уровне понять, что и как творится у них там, по другую сторону Радужного Моста, и кто есть кто. А то не хотелось бы в один прекрасный момент нарваться на какого-нибудь шального Локи с армией читаури или верхом на Ёрмунганде и с Фенриром на поводке. И по итогу оказалось, что местный Асгард имеет мало общего с тем, что показали в киновселенной. Например, здесь прекрасно знали Хелу, и она правила в Нифльхейме, но она была дочерью Локи, а не Одина, да и силой папочке уступала. Хеймдалль тоже не являлся чёрным, аки гуталин, мужиком в золоте, а представлял собой вполне себе нордического бородатого здоровяка с эпичной бородищей, к слову, родного брата Сиф. И таких моментов хватало — все и не перечислить. В общем, хорошо и плодотворно пообщались. Леди явно льстил мой интерес, в том плане, что… походу, ей никто до этого особо знаки внимания не оказывал, то ли будучи зажравшимися идиотами из стопроцентного дуба, то ли не воспринимая женщиной. В том смысле, что « она — наш брат по оружию» . И пофиг, что у неё грудь третьего размера, замечательная попка и чертовски соблазнительные чувственные губы. В общем, я пригласил её быть гостьей в моём замке или местной резиденции, дабы получше познакомиться с бытом и традициями Мидгарда, что она спасла. Если, конечно, у неё возникнет такое желание. И желание, кажется, действительно было, пусть и вот так вот с ходу и сразу соглашаться воительница не торопилась, что тоже было понятно и логично. Однако на этом нам пришлось распрощаться, ибо я был хозяином вечера, а потому вынужден был уделить внимание всем гостям. И нет, это никак не связано с тем, что Фрэнки очень вежливо попросила меня переговорить с генералом, да.

— Что же, мистер фон Дум, — вздохнул уже давно расслабивший ворот и немного хмельной Хэйгер, — вы герой, и, поверьте, страна этого не забудет, — мужчина сделал крупный глоток виски из своего бокала. Явно не первого за этот вечер. — И мы сами сказали, что вы можете использовать любые ресурсы и привлекать кого угодно, но… террористы? Демоны? Маги? Боги Асгарда? КАК⁈

— Ну, я происхожу из старинного европейского правящего рода. У нас были… свои секреты, — улыбаемся и машем.

— Я слишком стар для всего этого дерьма… — удручённо вздохнул военный. — Однако как же хорошо, что вы на нашей стороне. Так что за вас, Виктор! — поднял бокал генерал. Мне оставалось только отсалютовать подвыпившему военному и опрокинуть очередную ёмкость с алкоголем.

Ну а потом… в один прекрасный момент моё общение с гостями не то чтобы исчерпало себя, но… горячий шёпот на ушко от очаровательной мисс Фрост о том, что она бы тоже хотела «как следует наградить» некоего скромного плейбоя, филантропа и миллиардера в индивидуальном порядке и уединённой обстановке… Скажем так, это заставило меня пересмотреть приоритеты и, пожелав гостям хорошего отдыха, удалиться в компании означенной леди в тот самый дорогой отель, что располагался двумя этажами ниже. Ну а там уже вовсю вкусить заслуженную награду, хе-хе.

— М-м-мх, — преимущество «личного этажа» в снятой гостинице — тебя никто не побеспокоит. Даже если ты идёшь по коридору, ловя губы шикарной девушки, что самым вызывающим образом на тебе повисла. Возникли, конечно, некоторые проблемы с открытием двери, но мы их с успехом превозмогли, да.

— Хах, — я оторвался от сладких губ Эммы, — это определённо вдохновляет…

— Я заметила, — весело улыбнулась она, скосив взгляд вниз.

— На этом моменте должно быть смущение? — я вскинул бровь. И, чёрт подери, свободно вскидывать бровь было замечательно! Не так замечательно, как ощущать кончиками пальцев упругость попки замечательной блондинки, что всё делает лучше. Или обонять тонкий аромат её духов. Про юркий язычок я вообще молчу! Кхм… В общем, это тоже было приятно и замечательно, да.

— У тебя? — она повторила мой жест. — «Гений, плейбой, филантроп, миллиардер» , или как ты там представился? Вряд ли тебя сможет смутить, даже устрой я разнузданную оргию с Харди и этой твоей лаборанткой Стейси. Так что это была просто констатация факта. А ещё я очень рада, что теперь это всё моё! — и красавица вновь приблизила своё лицо к моему, одарив новым, полным страсти и желания поцелуем. Ох, богатая фантазия — это плохо! В смысле, хорошо! Но сейчас плохо!

— Хм-м-м, — после новой дегустации губ мисс Фрост я вернулся к прерванному разговору, — я понимаю, что ты — идеальная голубоглазая блондинка, что всё делает лучше, но всё же как это твоё «моё» сочетается с предложением устроить оргию? Нет-нет, не подумай! Мне очень нравится эта идея, но любопытно же!

— Ну, — Эмма отстранилась и, дойдя до мини-бара номера (и когда мы успели оказаться уже в гостиной?), принялась его осматривать, не забыв чуть выгнуться, «разминая плечи », чтобы мои мысли вновь получили пробуксовку. С учётом того, что и шла она через комнату, покачивая бёдрами в натуральном дефиле, демонстрируя всю шикарность своей фигуры… как говорится, воротник резко стал тесным. Про штаны я и не упоминаю, — смею надеяться, я успела тебя немного изучить, Виктор. Да и один наш общий знакомый назвал тебя парнем с чистой душой. Ты сделал для меня достаточно, чтобы я поняла твоё отношение и намерения. И я знаю, что ты никогда не предашь меня, пока я не попробую сделать подобную глупость. А я не попробую, — она усмехнулась. — Ну а там мне хватит талантов « задавить авторитетом старшей жены в гареме» , — определившись с выбором, девушка взяла бутылку и пару бокалов.

— Откровенно, — признал я. Ну и был, чего уж там, сильно польщён оценкой этой женщины. Не могу сказать, что любил её, я вообще не уверен, что это за чувство такое, но мои уважение и симпатию (как и банальное желание) она вызывала без сомнения.

— Профессиональная деформация телепата, — пожала плечами означенная телепатка. — Когда чувствуешь, можешь оценить чужие мысли, то формируешь отношение к собеседнику сразу. А там — или принимаешь его, и тогда нет смысла что-то скрывать и играть словами, или нет, и тогда уже… по ситуации.

— Но ведь меня ты прочитать не можешь, — бутылка содержала в себе белое вино (кто бы сомневался, ну хоть не молочный ликёр или белый ром), кое отправилось в бокалы, один из которых очаровательная блондинка и протянула мне.

— Не могу, — легко признала она. — Хотя теперь ты умеешь «открываться» . Впрочем, пусть ты и не телепат, но у тебя есть схожая профессиональная деформация. Ты вполне можешь сказать в лицо всё, что думаешь. Тоже не всегда и не всем, но… — она пожала плечами. — Всё, хватит уже вынуждать меня говорить тебе комплименты! Это должно работать в обратную сторону! — притворно возмутилась она.

— Намёк понял, — я улыбнулся девушке и отсалютовал наполненным бокалом. Она сделала то же самое, — но могу лишь скучно повторять леди, что сажал на свой трон, что она не только прекрасна, но и изумительна во всех иных областях, к каким ни приложит руку, ведь…

— Да-да, блондинки всё делают лучше! — смеясь, закатила она глаза. Ну и опустошила свой бокал.

— Я вообще-то хотел сказать, что вместе мы уже успели пройти через некоторое дерьмо, и ты ни разу во мне не усомнилась, даже когда я предлагал откровенный бред или крайне сомнительные решения…

— Ох, Виктор, — она смутилась.

— И да, блондинки всё делают лучше! За тебя, Эмма! — прохладное белое вино поддразнило мой язык лёгкой кислинкой и каким-то цветочным привкусом. Честно говоря, не скажу, что мне понравилось — то ядрёное пойло в стрип-баре, даже с учётом железячности, заходило как-то лучше. Но несовпадение вкусов на выпивку с мисс Фрост я как-нибудь переживу.

— Пха-ха! Ты всё-таки сказал это! — развеселилась девушка. — М-м-м! — и чуть возмущённо выдохнула. Почему? Потому, что я должен был смыть не понравившийся вкус вина вкусом её губ, что мне как раз очень нравился. — М-м-мх! — возмущения хватило ненадолго, и вот мне уже с энтузиазмом отвечают, а когда белый приталенный пиджачок падает на пол, так и вовсе начинают чуть порыкивать от настроя. А ещё…

— Ты сейчас ущипнула меня за задницу? — оторвавшись от очередного поцелуя, поинтересовался я.

— Не всё же тебе меня жамкать? — дерзко ответили мне. — К тому же мои близняшки тоже жаждут твоего внимания…

— Что же, как я могу отказаться от такого? — рубашка девушки была расстёгнута в тот же момент, а потом и скинута с плеч, впрочем, пока ещё не присоединяясь к пиджачку. А вот белый кружевной лифчик, что предусмотрительно имел застежку спереди, а не сзади, таки присоединился. Моему взору открылись те самые манящие «близняшки» почти молочной белизны, отчего затвердевшие соски и налитые розовые аккуратные ареолы вокруг них особо выделялись и привлекали внимание.

— Это всё… твоё, — шепнула мне на ухо девушка, а потом игриво прикусила шею, плотнее прижимаясь и чуть елозя, позволяя мне даже сквозь ткань рубашки прекрасно почувствовать и, где нужно, мягкость, и общее возбуждение моей леди.

Небольшое усилие моих рук — и рубашка Эммы окончательно сдаётся, а я теперь могу огладить нежные плечи, ознакомиться с гладкой спинкой, провести руками по тонкой талии, ну и накрыть ладонями шикарные холмики, пока девушка чуть отстраняется и начинает расстегивать уже мою одежду.

Процесс обоюдного раздевания затянулся, но никто из нас не возражал. Впереди была вся ночь, а если потребуется, то и день за ней, а потому мы могли не торопиться и смаковать друг друга, как то вино, перемежая избавление от очередной пуговицы (или чулка) поглаживанием, глотком вина или очередным поцелуем. Так что не было ничего удивительного в том, что когда я снял с очаровательной блондинки белые трусики (тоже кружевные), она уже была более чем готова и жаждала перейти к основному действу. Да и я уже распалился дальше некуда.

Секс с телепаткой, которой ты доверяешь достаточно, чтобы действительно открыться… это что-то за гранью фантастики. Нет, никаких пресловутых «резонансов чувств » и прочей мишуры, но когда твоя партнёрша действительно чувствует, как тебе приятнее, и готова это « приятнее» сделать, начиная от позы, заканчивая скоростью и глубиной… М-м-м! К тому же путь к нащупыванию этих самых поз и темпа тоже был очень и очень приятен. В общем, я по полной оторвался за все те месяцы вынужденного воздержания, превозмогания провокаций шикарной леди и прочие страдания! Ну и сам не ударил в грязь лицом, да. Чего уж там? Я откровенно заездил бедную девушку, ибо тело из живого металла было воистину неутомимым. Она уже и руками себе помогала, и грудью, да и ротиком меня порадовала, но… мне было мало. Вот только по нашей связи я смог почувствовать, что Эмма по-настоящему устала и от дальнейшего не то что не получит удовольствия, ей уже может стать как минимум некомфортно. Так что, закончив новый круг и излившись в блаженно простонавшую подругу, я просто прижал её к себе и поцеловал в беспорядочно спутавшиеся волосы на макушке.

— Хах, — устало, но полным довольства голосом выдохнула она, — это даже лучше, чем в прошлый раз. Ох… Пусть сегодня и безопасный день, но нужно в будущем быть осторожнее…

— Ну, — я огладил чуть влажное плечико, — не уверен, что смогу заделать ребёнка при всём желании, а если смогу, уж точно огорчаться по этому поводу не буду.

— Возможно, — она кивнула, — но я пока к такому морально не готова. И почему ты думаешь, что у тебя с этим будут проблемы? Из-за твоей… кхм, «железной выносливости» ? — она чуть двинула коленочкой, и… — О-о-ох, — прозвучало почти с ужасом, — ты всё ещё хочешь?

— Когда в твоих руках такая красавица, невозможно не хотеть, — усмехнулся я, нежно проводя пальцами по её щеке. — Но хоть выносливость у меня и правда «железная» , чувство такта тоже есть.

— Хах, пожалуй, мне действительно будет нужна помощь в этом деле, — она покивала своим мыслям. — Кто бы мог подумать…

— Будет лицемерно отказываться… — когда «старшая жена» не просто согласна с идеей гарема, мирится с ней, но и сама отчётливо понимает необходимость подобного, то это просто замечательно!

— Ты сейчас подумал что-то коварное, не так ли? — улыбнулась Эмма.

— Возможно.

— И пошлое…

— Не исключено, — подтвердил я.

— Ну и ладно! — рассмеялась девушка. — Думаю, спаситель мира может позволить себе некоторые вольности, — с этими словами её ладошка скользнула вниз и вновь ухватилась за мой «рычаг управления» , принявшись тот нежно наглаживать.

— Хм?

— Думаю, — протянула красавица, — я немного отдохнула и не против ещё кружок… Хотя сначала нужно освежиться! — и, бросив дело на полпути, в смысле, раздразнив, мисс Фрост выскользнула из-под одеяла и немного нетвёрдой, но вместе с тем по-прежнему завораживающей походкой направилась в сторону ванной комнаты.

— Проклятье, женщина! Нельзя быть такой коварной и жестокой!

— Хе-хе… — ответили мне, шмыгнув за дверь. Впрочем, ту оставили приоткрытой. И это явно был намёк! Во всяком случае, я художник, я так вижу! Потому, прихватив из бара очередную бутылочку вина и бокалы, я направился следом — как ответственному работодателю, мне следовало предложить своей незаменимой секретарше унять жажду и помочь с потиранием спинки. Ну или не спинки — там, в процессе, разберёмся.

Глава 14

— А-а-а-ах! — Эмма устроила натуральные «потягушеньки» до хруста косточек и сонно приоткрыла глаза.

— Доброе утро, — улыбнулся я этой чрезвычайно милой картине.

— Да-а-а… — протянула она, — очень… а-а-а-ах… — новый зевок, — доброе.

— Что, не выспалась?

— Как будто в этом нет твоей вины, — шутливо попеняли мне. — Ну, чем займёмся дальше?

— Тут могло бы быть предложение про продолжение разврата, но, судя по твоему виду, сейчас тебя больше влечёт кофе, а не я.

— Угу… — девушка собрала глаза в кучку. — Я вообще люблю с утра понежиться в постели, собраться с мыслями, куда уж тут активничать? Но вообще я спрашивала более… глобально.

— Глобально… Глобально у нас работы — вагон и маленькая тележка. Это если минимально. Но для начала мне стоит залезть в свою лабораторию и как следует просканироваться.

— Опасаешься, что можешь опять стать железным? — обеспокоилась замечательная блондинка.

— Нет, — я покачал головой и позволил себе небольшую вольность с поглаживанием замечательных холмиков, что этой ночью пережили… многое.

— Мр-р-р… Тогда что?

— Пока летал на той доске, я впитал в себя целую прорву эталонной Космической Силы Галактуса. И вследствие своей природы теперь я могу её генерировать сам.

— Ты хочешь сказать, что теперь как тот фиолетовый⁈ — аж полностью проснулась мисс Фрост.

— Куда там, — я небрежно махнул рукой. — В одном ногте Галактуса силы больше, чем я смогу выдать и за сотню лет, я даже на его Герольда не тяну, разве что совсем по минимальной планке брать.

— Вот только эта «минимальная планка» для Земли равносильна Богу, да?

— Смотря что вкладывать в понятие «Бог» , но в целом да, — не стал скрывать я. — Вряд ли я действительно стал сильнейшим существом на планете, скорее просто закрепил себя в первой сотне рейтинга, но с этим всё равно нужно разобраться.

— Что же, это хотя бы объясняет, почему вчера у меня была божественная ночь, — улыбнулась девушка.

— Теперь таких ночей у тебя будет много, — пообещал я, ибо: — Одной мне категорически мало! — прижал я к себе это чудо.

— Ну-у-у… — она сделала вид, что задумалась. — Поскольку мы всё равно никуда не торопимся, то… дай я чуть освежусь, и мы продолжим на том месте, где остановились вчера, — шепнула мне провокаторша.

— Эмма… Ты — совершенство!

— Я знаю! — она упорхнула из кровати. — А если ты организуешь мне кофе, то я буду чрезвычайно довольным совершенством.

«Пришлось» организовывать. Ну и лёгкий завтрак тоже, но награда за сии подвиги (позвонить на ресепшен и сделать заказ, а потом принять официанта) не заставила себя ждать, а отдохнувшая и посвежевшая леди была очень энергична и горяча. В общем, празднование грозило затянуться и до следующей ночи, захватив и её, вот только… Пусть апокалипсис и отменился, за эту неделю накопилось много не то чтобы дерьма, однако разгребать всё это было нужно. Особенно в ракурсе того, что да — апокалипсис отменился, а значит, мне таки тут дальше жить. Ну и Эмму я всё-таки заездил, не без того. Требовалось проявить тактичность.

Что же до разгребания, то тут, на секундочку, был бой со здоровенным тридцатиметровым мужиком в центре Нью-Йорка. Там Тором дома пробивали, хреначили из тяжёлого оружия, взрывали всякое и так далее. И пусть Шарль несколько «поправил восприятие » целой толпе свидетелей, равно как и принудил удалить ряд записей с камер вездесущих журналистов (спасибо, что уровень технологий ещё не дошёл до планки «прямая трансляция на Ютуб »), однако зачистить следы полностью было нереально даже для него. Вернее, без радикального «брэйнфака» , на который телепат мог бы пойти только в случае прямой угрозы жизни его воспитанников. Короче, у « больших дядь» были вопросики. Много вопросиков, а единственным, кто мог на них ответить и при этом не был террористом/магом/богом/демоном/пришельцем или ещё какой неведомой хренью (нужное подчеркнуть), был я. Вернее, ещё имелся Ричардс, но он, даже если бы хотел общаться с вояками после всех тех взаимных претензий, вряд ли смог бы ответить на вопросы уровня « какого хрена там творилось, и кто все эти люди⁈» . Пусть генерал Хэйгер оказывал мне поддержку и старался сгладить углы, но он был не всемогущ, а вопросов имелось действительно много. И между прочим, не только у вояк и прочих властей, но и у противоположной стороны. У Стрейнджа мне была интересна учёба в области магии, с Ксавьером надо было договориться о контактах уже по обучению Эммы, с Магнето требовалось окончательно оформить сотрудничество по Астероиду-М, даже с гостями из Асгарда и то надо было как-то раскланяться, тем более Сиф я приглашал в гости.

В общем, стоило только выйти из номера и окунуться в эту говорильню, как вынырнул я только через трое суток, плохо понимая, куда делось время. А ещё — чего конкретно я достиг. Без шуток, нет ничего более жалкого, безнадёжного и бессмысленного, чем череда совещаний с начальниками по вопросу «а что у нас происходит?» . Да, я в этом участвовал, да, я отвечал на вопросы, да, я что-то объяснял, но даже я не мог сказать, чего мы всё-таки достигли. То есть окей, коллективный сеанс психотерапии и взаимного успокоения произошёл, но никаких решений принято не было.

И если кто-то думает, что на этом мои проблемы заканчивались, то он глубоко ошибается. На этом они только начинались. Дело было даже не в продолжении имеющихся проектов и новой необходимости прогнать себя через все возможные и невозможные приборы, дабы оценить новые мутации и изменения. Оно, конечно, тоже нужно, и побыстрее, но подождать немного способно. Нет, на этот раз свинью нам подложил Хэнк, пусть и не нарочно. Ну и не свинью, а обезьяну. И не подложил, а стал, да. В общем, ничто не предвещало беды, ибо главный гемор дня, казалось бы, закончен, можно наконец добраться до собственного кабинета и в кои-то веки присесть в тишине, и чтобы никто не кантовал, но тут… начал названивать телефон. И номер звонящего соответствовал начальнику СБ лаборатории генетических исследований.

— Слушаю, — не ответить на звонок из этого места я не мог, ибо… мало ли что? Мы в Марвеле, а это — грёбаная высокотехнологичная лаборатория, где создают супермутантов!

— Сэр! У нас ЧП! — в голосе собеседника звучал не то чтобы испуг — на должности начальника охраны лаборатории был отставной ветеран, успевший повидать всякого, и испугать его было… сложно. Тем не менее, несмотря на весь опыт, интонации моего собеседника… Там было что-то вроде «Боже, как я сообщу о подобной херне начальству, чтобы меня при этом не посчитали спятившим или пьяным?» . — В общем, доктор Маккой… Ему… нехорошо.

— Нехорошо? — меня начали терзать смутные сомнения.

— Да, кажется, у него «приступ », — предусмотрительный безопасник не стал по телефону, пусть и защищённому, говорить о « пушистой проблеме» генетика, но намекнуть намекнул.

— Понял, выезжаем, — я повесил трубку.

— Что случилось? — насторожилась мисс Фрост, тоже только-только решившая было сообразить релаксирующий кофе.

— Мутация Хэнка, судя по всему, перешла в активную стадию. И это или ударило ему по мозгам, или он просто запаниковал. В любом случае нужно ехать и разбираться.

— Хорошо, — кивнула мне шикарная блондинка, что всё делает лучше, и взялась организовывать вертолёт.

И вот мы уже на территории загородного комплекса и спешим по коридору в сторону лабораторий, а рядом с нами бежит Джонатан — тот самый глава СБ.

— Я заблокировал его в третьей лаборатории, сэр, — пояснял мужчина. — Вот кадры с камер наблюдения… до того, как он сломал их, — мне протянули планшет, на котором во всей красе был запечатлён некий субъект, покрытый тёмно-синей шерстью и обладающий мощными волосатыми лапищами, почти достигающими земли. Согнутая, гориллообразная осанка… Ну и в лице натурального «снежного человека» черты Хэнка угадать было нереально, даже если сильно постараться, разве что нос… В общем, действительно мутировал полностью.

Собственно, как оказалось, запись запечатлела весь процесс, начиная с того, как почтенный доктор с явными болями и трясучкой завалился в помещение ещё двое суток назад, после чего вколол себе, очевидно, сыворотку-блокиратор мутации, которую и так регулярно использовал. Увы, состава хватило ненадолго, так что спустя небольшую перемотку он уже опять кололся, но, похоже, уже и без временного облегчения, так как тут же начал химичить что-то новое, превозмогая то и дело скручивавшие его спазмы и, видимо, приступы злости. Работу док закончил несколько часов назад, если верить таймеру на записи, но, вколов себе уже нечто новое, только подстегнул проблему, окончательно скрутившись от боли. Дальше шли кадры того, как и без того немаленький мужчина резко набирает в размерах, обрастает синей шерстью и, сорвав с себя остатки одежды, начинает погром. И вот это была проблема — особого интеллекта в действиях этой обезьяны-мутанта не наблюдалось.

— Хм… — задумчиво протянула Эмма.

— Ваши приказания, сэр? — поинтересовался безопасник.

— Спасибо за бдительность, Джонатан, — кивнул я ему, — дальше мы сами.

— Как скажете, сэр, — не стал отговаривать меня служащий. Вот за что я ценю наших кадровиков (и Леонарда, а также талант изначального меня), так это за умение подбирать правильных исполнителей на правильные места. Никаких лишних вопросов и глупых предупреждений. Сказало начальство, что само разберётся с тем, что глава генетического крыла стал обезьяной-мутантом, значит, разберётся, а его дело — вернуться к своим обязанностям и делать вид, что ничего не случилось, до следующего распоряжения.

— Что будем делать? — обратилась ко мне Эмма, когда нежелательный свидетель удалился прочь.

— Я снимаю блокировку и, если потребуется, удерживаю Хэнка. А ты постарайся «включить» его сознание. Ну или вырубить, чтобы мы смогли довезти его до Шарля, если у нас не получится.

— Хорошо, — кивнула девушка, — готова!

— Ну, поехали, — «мастер-код» от владельца компании разблокировал лабораторию, и дверь услужливо открылась в сторону, чтобы…

— ГР-Р-Р-Р-Р! — большое, синее и клыкастое чудовище попробовало в неё проскочить, но… — У-укх! — было поймано мной за шкирку. Рывок получился знатным, но моего веса (пусть и не такого здоровенного, как у Бена, спасибо лёгкости моего сплава) и силы, вполне тянущей на определение «чудовищная» , вполне хватило, чтобы надёжно удерживать в прямом смысле слова озверевшего интеллигента. Так-то я его и вырубить мог, хоть ударом по голове, хоть электрошоком, но лучше всё-таки воспользоваться услугами Эммы и обойтись без жёстких мер.

— Угу… — протянула девушка, поймав взгляд трепыхающегося «монстра» . — Ага… — и принялась действовать. Спустя две минуты мой пленник отчётливо поплыл и перестал вырываться, а потом и вовсе впал в состояние полудрёмы и вялой апатии.

— Ну как? — поинтересовался я у своей леди.

— Его разум задавило звериными инстинктами, вызванными изменениями в биохимии тела и резким перепадом гормонов. Мистер Маккой очухался бы от этого и сам, когда организм немного стабилизировался и привык, но на всякий случай я сейчас слегка угнетаю зверя и просто успокаиваю. Ну и профессору Ксавьеру всё-таки неплохо его показать — у меня не особо много опыта в телепатии и тем более в воздействиях на разум… Столь тонких и аккуратных воздействиях.

— Понял, — тут уже услугами водителя от отеля не обойдёшься, но это не было проблемой — достать машину несложно, а рулить могу я сам или Эмма. И, пожалуй, лучше действительно отвезти нашего ставшего плюшевым и синим друга к Шарлю. Он ведь не только телепат запредельного уровня, но и хороший психолог. Помощь же специалиста этого плана Хэнку может и понадобиться. Однако… — Он слышит нас?

— Да, — подтвердила Эмма.

— Хорошо. Генри, это я, Виктор фон Дум. Постарайтесь успокоиться, это не кошмар, не конец вашей жизни, вы справитесь. Разум — вот что делает человека человеком. Его интеллект, а не внешность. Соберитесь, вспомните, кто вы.

— Это помогло, он понял сказанное, но пока ему сложно собраться с мыслями, — прокомментировала Эмма. — Лучше я его усыплю, так его сознанию будет проще отдохнуть и перезагрузиться.

— Действуй, — кивнул я.

— Где-то моя жизнь свернула не туда… Хм-м, ну или, наоборот, возвращается в привычную колею? — Эмма закинула руки за голову и чуть потянулась, невольно вызывая у меня не то чтобы брейнлаг, но с мысли сбивая, да.

— М-м-м? Что ты имеешь в виду?

— Смотри, сначала я танцевала в стрип-баре, потом стала помощницей миллиардера, что достаточно ненормален, чтобы угрожать пожирающему планеты великану украденным у него же оружием, пить с богами и обниматься с демонами, а теперь я помогаю некоему мутному типу везти завёрнутое в ковёр тело к друзьям террористов… Вот и пытаюсь понять, есть ли в этом ряду событий что-то лишнее или всё развивается своим чередом?

— Хм-м, хороший вопрос, не смотрел на ситуацию с этой стороны. И да, это не ковёр, а кусок ковролина…

— О, тогда это всё меняет! — радостно согласилась девушка.

Что тут происходит? Ну, после обезвреживания Хэнка нам его нужно было доставить к профессору. А это пара-тройка часов. И моя телепатка не была уверена, что сможет удерживать Зверя в бессознательном состоянии всё это время без вреда для него и усталости для себя. Накачивать дока химией тоже было не лучшим выходом — он и так всадил в себя несколько стандартных доз своей сыворотки, плюс то, что он намешал «на коленке» , плюс те вещества, что пролил на себя или вообще выпил, пока буянил. Это не говоря об изменившемся организме, то есть иной биохимии тела. Добавлять к этому коктейлю ещё и порцию транквилизаторов — это увеличивать шансы на получение Маккоем чего-нибудь опасного для здоровья. Вряд ли мужик оценит, если моими усилиями у него откажут почки, отвалится печень или сердце скажет, что нужно постоять перекурить. Обычные наручники и пластиковые стяжки, входившие в стандартный арсенал охраны, надолго синенького бы не удержали, самому вырубать — тоже не хотелось, потому мной было принято стратегическое решение замотать Хэнка в пять слоёв в ковер и упаковать в багажник. Возможно, это было несколько эксцентрично, возможно, как-то связано с тем, что на вечер у меня были определённые планы и надежды, никак не связанные с посещением Шарля. Возможно. А возможно, и нет. Не суть важно, в общем, уважаемый учёный был упакован — сначала в отрез ковролина, а потом в багажник, куда поместился с некоторым трудом. Ну а дальше я сел за руль и отправился по хорошо знакомому адресу.

Заявились мы к Иксменам уже скорее ночью, чем вечером. И пусть мне было несколько неловко наверняка сдёргивать с кровати почтенного телепата, я верил, что он меня простит, если вообще обратит внимание на такую «досадную мелочь» . Так, собственно, и получилось — ещё на подъезде к особняку почтенного профессора я смог до него дозвониться, ну и обрисовать ситуацию, пусть и без лишних деталей — мол, у нас у коллеги срыв и как раз нужен специалист вашего профиля, мистер Ксавьер. В итоге ворота особняка распахнулись, стоило нам только к ним подъехать, а на подземном паркинге уже ждала небольшая делегация из слегка сонных, но в целом готовых бойцов Ксавьера. И я готов был поспорить, что сам он никого специально не будил, быть может, кроме Джин, а народ сам подорвался помогать любимому руководителю.

— Виктор, Эмма, — доброжелательно улыбнулся телепат, когда мы вышли из машины, — доброй ночи. Чем я могу помочь? — тут он кинул взгляд на багажник. — О, кажется, понимаю.

— Что там, профессор? — вторая телепатка команды тоже явно почуяла Зверя.

— Я чувствую удивление, испуг… много гнева, но он слишком простой… животный.

— Это доктор Генри Филлип Маккой. У него была латентная мутация, что постепенно начинала пробуждаться. Какое-то время он её купировал, но несколько часов назад процесс перешёл в лавинообразную стадию и преобразование завершилось, из-за чего по разуму пришёлся мощный удар от изменившейся биохимии тела. Да и внешний вид мог несколько… расстроить Хэнка.

— Ясно, думаю, я действительно могу помочь. Но не могли бы вы вынуть мистера Маккоя из багажника?

— Конечно, — я направился к задней части машины.

— Ты просто взял и запихнул его в багажник? — поинтересовался Циклоп, не став заморачиваться «приветом» , хотя руку мне и пожал.

— Разумеется, нет!

— Хм? — мне не верили.

— Он его предварительно завернул в ковёр, — сдала меня Эмма.

— Я всё ещё настаиваю, что это ковролин! И вообще, ты ему сначала устроила ментальный нокаут! — перешёл я в контратаку.

— По твоей же просьбе! — но это девушку не смутило, и она продолжила веселиться.

— Вполне предусмотрительно, — усмехнулся тоже не особо старый телепат, подъезжая к нам. А вот мне стало на несколько мгновений очень неловко и даже чуть стыдно — обещал же ему комплект «для хождения» , но… банально замотался и забыл. Да, у меня была целая куча дел, но всё же заказать у Алистера Смайта такой же пул протезов, в смысле, экзоскелета и сервоприводов, я был обязан — дел-то на минуту. Всё, как вернёмся, сразу же займусь.

Меж тем багажник был открыт, а «блинчик» — явлен народу.

— Р-рррррав! — уже проснувшийся и очень недовольный. Но я держал крепко, и дёрнуться мой глава генетической лаборатории никуда не мог, несмотря на свою мутацию.

— Бедолага, — с сочувствием прокомментировала Ороро, она же Гроза.

— Мистер Маккой, всё хорошо, вы среди друзей. Тут вы в полной безопасности. Не нужно бояться, всё уже закончилось, — спокойным, умиротворяющим голосом обратился к Хэнку Шарль, и…

— Р-руу… Ух… Голова, — эффект был почти мгновенным: сознание учёного прояснилось, а сам он смог оглядеться. — М-мистер фон Дум⁈ — удивился он. — Что вы здесь де… Эм, а где это я и что происходит?

— Что последнее ты помнишь? — спросил я у приятеля.

— Приступ… Необычно мощный, долгий и болезненный. Кажется, моя сыворотка или перестала действовать вообще, или сильно потеряла в эффективности. Возможно, организм к ней привык и выработал толерантность…

— А дальше? — поторопила его Эмма.

— Дальше… — Зверь чуть нахмурился, — я попытался применить модифицированный вариант. Привыкание было ожидаемо, пусть я и не думал, что оно будет столь резким и столь… неприятным, но у меня были выкладки и математическая модель, правда… — мутант помрачнел, — проверить её я не успел. И… она не сработала, да? — печально уточнил он.

— Боюсь, что так, — киваю.

— Что же… — тяжёлый вздох, — мы ведь именно это и предполагали. Пусть и не столь рано.

— Если хотите, вы можете остаться у нас, как на время адаптации, так и после. В этих стенах никого не смутит ваш внешний вид, — предложил Шарль.

— Спасибо, — клыкасто улыбнулся Хэнк, — но в этом нет необходимости. Если мистер фон Дум, конечно, не уволит меня за разгром лаборатории…

— Не дождёшься, — я усмехнулся. — Но, если настаиваешь, могу выставить счёт за погром. Впрочем, недельку отпуска я тебе, пожалуй, действительно дам.

— Это не вызовет проблем? — озаботился мутант.

— Нет, сейчас у всех и так хватает поводов для паники и переживаний. Потом, безусловно, надо будет подать факт твоей мутации помягче, но это не проблема.

— Однако что могло привести к подобному резкому скачку? — подала голос мисс Грей. — Разве такое нормально?

— Скорее всего, дело в визите Галактуса, — пожимаю плечами. — Один Серебряный Сёрфер излучал так, что подстёгивал завершение не до конца пробудившихся мутаций, а его господин мало того что явился на планету, так и устроил бой в центре Нью-Йорка.

— Хочешь сказать, в ближайшее время нас ждёт массовое появление мутантов? — напряглись все Люди-Икс, но озвучил вопрос Циклоп.

— Уверен на девяносто пять процентов. Так что готовьтесь.

— К наплыву учеников?

— И к проблемам. К сожалению, среди властных элит слишком много трусливых идиотов, так что я готов заложить всю свою компанию против ломаного цента, что там найдётся немало паникёров, которые начнут раздувать тему расовой ненависти и разрабатывать меры противодействия…

Первое, что я сделал, когда вернулся в штаб-квартиру — заказал у Смайтов нужный комплект снаряжения, ибо боялся опять замотаться и забыть, что стало бы уже совсем некрасиво и гадко, а я не хотел быть гадом. Вторым посылом было продолжить неприличные приставания к моей секретарше, но, в отличие от одного скромного миллиардера, у неё не было «железа внутри» , с учётом же дороги и стрессов девушке было бы неплохо нормально отдохнуть и поспать. Так что пришлось ограничиться парой поцелуев и отпускать мисс Фрост в кроватку, а самому, дабы не подвергаться искусу, идти и самопрепарироваться в лабораторию. Ибо нужно было понять, что и как там во мне изменилось и насколько серьёзные проблемы это может принести… или решить.

— Дрели, тиски, старые добрые болгарки — и всё это для меня! — потёр я руки. — Почувствуй себя «Dungeon Master» , так сказать… Ну что же, приступим-с…

И я приступил. Правда, не с болгарки и прочих алмазных свёрел, а с залезания в спектрометр, сканеры, рентгены и так далее. Результаты же… Если упрощать, то я действительно стал Серебряным Сёрфером на минималках, а то и вовсе Галактусом, с учётом того, что Сёрфер не являлся источником своей силы, а получал её от хозяина, я же стал источником, пусть и совершенно ничтожным на фоне оригинала. Мой организм сохранил способность поглощать электричество, но дальше втянутый заряд тут же преобразовывался в Космическую Силу, и в целом моё тело теперь её вырабатывало. Косплеить Императора Палпатина с пучками молний из рук я тоже всё ещё мог, кроме того, сохранил и весь арсенал, что получил, захватив Доску Герольда, включая прямое манипулирование атомарной структурой веществ. Масштабы воздействий, понятное дело, уменьшились, и там, где Сёрфер мог вырвать из земли условный Нью-Йорк с окрестностями и поднять на орбиту, я потяну в лучшем случае квартал. Но, как и в случае с электрическим зарядом, объём резерва Космической Силы постепенно рос, не подавая признаков потолка заряда, то есть в теории я мог со временем и превзойти Герольда. Вопрос был только в контроле и возможностях разума направлять большие массивы этой силы, то есть вопрос тренировок и, возможно, каких-нибудь дополнительных примочек и апдейтов. Впрочем, даже при минимальных объёмах я вполне мог «из ничего » синтезировать сотню грамм того же калифорния или и вовсе антиматерии. То есть бахнуть на уровне «весь мир в труху» . Ну или « минус город» точно. Ещё предстояло переучиваться летать, что было не так уж и сложно, ибо нормально освоиться с полётом на магнитных полях, как делает это Магнус, я так и не успел, сейчас же к моим услугам была Космическая Сила, и полёт там делался куда как проще, быстрее, манёвреннее и вот это вот всё с гиперзвуком с места и без взрывной волны. Почувствуй себя Суперменом, да. Пусть и другая вселенная.

И коли речь зашла о Суперменах… Нет, во мне не проснулась страсть натянуть коммунистические труселя поверх синих треников, а вот по бронированности я с ним, пожалуй, уже в одной лиге. И до этого поцарапать меня было сложно, пусть и возможно, сейчас же… никак. Пропитанный «чудотворной » энергией живой металл был мягким, эластичным, неотличимым от обычной человеческой кожи, ногтей или волос, но при этом алмазные свёрла его не брали от слова вообще. Что заставляло беспокоиться на тему « а как мне бриться-стричься?» . И ответа на этот вопрос у меня не имелось. Впрочем, рост волос и ногтей у меня и так уже стоит на ровном месте больше года, так что, полагаю, это не так уж и страшно.

В общем, выползал я из лаборатории в полной задумчивости и непонятках, но в целом в приподнятом настроении. И было оно таковым ровно до момента, как я осознал, что Хэнк в «отпуске» , зама у него нет, да и дела он, по понятным причинам, не передавал. А это значило что? Пра-а-авильно, что Виктору придётся впахивать ещё и там.

— Э-э-эх… — я печально вздохнул и попёрся в вотчину нашего гениального генетика. Там уже вовсю кипела работа, а молодые дарования строчили что-то на компьютерах, изучали какие-то бумажки и наводили суету. Пусть их было не сильно много, зато энтузиазма у них — хоть отбавляй. И тут в мою голову влетела одна идея…

— Всем привет, — поздоровался я с коллективом.

— О! — дружно сказал коллектив.

— Мистер фон Дум! — уже не столь дружно начал здороваться означенный коллектив.

— Питер, — поймал я взглядом паренька, — ты-то мне и нужен! Пошли!

— Д-да, сейчас! — подросток, чуть ли не спотыкаясь, поспешно положил на своё рабочее место планшет с записями и едва ли не выбежал в коридор.

— Не суетись так, парень, — я усмехнулся, — никто тебя не съест.

— Да, простите, мистер фон Дум! — он чуть ли не вытянулся по стойке смирно.

— М-да… В общем, тут такое дело… Хэнк слегка приболел. Ничего страшного, но неделю-две его на работе не будет. А без руководителя генетические исследования станут только опаснее. Всегда должен быть Король-Ли… пардон, не то, начальник лаборатории, да!

— Э-э-э… — хех, видно, что не привык паренёк к моему штатному безумию, в смысле, эксцентричности, да, эксцентричности.

— В общем, это я к чему? Доктор Маккой о тебе очень лестно отзывался, будь другом, подмени его на неделю-две, а?

— Что? Я? Н-но… я же ещё даже университет не закончил…

— А кому сейчас легко? Мы живём в эпоху перемен! То злые ихтиандры войну объявят, то агрессивные зелёные человечки нас захотят поработить, то вообще непонятная космическая Хтонь — сожрать. И это всё надо изучать! И писать отчёты! И отчёты на отчёты! И если мне придётся ещё и подменять Хэнка, то я окончательно озверею или из человека превращусь в функцию.

— Но это такая ответственность… Может, лучше Дебра? В смысле… мисс Уитман.

— М-м-м, ах ты хитрый пельмешек, предлагаешь заместо себя шикарную зеленоглазую блондинку, что по определению всё делает лучше… — Паркер залился краской, хех. — Хороший ход, но… нет! Тогда меня обвинят в сексизме, в смысле, что я продвигаю наверх шикарных блондинок, а не гениальных протеже докторов наук. В общем, спасибо, что согласился, я рассчитываю на тебя! — опустил я руку на плечо Паркера.

— Но я не… Да, сэр, хорошо, сэр…

— Отлично, сегодня сделаю рассылку по корпоративной почте. Ты же в курсе планов Хэнка?

— Да, доктор Маккой говорил…

— Во-от, а Дебра — точно нет! В общем, всё, иди радовать коллег, что ты теперь и.о. начлаба, и у тебя есть Власть! Разрешаю ей злоупотребить для зажимания в уголке симпатичных лаборанток.

— Мистер фон Дум! — возмущённо.

— Всё-всё, иди! Главное, не пытайся создать оружие судного дня, чтобы позырить, как оно бахнет! Оставь эту сомнительную честь Риду Ричардсу! — я отпустил парня и с чувством хорошо сделанной пакости отправился дальше по делам, восстановив запас хорошего настроения. Да, сделал гадость — на сердце радость.

Правда, я забыл о том, что Карма существует и догоняет тебя ровно в тот момент, когда ты думаешь, что у тебя всё наладилось и всё ништяк. Или это не карма, а законы Мёрфи? Не суть.

Я пришёл в свой кабинет, прочитал письмо от Леонарда, что улетел в Европу договариваться о перетасовывании ряда поставщиков и партнёров, ибо после всей этой фигни со скруллами и прочими галактическими империалистами национальные правительства бурлили и шатались, кто-то орал что-то в духе «давайте объединим человечество во имя общего блага» , кто-то, наоборот, старался закуклиться в своей суверенности. Короче, шторм и лихорадка, да. Но Лео справится, я верю в него почти так же, как в голубоглазых блондинок, что всё делают лучше!

В общем, прочитав послание от младшего партнёра, я сделал рассылку на тему назначения Паркера и продолжил разгребать почту и проглядывать накопившиеся отчёты. И вот тут мне в окно неожиданно постучались. И всё бы хорошо, но окно у меня, на минуточку, на семидесятом этаже небоскрёба. А ещё оно от жара начало плавиться.

— Хм… — я смотрел на некую пылающую леди (если верить очертаниям), что со следами нешуточного испуга на лице разрывалась между желанием влететь ко мне в помещение и опасением подпалить там случайно чего, включая и меня. — Или Джонни совершил богомерзкий гендерный переход, или меня решила посетить по-настоящему горячая девчонка. Итак, чем могу помочь вам, мисс?

— Мистер фон Дум! — в треске пламени я различил смутно знакомый голос. — Мне нужна ваша помощь!

— Ага… Я, собственно, и спрашивал, чем я могу помочь… — впрочем, будет глупо упрекать паникующую девушку в том, что она паникует.

— Я… вдруг стала такой! Вы можете с этим что-то сделать⁈

— Для этого нужно попасть в мою лабораторию… И мы раньше встречались где-то?

— Я капитан Фрэнки Рей!

— О! Я знал, что ты холодная снаружи, но горячая внутри, но чтобы настолько… Ладно, прости, действительно неудачный момент для шуток. Так, для начала аккуратно перелети карниз… Да, вот так, ближе, молодец… Плевать на жалюзи! Главное, чтобы ты не упала с семидесятого этажа, когда успокоишься! — одёрнул я начавшую дёргаться по мере выполнения команд девушку. — Вот, хорошо, замри! — добившись, чтобы пылающий силуэт завис на безопасном расстоянии от окна, останавливаю Фрэнки. — Теперь успокойся. Сосредоточься на том, что ты делаешь и как, что чувствуешь телом. Расслабься, это не должно быть сложно — ты однозначно сейчас чувствуешь что-то, чего раньше была лишена, нужно лишь это выловить в перечне впечатлений.

— Может… меня как-то остудить? — робко спросила неловко дёргающая в воздухе руками девушка.

— Ни в коем случае! — помотал я головой. — Нельзя просто так взять и полить тебя водой или струёй из огнетушителя! Вернее, можно, но с вероятностью в 99,9% ты рванёшь, как пара тонн взрывчатки.

— Но… я же помню, как Человека-Факела бросали в океан.

— Во-первых, ты не мистер Сторм. Несмотря на внешнее сходство, ваши силы могут иметь совершенно разную физику процесса, назовём это так. И если ты ближе к классической физике, то вода при соприкосновении с тобой мгновенно станет перегретым паром и стремительно расширится. Во-вторых же, в случае с Факелом, скорее всего, имело место инстинктивное отключение способности, поскольку умный организм понимал, что при соприкосновении этого самого организма с температурой в пяток тысяч градусов и водички температурой в двадцать ничего хорошего не будет ждать ни организм, ни окружающее пространство.

— И что тогда делать? — с некоторой нервозностью спросила девушка.

— Всё как я говорил: расслабься, прикрой глаза, выдели в ощущениях то, чего точно никогда не испытывала. Ты ведь уже научилась управлять полётом, то есть нащупала, как управлять силой. Просто продолжи. Сейчас ты уже в безопасности, я рядом, мы решим проблему.

— Да… простите, сэр… — она сделала глубокий вдох и выдох, из-за чего мне пришлось резко отпрыгивать в сторону, а по моему кабинету прошла волна пламени. — О-ох! Я не хотела… Мистер фон Дум, с вами всё в порядке?

— Ха… Поджаривать меня ещё не пытались, — это что, карма? Типа, цельножелезячного злодейского злодея обязательно нужно запихнуть в домну? Что мой оригинал, что Т-1000, что Кольцо Саурона…

— Простите, я не хотела… — девушка хотела было приблизиться, но вовремя себя одёрнула.

— Ничего, я всё понимаю. Случившееся явно стало для тебя неожиданностью и вызвало испуг, — сам осторожно двигаюсь к ней, успокаивающе улыбаясь и глядя в глаза, благо реально повредить мне она не могла, а вот я вполне мог и подавить, и блокировать её силу. Ломать конспирацию не хотелось, но если вдруг что, лучше быть ближе, чтобы успеть спасти здание и то, что осталось от кабинета. — Давай, Фрэнки, покажи, что ты не зря стала капитаном. Я же знаю — ты умница! Что такое небольшой самоанализ и взятие эмоций под контроль на фоне твоих обычных обязанностей? Просто пустяк. Ты справишься, я уверен. Ну же, вдох, выдох…

— Да… — кивнула она, вроде как уже закрыв глаза. — Сейчас…

В общем, худо-бедно, но я смог примерно объяснить, что и как нужно делать ей для отката к биологической форме жизни, благо доставшиеся от Сёрфера познания позволяли прекрасно понимать алгоритм. А для широкой публики всегда можно было отбрехаться изучением Фантастической Четвёрки и просто общей гениальностью. Так что спустя пару минут огненный элементаль начал остывать, а там я уже подхватил под локоток неловко коснувшуюся пола вполне мягкую девушку.

Одежда леди была полностью испепелена в момент обращения, так что оказалась в моих объятиях Фрэнки в костюме Евы.

— Так и знал, что ты красавица! — искренне прокомментировал вид я, ибо должен был со всей мужской ответственностью отметить, что её костюм Евы был выше всяких похвал! Может быть, Эмме и Сью она немножко и уступала по части богатства экстерьера, но в остальном… конфетка!

Данная реплика заставила бравого капитана смутиться и поспешно прикрыться, отворачиваясь от меня. Но я тоже уже пребывал в движении, так что не прошло и секунды, как на плечи мисс Рей лёг мой пиджак, прекрасно справляющийся с тем, чтобы прикрыть всё самое важное за счёт разницы в росте и комплекции.

— Спасибо, — пробормотала зеленоглазая блондинка.

— Пока не за что, — аккуратно приобнимаю её за плечи. — А теперь, пока мы идём до моей личной лаборатории, постарайся успокоиться и описать чуть более подробно, что с тобой случилось, как и… почему ко мне прилетаешь ты сама, а не звонок от кого-то из министерства?

— Всё было как всегда, — начала девушка, не выказывая никаких претензий моим объятьям, — встала, провела разминку, душ, завтрак, отправилась в штаб-квартиру, но по пути — вот… — она развела руками.

— Были ли какие-то болезненные судороги? Спазмы? Помутнение сознания?

— М-м-м, нет, кажется, нет, — не очень уверенно ответила Фрэнки. — Я просто… загорелась. Не было ни боли, ни неприятных ощущений, скорее наоборот, очень тепло и комфортно.

— Хм-м-м… Нужны замеры. А в штаб ты не отправилась потому, что?..

— Меня бы всё равно направили к вам, к тому же связаться с руководством я бы никак не смогла, а нервировать охрану появлением пылающего человека… — ну да, такое себе решение. Хотя сова на глобусе обоснуя слегка скрипит и пучит глазки, тем более с учётом до сих пор «колотящих нервов ». Но вряд ли уважаемая капитан признается, что просто запаниковала или и вовсе про своих начальников подумала нехорошо, вроде « а не запрут ли меня в лаборатории с последующим препарированием?» . Я же старался у девушки оставить хорошее впечатление. В конце концов, она зеленоглазая блондинка, что, да-да, всё делает лучше.

— Понятно. Ну что же, будем смотреть, как тебе помочь. А ещё — звонить твоему начальнику и предупреждать, что ты резко воспылала чувствами к такому замечательному мне и прилетела на крыльях любви, пылая от нетерпения.

— Спасибо…

— Как я уже сказал, пока ещё не за что, но потом от пары благодарственных поцелуев не откажусь.

— Если это избавит меня от оплаты счетов за разгромленный кабинет главного миллиардера Нью-Йорка, я вас каждый день готова целовать, — несколько наигранно попыталась пошутить Фрэнки, судя по интонации, невольно выдавая несколько больше истинных чувств, чем решилась бы в иной ситуации.

— Звучит так, будто я какой-то развратный вымогатель… — задумчиво протягиваю в ответ. — Но мне нравится твой настрой! — а теперь игриво подмигнуть.

— Да, приходится… — чуточку сжалась она под пиджаком, вцепляясь в его ворот пальчиками изнутри. — И я правда ценю вашу поддержку и попытки разрядить обстановку, сэр. От этого действительно легче.

— Я рад, — в дополнение к словам позволяю себе чуть притянуть девушку, дружески сжимая плечо. Раньше мы не были достаточно близки для подобных жестов, но что-то мне подсказывало, что ей сейчас никакая поддержка не лишняя. — А пока, прости, надо сделать пару звонков, — и я потянулся к мобильнику, ибо в разговоре нужна пауза, да и нечего делать девушке лишний стресс.

Звонок в службу безопасности на тему небольшого ЧП и необходимости вызова бригады по ремонту дал достаточно времени, чтобы мы добрались до моей святая святых. Клепать в личной лаборатории искусственных мутантов я, конечно, не мог, но вот аналитическое оборудование у меня было по высшему разряду.

— Для начала снимем показания. Забирайся вот сюда, — указываю на один из механизмов с ложементом.

— А как же звонок генералу?

— Генералу Хэйгеру имеет смысл звонить, когда у нас будут хоть какие-то результаты, а пока не нервничай, это совсем не больно…

Умная девочка не стала спорить, ну мы и приступили к работе. И почти сразу мои предположения, что я озвучивал товарищам, подтвердились: следы Космического Излучения на девушке были. Да, дозу она получила крошечную, потому мутация «зрела » определённое время, но было оно эталонным, потому по истечении «инкубационного периода » всё прошло штатно, насколько понятие « штатно» можно применить к нашей ситуации. Разумеется, от Джонни отличия были, но не сказать что большие, так, на уровне косметических изменений. Проблема Фрэнки была в том, что она девушка, то есть при прочих равных существо более эмоциональное, чем даже молодой повеса-раздолбай. И, прекрасно помня, как может быть страшно ожидание худшего при внезапной мутации, я не мог осуждать молодую женщину за то, что по ней это ударило сильнее. Это к тому, что по всем признакам механизм превращения был максимально интуитивно понятен, так что успокойся Фрэнки, она сама бы без проблем его нащупала. Но Фрэнки, при всех её достоинствах, штабист, а не боевик, прошедший сотни горячих точек и привыкший к самым неожиданным и дерьмовым изменениям обстановки. Она просто запаниковала и, как вояка-исполнитель, вместо того, чтобы в непонятной ситуации искать что-то самой, поспешила обратиться к « компетентному специалисту» , ибо было к кому обращаться, а потому — долой самодеятельность!

В общем, после снятия всех проб я мог с определённой долей гарантии утверждать, что ни помирать, ни мутировать в монстра девушка не будет, более того, вполне способна и дальше исполнять свои обязанности, равно как и жить в обществе без лишних проблем.

На этом моменте таки пришлось звонить генералу и обрисовывать ситуацию. Вояка был, мягко говоря, не рад, но «дерьмо случается, работайте, мистер фон Дум, и передайте Фрэнки мои наилучшие пожелания ». Ещё ей выдали месяц больничного, во время которого надо будет продолжать наблюдаться в нашей лаборатории и учиться управлять способностями. Отдельной графой шла униформа. Хэйгер не постеснялся напомнить, что ему не нужна помощница, что в любой момент может оказаться полностью голой, тупо спалив всё, что на ней, а потому «придумайте что-нибудь, хоть у Сторма костюм своруйте, но никаких конфузов в штабе!» . И не могу сказать, что в его словах не было рационального зерна, так что придётся делать ей специальный костюмчик из пресловутой « наноткани» .

— В общем, как-то так, — завершил я объяснение диспозиции девушке после переговоров с Пентагоном. — Не скажу, что это домашний арест, но лучше тебе пока пожить в башне или при лаборатории. Если что-то нужно из дома — напиши список, отправлю людей, чтобы привезли. Вопросы? Возражения?

— Боюсь, мои ключи от квартиры расплавились, — заметила Фрэнки.

— Пусть об этом голова болит у безопасников, — отмахнулся я. — Лучше скажи: голодна? Что-нибудь заказать?

— Думаю, личные заказы — это излишне, — с некоторым стеснением плотнее запахнулась в халат девушка. И да, за время процедур леди-капитан сменила мой пиджак на мой же лабораторный халат и, надо сказать, теперь выглядела ещё более сексуально.

— Мой долг рыцаря — помогать прекрасным леди, попавшим в затруднительную ситуацию. Хотя от благодарственного поцелуя, разумеется, я тоже не откажусь.

— Что же, вы его более чем заслужили, — улыбнулась Фрэнки и… действительно подарила мне поцелуй. Это было неожиданно. В том смысле, что да, я был совсем не против, но не думал, что она так быстро «пойдёт навстречу» . Впрочем, никакого сексуального подтекста там не было. Однако что мешало мне продвигаться вперёд? Будем считать это азартом! Духом Охоты!

— Пожалуй, с такой наградой у меня войдёт в привычку совершать подвиги в честь этой прекрасной леди.

— Вы говорите это всем своим женщинам, мистер фон Дум?

— Нет. Как истинный ценитель женской красоты, я понимаю, что каждая женщина уникальна и заслуживает своего подхода. Как ты могла заметить, я испытываю к тебе симпатию, Фрэнки. Но врать в этом отношении, притворяться эдаким «благородным кабальеро» , чтобы затащить тебя в кровать, — уволь. Я повеса, бабник, немного сумасшедший и, как любой порядочный миллиардер, владеющий транснациональной корпорацией, строю планы по мировому господству.

— Пх-х-х… пх-х-х… — сдержала смешки девушка. — Верю! Хм-м… — она задумалась. — А-а-а, гори оно всё огнём! — а дальше на меня натурально запрыгнули и впились в губы новым поцелуем. И вот тут уже были и желание, и страсть! И я же говорил, что леди-капитан чертовски горяча? Я был прав! В общем, да, для всех мы сидим в лаборатории и проводим опыты! До вечера! Или до утра, хе-хе.

На деле же…

Поцелуй красотки был горяч. Не настолько, чтобы расплавить лицо обычному человеку, но всё-таки какие-то капли силы она удержать не могла, отчего между нами вполне могли «полететь искры» . Впрочем, меня это сейчас заботило мало — мои руки проникли под халатик Фрэнки и вовсю оглаживали стройные ножки, игрались с попкой и ласкали спинку.

— Хм-м! — чуть нетерпеливый жест плечами — и кусочек ткани падает на пол, а девушка, продолжая бороться своим язычком с моим, уже нетерпеливо расстёгивает мою рубашку. Да-а, кто-то точно решил пуститься во все тяжкие, но кто я такой, чтобы огорчаться по этому поводу?

Чуть приподняв свою прекрасную ношу на руках, я уткнулся лицом в возбуждённо вздымающуюся грудь шикарной блондинки. Последовавший было недовольный хмык почти сразу сменился куда как более интригующим вздохом, когда мой язык начал изучать предоставленные ему вершины. Скрещенные за моей спиной ножки сжались сильнее.

Передвигаться куда-либо далеко в такой конструкции было затруднительно, но один из лабораторных столов был прямо под рукой, и усадить на него красотку — это то, что нужно, это то, для чего этот стол на самом деле нужен.

Означенная красотка в ответ вновь вернулась к практике поцелуев, а оставленные было ловкими пальчиками пуговицы на рубашке посыпались дождём, когда девушка решила несколько ускорить события. Так что вскоре и остальной мой гардероб оказался сломлен и отброшен. Разошедшаяся же не на шутку зеленоглазая блондинка уже запустила свои цепкие лапки вниз и, нащупав «рычаг управления », принялась с ним играть, сжимая, поглаживая и производя прочие весьма приятственные « шлифовальные движения» . Не ответить ей тем же я не мог, и вот уже мои пальцы знакомятся с теснотой горяченького и вполне себе достаточно увлажнённого лона.

— А ты и правда очень горяча, — шепнул я на ушко партнёрше.

Она ничего не ответила, только развела ножки и потянула меня к себе. Не ответить на это приглашение было бы кощунством, так что я притянул красотку в ответ и одним движением вошёл в довольно улыбнувшуюся женщину.

Ну и принялся двигаться в ней, наслаждаясь жаром и теснотой киски Фрэнки, не забывая уделять внимание сладким губам мисс Рей, огладить покачивающиеся сиськи или пожамкать шикарную попку. Девушка не отставала, отдавшись процессу со всей душой и страстью. С учётом всего того стресса, что она испытала, полагаю, такой метод его сбрасывания был выбран ею едва ли не как медицинская процедура. Однако «медицинскость » нашего секса не мешала им наслаждаться. Так что, когда поза «посадил на стол и долблю шикарную красотку, обхватившую меня ножками» нам немного надоела, означенная шикарная красотка была развёрнута и уложена сиськами на стол, я же продолжил в неё проникать уже сзади, наслаждаясь не только сдерживаемыми стонами девушки, но и звучными хлопками. И кстати о хлопках и шлепках… Если я правильно понял « скрытых чертей» в этом холодном снаружи тихом омуте…

*Шлёп*

— М-м-м? — прозвучало удивлённо и чуть возмущённо, но вот то, как она сжалась внутри…

— Кое-кто разнёс мой кабинет… — шлёп, — и теперь её за это… — шлёп, — нужно наказать! Плохих девочек нужно отшлёпать. Чтобы они стали хорошими…

— Ах-х-х! — идея ей явно понравилась, судя по тому, как она стала подмахивать — очень. Да и пальчики, что до этого цеплялись за край стола, устремились к низу плоского животика и стали цепляться и теребить совсе-е-ем другие места.

— А потом хороших девочек нужно развратить, чтобы они стали плохими, — я наклонился к означенной «хорошей плохой девочке» и игриво прикусил её шейку. Партнёрша повернулась, позволяя мне полюбоваться закушенной губой и прикрытыми в неге глазками. А уж как она стала сжимать меня!

— Да… Сильнее! — попросила-потребовала Фрэнки. Пришлось подналечь, как в части обрабатывания её киски, так и шлепков по шикарной попке, хотя с последним стоило быть осторожнее и контролировать усилие. Ну и возвращаясь к усилиям… — М-м-м-м-мх! — она стала подмахивать и, судя по пошлым хлюпам, уже разок «приплыла» .

— Ух… Я подхожу… — предупредил я партнёршу через десяток минут в новой позе.

— Не… не в меня… — выдохнула девушка. Пришлось вынимать и как следует «помечать» её булочки и спину. — У-у-уф… — чуть устало, но весьма довольно простонала красотка.

— «Уфф?» Нет, дорогая, мы только начали, — я потянул подругу на себя, попутно разворачивая её, и вновь поймал губы для поцелуя. — Но дальше… предлагаю чуть освежиться… и перебраться на кровать.

— Н-не… возражаю, — согласилась мисс Рей. Не одному мне хотелось продолжения банкета. А раз так, подхватим эту прелестницу и понесём в нужном направлении. Празднование и отдых продолжались.

— Защитный костюм из наноткани модификации Человека-Факела только что завершили и доставят через двадцать минут, — как ни в чём не бывало зашла в мою спальню Эмма, заставив прикорнувшую после бурной ночи Фрэнки встрепенуться. — Комната для проживания в башне тоже готова, равно как новый телефон, документы и набор ключей, — означенные ключи тут же тихо звякнули о прикроватную тумбочку на стороне мисс Рей. — Завтрак будет через час, а кофе сейчас принесу.

— Эм… — только и успела растерянно заморгать растрёпанная блондинка на простынях.

— Могли бы и позвать, — добила её мисс Фрост, сверкнув лукавой улыбкой и царственно скрывшись за дверью.

— Кхм… это… нормально? — не то чтобы смущённо, но однозначно испытывая некоторую неловкость, осведомилась свежеиспечённая мутантка-любовница миллиардера.

— М-м-м? Для начала доброе утро, — я довольно потянулся. — И да, это нормально.

— Нет, я помню, что ты предупреждал и всё такое, но на практике увидеть это… — Фрэнки приподнялась в кровати и укутала свои верхние богатства в одеяло.

— Ты имеешь в виду, что Эмма не стала устраивать сцен ревности и просто пошла дальше работать работу?

— Именно, — согласилась военный специалист.

— Тут вопрос восприятия и доверия, полагаю, — пожимаю плечами. Так, сначала душ или можно и так? М-м-м… кошу взглядом, нет, однозначно душ, но совместный!

— Мне кажется или «доверие » и « застала мужика в кровати с другой» как-то плохо сочетаются?

— Если бы я изображал из себя моногамного благородного кабальеро — то, безусловно, да. Это было бы обманом и предательством. Однако ещё в самом начале наших отношений я не скрывал, что собираюсь собрать себе гарем из шикарных блондинок, что всё делают лучше! Так что с моей стороны всё предельно честно и открыто. И да, на всякий случай: я всё ещё собираюсь собрать себе гарем из шикарных блондинок, что всё делают лучше! — посулил я даме.

— Кхм… — в её взгляде так и читалось «с кем я связалась?» . — И она согласилась?

— Согласилась, — это ответила уже сама мисс Фрост, возвращаясь с подносом, на котором исходили ароматным паром три чашечки кофе и притулилась лёгкая закуска из бутербродов.

— То есть… ты не ревнуешь?

— Не то чтобы совсем не ревную, — призналась телепатка, — но тут всё довольно… сложно. Скажем так, я вела не самый пуританский образ жизни и прекрасно понимаю, что мужчина пытается от тебя сбежать тем сильнее, чем сильнее ты пытаешься его связать и к чему-то принудить. Разумеется, тут есть свои нюансы и всё такое… просто дело в том, что я… доверяю Виктору.

— Притом, что застаёшь его в кровати с другой? — Фрэнки продолжала недоумевать.

— Основа ревности заключается в том, что ты подсознательно боишься, что твой мужчина перестанет быть твоим, уйдёт. Я же верю, что он меня не бросит, — Эмма, никого не стесняясь, присела рядом со мной и, обвив плечи руками, поцеловала. Разумеется, не забыв потом окинуть Фрэнки взглядом победительницы и покровительственно улыбнуться. — Тот факт, что этот парень не будет целиком и полностью принадлежать мне, конечно, не сказать что радует. Но порой его действительно становится слишком много, так что несколько… м-м-м, помощниц могут быть и не лишними.

— А если я буду против? — чуть нахмурилась наблюдавшая за этим капитан.

— Потому я и говорю с самого начала отношений, что я из себя представляю и какие будут сложности в моём отношении. Если ты согласна на это, то добро пожаловать. Если нет… — вздыхаю. — Пусть меня и огорчит отказ от серьёзной, умной и красивой женщины, но я уже большой мальчик и лучше получу по лицу сейчас, чем создам и тебе, и себе кучу проблем в будущем. И Эмма права — предавать её я не собираюсь.

— М-да… — вздохнула Фрэнки. — Ударить по лицу действительно хочется, но ведь, если подумать, не за что.

— Как правило, по лицу бьют, не особо задумываясь! — весело улыбаясь, напомнила мисс Фрост.

— Я тебе какое плохое зло сделал, что ты советуешь стукать своего любимого начальника? — я скорчил жалобное лицо.

— Не пригласил меня на тройничок? — продолжила усмехаться эта язва.

— … Справедливо, — вынужден я был признать «правомочность претензий» . — Но требую учесть в моё оправдание, что ты отсыпалась после тяжёлого дня! Ну так что? — резко переключаюсь на мисс Рей. — Я получу заслуженный удар по наглой физиономии или… мы таки попробуем?

— Пуру-пу-пу… Вы не делаете мою жизнь проще… — нас окинули задумчивым взглядом. Понять девушку было можно. Одно дело — «разовое приключение », чтобы стресс скинуть, и совсем другое — такое вот. Для того, чтобы взять тайм-аут, Фрэнки схватилась за чашку и принялась потягивать кофе. Мы её не торопили, потягивая собственный кофе. — Ладно, — спустя пару минут кивнула она, — найти нормального парня при моей работе довольно сложно, а вы… ты, Дум, при всех своих… при всей своей специфике, почти нормальный, — она, кажется, скорее убеждала саму себя, чем реально « декларировала намерения» мне.

— Это значит «да» ? — подсел я поближе к укутанной в одеяло блондинке.

— Это значит «дать тебе по лицу я всегда успею» , — буркнула она в чашку. — Так что… попробуем.

— Хе-хе…

— И сделай лицо попроще, то, что я согласилась на такое, ещё не означает, что я согласна, чтобы в моей кровати с моим мужчиной была ещё одна женщина… Меня не возбуждают женщины, — Фрэнки скосила взгляд на Эмму, там отчётливо читалось «в отличие от всяких развратных стриптизёрш» .

— Эй, я тоже ничем таким никогда не занималась! — возмутилась мисс Фрост. — Так что во всём будет виноват этот развратный миллиардер, плейбой и филантроп!

— Негодяй, — согласилась капитан.

— Уже спелись… — я закатил глаза. — Вот и славно! — в один глоток допиваю содержимое чашки. — Но на будущее: я не питаю иллюзий о благодарности человечества, но мои сотрудники должны помнить, что я тут, на секундочку, мир спас! И вообще являюсь единственным существом во Вселенной, которое успешно угрожало самому Галактусу! Он мне персонально обещал Землю не кушать, так что если со мной что-то случится, его уже ничто не будет сдерживать! Поэтому важной частью наших отношений должны быть не только дружеские подколки, но и здоровое восхищение моим величием!

— Ох, как будет угодно Великому Герою, — первой сориентировалась Эмма, целуя меня в щёку.

— М-м-м… А ведь и правда, — даже чуток стушевалась Фрэнки. — Ну что ж, такому мужчине и правда можно простить пару недостатков, — смущённо поджала она губки и, после секундной паузы, тоже потянулась клюнуть меня в губы.

Увы, на этом «момент ушёл », так что в душ мы отправлялись уже раздельно. Впрочем, оно и понятно — девушке нужно было всё обдумать и успокоиться. Но сам факт, что « совращённая красотка» согласна в эту сторону думать, согревал моё маленькое чёрное сердечко. Ну а дальше посмотрим и в сторону тройничка, и в сторону ещё каких интересных… фигур, хех.

Жаль, реальность не очень благосклонно относится к моим планам, так что реализация столь прекрасных идей откладывалась на неопределённое время, а вот в настоящем меня ждала встреча с одним уважаемым радикальным террористом. Так что, получив несгораемый комбинезон, мисс Рей отправилась обживаться в новой квартире и уже лично докладывать начальству о своей ситуации по новому же телефону, а я, раскидавшись с дежурной текучкой и накрутив кому надо хвосты, чтобы кабинет был поскорее отремонтирован, взялся за куда более важную в глобальном плане задачу.

Глава 15

— Мистер Эйзенхард, — протянул я руку импозантному террористу, который хоть и прибыл на встречу в гражданском костюме-тройке под неброским коричневым пальто, что в этом мире ещё не успели выйти из моды, но всё равно и статью, и белоснежной шевелюрой при вполне ещё молодом лице впечатление производил сильное.

— Мистер Дум, — ответил он на рукопожатие и улыбнулся. — Рад тебя видеть.

— Аналогично! Ты не представляешь, как тоскливо общаться со всеми этими чиновниками. И репортёрами. И военными. И репортёрами, а еще чиновниками… И я упоминал про репортёров? — эти уроды в последние дни устроили натуральный палаточный лагерь у подножия моей башни, напрочь блокировав парадный вход, чем крайне мешали почти всем сотрудникам, кто не имел служебной квартиры прямо в здании или личного вертолёта.

И ведь, пидорасы такие, даже засняли момент влетания ко мне в окно пылающего силуэта, так что с утра половина таблоидов красовалась заголовками, на разный лад склоняющими мои отношения с Фантастической Четвёркой. При этом никто ничего не знал, но все очень старательно теоретизировали и надували щёки.

— Да. Трижды, — мой собеседник сдержал смешок. — Мои… полагаю, соболезнования? — он вскинул бровь.

— Кому именно?

— Немного узнав тебя? Я ещё не определился, но скорее всё-таки им. Итак? — в конце предложил он переходить от приветствий к чему-то более серьёзному.

— Итак… — я прошёл к креслу, жестом предлагая присаживаться и угощаться из дежурного набора, разложенного заботливой Эммой.

Встреча происходила в одном из складских помещений корпорации, вернее, в кабинете начальника склада, что приютился в тихом промышленном районе города, добраться куда инкогнито для моего собеседника было много проще, чем войти в центральный офис. В здании сейчас было пусто: возможную слежку проверила Эмма своей телепатией, нынче дежуря снаружи за дверью, чтобы нам точно никто не помешал, все лишние электронные устройства в кабинете отключил я своей силой, ну а попали мы сюда… тоже, в общем-то, на мне, ведь, как уже было сказано, я не лишился Космической Силы, так что легко мог и летать, и окружить нас маскировочным барьером.

— Мутанты, наши проблемы и дальнейшая жизнь, — нарушаю тишину, когда мы оба заняли место за столом. — Для начала как это видишь ты?

— Война, — мрачно отозвался он. — Что бы мы ни делали, всё в итоге сведётся к этому. Это вопрос эволюционной гонки. Как хомо сапиенс истребили неандертальцев в борьбе за ареал обитания, так хомо нео будут бороться за своё место под солнцем с этими самыми сапиенсами.

— Смею надеяться, что цивилизация немного продвинулась от деревянной сохи и дубины.

— Да, дубина теперь ядерная. В остальном же отличия минимальны — те, кто имеет власть, не отдадут её добровольно. Даже понимая, что сопротивление бессмысленно или грозит им самим больше, чем противнику, они не отступят без боя. Никогда не отступали. Нигде. Менялось только оправдание готовности проливать кровь, да и то… — Магнус дёрнул щекой.

— Редко кто-то может придумать что-то кроме религии и происхождения, — кивнул я, разливая по чашкам чай.

— Верно, — опустил взгляд на чашки Магнето. — Я не фанатик и знаю цену горю войны, но как бы я ни хотел иного, всё неизбежно сведётся к иррациональной озлобленности, расчеловечиванию нас со стороны СМИ. Само слово «мутант» уже оскорбительно. Негативно. Оно предполагает угрозу. Отвращение. И будет так, как это было раньше: людям расскажут, что они исключительные, что их особенно любит Бог, и так любит он только их. У них самые правильные обряды поклонения Ему, самая лучшая история, самая богатая и благородная культура. Но есть чужие. Есть не такие, как они. Те, кто несёт неправильный генетический код. И вот уже добрые семьянины, примерные матери, порядочные налогоплательщики будут с нескрываемым негодованием и злобой ожидать, когда же правительство наконец перестанет жевать сопли и решит угрозу этих других радикально. И, наслушавшись с трибун самых горластых, наглых и безнравственных лжецов, все эти добрые, порядочные люди одобрят всё: новые концентрационные лагеря, газовые камеры, стерилизацию и самые массовые репрессии. И даже когда придут за их ребёнком, всё равно найдут оправдание себе и власти, лишь бы не терять свой уютный маленький мирок.

— И всё же прямое столкновение сейчас мы почти наверняка проиграем, — я пригубил горячий напиток.

— Я учитываю эту вероятность…

— Астероид-М, помню, — кивнул я. — Как и то, что его ещё строить и строить, а также расширять и заводить нормальную систему жизнеобеспечения.

— Поможешь? — без обиняков спросил он.

— Помогу — запасной аэродром нужен всегда. Но всё же не хотелось бы доводить до исхода, где мы вынуждены бежать.

— Я пока не услышал, чтобы ты отрицал мои доводы. И при словах о войне твой голос говорит мне, что ты тоже в ней не сомневаешься. Так поясни, в чём твоя центристская позиция? — Магнус взял со стола чашку. — Мы договорились обменяться мнениями, и моё ты услышал, давай послушаем твоё.

— На мой взгляд, основная проблема нынешнего конфликта сапиенсов и хомо нео состоит не в том, что одни отвоёвывают место у других, это в корне неверно — одни в других перетекают, могут порождать плодовитое потомство и с точки зрения биологии являются одним и тем же видом. Тут скорее переход от эректуса к сапиенсу, — назвал я предков наших предков. — Основная проблема лежит именно в социологии.

— В социологии? — переспросил Магнус.

— Да. Людская масса по большей части весьма инертна, не хочет думать, верит тому, что до неё доносишь. Ей, как ты сам описал, очень легко и удобно управлять. Всякие «пятые власти» в лице СМИ и так далее, просто тут нюансик состоит в том, что они под контролем у властей предыдущих. Такая система складывалась веками, если не тысячелетиями — система сдержек и противовесов, договорённостей, потенциалов. Власть денег и связей. И всё, что может эту систему не то что уничтожить, но даже поколебать, вызывает у неё соответствующую реакцию. Так было, когда Российская Империя приказала долго жить и пришёл Советский Союз с коммунистами и их концепциями. Когда простой шахтёр мало того что мог стать правителем целого региона размером больше Франции, так он, негодяй такой, ещё и не спешил вливаться в существующую систему, обзаводиться родственными связями и деловыми отношениями с уважаемыми людьми, он начинал другим шахтерам, что на этих уважаемых людей раньше пахали за миску пустой похлёбки, рассказывать, что они тоже люди, что они тоже могут нормально жить, а не везти в рай на своём хребте всех этих благородий. Результат был ожидаемым — пресловутый мировой империализм объединился в едином порыве и восемьдесят лет занимался тем, что пытался удавить угрозу для себя, начиная с пропаганды, разного рода рестрикций и санкций, заканчивая Второй Мировой.

— Мне кажется или ты симпатизируешь коммунистам, при этом будучи монархом и миллиардером-промышленником?

— Симпатизирую. Хотя бы потому, что, несмотря на все эти миллиарды и титулы, я пахал, как тот шахтёр, и меня чуть было не удавили мудаки-банкиры. Опять же, я трезво оцениваю свои способности, а потому понимаю, что прекрасно устроился бы и при коммунизме, в отличие от многих иных богачей, что либо строят своё состояние на откровенном криминале и лжи, которые в обсуждаемом обществе не прокатят, либо ничего, кроме наследия предков, за душой и не имеют, в отрыве от родовых капиталов являясь полными пустышками. Но мы отвлеклись. В случаях противостояния коммунистов и капиталистов это было противостояние систем людей, что имеют свои ограничения, правила, ресурсы. Тоже вопрос существования, но существования с правилами. И вот появляется новая угроза. Угроза, у которой нет правил. Одиночки. Что делать с которыми, система не знает — нет алгоритмов взаимодействия, но есть понимание угрозы. Это вызывает страх. Страх ведёт к гневу, а тот — к ненависти…

— Теперь ты цитируешь Звёздные Войны… — закатил глаза мутант, но мой посыл уловил, что не могло не радовать.

— Если аналогия уместна, то почему её не использовать? — пожимаю плечами. — Системой правят элиты, что между собой давно обо всём договорились, именно они и проецируют всё то, о чём я говорил ранее. И мысль о том, что вся выстроенная ими система перестала работать только потому, что где-то есть парень, который может уничтожить их натурально косым взглядом или превратить в послушных рабов силой мысли, будет взывать к тому, чтобы уничтожить такого парня. Саму гипотетическую возможность ему появиться. А лучше — взять под полный контроль и заставить воевать, куда скажут, сделать инструментом системы.

— И именно поэтому мы должны действовать!

— Действия только спровоцируют на ответные действия, всё более и более радикальные с каждой из сторон, — вздохнул я. — В итоге кто-то рано или поздно начнёт бить по площадям, хоть правительство с ядерными ударами куда ни попадя, хоть даже ты, долбая метеоритами по ключевым объектам военно-промышленного коммплекса или чему-то в этом роде. Однако если эти самые элиты получат элитное предложение самими стать сверхлюдьми… тут уже становится куда как интереснее, а бывшая угроза вновь возвращается к статусу «податное население» .

— Что-то я сомневаюсь, что это самое «податное население» этому обрадуется.

— И зря. Кто бы что ни говорил, большая часть мутантов — это обычные гражданские, выросшие в безопасном обществе потребления. Использовать свои возможности, чтобы устроиться получше и кушать повкуснее — это они с удовольствием, организовывать революции и бунты — нет. Разумеется, будут исключения, радикалы и банальные преступники, но подавляющая масса людей не хочет рисковать своей жизнью, она хочет просто хорошо жить, желательно не взваливая на себя лишних проблем и ответственности. А против готовых к риску одиночек встанут условные «пуленепробиваемые полицейские» . Максимум элита чуть изменится и разбавится, что для неё не внове.

— Как-то это звучит… — Магнето поморщился, — цинично, что ли?

— Возможно, однако это всё равно много лучше, чем открытый конфликт, в котором погибнут десятки и сотни миллионов, если не миллиарды, а всё человечество откатится в развитии на пару веков назад. И это — самые радужные прогнозы полноценной войны, если она случится прямо сейчас. И отсюда мы переходим к следующему фактору.

— Ещё не всё?

— Я рассматриваю все возможные сценарии, включая и военный. Ведь очевидно, что в случае вооружённого конфликта я буду на стороне своего вида, — я пустил между пальцев искру, как бы показывая, о каком виде идёт речь. — Но с кем нам воевать и, главное, кем? Действительно могущественных и понимающих, что к чему, мутантов единицы. Ну хорошо, со всего мира, быть может, сотню-две наскребём, если нам дичайшим образом повезёт их всех найти и убедить работать вместе, что уже не так просто, как хотелось бы. Но даже в случае успеха получившаяся сила хоть и окажется немалой, но в масштабах планеты — ни о чём. Остальные же — это молодёжь, которая или только пробудилась, или сделает это в ближайшие годы. Она не умеет воевать, она даже силы свои ещё не освоила, и очень может быть, что будет осваивать ещё годы. К тому же я прогнозирую значительный процент, так сказать, дефектных мутаций. Прилёт Галактуса сыграл с нами злую шутку — он уже подстегнул пробуждение мутации у двух человек, которых я знаю лично, но это не всегда хорошо — многие комбинации генов ещё не дозрели, не завершены. Яркий пример — тот же Циклоп из подопечных Шарля, который обладает огромной разрушительной силой, но неспособен её контролировать, нуждаясь в фильтре на глазах. И таких, как он, кто даже с огромным трудом и помощью опытных наставников не сможет взять свои способности под контроль, сейчас начнёт появляться очень много. А против них будут сотни миллионов военных, наёмников, киллеров и прочих членов спецподразделений, которые профессионально учились воевать и убивать, а главное — обладают огромным опытом в этом деле. И, как я уже заметил, в лучшем случае наша победа заставит цивилизацию откатиться на пару сотен лет назад. Мы просто никак не сможем победить без применения ударов тотального масштаба, что по умолчанию превратят мир в руины, по которым бродят техноварвары. А дальше сам понимаешь — ты не вечен, а Земля огромна. Даже если во время войны удастся объединить мутантов в единую силу, дальше распад неминуем. Слишком огромные расстояния, слишком большие повреждения инфраструктуры ожидаются, чтобы просто поддерживать связь. И вот мы уже в феодализме, где каждым клочком земли правит самый сильный на этой территории мутант, далеко не всегда заинтересованный в том, чтобы восстанавливать образование, медицину, да хоть бы и производство самых банальных предметов гигиены. Его королевскому величеству рабы комфорт обеспечат, а как там будут жить сами рабы… — пожимаю плечами. — Безрадостная картина.

— То есть ты предлагаешь по возможности максимально оттягивать войну?

— В идеале — вообще не допустить, влив элиты в наши ряды или самим влившись в ряды элит, — я кивнул на висящий на стене плакат с логотипом Дум-Индастриз, как бы подчёркивая, что одна из крупнейших транснациональных корпораций уже принадлежит мутанту. — Но в целом — да. С годами количество мутантов на Земле лишь растёт, а обычных людей — уменьшается, молодёжь вырастает и становится сильнее, образованнее, получает жизненный опыт. Так что двадцать-сорок-шестьдесят лет — и власть тихо и мирно перейдёт к нам.

— Только мы этого не увидим… — вздохнул мутант.

— Я бы не был столь категоричен. Железо не стареет… или стареет куда как медленнее, так что я как раз могу позволить себе строить долговременные планы.

— Хм-м… Допустим. Во всяком случае, я вижу конкретный план с конкретной стратегией, а не просто благие мысли Шарля. Мне нужно это как следует обдумать. Пока же не расскажешь, как ты хочешь внедриться в элиту в более, м-м-м… масштабном исполнении?

— Вариантов несколько, начиная от знакомства молодых юношей и девушек с правильными фамилиями с правильными юношами и девушками, пусть такой путь мне и не сильно нравится, заканчивая различными сыворотками суперсолдата в том или ином исполнении. Если называть вещи своими именами, тот же Капитан Америка — классический мутант-силовик, только искусственный, полностью сделанный гением человека. И к нему не было никаких вопросов, наоборот, его сделали символом, иконой. Патриот, честный солдат, образцовый гражданин. Не скончайся Эрскин, полагаю, все наши сенаторы и конгрессмены уже давным-давно вкололи бы себе дозу этой сыворотки. И искали что помощнее. И как раз над «чем помощнее» я сейчас и работаю… с контролируемыми результатами, само собой, — я отхлебнул ещё чаю. Разговор впереди обещал быть долгим, но, кажется, я всё-таки смог заронить некоторое зерно сомнений в мысли Магнуса, так что от идеи идти и убивать человеков он может и воздержаться, во всяком случае, на какое-то время. А дальше — посмотрим.

В итоге разговор у нас подошёл к концу ближе к ужину, затронув в том числе и схему передачи оборудования для его Астероида-М с моих заводов, чтобы данные операции оставались тайной для тех, кому знать о них не стоит. Вариант с банальной «пропажей» техники со складов был далеко не лучшим, элементарно потому, что само производство не скрыть. Какую-то часть, конечно, можно прикрыть браком и утилизацией, но всё равно рискованно. Комплексный подход с подставными фирмами и продажей оборудования под видом иной номенклатуры куда надёжнее. Опять же, вопрос финансов тоже существенный. Люди не работают бесплатно, а главное — я не получаю бесплатно сырьё, и пусть я был готов к некоторому безвозмездному спонсированию, но мой карман не бездонен, а такие вещи, как искусственная гравитация, стоят больших денег. Это многомиллионные траты, и хотя бы часть желательно было компенсировать. Опять же, полностью фиктивные сделки, по которым не проходит никаких внятных транзакций, вызывают вопросы и привлекают внимание, а оно нам не надо, что, к счастью, понимал и сам Магнус, предлагая вполне адекватные решения, в частности, доступ к технологиям со своей базы в Антарктиде. Вернее, некоего высокотехнологичного комплекса явно внеземного происхождения, который он там нашёл и использовал для своих работ. Словом, нам было что обсудить и помимо политической программы. Ну а как самые насущные вопросы утряслись и способы держать связь без личных встреч были намечены, уважаемый лидер мутантов-радикалов откланялся. Ему предстояло многое обдумать, кое-что проверить по своим источникам, ряд вещей подготовить, ну и в целом отойти от впечатлений. Мне тоже было чем заняться — авралы сами себя не разгребут. А как разгребут, обязательно ещё какая-нибудь фигня вылезет, ибо законы Мёрфи — это самая мощная сила во Вселенной, кто бы что там ни говорил про Галактуса.

Как выяснилось чуть позже, я оказался прав. Не прошло и недели с момента нашей беседы с повелителем металла, то есть я даже не успел забрать Хэнка от Ксавьера и закончить все исследовательские процедуры с Фрэнки, хорошо хоть с посильной помощью государственных органов разогнал папарацци от главного офиса, как в очередной подборке прессы, что мне приносили к утреннему кофе, обнаружилось…

— Паучиха-линчеватель терроризирует город? — вскинул бровь я, разглядывая среднего качества фотку девушки в обтягивающем костюмчике под паучью тематику.

В прилагающейся статье Джонни Джеймсон исходил на говно на тему угрозы обществу от самосуда, костюмированных фриков и прочего применения насилия без соответствующих полномочий, после чего призывал найти, пресечь и покарать. М-да, как бы ни менялась Вселенная, а этот владелец заводов-газет-пароходов всё так же испытывает необъяснимую нежность к паукам, кто бы ими ни был. Может, он арахнофоб? Это бы много объяснило… Тем не менее сам факт таких статей был не самым приятным. Гвен засветилась. Оно и понятно, за последнее время на Земле произошло столько событий, что крыша отъехать могла и у вполне добропорядочного гражданина, а всякий криминалитет, пока силовые структуры заняты более важными делами, поднимал голову только в путь. Вот девушка, очевидно, и решила «помочь папе» с борьбой с преступниками. Ну а дальше был просто вопрос времени, когда с таким засветишься достаточно сильно, чтобы попасть в газету. Вставал вопрос, что делать? Хотя первый шаг был ясен. Я взял трубку и набрал номер.

— М-м-м? — сонно отозвались на том конце провода.

— Эмма, радость моя, хватит дрыхнуть! Мне, между прочим, завидно!

— У меня ненормированный рабочий день, мой босс-тиран заставляет впахивать до середины ночи!

— Не тиран, а законный самодержавный монарх, — поправил я, невольно вспоминая сладкие моменты означенной ночи, где девушку совсем не заставлял. Очень даже нет! Усталость — то да, обеспечивал… Но приятную же!

— Зато по второму пункту тебе возразить неэ-э-э-эчего… — сладко зевнули на том конце. — Уф… так… встаю, умываюсь… буду через полчаса. Или что-то срочное?

— Нет, ничего такого, — я усмехнулся, — просто я узнаю о похождениях некой «Паучихи» из газет, а не от своего аналитического отдела. Хотел узнать, почему?

— Возможно, это как-то связано с тем, что ребята не вылезают из ситуации категории «мы все умрём» уже который месяц, — последовал ответ. — А вообще, ты все отчёты разобрал? Я вроде бы что-то краем глаза видела по этому поводу…

— Ага… Ладно, посмотрю. Спасибо, жду.

— Угу… с тебя кофе! — сообщили мне и повесили трубку, я даже не успел возмутиться, что приносить кофе любимому шефу — это её прямая обязанность и, можно сказать, священный долг. И полез смотреть отчёты, да.

В итоге за сорок минут (никогда не верьте женщинам, которые называют срок своего прибытия!), что я ожидал прекрасную блондинку, удалось откопать тот самый отчёт, причём от наших безопасников, мол, да, милая студентка-практикантка порой выходит в окно. И это не попытки суицида из-за загрузки. Почему меня не выдернули напрямую? Потому, что в этот момент я судорожно носился по миру, собирая команду спасения этого самого мира. А потом грабил Галактуса. А потом бухал с богами и архимагами. Кстати об архимагах, нужно будет связаться со Стрейнджем и продолжить тему обучения… Возможно, он знает, как сделать в сутках хотя бы часов сорок?

В общем, мы пошли «выдвигать претензии» мисс Стейси! Ибо орднунг! Окна не предназначены для того, чтобы в них выходить! И вот мы у нужного отдела, и… внутри какой-то бедлам. Все бегают, суетятся, что-то обсуждают, а Гвен не видно.

— Алистер, доброго дня, — подхожу к младшему Смайту. — Чем заняты?

— Здравствуйте, сэр! К нам несколько дней назад поступил срочный заказ на создание комплекта экзоскелета для неходячих… за вашей подписью, — с небольшой паузой уточнил парень. — Мы его уже собрали, но конструкция ещё не до конца отработана, и внезапно обнаружился брак в электронной части, так что спешим исправить.

— Точно, экзоскелет… — запоздало вспомнил я. — Делайте по высшему разряду, будто для родного отца! Это очень важно! И побыстрее, он уже должен быть у адресата!

— Как скажете, сэр… — с долей удивления моргнул блондин. — Поверьте, мы и не думали жертвовать качеством, просто архитектура процессоров тоже экспериментальная и…

— Я знаю, знаю! Сам же с вами работал. Я в вас не сомневался, просто уточняю важность этого заказа, — отмахиваюсь от слов собеседника. — Кстати, — нарочито оглядываюсь, — я понимаю, что у нас народу ещё маловато и штат не заполнен, но… мне кажется или кого-то не хватает?

— Гвендолин Стейси сегодня опаздывает, — чуть нахмурился парень. — Наверное, опять проблемы с транспортом, сейчас по всему городу одна проблема за другой, — вздохнул Смайт.

— Да, такое ощущение, что нас прокляли… — поддакнул я, внутренне отмечая, что подобное опоздание, скорее всего, уже не первое. — Ладно, не буду вас отвлекать, вас ещё ждёт премия за срочность.

— Спасибо, сэр, — улыбнулся Алистер, как, впрочем, и несколько ближайших сотрудников, я же направился на выход.

— И где она может быть? — оказавшись за дверью, обращаюсь к своей секретарше.

— Ну, — девушка вновь потыкала планшет, — возможно… — далее Эмма просто развернула устройство экраном ко мне.

Пусть нормального Ютуба в мире ещё не было, но вывести телеканалы во внутреннюю сесть было несложно. И на экране как раз крутили новости. Новости, где некие ушлые журналюги уже добыли записи с внутренних камер некоего ограбляемого банка и теперь крутили их со своими комментариями. На кадрах с камер же какие-то придурки, размахивая едва ли не древними томми-ганами времён Сухого Закона (и где такой антиквариат откопать умудрились?), как раз пытались подстрелить некую девушку в костюмчике паучка, что ловко прыгала вокруг засранцев, порой их стукала и дёргала паутинкой оружие. Было видно, что у девушки особо нет опыта в обезвреживании вооружённых злых мужиков, но она старалась и отсутствие опыта компенсировала подавляющими характеристиками. Миленько.

— Она ещё и развлекается, когда опаздывает… Ладно, устроим на неё засаду и подождём. Ты же сможешь нас окутать отводящим внимание психическим полем или что-то в этом роде? — да, я хочу слегка пошокировать симпатичную деву, а заодно легонько отомстить, доставив немного стресса и испуга.

Возможно, это мелочно и недостойно плейбоя, миллиардера и филантропа, но… мне завидно! Я тоже хочу время от времени выбираться в город и ломать лица всяким придуркам, однако вместо этого я разгребаю хренову тучу отчётов! Проклятье, я уже начинаю понимать Бэтмена! Даже то, почему он никого не убивает и не калечит! Если всех перебить, то кому ты будешь ломать лица в следующий раз? Но ладно, это всё лирика, а между тем Эмма мне уже отвечает.

— Допустим… Но это же никак не связано с тем, что тебе нужно идти дальше разгребать отчёты, а ещё запланирована встреча с президентом по поводу вашего участия в спасении планеты от Галактуса? — ох, она чертовски горяча, когда говорит таким тоном.

— С каким пре… Ах, президентом! — да, меня дёрнули в Белый Дом объясняться с Биллом Клинтоном на тему «что вообще случилось⁈» , ещё и какую-то медальку обещали вручить… — Ох, что бы я без тебя делал⁈ — я полез тискать девушку.

— Ладно, будем считать, что я не заметила того, как ты пытаешься откосить от своих обязанностей и меняешь тему… мх… — мои тисканья зашли несколько дальше обнимашек, но, в конце концов, я самодур, тиран и деспот или где? Нельзя так просто взять и насытиться этой шикарной леди, что всё делает лучше.

В общем, в очередной раз доказав Эмме, насколько шикарной и желанной женщиной её считаю, я всё-таки включил мозги и… прикинул, где блудная поборница правосудия может проникать в моё здание для скорейшего прихода на работу. И по всему выходило, что проникнуть она могла только на этом же этаже и только в строго определённых помещениях, где отсутствовали постоянный персонал и камеры видео-наблюдения. И несмотря на размер здания и этажа, таких было не так уж много, если же вспомнить про отчёт службы безопасности…

Короче, спустя некоторое количество времени наша блистательная засада могла наблюдать, как в одном из пустующих кабинетов приоткрывается окно и в него проникает некая девица в оч-чень интересном костюмчике и с рюкзачком на спине, предварительно аккуратно и чуть воровато оглядевшись. После проникновения же последовали вытаскивание из рюкзачка комплекта одежды, снимание капюшона, маски, а дальше девушка потянулась к штанишкам, и…

— Блистательно-белые, да ещё и с кружевами? Прекрасный выбор! — похвалил я вкус мисс Стейси.

— Ви-и-и-и! — прыжок с места на три метра вверх и прилипание к потолку.

— Твои выходки могут довести нормальных людей до инфаркта, — попеняла мне моя шикарная голубоглазая блондинка… — Но да, прекрасный выбор, — … которую я уже успел хорошо испортить. Ну или дал раскрыться её внутренним талантам к эпатажу и троллингу.

— М-мистер фон Дум⁈ М-мисс Фрост⁈ — шок, ужас, паника.

— Собственной персоной, — улыбнулся я. — И, мисс Стейси, пусть мне очень нравится открывшийся вид, но не могли бы вы всё-таки надеть штаны обратно и спуститься с потолка. Можно в любой последовательности.

— Ой! — бедняжка от осознания всей ситуации аж утратила сцепление с поверхностью. Правда, побыть куртуазным джентльменом, что подхватит на руки падающую в его объятия даму, у меня не получилось. От адреналина девочка смогла прийти в себя и, совершив что-то вроде сальто, приземлиться на ноги, одновременно натянув предмет гардероба обратно. И вот… стоит, жмётся, глаза в пол, что делать — не знает. Я прям чувствую волны её ужаса и паники.

— Итак, начнём с главного: я не имею ничего против того, что ты в свободное время занимаешься тем, что избиваешь здоровенных вооружённых мужиков и носишься по городу на неприличных скоростях. Но я сильно против того, чтобы ты делала это в обычном спандексе, да ещё и без маячка, чтобы вызвать реанимацию и силовую поддержку от моей службы безопасности в случае чего!

— П-простите… — она вжала голову в плечи и готова была уже расплакаться, как до неё дошло. — Э-э… что? — на меня подняли ничего не понимающий взгляд голубых глаз.

— Что у тебя есть хобби — это хорошо, что оно связано с гимнастикой и отдыхом на свежем воздухе — ещё лучше! Это я одобряю! Но такое наплевательское отношение к собственной жизни абсолютно непростительно! У тебя с собой даже аптечки нет, а эта ткань не удержит даже пневматику! Я уже молчу о том, что ты опаздываешь на работу! Этого я не одобряю! Потому — штрафы! И придётся отрабатывать!

— Штрафы? Отрабатывать? — растерянно моргнула она. — В смысле, вы не уволите меня и не сдадите властям?

— Гвен, — я полным боли взглядом посмотрел на студентку, — мне можно приписать много грехов: я жадный, мстительный, эксцентричный, и, думаю, список можно продолжать долго, но, во-первых, я не Гондон-мэн, чтобы ломать жизнь девушкам, а во-вторых, у меня и так сотрудников не хватает, чтобы увольнять близких к гениальности людей только из-за того, что у них немного экстремальные хобби.

— С-спасибо, мистер фон Дум! — с облегчением вздохнула она. — И… я отработаю!

— Сказала полуодетая красивая девушка по отношению к богатому властному мужчине, — усмехнулась мисс Фрост.

— Эмма! — с возмущённым видом повернулся я к телепатке, краем глаза отмечая, что Гвен взяла новый рубеж в покраснении. — Мы ещё не перешли к штрафам! Не торопись!

— Умх… — бедная, бедная студенточка, как ей плохо, как печально.

— Но кроме шуток, — вернулся я к дочке полицейского. — Я не твой отец и не могу тебе запрещать прыгать под пули, однако, как твой работодатель, я обязан позаботиться, чтобы мой многообещающий сотрудник не помер из-за какой-то глупости. Так что бери костюм и пошли в лабораторию. Будем делать тебе нормальную броню, а не эту тряпочку.

— Н-но… это же очень дорого, — робко возразила девушка.

— Ну, будем считать, что импозантный миллиардер подкатывает к своей сотруднице и дарит дорогие подарки.

— Э-э-э…

— Он это серьёзно, — «перевела» мисс Фрост мои намеки. — Так что да, он будет к тебе подкатывать.

— Кстати о подкатах… — я усмехнулся. — Ты не хочешь зарегистрировать патент на свою паутину?

— З-зачем? — пискнула окончательно сбитая с толку и деморализованная девушка.

— Затем, что это — жидкая сталь, при этом упругая, мягкая, сверхлёгкая, а ещё её можно синтезировать едва ли не на коленке из подручных материалов, не заморачиваясь с горнодобывающим оборудованием, логистикой, дугоплавильными печами, легированием, прокатом и ещё целой уймой процедур, необходимых, чтобы получить тот же стальной трос.

— А как вы это поняли? — она удивилась.

— По прочности это были предположения, стальной трос был взят максимумом, но даже если там уровень капроновой ленты, всё равно вкусно. В остальном же всё ещё проще. В моей лаборатории ты такое синтезировать не могла — у тебя доступ к кибернетике, а не химии. Добыть самой дорогие и ограниченные в распространении расходники возможно, но не с твоими финансами и опытом. Остаётся только школьная либо университетская лаборатория, однако что Мидтаунская школа науки и технологий, что доступные учащимся лаборатории Колумбийского университета хоть и очень неплохо оборудованы, но ничего по-настоящему опасного и дорогого там быть не может по определению, в конце концов, это просто учебные заведения, а не секретный НИИ.

— И вы всё это поняли вот так вот с ходу… — удивлённо хлопнула глазками Гвен.

— Смею надеяться, я не самое глупое существо на этой планете, — в этот момент от Эммы донёсся полный ехидства хмык. — Но возвращаясь к теме нашей беседы. Биополимеры — это хорошо. Биополимеры — это стильно, модно, молодёжно. В общем, предлагаю помощь в оформлении патента, я приобрету лицензию на развитие технологии и, скажем… — окидываю девушку взглядом. — Ладно, так и быть, пятнадцать процентов роялти, — это было действительно щедрое предложение.

— Л-лааадно, но… это не раскроет мою, эм… паучью сторону?

— Вряд ли. В крайнем случае всегда можем сказать, что раздобыли образец у Спайдергёрл и на основе него смогли синтезировать своё, если Спайдергёрл чем недовольна, то наши юристы готовы с ней встретиться и всё обсудить.

— И оставить без штанов! — покивала Эмма.

— Всё ради отменного вида! — поддержал я боевую подругу.

— Ох, пожалуйста! Мне очень, очень стыдно!

— Поверь, тебе нечего стыдиться. Скорее нужно гордиться! — покивал я своим мыслям.

— А это уже почти полноценное сексуальное домогательство, — закатила глаза моя секретарша.

— А я предупреждал! — настроение продолжало быть замечательным. — И да, Гвен… Надеюсь, ты позволишь обращаться в приватной обстановке к тебе менее формально? — осторожный кивок. — Так вот, о штрафах! Выбирай: либо за каждое опоздание мы проводим официальное удержание части твоей зарплаты, либо ты получаешь от меня шлепок по попке. Или несколько. Или не только. Зависит от систематичности и серьёзности проступка.

— Вы… серьёзно? В смысле… вы… меня? Э-э-эм-м…

— Ну вот, ты её сломал, — закатила глаза Эмма. — Да, он серьёзно. Нет, это никак не связано с тем, что мы о тебе узнали, этот повеса вынашивал данный коварный план едва ли не со дня твоего найма, просто был слишком занят спасением мира, чтобы начинать его воплощать. Да, мы с ним любовники, но это никого не смущает. И нет, я не читаю твои мысли, я просто успела повидать… всякого, — вот готов поспорить, в последнем пункте мисс Фрост нагло врала, но… это было шикарно! А за шикарность можно всё простить.

— Я-а-а-а… Могу подумать? — прозвучало почти жалобно. Или даже не почти.

— Разумеется, — я кивнул. — Как сказала Эмма, тебя никто ни к чему не принуждает. Но, как будешь думать, задай себе вопрос: где ещё ты найдёшь такого понимающего работодателя, который готов закрывать глаза на твои маленькие особенности, держать в секрете большие тайны, обеспечивать всем необходимым, а главное — защитить от любых поползновений властей и кого бы то ни было в случае попадания в действительно большие неприятности? И кстати об этом… — я огладил подбородок. — Эмма, внеси в список дать Гвен пропуск на крышу.

— Зачем? — не поняла означенная Гвен.

— Затем, что ползти по стене и забираться в окно — это слишком рискованно в плане возможности попасться кому-то на глаза. Лучше заходи через крышу, спокойно переодевайся и спускайся на лифте.

— Х-хорошо… спасибо, — выдавила окончательно загруженная девушка.

— Так, а теперь переодевайся и пошли в лабораторию! Помни: спандекс — это фигня! Даёшь графеновые нанотрубки, бронепластины из думита и встроенные шокеры!

Моя фантазия уже летела вперёд на первой космической. Хотелось творить! Созидать! Кто сказал, что я пытаюсь откосить от встречи с мужиком средних лет, предпочитая ему компанию двух молодых шикарных блондинок, что всё делают лучше? Вы ничего не докажете!

Гвен пребывала в полном раздрае. Шоке. Лёгкой панике и осознании полного непонимания того, что происходит и что делать дальше. То, что она попалась, вызывало одновременно страх и, как ни странно, какое-то облегчение. А ещё досаду. Слишком она расслабилась, слишком доверилась этому странному «паучьему чутью », что ранее предупреждало её о любом внимании к своей персоне, начиная от беглого взгляда, заканчивая засадой или прицеливанием. Но в этот раз чутьё почему-то смолчало. Видимо, даже ему оказалось не под силу совладать с вниманием «самого эксцентричного и одиозного бизнесмена века », как писали о мистере фон Думе в газетах и журналах. Вопрос « почему?» девушку, конечно, мучил, но… откровенно говоря, сейчас ей было не до этого. То, что её тайна перестала быть такой уж тайной для отдельного магната, помимо ожидаемого испуга и опасений, что её запрут в какой-нибудь лаборатории, быть может, даже той, по соседству с которой она работала, почему-то принесло и облегчение. Оказывается, она… хотела, чтобы о её « паучьем вопросе» знал кто-то ещё, тот, с кем можно поговорить и обсудить это. Но открываться самой было страшно, да и… откровенно говоря, некому. Старые знакомые, за редким исключением, разошлись по жизни, кто-то куда-то переехал, кто-то поступил на другой курс, кто-то выбрал другое место учёбы. Те самые исключения, вроде Паркера, были слишком заняты, как, впрочем, и она сама. Новые? Она их толком не знала, и времени на знакомство у неё не имелось. Но даже если брать старых подруг и приятельниц. Кому-то из них просто так взять и довериться? Стра-а-а-ашно. Потому, как бы неоднозначно это ни звучало, такое вот раскрытие… это было не так уж и плохо. Или она просто делала хорошую мину при плохой игре?

Впрочем, мистер фон Дум повёл себя вот совсем не так, как можно было ожидать. Да чего там? Подобной реакции она не могла предположить и в бреду! «Моя лаборантка — девушка-паук? И что? У всех должно быть хобби! А вот то, что ты не думаешь о безопасности — это плохо, пошли, сделаю тебе броню по цене танка ». Вот и вся реакция! Где удивление? Где желание получить от неё образцы? Единственное, что он (помимо обещания выдать супер-броню) сделал — это предложил запатентовать состав паутины! И кратко расписал экономические перспективы! И предложил шикарные авторские отчисления — для « студента-ноунейма» и пять процентов роялти — уже мечта, а тут — пятнадцать! Впору было заподозрить какой-то подвох и умысел, но… этот… этот… этот психопат сам сказал! Всё дело в том, что он хотел забраться к ней в трусики. И даже нанимал её с этим прицелом!

Но при этом ей всё равно приходилось проходить собеседования, доказывать свою компетентность и пахать, пахать и пахать! И пусть ещё полчаса назад она бы и не подумала рассматривать такой метод построения карьеры, но теперь её просто переполняло праведное возмущение. Это было нечестно! Разве не должно быть наоборот⁈ Где справедливость⁈

Быстрый взгляд на лицо уже увлечённо работающего с незнакомым ей высокотехнологичным оборудованием мужчины, в личной лаборатории которого они сейчас находились, зародил в Гвен новое подозрение.

А не соврал ли он, чтобы взбодрить её таким образом? Мистер фон Дум очень любил эпатировать публику и, будем откровенны, издеваться над окружающими, начиная от «войны» с инвесторами, заканчивая очень специфическими характеристиками по всяким гениальным учёным с мировым именем. И это не вспоминая о том, что ещё он умудрился каким-то образом ограбить и угрожал пристрелить какого-то космического гиганта, от одного голоса которого начинались землетрясения! То есть от такого типа можно было ожидать вообще чего угодно. В том числе и того, что все эти даже не намёки, а прямые декларации намерений — это ни разу не шутка. И…

Вот тут вот начинались сложности. Гвен признавала, что мужчина красив, запредельно харизматичен, к тому же богат и крайне уважаем почти всеми, с кем работает или работал. Но… мало того, что он был старше неё почти в два раза и у него уже были отношения с собственной секретаршей (это было настолько шаблонно, что даже вызывало удивление, в том плане, что человек, занимающийся тем, что постоянно всем разрывает шаблоны, поступил так шаблонно и… тем самым опять разорвал всем шаблоны!), так и остальное… Чёрт подери, ей хотелось романтики, приглашений на свидания, каких-то подарков, но не тупо «баснословно дорогой штуковины », а проявления чувств! И точно не едва ли какого-то « детка, пошли попрыгаем» , сказанного мимоходом и с полной уверенностью в своём превосходстве!

Гвен возмущённо засопела.

И хотела его послать! Точно послать! Но… почему-то так получилось, что вместо этого ей уже показывают варианты костюмов, а робкие попытки возразить игнорируют, отговариваясь «заботой о сотруднице с экстремальным хобби ». От этого магната вообще хотелось придушить! Даже если вспомнить, что он и ранее, когда была возможность, проявлял к ней заботу… Вплоть до личного автомобиля… Когда её привезли домой на такой машине, отец из неё чуть душу не вытряс расспросами « как, что, с какой стати?» , а потом заставил чувствовать себя очень неловко, читая лекцию на тему осторожности и общения со всякими там!

Однако… пусть и с такими… кхм, куражом и эксцентричностью, но… кажется, за ней действительно ухаживали. Это не отменяло возмутительного поведения мужчины, и она точно ни на что не соглашалась и соглашаться не намерена! И желание придушить никуда-а-а-а-а-а не девалось, вот!

На последней мысли девушка погрустнела, так как «проблема сломанных ручек» только выглядит мелкой и забавной. И пусть в таком ракурсе оно особо не размышляла, вернее, это было весьма стыдно и смущающе, но… Если, допустим, парню с такой силой нужно просто быть осторожным и контролировать себя, что с паучьими рефлексами даже не особо и сложно, то Гвен подозревала, что у неё усилие тех мышц просто… кхм… раздавит. В фарш. Не то чтобы у неё был опыт, как до мутации, так и после… или вообще, но пусть она и не биолог, однако мозги есть. И что испытывают девочки, когда им хорошо, и что там где сокращается, она тоже в курсе и… В общем, она сильно сомневалась, что у неё будет нормальная личная жизнь в этом плане. Вполне возможно, что избиение всяких мордоворотов по ночам с этим заключением тоже как-то связано…

В итоге настроение девушки-паука было не самым хорошим, но при этом костюм уже был в производстве, и это немного подслащивало пилюлю. Что же касалось психованного миллиардера…

— Ну вот, ещё двадцать минут — и моё чёрное злодейское сердечко станет беспокоиться о тебе чуточку меньше, — провозгласил мужчина, вызвав ироничный фырк со стороны Эммы Фрост.

— А вы в курсе, что ваш тон говорит о чём угодно, кроме беспокойства? — не смогла удержаться от шпильки Стейси.

— Поверь, интонации имеют значение только при укачивании ребёнка и когда мужчина стоит перед тобой на коленях и нежно покрывает поцелуями твои коленочки с прицелом подняться выше, во всех остальных ситуациях дела куда более значимы! — самодовольно ответил этот… этот… — Потому перейдём к следующему пункту! — не дав ей и слова вставить, продолжил миллиардер. — Судя по всему, мутация радикально обострила твои рефлексы и чувство опасности, но в чистом виде это довольно малый базис для выживания под очередями из автоматов. Ты, конечно, занималась гимнастикой, потому контролировать своё тело умеешь, как и кое-что смыслишь в его «аэродинамике» , назовём это так, но одно дело — спорт, и совсем другое — разборки с вооружёнными уголовниками в тёмных подворотнях. В общем, для начала я скину тебе кое-какую закрытую литературу по подготовке спецвойск, где изложена теория того, как надо вести себя под огнём и почему именно так. Проштудируй! Чуть позже организуем тебе занятия по боевым искусствам, но тут мне ещё надо будет подобрать тренера, так что по срокам пока ничего не скажу.

— Слушайте… — у Гвен всё в голове окончательно перемешалось, так что пришлось даже той дёрнуть, чтобы собраться с мыслями. — Вас вообще не смущает моя ситуация? Я хочу сказать… вы даже пробы крови у меня взять не хотите?

— Ни за что. По крайней мере, не в ближайший год, — легко пожал плечами фон Дум. — И нет, меня не смущает. Я, если что, передовой специалист мира в вопросах мутации и создания искусственных мутантов. Буквально возглавляю государственную программу по созданию суперсолдат по заказу Пентагона. И если ты смотрела последние новости, то могла заметить, что у меня довольно много знакомых с суперсилами самого разного вида.

— Стоп! Тайм-аут! — замахала руками девушка. — Вы возглавляете программу по созданию мутантов, но не хотите взять мою кровь? Почему⁈

— Потому, что на основе твоей крови наверняка можно создать какую-нибудь сыворотку, что будет давать суперспособности.

— И это плохо? — Гвен всё меньше что-либо понимала.

— Конечно! На данный момент создание искусственных мутантов требует личной электростанции, уникального высокотехнологичного оборудования, кучи персонала и запуска процесса с трёх ключей в разных частях комнаты с интервалом меньше секунды. И даже если кто-то украдёт технологию, воспроизвести техпроцесс будет стоить огромных денег, какие не у каждого государства есть. Но ампула с сывороткой, которую можно просто вколоть — это то, что звучит как охрененный пиздец! Эпический, если ты понимаешь, о чём я, и способна представить последствия для мира, коли партия таких ампул попадёт в руки какой-нибудь террористической группировки или хотя бы преступного синдиката.

— А? — девушка в красках представила, что стало бы с городом, получи даже те мелкие грабители, которых она избивала, такие же силы, как у неё. — Не подумала…

— Так что мне нет никакого смысла тебя к чему-то принуждать и тем более что-то отнимать, — продолжил фон Дум. — Гораздо проще дать тебе любимую работу, достойную зарплату, лучшую медицинскую помощь, возможность отдыхать на лучших курортах планеты, покровительство на будущее и защиту от прочих сильных мира сего, после чего ты сама с удовольствием запишешься в миньоны такого замечательного злодея, как я. Ну да, пофыркаешь для порядку пару месяцев, склоняя мою кобелиную сущность на все лады, но ты с момента знакомства на меня фыркаешь, ничуть не стесняясь, так что ничего нового. А ближайшие два месяца меня всё равно будет нонстопом сношать в мозг половина Конгресса, Пентагона и президентов планеты, не считая королевы Великобритании, от которой тоже наверняка уже летит приглашение на чай. Так что у меня времени не будет даже до собственной секретарши подомогаться, а значит, я ничего не теряю! — с обезоруживающей улыбкой заверил он и нагло подмигнул.

— Вы… просто… кошмарный! — Гвен не находила других слов, да и эти-то выдавила с трудом, до того её лишила дара речи наглость собеседника.

— Но я же прав, — ещё сильнее улыбнулся мужчина.

— М-м-мпф! — чувствуя, как пылают щёки от того костра праведного возмущения, что разгорелся в груди, Спайдергёрл смогла только гневно сложить руки на груди и отвернуться от этого наглеца.

Она была уверена, что ещё ему покажет. Что конкретно, пока не очень получалось сообразить, но она обязательно придумает! Обязательно!

Гвен боялась. Гвен смущалась. Гвен злилась. Далее, полагаю, будут попытки побега, торга и только потом принятие. Оно вроде бы так работает? Или нет? Или да? Впрочем, неважно! Это было забавно, к тому же я действительно не хотел, чтобы девушка поймала пулю или нож. Паучьи рефлексы паучьими рефлексами, но от случайностей никто не застрахован. Пулю же гимнастка удержит вряд ли. Особенно если речь пойдёт об автоматной или выстреле из винтовки чем-нибудь бронебойно-зажигательным. Костюм из моих материалов — тоже не панацея, но повысить класс брони без штрафов к бонусу ловкости — это хорошо! Это я одобряю. Главное, чтобы не случился рак кубов… в смысле, девочка не влезла в слишком глубокую и серьёзную жопу. Но будем присматривать. И выдадим тревожную кнопку, да. Лично являться вряд ли буду (разве что её совсем припрёт или по настроению), но вот отряд головорезов… Ещё бы взять его где, но над этим я тоже работаю.

— Что же, выглядит отлично, — констатировал я, предварительно загнав девушку на примерку и теперь созерцая результат, что внешне почти не отличался от её оригинального костюма, разве что теперь тот выглядел сделанным из в разы более качественного материала и ещё более точно сидел по фигуре.

Правда, внешнее сходство было очень обманчивым, так как теперь облегала фигуру Гвен Стейси не тряпочка, которую можно скомкать и убрать в карман, а вещь с изрядным количеством металла, прикрывающего жизненно важные органы. Та же маска теперь была полноценным шлемом, окуляры которого могли мгновенно затемниться, а слуховые отверстия — перекрыть звук в случае излишне близкого знакомства с чем-то вроде светошумовой гранаты, плюс фильтр воздуха. Минималка, конечно, но то — пока. Да и такая защита поднимет шансы на выживание девушки в криминальных разборках в разы.

— Откуда у вас мои мерки? — тоже просекла момент с точностью пошива Спайдергёрл.

— Это… секрет! — подмигнул я красавице.

— Вы что, за мной следили⁈ Установили в моём доме скрытые камеры⁈ — под маской было не видно, но Гвен точно покраснела.

— О, всё гора-а-аздо хуже, — сделав глазками некое послание потолку, саркастично протянула Эмма, — он заглянул в формуляр с твоими мерками, который ты заполняла для пошива специального защитного снаряжения для работы в инертной среде.

— Да, я ещё в первые дни твоей работы заставил тебя саму предоставить мне свои мерки! — самодовольно подтвердил я. — А насчёт скрытых камер мысль хорошая, вот ты ей и займёшься!

— Что⁈

— Твоему костюму не помешает записывающая аппаратура, в идеале — в глазных окулярах, — более серьёзным тоном поясняю я. — Пока это, может, и не критично, но, поверь, в жизни бывают ситуации, когда очень выгодно записать то, что ты видишь, чтобы потом внимательно разобрать по кадрам. Я бы, если честно, и фильтры получше воткнул, а то нынешние только всякую низкосортную мелочь блокируют, но не полноценные боевые вещества и вирусы. Но для такого надо делать полноценный же экзоскелет с замкнутым циклом, а это и тяжелее, и неудобнее. К тому же тогда любой дурак сразу поймёт, что за тобой стоит кто-то очень богатый и с технологиями сильно выше рынка, а это пока излишняя для мира информация.

— А при чём здесь мои занятия?

— А ты в каком отделе работаешь? Вот и прикинь на досуге конструкцию камеры, питания и размещения этого всего. Сделаешь — дам премию! А пока держи, — протягиваю девушке тоже только что собранный маленький диск с утопленной кнопочкой.

— Что это?

— Тревожная кнопка, включающая маячок, чтобы тебя можно было найти и вытащить, если попадёшь в беду.

— Эм… — в этом коротком звуке так выразительно прозвучало «а могу ли я тебе доверять? » и в то же время « хочешь за мной следить?» , что я не выдержал и рассмеялся.

— Ох, Гвен, я же говорил уже, что не имею ничего против твоего хобби, вернее… — я замялся, подбирая слова. — Как мужчине, мне, безусловно, тревожно от мысли, что красивая молодая девушка сама лезет в драки с разного рода отбросами и уголовниками, но я большой мальчик и достаточно развит интеллектуально, чтобы понимать простую истину: твоя жизнь — это твоя жизнь. Я не вправе тебя воспитывать и читать морали, тем более что ты тоже совсем не дурочка и прекрасно понимаешь, куда лезешь, хотя бы потому, что являешься дочерью офицера полиции. И если уж ты решила рисковать собой ради помощи другим людям, вместо того чтобы использовать силы для грабежа ювелирных, то одного этого достаточно, чтобы дать смачного пинка под зад любому, кто посмеет присесть тебе на уши с рассказами о том, как тебе жить. Просто потому, что абсолютное большинство людей — ленивые, трусливые рохли, у которых кишка тонка вылезти из своей зоны комфорта и поставить на кон свою жизнь, когда кто-то в подворотне зовёт на помощь.

— Всё равно это неожиданно: не услышать никаких запретов, зато получать навороченную броню… — явно стушевалась блондинка, отворачивая голову.

— Говорю же: я не дурак. Ты уже вкусила силы, распробовала её и теперь будешь её использовать, вот хоть ты тресни вдоль и пополам. Даже если сама попытаешься отказаться, это будет зудеть и провоцировать, пока ты не сорвёшься. Это уже часть тебя. Так лучше уж я дам тебе шлем, чтобы ты не разбила голову на повороте, чем буду пародировать карикатурную английскую воспитательницу в пансионе для благородных девиц, чопорно причитающую на любой лишний жест своей воспитанницы. Так что максимум я попрошу тебя быть осторожнее и не пытаться лезть в серьёзные полицейские расследования, где нужны законным путём добытые доказательства и кропотливая работа спецов с многолетним опытом.

— Это я и сама понимаю, — вздохнула девушка, чуть вжав голову в плечи.

— Не хочу портить ваше милое воркование, — вклинилась в диалог Эмма, — но вынуждена напомнить о встрече с президентом. А ещё кое у кого аврал в отделе и исполнение срочного заказа, — стрельнула она глазками в сторону мисс Стейси.

— Ох, точно, Билл Клинтон… — убито помассировал я лицо. — Только бы он не заставил меня играть на саксофоне… — разворачиваюсь, чтобы заглушить оборудование.

— Это вам не грозит, но вот пресс-конференция… — отметила белокурая дьяволица, занявшая место моего ангела.

— Так, запиши на вечер! Найти какого-нибудь киллера и заказать ему покушение на меня. Так, чтобы с больничным на месяцок, пока всё не уляжется!

— Без шансов, сэр, — с притворным сочувствием покачала головой Эмма. — Мы едва от президентской охраны отбились, но сейчас все заказы такого рода на вас точно под колпаком ФБР.

— Чёртовы правоохранительные органы, даже взорвать себя не дают! — возмутился я, уже заканчивая с техникой. — Ну а ты чего замерла? — поворачиваюсь к Гвен. — У нас аврал! Тайминги! Катастрофа! А ты ещё обратно не переоделась! Мне что, тебя у Спенсера отмазывать, сказав, что зажал тебя в уголке?

— Нет! Даже не думайте! — явно ни на миг не усомнившись, что я могу такое заявить, бросилась стягивать шлем девушка.

— Вот ещё! — возмутился я. — Хватит и того, что не делаю! И быстрей-быстрей! Опаздываем!

— Отвернитесь! — взвизгнули в ответ, заражаясь чувством спешки…

Глава 16

Когда открылись двери лифта, ведущего на мой этаж с вертолётной площадки, я тяжко, но облегчённо вздохнул, с чувством глубокого удовлетворения и даже некоторого счастья ступая на ковёр, коего не видел уже почти неделю. Сказать, что последний месяц выдался хлопотным — это вообще ничего не сказать. Но я, кажется, перешёл на совершенно иной уровень понимания себя, Вселенной и в целом существования (назовём это «спятил» ), так как не только не затрахался, но и в целом начал ловить какой-то извращённый кайф от окружающего ахтунга и даже общения с идиотами.

Говоря объективно, то есть оперируя конкретными фактами и материально доказанными результатами исследований, я действительно перешёл на новую ступень существования. Становление самодостаточным источником Космической Силы с частичным сохранением физиологии Герольда Галактуса совершенно естественно (насколько могут быть естественны физические процессы, протекающие согласно законам этой самой физики) изменило моё восприятие реальности и функционал мозга. Мозг Герольда по определению должен быть способен оперировать инструментарием, что даёт ему заёмная Космическая Сила, то есть осуществлять воздействия и операции, само осознание которых большинству людей просто недоступно. И… возможно не в полной мере (точно сказать я просто не могу, так как не имею возможности провести объективный сравнительный анализ), но я сохранил этот функционал, как в плане ощущения недоступных восприятию человека граней реальности, так и в плане проведения воздействий, физику которых он даже не может осознать. Я не ощущал, что стал как-то умнее или изменилась моя личность, но, очевидно, устойчивость моего сознания к разного рода раздражителям и в целом потоку информации должна была увеличиться.

Но это если оперировать, так сказать, материалистической моделью реальности и рационализировать происходящее. Позитивно рационализировать. Однако если взглянуть чуть шире и отбросить позитив, заодно сконцентрироваться на осмыслении факта, что я начал получать удовольствие от общения с идиотами…

Я однозначно спятил!

Это было неоспоримо. Это факт, о котором в голосину орало всё моё нутро под истеричный хор всех жизненных убеждений. Эволюция? Переход на новый уровень силы и совершенства сознания? Всё фигня! Только спятив, я мог прийти к этому кошмарному явлению!

Вот только мне уже было пофиг. Что бы ни было причиной, я дошёл до этого дерьма — я начал получать удовольствие от аврала и того, как вот ты начинаешь думать, что вот уже выгреб, но тут судьба в лице всяких партнёров, кураторов, клиентов и прочих гадов подкидывает тебе на вентилятор новую лопату говна!

В смысле, я не стал мазохистом и любителем обмазаться коричневым, но… я просто знал, что так будет, и меня это не парило! Поначалу ещё подбешивало, но потом я спросил себя: а какого хрена? То есть вот серьёзно: в мире полным-полно дебилов, что за возможность даже мелькнуть перед глазами почти любого из моих нынешних собеседников готовы продать почку, не говоря о душе, так неужели я хуже? И, в общем, оказалось, что идиоты весьма забавны, особенно когда их ужалило в попку и они активно бегают, пытаясь изобразить бурную полезную деятельность, а ты сидишь в первых рядах и понимаешь, что такого никакое юмористическое шоу не покажет. Главное — не загоняться на тему потерянного впустую времени и невозможности в это время решать действительно важные и нужные дела. Во-первых, на поверку оказалось, что кое-что всё-таки решать можно, причём даже лично — здравствуй, удалёночка и личная (а если надо, то и не совсем) спутниковая группировка с хорошей связью из любого конца мира. Плюс мне не особо нужно спать, а ещё я не тупею от усталости. Во-вторых же… а спешить-то некуда! В самом-то деле, куда спешить? Кого обгонять? Сейчас по всему миру так — все в мыле и больше болтают, делая друг другу нервы, чем занимаются чем-то полезным. Я же впереди планеты всей и коли даже остановлюсь, когда все вокруг тоже стоят, я всё равно останусь впереди.

Короче, да, в мире творилась очередная, уже вообще не оригинальная жопа, совмещённая с тотальным психозом всех правительств мира. Между делом я даже внезапно узнал, что с момента осознания себя во время лизания розетки прошло уже два года. Два грёбаных года, а у меня ощущение, что это было вот только что. Но мне было пофиг! Я ловил кайф. А что бы нет? Президент США прописался у меня личным комиком, гениально играющим роль нервного почемучки, жадно заглядывающего мне в рот, а все конкуренты только и могут, что бегать в броуновском движении, открывая только виртуальные кирпичные заводы и со всех сторон получая леща. За что леща? Ну так у меня-то были результаты! Достижения! Я, чёрт его дери, мир спас! Да и конкретной партии вояк в Пентагоне обеспечил через себя (пусть и с понятными условностями и прочими «но ») связи такого уровня, что они в мечтах уже этот мир захватили. А остальные-то что? Где они были, когда прилетал Галактус? Что полезного сделали? Нафига вообще нужны? И в целом « зачем мы на вас деньги тратим⁈» В общем, люди, распределяющие военный бюджет, хлестали вяленым лещом по щёчкам всем, до кого могли дотянуться, кроме меня, я же мог наблюдать это из первых рядов и наслаждаться. Не забывая при этом заключать контрактики — один там, другой здесь…

И да, я же был Человеком из Стали! В том смысле, что не будь я железячным, вероятно, уже давно словил бы инфаркт, инсульт и вывих жопы. Но у меня было «железо снаружи, железо внутри », и я мог работать и делать что-то полезное даже в такой обстановке! Я был круче всех! Для любого управленца, даже с целой толпой помощников, заместителей и секретарей, это был звиздец уровня « ахтунг» , но я успешно тянул на себе страну, корпорацию и неафишируемые сношения, только за этот месяц заключив контрактиков почти на сто миллиардов, причём деньги мне дадут сразу, а спрашивать за результаты придут только через пару лет. Ну как тут не наслаждаться своей шикарностью?

А ещё у меня были Эмма и Фрэнки, что помогали расслабиться и поддерживали, особенно Эмма, конечно, ведь Фрэнки пришлось возвращать Хэйгеру, и пусть мы всё равно регулярно общались, но не настолько, чтобы капитан Рей летала на моём частном самолёте, позволяя полностью отдаться наслаждению своим обществом на время перелёта.

И кстати о мутантах! На фоне получения ещё одного успешного «искусственного» мутанта высокой степени лояльности в свою обойму, тем более со столь интересными силами, союзный мне генералитет почти не обратил внимания на ситуацию с Маккоем, которую мы подали… да банально повторив слово в слово оправдания Бена Гримма, когда тот при атаке атлантов полез выливать на себя мутаген Ричардса. Маккой был дядькой крупным, с твёрдым характером, ни разу не невротиком и рохлей, так что, даже изучив его психологический потрет и опросив всех знакомых, хрен кто докажет, что он не мог в состоянии аффекта от вторжения Пожирателя Миров сунуться в установку из патриотичных соображений. Конечно, материальные улики пришлось подрихтовать, включая записи об активации оборудования и энергопотреблении комплекса, но в том безумии, что творилось тут последние недели, сделать это было несложно, тем более как раз на объекте персонал максимально проверен, а ко многим узлам и файлам системы доступ вообще есть только у меня. В любом случае никаких проверок инициировано не было, ситуацию даже признали очередным удачным экспериментом, пусть и с оговорками, ибо боевые возможности Зверя всё-таки заметно уступали и Блонски, и Фрэнки. И пусть даже так он всё равно в несколько раз превосходил по физическим параметрам обычного человека, но обрастание шерстью и изменение телосложения в сторону дикого примата всё-таки были совсем не тем, что вояк интересовало. Хотя сохранение разума с лояльностью и адекватностью учёного всех радовало.

На этом фоне печалила меня только участь Гвен. Бесспорно, я очень старался окружить девушку своим чувством юмора, потоком неоднозначных намёков и того, что можно назвать «добрым троллингом» — когда девушка хочет тебя убить, но не потому, что ты скотина, что её обижает, и просто сферический мудак в вакууме, а оттого, что ты импозантный красавчик, который постоянно смущает, намекает на неприличное и… более ничего не делает, хоть и грозится. Но увы и ах — я постоянно был в разъездах и перелётах, а она в Нью-Йорке. Ещё и, пакость такая, геройствовала вовсю, но почти не опаздывала, и полученный от меня пропуск на крышу этому только способствовал. Так что девочку было не пошлёпать. Эх…

Короче, несмотря на всё, на момент возвращения в родную башню после недельного турне по Европе моё настроение было скорее приподнятым, чем «умри всё живое» . И вот захожу я в личные апартаменты совместно с Эммой. И… улавливаю целую кучу мелких источников электроэнергии, которых раньше у меня не было.

— Ага… — замерев на пороге, с интересом обвожу взглядом прихожую. После чего достаю из внутреннего кармана пиджака миниатюрный планшет и делаю вид, будто что-то на нём активирую.

— Что-то случилось? — поинтересовалась Эмма — пусть и несколько уставшая, в противовес мне, но мыслящая достаточно трезво, чтобы заметить изменения на моём лице.

— Да, — киваю и, якобы сверяясь с экраном, подхожу к ничем не примечательной дверной панели. — Кто-то явно забыл, что именно мне доверили изучать не только захваченные технологии атлантов, но и шпионское оборудование скруллов… — так, подцепить панельку и вытащить мини-камеру. — И этот кто-то вот с таким примитивом искренне считает себя вершиной пищевой цепи, — показываю добычу моей леди.

— И кто такой умный?

— Ну, тут всё очевидно. В своих людях я уверен, значит, это люди новые, но с допусками и полномочиями, то есть новые СБ-шники от вояк.

— Генерал Хэйгер? — удивилась Эмма. — Зачем ему?

— Ему — незачем. Судя по наглости, это должна быть контора, полностью уверенная в своей безопасности и безнаказанности за любую дичь. То есть или Щ. И. Т., или Гидра. Хотя, честно говоря, я между ними особой разницы не вижу, они давно слились друг с другом в страстных братских объятиях, только Фьюри и не в курсе, что половина его людей — уже давно и не его люди вовсе, — на этом моменте слушающий нас оператор от любой из двух контор должен был выйти на орбиту Татуина на собственной жопной тяге. Ну или добраться хотя бы до Тау Кита.

— Ты же в курсе, что камера ещё подключена и нас слышат? — для проформы уточнила моя леди.

— О, точно! Ка-а-ак же я мог об этом забыть? — сделал я максимально непричастную рожу. — Кино окончено, неуважаемые, — тыкаю пару кнопочек на планшете, делая вид, что использую некий девайс, а сам волевым усилием просто поджариваю всю нелегальную электронику в помещении.

— Итак, что делаем? — отбросила всю игривость Эмма, когда я махнул, мол, всё ок, больше не следят.

— Пока — идём в душ, где я буду тебя нагло облапывать, приставать и зажимать в самых интересных позах.

— Ты уверен, что для этого сейчас подходящее время? Не то чтобы я была против… но всё же?

— Разумеется, можно начать сейчас всех срочно трясти, попросить тебя выпотрошить мозги безопасникам, а потом и вообще всех старших и средних менеджеров через «полиграф» пропустить. Это действительно стоит сделать. Однако слишком большого шума я поднимать не собираюсь.

— Нет? — она вскинула бровь.

— Нет, — вздыхаю. — Проблема в том, что Щ. И. Т. — и в самом деле крайне оборзевшая контора, которой и президент особо ничего не может сделать. Потому пусть катятся. Сожжённых камер и так хватит, чтобы дать втык воякам и стравить их с руководством Щ. И. Т.-а, а если кто-то из СБ резко исчезнет или возьмёт отгул на пару дней, то у нас будет список имён, кого нужно потрошить в первую очередь и кто виноват.

— Может, стоит их задержать до выяснения? — предложила девушка вообще-то очень здравую мысль.

— Их всё равно вытащат, — пожимаю плечами. — Не ликвидировать же нам их? Хотя… — мгновение на раздумья. — Да, пожалуй. Вечерок помариноваться до доверительного разговора с тобой им не помешает. Эх, не дают отдохнуть даже в законный выходной, ну что за люди? — покачал я головой, действительно включая планшет, чтобы вызвать службу безопасности.

В итоге вместо того, чтобы зажимать любимую девушку под струями горячей воды, я вынужден был сесть за телефон и отдавать ценные распоряжения, начиная от «никого не пущать» , заканчивая извещением наших партнёров, что кто-то понатыкал у нас следящей аппаратуры, причём, судя по всему, через их людей.

Через несколько часов, когда, изрядно разгромив мою жилплощадь, из той вытащили добрых три ведра различного рода жучков и камер наблюдения, поймал себя на том, что испытываю непереносимое желание сделать кому-нибудь больно. И нет, мои ребята, поголовно из Латверии, искренне пытались сделать всё, чтобы даже не натоптать в квартире своего монарха, но эти пидорасы из Щ. И. Т.-а установили камеры даже внутри унитаза, не говоря про ванную комнату в принципе! То есть кто-то у них там был пидорасом буквально, а не в переносном смысле! Ибо Эмма, конечно, моется у меня, бывает… Но вообще-то у неё отдельные апартаменты рядом, со своей ванной комнатой! Однако оттуда жучков вынули в два раза меньше! Ну и как после такого этих долбанных с тылу шпионов называть?

Правда, устраивать кровавую баню всё же не стоило. Я пока и с бывшими «коллегами» во главе с Нэдом Сейсилом сдерживался, планируя всех закопать вместе с семьями до седьмого колена годика через два-три, чтобы на меня не слишком смотрели. И это не я такой злобный, просто клановая система старых семей США не оставляла иных вариантов. Убьёшь одного идиота — и семье будет ни тепло, ни холодно, лишь отомстить попытаются, только полное вырезание рода будет для них настоящим наказанием. Тут же вообще спецслужба, которые, как известно, в отношении частных лиц тормозов не имеют, и, увы, в отличие от Виктора фон Дума из комиксов, у меня нет в Латверии сотни ядерных ракет с носителями, что достают хоть до Луны. Если сильно озаботиться — сделать можно, но пока их нет. И пока их нет, я для любой спецслужбы — частное лицо, а не законный правитель независимой страны.

В общем, отвечать банальными пытками исполнителей нельзя, зато можно их унизить. Они заслужили! Они сами виноваты! Я предупреждал! Наверное… Ну, не суть. В общем…

— Ох, что-то мне становится не по себе от этой улыбки, Виктор, — передёрнула плечами мисс Фрост.

— Хе-хе…

— Что же, упокой Господь души идиотов… — пожала плечами шикарная блондинка, что всё делает лучше, и продолжила обзванивать компетентных товарищей на предмет «ахтунг, шпионен!» . Обожаю её.

Разбор полётов и залетов занял неделю, ожидаемо не дав результатов. Нет, доверительная беседа со службой безопасности под приглядом Эммы показала, что новые сотрудники действительно были от Щ. И. Т. а, Гидры и пары особо отчаянных конкурентов (один умудрился работать на всех вышеперечисленных сразу), но вот по официальному каналу расследование встало намертво. Пять с половиной вёдер жучков (одно новое наскребли в лабораториях и кабинетах начальников пониже меня рангом, включая Леонарда) таинственным образом испарились в неизвестном направлении, допрашиваемые делали вид, что ничего не знают и не понимают, а позже к нашим друзьям-генералам обратился один из заместителей министра обороны и мягко и ненавязчиво попросил умерить пыл. По факту — спустить дело на тормозах. Честным воякам эти шпионские игры сильно не понравились, но и поперёк совсем большого начальства они пойти не могли. В итоге нелюбовь наших партнёров из Пентагона к «молчи-молчи » конторе и прочим ЦРУ-АНБ вылилась в намёк уже мне, мол, так и так, копают наши же. Однако ребята прекрасно понимали, что это очевидно и мне, ибо идиотом я себя не показывал ни разу. Когда же начинаются такие танцы с бубнами, а основной задачей всех следователей становится не выйти в ходе следствия на самих себя… В общем, некрасиво, неудобно, но, откровенно говоря, ожидаемо. Кончилось всё тем, что я усилил охрану головного офиса дополнительной сотней бойцов, вызванных прямо из Латверии, и просто уволил без выходного пособия ряд личностей. Официально — за несоответствие занимаемой должности, из-за чего мои апартаменты, лаборатория и прочие важные помещения в центральном офисе оказались нашпигованы всяким-разным, ну а по факту все всё прекрасно понимали. И, как показала дальнейшая реакция, эскалировать не стали, сделав вид, что ничего не было. Даже как-то обидно немного стало. Нельзя же начинать тыкать мордой в лужу просто так? Увы, правительство США — не напрудивший котёнок. Уровень осознанности не тот, не поймут-с. Тем не менее «доверие » (три раза « ха» ) между мной и Штатами было несколько подпорчено, однако общая выгода продолжала держать нас вместе лучше любви и дружбы. И, казалось бы, на этом историю можно было и заканчивать, но неожиданно она получила продолжение. Довольно забавное, как раз таки и позволившее мне макнуть этих « крутых разведчиков» сильнее, чем с помощью увольнения по статье служебного несоответствия.

Итак, ничто не предвещало беды, я спокойно занимался административкой и ждал гостей. Если быть точным, то должен был наведаться помощник сенатора от штата Огайо, некий Мортимер Грин, со своей помощницей. Не то чтобы я сильно горел желанием кого-то там из чиновников принимать, но в Огайо закладывался наш новый завод, и нужно было согласовать с руководством штата массу всего. Разместить площадку в Китае стоило бы куда как дешевле, но я по-прежнему работал с оборонкой и на оборонку, а потому кто меня отпустит с производством к главному геополитическому сопернику? Мне и в Латверии сейчас хрен что такого уровня дадут построить без битья тарелок. Ну а коли тут идёт такое зажимание интересов, то можно в ответ выбить из дорогих партнёров дополнительные бонусы, вроде срезания налогов, дополнительных территорий или льготных тарифов на электроэнергию. Последнее было уже не столь актуально благодаря думиту и элементам питания на нём, но всё же. К тому же то, что идеально подходило для мобильных платформ, в плане общей мощности и промышленного производства уже работало не всегда. Короче, нам было о чём пообщаться с чиновниками. Но это всё лирика, вернёмся же к суровой действительности. Я спокойно работал с документами, дабы не терять лишние минуты во время ожидания, и тут явились гости.

— Мистер Грин, добрый день, давайте приступать, — начал я, откладывая бумаги и поднимая взгляд.

И знаете что? Мой посетитель точно был не мистером Грином. Хотя бы потому, что я сомневаюсь, что обычный чиновник среднего звена будет иметь армейскую выправку, рожу матёрого головореза, а также «пиратскую» повязку на левом глазу.

Да и помощница у него была из той же оперы. Не в плане атлетического телосложения, тут миниатюрная смуглянка с короткой стрижкой по всем фронтам проигрывала мужчине, но вот выправки и явно видимой привычки к тренировкам в ней было на три головы больше, чем в капитане Рей, а ведь та расхлябанностью отнюдь не отличалась и была в идеальной физической форме.

— Добрый день, мистер Дум, — между тем заговорил гость, кроме повязки на глазу отличающийся светло-коричневыми волосами, квадратным волевым подбородком и фенотипом чистокровного белого человека. — Увы, я не мистер Грин. Меня зовут Ник Фьюри, и у меня есть к вам разговор.

— Ага… — глава Щ. И. Т.-а соизволил прийти ко мне лично, но он пришёл без уважения! Он даже не назвал меня «Ваше Величество» ! — Охрана! — нажимаю кнопочку на телефонном аппарате.

— Что⁈ — дёрнулась смуглокожая спутница Фьюри.

— Мистер Дум, в этом нет нужды, — синхронно с ней попытался меня стопорнуть мужчина, — я представляю правительство США…

К несчастью для них, я был совершенно не настроен на разговор с профессиональными мошенниками, манипуляторами и ворами, каковыми по определению являются высокопоставленные шпионы и их начальники, так что полностью проигнорировал обращение, благо и игнорировать было недолго — уже через семь секунд после нажатия кнопки в дверях появились сразу четыре мордоворота поперёк себя шире и в полной выкладке. А ещё они были из королевской гвардии, а потому готовы воевать с кем угодно, на кого укажет обожаемый монарх.

— Милорд? — поинтересовался глава охраны, когда его подчинённые профессионально окружили гостей, невзначай направив на них оружие.

— Данные лица утверждают, что не те, кто значится в документах. Разберитесь, как они здесь оказались, и вызовите полицию, — приказал я.

— Дум, это излишне! — чуть повысил голос Фьюри. — Позвольте объяснить…

Позволить профессиональным мошенникам и манипуляторам втянуть себя в разговор — это по определению проигрыш, так что я не стал утруждать себя даже взглядом в лицо официально в этом мире числившемуся мёртвым мужику, мимикой дав понять охране, что действовать вот уже пора. И те не подвели — вежливо, но решительно вывели «гостей» из кабинета. Фьюри, как ни странно, пусть и позыркал недовольно, но сопротивляться не стал. Ну а там в самом деле дам распоряжение сдать полиции с целым спектром обвинений, начиная от подделки документов, заканчивая незаконным хранением оружия, ибо, полагаю, стволы они с собой вполне принесли, просто сдав на входе, что было типичной процедурой для гостей, вот только одно дело — известные гости с настоящими документами, и совсем другое — хрен знает кто с документами поддельными. Плюс сами стволы, полагаю, тоже далеко не серийные, и по законам Нью-Йорка это может быть ещё одним пунктом обвинения. Оружейное лобби в США — штука сложная и многогранная, вникать же в неё я не собирался — мне хватало поставок вооружения силовым структурам, а частный сектор пусть забирает кто поменьше, кто хочет возиться с кучей законов, поправок и уложений, своими для каждого штата.

Отчего я был так груб со столь значимой фигурой? Ну, во-первых, даже белый Фьюри — это не образец космического профессионализма и умения решать проблемы, с которым хотелось бы дружить. Да, он в разы компетентнее своей афрокопии имени Сэмюэля Л. Джексона из Киновселенной Марвел с сопровождающим её комиксовым и анимационным шлаком, но будем откровенны: по сравнению с чёрным Фьюри Сэмюэля Л. Джексона даже швабра выглядела бы более компетентным директором Щ. И. Т.-а, ведь от неё была бы просто хоть какая-то польза, да и так систематически позориться с решениями она бы не смогла. Ибо тут ситуация, что лучше ничего не делать и пускать всё на самотёк, чем делать то, что делал чёрный Фьюри за все фильмы со своим участием, кроме, может быть, второго Железного Человека, да и то даже там он, по сути, просто вернул то, что сам же и украл у законного владельца. Причём даже в этом простом деле мужик умудрился нарушить кучу законов страны, чьи законы обязан защищать, и потратить хрен знает сколько ресурсов на тупой выпендрёж с оцеплением закусочной, типа, ни днём раньше нормально прийти к Старку и поговорить было ну никак нельзя! И я вообще молчу про внедрение в окружение Тони лучшего спецагента-ликвидатора, чтобы вот… нифига, в смысле, самолично того раскрыть и как бы всё. Без шуток, тот, кто поставил Сэмюэля Л. Джексона на эту роль, сделал больше для унижения и дискриминации чернокожих людей во всём мире, чем Ку-клукс-клан. Но ведь и белый Фьюри, как и весь Щ. И. Т. под его руководством, не то чтобы сильно лучше с фактической точки зрения.

Да, он никогда так не позорился, чтобы его подчинённым кто-то мог отдать приказ через его голову, и те без малейших вопросов бежали тот исполнять, как не позорился он и допусканием ситуации, в которой половина его организации оказалась агентами главного врага его организации. И тем не менее чуть какое глобальное событие в истории мира или действительно серьёзная угроза стране, не говоря уже о человечестве, — и его нету. То есть даже если он где-то есть, его нету — он фикция, как и весь Щ. И. Т., что не влияет ни на что. Нападение атлантов — тишина. Угроза скруллов — тишина. Галактус прилетал? Ну и Щ. И. Т., наверное, где-то там пролетал по принципу фанеры над Парижем. Это из того, что было лично на моём опыте, а если взять глобальную историю Марвел… Какие-то дебилы раскачивают общество, чтобы спровоцировать гражданскую войну по расовому признаку? Нет Фьюри. Они же начинают строить плохо управляемых роботов-охотников за людьми, что шмаляют тяжёлым вооружением в центре городов? Щ. И. Т. и пальчиком не погрозит. Восставшие роботы из серии «Страж » захватывают мир? Щ. И. Т. не помог. Апокалипсис что-то чудит — Щ. И. Т.-а нету. О чём говорить, если эти ребята даже с Амбалом, который по-английски « Кингпин» , сделать нихрена не могут, даже когда он внаглую гопает их штаб-квартиру?

Ну и на кой мне работать с этими неудачниками? Им руку пожмёшь — и уже по гроб жизни должен, везде замаран и отрабатывай за просто так, при этом выгоды никакой, сплошные обязательства и рамки. А тут эти уроды ещё и три ведра жучков в моей квартире оставили, полтора — в квартире моей женщины и ещё ведро по всему зданию. Разумеется, это всё могло быть недопониманием, но, будем откровенны, куда вероятнее, что меня просто хотели использовать втёмную, заодно собрав компромата, чтобы посадить на крючок и сделать ручным пуделем. А теперь, когда после моих мер и к лабораториям хрен подойдёшь, чтобы файлики какие скачать, ребята просто решили сменить тактику и попытаться купить меня понтами. А то как же? Сам Ник Фьюри из могилы явился! Герой Америки!

И да, герой Америки. Чуть ли не правая рука Стива Роджерса, он же Капитан Америка. Откопать инфу было не так уж просто, но старые газеты, где его возносили до небес за военные подвиги, ещё можно найти в городских библиотеках. Как и некролог, согласно которому дядька много лет назад героически погиб. Правда, для ветерана войны и тем более покойника выглядит он на диво хорошо, даже седины на висках не образовалось, так что по логике нормального человека передо мной мог быть кто угодно, от тёзки до клона, но точно не оригинал. Однако мы же во вселенной Марвел, потому я вот вообще не удивился молодой роже, ни на день не постаревшей относительно фото в пожелтевшем от времени некрологе.

Но возвращаясь к посыланию гостей в пешее эротическое путешествие. Я ни секунды не сомневался, что подобный мой демарш лишь подпортит немного настроение одноглазому, но не более. И всё же это давало робкую надежду, что дядька осознает, что был не прав. На то, что оставит в покое, я не рассчитывал, ведь у меня всё ещё не было под рукой сотни ядерных боеголовок, дабы мутные конторы начали уважать моё право на частную жизнь и вот это вот всё. Однако была некоторая надежда, что белый Фьюри всё-таки адекватнее чёрного. По крайней мере, вкус у него есть — эта невысокая спортивная смуглянка, что его сопровождала, была очень даже ничего. Только бы она не оказалась местной Наташей Романофф после длительной командировки в жарких странах или там солярия какого. Ведь должны же быть в Щ. И. Т.-е девушки и помимо этой пакости? Должны же?..

— Аргх… Это… Этот… Что он о себе возомнил? — та самая смуглянка, о которой совсем недавно размышлял некий миллиардер, изволила кипятиться и бушевать.

— Спокойно, Хилл, — одёрнул подчинённую Ник. Девушка была всем хороша: компетентна, исполнительна, но… несколько топорна в методах и восприятии. Идеальный подчинённый и заместитель, но вот серьёзная руководящая должность — увы. Хотя он ещё не собирался на покой, возможно, лет через десять девушка успокоится и научится действовать… тоньше.

— Сэр, вы же сами видели! Он понял, кто вы! Он тогда в динамик прямым текстом сказал, что знает о Щ. И. Т.-е! И вот так, словно какого-то преступника…

— Да, он понял, более того, узнал меня и, скорее всего, знает о моей должности, — сухо отозвался мужчина, глядя в окно машины.

— После такого мы должны были «приглашать» его совсем другим способом! — продолжила нагнетать оскорблённая женщина.

— Успокойся, — более резко одёрнул её Фьюри, — и подумай. Обычный способ добычи информации не сработал, и тут действительно наш просчёт. Тот, кто почти официально занимается реверс-инжинирингом технологий атлантов и изучал трофеи со скруллов и их шпионского оборудования, действительно мог получить ряд уникальных технических решений и не проинформировать о них своих партнёров. Тут наши аналитики просчитались. Я просчитался, — глава Щ. И. Т.-а, несмотря на всю мощь и связи организации, признавал, что всё и обо всём знать не может и ошибки допускает. К счастью, ценой конкретно этой были лишь уязвлённая гордость подчинённой и неприятный щелчок по носу для него самого, а не куча взрывов химических бомб по всему югу страны или влетающие в небоскрёбы самолеты.

— Я спокойна, но такой демарш, зная, кто мы… — продолжала возмущаться Мария.

— Да, — спокойно кивнул Фьюри, — он знает, кто мы… и напомнил нам, кто он.

— Шеф? — не поняла его девушка.

— Давай смотреть правде в глаза, — прикрыл эти самые глаза ветеран, — он европейский монарх, имеет контрактов с правительством США на сотню миллиардов долларов и плотно связан с военными структурами. Про иной круг знакомств я и вовсе молчу. Получить его технологии и наработки втёмную было бы предпочтительнее, но, очевидно, сейчас придётся договариваться.

— Думаете, он будет договариваться? — удивилась его собеседница.

— Мистер фон Дум — довольно разумный человек, — кивнул глава Щ. И. Т.-а, — пусть и весьма жёсткий. Он явно понял, от кого были жучки и что мы хотели. Посчитал себя оскорблённым и нанёс встречное оскорбление. Добавив своего фирменного юмора, упомянув Гидру и организовав тёплую встречу. Однако на этом конфликт можно считать исчерпанным. Далее попробуем действовать дипломатически.

— Возможно, стоит надавить тем фактом, что мы знаем о его мутационной природе? — предложила всё ещё злая женщина.

— Это ничего не даст. Человек, работающий с армией США по вопросам создания суперсолдата, сам шагнул в установку? Тут нет состава преступления, и это никоим образом не подорвёт его репутацию, скорее послужит поводом для выдачи ещё одной медали за заслуги перед обществом.

— Значит, играем в открытую? — идея девушке явно не нравилась.

— Да, — чуть поморщился Ник. Он тоже был не в восторге, хотя бы просто из-за профессиональной деформации, но факты — вещь упрямая. Факт первый — им нужны были фон Дум и его разработки. Факт второй — тайно их заполучить не вышло. Факт третий — пока что они нарвались на предупреждение, но, зная тяжёлый характер Виктора, его мстительность и связи… Воевать с участием богов, магов, мутантов и демонов, да ещё на территории США ему очень не хотелось. А именно это и случится, если они продолжат. Интуиция и паранойя подсказывали старому солдату именно такое развитие событий, так что… — Выходи через министерство обороны. Будем записываться на приём, — с неудовольствием приказал Фьюри.

— Да, сэр, — тоже не лучась восторгом, ответила женщина и, взяв телефон, принялась набирать по защищённому каналу соответствующее представительство в правительстве США. День, конечно, не задался, но могло быть и хуже.

Жизнь потихоньку налаживалась, общественный психоз спадал, я спихивал дела на Леонарда и культурно починял примусы, отслеживая ход любимых проектов, втихую штампуя и нелегально передавая оборудование для Магнето, ну и морально отдыхая. Как почитывая под утренний кофе свежие опусы о жопном пожаре Джеймсона, которого продолжало рвать, аки хомячка с капли никотина, из-за того, что в городе завелась «сильная независимая женщина », что избивает по улицам « чётких ЯжМужиков» , которые вот брали от жизни всё, а тут такое (начал даже подумывать выдавать Гвен премии, когда у той станет получаться особенно поджечь этого усатого психопата), так и… иными методами.

Посрамлённый Щ. И. Т. бежал, жалобно поджав хвост, или что-то в этом роде. Главное, что эта контора меня больше не трогала. И, честно говоря, на причины мне было глубоко пофиг. Как вообще, так и особенно сейчас, ибо на мне сидела шикарная голубоглазая блондинка, что всё делала лучше, и старательно упражнялась в поцелуях с неким довольным жизнью миллиардером в моём лице. Я же упражнялся в распускании рук, ощупывании всех замечательных выпуклостей и вогнутостей моей женщины и прочем разврате. Впрочем, зная о законах Мёрфи, я вот совсем не удивился, когда у меня на столе зазвонил телефон. Поправочка, телефон, высветивший очень специфический номер.

— Может, ну его? — эта фраза в моих устах прозвучала почти жалобно.

— Пры-ы-ы-ынь!

— А как же ответственность, серьёзная основательность серьёзного мужчины и прочее интересное-привлекательное? — улыбнулась мне красотка, чуть приподнимаясь у меня на коленях.

— Пры-ы-ы-ынь!

— Неужели ты настолько жестока, чтобы отлучать меня от себя в такой момент?

— Пры-ы-ы-ынь!

— Ну-у-у, — протянула Эмма, — возможно, мы можем провернуть одну штучку из классики… — и она маняще облизнула пухлые губки.

— Пры-ы-ы-ы-ынь!

— Хм-м… Ла-а-а-адно, — звучало очень многообещающе, да и настроились мы оба на разные безобразия…

— Пры… — я взял трубку.

— Слушаю.

— Мистер фон Дум, наконец-то! — раздалось с того конца линии.

— О, Рей! — узнал я голос. — Рад тебя слышать!

— (^_^)! — руки мисс Фрост взялись за мой ремень.

— Да, я тоже… — несколько неловко ответили мне. — Мистер фон Дум…

— Мы же договорились, — произнёс я с укоризной, наблюдая, как шикарная блондинка расстёгивает блузку.

— Я на работе… — это было возмущённо.

— Я тож… М-м-м… Кхм, да, я тоже-е-е…

— Вы… Чем вы там занимаетесь?

— Ты уверена, что хочешь узнать? — ух, что творит эта развратная секретарша⁈ Какой юркий язычок!

— Нет. Пожалуй, нет… — она точно прикрыла сейчас лицо ладонью. — Но… у нас проблема.

— Ох, продолжа-а-ай! — потребовал я от обеих красоток.

— … — кое-кто явно не одобрял. И явно желал оказаться у меня в кабинете. Желал ведь? — Случилось ЧП. По вашему профилю.

— Так… — нет, я знал, что по служебному телефону Фрэнки просто так звонить не будет, но не ожидал, что всё настолько печально. — Подробности?

— Три дня назад на ядерных испытаниях в Неваде во время взрыва экспериментальной бомбы на полигон попал человек, однако вместо мгновенной смерти произошла мутация, по всем параметрам близкая к мутации капитана Блонски, но с повреждением мозга. Получившееся существо оказалось крайне агрессивным и чрезвычайно сильным. Охрана полигона не смогла справиться, есть жертвы. На данный момент было уже несколько попыток захватить или уничтожить объект, но все провалились. Сейчас мутант скрылся в пустыне, а в район ЧП стягиваются имеющиеся поблизости силы. Генерал Хэйгер узнал о ситуации только двадцать минут назад и сразу приказал связаться с вами.

— Это хреново, — от новостей я даже несколько потерял настрой на то, что делала Эмма, — но ты же понимаешь, что мне нужно больше информации по теме, чтобы хоть что-то предложить?

— Я понимаю! — чуть нервно ответила девушка. — Вопрос генерала в том, согласны ли вы помочь в решении проблемы?

— Ах, ты об этом… — да, с меня сталось бы послать их после трёх вёдер жучков в квартире. — Не бойся, я не кидаю своих партнёров. Но информации нужно больше.

— Я привезу всё, что у нас есть, — быстро заверила Фрэнки.

— Хорошо, жду у себя в офисе, — кивнул я и завершил звонок. — Ну всё, держись! — Эмма была очень плохой девочкой и должна быть наказана. Да-а, этот стол вполне подойдёт!

— Вы… Вы… Ну вы и… — возмущалась Фрэнки. — У вас должно же быть какое-то чувство приличия!

— Ты просто завидуешь, — самодовольно сложила руки под грудью нарочито растрёпанная мисс Фрост.

— К тому же ваше министерство обороны уже разок косякнуло со Щ. И. Т.-ом. И, судя по звонку, ещё с чем-то. Так что имеем право. Если хочешь, чтобы фон Дум решал проблемы, вызванные твоей глупостью, — страдай! Хороший слоган при общении с министром Вэнсом?

— Ты стал ещё более несносен! — закатила глаза бравый майор. Впрочем, когда я её обнял, поцеловал и предложил чашечку кофе, Фрэнки сменила гнев на милость и принялась докладывать по делу, сопровождая слова немногими имеющимися бумажками.

Итак, «дело » случилось на территории пустыни Невады, на одном из испытательных полигонов, изначально отзывалось на «проект массового лучевого оружия », проще говоря, гамма-бомба. Но из-за дебилов и ротозейства стала называться « Халк» . И да, оно уже представилось и сделало своё фирменное « Халк Ломать!» . Или Крушить. Не суть важно.

А важно то, что штатные меры безопасности не помогли, и, разметав охранный кордон, этот большой-зелёный ушкандыбал в пустыню. Казалось бы, ушкандыбал и ушкандыбал, но разве можно так просто взять и отпустить большого зелёного супермутанта, что отрывает башни у танков голыми руками? Разумеется, нет! И курирующий испытания генерал Росс не придумал ничего лучше, чем сперва закатать мужика в землю танками, а как не получилось — натравить на него другого большого зелёного супермутанта, что тоже может отрывать башни у танков. Правда, не походя, а изрядно напрягшись, но ведь может? Ну и спустили на него Блонски, благо тот был относительно недалеко и тоже испытывал на полигонах в пустыне что-то там из серии отработки тактики своего применения.

Какого хрена Блонски подчинился какому-то Россу? Ну, во-первых, генеральские погоны на то и генеральские, что позволяют давить авторитетом, во-вторых, все полигоны в Неваде находились под кураторством именно Росса, так что он и формально всем местным силам начальник, а в-третьих, как поделилась не шибко довольная этим фактом капитан Рей, сей гражданин — весьма крупная жаба в Пентагоне, не столько по должности, сколько по неформальному влиянию. За ним буквально вся «партия консерваторов» , при этом он ещё и лично курирует все самые важные проекты по классическим видам вооружения, в частности, ту же гамма-бомбу, так что он кадр из тех, кого хрен подвинешь и кто сам кого хочешь под себя согнёт.

В общем, пользуясь административным ресурсом, дядька припахал оперативника из соседнего отдела, но и эта идея не выгорела. Судя по всему, Эмиль оказался поэффективнее роты танков и бой Халку дал, но скрутить не смог и сам отчалил с нокаутом в страну белых овечек. Вроде как у него диагностировали сотрясение мозга, но на поправку уже идёт. Таким образом, можно констатировать, что Халк, возможно, и туповат, да и адекватности у него примерно как у пережравшего мухоморов отбитого берсерка, но вот по физическим данным он моего «протоастартес » превосходит если не на порядок, то раз в пять. Не знаю, потолок это его силы или зелёная НЁХ ещё не раскочегарилась — мы в Марвеле, где данной зеленухе прописывали ТТХ от просто очень мощного физушника до чуть ли не концептуальной бессмертной сущности, что имеет личное измерение для перерождения всех гамма-мутантов, независимо от их способностей и способа появления, и может схлопнуть даже не планету, а Вселенную просто потому, что «Халк Крушить!» и « ГАМ-М-МА-МУТАЦИЯ!» . Почему-то некоторые создатели комиксов очень любят придавать гамма-излучению какие-то волшебные, а то и прям божественные возможности. Этакий карго-культ, только не с макетами самолётов из тростника, а когда, не зная содержания термина, придумываешь ему самые таинственные и мистические свойства, просто потому, что ты слишком невежественен и туп, чтобы заглянуть в словарь.

И, увы, хоть я сам и склонялся к первому варианту сил Халка, считая, что даже если Беннера из-за взрыва мутировало и подключило к некоему мистическому или полумистическому измерению с кучей халявной энергии, необоримой НЁХ от этого он не станет, однако Марвел есть Марвел, потому и второй вариант тоже исключать не стоит.

— Так, ясно… — закончив слушать доклад Фрэнки и читать документы, кивнул я. — И генерал Хэйгер хочет, чтобы я что-то сделал с неуправляемым мутантом, чей боевой потенциал равен как минимум армейской дивизии, пока он не добрался до какого-нибудь города?

— Генерал Хэйгер прекрасно понимает, что ставить задачу так будет как минимум глупо, — фыркнула в ответ девушка в армейской униформе. — Но вы лучший наш специалист в вопросе мутации, и если кто-то и сможет предложить какое-то решение, то только вы. В любом случае метод генерала Росса с банальным закидыванием этого… Халка снарядами показал свою полную неэффективность.

— Ещё бы — его тело выдержало взрыв гамма-бомбы! — фыркнул уже я. — Но ладно, проблема действительно серьёзная и, на счастье, у меня сейчас нет неотложных дел в других местах. Но чтобы что-то предлагать, мне нужно изучить выкладки по проекту Беннера, показания, снятые на полигоне, и хотя бы взглянуть на то, во что он превратился, про образцы ДНК даже не заикаюсь.

— Понимаю, но… — Фрэнки поморщилась, — информация по проекту и испытаниям секретная, и даже генералу Хэйгеру Росс отказался передавать её дистанционно. Мы вообще узнали обо всём только благодаря группе Блонски! И то ребятам пришлось добиваться права сообщить о своём местоположении непосредственному командованию чуть ли не силой! Боюсь, чтобы что-то действительно получить, нужно лететь на место, иначе… — красавица вновь поморщилась.

— Неужели и впрямь сотрут улики? — неверяще вскинула брови Эмма.

— Не хочу это признавать, но в армии всё немного сложно, — дёрнула головой капитан Рей. — Я… и генерал Хэйгер тоже совершенно уверены, что Росс не будет «прятать улики» , — выделила она фразу голосом, — так как он не считает себя виноватым. Но он может просто приказать привести полигон в порядок, и там, где должны браться самые важные для исследований замеры, просто пройдут трактора, выравнивая почву. Что успеют стереть операторы оборудования, исполняя какой-нибудь регламент о необходимости переворачивать кассету в магнитофоне каждые два часа, тоже сказать невозможно. И если мы хотим получить действительно максимально полные данные, то надо спешить.

— То есть вылетать в Неваду без оборудования, знания того, что нам нужно на месте, и в расчёте сразу полаяться с генералом, который крупно на своём месте обделался, а потому может по велению левой пятки приказать посадить нас на гауптвахту за то, что гражданские и проникли на режимный объект без его разрешения? — вскинул брови я.

— Это отвратительно звучит, но… да, — с первого звука прикрыла глаза Фрэнки, будто сама пытаясь спрятаться от кринжа, что творится в её жизни. — Хотя генерал Хэйгер тоже летит, и у нас будут бумаги из Пентагона с разрешениями.

— Хорошо, полетели, — поднялся я с кресла.

— И… это вот всё, что ты скажешь? — скептически воззрилась на меня Рей.

— Конечно, нет, я же не дурак! — заверяю девушку, после чего тянусь к телефонному аппарату, вскоре выходя на громкую связь на весь офис: — Господа сотрудники главной империи зла нашего времени, особенно уважаемые безумные учёные и приближённые к ним! С вами говорит ваш любимый босс. Я отправляюсь в срочную командировку, где возможны перебои связи, обстрелы и героическая смерть, в связи с чем настоятельно, просто от души в душу прошу вас: не надо устраивать никаких экспериментов на себе, своих детях и близких. Даже если вам очень хочется. Даже если прям зудит. Не надо! Серьёзно. Потерпите. Я вернусь — мы всё обсудим, обещаю! Особенно прошу обратить на это внимание сотрудников отделов робототехники и неогеники! Я понимаю, вами руководят гениальные умы, но иногда их тоже нужно держать в руках! Если надо — сразу многих! Помните: мы серьёзная компания, мы не делаем супероружие в подвале, чтобы позырить, как оно бахнет! Держите себя в руках! А теперь всем удачи, крепитесь, а я полетел!

— Да ладно⁈ Ты это на всё здание сказал⁈ — от всего сердца возмутилась Фрэнки.

— Мой бывший лучший друг ставил эксперименты с вызывающим человеческие мутации излучением в жилом здании на Манхэттене с видом на Крайслер-билдинг! А мой начальник отдела робототехники проводил испытания новейшей технологии нейроуправления на собственном сыне, даже не подумав, что может спалить ему мозги, если где-то ошибся! Так что, поверь, я знаю, о чём надо предупреждать гениальных учёных!

— У тебя самого лаборатория за стенкой от спальни! И там стоит камера по генерации космического излучения! — уличила меня девушка.

— Это прототип.

— Вообще неважно!

— Она, кстати, права, — вставила ремарку Эмма.

— Вам не понять весь Гений Виктора фон Дума! — патетично воскликнул я. — Мне доступны мудрость и прозрение за пределами всего, на что способны все остальные так называемые гениальные учёные! Я могу поставить в своей лаборатории прототип… и не включать его! Даже в розетку! Так что быстро склонились перед величием лучшего ума планеты, и… мы вроде бы куда-то летим?

Ответом мне стали на диво синхронные прятки лиц в ладошках под плохо сдерживаемые смешки. Но вообще… да, камеру надо переставить.

Глава 17

Пока летели, освежал память по ядерной физике, гамма-радиации и в целом теме атомного оружия, а также изучал конструкцию той бомбы, которую испытывали на полигоне. Вернее, те материалы по проекту, которые нашлись в Пентагоне, что, увы, означало отсутствие в них практически всех расчётов физики процесса, в лучшем случае бумаги содержали лишь итоговые выводы, да и те большей частью общими словами. Реальную техническую документацию и отчёты о ходе работы команды учёных надо было искать исключительно на объекте, где над прототипом работали. То есть в вотчине генерала Росса. Тем не менее хоть что-то почерпнуть я мог и активно этим занимался, чтобы на месте уже сразу понимать, куда копать и какие вопросы ставить.

В итоге полёт особо не запомнился, чего не скажешь о встрече, которую нам устроили при посадке на некий военный аэродром. «Кризисный штаб » местных был одновременно очень рад меня видеть и очень не рад. Такая двойственность была вызвана фактом наличия на месте сразу двух мужчин с генеральскими погонами, для одного из которых я был компетентным специалистом в вопросе мутантов, а для другого — наглым гражданским франтом с бумажкой от больших шишек из Министерства обороны общим смыслом « Податель сего действует по моему приказу и на благо Франции» [23] . Ну, в моём случае не Франции, а США. Ставить Росса к стенке я права не имел, но вот вытрясти из него данные по любому пуку в зоне его ответственности, от начала эксперимента и до последнего провала в скручивании Халка, мог легко и непринуждённо, что почтенному генералу, разумеется, сильно не нравилось. И он не преминул это показать буквально первым же предложением.

— Мне не нужны лишние соглядатаи! — ещё у трапа отмахнулся от Хэйгера плотно сбитый усатый мужчина чуть ниже среднего роста и с лёгкой сединой. — Виктор фон Дум, — обратился он уже ко мне. — Наслышан, — произнесено было с интонацией «пошёл в жопу!» . — Я знаю, что вы конкурент Старка, который был главным подрядчиком этого проекта! Так вот, это вам не игрушки для перетягивания рынка и выбивания контрактов! Проблема серьёзна, и её должны решать профессионалы! — кстати, да, судя по документам, значительную часть ключевого оборудования для создания бомбы поставляла Старк-Энтерпрайзис.

— Таддеус, успокойся, дело совсем не в Старке и контрактах, это я попросил Дума о помощи, — вмешался Хэйгер.

— Чтобы гражданский перехватывал управление моей частью? Где это видано⁈ — переключился на него Росс.

— Послушайте, — вздыхаю, прекрасно понимая чувства мужика, но я не Ричардс, чтобы сразу начинать выгибать пальцы и заявлять «дальше делаем по-моему и только так» , — я прибыл, чтобы помочь вам с этим инцидентом, а не перехватывать командование над вашими людьми. Я не собираюсь отнимать у вас полномочия, учить вас воевать или заниматься прочими глупостями. Вы кадровый офицер с огромным опытом и умеете это всё много лучше меня. Но что касается биологии мутантов, то тут уже я являюсь едва ли не лучшим специалистом в мире. И моя задача — найти уязвимые места этой твари и обеспечить её поражение. Однако для этого мне нужно знать, что именно произошло, какие были процессы и так далее.

— Что же, — вновь смерив меня неприязненным взглядом, особо уделив внимание Эмме и Фрэнки, что также уже спустились на взлётную площадку, генерал явно сделал над собой усилие и продолжил уже менее агрессивно: — я наслышан о вашей эффективности, мистер фон Дум, — нехотя протянул мой собеседник, — и если это нужно для общего дела… Хорошо! — рубанул мужчина, на миг вызывая удивительно яркие ассоциации со встряхивающимся медведем, что выбрался из реки на берег. — Какая именно информация вам нужна?

— Прежде всего меня интересуют расчёты физики процесса по взрыву и данные по излучению, записанные во время испытаний. Также хотелось бы пообщаться с главным конструктором и его командой. Ну и отчёты тех, кто имел опыт прямого противодействия, прежде всего капитана Блонски.

— С главным конструктором не выйдет, — раздражённо дёрнул головой Росс, как бы предлагая этим жестом проследовать за ним к зданиям базы, — он и стал этим монстром.

— Речь о докторе Брюсе Бэннере, — подсказал пристраивающийся рядом Хэйгер.

— Бэннер? — изображаю удивление, так как имя главного конструктора было секретным и в моих документах не значилось. — Печальная новость.

— Вы его знали?

— Заочно. Научный мир тесен, и выдающихся людей в нём немного. Однако если Бэннер стал жертвой ЧП, то с кем мне говорить о результатах его работы?

— Она уже ждёт, скоро познакомитесь, — бросил через плечо генерал Росс.

— Заинтригован… — сухо ответил я, смерив затылок мужчины усталым взглядом.

Далее мы шли в тишине. Вполне себе гнетущей, так как неприязнь Росса можно было ощутить и без всяких телепатических способностей, да и персонал аэродрома при виде своего генерала активно убирался из зоны видимости, причём с таким бледным и зашуганным видом, словно их живьём съедят, стоит хотя бы на миг задержаться на одном месте. И, естественно, ни пояснений про «она », ни даже фамилии оной « её» , которая аж ждёт и с которой мне работать, Его Величество Росс сообщить не соблаговолил. Самодержавный вояка, чтоб его.

Но вот мы всё-таки пересекли аэродром, и у административных построек нас уже ждали… Угадайте, кто? Да, очередная голубоглазая, причём аж до синевы в очах, блондинка! Не в моём вкусе, правда. Слишком такая… не знаю… Дороти, что ли, из «Удивительного волшебника из страны Оз» . Вроде бы всё при ней — и лицо симпатичное, и фигура очень даже, но развитый плечевой пояс и манера себя держать несколько отталкивали. Будто стена какая-то стоит, где возможны только деловые отношения. Фрэнки очень любит что-то такое изображать, но она именно изображает, а тут оно натуральное. Впрочем, ладно, допускаю, что у этого проекта были некоторые шансы, ведь голубоглазые блондинки всё делают лучше!

— Приветствую вас, мистер фон Дум. Я Элизабет Росс, стар… ведущий специалист проекта, — чуть нервничая, представилась девушка, судя по брошенному генералом Россом взгляду, уже сделавшая что-то не по его планам… скорее всего, когда выскочила из здания нам навстречу.

— Рад познакомиться, мисс Росс, — пожал я руку, очевидно, той самой Бетти Росс, частенько присутствующей в историях о Халке, как любовь всей жизни Бэннера. Ну и тактично не заметил оговорки с должностью, где она хотела сначала сказать «сеньор », то есть просто старший исполнитель, но потом поправилась на « лидер» — именно младший руководитель или руководитель направления. Видимо, сама ещё не привыкла к повышению. То, что у неё такая же фамилия, как у очень авторитетного генерала, я тоже тактично не заметил. — Позвольте представить вам мою помощницу — Эмму Фрост.

— Да, здравствуйте, — две совсем не похожие друг на друга, хоть и формально отвечающие одним и тем же критериям красоты голубоглазые блондинки пожали друг другу руки.

— Это генерал Хэйгер, — сдержанно бросил Росс в сторону чернокожего мужчины.

— Моя помощница, капитан Рей, — в свою очередь представил третью блондинку с некоторых пор мой основной куратор от Пентагона, тоже обменявшись рукопожатиями.

— Очень приятно, — дежурно кивнула Элизабет. — Так вы поможете Брюсу? — с надеждой спросила она, вновь поймав мой взгляд и явно изнывая от беспокойства, как может изнывать только женщина с определёнными чувствами.

— Приложу все свои силы, — пообещал я.

— (^___^)! — расплылась в «ободряющей» улыбке Эмма, при этом и без телепатического канала между нами было понятно, о чём она сейчас думает. Фу такой быть!

«Эмма, нет!»

— (^__^)!

«Эмма, я серьёзно! Я солидный человек, я не ломаю чужие отношения! Я знаю, что такое мужская солидарность!» — нашла время, злоехидная моя.

— Итак, — вернулся я к активной беседе, — для начала я бы хотел ознакомиться с деталями происшествия и спецификацией того, что тут изучалось.

— Да, конечно, — кивнула девушка. — Касательно оружейной компоненты вас сможет просветить майор Талбот, — с некоторой неприязнью назвала она фамилию некоего вояки. И заработала осуждающий взгляд отца.

Означенный майор обретался буквально за дверью здания и не вышел встречать нас лично только по той простой причине, что не успел за девушкой. Ну а ещё пялился на Блонски, который тоже нас ждал со своей группой. Тоже, к слову, любопытный персонаж, не Блонски, а этот Талбот. Мужчина изрядно напоминал лицом Тони Старка, ну ладно, не столько конкретно лицом, сколько цветом кожи, усиками и причёской. А ещё не успел он представиться, как почти прямым текстом намекнул, что большого-зелёного он бы не стал лечить, а лучше бы пристрелил. Для надёжности. Ну и то, что он неровно дышит к дочке генерала, тоже не заметил бы только слепой. М-да, нашли время для любовных треугольников. Хотя если вспомнить каноничную причину конфликта (одну из основных) Виктора фон Дума и Рида Ричардса… Ладно, признаю, голубоглазые блондинки, конечно, всё делают лучше, но и проблем в случае чего они тоже могут принести от всей своей шикарности. Кстати, я, кажется, начинаю догадываться, как выглядела Елена Троянская…

К счастью, кроме усатого мужчинки, пытающегося хорохориться перед девушкой, предлагая убить её возлюбленного, тут был и настоящий военный, которого я искренне был рад видеть.

— Рад видеть тебя целым, Эмиль! Как голова? — дождавшись, пока тот по форме отчитается перед Хэйгером, протягиваю гиганту руку, которую тот осторожно пожал.

— Уже в порядке, сэр, — ответил Блонски, за последние месяцы изрядно наловчившийся в контроле громкости голоса. — Но это было… неожиданно, — чуть помедлив, всё же признался он в дискомфорте от проигрыша.

— Насколько опасен этот Халк?

— Как стихийное бедствие. Драться совсем не умеет, соображает плохо, в бою руководствуется эмоциями. Совсем не солдат — типичный гражданский в состоянии аффекта. Но очень силён и хорошо держит удар. Были бы мы равны по скорости, я бы с ним справился, но он быстрее.

— Ты был в броне?

— Разумеется. И я уже думал об этом. Если снять защиту, моя подвижность повысится, возможно, тогда я смогу дать бой лучше, но главная проблема — его вырубить. Ронять на землю обычным образом не вариант — он намного крепче человека, даже дух не выбьет. Такое и на мне не сработает, а у него череп крепче. Я, если честно, и так почти все броски и удары попробовал, но всё без толку.

— А если я помогу? — включилась Фрэнки после кивка от Хэйгера. Видимо, «наш» генерал не видел смысла особо секретить статус и способности девушки.

— Не рекомендую, — покачал головой здоровяк. — Этот парень держит кумулятивные в упор, а ещё очень метко швыряется всем подряд. Я-то прилетевший в лицо танк выдержу, а вот ты вряд ли.

— Рекомендации? — коротко спросил чернокожий генерал.

— Или что-то научное, что его силу аннулирует, — кивок в мою сторону, — или позвать Бена Гримма. Вместе мы его скрутим.

— Оставим это на крайний случай, — поморщившись, покачал головой Хэйгер, у которого наверняка всплыли перед глазами флэшбэки о сотрудничестве с Фантастической Четвёркой.

— Так точно, сэр, — безропотно согласился Блонски, что, как я помнил по нашей попойке, с Беном-то сошёлся, но вот остальных из его команды ни разу добрым словом не наградил.

Между тем Бетти Росс оказалась именно тем человеком, который был лично заинтересован в том, чтобы дать мне информацию, а не изображать из себя покрытое гвоздями бревно, из которого всё нужно тянуть клещами. Так что, когда общие разговоры закончились, информация пошла. Согласно же ей, опасения Фрэнки не подтвердились. В том смысле, что Росс действовал по уставу и никаких косяков за собой не видел, зато видел опасность в том, что срыв эксперимента и потери в личном составе попробуют свалить на его ошибки и нарушения. Да, утопить это бы его вряд ли утопило, но репутацию подмочило изрядно. Потому никаких перезаписываний, правок и форматирований. Всё строго протоколировалось, заносилось в архив и чуть ли не опечатывалось под акты и подписи троих свидетелей. В общем, работать было с чем, и данные о проекте я получил.

Пришлось, конечно, покататься по пустыне, перемещаясь от аэродрома до исследовательского центра, а потом и полигона, где всё происходило, но такие вещи в любом случае не делаются быстро, да и как бы ни был гениален ум, вникать в расчёты и ход разработки иного гения без его консультации довольно сложно. Не то чтобы мне требовалось долго догонять Бэннера, чтобы понять его работу, но это всё равно заняло не полчаса. Если же подвести итог полутора суток сидения за документацией, то тут всё было довольно тривиально.

Как уже не раз упоминалось, глядя, какая вокруг жопа, вояки по всему миру с утроенной ретивостью взялись за идею родить супероружие как можно быстрее и как можно больше. И, разумеется, складывать все яйца в одну корзину они тоже не хотели. Да, гражданин фон Дум выдал рабочую технологию суперсолдат, пусть и сыроватую; да, у него есть интересные идеи по новым сплавам и источникам энергии, уже есть прототипы не столько даже силовой брони, сколько малого пилотируемого робота, аля ОБЧР [24] , даже с технологиями атлантов и скруллов кое-какие подвижки пошли, в основном по материаловедению и архитектурным решениям в электронной части; но и другие направления никто забрасывать не собирался, хотя финансирование им несколько подрезали, конечно. Всё же теории — это хорошо, но Дяде Сэму нужны хотя бы рабочие прототипы. В общем, тут ребятки разрабатывали супербомбу в частности и в целом оружие на новых физических принципах, что будет игнорировать все эти суперсплавы и прочую броню, с очевидным прицелом сбивать вражеские космические корабли. Кое-что даже явно было почерпнуто из трофеев скруллов, вернее, прямо из моих собственных выкладок по этим трофеям, что я не жался передать заказчику, но вот исполнение…

За основу была взята старая добрая радиация, если быть точным, то гамма-излучение, что, в отличие от альфа и бета, имеет очень короткую длину волны, не имеет заряда, а потому не отклоняется ни электромагнитными щитами, ни большей частью материальных компонентов. Нет, понятное дело, что сантиметр свинца… сможет срезать примерно половину мощности заряда в один мегаэлектронвольт. При стандартном ядерном взрыве энергия гамма-квантов находится в диапазоне от нескольких десятков до сотни МэВ. То есть в теории от «чистого » излучения бункер с парой-тройкой метров свинца в стенах тебя защитит. Ну и сплавы всяких атлантов и тем более скруллов держали поток излучения ещё лучше. А что-то менее убойное так и вовсе не замечали. Однако… однако были ещё «космические лучи », где общая напряжённость гамма-квантов поднималась уже до сотен гигаэлектронвольт. Собственно, Ричардс тогда в панике по станции и бегал, потому что считал то излучение именно стандартным, а не пресловутым « пуком Галактуса» . Против такой мощи даже у меня в фирме не было гарантированных защитных материалов. Защитные экраны из суперсплавов с вихревыми токами, как показал опыт, не держали и « пук» , хотя на стандарт их, может быть, и хватило. Однако то, что может позволить себе на уникальной станции миллиардер, владеющий сверхтехнологичной компанией, и то, что есть в пусть даже ограниченной, но серии, — это совсем разные вещи.

Короче, ребятки планировали создать что-то вроде «симуляции близкого взрыва Сверхновой », что по задумке должна была если и не испарить вражеские космические корабли при близком подрыве, то уж точно поджарить всё живое на них. Однако пока отрабатывали саму возможность « дополнительно ионизировать ионизирующий поток» , как бы странно и криво это ни звучало. И, собственно, во время испытания прототипа, что должен был подтвердить сам принцип этого дела, случилась вся фигня.

Каким образом на закрытый полигон, находящийся у чёрта на рогах, пролез посторонний дебил, история умалчивает. То ли это был классический вариант из анекдотов, где «Это секретный объект! Как ты тут вообще оказался⁈ — Я к маме на работу… — А, ну тогда проходи! », то ли кто-то феерически обосрался на службе сразу в нескольких моментах. Как бы то ни было, имеем то, что имеем. Один малолетний дебил на байке полез куда не надо, а второй — пусть не малолетний и, возможно, не совсем дебил — решил сыграть в героя и полез первого вытаскивать. Нет, я понимаю, человеколюбие, гуманизм и вот это вот всё, но… ты, блин, руководитель всего проекта! У тебя до запуска грёбаной «супербомбы » осталось фиг да нифига! Ты — учёный! И у тебя под рукой минимум десяток вояк, которые просто обязаны быть в наблюдательном бункере по уставу. Тренированных мужиков, что и бегают быстрее тебя, и грузы таскают больше! Но не-е-ет! Нужно лезть самому, причём даже не запуская аварийных протоколов типа «отменяем подрыв» . А они были! Просто потому, что у нас тут экспериментальный полигон и, чёрт её дери, управляемая по « кривому ружью» экспериментальная бомба! Непроверенная! Её нужно уметь контролировать и дать команду отмены в любой момент! А ещё лучше — давать команду подрыва! Короче, я не знаю, как так получилось, видимо, в самом деле финансирование им обрезали, и ребята стали экономить на всём подряд, но получилось, как получилось. В зону взрыва, пусть и « на излёте» , попал Брюс. Но вместо того, чтобы запечься, стал большой и стрёмной зелёной убивакой. Такие вот дела…

— Что скажете, мистер фон Дум? — нетерпеливым тоном спросил генерал Росс, что образовался вместе с Хэйгером в зале для брифингов едва ли не раньше, чем я сообщил приставленному «следить-сопровождать» майору Талботу о том, что закончил изучать данные по проекту в первом приближении.

— Что отвечающих за безопасность полигона вообще и данного эксперимента в частности в моей стране бы расстреляли, — помассировал я глаза, вспоминая запись того эксперимента и как трогательно Бетти бросается на опустившиеся бронеставни перешедшего в «глухой» режим бункера.

— А по делу? — скривил лицо майор Талбот. Ага, кажется, я понял, кто отвечал за безопасность.

— По делу… По делу — ситуация действительно необычная… — отвечаю, отхлебнув крепкого кофе, который заботливо принесла Эмма. И не забываю изображать усталость, хотя на деле действительно не спал эти сутки, но где сутки — и где я? — Исходя из полученных данных, мистер Бэннер должен был обратиться в кусок биомассы с полностью разрушенной клеточной структурой, — видя, как начинают затуманиваться глаза вояк, начиная от Росса, заканчивая его штабистами, поправляюсь: — Он должен был распасться на мясной бульон, а на сдачу — свариться. В лучшем случае отделаться тяжелейшей лучевой болезнью, раком и отказом всего, что только можно и нельзя, после чего заживо сгнить за неделю.

— Тогда он очень крепкий «мясной бульон» , что может кидаться танками, — недовольно буркнул майор Талбот.

— Да, каким-то непонятным образом его клеточная структура вместо тотального разрушения рекомб… — я опять покосился на вояк. — Короче, что-то пошло не так, и он смог мутировать в это.

— Это что получается, любой, кто попадёт под такую бомбу, станет подобным монстром⁈ — нахмурился Росс.

— Нет, — поспешил я заверить. — Как показывают последние исследования, должна иметься своего рода предрасположенность, причём весьма редкая, плюс совпадения условий. Видимо, мистер Бэннер изначально имел генетическую предрасположенность к мутации подобного рода, а во время эксперимента всё сложилось таким образом, чтобы подстегнуть этот процесс. И вот тут есть одна… проблема.

— Это мы и сами видим, просто скажите, как нам прикончить эту тварь! — да, майор однозначно был не в духе.

— Это не тварь, а наш друг и коллега! — встала на защиту своего благоверного мисс Росс, чем, кстати, набрала в моих глазах несколько баллов. Кроме шуток, когда ты превращаешься в безумную злобную образину, а девушка не то что не бежит от тебя с визгом, но и защищает… Мне вот так не повезло. Всё пошло через жопу ещё до начала становления образиной. Впрочем, потом я нашёл леди много лучше во всех отношениях.

— Так вот, — величественно проигнорировав «писки-визги » всяких нервных молодых вояк, я продолжил: — есть ненулевая вероятность того, что его мутация представляет собой « накопительный» тип. И со временем он будет становиться только сильнее, — честно предупредил я народ относительно главной фишки Халка.

— Насколько?

— Для этого мне нужен образец его ДНК и масса исследований. Но, — я махнул рукой в сторону Фрэнки, — мисс Рей способна излучать тепловую энергию на уровне средних размеров ядерного реактора. И может эту энергию в себе содержать, имея подключение к… назовём это «измерение Огня ». Если у Халка есть что-то похожее, то уровень его сил может варьироваться от «человека-линкора» и до « пока не надоест» .

— Но как именно он стал здоровенным мутантом, что может рвать танки и потенциально способен… к тому, что вы описали? — вмешался Росс.

— Как я и сказал, возможно, он был мутантом изначально.

— Изначально?

— Да, — кивнул я, делая новый глоток. — Это не самая распространённая информация, но, полагаю, у всех присутствующих есть необходимые допуски. Разного рода паранормальные способности известны человечеству с глубокой древности. Часть из них объяснялась магией, часть — божественным происхождением. Но свои собственные «мистические» таланты у людей были. И в наши времена таких людей становится всё больше — идёт своего рода эволюционный скачок на качественно более высокую ступень развития вида. Проблема в том, что происходит он не мгновенно, по волшебству — это процесс поступательный, укрепляющий таланты к паранормальным способностям от поколения к поколению, и умная природа позаботилась о том, чтобы до момента, когда наши организмы станут достаточно развиты, дабы без проблем для себя применять эти способности, те пребывали в латентном состоянии, никак себя не проявляя. Ну а различные опыты по пробуждению таких способностей — это именно работа по пробуждению скрытого человеческого потенциала, а не наделению некой искусственной силой. Вот только пробуждается в итоге то, что ещё не до конца готово, отсюда и разного рода неудобства, вроде невозможности контролировать свой размер и цвет кожи у таких ребят, как капитан Блонски или Бенджамин Гримм.

— То есть, — «переварил» мои откровения военный, — Бэннер мог и без бомбы стать такой вот штукой?

— Маловероятно, — я покачал головой. — Практика показывает, что самые эффективные методы преждевременного пробуждения способностей, как правило, завязаны на смертельно опасные ситуации и вредоносные воздействия, когда организм вынужден мобилизовать все свои ресурсы на выживание. Иными словами, как я уже говорил, должны сложиться предрасположенность и особые условия. Так что в нормальной ситуации такую форму мутации мог бы получить лишь его правнук, и то если бы повезло и за несколько поколений генетическую предрасположенность не перебило бы наследием других линий крови от вторых половинок.

— Вряд ли подобное можно назвать везением, — поморщился Росс.

— Почему же? Основная проблема таких пробуждений — это недоразвитость потенциала, но даже с ней все известные наблюдаемые показывают много более крепкий иммунитет, нежели обычные люди, и много лучший общий тонус организма. А если бы бойцы под вашей командой по приказу могли становиться полностью контролирующими себя неостановимыми машинами смерти, способными бросаться танками? А потом спокойно принимали бы нормальный облик и шли в увольнительную пить пиво и смотреть футбол? Да даже просто имели полную адекватность, как капитан Блонски?

— Это… аргумент, — признал генерал. — Вы ведь именно этим и занимаетесь, Дум? Блонски — только первая ласточка?

— Да. Успехи есть, но пока данная технология ещё слишком сырая — прототипы, лабораторные экземпляры, но не серийное производство. Ещё человеческий геном толком не расшифрован полностью, потому даже к выбору кандидатов для статистики нужно подходить с особой тщательностью, иначе… Ну, вы сами столкнулись с этим «иначе» .

— Верно, — вздохнул Росс, — но как же приятно видеть, что хоть кто-то тут понимает, что происходит. И тем не менее остаётся вопрос, что нам с этой проблемой делать? Есть вообще хорошие новости?

— Первое: как я понял, Халк показал только голую физическую мощь. Даже будь она необоримой, я уже вижу несколько вариантов нейтрализации противника, пусть и придётся попотеть. Второе же — он был способен к членораздельной речи. И вот это уже перспективно.

— Можно поконкретнее, что вы имеете в виду, мистер фон Дум? — подобрался Росс.

— Есть некоторая вероятность, что мистер Бэннер всё ещё с нами, просто из-за шока, стресса и кардинального изменения всей биохимии тела его когнитивные функции оказались угнетены.

— То есть он просто слегка спятил от всего произошедшего и сейчас действует в состоянии аффекта? — уточнила девушка-факел.

— Ну, тут пятьдесят на пятьдесят. С одной стороны, у нас есть тело, что ловит лицом выстрел из танка и даже не морщится, что свидетельствует о запредельных прочности и живучести, а потому и с мозгом у него должно быть всё в порядке. С другой же — он очень сильно изменился и перестроился. Какие при этом в его организме шли процессы и как они сказались на разуме, судить невозможно.

— Я один раз говорила с ним, — вмешалась Бетти Росс. — По натуре он добрый…

— Только крушит танки и калечит людей! — саркастично перебил её Талбот.

— Он считает, что все на него нападают! — зло глянув на мужчину, повысила голос девушка.

— Если он говорит и может вести осознанный диалог, а не только крушить, то как он может не помнить, кто он? — прервал прения Хэйгер. — Я бы понял, если бы он только разрушал и злобно орал, но осмысленная речь — это не вяжется с безумием.

— Естественные мутантские способности крайне разнообразны и могут варьироваться от совершенно бесполезных и даже таких, что осложняют жизнь самому мутанту, до уровня, когда не вызывает никакого удивления, как наши предки могли такого мутанта назвать Богом. Судя по отчётам, у нас тут выдающийся вариант чистого «физушника» , классический Геракл… И ирония в том, что, несмотря на разумность и умение говорить, у Геракла в истории тоже был эпизод, когда на него насылали ярость и безумие. Мы не знаем, какие гормоны бьют ему по мозгам. Вполне возможно, он вообще получил амнезию и ничего не понимает.

— И что вы в итоге предлагаете? — как и все вояки, Росс не сильно жаловал пространные разговоры и рассуждения. Ему нужен был план. И он у меня был.

— Кинетический и термический ущерб ему нанести теоретически можно, но это будет крайне сложно. Урон излучением — вероятность выше, но ненамного, к тому же с учётом того, из-за чего мистер Беннер стал большим и зелёным, есть риск, что такое же излучение подпитает процесс его трансформации, сделав только сильнее и дав дополнительные возможности. Я не скажу, что он большой, но не равняется нулю. Потому я рекомендую успокоительное. Много успокоительного.

— И как мы заставим его сожрать? Если его не пронимает даже выстрел из танка, вряд ли сработает транквилизатор.

— Верно, — я кивнул, — равно как и не факт, что на его организм подействует что-то стандартное, скажем так. Но для начала попробуем вариант с самой убойной химией, что можно синтезировать, и сделаем газовую смесь. Дышать Халку всё-таки надо… хотя бы по привычке. Дальше… посмотрим по результатам.

— Сомнительно, — протянул Росс, — но лучших идей всё равно нет. А что по поводу нейтрализации?

— Кроме варианта капитана Блонски, где он и Бен Гримм просто бьют Халку лицо, пока тот не упадёт… Можно обратиться к… хм, специалисту по управлению металлом, с его помощью временно сковать Халка и быстро-быстро отправить на орбиту. Но он согласится на подобное только в том случае, если иные средства удержания окажутся исчерпаны, а этот мутант будет представлять реальную опасность для гражданских.

— Смежники… — генерал или понял, о ком я говорил, или решил не задавать неудобных вопросов, дабы не получить уклончивые ответы. — Хорошо. Действуйте, — дал он отмашку. — Что нужно с нашей стороны?

— Медицинская карта Бэннера, связь с моей лабораторией, логистика. Сделаем смесь под стандартный боеприпас, — правда, говоря откровенно, это будет скорее дымовая завеса. Рассчитывал же я совсем на другие средства.

«Эмма », — обратился я к шикарной блондинке, что всё делает лучше, — « как продвигаются твои занятия по телепатии?»

«Неплохо. Профессор хвалит и говорит, что в моём возрасте у него получалось куда как хуже. Льстит, конечно, однако успехи есть. Но к чему этот вопрос? Хочешь, чтобы я вправила мозги этому большому-зелёному, как было с Хэнком?»

«Ты весьма проницательна. Именно это, а спишем на наркоту. Не уверен, что она одна подействует. Скорее уверен в обратном — сама знаешь, чем крепче и выносливее организм, тем слабее он реагирует на яды, в том числе и всяческие опиаты и иже с ними» .

«Хорошо », — телепатка согласилась, не раздумывая. Чёрт, она и вправду идеальна! — « Но мне потребуется быть поблизости, хотя бы видеть его невооружённым глазом. В идеале — коснуться» .

«Первое ещё худо-бедно можно устроить, но второе — нет. Эта туша может порвать танк голыми руками. Я не уверен, что даже твоя алмазная броня выдержит подобное усилие. Рисковать же тобой я не собираюсь» .

Меня окатили интересным коктейлем из возмущения, радости, нежности и «обещания всякого интересного» . Моя позиция явно понравилась девушке, и та не стеснялась эту приязнь мне продемонстрировать.

«Только сам не подставляйся» .

«Я прочнее танка… но да. К тому же, при всём моём красноречии, будет сложно обосновать воякам, что стрелять по чудовищу чудо-составом должен не опытный штурмовик, а гражданский консультант, за потерю которого Росса засношают сто процентов» .

«Вот и славно» , — довольно кивнула девушка.

— Разумно, — между тем согласился Росс. — Что же, это похоже на план. Приятно видеть, что ваша репутация более чем правдива, мистер фон Дум.

— Делаю, что могу, но радоваться ещё рано. Сначала нужно сделать дело. И, скорее всего, мне понадобится возможность контролировать ситуацию оперативно. То есть быть хотя бы в радиусе видимости этого зелёного.

— Плохая идея, мистер фон Дум, — вмешался майор. — Как вы будете видеть его, так и он будет видеть вас. И может напасть.

— Можно использовать вертолёт. Прыгает этот Халк, как я понял, высоко, да и кидаться всяким может, но с высоты в несколько сотен метров достать нас ему будет проблематично.

«Пойдёт?» — глянул я на Эмму.

«Не идеально, но вполне достаточно. Если у него в голове осталось хоть что-то, кроме звериных рефлексов, я смогу это вытащить» .

— Хм-м-м, думаю, это возможно, — кивнул генерал, которого ещё и начал сверлить умоляющий взгляд дочери.

— Прекрасно. Что ж, тогда давайте связь. Доктор наук будет варить для нас самую забористую дрянь в истории мира, — кстати говоря, это получается, что я подбиваю учителя химии, пусть и бывшего, варить наркоту? Знакомый сюжетец, надеюсь, Маккой не станет откликаться на «мистера Уайта» [25] . Впрочем, не должен! Он не смертельно болен, и ему не нужны деньги. Да и варить он будет не мет, а кое-что много круче.

— И как мы постоянно умудряемся попадать в такие ситуации? — закатила глаза мисс Фрост.

Легко ли выследить озверевшую образину двух с лишним метров ростом, желающую «Халк Ломать! » и « Халк Крушить!» ? Как ни странно, но нет. Ибо территории одних только полигонов огромны, а ещё тут у нас было ЧП, ахтунг, боевые действия… короче, хаос и неразбериха. Персонала же в распоряжении Росса было не так много, чтобы прочесать пустыню частым гребнем, просто потому что в пустыне не так уж просто и вообще содержать большое количество персонала. В общем, получив несколько оплеух подряд, в том числе стоивших банального транспорта, и потеряв цель из виду, вояки уже не смогли с лёгкостью взять след. Росс рвал и метал, требовал вертолёты, пытался запросить авиацию, но… Росс — армейский генерал, а ВВС в рамках военной машины США не то чтобы на ножах с армией, но сильно наособицу и за своё самостоятельное положение держится. В итоге большие шишки больше друг с другом лаялись и мерились должностями, чем делали общее дело, даже Хэйгер не то чтобы сильно спешил поддерживать Росса, скорее наблюдал, играя того самого соглядатая, на коих ругался местный главный начальник при нашей первой встрече. Потихоньку-то технику и транспорт Росс выбивал, но именно потихоньку, и сгонять в Неваду десятки тысяч солдат для прочёсывания местности никто не спешил, хорошо хоть спутниковыми снимками делились, да и то… я бы сделал лучше.

Но я не делал и вообще не вмешивался. В конце концов, генералы — дяденьки большие, сами разберутся. Плюс они ещё и дяденьки гордые, так что влезать и помогать, пока не просят, может быть чревато. Ты вот, такой красивый, всё разрулишь из лучших побуждений, покажешь, как надо, как можно, как могли бы и они, если бы умели… И вот это последнее — самое опасное! Обидятся ещё, на личный счёт примут. А обиженные генералы — это вам не обиженные девочки из Твиттера и даже не бомбанувшие эксперты по всем вопросам с форума в интернете, обиженные генералы могут мне финансирование урезать и новых контрактов не дать. Многомиллиардных контрактов! А я люблю многомиллиардные контракты. Особенно сильно растянутые по времени и с возможностью деньги не отдавать. И, между прочим, считаю себя полностью правым — мне страну содержать надо! Маленькую, бедную страну. Без меня она пропадёт. Так что да, я продолжал не быть Ридом Ричардсом и генералам на мозоли не наступал, даже если это и вредило делу поисков.

С другой стороны, где-то убыло, где-то прибыло. Халка найти не получалось, зато очень даже получилось основательно покопаться в расчётах Бэннера и экспериментальном оборудовании, созданном по его чертежам Старк-Энтерпрайзис. Да, промышленный шпионаж, моя прелесть! Особенно сладкий в ракурсе того, что совершенно легальный! Ну и будем честны: вряд ли Бэннер вернётся к этому проекту, а без него он по-любому заглохнет. А идея-то перспективная! Латверии не помешает своё атомное оружие, да и нам с Магнето на Астероиде-М сотни две ракет с хорошей боеголовкой пришлись бы очень к месту, чисто чтобы у всяких Талботов рука лишний раз не тянулась решить вопрос отличающихся от них людей радикально. Да и, опять же, вопрос возможной войны по расовому признаку — никогда не знаешь, когда может потребоваться бахнуть.

Кроме того, были у Бэннера наработки и по новой конструкции ядерного реактора, что тоже базировался на применении гамма-излучения и фактически осуществлял холодный ядерный синтез… Ну, насколько он может быть холодным при необходимости инициировать гамма-излучение. Однако эти наработки пока были чистой теорией, причём сырой. Идеи перспективны, расчёты похожи на правду, ряд предлагаемых решений близок к гениальности, но дыр тоже хватает. Для полноценной проработки такого проекта необходим труд целого штата специалистов, особенно технологов, что будут приводить теоретические фантазии с расчётами для идеальной среды и без погрешностей к объективной реальности того, что на самом деле возможно воплотить в металле. Бэннер же, судя по всему, работал один и потому имел лишь голую теорию, да и ту далёкую от завершения — многое нужно было считать с нуля, многое — дорабатывать, да и ряд формул… Я не то чтобы видел в них ошибки, но, скажем так, уровень допущений при вычислениях мне не нравился, особенно парочка параметров, принятых Брюсом за константы, но, на мой взгляд, являющихся скорее переменными. Тем не менее проект вполне можно было довести до ума и реализовать. Если основные идеи верны, то такая электростанция будет работать весьма эффективно.

Впрочем, наука наукой, а жизнь на месте не стояла, пусть две недели и пролетели для меня одним днём. Я даже не приставал к Эмме, не говоря уже о Фрэнки. Всё же ситуация была весьма щекотливая, и ещё неизвестно, как фактор Халка в известных мне историях сыграл на появлении программы Стражей и общей готовности властей США развязать в своей стране гражданскую войну по расовому признаку. Как ни посмотри, неуязвимая зелёная тварь, носящаяся по стране минимум несколько месяцев, а то и лет, заодно приводящая все вооружённые силы в состояние тихого бешенства и перманентной ненависти, кроме прочего разрушая инфраструктуру, позоря власти перед населением и оставляя за собой кучи жертв, которые обидны даже просто потому, что ни один командир не любит садиться в лужу с потерями в личном составе, — всё это ни капельки не способствует мирным настроениям и готовности к диалогу. Не знаю, как Форм-Мастер со своими Стражами разобрался с Халком в тех вариациях реальности, где уничтожил человечество (да и кроме Халка, личностей, коих объективно весьма сложно уничтожить, во Вселенной Марвел хватает), но тот факт, что наличие Халка способствовало созданию Стражей с максимальным боевым потенциалом, вряд ли можно оспорить. В общем, и я, и девушки прекрасно понимали, что игривость сейчас не к месту. Но я отвлёкся, а речь о жизни, что на месте не стоит.

На момент начала поисков у вояк были только примерные ориентиры на область и знание, что дальше неё он никуда утопать не мог, ибо нигде более не объявляли о здоровенной зелёной убиваке, что разносит всё вокруг. Но дни сменялись днями, и наскипидаренные ребята Росса при поддержке всё-таки выбитой им авиации смогли засечь нашего беглеца. Уж как у них это вышло, мне не докладывали, очевидно, из природной скромности, той самой, где «К чёрту гражданского! У нас военная операция! », но отметился майор Талбот. А дальше, гениально просрав возможность установить контакт со спокойным монстром, а то и вообще с адекватным и жаждущим исцеления Бэннером, этот дебил в фуражке тупо выкурил цель из той дыры, куда он залез, естественно, открыв огонь на поражение и вместо Бэннера получив разъярённого Халка. Коего потом его подчинённые героически выводили на относительно ровное и просматриваемое пространство, в очередной раз пополнив ряды инвалидов несколькими бойцами. Халк, к его чести, прям специально никого в месиво не топтал и на куски не разрывал, но когда в твою машину летит валун почти с неё размером — это всё равно нифига не весело, так что трупы тоже были. Зато гордый майор отчитался, как классно он выполнил задачу! Ну и как уже сказано, «К чёрту гражданского! У нас военная операция!» , так что позвонили мне, когда уже вовсю рвались снаряды, а зелёный крушил очередные танки. Организация операции уровня « Бог» , моё почтение! Вообще теперь не удивлён, что у этих ребят на секретные полигоны заезжают мотоциклисты. Но времени рефлексировать не было — пришлось собираться, бежать, и хвала Макаронному Монстру, что эти гении хотя бы догадались снарядить вертолёт подготовленной химией, а то я уже был готов ко всему.

— Цель в захвате! — доложил пилот, когда мы уже подлетели к месту событий.

— Давай первой на пять метров от него, — скомандовал я.

— Есть, сэр! — принял рулевой воздушной ладьи и выдал первую пару ракет. Зелёная фигура скрылась в белом мареве. — Цель поражена.

— ГРА-А-А-А-А!

— Кажется, сама цель считает иначе… — прокомментировал я.

— Дум, не работает? — поинтересовался генерал Росс в наушнике.

— Нужно минимум две минуты, — ответил я офицеру, в очередной раз напоминая себе не быть как Рид и не капать на мозг, очевидно, не самому умному генералу, что если бы меня позвали сразу, то мы вообще могли бы накрыть Халка спящим в пещере. — И вряд ли удастся подобрать коктейль с первой попытки.

— Принял. Продолжайте.

— Ну да, а мы уже было хотели разворачиваться и лететь домой… — буркнул я, кося взглядом на Эмму. Девушка сосредоточенно смотрела в сторону Халка и недовольно морщилась. Дела у неё явно шли тяжко, и требовалось время. — Так, шеф, заряжай тройку и пятёрку. Смотри по дыму, нужно, чтобы новый «туман» как можно плотнее окутал нашего большого друга.

— Сделаю, — кивнул пилот. — Держитесь, нужен разворот, — следом предупредил он и заложил дугу, запуская в мутанта ещё Веществ.

А потом мы повторили манёвр… и ещё раз. А потом — уворачивались от гальки, зачерпнутой могучей лапищей и кинутой с действительно запредельной силой. Впрочем, будем откровенны, это была скорее перестраховка. Летали мы высоко, а каменная крошка, с какой бы силой её ни кидали, — снаряд не слишком аэродинамичный и большой скорости не набирающий, для военного вертолёта и вовсе опасности не представляет.

Минут через тридцать такой «карусельки » результат таки появился. Беснующийся гигант начал поглядывать осоловело, мотать башкой, потом вообще присел, следом прилёг и… начал « мутировать в обратную сторону» , в смысле принимать вид не перекачанного стероидами астартес-переростка, а нормального мужчины лет так тридцати пяти-сорока, что, впрочем, тоже выглядел весьма атлетично, изрядно отличаясь от своих фото на местной базе, где он, конечно, не был заплывшим жиром пивозависимым диванодавом, но спортом явно не увлекался.

— Цель… нейтрализована, — отчитался пилот. — Поверить не могу, его действительно вырубило!

— Ещё бы его не вырубило, там сейчас должна быть такая концентрация, что отправит в наркотическую кому любого, кто войдёт туда без глухого скафандра, — прокомментировал я ситуацию. — Ждём полчаса, и отправляйте команду в противогазах с полным циклом — пусть пакуют нашу «спящую красавицу» .

— Передаю в штаб, мистер фон Дум, — кивнул севший с нами майор Талбот. Не то чтобы мы его звали, но и запрещать я смысла не видел — только бы время на споры потратили. Захотел мужик тоже проконтролировать, но не лететь на отдельном вертолёте — пускай.

«Ты там как, Эм?»

«Терпимо », — мне телепатировали усталый вздох. — « Это было одновременно куда проще и куда сложнее, чем с Хэнком. У Маккоя просто из-за гормонального шторма и изменения биохимии инстинкты задавили личность. Это было примитивно, агрессивно и… Ох, как же объяснить не телепату?.. Расплывчато. А Бэннер… Халк — это его шизофрения» .

«То есть…» — я моргнул.

«У него что-то вроде раздвоения личности. И оно было ещё до мутации, просто в очень лёгкой форме. Если бы прогрессировало дальше, он бы стал тем тихим-мирным ботаником, что в какой-то момент приносит ружьё в школу, а могло и всю жизнь оставаться на уровне » чуть портится временами характер, видимо, от плохого настроения «. Но потом доктор Джекил нашёл свой эликсир мистера Хайда» [26] .

«И насколько плохи его дела сейчас?»

«Я возвела блок, но это не поможет» .

«Почему?»

«Главная проблема в том, что подсознательно Бэннер хочет обладать силой Халка. У него там целый клубок внутренних противоречий. Установки, навязанные воспитанием, конфликтуют с приобретёнными комплексами. Судя по всему, его очень долго унижали, используя как ботаника, на котором можно самоутверждаться, а он держал всё в себе, пытался игнорировать, терпеть, не вступать в конфликты. Но ничего никуда не девалось, и теперь всё накопленное нашло для себя выход в Халке. Он и Халк — одно и то же, но сам создаёт искусственное раздвоение личности, чтобы не брать ответственность за своё буйство» .

«Тогда почему Халк настолько примитивен и даже говорит с трудом, если это Бэннер?»

«Халк — это не просто Бэннер, Халк — это Бэннер без давления воспитания и общественных рамок. По сути, это Бэннер с амнезией, из личности которого убрано всё, что формировало его личность тихого ботаника. Большой ребёнок, который остаточно сохранил словарный запас и понятия, что такое хорошо, а что плохо, но в остальном чист, как белый лист. Разово задавить его несложно, куда проще, чем было со Зверем, но проблема в том, что это всё-таки личность, она не растворится, как агрессия Хэнка, пусть как раз на агрессию и завязана. Я возвела ментальную блокаду, как учил профессор, но опыта в этом у меня мало. К тому же, как я уже сказала, Бэннер сам хочет этой силы, вседозволенности, свободы. Он очень долго копил в себе комплексы, терпел подначки от того же Талбота и теперь, сам этого не признавая, ловит кайф от сатисфакции, где он поменялся ролями с теми, кто всегда был физически сильнее» .

«Но он не отрастит обратно два с лишним метра роста и желание крушить всё вокруг от лёгкого раздражения или там если ему в пробке в задницу въедет придурок на лексусе?»

«Нет. Как я поняла, триггером трансформации является не любая злость, а только та, что возникает от несправедливости к нему или окружающим. Бэннер очень долго терпел обиды, и это стало его точкой фиксации. Он легко стерпит боль или какие-то бытовые неудобства, но если ему начнут, условно, плевать в лицо или делать что-то подобное по отношению к тем, кем он дорожит, Халк непременно вылезет. Как и на попытки убийства, само собой» .

«Успокоительное поможет?»

«Он и так на нём сидел годами, это не спасёт. Можно попробовать хорошего психолога и проработать с ним отрицание части себя — своего гнева и того, что крушить ему понравилось. Но не уверена — он сейчас не очень стабилен, можно легко перегнуть и получить психа, который наслаждается насилием» .

«Пф… Час от часу не легче. Ладно, это всё лирика. Ты, как всегда, совершенна. Спасибо» .

«Одним спасибо ты от меня не отделаешься », — многозначительно пообещали мне, — « но потом… а пока я немного устала. Если что, говори, что меня укачало от лихих манёвров нашего пилота» .

Я чуть кивнул, показывая, что услышал и принял пожелания, ну а там уже и Россы, что отец, что дочь, принялись долбать меня в наушники на тему «как-что-куда-опасно-не-опасно-очнется-не-очнётся?» и так далее. Ох, чувствую, я тут с расхлёбыванием и объяснением, что-зачем, намучаюсь на три порядка больше, чем Эмма с решением ситуации, но… что имеем. Ладно, потом с детишек Дяди Сэма что-нибудь стрясу…

Наверное, стоит провериться на пророка. В том смысле, что местные меня действительно начали сношать в мозг, причём пока я был в вертолёте — это было ещё так, нежненько, но вот как приземлились и я передал Эмму Фрэнки, эти деятели насели на меня с новой силой.

— … нет, майор, я крайне не рекомендую пытаться ликвидировать мистера Бэннера, пока он спит. Поскольку даже пуля в голову убивает не мгновенно. И я гарантирую, что организм, получивший такую пулю, воспримет её негативно и начнёт реагировать, — перевожу взгляд: — Да, я посмотрю, что можно сделать с ним, но для этого мне было бы неплохо с ним побеседовать и взять анализы. Что делать в бессознательном состоянии не рекомендуется, мисс Росс, — а теперь к генералу: — Да, он стабилен, и, если не будет раздражающих факторов, рецидива избежать, скорее всего, получится, но для точного прогноза мне нужны исследования.

Вояки исследований не хотели. В смысле, не то чтобы совсем, но тема «наш пленник опять стал большим-зелёным и разорвал вызванного нами миллиардера-гения-монарха союзной страны на куски » не давала покоя честным служакам. К счастью, на моей стороне была Бетти, а поскольку она являлась статной голубоглазой блондинкой, что всё делает лучше, то тему удалось разрулить — она уговорила отца и задавила интеллектом бедного майора. В итоге Брюса доставили не в очередной бункер, а в нормальную военную часть, где разместили в медицинском блоке. Да, лишний персонал перевели по другим местам, а баки с моим « транквилизатором» вообще подключили к системе вентиляции, сделав эрзац-версию газовой камеры. Тем не менее это было признаком сотрудничества и здравомыслия, так что возмущаться я не стал и спокойно дожидался пробуждения незадачливого учёного, попивая свежий кофе, раздобытый для меня Фрэнки. Ибо Эмма всё ещё была варёной и тоже жаждала потреблять кофе, а не добывать его на неизвестной военной базе, да. Но вот действие препаратов начало проходить, и Бэннер потихоньку пришёл в себя.

— О-о-ох… — мужик застонал и схватился за голову.

— Проснитесь и пойте, мистер Бэннер, проснитесь и пойте! Нет, я не хочу сказать, что вы спите на работе, никто не заслуживает отдыха больше вашего… Ну и меня, да, но кто же нам даст?

— А? — учёный свёл глаза в кучку и посмотрел на меня. — Э-э-э… Вы же… Виктор фон Дум? Что происходит?

— Спокойно, мой уже не большой и не зелёный друг, — я отхлебнул ещё кофе. — Правительство Соединённых Штатов попросило меня разобраться с инцидентом, произошедшим с вами, как своего рода эксперта в делах мутации.

— Да… Я слышал о ваших работах… Даже… кажется… сталкивался.

— Капитану Блонски вы знатно намяли бока, да, — я кивнул. — Но он не в обиде, если что.

— Это был не я! Он… — начал нервничать мужчина. — Вы смогли с Ним справиться?

— В некотором роде, — вздыхаю. — Накачали убойнейшими транквилизаторами, но, сами понимаете, это временная мера. Ваша же проблема требует куда как более комплексного решения.

— Эх… — он опустил голову. — Жаль, но… у меня есть ряд наработок! И… Но это потом! Как Бетти, с ней всё в порядке?

— Да, с мисс Росс всё хорошо. По правде сказать, она рвалась навестить вас первой, но я, будучи злобным диктатором, самодуром и деспотом, отнял у неё это право, — салютую кружкой с кофе своему собеседнику. — К тому же нужно было убедиться, что с вами всё в порядке.

— И что я не превращусь в злобного зелёного дикаря, как очнусь? — это не было обвинением, просто констатацией факта.

— Скорее что у вас не будет спутанности сознания из-за препаратов уровня «мечта Сида и Нэнси» . И раз это так, то, полагаю, она вполне сможет вас навестить. Касательно же дальнейшей нашей работы… думаю, мы поговорим чуть позже.

На этом я покинул приходящего в себя учёного и таки дал добро на появление в его обители шикарной голубоглазой блондинки. И даже вежливо не стал подслушивать, о чём там принялись ворковать голубки. Ибо у меня были свои шикарные блондинки, одна голубоглазя, другая зеленоглазая, да! Правда, поворковать и даже просто пофлиртовать с ними сейчас я не мог — всё ещё не то время и не то место, эх. Остаётся только работать.

После разговора со своей девушкой Бэннер окончательно успокоился и на сотрудничество шёл с охотой. Равно как и предлагал идеи по своему исцелению. И идеи эти были…

— М-да… А вы знаете толк в самоубийстве, Брюс, — констатировал я, когда учёный закончил озвучивать мне свои выкладки.

— Что вы имеете в виду? — нахмурился мужчина. — Из-за подобного излучения я и стал таковым, потому, если подать его в противофазу и начать повторно облучаться…

— То вы или убьётесь, или усугубите своё состояние, — закончил я за него. — Как я понимаю, вы ориентируетесь на информацию из интервью, раздаваемых Ридом Ричардсом после космического круиза, в которых он не стеснялся пояснять детали своей работы над методом отката мутации, я прав?

— Да, я смотрел… — с некоторой оторопелой задержкой подтвердил мужчина. — И ведь мой случай коррелирует!

— Лишь внешне, — качаю головой. — Поверьте, я очень хорошо знаю, что из себя представляет Космическое Излучение и по каким принципам оно изменяет человеческий организм. Да, ваша бомба в теории могла повторить какую-то часть нужного спектра излучения, но лишь малую, и в целом это всё равно очень разные воздействия. Космическое Излучение заменяет основу клеточной структуры на ранее неизвестные науке аналоги, формируемые на основе психосоматического состояния облучаемого. Это сложный физический процесс, но при этом достаточно шаблонный, и если понять механизм осуществления этой замены, то всегда можно подобрать спектр воздействия, который заново всё заменит до привычного человеку состояния. Но вы не стали ни каменным, ни резиновым, ни даже железным — в вашем случае не произошло замены базовой основы клеточной структуры, а произошло её изменение — мутация с приобретением новой формы на той же биологической основе. И это уже не то, что можно откатить, просто подав противоположно-направленный сигнал. Сама концепция облучения может сработать, но просто противофазы мало — воздействие необходимо подобрать. Ваша генетическая структура изменилась, и для начала нужно изучить эти изменения, провести контрольные воздействия на образце и только потом что-то думать насчёт подставления своей головы под излучатель.

— Это недели и месяцы работы! — воскликнул мужик.

— Именно. Но так и только так можно добиться результатов, получить какие-то прорывы. Случайные телодвижения и прыжки под пучки жёсткого излучения несут случайные результаты.

— Но я опасен! В любой момент я могу вновь стать Халком!

— Послушайте, вы не первый на моей памяти учёный, что превращается в злобного громилу и начинает крушить всё вокруг. Руководитель отдела генетических исследований моей компании как-то тоже отрастил себе шерсть, пару метров роста и желание бить лица. Хотя последнее, возможно, как-то связано с его работой учителем в школе, да…

— Кхм… — Бэннер был несколько ошарашен моим стилем, но… ничего, привыкнет. — Это не шутка?

— Ничуть. Доктор Генри Маккой из тех людей, кого принято называть настоящими мужчинами, и в том инциденте с Галактусом он сам залез в экспериментальную установку. Всё же судьба планеты висела на волоске. К сожалению, всё пошло не очень хорошо, и теперь он может играть снежного человека без капли грима. Однако сейчас он полностью в своём уме и активно работает над откатом мутации, хотя изначально из-за резкого изменения биохимии тела тоже имел приступы агрессии.

— Тогда… что вы предлагаете, мистер фон Дум?

— Работу в безопасной среде, по интересующей вас теме и без раздражителей, — да, Виктор фон Дум предлагает сотрудникам удалёнку задолго до того, как такое станет мейнстримом.

— Но это не отменяет опасности! — возразил мой будущий миньон.

— Но сведёт её к разумному минимуму. Вы, насколько я могу судить, вполне адекватны, Халк, при всей разрушительной силе, тоже не является кровавым маньяком, который сам ищет жертв. Так что если вам обеспечить загородный дом со всеми удобствами в какой-то тихой местности, то даже если случится некий приступ, Халк максимум разрушит дом и поплутает по безлюдным окрестностям, пока не успокоится, после чего вы придёте в себя, и мы сможем думать над устранением того, что стало триггером вспышки гнева.

— Но ведь мы так никаких домов можем не напастись… — явно не очень веря в лучшее, отметил учёный.

— Ой, да бросьте, Брюс! Обеспечить пару загородных домов — это, конечно, не жвачку купить, но всяко дешевле, чем списывать десятки танков, которыми сыграли в футбол или оторвали башни. Да и работа ваша в любом случае стоит таких трат и усилий, банально потому, что угрозы планете извне никуда не делись, а наш уровень технологий по сравнению с потенциальным противником хорошо если на планке гладкоствольных мушкетов пятнадцатого века против современных авианосцев. Поверьте, я успел слегка ознакомиться с вашими работами и ответственно заявляю, что вы гений, который действительно может помочь человечеству исправить ситуацию, и на этом фоне стоимость всего-то комфортной жилплощади в тихом месте абсолютно не смотрится как аргумент вам не помогать.

— Вы меня захваливаете. Мой первый же серьёзный эксперимент обернулся катастрофой… — смутился Бэннер, но было заметно, что мои слова ему очень приятны.

— Такова жизнь — идеально и с первого раза всё получается только в сказках, — развожу руками. — В любом случае удалённая работа без раздражителей — это только первый шаг. Вам бы не помешала помощь психолога, у меня есть несколько хороших друзей, к которым и самому обратиться не зазорно. Ну знаете, когда ты являешься владельцем корпорации, что изготавливает оружие, суперсолдат, работает с ксенотехнологиями, а сотрудники так и норовят поэкспериментировать на себе, и даже угроза лишения премии их не всегда останавливает… мысль «а если я уничтожу мир, мне больше не придётся участвовать в этих чёртовых совещаниях и останавливать докторов наук от попыток суицида» становится очень привлекательной…

— Ваши сотрудники экспериментируют на себе и склонны к суициду⁈ — Брюс моргнул.

— Для справки, вы сами хотели дополнительно облучить себя смертельно опасным излучением, основываясь на ничем не подтверждённой теории.

— Это был жест отчаяния! — возмутился ученый.

— А у меня это называется «рядовой вторник» . Так что поверьте, тот факт, что вы в раздражении можете стать большим и зелёным и начать громить лабораторию, меня не смущает. Итак, каков ваш положительный ответ?

— Кхм, а как же военные? У меня контракт, и генерал Росс… — он уже был согласен, оставалось лишь уладить всякие мелочи.

— С ним я смогу договориться. Ну так что, вольётесь в мою Корпорацию Зла в качестве почётного миньона?

— Л-ладно… но… кхм, вы странный, мистер Дум, — улыбнулся завербованный Брюс.

— Что поделать? — развожу руками. — Нашу планету недавно чуть не сожрал космический великан, а до этого на нас поочерёдно нападали то мифические атланты, то зелёные инопланетяне. Вокруг нас безумная жизнь, и если всегда воспринимать её всерьёз, то можно и спятить. Ну и коли мы договорились, давайте-ка вас чуток препарируем — мне нужно будет переслать образцы в лабораторию, чтобы мои сотрудники начали делать первичный анализ.

— Ага… Хорошо… — ошарашенно покивал «носитель Халка », всей позой выражая что-то вроде «Ну и шуточки у вас!» и « Это же ведь шутка, да? Просто шутка? Ну пожалуйста, ну скажите, что да!»

И вот переговоры увенчались успехом, я завербовал очередного гения, что будет совершенно добровольно впахивать на меня, как раб на галерах, и хрен детишки Дяди Сэма у меня его отберут — ещё и оплачивать будут! В общем, всё было прекрасно и замечательно. Слишком прекрасно и замечательно, а потому вселенная Марвел поспешила мне напомнить, что она такое не любит, она такое не одобряет. Короче, по базе заревел сигнал тревоги. Кажись, на нас напали.

— Ну твою мать, что на этот раз? — вздохнул я, надеясь, что ревун сделает Брюсу не настолько много стресса, чтобы сорвать блокаду от Эммы. Халк, начавший опять бушевать, пока я ещё толком ни с кем не договорился, был ну вот совсем не нужен.

Пришлось срочно бежать в штаб, где народ уже стоял на ушах и пытался понять, что происходит и что с этим «происходит » делать. Путаться под ногами всклокоченных вояк я не собирался, но и не отвлекая народ, выяснить в общих чертах, в чём дело, получилось элементарно. Итак, на нас напали злые роботы. Если быть точным, то экспериментальные предсерийные прототипы от Хаммера, которых должны были испытывать на одном из полигонов в ведомстве Росса. И этих прототипов было аж полсотни. Полсотни снаряжённых пулемётами, гранатомётами и ракетами класса «небо-поверхность» бронированных чушек на чём-то вроде то ли воздушных подушек, то ли вообще полноценной винтовой тяги и с мини-двигателями на реактивной тяге. Хорошей новостью было то, что запаса горючки, боекомплекта и общей живучести у этих птичек было на полчаса-час не особо интенсивного боя. Плохая новость состояла в том, что мы сидим не в Коронадо или Норт-Айленде, где расположены полноценные боевые части, способные одной группировкой заровнять все вооруженные силы таких « сверхдержав» , как Латвия или Эстония, да и моя Латверия им тоже будет на один зуб. Мы сидели на ноунейм-базе, что служила, по сути, перевалочным пунктом и ремонтной мастерской для снабжения непосредственно испытательных полигонов. Ещё и весь лишний персонал отправили подальше. Другими словами, на полную развальцовку такими роботами хватит минут пятнадцати…

— Полковник, мне глубоко плевать, что эти летучие чемоданы не должны были тут оказаться, они тут оказались! И у меня тут состав учёных и военных представителей! Если с них хоть волос упадёт, на электрический стул сядете не только вы, но и вся ваша семья, адъютанты и канарейка! У вас должна быть кнопка отключения! — Росс орал в трубку так, словно хотел и без проводов доораться до адресата. После чего, выслушав ответ, эту трубку злобно бросил на телефонный аппарат, чуть не разбив приборы. — Чёртовы тыловые крысы! Майор! — повернулся он к Талботу. — Нам нужно продержаться двадцать минут. Какие у нас есть ресурсы?

— Стандартные пулемёты и лёгкие автоматические гранатомёты под хамви, сэр, — ответил военный. — Из живой силы — две охранные роты.

По лицу Росса всё было понятно — «нам пиздец» читалось на нём крупными буквами. Причём, как назло, генерал Хэйгер ещё с полтора часа назад свалил обратно в Пентагон, захватив с собой ещё как минимум часть охраны, что должна была сопроводить его до аэродрома. И ведь даже в вину ему это не поставишь — у мужика и свои обязанности есть, он же и так до края сидел на чужой территории и дождался разрешения горячей фазы ЧП и захвата объекта.

— Господа, можем ли чем-то помочь? — обратился я к присутствующим.

— Мистер фон Дум, — вздохнул генерал, — если у вас нет под рукой чудо-средства, что может остановить полсотни боевых дронов… М-да, нужно было отправляться в бункер.

— Ну, — я огладил подбородок, — вообще-то есть.

— Серьёзно? — удивился вояка.

— Да… Но это из того же раздела «совершенно секретно » и « перед прочтением застрелиться» .

— Хорошо. Делайте. Записи вести не будем и возьмём со всех расписки, — кивнул Росс.

— Хорошо. Фрэнки, — повернулся я к своей спутнице, — жги! С Хэйгером потом согласую.

— Хорошо, сэр, — кивнула шикарная зеленоглазая блондинка, что всё делает лучше, и… направилась к выходу.

— Мистер фон Дум? — удивилась и возмутилась Бетти, тоже оказавшаяся в штабе.

— Не беспокойтесь, мисс Росс, — улыбаюсь. — Вы, кажется, запамятовали, что мисс Рей, как и капитан Блонски, тоже не обычный человек…

Тем временем девушка добежала до выхода и, окутавшись языками пламени, взлетела в небеса. Вскоре по дронам начали прилетать плазменные сгустки, превращающие «птичек» в куски оплавленного пластика и металла, что ещё и красиво взрывались.

— Святая Мария… — выдохнул кто-то из штабистов, наблюдавших за разгромом по камерам.

Тем временем мисс Рей раздухарилась, и роботы стали кончаться весьма шустро. Но у неё всё ещё толком не было опыта, да и методичек уровня «как воевать с автономными роботами, будучи живой плазмой » никто не писал. Потому были и проблемы. Какие именно? Ну, девушка не успела отследить всех « птичек» и пока прожаривала одну группу, вторая благополучно зашла на цель и вдарила ракетами. Небольшими, но и мы не в бункере сидели.

— Чтоб его… — пол подпрыгнул, коварно уходя из-под ног, сверху посыпалась штукатурка и куски потолка. И это было уже достаточно стрессово. В том смысле, что мне-то, может, и нормально, но со стороны лазарета…

— ГРА-А-А-А-А-А-А! — … со всей очевидностью донеслось, что большой-зелёный снова с нами.

Более того, через считанные секунды рухнувшая в клубах пыли и граде осколков стена авторитетно свидетельствовала, что с нами он не только гипотетически, но и вот конкретно здесь и сейчас. Так сказать, до боли близко к будоражащим картинам интимного дыхания в ушко.

— Хочу в отпуск… — поднимаясь с пола и отряхиваясь, обратился я к мирозданию. — Ну привет, здоровяк… — это я говорил, уже смотря в маленькие глазки «дикаря» . И, как ни странно, особой кровожадности в них не было.

— Р-р-р! — гуманоидный монстр смотрел на меня с сомнением. Кажется, он звериным инстинктом своим чувствовал, что связываться со мной не стоит, но в то же время я выглядел относительно безобидно. В общем, у «неандертальца» явно возникла дилемма.

— Спокойно, дружище. На тебя никто не нападает, тут просто случилось одно недоразумение. А ещё у всех сегодня был тяжёлый день. Давай мы просто пойдём и попьём чая. Тут есть печеньки. Их Бетти принесла.

— Бетти? Печеньки? — моргнул мутант.

— Да, печеньки от Бетти… Вкусное. Кушать.

— Вкусное? — заинтересовался здоровяк.

— Да…

— Мистер Дум! — тут в себя пришли и вояки и… разумеется, потянулись к табельному оружию.

— Если кто-то вытащит ствол, пусть сразу спиливает мушку… — продолжая улыбаться и кося взглядом на напрягшегося Халка, честно предупредил я.

— Мушку? Зачем? — это был глупый вопрос, но с учётом того, что сейчас по почти гражданским штабистам прилетело ракетой, а потом они оказались в одном помещении с почти трёхметровой машиной смерти, понять их затуп было можно.

— Потому что, клянусь, я засуну им этот ствол в задницу по самую рукоять и утрамбую ногой так, чтобы умник, додумавшийся его достать, подавился нахуй!

— Нахуй! — весомо повторил Халк, оценивая слово. — Нахуй! — окей, Виктор, ты научил доброго, примитивного, пусть и слегка агрессивного парня материться. Хорошая работа.

— Ну что, здоровяк, пойдём кушать? — обратился я уже к нему.

— А эти… — он покосился на замершего генерала. — Он плохой! Он хотел сделать Халку больно!

— Ну так… это папа Бетти! Любой отец по определению хочет сделать больно парню дочери, если считает, что тот её не достоин.

— Э-э-э… — мутант задумался. — Халк… не достоин быть другом Бетти? — почти жалобно спросил гигант.

— Таковы отцы, ты можешь спасти мир, а он всё ещё будет сомневаться, что ты хорошая партия для его дочери. А ещё ты большой и страшный, вот они с испугу и делают всякое.

— Халк… страшный? Халк не страшный! — возразил Халк. — Ты… ты совсем не бояться Халка!

— Я просто знаю пару хороших ребят, которые такие же большие, как ты. Но не всем так повезло, вот тебя и боятся, хотя, я уверен, ты тоже хороший парень! Кстати, ты ведь и правда ещё ни разу ничего вкусного не ел, когда появлялся? Давай исправим это недоразумение, — кладу ладонь ему чуть выше локтя, направляя в нужную сторону, — буфет тут недалеко, пойдём…

— Незнакомец хочет его угостить? — не стал сопротивляться гигант, хотя всё ещё был удивлён.

— Верно, сейчас ещё и Бетти подойдёт…

— Бетти… — с теплом протянул здоровяк. — А как зовут незнакомца?

— Виктор, меня зовут Виктор. Очень рад с тобой познакомиться…

Так мы и дошли до столика с «дежурной выпечкой» . Он, конечно, тоже кувырнулся, но кулер с водой был цел, бумажным стаканчикам и пакетикам с чаем и вовсе ничто не угрожало. Так что вскоре мы устроились прямо на полу и пили чай, закусывая его печеньками. Сверху доносились звуки взрывов, но всё тише.

— Ну, как тебе? — пододвинув вазочку с выпечкой здоровяку, поинтересовался я у него.

— Вкусно… Ты… добрый. Будешь другом Халка? — н-да, права Эмма, действительно ребёнок в теле машины смерти.

— Почту за честь, — улыбаюсь мутанту. — Будем друзьями! — и протянул ему руку.

— Вик-тор — друг! — с некоторым трудом выговорив имя, повторило альтер-эго Бэннера, аккуратно пожимая протянутую руку.

— Можно просто Вик, — пожимаю плечами, — друзья меня так называют.

— Вик! — уже куда как радостнее покивал здоровяк.

Ну а там к нам вырвалась и мисс Росс — ту ещё при первых звуках ломания Халком стен очень оперативно сграбастал и утащил майор Талбот, и остальные вояки, дубины такие, совсем не спешили воспринимать мои намёки, что ту хорошо бы привести. А ведь как ненормальный намекал!

К счастью, девушка оказалась умнее солдафонов и пробилась к нам. И, собственно, после появления его дамы сердца большой-зелёный совсем успокоился и, осознав, что больше опасности нет и никто не хочет его постукать, минут за сорок окончательно «сдулся» , вернувшись обратно в облик Бэннера… которому срочно понадобилась одежда. И который принялся извиняться за то, что чуть не довёл народ до грязных штанов.

— Это было… — выдохнул генерал, отведя меня чуть в сторону. — Мистер фон Дум, я, конечно, слышал о вас от своих коллег, но это… У вас стальные яйца.

— Кхм, спасибо. Но я просто уже как-то привык к окружающему меня безумию и ситуациям «мы все умрём» . Кстати о ситуации, как там наверху?

— Капитан Рей и поддержавший её капитан Блонски закончили с устранением тяжёлых платформ и уничтожат лёгкие в течение десятка минут, но уже сейчас можно говорить, что опасность миновала, — заверил меня Росс. — И… её возможности — это тоже результаты вашей работы?

— Не совсем, пусть и связаны с нею, — покачал я головой. — Но детали — у генерала Хэйгера, я просто не имею права разглашать информацию без санкции от него, простите.

— Понимаю, — кивнул он. — Думаю, в ближайшее время я направлю запрос и от своего ведомства. То, что вы показали, более чем впечатляет, как и ваш уровень компетенций. А теперь я пойду выяснять, какого чёрта эти прототипы вообще оказались здесь и начали нас атаковать…

Глава 18

После того, как атака была отбита, «слоники забегали », в смысле, началась суета и стандартные вопросы из серии «кто виноват? » и «кого сношать, если до виноватого не добраться? ». То бишь народ стал проводить расследование. Правда, с его результатами мы ознакомились уже после приземления обратно в Нью-Йорке. И под «мы» я имел в виду только себя, Эмму и Фрэнки, хотя и генералу Хэйгеру, полагаю, тоже выслали копию. А вот Брюс в Нью-Йорк не полетел, ибо пусть « сотрудничать с Бэннером» вояки и согласились, но вот везти его в многомиллионный город — нет. Однако я забежал вперёд, а между тем пока народ проводил расследование, я расспрашивал Брюса, где ему будет работать комфортнее — на песчаном пляже удалённых островов, в условных « лесах Канады» или уединённом бунгало в горах Аляски. Нет, можно было оставить его в песках Невады или перетащить чуть дальше — в Долину Смерти, но после не связанного с Халком ЧП этот вариант был таким себе. А вот организовать за счёт вояк « удалённое рабочее место» в горах Аляски было вполне себе реально. Так что поедет уважаемый учёный туда. Правда, после того, как ему обустроят всё необходимое, пока же он со своей зазнобой побудет-таки в испытательном бункере и под усиленной охраной.

Но вернёмся к теме прилетевших беспилотников и всего с ними связанного. Были они производства Хаммера, и им полагалось добропорядочно проходить испытания на соседнем участке, как очередной прорабатываемый вояками вариант ответа на внеземные угрозы. Однако… однако кто-то смог перехватить контроль над ними, задать цели для поражения и в режиме «выжженной земли » отправить нас убивать. Кто это сделал, было не ясно, более того, вояки даже не смогли выяснить, на каком этапе случился взлом, так как все логи и следы подключения неизвестный умник затёр мастерски. Так что с одинаковой вероятностью дронов могли «подправить » ещё в лабораториях самого Хаммера, при перевозке, при размещении на складе перевалочной базы или даже уже на самом полигоне. В последнее «детишки дяди Сэма» не особо верили, всё же « режимный объект, мышь не проскочит, и никто из своих так точно не поступит» , но с учётом того, что у них по другому режимному объекту какой-то малолетка на мотоцикле во время испытаний бомбы рассекал, я бы не стал отбрасывать и версию с перепрошивкой в конечной точке. Ещё « гениальные» следователи даже не смогли понять, что это было. Покушение на кого-то конкретного на той базе? Террористический акт? Провокация? Целью были вояки, провокация буйства Халка, покушение на меня или это охреневший конкурент пожелал бросить тень на имя Хаммера? В общем, нифига не понятно, но очень интересно. Как что найдём — расскажем. Ага. Верю.

В итоге, чувствую, пиздюлей получат просто коменданты — с того склада и с той базы. Один — за то, что у него смогли взлететь неучтённые вооружённые и снаряжённые аппараты, а второй — за то, что прилетевшие аппараты ничем забороть было нельзя. И если залёт первого товарища я ещё мог признать — если уж не остановить, то поднять тревогу и объявить о ЧП по всей округе тот вояка был обязан, — то вот какие претензии ко второму мужику, что был скорее логистом-завскладом, чем боевиком, и у которого к тому же приказом генералитета убрали большую часть людей, я сказать затруднялся. Но, увы, не уважаемым же генералам крайними становиться? Так что на этом история повисла в воздухе — штатные кары невиновных и награждения непричастных в расчёт не берём. В любом случае, немного подумав, я мысленно пожал плечами и плюнул — проблема Халка пусть и не решена, но теперь Брюс хотя бы не будет несколько лет играть с вояками в догонялки, попутно разрушая десятки городов в центральной Америке, калеча сотни людей и спуская в унитаз за малым не миллиарды долларов от изломанной техники и разрушенной городской инфраструктуры, попутно обеспечивая партии расовой войны в Конгрессе шикарную доказательную базу своей правоты. Бесспорно, эксцессы ещё возможны и наверняка будут — мы же во Вселенной Марвел, в конце концов! А значит, Халк не может просто так сидеть тихо-мирно на попе ровно и должен крушить. Но, смею надеяться, того накала озверина, что был у вояк в оригинальных историях, уже не случится, и эксцессы будут именно эксцессами, а не полномасштабной военной кампанией в центре страны под рык сотен танков, самолётов и грызущего щит генерала Росса. Ну и что меня, случись чего, звать будут, как и позволят подвести к Бэннеру нужных спецов по ментальным проблемам. О бонусе в виде того, что оный Бэннер теперь будет во многом работать на меня, занимаясь не только проблемой своего излечения, но и рядом иных проектов, я особо не думал. Оно хорошо, конечно, но, серьёзно, куда больше я ценил шанс избежать никому не нужной бойни, провоцирующей межрасовую ненависть.

Собственно, последний факт побудил меня первым делом не браться изучать отчёты, подготовленные Леонардом после трёх недель моего отсутствия на рабочем месте, а связаться с Ксавьером и изложить ему ситуацию. Да, пока они с Брюсом не могли встретиться, и да, не очень хорошо вот так вот сваливать с больной головы на здоровую, но я считал, что лучше заранее предупредить о проблемах и так же заранее уточнить, когда уважаемому профессору будет удобно этими проблемами заняться, чтобы дальше уже в спокойной обстановке планировать встречу, чем делать всё в последний момент. Опять же, тема снижения градуса напряжённости между простыми людьми и мутантами была выгодна нам обоим.

— Значит, там полноценное раздвоение личности? — задумчиво потирал подбородок лысый телепат после нашего рассказа, состоявшегося в его кабинете.

— Верно, — подтвердила Эмма. — Я могу показать вам, что видела в его разуме. И, боюсь, это не лечится.

В ответ сильнейший телепат Земли кивнул, и в следующий момент они оба закрыли глаза, явно переходя на иной слой коммуникации.

— Ещё чая? — предложила доктор Джин Грей, что, как и двое других старших учеников Ксавьера, присутствовала при разговоре.

— Да, благодарю, — я сам не заметил, как осушил чашку, так что новой порции горячего напитка был весьма рад.

— А эта Фрэнки Рей и капитан Блонски… — вступил в беседу Циклоп. — Вы говорили им о нас?

— Нет. Я не сторонник трепаться о чужих секретах, — успокаиваю парня. — Бесспорно, они мутанты, и в определённых ситуациях я готов за них поручиться, но сейчас они на службе, при этом точно не воспримут с позитивом новость о том, что им придётся скрывать от начальства существование неподконтрольной правительству военизированной группировки мутантов всего в двух часах езды от Белого Дома.

— Да, лучше не портить людям настроение такими дилеммами, — подключилась к обсуждению Шторм, отпивая из своей чашки.

— Что же, я всё увидел, — между тем вышел из транса Шарль, вместе с Эммой открыв глаза. — И должен признать правоту анализа мисс Фрост. Боюсь, такая ситуация не решается простыми методами.

— Увы, — пожимаю плечами. — Я бы предложил Бэннеру устроить что-то вроде телемоста с Халком, чтобы они поочерёдно записывали друг другу видеосообщения, для знакомства и налаживания отношений, но пока у него слишком негативное отношение к своему второму «Я» , чтобы быть инициатором такого диалога. Халку же предлагать подружиться с Брюсом бессмысленно, тут именно Бэннеру нужно играть основную скрипку.

— Думаете, это поможет? — скептически уточнил Скотт Саммерс.

— Не знаю, — не стал врать я, сделав несколько глотков. — Но это хоть какой-то шанс. Тут ведь как с оборотнями в разного рода легендах — всё зависит от точки зрения на эту силу. Для кого-то данное перевоплощение — проклятье, но в других культурах оно может считаться благословением. В любом случае мы имеем две личности, и если одна будет другую ненавидеть и пытаться подавить, а то и уничтожить, то это неизбежно вызовет ответную ненависть и противодействие. Начнётся война за тело и время его контроля, и тогда Халк действительно может стать монстром, что будет пытаться разрушить всё, что дорого Брюсу, банально из соображений нанесения вреда врагу. И это будет огромной проблемой. Пусть уж лучше у них будет как у Тора, когда личности две, но они заодно и чувствуют себя одним целым.

— Идея интересная и может сработать, — задумчиво сложил руки перед лицом Ксавьер.

— Не хочу выглядеть тем, кто сваливает на других свои проблемы, но тут так и тянет сказать «вот вам и карты в руки» , всё-таки из нас двоих экспертом по части психологии являетесь именно вы, — киваю профессору.

— Ничего страшного, я здесь именно ради таких дел, — отозвался Шарль. — Однако, учитывая наблюдение армии, боюсь, мне будет непросто встретиться с мистером Бэннером. А ведь может получиться так, что весьма разумным будет пригласить к нему Тора и дать возможность поговорить с Дональдом Блэйком.

— Я постараюсь оказать всю возможную помощь и обеспечить вашу встречу сразу, как будет решён вопрос с местом постоянного проживания Брюса. Вы ведь, кроме прочего, дипломированный и лицензированный специалист, которого я могу рекомендовать вполне официально, не так ли?

— Да, всё верно, — подтвердил Ксавьер. — Возможно, с учётом секретности это вызовет дополнительную проверку со стороны компетентных органов, но к этому мы подготовимся, — бросил он взгляд на Циклопа, получив в ответ согласный кивок.

— Отлично, тогда давайте подумаем, в каких числах вам будет более-менее удобно, а дальше я буду держать вас в курсе…

Так, собственно, и договорились. Увы, долго гостить у гостеприимных Иксменов я не мог — мир на паузу никто не ставил, проекты работались, контракты заключались-исполнялись, и всё это требовало моего контроля, особенно после трёхнедельного отсутствия. Потому свернулись мы с Эммой быстро, и тем же вечером я уже разгребал бумаги, просидев за этим делом до самого утра. Мучить девушку не стал, отпустив её баиньки. Пусть в своей алмазной форме она, как и я, слабо ощущала физическое утомление, но к чему заставлять дорогого человека, когда можно этого не делать? В любом случае большой помощи от неё в деле вникания в отчёты Леонарда бы не было, а отправлять бумаги куда-то дальше раньше утра всё равно было бессмысленно. Короче, справился сам, даже перешёл на сладенькое…

— Ты сейчас выискиваешь, сколько раз мисс Стейси опаздывала на работу, не так ли? — вернувшись ко мне с рассветом (и чашкой свежего кофе!), осведомилась посвежевшая Эмма, чьи волосы ещё были слегка влажными после душа.

— Эй, использовать телепатию — это жульничество! — возмутился я неспортивным поведением подруги, с благодарной улыбкой принимая горячий напиток.

— Никакой телепатии, я всё ещё не могу читать твои мысли, пока ты не позволяешь, — усмехнулась она. — Просто я, кажется, начала понимать, как ты мыслишь. А ещё Фрэнки угнали писать отчёты в Пентагон, а значит, тебе нужна ещё одна милая порядочная девушка, чтобы подомогаться.

— А как же ты? — я вскинул бровь.

— Потому я и сказала «ещё одна» . К тому же, — девушка обогнула стол и вальяжно уселась ко мне на колени, — будем честны, в данном случае главное для тебя — поиграть на её нервах и насладиться реакциями, в то время как я сама до тебя домогаться буду! Кстати, помнится, кто-то обещал меня как следует наградить за помощь с тем зелёным…

— Я уже говорил, что ты шикарна и я с каждым днём убеждаюсь в твоей идеальности всё сильнее и сильнее? — мои руки оказались на талии Эммы совершенно неосознанно. Но очень естественно.

— Я не против послушать это ещё, мр-р-р… — она так удобно уселась бочком — самое то, чтобы дотянуться до шейки, поцеловать её, потом отодвинуть локон белокурых волос и прикусить губами аккуратное ушко.

— С удовольствием. Я обожаю тебя… И очень люблю, — в ответ девушка улыбнулась и чуть наклонила голову, подставляя под мои губы новую зону. Что же, разбор полётов для девочки-паучка на некоторое время отложится. Ну и ладненько, а теперь… — Иди сюда, — я подался чуть вперёд и поймал губы блондинки в поцелуе. Мир не рухнул за три недели моего отсутствия, переживёт и пару часов утра. А я очень соскучился по моей девочке.

То, что мир не рухнул — это, конечно, да, однако это не означало, что он встал на паузу. И пусть немного отдохнуть с моей шикарной блондинкой, что всё делает лучше, у меня получилось, но когда большая часть сотрудников таки явилась на работу, пришлось пускать подготовленные ночью бумажки по инстанциям и в целом включаться в работу, где от меня требовались присутствие, вердикт и решение. Дел накопилось действительно порядочно, и даже работоспособность Леонарда не могла зарешать их все. К сожалению, начинать нужно было не с поимки «опаздуньи» Гвен и предъявления ей претензий, хватало и куда более срочной рутины, начиная от коммуникации со смежниками и государством, заканчивая вниканием в дела лично курируемых сверхсекретных проектов. Особенно сверхсекретных проектов, тем более после получения образцов ДНК Бэннера, которые можно было использовать не только для реальных исследований, но и в качестве прикрытия моих собственных знаний о природе Космической Силы Галактуса и методах воздействия ею на живые организмы, то есть реализовать новый рывок в развитии технологии принудительной мутации.

Зачем реализовывать этот рывок? Ну, хотя бы затем, что дяде Сэму нужно было явить новые результаты, дабы условная «партия Капитана Америки» не теряла своих позиций, а их противники не могли использовать инцидент с Халком в качестве торпеды для подрыва положения кого-то из ключевых фигур, что будут моими естественными союзниками в деле мягкой передачи власти от хомо сапиенс к хомо нео. Напротив, инцидент с Халком стоило использовать самому, ведь я как не горел желанием выдавать воякам вундерваффе, так и не начал гореть, и в этом плане демонстрация силы Халка была просто идеальной рекламной кампанией для продвижения идеи клепать больших, прочных, физически сильных… и совершенно не представляющих угрозы для ребят моего уровня суперсолдат. Поглядев на подвиги Халка, ребята в больших кабинетах увидят для себя идеал машины смерти, и если сразу предоставить им возможность стать чем-то подобным, у них не будет времени собрать статистику по иным мутантам и сообразить, что куда интереснее получить силы вроде управления металлом, превращения в живое пламя, а то и вовсе телепатию. Напротив, возрастные болячки, вроде ноющих суставов, шалящего сахара в крови, всяких почек, проблем с давлением и прочих сердечных недостаточностей, будут дружным хором подгонять всех причастных поскорее здоровье поправить. А то как же? Вон, Бэннер до трансформации был откровенным задохликом, успевшим посадить зрение и испортить осанку, вечно горбясь над рабочим столом, а как пару раз обратился туда-сюда, так сразу такой подкачанный стал, такой статный и про очки даже не вспоминает — ну мечта же! Вот и осуществим мечту заслуженных борцов за свободу и демократию к их вящей радости, заодно окончательно ставя их авторитет и связи на службу своему делу, при этом не рискуя создать конкурентов в пищевой цепи.

Ну и просто нормальным мужикам, что пребывали в виде откровенных монстров, по ходу дела поможем. Вернее, с них начнём, ведь что может быть правдоподобнее, чем получение результата специализирующимся на вопросе гением после того, как он предметно изучил некоего большого-зелёного погромиста [27] , обладающего столь нужным проекту механизмом, как обратная трансформация без потери способностей? Разумеется, неоднократно доказавший свою компетентность специалист вполне может вкурить, как Брюс Бэннер из обычного мужчины среднего телосложения становится кидающимся танками великаном, а потом возвращается обратно, после чего найти способ это повторить. Плевать, что с точки зрения реальной науки исследований с нуля оно всё далеко не так просто, но где реальная наука и где высокие чины в военном ведомстве? С их же точки зрения данная логика безупречна, а значит, скушают они такую версию как миленькие. А мне только того и надо — пусть верят в ограниченность моих знаний и что я всё придумываю на лету, лишь по мере поступления задач, ещё и нуждаясь во времени на исследования и работы. Это куда лучше, чем сообщать всему миру реальное положение дел и становиться мишенью для абсолютно всех спецслужб мира, что пойдут на всё, дабы распотрошить мою голову.

О чём я? Ну так о прилёте Галактуса, вестимо. Важно понимать, что за время владения доской Серебряного Сёрфера я действительно крайне расширил свои горизонты понимания физики Вселенной, но если первое время обретённый объём знаний больше шокировал и подавлял своим запредельным для земной науки масштабом, то чем больше проходило времени, тем лучше эти знания укладывались у меня в голове в уже осмысленной и соотнесённой с земной научной традицией форме. Крайне сложно доходчиво описать это словами для тех, кто подобного не переживал, однако если раньше я искренне был в тупике, пытаясь понять, по каким принципам работает оружие тех же атлантов Немора или снаряжение диверсионной группы скруллов, то теперь, переварив и разложив по полочкам тот массив интуитивного понимания процессов, что вложил в доску своего Герольда Галактус, я могу буквально с нуля расписать физику процессов, натурально заполняя вакуум человеческих знаний готовыми формулами, расчётами и доказательством концепций, выдавая на-гора целые направления науки с готовой теоретической базой. И с каждым днём это было всё сложнее скрывать, особенно в разговорах с компетентными людьми, вроде Бэннера, Маккоя, Спенсера и так далее, где поднятые темы иной раз так и подзуживают дать правильный и готовый ответ, который… нельзя давать, ведь земная наука его не знает, и, хуже того, о данном факте прекрасно осведомлены подобные собеседники.

Почему это так важно? Да потому, что умный человек без проблем сложит два и два, быстро увязав резкий скачок познаний босса с тем, что этот босс вступал в контакт с инопланетным устройством огромной сложности. А дальше начнутся даже не попытки продать меня в пыточную к какому-нибудь Щ. И. Т.-у, чтобы потрошили на инопланетные знания, а банальные личные хотелки и просьбы, удовлетворять которые мне не то что невыгодно — мне это опасно! Например, полностью вылечить Смайта-младшего — для меня это мелочь, я буквально щелчком пальцев могу это сделать, но это не скрыть. Более того, на этом просьбы не остановятся, ведь вокруг столько инвалидов и больных, всем надо помочь, а боссу это ничего не стоит, так что бы и не попросить? Смайт-старший — учёный старой закалки, ему бы все научные достижения на благо всего человечества и разом, и Маккой ничуть не лучше — альтруист, подвижник, глубоко нравственный человечище, что сейчас, конечно, больше озабочен своей проблемой, но стоит её отпустить — тут же переключится на мысли в масштабе и ради пользы для всех. И эта фигня — она заразна! Стоит только заикнуться, что у тебя есть условная лампа джинна, способная исполнять желания, как сразу столько советчиков и просителей образуется вокруг, и все сплошь такие искренне правые, что кошмар! А мои знания для непосвящённого человека — это как та самая лампа, где вот только заикнись, как сразу будешь должен решить все проблемы человечества, от климатических аномалий до энергетического кризиса, и чтобы в каждый дом ещё газ провёл с интернетом и робо-горничной, стилизованной под кошкодевочку. Ну знаете, эта логика людей, что где-то слышали, что какое-то образование очень крутое, по типу «Сынок, у нас там микроволновка сломалась, почини. Что? Не умеешь? Ты ж программист!» Бр-р-р… Аж флэшбэки из прошлой жизни.

Словом, я прекрасно представлял, что конкретно и как делать, чтобы привить тот же механизм обратного превращения Эмилю Блонски, а после него — Бену Гримму. Как и параметры излучения, необходимые, чтобы сразу мутировать человека в здоровенного качка, обладающего подобным механизмом. Вопрос был в подготовке конкретной доказательной базы, с ходом логических рассуждений и подводкой к итоговому решению, а также написании «математики» под нужный режим работы установки. И поскольку Хэнк Маккой — мужик умный, прекрасно способный осознать, где идёт живая научная работа с пробами, ошибками и исчерпанием идей, а где сразу рисуется готовое решение, писать всё вышеперечисленное мне предстояло в гордом одиночестве, просто чтобы не спалиться наличием того самого готового ответа ещё до начала изысканий, параллельно призывая на помощь всё своё актёрское мастерство, чтобы изображать невежду, работая с ним над образцами Халка.

Не самая простая задача, прямо скажем, и времени жрёт — врагу не пожелаешь, но, при всём уважении к доку, я пока не был готов открывать ему все карты. Тем более как раз на его случай готового решения у меня не было — там требовалось именно работать уже по факту результатов с «лучевыми» мутантами, экстраполируя метод на химическую активацию генома.

Словом, уйдя в творческий запой без сна и без отдыха с Эммой под боком, я творил будущее, спеша воспользоваться моментом на самый максимум. Понятное дело, можно было так не гнать, но я знал, в каком мире живу, и ещё лучше понимал верность закона Мёрфи о том, что если что-то может пойти не так, оно обязательно пойдёт не так. Иными словами, если не сделать сразу, эта технология обязательно повиснет недоделкой, потому что что-нибудь обязательно не даст её закончить в спокойном рабочем темпе, ещё и головняков навесит сверху так, что легче застрелиться, чем все разобрать. Причём я даже заранее знал, что может меня отвлечь: самым очевидным и напрашивающимся вариантом, который сто процентов произойдёт, был Бэннер с его переездом на новое место жительства, организацией его работы и лечения. А ведь и кроме него вокруг целая Вселенная Марвел, с горящими на меня попкой Гондонмэнами, что спешат «вылечить друга» вперёд меня; тайным снабжением главного лидера мутантского радикализма передовыми космическими технологиями и готовыми узлами для постройки Астероида-М; милыми студентками, что прыгают по городу на искусственной паутине, нарываясь на автоматные очереди от бандитов; и ещё хреновой тучей другой фигни, что в любой момент может подкрасться со спины и начать интимно шептать в ушко о том, как я ей нужен прям сейчас, прям немедленно. Так что да, я пахал без сна и отдыха и ничуть об этом не жалею. Да и Эмиля пришлось отдельно запрашивать у вояк, доказывая по телефону, что это надо, срочно и вообще они сами того хотят.

Зато справился в рекордные сроки! Брюсу даже жильё ещё не успели подготовить, а я уже готовил установку к запуску.

— Так, теперь скорректируем гамма-волны, ослабим пси-фактор, учтём корреляцию… — ещё раз проверяю записи. — Всё верно, всё точно… Полезай в установку! — отдал я распоряжение своему первому подопытному.

— Хорошо, сэр, — послушно кивнул Блонски. — Надеюсь, у меня после этого не появится щупалец?

— А нужны? — поднял я заинтересованный взгляд на подопытного.

— Кхм… Не хотелось бы… — вояка покосился на Маккоя, что ассистировал мне в лаборатории. — Как и обрастать шерстью…

— Да, — согласно кивнул Хэнк, — шампунь расходуется галлонами. И электричество на кондиционер. А уж вычёсывать колтуны… Крайне не рекомендую.

— Зато ты весь такой пушистый и шелковистый… — хмыкнул я.

— О да… — закатил глаза химик. — Как писал Шекспир, «любовь бежит от тех, кто гонится за нею, а тем, кто прочь бежит, кидается на шею» [28] . Девушки обожают всё милое и пушистое, — пояснил он с трагичным вздохом.

— Серьёзно? — удивился Эмиль.

— Ну, — замялся Маккой, — пара лаборанток действительно спрашивала, можно ли меня погладить… Довольно смущающе…

— А знаете, шерсть — это не так уж и плохо, — принял решение капитан.

— Возможно, но цель у нас другая, а теперь я всё-таки попрошу вас залезть в эту установку!

— Да, сэр! — и мутант послушно отправился к испытательной камере.

— Мистер фон Дум, вы уверены? — обратился ко мне Хэнк, когда Блонски покинул центр управления установкой. — Конфигурация излучения получится довольно… странной, мы такое не испытывали.

— Вот и испытаем. И да, я уверен, — кивнул я пушистому.

Между тем Эмиль в рабочей зоне уже залез в установку, а охранная рота заняла свои места. Всё было подключено, энергия подана, объект переведён в красный режим безопасности…

— Запускаем! — даю последнюю команду, вставляя собственный ключ в переключатель.

— Хорошо, — кивнул глава отдела генетических исследований и повторил мои действия со своим рабочим местом.

— Один… Два… Три! — поворот ключей, активация установки… Десяток секунд сияния, и всё погасло.

— Аппаратура отработала штатно, — продублировал то, что мы и так видели на мониторах, один из сопровождающих научных сотрудников.

— Открыть установку.

Несколько секунд, тихое шипение гидравлики, передаваемое микрофонами в рабочей зоне, и вот мы наблюдаем, как из камеры выходит всё тот же «монстр» , что и заходил.

— Кхм… — Блонски оглядел свои лапищи. — Не чувствую изменений.

— Так и должно быть, однако теперь в вашу ДНК заложен «линяющий » шаблон, — отвечаю по рации и, подхватив кейс, спешу спуститься вниз. — А теперь наденьте-ка это… — я протянул испытателю браслет с « излучателем» , вернее, с банальным шокером, запитанным на частоту 666 Гц, ибо это имело Смысл! Ну и да, в структуре гиганта было прописано морфирование при получении разряда такой частоты и мощности.

— И что делать дальше? — застегнув «часы» на могучем запястье, спросил Блонски.

— А дальше нажми кнопку, — я усмехнулся.

Вояка послушно ткнул здоровенным пальцем на кнопку браслета, и…

— Ух… — разряд долбанул по его нервной системе, спровоцировав механизм обратного преображения. Полтора десятка секунд — и вот вместо почти трёхметрового монстра на площадке стоит обычный мужчина. Ну ладно, не совсем обычный — мускулатура на уровне профессионального бодибилдера, причём натурального, а не «анаболика» , слегка увеличился рост, относительно того, что было изначально, да и само состояние организма должно было быть идеальным и с органическим возрастом лет в тридцать, а не сорокет, что Эмиль коптит это небо.

— Отлично, — я улыбнулся, в том числе оценивая и то, как подстроился под новый размер браслет из плеяды тех же саморегулирующихся молекул, что и рабочий комбинезон вояки, — оно работает как нужно.

— Я… опять просто человек? — удивлённо и однозначно разочарованно спросил Блонски.

— Не совсем… Ещё раз кнопку нажми… — подопытный послушно кнопку прожал, словил новый разряд и… опять стал трёхметровой машиной смерти.

— Вы… научились это контролировать⁈ — удивлённо выдохнул он.

— Да, спасибо образцам Халка. Ну, как тебе?

— Это… великолепно! — оскалился испытатель. — Когда нужно, могу быть обычным человеком, а если что — сразу в боевой режим!

— Да, таков и был план. Теперь прогоним тебя по полосе препятствий, чтобы убедиться, что твои характеристики не изменились, ну а там порадуем господ генералов…

Собственно, следующий месяц пришлось заниматься этим делом, пусть уже и не столь аврально, имея возможность делегировать обязанности. Но если уж ты начал создавать неодолимых здоровенных мутантов, то нельзя так просто взять и остановиться на полпути. К тому же, как я и ожидал, стоило предоставить отчёт в Пентагон, как оттуда начали поступать запросы на тему, как оно отражается на здоровье, какой рост сил, есть ли побочки и так далее. Я бы мог поверить в то, что спрашивают это ради внедрения в военные части, вот только интенсивность, с которой шли запросы, говорила скорее о шкурном интересе больших шишек. Впрочем, это было ожидаемо, и я был полностью за внедрение такого улучшения воякам. Мутанты-физушники, конечно, могут навести шороху и уважать себя заставить, но только в ракурсе доминации над обычными людьми, да и в случае действительно острых моментов проблема такого мутанта решается десятком попаданий из противотанкового ружья или чего-то сопоставимого. Всё-таки прочности Халка всем подряд дать я не мог, ведь в его случае излучение только пробуждало природную предрасположенность, как, в частности, и у Эмиля, вот только, при всей внешней схожести, реальный потенциал и пределы возможного у их организмов различаются. Аналогичная ситуация была бы и для других подопытных, притом нельзя было забывать, что далеко не все люди в принципе предрасположены к мутациям силового типа, то есть в ряде случаев мне придётся проводить не столько пробуждение задатков, очерчивая правильным воздействием строгие границы для последующей мутации, сколько именно смену биологической основы, как оно произошло со мной, Ридом и Беном. То есть прямо перестраивать организм под тех же каменных мужиков посредством Космической Силы, точнее, её искусственного подобия. В любом случае я знал, как это сделать, а значит, безлимитное финансирование мне было гарантировано.

Но это что касается рабочей рутины, что, к слову, не выявила ошибок в моих расчётах и побочек у бравого капитана. А ведь при этом я оказался полностью прав относительно нежданчиков! Нет, не Халк разбушевался — хвала святому Стэну Ли, Бетти Росс пока хватало навыков и удачи оберегать любимого от лишнего стресса, и батя у неё умудрялся особо дочке не мешать. Просто буквально спустя три жалких дня после удачного эксперимента с Эмилем все мировые СМИ порвались в клочья пополам от горячей сенсации о том, что… Тони Старк смог сбежать из плена неких террористов, что его, оказывается (!), похитили ещё пару месяцев назад, и всё это время он сидел в застенках где-то в Южной Америке.

Да, вот так — его ближайшие соратники, друзья и коллеги просто взяли и скрыли данный факт от всего мира и особенно правоохранительных органов, ведя собственное расследование. И более того, вы не поверите! Они справились! В том смысле, что Старк, конечно, сбежал, но сбежал не просто так, а его нашёл и выручил его телохранитель, применив для этого новейшую разработку компании — индивидуальную нейроброню!

И вновь да, в этом мире, в отличие от киновселенной, плэйбой-миллиардер не стал признаваться в том, что у него появилось хобби летать в навороченной броне по небу и хреначить террористов и прочих засранцев, а поступил согласно оригинальному канону, придумав историю с телохранителем, чью личность он не раскрывает якобы в целях безопасности. И с точки зрения Здравого Смысла это было много разумнее, чем заявлять на весь мир «я — Железный Человек ». Как минимум потому, что если Железный Человек вляпается в слишком вонючее политическое дерьмо, будет подставлен или ещё что, его всегда можно будет списать, из серии « он был наёмником, но мы разорвали с ним отношения» . А ещё его, Железного Человека, враги не будут запускать ракеты тебе в спальню, когда ты спишь.

Что это значило для меня? Ну, после успешного эксперимента — уже практически ничего. Однако случись эта новость в ходе подготовки, могла и сорвать оный эксперимент. Увы, как бы мне ни хотелось обратного, корпорация Старк-Энтерпрайзис всё ещё была значительно более крупной конторой, чем Фон Дум-Индастриз. Откровенно говоря, все мои активы тянули лишь процентов на 5–10 от промышленных мощностей Старка, причём ближе к числу «пять », а не « десять» . Даже так это было очень круто для существующей, считай, всего десятилетие компании, но тягаться с тяжеловесом, что окормляет оборонный бюджет США поколениями, мне было не под силу. Тем более что местный Тони, при всех своих залётах повесы и прожигателя жизни, время от времени купающегося в фонтанах из шампанского в компании пары фигуристых эскортниц, кадры чего даже попадают на страницы таблоидов, был верным патриотом Дяди Сэма и ещё ни разу не зажимал от старших товарищей интересные игрушки. Иными словами, показав всему миру индивидуальную броню, способную летать со скоростью истребителя, имеющую достаточный для таких полётов между странами источник энергии и боевые возможности, с которыми можно в одиночку взять штурмом базу террористов и без единой царапины уйти, ещё и вытащив заложника, Старк подвесил перед вояками настолько одуряюще соблазнительную морковку, что сгоряча те могли и послать меня нафиг, прекращая финансирование и разрывая контракты. Бухгалтера, которым лишь бы сократить расходы, на ответственных должностях, где расходы — это последнее, о чём надо думать, увы, бывают не только в России — в США такого тоже хватает. Как и дураков, что в любой ситуации спешат выделиться, несясь впереди паровоза. В конце концов, это я знаю, что Тони после опыта сидения в застенках на все предложения продать технологию брони покажет всем фигу, а в Пентагоне этого не знают. И как долго будут выяснять и убеждаться в выясненном — вилами по воде писано.

На фоне вышеперечисленного тот факт, что Старка, получается, похищали почти одновременно с появлением Халка, был уже практически ничего не значащим совпадением. Как и тот факт, что Старк сбежал сам, без всякой помощи каких-то расследований корпорации, а вот скрыли его пропажу вполне реально. Как я понимаю, по принципу «пропал босс — плохо, конечно, но допускать падение акций компании? Не-не-не! Старка нет на телеэкранах? Значит, он просто отдыхает! Не лезьте в личную жизнь!» Впрочем, это проблемы Тони и его собственных взаимоотношений с подчинёнными и советом директоров. Для меня же куда важнее было то, что я прошёл по очень тонкому льду. Конечно, даже в случае эксцесса со временем со всем бы разобрались, но прежних отношений, что можно даже называть доверительными, у меня с Пентагоном уже бы не было. И на фоне конфликта со Щ. И. Т.-ом это было не шибко приятно.

В общем, пока угроза миновала, я ловил момент и готовился к работе уже с Беном Гриммом.

Понятное дело, что совсем уж безболезненно эта шумиха для меня не проходила, всё же Энтони Старк — это не сантехник дядя Вася, а глава очень крутой и богатой корпорации, потому один факт его возвращения поднял цену на акции его компании на десяток процентов. Плюс продемонстрированный хайтек в виде прорывной брони — это ещё рост акций. А ведь там, где подорожание конкурента, там и остальные партнёры по рынку автоматом проседают на процент-другой. Ну ладно, не совсем автоматом, но всё же. Однако меня это касалось в меньшей степени, поскольку торговаться на бирже мне и изначально не хотелось, просто тогда не было выбора, сейчас… есть только я и вояки, потому пофиг на цену акций, но ведь это всё равно резонанс в СМИ и прочая «заинтересованная общественность », что жаждет получить комментарии от эксцентричного миллиардера в моём лице. Короче, пусть ситуация и добавляла хлопот, но нельзя было сказать, что это было чем-то страшным или даже сильно сложным. Опять же, пусть и тратя время на всякие интервью, конференции и прочие « вежливые танцы» , где всячески был рад за Тони, я мог отвести душу, банально тролля его за смесь почтения к Золотому Тельцу и знамени мирового пролетариата в одном концепте (а цвет брони у него тут был канонично красно-золотой), призывая всё-таки быть поскромнее и определиться.

А между тем проверки Эмиля шли своим чередом и выдавали хорошие результаты, когда же назначенный курс подошёл к концу, наступило время заняться Беном. Пусть назвать его другом, не кривя душой, у меня получится вряд ли, но он был хорошим приятелем и довольно надёжным мужиком, что был готов сорваться и помогать по первому звонку. Да, во всякое чернушное-незаконное его втягивать было бесполезно, но в том и фишка бытия работающим с вояками миллиардером — мне тупо не нужно влезать в чернуху и незаконное. Даже подопытных для бесчеловечных экспериментов мне готовы предоставить совершенно официально, а если сильно надо, то они ещё и добровольцами будут! Но вернёмся к Бену.

— Э-э-э… Вик, ты уверен? — каменный голем нервно косил взглядом на устройство, напоминающее плод противоестественной любви стоматологической машинки и перфоратора.

— Да, у меня уже есть рабочая концепция, но нужно внести в неё поправки на то, что навертел в своём мутагене Рид. И для этого мне нужен маленький образец тебя, а лучше твоей крови.

— И с меня же ведь уже брали образцы несколько раз…

— Это было давно и неправда!

— Я проверяюсь у доктора Маккоя каждый месяц… Две недели назад заходил.

— Но кровь у тебя ещё не брали.

— А ты уверен, что у меня есть кровь? — продолжал беспокоиться исполин.

— Вот сейчас и узнаем! А теперь не шевелись! В ходе опыта ты можешь почувствовать небольшой прокол…

Ладно, я немного издевался над бедолагой. Ибо нефиг было обо мне нехорошо думать! Даже если это было давно и он уже извинился. Извинения без наказания не считаются! Ну и собрать свежие образцы кремнийорганической жизни до новой мутации было всё-таки полезно. А за свои «страдания » мистер Гримм в итоге получил вожделенный подстроенный под него сеанс облучения и браслетик, так что тоже теперь мог переключаться. В результате чего я чуть было не был задушен, да. И он объявил себя «вечным должником» . В итоге гнусный я уже не просто просил, но потребовал, чтобы меня пригласили на свадьбу « каменного человека» с Арисией, причём на положении не ниже шафера! И нет, это никак не связано с тем, что я хочу полюбоваться кислой рожей Ричардса, которому место шафера лучшего друга не достанется, как вы могли такое про меня подумать⁈ Фу на вас! Развелось экстрасенсов, понимаешь…

Дальше было уже проще. С Брюсом Бэннером от меня не требовалось практически ничего, кроме как принимать отчёты от тех, кто реально пахал над организационными вопросами, да давать свои ценные советы. Ну а как подходящее жильё для мужика было найдено, оборудовано и заселено, я уже смог с чистой совестью загрузить его работой, заодно организовав контакт с Ксавьером, что с большим рвением взялся вставлять мужику мозги на место, кажется, даже реализуя мою идею с видеопосланиями Халку.

В любом случае у меня хватало своих дел и помимо неустанной слежки за ходом жизни некогда забитого ботаника, что обрёл мощные кулаки. Пусть (хвала Леонарду и моей репутации) всякие смежники, даже если бы хотели что-то крякнуть и как-то подкорректировать наши отношения, боялись связываться с мужиком, у которого фамилия звучала как «Злой Рок» и который уже успел продемонстрировать… всякое, но хлопот было предостаточно. К счастью, не только неприятных — имелось у меня и чем себя порадовать!

— Итак, мисс Стейси, вы понимаете, почему я вызвал вас? — я с видом довольного кошака поигрывал выгрузкой из контрольно-пропускной системы.

— Да… — её щёки пылали, а лапки нервно мяли нижний край блузки.

— Итак… восемнадцать опозданий, — я покачал головой. — Мне даже пришёл запрос от мистера Смайта-младшего на тему систематических нарушений трудовой дисциплины. Разумеется, я вас отмазал, сказав, что выдёргивал для кое-каких расчётов по своей работе с военными. Однако… я предупреждал.

— Да… — она вновь кивнула и залилась краской. — О-однако вы говорили, что можете просто удержать у меня из зарплаты!

— Хм… — я задумался. — Да, но это будет, с учётом дисциплинарных мер и моего отмазывания… тридцать процентов.

— Я-а-а согласна! — с болью и скорбью согласилась она.

— Так… — что-то не нравится мне её лицо. — Ты же не хочешь сказать, что за счёт моей щедрой зарплаты уже накопила подушку безопасности?

— Ну-у… — вильнула она глазками.

— Эх… А ведь я мог бы просто нежно пошлёпать тебя по попке, рассказывая, что тебе нужно быть ответственнее и какой ты была плохой девочкой…

— Э-это сексуальное домогательство! Вы, как уважаемый бизнесмен, не должны поступать так! — звучало возмущённо-стыдливо.

— Хех, если бы ты знала, как поступают некоторые бизнесмены…

— Босс, — вмешалась в разговор Эмма, — насколько я знаю, мисс Стейси осведомлена со стороны отца о ряде увлечений, популярных в среде богачей Нью-Йорка, то есть имеет некоторое… представление.

— Оу… — мне стало неловко. — Кто-то ответственно подошёл к просвещению дочки, которую несколько раз видели в компании импозантного миллиардера. Нет, он молодец, конечно… но я осуждаю!

— Вы предложили шлёпать меня по попе за опоздания, сэр…

— Разумеется! Должен же я получать какую-то выгоду от того, что прикрываю твоё хобби! — возразил я.

— И сами признались, что хотите забраться ко мне в трусики… — бедная девочка, от неё уже прикуривать было можно.

— Ты себя в зеркало видела? Ещё бы я не хотел! Юная, невинная красавица-спортсменка, гибкая, подтянутая, немножко колючая снаружи, но добрая и нежная внутри, а ещё умница, каких мало, ответственная сотрудница, порядочная девушка, честная, храбрая, самоотверженная! И вообще, какого чёрта у тебя нет парня? Куда смотрели все эти оскоплённые импотенты в твоей школе последние лет пять⁈

— На сиськи Эм’Джей, Джессики и Синди… — тихо пробормотала вконец раздавленная лаборантка.

— Позор этим слепым неудачникам! Позор и вечную девственность!

— Сам-то себя слышишь, о совратитель юных спортсменок? — нанесла мне подлый удар в спину Эмма.

— Эй! Я с самыми чистыми намерениями! Без всякой БДСМ-фигни! Гвен обязательно понравится, уж ты-то знаешь!

— С каждой фразой ты становишься всё более ужасным… — покачала головой телепатка, пряча улыбку.

— Эх… Вот так всегда, ты к ней со всей душой, а тебе кукиш по всей морде лица… — наигранно вздыхаю. — В общем, нет? — ловлю взгляд мисс Стейси.

— Нет, — решительное мотание головой. — К тому же вы обещали мне премию! Это покроет издержки! — зашла с козырей вконец обнаглевшая хулиганка и попирательница трудовой дисциплины!

— М-м-м, помнится, эта премия была не просто так. За завершение проекта ты уже получила, а следующая… Ты уже сделала нужные линзы?

— Ещё нет… — чуть вжала она голову в плечи.

— Ну во-о-от, нет линз — нет премии! Потому ты можешь честно понести своё наказание попой и горящими от смущения ушками, в которые я буду шептать начальственный разнос, а не кошельком! Обещаю быть очень… очень нежным.

— Умх… — зажмурилась красная, как рак, девушка. — Лучше вычет! — «Р» — решительность.

— Эх… — вздыхаю. — Но хоть поужинать со мной не откажешься?

— У меня патрулирование… — отмазалась несносная блондинка.

— Ладно, — вздыхаю, — но я всё равно продолжу тебя совращать! В свободное от спасения мира время, конечно, но имей в виду!

— Хорошо, сэр, — чуть улыбнулась Гвен. А на следующий день мне гордо представили прототип тех самых линз. Рабочий прототип. В итоге даже с учётом штрафов девушка получила полноценную зарплату с небольшой надбавкой. Ибо Виктор фон Дум — человек слова. И раз обещает что-то, то выполняет. Эх…

К счастью, моя тоска продлилась не слишком долго. Нет, Гвен не передумала и со свиданиями не торопилась, но Фрэнки наконец-то сдала все свои отчёты, получила премию и парочку дополнительных выходных и, в отличие от девочки-паука, была совсем не против провести время с одним скромным миллиардером и его секретарём. И хоть последнее её и несколько смущало, но она была не против попробовать, так что были и шикарный ужин, и лёгкое вино, и две изумительные девушки в моей кровати. Словом, я наконец-то начал ощущать себя успешным гением-плэйбоем-миллиардером, что благополучно в очередной раз спас мир и вкушал заслуженную награду.

В общем, жизнь налаживалась, и те же вояки даже получили от меня первый прототип энергетического оружия на основе бластеров атлантов, причём сразу с некоторыми улучшениями за счёт технологий скруллов, что сделало его процентов на десять мощнее и надёжнее оригинала. Правда, цена производства у данного образца была как у самолёта, а чтобы наладить серийный выпуск — это надо было ещё несколько миллиардов ввалить в совершенно новые заводы. Но результат я выдал и все нужные бумажки по обязательствам приоритетного сотрудничества в производстве именно со мной подписал, а потому, когда в Пентагоне будет принято решение о том, чтобы двигаться в этом направлении, на меня вновь прольётся денежный дождик. Тем более я же не дурак — я им далеко не самый лучший вариант выдал, а едва ли не худшее из того, что смог сочинить из полученных образцов, реальную же вершину оружейного реверс-инжиниринга, воплощающую лучшее из технических решений скуруллов и кое-что из знаний Галактуса, я оставил себе, а в горах Латверии тихо-мирно началась постройка одного непримечательного «свечного заводика» . Ясное дело, что он тоже обещал влететь в копеечку, но, что называется, для себя не жалко. Опять же, ручная стрелковка меня интересовала в последнюю очередь, а вот зенитные системы и будущие орудия корабельного типа для самообороны Астероида-М — это было куда актуальнее. Как и реализация других технологий, делиться которыми с партнёрами из США я желанием совсем не горел. Не так сразу, по крайней мере.

Между тем опять куда-то делось лето, началась осень, мои подоп… раб… кх… испыт… Да что же такое⁈ Короче, студенты и студентки, что подрабатывали в моих лабораториях, благополучно Превозмогли очередную сессию, насладились каникулами и вновь принялись грызть гранит науки. Кое-кто попутно занимался «спасением города » и вновь злостно прогуливал, тем самым « счёт копился» , хе-хе. Словом, жизнь была хороша и даже вошла в более-менее размеренную колею, да чего там? Я даже смог наконец-то добраться до Стрейнджа!

— Я уж и не ждал, — улыбнулся всё тот же щеголеватый франт, выходя из портала.

— Работа… Спасение мира… Опять работа, куча правительственных агентов, что хотят странного. А ещё есть конкуренты… и робкая надежда на личную жизнь, — честно «оправдываюсь» . — Но теперь всё позади, можно выдохнуть и наконец заняться чем-то интересным!

— Зря ты это сказал, — покачал головой маг, — очень зря…

— Почему?

— Понимаешь, Виктор, в мире магии, к которому, пусть пока и косвенно, ты уже принадлежишь, есть свои Законы. Звучать они могут по-разному, но лучше всего их вывел мастер Мёрфи…

— Он тоже был из ваших? — сказать, что новость мне сильно не понравилась, это ничего не сказать. Да и мне не стоило расслабляться и забывать, что здесь это вам не там и Марвел — это вселенная, где даже если вы умерли, это ещё не даёт вам повод расслабляться. Особенно если вы злодей, герой или просто немножко безумный учёный. А я проходил по всем трём статьям… В общем, в кабинет вломилась Эмма.

— Мисс Фрост, — кивнул волшебник, показав, что с памятью на имена у него очень хорошо.

— О, мистер Стрейндж, добрый день, — кивнула девушка, но потом вновь повернулась ко мне: — Виктор, у нас проблемы!

Я перевёл взгляд на мага, испытывая сложную гамму чувств, нечто среднее между «вот нафига ты накаркал? » и « проклятье, я — дебил» .

Стрейндж сочувственно покачал головой, взглядом передавая, как он меня понимает.

— Ладно… — вздохнул я, принимая поражение. — В другой раз?

— Удачи, — усмехнулся он и огладил бородку. — Если будет что-то серьёзное — обращайся! — и вновь ушёл в портал. Очень полезные чары!

— Эх… Ну, выкладывай, что там за проблемы?

— Просто включи телевизор. Там сейчас это по всем каналам… — послушно делаю, как предлагает моя леди, и…

— … я Джей Джона Джеймсон, владелец телекомпании Джей-Джей, — знакомая «просящая кирпича» рожа сидела в студии и зачитывала некий текст. Один факт этого уже настораживал. Джеймсон был тем ещё засранцем с теми ещё тараканами в голове, но он был профи в своём деле и всегда знал, кто, когда и что должен делать. Так вот, он был президентом медиаконгломерата, администратором, финансистом, но… не ведущим. Пусть вести себя на камеру и умел, но всё же. В общем, один факт его выступления в студии новостей уже заставлял беспокоиться. Дальнейшая же его речь это беспокойство подтвердила: — У меня сообщение для доктора Октавиуса. Семья Фелиции Харди, её друзья тревожатся за неё. Мы готовы принять ваши условия, но мы хотим знать, что вам нужно! Итак, звоните в студию Три-Джей по окончании передачи. Мы хотим вернуть Фелицию и сделаем всё необходимое. Лишь бы она была жива! Лично я гарантирую вам безопасность!

Глава 19

— Та-а-ак… — ещё недавно Октавиус спокойно работал на фонд Харди, и всё его устраивало. Однако, судя по всему, я малёк отстал от жизни, и тихий-мирный физик-ядерщик хапанул ведро озверину и вышел на тропу войны.

И кстати об озверине. Пока я переваривал ситуацию, в студии в самом деле раздался звонок, и вот тут Джей показал, что он, может, и профи, но ещё он злобный мудак, что привык строить всех вокруг себя. Ну и «по привычке» , не успев обменяться с Октавиусом и парой фраз, пошёл в прямом эфире едва ли не крыть матом бедного начинающего террориста:

— Если с ней что случится!.. — уже орал в трубку Джеймсон, едва успев спросить, жива ли Фелиция.

— Диктовать условия не в вашем положении! — напомнил голос с ярко выраженным немецким акцентом.

— Ты, проклятая шестирукая тварь! — и не подумал сбавлять обороты этот дегенерат, от накала чувств брызгая слюнями на весь экран. С учётом того, что у Отто в заложниках была Фелиция, и так тупой поступок главной истерички по поводу героев-паучков в моём восприятии стал выглядеть и вовсе поводом сломать усатому кретину ноги. — Символ всего негативного в нашей стране! Низкий, жалкий тип! Да я!..

— Так говорить с учёным⁈ — даже капельку растерялся Октавиус, ибо вырос в эпоху, когда даже в США с самых малых лет образ человека науки пропагандировался как наилучший рецепт успеха. Хотя и возмущения в его голосе хватало.

— Учёным⁈ Трус, похитивший беззащитную девушку!

— Я трус⁈ Посмотрим, кто из нас трус! Хочу, чтобы вы лично доставляйт мне деньги!

— Что⁈ — наконец-то что-то почувствовал усатый. Возможно, до него дошло, что тут не он начальник, а перед ним не подчинённый.

— Приходить один, если ты не трус! Инструкции принимать по факсу! — и Октавиус бросил трубку, оставляя зрителям на обозрение лишь растерянную морду Джеймсона. Которую, впрочем, тут же показывать прекратили, пустив блок перехода с логотипом канала и рекламу.

— М-да… — протянула Эмма.

— Феерично, — согласился с ней я. — Так, — поднимаюсь из кресла, — оставляю тебя за главную, а мне нужно срочно попасть на студию и переубедить идиотов идти творить ещё большую дичь.

— Думаешь, послушают? — скептически вскинула бровь девушка.

— Джона — сто процентов нет, а вот Лидия — возможно.

— Лидия переживает за Фелицию и будет делать всё, что сказал похититель. Вряд ли ей понравится идея что-то менять в его требованиях или не соблюдать их, — резонно заметила моя собеседница.

— Значит, будем действовать по обстоятельствам, но пускать туда Джеймсона нельзя, этот кретин сможет только под расстрел всех подвести. В общем, организуй вертолёт, а я пока выиграю время… — я взял телефон и набрал один номер.

— М-мистер фон Дум? — удивлённо спросил женский голос.

— Да, Гвен. Где ты сейчас?

— Я? Я на студии мистера Джеймсона, тут…

— Знаю, — оборвал её я, мысленно вопрошая, что она там делает и как туда попала, но сейчас это было хорошо. — Два момента. Не делай резких телодвижений — тут дело серьёзное, а не шпану по подворотням пинать.

— Я не…

— Я тебя слишком хорошо знаю. И пусть ты очаровательная голубоглазая блондинка с очень умненькой головой, тут ставки слишком высоки, а провал неприемлем. Потому будь лапочкой и позволь решить вопрос серьёзным дядям.

— … — вот прям вижу, как она «надуто сопит» в трубку. Но Гвен всё-таки девушка ответственная и поперёк профи лезть не будет. На эмоциях могла бы, но вот когда её чуток одёрнули и заставили остановиться и начать думать — нет.

— Второе, Лидия там далеко?

— Нет, она рядом.

— Отлично, дай ей трубку, пожалуйста.

— Хорошо, сейчас! — небольшое шебуршание…

— Слушаю, — голос Харди-старшей был холоден, но напряжение в нём слышалось невооружённым ухом. Женщина явно прикладывала титанические усилия, чтобы казаться спокойной, а не реветь где-нибудь в уголке.

— Миссис Харди, это Виктор фон Дум, я только что узнал о произошедшем. Уже выезжаю. Пожалуйста, притормозите Джей-Джея до момента, как я прибуду.

— Мистер фон Дум, — сухо ответила Лидия, — при всём уважении, но это — не ваше дело. И я не буду рисковать дочерью из-за ваших странных желаний. Похититель чётко сказал, что хочет, чтобы деньги передавал Джона.

— Вот только с его «дипломатическим талантом » Отто в лучшем случае и его возьмёт в заложники, удвоив сумму выкупа, а в худшем, после такой речи нашего « журналиста» , — прикончит его на месте с особым цинизмом и жестокостью, если вообще не заставит сперва смотреть на расправу над Фелицией, чтобы поставить его надменную жопу на место. Потому в ваших же интересах не дать этому идиоту окончательно всё испортить.

Я вот чувствовал, что она очень хочет возразить, однако… против фактов переть сложно, если тебя не защищает Сила Тупости. Такой силы у Лидии, к счастью, не имелось.

— … Хорошо. У вас есть час.

На этом разговор завершился, а мне пришлось бежать на крышу. Ибо в пять часов вечера доехать за час из Манхэттена даже до соседнего района города было тупо за гранью фантастики. Но вертолёт у меня был, как и ожидающий пилот, как и целая куча нужных разрешений, говорящих, что я могу летать как угодно и куда угодно — хорошо быть лучшим другом вояк. В итоге я не только уложился в срок, но и успел заглянуть в лабораторию, откуда прихватил образец своего металла, и уже через сорок минут входил в студию.

Не скажу, что меня там ждали с распростёртыми объятиями, но и просто послать нахрен товарища с моим влиянием и финансами было никак нельзя. Хотя местный ФБР-овец, конечно, кривился — как и положено, вояки, с которыми я был аффилирован, и «молчи-молчи », к конторе которых принадлежал классический шкафообразный «человек в чёрном» с коротким бобиком каштановых волос на голове, друг друга не любили. Вот он эту нелюбовь и проецировал. К тому же после той истории со Щ. И. Т.-ом « внутреннюю разведку» и сделали крайней, вставив пару живительных пистонов — так, для порядку. Но вернёмся к основным действующим лицам.

— Фон Дум, я не знаю, что ты там наговорил Харди, но… — начал было Джеймсон, но взгляд мужчины упёрся в Лидию и Гвен, что стояла рядом с ней и морально поддерживала… Хм, не ожидал, что у них есть какие-то отношения между собой. Разумеется, не подразумеваю ничего фривольного, но любопытен сам факт, что они явно друг друга знают не первый день. Хитрая паучишка ведь о таком молчала и не подавала виду! А Джона меж тем явно вспомнил, что в помещении дамы, потому вместо явно запланированного мата (возможно, семиэтажного, с очень интересными маршрутами, предположениями и пожеланиями) постарался выдать что-то более вежливое: — это всё чушь собачья! Не знаю, какую игру ты затеял, но сейчас явно не время и не место для твоих хитрых планов! — ах да, у меня же в среде дельцов сложилась очень определённая репутация… Вот честно, я об этом уже даже как-то забыл.

— Джеймсон, — сухо ответил я ему кивком, — тут нет никаких игр, и судьба Фелиции заботит меня так же сильно, как и Лидию. И именно поэтому я прилетел. Тебя нельзя пускать на переговоры с террористами. Категорически нельзя.

— Это почему ещё? — возмутился мужик. — Думаешь, я струшу⁈

— О нет, — я покачал головой, — чего-чего, а вот смелости у тебя хватает. Её даже слишком много. В этом-то и вся проблема.

— В каком это смысле? — моргнул он.

— В том самом, что твоё поведение вызывает искушение разбить тебе лицо у любого, кто общается с тобой дольше двадцати минут. Особенно если общаться он вынужден в положении подчинённого. У тебя гениальный талант бесить людей. То, к чему я шёл долгие годы тренировок и оттачивания ораторского мастерства, у тебя получается легко и непринуждённо — достаточно минимально разойтись с твоими желаниями. В нашем случае это может привести к тому, что тебе натурально оторвут голову. И ладно бы это, но ведь и Фелиция может пострадать!

— Что ты несёшь, Дум⁈ Я прекрасно умею себя контролировать и общаться с теми, кто мне неприятен!

— Ага, конечно… — закатил глаза я.

— Умею! Эй вы, подтвердите! — это он бросил операторам и техникам, пребывающим в студии.

— (>_>)… (

— Да вы… — всё понял Джона.

— Так, хватит тут мериться длиной членов! — внезапно рявкнула Лидия. — Мою дочь похитил какой-то псих, прижививший себе железные щупальца в спину. И всё, чего я хочу, это чтобы она благополучно вернулась домой! Джеймсон, ты действительно невыносимый козёл, но я тебя знаю уже больше двадцати лет, и ты хороший друг. Дум, ты самый хитрый жук из всех, кого я знаю, и мастерски умеешь выкручиваться из сложных ситуаций. Но там — моя дочь. Потому или вы нормально решаете, как действовать, или я иду туда сама! — не выдержала мать, у которой псих похитил дочь.

Признаю, неловко стало даже мне. Да и наш «владелец газет-пароходов» тоже выглядел сконфуженным.

— Кхм… Да, прости, Лидия. Меня занесло, — склонил он голову. И это действительно было неожиданно.

— Я переживаю за Фелицию и действительно хочу помочь, — в свою очередь, вступил в беседу и я. — К тому же я постоянно общаюсь с целой толпой безумных учёных и понимаю, как они думают.

— Толпа безумных учёных? — Лидии тоже было неловко за свою вспышку, потому она старалась поменять тему. — Серьёзно?

— Вон, можете у Гвен спросить, — кивнул я на девушку.

— Ну… Мистер фон Дум, когда последний раз отправлялся по каким-то секретным делам с военными, объявил по общей связи просьбу «не изобретать Машину Судного Дня» . И не пытаться взорвать мир, чтобы посмотреть, как он бахнет. И не проводить сомнительные опыты на самих себе… И, — вздох, — вынуждена признать, все эти просьбы имеют под собой основание…

— Да что у тебя там творится в компании⁈ — выпучил глаза журналист.

— Много ярких индивидуальностей. И грифов «секретно» , — развожу руками. — Но давайте всё-таки вернёмся к плану по спасению заложников.

И мы таки вернулись. План этот был… м-да. Я порой забываю, что тут у нас начало девяностых. Терроризм ещё не так популярен, как в более поздние годы, протоколы безопасности есть, но они весьма примитивны, ибо особого опыта нема. Короче, план сводился к тому, что «мы платим выкуп, он отпускает заложника, а дальше рота спецназа врывается и кладёт похитителя лицом в пол ». Я, конечно, не эксперт, но звучало как-то не очень. Начиная с момента «получив выкуп, террорист выполняет то, что обещал, и отпускает единственного, да ещё и сверхценного заложника », заканчивая « рота спецназа кладёт мордой в пол» . Нет, так-то Октавиус оставался человеком, пусть гениальным и с щупальцами, но человеком, а значит, пуля в лоб его бы гарантированно успокоила. Но вот подставится ли он под эту пулю — большо-о-о-ой вопрос. Хотя он ведь тоже не « профессиональный террорист» , не вояка и не спецагент, потому мог и подставиться. Однако проверять этот момент на практике, подвергая риску Фелицию и в случае успеха теряя гениального учёного, мне не хотелось. Указал на проблемы предложенной тактики (без упоминаний, что потерять учёного будет обидно — та же Лидия бы меня не поняла), пришлось дорабатывать с учётом имеющегося времени и ресурсов…

В общем, деньги нести буду всё-таки я, но на мне будут прослушка и динамик в ухе, через который уважаемые агенты и всякие крутые переговорщики будут мне подсказывать, что делать и как делать. Деньги (ажно целый миллион долларов мелкими купюрами) тоже выдали, ну и благословили на подвиг… Ага, с «действуем по обстоятельствам» . Шикарный план, надёжный, как швейцарские часы, да.

Передача выкупа должна была состояться в десять вечера на неких складах у доков, что расположились близ 143 западной улицы… Ага, на границе Гарлема. То есть та ещё клоака. Грязь, мусор, полузаброшенные трущобы… Не стоит забывать, что речь у нас о Нью-Йорке девяностых. Если центральные улицы и скверы были вполне себе респектабельны, то вот остальное… Скажем так, Москва тех же «святых девяностых» с бандитскими разборками и выкинутыми на задворки общества ветеранами-афганцами смотрелась ещё неплохо. Впрочем, меня загаженные подворотни не особо смущали, я спокойно вышел из служебной машины, поправил пальто на плечах и отправился в указанный пакгауз, где меня действительно ждали.

— Мистер фон Дум? Не ожидал увидеть вас! Я, кажется, ясно выразиться, чтобы деньги передавать Джеймсон, — из затемнённого участка помещения вышел невысокий мужчина.

Выглядел доктор Отто Октавиус… специфично. В довольно неплохой форме, а для кабинетного учёного так и вовсе превосходной, на лице — печать интеллекта, волосы небрежно подстрижены под горшок — заметно, что своей внешностью мужчина особо не заморачивается и просто подрезает волосы, чтобы в глаза не лезли. На самих глазах — поляризованные очки. Тело же укрыто в кустарный, но полноценный и даже неплохо исполненный экзоскелет с какой-никакой броневой защитой груди и жизненно важных артерий на конечностях, отдалённо напоминающий мой собственный прототип лёгкого доспеха, в котором я встречал Серебряного Сёрфера. Ну и в довершение всего — четыре знакомых мне механических щупальца, выглядывающие из-за спины.

— Доктор Октавиус, — чуть кивнул я. — Мне пришлось вмешаться и настоятельно попросить Джеймсона заткнуться и не осложнять. Будем честны, таланты дипломата и переговорщика не входят в перечень его достоинств.

— Пожалуй, — кивнул ученый. — Вы принести деньги?

— Само собой, — я кивнул и передал в протянутое щупальце чемодан. — Хотя и несколько озадачен.

— Озадачены? — подтянув кейс и открыв его, мой собеседник удостоверился в том, что деньги в порядке. — Чем именно?

— Вы учёный с мировым именем. Не побоюсь этого слова — гений. Зачем вам опускаться до захвата заложников? К тому же запрошенная вами сумма — это смех один. Полноценное исследование требует куда как больших вливаний. Не говоря уже о том, что создать лабораторию и приобрести всё необходимое оборудование, будучи вне закона, крайне проблематично.

— Моя понимайт, — печально вздохнул он, — но у меня не осталось выбор. Имя… Мои идей другие учёный высмеяли! Считать глупость и прожектёрство! Харди требовать результат! Обрезать финансирование! Пришлось проводить опыт в грязный подвал, а не полноценный лабораторий! Но ничего… моя привык к трудность! И почти всё получилось, но… переутомление… плохая обратная связь с протез. Появилась ошибка. Взрыв… После этого проект закрыть и меня уволить! Дело моей жизни похоронить!

— Могли бы обратиться ко мне, я постоянно ищу новые таланты, и вас бы приняли в Фон Дум-Индастриз с распростёртыми объятиями.

— Я пытаться! Но ваш отдел кадров мне отказать! А вы оказаться недоступен неизвестно где! В офис Старка и Хаммера также выгнать меня с порога! Озборн даже не стать слушать! Другие компании, куда я ходил, лишь смеяться над мой акцент и непрезентабельный вид! А денег уже не хватать даже на съём квартира, не говоря о личный транспорт и костюм для представительный встреч! У любой человек есть предел!

— Кажется, мне нужно кого-то срочно уволить без выходного пособия, — я поморщился. — Впрочем, меня действительно не было в Нью-Йорке несколько недель, однако предложение работать на меня всё ещё в силе.

— Вы так просто разбрасываться деньгами! — возмутился учёный. — Даже не знать, чем я заниматься!

— Почему же? — я выгнул бровь. — Я прекрасно осведомлён о вашей деятельности. Термоядерный источник энергии. Да и ваши статьи «Реакции плавления при помощи плазменной дуги » и « Нейрохимические процессы в реакциях металлов» весьма интересны, хотя последнее и сомнительно…

— Нихт! Технология работать! Смотрите, мои щупальца! Нейрофизическая сварка. Плоть и сталь слились в одно и являться продолжением друг друга! — товарищ пощёлкал своими манипуляторами.

— Хм… В самом деле? — с интересом присмотрелся я к демонстрируемым манипуляторам. — К слову, я приобретал комплект этих щупалец у фонда Харди, но ваша модель совершенней той, что есть у меня… Степень подвижности, устойчивости… Да, прекрасные механодендриты, — не мог не отметить я качество чужой работы. К слову, доку для полного образа слуги Омниссии не хватало только красного балахона, символа шестерни и летающего механического черепа над плечом.

— Странный термин… Но да, я несколько модернизировать щупальца после нейроприживления. Мой чувствительность и датчик системы достаточно для телескопический размещение элементов и общий вариативность от двух до пятнадцати метров! Но не важно! — отмахнулся Отто. — Вы серьёзно готовы спонсировать мой исследований?

— Если вы готовы ознакомить меня с вашей математической моделью и теоретическими выкладками, — киваю я.

— Готов! У моя даже есть демо-образец! — от волнения акцент Отто стал более явным.

— Серьёзно?

— Йа! — закивал непонятый гений. — Читали о моих композитных батареях?

— «Карманное Солнце?» — уточнил я. — Да, наслышан, однако, как и на Солнце, там встречаются флуктуационные выбросы вещества, протуберанцы. И малейшая ошибка в расчётах…

— Йа, будет взрыв! — кивнул ученый. — Но, пережив один, я понял, как это контролировать!

— Дум, какого хрена ты творишь? Ты должен узнать, где заложник! — высказал своё веское мнение динамик у меня в ухе.

— В самом деле? Я должен на это посмотреть! Кстати, читали статью Бэннера о гамма-реакторах? Там как раз большое внимание уделяется контролю. Он, кстати, тоже на меня работает.

— Читал, — оживлённо закивал учёный, заодно махнув рукой, мол, следуй за мной. — Теорий интересный, но ещё очень сырой. Некоторые моменты притянуты, и желаемое выдаётся за действительное. Тупиковый путь — не учитывать остальные спектры термоядерный реакций. Да, гамма-составляющий расписан изумительно, и построить рабочий прототип возможно, но эффективность данной установка будет превосходить текущие проекты ядерных реакторов в лучшем случай в два-три раза, при этом быть столь же масштабный и дорогостоящий в постройка! Как временный решение для модернизации устаревший электростанций — возможно, но в перспективе не имеет смысл! Бэннер просто одержим красотой физики гамма-спектра, но то, что при помощи этого излучений можно даже добывать энергию, не означайт, что это будет эффективно в сравнении с аналогами, о чём он забывать!

— Согласен, — кивнул я, — но принцип можно экстраполировать на комплексное излучение… — ведомые Безумным Учёным, за разговором мы спустились в какие-то канализации-катакомбы и углубились в хитросплетение коридоров. Шли мы минут сорок, пока не выползли уже где-то в предместьях Нью-Йорка на очередной заброшке. И разговор продолжался.

— Комплексный подход — это гут! Но там требоваться специфический материал. Очень специфический, — вздохнул Отто. — Мы на месте! Добро пожаловать в мой временный лабораторий!

— Это… мы где? — я моргнул, ибо это напоминало какой-то промышленный завод. Только заброшенный.

— Раньше тут делать ракетный двигатель! Но завод обанкротиться. Демонтировать промышленный потенциал — экономически невыгодно, потому его просто обрезать от электроснабжений и бросить. Моя восстановить электричество с демо-стэнда и использовать местный станочный парк для доработки!

— … — я тихонько обтекал. — В одиночку?

— Йа! Мои щупальца могут работать за четверых! — гордо заявил вот реально отмороженный механикус. Видимо, не осознавая, что в одно лицо, сколь бы крутым оно ни было, восстановить работоспособность целого завода… да чего там, даже просто одного цеха — это немного так нереально!

— Мы поняли, где вы. Жди, Дум, группа захвата будет через полчаса, — вновь отозвался наушник.

— Серьёзно, — кивнул я.

— Эй! — донёсся знакомый голос с верхотуры. — Фон Дум? Что вы тут делаете?

— О, мисс Харди! — я узрел шикарную леди, прикрученную к какой-то стойке на высоте метров так десяти. — Добрый вечер!

— Вы… вы… вы что, заодно с этим типом⁈ — возмущение.

— Нет-нет, я только вербую его в свои миньоны, — честно признал я. — Кстати, Отто, может, снимете девушку с верхотуры? Всё-таки там не очень удобно…

— М? О, конечно-конечно, она мне более не интересна, мистер фон Дум! — механодендриты нешутейно вытянулись на десяток метров и ловко срезали верёвки, которыми Фелиция была привязана к конструкции, а потом столь же ловко подхватили девушку и притянули обратно.

— Хм… Очень ловкие механодендриты, — покивал я. — Фелиция, рад тебя видеть, — улыбнулся я освобождённой девушке.

— Мистер Дум, что тут вообще происходит? Почему вы общаетесь с моим похитителем как старый знакомый или вообще начальник? Неужели это всё ваших рук дело?

— Эх, вот и делай после этого добрые дела — всё равно норовят записать в злодеи. А я тут тебя, между прочим, спасаю. Кстати, господин Октавиус, а каков был изначальный план? Вы ведь сами признали, что понимаете — запрошенных за выкуп денег ни на что серьёзное не хватит.

— Йа… Первый взнос! — кивнул он. — Я бы захватить Джона Джеймсон и потребовать ещё денег! А потом ещё и ещё!

— Плохой план, — я покачал головой.

— Warum? — на немецком спросил «почему?» ученый.

— Потому, что уже после второго раза было бы принято решение вас устранить.

— Ха, пусть бы попробовать! Мои щупальца оставить от них мокрое место.

— И от бронебойно-зажигательного выстрела пятидесятого калибра, выпущенного метров так с трёхсот? И от бомбы в очередном чемодане с деньгами? — уточнил я.

— …

— Да, — подтвердил я его опасения, — при наличии действительно компетентных исполнителей вас бы уже ликвидировали. К вашему счастью, спецслужбы страны набирают из надменных идиотов, считающих себя самыми умными. Вот, помнится, совсем недавно в мой офис по поддельным документам заявился один оригинал, заявлявший, что он Ник Фьюри, который герой войны и соратник Капитана Америки. При этом он сам же признался, что документы — поддельные, но всё равно настаивал, что он весь из себя таинственный и очень важный агент, которого я ну просто обязан выслушать.

В микрофоне молчали, но что-то мне подсказывало, что ФБР-овец моим другом точно не станет.

— А это было обязательно — рассказывать преступнику, как его можно было ликвидировать? — уточнила у меня Фелиция. И да, она уже стояла подле меня и закрывалась мной от безумного «Доктора Осьминога» . Приятно.

— Нет, если бы я хотел его устранения. И да — если бы хотел нанять. И вы, кажется, хотели мне показать свою установку?

— … Хорошо, прошу… — Октавиус переваривал, и, кажется, до него начинало доходить, в какую жопу он попал.

Но тут мы дошли до некой тумбы, на вершине которой находилась полусфера из золотистого то ли пластика, то ли какого-то позолоченного металла, и мужик принялся весьма ловко тыкать в неё своими щупалами, попутно объясняя, что почём.

— Новая энергия! Миллионы киловатт! Хватит, чтобы поднимайт человечество из бездна нищеты! Энергия, который разработал я!

— То есть эта компактная установка выдаёт гигаватты мощности? — штука размерами с офисный принтер, заменяющая собой блок АЭС? Которую собрали пусть даже не на коленке, но явно без использования действительно сложных решений и ядерного топлива? Хочу! Дайте две! А лучше десять!

— Найн, — покачал он головой. — Такой — вырабатывать только пять мегаватт. Но установка в два раза больше уже может дать сто мегаватт! А в четыре раза — йа, будет гигаватт!

Я прикинул размеры. Окей, это будет штука с грузовичок размером. И она будет херачить как один блок АЭС. Отто прав — это дешёвый и компактный источник энергии… что нахрен не нужен в капиталистическом мире. Потому что он дешёвый, компактный и снизит цены на свет на порядок, если не два.

— Поразительно! Но как вы собираетесь обеспечить распределение таких мощностей? Нагрев проводников будет слишком велик.

— Верно, — радостно улыбнулся Безумный Учёный. — Потому моя предлагать малые подстанции. Автономность! Близко к потребитель! Красота! И нужно исследовать хороший проводник!

— Не нужно, — я усмехнулся и полез в карман, — он уже есть у меня. Взгляните, — протягиваю пластинку.

— Так-так… — Октавиус берёт металл и несёт его на один из стендов. Подключает и… — Was⁈ Совсем ноль? А если чуть нагреть? Опять ноль? Это… Это же…

— Это моя разработка. Горячий сверхпроводник. И у вас появится доступ к этому металлу, если вы согласитесь работать на меня.

— Я согласный! Любой контракт! Любые обязательства! Это же… Это прорыв! Немыслимо! Невероятно! Das ist fantastish!

— М-да… Где моя жизнь свернула не туда? — Фелиция обтекала, да и последняя фраза, сказанная таким голосом…

— Да ладно, зато не приходится жаловаться на скуку, — улыбаюсь я красотке.

— О да, меня похищает сумасшедший учёный. А другой сумасшедший учёный, что вроде как пришёл меня спасать, более заинтересован в первом сумасшедшем учёном! Это, знаешь ли, обидно!

— Фелиция, — поворачиваюсь к ней всем телом, — при всём уважении к Отто, но он не прекрасная златокудрая красавица, так что я очень и очень в тебе заинтересован!

— Может, ты перестанешь флиртовать с моей дочерью, пока её держит в плену мой спятивший бывший работник⁈ — поинтересовался динамик голосом Лидии.

— Слабо верится, — она покачала головой, — но… допустим. Однако раз уж я как-то оказалась в этой безумной компании, как ты собираешься отмазывать его от моего похищения? Он теперь преступник в розыске. Нельзя просто так взять и нанять преступника!

— Ой, я тебя умоляю. Трупов нет, ущерба имуществу — минимум. Полезность — высокая. Скажем, что это всё было в состоянии аффекта после несчастного случая. Или что после уничтожения контрольного чипа в результате взрыва ИИ в щупальцах захватил власть над уважаемым учёным и начал действовать вопреки его воле.

— Эм, какой ещё контрольный чип? — моргнула Фелиция. — Я читала характеристику на этот бионический модуль, там только передача нервных импульсов без обратного отклика и никаких чипов!

— Йа, юная леди права! — при этом Отто взглянул на нашу блондиночку взглядом «О Боже, оно разговаривает!» , причём его было видно даже из-под очков.

— Что? — возмутилась леди. — Если мне всего двадцать и у меня светлые волосы, это не означает, что я дура! Я, между прочим, учусь в Колумбийском университете и консультируюсь у лучших специалистов по всем областям!

— Для начала я никогда не считал тебя дурой, более того, я искренне убеждён, что шикарные голубоглазые блондинки всё делают лучше! Ну а продолжим тем, что вы пользователи технологии, а я её перебрал и заявляю, что там был контрольный чип, чьё уничтожение могло сильно вдарить по разуму уважаемого учёного! И далее он действовал в состоянии аффекта, попутно совершая все возможные детские ошибки, вроде неприятия того факта, что даже при наличии денег сложное лабораторное оборудование не продаётся на каждом углу и получить его очень непросто. Но теперь он пришёл в себя, всё осознал, сразу же освободил мисс Харди и попросил меня помочь.

— (>_>)… (

— Я понимаю, что вы сейчас мысленно обсуждаете, какой я восхитительный, но давайте отложим этот вопрос на потом? Итак, мистер Октавиус, вы согласны работать на меня?

— Jawohl, герр Дум! — кивнул он.

— Славно. Мисс Харди, согласны ли вы сходить со мной на свидание?

— Ты… серьёзно? В такой момент⁈

— Эй, я циничный миллиардер, капиталист и вообще спаситель мира и США. А ещё — успешный делец.

— И?

— И, как успешный делец, я знаю, когда лучше всего что-то предлагать собеседнику. Ты же не будешь отказывать славному парню, что, рискуя собой, отправился в логово Безумного Учёного для спасения прекрасной пленницы этого учёного?

— … — меня окинули очень… сложным взглядом.

— Фон Дум! Я согласилась на твоё предложение, чтобы ты спас мою дочь, а не использовал это спасение для приглашения её… — голос становился задумчивым, — на свидание… Ты же ведь задумал всё это с самого начала?

— Ну так каким будет твой положительный ответ?

— Ты слишком самонадеянный, но… так и быть, — величественно кивнула девушка. Вот только я видел, что пусть она и шокирована, но… ей понравился такой подход! Ну или это в самом деле состояние аффекта, не суть важно.

На этом наша беседа не то чтобы закончилась, но вдохновлённый учёный в самом деле начал хвастаться своей установкой, рассказывая о ней поподробнее, а мы с Фелицией (которую я царственно взял под ручку) слушали и порой задавали уточняющие вопросы. Так нас и встретила группа захвата. Которой, внезапно, особо никого захватывать и не пришлось. Да, Отто взяли на прицел, но он смирно поднял конечности (все шесть) и спокойно проследовал за правоохранителями. Ещё к нам подбежала Лидия и, никого не стесняясь, принялась обнимать и тискать свою дочь, отчего той стало вконец неловко, ведь я продолжал за этим делом наблюдать, ещё и сделав умильное выражение лица. Так что вскоре там началось и «ну мам », и « тут слишком много лишних глаз…» Короче, тисканья прекратились, и миссис Харди относительно освободилась. И, как ни странно, не обрушилась на меня с гневом.

— Мистер фон Дум… Виктор… Пусть твои способы… очень… странные, — там явно шло «безумные» , — но… спасибо! — и теперь уже обнимали меня.

— Я рад, что сумел всё это разрешить без лишних драк, Лидия.

— И что получишь свою награду? — вскинула бровь молодая блондинка. Не то чтобы она действительно хотела меня уколоть, но, очевидно, удержаться не могла.

— Я давно хотел пригласить тебя куда-нибудь, но то ты зарывалась в учёбу и скрывалась за всякими подозрительными профессорами-ветеранами, то меня вытаскивали вояки для очередного спасения мира под грифом «секретно» . Ну а раз мы наконец-то встретились, я не стал упускать свой шанс!

— Хи-хи… — чуть рассмеялась Лидия, сбрасывая напряжение.

— Мам, это не смешно! — возмутилась девушка. — Нормальные парни не приглашают на свидания во время похищения!

— Ох, Фелиция, — отмахнулась женщина, — твой отец, чтобы пригласить меня на свидание, вообще меня выкрал…

— Однако…

— Ага, то есть это ещё не самое невероятное, что могло со мной случиться… — покивала девушка. — Тогда буду ждать звонка. А сейчас я очень хочу попасть домой и поотмокать в ванне часик-второй-третий…

— Тогда не смею задерживать, мне ещё разбираться с полицией и прочими… — я покосился на ФБР-овца с недовольной рожей, что как раз к нам топал, — деятелями, — и что-то мне подсказывало, что это будет посложнее дипломатии с Отто.

— … так, а теперь дифференцируем и… готово! — девушка закончила раскладывать жуткую, пугающую формулу во что-то более приемлемое и готовое к восприятию.

— Да, всё верно, — улыбнулась смотрящая за её действиями голубоглазая блондинка, что всё делает лучше.

Последняя мысль немного подпортила хорошее настроение Фелиции. Слова этого прохиндея Дума никак не выходили из головы. В том смысле, что это была невероятная наглость. И он бесил! И домогался до кучи девушек! Пусть и делал это так, чтобы формально было не к чему придраться. И его фразы проникали в голову и никак не желали ту покидать. Да чего там? Она даже подумывала перекраситься в брюнетку, а то и вставить цветные контактные линзы в глаза! Но нет! Это будет признанием поражения, а она не собиралась сдаваться и признавать, что слова этого провокатора засели у неё в голове!

— Спасибо, Гвен, без твоей помощи я бы спятила, — улыбнулась подруге наследница капиталов Харди.

— Да ерунда, — отмахнулась Стейси. — Ты умная, всего-то и было нужно найти тот пробел в знаниях, что тебе мешал, и заполнить его!

— Ну да, — закатила глаза Харди, — для вас, гениев, это «всего-то» , а обычные люди порой бьются над таким годами!

— И никакой я не гений. Вот Паркер — тот да, — даже как-то осунувшись, тоскливо буркнула девушка.

— Хо, что это за нотки в твоём голосе? Он тебе нравится? Давай-давай, признавайся!

— Что? Нет! — вскинулась вторая блондинка. — Просто его уже назначили заместителем руководителя биолабораторий! И он действительно ими руководил, когда доктор Маккой взял больничный, а мистер фон Дум отправился в очередную командировку!

— Ну во-о-от, очень перспективный парень… — продолжала поддевать подругу Фелиция.

Вообще, начало их дружбы было не особенно обычным. В том плане, что ни одна из них к этой дружбе не стремилась, да и не пересекались они почти. Однако у младшей Харди имелось острое недопонимание касательно ряда технических предметов, а вот с нормальными репетиторами как были проблемы, так и остались. Коннорс был готов помочь, но отрывать от дел старшего профессора ради того, с чем может справиться любой аспирант, было как-то неправильно и слишком нагло, даже если сама Фелиция иногда считала полезным выставить себя немного стервой. Вот только между внешним образом для неприятных ей людей и реальным поступком по отношению к уважаемому человеку есть огромная разница, а потому профессор отпадал. Проблема заключалась в том, что и означенные аспиранты с помощью не спешили, будучи больше заинтересованы в том, чтобы залезть к ней в трусики, чем объяснять сложные темы. Собственно, послав очередного «доброхота », девушка уже была готова биться головой о кафедру и молить всех известных богов и демонов, дабы направили к ней кого-нибудь нормального, кто мог объяснить материал нормальным языком и при этом не распускать руки каждую возможную минуту! И боги (или демоны) уловили её мысленный зов — её полный тоски и страданий выдох от непонимания очередной темы услышала Гвендолин Стейси, ну и предложила помочь разобраться. Причём просто так, хотя Фелиция и намекала ей на некоторую компенсацию, но та лишь отмахнулась, сказав, что « после всех тех издевательств от Дума ей просто нужно что-то простенькое и понятное» . Разумеется, такая реакция заинтересовала мисс Харди. Не то чтобы она не видела тех фотографий и не знала о факте знакомства Стейси с неоднозначным миллиардером, но издевательства? Ещё и упомянутые так, словно этот гнусный кобель не пару раз над ней подшутил, а чуть ли не ежедневно общается на работе… Само собой, она не ревновала — ещё чего! Как и в самом Думе не была заинтересована! Но узнать, что опять сотворил этот слегка безумный (кто бы что ни говорил), но крайне эффективный миллиардер, было действительно интересно. А там слово за слово — и вот они уже частенько заваливались домой к самой Гвен или Фелиции, пили чай, учились, ну и обсуждали парней. Ну и, разумеется, как тут было не подшутить над подругой?

— Ой, он тот ещё зануда, — между тем отмахнулась означенная подруга. — К тому же, кажется, у него что-то намечается с Деброй.

— В самом деле?

— Ну да, они работают в одном отделе, пусть и на несколько разных направлениях, — пожала плечами девушка, — так что порой зависают вместе до ночи, да и в столовой я их частенько видела вместе.

— Хм-м… А этот твой Смайт-младший? — продолжила наседать Фелиция.

— Лучше уж Паркер! — возмущённо фыркнула девушка. — Этот бесчувственный педант постоянно сдаёт мои опоздания Думу! Даже на минуту! Серьёзно, мне кажется, он в начале смены стоит у двери с секундомером и с точностью до секунды считает, на сколько я опаздываю!

— Хех, — усмехнулась блондинка, — может, он так жаждет твоего внимания? Потому и докапывается?

— Я скорее поверю, что его на это подговорил сам Дум, — надулась Гвендолин. — Алистер с отцом на него разве что не молятся! Готова поспорить, если боссу потребуется где-то спрятать труп, эти умники без вопросов предложат ему десяток вариантов, ещё и придут с лопатами помогать!

— А Думу-то это зачем? — удивилась Харди.

— Ну, э-э-э… — Гвен рефлекторно потянулась потереть свою пятую точку, лишь в последний момент отдёрнув руку.

— Та-а-ак, — нахмурилась Фелиция. — Он тебя преследует? Домогается? Если хочешь, я поговорю с матерью и…

— Что? Нет-нет! — аж вскочила Гвен. — Мистер фон Дум — классный! Он знает о всех проектах, участвует в доброй половине из них, пусть кое-где и чисто консультативно! Да половина всех патентов корпорации принадлежит именно ему, это его разработка! Да и с работниками он всегда хорошо ладит, всегда готов помочь и войти в положение, если что-то нужно. В меру, конечно, но это действительно тот работодатель, о котором можно только мечтать!

— О, как активно ты сразу стала его защищать, хе-хе! — усмехнулась Фелиция. — Кажется, вместо Паркера тебе по вкусу пришелся его Большой Босс, м-м-м?

— Что?.. Нет! Что? Не говори глупостей, Фел! — запаниковала вспыхнувшая лицом девушка. — Я признаю, что он хороший человек, но его наглость… эксцентричность… Я не знаю, как с таким человеком строить отношения! Не говоря уже о том, что он старше! И мой босс! И…

— Ты уже прикидываешь, как строить с ним отношения, — усмехнулась Харди. — Ещё не придумала имена вашим будущим детям? — она не могла удержаться, слишком уж мило паниковала и возмущалась Гвен. — Если что, у меня есть парочка идей!

— Ар-р-ргх! — схватилась за копну золотистых волос собеседница. — Ты ещё более невыносима, чем он! И чувство юмора у вас похожее!

— Ага, а ещё я голубоглазая блондинка, что всё делает лучше!

— Фе-е-е-ел! — жалобно. — Ну не издевайся! Я эту фразу от него уже столько раз слышала… У него реально какой-то пунктик по этому поводу, так что не уподобляйся!

— Хе-хе…

— Фе-е-е-е-ел!

— Ладно-ладно, не бухти, давай лучше выпьем ещё чаю и отведаем этих замечательных французских бул… — в этот момент стена комнаты, где они сидели, сделала «хрусть », и за ней оказался какой-то невысокий мужчина… с щупальцами, что сразу же потянулись к девушкам. И « выдохнули» облачко какого-то газа, от которого сознание стремительно отключилось.

В себя Фелиция пришла уже привязанной на каком-то заводе. Гвен рядом не было, а вот их похититель был. Более того, она даже узнала его — сложно не узнать пользователя технологии, на основе которой фон Дум сделал протезы, что становятся всё популярнее и популярнее. Да и недавний скандал с ЧП в исследованиях, спонсируемых фондом Харди, ещё был свеж в памяти. Итак, её похитили. И сделал это обиженный на их фонд спятивший учёный. Блеск.

Вообще, неприятности девушку преследовали столько, сколько она себя помнила. Начиная от всякой мелочи, заканчивая разного рода уродами, что пытались её изнасиловать на выпускном или набиться в женихи для влияния на фонд матери… Чего только не было. Потому, как ни странно, текущая ситуация… не сказать чтобы пугала. В первые моменты — конечно, но человек ко всему привыкает. Да, службе безопасности поместья хотелось задать пару неудобных вопросов, да и, видимо, всё-таки придётся согласиться с предложением матери о персональном телохранителе-двух, помимо группы внешнего прикрытия. Как она с такой компанией будет появляться на парах в университете, думать не хотелось, но в случае чего она подумает об этом потом. Пока же было бы неплохо выведать у похитителя, что ему нужно. И прикинуть, как сбежать.

Увы, с побегом никак не получалось. Её крайне надёжно привязали к какой-то реечной опоре. Правда, тут она сама виновата — пустив слезу на тему «очень в туалет хочется» , она добилась некоторого освобождения и попыталась рвануть прочь, полагая, что её занятия по аэробике и самообороне, давшие неплохую форму, бесполезны в битве с мужиком в броне с металлическими щупальцами, но вот бегать она умеет действительно быстро, в отличие от мужика с добрыми четырьмя десятками лишних кило железа. Практика показала, что она действительно быстрее безумного учёного, но не его щупалец, могущих выдвигаться так, как, по идее, были не должны. И вот она привязана на высоте десятка метров, и даже если получится развязать путы, до земли теперь будет тот самый десяток метров. Вернее, до голого бетонного пола, то есть ей нужно будет ещё и аккуратно спуститься, а это — время. Но хоть удалось, отбиваясь и кроя похитителя самыми нелестными фразами из известных ей, выяснить, что с Гвен всё в порядке. Тем не менее положение было если не отчаянным, то близким к этому. А потом появился Он!

Возможно, где-то в глубине души Фелиция всегда мечтала об этаком «рыцаре на белом коне », ну или хотя бы просто рыцаре. Доблестном, надёжном, что героически её спасёт! Да, мечта глупая, девушка сама это понимала. Но всё равно хотелось. А в итоге… в итоге получила вот это вот. И как к этому относиться, она не знала. В том смысле, что тот факт, что сам Виктор фон Дум пришёл в логово безумного учёного и принёс за неё выкуп, прекрасно понимая, куда идёт и насколько это рискованно, производил впечатление. Но вот дальше… Это было как-то… Она не могла подобрать слов. Странное ощущение, что ей вместо героя подсунули какую-то подделку, что ли. В том смысле, что всё было как-то не так! Никто её героически не спасал, а просто и буднично… да словно вообще её выдали на сдачу! А сам « рыцарь» был занят тем, что вербовал в свои миньоны её похитителя! И даже не скрывал этого! Это было возмутительно! Гадко! Безумно! Чертовски стильно! Но она не одобряла, да! И какого чёрта он объяснял её похитителю, где тот не прав, и указывал на ошибки? Ну, тот факт, что фон Дум считает подавляющее большинство разумных идиотами, она и так знала… и даже местами соглашалась с его точкой зрения, но всё равно, зачем так про ФБР⁈ В итоге кончилось всё тем, что похитивший её псих, понукаемый другим психом, устроил им презентацию своей установки! И активно вербовался в миньоны! Как? Почему? Когда всё это случилось? Что вообще происходит?

— М-да… Где моя жизнь свернула не туда? — это был крик души.

Правда, дальше уровень сюрреализма поднял новую планку! Сумасшедший учёный принялся с ней флиртовать. Нет, не тот, что с щупальцами, а фон Дум! Пока рядом стоял похититель! Который хотел к нему завербоваться! Это, кстати, тоже было вопросом… Если не в плане мотивации (всё-таки речь о двух психах, что явно нашли какую-то общую волну и подружились), то хотя бы с точки зрения закона! На что эта самонадеянная сволочь, продолжая ухмыляться, расписала, как может отмазать похитителя! И, как бы странно это ни звучало, это действительно могло сработать! Подобное возмущало. И злило. И обижало. В том смысле, что этот тип её вообще-то похитил и мог и покалечить, и убить. Но… не покалечил и не убил, а то, что заставил понервничать и поломал стены поместья… Фелиция была вынуждена признать, что могло быть и хуже, особенно после переговоров с Джеймсоном, которые она прекрасно слышала и видела, как взбешённый Октавиус раздавил в щепки телевизор с трансляцией.

Завершением безумного вечера стало безумное приглашение на свидание! Наглое, самодовольное, но… проклятье, это было действительно круто! Фон Дум бесил, но делал это настолько виртуозно и излучал такую бешеную харизму, что оставалось только завидовать… А ещё появилось странное желание… нет, не поддаться этим «чарам », а превозмочь их! Сломить! Заставить его преданно служить и восхищаться своей Госпожой! А ещё она внезапно узнала, что у них в семье отец тоже был тем ещё… выдумщиком. Потому она, во-первых, согласилась, уже планируя, как макнёт кавалера, что потащит её в какое-нибудь навороченное и расфуфыренное место, а во-вторых, пообещала себе узнать у матери, что там была за история с « выкрадыванием» . Но это всё потом, а пока — в ванную. Всё же ей очень хотелось просто окунуться в горячую воду, смыть с себя пыль и грязь заброшенного завода, растечься там счастливой медузой и, быть может, пропустить бокал-другой вина… Да, это был хороший план. И она его непременно осуществит!

Глава 20

К теме свидания я подошёл весьма основательно. Куда вообще можно сводить девушку из чрезвычайно богатой семьи, пронизанной манерами и деловой репутацией пусть и не на уровне старых европейских аристократических домов, но где-то близко? Театры? Банально, к тому же ничего приличного там сейчас не шло. Ну, кроме незабвенного Гамлета, само собой, вместе с Ромео и Джульеттой, но, будем откровенны, театральное искусство — вещь специфическая и далеко не всем по вкусу, как и Шекспир. Так что нет. Рестораны с тремя звёздами Мишлена? Фелиция и так могла там завтракать, обедать и ужинать. Оно ещё было приемлемо на уровне «выбрались куда семьёй, когда дома сидеть надоело », но до такого уровня отношений нам с прекрасной голубоглазой блондинкой было ещё далеко. Заметка на память: сходить туда с Эммой. Всякие кинотеатры и парки аттракционов и вовсе можно было назвать вульгарщиной. Словом, задачка была не столь простой, какой казалась на первый взгляд, однако… кое-что я всё-таки придумал. И нет, это был не полёт на космическую станцию — для первого свидания оно несколько перебор, не говоря уже о том, что такой полёт « общедоступными средствами» требовал очень много времени, подготовки и являлся не самой комфортной штукой — выход даже на минимально необходимую для полёта на орбиту первую космическую скорость нёс существенные перегрузки пилотам. Так что я придумал кое-что… прикольней и необычней.

— Ты серьёзно⁈ — подготовившаяся девушка смотрела на меня со скепсисом и удивлением. Сама Фелиция была прекрасна и притягательна, ибо косметика, правильно подобранная одежда… в общем, Эмме в «боевой раскраске» мисс Харди не уступала. Хотя, признаю, спроси меня, кто из девушек красивее, я бы не смог ответить при всём желании. Ну да ладно, суть в том, что место нашего свидания было действительно необычным.

— Разумеется! — я усмехнулся. — В самом деле, не тащить же тебя банально в ресторан или слушать вычурную оперу?

— И потому ты притащил меня на выступление какой-то андеграунд-группы, совмещённое с подпольными боями⁈ — Фелиция пыталась изобразить возмущение, но мне не нужно было быть телепатом, чтобы уловить её предвкушение и интерес.

— Что тут сказать? Я плохой парень, — ухмыляюсь.

— Ты меценат, филантроп и герой, который спас мир от инопланетного гиганта на космическом корабле в половину неба, — срезали меня «обвинением» .

— А ещё я тот самый наглый и раздражающий парень, который постоянно эпатирует публику и заставляет злобненько шипеть всех окружающих приличных девушек и их любящих матерей!

— Ла-а-адно, — согласилась мисс Харди, — это аргумент.

В общем и целом свидание прошло странно, но весело. И если подпольные бои девушку впечатлили не сильно, то вот выступление андеграундных групп зашло на ура, причём как откровенно панковских, типа «Dancing With My Axe », что словно вышла из того анекдота про «силу топора », так и лирических «Never Fade Away » и «Dreamer» [29] . Ну и просто возможность оторваться без оглядки на общественное мнение и прочие « нормы культуры» . Фелиции было в кайф покричать вместе с другими зрителями, выпить в баре пару шотов, ну и под настроение поболеть за ту или иную сторону в мордобое. Самое забавное во всём этом деле было то, что мы ничуть не скрывались и не прятались, при этом никто к нам не лез. Ну, вернее, пара развязных типов попробовала было сманить мою спутницу, но предложение « ребята, а сходите нахер оба» , совмещённое с тем, как я без видимого напряжения одним пальцем сгибаю стальную вилку, очень быстро избавило нас от лишнего внимания. Но вот в отношении нашего « происхождения» , скажем так, всяких возгласов и вау-эффектов не было. Почему? Потому, что при всей неоднозначной репутации Виктора фон Дума никто в здравом уме не мог предположить, что он возьмёт и заявится в полулегальный клуб на выступление гаражной группы. Так что это было весело и весьма приятно. Ну а ближе к ночи я, будучи джентльменом, отвёз девушку домой — в их с матерью особнячок.

— Что же, прекрасная леди, вот и пришло время прощаться, надеюсь, сегодняшний вечер понравился тебе так же, как и мне.

— М-м-м… — она скорчила максимально независимую и надменную моську. — Пожалуй, это было… неплохо.

— Ты визжала в фан-зоне и прыгала от восторга… — поломал я «великосветское прощание» .

— Тебе показалось!

— Я сделал несколько фоток.

— Хмф! — она сложила руки под грудью, но долго задирать носик не смогла. — Пришли и мне снимки!

— А таки что мне за это будет? — я тоже могу корчить разные физиономии. В том числе и просящие кирпича.

— Ох, мистер фон Дум, неужели вы опуститесь до вымогательства? — наигранно возмутилась она.

— Что вы, мисс Харди? Я честный бизнесмен! Потому это называется «бизнес-кейс» .

— Хи-хи, — всё-таки рассмеялась она, — ладно, сегодня мне действительно было весело. Очень.

— Во-о-от, теперь ты стала честной! — я подошёл чуть ближе. — И… надеюсь, ты не откажешь мне…

— … — полный подозрений прищур.

— В ещё одном свидании?

— (>_>)… — интересная смесь возмущения и одобрения. — Думаю… я могу на это пойти.

— Вот и славно, тогда созвонимся на днях!

— Хорошо… — она кивнула и… не стала уходить за ворота. Кажется, кто-то ждёт «положенного завершения» , и почему бы и не да?

— Вот и отлично! — моя рука легла на талию красотки, чуть прижать к себе, наклониться и поцеловать маняще приоткрытые губы. Не детский «чмок », но и без перегибов, вроде всяких «вязаний узелков языком» . Классическая награда за успешное свидание. — Буду с нетерпением ждать новой встречи, — на этом девушка кивнула и таки сделала « шурх» на территорию своего поместья. Что же, лёд тронулся и всё идёт неплохо. Даже если это ни во что не выльется, всё равно сегодня было чертовски приятно.

— Уф… — я обессиленно развалился в кресле. — Почему общение с Лидией становится испытанием куда как более тяжёлым, чем переговоры со спятившими гениальными учёными, ставшими начинающими террористами?

— М-м-м, — Эмма, приготовив два коктейля типа мохито, уселась на широкий подлокотник и протянула один из стаканов мне, — как ты любишь повторять — во всём виноваты клятые капиталисты!

— Виноваты! Но она могла бы и сделать скидку! Я спас её дочь! И имею в её отношении крайне серьёзные намерения!

— И ты расхваливал технологию по генерации большого количества крайне дешёвой электроэнергии, пока она слушала это через скрытый микрофон, — напомнила мне девушка.

— Расхваливал её Отто, а я только уточнял!

— И тем самым подводил его к идеальным рекламным ответам, — она усмехнулась и пригубила своего напитка.

— Ну да, тут я, конечно, погорячился. Впрочем, мистер Октавиус уже на тот момент был уволен из фонда Харди, его выкладки, что привели ко взрыву, пусть и остаются интеллектуальной собственностью фонда, но недоработанные, сырые! И у них нет сверхпроводников! А у нас может быть автор технологий, сверхпроводники и сразу куча лабораторий и заводов, куда новые установки можно включить! Это и испытания, серьёзные, прототипные! И экономия огромная! Следовательно, удешевление стоимости производства продукции!

— Ага, ты ещё скажи, что повысишь её доступность… — Эмма закатила глаза.

— Я бы и рад, — вздыхаю, чуть поубавив позитив в интонации, — но тогда меня закопают, и никакие сверхспособности не помогут — копать будут юристы, а это те ещё… сущности. К тому же я всё-таки капиталист, и, при всей моей симпатии к «от каждого по способностям, каждому по труду» , нельзя вот так вот просто взять и отказаться от трёхсот процентов прибыли, — новый вздох. — А там могут быть и все семьсот!

— Откуда столько? — не на шутку заинтересовалась мисс Фрост.

— Тяжёлая промышленность. Дуговые печи для плавления металлов и тугоплавких сплавов жрут энергию как не в себя. Даже если запитываться от АЭС или ГЭС, всё равно дорого. А тут можно едва ли не полную автономность организовать. И это в преддверии начала самых крупномасштабных оборонительных проектов со времён… Да, пожалуй, вообще беспрецедентных, учитывая, что мы теперь точно знаем, что не одни во Вселенной, и наглядно видели военный потенциал соседей по галактике!

А ещё сейчас был тот самый исторический момент, когда Земля реально имела все шансы обзавестись единым правительством. В моей родной Вселенной этот шанс американцы просрали, начав внаглую грабить обломки СССР, когда и власть там, и, что более важно, народ были готовы хоть прыгнуть в конфедерацию, хоть вообще войти в состав США, настолько сильно сработали пропаганда и эйфория от перемен. Требовалось лишь одно политическое решение — и мир бы шагнул в эпоху не просто однополярности, а натурального единоначалия, с гегемоном не континентального, а планетарного масштаба. И никто бы не пикнул, хотя бы потому, что тот же Китай был отсталой дырой, которой и рот открывать не положено, а не первой экономикой мира. Но нет, шанс был упущен. На мой взгляд, в Белом Доме сами не поняли, что случилось на другом краю мира и какие возможности перед ними открылись. Но то было там, здесь же точка невозврата ещё не пройдена, а нарождающийся постсоветский олигархат ещё не стал самостоятельной силой со своими интересами. Наличие же общего врага сближает. И сближает очень сильно…

— Думаю, Лидия тоже всё это поняла, а если и нет, у неё точно есть те, кто может объяснить.

— Э-э-эх… Обидно! — откинулся я на спинку, прикидывая, насколько бы облегчили жизнь «маленького свечного заводика в горах Латверии» несколько предсерийных прототипов, которые было бы так удобно списать с экспериментального производства и доставить до места. Но экспериментальное производство ещё следовало запустить! А для этого — получить главного конструктора с легальными патентами для разработки!

— Ну-ну, — окинув меня задумчивым взглядом, Эмма пересела с подлокотника мне на колени, — ещё скажи, что не стал бы спасать Фелицию!

— Стал бы, — я обнял талию шикарной голубоглазой блондинки, что всё делает лучше. — Но могла бы и уступить по дружбе и почти по-родственному.

— Ах, какое коварство! Совратить наивную девочку ради того, чтобы осуществить свои коварные капиталистические планы! Тебе должно быть стыдно! — девушка довольно поёрзала и вновь глотнула коктейль. — И вообще, а как же я? — мне состроили глазки. — Ты же мне даже трон предлагал, а тут, стоило появиться девчонке чуть моложе — и всё, прошла любовь? — теперь это был обвинительный тычок пальцем в щёку.

— Мне? Стыдно? — моя рука начала расстёгивать ремешок на штанишках подруги. — Я всё-таки честный миллиардер. О каком стыде ты говоришь? И по поводу тебя у меня тоже самые серьёзные намерения. В Латверии разрешено многожёнство.

— Серьёзно? — она вскинула бровь и, отложив бокал (и забрав второй из моей руки), начала разбираться с пуговицами на моей рубашке.

— Эй! Я король! Что хочу, то и ворочу! В смысле, действую в интересах государства! А моногамия себя не оправдала! Так что пропихнутый задним числом указ… и всё готово!

— Пхи… — рассмеялась Эмма. — Ты всё-таки невозможен! — она наклонилась и подарила мне игривый поцелуй.

— О да, а ещё я до невозможности везуч, раз мне повезло заполучить умницу и красавицу, что ещё и совсем не против других умниц и красавиц в моём окружении…

— Развратник, а делаешь вид, что это чуть ли не моя инициатива… А теперь хватит разговоров! Сорви с меня уже этот топик и оцени всю мою великолепность!

— Как пожелает моя госпожа, — поспешил я выполнить «приказы» мисс Фрост. Что же, это было прекрасным завершением тяжёлого дня, полного переговоров и дележа шкуры неубитого медведя.

Увы, как бы ни были сладки мгновения отдыха и разврата, они были именно мгновениями, а жизнь в целом состояла из Боли и Превозмоганий. Наша заруба с Лидией касательно принадлежности жопки Отто и не думала кончаться. На меня играло то, что учёный был сильно обижен на Харди, а вот я уважение мужика завоевал. Однако на стороне Лидии (и Фелиции) был тот факт, что она являлась пострадавшей стороной, могущей выдвигать или не выдвигать обвинения, плюс основы технологии всё-таки подпадали под интеллектуальную собственность. То есть ситуация была как с Ричардсом. Конкретный учёный технологию знает и понимает, но коммерческое использование этих знаний без разрешения свыше принесёт скорее судебные иски и отчуждение права собственности, чем реальный профит. И пусть уважаемая бизнес-вумен была мне очень благодарна, но она тоже была клятым капиталистом, со всеми вытекающими! Особую перчинку ситуации добавлял тот факт, что с Фелицией мы продолжали встречаться и ходить на свидания, постепенно узнавая друг друга лучше и сближаясь. И… у неё был шикарный характер! Очень похожий на характер Эммы, кстати. Кажется, это просто «мой тип» женщин, к которым меня тянет. Ну или всё дело в том, что… да-да, она — голубоглазая блондинка, что всё делает лучше. Однако вернёмся к характеру. Кошка! Вот ей-богу! Вредная, любопытная, подчёркнуто независимая, любящая и могущая в пакости, если посчитает себя обиженной, но… очень милая, тянущаяся к теплу и поглаживанию, а также каким-то мистическим образом создающая уют одним своим присутствием.

— Твоя мама — очень нехорошая женщина! Я возмущён! В восхищении, но возмущён!

— Да вы сговорились, — закатила глаза девушка.

— М-м-м?

— Она о тебе говорит примерно то же самое! Честное слово, не знай я всю подноготную, вообще считала бы, что вы женаты лет десять, а то и все двадцать!

— Хм-м-м, нет, Лидия, конечно, вызывает у меня очень сильные чувства, но они несколько иные. Вот её дочка — то да-а-а…

— Ну-ну, — она усмехнулась и сделала глоток кофе. И да, мы сидели в небольшом уютном кафе на набережной и наслаждались утренней прохладой. Далее мне предстояло опять углубляться в дебри казуистики и корпоративных войн, а юной мисс Харди — идти на пары.

— Ты не веришь в моё искреннее восхищение одной прекрасной голубоглазой блондинкой, что всё делает лучше?

— Виктор, — мисс Харди закатила глаза, — ты восхищаешься ещё тремя «голубоглазыми блондинками, что всё делают лучше» . И совершенно этого не скрываешь! Ты в курсе, что на этом моменте я должна была дать тебе по лицу и уйти?

— М-м-м, чисто для справедливости, Фрэнки — зеленоглазая, а ещё есть леди Сиф, которой я тоже восхищаюсь! Она вообще брюнетка, но она богиня, ей можно!

— И как это отменяет тот факт, что ты — чёртов бабник? — теперь в её голосе явно слышалось уже отнюдь не наигранное раздражение.

— Фелиция, — перехожу и я на серьёзный тон, — все мужчины — бабники, да и женщины, будем откровенны, даже вступив в брак, не перестают заглядываться на всяких Ален Делонов. Да, я понимаю, что это несколько необычно и, скорее всего, не слишком приятно для тебя. Но я за последние годы пережил такое, от половины чего поседели бы матёрые ветераны, а кто из обывателей и в окно бы вышел раз десять. Я ежедневно контактирую с вопросами буквально существования нашей планеты и решаю проблемы, чей уровень влияния на сам вопрос жизни человечества большинство людей даже вообразить не способны. Мог бы я всё это пережить, оставаясь таким, как все, — типичным серым обывателем, ни на шаг не отступающим от принятых общественных норм? Нет. Абсолютно точно — никак. Это просто невозможно. И да, я совсем не тот идеальный образ мужчины, который постулируют современное общество и христианская мораль. Скрывать от тебя свои «недостатки» я не собираюсь, и тут вопрос в том, принимаешь ты меня таким, какой я есть, или нет. Ты мне нравишься, и можно смело говорить, что я влюблён и ради тебя готов сражаться с драконами и повергать Безумных Учёных и прочих Злых Колдунов, но…

— Но для Фрост ты готов делать то же самое, — это точно была ревность.

— С Эммой мы успели пережить некоторое дерьмо, — ничуть не стесняясь, кивнул я, делая глоток кофе.

— Ага, а Гвен тебе просто нравится доводить до писка и красной от стыда и смущения моськи…

— Это бы звучало более убедительно, не занимайся ты тем же самым, — ибо да, я мог не знать подробностей того, как они сошлись на почве помощи в учёбе и надевают ли пижамки во время вечерних посиделок, но я был более чем уверен, что мисс Стейси время от времени подвергается профилактическому тиранству от мисс Харди. Характер Фелиции я узнал достаточно хорошо, чтобы делать такие прогнозы, как и понимал, что Гвен — слишком соблазнительная жертва, чтобы будущая Чёрная Кошка себя сдержала.

— Это к делу не относится! — полностью подтверждая мою правоту, ушла в несознанку смутившаяся студентка.

— Не относится, — согласился я. — Хотя что-то мне подсказывает, что ты не так уж против идеи немножко потискать эту очаровашку и понаслаждаться милым писком и потоками смущения, что она издаёт…

— Эт-то неважно! — это была стадия отрицания или гнева?

— На мой взгляд — важно. Но ладно. Думаю, ты понимаешь, что я хочу сказать.

— Что ждёшь от меня одобрения на сбор гарема, а то и участия в групповушках, — хмыкнула она, краснея то ли просто от возмущения, то ли представляя это участие.

— Довольно грубо и прямо, но в общем и целом — да.

— И какая нормальная девушка на подобное согласится⁈

— Ну, я бы тут мог углубиться в исторические примеры или намекнуть, что «нормальность» к тебе относится немногим более, чем ко мне, но… — развожу руками, — это всё не особо важно. Важно лишь то, примешь ли ты меня с моими достоинствами и недостатками или нет. Я не могу дать тебе типичные отношения с типичным парнем, пусть даже это типичный богатенький денди. Но я могу дать тебе другие отношения. Не потребительские, не отстранённые, не мимолётные — это будут серьёзные отношения, где ты мне будешь очень дорога. Но не типичные, не такие, как у простых людей, — другие. Однако то, что они другие, не означает, что они обязательно хуже.

Фелиция поджала губы, выпустив воздух носиком, и погрузилась в себя.

Сидим, молчим. Тянутся минуты…

— Ну почему единственный нормальный парень в округе оказался таким вот⁈ — подняв глаза к небесам, наконец вопросила блондинка.

— (^___^)!

— И хватит лыбиться, чёртов кошак! Я ещё ни на что не соглашалась! — это «ещё» очень интриговало. Но Виктор умный, Виктор не будет акцентировать на этом внимания.

— Всё, что я могу предложить, это просто попробовать. Вдруг тебе понравится?

— Теперь ты склоняешь меня к чему-то очень… неоднозначному.

— (^___^)?

— Чтоб тебя… — она рыкнула. — А если я предложу разбавить наш коллектив симпатичным парнем-другим?

— О, ничего страшного!

— Правда? — в искреннем изумлении вытаращилась она.

— Конечно! В Латверии куча диких мест, где десятилетиями не ступает нога человека! — с самой скромной и добропорядочной улыбкой сообщил я.

— Я как-то не улавливаю связи… — осторожно ответили мне, всё ещё имея несколько округлённый разрез глаз.

— У меня будет масса вариантов спрятать труп! — отсалютовав ей чашечкой, делаю новый глоток.

— Я должна была бы тут возмутиться, но… в этом весь ты, — покачала она головой, трагично опуская плечи.

— Итак?

— Итак… — вздох. — Не знаю… — Фелиция откинулась на спинку стула, поднимая глаза к небу. — Ты честен, что уже намного лучше большинства тех, кто пытался за мной приударить, но… это очень непривычно. И мне не нравится. Однако я понимаю, что ты на самом деле рисковал собой ради меня… и не только ради меня. Кадры с тем великаном, от присутствия которого даже за городом дышать было сложно, а ты ему ещё и угрожал… Безумие какое-то! — она встряхнула головой. — И мне с тобой действительно хорошо и как-то тепло, что ли, — подумав, чуть отвела она взгляд в смущении… М-м-м, милота-а… — Ладно, давай попробуем, только… не гони коней, хорошо?

— Фелиция… я тебя обожаю! — честно признался я.

— Умх… — она ещё сильнее смутилась, начав спешно бегать по округе взглядом в поисках спасения от этого чувства. — Но ты всё равно виноват! — нашлась она наконец. — Так что с тебя причитается.

— Хорошо, — послушно соглашаюсь на то, чего всё равно не будет. В конце концов, все эти «причитается» имеют смысл лишь между посторонними людьми, которые делать что-то за просто так бы не стали, а я уж точно готов был потратить свои усилия и время ради Чёрной Кошки.

На этом моменте мы были вынуждены с прекрасной леди расстаться — ей предстояло дальше грызть гранит науки, а мне — мотать километры нервов в очередных переговорах. И далеко не только с её мамой. Тот же Старк всё-таки послал родину нафиг с её поползновениями в сторону его новой брони, так что заинтересованные граждане уже начали зондировать почву на тему, а может ли кто-нибудь как-нибудь… эм… повторить? Очень деликатное слово это «повторить» , так хорошо маскирует концепт промышленного шпионажа и воровства чужой интеллектуальной собственности… Но делать было нечего, надо было в этих танцах участвовать, тем более прототипы брони у меня были, в одном таком даже от Серебряного Сёрфера на орехи получал. Проекты были сыроваты, по-настоящему рабочим был только вариант, предназначенный для ребят вроде Блонски, что не грозило массовым производством и обширными финансовыми вливаниями, но сейчас момент был такой, что был шанс и в ту сторону раскочегариться. Вот только понимал это не я один, и те же Хаммер с Озборном тоже активно включились, и это не считая всех остальных тем и направлений, что требовали моего участия.

Словом, куда и как в итоге делись ещё две недели, я не мог бы сказать при всём желании. И конца и края этому видно не было! Ибо, казалось бы, вот ты всё разрулил, обустроил гениального учёного тихонько сычевать на юге Аляски, выбил финансирование под новый проект и производство, более-менее разрулился с девушками (в том плане, что обошлось без бития по морде) и уже задумался то ли над двойным свиданием, то ли над повторным призывом Стрейнджа для начала обучения, как… ко мне опять начал приставать Фьюри! Теперь уже официально! В смысле, как директор Щ. И. Т.-а.

— Опять вы… — я печально вздохнул. На этот раз сдать визитёров в полицию не выйдет — они пришли по запросу вояк. Генерал Хэйгер очень ругался, но ничего не мог поделать — приказ-запрос пришёл из самых верхов министерства обороны, а их, в свою очередь, как-то попинали из аппарата президента. Это не означало, что я не могу послать их нахер, но выслушать очень просили.

— Мистер фон Дум, — кивнул Ник, — понимаю, наша первая встреча прошла не сильно удачно…

— Мистер Фьюри (если это ваше настоящее имя, конечно, а не просто маскарад под героя войны), я очень занятой человек, потому давайте мы не будем зря тратить время и сразу перейдём к делу, пропустив этап, где вы фальшиво извиняетесь за то, что в прошлый раз обнаглели вкрай.

— Хорошо. Нам требуется техническое сотрудничество c вашей корпорацией, — действительно «в лоб» зашёл он.

— И какого рода техническое сотрудничество вас интересует?

— Ксенотехнологии, исследование образцов, предоставление ряда разработок… — начала перечислять помощница Ника.

— А зачем оно надо мне?

— Ваши технологии нужны для защиты мира! — начал Пафосно задвигать ветеран.

— Знаете, как бизнесмен шпиону, я вам поведаю одну страшную тайну… Когда кто-то начинает задвигать громкие лозунги, это означает, что он хочет тебя поиметь. Я и так спасал мир от грёбаного Пожирателя Миров, разгребал последствия «дружеских визитов» атлантов и скруллов… и вот ни разу не встречал при этих разгребаниях ребят из Щ. И. Т. А сейчас вы ко мне приходите и хотите, чтобы я снабжал вас результатами своих исследований. Для создания завершённой картины абсурда — наверняка ещё и хотите эти технологии бесплатно.

— Мы… можем компенсировать вам затраты, — не очень довольно ответил уважаемый ветеран.

— Вы всё ещё остаётесь мутной конторкой, что хочет очень ценные и опасные технологии для непонятно каких целей под лозунгом «за всё хорошее против всего плохого» , — я покачал головой. — То, что вас покрывает кто-то из Пентагона — это, конечно, хорошо. Но я и так работаю с Пентагоном, и левые люди из мутной организации мне не нужны.

— Хм-м, понятно, — нахмурил бледный лоб мужчина с повязкой на глазу. — Но всё же, мистер фон Дум, почему вы так… неприязненно относитесь к нам?

— Вы шутите? — вскидываю бровь. — Вы попытались напичкать мой дом жучками, чтобы собрать на меня компромат и принуждать к сотрудничеству шантажом, а теперь удивляетесь, что вы мне не нравитесь? Скажите, мистер Фьюри, насколько давно вы живёте в отрыве от общества, общаясь только со своими лизоблюдами, что будут за любое нарушение законов и приличий, что выдвинет начальство?

— Я понимаю вашу злость, но не припомню, чтобы совершал что-то достойное прямых оскорблений на деловой встрече, — мрачно ответил мужчина.

— Вы видите нападки там, где я доношу до вас факты. Вы шпион, Фьюри. Лгать, манипулировать и использовать, чтобы потом кинуть, — это ваши профессиональные обязанности. Вы можете на это обижаться, но это столь же объективный факт, как и то, что люди дышат воздухом. Разница нашей ситуации и тех, к которым вы, очевидно, привыкли, лишь в том, что я этот факт понимаю и учитываю во всей глубине смыслов, а не отбрасываю несущественным фантиком. Вас официально даже не существует. Уже это значит, что вы изначально закладываете в наши отношения предательство со своей стороны, буквально лишая партнёра возможности воздействовать на себя законными методами. А я, напоминаю, монарх независимого государства и один из богатейших людей мира, а не какой-то мелкий клерк, с которым можно общаться с подобных позиций, и он утрётся. Или, чтобы до вас дошло, мне нужно демонстративно устроить испытания Латверией ядерной бомбы с гиперзвуковым носителем?

— Думаю, это будет излишне, — направление беседы Фьюри совсем разонравилось. — Значит, вы отказываетесь от сотрудничества?

— Если у мира действительно будут проблемы, я помогу — жить-то где-то нужно. Но если дело касается только сотрудничества со Щ. И. Т.-ом, то я предпочту не снабжать ничем не проявившую себя подозрительную контору топовым хай-теком. И… чтобы потом не обижались: если моя СБ выявит ваших агентов рядом с моими лабораториями или домами, то… — я развёл руками. Умный поймёт, а озвучивать угрозы убийством или что-то в этом роде, когда у этих двоих на себе хренова туча какой-то электроники, мной прекрасно ощутимой, не стоит. За жопу не возьмут… слишком сильно, конечно, но зачем себе на ровном месте жизнь усложнять?

На этом мы с «уважаемыми» разведчиками и расстались, вполне недовольные друг другом.

— Что скажешь? — обратился я к Эмме.

— Глубоко читать их я не стала — у них какая-то защита на разуме… Нет, не телепатия, скорее просто умственные тренировки, вроде тех, что показал тебе Наблюдатель, только не для открытия, а, наоборот, для запечатывания разума. Сломать смогу, но незамеченным такое точно не останется.

— Предусмотрительно, — я покачал головой. — Но что-то в общих чертах уловить удалось?

— Да, — она кивнула. — Это был визит скорее для очистки совести и формальных извинений, чтобы не эскалировать, потому столь небрежно он и прошёл. Кажется, Фьюри решил поддерживать твоё невысокое мнение о Щ. И. Т. вообще и о нём в частности.

— Угу, чтобы расслабился и недооценивал, — логично. — Ещё что-нибудь?

— Тут я не уверена, но вроде бы им действительно нужен «ручной гениальный инженер» , и они нацелились на Старка и его технологии нейроброни. Даже, кажется, уже достигли каких-то соглашений, хотя и тоже без прямой передачи костюма. По крайней мере, что-то о формировании какой-то команды быстрого реагирования под патронажем Старка в мысленных образах мелькало.

— Мстители? — вскидываю бровь.

— Нет, такого слова не нашла. Там что-то странное, вроде бы Старка украли не простые террористы, а какой-то то ли мутант, то ли инопланетянин. И броня его — это только наполовину работа самого Старка, а в остальном технологии внеземные. Образы смутные, тяжело интерпретировать, но Старк решил сильно расширить свою службу безопасности, и было принято решение ему помочь, чтобы самим не выходить из тени.

— Ясно.

Вообще, выбор весьма удачный. Судя по всему, в этой Вселенной Старка воровал именно Мандарин, поделившись той частью наследства расы Маклуан, которую сам не мог реализовать. И теперь у наследника Говарда к нему личные счёты, да и сам Мандарин от «вора своих технологий» вряд ли отстанет, первым попытавшись отжать броню обратно. Да и без Мандарина у Тони пока репутация хорошего инженера, но не особо далёкого гуляки и повесы, плюс молодость, которая при такой интересной разработке делает его очень привлекательной мишенью для всяких мутных личностей. Буквально идеальный объект для ловли на живца, что, как я понимаю, ещё и сам активно будет помогать в ловле, тратя на борьбу свои ресурсы и силы, а не бюджеты и персонал подчиняющейся Фьюри конторы.

Кроме того, вариант со Старком ещё и тем хорош, что альтернативы куда неудобнее. Хаммер — калач тёртый и уже старый, у него связей вагон, а желания влезать в авантюры — с напёрсток. Я? Тоже со связями, но куда как моложе и «упарываюсь в хай-тек» , казалось бы — идеальный вариант, но за мной не только корпорация, но и целая страна. Да, мы уже говорили, что для особистов это ещё ничего не значит, но вот для их начальства это имеет значение, особенно после случая с Галактусом и моего мирового турне. Озкорп? По сути, Норман Озборн — это как я, только на минималках. Как по весу и возможностям, так и по имеющимся проблемам. Взять его за жопу, полагаю, можно, кое-что интересное он даже может сделать, но в общем и целом — самый бесперспективный вариант. А вот Тони — это да. И молодой, и с интересом понятным, и сам может быть не прочь вписаться — только правильно обработать осталось. Во всяком случае, так кажется со стороны.

Фьюри, к сожалению, натуральный идиот — боевой оперативник старой закалки с неоперабельной профдеформацией, предел компетентности которого — командование отрядом быстрого реагирования, но поставленный руководить наднациональной секретной организацией, что пытается одновременно совмещать в себе и разведку, и контрразведку, и конструкторское бюро, и армейский корпус с тяжёлой техникой, и хрен знает что ещё, вплоть до летающих авианосцев и ракетно-ядерных войск. И подобный винегрет, с дублированием всех возможных и невозможных силовых структур государства, у них возглавляется одним, несменяемым уже десятилетия человеком, который даже не профессиональный штабной офицер, а тупо удачливый и дерзкий мордоворот, которому посчастливилось заручиться нужными знакомствами во время войны. Он может сколько угодно думать, что сам позволяет мне себя недооценивать, а на самом-то деле он — ух! Но проблема в том, что Фьюри лично и Щ. И. Т. вообще — абсолютно некомпетентные клоуны в ста процентах случаев своего появления в любых первоисточниках. Они неповоротливая химера с непомерно раздутыми полномочиями и околонулевым пониманием специфики работы девяноста процентов направлений, которые себе захапали, а главное — откровенно безумным фетишем на секретность, отчего любое вмешательство в любые ситуации должно получать личную санкцию Фьюри, ибо грозит раскрытием существования организации третьим лицам. И пока у них всё так устроено, проблемы мира обречены решать кто угодно: Блэйд, Каратель, Сорвиголова, Спайдермен, Иксмены, Железный Человек, да хоть Чан Кайши и Фантастическая Четвёрка, — но только не эти понторезы, которые за время кризиса даже решить не успеют, оправданно ли им вмешиваться или нет.

В любом случае мне такой расклад был на руку. Безусловно, я понимал, что попытки промышленного шпионажа с их стороны будут, но как бы ни был хорош отдельный исполнитель, если его начальник — некомпетентный идиот, отставший от жизни на добрых пятьдесят лет и не способный просчитать простейшие последствия своих действий (а будь он на это способен, он бы никогда не стал пытаться собрать компромат на Виктора фон Дума), то провал в работе гарантирован. Что же до Старка… Чем дольше Щ. И. Т. занят чем-то другим где-то не здесь, тем лучше. А в Тони я верю — долго кататься на его горбу не выйдет. Главное, чтобы он продержался в роли главного фокуса интереса Фьюри, пока мы с Магнусом не закончим Астероид и пока ряд технологических цепочек, что я развиваю и полирую на деньги США, не будет доведён до ума и продублирован в Латверии, а дальше мне на все потуги местных и не очень крутых шпионов будет уже плевать…

Думал я ровно до вечера.

Вот без шуток!

Я уже собирался расслабиться после рабочего дня, пригласить Эмму и Фелицию на лёгкое двойное свидание, а потом утречком вызвать Гвен и легонечко её потеребить, тем более та уже нагуляла целых шесть опозданий, три из которых были подряд и уж как-то слишком нарочито, будто кое-кто сам очень хотел нового разговора, но не-е-ет! Тема шпионсов так просто не оставляла!

Началось всё с того, что мне позвонили. Не то чтобы данный факт был чем-то выдающимся, но голос звонящего я не узнал, и вот это вот уже вызывало вопросы. Мой личный номер знали очень немногие, и никто из этих людей данным номером разбрасываться бы не стал, а тут кто-то совершенно неизвестный.

— Мистер фон Дум, здравствуйте! — приветствие было выполнено мужским голосом, пусть и довольно звонким.

— Хм-м… Доброго времени суток, уважаемый незнакомец, — ответил я. — Как ваше ничего?

— Кхем, — на том конце явно несколько растерялись, — а вы действительно весьма эксцентричны. Позвольте представиться, меня зовут Юрий. Юрий Тополов, — я записал имя и махнул Эмме, жестом показав, что мне нужна информация по данному персонажу. Не факт, что собеседник представился настоящим именем, но начинать с чего-то было нужно. Девушка понимающе кивнула и пошла грузить безопасников.

— Что же, приятно познакомиться, мистер Тополов. Однако пусть я и люблю поболтать, но что-то мне подсказывает, что вы не милая девушка с роковой фигурой, долгая прелюдия к знакомству с которой уместна. Потому извольте пояснить, чего вы хотите? Думаю, у вас какое-то важное дело, раз вы смогли раздобыть мой прямой номер.

— Да, — на том конце вновь немного помолчали, явно собираясь с мыслями. — Я бы… хотел к вам наняться.

— Хм-м, интригующе, — вскинул брови я. Что ни говори, но эпатировать народ нестандартными решениями я любил, а тут кто-то решил так эпатировать меня. И это действительно интриговало. — Хотя, как правило, для найма нужно связаться с отделом кадров.

— Понимаю, но… такой вариант мне не совсем подходит. Потому я позвонил вам лично.

— Допустим, — это становилось всё интереснее. — Итак, какую вакансию вы рассматриваете?

— Я бы хотел заняться генетическими исследованиями вместе с доктором Маккоем. Также я могу предложить некоторые разработки мистерам Смайту и Смайту. Ещё у меня есть небольшая команда… из бывших разведчиков и контрразведчиков.

— Полагаю, получение моего номера — их работа? — с каждой фразой эта беседа становилась всё интереснее.

— Да, — не стал скрывать мой собеседник.

— Что же, я впечатлён, — сказал я чистую правду, — и жду вас в своём офисе в любое время, но по предварительной записи.

— Я бы… попросил вас открыть для меня чёрный ход. И убрать охрану с поста. Я стою у проходной.

— Довольно серьёзная просьба, — качаю головой, пусть мой собеседник этого и не видел, — но я всё же испытываю определённую долю любопытства. Хорошо. Охрану снимут, жду вас на своём этаже через десять минут. Полагаю, называть номер этажа мне не нужно?

— Нет, сэр, — явно покачал он головой. — Сейчас буду и… попрошу вас не пугаться. И убрать женщин.

— Не думаю, что моего секретаря можно удивить хоть чем-то, — тут уже отказал я. — Жду.

На этом я отключился и, отдав по интеркому команды для охраны, повернулся к моей обожаемой леди.

— Юрий Тополов, — Эмма уже тыкалась в планшетку. — В наших базах данных информации о нём немного. Советский физик-ядерщик, занимался исследованиями «тяжёлого» излучения, как и Бэннер, кроме того, разработкой носителей — строил ракеты. Официально мёртв уже больше пятнадцати лет.

— Очень интересно. Получается, вести о его кончине немного преувеличены. Либо же кто-то прикрывается именем покойного советского деятеля науки, — в этот момент Эмма потыкала пальчиком в планшет, что был переключён на канал камер наблюдения (между прочим, наше ноу-хау, полноценное цифровое вещание! А то тема с VHS уже как-то даже вымораживать стала, у нас тут киберпротезы с нейроинтерфейсами и при этом система безопасности уровня семидесятых годов! Непорядок!).

— Оу… Кажется, я начинаю понимать, почему он не пришёл лично, попросил зайти через чёрный ход и убрать женщин…

— М-м-м? — я вскинул бровь.

— Вот! — мне протянули планшетку, на которой был вид с камер. А камеры показывали, как стрёмный перекошенный большеголовый карлик с сероватой кожей хромает к лифтам. Рядом с ним шёл ничем не примечательный мужчина лет тридцати, настолько «непримечательный» , насколько это только возможно.

— Н-да, не самый аппетитный вид, но не всем же быть подкачанными длинноволосыми блондинами, как Тор, — я пожал плечами. — Приготовь, пожалуйста, три чашечки кофе. Ну и себя не забудь, — улыбнулся я девушке.

— Сейчас, — мисс Фрост отправилась воевать с кофе-машиной, я же принялся ждать, пока визитёры поднимутся ко мне. Ждать пришлось недолго, и вскоре «стрёмный карлик» и его сопровождающий оказались в моём кабинете.

— Мистер фон Дум, — ещё раз поздоровался он, — рад личной встрече, надеюсь, мой вид… не сильно вас… эм… смутил.

— Мистер Тополов, — я улыбнулся собеседнику, — я работаю с мутантами, богами, демонами и пришельцами. Пока мой визави ведёт себя адекватно, мне совершенно без разницы, как он выглядит, будь он даже разумной чёрной слизью. Однако было бы неплохо представить и вашего молчаливого спутника. Ну и да, угощайтесь, — я кивнул на поднос с кофе, на котором расположились и две вазочки с печеньками Тёмной Стороны.

— Да, конечно. Это Игорь Дренков, майор КГБ… в отставке.

— Хех, а я слышал, что бывших чекистов не бывает, — протянул я руку для пожатия.

— Увы, господин фон Дум, — пожал протянутую конечность майор, — после «демократических реформ» , — как от зубной боли поморщился КГБ-шник, — многих наших выставили на мороз, — мужчина или гениально играл, или и вправду испытывал нешуточную обиду по отношению к Бориске и его команде. Акцента, кстати, у него вообще не было.

— Допустим. Итак, господа, что вы хотите и что готовы предложить? — перешёл я к делу.

Хотели господа не так уж и много. Конкретно Игорь просто искал место с хорошей зарплатой, где не придётся делать грязь и прочие мразотные вещи. В обмен — доступ к несколько потрёпанной, но вполне себе действующей сети советских агентов. Шпионаж и контршпионаж. С Юрием было посложнее. В их группе именно карлик был главным, заодно отвечая за «снабжение всяким », ну и, когда Союз обосрался с Перестройкой и всё покатилось к чертям, помог натурально выброшенным агентам худо-бедно обустроиться в стране « потенциального противника» . Сам он… хотел вернуть себе человеческий облик. Моё исцеление Бэна и способности Фрэнки его очень впечатлили. Плюс мужик меня ещё и предупредить пытался. В том смысле, что в эпизоде с теми шальными беспилотниками, что устроили похохотать воякам, участвовал как раз он и его команда. Правда, не сами по себе, их нанял ещё один мутант, который звал себя…

— Вождь? Серьёзно?

— Ну, этот тип не отличается скромностью, — развёл руками русский. И продолжил повествование.

Я же сидел и вспоминал всё, что знал про этого Вождя из прошлой жизни. Согласно моей памяти, столь оригинальный в своей скромности псевдоним брал себе только один персонаж — страдающий манией величия «зелёный человечек» с огромной черепной коробкой, что в сюжетках Халка вечно мечтал забрать себе его силу, чтобы завоевать мир. Предыстории его я не знал, но вроде как он тоже был гамма-мутантом, как и сам Халк, только вместо мышц получил развитие мозга. Правда, как и положено в детском мультике, заявленная гениальность на деле никак не проявлялась, а вот образцово-показательный дебилизм злодейса — да.

Карлик по кличке Гаргулья мои воспоминания подтвердил — Вождь действительно хотел добраться до Халка. И на тему дебилизма Юрий тоже прошёлся. По его словам, Вождь в результате мутации получил себе в голову натуральный суперкомпьютер, способный с лёгкостью проводить сложнейшие вычисления, мгновенно усваивать огромные объёмы информации и в целом адекватно этой информацией оперировать, вот только с фантазией у него было не очень — обычный, среднестатистический человек, а то и ниже среднего. Он мог без всякого труда оптимизировать программы управления украденными военными дронами или вносить крайне эффективные улучшения в их конструкцию, мог легко понять чужую научную теорию, проверить её на ошибки и даже доработать, но вот создать что-то своё не мог. То же самое с его манией величия — мутировав и осознав новые возможности своего разума, он уверился, что стал лучшим из людей, из чего сделал банальный вывод, что коли он лучший, то должен всеми править, и это единственно логично. Фантазии на иные варианты самореализации у него не хватало — только на примитивную иерархическую гонку.

А ещё, судя по всему, мутировал он одновременно или почти одновременно с Бэннером, скорее всего, являясь одним из младших научных сотрудников на проекте разрабатываемой по заказу вояк гамма-бомбы. Одним из тех, кого посчитали пропавшими без вести после первого буйства Халка. Точно Юрий не знал, будучи привлечённым к месту событий с некоторым опозданием, хоть и заметно раньше меня, так как разработки гамма-бомбы были одним из направлений, под которые его разведгруппа копала. Впрочем, у Росса было много интересных для иностранной резидентуры тем, в том числе и боевые дроны от Хаммера. Собственно, ребята и решили под шумок от ЧП с Халком провести некоторую экспроприацию перспективных разработок, пока со склада со сверхсекретными образцами так удачно сняли почти всю охрану, благо расположение и подходы давно разведали.

Встреча с Вождём произошла почти случайно — зелёный мужик с распухшей головой явно не стремился показываться на глаза воякам, которые только что отхватили от другого зелёного мужика. Уж как у него там проходили этапы осознания и принятия — вопрос открытый, но на момент встречи с Юрием там уже случился катарсис с наречением себя Вождём, более того, дядька сам уже активно выгребал одну крайне вкусную точку со сверхсекретными прототипами, на ходу перепрошивая дронов и ставя их себе на службу в качестве носильщиков. Ну и, увидев такую картину, а также уже кое-что успев собрать по Халку благодаря агентуре в штабе Росса, ребята решили не устраивать пальбы с попытками избавиться от конкурента, а выйти на контакт. Там и вооружённых роботов уже было многовато, и на что способен неизвестный мутант, было непонятно, в общем, покумекали, и Гаргулья, тоже будучи мутантом с раздувшейся черепной коробкой, вышел поговорить под общий мотив «мы с тобой одной крови ». Правда, знакомство не задалось. Не в том плане, что на контакт Вождь не пошёл, просто он оказался мудаком, сразу записавшим карлика в миньоны и полурабы. Видя подавляющее огневое превосходство зелёного и желая дать своей группе уйти без трупов, серый карлик выпендриваться не стал и на роль согласился, тем более что в ходе переговоров Вождь пообещал помочь с его мутацией и вернуть нормальный облик. Вот только Вождь явно собирался Юрия кинуть, отчего советский учёный решил не дожидаться и, когда «начальник» потратил всех своих « железных солдат» в самоубийственной атаке на военную базу с Бэннером, свалил сам.

— С чего такие выводы? — поинтересовался я у него.

— Да знакомые нотки начали скользить в его словах, — поморщился инженер. — Мол, да-да, всё будет, ты не забыт, нужно только перетерпеть, причём речь откровенно на отвали. Я почти такую же слышал от начальства после мутации. Да и не только я — Игоря с ребятами новое правительство точно так же обещаниями кормило, а потом просто выкинуло.

— Понятно, — я кивнул. — Что же, касательно найма товарища Тополова у меня сомнений нет — хорошие мозги нужны всегда, тем более, как я понял, вам интересны не столько деньги, сколько возможность вернуть человеческий облик?

— Да, — он согласно склонил лысую голову. — Это вы на меня нормально смотрите, да ещё Игорь, с которым я десяток лет уже работаю, а так… на улицу не выйти, про завести семью я вообще молчу.

— Хорошо, я предоставлю вам возможность работы над направленной мутацией и даже предложу пару экспериментальных методов моей разработки. Но вы ведь понимаете, что такое лечение — это дело долгое и никто гарантий не даст? Тот рабочий метод, что у меня есть, применим лишь относительно очень конкретного принципа мутации. Ваш же случай однозначно другой и потребует совершенно новой исследовательской работы.

— Знаю, — карлик хмыкнул, — но я очень заинтересован в лекарстве. И если бы вы заверили, что щелчком пальцев вернёте мне нормальное тело, я бы уже с вами попрощался. Так что я понимаю, на что подписываюсь, и рад, что вы всё честь по чести сказали, босс!

— Но со мной, полагаю, всё не так просто? — скривил губы в печальной ухмылке мужчина, что, как оказалось, был несколько старше, чем выглядел.

— Буду откровенен, вопрос с компетентной СБ у меня очень остро стоит уже давно, и кадры мне нужны. Проблема в том, что я не могу вам доверять.

— Разумно, — кивнул он. — Но хоть Юру пристроили, уже спасибо.

— Я не закончил. Есть предложение. Но оно… жёсткое.

— На ошейник с бомбой или инъекцию яда не соглашусь, — покачал головой разведчик.

— Не потребуется. У меня есть знакомый телепат. Я предлагаю сыворотку правды и чтение. Если всё будет нормально — полноценная присяга, как монарху Латверии, с получением гражданства.

— И тогда в случае предательства или иного «монаршего неудовольствия» вы сможете меня приговорить и повесить на месте.

— С некоторыми нюансами, на территории США это будет сделать проблематично, но… да.

— А знаете, я согласен! — усмехнулся чекист.

— Игорь, ты серьёзно? — спросил его на русском Юрий.

— Да, Юр. Я понимаю его резоны. Откровенно говоря, на его месте я бы поступил так же, если не жёстче, или вообще бы отказал на месте: он нас первый раз в жизни видит, и у него нет никакой гарантии, что мы не являемся шпионами нашей бывшей Родины.

— Что же, рад, что мы пришли к соглашению, товарищи, — включился я в их беседу, также переходя на русский, — но вообще, это было очень невежливо!

— О! — дружно выдохнули мои собеседники.

— Тц… А я и не знал, что вы знаете русский, да ещё на таком уровне.

— Я ещё и «Капитал» Маркса читал, а портрет товарища Сталина в кабинет не повесил только потому, что не хочу доводить до инфаркта ребят из Пентагона, — признался я.

— Пха-ха-ха, словно вновь дома! — развеселился Игорь.

— Н-да, знали бы, сразу к вам обратились… — тоже улыбнулся Гаргулья.

— Что же, рад, что мы нашли общий язык. Теперь давайте обсудим конкретные обязанности и оплату. Кстати, о вашей деятельности известно спецслужбам США?

— Разумеется… нет! — даже чуть оскорблённо ответил разведчик.

— Эх, жаль. А то я уже предвкушал лицо Ника Фьюри, узнавшего, что теперь на меня работает «кровавая гэбня ». А уж как будет « рада» мисс Романофф…

— Фьюри же мёртв давно? — удивился чекист. — А вот то, что эта сука ещё коптит небо, то наша недоработка, да…

— Ну, сегодня утром он был жив, — развожу руками. — Или кто-то, кто себя им называет и сделал очень хорошую пластику, чтобы быть неотличимым от его фото в некрологе. Касательно второго — я догадываюсь, как ваша контора «любит» Наташу, но давайте ваши разборки оставлять на свободное время, не втягивая в это меня, окей?

— Не беспокойтесь, сэр, это просто… по старой памяти, — заверил меня Дренков.

— Что же, хорошо. А теперь вернёмся к деталям. Эмма, сделай нам, пожалуйста, ещё кофе, — за беседой запас жидкости как-то неуловимо кончился.

Далее были уже технические детали. Был вызван (правда, по удалёнке) Хэнк, коему и представили «коллегу-смежника », в том плане, что Тополов будет работать на стыке тем Маккоя, Бэннера, возможно, что и игрушки Смайта с Октавиусом будут задействованы. Всё-таки советская техническая школа сильно отличалась от американской. И там, где американский учёный будет знать, в какой справочник подглядеть, советский сможет этот справочник написать. И нет, я сейчас не воздаю хвалу системе образования моей прошлой родины из иного мира, подход к подготовке кадров местами там тоже вызывал массу вопросов и откровенно хромал, поскольку порой создавалось ощущение, что готовит она не конкретных специалистов в конкретной области, а грёбаных попаданцев, что могут с голой жопой на необитаемом острове создать если не синхрофазотрон, то хотя бы небольшой военно-промышленный комплекс. Оно, конечно, круто, но ведь мало того, что в такое могут не только лишь все, так и масса времени и усилий тратится на то, что человеку, даже в рамках выбранной специальности, просто нафиг не нужно, вроде курсов по химии и материаловеденью для энергетиков, что должны электростанции строить. Про всякие философии и культурологии технарям я тоже молчу. Э-э-эх, были же времена… Но я отвлёкся. В силу опыта и образования советский учёный в самом деле эффективнее всего будет смотреться на « смежных» проектах.

Что же касалось ГБ-иста, то с ним мы договорились встретиться через пару дней, когда он приведёт для знакомства и свою команду — из тех, кто согласится на те же условия, что были озвучены ему самому. Но тут проблем и сюрпризов быть не должно — на зарплату я не жмотился, предавать Родину и выкладывать все советские военные тайны тоже не просил, ну а проверка — это логичный и разумный шаг.

Когда наши гости ушли, я поинтересовался у Эммы, что она по этому поводу думает и что смогла подсмотреть в головах наших визави.

В мозги Игоря залезть девушка толком не смогла — там была блокада, примерно такая же, как и у Фьюри, но судя по «поверхностному чтению» , мужик вроде бы не врал. Однако тут нужно копать глубже, желательно когда жертва расслабится. Впрочем, сыворотка правды и допрос с телепатом входили в вербовочную программу, так что накачаем ребят и как следует посмотрим, нет ли там засланных казачков.

Юрий в плане телепатии тоже был не самой простой жертвой, но тут была виновата его мутация — слишком прокачанный мозг, что даже без тренировок или предрасположенности к мозгоклюйству и защите от него было сложно читать. Однако тут девушка добилась большего успеха и подтвердила искренность слов гениального карлы. Он очень хотел стать нормальным, очень надеялся, что я ему в этом помогу, и был готов честно работать на меня за эту идею. На Советы он был нешуточно обижен — так мутировал он именно там, работая на каком-то секретном заводе и влетев в «несчастный случай ». Доказательств не было, но сам мужчина был на все двести процентов уверен, что случай тот был конкретно подстроен его более маститыми и заслуженными коллегами, которых он смел небезуспешно критиковать, а в ближайшее время и вовсе имел все шансы подвинуть с Олимпа. И вообще он там помереть должен был без шансов, но неожиданно для всех выжил. Вот только, поскольку на выходе получился не суперсолдат, а перекорёженный уродец, что и ходит с трудом, выживание это ему не сильно помогло, более того, «достойные » академики и профессора на изумление технично прикрыли начавшееся было расследование и вместо наказания виновных в несчастном случае выперли на мороз именно Тополова, наплевав, что на когнитивных функциях его мутация как раз не сказалась. В итоге с него взяли кучу подписок о неразглашении, назначили пособие по инвалидности да турнули с глаз долой. А на все попытки что-то как-то решить и добиться помощи сначала «кормили завтраками» , а потом и вовсе открыто послали нахер. Даже некоторые связи в органах не помогли, только завтраками начала кормить другая контора, заодно подвязав его на работу нелегалом, мол, им на месте нужны грамотные специалисты, способные разобраться в том, что имеет смысл воровать, а что может быть полной дезой, ну а там мы поможем, ты, главное, Родине помоги, товарищ! Ну а так как прозябать на инвалидную пенсию до самой смерти желания у совсем ещё молодого мужчины не было, он и помогал, в призрачной надежде на лечение… пока сама Родина внезапно не сделала « кря» , кинув всю агентуру крутиться как хочет. Потому, с учётом Вождя, я был уже третьей попыткой советского учёного как-то выбраться из затянувшей его жопы. Чуда он уже не ждал и морально был готов, что и я его кину, но надежда, хоть немного, всё ещё теплилась в его душе. Ну и да, первым он меня предавать точно не станет. Даже если ему вдруг кто-то предложит « сто процентов работающее средство излечения» . Ибо просто не поверит. Ну и воспитан он всё-таки отвечать добром на добро. Такая вот ситуация.

Через пару дней мы накачали четверых мужиков неопределённого возраста седативами и выпотрошили им мозги. Звучит, конечно, зловеще, но на деле — не так плохо, как кажется. Да, накачали до спутанности сознания, но тут максимум будет похмелье. Мозголазанье тоже было не самой приятной процедурой, однако Эмма была максимально деликатной и старалась действовать нежно. Так что в военные тайны мы не лезли, а вот мотивацию проверили. Как и наличие всяких «закладок », «теневых сознаний », «затёртых воспоминаний» и прочей радости уровня « спящий агент, по щелчку перековывается и начинает работать не на тебя, а на своего реального хозяина» . В итоге подтвердили, что или ребята действительно чисты, или им правил мозги и скрывал нежданчики телепат уровня Ксавьера, если не выше. Что, будем честны, маловероятно, иначе если не весь мир, то половина точно давно бы уже жила как под пси-излучателем из той старой игрушки про « Красную Угрозу» . Так что после того, как мужики очнулись и собрали мозги в кучку, я их торжественно поздравил с зачислением в штат моей корпорации. И принял присягу, да.

Что же… в кои-то веки неожиданность оказалась приятной. Вопрос, что делать дальше? Позвонить-таки Фелиции с целью пригласить её на свидание на троих или я всё ещё хочу жить, а потому пойдём к Стрейнджу на предмет окунуться в колдунство? Непростой выбор…

Глава 21

Как говорится, хочешь рассмешить Бога — расскажи ему о своих планах. Шутки шутками, но именно эта фраза наиболее полно отражала то, что в мой нелёгкий выбор досуга внезапно вмешалась деталь, о которой я и подумать не мог. В смысле мне и в голову не приходило, что одна особа может просто взять и…

— Тринадцать опозданий за месяц… — я смотрел «грозным взглядом» на голубоглазую блондинку, что неловко под этим взглядом мялась. — Восемь из них подряд… — я когда это увидел в отчёте, откровенно припух, потому как ничем иным, кроме жирнющего намёка на толстые обстоятельства, эта череда опозданий быть не могла никак.

— П-простите, сэр… Было много происшествий, и я задерживалась в патрулях… — повинилась красная, как рак, девушка, нервно теребя пальчиками края юбки и пряча взгляд… Ага, под сдержанный хмык Эммы, что явно увидела в её голове что-то отличное от заявленного.

— Мисс Стейси… — я сложил руки перед лицом, пряча за ними улыбку. — Гвен… Я, безусловно, верю в твои героические чувства и что зов долга для тебя — не пустой звук, однако, как мы давно выяснили, ты очень ответственная и умная девочка, так что… колись! Это намёк?

— Й-а… Это… Н-нет! — ответили мне максимально неконкретно, всё ещё блуждая глазками где-то в районе потолка за моим левым плечом.

— А вот мне кажется, что очень даже «да» , — откидываюсь на спинку кресла. — Признайся, ты хотела попасть ко мне в кабинет и в целом этого разговора. А хотеть этого ты могла только в одном случае.

— Это не так… Могут быть разные… — всё ещё глядя куда угодно, кроме меня, возразила девушка.

— Но в нашем-то случае был один и конкретный. Я ведь прав? — адресую последний вопрос Эмме.

— О да-а-а, — расплылась в улыбке телепатка.

— И-и-и… откуда вы можете знать? Этого никто не может знать… — кажется, начала терять связь с реальностью и вконец заговариваться мисс Стейси.

— У тебя всё на лице написано, — покровительственно хмыкнула в ответ мисс Фрост и, зайдя к Гвен за спину, легонько подтолкнула ту в мою строну. — Иди уже, получай свою награду. Я вас даже оставлю наедине!

— К-какую награду⁈ — аж испугалась Гвен, впервые прямо глянув в моё лицо, но всего на секунду, чтобы тут же развернуться к Эмме. — Это же наказание!

— Ой, мне-то не рассказывай! Я, в отличие от тебя, его получала, — и эта хитрая лиса с самым довольным видом упорхнула в соседнюю комнату.

— Да, Гвен, милая, не обманывай себя — дюжина опозданий подряд, притом, что всего в трёх случаях хоть где-то в городе видели Спайдергёрл, говорит о твоих истинных желаниях лучше любых слов, — наношу добивающий удар. Хотя нет, добивающий будет сейчас: — Равно как и кадры семи записей со скрытых камер на крыше, где ты просто ждёшь, глядя в циферблат, чтобы точно угадать со временем и опоздать.

— У вас есть скрытые камеры на крыше?!! — обрушилась на меня волна праведного возмущения.

— Не меняй тему. Итак? — демонстративно отъезжаю на кресле чуть назад и хлопаю себе по коленям.

— Это… это очень постыдно, — она вновь залилась краской, но пару робких шажков вперёд сделала.

— То есть ты хочешь, чтобы я тебя поуговаривал? — встаю на ноги, направляясь к ней. — Возможно, приобнял сзади и шептал всякие приятные слова прямо в розовое ушко?

— М-м… В-вы… могли бы сначала пригласить меня в кафе, к-как Фелицию… — замерев испуганным кроликом перед удавом, даже не шелохнулась девушка, пока я таки заходил ей за спину и к этому самому ушку наклонялся, тактично заключая её в объятия.

— Хм-м… — вот же интересное дело. То она вся такая была «фу-фу-фу » и « неть» , однако стоило Фелиции появиться на горизонте и сходить со мной на пару свиданий, как девочка сразу прибежала напрашиваться. — Любопытно… И с чего же вдруг такое желание? Только не нужно заливать, что денежек жалко, мы оба знаем, что, во-первых, ты не из той категории девушек, а во-вторых, после начала выплат роялти по патентам биополимеров на бытовом уровне проблем с деньгами у тебя не будет. Потому я хотел бы узнать, что послужило причиной того, что ты… скажем так, задумалась?

— Умх… Ну… Фелиция… Когда мы болтали, она… она многое рассказала, и…

— Неопытной девочке стало интересно пикантное предложение, — я спустился ещё ниже, откровенно щекоча её ушко дыханием.

— Это… очень стыдно! Я… я сама толком не понимаю, зачем… и почему у-у-у…

— Хах, не нервничай так, ты тоже мне очень нравишься, — я ободряюще чмокнул орган слуха растерявшейся красотки.

— Нра… т-тоже?

— Гвен, я ведь звал тебя на свидания, ты сама отказывалась. И я никогда не скрывал, что ты мне очень-очень симпатична. Тебе самой нравилось меня динамить, признай это, а не делай вид, что до того была вся такая невинная и только сейчас узнала, что беременными становятся не от поцелуев.

— В… Вам легко говорить! — будто пересилив какой-то спазм, на выдохе заявила девушка в моих руках.

— И что же такого сложного прогрессивная современная девушка, аж бандитов избивающая по подворотням ночами, находит в словах о чувствах и близости?

— Я… Я просто… Я… Пожалуйста, только… только не смейтесь, хорошо?

— М-м? — что-то в её тоне мне не понравилось. — Так-так-так… — выпускаю её из объятий и обхожу, чтобы заглянуть в лицо. — Гвен, посмотри на меня. Я тебя хоть раз обижал?

— Нет, но… — вновь забегала глазками та.

— Никаких но! Что случилось? Я же вижу — тебя разрывает, — её в самом деле потряхивало от гормонов. Я без всякой телепатии видел, что она хочет близости и что я, как мужчина, ей интересен. Она сюда буквально пришла, чтобы лечь мне на колени и отдать в мою волю свою попку. Целый грёбаный месяц на это работала! Но в то же время её что-то останавливает. Что-то такое, переживаниями из-за чего она себе сейчас паническую атаку организует. — И это явно не потому, что ты воспитана в пуританском монастыре. Чем ты себя накрутила?

— Я… Просто… Ну… — она глубоко вдохнула. — Ладно. Я… я просто сильная. Очень. Физически, я имею в виду… И я просто боюсь… Боюсь навредить кому-то при… ну… этом…

— А знаете, я вас подслушивала, и, между прочим, она права, — как выпорхнула, так и впорхнула обратно Эмма.

— Про подслушивание можно было не говорить! — тут же стравила часть лишнего пара на неё Гвен.

— Это не так весело, — отмахнулась от неё Фрост. — Куда важнее, что малышка права, — посмотрела она уже на меня, — обычного мужчину она сделает инвалидом при первом же оргазме. И даже раньше, если… ну, ты понимаешь, — повела головой девушка в жесте, мол, «не вслух же о таком говорить?» .

— Ну… — я на миг задумался. — Я бы мог сделать вид, что для меня это сюрприз, но врать близким — плохо, — пожимаю плечами и, развернувшись к бару в стене, быстро соображаю, что бы такого налить Гвен.

— У меня… вообще-то… проблема… — поочерёдно перебегая взглядом с меня на Эмму и обратно, явно озадачилась нашей реакцией мисс Стейси.

— Отнюдь, — возвращаюсь, вручая ей в лапки стакан с одним приятным ликёром. — Это было бы проблемой, втюрься ты в какого-нибудь Гарри Озборна, но в нашем случае никаких проблем нет.

— Да, я помню, что мы обсуждали только шлепки по попе, — чуть более звонко и нервно заверила она, начав судорожно шарить взглядом по полу.

— Нет, не в этом дело, — хмыкаю я, не сдержав улыбки. — Но лучше один раз показать, вот, — протягиваю ей ладонь, сложенную в кулак, тыльной стороной вниз.

— Что там?

— Открой и узнаешь, — продолжаю улыбаться.

— Хорошо… — она потянулась к моей руке и попыталась отжать пальцы. Очень аккуратно, чтобы мне не навредить. В первые секунды. Дальше на её лице отразилась некая тень подозрения, и прикладываемое усилие явно увеличилось. В следующий момент предложенный стакан с коньком был выпит одним махом, и, закашлявшись, девушка вообще перестала сдерживаться, откровенно начав давить на меня со всей силы, но…

*Крак* — сказал новенький паркет.

— Аккуратнее с полом, это натуральный дуб, — прошу от чистого сердца, а то что-то повадились прекрасные гостьи мне кабинет ломать: то одна сожжёт всё нафиг, то вторая пол проломить пытается, явно приклеившись к нему, чтобы за счёт рычага давить на мою руку.

— КАК⁈ — было мне ответом.

— Ты же помнишь, что я лучший в мире специалист в вопросе мутации? Ну так вот, — улыбаюсь ей в лицо.

— То есть… вы… тоже? И всё это время⁈ — удивление, испуг, возмущение — всё смешалось на лице юной леди, что не знала, как на такое реагировать.

— Верно, но давай оставим эти скучные детали и вернёмся к тому моменту, где ты размышляла, что при определённых обстоятельствах можешь, хм, раздавить…

— Уи-и-и… — жалобно простонала она. — П-пожалуйста, хватит, я сейчас со стыда умру!

— Ладно, больше не буду… в ближайшее время. Смущать тебя слишком приятно, чтобы отказаться от этого полностью!

— Да вы сговорились… — печально вздохнула Гвен, немного успокаиваясь. Полагаю, за этими словами была какая-то интересная история, но узнавать её я буду позже. Пока же сделаем вид, что у нас выборочная глухота.

— Что же, раз с этим маленьким недопониманием мы разобрались, вернёмся к тому моменту, где твоя попка оказывается в моей власти? И что для этого я приглашаю тебя на свидание…

— Уф… Какое-то безумие…

— Возможно, но тебе же это нравится. Не так ли? — я улыбнулся голубоглазой блондинке, что всё делает лучше.

— Д-да, — нашла она в себе силы признаться, — хоть я по-прежнему понятия не имею, что делать…

— Это со временем пройдёт, — усмехнулась Эмма. — И заметьте: я не стала говорить что-то вроде «старшая подруга тебе всё покажет и научит!»

— (Т_Т)… — бедная Гвен. Это ведь я обещал её не смущать, но… Эмма оставалась Эммой, а потому не могла так просто взять и не задоминировать бедную девочку. Словив с этого хорошего настроения, само собой.

— Так, всё! Иди сюда!

— Ай! Вы чего⁈ — не ожидавшая подлянки девушка (вот вам и хвалёное паучье чутье!) оказалась у меня на руках раньше, чем успела пикнуть.

— Так уж и быть, сегодня я побуду приличным парнем, и награду для твоей замечательной попки мы отложим на потом, однако посидеть у меня на коленях ты обязана! — с этими словами я вернулся в кресло и торжественно усадил Гвен уже на себя.

— Это!.. Я… Ух… — не нашлась что сказать девушка, лишь сильнее запылав лицом.

— Ну-ну, — ничуть не поверил её возмущению я. — А теперь давай придумывать, где преуспевающий миллиардер сможет соблазнить юную и неопытную красавицу! — чуть понизив голос, нагибаюсь к её ушку: — Ваши предложения, мисс Стейси, и пикантные фантазии особо приветствуются.

— Эт-то так не делается! — слабо пискнули мне в ответ, сотрясаясь мелкой дрожью.

— Учти, по моему опыту, у тебя для предложений есть минут пять. Потом свидание уже не понадобится, так как вы перейдёте к кое-чему более приятному… прямо на этом столе, — продолжала веселиться Эмма.

— На-а-а крыше! Я хочу свидание на крыше! Вечером! — с поспешностью, достойной изложения последних слов в жизни перед тем, как на голову упадёт ядерная бомба, выпалила Гвен.

— Ну, так неинтересно…

— А ещё у меня работа! — продолжила паниковать лаборантка. — И если… если вы не будете меня шлёпать, то я побегу, а то опоздаю! Верно, так и есть! Я должна бежать! — и, не встречая особого сопротивления с моей стороны, эта прохиндейка действительно вскочила и быстренько смылась за дверь.

— Ну вот, ты её отпустил, — проводив беглянку снисходительной ухмылочкой, попеняла мне шикарная секретарша.

— Да, на силу себя заставил, — печально вздыхаю в ответ. — Когда она себя так ведёт, у меня аж гормоны из ушей капают. Так что иди сюда! Я сейчас возбуждён круче плутония при взрыве бомбы!

— Глупая, наивная девочка — не знает, от чего отказывается, — царственно продефилировав по кабинету к моему креслу, натурально оседлала меня прекрасная блондинка, а любые возможные комментарии пресекла поцелуем. Очевидно, все эти пошлые разговоры о разращении невинной студентки возбудили не только меня…

Организовать нужную площадку было несложно. Разумеется, можно было вообще использовать типовые предложения, благо «свидание на крыше » было довольно популярной штукой, так что всякие достаточно расфуфыренные рестораны и отели вполне себе предлагали столики или возможность снять всю крышу-зал, как делал « нищий» Рид на свою свадьбу или потом снимал я, отмечая завершение истории с Галактусом. Но это было бы слишком просто и тривиально. Мы же не ищем простых путей, и вообще, эксцентричный я миллиардер или как? Пришлось позвонить по паре номеров и отдать несколько десятков тысяч долларов на взятки, но в итоге крыша Всемирного торгового центра на сутки была в моём полном распоряжении. Если быть точным, то обе крыши на башнях-близнецах, но если одна была просто вместилищем технических сооружений, и некоторый объём свободного места там был, то вот на второй почти весь полезный объём занимала здоровенная антенна. Так что выбор был невелик.

Нет, разумеется, был ещё вариант с крышей Эмпайр-стейт-билдинг, но он как раз относился к классу «попса ». На крыше ВТЦ тоже была обзорная площадка, конечно, но всё же как-то так сложилось, что она, несмотря на титул самого высокого места Нью-Йорка, не пользовалась особой популярностью. Возможно, это как-то связано с тем, что селфи-палку если и изобрели, то в широкий обиход она не вошла. Как и всякие тик-токи с прочими прямыми трансляциями на ютуб. Короче, организовать тут « ремонтные работы» на денёк было несложно. К тому же, посетив площадку, я пришёл к выводу, что некоторый ремонт ей и в самом деле нужен. И нет, вопрос не в общей усталости и обшарпанности оградок, что, вполне возможно, не обслуживались с момента сдачи объекта в семьдесят четвёртом. Просто… эй, мы на высоте более пятисот метров! Да ещё и рядом с побережьем! Это значит что? Это значит, что тут такой ветрина гуляет, что просто ой. Нет, сдуть с крыши не сдует, но ни о каком комфорте в подобной обстановке и речи быть не может, не говоря уже о романтическом ужине при свечах и прочих куртуазных изысках. Про то, что этот ветерок был, мягко говоря, прохладным, мы и вовсе говорить не станем. Короче, тут ещё можно было прогуляться и посмотреть на город с высоты птичьего полёта, но вот сколь-либо долго находиться — напряжно и неприятно. Мне-то пофиг, но вот девушка явно ждёт несколько иных впечатлений, чем постоянный продирающий до костей ветер. Так что пришлось организовывать по-быстрому строительство изящной беседки из оргстекла и прочего плексигласа, далее поставить туда кресла, стол, мини-холодильники для всякого прохладительного и термопакеты для всякого горяче-закусочного. Словом, поймал себя на мысли, что строю мини-ресторанчик. Забавно.

Но мои усилия стоили того! Ибо вечером, когда двери технического лифта раскрылись и из них вышла и сделала восхищенный «ух » при виде выложенной свечами дорожки к столику облачённая в светло-бежевое атласное платье шикарная голубоглазая блондинка в « полной боевой раскраске» … Да-а-а, определённо, это того стоило!

— Гвен, прекрасно выглядишь, — комплимент был насквозь дежурным, но зачем пытаться изобрести велосипед и выдать что-то вычурное, если говорить правду куда приятнее, а эффективность её ничуть не меньше?

— Спасибо, — потупилась она. — Это… Ты вот правда всё это устроил?

— Да, правда, чуть увлёкся и почти уже начал строить полноценный ресторан, но всё-таки успел вовремя остановиться, — я проводил леди к её месту и учтиво отодвинул кресло. — Так что выбор блюд у нас несколько ограничен, да и официантов ждать не стоит, но, думаю, мы как-нибудь сможем перенести столь суровые условия.

— Пхи-хи, — засмеялась мисс Стейси, — как у тебя это получается? Ты же… ну… весь такой серьёзный миллиардер с кучей военных контрактов и спасением мира… И в то же время так.

— Ну, — так, теперь достаём вино и разливаем его по бокалам, — когда нужно быть серьёзным и делать серьёзные вещи — я становлюсь серьёзным и делаю серьёзные вещи. Но постоянно таким быть — увольте, в чём тогда будет радость жизни? А вот вволю посмущать одну милейшую голубоглазую блондинку — это определённо делает меня радостным!

— Ух, вот так всегда! — и Гвен принялась не то чтобы жаловаться, но немного перемыть косточки Фелиции — это святое. Особенно на тему её деспотичности и любви подкалывать подругу. А ещё выяснилось, что это именно она помогала с платьем. И попутно натурально затерроризировала бедную дочку полицейского. С учётом того, что мне она не звонила и скандал не устраивала… это было хорошим звоночком. Нет, я не сомневался, что эта Кошка готовит какую-нибудь пакость или потребует для себя что-то эдакое, но всё равно — звоночек хороший! Я художник! Я так вижу!

К вину неплохо подошли рыбные закуски, а потом можно было и полюбоваться на ночной город, что с высоты нашего пребывания выглядел скорее светящейся игрушкой, чем реальной клоакой с бандами, психами, всякими злыми гениями и прочими безумными учёными, что тут обретались если не под каждой первой кочкой, то под каждой второй так точно. Словом, хорошая романтическая обстановка, к которой потом добавились мягкая ненавязчивая музыка и приглашение на танец.

Закончился же вечер поцелуем. Гвен так забавно нервничала и беспокоилась, что не поддразнить её было почти физически больно! Но я включил максимально хорошего парня, а потому — только романтика, только галантность и почти целомудренные поцелуи! Никаких скабрезных шуток и неоднозначных движений! И даже напоминаний, что завтра рабочий день, за окном уже светает и если кто-то опоздает, то точно ответит своей попкой! Виктор молодец, да!

— Слу-у-у… а-а-ах… аю… — донеслось из трубки телефона невнятное мычание.

— Стивен, привет, не отвлекаю? — меня начали терзать смутные сомнения.

— Ну-у… — протянул тот несколько сонно и устало. — Вообще, сейчас пять утра… — я посмотрел на часы, что показывали пять часов вечера.

— Ты в Тибете, что ли?

— Ага… — донеслось чуть бодрее. — И если бы я не засиделся в библиотеке, то сейчас ты бы меня беспощадно разбудил…

— Оу… Прости, не хотел, — я, конечно, последние пару лет жил под девизом «сон для слабаков» , но не все тут цельножелезячные, чтобы так Превозмогать. А я ещё не утратил эмпатии и потому искренне сочувствовал зашивающемуся магу. Он же зашивается? — Много работы?

— Не, книжка интересная попалась! — тоже знакомо.

— Знакомо. Но чего я, собственно, звоню? Я в очередной раз спас мир, раскрыл пару заговоров и нащупал тропу к счастью в личной жизни. Короче, готов учиться твоей мудрости, пока есть возможность и мир опять не полетел к чертям!

— Зря ты про последнее упомянул, — хмыкнула трубка.

— Ну уж нет, я понимаю законы Вселенского Баланса и что Мироздание — сука беспощадная, но должны же проблемы хотя бы иногда делать перекур?

— Хотелось бы, но, — тут раздался звук «ва-а-а-а-ам-м-м-м» , и рядом со мной открылся портал, — проблемы нас, как правило не спрашивают, — закончил чародей уже лично. Ну а потом мы обнялись, хлопнули друг друга по плечам, и я предложил ему кофе, от которого маг не отказался.

— Будем надеяться, что в этот раз я всё-таки успею почерпнуть хотя бы основы, — после того, как Эмма принесла нам живительного напитка, вернулся я к беседе.

— Будем, — довольно прищурился маг, отхлёбывая божественного напитка. — Ох, к чёрту условности! Мисс Фрост, выходите за меня!

— Думаю, мистер Стрейндж, вы больше пылаете чувствами к нашей кофемашине, чем ко мне, — улыбнулась моя ершистая прелесть.

— М-м-м… Не исключено, — согласился маг. — В конце концов, не каждый может себе позволить «Слеера» за двадцать тысяч баксов!

— Серьёзно? Эта штука столько стоит? — я моргнул.

— Да, самая популярная машинка в Сиэтле… ну, среди знающих, — улыбнулась девушка. — Толк в хорошем кофе — это то немногое положительное, что я почерпнула в своей семейке.

— М-да… Ладно, буду иметь в виду… — я скосил взгляд на мага, что допил свой напиток и теперь жалобно строил глазки Эмме ради ещё одной порции. Ага, колдуны работают на кофе. И почему я не удивлён? — Но вернёмся к вопросу обучения. Что-куда-как?

— Ну, — почесал бородку Стрейндж, — магия одновременно довольно проста и чертовски сложна и опасна. Основы можно изучить буквально за месяц-два, но вот достичь даже не вершин, а, скажем так, приемлемого уровня… тут уже требуются не только годы и десятки лет упорного труда, но и предрасположенность. И я говорю даже не о складе ума или умении контролировать магическую силу, а о самом её наличии. У большинства людей, видишь ли, своей магической силы практически нет. Даже я, будучи Верховным Магом Земли, использую по большей части заёмную энергию, которой меня снабжают…

— Другие измерения? — попытался угадать я.

— Нет, что ты. Мне помогают некоторые боги Индии. Прости, имена назвать не могу — связан обязательствами, но главное, что я не столько самостоятельная фигура, сколько представитель сил, желающих блага планете, но не имеющих возможности вмешиваться самим. Кроме того, я активно использую амулеты и разные артефакты, расширяя свой арсенал за счёт их возможностей. И как бы я ни хотел тебя обнадёжить, скорее всего, тебя тоже ждёт подобная участь, элементарно потому, что без подобных инструментов ты сможешь применять в лучшем случае простейшие трюки и ритуалы, требующие длительной и тщательной подготовки.

— Не очень приятно слышать, — разминаю подбородок, — но даже такой вариант лучше, чем ничего. Хотя бы буду понимать, с чем имею дело, в случае внезапной встречи. Только один вопрос: учиться в Тибете обязательно? У меня всё-таки фирма с толпой безумных учёных, что так и норовят то бесчеловечные эксперименты замутить, то очередную машину Судного Дня изобрести, а недавно ко мне нанялись зловещий карлик-мутант и отряд чекистов из кровавой гэбни…

— … — Стрейндж обтекал… — Виктор, ну ты же знаешь, что маги чувствуют ложь… Во всяком случае, хорошие маги…

— Да.

— Я вот не знаю, что хуже. То, что ты каким-то образом научился врать в глаза магу, или то, что ты говоришь правду и с тобой такое постоянно происходит…

— Кхе-кхе… Галак-кха-тус, — «закашлялась» моя секретарша, намекая на ту степень жопы, что с нами уже случалась.

— Кхм… М-да. Справедливо, — хмыкнул чародей. — Ладно, возвращаясь к твоему вопросу. Начальную инициацию и первые шаги лучше делать в сакральном месте. Лучше всего — древний храм Бога, который будет настроен положительно к этой инициации. Большинство таких храмов расположены в Индии, и я рекомендую воспользоваться одним из них. Это просто безопаснее и легче альтернатив. Потом уже не так важно. И, так и быть, ради такого чудесного кофе я готов немного поработать твоим личным извозчиком! Цени!

— Ценю, — я кивнул. — И подозреваю, что порталы будут первым, что я освою.

— Не хочу тебя расстраивать, но вряд ли. Очень сложная магия и очень затратная, — покачал головой маг. — Я, конечно, попытаюсь найти тебе артефакт, способный её облегчить, но, сам понимаешь, такое на барахолке на валяется. К тому же артефакты ещё должны быть совместимы с человеком — тоже значительная проблема, которая не даёт каждому желающему обрести всемогущество.

— Ну вот, жизнь опять растоптала детскую мечту маленького мальчика Виктора… — вздыхаю, ничуть не играя печаль. А ведь в киновселенной эту хрень каждый статист из их магического Шаолиня умел!

— Зато ты сможешь защитить себя от одурманивания, кражи души, подселения потусторонних паразитов и ещё кучи других проблем, — поспешил утешить меня Стрейндж.

— Очень на это надеюсь.

— А вы, мисс Фрост? — повернулся к ней маг. — Не желаете приобщиться?

— Мне бы с телепатией до конца освоиться, — вздохнула девушка, — так что отложим это на потом, может, Виктор позже обучит. Да и если мы оба отправимся учиться, то кто присмотрит за толпой безумных учёных? Леонард, конечно, хорош, но он чересчур мягкий и слишком нормальный для непосредственного управления нашей психушкой.

— Эх-х… — делано печально вздохнул маг, — ну, тоже дело. Что же… готов? Минимум неделю тебе потребуется провести в тропических горах, поесть-попить там имеется, но вот магазинов с одеждой и прочих несессеров не завезли.

— Не проблема, — в конце концов, у меня осталась сила Сёрфера. Пусть мановением мысли вырыть кратер глубиной в два километра и радиусом ещё с километр у меня получится очень нескоро, если вообще получится, но вот мелкие чудеса, вроде создания одежды, — без проблем.

— Ну, окей… Тогда прошу, — и он открыл новый портал.

— Не скучай, если что — звони, — дал я последние наставления Эмме.

— Да не волнуйся, всё будет хорошо, я пригляжу за нашим паноптикумом, — пообещала девушка. Ну и не забыла на дорожку одарить поцелуем, ничуть не стесняясь свидетеля в лице уважаемого мага. Ещё раз обняв мою прелесть, я всё-таки разжал объятия и устремился в портал. Стивен прошёл следом и жестом закрыл переход за спиной.

— Ну что же, добро пожаловать в один из древнейших храмов богини Кали — уничтожительницы демонов, мой дорогой ученик! — провозгласил маг, жестом предлагая двигаться к укрытому густой растительностью огромному строению с полукруглой крышей.

Началось моё обучение с общей лекции на тему «что такое магия вообще, какая она бывает и как с этим жить» . Итак, в общем понимании магия есть некая мистическая энергия, при помощи которой можно сделать, в принципе, что угодно. То есть магия всемогуща. Но вот маги — нет, и не стоит об этом забывать. Ограничений существует масса — доступ к источникам, пропускная способность, возможность создавать нужные магические конструкты и удерживать их. В общем, как сразу предупредил Стрейндж, дунул-плюнул-завоевал мир — это не про магов. Впрочем, я изначально на иное не рассчитывал.

Теперь чуток деталей о принципах местного колдовства. Всё оно, так или иначе, взывает к заёмной силе, которая и обеспечивает нужный эффект. Адекватные маги занимают у условно добрых сущностей, в обмен на энергию выполняя для них определённую работу. У Стрейнджа это была защита мира. У других могло быть оберегание какой-то территории, группы людей, а то и вовсе миссионерская деятельность, как у жрецов. В сущности, маги Земли и были изначально жрецами. Вообще «маг» — это буквально название жреца в культуре древней Персии и окружавших её стран, потихоньку, по мере взаимного проникновения культур, видоизменившееся в название жреца конкретной конфессии и только уже в двадцатом веке наделённое новыми смыслами. Проблема была в том, что силу могли давать не только условно добрые ребята, но и вполне себе демоны, так что культистов, радостно приносящих жертвы хозяевам за крупицу мощи, в мире тоже хватало.

Была, конечно, ещё и тонкая прослойка лично могущественных существ, которые достигли высоких показателей магической энергии, не поступая к кому-то на службу, а, так сказать, разовыми сделками, но это тоже очень скользкая и опасная тема, даже более опасная, чем прямое служение демону. Потому как сделки такие всё равно только с демонами и возможны, но верного слугу, который им постоянно шлёт дары, те всё-таки берегут и даже ценят, а вот хитрожопого гастролёра, что хочет получить много, навсегда и без обязательств, они по определению будут пытаться напарить и развести так, чтобы прям летально. И вырулить там в плюс, ничего не потеряв… Скажем так, за последнюю тысячу лет на Земле таких случаев не было.

Так что самый безопасный и ни к чему не обязывающий вариант — это как раз пользование магическими артефактами. Среди них встречаются весьма могущественные, вплоть до тех, что сами по себе источник силы, но… как очевидно из самой характеристики, достать их крайне сложно, а охоту за ними ведут все. Стрейндж представлял старинную группу магов с давними традициями, имея на руках её наследство, которого, впрочем, едва хватало на него самого, чтобы просто выполнять прямые обязанности. Левому же человеку, по каким-то причинам сумевшему приобщиться к магии, тут ловить было вообще нечего, потому как всякое наследие древних эпох, божественных визитов, демонических вторжений и так далее время от времени на Земле всплывало, но за деньги не продавалось, да и в новостях о том не объявляли. А вот мордобой вокруг события мог случиться знатный! До того знатный, что вулканы там спящие взрывались внезапно, города пеплом засыпало, чума в Европе вспыхивала… Короче, даже будь ты Халком, не факт, что выживешь в таком замесе. Собственно, одной из основных должностных обязанностей Стрейнджа и было такие замесы разруливать и находки не в те руки не отдавать.

Ну а если говорить про магические предметы чисто человеческого производства, то, по словам моего гида, как правило, обычный револьвер зарешает лучше. Исключения бывали, конечно, но все они были связаны с настолько легендарными личностями в истории магической изнанки мира, что о них и простые люди слышали: Мерлин там, Моргана и так далее. И такие вещи тоже на дороге не валялись.

В общем, даже будь я простым человеком, больших бонусов обучение мне дать не могло, равно как и пошатнуть некий баланс «честных отношений », выводя меня в какие-то читеры относительно коллег-конкурентов. Собственно, именно поэтому Стивен и не парился особо по поводу своего согласия меня учить. Тут и рядом не было той клишированной ситуации из разного рода фэнтези, где высокоморальные и сильномогучие наставники скрипят извилинами и половину сюжета жуют сопли на тему « а можем ли мы быть уверенными, что, дав ему свои знания, не породим что-то ужасное?» .

Как бы то ни было, для начала мне нужно было в принципе научиться чувствовать магическую энергию и управлять ей, так что именно с этого мы и начали. Ну, после того, как меня усадили в центр храма, а Стрейндж сотворил хитрое колдунство, от которого магическая энергия прямо засияла в воздухе, обволакивая моё тело.

— Почувствуй Силу, юный падаван, — прокомментировал я это дело.

— Шутки шутками, но всё верно, — хмыкнул мой наставник. — Если уж ты не сможешь нащупать нужное ощущение в ситуации, когда магию в тебя буквально впихивают, да в таких объёмах, что танк расплавить можно, то дальше тем более нет смысла пробовать. Открыть в себе доселе дремавшие способности и условный третий глаз, раскрывающий твоему взору новые грани мира, — это главное в обучении. Никакие артефакты и вмешательства Богов без этого ничего не дадут. Так что сосредоточься — помни, я не смогу поддерживать это давление целый день.

— Так, ну, — я и так уже ощущал что-то вроде тёплого ветерка. Слабенького и едва ощутимого. Это однозначно был не ветер, и вообще не в воздухе было дело, но это была самая напрашивающаяся ассоциация, — допустим, я чувствую какой-то слабенький тёплый ветер, который… не ветер.

— Хм… — Стрейндж чуть нахмурился, и ветерок стал ка-а-а-апельку сильнее. — А так?

— Ну… как у вентилятора на самой минимальной скорости.

— Ла-а-адно… А так? — он покраснел от натуги, но… поток почти не поменялся, стал разве что чуть теплее.

— А сейчас — уже минимальная скорость и температура в тепловой пушке.

— Тц… — маг взмахнул руками, и сияние вокруг моего тела развеялось. — Я вот должен был догадаться, что с тобой всё пойдёт через задницу…

— Задница — это вообще универсальный интерфейс! Через неё можно делать что угодно. Однако хотелось бы детальнее понять, что не так и что с этим «не так» делать?

— Понимаешь, Виктор, я в тебя направил довольно существенный поток мощи. Обычный человек от этого мог уже натурально начать запекаться, а тебе хоть бы хны!

— А в чём вообще проблема? Я же почувствовал…

— А должен был ещё и ощутить просветление, сенсорный шок, расширение сознания! Впасть в транс, переваривая шок от нового способа восприятия мира и запечатляя его в себе — переплавляя своё восприятие и сознание под новое бытие. А ты… ветерок ему тёплый! — даже всплеснул руками от возмущения чародей.

— Ну, я всё-таки мутант, — пожимаю плечами, — причём, скорее всего, один из сильнейших на Земле. Может, в этом дело?

— Нет, — покачал головой маг, — с мистической точки зрения мутанты — такие же люди, если и есть какая-то разница, то она не существенна. Тут должно быть что-то ещё.

— М-м-м… — я призадумался. — А то, что я покатался на доске Галактуса и пощупал его силушку?

— Космическая Сила… — задумался он, начав нервно теребить подбородок. — Изначальная мощь Творения, почти недоступная смертным. Мы можем черпать видоизменённую Силу через Живой Свет или Тёмное Измерение… Хм, то, что она тебя касалась, могло повлиять на твоё восприятие мира… Да, это бы и объяснило твою толстокожесть.

— Кхм… Стивен, тут такое дело… — начал я.

— О нет, я хорошо знаю эти интонации… — аж осунулся чародей. — У тебя и этот момент пошёл через задницу, да?

— Как бы сказать… Эта штука вступила в синергию с моей изначальной мутацией… Дело в том, что я не просто металлический, я ещё и своего рода живой аккумулятор, совмещённый с генератором электроэнергии, более того, я могу свободно чувствовать электроэнергию в окружающем мире и взаимодействовать с ней, буквально притягивая и поглощая. Даже дистанционно. Для меня она осязаема, и я натурально могу её щупать своим… своей… в общем, какой-то частью своего я. При контакте же с доской Серебряного Сёрфера я впитал огромное количество непосредственно Космической Силы. Доска сама вливала её в меня, делая пользователем и даруя возможность этой Силой оперировать на уровне настоящего Герольда Галактуса. И синергия моей природы мутанта и воздействия доски привела к тому, что я, даже потеряв доску, теперь генерирую не электричество, а вот эту самую Космическую Силу, — в доказательство конденсирую на кончиках пальцев бледно-зелёный сгусток энергии.

— … — тишина была мне ответом.

— Знания, как управлять Космической Силой на уровне настоящего Герольда Галактуса, во мне тоже остались, равно как и восприятие окружающего мира через призму возможности на него этой Силой воздействовать.

— (Т_Т)… — кажется, ему нехорошо.

— Да, это означает не только возможность паранормально чувствовать электричество в огромном радиусе во все стороны и управлять его течением согласно моей воле, игнорируя изоляцию, проводку и так далее.

— (Х_Х)'… — сильно нехорошо.

— Так, — я нахмурился, убирая Космическую Силу, — хватит обтекать, лучше ответь, отчего тебя так перекосило и что с этим делать.

— Ничего. Я просто узнал, что мой приятель — личинка Высшего Божества. А так всё хорошо.

— А если подробнее?

— А если подробнее, и ты действительно сам вырабатываешь Космическую Силу, то тебя можно приравнять как раз к одной из сущностей, что могут сами заключать договоры с магами и снабжать их силой. Тут, конечно, вопрос в том, насколько ты сам могуч, но дело в том, что даже самая малая частица Космической Силы — это концентрат. Своего рода рабочее вещество реальности или, если хочешь иную аналогию, стволовые клетки Вселенной. Космическая Сила может воплотить что угодно из перечня возможного для нашего бытия. И хотя будет в корне неверно говорить, что магическая сила — это некая отфильтрованная фракция от Космической Силы, однако она в любом случае является производной в какой-то степени родства. Я сам лишь после встречи с Галактусом сел серьёзно изучать этот вопрос, опираясь на те знания, которые смогло накопить сообщество магов Земли за всё время её существования и контактов с внешними силами, но факт в том, что Космическая Сила в любом случае стоит на несколько рангов выше, чем магическая, если вообще проводить ранжирование по возможности влиять на мир и весу этого влияния.

— Ага… А колдовать-то ты меня научишь?

— Постараюсь, но это будет сложнее, чем я думал… — взял себя в руки Стивен. — Проблема в том, что ты вряд ли сможешь нормально оперировать именно магической силой, так как она легче, аморфнее твоей. Она будет как летучий газ рядом с куском гранита. Ты, условно, можешь двигать гранит, обрабатывать его, делать из него поделки, но газ слишком неуловим для инструментов, которые ты применяешь к граниту. Как результат, твоё воздействие через методы направления магии будет на порядок более тяжёлым и значимым для окружающей реальности, чем у любого мага, и к чему это может привести, я даже боюсь представить. Мне не с чем даже сравнивать! Откровенно говоря, для обучения тому, что делать с таким талантом, лучше бы подошёл кто-то из асгардцев, они как раз имеют внушительный запас собственных сил и даже могут работать с Космической Силой, пусть, насколько я знаю, тоже особо туда не лезут, максимум используют какие-то артефакты и преобразователи. Разве что Один… но на то он и Один. От себя я пока могу предложить лишь общую теоретическую подготовку. Понимаю, не этого ты ждал, но широкий базис без прямой практики, чтобы ты начал понимать принципы самых серьёзных разделов магического искусства до того, как приступишь к попыткам применить свою силу в реальном колдовстве, — это самый безопасный и здравый путь. Боюсь, без этого ты рискуешь при первом применении хоть чего-то связанного с пространством просто случайно выкинуть себя в какое-то дальнее измерение, откуда уже не сможешь вернуться.

— Чем больше узнаю об этом мире, тем страшнее видится мне жизнь… — кажется, моя учёба несколько затянется…

— Да, я тоже через это проходил, — сочувственно кивнул мне Стрейндж.

Слова мага не расходились с делом, и вскоре мне выдали целую стопочку монументального вида фолиантов и принялись на пальцах объяснять, что и как тут работает. И да, делали мы это в моём офисе, попивая кофе, а отнюдь не в древнем полузаросшем храме. Ибо нафига сидеть там на голых камнях, когда никакой инициации мне, как выяснилось, не требуется, а потому можно постигать древнюю мудрость в удобном кресле и со вкусным кофе? Вот и мы со Стивеном посчитали, что не надо! Хотя, возможно, на это решение как-то повлияла моя тяга к одной шикарной голубоглазой блондинке, что всё делает лучше. И тяга мага к кофемашине, но, так и быть, я не буду уличать его в столь «позорной» страсти… слишком уж часто.

Глава 22

Закончив с «общим вводным курсом крутого колдуна » Стрейндж откланялся, не забыв выдать пару-тройку… десятков томиков «для лёгкого чтения » с наказом вызубрить не хуже таблицы умножения, если хочу жить. Ибо пусть я мог, в принципе, воспроизводить эффекты магии на «голой физике Вселенной », оперируя её « изначальной составляющей» , однако, что будет, если я решу применить реальную магию на том же топливе никто не знал, а потому заведомо стоило готовить к лучшему. Перспектива « прикуривать от ядерного взрыва» не вдохновляет, вот ни разу. Короче, чтобы не создать самому себе и всем окружающим до кучи проблем, в паранормальщину мы будем лезть только после того, как прочитаем все методички! И руководства по эксплуатации Метавселенной! Ну и « приглашённого эксперта» в лице Стивена будем слушать, да. Потому, что это Имеет Смысл! И должно так работать.

Таков был План и он даже более-менее работал, но не стоило забывать, что мир не паузу не вставал. И пусть на планету не прилетали очередные пришельны, не начиналось восстание роботов (за неимением оных) и даже моя банда сумасшедших учёных не пыталась уничтожить Землю… За что отдельное спасибо зловещему стрёмному карлику, что записался в мои миньоны и «не пущал » всяких там устраивать очередные эксперименты на ком не попадя. Ну и моей « кровавой гэбне» в лице завербованного КГБ-иста и ребят из Латвери, что не пущали уже самого Игоря выступать тем самым подопытным. Даже если он настаивал. Даже если взывал к солидарности к Маккою. Короче, дома был родной сумасшедший дом. Тем не менее, пусть очередных ЧП не случалось и я даже смог немного отдохнуть, но имели в мире начинания и за пределами моей корпорации, что требовали моего присутствия, причём даже несколько его заждались.

Короче, в очередной раз посмущав Гвен, что перестала опаздывать, но всё ещё пользовалась крышей офиса и лифтом от туда чтобы добраться до рабочего места (где и могла быть очень удобно поймана без лишних глаз) и пообжимавшись с мисс Фрост (ну и вытащив мисс Харди на ещё одно свидание, но это уже другая история, в которой не было ничего эпического, просто хорошо и мило посидели), я взялся за одно давно назревшее дельце. Пора было уже в спокойном режиме доработать проект Магнуса по «Баивой Луне» , в смысле, транспортному астероиду. Ибо, с такой жизнью и насыщенностью событиями, иметь место для отступления за пределами Земли реально нужно. И просто космической станции уже как-то маловато. Но поскольку мы вышли из режима аврала, теперь можно было потратить время на вдумчивое исследование и анализ доступного. Собственно, таким образом я и оказался в Антарктиде.

— Виктор, добро пожаловать, — Магнето встретил меня крепким рукопожатием и улыбкой. Пережитый совместно «почти конец света » объединяет, к тому же, на поверку, наши мысли на тему мутантов оказались весьма схожими, просто у него не было моих ресурсов и влияния, потому, действовать изнутри «Повелитель Металла » не смог бы никак. «Всё сломать и построить по-нормальному» , с его точки зрения, было единственным выходом. При этом мужиком Магнус был нормальным, на себе узнавшим все « прелести» войны и оттого, видя реальную альтернативу, а не мечты-философию, вроде той, что продвигал Шарль, не возражал против « мирного решения проблемы» . Впрочем, не собираясь класть все яйца в одну корзину и вариант с переселением на Марс или ещё куда продолжал рассматривать.

— Да, здравствуй, — ответил я собеседнику, — итак, где то место, что ты так хотел мне показать?

— Пошли, — он махнул рукой и повёл меня в сторону неприметной «сторожки» , словно встроенной в ледяной склон местной ледяной шапки. Вот только стоило нам войти и спуститься вниз по шахте лифта, как… мы оказались в джунглях с жарой градусов под сорок.

— Или мы не знаем о пингвинах что-то фундаментальное, или одно из двух… — прокомментировал я, наблюдая за величественным полётом птеродактиля. Ну, ладно, не особо величественным, как по мне, летело оно чуть лучше, чем чемодан с крыльями, однако, оставалось птеродактилем. Которые, вроде бы, вымерли.

— Пингвинах? Причем тут пингвины? — удивлённо вскинул бровь мутант.

— Ну а кто ещё мог тут такое построить? Не касатки же… И не бобры. Вот точно не бобры…

— Кхм, понимаю, впечатляющее зрелище, — чуть улыбнулся Магнето, — и, как ты верно понял, это искусственное сооружение.

— Как ты вообще его нашёл?

— Совершенно случайно, — пожал он плечами, — мне нужно было добыть сотни тысяч, если не миллионы тонн металла для Астероида-М. Сделать это, не привлекая внимания можно было только здесь: для спутников орбиты нормальной нет, поселений нет, не считая пары исследовательских баз, даже зверей толком нет. Ну а с моими способностями мне не требуется какая-либо «инфраструктура » для « промышленной добычи» любого металла, от алюминия до изотопов урана.

— Логично, — вынужден был признать я, — должно быть, ты сильно удивился, когда наткнулся на кусок мира Юрского Периода.

— Ещё сильнее я удивился, когда обнаружил целую кучу техники, что поддерживала и до сих пор поддерживает тут микроклимат, а так же примитивных людей, явно развивавшихся в изоляции от всего остального человечества многие века, но при этом оказавшимися чистыми европеоидами, — кивнул мой собеседник.

— Я до крайности заинтригован.

— Разумеется. Но не будем тянуть, полетели.

Ну мы и полетели. Ибо пилюкать было не так уж и близко. Тут, подо льдами и слоями гранита с базальтом сверху расположился пусть и не отдельный мир и даже не континент, но здоровенный остров, вроде Гренландии. Со своими реками, горами, долинами и даже морями-озёрами! Искусственное освещение, при этом вполне достаточное для произрастания растений и нормальной жизнедеятельности динозавров и прочей фауны, поддержание тропического климата, пока сверху минус пятьдесят является нормой, ну и обновления воды с воздухом в герметично закрытой пещере исполинских размеров… всё это и многое, многое другое поддерживалось при помощи сложнейшей машинерии, на первый взгляд даже показавшейся мне созданной людьми. В том смысле, что технические решения, архитектура корпусов и соединения, даже применение болтов и клёпок было вполне типичным для творения нашей цивилизации уже этого века, в то время как даже техника атлантов заметно отличалась в таких деталях, не говоря уже о скруллах и Галактусе. Да и в целом, глядя на такие масштабы и инженерного искусства ожидаешь чего-то зализано-футуристичного с голографическими экранами и прочими контактными панелями, а то и вовсе какой-нибудь психокости с телепатическим интерфейсом, но никак не массивных металлических тумб и агрегатов.

— А ведь эта техника обеспечивает «жилую зоны» не просто в разы, а на порядки больше того, что ты предлагал на своём Астероиде-М, — отметил я бросающийся в глаза факт, осмотрев то, что Магнус определил как главный климатический кластер, где и развернул свой командный пункт.

— Да, но я так и не понял, каким образом это было достигнуто. Какие-то эммитеры климата, состав сводов самой пещеры… не знаю. То, что мне удалось повторить способно стабильно поддерживать «кубическую милю» , а на более серьёзный реверс-инжениринг, сам понимаешь, у меня нет научных ресурсов, — развёл руками мутант.

— Ну, зато теперь появились, — подбодрил я его. Не то, чтобы он нуждался в поддержке и подбадривании, конечно…

— Хочется верить, — кивнул он.

— Что же, давай посмотрим, что тут как… — мысленно засучиваю рукава. Ну а далее мы-таки приступили к изучению непонятной технологии хрен пойми какой цивилизации.

Итак, что такое реверс-инжениринг сам по себе? Если сильно упрощать, то это «разбираем непонятную фигню до винтика и пытаемся сделать так же ». Когда вы и «жертва » ваших изысканий находятся примерно на одном техническом уровне, то в таком процессе сложностей немного. Как правило, повторить именно « технический функционал» несложно. Вопрос встаёт больше с качеством материалов и их обработки для выполнения изученного функционала, что, в свою очередь, является вопросом ресурса работы и надёжности изделия. Да-да, пример тех самых « китайских одноразовых… всего» тут очень показателен. Оно работает, как оригинал, делает то же, что оригинал, ну а то, что не может выдать такую же мощность и/или срок службы, ну там и стоит зато в несколько раз дешевле!

Если уровни развития цивилизаций отличаются, но в меру, скопировать получается далеко не всё, зачастую вынужденно упрощая и деградируя целые узлы, невозможные к повторению — привет атлантам и их бластерам. Однако, там хотя бы есть «примерное понимание », что и как происходит. Собственно, это и позволяет «незнание деталей » заменить « знанием принципов» . Ну и просто что-то передрать « для общего развития» .

Когда уровни цивилизаций совсем разнятся, то есть, ты просто не представляешь, как и за счёт какого чёрта в ступе работает эта хреновина (и хорошо ещё, что знаешь, что она делает), то воссоздать что-то из её материалов и функционала становится нереально даже за десятилетия исследований. В лучшем случае — позырить, вдохновиться и передрать какой-то внешний элемент, очевидный, как колесо, создателям, но являющийся откровением для тебя. Так, например, Смайты создали эрзац-нейроинтерфейс на основе раскуроченных приборов скруллов.

Но это я всё к чему? Это я всё к тому, что у нас тут был образец действительно высоких технологий, пусть и, причудами судьбы, оформленный в крайне грубом виде. И этот образец генерировал условия юрского периода на пространстве размером с Гренландию, полностью автономно и в замкнутом цикле. И, самый смак, тут действительно процветала, а не влачила существование жизнь, вплоть до динозавров. Тех самых здоровенных рептилий, что, на секундочку, вымерли не менее семидесяти миллионов лет назад! А пресловутый юрский период, откуда набрали часть ящеров — это вообще двести миллионов лет. То есть эту хрень построили, минимум, в те года, а то и раньше, и она продолжала работать! Без техобслуживания! Без ремонтов! Без сбоев! Н — надежность! Очень впечатляюще. Нет, понятное дело, что на корабле Галактуса каждый светильник на пару-тройку порядков древнее и надёжнее, но то Галактус — существо, связываться с которым не сильно желают и Боги с Демонами и Галактическими Империями. К тому же, там я был немного «занят » и мне было не до оценки хранящихся на его базе артефактов. Да и «обслуживание» там вполне себе подразумевалось. Тут же — реально заброшенная и затерянная « научная станция» или что оно там, неизвестного происхождения и возраста. А ещё…

— Как ты вообще смог разобраться в этом? — спрашиваю первично прощупав аппаратуру своей Космической Силой и убедившись, что осознать работу её механизмов, это всё равно, что будучи рядовым техноадептом, даже не полноценным магосом, нарваться на Археотек времён расцвета Некронтир [30] , если не Древних и, таки, в нём разобраться.

— Смею надеяться, — усмехнулся мой собеседник, — что являюсь не самым глупым существом в этом мире, — Магнус вздохнул, — но я понимаю о чём ты. И, говоря откровенно, толком я не разобрался, как оно работает и даже как настраивается, иначе бы просто вырвал всю эту пещеру из толщи земли и в качестве основы планетоида использовал бы её.

— Потянул бы? — всё-таки одно дело кубическая миля, пусть и это немало и совсем другое — тысячи эти самых кубических миль. Так что пусть лучше не самый приятный вопрос, чем лишние заблуждения.

— С определённой подготовкой и имея возможность временно отключать и демонтировать оборудование — да, — кивнул Магнето, — но вот «влоб» … гарантированно бы повредил всю машинерию.

— Яа-а-асно… что же, это будет интересно…

И я начал смотреть, попутно внимательно слушая пояснения мистера Эйзенхарда по тем узлам, функционал которых он смог понять, а кое-что даже не то, чтобы прям повторить, но «раскрыть принцип» и воплотить на своих силах.

Но вернёмся к эко системе. Неизвестные древние строители не разменивались на мелочи и построили гибридную систему, где, кроме чисто технических воздействий, экосистему поддерживали и сами жители. В частности, для терморегуляции, кроме самого оборудования, что прекрасно бы справилось, у них был управляемый вулкан (он же являлся источником геотермальной энергии), а генерация кислорода обеспечивалась местными деревьями, лишайниками и мхами. Образцы я заныкал для Маккоя — оно, конечно, не совсем наша епархия, но виды растительности были в высшей мере интересны. Хотя бы тем, что, в отличие от современных тропиков, что в примерно равных долях вырабатывали и поглощали кислород, обеспечивали некоторый профицит этого газа, словно водоросли. И да, содержание кислорода в воздухе было повыше, чем в остальном мире, но это так, к слову. Помимо всяких интересных растений-грибов, данная пещера замкнутого цикла имела и надлежащее «биологическое разнообразие » разных динозавров, саблезубых тигров и прочих доисторических «монстров» . Ну и в плане « чистой техники» всякие проекторы силового поля, что сохраняли целостность пещеры имели место быть. В общем же и целом, данная система напоминала… бэкап. Бэкап планеты, сделанный от ста пятидесяти до двухсот миллионов лет назад. Впечатляюще.

— Что скажешь? — спустя неделю моих изысканий, вопросил мутант.

— Сами технологии примерно на уровне скруллов, по крайней мере той части, что мне известна, а вот инженерная школа совсем другая и ничего подобного я раньше не видел.

— То есть, это не повторить?

— Ну, не совсем, — возразил я, — общие принципы работы каждого узла я понял, равно как способы технически воспроизвести процессы, что тут происходят. Но вот глубина и масштаб данного комплекса… впечатляют. Тут ведь не только контроль климата, тут натуральный заповедник, созданный, чтобы сохранить в неизменности флору и фауну планеты определённого исторического периода, из-за чего, кроме прочего, это оборудование генерирует сложное силовое поле, пусть этот термин и не совсем верен, которое угнетает определённые процессы в генокоде, тем самым блокируя естественную эволюцию и изменение живущих тут видов. А это такой уровень, что… ну, буквально новую жизнь создавать, формируя разумных особей из первичных аминокислот в пару переходных этапов.

— Но то, что отвечает за создание пригодной для жизни среды ты сможешь повторить это на своих заводах? — дошёл до главного Магнето.

— Да, вполне, пусть и не сразу, — подтвердил я. — Разница в уровне технологий всё же слишком велика и потребуется предварительно внедрить ряд технических решений и просто научных открытий, а это, как минимум, время на оформление патентов, но потом… Потом мы сможем строить не то что пилотируемые астероиды, а полноценные космические корабли… двигатель только вот где-то бы ещё подрезать…

— Не поделишься, как ты так быстро смог прийти к данным выводам?

— Сила «Герольда» , а значит, и самого Галактуса… она у меня осталась. Пусть не в таком объёме, но всё же. А он, если ты помнишь, мог напрямую воздействовать на материю, то есть и осязать её строение. Для реверсинжинеринга крайне удобная способность… если знания позволяют.

— Тяги закусить планетой-другой, надеюсь, не появилось? — вроде бы и в шутку, но с заметным напряжением поинтересовался мой визави.

— Не появилось. Подозреваю, эта «тяга » у нашего общего знакомого является следствием того, что он — часть уже канувшей в небытие Вселенной, чьё время давным давно прошло. И, как её часть, тоже пытается «схлопнуться »… ну или распасться прахом от энтропии, неважно, а пожирание определённой части материи из планетоидов и « жизненной силы» , как называл это Сёрфер, данный процесс как-то откладывает. Но вернёмся к нашим проблемам. С помощью Космической Силы я вполне способен манипулировать материей почти как угодно. Или даже не « почти» , так что в при критической необходимости…

— Ты можешь просто скопировать всё оборудование, воссоздать его, — покивал мутант, заодно демонстрируя, что дядька он очень неглупый и соображать умеет. — Признаться, когда ты заявлял нечто подобное в самом начале этой истории, я думал о сверхбыстрой очистке и сваривании элементов, возможно, с улучшением пригодности для жизни за счёт какого-то мутантского или магического воздействия, но чтобы настолько…

— В тех условиях, скорее всего, оно так бы и было — у нас просто не имелось времени нормально всё изучить, повторить и испытать. Да и «вулкан для терморегуляции » — немного перебор. И не имеет смысла реализовать, если у тебя не полноценная планета с тектонической активностью и «живой » мантией, а просто планетоид. Исключение же этого элемента потребует пересмотра всей энергосистемы, что, в свою очередь повлечёт дальнейшие модификации. Да чего там, помнится, когда для Эмиля делали его « пулемёт» , за основу брали пушку от Бородавочника, « чутка уменьшив» . В итоге, после всей балансировки и подгонки, там на выходе остался, считай, один концепт из изначального.

— Знакомо, — кивнул Эйзенхардт, — мы, считай, тоже только изначальный концепт и смогли воплотить в техническом решении, но вот КПД… Ну да ладно, не буду повторяться. Что, в итоге, тебе нужно для работы?

— Первичное сырье с упором на редкоземельные металлы. Пересобрать атомарно из горной породы тоже можно, но я надорвусь или застряну тут на годы. Но самой сложной частью останется энергоснабжение всего этого после монтажа на астероиде. К счастью, у меня есть сверхпроводники и компактные электростанции типа «Карманное Солнце» . Вопрос с лицензионным использованием и интеллектуальной собственностью всё ещё открыт, но, полагаю, тебя подобная мелочь не смутит.

— Нисколько, — согласился мутант.

— Тогда предлагаю обсудить конкретную конструкцию, — перешёл к новой теме я. — Насколько я помню наши расчёты «кубическая миля полезного пространства » на деле представляет собой больше сотни палуб, ангаров, переходов и технических помещений. И так-то это хорошо, но потребует километры кабелей, вереницы понижающих трансформаторов, систем защиты, резервов и так далее. И это — только энергетика. А ведь ещё есть вентиляция и система регенерации воздуха, водоснабжение и канализация. Отопление. Про « искусственную гравитацию» и вовсе молчу. А теперь добавим к этому те ремарки и нововведения, что станут доступны после освоения технологий этого заповедника.

— Кажется, я слышу в твоём голосе «у нас проблемы» , — криво усмехнулся Эйзенхардт.

— Ну, не столько «проблемы », сколько «пилотный проект, который ещё допиливать и допиливать» . Это когда над нами нависал голодный Галактус мы исходили из постулата « главное, чтобы работало хоть как-то» , сейчас же необходимости в затыкании течей чучелом енота у нас нет…

— Я уже упоминал, что у тебя довольно… специфичные аллегории? — поинтересовался Магнус.

— Да, кажется такое было раз или два, — покивал я. — Однако к чему я. Всё вышеперечисленное потребует серьёзных предварительных расчётов и поправок под конкретную технику, которую мы пока даже не произвели, потому сейчас предлагаю ограничится расширением корпуса и подготовкой площадок под готовые системы, а начинку станем добавлять по мере готовности проекта.

— Согласен, хотя и не могу внутренне радоваться тем, что опять всё с нуля, — устало отозвался Магнето.

— Не совсем. Корпус и основной каркас доработки не требуют или она будет минимальной, с банальным наращиванием внешних отсеков, но вот со внутренней разводкой придётся помучиться.

— Что же, тогда предлагаю начинать, — повёл рукой в нужную сторону мутант.

После чего мы принялись за работу крепко взявшись за остов будущего Астероида-М, ради ввода в строй которого всё и затевалось. Ряд материалов уже был подготовлен самим Магнусом, так что я мог понаблюдать за мастер-классом человека-крана. Многотонные листы металла обрабатывались моей силой для очистки от примесей и шлаков, а так же изменения молекулярной структуры под более прочный и стойкий к перепадам температуры, а так же коррозии сплав, а потом — взмывали в воздух, повинуясь скупому жесту «мага металла », потом, по ходу полёта, ещё и изгибались нужным образом, ну а там я уже сплавлял бронеплиты воедино. Сегмент за сегментом, наша «Звезда Смерти », к сожалению, « на минималках» , очень быстро обретала дополнительную внешнюю надстройку, что была несколько ниже в высоту основного каменного массива и опоясывала его по горизонту, чем создавала дополнительное ребро прочности, а так же удобную платформу для монтажа внешних систем, от связи до гипотетически орудийных платформ. Внутри новых отсеков тоже всё формировалось по максимуму, включая уже готовые гермодвери, как на мой орбитальной станции, в которые только электронную начинку вставить и питание подвести, а так же все нужные полости для проводки, вентиляции и водоснабжения. За несколько дней мы реально смогли пройти путь, что обычным методом занял бы с год и то — при условии готовой инфраструктуры, которой в округе не наблюдалось, а так же кучи строительной техники, которой, вот внезапно, тоже было нема. Естественно, сильно Астероид-М не подрос — при всей предусмотрительности Магнето столько сырья он просто не накопил, не рассчитывая на данную доработку, но основа была положена. И пройдёт, так сказать, все испытания на IP68, тесты давления, механической прочности и вот этого вот всего. Однако, на этом хорошие новости заканчивались и начинались « нюансики» …

— Сейчас ведь будет ещё какое-то «но» ? — уловил моё настроение мутант, утирая трудовой пот.

— Ну, как тебе сказать, — я окинул проделанную работу взглядом с высоты птичьего полёта (мы оба спокойно висели в воздухе). — Кроме конечного прокета по монтажу систем, нам нужна рабочая сила, — качнул я головой в этаком беспомощном жесте, мол, я бы и рад иначе, но вообще никак, — пусть ты и можешь заменить бригаду крановщиков со всей техникой, а я — поработать за артель сварщиков, это всё равно десятки и сотни километров коммуникаций. С учётом же мировых тенденций, ни ты, ни я не можем уделять всё своё время данному проекту. И даже если отдать проектирование на «аутсорс» останется масса задач для работы руками.

— Есть у меня на примете один паренёк, что умет быть в нескольких местах одновременно, — усмехнулся повелитель металла.

— Что же, хорошо, надеюсь, его зовут не Наруто… — не то, чтобы я был против этого слегка туповатого блондина, с учётом той ситуации, в которой он оказался, сам факт того, что он не послал всех нахер уже можно считать Подвигом… что не отменяло у него наличия кучи раздражающих черт, конечно.

— М-м-м? Нет, Джеймс «Множитель» Мэдрокс. Может создавать свои материальные копии и имеет с ними что-то вроде телепатической связи. Доказано известно о его поддержании сорока копий одновременно, но есть ли там предел — не знаю. Физические параметры — чуть выше нормы для человека его комплекции.

— Очень интересный кадр…

— Перспективных кадров я ищу давно, — усмехнулся Магнус, — сам Джеймс не сильно горел желанием вступать в какую-либо организацию, но и не был настроен враждебно, так что, полагаю, «разовый контракт» , что не будет требовать ничего противозаконного он вполне подпишет.

— Звучит неплохо, — а вообще, я бы переманил его в свою корпорацию. Даже если сорок человек его потолок, телепатически связанная бригада разнорабочих, что не боится самоубиваться на рабочем месте — это же мечта!

— Ты сейчас подумал о чём-то… странном, да? — скосил на меня взгляд Магнус.

— Я думал телепатические способности в нашем коллективе есть только у Шарля и Эммы.

— Да, но… больно уж твоё лицо было… задумчиво-предвкушающим…

— Ну, я же капиталист! Потому, да, уже прикидываю схему, где сотрудник может получать одну зарплату, а работать за сорок человек!

— И вот после таких речей монстрами называют представителей нашего вида, а не твоего класса… — вздохнул мутант.

— Хе-хе… Но шутки шутками, но даже если он согласится, тут потребуются и другие люди. Допустим, смонтировать самые высокотехнологичные узлы, требующие специфических знаний, я смогу и сам, но ведь кто-то должен будет их обслужить, и хорошо бы приставить его уже на этапе монтажа, ведь учить там… действительно многому. Так что, на твоём месте я бы тряхнул всех неравнодушных мутантов, пусть даже с самыми бесполезными, а то и неудобными мутациями, но если голова у них варит, они нам пригодятся.

— Я думал об этом, — серьёзно кивнул Эйзенхардт. — Но это потребует времени.

— Подготовка проекта тоже потребует времени, как и запуск в производство нужных узлов.

— Тогда я займусь сразу, как ты вернёшься в Нью-Йорк. Сколько у тебя ещё дней в запасе?

— Полагаю дня три моего отпуска компания переживёт, так что можем сесть за расчёты, да и на местных людей я хотел бы глянуть.

— Как скажешь.

Собственно, дальше мы вернулись в жилую зону и начался мозговой штурм с кипами бумаг и спорами у флипчарта — магнитно-маркерной доски, на которой рисуют фломастером. И даже по самым оптимальным прикидкам на то, чтобы всё смонтировать и оно было нормальным и удобным потребуется пара-тройка лет даже при моих мощностях и связях, а без них… ну, за пятилетку худо-бедно Магнето может быть и смог бы родить проект и таки даже вывести Астероид на орбиту, но это не точно! И однозначно без кучи систем, которые с моим участием уже будут.

Но не астероидом единым! В том плане, что окей, фронт работ был оценён, признан обширным и даже нужным людям пошли нужные команды на тему работать работу и стоить стройку. Однако, как добропорядочный тиран, деспот, законный монарх и просто бизнесмен, не мог я не обратить внимания и на местных гуманоидных обитателей. Нет, идея запрячь их впахивать за пачку бананов мне в голову не приходила — мы не в «Звёздных Вратах », чтобы пребывающие на стадии каменного, или, в лучшем случае, медного века дикари при помощи палок, какой-то матери и надсмотрщика в стильном костюме строили межзвёздные летательные аппараты. Однако, сам факт наличия базовой версии «человека разумного » (ну или продвинутой «человека умелого », тут ещё стоит поковыряться в геноме) вызывал много вопросов. И нет, не только на тему того, что « так, товарищ Магнус, сии дикари считают вас Богом и поклоняются, вы ничего не хотите мне рассказать о своих похождениях?» — тут всё было очевидно. Мужик с чистой светлой кожей, в одеждах и броне недоступного для них мастерства, да ещё и способный летать и « двигать горы одним жестом» — достаточно было засветиться один раз и вот тебе уже бьют поклоны и строят капища… и да, говорю по собственному опыту — ибо я тоже мог летать и тоже был добротно одетым мужиком, что мог двигать мановением руки горы… Кхм, так вот, вопрос в датах и « отладке взаимодействия» , назовём это так.

Динозавры — это сотни миллионов лет назад. Человеки — ну полмиллиона максимум, а столь развитые — вообще речь о десятке тысяч лет в прошлое, вряд ли более. Но человеки есть — вон они, возводят вторую статую рядом с первой и, судя по всему, сочиняют что-то про Божественных Братьев, Светлом и Тёмном… кхм… короче, не бьются тайминги. Или мы что-то радикальное не знаем о людях, или местные владельцы технологий всё-таки время от времени на старушку-Землю наведываются, осматривают состояние и «запихивают в бэкап » удовлетворяющие их критериям образчики флоры и фауны. И занимаются этим реально на протяжении сотен миллионов лет. Вопрос, нафига, а главное, зачем? Более того, неизвестные эксперементаторы-сохраняторы не просто суют «образцы» в стазис, а оставляют в, скажем так, « естественном цикле жизни-смерти-воспроизводства» . Что вообще-то, на три порядка сложнее — представители натурально разных эпох не могут сосуществовать в одной! Просто потому, что там слишком разные условия должны быть! Температура, химический состав почвы, воды и воздуха, микроорганизмы! Вероятность того, что местные динозавры подхватят от людей какой-нибудь грипп и передохнут была куда как выше, чем местные человеки приспособятся при помощи камней и палок забивать каких-нибудь диплодоков и с них жить, попутно шкерясь от налётов тиранозавров с прочими велоцарапторами! Но никто из обитателей данного искусственного мирка о подобном не знал, не заморачивался и прекрасно себе жил и охотился на окружающих.

Так что помимо ломания мозгов над тем, как и что размещать по оборудованию на рукотворном астероиде и правки технического задания по превращению его в полноценную космическую станцию-корабль, яэти дни собирал ещё и образцы местной живности, начиная от яиц ящеров, заканчивая анализами крови местных людей (потом пришлось вправлять мозги на тему того, что «Тёмный Бог НЕ требует крови и тем более, жертвоприношений ». Вроде бы получилось, но… блин, я реально стал ощущать какую-то странную энергию, что начала потихоньку тянуться от дикарей ко мне и она реально пополняла запасы Космической Силы. Незначительно, но сам факт!). Кровь же по возвращении сгрузил Маккою и Паркеру, от них же ждал отчёта и…. вот совсем не удивился, когда Хэнк, пуча глазки, заявил, что «такого быть не может потому, что не может быть никогда »! Все предоставленные образцы, включая образцы динозавриков, были «эталоном» . Абсолютно чистый и стабильный геном, которого в природе существовать не может никак — ошибки при делении клеток, вирусы, мутации в последствии того же кроссинговера, всё это, так или иначе, оставляет свой след, несёт изменения. Негативные — приводят к вырождению и вымиранию, позитивные — к улучшению позиции и далее закрепляются в потомках успешной особи. Оттого, всякие « рецессивные гены» не просто возможны, они обязаны быть! Но их не было. Словно людей, да и всех прочих, реально « сотворили божьей волей» , причём, сотворили в рамках вот этого, текущего поколения! Что, разумеется, было совсем не так — захоронения и просто следы долгого пребывания в данной локации прямо говорили об обратном.

Так что, мистер Маккой вцепился в данные по оборудованию, излучению и самим физическим явлениям обеспечивающим существование этого «мира юрского периода » почище акулы в свежий кусок мяса, ибо тема «стабилизации генома » и его «чистки » от всего «лишнего » для него была очень близка и актуальна. Он бы и в сам мир вцепился, но если лично я вполне мог себе позволить своим ходом слетать в Антарктиду, при этом не попав ни на один радар или фотографию спутников, банально окутавшись полем оптической и электромагнитной маскировки, то вот устраивать на южный материк чартерные авиарейсы для всех желающих пока было вне моих возможностей. Да и банально некрасиво притаскивать в вотчину другого человека своих гостей. Некоторыми фактами о том, откуда дровишки с учёными мужами, конечно, пришлось поделиться, но с чётким пояснением, что это всё — соседняя контора и мы там не хозяева, чтобы летать как к себе домой, надо спасибо сказать, что вообще хоть чем-то поделились. Маккой объяснением удовлетворился, Паркер офигевал, но за работу взялись. Зловещий стрёмный карлик, кстати, тоже проявил интерес, но больше к самому излучению, что геном и стабилизировало, чем к образцам флоры и фауны. В общем, хоть я и выдал все нужные « Ша! Спокойно! Это не наша поляна!» , но чувствовал — будет у Магнето в будущем не только « большая стройка» , но и натуральная « исследовательская экспедиция» , состоящая из моих любимых « безумных учёных» чуть меньше, чем полностью. Впрочем, пускай — главное, чтобы мир не захватывали. Ну и не уничтожали, да. А то, что они найдут способ убедить сперва меня, а потом и Магнуса их туда пустить, ну так… они умные, им положено придумывать.

Однако, отдых отдыхом, но «отработав смену на заводе » и договорившись о дальнейших шагах с Магнето, я, как уже сказано выше, благополучно вернулся домой и предался заслуженному авралу по разбору накопившихся архиважных дел. Ну, тот самый момент, когда ты в компании двух прекрасных голубоглазых блондинок созваниваешься с третьей и четвёртой, чтобы договориться о совместном свидании… Да, нагло, эпатажно, но я всё учёл! Эмма была совсем не против, скорее даже за «всякие эксперименты ». Фрэнки — стоично «Превозмогала », тема «многожёнства » и всего из него вытекающего ей всё ещё не особо нравилась, но она осознавала и понимала, на что идёт изначально и… ну-у-у, скажем так, у меня нашлись аргументы для убеждения на тему «попробовать интересное» , пусть даже без « горизонтального» продолжения. Что же касалось Фелиции и Гвен, то первая была настроена сродни мисс Рэй, разве что любопытства и фырканья у неё было поболее, ну а Гвен… Хе-хе, Гвен однозначно становилась нашей « любимой жертвой» , уж больно весело было её смущать, а эти реакции — Эмма от эмоциональной составляющей « младшей подруги» чуть ли не мурлыкала. Ну так вот, сидим, никого не трогаем, созваниваемся и организуем выход в свет, как тут… да-да, Вселенная Марвел в очередной раз продемонстрировала, что долго « тишины и покоя» она не предоставляет принципиально, а с момента очередной жопы, которую нужно разгребать прошло уже многовато времени!

Впрочем, разнообразия ради, в этот раз «шоколадный глаз» был устремлён не на меня.

— … Спайдергёрл ограбила отделение банка JP Morgan и скрылась в неизвестном направлении, — передала девушка-ведущая по новостному каналу, что фоном работал у меня в кабинете.

— Хм… — я окинул взглядом Гвен, как раз только-только засмущённую и принужденную присесть ко мне на колени, — а притворялась такой хорошей девочкой!

— Это… это не я! — со смесью стыда и возмущения ответила мисс Стейси.

— Ты уверена? — провокационно уточнила Эмма.

— Да, у неё алиби, — ведущий как раз сообщил, когда ограбление состоялось, — в этот момент она как раз была прижата соскучившимся в разлуке мной к одной стеночке и… м-м-м… развивала свои навыки общения, — разумеется, Гвен тут же залилась краской и принялась возмущённо сопеть, генерируя Стыд в таких масштабах, что его ощущал даже я, ни разу не будучи телепатом.

— Ага, я это представляю, ты даешь интервью и говоришь, что Спайдергёрл не виноватая, поскольку в этот момент ты зажимал её в тёмном уголке и шлёпал по попке.

— М-м-м, а знаешь, в этой идее определённо что-то есть!

— Не-е-ет, — бедная, бедная Гвен, — я же умру со стыда!.. И там не было шлепков! Он только шептал мне в ухо всякое… всякое… Короче он меня дразнил, но руки не распускал!

— Ох, какая же ты милая! — не выдержала мисс Фрост и принялась сама распускать руки, сцапав бедную Паучишку за бока и начав тискать.

Картинка тискающихся красоток определённо «вдохновляла », что по-прежнему пребывающая у меня на коленях девушка (которая в процессе тисканья ещё и весьма ёрзала, так что виновата в первую очередь!) почувствовала. От чего ей стало ещё стыднее. Тем не менее, ситуация всё-таки была серьёзной, дочка полицейского и так не была в восторге от того, как Джей-Джей её полощет при каждом удобном случае, но одно дело «эпатажный журналист », про которого все и так знают, что он — токсичный засранец, задвигающий тему с общим смыслом «нехрен лезть поперёк полиции и лазать по стенам, нарушая общественные безобразия и хулиганя хулиганства» и совсем другое — обвинение в ограблении, к которому прилагаются записи с камер наблюдения, где абсолютно натуральная Гвен в своём геройском костюмчике реально грабит банк, точнее, выносит запасы налички из касс-обменников, применяя фирменную Паутину и лазая по стенам. Да, на кадрах было видно, что лазанье там несколько иное по « механике движений» , но даже для непредвзятого следствия это будет « такой себе аргумент» , обычный же гражданский, тем более, после постоянных репортажей Джей-Джея на тему его арахнофобских измышлизмов, и вовсе сомневаться в виновности моей Паучишки не будет. Короче, это не есть хорошо и, как нормальный добропорядочный мужчина, я обязан разрулить проблемы своей женщины, о чём ей и сказал. И нет, это вовсе не потому, чтобы ещё раз смутить и понаслаждаться её реакцией! Вот сто процентов это не так! Я честно напрашивался на поцелуй! Да, об этом ей тоже сказал. И да, оказался виноват, но своего-то добился! Ох как добился… Н-да.

Тем не менее, проблему-таки нужно было решать. Ибо демотивированные сотрудники — это плохо! Но, поскольку мы пусть и во вселенной комиксов, я — правоверный бизнесмен, а не «сферический Злодейс в вакууме », а то и, тьфу-тьфу-тьфу, Герой, пусть даже и «Анти ». В том смысле, что Гвен собиралась уже сама бежать-выяснять, что-куда-зачем и « защищать своё честное имя» , само собой. Ага, зная о том, как проводить расследования только со слов отца-полицейского. Так что я выдал своё монарше-диктаторское « стоять» и… запряг СБ, ибо они как раз умеют в расследования! И вообще, там кровавая гэбня обосновалась, вот и пусть пашет! А мы идём на свидание, да!

Свидание в итоге состоялось, но… короче, теперь у меня личные счёты к тому провокатору! В том смысле, что Гвен была на нервах и «не совсем с нами », на шутки реагировала слабо, из разговоров выпадала… да чего там? Даже на провокационное предложение «а теперь едем устраивать групповушку » меланхолично сказала «угу ». Нет, потом до неё «дошло » и-таки заработали паника и смущение на полную катушку, но тот факт, что девушке сейчас не до «праздного времяпрепровождения » поняли все, в том числе и Фелиция, что ни разу дурой не была и стала задавать уточняющие вопросы, чем это так её подруга загружена и не нужна ли ей какая помощь. Далее был вариант от « давания по мозгам самодержавному деспоту» до просто дружеского участия. Мисс Стейси, конечно, отболталась, мол просто и по работе « мини-босс» задач дурных накинул, и по учёбе там пара проектов требует внимания, а тут ещё и вот это вот всё… но, сдаётся мне, мисс Харди не сильно поверила подруге, пусть, вежливости ради, и покивала. Однако, « допрос с пристрастием» в ближайшем будущем явно предстоял. В общем, не самое успешное свидание, да… Одной Френки было пофиг, но, будем откровенны, для неё всё это не то, чтобы « служебный роман» , но где-то около того. Так что в итоге мы « разошлись по домам» и принялись злобно ждать результатов работы разведки.

Ребята Игоря не подвели. Немного взяток, немного намёков и вот у нас есть копии материалов расследования полиции и даже образцы паутины «девушки-паука », которую сразу же принялась жестоко анализирвоать сама Гвен, не только, как лицо заинтересованное, но и штатный эксперт по биополимерам. Ну и определила подделку — предоставленный образец был несколько более эластичным и очень походил на оригинал внешне, но по прочности даже близко не стоял с разработкой девушки. Фактически, оставленное на месте преступления вещество было просто имитацией на основе каучука. Выполнено мастерски, но для «реального боя » или там «связывания преступников » после него не подходит от слова «вообще », не говоря уже о том, что её оригинальная паутинка так-то довольно быстро разлагалась в полный ноль за несколько часов. Да и просмотр всех записей с камер наблюдения чётко показывал некоторую « неестественность» движений не только в плане того, что « девушка-паук» не спешила бегать по стенам и завязываться узлом в акробатических « па» … вернее, не так, в некоторых моментах она так не делала, хотя, по идее, была должна. И в этих самых моментах сама « механика» движений однозначно принадлежала мужчине, а не женщине. Выявить это удалось не сразу и только при тщательном анализе кадров, но всё же удалось.

И потому, когда через пару дней после происшествия с банком произошло натурально театральное появление некоего типа с «аквариумом на голове », обозвавшимся, как «Мистерио », всё встало на свои места. Особенно, когда этот типус объявил, что «поймает злостную бандитку ». Далее было лишь делом техники вычислить, кто там такой скрывается под стеклом и где этот «кто-то » обитает. Задачкой это оказалось не самой простой, но ребята настроились получить премию, а потому справились, хотя, по первому времени пошли по следу «очередной колдун », но колдуны как-то не ассоциировались с каучуковой паутиной, а вот театральность и «киношные спецэффекты » навели на мысль. В итоге, «главным подозреваемым » стал Квентин Бек — специалист по созданию спецэффектов и постановке трюков одной из крупнейших студий Голливуда. Вернее, бывший специалист. Атлетически сложенный блондин, совсем недавно «откинулся» с зоны, где провёл год. Обвинение — нарушение техники безопасности при пиротехнчиеских работах. По версии следствия, мужик переборщил со взрывчаткой и напалмом, из-за чего чуть не « крякнула» вся съёмочная группа, куда-то исчезла исполнительница главной женской роли, некая Миранда Уилсон — весьма эффектна красотка с копной огненно рыжих волос, съёмки сорвались и студия понесла многомиллионные убытки. На этом моменте уже возникали вопросы, начиная от « какого хрена никто не расследовал исчезновение пусть и не самой раскрученной, но всё же имеющей некоторую известность актрисы» , заканчивая странным сроком для « главного виновника» . Если это было « нарушение ТБ, повлекшее вред здоровью» , а то и « смерть по неосторожности» , то это, минимум, от пяти лет. Плюс, ещё и полное возмещение ущерба. Тут же… создавалось впечатление, что кто-то просто изящно списал дохрена денег на « форс-мажор» и прочие « компенсации налогов» .

После определения личности найти самого бывшего пиротехника было куда как проще. Официальной работы у него не было, равно как и жилья, всяких карточек — тоже нема, очевидно, закупался за наличку. Но моя «кровавая гэбня » свой хлеб ела не зря — выявить примерный район, опросить прохожих, благо, товарища, как преступника, фоткали и фотка была свежей, ну а там и до получения адреса дело дошло. И вот выходило, что наш Мистерио бомжевал на закрытой после «инцидента » съёмочной площадке, точнее, павильоне с громким названием «Фабрика Чудес ». Далее вставал вопрос, а что, собственно, с этой информацией делать? Можно, конечно, выдать её девочке с повышенной пауканностью, Гвен любителя спецэффектов сто процентов без проблем скрутит, вот только… во-первых, вопросов «очистки имени » мисс Стейси это не снимет, во-вторых же… по всем данным, мужик должен быть нищ, как церковная мышь. Грабёж банка тоже на это указывает. Но… тот уровень спецэффектов, что он показал при «театральном появлени » — это натурально студийный « Голливуд» , каким образом подобное проворачивать в « чистом поле» и не перед профессиональными актёрами, что профессионально не обращают внимания на хромокей и прочую « площадку» под эффекты я не представлял, как и то, сколько подобное стоит. Ближайшее, что при ходит на ум — это « голографические костюмы» скруллов, но Мистерио натурально устроил « явление в тайфуне» — а это уже больше напоминало то, что делал Уаату пытаясь скрыть нас от Серебряного Сёрфера, пусть и куда скромнее масштабом. Короче, есть вопросики и до того, как я получу на них ответики, устраивать пастук [31] будет не то, чтобы не корректно, но не очень разумно.

— И к чему нас это привело? — задался я вопросом в слух. — Снова к переговорам с Безумным Учёным на тему реализации его технологий и спасения голубоглазой блондинки от действий этого самого Безумного Учёного. Никогда такого не было и вот опять… — оставался только вопрос идти одному или прихватить с собой Гвен. В принципе, мы знали о способностях друг друга и потому никто фигни творить не будет лишней, с другой же, Гвендолин у нас девочка слишком правильная, а в ходе переговоров могут подняться вещи несколько… неоднозначные, назовём их так. Фелиция тут бы подошла больше. Или Эмма, но, поскольку это были проблемы не их, а Гвен, они в сих разборках совсем лишние. И вот это был ключевой момент — всё это было личным делом Гвен, и как бы я ни хотел обеспечить себе идеальную обстановку для переговоров, оставлять за бортом девушку значило проявить недоверие и вообще предать, если серьёзно — она же мне доверилась, послушалась, а тут такое. Отношения же рушатся и по куда более надуманным поводам. В общем, получалось так, что идти предстояло вдвоём и надеяться, что моей харизмы хватит на разруливание ситуации, как бы та ни повернулась.

Глава 23

— Значит так, запомни, сначала — переговоры. Насилие — потом! — наставлял я девушку.

— Я понимаю! Почему это звучит так, словно я какой-то маньяк, желающий устроить погром?

— Кхм… Кхм… Даже если мы опустим момент с твоей характеристикой от старины Джеймсона, кто из нас постоянно лезет в заплёванные подворотни, чтобы избить парочку мордоворотов?

— …

— М-м-м? — я вскинул бровь.

— Но ты же знаешь, что это не так! — всплеснула руками девушка.

— Само собой, но… я привык работать с безумными учёными. И я знаю, что вашей братии лучше несколько раз повторить прописные истины, чем потом судорожно разбирать Машину Судного Дня, что вы всё-таки построили в своём гараже, чтобы позырить, как оно бумкнет…

— Я очень, очень хочу тебе возразить… но почему-то не получается.

— Ага, я прав, но я виноват. Так и запишем. Ладно, пошли, — я махнул в сторону главного входа.

— Вот так вот… просто берём и идём?

— Ага, — киваем и улыбаемся, улыбаемся и киваем.

— Ла-а-адно… — и мы действительно вошли через главный вход. Который оказался мало того что освещён, так ещё и прям были видны камеры наблюдения! На официально заброшенном объекте! И вот вопрос, у нас очередной гений, что где-то как-то надыбал очередной «карманный реактор» , или местные коммунальщики вконец обленились и даже не соизволили отрубить заброшку от энергоснабжения⁈

Внутри съёмочный павильон представлял собой… съёмочный павильон. Куча помещений, связанных извилистыми коридорами, есть общие залы, где распихали кучу декораций всякого-разного, а ещё — множество аниматроников, эдаких примитивных и вяленьких «роботов» на три-пять движений. И всё это было активно! Светилось-свистело-шевелилось!

Наше явление тоже не осталось без внимания, и любезный хозяин решил продемонстрировать всё своё гостеприимство. Миг — и мир изменился. Лабиринт киношного реквизита обратился в лабиринт, что можно было бы найти на страницах у Лавкрафта. Коридоры шевелились, словно змеи, раздался низкочастотный гул, ну а появляющиеся из «ниоткуда » монстры поражали своей детализацией и прорисовкой. Клянусь, я словно чувствовал запах мокрой шерсти и зловонного дыхания от этих « боборотней» , что повалили на нас со всех концов! Да, с моим восприятием пространства и буквально физических процессов в нём мне прямо-таки приходилось прилагать усилие, чтобы попасть под эффект иллюзии, но вот на Гвен антураж явно нагонял жути. Мисс Стейси, кстати, уже была готова начать воевать, но вид при этом имела весьма растерянный — очевидно, чутьё молчало, хотя все остальные чувства говорили, что на неё бежит небольшая армия монстриков.

— Изумительно! — я осмотрел застывшего передо мной монстра. — Какая детализация! Какой эффект присутствия!

— Гр-р? — недоумённо ответила голограмма.

— Ещё и реакции есть! Мистер Бек, я в восхищении! Может, всё-таки покажетесь? У меня появилось к вам несколько очень интересных предложений!

— Не знаю я никакого Бека! — в дыму явилась фигура аквариумоголового. — Но благодарю вас, мистер фон Дум, что привели ко мне эту бандитку!

— Эй! — возмутилась Гвен.

— Ой, не ломайте комедию, мистер Бек, я давно работаю с мисс Спайдергёрл. И здесь для того, чтобы восстановить доброе имя леди, скажем так.

И тишина была мне ответом. Ах да, ещё нас попытался сожрать тиранозавр. В смысле, аниматроник, что под голографической маскировкой и системой шумоподавления топал к нам, но…

— Ладно, в конце концов, как показывает мой опыт, если выдвигать деловое предложение, завернув собеседника в ковёр, то результат куда как лучше! — и потому я достал «пульт от хитрого устройства» и просто вырубил всю электронику на этаже, включая и голографические установки.

— Теперь можно переходить к части с насилием? — осведомилась повеселевшая Гвен.

— Ох, только будь понежнее! Я не любитель БДСМ!

— Но игры со связыванием всё-таки будут! — с этими словами мисс Стейси рванулась к человеку-аквариуму, что слегка охренел оттого, что вся его светотехника взяла и умерла. Ну и связала его паутиной, да. А также сняла колбу с плеч. Внутри костюма оказался атлетичный блондин с длинными волосами, убранными в неряшливый хвост. И он был очень, очень, ну просто очень похож на фотографию того самого пиротехника.

— О, смотри-ка, всё-таки мистер Бек! — я сделал удивлённый вид. — Кто бы мог подумать?

— Не юродствуйте, Дум! — крикнул он. — Ваш аппарат, он мог достать до подвала?

— С чего такой интерес? — я нахмурился.

— Просто ответьте, чёрт вас подери, потом делайте со мной что хотите! — я не был телепатом, но было очевидно, что мужик явно на взводе и сильно нервничает.

— Нет, это точечный ЭМИ-разрядник, так что замкнуло и вырубило только ближайшую округу, быть может, ещё выбило автомат.

— Фух… Хорошо… — у нашего собеседника явно отлегло.

— Хм-м, необычно. Но теперь давайте всё-таки вернёмся к моменту, где вы объясняетесь за своё поведение и попытку подставить эту милую леди? — махнул я рукой в сторону Гвен.

— Мне нужны были деньги. Много денег. А Спайдергёрл… Ну, требовался кто-то, на кого можно было всё повесить, так что я просто открыл газету и узнал, что она и так преступница или что-то в этом роде.

— Джеймсон! — простонала бедная мисс Стейси. М-да, это было настолько иронично, что дальше уже некуда.

— Ну да, так-то изобразить какого-нибудь Человека-Крота, который «кармический враг Рида Ричардса» , а лучше самого Рида, у которого вечно проблемы с деньгами, было бы лучше, там бы никто вообще не удивился.

— У вас пунктик по поводу Ричардса, — вздохнула мисс Стейси.

— Вот как появится у тебя личный кармический Злодей, тогда и поговорим. Но… Давайте так… — я потёр переносицу. — Одну минуточку… Вот объясни, у тебя же есть технологии, что могут устраивать натуральную виртуальную реальность, и, судя по всему, ты сделал эту самую виртуалку едва ли не дендрофекальным способом, как порой выражаются мои инженеры. Такая штука стоит десятки, сотни миллионов долларов. Какого чёрта ты с её помощью пошёл грабить банк и подставлять левых паучков? Сколько ты так вынес, тысяч пятьсот?

— Чуть больше двухсот, — устало вздохнув и повесив голову, ответил мужчина. — А технология… Да, я создал её, но… куда я с ней пойду? К кому? Она элементарная, если знать пару нюансов, а я слишком хорошо знаком с публикой вроде вашей, мистер фон Дум. Я — никто, а потому разработку бы у меня отняли сразу же, и хорошо, если бы потом не закопали где-нибудь в лесу!

— А-а-а… патентное бюро? — робко спросила Гвен, которая как раз патент вполне себе получила.

— Девочка, — скосил на неё взгляд Мистерио, — я же только что объяснял: я — никто, а эта разработка стоит сотни миллионов. Даже на самую тупую херню патентное право подтверждается в лучшем случае в пятидесяти процентах случаев. Я бы выйти из офиса не успел, как выяснилось бы, что такая технология «уже давно существует» и принадлежит какой-нибудь Старк Индастриз, Хаммеру, Озборну… или Думу.

— Мистер фон Дум не такой! — возмутилась девушка.

— Говоришь как фанатка… Таких я тоже навидался. Когда речь заходит о ваших кумирах, не видите дальше собственного носа и фантазий, — вновь плюнул ядом мужик. — Впрочем, какая разница?

— Разница в том, что я не просто делец, но ещё и самодержавный монарх, что был воспитан определённым образом. Потому для начала ответь, зачем тебе понадобилось много денег?

— Какое вам-то дело?

— Потому что мне интересно это узнать. И в зависимости от твоего ответа я буду думать, что с тобой делать — везти в лес или предложить интересную работу.

— Мистер фон Дум! — кажется, Гвен слегка охренела.

— Я не святой, Паучок, — усмехаюсь кончиком губ, — и при всей ядовитости и озлобленности мистера Бека вынужден признать, что его образ мыслей и выводы логичны и отнюдь не безосновательны. Использовать уникальную технологию, чтобы ограбить банк с риском получить пулю, на деле куда проще и безопаснее, чем пытаться легально предложить корпорациям эту самую технологию.

— Но вы же… Я… — начала она и запнулась.

— Я сам был на месте того, у кого отбирают дело всей жизни и присваивают результаты труда, потому понимаю, каково это. Причём самое печальное тут, что сами-то Старк, Озборн и Хаммер даже вполне могли бы пойти изобретателю навстречу и предложить неплохие условия, просто потому, что они кое-что понимают в технике и знают, как сложно найти талантливых профессионалов в штат, вот только до них бы эта история даже не дошла, и несчастный случай мистеру Беку организовал бы какой-нибудь Эдриан Тумс, а то и вообще менеджер среднего звена из нишевой конторы по производству микрофонов для караоке. Банально потому, что из патентного бюро к таким проще дозвониться и на равных условиях предложить «очень интересную идейку за хорошую благодарность» .

— Это несправедливо, — грустно сказала она.

— Жизнь вообще дерьмо, — мрачно буркнул Бек. — Ладно, спрашиваете, зачем мне деньги? Потому что моя глупость сломала жизнь хорошему человеку. И, чтобы хоть как-то ей помочь, нужны дорогостоящие операции.

— Ей? — тут до меня дошло. — Та пропавшая без вести актриса?

— Да, — он прикрыл глаза. — Миранда сильно пострадала в том происшествии, из-за которого меня посадили. Больше половины тела — сплошной ожог, пострадало лицо. Сейчас она живёт здесь, в подвале, на обезболивающих.

— Ох… — прижала ладони к лицу Гвен. — Но вы же год пробыли в тюрьме, как она тут всё это время?

— Это вторая причина, почему я ненавижу и презираю всяких корпоратских… типов, — скрипнул зубами мужчина. — В той аварии… я действительно был виноват — разместил лишний миномёт с пиротехникой, но оно не должно было так полыхать! По всем расчётам не должно! Будь взрывчатка нормальной, как заявлено, а не дешёвым дерьмом, коим оказалась на деле. И экономия на средствах тушения, страховке… всём.

— И начни это всё всплывать на суде, студия могла влететь на многомиллионные штрафы, а то и сел бы кто-нибудь уважаемый, — констатировал я.

— Да, потому пришлось пойти на сделку и взять всю вину на себя. Думал, что мне это будет стоить только карьеры, но пришлось добавить год жизни. В обмен — отдали вот эту студию и кинули денег на лекарства. Так мы тут с Мирандой и живём. Конец истории.

— М-да, — очередное дерьмо, которого в мире вагон и маленькая тележка, — ладно, Паучишка, развяжи его.

— Вы хотите ему помочь, — поняла девушка и принялась развязывать свою жертву, то бишь была не против.

— Как говаривал один книжный персонаж, «в нашем деле главное — не быть муд… кхм, нехорошим человеком» . Я могу себе позволить быть справедливым. И предлагать удочку.

— Но… — непонимающе смотрел на нас Бек, — какой вам в этом толк?

— Во-первых, как я только что сказал, я могу себе позволить быть порядочным человеком. Во-вторых, вы, мистер Бек, смогли сделать 3D-кинотеатр с полным погружением, сидя на старой студии в куче хлама. Я хочу посмотреть, на что вы способны в нормальной лаборатории при нормальном финансировании. В-третьих же, хе-хе… — я улыбнулся.

— О нет… Опять… — Гвен печально опустила плечи.

— В третьих, если ты начал собирать коллекцию Безумных Учёных, то нельзя так просто взять и остановиться!

— Н-но… я не безумный учёный… — попытался взять слово в своё оправдание иллюзионист.

— Они все так говорят! Но посмотри на факты, друг мой: ты собрал проектор виртуальной реальности в гараже, а потом использовал его, чтобы ограбить банк. Как ни крути, но… — развожу руками.

— Это так не работает!

— Поверь, лучше просто соглашайся, — как более опытный товарищ, посоветовала Гвен Беку, — так будет куда как лучше для твоей психики. И для моей.

— … — товарищ явно был несколько озадачен, но в общем и целом — морально готов к согласию. Если же нет — куда он денется, ведь мастер по связыванию на моей стороне!

Дальнейшее было уже не то чтобы формальностью (в конце концов, пиротехник был битым жизнью товарищем, а потому все нюансы предпочитал узнавать на берегу, пусть и понимал, что деваться ему точно некуда), но всё же. Так что обговорили мы и его будущий патент, и эксклюзивное право моей корпорации пользоваться технологиями по этому патенту, и его отчисления уже за эту эксклюзивность, перспективы дальнейшей работы и права на интеллектуальную собственность в этом случае. И ещё целую кучу нюансов и проблем, включая оправдание доброго имени Девушки-Паука. Впрочем, подобная мелочь для мастера всяческих постановок была элементарна. С учётом того, что «Мистерио » Беку был более не нужен, он просто предложил «сказать правду », в том смысле, что на деле самый главный гад — это как раз Мистерио, что подставил Паучишку. Просто данный типус ну вот никак не связан с мистером Квентином Беком, что будет устраиваться на работу в Дум-Индастриз ровно в тот момент, когда наша Паучишка выведет злодея на чистую воду, и тот благополучно погибнет в пожаре, который сам и устроит. Пожар будет, кстати, вот в этом павильоне — прощальное « спасибо» студийным боссам, что типа « отдали» павильон неудачливому пиротехнику, но вот право собственности оставалось за ними.

Удалось познакомиться и с зазнобой нашего иллюзиониста. И да, пусть он и не говорил, но там всё было понятно. Сама девушка… Ну, что тут сказать, к мастеру спецэффектов она претензий не имела или, возможно, смогла найти в себе силы его простить, но вот свою жизнь точно ненавидела. Когда ты зарабатываешь на хлеб при помощи своей красоты и здоровья (без пошлости), а потом лишаешься и того, и другого, более того, попадаешь в ситуацию, когда без дорогостоящих препаратов рискуешь загнуться… ни доброты, ни любви к миру это не добавляет. И я уже знал, как мне не быть мудаком и при этом получить в свой коллектив Безумных Учёных ещё одного товарища, что будет на меня молиться (возможно, что буквально). Ага, «медицинская страховка от Дум-Индастриз распространяется и на родственников сотрудников» . Ну а в клинике устроим немного магии и никакого мошенничества, на выходе получив здоровую и довольную жизнью девушку. Но это потом, а пока…

— Сколько, говоришь, нужно взрывчатки для должных спецэффектов? — нужно было устраивать шоу.

Настроение у меня было приподнятым. Проблема разрулилась; новый миньон скоро займёт своё место в рядах моих Безумных Учёных, позволив мне наконец-то построить личный стелс-самолёт, как у Бэтмена; Гвен отыграет нужный спектакль, а после этого мне точно полагается большая и горячая благодарность. Мелькнула даже мысль наведаться ещё и к Джей-Джею и намекнуть, что он нехороший человек, что возводит клевету на невиновную девочку, и неплохо бы опубликовать опровержение и извинения. Да-да, «извинись перед рыцарем!» А то рыцарь тут обратилась к одному эксцентричному миллиардеру… Вот только всё игривое и фривольное настроение у меня как рукой сняло, стоило мне подняться в свой офис. Почему? Потому, что там сидела заплаканная Эмма.

— Так, что случилось? — я подсел к девушке.

— Виктор… Я… У меня родители погибли… — она всхлипнула и уткнулась мне в грудь.

Мне оставалось только обнимать её и аккуратно гладить по спине.

— Мы… мы уже несколько лет не общались… Я со скандалом уходила… Ты знаешь. Порвала все связи… Даже когда у тебя начала работать… Мама пыталась несколько раз позвонить, но я не брала трубку… И вот… теперь их нет. А я чувствую себя какой-то тварью…

— Эмма, ты ни в чём не виновата, ссора — просто ссора, ты не могла ничего знать, — я понимал, что и она это понимает, но эмоции — это эмоции. Мои слова тоже ничего не изменят, но она хотела их услышать.

— Это… это не всё… — она всхлипнула носом. — Адвокат… Он… он сказал, что в завещании родителей… они объявили меня единственной наследницей. Там… в зав-вещании была приписка «ты была права» … — плечи девушки затряслись, а я почувствовал, как рубашка промокает сильнее, но пофиг.

Так мы и просидели, наверное, с час, пока Эмма немного не успокоилась. Ну и не поведала о случившемся чуть более развёрнуто. Оказывается, родители (точнее, конкретно Хэйзел Фрост — мать Эммы) уже больше года пытались с ней связаться. Собственно, первые попытки начались, когда стало известно, что эксцентричный миллиардер не просто нанял себе секретаршей стриптизёршу, но что эта секретарша действительно имеет некое влияние на магната. Во всяком случае, обиженная на родителей Эмма считала, что дело всё в этом — Фросты-старшие уверились, что «непутёвая дочь всё-таки взялась за ум и пошла своим путём к крупным корпорациям» . Хотя приписка в завещании говорит несколько об ином, но это уже детали. Впрочем, сама Эмма не горела желанием общаться и слала звонки лесом. А вот теперь корит себя за это.

Но если кто-то думает, что на этом неприятные события заканчиваются, то он крупно ошибается. Родители моей женщины оказались «внезапно смертны », а не тихо-мирно скончались от старости и болезней. Если быть точным — авиакатастрофа. То ли ошибка пилота, то ли какая-то техническая неполадка, но личный самолёт семьи просто воткнулся в скалу на полном ходе. Там не то что выживших, там и чёрный ящик вряд ли уцелел. А теперь вспоминаем, что Фросты — богатые промышленники. Если быть точным, то они владельцы « Boston Electronics» . У них ещё лейбл в виде снежинки. И в Марвел они являются аналогом фирмы другого мира, у которой логотип — надкушенное яблоко. Капитализация компании на текущий момент — сорок миллиардов долларов. Для справки, у меня сейчас — девяносто, но только за счёт дружбы с вояками и госзаказов, до этого была чуть выше тридцати.

К чему я это всё? Да к тому, что для многих «серьёзных дядь » Эмма — это соплюшка, у которой резко появился мешок алмазов. Потому звонки уровня « мы вам очень соболезнуем, не хотите ли продать нам свою компанию за пару баксов?» пошли едва ли не потоком. Это тоже не добавляло девушке настроения, мягко говоря. Что со всем этим делать, она не знала. Пусть в моей компании (в обоих смыслах) она и успела поднахвататься… всякого, включая и ведение бизнеса, но рулить всем этим самой? Как? За что хвататься? Что делать? А тут ещё и родители — всему миру насрать, что и у кого случилось, есть контракты, есть сроки, и всё это нужно выполнять и соблюдать.

А ещё были родственнички. Почти сторчавшийся братец-любитель мужских жоп и две стервы-сестры. И вся эта кодла сначала попыталась чухнуться на тему «повезло-повезло, давайте делить наследство» , а когда узнала, что их в завещании даже не упомянули, изошла на говно. Короче, Эмма попала в ту же ситуацию, в которой я пребывал… ох, уже больше трёх лет назад! Да, у меня было хуже с финансами и обязательствами, да и, в отличие от Фростов, я не был единоличным владельцем, но у меня был коллектив корпорации из менеджеров среднего-нижнего звена, что стояли за меня, у меня была поддержка Латверии (пусть больше моральная), ну и не было мудаков-родственников и личной драмы, кроме кинувшей меня невесты, но это мелочь. Не говоря уже о том, что на тот момент я ещё не совсем свыкся с самим собой в плане восприятия мира и своего места в нём.

— Что мне делать, Виктор? — жалобно спросила Эмма. — Я такое не потяну…

— Прежде всего, ты будешь не одна, — я обнял доверчиво прижавшуюся ко мне девушку. — Если ты думаешь, что после всего того, что между нами было и через что мы вместе прошли, я просто скажу «ну окей, удачи тебе со своей фирмой» и отойду в сторону, то я обижусь. И отшлёпаю.

— Я тебе не Гвен, — буркнула она, но, судя по голосу, её начало отпускать.

— Предпочитаешь связывание? Это тоже можно!

— Пхи… — первая улыбка. — Ты за словом в карман не лезешь. Спасибо… Люблю тебя, — она вновь уткнулась носиком мне в район рубашки.

— Всё для тебя, — я чмокнул её в макушку, — но сейчас давай пойдём умоемся, а потом начнём устраивать ужас и террор всем охреневшим мразям.

— Хорошо, но… давай вот так посидим… ещё немного?

— Конечно, — сменил я планы и мягко улыбнулся. В итоге пригревшаяся Эмма задремала, я аккуратно перенёс её на кровать, ну а сам пошёл звонить Леонарду. У нас с ним только что появилось очень много работы. Опять. И за это кто-то огребёт.

Работа началась с того, чтобы определить, а с чего, собственно, начинать. Введённый в курс дела Леонард сначала высказал соболезнования (пусть мне, а не Эмме, что только-только уснула), а дальше принялся раскладывать «по пунктам ». И первым шло «вступить в наследство как можно раньше» . Корпорация Фростов пусть и была частной лавочкой, а потому никаких ушлых акционеров, что примутся разрывать её на куски, пока « тело основателя ещё не остыло» , но отсутствие законного владельца — это такая себе штука, априори ведущая к разброду и шатанию. Начнут ещё какие нехорошие управляющие технические секреты на сторону сливать, пользуясь временной сумятицей. Оно нам надо? Оно нам не надо!

Второй момент — это правильное освещение в прессе. Репортёры и прочие акулы пера могут как сильно подгадить, так и, наоборот, помочь. Да, в основном в репутационном плане и медиа. Это мне на репутацию было если не совсем насрать, то где-то близко, ибо тяжёлая промышленность, вояки и прочие «эксперты рынка » пусть и смотрят на реноме владельца, но если ты объективно поставляешь крутую технику, выполняешь контракты и не замечен в условном «пожирании младенцев », то с тобой будут иметь дело и жать руки — доказано и Фордом, что спокойно работал с нацистами, и пресловутым Хуго Боссом с его стильным фельдграу, и прочими уважаемыми людьми. Но вот для корпорации, что рассчитана на гражданский рынок и частного потребителя, всё куда как сложнее. Не скажу, что праведный образ — это прям ключевой камень в фундаменте всей конструкциии, но от него многое зависит. Мисс Фрост же репутацию имела… спорную. И вывернуть её можно было в очень и очень большой «вилке» . От « уверенная в себе женщина, что знает, чего хочет, и может этого добиться» до, как бы меня ни раздражало, « шлюха, что нашла себе папика» . И есть подозрение, что родственнички моей женщины могут попробовать повоевать и в эту сторону. Но и это было не всё.

Третий момент — организация похорон. Пустые гробы, церемония, гости мероприятия. И так далее. Мало того, что организовать всё это не сказать что сложно, но потребует сил и времени, так ведь есть ещё и вероятность того, что тут тоже могут попробовать подгадить. Скандал на похоронах — это прям классика жанра. Да, пользы гадящей стороне это принесёт мало, но желание подгадить далеко не всегда сопряжено с получением личной выгоды. Тут будет достаточно и того, что «оскорблённые родственники » будут гореть пониже спины оттого, что всё получает «неблагодарная дрянь, сбежавшая из дома », а не все такие белые-пушистые они. Признаться, прокрутив в голове все вот эти проблемы, что всплыли буквально сразу, мне очень захотелось избавить Эмму от остальной части семьи. Тем более что сделать это было элементарно. Передоз у торчка и той недомодели, что была средней сестрой, « самоубийство на почве депрессии от развала бизнеса» у старшей, что пыталась, собственно, в бизнес, точнее, в производство всяких сумочек-кошёлок-кошельков, но дела у неё шли откровенно дерьмово и на грани выживаемости всего предприятия. Вот честно, чесались руки. Но раз я не прикончил « дорогих партнёров» , то тем более не буду опускаться до убийства нелюбимых родственников будущей жены, что пока мне просто не нравятся, но де-факто ещё не успели сделать никаких пакостей. Вот принципиально!

Потому пошёл по оговоренным пунктам. То бишь подготовке всего необходимого пула документов для Эммы, благо большая часть и так была предоставлена ею же в мой отдел кадров для правильного оформления. Ну а следом пришлось звонить одному усатому и слегка психованному «художнику» , в смысле журналисту и медиамагнату.

— Да, Дум, я уже знаю, что Спайдергёрл здесь ни при чём! И я выступлю с опровержением!

— Э-э-э… — признаться, мне потребовалось секунд десять, чтобы допетрить, о чём он. — Джеймсон?

— Ну что ещё⁈

— Ты чего такой нервный?

— Я, бл… ин, — тут явно хотели сказать что-то другое, но сдержались, — тридцать лет не писал опровержений! Тридцать грёбаных лет! А тут такое! И, разумеется, не проходит и десяти минут, как мне звонит самый хитрож… умный делец Нью-Йорка! У фирмы которого есть патент на некие «биополимеры» , что слишком похожи на то, что использует эта несносная девчонка! Ты можешь мне петь что угодно, но я не я буду, если ты их получил не от Спайдергёрл!

— Ладно-ладно, возможно, зная мою тягу быть рыцарем и спасать прекрасных дам из неприятных ситуаций, девушка действительно пришла ко мне с предложением, от которого нельзя отказаться, а другая хорошая девушка допилила паутину до чего-то действительно интересного.

— Так вот почему там такое большое роялти… на двоих.

— Так-так, а вот откуда тебе известно о коммерческой стороне вопроса, мой усатый друг? — мой голос стал добрым-до-о-обрым.

— Бл… — ругнулся Джей-Джей.

— Так, ладно. Я не по этому поводу звоню. Опровержение — это хорошо, но… мне нужна твоя помощь.

— Тебе? Моя? Так… слушаю.

— У Эммы погибли родители. В Бостоне об этом уже знают, но скоро новость облетит всю страну.

— Оу… Мои соболезнования, — как ни странно, голос мужика был искренним, он даже сбавил тон и свой вечный накал.

— Спасибо, передам. Проблема в том, что я опасаюсь начала потоков говн вообще и конкретно помоев на неё. А ей сейчас и так нелегко. И вот тогда могу психануть уже я…

— Так, спокойно, дышим носом! — отозвался Джей-Джей. — Поверить не могу, что тебе это говорюя́… — вздох. — Я понял, что ты хочешь. Заказных статей у меня не бывает. Ни для кого.

— Я и не…

— Я знаю, что «ты и не» . Я про то, что с моей стороны девочку никто не тронет. Ну и своим коллегам я позвоню и попрошу… проявить сдержанность.

— Спасибо, Джона.

— Сочтёмся. Ты знаешь, кому звонить, как будете освещать вашу свадьбу с Фрост. Или Харди.

— Я гражданин Латверии! — не удержался я.

— И что? Направлю кого в командировку!

— У нас законодательно разрешено многожёнство…

— О! Так, ладно, кому звонить, я тебе уже сказал. А сейчас мне самому нужно сделать пару звонков! Ну и готовься, несколько интервью по поводу этих печальных событий мисс Фрост всё равно дать придётся.

— Понимаю. Ладно, отбой, — на этом разговор завершился. Журналист пошёл объяснять другим журналистам, что не нужно злить мужика, что дружит с террористами, демонами и гопает Галактуса, ну а мне требовалось дать команду по похоронным агентствам. Возможно, представители компании Фростов уже что-то осуществляют в этом направлении, но больше — не меньше, там сведём все пароли-явки.

Неприятная рутина пусть и раздражала, но оставалась рутиной. Проснувшаяся Эмма всё ещё оставалась разбитой и в поганейшем настроении, но самый острый момент всё-таки прошёл. Так что к работе мы приступили незамедлительно, и первое, что сделали, — это связали адвоката-душеприказчика Фростов с нашими юристами. Правда, «корпоративный юрист » — это не совсем то, что требовалось, так что дополнительно был нанят некий Мэтт Мёрдок, но это незначительная деталь. К тому же Сорвиголова в « гражданской ипостаси» , несмотря на слепоту, на самом деле был профи в юриспруденции, причём универсалом, разруливающим любые дела, начиная от штрафов за парковку, заканчивая тяжкими и особо тяжкими статьями. И, что примечательно, брался он далеко не за все дела, полагаю, при помощи своих талантов определяя правдивость потенциальных подзащитных и не желая отмазывать настоящих преступников. Впрочем, там проблем не было — Фросты не первый день в бизнесе крутились и прекрасно всё понимали, потому к вопросу завещания тоже отнеслись со всей серьёзностью и основательностью, начиная от принадлежности адвоката к уважаемой конторе с безупречной репутацией, заканчивая приложенными всяческими медицинскими освидетельствованиями. Не то чтобы они были нужны, когда речь идёт о людях, что по умолчанию распоряжаются сотнями миллионов на регулярной, так сказать, основе, но всё же. Видимо, не питали иллюзий на тему собственных чад, что, кстати, подтверждается и той припиской к завещанию.

С журналистами тоже всё вышло… приемлемо. Да, о смерти столь уважаемых людей сообщили, но с должным «отстранённым почтительным равнодушием » и передачей формальных соболезнований всем родным и близким. Хотя Джона потом сообщил, что да, были поползновения «покопаться в грязном белье » и пораздувать скандалы уровня «не всё так хорошо было в семействе », со всяческими интервью у детишек почившей четы промышленников. Но серьёзные издания и каналы такие «независимые расследования» , скорее всего, послали бы в жопу и сами по себе, а уж с « настоятельной рекомендацией» от Джей-Джея, который мог и намекнуть, что данные высеры огорчат некоего отбитого отморозка, что любит закапывать всяких там, — и подавно. Разумеется, ещё были желтушные издания, типа пресловутого « The Sun» , или как там оно, но их никто и никогда всерьёз не воспринимал, в конце концов, скандалы и кидание говна — это то, на чём они жили и постоянно получали иски. Но тамошние « шакалы пера» навострились писать столь расплывчато-неопределённо, что поймать их на формальной клевете или оскорблении чести и достоинства было сложно, пусть все и понимали, что и о ком пишут. Однако их потуги — это так, мелочь. На этом фоне завершение эпопеи с Мистерио прошло как-то незаметно и тоже являлось мелочью.

А вот что мелочью не было — так это Фелиция и Гвен, что не только выразили соболезнования, но действительно побросали свои дела и приехали Эмму поддержать. Да, знакомы они были пока что очень слабо, да и большую часть времени фыркали на мисс Фрост и всячески изображали, что я кобель и фу таким быть, а они точно, совсем, честно-честно, вот на все 146% не завидуют моей секретарше и не опасаются её как конкурентки (каждая выражала это по-своему, конечно), но при этом простой человеческой эмпатией обладали и были способны выразить настоящее сочувствие чужому горю, а также искренне предложить помочь, если что-то нужно. Френки тоже была, но в силу профессии к вопросу «потерь» относилась несколько холоднее. Тем не менее факт её участия всё-таки делал Эмме легче.

Касательно самой церемонии прощания… Ну, она прошла хотя бы без скандалов. Понятное дело, что для оставшихся троих родственничков Эмма позиционировалась как «враг номер один », что они не особо скрывали даже по выражениям лиц, а уж что там царило в их эмоциях и мыслях… Впрочем, моя голубоглазая блондинка, что всё делает лучше, давно говорила, что отношения в её семье, мягко говоря, очень не очень, так что никакого удара в этом плане у девушки не было. А вот мысли из серии «кинуть кость, и пусть отвалят» окончательно сместились к « ни гроша они от меня не получат» . Нет, кое-какое содержание родители им назначили ещё при жизни, и трогать это младшая мисс Фрост не собиралась, но на этом всё.

Однако уже после официальной церемонии без скандала и выяснения отношений за закрытыми дверями не обошлось. Это было откровенно мерзко и грязно, но вполне ожидаемо. Самые близкие родственники порой готовы друг друга удавить за подержанную машину или старую квартиру в жопе мира, что говорить о многомиллиардной корпорации?

— А ты довольно быстро добралась, — изображая улыбку, но при этом капая ядом по самое не могу, произнесла шатенка лет тридцати. Мы уже были представлены — Адриенн Фрост, старшая из сестёр. И самая враждебная к Эмме. — Повод собраться, конечно, не очень, но что поделать?

— Ещё скажи, что рада меня видеть, — буркнула моя помощница. — Корделия, Кристиан, — кивнула она своим родственникам. Довольно похожая на Эмму девушка лет семнадцати молча кивнула, без приязни, но и не шипела. А вот худощавый и жеманно выглядящий юноша примерно лет двадцати словно виновато втянул голову в плечи.

— Зачем? Мы тут все умеем чувствовать ложь, более-менее. Ну, кроме того недоразумения, — Адриенн бросила на брата презрительный взгляд, под которым он сжался ещё сильнее. Но замечание интересное. Судя по всему, у женщины тоже есть телепатические способности. Не уверен, что на уровне Эммы, всё-таки та выиграла если не джекпот в этом плане, то близко, но и старшей сестре что-то могло перепасть. Также, с учётом её взгляда на меня, думает, что я под майнд-контролем.

— А-а-а… Я рад… — нашёл в себе силы паренёк. — Не в том смысле, что повод, а что встре… Простите! — да его совсем загнобили в семействе. М-да.

— Ладно, давайте уже закончим с этим побыстрее. Вы выскажете свои пожелания, я скажу, куда вам с ними идти и как глубоко их засунуть, на этом и разойдёмся, — устало ответила Эмма.

— Ха, смотрю, кто-то поверил в себя? Что, прорезавшиеся таланты и питомец придали уверенности? А я-то думала, с какого хрена ты из дома сбежала и жопой трясёшь на шесте, а оно вон что — искала кого поинтереснее. Ловко-ловко. Вот только у меня тоже есть «таланты» , и я могу и посильнее оказаться! Так что будь хорошей девочкой, просто откажись от наследства и проваливай обратно в свой город — с тебя хватит и миллиардов Дума.

— Она действительно настолько тупая или как? — повернулся я к своей женщине.

— У неё, как я теперь понимаю, тоже дар, благодаря которому она и «находит выгодные контракты » для своего дома моды. Ну а наткнувшись на твою « пустоту» , решила, что это я тебя прикрываю, и теперь думает, что может это воздействие перебить или шантажировать меня этим знанием.

— Выметайся из моей головы! — напряглась Адриенн. Лицо покраснело, вздулись вены на висках.

— Понятно, получила капельку сил и возомнила себя невесть кем, — вздохнул я. — У неё, кстати, ещё и диктофон в кармане, — отключённый мной в самом начале, но зачем говорить очевидное?

— Да, вижу, думала спровоцировать нас на что-то резкое и угрожающее, а потом добавить это к аргументам шантажа.

— Ну и родственнички у тебя… — протянул я.

— Адри всегда была сукой, — пожала плечами талантливая ученица лучшего телепата Земли.

— Вам… это так… с рук не сойдёт… — прохрипела наша жертва.

— О, неужели? — я подошёл к этой дамочке и вежливо сжал её горло. — Видишь ли, девочка, то, что я на публику весь такой филантроп, не означает, что я добрый, пускающий слюни идиот. Мне сойдёт с рук, даже если я сейчас вынесу тебя отсюда под взгляды сотни журналистов и публично сверну шею, — я чуть-чуть приподнял её — так, чтобы сестра Эммы засучила носками туфель по полу, безрезультатно цепляясь пальцами за моё запястье. — Ты даже представить себе не можешь, на каком уровне власти и незаменимости для планеты я нахожусь. Потому втянула язык в жопу и приготовилась слушать. Я внятен? — ещё чуть-чуть сжать пальцы…

— Тх… Д-да! — выдохнула она.

— Чудно, — ослабляю хватку. — Что там по остальным?

— Хм… — Эмма перевела взгляд на родственничков. — Корделия, как и я, сбежала из семьи — диктатура отца с гонором старшей сестры ей тоже не нравились. Впрочем, от денег она не отказывалась.

— Это было не очень вежливо, — поморщилась означенная Корделия, — хотя и понимаю твои резоны. Друзьями нам не стать, так что давай откровенно. Ты бросила нас с Крисом и куда-то смылась, Адри — сука, отец начал закручивать гайки так, что у всех глаза повылезали, ну а матери было на всё плевать — главное, чтобы соблюдались внешние приличия. Так что я, можно сказать, последовала твоему примеру и тоже смылась… Только…

— Небольшая капелька шантажа по принципу «давайте мне карманные, иначе я вынесу всё грязное бельё на люди» , — продолжила за неё Эмма.

— Не одобряешь, — констатировала младшая из женской части Фростов.

— Нет, — согласилась с ней средняя, скрещивая руки на груди. — Понимать — понимаю, но не одобряю, — ну да, сама ведь она в схожей ситуации предпочла стать сриптизёршей, но не прибегать к столь сомнительным методам.

— М-м… Так что ты собираешься с нами делать? — стараясь не показать своего волнения, спросила Корделия.

— Ничего. Отец выделил тебе пожизненное индексируемое содержание в сто двадцать тысяч в год. Это больше, чем получают процентов девяносто населения страны. Оно у тебя и останется. Дополнительно от меня ты не получишь ни цента.

— Да я и не собиралась, — облегчённо выдохнула девушка, что, по всему виду, от ситуации так-то была зла, но облегчение оттого, что её не будут закапывать или оставлять ни с чем, тоже испытывала. — Кстати, — она покосилась на меня, — мистер фон Дум, вы, получается, тоже телепат?

— Нет. У меня другая сверхсила. Деньги и связи. Этого достаточно, чтобы иметь козыри в рукаве, — холодно ответил я. Странное дело — удовольствия от общения с этой девушкой я не то что совершенно не получал, мне было неприятно это общение, хотя, казалось бы, с такой смазливой мордашкой и ладной фигуркой младшая сестра моей любимой секретарши должна вызывать хоть малейшую симпатию. Однако нет. То ли я слишком близко к сердцу принял факт сложностей Эммы с семьёй, то ли вся атмосфера этой ситуации так накрутила, но даже с полным пониманием умом, что формально она ничего достойного порицания не сделала, мне было неприятно.

— Ну и Крис, — между тем повернулась к парню Эмма. — Мне… жаль.

— Да, мне тоже, — с печальной улыбкой ответил он. — Я всегда терялся на вашем фоне. Хотя сейчас стало как-то полегче.

— Адриенн тебя давила не только психологически, скажем так, — пояснила телепатка. — Больше не давит.

— Спасибо, — кивнул он и… внезапно вырубился.

— Эмма? — повернул я голову.

— Он всё-таки мой брат… и не самый плохой человек, просто… слабый. Как по талантам, так и по воле. С первым я ничего не сделаю, но вот избавить от зависимости и привить отвращение к наркотикам мне вполне по силам, — пояснила девушка, хотя, судя по мимике, которую я у неё уже неплохо изучил, она парню и на жизнь что-нибудь подкинет, скорее всего. Благородно, хотя, как по мне, этот Кристиан — сам кузнец своих проблем, но это решение Эммы по её семье, и так тому и быть. Кстати о семье.

— А с этой что? — я тряхнул всё ещё «нежно удерживаемую за горлышко» и уже начавшую немного синеть старшую.

— Ну, она всегда меня ненавидела. Здравый смысл говорит, что от проблемы нужно избавляться в зачатке, но то ли ты на меня так дурно влияешь, то ли Профессор… Дерьмовый характер и горящая на нас задница — не повод убивать. Даже если очень хочется.

— Добрая ты, — ну или реально Профессор покусал. — Впрочем, обезопасить себя мы можем.

«Использую силу Герольда, чтобы заблокировать ей дар, а свалим всё на чудо-препарат моей разработки» , — продолжил я уже в мысленном сообщении по открытому для неё каналу.

«Да, так будет даже лучше. Заодно посмотрим, чего она стоит сама, без возможности внушить деловому партнёру, что подписать контракт на завышенную сумму — это хорошая идея и вклад в дальнейшее развитие дружбы» .

На этом «переговоры с дорогой роднёй » были завершены. Обработанный телепатией брат был направлен в номер отеля, где полностью придёт в себя и далее будет валить все изменения на то, что из-за его тяги все проблемы в семье если и не начались, то усугубились, а потому — нахрен наркоту, по крайней мере, своя жизнь ещё не в крошево, и нужно хоть это сохранить. Младшая сестра, скомканно попрощавшись и несколько помявшись, передала номер телефона и адрес электронной почты, после чего тоже нас покинула с туманным «звони-пиши, если что» . Возможно, там ещё не всё потеряно, но, опять же, решать Эмме — мне до Корделии дела не было. Ну а Адриенн получила лёгкую правку генома Космической Силой, а после — внушение от Эммы, как её облучают некоей фигнёй с напутствием « полезешь ещё раз, и мы такими добрыми уже не будем» .

Закончилась же вся эта эпопея уже ночью, когда Эмма ультимативно заявила мне, что ей просто жизненно необходимо сегодня засыпать пьяной и оттраханной. И я обязан ей в этом помочь. А все остальные проблемы можно отложить и до утра.