Между пульсом и вечностью Екатерина Ильинична На сто двадцатом этаже ночного мегаполиса правят те, чьи сердца давно перестали биться. Обычным людям вход сюда закрыт, но у Селесты есть цель, серебряный клинок в сумочке и задание, которое нельзя провалить. Она не рассчитывала столкнуться лицом к лицу с Кассианом — могущественным первородным вампиром, привыкшим получать всё, чего пожелает. Он раскусил её игру с первого взгляда, но вместо расправы предложил сделку, от которой невозможно отказаться. Теперь каждый её вдох в его власти, а смертельная опасность с каждой ночью всё сильнее превращается в запретное притяжение. Что победит, когда ставки станут выше самой жизни: долг охотницы или страсть, способная сжечь обоих дотла? ==================== Между пульсом и вечностью Глава 1. Высота имеет свою цену На сто двадцатом этаже башни «Аврора» воздух пах не озоном, а дорогим парфюмом, старыми деньгами и едва уловимой, сладковатой нотой опасности. Я поправила бретельку чёрного шёлкового платья и сделала глоток шампанского, изображая восхищение панорамой ночного города. На самом деле я фиксировала всё: расположение камер, выход на лестницу и охрану у лифтов. Четверо. Идеальные костюмы, ледяные лица. Для всех вокруг — обычная свита миллиардера, для меня — живое (хотя и не совсем) напоминание о том, что я на вражеской территории. Моей задачей было не геройствовать, а просто смотреть и слушать. Быть одной из десятков приглашённых смертных, красивой тенью на закрытом приёме, чтобы понять, кто именно здесь дёргает за ниточки. Я пришла без оружия. Только диктофон в виде броши и чужое приглашение на имя мисс Вернер. — Слишком высоко для того, кто предпочитает оставаться в тени, вам не кажется? Голос прозвучал прямо за спиной. Низкий, бархатный, с тем неуловимым акцентом, который бывает только у тех, кто слишком долго живёт на этом свете. Я медленно обернулась, натягивая на лицо вежливую, чуть рассеянную улыбку светской львицы. Выдать волнение сейчас — провалить разведку. Он стоял в шаге от меня. Высокий, с безупречной осанкой и тёмными волосами, слегка растрёпанными так, словно он только что вышел из ночного ветра. Чёрная рубашка расстёгнута на две пуговицы, в руке — бокал с тёмно-рубиновой жидкостью. Но его глаза... Холодные, цвета грозового неба, в глубине которых горел древний, хищный интерес. Он посмотрел на меня так, словно изучал редкую картину, пытаясь понять, подделка она или оригинал. — Просто устала от шума в зале, — легко ответила я, пригубив шампанское. — Вид здесь действительно завораживает. Вы тоже прячетесь от гостей? Уголок его губ дрогнул в едва заметной усмешке. Он сделал шаг ближе, нарушая дистанцию и заставляя моё сердце невольно сбиться с ритма. Кассиан чуть склонил голову, словно прислушиваясь к этому предательскому стуку. — Я хозяин этого вечера, мисс... Вернер, верно? — тихо произнёс он, не сводя взгляда с моих глаз. — Меня зовут Кассиан. И знаете, что странно? Все мои гости сегодня пришли сюда, чтобы на них смотрели. И только вы — чтобы смотреть самой. Он легонько коснулся пальцами моей броши на плече, поправляя её, и я похолодела. Неужели заметил? — Кто же вы на самом деле, прекрасная шпионка? — прошептал он так тихо, что услышать могла только я. Вместо того чтобы настаивать на ответе прямо сейчас, Кассиан лишь загадочно усмехнулся. В глубине зала мелодично прозвенел хрустальный гонг — сигнал к тому, что вечер переходит в официальную часть. — Похоже, наш разговор придётся ненадолго отложить, мисс Вернер, — произнёс он бархатным голосом, элегантно сгибая руку в локте. — Позволите проводить вас в главный зал? Ужин вот-вот подадут, а я не прощу себе, если оставлю столь внимательную гостью без компании. Отказать хозяину дома на глазах у десятков гостей означало бы привлечь к себе лишнее внимание. Я слегка коснулась пальцами его предплечья — даже сквозь тонкую ткань чёрной рубашки чувствовалась его спокойная, пугающая сила — и позволила ему провести себя сквозь высокие стеклянные двери. Главный зал пентхауса поражал размахом. Длинный стол из тёмного полированного обсидиана тянулся почти через всю комнату вдоль панорамных окон, за которыми сиял ночной мегаполис. Свечи в высоких серебряных канделябрах бросали мягкие блики на лица собравшихся: здесь смешались влиятельные люди города и древние вампиры, легко узнаваемые по безупречной осанке и ледяному спокойствию во взгляде. Меня усадили по правую руку от Кассиана — слишком близко, чтобы расслабиться, но идеально для того, чтобы слышать и видеть всё, что происходит за столом. Свой клатч с серебряным клинком я положила на колени, прикрыв его шёлковой салфеткой. Официанты бесшумно скользили вдоль стола, наполняя бокалы. В нашем мире давно сложился свой строгий этикет, понятный каждому без лишних слов. Смертным гостям разливали золотистое шампанское и изысканные вина, а перед бессмертными ставили тяжёлые рубиновые кубки с сублимированной кровью. Искусственный напиток был плотным, чуть матовым — его употребляли открыто, как символ цивилизованного мира. Настоящая же, живая кровь оставалась под строгим запретом на публике: охота на людей в городе каралась смертью, и лишь высшая знать позволяла себе редкие исключения в закрытых элитных клубах. Я сделала небольшой глоток шампанского, наблюдая, как Кассиан лениво крутит в пальцах свой бокал с сублиматом, но так и не притрагивается к нему. Его взгляд то и дело возвращался ко мне, словно он изучал каждый мой жест. Когда перемена блюд подошла к концу, в зале воцарилась тишина. Кассиан медленно поднялся со своего места во главе стола. Вся его фигура излучала властную, почти гипнотическую харизму — даже самые древние вампиры за столом невольно выпрямились. — Благодарю вас за то, что разделили со мной эту ночь, — его голос легко заполнил весь зал, не нуждаясь в микрофонах. — Наш город процветает потому, что мы научились ценить хрупкое равновесие. Люди и бессмертные за одним столом. Общие законы, общие интересы и чёткие границы, которые никто не смеет переступать. На последних словах он чуть повернул голову и посмотрел прямо на меня. В его грозовых глазах сверкнул холодный предупреждающий огонёк. — За мир, который мы охраняем, — закончил Кассиан, поднимая бокал. — И за тех, кто понимает, чем грозит нарушение правил. — За мир! — эхом отозвались гости, поднимая фужеры. Едва затих звон хрусталя, свет в зале стал чуть более приглушённым. Официанты начали убирать со стола, а из глубины гостиной донеслись первые тягучие аккорды виолончели и рояля. Гости начали подниматься из-за стола, разбиваясь на группы и выходя в центр зала. Кассиан наклонился ко мне, опираясь рукой о спинку моего стула. — Ужин окончен, мисс Вернер, — тихо прошептал он, и от его близости по коже снова пробежали мурашки. — А теперь, как я и обещал, вы заплатите мне за экскурсию одним танцем. ----------