<?xml version="1.0" encoding="UTF-8"?>
<FictionBook xmlns="http://www.gribuser.ru/xml/fictionbook/2.0" xmlns:l="http://www.w3.org/1999/xlink"><description><title-info><book-title>Строгий урок</book-title><author><first-name>Твоя</first-name><last-name>Агния</last-name><home-page>https://gigabooks.ru/tag/tvoia-agniia</home-page></author><annotation><p>Мария никогда не думала, что окажется по ту сторону решетки. Она — преподаватель университета, кандидат наук, женщина с безупречной репутацией. Но контракт с СИЗО меняет всё. Мужчины за железными столами. Глаза, которые раздевают её, оценивают, ищут слабину. И один из них — самый опасный, самый дерзкий, самый невыносимый. Он не слушает, не пишет, не смотрит на доску. Он смотрит только на неё. Он называет её "училка". Он бросает ей вызов при всех. Он заставляет её терять контроль, краснеть, злиться. Но когда она остаётся одна в своей идеальной квартире, она ловит себя на том, что думает о нём.</p></annotation><coverpage><image l:href="#cover.jpg"/></coverpage><lang>ru</lang><genre>romany</genre><genre>erotika</genre><genre>sovremennaia-proza</genre><genre>liubovnye-romany</genre><date value="2026-11-17">17.11.2026</date></title-info><document-info><author><first-name>FB2 Generator</first-name></author><program-used>FB2 Generator</program-used><date value="2026-11-17 03:38:06">17.11.2026 03:38:06</date><id>strogii-urok</id><version>1.0</version></document-info></description><body><title><p>Строгий урок</p></title><section><title><p>Глава 1</p></title><p>* Всё выдуманно, любые совпадения случайны.</p><p>Я открыла глаза за минуту до будильника. Так бывает, когда внутри закипает предвкушение — смесь азарта, адреналина и почти забытого ощущения, что сегодня случится что-то важное.</p><p>Я люблю первое сентября. Все годы работы в университете этот день был для меня праздником. Запах новых тетрадей, гул голосов в коридорах, робкие взгляды первокурсников, которые еще не знают, что их ждет. И мое любимое чувство — когда я стою у доски и вижу двадцать пар глаз, которые готовы меня слушать. Я чувствую себя нужной. Живой.</p><p>Сегодня это чувство было острее, чем обычно. Потому что сегодня было не только первое сентября. Сегодня был день, когда я переступлю порог СИЗО.</p><p>Моя первая лекция в стенах, где нет цветов и улыбок. Где звонки не звонят, а двери захлопываются с металлическим лязгом.</p><p>Я села на кровати, потянулась и скинула одеяло. За окном серело осеннее утро. Рядом на подушке посапывал муж. Александр всегда спал крепко, и я любила в такие минуты просто смотреть на него — расслабленного, беззащитного, с растрепанными волосами.</p><p>Он заворочался, почувствовав, что я встаю.</p><p>— Ммм... ты чего так рано? — пробормотал он, не открывая глаз.</p><p>— Первое сентября, Саш. Первая пара в девять.</p><p>— А, да, — он перевернулся на спину, приоткрыл один глаз, посмотрел на меня. Улыбнулся сонно. — Сегодня же у тебя еще...</p><p>Он не договорил. Я знала, что он хотел сказать. «Сегодня же у тебя еще этот твой контракт». Он не был против. Он просто волновался. И я не могла его за это винить.</p><p>— Саш, мы обсуждали, — мягко сказала я, вставая и направляясь в гардеробную.</p><p>— Я помню, — он поднялся следом, накинул халат и появился в дверях, опершись плечом о косяк. Взгляд у него был теплый, но обеспокоенный. — Я просто хочу убедиться, что ты уверена. Что ты готова.</p><p>Я обернулась к нему с белой блузкой в руках. Он смотрел на меня, и я видела в его глазах искреннюю заботу. Мы были вместе семь лет, и за это время он ни разу не дал мне повода сомневаться в его любви. Он был надежным, спокойным, заботливым. Иногда я думала, что мне повезло больше, чем я заслуживаю.</p><p>— Саш, я подписала контракт. Это моя работа. И я хочу этого.</p><p>— Но зачем тебе это? — он шагнул ближе, положил руки на мои плечи. — У тебя есть университет, студенты, кафедра. Ты можешь просто заниматься наукой, писать статьи...</p><p>— Могу, — согласилась я. — Но я хочу большего. Саш, я десять лет преподаю на кафедре. Я люблю свою работу. Но иногда мне кажется, что я стою на месте. Что я делаю одно и то же каждый день. А тут — вызов. Что-то новое. Я хочу попробовать.</p><p>— Даже если там опасно?</p><p>— Даже если там опасно, — я улыбнулась и коснулась ладонью его щеки. — Ты же знаешь меня. Я не из тех, кто отступает, когда страшно. И потом, это не просто мой каприз. Университет подписал соглашение с департаментом. Нужен преподаватель по деловому общению. Я была единственной, кто согласился.</p><p>Он вздохнул. Глубоко, протяжно. Провел рукой по моим волосам, заправил выбившуюся прядь за ухо.</p><p>— Я знаю. Я просто боюсь за тебя, Маш. Там сидят мужчины, которые не видели женщин годами. Они будут смотреть на тебя...</p><p>— Значит, я сделаю так, чтобы они слушали, а не смотрели, — я усмехнулась. — Я профессионал. Или ты забыл, как я заставляю первокурсников открывать рот от удивления на моих лекциях?</p><p>Он рассмеялся. Тихо, тепло.</p><p>— Ты невыносима, — сказал он.</p><p>— Знаю. Поэтому ты меня и любишь.</p><p>— Я люблю тебя за твою красоту и попку — он чмокнул меня в макушку. — А характер твой я просто терплю.</p><p>Я фыркнула, но улыбнулась. Вот такой он был — умел разрядить обстановку, перевести все в шутку. Я не могла представить свою жизнь без него. Но я также не могла представить свою жизнь без того, чтобы пробовать новое. Это не значило, что я его не любила. Это значило только то, что я хотела оставаться собой.</p><p>— Яичницу? — спросила я, направляясь на кухню.</p><p>— Давай, — он улыбнулся и пошел в душ.</p><p>На кухне я стояла у плиты и глядела, как белок сворачивается на раскаленной сковороде. Запах кофе наполнял квартиру. За окном просыпался город — слышался шум машин, голоса прохожих, где-то вдалеке играла музыка. Первое сентября.</p><p>Я думала о предстоящем дне. В девять утра — первая лекция для третьего курса филфака. "Основы деловой коммуникации". Студенты, которые уже знают меня, уважают, приходят на пары с удовольствием. Я люблю их. Но иногда мне хочется большего. Хочется видеть, как мои знания меняют людей, которые находятся на самом дне.</p><p>В два часа — СИЗО. Я прошла инструктаж неделю назад. Мне рассказали, что в группе пятнадцать человек. Возраст — от двадцати пяти до пятидесяти. Сроки — разные, от трех лет до двадцати. Половина не имеет даже среднего образования. Для многих я буду первым учителем за последние годы.</p><p>Страшно. Я не буду врать — страшно. Когда я думаю о том, что мне предстоит войти за решетку, у меня холодеет внутри. Но вместе со страхом приходит азарт. Желание доказать себе, что я могу. Что я не просто женщина, которая умеет красиво говорить. Я — тот, кто способен менять жизни. И после, я смогу дописать свою научную работу.</p></section><section><title><p>Глава 2</p></title><p>В университет я влетела за пятнадцать минут до начала, как всегда. Парковка была забита — первое сентября, родители с первокурсниками, суета. Я оставила машину на служебном месте и, цокая каблуками, почти бегом пересекла двор.</p><p>Корпус филфака встретил меня привычным гулом. Голоса, смех, топот ног. Кто-то бежал с распечатками, кто-то обнимался после летней разлуки. Пахло свежей краской — за лето стены перекрасили. И цветами — везде были цветы. Хризантемы, гладиолусы, герберы. Студенты дарили их преподавателям, и коридоры напоминали оранжерею.</p><p>Я шла по коридору, и меня узнавали. Кивали, улыбались. Первокурсники смотрели с открытыми ртами — наверное, кто-то им уже рассказал, что я доцент, кандидат наук и, цитирую коллег, «самая строгая, но и самая крутая преподавательница на кафедре».</p><p>Я улыбалась в ответ. Сегодня я была в своей стихии.</p><p>В аудиторию 307 я вошла за две минуты до звонка. Восемь пар глаз поднялись на меня одновременно. Третий курс филологического. Мои любимцы. Те, кого я вела со второго семестра первого курса. Те, кто уже знал, что у меня не прокатят отмазки про «собаку съела тетрадь» или «я не понял тему, поэтому не сделал».</p><p>— Доброе утро, — сказала я, ставя портфель на стол. — С первым сентября, товарищи студенты.</p><p>— Здравствуйте, Мария Александровна! — грянул хор голосов.</p><p>Я окинула их взглядом. Среди них — Света, моя любимая староста, ответственная и умная. Костя — вечный спорщик, который обожал доказывать, что я неправа, но делал это так талантливо, что я радовалась каждой его реплике. И Лена, тихоня, которая боялась поднять руку, но писала такие глубокие работы, что я ставила их в пример всем остальным.</p><p>— Как отдохнули? — спросила я, усаживаясь на край стола. Не за кафедру — это было слишком официально. Я всегда предпочитала быть ближе к ним.</p><p>— Хорошо! — выкрикнул Костя. — Только мы тут обсуждали, что по вашему предмету будет какой-то новый формат? Говорили, что вы теперь еще в СИЗО преподаете?</p><p>Я подняла бровь. Слухи распространялись быстрее, чем я ожидала.</p><p>— А ты откуда знаешь?</p><p>— А мне на кафедре вчера Людмила Петровна сказала.</p><p>Я вздохнула. Людмила Петровна — заведующая кафедрой — была той еще сплетницей. Но, с другой стороны, скрывать смысла не было.</p><p>— Да, это правда. С этого года я буду проводить лекции в СИЗО. Основы делового общения. Несколько раз в неделю.</p><p>В аудитории повисла тишина. Студенты переглянулись. Света округлила глаза.</p><p>— Мария Александровна, но там же опасно! — выпалила она. — Там же... там же убийцы!</p><p>— И насильники, — добавил кто-то из задних рядов.</p><p>Я усмехнулась.</p><p>— Да, я знаю, кто там сидит. Но они тоже люди. И им нужно образование. Особенно в деловой коммуникации — чтобы после освобождения уметь общаться с работодателями, писать заявления, проходить собеседования. У них почти нет шансов, если они не знают элементарных вещей.</p><p>— А вы не боитесь? — спросила Лена тихо.</p><p>Я посмотрела на неё. Милая, робкая, с большими глазами. Она всегда переживала за всех.</p><p>— Боюсь, — честно сказала я.</p><p>Они засмеялись. Напряжение спало.</p><p>— А как мы будем заниматься? — спросил Костя. — У нас же практика в основном. Мы будем симулировать собеседования, составлять письма... Вы же у нас хотите сделать не просто лекции, а реальные кейсы, да?</p><p>Я улыбнулась. Вот за что я любила этот курс — они помнили каждое мое слово.</p><p>— Правильно. Никакой скучной теории, только практика. Я подготовила программу, где мы будем разбирать реальные деловые ситуации. Вам это пригодится, когда вы пойдете на работу. Но сегодня — давайте просто поговорим. Расскажите, что вы читали летом. Я давала список.</p><p>Оживились все. Света начала рассказывать про новую книгу Пелевина, Костя вступил с ней в спор, спор перерос в дискуссию. Я сидела на краю стола, слушала, вставляла реплики, направляла. В такие моменты я чувствовала себя на своем месте. Здесь, в этой аудитории, я была нужна. Я была учителем. Я была тем человеком, который открывает двери в мир.</p><p>Звонок прозвенел незаметно. Студенты начали собирать вещи, но никто не спешил уходить — они обступили меня, задавали вопросы, шутили.</p><p>Я собрала вещи, вышла из аудитории. Коридоры уже опустели. Солнечный свет падал через высокие окна, пыль танцевала в воздухе. Я прошла мимо кабинета заведующей, заглянула на минутку.</p><p>— Мария, ты сегодня в СИЗО? — спросила Людмила Петровна, отрываясь от бумаг. Ей было под шестьдесят, вязаный кардиган, очки на цепочке — типичный образ старого преподавателя. Но глаза у неё были умные и цепкие.</p><p>— Да, первая лекция.</p><p>Она сняла очки, посмотрела на меня долгим взглядом.</p><p>— Знаешь, я до сих пор не уверена, что это хорошая идея. Но раз ты согласилась...</p><p>— Людмила Петровна, хоть Вы не причитайте.</p><p>— Знаю. Ты никогда не боялась. Но там, Мария, все по-другому. Там не студенты с распечатками. Там мужчины, которые потеряли всё. У них нет причин быть вежливыми.</p></section><section><title><p>Глава 3</p></title><p>Я медленно перевела взгляд на источник звука.</p><p>Там, откинувшись на спинку стула и положив ноги на стол, сидел он. Молодой, лет двадцати пяти, с выбритым затылком и татуировкой на шее. Шрам рассекал левую бровь. Глаза — темные, бездонные, смотрели на меня с наглой, вызывающей усмешкой.</p><p>Он выглядел так, будто ему было плевать на всё. На правила, на начальника, на меня. На весь мир.</p><p>Я выдержала паузу. Посмотрела ему прямо в глаза. Две секунды, не больше.</p><p>— Знаю, — ответила я спокойно. — И ты тоже, я надеюсь, знаешь, куда ты пришел. Учиться. Или я ошибаюсь?</p><p>Он усмехнулся, не отводя взгляда.</p><p>— Учиться, говоришь? — он медленно опустил ноги со стола, наклонился вперед. — Ну, учи. Только не обижайся, если я буду плохим учеником.</p><p>Я почувствовала, как по спине пробежал холодок. Но я не отвела взгляд.</p><p>— Ты будешь хорошим учеником, — сказала я, открывая портфель и достав конспект. — Иначе я просто поставлю тебе «неуд». А «неуд» в СИЗО — это, кажется, дополнительные проблемы.</p><p>Он рассмеялся. Громко, нагло. Но в его смехе не было веселья.</p><p>— А ты дерзкая, училка, — сказал он, облизнув губы. — Мне нравится.</p><p>Я почувствовала, как кровь прилила к лицу. Но заставила себя улыбнуться — холодно, профессионально.</p><p>— Мне не нужно, чтобы я тебе нравилась, — ответила я. — Мне нужно, чтобы ты учился.</p><p>Тишина повисла в классе. Остальные переглядывались. Кто-то ухмыльнулся, кто-то опустил глаза.</p><p>— Так, — сказала я громко, беря мел. — Запишем тему сегодняшнего занятия: "Структура делового письма. Отличия от личной переписки".</p><p>Я сделала глубокий вдох и повернулась к доске. Мел скрипнул, оставляя белый след на зеленой поверхности. Я писала, чувствуя, как их глаза буравят мою спину.</p><p>«Ты справилась, — сказала я себе. — Ты ответила достойно. Ты показала, кто здесь главная. Он просто проверяет границы, как любой трудный ученик. Ты справишься».</p><p>Я повернулась к классу, стараясь не смотреть в его сторону.</p><p>— Итак, деловое письмо отличается от личного по нескольким критериям, — начала я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Во-первых, структура. Во-вторых, лексика. В-третьих, цель. Личное письмо...</p><p>— А можно вопрос? — перебил он.</p><p>Я замерла. Медленно перевела взгляд на него. Он сидел, откинувшись на спинку стула, сложив руки на груди. Ухмылка не сходила с его лица.</p><p>— Мы только начали занятие, — сказала я холодно. — Я попрошу задавать вопросы после того, как я закончу объяснять тему.</p><p>— А я не про тему, — он наклонил голову, и в его глазах мелькнуло что-то хищное. — Я про тебя.</p><p>По классу пробежал смешок. Я сжала мел так, что он чуть не треснул в пальцах.</p><p>— Моя личная жизнь не относится к занятию.</p><p>— А я не про личную жизнь, — он усмехнулся, обвел взглядом мою фигуру, медленно, нагло. — Я про то, что ты сегодня пришла. В этом костюме. Ты специально так оделась? Чтобы мы смотрели?</p><p>Я почувствовала, как кровь прилила к лицу. Щеки горели. Я знала, что краснею — и ненавидела себя за это. Но его слова задели меня сильнее, чем он мог представить. Я старалась одеться максимально невызывающе. Темно-синий костюм, белая блузка с высоким воротником, никаких украшений, строгий пучок. Я думала, что это защитит меня. А он увидел в этом обратное. Он перевернул всё с ног на голову.</p><p>Он облизнул губы. Медленно. Нарочито. Я смотрела на него и не могла отвести взгляд. Это было похоже на гипноз.</p><p>— Тебе нравится, когда тебя дразнят, училка? — продолжил он, понизив голос. — Ты поэтому сюда пришла? Потому что дома скучно? Потому что муж не дает тебе того, что ты хочешь?</p><p>Я открыла рот, чтобы ответить, но он не дал мне сказать.</p><p>— Ты покраснела, — сказал он, и в его голосе появилось удовольствие. — Я вижу. Ты краснеешь, когда я говорю о тебе. Значит, я тебя задеваю. А если я тебя задеваю, значит, я тебе не безразличен.</p><p>— Это называется профессиональный интерес, — выдавила я, но мой голос дрогнул. Я была в шоке от его дерзости.</p><p>— Профессиональный? — он рассмеялся. — Да ты смотришь на меня, как на мужика. Я видел таких, как ты. Приходишь сюда, думаешь, что ты святая. Что ты спасаешь нас. А сама хочешь одного — чтобы тебя кто-то взял. По-настоящему. Грубо. Так, как твой муж не может.</p><p>Я чувствовала, как земля уходит из-под ног.</p><p>Я не знала, что ответить. Я готовилась к лекции. Я готовилась к тому, что они будут дерзкими. Но я не готовилась к этому. К тому, что он будет говорить такие вещи. К тому, что я не смогу найти слова.</p><p>«Скажи что-то. Сделай что-то. Ты же преподаватель. Ты справлялась с трудными студентами. Сделай что-нибудь!»</p><p>Я взяла себя в руки. Сделала глубокий вдох. И вдруг меня осенило. Самое простое. То, что я должна была сделать в самом начале.</p><p>— Как тебя зовут? — спросила я, глядя ему прямо в глаза.</p><p>Он замер. На его лице мелькнуло удивление. Он явно не ожидал такого вопроса.</p></section><section><title><p>Глава 4</p></title><p>Повисла тишина. Потом мужчина за первой партой — пожилой, с сединой в волосах и уставшим лицом — поднял руку.</p><p>— Михаил, — сказал он. — Я тут уже три года. Сейчас на пересдаче экзаменов.</p><p>Я кивнула. Записала его имя в блокнот. Он смотрел на меня спокойно, без агрессии. Казалось, он действительно хотел учиться.</p><p>— Михаил, приятно познакомиться.</p><p>Следующий поднялся — мужчина лет сорока, с глубокими морщинами на лице и тяжелым взглядом.</p><p>— Виктор, — сказал он коротко. Голос у него был низкий, хриплый. Он не улыбнулся, но и не дерзил. Просто назвал имя и сел.</p><p>— Спасибо, Виктор.</p><p>— Антон, — сказал третий. Молодой парень, лет двадцати пяти, с короткой стрижкой и татуировками на пальцах. Он смотрел на меня с любопытством, но без агрессии. Даже улыбнулся чуть заметно. — Я здесь второй год. Хочу получить образование, чтобы после выхода работать.</p><p>Я записала и его имя. Почувствовала, как внутри чуть теплеет. Не все были против меня.</p><p>— Молодец, Антон. Правильная цель.</p><p>— Сергей, — буркнул следующий. Мужчина лет пятидесяти, с седой щетиной и пустыми глазами. Он смотрел сквозь меня, будто меня не существовало.</p><p>— Николай, — сказал следующий. Высокий, худой, с длинными волосами, собранными в хвост. Он сидел у окна и смотрел на меня с ленивой усмешкой.</p><p>— Олег, — еще один. Молодой, на вид лет двадцать два, с детским лицом и испуганными глазами. Он смотрел на меня, как на спасительницу, и я почувствовала, как у меня сжалось сердце.</p><p>— Илья, — раздалось с последней парты. Парень с бритой головой и татуировкой на шее — какой-то сложный узор, почти как у Кирилла. Он смотрел на меня с вызовом, явно копируя поведение соседа. — А ты, Мария Александровна, замужем?</p><p>Я подняла бровь.</p><p>— Это не относится к занятию, Илья.</p><p>— А я просто спросил, — он усмехнулся. — Интересно же. Красивая женщина приходит в СИЗО. Муж, наверное, не знает, куда ты ходишь?</p><p>По классу пробежал смешок. Я почувствовала, как кровь снова приливает к лицу. Второй. Еще один.</p><p>— Мой муж знает, куда я хожу, — ответила я холодно. — И я не вижу смысла обсуждать это на занятии. Илья, ты хочешь учиться или будешь мешать?</p><p>Он пожал плечами, но ухмылка с его лица не исчезла.</p><p>— Учиться хочу, — сказал он. — Но если у тебя есть муж, то зачем ты здесь? Денег не хватает?</p><p>Я почувствовала, как внутри закипает злость. Но я не позволила себе сорваться. Сделала глубокий вдох и посмотрела на него в упор.</p><p>— Илья, я здесь не из-за денег. Я здесь, потому что я хочу помочь. Если тебе не нужна моя помощь — ты можешь не приходить на занятия. Но если ты пришел, ты будешь слушать и работать. Это ясно?</p><p>Он скрестил руки на груди, но промолчал. Я перевела взгляд на остальных.</p><p>— Кто еще не представился?</p><p>— Данила, — сказал последний. Мужчина с густой бородой и добрыми глазами. Не знаю, что он делал здесь, но он смотрел на меня с теплотой, почти как отец на дочь.</p><p>Я записала все имена. Кирилл, Михаил, Виктор, Антон, Сергей, Николай, Олег, Илья, Данила. Девять мужчин. Девять судеб. Девять пар глаз, которые смотрели на меня по-разному. Но один взгляд выделялся среди всех — его.</p><p>— Так, — сказала я громко, поворачиваясь к доске. — Запишем тему сегодняшнего занятия: «Структура делового письма. Отличия от личной переписки». И, Кирилл, — я повернулась к нему, — если хочешь получить «отлично», тебе придется работать.</p><p>Он улыбнулся. Широко, почти искренне.</p><p>— Я буду работать, Мария Александровна, — сказал он. — Обещаю.</p><p>Но я знала, что это была не просто улыбка. Это была игра.</p><p>Занятие длилось полтора часа, но мне показалось, что прошла вечность.</p><p>Я говорила о структуре писем, о том, как правильно оформлять шапку, обращение, подпись. Я старалась не смотреть на него, не думать о нем. Но его взгляд жёг затылок. Я чувствовала его на своей спине, на шее, на руках, когда я писала на доске.</p><p>Они слушали по-разному. Михаил и Антон записывали, старательно выводя буквы. Олег смотрел на меня с открытым ртом, как студент-первокурсник. Виктор хмурился, но явно вникал. Николай и Сергей сидели с каменными лицами, но я видела, что они слушают.</p><p>А Илья и Кирилл перешептывались на задней парте. Я слышала их голоса, но старалась не обращать внимания. Пока они не начали смеяться.</p><p>— Илья, Кирилл, — сказала я, поворачиваясь к ним. — Вам есть что сказать вслух?</p><p>Илья усмехнулся, но промолчал. Кирилл поднял глаза на меня.</p><p>— Мы обсуждаем твою лекцию, — сказал он. — Очень интересно.</p><p>— Тогда поделись с классом, — я скрестила руки на груди. — Что именно тебе интересно?</p><p>Он посмотрел на меня. Долго, пристально. Потом медленно облизал губы.</p><p>— Мне интересно, как ты умудряешься выглядеть так... по-деловому, — сказал он. — И при этом быть такой, что у моего соседа стоит на тебя.</p></section><section><title><p>Глава 5</p></title><p>Я въехала во двор, заглушила двигатель и несколько секунд просто сидела, глядя на светящиеся окна нашей квартиры на пятом этаже. Там горел теплый желтый свет. Александр уже вернулся.</p><p>Я посмотрела на свои руки. Они все еще дрожали. Я сжала их в кулаки, потерла ладони, пытаясь унять эту противную дрожь.</p><p>«Ты справилась, — сказала я себе в сотый раз. — Ты выдержала. Ты ответила ему. Ты не сломалась».</p><p>Но внутри все еще кипело. Его лицо. Его голос. Его глаза, которые на мгновение потеряли наглость и стали... злыми. Обиженными. Как будто я задела что-то важное.</p><p>«Ты ничего не знаешь обо мне».</p><p>Я тряхнула головой, прогоняя мысли. Не сейчас. Я не хочу думать о нем сейчас. Я хочу домой. К мужу. К нормальной жизни. К тому, что было безопасным и правильным.</p><p>Я вышла из машины, захлопнула дверь и направилась к подъезду. Лифт поднимался медленно, и я смотрела на цифры этажей, стараясь дышать ровно. На пятом этаже я вышла, достала ключи и открыла дверь.</p><p>— Маш? — раздался голос Александра из гостиной. — Ты уже приехала? Я думал, ты будешь позже.</p><p>— Привет, — сказала я, ставя ключи в вазочку и снимая туфли. Голос звучал нормально. Я сама удивилась, насколько нормально. — Да, я освободилась пораньше.</p><p>Я прошла в гостиную. Александр стоял у стола, поправляя салфетки. Он выглядел свежим, отдохнувшим, в светлой рубашке с закатанными рукавами. На столе стояли две тарелки, бокалы, свечи. Пахло вкусной едой.</p><p>— Ого, — я улыбнулась, стараясь, чтобы улыбка выглядела естественно. — Ты подготовился.</p><p>— А как же, — он подошел ко мне, обнял, поцеловал в висок. — У моей жены первый день на новой работе. Я должен отметить это должным образом.</p><p>Я прижалась к нему на мгновение, вдыхая знакомый запах его одеколона. Запах дома. Безопасности. Всего того, что было моей жизнью до сегодняшнего дня.</p><p>— Пойду переоденусь, — сказала я, высвобождаясь из объятий. — Я быстро.</p><p>— Только не в джинсы, — крикнул он мне вслед. — Я хочу видеть тебя красивой.</p><p>Я усмехнулась, но внутри кольнуло. Хочет видеть меня красивой. А какую меня хотел видеть он? Тот, другой? Злой, обиженный, с темными глазами и сжатыми челюстями?</p><p>Я вошла в спальню, закрыла дверь и прислонилась к ней спиной. Закрыла глаза.</p><p>«Не думай о нем, — приказала я себе. — Ты дома. Ты с мужем. Ты в безопасности».</p><p>Я сняла строгий костюм. Сняла белую блузку. Сняла белье. И надела то, что любил Александр. Тонкое шелковое платье цвета бордо, которое красиво облегало фигуру. Распустила волосы, они упали на плечи мягкими волнами. Добавила немного туши и блеска для губ.</p><p>В зеркале отражалась красивая женщина. Ухоженная. Уверенная. Счастливая.</p><p>Я почти поверила в это.</p><p>Я вышла в гостиную. Александр свистнул, когда увидел меня.</p><p>— Шикарно выглядишь, — сказал он, подходя ближе. — Но ты всегда выглядишь шикарно.</p><p>— Ты предвзят, — улыбнулась я.</p><p>— Возможно. Но это не делает мои слова менее правдивыми.</p><p>Он поцеловал меня в губы, и я ответила на поцелуй. Мягкий, теплый, безопасный. Совсем не такой, как тот, о котором я не хотела думать.</p><p>— Я заказал столик в "Венеции", — сказал он. — Поехали, пока все не остыло?</p><p>— Поехали.</p><p>Мы вызвали такси и спустились вниз. Ночь была теплой, осенней, с легким ветром и пахнущей дождем землей. Город сверкал огнями. Машины неслись по улицам, где-то играла музыка.</p><p>Мы ехали в такси, и Александр держал меня за руку. Его ладонь была теплой, уверенной. Я чувствовала себя в безопасности. И в то же время где-то внутри царапало: «Ты ничего не знаешь обо мне».</p><p>Нет. Не сейчас. Пожалуйста.</p><p>Ресторан "Венеция" был нашим любимым местом. Маленький, уютный, с настоящей итальянской кухней и приглушенным светом. Нас встретил знакомый официант, провел за столик у окна. Город светился за стеклом, свечи мерцали, музыка тихо играла где-то в углу.</p><p>— Ну, рассказывай, — сказал Александр, разливая по бокалам красное вино. — Как прошел твой первый день? Как университет?</p><p>— Университет как обычно, — пожала я плечами. — Студенты рады, все цветы, улыбки. Я соскучилась по ним, честно.</p><p>— А СИЗО? — он посмотрел на меня с легким беспокойством. — Как там?</p><p>Я сделала глоток вина. Терпкое, сухое, приятно обжигает горло. И задержалась с ответом ровно на мгновение дольше, чем следовало.</p><p>— Нормально, — сказала я. — Все прошло хорошо.</p><p>— Правда? — он прищурился. — Ты выглядишь уставшей. Ничего не случилось?</p><p>— Нет, — я улыбнулась. — Просто волновалась. Переживала. Но все нормально. Слушали, записывали. Есть те, кто хочет учиться.</p><p>Я не рассказывала ему о Кирилле. О том, как он сидел на задней парте, смотрел на меня с ненавистью и злостью. О том, как он провоцировал меня. О том, как я ответила ему про его жизнь. О том, как его лицо изменилось в ту секунду.</p></section><section><title><p>Глава 6</p></title><p>Я проснулась оттого, что кто-то ворочался рядом. Сон был тягучим, липким, полным каких-то обрывков — серые стены, решетки, голоса. Я не могла вспомнить, что именно мне снилось, но чувство тревоги осталось. Какая-то тяжёлая, липкая тревога, от которой хотелось стряхнуть её, как мокрое одеяло.</p><p>— Ммм... — раздалось рядом. — Ты уже проснулась?</p><p>Я приоткрыла глаза. В комнате было серо, утро только начиналось, за окнами ещё не разогнался туман. Александр лежал на боку, подперев голову рукой, и смотрел на меня с той самой улыбкой. Утренней. Мягкой. Сонной.</p><p>— Доброе утро, — сказал он. — Как спалось?</p><p>Я попыталась улыбнуться, но улыбка вышла вялой.</p><p>— Снилась какая-то чушь. Не выспалась толком. Всё ворочалась, никак не могла уснуть.</p><p>— Жалко, — он провёл пальцем по моей щеке. — Мне снилась ты. Хороший сон.</p><p>Я знала, что сейчас будет. По его голосу, по тому, как он смотрел. По тому, как его рука уже скользнула под одеяло, коснулась моего бедра. Я была слишком уставшей, чтобы сопротивляться. И слишком виноватой перед ним, чтобы отказать.</p><p>Я всё ещё чувствовала ту тяжесть на душе. Он-то не знал, как я провела вчерашний вечер — отстранённая, молчаливая, пытающаяся притвориться, что всё хорошо. А я чувствовала себя так, будто тащила на плечах что-то тяжёлое, но не могла понять, что именно.</p><p>— Ты хочешь? — спросил он, и в его голосе уже была хрипотца. Тот самый голос, который я знала так хорошо.</p><p>— Да, — ответила я, хотя внутри ничего не откликалось. Пустота. Только усталость и желание, чтобы это поскорее закончилось.</p><p>Он поцеловал меня, и я ответила. Я закрыла глаза и позволила ему делать всё, что он хочет. Его руки двигались по моему телу, привычные, знакомые. Я чувствовала его дыхание, его губы, его прикосновения. И ничего не чувствовала.</p><p>«Почему? — спросила я себя. — Почему я не хочу его сегодня? Почему я не могу получить удовольствие?»</p><p>Александр был нежным. Он всегда был нежным. Он любил меня и хотел, чтобы я чувствовала себя хорошо. Он двигался медленно, старательно, пытаясь доставить мне удовольствие. А я лежала с закрытыми глазами и чувствовала только усталость.</p><p>Я открыла глаза, посмотрела на Александра. Он был так близко. Такой родной. Такой знакомый. Я любила его. Правда любила. Но в этот момент я чувствовала только пустоту.</p><p>— Маш? — он заглянул мне в глаза. — Ты со мной?</p><p>— Да, — я улыбнулась, провела пальцами по его волосам. — Я с тобой.</p><p>Он поцеловал меня в губы, и я позволила себе просто плыть. Позволила своему телу реагировать, даже если внутри всё было пустым. Я не хотела, чтобы он знал. Я не хотела его обижать. Он был не виноват в том, что я сегодня не могу расслабиться. Виновата была только я. Моя усталость. Мой стресс. Моя голова, забитая какими-то обрывками сна и тревоги.</p><p>Когда всё закончилось, он лег рядом, тяжело дыша. Я лежала с открытыми глазами, глядя в потолок.</p><p>— Ты как? — спросил он.</p><p>— Хорошо, — соврала я.</p><p>И я знала, что это ложь. Потому что я ничего не чувствовала. Совсем ничего. Я даже не приблизилась к оргазму. Я просто лежала и ждала, когда он закончит. И ненавидела себя за это.</p><p>«Что со мной происходит? — спрашивала я себя. — Я просто устала? Или это из-за вчерашнего стресса?»</p><p>Он поцеловал меня в плечо и встал.</p><p>— Я сделаю кофе. Ты как хочешь — кофе или чай?</p><p>— Кофе, — сказала я. — Спасибо.</p><p>Он ушёл на кухню, а я осталась лежать, глядя в потолок. Я чувствовала себя отвратительно. Я только что занималась любовью с мужчиной, которого любила, и чувствовала ничего, кроме пустоты. Я не могла понять, почему. Я просто списывала это на усталость, на нервный день, на новую работу.</p><p>«Это пройдёт, — сказала я себе. — Это просто стресс. Первый день на новой работе. Я переволновалась. Всё наладится».</p><p>Я села на кровати, провела руками по лицу. Встала, надела халат и пошла в ванную. Встала под душ, закрыла глаза. Горячая вода стекала по телу, и я пыталась смыть с себя это чувство пустоты. Но оно не уходило.</p><p>«Сегодня будет лучше, — уговаривала я себя. — Сегодня я не буду так волноваться. Я уже знаю, что меня ждёт. Я справлюсь».</p><p>Я выключила воду, вытерлась и посмотрела на себя в зеркало. Тени под глазами, бледная кожа. Я выглядела так, будто не спала неделю.</p><p>«Тебе нужно взять себя в руки, — сказала я своему отражению. — Ты взрослая женщина. Ты справишься с любыми трудностями».</p><p>Я вышла на кухню. Александр стоял у плиты, жарил яичницу. Запах масла и кофе наполнил квартиру. За окном уже светило солнце, и город просыпался. Всё было таким нормальным. Таким правильным. Таким безопасным.</p><p>— Садись, — сказал он, ставя тарелку передо мной. — Поешь. Тебе нужно сил.</p><p>Я улыбнулась и взяла вилку. Я ела, пила кофе, слушала, как он рассказывает о планах на день. Он говорил о встречах, о переговорах, о том, что сегодня будет поздно. Я кивала, улыбалась, что-то отвечала.</p><p>Но я чувствовала себя странно. Как будто я была не здесь. Как будто я смотрела на себя со стороны. Я слышала свой голос, но он звучал отстранённо. Я видела свои руки, но они двигались как будто сами по себе.</p></section><section><title><p>Глава 7</p></title><p>Я стояла у железных ворот СИЗО и чувствовала, как внутри всё сжимается. Вчерашний день ещё не отпустил меня — он висел на плечах тяжелым грузом, от которого ныла спина и гудело в висках. Я сделала глубокий вдох, поправила жакет и шагнула внутрь.</p><p>Процедура входа была уже знакомой. Проверка документов, сдача телефона, пластиковый браслет на запястье. Я шла по длинному коридору, и каждый шаг отдавался эхом в пустоте. Запах хлорки и сырости ударил в нос, и я почувствовала, как к горлу подступает тошнота.</p><p>«Ты справишься, — сказала я себе. — Ты уже была здесь. Ты знаешь, что тебя ждёт».</p><p>Но ноги дрожали. Я чувствовала это, когда шла по кафельному полу. Внутри всё тряслось — от страха, от напряжения, от того, что я не знала, что меня ждёт за этой дверью. Вчерашнее унижение ещё не выветрилось из памяти. Его голос, его слова, его глаза — всё это крутилось в голове, не давая покоя.</p><p>Я остановилась перед дверью класса. Сделала глубокий вдох. Ещё один. И ещё.</p><p>«Ты профессионал. Ты справишься».</p><p>Я взялась за ручку, толкнула дверь и вошла.</p><p>В классе было тихо. За железными столами сидели знакомые лица — Михаил, Антон, Виктор, Олег, Данила, Николай, Сергей. Они подняли головы, посмотрели на меня. Кто-то кивнул, кто-то просто смотрел. Но я не видела его.</p><p>Я обвела взглядом класс. Первая парта, вторая, третья. Последняя, где он сидел вчера. Пусто.</p><p>Я почувствовала, как внутри что-то дрогнуло. Смесь облегчения и... чего-то ещё. Чего-то, чему я не могла дать название.</p><p>«Его нет, — поняла я. — Его нет сегодня».</p><p>Я медленно прошла к кафедре, поставила портфель, достала конспект. Руки всё ещё дрожали, но уже не так сильно. Я чувствовала, как напряжение начинает отпускать.</p><p>— Здравствуйте, — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Сегодня мы продолжим тему делового общения. Но сначала — давайте посмотрим, как вы справились с домашним заданием.</p><p>Я взяла в руки стопку тетрадей, которые они оставили вчера. Поправила очки, которых у меня не было, и поняла, что просто нервничаю. Сделала ещё один вдох и начала занятие.</p><p>Занятие шло тяжело. Они были разные — слишком разные. Михаил старательно записывал каждое моё слово, будто боялся пропустить что-то важное. Антон задавал вопросы, и я видела, что он действительно хочет понять. Олег сидел с открытым ртом и смотрел на меня с таким восторгом, что мне становилось неловко.</p><p>Но были и другие. Николай смотрел в окно, явно думая о чём-то своём. Сергей сидел с каменным лицом и не проявлял никаких эмоций. Илья, сосед Кирилла, время от времени усмехался, но молчал. Данила слушал, но в его глазах я видела усталость. Глубокую, долгую усталость человека, который уже не ждёт от жизни ничего хорошего.</p><p>— Илья, — сказала я, когда он в очередной раз усмехнулся. — Тебе что-то кажется смешным?</p><p>Он пожал плечами.</p><p>— Просто вспомнил кое-что, — сказал он лениво. — Неважно.</p><p>— Если ты думаешь, что это неважно, — ответила я, — то, возможно, ты ошибаешься. Здесь всё важно. Каждое слово. Каждый вопрос. Если ты не понимаешь — спроси. Не прячься за усмешками.</p><p>Он поднял бровь, но не ответил. Я перевела взгляд на Сергея.</p><p>— Сергей, ты можешь сказать, какие три элемента обязательно должны быть в деловом письме?</p><p>Он медленно поднял голову, посмотрел на меня пустыми глазами.</p><p>— Не знаю, — сказал он. — Я это не учил.</p><p>— Это мы и будем учить, — ответила я. — Записывай.</p><p>Он взял ручку, но я видела, как он безразличен. Он не хотел учиться. Он просто отбывал время. Я чувствовала это, и внутри меня закипала лёгкая злость.</p><p>«Я пришла сюда, чтобы помогать, — думала я. — А они не хотят помогать сами себе».</p><p>Но я не позволяла себе сорваться. Я говорила спокойно, объясняла, приводила примеры. Я старалась найти подход к каждому — к Михаилу, который хотел учиться, к Антону, который искал возможность, к даже к Илье, который скрывал свою неуверенность за наглостью.</p><p>Через час я почувствовала, что устала. Голос начал садиться, голова гудела. Я посмотрела на часы — оставалось ещё полчаса. И я поняла, что если сейчас сделаю перерыв, то просто не смогу продолжить.</p><p>— Хорошо, — сказала я. — Давайте разберём несколько примеров. Кто хочет прочитать письмо, которое он написал?</p><p>Антон поднял руку. Я кивнула. Он начал читать, и я слушала его с благодарностью. Он старался. Он реально старался. И это помогало мне держаться.</p><p>Когда занятие закончилось, я почувствовала невыносимую усталость. Но вместе с ней — странное облегчение. Я не сорвалась. Я не дала им увидеть свой страх. Я провела занятие.</p><p>Заключенные начали подниматься, их выводили надзиратели. Я стояла у кафедры, собирая вещи, и чувствовала, как напряжение постепенно уходит.</p><p>— Мария Александровна, — раздался голос.</p><p>Я подняла голову. Михаил стоял передо мной. Его лицо было серьёзным, в глазах — что-то похожее на уважение.</p><p>— Спасибо, — сказал он. — За занятие. Вы хорошо объясняете.</p></section><section><title><p>Глава 8</p></title><p>Следующие несколько дней прошли легко. На удивление легко.</p><p>Я просыпалась утром, пила кофе с Александром, ехала в университет. Дни были заполнены привычной суетой — лекции, семинары, проверка работ, разговоры с коллегами в коридорах. Я снова чувствовала себя Марией Александровной, доцентом, экспертом, человеком, который знает своё место в мире.</p><p>Вечерами мы с Сашей ужинали, смотрели фильмы, обсуждали планы. Он был внимательным, заботливым, и я с благодарностью принимала его тепло. Жизнь вошла в свою колею. Я почти забыла о том, что было в первый день. Почти убедила себя, что это был просто стресс, что я справилась, что теперь всё будет нормально.</p><p>Коллеги в университете всё ещё интересовались моей новой работой.</p><p>— Ну как там, Мария? — спрашивала Людмила Петровна, поправляя очки. — Не жалеешь, что согласилась?</p><p>— Всё нормально, Людмила Петровна. Работа есть работа.</p><p>— А говорят, там какие-то бандиты сидят, — вставляла молодая преподавательница с кафедры иностранных языков. — Маш, ты не боишься?</p><p>— Ну, не все же бандиты, — отвечала я. — Есть те, кто хочет учиться.</p><p>Я говорила это легко, даже с улыбкой. Я сама верила в то, что говорила. Всё нормально. Я справляюсь.</p><p>Я не думала о пятнице. Зачем? Это был просто ещё один рабочий день. Да, я должна была провести две лекции в СИЗО — сначала в женской группе, потом в мужской. Но это была просто работа. Я справлюсь.</p><p>Я не думала о нём. Я даже не позволяла себе вспоминать тот день. Он был просто неприятным эпизодом, который остался в прошлом. Я не хотела возвращаться к нему.</p><p>Но пятница наступила.</p><p>Я проснулась от будильника, как обычно. За окном было серо, осеннее небо висело низко, собираясь дождём. Я потянулась, зевнула и села на кровати. Рядом сопел Александр.</p><p>«Сегодня пятница, — подумала я. — Последний день рабочей недели. Потом выходные».</p><p>Я встала, приняла душ, оделась. Строгий серый брючный костюм, белая блузка, пучок. Я смотрела на себя в зеркало и думала о предстоящем дне. Университет, потом СИЗО. Две лекции. Ничего особенного.</p><p>Я вышла на кухню, налила кофе. Александр уже проснулся, вышел ко мне, обнял со спины.</p><p>— Сегодня пятница, — сказал он. — У тебя СИЗО?</p><p>— Да, — ответила я, отпивая кофе. — Две лекции. Сначала женщины, потом мужчины.</p><p>— Тяжёлый день, — он поцеловал меня в макушку. — Ты справишься.</p><p>— Конечно, — улыбнулась я. — Я всегда справляюсь.</p><p>Я поцеловала его в губы и вышла из дома.</p><p>Университетские лекции прошли как обычно. Я стояла у доски, говорила, улыбалась, отвечала на вопросы. Студенты слушали, записывали, иногда спорили. Всё было привычно и спокойно.</p><p>Дорога была привычной. Я ехала по шоссе, смотрела на серые стены, которые появлялись на горизонте, и чувствовала лёгкое напряжение. Но оно было нормальным — рабочим. Я не боялась. Я просто делала свою работу.</p><p>На КПП я прошла проверку, сдала телефон, надела браслет. Я шла по коридору, и каждый шаг отдавался эхом в пустоте. Запах хлорки и сырости ударил в нос, но я почти привыкла к нему.</p><p>«Сначала женщины, — напомнила я себе. — Это будет легче».</p><p>Я зашла в класс. Женщины сидели за партами — пятнадцать человек, разные возраста. Они смотрели на меня с любопытством, но без агрессии.</p><p>— Здравствуйте, — сказала я, ставя портфель на кафедру. — Сегодня мы начнем тему делового общения.</p><p>Занятие прошло легко. Они слушали, задавали вопросы, записывали. Я отвечала, объясняла, приводила примеры. Время пролетело незаметно. Когда прозвенел звонок, я почувствовала лёгкое удовлетворение.</p><p>— На сегодня всё, — сказала я, собирая вещи. — Домашнее задание — написать резюме. Сдадите на следующем занятии.</p><p>Женщины начали подниматься, за ними наблюдали надзиратели. Я осталась одна в классе.</p><p>«Теперь мужчины, — подумала я. — И это будет просто ещё одно занятие».</p><p>Я вышла из класса и направилась в другую часть здания. Я шла по коридору, и сердце билось ровно. Я не думала о нём. Я думала о том, что скажу, о структуре занятия, о том, как лучше подать материал.</p><p>Я толкнула дверь и вошла.</p><p>Они уже ждали меня. Все сидели на своих местах. И он. На последней парте, у окна. Он смотрел на меня, и его взгляд был тяжелым, почти гипнотическим. Я почувствовала, как внутри все сжалось, но я не отвела глаз.</p><p>И тогда я заметила.</p><p>У него была рассечена бровь. Над левым глазом — свежая, еще не зажившая рана. Кровь уже запеклась, но вокруг был синяк, который начинал расползаться по веку. Его лицо выглядело жестче, даже злее, чем обычно.</p><p>Я заставила себя отвернуться. Я не должна была смотреть на него. Я не должна была замечать. Я — преподаватель, он — ученик. Никаких мыслей на его счет.</p><p>Я медленно прошла к кафедре, поставила портфель. Сделала глубокий вдох.</p><p>— Добрый день, — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Сегодня мы продолжаем тему деловых писем. На прошлом занятии мы разбирали структуру, сегодня перейдем к практике.</p></section><section><title><p>Глава 9</p></title><p>Я осталась стоять, прижавшись спиной к доске. Ноги дрожали. Руки дрожали. Всё тело дрожало. Я чувствовала его запах на своей коже. Чувствовала его губы на своей шее. Чувствовала его пальцы на своём бедре. Чувствовала его толчки, которые всё ещё отдавались будто внутри меня.</p><p>Я медленно опустилась на стул. Закрыла глаза. Сердце всё ещё колотилось где-то в горле. Я дышала тяжело, прерывисто.</p><p>«Что это было? — спросила я себя. — Что он сделал со мной?»</p><p>Я смотрела на свои руки. Они всё ещё дрожали. Я сжала их в кулаки.</p><p>«Почему я не оттолкнула его? Почему я не закричала? Почему я просто стояла?»</p><p>«Так наверное и ведут себя жертвы, — подумала я. — Цепенеют. Не могут пошевелиться. Не могут закричать. Просто стоят и чувствуют».</p><p>Я почувствовала, как к горлу подступает ком. Я не плакала. Я просто сидела и смотрела в одну точку, пытаясь осмыслить то, что произошло.</p><p>«Он сказал, что я хочу его. Что я мокрая. Что моё тело говорит правду».</p><p>Я закрыла глаза, и передо мной снова возникло его лицо. Его глаза, которые горели темным огнём. Его голос, который шептал мне в ухо грязные вещи. Его руки, которые сжимали моё тело.</p><p>«Это неправда, — сказала я себе. — Я не хочу его. Я не хочу этого. Я просто испугалась. Я просто не могла пошевелиться. Это нормальная реакция на угрозу».</p><p>«Нет. Я не хочу его. Я люблю мужа. У меня нормальная жизнь. Я не хочу этого».</p><p>Я встала, собрала вещи и вышла из класса. Процедура выхода была как в тумане — сдача браслета, возвращение телефона, тяжелая дверь, которая захлопнулась за спиной. Я вышла на улицу, села в машину и поехала домой.</p><p>Я ехала по шоссе, сжимая руль. Я смотрела на дорогу, но не видела её. Перед глазами стояло его лицо. Я чувствовала его прикосновения на своей коже. Я чувствовала его запах в своих волосах.</p><p>Я нажала на газ, пытаясь ускориться, пытаясь убежать от этих мыслей. Но они не отставали. Они были внутри меня. Они были на моей коже.</p><p>Я приехала домой. Поднялась в лифте. Открыла дверь.</p><p>В квартире было темно и тихо. Александра не было. Я вспомнила, что он говорил о встрече с партнёрами — он будет поздно.</p><p>Я закрыла дверь, прислонилась к ней спиной и несколько секунд просто стояла, чувствуя, как дрожат ноги. В коридоре было темно, только свет из окна падал на пол, и я видела свои руки — они всё ещё дрожали.</p><p>Я прошла в спальню. Разделась. Сняла блузку, которая всё ещё хранила его запах. Сняла брюки, на которых я чувствовала его прикосновения. Сняла бельё, которое было влажным.</p><p>Я зашла в ванную. Включила воду. Горячую, почти обжигающую.</p><p>Я встала под душ и закрыла глаза. Вода стекала по моему телу, смывая его прикосновения, его запах, его следы на моей коже. Я стояла под струями и пыталась смыть с себя то, что он сделал со мной.</p><p>Я стояла под душем час. Может, больше.</p><p>Я терла кожу мочалкой, снова и снова, особенно там, где он прикасался ко мне. Шея. Бёдра. Ягодицы. Я тёрла их почти до боли, пока кожа не покраснела, пока не стало щипать.</p><p>«Я должна смыть это, — думала я. — Я должна забыть это. Я должна вернуться к нормальной жизни».</p><p>«Ты хочешь меня».</p><p>«Нет, — ответила я ему в своей голове. — Нет, не хочу».</p><p>«Ты мокрая».</p><p>«Это от страха, — сказала я себе. — Это просто реакция на угрозу. Это не значит, что я хочу его».</p><p>«Ты хочешь, чтобы я тебя взял».</p><p>«Нет. Нет. Нет».</p><p>Я открыла глаза, выключила воду и вышла из душа. Я смотрела на себя в зеркало. На шее, чуть выше ключицы, я увидела красное пятно. След от его губ. Он оставил его на моей коже — там, где целовал меня.</p><p>Я провела пальцами по этому месту и почувствовала, как внутри всё сжимается.</p><p>В квартире было слишком пусто, слишком тихо, слишком много места для мыслей, которые кружились в моей голове, как осы в банке.</p><p>Я налила себе бокал красного вина. Сделала глоток. Потом ещё один. Тёплое, терпкое вино разлилось по телу, немного притупляя остроту ощущений. Я стояла у окна, смотрела на ночной город и ждала.</p><p>Ждала Александра.</p><p>Ждала, чтобы кто-то вернул меня к нормальной жизни. Чтобы его голос, его руки, его присутствие стёрли то, что произошло сегодня.</p><p>Я выпила ещё немного. Полбокала. Потом долила. Я не была пьяна — просто чуть расслаблена, чуть смелее, чуть менее скована.</p><p>Когда я услышала, как в замке поворачивается ключ, я встала и пошла в коридор.</p><p>— Привет, — сказал Александр, закрывая дверь. — Ты ещё не спишь? А я думал, ты уже...</p><p>Он не договорил. Я подошла к нему, обняла, прижалась всем телом. Он пах свежестью и городом. Безопасно. Привычно. Нормально.</p><p>— Маш? — удивился он. — Ты чего?</p><p>— Я скучала, — сказала я, и голос мой был чуть хриплым от вина. — Ты так долго.</p><p>— Ну, переговоры затянулись, — он обнял меня в ответ, но я чувствовала, что он немного растерян. — Ты пила?</p></section><section><title><p>Глава 10</p></title><p>Я открыла глаза и увидела серый утренний свет, пробивающийся сквозь шторы. Тело было тяжёлым, голова слегка гудела. Я взглянула на часы на тумбочке — 7:03. Вспомнила, что сегодня суббота, и с облегчением закрыла глаза.</p><p>Выходной. Никакого университета. Никакого СИЗО.</p><p>Я перевернулась на бок, уткнулась носом в подушку и провалилась обратно в сон.</p><p>В следующий раз я открыла глаза в 10 утра. Солнечный свет уже заливал комнату, и я почувствовала на себе взгляд мужа. Я повернула голову и встретилась глазами с Александром.</p><p>Он лежал на боку, подперев голову рукой, и смотрел на меня. В его глазах было беспокойство. Он ждал, когда я проснусь.</p><p>— Привет, — сказала я, улыбнувшись. — Ты давно не спишь?</p><p>— Не очень, — ответил он. — Я смотрел на тебя. Ты так крепко спала.</p><p>Я потянулась, чувствуя, как тело отзывается приятной ломотой. Сон был глубоким, без сновидений.</p><p>— Как ты себя чувствуешь? — спросил он, и в его голосе всё ещё была та обеспокоенная нотка. — Голова не болит?</p><p>— Нет, — я покачала головой. — Всё нормально.</p><p>— Ты не злишься на меня? — спросил он тихо. — За вчерашнее?</p><p>Я посмотрела на него. Его глаза были встревоженными. Он действительно думал, что я была пьяна и что я буду жалеть.</p><p>— Саш, — я придвинулась к нему, коснулась его щеки. — Я не злюсь. Ты был прав. Я выпила немного, но я была не настолько пьяна, чтобы не понимать, что делаю. Я просто… хотела тебя.</p><p>— Ты была странная, — сказал он мягко, но я видела, что он не до конца успокоился. — Ты была какая-то… не своя.</p><p>— Просто день был тяжёлый, — сказала я.</p><p>Он внимательно посмотрел на меня. Я видела, как он колеблется, хочет сказать что-то ещё. И я знала, что он скажет.</p><p>— Маш, — сказал он, и в его голосе появилась та самая нотка, которую я знала слишком хорошо. — Что там такое происходит? Ты каждый раз возвращаешься какая-то другая. Ты стала отстранённой, ты постоянно думаешь о чём-то. Вчера ты вообще была сама не своя.</p><p>Я почувствовала, как внутри всё сжалось. Я не хотела говорить об этом. Не сейчас.</p><p>— Всё нормально, Саш. Новая работа, новый график. Мне просто нужно привыкнуть.</p><p>— Это не похоже на простую усталость, — он сел на кровати, и я видела, как он сжал челюсти. — Маш, я знаю тебя десять лет.</p><p>Я тоже села, чувствуя, как внутри поднимается раздражение. Он давил на меня. Он требовал ответов, которых я не могла дать.</p><p>— Я не вру, — сказала я, и голос мой стал резче, чем я хотела. — Я просто не хочу обсуждать это. Почему ты не можешь просто поверить мне?</p><p>— Потому что я вижу, что с тобой что-то происходит! — он повысил голос.</p><p>Я почувствовала, как внутри закипает злость. Он не понимал. Он не мог понять.</p><p>— Да, это тяжело, Саш! — вырвалось у меня. — Эти мужчины, эти взгляды, эти… — я осеклась, понимая, что сказала лишнее.</p><p>Он замер. Его глаза сузились.</p><p>— Какие взгляды? Маш, что там происходит?</p><p>Я поняла, что зашла слишком далеко. Я не могла сказать ему правду. Не могла сказать ему, что один из них прижимал меня к доске. Что я чувствовала его тело. Что я не оттолкнула его.</p><p>— Ничего, — сказала я слишком быстро. — Просто они смотрят. Все смотрят. Ты же говорил, что они не видели женщин годами. Мне просто тяжело от этого. И всё.</p><p>— Тогда уйди! — он тоже встал, и я увидела, как он взволнован. — Ты можешь разорвать контракт! Я просил тебя! Я говорил тебе, что это опасно!</p><p>— Я не хочу уходить! — выкрикнула я. — Это моя работа!</p><p>— Зачем ты тогда это делаешь? — его голос дрогнул. — Зачем ты мучаешь себя?</p><p>— Потому что я не могу иначе! — выкрикнула я, и слёзы уже текли по щекам. — Потому что если я сдамся, если я уйду, то я буду знать, что я слабая! Что я не справилась! Что я сбежала!</p><p>— Ты не слабая, Маша! — он схватил меня за плечи, встряхнул. — Но это не значит, что ты должна ломать себя ради какой-то дурацкой идеи!</p><p>— Это не дурацкая идея! — я сбросила его руки. — Это моя жизнь! Это то, что я выбрала! Почему ты не можешь просто поддержать меня?</p><p>— Потому что я вижу, что ты возвращаешься оттуда не собой! — его голос сорвался на крик. — Ты приезжаешь бледная, пьёшь вино, ведёшь себя как чужой человек! Ты думаешь, я не вижу, что ты там что-то скрываешь?</p><p>Я замерла. Его слова ударили точно в цель. Я действительно скрывала. Я скрывала Кирилла. Я скрывала то, что произошло.</p><p>— Я ничего не скрываю, — выдавила я.</p><p>— Врёшь! — он ударил кулаком по стене, и я вздрогнула. — Ты врёшь мне в лицо, Маша! Я тебя не узнаю! Ты стала другой!</p><p>— Я не чужая! — крикнула я в ответ. — Я просто устала!</p><p>— Тогда уйди оттуда! — он снова схватил меня за плечи. — Уйди. Я найду тебе другую работу. Я поговорю с ректором. Я всё решу. Просто уйди.</p><p>— Нет! — я вырвалась. — Я не хочу, чтобы ты что-то решал за меня! Я не хочу быть твоей куклой, которая сидит дома и ждёт тебя с работы! Я хочу быть кем-то! Я хочу что-то значить!</p></section><section><title><p>Глава 11</p></title><p>Воскресенье тянулось медленно. Мы с Александром почти не разговаривали после вчерашней ссоры — он ходил хмурый, я делала вид, что всё нормально. Мы позавтракали в тишине, потом он уехал в спортзал, а я осталась дома одна.</p><p>Я сидела на диване с чашкой чая, листала ленту в телефоне, но не видела ни строчки. В голове крутились обрывки вчерашнего разговора. «Ты стала другой». «Я не знаю, кто ты». «Со мной всё нормально».</p><p>Я закрыла глаза и откинулась на подушку. Тишина давила на уши. Я была одна со своими мыслями, а это было опаснее, чем любые разговоры.</p><p>И тут в дверь позвонили.</p><p>Я вздрогнула, посмотрела на часы — половина второго. Александр не мог вернуться так рано. Я встала, подошла к двери и посмотрела в глазок.</p><p>За дверью стояла девушка. Невысокая, с копной тёмных волнистых волос, в лёгком пальто, с чемоданом на колёсиках и огромной улыбкой на лице.</p><p>Я замерла. Потом распахнула дверь.</p><p>— Привет, сестрёнка! — завопила она, и её голос заполнил весь подъезд.</p><p>— Катя?! — я не поверила своим глазам. — Ты… ты как здесь?</p><p>— Извини, что не предупредила! — она бросилась мне на шею, обняла так крепко, что я чуть не задохнулась. — Я хотела сделать сюрприз! Сюрприз удался?</p><p>— Ты с ума сошла! — я обняла её в ответ, чувствуя, как внутри разливается тепло. — Ты же в Америке должна быть! У тебя же работа!</p><p>— Работа подождёт, — она отстранилась и посмотрела на меня своими огромными карими глазами, в которых плясали черти. — Я соскучилась. И у меня был отпуск. И я подумала: почему бы не прилететь к любимой сестре?</p><p>Я смотрела на неё и не могла поверить. Катя. Моя младшая сестра. Она всегда была такой — лёгкой на подъём, спонтанной, умной не по годам. Ей всего двадцать три, но иногда мне казалось, что она мудрее меня. Она уехала в Америку два года назад — учиться, работать, жить. Мы созванивались раз в неделю, но я не видела её почти год.</p><p>— Проходи, — я отступила, пропуская её в квартиру. — Господи, ты с чемоданом. Ты надолго?</p><p>— На две недели, — она закатила чемодан в прихожую и скинула пальто. — Если ты меня не выгонишь, конечно.</p><p>— Я тебя не выгоню, — я улыбнулась. — Александр будет рад.</p><p>— А где он, кстати? — она огляделась. — На работе?</p><p>— В спортзале. Вернётся скоро.</p><p>— Отлично, — она прошла в гостиную, огляделась, присвистнула. — Ну, у вас тут шикарно. Как всегда. Идеально, чисто, дорого. Сестра, ты живёшь в музее.</p><p>Я рассмеялась. Впервые за долгое время. Катя всегда умела поднять настроение. Она была как свежий ветер — врывалась в жизнь и переворачивала всё с ног на голову.</p><p>— Ты голодная? — спросила я. — Я могу что-то приготовить.</p><p>— Давай, — она плюхнулась на диван, поджав ноги. — Рассказывай. Как ты? Как работа? Как муж? Я хочу всё знать.</p><p>Я пошла на кухню, начала готовить. Катя сидела на диване и тараторила без умолку — рассказывала про свою жизнь в Нью-Йорке, про работу, про парней, про то, как она скучает по дому.</p><p>— А ты как? — она вдруг посмотрела на меня внимательно. — Ты какая-то не такая.</p><p>Я замерла с ножом в руке.</p><p>— Что ты имеешь в виду?</p><p>— Не знаю, — она пожала плечами. — Ты выглядишь… напряжённой. Как будто что-то случилось.</p><p>Я усмехнулась. Она всегда была проницательной. Слишком проницательной.</p><p>— Всё нормально, — сказала я. — Просто устала. У меня новая работа.</p><p>— Какая?</p><p>— Я преподаю в СИЗО.</p><p>Катя замолчала. Я обернулась и увидела, что она смотрит на меня с округлившимися глазами.</p><p>— Ты что, серьёзно?</p><p>— Серьёзно.</p><p>— Ты преподаёшь… заключённым?</p><p>— Да.</p><p>— В тюрьме?</p><p>— В СИЗО. Это следственный изолятор.</p><p>— Господи, Маша, — она покачала головой. — Ты всегда была сумасшедшей. Но это… это новый уровень.</p><p>— Это работа, — сказала я. — Кто-то должен это делать.</p><p>— И как оно? — она подалась вперёд. — Страшно?</p><p>Я замерла. Внутри всё сжалось. Я не хотела говорить об этом. Не хотела вспоминать. Не хотела думать о нём.</p><p>— Бывает, — сказала я уклончиво. — Но я справляюсь.</p><p>Катя смотрела на меня долгим взглядом. Я чувствовала, что она видит больше, чем я хочу показать.</p><p>— Маш, — сказала она тихо. — Ты уверена, что всё нормально?</p><p>— Уверена, — ответила я, и голос мой прозвучал твёрже, чем я планировала. — Со мной всё нормально.</p><p>Она не стала настаивать. Просто кивнула и перевела тему. Но я знала — она запомнила. Катя всегда запоминала. И всегда возвращалась к тому, что её зацепило.</p><p>Через час вернулся Александр. Он удивился, увидев Катю, но обрадовался — он всегда хорошо к ней относился.</p></section><section><title><p>Глава 12</p></title><p>В понедельник я приехала в университет раньше обычного. После выходного дня с Катей было легче — её присутствие, её болтовня, её смех как будто отодвинули то, что сидело внутри меня, на второй план. Я даже почти убедила себя, что всё нормально.</p><p>Почти.</p><p>Я шла по коридору, здоровалась с коллегами, улыбалась студентам. Обычное утро. Обычный день.</p><p>Я зашла в кабинет, сняла пальто, включила компьютер. И тут в дверях появилась Людмила Петровна — заведующая кафедрой. В руках она держала какие-то бумаги.</p><p>— Мария, — сказала она, поправляя очки. — Зайди ко мне на минуту.</p><p>Я кивнула и пошла за ней. В её кабинете было душно, пахло бумагой и кофе. Она села за стол, жестом показала мне на стул.</p><p>— У меня новости, — сказала она, перебирая бумаги. — Хорошие и не очень. С какой начать?</p><p>— С любой, — ответила я, чувствуя, как внутри что-то настораживается.</p><p>— Плохая: Ирина Сергеевна заболела. Воспаление лёгких. Она выпала на две недели минимум. Мне нужен человек, который закроет её часы. Ты подходишь идеально.</p><p>Я замерла.</p><p>— В смысле?</p><p>Она посмотрела на меня поверх очков.</p><p>— Твои лекции в СИЗО на этот период отменяются. Я уже подписала приказ. Ты заменяешь Ирину Сергеевну, ведёшь её группы. Это временно, на две недели. Потом вернёшься в СИЗО.</p><p>Я смотрела на неё и не могла поверить. Две недели. Две недели без СИЗО.</p><p>Внутри меня разлилось что-то странное. Облегчение. Настоящее, глубокое облегчение, от которого я чуть не рассмеялась. Я не пойду туда. Мне не нужно будет видеть его. Не нужно будет бояться. Не нужно будет чувствовать.</p><p>Но где-то в глубине, в самой тёмной части моего сознания, что-то сжалось. Что-то, чему я не хотела давать название.</p><p>— Мария? — голос Людмилы Петровны вернул меня в реальность. — Ты меня слышишь?</p><p>— Да, — я кивнула. — Да, конечно. Я согласна.</p><p>— Отлично, — она улыбнулась. — Тогда с сегодняшнего дня ты ведёшь её группы. Вот расписание, — она протянула мне листок. — Первая пара у второго курса, в 302 аудитории. Вопросы есть?</p><p>— Нет, — я взяла листок. — Всё понятно.</p><p>Я вышла из кабинета. В коридоре было шумно — студенты бежали на пары, кто-то смеялся, кто-то спорил. Обычная университетская жизнь. Я стояла посреди этого шума и чувствовала, как напряжение покидает моё тело.</p><p>Две недели. Целых две недели.</p><p>Я не увижу его. Не почувствую его взгляд. Не услышу его голос. Не буду думать о том, что он сделает в следующий раз.</p><p>Я почти поверила, что это спасение.</p><p>Я зашла в аудиторию 302. Второкурсники сидели за партами, шумели, переговаривались. Я вошла, поставила портфель, оглядела их. Двадцать пар глаз уставились на меня. Любопытных, сонных, равнодушных.</p><p>— Доброе утро, — сказала я. — Меня зовут Мария Александровна. Я заменяю Ирину Сергеевну. Сегодня мы начинаем новую тему.</p><p>Я говорила. Студенты слушали — кто-то внимательно, кто-то нет. Я писала на доске, задавала вопросы, отвечала. Обычная лекция. Обычная работа.</p><p>И это было хорошо. Это было нормально. Это было безопасно.</p><p>Полторы недели пролетели незаметно.</p><p>Я не заметила, как понедельник сменился вторником, как дни побежали один за другим, заполненные лекциями, семинарами, проверкой работ. Я входила в аудитории, говорила, писала на доске, отвечала на вопросы. Обычная университетская жизнь. Обычная работа. Обычная я.</p><p>И это было хорошо.</p><p>Вечерами мы с Катей гуляли. Она тащила меня в парки, на набережную, в маленькие кофейни, о которых я даже не знала. Мы сидели часами, пили чай, болтали. О родителях. О детстве. О том, как мы жили в маленькой квартире на окраине, как мама пекла пироги по выходным, как папа учил нас кататься на велосипеде.</p><p>— Помнишь, как ты упала с велика и разбила коленку? — спросила Катя, улыбаясь. — Ты ревела так, что соседи сбежались.</p><p>— Я не ревела, — возразила я. — Я просто… громко дышала.</p><p>— Ага, конечно, — она рассмеялась.</p><p>Я улыбнулась. Тёплая волна накрыла меня. Воспоминания о родителях были светлыми, хотя боль от потери всё ещё жила где-то глубоко. Пять лет. Целая жизнь без них.</p><p>— Я скучаю по ним, — сказала Катя тихо. — Иногда так сильно, что не могу дышать.</p><p>— Я тоже, — ответила я. — Каждый день.</p><p>Мы замолчали. Смотрели на воду, на огни города, на людей, которые проходили мимо. Я чувствовала, как Катя берёт меня за руку. Её ладонь была тёплой и сухой.</p><p>— Ты знаешь, — сказала она, — мама бы гордилась тобой.</p><p>— Думаешь?</p><p>— Уверена. Ты стала такой… сильной. Независимой.</p><p>Я смотрела на неё и чувствовала, как внутри что-то сжимается.</p><p>— Я не сильная, — прошептала я.</p><p>Дома с мужем мы почти не разговаривали. Александр приходил поздно, я тоже. Мы встречались на кухне, обменивались парой фраз о еде, о погоде, о планах на завтра. Он не спрашивал про СИЗО. Я не говорила. Он думал, что я хожу туда. Я не стала его разубеждать. Мне было проще, чтобы он думал, что всё по-прежнему.</p></section><section><title><p>Глава 13</p></title><p>Я вернулась домой, когда уже стемнело. Квартира встретила меня тишиной.</p><p>Александра не было — наверное, задержался на встрече. Я была этому рада. Мне нужно было побыть одной.</p><p>Я сняла пальто, сбросила туфли и прошла в ванную. Открыла краны. Горячая вода с шумом устремилась в ванну, наполняя комнату паром. Я добавила соль, немного масла лаванды — всё, чтобы заглушить его запах, который, казалось, впитался в мою кожу.</p><p>Я разделась. Сняла строгую юбку, блузку, бельё. Забралась в воду. Горячая. Почти обжигающая. Я погрузилась по плечи, откинула голову на бортик и закрыла глаза.</p><p>Пар окутал меня. Тишина. Только шум воды и стук моего сердца.</p><p>И тогда я позволила себе вспомнить.</p><p>Я вошла в класс, и первое, что я почувствовала — его взгляд. Он сидел на последней парте, у окна, как всегда. Но сегодня он не усмехался. Не смотрел с вызовом. Просто смотрел. Тихо. Внимательно.</p><p>Когда занятие закончилось, я собирала вещи. Заключённые начали подниматься и выходить.</p><p>Но Кирилл не встал.</p><p>Он сидел, запрокинув руки за голову, откинувшись на спинку стула. И ждал. Демонстративно. Спокойно. Смотрел, как выходят другие. Как закрывается дверь за последним заключённым.</p><p>И тогда я поняла, что он владеет ситуацией. Он знает, что никто не зайдёт. Надзиратель ушёл. Мы пока одни.</p><p>Я смотрела на него. Он смотрел на меня.</p><p>— Кирилл, — сказала я, и голос мой прозвучал хрипло. — Тебе нужно выйти, занятие окончено.</p><p>Он не ответил. Просто смотрел. А потом медленно опустил руки. Встал.</p><p>Я видела, как он поднимается. Как его тело разворачивается ко мне. Как он делает первый шаг. Медленно. Слишком медленно. Как хищник, который знает, что жертва не убежит.</p><p>— Я думал, ты сбежишь, — сказал он тихо. Голос низкий, с хрипотцой. — Думал, что после прошлого раза ты не вернёшься. Что испугаешься. Что напишешь заявление. Что попросишь перевести тебя куда-нибудь. Я был уверен.</p><p>Он сделал второй шаг. Я попятилась. Инстинктивно. Слепо. Один шаг. Второй. И упёрлась спиной в доску. Холод пронзил позвоночник. Я вжалась в неё, будто могла стать меньше.</p><p>Он снова подошёл вплотную. Навис.</p><p>Я почувствовала что-то дикое. Первобытное. Он был огромным. Широкие плечи перекрыли свет, и я оказалась в его тени. Маленькая. Запертая. Беспомощная.</p><p>— Но ты вернулась, — продолжил он. — Ты снова здесь. Стоишь передо мной. И я, честно говоря, удивлён.</p><p>Он наклонился ближе. Так близко, что я чувствовала его дыхание на своём лице. Горячее. Сбитое. Тяжёлое.</p><p>— Зачем ты вернулась? — спросил он. — Дома скучно? Или тебе понравилось то, что было в прошлый раз? А?</p><p>Я открыла рот, чтобы ответить. Но не успела. Он резко схватил меня. Пальцы впились в бока. Рывком. Так, что я почувствовала каждую мышцу его тела. Твёрдого. Напряжённого. Горячего.</p><p>— Я надеялся, что не увижу тебя, — прошептал он мне в лицо. — Надеялся, что ты окажешься умнее. Что ты сбежишь. Что ты больше не придёшь.</p><p>Его руки скользнули вниз. Легли на мои ягодицы. Сжали. Крепко. Собственнически. Притянули меня ещё ближе. Я почувствовала его пах. Через ткань юбки. Через ткань его робы. Твёрдый. Горячий.</p><p>— Но ты не сбежала, — продолжил он. — Ты пришла снова. Ты сама напрашиваешься, Мария Александровна. Ты понимаешь это?</p><p>Я молчала. Смотрела на него широко открытыми глазами. Сердце колотилось где-то в горле. Я не могла дышать.</p><p>— Ты сама пришла, — повторил он. — Сама вернулась. Сама стоишь здесь. Значит, ты хочешь этого. Значит, ты не будешь потом жаловаться.</p><p>Он наклонился к моей шее. Я почувствовала его нос на своей коже. Он втянул воздух. Медленно. Глубоко. Будто пробовал меня на вкус. Будто запоминал мой запах.</p><p>— Ты пахнешь духами, — сказал он тихо. — И чем-то ещё. Чем-то сладким. Чем-то, что я хочу попробовать.</p><p>Я задрожала. Всем телом. Мелкой, противной дрожью. Которая шла откуда-то изнутри. Из самого низа живота.</p><p>— Ты сама напросилась.— прошептал он мне в шею.</p><p>Его руки на моих ягодицах сжались сильнее. Притянули меня вплотную. Я почувствовала его всего. Каждый сантиметр. Каждую мышцу. И я поняла, что не могу пошевелиться. Не могу оттолкнуть. Не могу закричать.</p><p>Видя, что я не реагирую отказом, он резко перевернул меня к себе спиной. Одним движением. Сильным. Властным. Я даже не успела понять, что произошло — просто почувствовала, как холодная доска прижалась к моей груди, к щеке, к ладоням, которые я выставила вперёд, чтобы не упасть.</p><p>Я стояла спиной к нему. Лицом к доске. Запертая между холодом и жаром его тела за спиной.</p><p>Он не дал мне опомниться. Его руки скользнули к моей талии. Пальцы нашли край юбки. И он резко задрал её вверх. Юбка-карандаш, узкая, длинная, задралась до самой талии. Ткань собралась складками на пояснице. Я почувствовала холод воздуха на своих ногах. На бёдрах. На ягодицах. И тонкую ткань колготок — единственное, что ещё отделяло меня от него.</p><p>А потом он шлёпнул.</p></section><section><title><p>Глава 14</p></title><p>Александр вернулся только ночью. Я слышала, как повернулся ключ в замке, как он тихо снял обувь в коридоре, как прошёл на кухню. Я лежала в кровати, притворяясь спящей. Дыхание ровное. Глаза закрыты. Руки под одеялом.</p><p>Он зашёл в спальню. Постоял в дверях. Я чувствовала его взгляд. Он смотрел на меня долго. Потом вздохнул. Разделся. Лёг рядом.</p><p>Он не прикоснулся ко мне. Не обнял. Не поцеловал. Просто лёг на свою половину и отвернулся.</p><p>Я лежала с закрытыми глазами и слушала, как он дышит. Как постепенно его дыхание становится ровным. Как он засыпает.</p><p>Я не спала. Я смотрела в темноту и думала.</p><p>Думала о том, что он чувствует. Что он думает. Что он подозревает. Думала о том, что между нами выросла стена. Что мы стали чужими. Что я сама построила эту стену. Своими руками.</p><p>Утром Александр ушёл рано. Я даже не слышала, как он собирался. Просто открыла глаза — а его уже не было. На тумбочке лежала записка. «Уехал на встречу. Вернусь поздно. Не жди».</p><p>Я смотрела на эти слова. И чувствовала... ничего. Пустоту. Как будто всё выгорело внутри. Как будто не осталось ничего, что могло бы болеть.</p><p>Я встала. Приняла душ. Сварила кофе. И села у окна.</p><p>Телефон завибрировал. Катя.</p><p>— Маш, — её голос был бодрым, но я слышала под ним беспокойство. — Ты как?</p><p>— Нормально.</p><p>— Ты вчера была не «нормально». Ты была «на грани».</p><p>— Я в порядке. Честно.</p><p>Она помолчала. Я слышала, как она ходит по комнате. Как что-то переставляет. Как пытается найти слова.</p><p>— Маш, — сказала она наконец. — Я весь полёт не спала. Думала.</p><p>— О чём?</p><p>— О нём.</p><p>— И что ты надумала?</p><p>— Маш, а за что он сидит?</p><p>Я замерла. Чашка в руке дрогнула. Кофе плеснулся на подоконник. Я смотрела на тёмное пятно и не могла пошевелиться.</p><p>— Что?</p><p>— За что он сидит? — повторила Катя. — Ты знаешь?</p><p>Я открыла рот. И поняла, что не знаю. Я никогда не спрашивала. Никогда не думала. Никогда не задумывалась. Он был просто Кириллом. Просто заключённым. Просто мужчиной, который прижимал меня к доске и делал со мной то, от чего я теряла себя.</p><p>— Я... — я сглотнула. — Я не знаю.</p><p>— Ты не знаешь? — голос Кати стал резким. — А если он убийца? — продолжала Катя. — А если он насильник? А если он сидит за то, что сделал с женщиной? Ты подумала об этом?</p><p>— Он не похож...</p><p>— На кого? — перебила она. — На убийцу? Маша, они все не похожи. Они все выглядят нормальными. Они все умеют быть обаятельными. Они все знают, как заманить. Именно поэтому они там.</p><p>Я закрыла глаза. Сердце колотилось где-то в горле. Руки дрожали. Я поставила чашку на подоконник, чтобы не уронить.</p><p>— Ты думаешь, он может быть опасен?</p><p>— Я думаю, что ты не знаешь, с кем имеешь дело. — её голос дрогнул.</p><p>Я молчала. Потому что она была права. Я ничего не знала о нём. Я знала только его глаза. Его голос. Его руки. Его запах. Его вкус. Но я не знала, кто он.</p><p>— Что мне делать? — прошептала я.</p><p>— Узнай, — сказала Катя. — Узнай, за что он сидит. И тогда решай.</p><p>— Как?</p><p>— Не знаю. Спроси. Или посмотри в интернете. Или... — она замолчала. — У тебя же есть доступ к документам? Ты же преподаватель. Ты можешь посмотреть его дело?</p><p>— Нет, я не знаю. Может быть.</p><p>— Тогда узнай. Пожалуйста. Прежде чем будет поздно.</p><p>Я кивнула. Хотя она не видела.</p><p>— Хорошо, — сказала я. — Я узнаю.</p><p>— Обещай.</p><p>— Обещаю.</p><p>Она вздохнула. Я слышала, как она устала. Как она волнуется. Как она боится за меня.</p><p>Я ехала в университет и думала. Думала о том, что сказала Катя. Думала о том, что я действительно ничего не знаю о нём.</p><p>Он выглядел нормальным. Вполне нормальным. Не похожим на убийцу. Не похожим на насильника. Может, наркотики? Может, кража? Может, что-то ещё?</p><p>Я не знала. И мне нужно было узнать.</p><p>Я не знала, что искать. Не знала, где искать. Не знала, имею ли я право.</p><p>«Как? — думала я. — Как мне узнать?»</p></section><section><title><p>Глава 15</p></title><p>Я перебирала варианты. Один за другим. И каждый отпадал.</p><p>Спросить напрямую у начальника? Нет. Я не могла. Это не входило в мои обязанности. Это не касалось учебного процесса. Это было личное дело заключённого, и мне бы никто не сказал. А если бы я спросила — это вызвало бы подозрения. Майор не дурак. Он бы понял, что я спрашиваю не просто так.</p><p>Посмотреть в документах? Нет. У меня не было доступа. Я была преподавателем, а не сотрудником. Мне не давали личные дела. Мне давали только список группы и расписание.</p><p>Спросить у других заключённых? Нет. Это было бы ещё хуже. Они бы поняли. Они бы рассказали ему. И тогда он узнал бы, что я копаю под него. А он не хотел, чтобы я знала. Он ясно дал это понять.</p><p>Спросить у него самого? Нет. Или скажет что-то, что напугает меня. Или соврёт. Он мог соврать.</p><p>Я не находила ответа. Ни один вариант не подходил. Ни один не был безопасным. Ни один не давал гарантии, что я узнаю правду.</p><p>А потом была лекция у женщин.</p><p>Я приехала в СИЗО к двенадцати. Женская группа. Они сидели за партами, смотрели на меня. Спокойно. Без агрессии. Они хотели учиться.</p><p>Задавали вопросы. Одна из них — молодая, лет двадцати пяти — спросила, как правильно написать резюме, если есть судимость. Я ответила. Другая — постарше — спросила, что говорить на собеседовании. Я объяснила.</p><p>Занятие прошло спокойно. Более или менее.</p><p>Когда всё закончилось, я собрала вещи.</p><p>И пошла к выходу.</p><p>Коридор. КПП. Сдача браслета. Возвращение телефона. Я шла к двери, которая вела на улицу.</p><p>И тут он окликнул меня.</p><p>— Мария.</p><p>Я обернулась. Молодой охранник. Тот самый, который обычно стоял на КПП. Лет двадцати семи. Светлые волосы. Улыбка. Он смотрел на меня. И в его глазах было что-то. Что-то, что я видела раньше. Что-то, что я знала.</p><p>— Да? — сказала я.</p><p>Он подошёл ближе. Облокотился на стойку. Смотрел на меня. Улыбался.</p><p>— Как вам здесь? — спросил он. — Тяжело?</p><p>— Нормально, — ответила я. — Работаю.</p><p>— Я вижу, — он кивнул. — Вы хорошо держитесь. Не все могут. Некоторые преподаватели приходят — и через неделю уходят. Не выдерживают. А вы держитесь.</p><p>— Спасибо.</p><p>Он помолчал. Смотрел на меня. Я чувствовала его взгляд. Не неприятный. Но настойчивый. Он флиртовал. Я поняла это сразу. По тому, как он стоял. По тому, как смотрел. По тому, как улыбался.</p><p>— А вы не боитесь? — спросил он. — Здесь же... всякие.</p><p>— Боюсь, — сказала я честно. — Но это работа.</p><p>— Смелая, — он улыбнулся шире. — Мне нравятся смелые.</p><p>Я смотрела на него. И вдруг поняла. Вот он. Шанс. Этот парень. Он здесь работает. Он знает заключённых. Он знает, кто за что сидит. Он может знать.</p><p>Я почувствовала, как внутри всё сжимается. Но я не подала вида. Улыбнулась. Спокойно. Профессионально.</p><p>— Спасибо, — сказала я. — Приятно слышать.</p><p>Он оживился. Понял, что я не отвергаю. Что я не отталкиваю. Что я готова говорить.</p><p>— А вы давно здесь работаете? — спросила я, стараясь, чтобы голос звучал легко. Непринуждённо.</p><p>— Третий год, — ответил он. — Всё знаю. Всех знаю.</p><p>— Правда? — я подняла бровь. — И заключённых?</p><p>— И заключённых, — он кивнул. — У нас тут всякие. Есть и серьёзные. Есть и не очень.</p><p>Я чувствовала, как сердце колотится где-то в горле. Но я держала лицо. Спокойное. Профессиональное. Немного заинтересованное.</p><p>— Интересно, — сказала я. — А вы не расскажете? Мне просто любопытно. С кем я работаю.</p><p>Он посмотрел на меня. Внимательно. Я видела, как он думает. Как взвешивает. Как решает, можно ли мне доверять.</p><p>— А что именно вы хотите знать? — спросил он.</p><p>— Ну, — я пожала плечами. — Например, есть ли у меня в группе кто-то, кто опасен. Кто-то, за кем нужно следить. Вы же понимаете. Мне нужно быть осторожной.</p><p>Он кивнул. Серьёзно. Понимающе.</p><p>— Есть, — сказал он. — Но не в вашей женской группе. В мужской. Там есть парочка.</p><p>— Какие? — спросила я, стараясь, чтобы голос не дрогнул.</p><p>Он усмехнулся. Облокотился на стойку удобнее. Видно было, что ему нравится быть в центре внимания. Нравится, что красивая женщина слушает его. Нравится чувствовать себя важным.</p><p>— Ну, — начал он, загибая пальцы. — Во-первых, Музимов. У него пятая ходка. За причинение тяжких телесных. Он мужик здоровый, вспыльчивый. Чуть что — сразу в драку. Вы с ним поосторожнее. Не перечьте. Не смотрите в глаза долго.</p><p>Я кивнула. Запомнила. Музимов. Пятая ходка. Тяжкие телесные.</p><p>— Дальше, — продолжил охранник. — Воронов. Этот вообще персонаж. Вор в законе. И фамилия у него соответствующая, — он противно посмеялся, будто рассказал удачную шутку. — Ворон. Воронов. Смешно же.</p></section><section><title><p>Глава 16</p></title><p>Я почувствовала, как что-то оборвалось внутри. Как будто кто-то резко дёрнул за нитку, и всё, что было нанизано на неё, рассыпалось. Мысли. Чувства. Картинка.</p><p>Убийство. Он сидит за убийство.</p><p>— Своего партнера по бизнесу, — продолжил охранник, и в его голосе звучала гордость. Гордость человека, который знает больше, чем должен. — Из-за денег.</p><p>Я смотрела на него. И чувствовала, как внутри всё рушится. Медленно. По кусочку. Убийство. Он убил человека. Он отнял чью-то жизнь. Он — убийца.</p><p>Я взяла себя в руки. Нельзя показывать. Нельзя, чтобы он понял, что это для меня значит. Нельзя, чтобы он понял, что я спрашиваю не просто так.</p><p>— У них был общий бизнес. Что-то связанное с поставками. Ну, знаете, как это бывает. Деньги, ссоры, дележ. И... — он провёл пальцем по горлу. — Всё. И нет человека.</p><p>— Спасибо, — сказала я. — Вы мне очень помогли.</p><p>— Обращайтесь, — охранник улыбнулся. — Всегда рад помочь красивой женщине.</p><p>Я вышла из СИЗО. Села в машину. Завела двигатель. Но не поехала. Просто сидела. Смотрела на руль. И чувствовала, как внутри всё сжимается. Как пустота разливается по телу.</p><p>Я закрыла глаза. И снова увидела его лицо. Его глаза. Его улыбку. Ту самую, торжествующую, когда он понял, что я не смогу сдержаться.</p><p>В следующий раз я приехала в СИЗО по расписанию. Прошла КПП, сдала телефон, надела браслет. Всё как всегда. Руки не дрожали. Сердце билось ровно. Я знала, что теперь всё будет по-другому.</p><p>Я знала, кто он. И это знание давило на меня. Тяжёлым грузом. Холодным камнем. Оно лежало где-то в груди и не давало дышать. Но я держалась. Я умела держаться.</p><p>Я шла по коридору и думала о том, что скажу ему. Как посмотрю в глаза. Как спрошу. Или не спрошу. Я не знала. Я не решила. Я просто шла. И ждала. Ждала, когда увижу его. Когда увижу убийцу.</p><p>Я вошла в класс.</p><p>Они сидели за партами.</p><p>Я обвела взглядом. Медленно. По всем партам. Первая. Вторая. Третья. Последняя. У окна. Пустая.</p><p>Его не было.</p><p>— Добрый день, — сказала я, и голос мой прозвучал ровно. Слишком ровно. — Рада вас видеть. Сегодня мы начинаем новую тему.</p><p>Я смотрела на них. На их лица. И видела, что кого-то не хватает. Не только его. Я огляделась внимательнее. И поняла. Ильи тоже не было. И ещё одного — кажется, Николая. Или Сергея.</p><p>Я вела занятие. Час. Полтора. Я говорила. Они слушали. Я задавала вопросы. Они отвечали. Всё как всегда. Но внутри меня всё сжималось. И я не могла понять, что чувствую. Облегчение? Страх? Или что-то ещё?</p><p>Когда занятие закончилось, я собрала вещи. Заключённые начали подниматься.</p><p>Я подошла к надзирателю. Молодой парень. Лет двадцати пяти. С пустым лицом.</p><p>— Скажите, — сказала я. — Я заметила, что некоторых заключённых нет. Где они?</p><p>Он посмотрел на меня. Без эмоций. Профессионально.</p><p>— Антипова перевели, — сказал он.</p><p>Я замерла. Перевели. Куда? Зачем? Почему?</p><p>— Перевели? — переспросила я. — Куда?</p><p>— В другую колонию. Вчера. Решением суда. Или администрации. Не знаю точно. Мне не докладывают.</p><p>Я кивнула. Медленно. Как будто принимала информацию. Как будто это было просто любопытство. Просто профессиональный интерес.</p><p>— Спасибо, — сказала я.</p><p>Он кивнул и вышел. Я осталась одна в классе. Стояла у кафедры. Смотрела на последнюю парту. На пустой стул. На место, где он сидел.</p><p>Его нет. Его перевели. Вчера. И я не знала куда. И я не знала, увижу ли его ещё.</p><p>Прошла неделя. Потом ещё одна. Я приходила в СИЗО по расписанию. Проводила занятия. Женская группа. Мужская группа. Всё как обычно. Но каждый раз, входя в класс, я смотрела на последнюю парту. И каждый раз она была пустой.</p><p>Я привыкла. Или делала вид, что привыкла. Я перестала ждать. Перестала надеяться. Перестала думать, что он вернётся.</p><p>Но по ночам я всё ещё видела его лицо. Его глаза. Его улыбку. И слышала его голос.</p><p>Шли недели. Одна за другой. Я ездила в СИЗО. Проводила занятия. Возвращалась домой. Готовила ужин. Смотрела в окно. Ложилась спать. Вставала. Ездила снова.</p><p>Я делала всё, что должна была делать. Всё, что делают нормальные люди. Живые люди. Те, кого не сломали.</p><p>Но я не была нормальной. И я не была живой. Я была той, кого сломали. Той, кого разобрали на части. Той, кого собрали заново — но неправильно. Криво. С трещинами. С пустотами.</p><p>Я свыкалась. Медленно. С трудом. С каждым днём всё больше понимала: его нет. Его не будет. Он ушёл. Переведён. Исчез. И я должна жить дальше.</p><p>Должна.</p><p>Но как?</p><p>Как жить дальше, если внутри — пустота? Если каждое утро ты просыпаешься и первая мысль — о нём? О человеке, который разрушил тебя. Который сделал с тобой то, от чего ты перестала быть собой. Который ушёл. Без прощания. Без объяснения. Просто исчез.</p></section><section><title><p>Глава 17</p></title><p>Начинать новую жизнь оказалось тяжелее, чем я думала.</p><p>Я полагала, что достаточно принять решение. Что достаточно сказать себе: «Всё закончилось. Живи дальше». Что достаточно вернуться к мужу, к работе, к обычным дням. Что прошлое отпустит. Что тень исчезнет. Что я снова стану собой.</p><p>Я просыпалась утром и смотрела на Александра. На его лицо. На его спокойный сон. И думала: «Он не знает. Он никогда не узнает. И я буду жить с этим. Всю жизнь».</p><p>Я шла в университет. Проводила лекции. Улыбалась студентам. Отвечала на вопросы. Делала вид, что всё нормально. Но внутри я чувствовала пустоту. Ту самую пустоту, которая осталась после него.</p><p>Прошло несколько недель, месяц,два. Я перестала считать. Я просто жила. День за днём. Утро. Работа. Вечер. Ночь. Утро. И снова.</p><p>Я не сказала Александру. Не сказала Кате. Не сказала никому.</p><p>Я нашла психолога в интернете. Частный кабинет. Не в нашем районе. Чтобы никто не увидел. Чтобы никто не узнал. Я записалась на приём.</p><p>Я не знала, что скажу. Не знала, с чего начать. Не знала, смогу ли вообще говорить. Но я должна была попробовать. Потому что иначе я сойду с ума.</p><p>Кабинет был маленький. Уютный. Мягкий диван. Кресло. Столик с салфетками. Приглушённый свет. Пахло лавандой. Я села на диван. Сложила руки на коленях. И стала ждать.</p><p>Психолога звали Елена. Женщина лет пятидесяти. Спокойная. С мягким голосом. С внимательными глазами. Она не смотрела на меня как на сумасшедшую. Не смотрела как на жертву. Просто смотрела. Ждала.</p><p>— С чего вы хотите начать? — спросила она.</p><p>Я открыла рот. И поняла, что не могу. Слова застряли в горле. Я сидела. Смотрела на свои руки. И молчала.</p><p>— Это нормально, — сказала Елена. — Не торопитесь. Мы можем просто поговорить. О чём угодно. О том, что вас тревожит.</p><p>Я сглотнула. Сделала глубокий вдох. И начала.</p><p>— Я не знаю, с чего начать, — сказала я. — Я запуталась. Я не понимаю, что со мной. Я не понимаю, кто я. Я не понимаю, как жить дальше.</p><p>— Что случилось? — спросила она.</p><p>Я молчала. Долго. Смотрела в окно. На дождь. На серое небо.</p><p>— Я… — я запнулась. — Я позволила одному мужчине делать со мной то, что не должна была. Я не остановила его. Я не оттолкнула. Я хотела этого. И теперь я не знаю, как с этим жить.</p><p>Елена кивнула. Без осуждения. Без удивления. Просто кивнула.</p><p>— Расскажите мне, — сказала она. — Всё, что хотите. Я здесь, чтобы слушать.</p><p>И я рассказала. Не всё. Не сразу. Но постепенно. Как я пришла в СИЗО. Как увидела его. Как он смотрел на меня. Как говорил. Как прикасался. Как я не оттолкнула. Как позволила. Как хотела. Как ненавидела себя. Как боялась. Как скучала. Как не могла забыть.</p><p>Елена слушала. Не перебивала. Иногда кивала. Иногда что-то записывала. Но в основном просто слушала.</p><p>Когда я закончила, я чувствовала себя опустошённой. Но не так, как раньше. Не пустой. А как будто что-то вылилось. Что-то, что я носила в себе месяцами. Что-то тяжёлое. Что-то тёмное.</p><p>— Спасибо, — сказала я. — Что выслушали.</p><p>— Это моя работа, — Елена улыбнулась. — Но спасибо, что доверились. Это важно.</p><p>Она помолчала. Посмотрела на меня. Потом сказала:</p><p>— Мария, то, что вы пережили, — это не ваша вина.</p><p>Я подняла на неё глаза.</p><p>— Но я не остановила его, — сказала я. — Я позволила. Я хотела.</p><p>— Вы были в уязвимом состоянии, — сказала Елена. — Вы устали. Вы хотели чего-то острого. Вы хотели чувствовать. Он это увидел. Он это использовал. Это не значит, что вы виноваты. Это значит, что вы человек.</p><p>Я смотрела на неё. И чувствовала, как что-то внутри меня сжимается. Что-то, что я боялась. Что-то, что я прятала.</p><p>— Но я всё ещё думаю о нём, — прошептала я. — Я всё ещё хочу его. Это неправильно.</p><p>— Это не неправильно, — сказала Елена. — Это последствие. Ваша психика пережила шок. Ваше тело пережило сильные ощущения. Ваш мозг связал эти ощущения с ним. Это не значит, что вы его любите. Это значит, что вы пережили травму. И теперь вам нужно время, чтобы восстановиться.</p><p>— Травму? — переспросила я. — Но он не насиловал меня. Я сама...</p><p>— Травма не всегда насилие, — перебила Елена. — Травма — это когда что-то нарушает ваши границы. Когда что-то меняет вас. Когда что-то оставляет след. Вы пережили нечто, что вышло за рамки вашей обычной жизни. И это вас изменило. Это не значит, что вы плохая. Это значит, что вы живая.</p><p>Я смотрела на неё. И чувствовала, как слёзы текут по щекам. Тёплые. Солёные. Но не горькие. Не от боли. От чего-то другого. От облегчения.</p><p>— Я думала, что я схожу с ума, — прошептала я.</p><p>— Вы не сходите с ума, — сказала Елена. — Вы переживаете. И это нормально.</p><p>Она помолчала. Потом сказала:</p><p>— Я хочу, чтобы вы сделали одну вещь. Когда вернётесь домой. Напишите мне письмо. От руки. Всё, что чувствуете. Всё, что хотите сказать ему. Всё, что не можете сказать вслух. Напишите. И принесите на следующую встречу. Мы прочитаем вместе.</p></section><section><title><p>Глава 18</p></title><p>Курорт оказался именно таким, как я представляла, — небольшая деревня в горах, деревянные шале с заснеженными крышами, воздух, от которого захватывало дух, и тишина. Настоящая тишина. Не та, что давит на уши в пустой квартире, а та, что лечит. Та, что заполняет лёгкие чем-то чистым и холодным.</p><p>Я стояла на балконе нашего номера в первое утро и смотрела на горы. Они были огромными, белыми, величественными. Такими далёкими от всего, что было там, внизу.</p><p>— Красиво, да? — Александр подошёл сзади, обнял, прижался щекой к моей щеке.</p><p>— Очень, — сказала я. — Я не думала, что бывает так красиво.</p><p>— Я хотел, чтобы ты увидела это. Чтобы ты отдохнула. Чтобы мы побыли вместе.</p><p>Я повернулась к нему. Посмотрела в его глаза. Тёплые. Любящие. Спокойные.</p><p>— Спасибо, — сказала я.</p><p>Он поцеловал меня. Долго. Нежно. Я ответила.</p><p>И впервые за долгое время мне не хотелось закрыть глаза и представить кого-то другого.</p><p>Дни летели. Мы катались на лыжах. Я падала. Он смеялся. Помогал встать. Отряхивал снег. Мы пили глинтвейн в маленьких кафе на склонах. Мы гуляли по заснеженным улицам. Мы дышали. Мы молчали. Мы жили.</p><p>Я не думала . Не вспоминала. Не ждала. Не боялась. Я просто была здесь. С мужем. В этом снежном раю. В этой старой/новой жизни.</p><p>И всё же что-то было не так. Я чувствовала это. В близости с мужем. В том, как он касался меня. В том, как он смотрел. В том, что он говорил.</p><p>Он был нежным. Всегда нежным. Медленным. Осторожным. Как будто я была хрустальной. Как будто я могла разбиться. Он гладил меня. Целовал. Шептал что-то. Но не давал мне раскрыться.</p><p>Я хотела большего. Не грубости. Не боли. Но страсти. Настоящей. Чтобы он взял меня. Чтобы он хотел меня. Чтобы он не боялся.</p><p>Однажды вечером я решилась. Мы лежали в постели. Он целовал мою шею. Медленно. Долго. Я чувствовала его тепло. Его желание.</p><p>Я спустилась ниже. Поцеловала его грудь. Живот. Опустилась ещё ниже. Взяла его член в руку. И наклонилась.</p><p>Он остановил меня.</p><p>— Маш, не надо, — сказал он.</p><p>Я подняла на него глаза.</p><p>— Почему?</p><p>— Это... — он замялся. — Это не для тебя, я же говорил.</p><p>— Что значит «не для меня»?</p><p>Он помолчал. Смотрел в сторону. Потом сказал:</p><p>— Это для шлюх. Ты не такая. Ты моя жена. Я не хочу, чтобы ты это делала.</p><p>Я замерла. Слова ударили. Больно. Неожиданно.</p><p>— Для шлюх? — повторила я.</p><p>— Ну, ты понимаешь, — он пожал плечами. — Это унижение. Для женщины. Я не хочу, чтобы ты унижалась.</p><p>Я смотрела на него. И чувствовала, как что-то внутри меня сжимается. Что-то холодное. Что-то, что я не хотела замечать.</p><p>— А если я хочу? — спросила я тихо.</p><p>— Ты не должна хотеть, — сказал он. — Ты моя жена. Не проститутка.</p><p>Я отстранилась. Легла на свою половину кровати. Отвернулась к стене.</p><p>Он не понял.</p><p>Я хотела его. Хотела чувствовать. Хотела быть живой. Хотела, чтобы он видел во мне женщину. А он видел во мне жену. Идеальную. Чистую. Которая не должна хотеть ничего «такого».</p><p>Следующие дни были такими же. Красивыми. Снежными. Тихими. Мы катались. Мы гуляли. Мы смеялись. Мы были идеальной парой. Идеальными людьми. Идеальной жизнью.</p><p>Мы занимались сексом. Правильным. Каждую ночь. Или почти каждую. Он был нежным. Внимательным. Заботливым. Он хотел, чтобы мне было хорошо. Он старался. Правда старался.</p><p>Отпуск пролетел незаметно. Я даже не успела понять, когда всё началось и когда закончилось. Просто утром мы были в горах, а вечером уже ехали в аэропорт. Снег сменился дождём. Тишина — шумом города. Спокойствие — привычной суетой.</p><p>Но что-то осталось. Что-то, что я привезла с собой. Не в чемодане. Внутри. В груди. В теле. Чувство, которое я не могла назвать. Лёгкость. Свобода. Воздух.</p><p>Я дышала по-другому. Глубже. Полнее. Как будто горы очистили меня. Как будто снег выбелил что-то тёмное, что было внутри. Как будто ветер выдул всю грязь, которая накопилась за эти месяцы.</p><p>Я чувствовала себя настоящей.</p><p>Дома всё было по-прежнему. Та же квартира. Те же стены. Тот же запах. Но я смотрела на всё другими глазами. Как будто вернулась из долгого путешествия. Как будто увидела свою жизнь со стороны. И поняла, что она не так плоха. Что она моя. Что я хочу её жить.</p><p>Александр был рад. Он видел перемену. Чувствовал её. Он обнимал меня чаще. Целовал дольше. Смотрел теплее.</p><p>В университет я вернулась с новыми силами. Лекции шли легко. Студенты слушали. Коллеги улыбались. Людмила Петровна спросила, как отдохнула. Я сказала, что хорошо. Что очень хорошо. Что горы — это лучшее, что было со мной за последнее время.</p><p>— Ты выглядишь отдохнувшей, — сказала она, поправляя очки. — Посвежевшей. Как будто что-то отпустило.</p></section><section><title><p>Глава 19</p></title><p>Следующий семестр прошёл быстро. Не сказать, что легко. Но быстро. Дни летели один за другим. Лекции. Семинары. Проверка работ. Заседания кафедры. Обычная жизнь. Обычная суета. Обычные проблемы.</p><p>Я ходила в СИЗО по инерции. По привычке. По обязанности. Я проводила занятия. Смотрела на пустую последнюю парту. И возвращалась домой.</p><p>Постепенно я перестала думать о нём. Не сразу. Не вдруг. Но по кусочку. По маленькому шагу. Я перестала видеть его лицо в темноте. Перестала слышать его голос в тишине. Перестала чувствовать его руки на своей коже, когда Александр касался меня.</p><p>Я забывала. Медленно. Но забывала.</p><p>К весне я уже почти не вспоминала. К маю — почти совсем. К июню — совсем.</p><p>Он стал просто эпизодом. Просто страницей. Просто частью прошлого. Которое я закрыла. Которое я отпустила. Которое я похоронила.</p><p>Я снова стала собой. Той Марией. Которая была до всего. До СИЗО. До него. До боли.</p><p>Я смеялась. По-настоящему. Я улыбалась. По-настоящему. Я жила. По-настоящему.</p><p>Летом мы с Александром полетели на море. На две недели. В Турцию. Всё включено. Пляж. Солнце. Коктейли. Никаких забот. Никаких проблем.</p><p>Мы лежали на шезлонгах у бассейна. Пили что-то холодное. Смотрели на воду. На людей. На небо. Молчали. Но это было хорошее молчание. Спокойное. Тёплое.</p><p>— Ты счастлива? — спросил Александр.</p><p>Я повернулась к нему. Посмотрела в его глаза. Тёплые. Любящие. Спокойные.</p><p>— Да, — сказала я. — Счастлива.</p><p>И это была правда. Я была счастлива. По-настоящему. Здесь. С ним. На этом пляже. Под этим солнцем. В этой жизни.</p><p>Он улыбнулся. Взял меня за руку. Сжал.</p><p>— Я тоже, — сказал он. — Я очень счастлив.</p><p>Мы провели две недели в раю. Загорели. Отдохнули. Наполнились. Я чувствовала, как что-то внутри меня восстанавливается. Как что-то заживает. Как что-то возвращается.</p><p>Я думала о том, что всё было не зря. Что всё, через что я прошла, привело меня сюда. К этому моменту. К этому счастью. К этой жизни.</p><p>Я была благодарна. За всё. За мужа. За работу. За сестру. За психолога. За то, что справилась. За то, что выжила.</p><p>И за то, что забыла.</p><p>В августе пришло письмо из университета. Людмила Петровна собрала кафедру. Сообщила новость.</p><p>— С этого учебного года СИЗО не требует преподавателей от нашего университета, — сказала она, поправляя очки. — Они заключили договоры с другими учреждениями. Так что наши обязательства перед ними заканчиваются.— Мария, — Людмила Петровна посмотрела на меня. — Ты можешь вернуться к обычной нагрузке. Без СИЗО. Ты не против?</p><p>Я смотрела на неё. На её лицо. На её очки. На её добрые глаза.</p><p>— Нет, — сказала я. — Не против.</p><p>И это была правда. Я не была против. Я хотела вернуться к обычной жизни. Без СИЗО. Без серых стен. Без запаха хлорки. Без пустой последней парты.</p><p>— Хорошо, — Людмила Петровна кивнула. — Тогда с первого сентября ты работаешь только здесь. Полная нагрузка. Никаких выездов.</p><p>— Спасибо, — сказала я.</p><p>Я вышла из кабинета. Пошла по коридору. И чувствовала, как что-то внутри меня отпускает. Окончательно. Бесповоротно.</p><p>СИЗО больше не было в моей жизни. Не было в моём расписании. Не было в моих мыслях.</p><p>Я была свободна.</p><p>Прошёл месяц. Потом два. Потом три. Я жила. Работала. Смеялась. Любила. Всё как обычно. Всё как раньше. Всё как должно быть.</p><p>Я больше не думала о нём. Не вспоминала. Не ждала. Не боялась. Он стал просто прошлым. Просто страницей. Просто частью жизни, которую я закрыла.</p><p>Людмила Петровна собрала кафедру в последний рабочий день декабря. Все сидели за длинным столом в аудитории. Шутили. Обсуждали планы на каникулы. Пили чай с печеньем.</p><p>— Коллеги, — сказала она, поправляя очки. — У меня для вас новость. Хорошая.</p><p>Все замолчали. Посмотрели на неё.</p><p>— В этом году наш университет выдвигает лучших преподавателей на городскую премию. Это серьёзная награда. Хорошие призы. Признание. Возможности.</p><p>Она сделала паузу. Обвела нас взглядом.</p><p>— И я рада сообщить, что в число выдвинутых попали наша Мария Александровна и Егор Матвевич.</p><p>Я замерла. Посмотрела на неё. Потом на коллег. Они улыбались. Кто-то захлопал. Кто-то поднял чашку.</p><p>— Поздравляем, Маша! — сказала молодая преподавательница с кафедры иностранных языков. — Ты заслужила!</p><p>— Спасибо, — сказала я. И почувствовала, как что-то внутри меня наполняется. Теплом. Гордостью. Радостью.</p><p>Я попалась в число лучших. Меня выбрали. Меня оценили. Меня признали.</p><p>Это было важно. Это было нужно. Это было то, чего я хотела. Не для кого-то. Для себя.</p><p>— Спасибо, Людмила Петровна, — сказала я. — Я очень рада.</p><p>— Ты заслужила, — она улыбнулась. — Ты много работала. Очень много. И не только здесь. Я знаю, что тебе было нелегко. Но ты справилась. И это важно.</p></section><section><title><p>Глава 20</p></title><p>Пятое января началось с серого неба и мокрого снега, и я проснулась рано, лежала в кровати и смотрела в окно на то, как капли стекают по стеклу, на то, как город просыпается, на то, как начинается день, которого я ждала. Александр ворочался рядом, он ещё спал, и я смотрела на его лицо, спокойное и родное, и думала о том, что сегодня всё будет по-другому. Сегодня я получу премию, сегодня меня признают, сегодня мой триумф. Я встала, пошла в ванную, долго стояла под душем, горячая вода стекала по телу, и я чувствовала, как что-то внутри меня наполняется ожиданием, волнением и радостью. Я вышла, вытерлась, надела халат, и после обеда начала готовиться.</p><p>Платье я выбрала сразу — тёмно-изумрудное, длинное, в пол, с глубоким вырезом на спине, с тонкими бретелями, с шёлковой тканью, которая струилась при каждом движении. Я достала его, повесила, посмотрела, и оно было красивым, очень красивым, и я знала, что оно мне идёт, знала, что сегодня я буду в нём блистать.</p><p>Я села за туалетный столик и начала краситься медленно и тщательно: тональный крем, пудра, румяна, тени — тёмные, с блеском, подводка, стрелки, тушь — долго и аккуратно. Потом губы — красные, яркие, как кровь, как страсть, как что-то, что я давно не позволяла себе. Я смотрела на своё отражение и видела женщину — красивую, уверенную, сильную, ту, которой я стала, ту, которой я хотела быть. Для причёски вызвала мастера на дом: локоны — мягкие, женственные, романтичные, с несколькими прядями, которые падали на лицо.</p><p>Когда макияж и причёска были готовы, я надела платье, и оно село идеально, облегало фигуру, подчёркивало талию, открывало спину, и я чувствовала себя в нём другой, особенной, королевой. Я надела серьги — длинные, с изумрудами, в тон платью, и обручальное кольцо, которое не снимала. Посмотрела в зеркало ещё раз и улыбнулась. Я была красивой, по-настоящему, сегодня, сейчас, в этот вечер.</p><p>Александр заехал домой, когда я уже была готова, увидел меня и замер.</p><p>— Ты... — он смотрел на меня широко открытыми глазами. — Ты самая красивая.</p><p>— Спасибо, — я поцеловала его. — Мне пора, я обещала встретиться с Егором Матвеевичем у входа в 17:50.</p><p>— Егор Матвеевич? — он нахмурился. — Кто это?</p><p>— Коллега, он так же в номинации, я рассказывала тебе.</p><p>— Я не могу поехать, малыш, у меня встреча, важная, я не успею.</p><p>— Я знаю, — я кивнула. — Ты говорил, всё нормально, я поеду с Егором Матвеевичем, а ты присоединишься, если успеешь.</p><p>Он смотрел на меня долго, потом вздохнул.</p><p>— Хорошо, — сказал он. — Но я хочу, чтобы ты знала — я буду думать о тебе весь вечер.</p><p>— Я тоже, — я улыбнулась. — Всё будет хорошо.</p><p>Я поцеловала его, накинула шубку, взяла сумочку и вышла из дома.</p><p>Такси остановилось у большого здания вовремя, я вышла, посмотрела на него, и оно было огромным, стеклянным, светящимся, как что-то из другого мира, и я никогда здесь не была. Я подошла ко входу, где Егор Матвеевич уже ждал.</p><p>— Мария Александровна, — он улыбнулся. — Вы прекрасно выглядите.</p><p>— Спасибо, Егор Матвеевич, — я улыбнулась в ответ. — Вы тоже.</p><p>— Ну что, пойдём? — он предложил мне руку.</p><p>— Пойдёмте, — я взяла его под руку.</p><p>Мы вошли внутрь, и я замерла от восторга. Зал был огромным, просто огромным, с высокими потолками, хрустальными люстрами, мягким светом, красными дорожками, белыми скатертями и живыми цветами. Люди — много людей, мужчины в смокингах, женщины в длинных платьях, все красивые, все элегантные, все важные. Сцена — большая, с экраном, с микрофонами, с трибуной, где будут вручать награды. Живой оркестр играл что-то классическое, спокойное, но одновременно торжественное. Официанты с подносами с шампанским и закусками скользили между гостями, как тени, как призраки. Я стояла в дверях, смотрела на всё это и чувствовала, как что-то внутри меня сжимается — не страх, не волнение, что-то другое, что-то, что я не могла назвать. Я никогда не была в таком месте, никогда не видела такого масштаба, никогда не чувствовала себя такой маленькой и такой значимой одновременно.</p><p>— Впечатляет, правда? — Егор Матвеевич посмотрел на меня.</p><p>— Очень, — прошептала я. — Я не ожидала.</p><p>— Это городская премия, — сказал он. — Здесь лучшие, здесь важные, здесь те, кто решает, и мы теперь одни из них.</p><p>Я кивнула, сделала глубокий вдох и шагнула вперёд — в зал, в свет, в свой триумф.</p><p>Через час всё началось. Зал наполнился людьми, все места были заняты, и я сидела рядом с Егором Матвеевичем в третьем ряду, близко к сцене, так, что я видела каждую деталь, каждое лицо, каждую улыбку. Свет приглушили, оркестр заиграл, и на сцену вышел ведущий. Я узнала его сразу — знаменитый, известный на всю страну телеведущий с белоснежной улыбкой, с идеальной причёской, с голосом, который знали миллионы.</p><p>— Добрый вечер, дамы и господа! — сказал он. — Мы рады приветствовать вас на ежегодной церемонии вручения городской премии!</p><p>Зал взорвался аплодисментами, я хлопала вместе со всеми, улыбалась и чувствовала, как что-то внутри меня наполняется восторгом, ожиданием и радостью.</p><p>— Сегодня мы чествуем лучших из лучших! — продолжил ведущий. — Тех, кто своим трудом, талантом и упорством делает наш город лучше, тех, кто не жалеет себя ради других, тех, кто заслужил признание!</p></section><section><title><p>Глава 21</p></title><p>Я не помню, как сошла со сцены, как вернулась на место, как села рядом с Егором Матвеевичем, как он что-то говорил мне, поздравлял, улыбался, как аплодировал зал, как ведущий объявлял следующую категорию, — я помню только его, его лицо, его улыбку, его запах. Я сидела в кресле, сжимала статуэтку в руках, смотрела в одну точку и чувствовала, как что-то внутри меня снова рушится.</p><p>Церемония продолжалась, награждали других, вручали призы, говорили речи, люди аплодировали, улыбались, радовались, а я не видела ничего и не слышала ничего, потому что была где-то далеко — в том классе, на том столе, с его языком на своей коже, с его голосом в своей голове, с его руками, которые я до сих пор чувствовала на своём теле, и это было хуже всего, потому что прошло столько времени, а я всё ещё помнила каждое прикосновение, каждое слово, каждый вздох.</p><p>Я не могла больше сидеть, не могла больше быть здесь, среди людей, среди света, среди улыбок, мне нужно было уйти, хотя бы на минуту, хотя бы на секунду, чтобы отдышаться, чтобы прийти в себя, чтобы не сойти с ума, и я встала, извинилась перед Егором Матвеевичем, сказала, что мне нужно в уборную, он кивнул, улыбнулся, сказал, что подождёт, и я пошла через толпу, через людей, через свет, не смотря по сторонам, не ища его, просто шла к дверям, к коридору, к уборной, и когда я нашла её, пустую, потому что церемония ещё шла и все были в зале, я закрыла дверь, прислонилась к ней спиной, закрыла глаза и попыталась дышать глубоко и медленно, но воздух не шёл, горло сжималось, сердце колотилось где-то в горле, руки дрожали, и я подошла к раковине, открыла холодную воду, набрала в ладони и прижала к шее, к лицу, к вискам, и холод обжёг кожу, я вздрогнула, но не отстранилась, потому что хотела почувствовать что-то, что-то кроме этого жара, этого страха, этого ступора.</p><p>Я смотрела на своё отражение в зеркале — бледное лицо, горящие глаза. Я промакивала шею холодной водой снова и снова, пытаясь отдышаться, пытаясь вернуться, пытаясь забыть его лицо, его голос. Я закрыла глаза, сделала глубокий вдох, ещё один и ещё, и сказала себе: «Ты справишься, ты справишься, ты уже справлялась, ты сможешь». Я открыла глаза, посмотрела на себя и кивнула слабо, но кивнула. Я справлюсь, я вернусь в зал, я улыбнусь, я доиграю этот вечер, а потом поеду домой, к Александру, к нормальной жизни, к тому, что было моим, и я забуду его снова, как забывала раньше, как смогу забыть снова. Я взяла бумажное полотенце, промокнула лицо, поправила макияж, причёску, сделала глубокий вдох.</p><p>И тогда дверь открылась. Я обернулась резко, инстинктивно, и замерла. Он стоял в дверях, в тёмном костюме, с бокалом в руке, — смотрел на меня и улыбался той самой улыбкой, от которой у меня внутри всё переворачивалось, и я почувствовала, как что-то внутри меня сжимается, как холод разливается по телу, как страх поднимается из глубины, из самых тёмных уголков, куда я его загнала много лет назад, и он снова был здесь, снова смотрел на меня, снова улыбался, и я не могла дышать, не могла думать, не могла двинуться с места.</p><p>— Я знал, что ты здесь, — сказал он тихо.</p><p>Я смотрела на него, и чувствовала, как земля уходит из-под ног, как стены сжимаются, как воздух становится тяжёлым, и я сказала резко, громко, так, что эхо отскочило от кафельных стен:</p><p>— Не подходи ко мне. Не смей. Не приближайся.</p><p>Он не остановился, сделал шаг внутрь и закрыл за собой дверь, щёлкнул замок, и я вздрогнула от этого звука, от этого щелчка, который отрезал меня от всего мира, от людей, от света, от спасения, и я попятилась, инстинктивно, слепо, и упёрлась спиной в раковину, холодный кафель впился в позвоночник, и я смотрела на него, и сердце колотилось так сильно, что я слышала его в ушах, в горле, в висках, и я сказала:</p><p>— Я сказала — не подходи. Ты не имеешь права. Ты не должен быть здесь. Уходи.</p><p>Он остановился, посмотрел на меня долго, внимательно, и в его глазах что-то мелькнуло, что-то, что я не могла прочитать, и он сказал тихо, спокойно, без тени угрозы, без тени давления:</p><p>— Я бы ничего не сделал, если бы ты не хотела.</p><p>Я смотрела на него, и чувствовала, как что-то внутри меня сжимается, что-то холодное, что-то злое, и я сказала:</p><p>— Не сделал бы? Ты? Что не сделал бы?</p><p>Он смотрел на меня, и улыбался, спокойно, уверенно, и сказал:</p><p>— Ты не остановила меня. Ты не оттолкнула. Ты не закричала.</p><p>Я смотрела на него, и чувствовала, как что-то внутри меня рушится, и я сказала, и голос мой дрогнул:</p><p>— Ты давил. Ты пугал. Ты не оставил мне выбора.</p><p>— Выбор есть всегда, — сказал он. — Ты могла уйти. Могла написать заявление. Могла попросить перевод. Но ты не сделала ничего. Ты вернулась. Снова и снова. Ты хотела.</p><p>Я смотрела на него, и чувствовала, как что-то внутри меня сжимается, и я знала, что он прав, я могла уйти, могла написать, могла попросить, но не сделала, я вернулась, снова и снова, я хотела, и это было самое страшное, самое стыдное, самое тёмное, что я прятала от себя все эти годы, и теперь он стоял передо мной и говорил это вслух, и я не могла этого вынести.</p><p>— Уходи, — прошептала я. — Пожалуйста. Уходи.</p><p>Он смотрел на меня долго, очень долго, и в его глазах что-то изменилось, что-то потухло, что-то отпустило, и он вздохнул, и сказал тихо, почти мягко:</p><p>— Хорошо. Я уйду.</p></section><section><title><p>Глава 22</p></title><p>Рабочий день в университете начался с того же серого неба за окном, с того же мокрого снега, который всё ещё падал на город, как будто пятое января решило растянуться на недели, на месяцы, на всю зиму, и я сидела в своём кабинете, смотрела на эту серость, на эти капли, которые стекали по стеклу, и пыталась убедить себя, что всё это было сном, что церемония, сцена, свет софитов, его лицо — всё это было сном, кошмаром, галлюцинацией, которая растворится к утру, как туман, как дым, как что-то, чего никогда не было, но утро пришло, и туман не растворился, и я всё ещё чувствовала его запах, его руки, его голос, его слова, которые звучали в голове снова и снова, как заезженная пластинка, как заклинание, как приговор.</p><p>Я пришла в университет рано, потому что не могла больше сидеть дома, потому что стены квартиры давили, потому что Александр смотрел на меня с тревогой, с вопросами, с чем-то, чего я не могла вынести, и я сказала, что у меня много работы, что нужно готовиться к лекциям, что я вернусь поздно, и он кивнул, но не поверил, я видела, что не поверил, но он не стал спрашивать, не стал давить, и я была ему благодарна за это, за то, что он просто поцеловал меня в щёку, просто сказал «удачи», просто отпустил, и я вышла из дома, и поехала в университет, и теперь сидела в кабинете, смотрела на серое небо и пыталась дышать, пыталась думать, пыталась вспомнить, что мне вручили на сцене, потому что во всей этой мути, в этом тумане, в этом страхе я даже не поняла, что мне подарили двухнедельное путешествие по обмену опытом в Европе, — я просто взяла статуэтку, просто улыбнулась, просто сказала «спасибо», и всё, и только потом, уже дома, уже ночью, уже лёжа в кровати рядом с Александром, который спал и не знал ничего, я вдруг вспомнила слова ведущего, обрывок фразы, «двухнедельное путешествие по обмену опытом», и поняла, что это было мне, что это было моё, что это было то, что я должна была услышать, но не услышала, потому что в тот момент я смотрела только на него, только на его лицо, только на его улыбку, и всё остальное было фоном, шумом, пустотой.</p><p>В дверь постучали, и я вздрогнула, резко, инстинктивно, как будто меня поймали на чём-то, как будто я делала что-то запретное, и сказала «войдите», и в кабинет вошёл Егор Матвеевич, с чашкой кофе в руке, с улыбкой на лице, с этим своим спокойным, доброжелательным видом, который всегда меня успокаивал, всегда возвращал к реальности, и он сел напротив, поставил чашку на стол и сказал:</p><p>— Мария, а у меня вот просто деньги, но тоже же неплохо.</p><p>Я посмотрела на него, не сразу поняв, о чём он, и он, видимо, заметил это, потому что улыбнулся шире и добавил:</p><p>— Спонсоры были у всех разные, и кто на что горазд. В спорте дарили спортинвентарь, например. А у нас вроде как один спонсор, но я и деньгам рад.</p><p>Он сказал это так легко, так просто, так по-человечески, и я вдруг поняла, что он тоже не знает, что мне дали, что он тоже не следил, что он тоже думал о своём, и это было так странно, так нелепо, что я почти улыбнулась — по-настоящему, не как кукла, — и сказала:</p><p>— Мне, кажется, дали путешествие. Двухнедельное. По обмену опытом. В Европе.</p><p>Он посмотрел на меня, и в его глазах что-то мелькнуло — удивление, может, радость, может, что-то ещё, — и он сказал:</p><p>— Это же прекрасно. Две недели в Европе. Это же мечта.</p><p>Я кивнула, потому что да, это было прекрасно, это было мечтой, это было то, о чём я могла бы мечтать, если бы моя голова не была заполнена другим, если бы я не просыпалась каждую ночь от того, что чувствовала его руки на своей коже, если бы не искала его лицо в каждой толпе, в каждом коридоре, в каждом окне, и я сказала:</p><p>— Да. Прекрасно.</p><subtitle>* * *</subtitle><p>Первый день в Европе начался с солнца, настоящего, яркого, весеннего, которое заливало комнату тёплым золотым светом, и я стояла у окна, смотрела на черепичные крыши, на узкие улочки, на реку, которая блестела вдалеке, и чувствовала, как что-то внутри меня отпускает, как что-то разжимается, как что-то, что держало меня три месяца, наконец ослабевает, потому что я была здесь, потому что я уехала, потому что я сделала это, и я сказала себе, что больше не хочу бояться, что я устала бояться, что я столько лет жила в страхе, столько лет просыпалась от того, что чувствовала его руки на своей коже, столько лет искала его лицо в каждой толпе, столько лет молчала, пряталась, убегала, и что теперь всё, что теперь хватит, и что если эта поездка, эта награда, это путешествие, которое он организовал, которое он подстроил, которое было его рук делом, — если это плата за мои страдания, то я готова заплатить, потому что я хотела эту поездку, потому что я мечтала о ней, потому что я заслужила её, и потому что я больше не собиралась позволять ему управлять моей жизнью, даже если он был спонсором, даже если он был везде, даже если он был в каждой тени, в каждом углу, в каждом вдохе.</p><p>Я узнала о нём всё за эти три месяца, потому что не могла иначе, потому что мне нужно было знать, кто он, что он, почему он там был, почему он вручал мне награду, почему он смотрел на меня так, как будто всё это было частью его плана. И я узнала, что Кирилл вышел из тюрьмы, что его дело пересмотрели, что его оправдали, что он провёл несколько лет за решёткой за убийство партнёра по бизнесу, которого он не совершал. И что до тюрьмы он был бизнесменом, крупным, успешным, с именем, с капиталом, с империей, которую он создал сам, и которую у него отняли вместе со свободой. И я узнала, что спонсором той премии, той самой премии, на которой мне вручили награду, было его бизнес, его компания, его деньги. И что поездка, это двухнедельное путешествие по обмену опытом в Европе, которое я получила как подарок, как награду, как признание, было организовано им, что это его рук дело, что это он подстроил, что это он дал мне эту поездку. Но потом я сказала себе, что это не имеет значения, что я всё равно поеду, потому что это моя мечта, потому что это моя награда, потому что я заслужила это, потому что я столько лет страдала, столько лет молчала, столько лет жила с этим внутри. И если это плата за мои страдания. И я сказала себе, что его там не будет, что он не поедет, что он не станет, что он просто дал деньги, просто подписал бумаги, просто остался в тени. И что я буду одна, с коллегами, с другими преподавателями, с людьми, с которыми я познакомлюсь, и что я смогу забыть, смогу жить, смогу дышать. И я повторяла это себе снова и снова, как мантру, как молитву, как последнюю надежду. И я верила в это, почти верила, почти, потому что страх всё равно был, он жил во мне, он сидел где-то глубоко, в самом тёмном углу, и он не уходил, не отпускал, не давал покоя. Но я всё равно поехала, потому что больше не хотела бояться, потому что надоело, потому что хватит.</p></section><section><title><p>Глава 23</p></title><p>Тим билдинг начался с шума, с огня, с дыма, с запаха шашлыка, который поднимался над поляной и смешивался с запахом весеннего леса, с запахом хвои и влажной земли, и людей было много, очень много, преподаватели, организаторы, приглашённые гости, коллеги из разных университетов, все смешались в одну большую, шумную, пёструю толпу, которая заполнила поляну, расселась за длинными деревянными столами, разбрелась по траве, собралась у костра, и я стояла среди этого, с бокалом вина в руке, смотрела на огонь, на людей, на небо, которое темнело, становилось синим, потом фиолетовым, потом чёрным, и чувствовала себя комфортно, почти комфортно, почти спокойно, потому что здесь, среди этих людей, я была просто одной из многих, я была просто преподавателем, который приехал по обмену опытом, я была просто женщиной в толпе, и никто не знал, никто не догадывался, никто не видел, что было между нами, что было тогда, в том классе, на том столе, и от этой мысли мне становилось легче, почти легко, почти свободно, и я пила вино, и ела шашлык, и разговаривала с коллегами, с Максимом, с другими преподавателями, с организаторами, и смеялась, и улыбалась, и почти забыла, почти отпустила, почти поверила, что всё будет хорошо.</p><p>Кирилл был там, я увидела его почти сразу, как только мы приехали, как только вышли из автобуса, как только ступили на эту поляну, он стоял у дальнего стола, в тёмном свитере, с бокалом в руке, и рядом с ним была девушка, высокая, красивая, с длинными светлыми волосами, в лёгком платье, которое развевалось на ветру, и она улыбалась ему, и что-то говорила, и касалась его руки, и он смотрел на неё, и слушал, и кивал, и улыбался, спокойно, отстранённо, как будто он был здесь просто гостем.</p><p>Вечер продолжался, огонь горел, люди смеялись, музыка играла, кто-то пел, кто-то танцевал, кто-то сидел у костра и рассказывал истории, и я перемещалась по этой поляне, от стола к столу, от группы к группе, и разговаривала, и улыбалась, и пила вино, и чувствовала, как напряжение отпускает, как что-то разжимается, как что-то, что держало меня три месяца, наконец ослабевает, и я почти расслабилась, почти забыла, почти, и тогда я заметила, что Максим смотрит на меня, что он смотрит на меня уже давно, что он пьёт больше, чем следовало, что он подходит ближе, чем нужно, и я почувствовала, как что-то внутри меня сжимается, как что-то поднимается из глубины, и я сказала себе, что это ничего, что он просто выпил, что он просто расслабился, что это ничего не значит, и я улыбнулась ему, и попыталась отойти, но он подошёл ближе, и сказал:</p><p>— Мария, вы сегодня такая красивая, вы знаете об этом?</p><p>Я посмотрела на него, и в его глазах было что-то, чего я не хотела видеть, что-то, что я знала, что-то, от чего мне стало не по себе, и я сказала:</p><p>— Спасибо, Максим, но я думаю, вам стоит...</p><p>— Нет, подождите, — он перебил меня, и сделал шаг ближе, и я почувствовала запах алкоголя, и что-то внутри меня сжалось, и я сказала:</p><p>— Максим, вы пьяны.</p><p>— Я не пьян, — сказал он, и улыбнулся, и эта улыбка была другой, не той, которую я видела раньше, не доброй, не спокойной, а какой-то чужой, какой-то неприятной, и он протянул руку, и коснулся моего плеча, и я вздрогнула, и отстранилась, и сказала:</p><p>— Не трогайте меня.</p><p>— Да ладно вам, — сказал он, и шагнул ещё ближе.</p><p>Но он не услышал, или не захотел услышать, и он шагнул ещё ближе, и я упёрлась спиной в стол, и почувствовала, как что-то внутри меня сжимается, как что-то поднимается из глубины, из самых тёмных уголков, куда я его загнала, и тогда я почувствовала, как чья-то рука схватила Максима за плечо, твёрдо, сильно, уверенно, и оттащила его от меня, резко, так, что он пошатнулся, так, что он чуть не упал, так, что он вскрикнул, и голос, который я знала, который я не могла забыть, который я слышала в голове снова и снова, сказал:</p><p>— Ты что себе позволяешь?</p><p>Максим обернулся, и я увидела, как его лицо изменилось, как что-то в нём сжалось, как что-то потухло, и он сказал, заплетающимся языком:</p><p>— Кирилл Андреевич, я... я просто...</p><p>— Ты просто уйдёшь, — сказал Кирилл, и это было не громко, не резко, но в его голосе было что-то, от чего Максим замолчал, от чего он побледнел, от чего он развернулся и пошёл, спотыкаясь, в темноту, и двое организаторов, которые стояли рядом, подхватили его под руки и увели, и я осталась стоять, прижатая спиной к столу, с сердцем, которое колотилось где-то в горле, с руками, которые дрожали, с телом, которое не слушалось, и Кирилл смотрел на меня, и я смотрела на него, и между нами было молчание, долгое, тяжёлое, полное чего-то, чего я не могла назвать, и он сказал тихо, так, чтобы слышала только я:</p><p>— Ты в порядке?</p><p>Я посмотрела на него, и в его глазах не было торжества, не было той самой улыбки, не было ничего, что я помнила, ничего, что я боялась.</p><p>— Да. Спасибо.</p><p>Он кивнул, и посмотрел на меня ещё раз, и в этом взгляде было что-то, чего я не могла прочитать, что-то, что я не хотела читать, и он сказал:</p><p>— Пойдём прогуляемся? По берегу озера. Здесь недалеко. Просто поговорим. Я не буду тебя трогать. Я просто хочу извиниться. Не бойся.</p></section><section><title><p>Глава 24</p></title><p>Мы шли вдоль берега в сумерках. Ветра не было. Озеро лежало перед нами гладкое и тёмное, как зеркало. Я молчала. Не знала, что сказать. Не хотела говорить. Всё, что я могла сказать, было слишком тяжёлым для этого тихого вечера. Я шла рядом с ним. Смотрела на воду. На отражение луны. На своё отражение, которое расплывалось в тёмной глади. Я сказала себе, что согласилась идти не для него. Для себя. Что это мой выбор. Что я устала бояться. Что хватит. Но руки всё равно дрожали. Сердце колотилось где-то в горле. Я чувствовала его рядом. Его тепло. Его запах. Его присутствие, которое я так старалась забыть. Которое я забыла. Или думала, что забыла.</p><p>Он молчал. Я молчала. Между нами была тишина. Долгая. Тяжёлая. Полная чего-то, чего я не могла назвать. И тогда он заговорил. Первым. Тихо. Спокойно. Без той самой улыбки. Без торжества. Без ничего, что я помнила.</p><p>— Мария Александровна, извини меня.</p><p>Я остановилась. Посмотрела на него. И не могла поверить своим ушам. Это было так просто. Так нелепо. Так странно. Я почти рассмеялась. Почти. Но вместо смеха из горла вырвался какой-то хрип. Я смотрела на него. На его лицо. На его глаза, в которых не было ничего, кроме чего-то, что я не могла прочитать. И я думала о том, что я отмучилась столько времени. Столько лет. Столько ночей. Столько дней. Я просыпалась от того, что чувствовала его руки на своей коже. Я искала его лицо в каждой толпе. Я молчала. Пряталась. Убегала. Я жила с этим внутри. С этим стыдом. С этим страхом. С этой болью, которая не уходила. Которая не отпускала. Которая была частью меня. И теперь он стоял передо мной. На берегу этого озера. В этих сумерках. Без ветра. И говорил «извини меня». Так просто. Так буднично. Как будто это могло что-то исправить. Как будто это могло что-то изменить. Как будто это могло стереть всё, что было.</p><p>— Просто? — сказала я. Голос дрожал. Я ненавидела себя за это. Но не могла остановиться. — Просто вот так просто? Ты извиняешься? Сейчас? Здесь? После стольких лет? После всего, что ты сделал? Ты думаешь, что одно слово может это исправить? Ты думаешь, что я просто возьму и забуду? Что я просто скажу «хорошо, я тебя прощаю» и всё? Всё, что было, всё, что я пережила, всё, что я прятала, всё, что я носила в себе, — всё это исчезнет, потому что ты сказал «извини»?</p><p>Он смотрел на меня. Не отводил глаз. Не улыбался. Не оправдывался. Не защищался. Он просто стоял и слушал. И это было хуже всего. Потому что я ждала, что он будет спорить. Что он будет доказывать. Что он будет давить. Что он будет делать всё, что делал раньше. Но он не делал ничего. Он просто стоял и смотрел. И слушал. И ждал, пока я закончу. И когда я замолчала, когда я выдохлась, когда слёзы уже текли по щекам, он сказал тихо. Очень тихо. Так, что я едва услышала.</p><p>— Я не думаю, что одно слово может что-то исправить. Я не думаю, что ты должна меня прощать. Я просто хотел, чтобы ты знала, что я понимаю. Что я знаю, что сделал. Что я не оправдываюсь. Я просто хотел сказать это. Потому что я должен был сказать это много лет назад. И потому что я не хочу, чтобы ты думала, что мне всё равно. Мне не всё равно. Мне никогда не было всё равно.</p><p>Я смотрела на него и не могла понять его мотивации. Ни тогда. Ни сейчас. Он был для меня загадкой. Тёмной. Опасной. Той, которую я боялась разгадывать. И тогда он продолжил. Тихо. Медленно. Как будто каждое слово давалось ему с трудом.</p><p>— Мария, это не оправдание для меня. Но я прошёл через многие испытания. И в тот период я был на грани срыва. Я думал, что потерял свою жизнь навсегда. И это было несправедливо. И есправедливо было тебя видеть там. В этом месте. Такую хорошенькую. Среди этого сброда.</p><p>— Ты хочешь сказать, ты хотел защитить меня? — мой голос сорвался на истерический смех.</p><p>Он звучал чуждо. Резко. Как будто рвался из горла. Я смеялась, и слёзы текли по щекам. Я смеялась, и не могла остановиться. Я смеялась, и это было страшно. Потому что в этом смехе было всё. Все эти годы. Все эти ночи. Всё, что я прятала. Всё, что я носила в себе. Всё, что я не могла сказать. И теперь это вырывалось наружу. Таким вот образом. Через смех. Через слёзы. Через что-то, что я не могла контролировать.</p><p>— Защитить? — повторила я. — Ты? Ты прижимал меня к доске. Ты шлёпал меня. Ты порвал мои колготки. Ты прижался ртом. Ты сделал это. Ты. И ты говоришь, что хотел защитить? От кого? От себя? От того, что ты сам собирался сделать?</p><p>Я замолчала. Дышала тяжело. Смотрела на него. И ждала. Что он скажет. Что он сделает. Как он будет оправдываться. Как он будет защищаться. Но он не оправдывался. Не защищался. Он просто стоял. Смотрел на меня. И в его глазах было что-то. Что-то, что я не могла прочитать. Что-то, что я не хотела читать. Что-то, что было хуже всего.</p><p>— Я знаю, — сказал он тихо. — Я знаю, как это звучит. Я знаю, что это не оправдание. Я знаю, что ты имеешь право смеяться. Имеешь право ненавидеть. Имеешь право не верить. Я просто хотел, чтобы ты знала. Чтобы ты понимала. Что я был не в себе. Что я был сломан. Что я видел тебя там и думал, что ты не должна быть в этом месте. Что ты не такая. Что ты лучше. И я не знал, как это выразить. Я не знал, как это сказать. Я не знал, как это показать. И я сделал то, что сделал.</p><p>— А эта премия? — сказала я. Голос был тихим. Но твёрдым. — Меня выбрали потому, что ты так решил? Не за заслуги?</p><p>— Ты заслужила её, — повторил он. — Ты работала. Ты старалась. Ты делала всё, что должна была делать. И больше. Я видел. Я знал. Я следил. Не в плохом смысле. Я просто хотел знать. Хотел быть уверен. Что ты в порядке. Что у тебя всё хорошо. Что ты не сломалась. Что ты не сдалась. И ты не сломалась. Не сдалась. Ты стала сильнее. Лучше. Ты стала той, кем я всегда знал, что ты можешь быть. И эта премия. Она твоя. По праву. Я не выбирал тебя. Я просто... я просто хотел, чтобы ты получила то, что заслужила.— И я могу дать тебе больше, — сказал он тихо. — Сможешь работать и развиваться как захочешь. И где захочешь.</p></section><section><title><p>Глава 25</p></title><p>Я замолчала — и слова застряли в горле.</p><p>— Что… — выдохнула я, и голос сорвался на шёпот. — Что ты сказал?</p><p>Он смотрел прямо, не отводя глаз, и в этом взгляде не было ни капли пощады.</p><p>— Ты живёшь с мужем, который тебя не видит, — сказал он ровно, — Который не знает, кто ты. И знать не хочет. Который спит с тобой — и не касается. Говорит, что любит, — и не любит. Изменяет — а ты делаешь вид, что не замечаешь.</p><p>Я замерла. Внутри оборвалось — резко, как дёрнутая нить, — и всё, что было на неё нанизано, посыпалось вниз: мысли, чувства, картинка.</p><p>— Что… — я сглотнула, но горло сжало. — Что ты сказал? Повтори.</p><p>Голос был чужим. Хриплым. Сломанным.</p><p>— Твой муж, — сказал он медленно, и каждое слово падало тяжело, — тебе изменяет. Давно.</p><p>Я смотрела на него — и земля уходила из-под ног. Всё, что я строила. Всё, что пыталась сохранить. Всё, во что верила. Рушилось — здесь, на этом берегу, в этих сумерках, без ветра, без звука.</p><p>— Ты врёшь, — сказала я. Вдох. Ещё вдох. — Ты врёшь! Ты хочешь поссорить меня с ним, ты хочешь… хочешь, чтобы я осталась одна!</p><p>— Я не вру, — сказал он тихо. — Я никогда тебе не врал. Я говорил правду даже тогда. В том классе. Я сказал, что ты хочешь меня, — и ты хотела. Сейчас я говорю: твой муж тебе изменяет. И это правда. Проверь, если хочешь. Только… — он выдохнул коротко, — ты не хочешь. Потому что боишься. Если узнаешь — придётся что-то менять. А ты не хочешь менять. Ты хочешь, чтобы всё осталось как есть. Даже если это ложь. Даже если больно. Даже если убивает тебя медленно.</p><p>Я смотрела на него, и слёзы текли по щекам — тёплые, солёные, бессильные.</p><p>— Зачем? — прошептала я, и голос дрогнул. — Зачем ты это делаешь? Зачем говоришь мне это? Зачем… зачем разрушаешь то, что я построила?</p><p>— Потому что ты заслуживаешь большего, — сказал он, и в голосе впервые треснуло. — Потому что ты заслуживаешь правды. И счастья. Настоящего. А не вот так. Не в этом. Не с ним.</p><p>— А с тобой? — я усмехнулась, но губы дрожали. — С тобой я буду счастлива? С убийцей? Кто преследовал? Кто организовал эту поездку, чтобы заманить меня сюда?</p><p>Он молчал. Долго. Смотрел на воду. На озеро. На отражение луны — и дышал неровно, будто каждое слово давалось с боем.</p><p>— Я не убийца, — сказал он наконец.</p><p>Я молчала.</p><p>— Я не убийца, — повторил он, и голос сорвался на хрип. — Меня оправдали. Дело пересмотрели. Нашли настоящего виновника. Я отсидел четыре года за то, чего не делал. Четыре года. — Он выдохнул, коротко и зло. — За то, что сделал другой. И всё это время я был зол. На всех. На систему. На людей. На тебя. На себя. Я хотел, чтобы кто-то заплатил. И тогда ты пришла. В тот класс. Такая чистая. Такая правильная. Такая не из этого места.</p><p>Он замолчал. Посмотрел на меня — и в глазах его было что-то, чего я не видела раньше. Не улыбка. Не торжество. Не насмешка.</p><p>— Потом я понял, что ты не такая, как я думал, — сказал он тише, и дыхание его сбилось. — Что ты не просто училка. Не просто красивая женщина. Что ты… человек. Что ты боишься. Что страдаешь. Я не оправдываюсь. Я просто хочу, чтобы ты знала правду.</p><p>Я смотрела на него — и что-то внутри менялось. Медленно. Лёд таял. Стена рушилась. Что-то новое проступало на месте старого.</p><p>— Четыре года, — прошептала я, и в груди сжалось. — Ты отсидел четыре года за то, чего не делал.</p><p>— Да, — сказал он, и выдохнул через силу. — И я не хочу, чтобы ты меня жалела. Я просто хочу, чтобы ты знала. Что я не тот, кем ты меня считала. Что я не чудовище. Что я просто… человек. Сломанный. Злой. Но человек.</p><p>Я молчала. Смотрела на озеро. На луну. На своё отражение, которое расплывалось в тёмной глади.</p><p>— Я тебе не верю, — сказала я. Тихо. Твёрдо. — Про мужа. Я тебе не верю.</p><p>Он остановился. Обернулся. Посмотрел долго. Внимательно. Без улыбки.</p><p>— Хорошо, — сказал он, и голос был ровным, но ладони сжались в кулаки. — Не верь. Я не заставляю.</p><p>— Ты хочешь, чтобы я ушла от него, — продолжила я, и голос дрожал, но я не останавливалась. — Ты хочешь, чтобы я осталась одна. Ты специально это сказал. Чтобы посеять сомнение. Чтобы разрушить то, что у меня есть.</p><p>— У тебя ничего нет, — сказал он тихо, и в этой тихости была усталость. — У тебя есть иллюзия. Картинка. Фасад. Ты сама это знаешь. Ты просто боишься признать.</p><p>— Я не боюсь, — сказала я. Вдох. Ещё вдох. — Я не боюсь. Я просто… просто не хочу разрушать свою жизнь. Свою семью. Своё будущее.</p><p>— Какое будущее? — он сделал шаг ко мне, и дыхание его стало тяжёлым. — С человеком, который тебя не видит в упор?</p><p>— Замолчи, — прошептала я. — Пожалуйста. Замолчи. Ты не прав.</p><p>— Я не буду молчать, — сказал он, и голос задрожал от глухой ярости. — Я молчал четыре года. За решёткой. За то, чего не делал. А ты… — он выдохнул резко, — ты молчишь всю жизнь. Ты молчишь, потому что боишься. Боишься правды. Боишься себя. Боишься того, что ты чувствуешь.</p><p>— Я ничего не чувствую, — сказала я. — Ничего! Я забыла. Я всё забыла. Я жила дальше. Я справилась.— Я не хочу, — прошептала я, и голос сорвался на изнеможение. — Я не хочу тебя. Я не хочу это. Я хочу нормальную жизнь. Я хочу быть счастливой. По-настоящему. Без боли. Без страха. Без тебя.</p></section><section><title><p>Глава 26</p></title><p>Я шла обратно по берегу, и ноги не слушались — как будто всё это время они ждали, что я останусь стоять, и теперь не понимали, зачем я вообще двигаюсь. Ветер так и не поднялся, сумерки сгустились до синевы, и компания у костра казалась отсюда чем-то из другой жизни — чужой, тёплой, безопасной.</p><p>Я подошла, и кто-то сунул мне в руку бокал. Вино было прохладным, и я выпила половину залпом, даже не почувствовав вкуса, — только как холод скатился вниз и там растёкся, немного отпустив сжатое горло. Кто-то смеялся. Кто-то спорил о ерунде. Кто-то подкладывал дрова в костёр, и искры взлетали вверх и гасли, не долетев до тёмного неба. Я сидела с краю, кивала невпопад и ждала, когда можно будет уйти.</p><p>Вино кончилось быстрее, чем я думала, — и вместе с ним кончилось и терпение. Я поднялась, сказала, что нужно позвонить, и отошла в сторону, туда, где свет костра уже не доставал и где голоса превращались в ровный, неразборчивый гул. Достала телефон. Руки почему-то дрожали. Нашла номер мужа и нажала вызов, сама не зная, что скажу. Может, просто спрошу, как дела. Может, просто услышу его голос и пойму, что всё это бред, что мне всё показалось, что человек с озера просто умеет говорить слова, от которых рушится земля. И где-то на задворках мысли, пока шли гудки, я вдруг решила твёрдо: приеду домой — и проверю. Спокойно, без скандала, без истерики. Посмотрю в его телефон, в почту, в его переписки. Я же имею право как жена!</p><p>Гудок. Второй. Третий.</p><p>Трубку сняли.</p><p>Я уже открыла рот, чтобы сказать «привет», — и не сказала. Потому что на том конце было тихо. Не просто тихо — а как-то неправильно тихо, с тем особым шорохом, с каким бывает тишина в чужой комнате.</p><p>— Алло? — всё же сказала я. — Алло?</p><p>И тогда услышала. Не сразу, нет — сначала просто звук, который не хотела опознавать, который мозг отказывался складывать. Голос. Женский. Приглушённый, будто говорили в сторону, в подушку, в плечо. Что-то короткое. Что-то вроде «ну хватит» — с той особой, ленивой, домашней интонацией, с какой говорят люди, которые давно друг друга знают.</p><p>Я замерла. Сердце ударило где-то в горле, а потом, кажется, остановилось вовсе.</p><p>— Кто это? — спросила я, и голос мой прозвучал слишком громко, слишком резко, совсем не так, как я хотела. — Кто там?</p><p>Шорох. Возня. И потом — его голос. Живой, тёплый, чуть сонный, тот самый голос, который я знала наизусть:</p><p>— Алло? Алло, Мария.</p><p>Я молчала. Не могла выдавить ни слова. Просто стояла в темноте, прижимая трубку к уху так, что она впивалась в висок.</p><p>— Алло? — повторил он, и в голосе появилась лёгкая досада.</p><p>— Это я, — сказала я наконец.</p><p>Пауза. Долгая. Такая долгая, что я успела услышать, как где-то у него, на том конце, скрипнула кровать.</p><p>— Я… я тут… — он запнулся, и запнулся так неумело, так по-мальчишески, что мне стало противно, — я тут с работы пришёл, устал, прилёг…</p><p>— С работы, — повторила я.</p><p>— Ну да, с работы, — сказал он, и уже увереннее, уже с той раздражённой ноткой, которой он всегда оборонялся, когда чувствовал себя виноватым. — А что такое? Что случилось?</p><p>Я смотрела в темноту перед собой. Там, в отдалении, у костра, кто-то опять засмеялся, и смех этот показался мне чужим настолько, будто доносился с другой планеты.</p><p>— Ничего, — сказала я. Голос был ровным. Слишком ровным. — Ничего не случилось.</p><p>— Ну и хорошо, — сказал он. — Ты там как вообще?</p><p>— Хорошо, — сказала я. — Всё хорошо.</p><p>— Ну и отлично, — сказал он. — Давай завтра созвонимся? А то я, наверное, лягу, устал.</p><p>— Ляжешь, — повторила я.</p><p>— Ну да, — сказал он, и в голосе опять мелькнула эта досада. — Поздно уже.</p><p>— Поздно, — согласилась я.</p><p>И нажала отбой.</p><p>Просто нажала — и всё. Не было ни крика, ни слёз, ни дрожи в руках, хотя я ждала, что они начнут трястись. Ничего. Только где-то в глубине, под рёбрами, стало очень тихо и очень холодно, как бывает, когда долго несёшь тяжёлое и наконец ставишь на землю.</p><p>Проверять не пришлось. Я собиралась сделать это по приезде домой — придумать повод, заглянуть в телефон, найти подтверждение, помучиться сомнением, поискать оправдания. Не пришлось. Всё случилось само — случайно, нелепо, в трубке, которую подняли случайно.</p><p>Я стояла в темноте, смотрела на телефон в своей руке, и в голове было пусто. Не больно, нет, — больно будет потом, я знала это, — а просто пусто, как в комнате, из которой только что вынесли всю мебель.</p><p>За спиной у костра кто-то опять засмеялся.</p><p>Я обернулась.</p><p>И в этот момент поняла, что не хочу возвращаться туда, к огню, к вину, к чужим голосам. Не хочу делать вид, что всё в порядке. Не хочу, чтобы кто-нибудь спросил, всё ли со мной хорошо.</p><p>Я сделала шаг назад, в темноту. Потом ещё один. И ещё.</p><p>А потом развернулась и пошла — не к костру, не к компании, а туда, где в темноте у самой воды всё ещё стоял человек, которого я, кажется, впервые за весь вечер дейсвительно хотела видеть.</p></section></body><binary id="cover.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4AAQSkZJRgABAQEAYABgAAD//gA7Q1JFQVRPUjogZ2QtanBlZyB2MS4wICh1c2luZyBJSkcgSlBFRyB2ODApLCBxdWFsaXR5ID0gODUK/9sAQwAFAwQEBAMFBAQEBQUFBgcMCAcHBwcPCwsJDBEPEhIRDxERExYcFxMUGhURERghGBodHR8fHxMXIiQiHiQcHh8e/9sAQwEFBQUHBgcOCAgOHhQRFB4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4e/8AAEQgCgQG4AwEiAAIRAQMRAf/EAB8AAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAABAgMEBQYHCAkKC//EALUQAAIBAwMCBAMFBQQEAAABfQECAwAEEQUSITFBBhNRYQcicRQygZGhCCNCscEVUtHwJDNicoIJChYXGBkaJSYnKCkqNDU2Nzg5OkNERUZHSElKU1RVVldYWVpjZGVmZ2hpanN0dXZ3eHl6g4SFhoeIiYqSk5SVlpeYmZqio6Slpqeoqaqys7S1tre4ubrCw8TFxsfIycrS09TV1tfY2drh4uPk5ebn6Onq8fLz9PX29/j5+v/EAB8BAAMBAQEBAQEBAQEAAAAAAAABAgMEBQYHCAkKC//EALURAAIBAgQEAwQHBQQEAAECdwABAgMRBAUhMQYSQVEHYXETIjKBCBRCkaGxwQkjM1LwFWJy0QoWJDThJfEXGBkaJicoKSo1Njc4OTpDREVGR0hJSlNUVVZXWFlaY2RlZmdoaWpzdHV2d3h5eoKDhIWGh4iJipKTlJWWl5iZmqKjpKWmp6ipqrKztLW2t7i5usLDxMXGx8jJytLT1NXW19jZ2uLj5OXm5+jp6vLz9PX29/j5+v/aAAwDAQACEQMRAD8A+V6D0p232oKmmgIu9Ltp2zBpwU9zTATFGDUuKbigkYM55OacOlFFABRRRQDCkNPooJ2E70tLRT3KEopcUYpDCiiihAN70tJ3pabENop1FIGNpDT6KBWsMwafS4pKe4woopaQxKKWigaQUUUtACUUuKKBNkZHNPxRilxT3EGeKaRmnAU4JSHcZRT9h9KNh9KAuMpdvtUmynbaBNkOKMVMR7UmPakC0IsUYp+2gKKCiPFJmpto9KXy19KLiuV2I7nFV5ZA7BFOT3NS31vI3KthRS2Jh2Y/iqriERcfL6U8AelWQqnoKAintSuBXwPShl44FWHjGMgVC6sVOSB9adwICKKUAnpRQBJR7DrTRW74I8Map4s1uPS9Ki3yM2GY9EHqahysPcxNvPNHr9SK+wPDH7OfhrSrWOTVZJL+5X7wBwu//wCJrO0b4eeF5/ibqGmXuhKtn9hRlEeTg78dce9YuuhpHyeGyacDmvrnx5+zv4X1C2a58PzPplw+TGjnKufqPu18r+J9B1Pw3rlzpGrWzw3cLYfcOGPqKqnVUgaM7FGKKK2EGKMUUUBcKKXFGKAEopcUYoATNGaMUYoCwUUUUAFFFFMQUUUVIgoooplBRRRQMKKKKYkFFelfALwLo/jvW7rTdUvntHjTem0bi3P1rnvH/hDVPC/iG506a1n8qNvkcp94Vj7RKVmUcvTumK7r4Q/D698a+KIbSa2ni05TmeYx9Mexra/aB+Huh/D3WLHT9K1Ca8kliZ5QyAYPOO/1p+0XNZBY8r4oFApa0ENp69KZT06CgkULT9vtTQakFIBNtMxUuKaRSAZxTsj0pdtOxQAmBSbfengUu2gBgXNGwdhUgFKBQBH5Z9KdsGMgc96fiort3S2by/vGkUQy5d/LAyO9NitFV9xGKmtIyIVL8uRzUwTJp3AYqAcU7AA4p/lmkCUgG8elRyIrdRU/lrTSKdySv5agcCinXLtHCxBoqgKY619b/sbeHILDwfc+IJoAZryfYrv95VFfJRXHavvT9n+2jg+FWmLEMKQWx6VzV5WiXBHQ/EzxFbeE/CN/r0iIXghyoY9WA4r5D0r47eL7fxUusTvalXIWWPy+DHnla9+/alkdPhRfxKceY+c+nNfE+KyoU1KLbK2P0i8Oalb694ftdTijxDdxCRefusRg4r5z/bF8OpHaabr/AJWZWlNtJL0zwxG4/hXoPwV8f+DrL4caVY3niCxguYIsSxu+CvNcz+1D4o8J674AS30/WLa8uBdIyxI3Pufyz+dKKcJBofKGKMV9taN8H/h1c6Pa3sugW8pS3jLSf3iy/N/StiP4PfDhwki+HbU4XGCM1q8QkHLc+DguaCK+9Y/g98OlP/ItWhz7Vn+JPhB8P00K9lh8P28UiRO6so5BxQsShONj4aor6U/Zk+G/g7xV4Gu7vWbFbidbgxBj6YrsPFn7P3hm60OxsdFtEinjlDTXBOCU+bK1SxEW7Bynx3hj0GaK/QXwt8OfCPh3To7O20S1uAnV5YUct9a5z4p/B/wt4m0G6ay0yCz1COItFLAoU5HYYqXiI83KFj4czS1a1fT7nS9Tn0+6jKTW8m1gfUV9E/AD4HWWp6NB4m8V25dLnDwWxJJKf7X6VrOrGKuJI+bVVm+6pb6CgrIP4K/Q+Lwh4UsbKOH+x9MhiiPAlgU4/Eiq2ufD7wbrtuwutD09lddoMUSrj8qx+spD5T89WyT6Uor139oT4SyeBLyPUNM/eaTO+xT/AM829DV39k3wr4b8VeI9Xs/ENil35dvG8COTgctu7/7tbOsuW4uU8Vor7m1L4IfDwX0N0uixp8zfInfK9qsQ/Br4eQptXQLVsjHPNZLERYcp8I0V9u/EH4WeCIPB2qS2WgWsc6QFlZUGQfyrkP2YPAfhrXfhul/q+i21xcGUqXZVzhTVKvFRuHKfKNOAzX1J+1L4K8M6B4DhvNK0iC1unuBGrRoP7p5rxP4IeD28aeObWxaLfbxESTccAVoqsXHmEcORSYr9Ah8LPAoUw/8ACP2hXjOUHPIr5K/aB0bTNL+K82m6bZxWtqvlqY4xgZJ5qY14yGkcP4X13U/DWu22r6VcGGeBs47OPQ19E6R+0T4Xv7HHijw7FJcoAGJiWTJ/vLuFeleFvhV4ButGsrqTw3atNLbKzDavJIGT/Kvmv9pXw9pXhr4gGx0ayS1gMIcqo71lJxnKwz0bWP2i/D+nWz/8Ip4dVbkk4MieWIz+HWvn7xj4n1bxVrk+saxOJLmZieBgKOwr2j9lL4daf4jg1HXNesEubFXENusg+8w5J/Va9r1z4SeARo168fh+2SSO3kdXXAKsFJ9acXGMhtnwoDTqnvolivpo0HyK5A/Oo1XNdKd1cgZTgtT2Xlx3kMkyqyLIrEMOCMjmvt7Qvhb8O9Y8O2mpjw9av9pgRlOOpxz+tZVKqhuNI+GgKlFe0ftTeE9G8OavpT6PYpZRyxYeNPu7hnP8xXMfs9+HbfxL8S7SzvbZZ7VInaVT6cU/aJR5mKxwFFfe0nwp8B+Uwk8O2u09uOa8E+Gfhnwt4l+OGvabc6ZA+nQSSiCDHyrsyv8ASs/bxY1Gx4JTlRn+6M19pa38EfBU+k3senaVHHO8eISOoNWfhb8H/DfhfRohf6fbX2onmWSVNwzUvExK5T4oETKMsKZnNfffif4d+EfEOnS2l5olkm8Ha8cCq6ns3Svi74qeEbjwV4wu9GlDGNcPE5GN6GqhWjImUTlacvPau9+Cvw6u/HviMQyMbfS4HUXE+efmPRa+svD3w58DaLZi0g0S03MrM7TxAsVH8dOVVJ2EkfCflSYztqvflY4MscYNffF74V8I6payeZ4f0+aJDhWWFCDXgf7QPwFjt9Lu9e8IOTFbZe5su6gHFKNZXsyuU8GtXElurrxmpAMV2f7O+kafrHxHsNL1e0juIHzuR+RX1zL8JPANwhk/4R62Ryu3IA/xqpVIhY+FqbW34m0kQ+Pr3QtPQ7Bem3iUDp82M19ZeB/gr4Mg8NWX9raPHPdNGGmdjk7z/n9KU6qiriSufGVI44r6L/ab0f4feDfDkVlpelW0Oq3GGTZjcq18xX2oOwC2yOVPVsVdOXOrg1Ylv2GwRjlmNFJZCIIHcOW77qK0EBXFfePwAmEnwv0rHKqhDfXNfCWDX3P+zewHwq05zjvxXLifhLRh/tXyxt8L7qONXGJBkufl/Gvi0Lk19pftTbf+FW3qOcN52T+FfGWzinh3aISGhmX7pxS7mbqc05VyoPrQV9q2uiGenWvx3+IFrp8VnDe2oijjWMDyewPHevqX4C+ItS8T/CfS9e1h0kupfPEjqu0fJO6D9BXwXnJr7W/ZOlWX4J6bbddss6OP96V2/rXPXikro0iTftHeNNZ8D+DIr7S3VZ570QRse42O3/stfOF78d/iBd2txbS36eXOm1htr2z9sK3uT8N7XzJFk/4mhZMdl2PgV8jMvtRQpxcdRSZ9cfsYfN8Or5hwwu8g+h216X8V/EcvhXwFqWsQpuljUKh9CRivNf2NGI+HWojHS+z/AOO1o/taXscfwqlh348+VOPUVhb94PmPGvg78WPFCfEOAanqMlza3c22RXP3eeMV9kHkCvzq8GytD4q02ROGE6fzr9F1PrV1oqEgufFPxk0SNf2gH0yNcR3NxG5HrmvsvRbOKx0uzsYVCpBAifkOa+YPjJAh/aT0tVXOXjH0619WQrjA9Bis6mtgifJH7WPjHVl8bJo1hfyw20EYZghxluK9B/ZA8TX+seF7+w1O4M7W1z8jnn5WAb/GvF/2qAy/Fi/LLivRv2JPu63/ALy/+g10ThGNK6Ez1v8AaB0qHVvhJrkcqbjBD5yjH905P8q8F/YuKR+KdchLfM1mh/AP1/WvpP4oDd8OPEi9P+JXcH8o2r5r/Y3SN/GWssU3bbIANntu5/pWVJt03cdj6b169nsvDuo3Ue3zra1kliYjuM4NfHqfHz4iq7MuowAN/wBMv/r19beL5XtvDOq2wjZYnsSvmt0HBG38PvV+fCrnNVh4Jx1E9D0+++Onjy+0yfTru+heCdCj4jx1/Gvef2Q18v4Ybv707D8a+Nih9K+yv2Sz/wAWuj/6+X/rVV4qEdATuVv2wufhvF/19p/6C9Zv7G/hWTTfDV54knjCy3kgEIYdIxxz+O6ug/acspdW8N6No0Cb5bzUkRR7YOa7nRrSy8GeB7aLGyLTLXJ56H/9qslK1Ow7HSCRSSQGb1wK+LP2nTj41S/WL+dfY1jKLyzsdRAaNZowwQHjJGa+Of2mQx+NVxuAHyx/zpUNLiPrvwcP+KX0v/rzi/lXyl+1msl58Vo7aKNfMeFETHcdq+qvBmV8K6YuM/6Kn8q8g1bwi3ib9pFLmaLfa6dB5rH3/hH/AI9RF8s7jPSvhB4bi8L/AA+0zS4wBIse6TA7nmug11seGdWfH3LSRsdj8pNMvdQstPvbWy+7NdlyB7Lt/wAah1qML4b1nZcSeWbCRT/skRt+dL4pXBo/PfUlxqNxx/y0b+dQhauaimdRuSBkeY2D+NQhK9CD0M2QFa+2P2Wta/tj4VWcTvmXT5mtz/u/KR/M18W+XmvoH9jvWWtr/XNIeUhZYY50HuhIPH/AlrLERvEqJ0X7Z+mJJ4a02+TC/Z58EY9eK5T9i3SzL4s1bVZB8kFntXjoS6j+W6vW/wBpiwGpfCrUSg3NbDzs+m05/oK5r9jbTRZeD7+9DMzXEygE9sbv8aw5v3ZVj2Hxnfx6T4U1K+dtrRQsy/lXy7+yZdfafitcTTk+ZPFK5P13GvXf2pNbGnfDOW3jkIe8k8oevT9OteL/ALJCsfigMDP+jP8A+gtRCNoXEz69mmjt7eWftEhavjjxd8YvFcvjq7vrS9MMFvc7Y4FHylFOOPyr6s8XXIt/C2oSE7HWI8fnXwPqDb76aQD7ztx+JqaUE02wR+hfh6+/tHRbW9xjz4g55zya+d/219OiSfQ9WGfNlSSHOeykH/2f9K9r+Ebs/wAPdHaQ5b7KnP4V5X+2lGr+G9CJHzLNMQfwSiKXPoNu50f7M+kQ6T8MLG4MbPPeN9ofAxxv+T9Nv5Vj/tW+ItX0XwjaQWF4beS9u2yy/e2BDwDXoPwSjMPws8PpvV2bT4sY/wBwV4/+2XLHJp2h+WpPlTToecqx2iqWtQWxz37J3jPWv+E1fQL29kuLS4t3OJG4UgV9PXfkXlhcW7RbreaNkkBGA+VNfF37MTtF8W9PnuAvltG4II6dK+x/EF5eFVTTIxK7BUmXsoI6/wA6VRe8NO58o/BzRv7P+P8ADprSNuiunzjjHP8A9avstnVVZGO2LaT9K+QfhyJYf2lo0uysci3ThyxwBxX1vOCZm9/m46c1EwPlX4VeEpvEfx71nUZAGs7C7knORwx3YA/Wvq24nigs2uJj5aRrlh6Cud+HvhSDw3/ac6vHJPf3JmJXuK4z9p3xHe6J4OSzswy/bXKySDsvpSb5mkNaHzl8a/EUPjDxxd3yqTbQsYbfLZ+UDFcYsKBQAgxVpUBOTz6U4p6Cu6muWNjNlQQKf4BRVtUYfw0VXMIxitfa37OLwy/C3TgofguPlPpj/Gvi9gK+v/2TbiK6+G0dvG+ZLe4ZWHucVjifhLQ/9qbB+GM8mDnzFzx1r42XpX3J+0H4en134eavb2rEyJEzpGOpIFfE9hpeoXuoJYW9rK00j7FyhGT+VZ0Z+7YbVz6//Z90LSb/AOF2k3N7pdtJOhlAdowSf3h9qwv2o9PsLL4XxtbaTbW8pu0iYxqFIx1+v3f1r0P4SaddaJ4HsdNmCMYIcuVb7p78flXlf7YWswf2HpejRl0d5jcPG3UjDUoSbmHKfMG3FfYv7IV1C/wwS0LYlguHEg9AXY/yr4/K+1fYn7JViq/Cq3u4x880kwk+gkK/0rSv8ILQrftiIh+G1qACjHUEUr2+6/avkEpX1/8AteqR8MbXnJ/tGPJ9flevkZl9qMM2oikz6w/Y5QL8PNR5zm7B/wDHak/a9h83wJFN5bHZMAWUZVT81H7HBZ/AN/u5xeH+Vdn8d9AuvEXw41DT7NQZuHUd8g9qx/5eBufEfhNc+I9Pb0nT+dfovGcxKa+FfhR4L1bVvHlpZNYTqLe4Vpg6YwAea+6AMAAdBVVnzysNdj5a+L0uP2l9O4+5NEP/AEKvqyI7kDdM18afF/VYx8fP7QDkpBNGMgdMbuK+wtJn+06Za3IOfNhVvpxUVNhHxJ+0dazp8VdTE9006nkArjA9Oten/sVKEi15cc7k/wDQa479qrSZrP4lyXGwiK6TKuRgbvTNeifsbaVeW+harqVzC0aTXAVdwxuworSUv3dgR6/8SF3/AA98Rr0zplyv/kJq+b/2OEf/AITLWiq53WY/Vq+gfjfqC6b8LNeuGk8vNq0ecf3zt/8AZq8B/Y5lYeOdUhUY3WO4n6OP8amCtTK3Poj4gQxv4F1R5lV5UsZg2R32Gvz9C8V+hXjwqPBeqwE/NLazBPfINfn0ikdavDaImRFt5r7G/ZOTHwuj953P86+QGUYr7D/ZPRv+Fa4kHAuH8se1XiFeIoHpOpaVaaheWdzcpmWxZpY/Yldv/s1eR/tR+KTYaPp+h2jkT3sqlwB/Bmvb2HyM390Zr4y+M/iD/hJ/i0rRyq1vbSpBHtHAx1/U1zRjdGjZ9f8Ah0EaBp6ls4t17f7FfHv7TEfmfGuXJ5IjBP419h6Qpj022jyzbIEXJPX5cV8e/tDRyH4zXEm3PzR8fjWlNWEz608HpLF4b0yFmVv9FTkfSptP0a0sNSvNRjy11d4Ejn0HamaBLImhadGEWNVtYgMf7oqLxnrMWheEtT1WVtphhLIfc8Cs7XqCZ5TceKV1X9pm0062YyW9jatGCvTeTkmvWfFfmjw1q0Mhxm2mJH/AGr5e/Z5nm1H4ztfzsPMmjkZsD1Ir6W8StIbHUbSNf+YZOS/bOw805aSGz4OvV/0uYY/5aN/OoynHSr17Hm8nwOkh/nUSp7V2wfumTKuw56V6B8AdTh0n4kafLOSIpW8p8eh//VXF7BVnR5GstVtb1CQ0MgYY+tTP3olRPuHx9Y/bfA+t6cE8yOa1kGP9og/5/Cuc/Z50r+z/AIYWEUybZcvIPbniu00W5j1bQoLwsGW+gjkZew3oG/rVjTLG10uwjs7ddkMSYUAelcN9OU03R83/ALYGqmTUdK0fzBuSFnlCnszHb/Wuf/ZMXHxQX/r2k/8AQTWN8e7+TVPiXqMvVYsQrz2C8fzrf/ZVj2/E1W9LZ/5GulL92Z31Ppf4hQ+b4O1IbGbEJPA9q+D9Rh/0yY4/5aN/Ov0J1SEXGnzwEZEiFfzr4m8SeEdXtvF1xpf2GUzvclFwvHLcfzrKjJWdymj62+E4x8P9HUdrZP5V5b+2Vz4f0Mf9NZ/5JXs3hDT207w3Z2TfK0cIRh3U4FeFftdz+dqmj2Bb5Y4XlI9ycf0oh8YHqnwWuGPwz0RpB8kenQA89cRivLP2xEV/D+gJCP8AVzyhj6tgf4V3fwDvFvfhdpsaTBXjDxEH/Yz/AEFeZftLzSa1FbwWEhl/sydo5wO5ccEf98t+dXHSpcGzgf2dorj/AIWnpzRiMFFLuJOm1duc19kSwtEh8qONH8sgqhzng4r5d/Zp8PzXHjuO8nT9xBA7SueNrdhX1HeTxwWcl7vG1FLM56KKU37w4ny34Mtpz+0dHJchGla9bfg8A7ea+s/mjQfN0/1kmPl218o/C6RtQ+OFndMMebeuf0r6wz5cB4ztGazqagivZKqS4MseTkomfmxXK/GXw/B4h8E3ds6Bp41Lwn0Pf+leG6V4+1O1+L63t7czGyjuXjWJugjIxyK+lZZbbU0IRw0SANu67s1NmtRtnwTLaNbXM0DoVeJyjD0YUqxH0r0/46eFf7C8XS3EMe22uyZRxwGPWuBWIeldsJXRiyisLe1FaPkqO1FUK5xvWvTv2f8A4if8IN4gYXrM+mXRCzKxztP97FeaqtPC45pzSmrMqLsfoDpetad4o0SWfQdShvUnUmIQSjKnbjDd8e1cT8K7u8u11WPVLWN7izmMSyiPO+vkGx1PUNOcSWN5PbOOgjcgflUkGuaxCJRFqV1GJm3SBZT8zetYKlYtzPsjWfGPhrwRpN5PqOpWr3SOWWCJ8yydCq7O9fInxE8TXvi7xNc6rds4R3PkxlshE7Afhisqaead9880krernJqJxmrhTUXcnmKzR19gfsqXGm2/wptxd6haRO1zMPLedVYfOw6Zr5FIqaC4uI0Ecc8kceclUbGaqrBSVhpn1F+1Tc2M3w6WKO8tJmN+gEcMqttwr56fhXykVq7JNPcJieZ2UHPJJ59cVEye1FOPKrCZ9N/sgtJbeEb6aNJHZrwKw2MAQSBXqvxK8Up4Q8PNrMkXmRrIqt7KT1ry79lBJD4B1OKIqWN03zB9rLx6Yrf/AGkLj7V8HbydQyK7xkCRcMvze2a5GrzsVeyPSPD2paZrOmR6rpUsM0Nwnmb4+p+uOazPH/inS/CXh+fUr6ZIsIREhf5nPYAd/wD69fEejeINb0jP9napc2wI5CPgZqPV9Y1PV5A+pX092QODK2efWtfZPmuTch17UJtV1271SUkTTSlj7elfT37P/wAVNM1DQbXQNcvI7TUIAI0eZwEkHbDGvlbZinIWRgysQR3FW6aasK5+gep6Xo2sRLLd6fZaiBzGzoH/AFqy/wBg0XTgX+y2FpGOM4jRf/Za+C9P8R+IbLi11e7iX0D9ajvdY1e9yLvU7uU55VpCRUeykM9a/aR+J9n4kRPDehXLT2UEm6aQcpK4/muai/ZBaC38Y6tcT3EUKi0AxIyruLN2z9K8aYZpbd5YX3xSyRN0JQ4OK0UPc5QbPuPxVrelXGh63aRX9oz28LK3+kR9TFuH8X+0K+E2iFXlnucEvczMWxvIc5fA2/0qHZ+FKnDlE2QCNR94Zr6+/ZmvLG2+F9n519axyFnO15QCPmNfJAXnmrEU8yKFiuJUX+6rECqkuZWC59q/FTxbp2ieB9Su4tRtjO0eyILKC24+1fGGhs0viS2uJWJL3Idyfds1HJNPKhjkuJHQ9QxJo2FcbeCO4qI07Kwcx9qeJfEthpmm6UE1CDdcSxLhXU5GK+bfj60E3xeM9rIkyuYiXQ5B5rgjLdSbWaaV2H3QZDRJ5rnLs0jd2Y801Cw3M+5tG1HS/wCxbIPqNmP9HjHM6f3R/tV45+1X4lhl0Ox0Szuo3E8nmT+U6tnAJHT3YV4AJrsjLXdx93aP3p4FSSGaZt8zMx/2iTQqfvcwuY7v9mjy4PiTHJNKkY8h+WOK9p1nxIZPiLqekrfQNp/9lO5Xzh9/Z0+9Xy/bRSIwdGZG7FTgipo47gyb3mkyQQTvPINTKPvXDmKN1br9tn2j/lo386SO2Rv4a0xbZPWpDbe+a0UrAZX2Qf3aQ2wAztrXW1yOldB4Y8D634jglfSrTzUhxvLHHJz/AIGm5xCx9E/AzUf7S+Gull23ywK0Mh/3WbH6V1PiK6aw0G9vw2xLeItXN/BrwxeeFPCH2O+YGZ5WlK5+7ntUXxu1MWHgG7VX2y3JEUY9fX+RrhSvULvZHyVqwN9qt1dSMWMspfJ9zXov7OFv5PxA3qOltJx6/Ka4kW7V6V+zvCy/EKJvSF/5V0yeliUfRT3Mo0mS5VCrJGzYbg7lrD8E+KNO8U2BkR7f7dGzRTRnBcEFh0rTZ7g6fqCTDDICQPO7YOO1fJxN3aatcz28kkR85trIxB4Y1hCI3Kx9ganqNlpdjLe39wlvBGMszMP8a+R/ix4gTxV4wudRVy9ugWODP935qZqN9quprtur6aZR/CzHAqklg+MYFawiou5PMdJ8JvHaeDmure+eRrCRPlwPuPjHI/u5xXoPwy0oS+KdRv1ltr2zvbfKpERJFkkHleg24H5/WvA/EemXNzDHHCQuGyxxmtzRG1Cwt0+zXUkBxzg1TXUdz6nCWekWQh8myslk3b/kVYTtPf6qR930ry740fEW0fTpdC0G5WV5l2SyxHKBM/MB6+n+7Xml5c6leH/Sb+eT6ucVnfYHZjkbvepUVe7YORt/BHbB8SNLnnkjiSOTJLnA6V9E33ijR59cOmpe229YWJkM6hOnrmvmCGykQ7lyp9RVhIpwS4Y5PV88miSu7ivYq+JYc+J7+WKQSYnJV1+vrX0F8NfGGmDwLDc397GtxCxiaN3+9t6cV4L9nbOSST3zS/Z2Py7iFznHaiUU1YEz3D42afous+DWv4buwku4B5ibpgSfwr53FvGO1bUqTFCjTuVPUbutV/sgHetaasrENmcIE9KK0RbAdqKvmQjy8UtIKdx602yx1GBRRTACPenAUAUpFACEUijFPpAKAHKSOlJ1pRShc9aVgPf/ANmvxj4Y8M+EtRt9Y1OztrqW5yEkkGW4rT+MnjrwzrPww1DSrTVbKe6aVHSKOVfu5H8I/H86+b0XPanKKxcLSuUR7T6UuKmxSYrYljNvtShRmpMUu2gBqqAKXaKfijFK+oEZXPagKPSpMUYobsA0L7UBQetKRTce9ADtq05VHFM59aUNigCwqqDTwo9KpmR/Wo5JJgMqaYGki88VOsQI6Vz73dyvIzUD6nfL9zNFgOtgtFIGRWhbafvAOK4vTrrWLonYwXHrWnE2vgjFwo/Gk0+gXOwg0vI6fpVpNKrjo5/EYGFu1WpvN8Rcf6WKhruSdeulr3UVIulr/CorkEl8REYN0Pzo/wCJ8Tk34T86XKO52iaUoHVfyr1z4D3VhpVlqUV3dwQM7xld0g+brXziF17/AKCo/WnKmtnrqb/gxqHDmDmPs7UvE2hWMLSXGpWyBP4N43H6eteLfE7X08V3cSR4S0t8iNS3U/3q8Z+z6yx51OY/RjSCx1c/8xKU/XcaFTDmO4XS4QOqV2HwhfTdG8Vi8vbmKKIRspJIVR8v/wBavGTpmpn/AFmqTD5twwGFMbSL5+upS8enFU0CkfXN74z8OSmd01O3ZTGV4cZNeD3cVq91M8csbK0jEc+9eexaHd4IbUJm79aemg3Jx/p8vT196lRE5XO9WO2X70sY/Go7u5062gYtMjMwwAK4l9AlYYe+m/76qA+F42kDvdzPjplzVWBOx6BYWUE1uszyJlvep2tbVcAOlcSmiuQB9qlH/AqeugyH/l6l/OgLnZi2tB96RB+NPWPTh1nSuIbw/j711L/31TW0Jf8An6l/OlYLndN/Zq8faIvzqOR9MXGJ4h+NcMdAQ9bmU/8AAqa2gwD70sp+posFztjNp4/5eIvzppuNLHW4iH/Alriv7AtT1kemt4etOzyfnVcqC51097pgYgXMXHutVJtT0xePOU/itcjN4ds8/NvP41Rm0SxDEeWcimrIR2jahaMf3TBvxorA8O2kEEEiBTt3cUUgOGDg9DTlPNRp5f0pMjPWtTQso1PqBWp6yL60XESinColZPWlDgUwJaUU0NTgaAHU9cVHT1IoAkAp2PamCn1JQUCgU9cUCADjmn4o4ptIY4Uu2mg8ipMjFNIBm33o2+9OopPUkTZmmiOpBWNrGv29mDFHl5j0ANXGNwNKbES72YBPU1Rn1SyijLmdTjsDXIXmp3dypV5W2ntmqZP41fII68+IbAdBI30FOg8Q6ez4ZZF+orjkk5xhRUigsfmdPzquRWA9GsbrTrs7Y5F3ehrUjsbYj5owfwryyFjGweOYI46EGtjT/EWo2jgzOZk9aiSA9C0/RjcvO1s6oi9MjrXq/gz4NSavYxXEmoN+86bY8AV5X4T1K0mtpZ0k3pKuXA7V9JfCn4k+GdL0GK0vL+BZF/vGuaTlcCvbfs8QKP3mpzH8BVpf2fbIfe1Kf8hXfR/FbwWwx/bVmP8AtsKcPih4NPP9sWv/AH9FFwODX9n3TR/zEZ/yFSp+z9pY5Op3P5iu3PxT8Fr/AMxq1/7+Ckb4reDB01e1P/bUUxHG/wDCgNM/6CVyR9V/wqSL4BaKD82oXn6V1Z+Lfg5f+YrB+D1G3xe8HjpqKN9DRZAc4PgNoYOPt10fwFTL8CdAAGbq7P8AwJf8K13+MXhFT/x+E1G3xm8JDpOzfQNRoIor8C/Dfea5/Nf8KePgb4ZX+O4P41a/4XR4RGf3k2f9xqjb42eFl+603/fLUNRYxIvgl4YU8/aD9TUyfBfwmOscv/fVVH+OPhgH70x/4C1M/wCF5+Gf7sx/7ZtSsgNH/hTXhHvBI3/Aqcvwc8Ir/wAuTH/gVZf/AAvTw52hmP8A2zakPx00EdLeb/vhqqyA3I/hH4RjAxZH86mHwr8Igf8AHl+tc03x10Uni2mP/ATTR8dNJ7WUx/4DRYDqk+FvhIH/AI8AfqalX4X+Esf8g5K5BvjtpYHGnzflUD/HrT1+7YT1LQHc/wDCr/CQ/wCYctKvw08Ij/mGIfrXAn4+2nbTZD9RUT/H+IdNLc/QigD0YfDXwh20qIfhTh8N/CI/5hcX5V5jJ+0GR00g/wDAiKqzftDXH8GlL/30P8aqwHqF58NfCbxfLpUWRXmnxZ8EeHtI0lLi0s1E4c4Uis66/aDv2H7vTgPXBrznxn8UtT16+WWY7VCbdoP9alpgcvq5t7a/kECkKecZ6UVgX2o+a7yvISSec0VaiOxxIepFyTRdQGFtwGRUaS469K0LLKg05VHfFRLIpHWnBlx1pEkoVf71AFRAjPWngjHWk7gTJUyFcc1VDD1qUMPWmkA8tg8U5WqPcvrShxTHsTqakBqurVIJKBkv40fjUW80BzQBYyfWk57U1WpwaoGgBbPNSAnFRbqN1MROKDnsaiDcc1DqkzxafO6HDBDg1URGb4h1I+Q8Fuwz3euNmyzbiST71rK0bw5lfbv68ZzVZLgFQmxCR97jrWyViOYzmLZ9KcucAk1Za2kkYsqFiT2rQisMWhWSMhgMjNNsaM+wgWeUITj3q5PpkkbFlAIqCH91cIVODnmuhkmidFVDnI5pcwznGjYcFcEUQPtJVq157PeNy1jzxlXPFJ6iZuWF5NFaq1vIysnVQfvCuy0fUo7y0WSORS3cMMV5pa3DRN7V0fh+cQzCaNsJLw49KylBMaO8huSuOatLdvj79ZAbgEdDT1l44NZcoNGqt0xP3qmFwcdaxRPg/epwuPeiwGx9opPPHYAVlCf3p/n/AO1SsBqrP707zvf9KyFuP9qneefWhxJNPz6d9o96yHuPemrcf7VCiBr+f70vn+9ZPn/7VH2j/aquUDW86neeaxvtbdN3FN+1e9CQG0bj3pDdVjNd+9RPdH1ppAbrXVRPdnuc1jG6P96o3uTjrQo3GbBu6YbusU3B5+aojccn5jQ0Oxsvdmq73sn96st7o+tV5Ls+tMdjUmvZMH5qzpbolic9apz3nB5qlJdHsaBJFq5lLbtxorLlnkbPPWinsMuuSqkOMrWdeNHEu8Hj0rXvY+elYl9tU/OCR6CnFC2Ivt8XuKvQLJIgZBlTVCP7PLjEDVdttS8siCKEgj1FVYCwYpQpYrwKbCWlYrGu4ipgs8vMkm1T1AqxapFb/cHPc1LQFPy5gfuNVaS8Edx5LA7q3Vlx2qtNBA0plMalvpQPYzFv4/M2HOavxpK6hlxg0htbZ3D+WM1YS3BHyswH1p3GVZ5fs/8ArZFH40W13FM+1ZV/Opn0uGVsyEtn1qC+0iNbctACrDnii6A0o7WeRdyDINO+xXP92k0i9dbFI8fOow2fWrf2qVuppAVvstwO1KLe46Yqx9o/vmpPOQLu3UAVvstxjOKQWtzn7tT/AGoHoxqNrplJAagBptZxWd4mEsOiTsx64FXnupGP3sVj+Krlv7L2OdwZulNbiZz628rwIAMkAGrmn6WY83V0vyE5NM03UEQKpjXjinalf3F6FtIeAWHStuhCRabWVhfy7G23BepqxBq8EkZaeLJYYyw4rV8OeE410xWuAN7EnpUmp+FZFiBijGwniuZ14p2OqOHk48xiS2ltcoXjRVOMqVotonhxE6IM96tNoV/b/PEC3+zSz2uoLAXa2JbHUjpWkailsZODRLa+UgMZCN2rA1OFRcsmMd6kS7kgkJkALDqKpyzSXV0xVWJPbFVcjlbIDH84FXrWZoJdqnC0wWtwBu8lie1XbfSriWDznjKoDhj71LkhuLW52OkFruxRlOSOKstZz+lVvBqmK3lhbqpzXQLUjMdrKcLnFLFZyu2OlbOaQYHQVJJlTWksa5JzRBbyzLxxitZ9rAgjiki8tMbTQBlm0nVsc0/7FNj71anmKW9akU5H3aQHN3qPbxkuT+FR2ryTqSoPAzXSXFukowyAiiK2ijXCxqB9KAOetPNmlMe1lwOpq59jlxWsEjU5CAH6U2Q0AZv2RwPvCo3tH/vCrcsjBsCqsly6546UJ6gQm3ZfvMKikVR1amyzuzZpoVnqwAiP/nrUT7P+elSNbDrVaeMKOOaTYDJmVej1XZvVqWTpyKhKZ70IaAsv981XmZcZ31KyYqvNGpXGKYytLIp/iqrI5PCtVowqKgeL5sqOtNNAVlkcPgmipGhYSgYop6AdVfJz07Vizwh5SCK6G9TPbtWQV/0nGKlElUxiNcKOabaQZkMrD5jU90D5vBwKdCCcDFU2BNGDnGKlVCTwKIUPGasIvTisxoiaNzEdv3u1Z2mQ3f2pxcElc8ZraUU6OBixaqCxWEXzdKnRMAcVJ5bZzinxgZwaTYxojz0FNmZI4yW49KvRxgjtVJ4ftV0EX7idaTQFWwtOHlbIDnIq8IgkeStXo4UChcdKS6jHknincDFmdS2MZxUJYjgE4qWSI7yccVbsbEyfM/AobApJkmrCQO/bFbENhEMEgflVoRKqgBRUuQGCLFj1rnfHMLW9pAh/jf8ApXeShUQszKq+9cr8RLWSbSbaZIzJGJfvL0pxlZhyt7HBwhlIYHHrWlpUirdBjWZnbWhpcEszq0YyK2b0FCPvHpen3wfTFUSfcOa6+zeK+02MqPurjFcH4ejWKyJmkVNwwM966Xw3M9rMEl+5uBAryqy1uezQ+Gx0OhpZPemKaNGCjkYo8caEs9si2Hyrtx8oxS2+nQ3WpKRNsEvKFeu6u90PwpOLXe85fJ4Eh6VnGrJbGlShFng0Pw8ub193llVPQiuv8M/DuwtWEcsaM/fdzXqBsLmzTasCSjsEPSmW9vdGYyLakeo6VTxEmZRoRucZqfgzTLdPO+zx89sVDqfhaO68L3LQqgdYTIoA71s+Krm/2MrKVx0z3qbwldq+l6il42UW1anRqty1FiKKjC6PH/DMcsdtI042tu2n8K2UdD/FVUMh84R95D/Oo9nWu+55CLzyoo65pomQ9Kz5Qw55qIMQetFxGoXyOKRTjtVeGUcKetTh17UMCVCARmrkZG0VnNkkEU+GV1cCobAvOT6VCzv61Mh3Lk0qqpPIouBTaVkb5hkUouYh94U6+VUGKoSCmmBd3Qv82BVC6MZYgLVm2I24qRoY3jbjmquBkokZbAFTGIADAqQQKrVMidKYFMx8EY/WoWts5+WtURA9RTWix1Aqbj2MG5twFxtrPCESbSOK6G7jzn2rImhPmHAq7jK0kXy5FVpIz6VpqhC4PNQzRjPSi4GRKhGcVXKkGtCdeagKBu1MCqVzMOKKnKASgYooA6S5Hy1g3jGOXevWt+4H7s1l3EKselCJM92Ltux1qxbD5xTGCq23HSrNqoLA0MCyi8VIopVHSngVNxoI1yasIuKjiGOamUVQXFUU4whh6GnIB6VMooGUzbP2kYVHpCCO4mQuS2e9aOKpWLKl5LnvSYGgOKjmIZNo6mnBJJHBXgVYjgCjJ61AFG3sFJ3NmryRooAVQKey46UCpbEwAxQaU/WgVNwSMrxRHI+izLCzK/GCK57w1qc9on9mayvmWV0PlZug/wAK67UOLSTd9zad35GsXxrpN9DFCIsNEgDZH8qaZ2ULWOD8SWEVlqbx25PlE5QH0rb8O2mNNQ5KMepB61X8Q6ZdLdW0UhDPKm8Afwg109jaSWNrbwRxecWGGOOny1rKouWxFOF5lnR7cMkcNy6rFuzk121haaGqK39pQjB6A4ryTXIr2KRhdNIqL9wKe1ZP9oiMMVN0yp944PFc7pe0On2zpn0I9q0D21xps8d35ZHA+9Xd+GfEEVwi297Zy28hPUHrXynp/iLWreL7TZC5MKf8tFPA+tdPoPxH1MKovJDIvGGHUVlPDOKui6WJ53Zn08katIAt1jPvmrUyRxWzk3hb614ppvjF7q0kuIZZERFyd/GarXfxMtbeHy2bew65bpXMqcpOx0SqQirnXa9I11ctAjGRjz9BXPX5ubXTriKMcTLtJ9q5iX4q2wdxbxBWOMlTuqjJ8Q3uUubO9X93Mo5xjGDW9OhKDuY1cRCUbF0WohbYHUj2qeFIVyZ5FCgZyOa4LWPE9zclbfTNyxgYLk/NUtla6vHGbjUJ3jhxn5j1rqbZ56ga2r69sl2WtsrjuWrOfxJOD89igz0+YioW1+CK5MUUQI7tjOa1bT7PdphrONd3/LTawU/0ovYpQQlv4k05lPmLJGw7bc1dh1XT5ZAkVypY9jxWPrVjcwAzQW8LwDoYm4/lWQwtZk5SSKUdTmne5LpI79JVA+8p/Gp4SrHOOa8+sp7+zZWgmaQIclG5ytdto9yt7bCdAFbo6elKxlKm0bEZHFS/LjiqsAO8VZxU3EV7uFpelV2s39a0cUqqTVAUobI7OlTC3dRjtVtVIFI4JHWhMDJnjKuSRSxLkCrV2nHIqvB8slVzEkoXHao51+XIqySCOlRSDIxQUZd13rMk5etqeMHORVJol9KdwKJXIqCVa0JEHpVaZRtORVAZNwnXiq4HNX51yKpFSD+NUBG6/vhxRT2GZwKKAN+UfuzVF1yelaE/EZqqq5OcZpXJMeWMmVvrVu1ULjApk4xO31qe1HGaEPYsIKkVTmiIfKKmUUxgq1IooQZpwXB5oAcg561IvSmBl6ZpBv3AKOKAHzSpDGZHOAKqaTuuppJigC54qO+SZ5l87Pk55ArYsRD5AEIAUVLYiaJdq46U8njFNXvS1mMTb70hGBTqD0pARg81Ig4pgznpT0FADZYllheJ+VYYNZ8k1zO50e7vIiggP2WRtwAI/gP6VrYqlqbW9mkl/NAksQUKykc/hSRrSnZnn2uX07Xcb3IEckIWNlA5G3ium8N6i00qlQp2+vNcxr8mnXl60uns3lt1BOcVJoNz9luV546GnKOhtSfvntNpoNn4i01nS3QuFzgVxs3g7WNPu5Y7TT0u7ZmyyOMCtTwXrtxY6gkls+YpOK9Dtr9tVfd5CpIPvEd65XOVN6Hb7OMzzCbQtTl0xtPOhLawt12YQH9TWJL4Fe2kQx7lC/eYnOa96i0iGyha5uopZpsYAZs7a4fWLmbUXkjIU57AYzSeIk0KGHinc6fRfDWn/wDCtZjHAi3Cw9dteCyeEoBcTLqVzLGJJCVZIs4/Wvo7wncN/wAK2u2cfvY12k1x8VqL/TWJRGcEj5hmphXcXdmk6HOrHlEmiaDZ6RJDDdvcXTjCyeXgZ/OuX1aJbe4W0VmdgvzMa9Y8Vw2GkaRJcyW0KzkFRt65ry+wj+1TvNK2WLGuyFVzV2cc8PGLsaXgbTnWZppljRB1dzxXQX0a3QuL64kZLcAhQON1EETXEEVrBgp0wB0rV8QeHbubTIoo4mCbAMYp3QeydrI8tkidrxpV+aMHk+grsPCfmxQL5VyXRuqy9BWTZadd6fqADc49uGrqYDFHGX2BGY5wB0qZST2EqbjuLrLGLc0qqrHrtOQa4rUJdk/yosfriuhu9TS4iMco3Kfwrmr2FnlYIcr2NVFEzI5pyz+ZGSCO2a0dI8Sy2MpZ4iyHqA1ZJtpgvA/GqwQZw61bRnJXPVtB13T9UH7qTY+OUPWtzPzFfSvJfDoeG/R48xSgjCg8EV60pyiE9dozUSRlKIoGTU0a1GvWp0pEC7famkVJimEUAVbxMrVNI/nFaE6krxVcJzQAmKQ8U5lNNcECmBVuOrVQcdTV6YHmqcoO04oAqSjmq0wypHtVpwTVaVTlvpVoCnImBzVN8b8VfkUkCsLVrW7Vt9sxJ9zTGkW1GbkUVV0ZLoMTc/eopgdNcH5MVFHzipbjoaqSO/kkr2pRFsUJ/wDj4b61ateEqkCS+T1zWhbf6uqYE8ZzViMZ4quh5q3AMjNCYD04pQC3QU4J6ipoQAMAUCZEIh/dqVExUnHpTgKQiKSJJFKt3qCzV7a5Man5D0q2eBTbYbiWPWgCyoxS02lFRYYtHWlApQKgY3FFPxTcUwAVmeLRu0C4T1xWoBisbxjcRwaK6ueZWxH7mmgicDJapBP5cY6gGrcVvtUSpzjqKrROz6gu454xXZaZZJJHJ0ANXL4TppK8iHRxM0Qe3kAZeqnvXpvgK8uAyJIuSe9eVz20mkakgjbET/fxXqfghvMaI+yiuGttc7acuh3eu3CposxCtIVUkkd68usLSC5t5LprpUuPMPAPvXrF6bGbRLi3SZd7rj6V8yeKrPWNJ1OQW920kQmLKF9KzpU3NaGs6igz6e8H6ez+CbxmaPlMdelctokENsk6HlTIcD0ryTwv8QddgsTaW285GAD2r1LQrZofDq3bzNJcS/M5I70pU3F2ZpSrRaPNfi5dpcaobaD5yseEXP8AFUngD4eTSQLPcDYWwR71zfiG5+1+OnQn5VkANe++B72CTTwqnoADW13GGhzt++O8OeDbe027wCRg9K7H+xbJ4RGI1AHTioLaePPWtO2lUD5uPSuZSl3LvY8+8bfD2CawkvLeMCQc5UV4hq8s0cjwONroSDX2VbFZ7J4nXKsMV4r8SPhRd3OoS3+mkYk+Yjb1renK25nLU+e9StZJE3J83r7VDYWly0vKn8TXa3+gX+j+b9rQoMYwRis9y8cZdNregNdCmZyh1IpopYNPCiCIkjOdwzWAYklm2kDNaLa5EZDb3UQQ7tu4UzULE2rrOhyjdxV3MWWLaBbd43k++q74x6iup0bxTZ316tnt2kDAb1rkfEV0II4JIjlgmOvSsvw5MjamjQqy453dCTVcrauZSPaF2EjaQalU8VwNhqV9Z3jq0m6POfm7V3FnKJraOUdGGazasZuJaUZoYYFLErFeBTiCOtK5Niu1MRQTT36nFKowtCYDCg9KhmQBc1MTmopScdKoDPnB5qq68c1emGT0qBkBFMRRdOelV5YSdx9qvsntUUi/KeO1O40ZTpx0quy5NX5FHpVVl+bimMhkQeaOKKklH71aKoRbvEwp47VSCkQnitK8HzN9KqxKCtEdBGKEPmnjvWhbx4TgVDKAJmGO9W4ANlVcB6LmrsC4UVDEhKjFW4lwgpNWAKkSkC0oFJASLS0i06rENY/KaSzIIbB707bkYpbWHazcdaTGPT71SAUka4NS1kwEUU4CgCn496kBmKTGOpx9aLklImcdhmsh47nxBpXnaflLiElcMcHNUkS2aryRgf6xPzrgvHV2LjUY7ZXDxRckA5GawjDqbXhhlZoxGxVhjrWtc6aVs4Zn+YLMq9OmQ3+FF0mb06UmrmRdCSCdZCMV1Ggah5kIGecVBqemrNY4YYLLkVy9tdT6dc7XBAB9aq99DSzg7nZ67dAxQswPyt/hXU6NfvHpSSI+fUVwVzdx6hp67Pvg5rY8M3s9lCvmoXQHHFYzhoa053OlPjRfN2Xf2lIx3EZ5qO88TeGrlgJLC5k39JHX5akvfEcDw/8AHqQB7CmW3jrS7eIQXekidF7hBxURSjsbWUtyvpl/4P09PJjDnecl9vy1ujxDatF5Gn3/AJ0eMgZ6VkXHivRL6IwxaWscfcbBWLrupWcdiTYW+yU9wtOykxaR2M2zRdQ8S3jKMv5m6vYfhnbxsTFLIysPSvB/Ct7d6fqczrbmeV8Zyfu11dt4z1eOcmRY4V3dc1UqLkrIlT1Po9oI4YFeN93rxV3S/EOkwMo1KdI2JA3O2BXmXgbxl/aapDLIqt3B5qL4gaR5rG7DvtI9e9cqpuMrM1UuY91h13w8c+Xq1mMdf3q/41ah1rQ7jMMOq2srnoDMK+PHsp7W9V0Mzg9lrvvDmv6XpqKNR0i6bB5dWBxWnJ2JukzufjDpdldaZLmON85+YoOa+eILRil7axqZPKbK5/lXrHjrxLpMmiy3Gj3cpyMGGQZVhWH8I9Li1VL+7lG4SjGPzpxdin7yPEdZiZLx8jBJ/I11UDCTwmzSj5k28UvxP0X+ytea2B+QsSvFYcl6Tam0I/d10R1OZxsVvsMuozZ81tn+9V/RLFItZggRidrDJzVKKdI49vmMv0rT8MJnU0n3MV9Sa1Wxm0HiyeSPXCtvuKnqAOlemeHBIdHtt4/5ZjFcLoVot54pled1LI2cnjNelWy7UCj7o6VlPcymX7cYSnuit1FMgyVqXBrMzRWktwRkdagZMA8VfkB6Cq0yMoyRQhlQL7VHKv7smrK8x7sVG+NmDVIDOcZqBxVuVQCcVWZT3pjIG61DKO1TScMRVaQktQgRTn4eq+AWqzcgnJqquRKK0QDLlf3o4oqS7/1q0UMC3eL87cdqoqdmc1qXaYB+lZFznZwM00jMrP8APKT2Jqzbg5x2xVVEYOM1o2i9PpVjLMAwlWYwNtQKMCnq1AycAHrS7aSNuM1MACoIpAMUYpwoPDYp6ihgIKVHAJBp4FNYYOQOahiFjPzGnoSTzTE6Cnggc1LGTDimNSbs1f0/Tbi8ICAKvq9GwjOuIpLiM28TAPJwM1b8NW8+m3RgntFjycgoPvVvx6HbvbsAMsnQ46VqaPcrZ3Isr/YuF3RM33SPanchnG6xoNpqFxJdW0YS4B/eKO+O9QeIvDJHhWSRFVWjdHAz3Gf8TXfa3pcayrd28mwu3zAdDVedWn06azfad68fUdKwnzX0O6jX920jy2O1Sa0UMM8cVxfifTFjdnVPrXptva+QHt3HzRnaa5rxFaear5XFOnOz1N5wurnmtpdSW0+Mnb6V6D4L1e1YCG4RWVsda4bWLZYnyFwaq2U0sZ+VyMV0OPMjjUnB3PozRYvD1w6JLbRlTXTf2T4FEeX0uJ2PcmvnXTfEt7bKAZCQOnNaz+NpZFCsW49655UZHVGt3PV/EmheFo43ks7VIFPTmuBfTra5mursJ+4VfKjOKz7TxK+tXyWVzOtvbMecd63PE13aWPh6KGydZd52KAcZNEYOLuzGrV7HmN7cTWF9clFbceAQK0Dp97LpUWo+WXV2wcdq27rw9s0e2Y/LcztuYgetdF4P8MaupHmOyQD+8a39skOEXJaGL8K4tQHi+ziCSRo7fMCOvzV9UeJPCceoaUlsihS8YXcRnk//AKq8n+H2lyt8QI0UhktvvH0yf/rV9DG4hF0AnAHFcVafvXOiMGtz5g8Q6M9n4ljs7q58q3G4OyHBI4rmLzwzqa6pOljqkyWjS5VTJn5f7vNfTfxC8E6VrpS5CRpM2e3esnwd4K07TL8i6iy5bKluRTjWUUJxueHJ4C1YaF9tnV/KP3lAq98Nb7/hHdQ/s68YQrcPmNyePpX0V4/XSz4buLWBRvxlML6V8/a3aQ3WkSWLrm6STdDjrurPn5pHRCHu3M746WKXEv2tEyxIwRXkjWk3UivZyLjVtFitL0gXNkTBODxnHQ/984qm3heS9MSJAUjhGTKwHNbQnYynC55D5MkYyy8V0ekFTEZAcFUOK6LXPDsFqRCwAcjPFcVcTGyk2IrMAe3auqE9DkqLlZf8KRzXWvKjfII3zle9es2q5jFed+BPD8zXDXtyHWNuY+evvXplpCVjGaym9TBu5NAvbFWFQU2FD6U9XCybG6VBIwp85qO7QFOlWQvJNRTqWBpoDJYOrnC8VC4YnkVoSLg4xVW4VsEgVSGZ9zlTVZmqWdXDfNUTUxkMw71VcDnNWLgkDiq8gJXFK4kVJWU5AqsR84qWQYYioGPzirTKHXg/ep9BRRcnLrRVMk1b1eOnassJliCK2rxeOnasi8SUQuYf9YKtMgpyL+9PFXLYYFVLRZHj3S/f71o2yjbimUOUVIqHqBTkjPFSBTSYDfnXAA4PWpomK530i9Kashe4AxxUXESE5bIFSIc0pUY6UKKYhwpAMvU0agjkU2YYyF64pgMYbeKawZmAUZpbWGV5cE5rotP0wpGHdAWPeobEQaVppKh5V+90FdDDC0cYSMdOoxRYRhBgoWPbjpW1pscyTjz4YzG3ehIDNlludGv0fy/MtJxhiR1FJrVvFf27T2MmJhhoWYdD6V1eo6db3duYsqwI6GucSxlsLohASgPQ0XQFDRNds9V0sxu22WIYkU9VIos7mOeYR/dJ9689+IKXXhjxKNa06QraXD5nQDg7uv8AKtiy1aPUYY7u2YNKjAqB6VSjcRueItIeCT7RGNyv8xIHWuI1yFipIr1jT2i1DTVjnUEMMAntXCeLNMlspCrDKtna3rXPKCT0PQoVuZWZ5Jr1oH3fLz1rlQDFMQRXoGqxgyNHiuW1a1VSWC8iuinLSxM6fvFGOTjpSJl5cgU+NFIxipWAt4DIRxitLmcloVJbhorsBR9w+vWt+KeaSHzVd9o/hIxXJwsXkLHqTW/o14YJ1VjlTxzSnHQmCOttPED3MdrBKmWicDJNeyaDfxTaemCPlTtXz3q9u1pcmazbMT/PgDpmu98G62fs5HmHhfWuapG6Oqk+U9T8B+JtF0zV7mKdczq25zu+Zlrq7Tx5oOpXslstykEi52xnqa+bhp+r6r4yYaa2zcRiQ+le2+CPhvo96EfU441vYXwWVsFvxrmnBs6VLQ7mLWXdljZmMR6ZNXJtQhARGXcXBAbGSOlXptB0uDTo7WBfJaPO0twT9awbiEqSjDBB/KsJKxUbNmJ4q1FYbWWR2CqgyxryiyvPter/AG4j5EGR9e1d18S1B0eSMD53IFcj4F0sXsm9+UV9oGOppw0dzabtDQ2LWyFpo+oa3dR7RO3mf7wVcfyBrk9T+Jmn21gsttYOJANqoTkE/lXqmr2/2rSXsgMqyYArxLxZ4etINWjVlxDHJkj1rqpq55k6sr2Kdpe3k0Nzq2rS/POMqv8AdHpXIai7TPhBukZ1J/OtzxF9su5mgt4ndF+6AuK2fBvg+6a4W8vothXBCntW+yMpu51nheBxo1oJEKkJ0NdDBHx0pLaEgBSMkVfhjGAMVmzC5GiYHSmtCDIGx0q6sXHSl8rJ4FAFPbgUxkwDV4wkNgimvCNvHWgDGlT5s1Xk4UitaaIDqKz51HOKYkzGvVy2KoyjDGtC74es+53Ybb1qiyvIuagK0+BpCW3jjHFB5oBFKaIht3aqkqfNWncD5KobNxqrjZBMPnXNFFwMTBaKDNs6K+GBVLaMFsdqv3o3EkelVQAIzkdq0IMuMqZCAO9XraMHiqcK5nYj1rUt0FMoURlVyRSEVOVG0io2I6UANTmpYUUHIxmoRjPWpIztqQROy/IaRVwATQjE9aQsHJQHmkMfI7LHhBnNMhjcjLHk1KhwoUjmtLTLaMOJbgfIKoRd0ewRVWVx2rYV1Vc54/Ost71JFKxFVQHAxT1k3KLdJlVj2PQ/jUNgXnuXBHlBTnpTHe8YZ8519gantLU4USYAHcVca1dE3gZXtUtgmupm2l9qUE+UuG9w3INbKawZYTHe2+D/AHwaoPBK29ljLbVzxUWnzw3SPEvJQ456n61LuitGQ+I7DT9UspbZmSVXXjI6V49Y2Vz4X8e2VvOSbOVmVGJ+QLtPI/2q9nu9PjaM7RIB329q5PxD4Xj1WzMMspSSM7oJlHzI/YmqhPow5TrdEuIoJ0hL8SIrA/gMVs61YRahpzwyEcj5W9+1eH6R4qvNLvZNH8SS/Z7m3wkE7chvXPrmumv/AIsaTpkUkEdx9sPBXyhjd9euKtwuSpOLujB8U6HNbXL8ZK98dRXI6vYSG3c7DnFd9p3jzQPEj+XOj2sx+6GGefrUms6Tsj3LErxt7ZBFZPmps76c1Uj5nk+madLMwJBH4U/X7NozFCF+UrzXe6DZ2rzT2W3EhOV96z/EulEaqyleka/1q1VHKndHmkFmwutijg1IAVYqRyDWxqlsbabevGDzUGo2xLeao69RWylzI5XFx3JLKcz27QsfnUce9a3hC4kUzQ5+deMVhkyQWpZBkrjIqCy1CWx1GK+U7UkG11+v/wCqocblRqJHZ3ur3yX6x6fDK0g52jgj8a3tP1P4gSurWtndq/bcyj+tY4upEWO7tcFyPvV0+i6p421aZU0/TCZD0bBUVhPQ9Gi4uOp2ugeKviQYYrO80qOX13TDNegadqou4x9pTyZccqeork/CegeI7dhNqiFJf7pHFbmoWssP7yQY3dK45q7BtJmX47aGe32Ah171zGi3H/CMown2vbTfMhAztNVvF/iG2tA5knUlewNcjpd5qPizVYrO0Ui3ByxPPFVGDSuyHVu7I9i8MXzXum3d/IcRDcinNefeNNJnlVbkqxRn42nmvQbTRl0mzgtI3IhCgSIRwT61iarOsUTWzffVvzxVKb5rI56kdLnLaZbXllH5hiWe378fOK6eznt7hf3O4ezLg1h3PinT9PuUs22SysM7YzkD61trZrLsuYFKbhkYNbttHJzXLqRgdBViJMCorTftxL94VdiApECQqQc1K22NWc8ADNKoGelJNH5kbr6r0p2EULXUrO/dxbTq5ThgD0qxsOKzNG0O30yeWWHOZW3NmteRgFzQMo3C8NWTcDrWvMck1mXK9cUIDDu1OWbHSqDYdSa1b0YRs+lZyRkJyKstMqlOOlQkYq8U46VXkTB6UAjPupAAVxVSIkyDNXbmInmq0UTeb0oQ2yreD/SRRUl4v+kDiiquSXpNds5iNw2fhVe+1C1NszRTKT6Zrm5VzVaT5DxXRymRu6beoWJkOOe5raiurcHJmQfjXnYunkYqTjBq1BI5/iPFHLcZ3/2y2x/r0/OoXniJ4mQ/jXFZf+8fzp6M/wDeP50cgHZLNGOsqfnUqzQ/89o/zri90n98/nSlnx98/nU8gI7c3NuqljPHx702ymhYmTz0wW45rhnaQoRuP51teHrRSj3kzMkcY7d6OULnWTPFDtkkbA7D1qvJqZkbYo3EdBmsZLxrq5eZjuAGYx/KprDzHmtpZOM3SxAei4zTsTfU7CxuZzCIobJXkjABRtqt/wB8tzWkNSgkt3stTtfJVBlvNTb8/selYHxAgudH1G312yJVG2l0H3Sa0YbhNU0u5v7cqbgQq2QOjetZuF2aJnQ6WRJaqYXBbGVG7I/E1r2s5YeVMirJj7o6VzPh27SfSo5V4nT/AFo963oGEiLKnOepqXGwixNE0c3nRfJ6g9KwPFWjS3e7VdDZYL+JfmiBwsw+neui3xyp5bnP1qlcLJFIMscfwn0o5bivYyvCWvRaxao7KY7mD5ZomGCrDqDV+9tFc7k4rmNch/sTXo9etowLaeQJeIoxw3Ab/vrFdfbuJY1ZSGUjIPtUONjSMtDn/Eng2w1yGK8kgRruBcBsclc9P1rmr/4faXqkjzRW4iYrtkC8D616cHdLSTyuHUZFULhGRU1K3GUD4lA4DDON1axdjOWp4s2lDwXrEMscKoVlHlybQNy9wfXtXsVxbvqNirIySowByD93P/6q5/4q6XDqfhpriJQZIssuO1c54S+JWnRw2tjdSi3nijCOW4GQuKqpFTWo4TcdjM8U6Ze6RqxnCsmDwwpWmN9iYnnZtNeiX82meIdPWJpYZQwO10Oa80v7K50bUzC77onPytjgiuZxcdz0aFdT91mD4mtCsTOV+tZTqWs4nOSQuOBmu11GBZ7fJGRisDTLHzbR485ZSSRjpWtNhXjynLkebK+TiUYyPWo7mLztOkkCsJUbdtI6Vd1G28iZ2A2sOhqtcyeTcRZG6OZQh+lbpHAXPBOtfYLxIbh8xP0B7V7ZpPj2y06K3kR4+G5HTNfOl1EYrh4z0B+U+o7VeW4n/swNDJt8lyuPY96mVKMjSNaysz6muvjFpTQIXuvMYjrjNeceNfinLfK0FgrBcY5rzrTm36M7uNzExgH+6fmz/Skt4GlbatYyoxidEKnMtC3YRajr19m4ldkY5JPavdfhfo1vpsCv5a8L1rz7wHYfP9zsK7fxJ4stfCekKwj8y6mH7qP+8fWsJxbVkWpKO51Hi7xPpOh6M8moTIshZikJGXfn+7XhHijxnrOql1gmaG1kPMcZ2lx/tAdawNf1q/1u/e8v5i8rHPH3R9KoeZXVh8Ko+8zjr4hv3UWbJ3jlaSQdegzXs/gXxBDNoUcVxJ80S5zXiYkXHzEiuq8FXjSXaQK2A3BLcdq6atKPKc3PrY9c/tiwZwRJirUes6aFA86uImjCNjKn6VAeO9cfs0iuY9CGt6d/z2pf7c07H+urz0ZNOUUcouY7qXXNO/561WfX9O2n97XGuvFRmP2FHIO51smvWGflfNUp9bsTnl/yrmmjGegqKYU+QEzYv9WszHnLVROr2YQfMaybpdy4rOkh55p8paZ0TavZDuagm1ixA++a5+XCISazpWJOfWmoFHTTaxY9NxqJNXsg4+euXk5BNQEdDRyAdDe6raG4+ViaK5iX/X0VXIK5sSDFU7jAyTV+UcVRufumtTEy4kxIznpmp4jIsuQvBpI0DEMauRglcnpTGOiIbnoalxxUCjBqeMUAOC+1GKeKWpHuRMAqEnoKuXd/5Ph63VDjfuB/Os3U38u0Y96SQmY2UAGTsBIppBY3dDji/sa4vmdmaNwgB9M1aln8pdPmPBa6BNQ6YBH4LnZV6zMf1qnfzL/ZlgxbOJhQwPaPFOmQap4SLSjftjx/9evHobrVfCt35oVns27dcCvbbGX7T4QZN3/LDP6Vwka213HJBLgq3HNZ3BuxY8G65pd5Ms9tKiyOMPHurrJZpLUNLDEzwt97HavHvEPhe+0W/a/0hmMZOWQDpXSfD7xa0zLZ3Mmxhxhu1G4HcWesWWpHbFKUkUfdzgmtJLkShbe5fk/cfFc/rwsbeVZ5YWtnxlZYhkA/hVnS9Rt7yIpFcRE4+V91KwXLeq2qy2stvcLuR0Kfn3qp4EuZWhn02c5mtW2ZPcVYW7PmG1uRhwMAnvWRK39l+J7e+Ubbe5G1vZh93+ZpSQXO2ACrKPRf6Zqh4elVvtOnykERyEAe1aIfcobHWuY064MXiaWInCzR8+5qUTuac1nEizWEy74JOxrzjxT8M9PmmlmtlMYblcdTXrM0a3MWTw6jk1VeH93sY7vSrTKPm/XfD2u+FbxGsLu4jid8KY5Dj8R92rB8YarLstdfhWRB92Xy1Rh+XFe2axpNvf2c9lOgKSDqR0NeU31uIUutJv4Abi04Q7ch1/zitLJrUcZOOqNCwX7RZh4j5sbDKsO9QaDAi6vPbKh+YZUU7wxbfYrswW3neRPF+7jeMgg7a1NKhZPF7Bh1ix/49WFuSR2qbqU7s5fxXpW27fEJGa4rVUBkuLUfeg+ZD64r3bxZpCn9+U6Dc3HYV4lfxhtRWY/MJcqfeuiOpxXMm5XzLOG6PurfWktm/wBBu19Yx/OpW+W2ubY9EYsPaqmlyZdoiM+YjBR6tjiregrGwC/2KwhT70jb3X6VqWj7NwIINVJtPuLHR43uRiQgAj1r1P4V+AY9TsV13Xj9n0uEBlVuC5A61lJXNo1VBWJfCvlaT4el1/Uy0djCmU5wZm7AfrXmfibWbvXtZlvrlmSPpDGOAi1u/Ezxb/wlOqtFZgxaTbfJaRDgEf3yPf8Aqa49uOKujSUXcxnW5xxf5ajiLvJtVc1NBaSzYYcL61qW0CQr8ijPc4roMWyK00+R8Pt3Y7V6b8ONL8N3ibNUDre8YkVtpUe1eeGSQfxVBHHdQTefa3LpJ9azqxbjoaUZRUvePe7rwPcPcBrK7Sa2YcSY6VkeIPDF/pEHnlo7hAfmKj7tch4T+J2paNIsV/vjU8bgcivVPDnjCx8TbCsi7ioHI+9Xlz9pBnpxo0qqvE8+Q+1SCu71jwG11M8+lSxoTyYyfl+tcbqWnXWm3TW91EyOvqK2hNM4JUZQepXAzSFalQZWgrWlzIqyJzVeYcGrcinNV5U60rjSKNwvyVRmHGK0LvhcVnuwD0NlIqXCgIQRWbMADxWpdd6zpRk00WVH6GqzfeFXJBxVV1+fNUgIH/15+lFNf/XmihsDfnGBVC7H7s1o3Q54rNvyVt2IrQxKNu3Bq/H/AKsVn2CsVLN0J4q8lMd7klPWkQVKq8cCkMBTl54pyLTiNqlvapBGNr8o8ghT6D9RVaC88rVrf5s4ixUetyMMAn7zCqd7uinhkOMla0UR7Ho+hL5ngWTGDnLfrXO6vOsemwK38JFdL4G2z+ETGDkFTxXKeJU2QFfQ1LA988BSR3fhWBUbO+EZX8K4xlSLUZ4B8pUjj8a2vgjepN4dt41bdgYzUfj2wks9Z+1xplW+9isnoBJLumt1V13jFea+LLKXSNUOp6eSIyxY49K7yG/uktDKoLBcbtoyaq6headqVrJa3ShHb7wYYz9aYHQeGdStdf8ADaSHDuqAOvpXKeJtPu9Fuft+lswt06oOorF8I3E/h3XGjglL2jttIPTFegauR5CyRo8lvOnOOdpoAh8Ma7b69bIHO2aMcN3Jpni6doLEOw+5IJlP90//AKs15/q//Em1qPUNMkaJfMBePdgGut1HUbfWPCUs0LYZlyw/ukZ/+vTsS3Y9C8N3wvNJhkDbjjnisDV2CaxDLE3Ibmsv4WamZdGgXOOAKta8JG1GYx8eWc9OtLlBI7qylMiRyf3hg0XDgOcVgeH9ReSy54KnpV9p9x5PFS9Ckh1yBy9cV8RNGmNrH4gsRm5tf9YAOqV2Mj+ZC+3qv60yPZLG8EihkcYYHvT5hpnHaBrCanawulnA2wHLAYPP8qpSrJH45sOcGQMD+lc7rVtc+FfF5t2aRbSdj5W04Bw3ArY1u5VNf0u/bhC3r9Kzkru50UX7kkdr48maLRZWj++8e38+v9K8T1mwMdiu0fMhyDXsHjORbu1tUBwCu49/wrz3xTbERjyx9a0g7HJc84ul23MrH+NNuK7D4PeCZdWlOpSOvlxvhRjOfeuY1mIxNv244ru/gZq9xpqz3SzZjRwjo7cMrE5rd6oT2PUtM+G8WrXsM+pDbYQZwuMeYRiuf+NHi5DInhHRXWC0gTZdGI/K4H8ArtvjZ48i8O6JDZWEgS+u0JULx5S9P+A/rXzUbl5rlp5JDI7HJJpqOpk9SsskYRCW+YqMj0q3Z2fmfvJDjHQYqFrWyjma5ePLH7oz0qz9oYoVRQiHpitSolxpYo1AB4A6VA10P4M16N4a+HEcmiLqmoSLcGSMSeWj4+XGa39E8OeF/Oj26XH+JzXLPFRidlLBSqK54s08n91/++amVrlfvwPj3r6UtdC8J21uXj06y3epQGs67XRGiKm3sQ/91lSsfr9zdZY31Pnt5FkGyaPj3FafgG4u7DxTaw2k+2N5V4PbkV7Dq+i6ELCOf+zbR2c4OxVXFM0HwV4blaK9WzS3njOVYNx+VE60ZwvYVLDzpzsj0Xw/A1toymaVllb5h7DtXG+PoZLpWnXG9D1x2rrXubxQitJF5BOMjnNZv26wTU00692NbXGVeQ/dB7fzNcNJ++dWJXuHl8TcZp4NaHiTSZNH1ee2fJTeTG2Oq9qzA1ejoeLYHZQeaimAIzinsgbrSMMAcUik7lC7jXZnHNZcsS+YWI5rXvMbeKzLjgk0WKRQuTkkVSdc1ZkclzmoHoTLKcwwKrP1FWpvvmq79RVIDPf/AI+D9aKcy/vyfeigDo7gcms7Ul/0Vua0rkcms/UlP2ZsVoZJnP2mobWMTqVwetbVuVkjDKeDXND/AI+DxmugsRtgUUxl5OOamQ8VBGCQKmVDxQIkXFJdHEDYoAPrRMheFgBnI4qRnK+IDh48diKg1gExROP4RT9fb5MnqrU28O6xib/ZBrVbDO/+GcgbQ2jHXFY/i6Pb5gx3q38Lpf3MyufpS+MEw78etSBtfAfWUtzJYu2GD/LzXrXjOx/tHS1ljHI5NfM3hLUm0rxCrqxVWYZr6h8LanFfWCrkMCuazmgPONKklsrqS2ljZlcYrRfSrW/iL9JD371oeN/DV3HL9tsFC5rjbhvFFrnYA2PbNTHUVybVvBd1kTW0rbqv+FpdY06Y213GZYj1zxWIvi7Xrf5JbYsRx92p4vHMhfbc2RXPTAqrCTNrx34aGo6Y11aIA+NxwOT+NedaFfXVhJPp12D5Mvy7iOM16z4c8R2l2BE5wrcEHtVXxd4MtNStze6VgXEZ3BB3piOF+Ht3Jp13NZzNzHIwB6bl6iu08UXH2XUElHKsK8vnvZdP8TMs8RVwoLc8Ej5f5CvRL6aPUNMguSd2AKATJPDWrrJNMgyOehroobxi2DxXF6KipdMyiujtpsuAahmqNyKZjjnrTVmAk4PQ1UWQDo1Esigb81IGd8VNJGr6AWhTNzD88TA8kivMbnVXuNC0+4Y/NazBJAeuf8iva1ZLjTmBGdteI+OtOfStXu7WPiKf9/GP9pf/ANdPcIyserL/AKZZ2s3l/KYgRzXM+I41AlLDOBW34Iu1vfCVkwbJVAGPuKw/FUyKZ9xxnpVRWpnM818WsFkWLHJXIrQ8AxtaaDql7cNttWHlx5/iesLWZRc3kjjoTx7CtKe+Y6Vbadb4SGDnHXc5GSTXQo3RD1Hazqt9rN+15fTNI5QIuewFU4hg5pqHc4QdT0pZz5bbR2qtiUitdXW6cBmwq0JcXc+fIHyjvmqEMMl1O5IIAI49a9a+FPhbTNQ02W71KRUeOTakanjFROXKrm9ON3Yw9O8d6tbacllLFM5iTywynt92qi+J9a3FbWGdSOgNemyRaBYXc9mdPs5thGHCn5lb8a1Yrrw7bWfnDSrZWHT5a86XKuh6UYy7nlEHiHxg/wBy0unx1xQut+IhL511o17z3C17ZJ4i0wWMbQ21vGjDIAQU065bzuNltHtPcxis279DWCkup5ZZeI9bv/8ARUsLr/gSGu+8HaL4rvbVTJA0EC/3jkCtPVtdttPaGW3gtFYkg/ux7Vu2HjK2Fuv2m8jhJ/hHFQ2+hojm/Eo1rTdPeH5pGHRlPSpvDF7banZwJqwEEysAGb+KtrV/E+g3Fk6i6jkOOgNcGLOK6v1kt7lRGp3Lz0NKGjCaTVmeo+M9EGseHI3tocXdqGGc53qPu/5968ouIpYGKSxlGBwVPUV2vh7xtd6RMLDVVM0HTzMV1WraRpHiDSjdWaxliuVKj+LtXVGo2eZOgorQ8dFNkbPGKkuYpLa6mt5UZXRyDmoJD0Na76nInYq3YwKyrpvvVrXfSse6I+ahstGfN13VWd8HmrEnFVpRk00WQudzE1BMO9ExZZOKbuLKc0AU/wDloaKX/lo1FMDpLoc1Qvhugce1aN4Kzrld0D/StDKJztnBmZiwzWzCuFAqpbReWfmHJq2lMbLUZ4FTggiqsY4FTIcUyUTLUqjge1RxnNTDpUjjucz4rstqPcKAY26j0NZQJk0yM4wVGK7O/tlu7KS3OMsOCa48xSW0MttKPnQ8fSrRRu/Did0u2jznIrovEkAlDk+lcj4GkWPVVBPUV22sDdCfWmI861G3aK8ilHGD1r2j4Y6tLHaLbTNt2gEe3tXmWrWu+33Acitj4faqEurbdJ8ykqRWclcTZ9G6fdx3UIU4JxznkGs/WNFhkUuiYPtWf4fvCY9obnFdRaSCaLa3NZ7E3aPNtU0KGUn5cH1FczqmjtZuJY4w6DqPSvYNR0xHJcDH0rHutHjmiIPNNMEzy7TdSWGUeYihgeleneF9RhvIjEcEuvy9sVy2u+Ci8Ek1sQG/u4rF0a8vdCvBFdhghOA1Nso1fiX4WXU5JJbRAuoQj5GHG/1Fc74bW+/4RlzPGyRowcZ9en9a9C1e/huLCLUIcfJgOM/dNcPcapDJdahpzymOXz3RNw+8Ac/0oANMkH2k5GM8VuW8qBxzXOWJKzEyAq/860kmULzUs0SNrzlBpwmVkKk8npWUlwuwE1Z0/ZeK5yQU9DUtg2bWlSfu2jY8OK5D4haTJeWK3ilRNas3J/umumsziYZPQ4qn4iuILS0u5bj7pXAFNIk5/wCFN1s8M3Fs/wDywmfHP41iePb4Ja+SP9dMT36itLwA8dvoGqXWMJJM+Pp0zXDeIb5tQv2nOQvRR6CtaauyJGTsBxT2YJFvPFIfWmRRySXIL4EY7V07CLdhG4iNzIME8JVS/kKozZ5NacjKIdoY4FYl+2UIXnJqbgaGjTQrEsR+9gEnsM+9WLHWbmwuJFhnDKTnCnvWFZW2dwmkZEOMoOrVt6KbODULcy24+yhxvLDrUzUeXUuk/eLZvNcmd7mKwum3LuDCM80ov/E6nCWV4B6eWa9rPirwwuiJ5FgsUqRqEZH4J7dqrxeL9OecfuIFx6ivOclH7J6EIyf2jyBbzxdMhVNJvZT/ANcjWlaWXj98PHotyUHQbwP617Nb+OdNiUKsEJx7Vz134zSaWQRSRsT07Cpcr9Ddabs5Cz8OeOdVKw3OmeQuQQWlGD+tdTp/wx8SJGGuLyBk95M1HqHjme20540lHmH+7ziqdp8UbyDG+Tdj1FRyNjuWL34b68XYWcyhW+8c4yKrG00vRF+z3k1z9qUddp2/nVyb4oaoUO0qwYEAqKxpdL1HV0/tC/nVfM5CE4JFCiNtWNSXxBBDbKtvetMP7jgkVreGPFlzbTNHbHy0I3N6ZrgJLNbaaS2muERWO5D7Vp6VJFHGLa3dm3EBmPp7VaRjKx1PiK4S81OS9RQBPh+B3CgH9QaypDV2zlW/0R3RtxtHZB7jcazHf2raLPMnrIium4rIuj1rSumyKy7r+KqY0UpGqCSpZSBUDtmlEsrzDJqFiFU5NWXHFU51LNxV7gQDrRSD75ooA6q8FZd2WEL7a1LyqAHz47Vruc6ZlxszD5+DU8Z5FQS8Tv8AWpI+AKZfmXYwOKvxWgdOO9Z0JyRW+CkUCH/ZqWNFCWIwnBHHrSKcdquNLDJb/N1FUw3XApWGPTqK5fxUNuo/VMV06isDxlH+6gnQcqSCabEZnhw+XqMJP96u/um8w4PQivO9NkEU0U56Bxmu9hlEjwkHKvTGx8lmJbZwF6DNchCJNPvZHjGCjhl/OvRbSMNDIvcVyXiW28jUI5Nvyv8AK1Mi56j4c1UGG1kPPmIMt6muz0+8aObk4zXk3gxhLoUttuO61k4P+8v/ANjXb6TdedaQStyVGwn6GokB6ECJ4flPOKzpIyuUYVFpF6HO3d0rSuUEse5fvelZiM6IqXaJu4rmvFmhR3MLFUG7sfStmdnSfPQ1Ip+0IyMe3FFwscD4bEifadKuyRGx25Pb/a/CvOvFsV1A8t2ybZluHZxnpn5f617DrVnJFOswKoTlS3Q4rhfiPYs0aXy7f3o2TAnGSen8q0TGjF0fW5GtkS9xIAMDP3wP97vW5FfWEsjbJTGvYMAf5cVhado32qzMaTKoIyq7eB9KoSaHqEJZP7QiCjoMGk1cu9jqjeWkSEG4DuP4VGR+dLo2uXst8YQFW3U4CovLfU1zlppl1FAZrq6GF6Ba6XwhbiefzcZXoKTiFzqYCwYEgDvWV4xi82zmM7DyjH0B5zW60QjXPWuY8VSG4kits/Izjd7jvSSA53W5Y9H8G2lnANkk/wA0g+tcI77mrZ8b3q3msOkZ/dQfIg9u1c6zO7eTEfmPWt6cSB3nGScxoeB1rQtkIIY4xVG3txESo5PcmrZcJGSxxWqE2F9JhTkgE1jyGRpdkalyfQVLIxkkJyT6ClFrfSndEmwfSglF2ytETElxNErejGnX9zp/lGPziT22VSj0e6kOZmds+laVro6R4xEAR3apZS0KsN7ePbiCKW7kjUcA5UGtbwf4d1rxDqf2SK8W2YDOWk604WwjwHmCD2OKZ9sfT7v7TYXvluOuHxmspUtNDalVtLU7cfDHVwTCmtvHKgJZHbmqsfwk8USuB/akQj/v7lzXMr4+ukl82QXAl/3qnX4kyr903C5681yOnUTPQ9rB7nar8KrG1dV1PWpXI67JePwrVTwl4FtLYLKBMw/ieXk/rXlN348mmRlbzpN3r/DWNN4qvZH3MHI/36PZze4/bQjse1teeENNVmgEPydAp5rhdQmi1LU2MUs8idvm+VR71xS63HcS5mRyx77qsW2u+WpS2VkHcnvTVFrcidZS2NnWbmO0YQQhXY9cik0nXGt5hM4aTZ/EOgrEk3SuXdiWJpviG/UuLWJcICN3NXyGEqh6d8KtTW6e8a4b5LidjtPPymr8ymPeHGCpxiuF+F+tQ2d8sEsowxwcnFd/r/8Ax+3BHAY7lHoCarlsc8tzndVvCgIWs5JZpBuboa0Lu3yW34NUWIGVUdKl6DRDITnmozzRJkmkWmhjZPu8VXarLciq8g+U00BUX/WN9aKRP9dRVAdRd1QHMlXbriqa/wCtBrQ5zOk/17/WpE6Co5eJ5PrUsfQGgskj6g+lWvNkYBSxxVdDU6YqZA2PTPc1OgzUajinCgRMQAhNYvidS2n/APAq1kyag1OFZdPlVhnjipLOJtzseVP4Q/FdTpV0ZbGIHny2z+FczbryR3q5YShNyN0zx7U46jZ6jprL+7lzmOUYPt6Vh+OIm+xTMo+6M07Q7kvp5iQ8jmptalFzp5DENuXDVdmQJ8NbtXuDHuyt1HtI9SP/ANdd7p4eFriE8IDla8a8G3stjrHljKhZAUOele22hzPBMeh6/Q1EhtF2wuCpSRWyM4NdJZ36MoVmw1cbMvlSOibtu4kYq/YzMYxurMg6G9iSTLjGazWlaNzjtVm3ukKBW7Vj6l4j0u01V7J2UOvViPlosUivqt5cTKUig3sp6da5nVoJ7/RrmykgKlo8phf4hyK76w1bTJsYihY9zVjU5NOksmYrEo2n+GtEDPEdCvRawbJVZnQldoHOauJdRXAbfG6sO9ZunwTS39xiUrF5r4A781d1CWG1tTCOWPXFGwiKcm+uY7ZPliU5b3rv/DlnDDajYgHFcf4ctgV85xy3Nd1pjBbfGKTKItWm+z28khPyopNefeIbxjaC6xgqrKBn1rqPFd4rypYo3zO+GHqK5D4ks1tYxiM43DBqobivc4CWUuzyOxJPSrFpCIITK3LsKqWpVpAWGcVoSNuTaOldCJIVbr796iuGLfKKd3pMfMB3PSkJjLVFjmEkhAA7GtKTWkTCRxIcCoIbB3O6XA9qsx2tsn3lFMVyFtavHG2GBRnvioGbVbpxl/LX8q0w8KKAgH4UKzSMAq8UhXM5NJnmOZ7l2HoGq9baNbqmHLH6mr8UYjTc5x3rN1TVNuYbcFie4obS3GouWxDrC2EMHlLGu4VDoXhi91dswKEhb1711PgLwHd61It7fQvHbA5XcPvV6cgtNHwpt441TtiuOrXSdkehRwrauzjLP4c6Na6VKmqBxIUyMHkV4/qNp9lup4h91XIFe6ePvFFtZaVIYmUzSAgKeSVrw26eSedmA38806U3Nk1YqDsiC3iLhsD5ulWrSPypcP1FQRCcNkfKq81JMkzgzoGb1xWrVjKLsXJrjawCdjmsxFkup2PcnJ9hTV3yOFUEsa19Pt3UhUtpXb+JljJGKEhSkafhLwt9suUlvxIItobbGcE8+v4V6ZexeViInJgRYj/wHimaRZRwLb3ce8NHCq7VHB6nmo7lmYn5sknJPqaibI5ijdY3kVQlVdxwMYq5c9TVKc/erNlorSqM8VGRinOcmoyaaGNY4BqvJ90093GcUxh8ppoClH/rTRSp/rDRVAdPfDkc1TiH76rV4f5VRy2/itTBFS5H+kPj1p6cKBTGBEp3dc1KgFDZY5OtTR9qYo5qVBxUSE2SKeKkXmoxUqIxGQKASHqMUSrvt5F9VoBI6inp97HakNOzOEnU21wc9ATRIcyq6cB+ta/iXTZFka4jGYz6dqxISWgaMjkH8qqOhe50vhq+MGN/K79tburERRF1+5IcEenvXG6VJgKh6McfjXVXLrPp4UHlRmtNyLHPaen+nzSg8owIr2nw7cNNplvKwx8g4rxKyONWmjx98YFeueAJGl0SKNvvL1rKWgNXOquB5rrL3Yc1HIjRIWDYUdararqMGm2e6Y9OgzXnniTxzdPmG1O1e2KmxCVju7rWIbV9zTZx2rgfGaJ4l1FZ9M1G3jnRcSRyHGffNcZqF1rmou0jNM2e9WvD3gnxPrEwliEkUR+9KRx+FNIo1E0bxdYJvhv7RiOmJ+n51oab4p8TLI2m30BQ7TlgcjFaGteFvDvhbTIpde1W9ubmUgInmYBz9f4a29K03TdY8Nomk2nlsxHkSTuefYEnmi4jnUKR2wb7vr71lwyHUNRKqfkHB+tdZqngrV2C2k80aNIeAB2qonhq60S6EF1GDk/fB4OKlyGaFjGIoAqjGBW1aT7IvnyflzxWSh2jipRPj7x4oGYsKTX+vzXMgO1WIUfzrlvijPIHt0znbmvTLS3hjti8Z+Yjc1eU/FNgdST/AHT/ADrSBJy0D7I9xq5BcKyAGswn9zT7V9orZA1c0CRmpIgu8MR06VXVlLpubANdHHptvJBE6N/CM0yXsZ4lduAamitnlOTV37NbWy7pDVSfWLeA7YgG/CgkmSzEfJHJqOWeCBSxkU/Ssqa9urvdtO3171a0TRLjWr5LW3DN/fY9U9aipJQVyow5nYSzN7repLZWIPz8OccYr2/wR8PNDtIlMsSS3QXd+8PSoPCXhfSdDIRtn2gjmRq3NWnfTo/MifJ7EV5lXEOSsj18NQUY3ZY8R3UWkWskEABKj16V4r4v8YOLhkchpD0U9q6TxBqOq6gJIobaeSR+/pXk2q6RqOn3Lrf20yy54LL1ow0Iy+I0ryajoVNWvru+m82Ulye3pUMNxLEMLAw9c1NEZ1OdtaWm6VrGq/urOzkkGcFwPlFdydOGx5nvVBiSC7t2SKIqx7E5pbBJLaXe3l+X/EH712sHgDU7LTUunmWFXOCQOlSWHgvT0k33s8t4R6twaTmpbCdouzMa3Hh2WfzvK8ph1A6n6Gum0+C2mxLaW7lSmd0o2gH0q9BpGkwbfL0+L5eny5xVwjjA4XsKlyIlqV1CRIFVFHso5P4VSlbnNXLnrWfccVO4kirO3WqEj5Y1YuG+bFVX6mkaladyCSKjZ8ippQuOaiIp3AypZmScFjxuq8rh4d4qlqKrv4WrFlzbc1SAro3700U0f6w4/vUUwOouqqqPnq1e1Vi/1wrS5gVLj/XNQjdKWSGR7lwq55q9Z6bKwBcAUnIdyqhqVDxWgNL5+8Kli0sf3hScrhczwatQSBU5q4ulZ/iFSLo2fuuaVyr2Mvf8xqVDnmtJNEYn7xqZdCfnashx7UXFczFcAYYZHoa4vWZ4mv5HtYxEoOHwODXp1voEsjbTG/5VwHinS/sGpTRKwIU5IHai5pF3MeE7ZCo4B5FdHosxeFkkNc2GSSPKfeQ5/CtCzuREqSq3XqKuMgkhLbK6+oPcmvTfh/cy+dPaIMsCSgzXl924+3pMB74rf0XWrrSLmDUrfO4feAPWiSuSehXngvWNYuRcXk+2DsM5xUsfhDSNPXdctGcdTmqN98Vre7tABBtkAwVBrkr3xBq2u3Bgsw0MJ6t3qRHWyarolndiKKASLnHyJ0rsLXUIDbCfASPtiuG8O+HY7GHzZmLzPySe1TarPeTuuk6YMs2csDjFJhci8baxZahex2y2Kak6sSqMOB0rp/CFnOkB1HWCivjbDCq/IpqPwz4ZtdDU3V8yyTvye+TUOva3504tYyFds8J0qBm5qOubHDh1kIwuQei96vy6ANV/0ua4PCBlzXD6iFVLaLeP3k4/CvRdKu2GnpEHGT0/OkyTmZdAik86LyikgGVYH71Ys3h/VlD7Yd0Q/izXoLnZd+afuqpJqpd36PAUQ45BNFyjjNMt7hme1jBE6j5kNeafFXSdTivVc2chUDkjpXs5aL/hIxNGqiR4sswGKuzqjoVeNHB7MM1SnYlux8pGOVYvmicfhSRnBFfSmo6JpV0Ck1jCc9cLXMz/AAz0CWUyxm4iJ9GGBWqqpAtTxiNGmYBPu+tbyXrxwCOHOQMZzUuu+F9StdWntLeRWjjIwT71c0/wvrDQbWgy4/Wl9YiUqUmrnPXH2q4c75SFNJDZBH3M278K6seENZb/AJYYq9a/D7WLgrvkWND1xzSlXitRxoSZxr7VUoi4Y9K9x+Fuj22m6HHL5QBkG9iaxNF+FkEFyl3dNLNt5HTGa9Egs5UgSIKsMSjHA6VxYjExa0PQw+DcfekUNS0ja8t/A2Ywd7hzwa56K5v7nU2Elp+67EHAxW94rnurorp2mnEK/eb1rOktdUsbcskUcvruFcsZ9zq9nbYsXup6bpsSrLKElxkj0rMaa1uZvmCOh/vCud1mG/v7ovc2ZDDpjdzW1oulRyYmurzydoyqE9a0iwUH1NJdA0QcxadbMvrsxUetazbaMY4VhQDOGAH3V71g+LPFRtl+y6apLAH94TgmuS0Sy13xVr22ezuGt2ba5PHNaxVzGu1HY7m416TWLcKOIkbgVCtQrpa6Qz2aKyqhwATmlDcdK6YKx5NT3nck3YpjGmlqZI/ymmCK9y/zVRuW+SrM7ZU1QlYlcUrjRRu5o4+SarCVZBlTS6hD5oIHaq0ELR8k0Fkz02nNTaAKF+FEnPSpLcr5J20l2AzEYptspVGHtTQFXd85+tFNP+sP1oqgOwe1muH2quKtWejEENKRWLH4ziVubXFP/wCE2jz/AKmquZcp1MFhbIeE5qcW0YHSuRTxnH/zzp//AAmceB+7qWHJI6xbaM9qmjto+K41fGUWf9WamTxlFx+7pB7OR3umaS15L5cK7jXfeG/AG9le78gp6bxXhkPjTYd0e5D6irJ+It4v/LxMf+B0mHs5H1LYeH/DFnxLa2270JU1YCeEY1IW1tev+zXygfiLdN96WY4/26P+FgTN1kl/Fqhah7OR9WO3hNkZYo7VJCNq9Ov4V8YeP4XtvEWqwI6uTOTuXoRXRnx7KFLbnP41zuv6nZamxmWFlmPcGnexpCLRzMEeznHWpD+7JQcAjipFKglHHNOnRZIg6feWrizRorzSEshPauk0mxGpaeI43IfHFcvJziug8HXpguQm7AzWhm0aFl4IuGuv3jMPSu60HQV0iMLKgO3o1adre2k1kpkfBHGKzdT1+OCJ7UlCg9aRFh2nzTajf3NvD99iQv0rqdNsdP8AD1q8jbPtjDLMwzivF7/xO9hemS0lO8HPynrVPUvF2t6yphVig9Vagmx6F4t8ab7r7LYP5twThu4WmaDbyWymS7Bkkbqa5jwjo4VjNK5klJB3EV3McM8W6UcKoyaloCje3Uf9uW6H5YolyzejV3kF/pVpp5ulljZiAQM4xXnF5LErSSSnDSHNZMsE94PKgJVT/Gp5pcoztr/xBcatei3tGIQfebPWtC0O1RGxwfWuZ0k32lw7PJjnXJ3Mv3q0rTVbSbhmaJv7rjmixRfsJfM1Z3yCFG2tiWVABk1y2gybprh1O5S5wa15JQEyx6VBJYlcM2VNMMu1CXPTpVJrpB3qG5u0eJUZvvnA9qiTtE0pK7sa9ppOjXJF3O0bSN15q/HHo8QIR1zjGQ3SuHvrSe3ctaSvt7jNU3e7Cs5JJAz161x3uz2YaQsdK95ZW121vJKSfXPU1u6ZfvJp8mFHyNhGHpXi0upXwupmUbXz97NaGj+Nr7SziVFki6FD/SrlFyjoctOajOzPVhqN1zh6ifU9RKn5sCuctPEVjrlr5tpKIZz96Njgism+1m9tWKPHJ/Kuf2TW56DqJrQ7NL7yeZXwD39KsXXiG2+yGNQg98V5jL4inLElH59TVcalc3rFERyB1x2q1TJ57Ha3WrWyqPLAkY9FIrC1lJbtXN2Xjc/cj749aqQBbeMSTzxIB6vWbdXWo3dx9rGo26Z4TLE4FaQi7kSrJm94Vs7aG8judYjBVfu+aPmFaev+P00+7NloCMyjjeq/1rhDY61fXRjutTxbN0m+7iuq0iw0mw0OOBLsXN+WYyMOhGa6owsefXqXQsE09ynnXLEyNycnvSEUoPoKaTWtjhvcaxqvI+OKfK+ATVWR80DI5W+ZqqSn5TU8p5qpMflpFIrydDVY1O/Sq7GgoaetFFISMUAQSrljQqhVY4oc80hYbDTQFA/fb60VGx+c/WiqAm8W2yJeMsSBR6CsVLeTg4rpPFHOoGo9M003S53YrVozUrGGsLigwSHvW9LpvlylNwOO4NKumg/xUnErmZgCB6XypB0NW9TYWc/lkZrSsbBbm3WXOAwzRyhzsw1WccZ4p4ikPeuiXRQf4qeujZPWoshe0kc35L07yZK6ddEyPvCnf2GcfeqrQD2kjmFglPc1LDDKHAzXRf2I/ZhTn0sQRGSWRFAocYApswLqFoVDNzmo4Hw2D0NQ6reEyypbt8qnG7+9Wd9rmYZCNxWdrG0XoX7tNknHQ06wlaKTKnBzUNpcC5jKOPmAoX5WNWTI6H+3byCLBkO0e9Zd7q17escOT+NWNOtJNQUCM/MO2K6vSvB5lYPLGoY+tNOxmzi9O0W5vJQzLkHqDXf+FvCSDMipj5Txiui0/S7ewVVfgjrxVm61K0sv3kc4hkX7p9alsmxo6bpFraxgSDkVm+KdYs7C0MUMqowODniuW17x38jRBhI46kHrXn2raxcahOzzOdp6DNCQWOzW6i1G4+aQH8a27OBrJBInI74ry2DUWjI8vjHWr1p4ju7Rw0MjA+meKvlBo9QjvLe4BPVx79aoauLdLR5fMBx2Iwa4pvFVzOmJlQn+8BhvzqJtcu9QdbOMAeYcGk4lHp3hHCaXEp6kZz61eu5mYlQcCszS7mOKGK367UA3VZvUkKGSM/dIOPWsmiRzHahasdNSE1888jZVfu1neKdftobDAbEhyCvpXHjX9sYWPJP1rOUbqx0ULKWp6d/ayu4UN160G6jOOe4FeXya7OVwCRmmf25cgcMx/Gso0Wdzrq2h3GoWsMt0+5Pupu/H1rNt9N8+4dN25gMgYrk5NYui5YSstLFrKpL5kkjEn3rT2cjDnjc6z/hGLyK4+1W0ht3XuDiti11O9gjMOqJb33oxODXM2Xi3TIYcN5m49Qe1Y2teLI7u4KwB0TtnmpVGRp7VWOq1LWbATlTbLb4/iUZNZtzfWZQNHq12MdcKBmuaWQXHzm4VvxprKEOfNT86v2DM3WZszQ3F5IPs8gRT1Lt8xpklpqFhh2CSsxwFrJEu3pOv4GtCx1yK2uQ6KpYdzTVNpk+0N7TLHxPr0q2K2s8UMa8BVrc0iwGnbkaZ5pB95no8O+PNZupjb2zhMjDsPSrs535Y9T1NaJHPNkivlc0x27U1M9KqXV0sLHcKb0MUiaY8VUlbtTzKJI946EVXlf5KCxsj1WmPao3uBFc+XIeDTbuRFQvnipGRSOecVAzYqKK6SZmC9qe7cUihN9RljSk0wmhAIxzTZT8hpxNRSHKGmgKXVz9aKahyxoqgNHxYSL0YNaPhvP2fPtWZ4mO68ArX0VdmnB/WtzAr3Tj7U/1p0T9KrTNuuXPvUsFLco57xO3+mCui0M406Me1c34n/wCP1a6XRRjTo/pVDZoq1SKarg808HisZIPslpXxUgkJqopPrUq0ibllTXL+KruTzDAz4QeneulTk1keJtNa5jWeJdzL1A6mnYqJxmxWYkjrUdyyhdi1cutqRnI2beuaz5EI+cMrKe4NBoV4pmtrhZB2PNbDlZR5yjG7nj1rCIzI2elW7S6MPysNyHtTSA1bG7ns51kjcjHpXQReNr+CMDcCR0Jrm45rWZRh9re9I0IxnKuPY0Azdu/G+qTqVLAZ7isa71O/vTh5XI+tQqsa9UqxBfxQn/VIce1FgsNh0y+nUPsJB71o2fhu5fDyAEehoh8UvCAqwx/jSzeMLhk27Y1+lUkSbth4X0yTAnkaBj36j861LXwRofEjakre3FcBceIbmZdvnbB7CqEmqXJPyyufxo3JselX1h4S0weY8on9Aneqt/8A2ZDbxXUBhtTu4Q8tiuK8MyNPqLzXMpYRLuCnoTWndp/bd0ZPPQbPlw5xihsdjtdOvbbU7BXSUo38RBqXxPrN1Y2UBIMls+FkYcH2/rXMeF45LW4WHZ5kZ4O09KzvG2qrBcfYYQwQ/M2XJBNZyiEVYpXXn6lcNPJIEB6A9qatlCh+ect9RWNLfzFNqHGfeq7yyyDDyMw9CaagaKdtjfmn063GAd5qhdaquNsUCgetZppm0dTTUUhORLJcyy9wo9qYzMRyaQ4HQUwmrSIuwLFuvakUj0pRyadHEzHpTsCYikj7pwPahmkb+ImrcFru7Yqwtlx0pctx+0RmxJI7bcmpo7eQsy85UZ+tXTasnQVq6SkFw4jk2iUcc96agS6iIPAE0g11FHRuDXqZrjvBejmDV7m6dPkT7mfxrr2NZzViecUsFBNUp0WRskVYcgk1Wm5yBUFJkbnHyjpVWV+oqaRgBzxVKU+9AyvfoLiPKECRf1rOlhupsK0mErTfAqKVhsNSWipDbrbrxyfWlLYqK4u0RtmM00OzDKrQGxODSVHFu2fP1oZuKpAxxpkgxGaQSDvTbjcYCRQSUo/vNRSRLyaKANDxLxdg1s6b/wAgpKxvFP8Ax8A/Stqw40OJ/TNbSM2zJlyLhvrUtuctioZZUe4YKeakh++KBmJ4lH+lrXRaOf8AQIx7Vz3iP/j5Wug0niwjPtVMbLtPBzWJqephW8uI9OpqquoSf89azYJe6dSmPWpVNcompSf89alXUpP+etSCR1SnFTxEE81yJ1KTH+sp6alPn5XouM6uTTbG5XEtvGSevFcj4vtLG2uRBawhNq/Nippdant4t/m/N2FY15dm+dpnOWbrTsMy5LJypaMZBqq8LocMtaDNJE5KNgDsaazsTmRQaCjObI7URSyxNuR2FaJMDcEYqN4rfGQC340ARR30m794AwqeO4tnfDoRnvUAjizyhH41PHFCBuUZoAtx2tnMR8+3PvVmPQbeTpcr/wB9VnALnpipFHGd7D8abZJu2fhO1kG57yMexary6F4b0/E13c+aR/DGcmuHmvbhXKpKwUe9QPNO4w8rEfWgLHWeINQs5XQabbfZ0Tp0NZtkGlnZwMAdawwWPUmrljez25wh+UdqQztfCb51TySzrvXGVrD+IdlFa6yIlJb5c5PWodL8QTWV/BcGNSFkBI9apa/qE2q6pLeMDhjwCegpoTMrOGI9KXdTW++aDwKtaIQ8tmm54xUeaXOaAYuTQqFjxTlU9qs28R7nFA7kUUZyM1cgiOcgZqaC3DdauwWqGqsQ2R26gD7v8qtIfp+lTwQxgY2D8RU+xD/yyT8qaMym2G4Kg/lVSdRDOrpww5rY2J/cX8qq6pZuqiRF+UjNDEdV4Q1FLmzaJsCUc/WtSVyDjFec6LfNY3yyjIHQ13gma4iWZCNrDNYyQ0SPJ61EZVPWo5GIbANQSlcZzUGo25kG4nPFVXcmhzk5qF2x2pDFZqhY56mh2qItQMa8UZbcVoGAMCiRsCoec88UFExyaiJUAlj0pSwUcmn2lq11vZx8goAitYpLiU+WuVqa5gmSNlZcYrR0uEW33QOe9JrTqLZnJxmlcDnYj8xopkTZJIop3A0vEvMq1tW5C+F4m9z/ADrH8Rf61a0riTy/Cdtz1c/zrokYI5JpjFfSMD/FWzZ3UUoBDDd6ViXdtMrtKy/IT1qJWKnKnB9qi5qkW/ETf6StbunYOnKhkQZX1rlLiR5CN5JIPerzzSxwoFbtSbuFiG8iaK5dd4bntWlZaOJYEZmX5vesiWR9pYn5mPWrMF5cxABZOlIZtQ6Gm7buX86tRaHHn7yfnXPJqN2H3eZUy6pd/wDPSk2B0aaJDnl0/OmahpkNtaNOGX5fQ1hrq12Or5p93fzT2ZV2ODSGkZN07TTFmPHUewqq8jBtyfc7VLdnAVV4JqGQr8sa9BVASeZuHzUFgRUT+nqajY7Ztg6CgCVtvpz2phyO+KY7MCMGgP8A3jVIm44sR2pUf5hhiB6UzIPSgAHvT5Q5iwkpVsnDCpROhUghhmqWG7GnKxA55qbBcf5cCNuL5z61JELdjgAVXLRscEY96Co/5ZnBosO5bxAO1LtjI+Vap/vVGAAaeJpUTkAUWETOIguGGKqzSqFwnFRTSsx5qM5FUkIQ55OaVaTtT41zxTYhMGpIYt3JqRUwBxVmzjBDZ9apIQyOH0WrcMHTipY4lUZqdJIF+86iq0JcmOgiwBxV2CIAA4qvHeWqDAYE1Il+p+5C7fpQSWwuBSgVW+2z/wANo/41HJdXZXItfzpCLuPerdtH9rt5Ldm5K/LXPPe6hnAtPyrR0y7kglSSQ7W7igWxj30DQTMrDBBwfrW94VvyYTBI3Xp+FS+K7FZY1u4vusOcetc3p0jw3AIOMGpaKjI7uWSMdWFVppowOtc1f3c4cPvO1hnNVTf3BHD1jLRm8Y3Vzo5ZkHQ1E0ua577bcd3pRfzDuKkvlNt5UzjNNLAjg1zzXUxcndS/a5h/HQKxuMxPU1E0mGIZgRWM11MTndURnkPVqAsbaukk6x7wF6k1prJGCIxcIF9jXH72zncad5jY+8fzosB3Uc0KrgSIfoayvE17GLdYlIYse1c0J5l+7IR+NMIuJ+eXpWGkaNq2VFFV7eUIQr8EUUxmxqdz9ol47VqamSPCVr/10P8AOufjHJzXR6jHu8HQY7TN/OtJMx5TnZLyaS38hgNo9qrJEuc4qVUPenrGai5ojPvF2uK0xCHt48+lUNTGxxWtb/NbRf7oqugupnTwgIcdmFWI7UMm4USqNkg96uwLiNfpUN6DW5VjtOeRU6WMZqwoPpU0a+2ajmNOUgi0+MnGRWfffLcCEcKprR1C9isYRv8A9Y33QO1Yck3msXJ5arTJZWlBed37AYFQx8uKml+VDjqTTIR8w+tWSD8P9KhHMhY+tTXAJfio1Q1SRNxsx5xUZFTFCTTWTBxTSERilDkU7b703FUA7f7U4Oo61GBQBQIlIRhnim+WvVTg0zaaOfU0kxj8SKc5zSbpOQcEUoLY61Gd7PtoGTJGGXJFQyJtGanXzFQgdBUEwby8sOppkkNS23+sFQVLbHEmaVw2LyLuOKTyLpZT5XC1PbjIzVyMdKpEuRVisriQfvZyB7GrMOn26D5tzn3NWEHFIx54p2I5hY4YUb5Y1qxGecAYqCMZqdOKYE7OwQ4NAkygqN+Y2PTio4WzEKQmWQfeq8v36kU9eajk5p7E2Og8OzR3drJYzkEnkZ9K5vXrF9O1Moy/Keh9als5nt7hZFOOa6XUI4dZ03ftAlRfxoGcpbwi6gaMjOORUZsQvGKs2qSW1zg9OlaLw7jkDINc9TudNGV9DC+xj0pv2NQCa3HgH92oWh9BXPzM2sYzWi+lM+yrWs8WD92oTF7UczHYz/sq+tJ9lWr+z2pu32o5mFih9kXPWl+yj1q6UFNIFUpMLRKJtwp5BNT2tw9vE0aovze1T4qMr6U7klCSIlmkI5NFXGUUVXMhWLMIOa6m8jz4Oh4/5bH+dc1CRuIrq3IPgeM/3ZSapmd7HJiPnpTwooDKOtWLIwPLhz0GaSQ3IYlgtzuaQfKoyTUgjVYwqdBxVfxLfmKH7PaggkdRU2mAtZRFuW28mqasK5Sm/wCWi+9aMK4jT/dFUbmKQJO4X5gRio49Ru1VV8joP7tRJXRUdzYRBmrMSAc4rDXUbo9bd/wWpF1K8/ht5PyqVEpzZX8ZRM00TKOcA1jws+4Ky4zWrrs0k/lPIpVtuCKz0UllYDoMVpFEtjJeWx6URDBGaeI2LEkdaRuJFHvVEOQsi/NmkVParMiEDOKl062M0mQMqvWqAgW3Hl7iKa9up7YrWeFQwAHFMEGXPy0kwMd4B06VC0Jz0rZltxu+6ajaAAdKq4jHaPApipmtKaEelVFjxKy46jii4EeKlMCmLcKXZiPpVjTk81GTr6UwKSL2qW1g3y8jpVz7OA5BXmp9MhBvHiHXbkUE3Kywqs/lMOXXj61l3W9GaJ+qmui1m2eN47hVI8vBrL1yIMIrlBkSDk0FIyaVOGzS9yPSkFBW5qWbblAxV+LgCsezk2nBNasLZFCMpFoHApg5NKozUgXjmrJFQcCpFGe9RbsdqkQ4oB7D2P7rHvioo+Bj0pxORTEHNBJLmmGlpMUAGMir2kX729wEJ+U8c1Ug+Z9pFRXI2Smi4joNbtAxNzD90knFGjgSQFGPK1Fol6sloYHOCD1p9s4ttTTHCMcVE1dF05crLkluuMYqCS3UrjFdG9t6pVeW3T0rhe52J3RzclpVeS246V0r26Z6VDNajZ9ym0CZzLQYNQvHjtXSS2Y4+Wqk1iPSkmaI5+Qc00ritWezIPyrVOSBl7U2xOxWAqM1ORjtUePWmSRHHcUVJ8npRQIZYFjI2411t3vPgcJH94ueK5W1wJa9J8FabHqeglJBlVkzW6Rg97GB4Y8OyTW/nTlSuMtnisXWYo4NRkjiXaortvGmu2mlwNpti4DEYJFedGVHcs0uSTkk0wSHyS2ykecwzWhDJH5SlMYxxiuY1p1JG05rb0gbrJPpUspIviWBQS5HvVi3a2bDjaRWHdnBkFX7RQLeMD0FHQZuQvZH7yircJsOu1awkSpoxhWb+6M1nzMDnPEMqT6tN5X+rU4WqyrtUA9TTmHmzyyDoXJFKBiRc1pETEC1WnXE6fWrzQurn0NVLkbWQ+j1bdhFq4UlMKOa09OiENquSVkbnHrUNnbm5KsuMD3rUBdcLJDkDjOKzlIpIh2KFycE+1RxpwT6mrbKpXgYzTVibHTip5irEIhzzgVFLD2wKuqj5xigwnqRVKQrGRPAf7oNUmtm+1qNv3lxW88BL7cYFVZ4Nt/bD+82P0NWmZsyDbkMVI6Gm6awh1ARt0Y8VqzxbJ3GO9Yt7vt7xJOwPNVcg6C6gGBIo471mSy/YdViuQPkYbGroNOKXFooHO4Vla/Yt9ncFeV5BpgSanrdq0ZiSCWQ/TFZmp20sOgRNIuPmyKm0vXIY4fKuLIM6jGQetN1XVW1DT7hZEWPY48tRzxzQ2M5teXPuuaGXGKWLh+fSnsMigsbGcNmr1nOwfHaqGMGnxuV6UIk6K3mUqKsA5rCgnYYrWt5d0Y71oiZIe9PTpUb9aVOooJJBSKf3h+lITihSM0BYlzQTxTc0ZoCwiPtnXFS6lH8ocCqsvBzWlGpmsAxGWApPQDPspTFMDng1oGQsevPasxo2DHA6VbjZVVXc896TZJ7J4D0C58T6DBdWrKCo8t93Yjj+ldC3wx1I9ZIvy/+vUX7PWna9pWmzXMsDi2ukEkSEfqa9hM2oyQ/6nZn2rxa9VqWh6dKCcNTy+x+EtxMPnuE59Bj+taH/CmcQF2uRz/n1rvUOor0dV+vFWIv7Uf/AJeQPwrBV5F+zR87eJ/CFxo920b8p61zUtso719CePfDwvLMySTMzDOa8Q1Wye3uHRy2VODmuqnNyWpElY5+azye1U7mxypralTHIquy56iuiJmzl7uzKnpWdcQvtIXiupuYlbJrJu4QCcCqbBHPPHKv8WaKuuoDtkUUXEVrZJI5fnOa73QtYn0zwfcPbjLFsdOlcTcjBro9M58IT5P/AC0rYzscvMs1zO88xZ3c5yTQtt/sfrV0LxShaYLQoNZhm5jzV22inSMKigCpVQnncKkUTAfK4oGUHime6eFhhh19q1bC2nZooFTLHCiobaCc3zXMjAkjFeo/Cfw4by6F9NEWQHjIyKxq1OVFRjdlHSPhl4kvoVlESxq3TNW9S+GOq2GmXV5PMgSNMnDV7tZsttD5SPGqj/arnPibqCx+B9VKXSFjAcDPWuFYhuVkbOnFK58jxRsisGH8X9akniwm4HpVe+n2zIF52HJrYsFjvLVm6sRzXpRRzkEb7rdARyO9Y+oHE+0f3q1ypibyX+Vh0rJ1JWW5BI96oDb0+5jiRUaJh6sBW5bSpPGEXcVPXNcnaXjBRkAj0NatrfuE2ouKhoaNO5RFlKoeBUsQURjcayYpZJZ8lq1EjGwZJNQMeu0njmjywcjFKiqvIqRWX15oTEyIW+7tVe8tds9q+Okn/sprTtlJapNQjAiQkdDmtUZs567t2E7Hb1rC1q3JjLdCvb1rq7rd99VzWRqEIdCcYzVpklbwxe7QImPI5FdTc26XdixwC2K4rTY/LuyvcV1NleNFw/IqmxM5W80t4Lssq8Gs6aMxpMp781392kN0m+Phq5LV7VUkmOOqmpEjm84w1WlG+PPpVUr2qxbOoG1ulUWMZadGuD0q08QIytRbMUIRIinbnFXbJiBjNVoimwfNSwzpG3LcVdwNdRmjHFZx1WJF+VSx9KgfWJf4Y0FDkKxs7vWo2kjXkuBWBNqFxLn59ufSq3mzPw0jH8annGoHTNe26HmVfzqCXVrdSQoZvpXPdetOVWPSjmDlNWbVyeEi/wC+qbDrt5EpRNu30rNCnvU9vBuILUnqOyRYbUbyc5BH4Vqabau/z3Em4f3cVSghVGDAYrRglxRZsyZ9ZfAXxhb3fgqK3uFPm2REI2jouOP0r0T+2IZPuQTHH+zXzb+zLqSweJrnT5Wws0QZc9Ny/wD2NfTMMkEaBXmT868XEwcajPRoSvA5vxHrN1FayNa2Urv6A15Zdar4/wDtTtDBcLF6k172bvTB/rZk/OqOpXHhyW1ZJbqBc9DmsoRa3NJSPD4fEfjEnbO4ZT2ZxXN+I59SmJuJGiy3UbhXrOs6N4JmkZm1jy/YNXKanofgUE7tYlb8f/r11UzKUrnmDyzY+bAqEyN35rptfs9EgJGn3DuO2a5+VIx0NdEWZsqSHPaqF2oOeK03Cg8VUuAhPSqYkYU8YG7iirc6JluKKVhmXejaBn1rd0ls+E519ZM1z2tMVhBHrWn4cnZ9Anjbsa3IK6ITipkhWljGKeKXMAqRLxU6IgxxUIODWnodot7qMMLOFVmHJ6UpSshpXOl+HXhaTXtTUG3MkCt8xx0r6U0Pwjpen2CQCEnAGea5jwFc+G9A0mEm6iEm305Nbtz4/wBCgyWvCcei15dao5OzN4RsaN1oOlCM5hbP1rzH402VhY+BtSlhh8tymAwNdFqXxS8Pop/eSt9FryH43+PLTXfDX2CzeTcZgW3DHy4NFGN5IqTtE8ImOWLHqetbHhCQm5+zt901iyHLVqeGzsuGuB1XivWOVm9qkEgQrJH5WOjbcfrXLaqwNxxk44rpdR1mGdVhO8sBjBOcVkz+H55Q9zaSryMkFs5oDYyIzMf9Wjn8Kv21nqbAPtH0zUP2HVIsfIRUqHVI/vE/TNAbl+zhvI5QZEOPrW9buSgDCubtrm9L4eJzj0rVt55tozE34is2Ua6hTTzGoqhDdYb5xgVM13GB97ikhGlag5x6VJfZMHPas23u1zkHrUs9xuTbnrWsTN6jXXMBIrNuow0TKw5rUjnRIdhAP1rPviDuIAFXsRY51G8nUsf3q3VTzIsAcmsW+QNIsi8EGtfTpPMiHPIp2BjRHcr8qvgCqWpRu8bhuuODW2QOpOKxb2Uu0nGQDigFuclcR7JSPSoWyOQatXp/0huO9Vpe1HQ03Hx3Em3buoMjnvUANPFO4WF3v6ikJbuaKM0XEGaci7zinRMgPzIW+laFt9jkGCdjf7VG4NlWG0UnJdaspp5YfKVNWhaW55V1/Ol+xj/lnMy/jRYlyZCNNkH8AoFjJuA2YqbybpD8twW+ppQ12TtLimTzMhNjt64pUiVD0qRhOD8z0n1pXC9xQcCnwsd1RCpFPFUDR03gnUriw16Ce2maGQnZuX34rvpdf1oqVOpT/g1eV6H5jatZrH3nTP517TF4H8QTu5Wz9PvCuPEcqd5GlNy2Rzk+qalI2Wvpj/wI1B9quiObmY/8Dr0Gx+FWv3H3vIGfTd/hWxa/BXWX3ebcRgDp15rBTijoSbPIt1x2Zx/wKo5PNP32Y/jXtsXwWnj/AOPi6Az0wSKswfB2yXPnXLn0wTUusl0JszwXZJ2FRMJueK+i4fhHosJ3SSO31qtq/wAONEhtW8mMl/pSVaI1Tkz54bzBnNQSdeldzr/h+Oxu3UI20VgTWcYPFbwkpK4muU52RV+biitG4tF+bAoqriOVu9Mv7qMI8wVc9xVnR7GWwt3gdi4b3r3/AE/wbpPyf6Ip5781sw+GNG/itEP5f41h9bXY19jI+dbe2kcnELtj2qyNLuWGY4JPyr6Rg0jRYI9sdog/Ef41ZW20qP70NqPwqXiX0Qey7nzTDoWpTPtW0m+uyvT/AAJ4DuEiWe5iiRm5JZc16ckulxnKm2Q+2Fpx1fTIV+a5jX8aylXlJWLjSRhr4SfjLxgDphabL4Kt2QtKyHHTitWfxJpicLeRc/7VYupeMtORSvng/jXOlUZbVjF1vw1plvHk7K8g+KEUENknkAcPzg13niHxIlySI5s56+1ed+OGafRpCx6MGFdmGTUtTKZ58xrX0cGKEu3ANYqjeyqO9bNsl15YRI9y13nOyaAxSXDgqjA9G71ZFvfWqefZyebGOqHnFZWWQvuG3Bwa09IvpUACNuXuKYD/AO25E4mjAPutW4dRtLhdzopb2p0slhdDbMiK/ris+XRNz7rOdRn34pAXCkZffEzAegq1BO6DGA31FY8ceo2blZULqO4q5a3uWxLGfyqdxmgbhD96NfyqOQRSAlVA+lIJ4HONoqRRCx4O36UgI7aKTf8ALipJluMnO0emKlh8pGz5jU+SRMnGTWkSGZzQ3ZYFc0y5S58v94MVrRTEnGNo9TSXU8AXkBvU1RmcfcsySnNaOjT8getQar9nZ/kPOai047JOvGeKoZuatex21sXPJrmrq8DwFk4LVJ4hlaR41Jyueay7hnIwowAKBpXKrksxJNRP901I4IGKhY8YpspDRT6YKM4qEUyQtSpJt/hB+tR/rVy1RQmcVSRDHwzxLjfD+Qq5FJp743KFPuKgVV54FOCRHqoqidy4I7Mn93MufrUqR8cSoPxrP8mE9BihYI+0jfnQTY0DCevnL+Bpvkf9NhVQQ46OT+NN2kHqfzoCxcdFRcmUH8ahZlxwc1CqnvmnD6UhWF3VIpqAfWnIeetMpI3fCR/4qTTP+vyH/wBDFffsFtbXWnxDIV9oO4DFfAvgWGS78X6RawjLyXsIH/fYr7IGm+JkOGuPKXsFNcGNd5WOigtTsVs/IGEnb8DUkdzcQxnc6HHT5q46LTNYlz52pSjHTGasW+gzkBJb25f1PmnmuBKxu3Y6U6/aRHZcyKp96cuvaU2NtxEPrWAPC2lKgluFeRv9pqnh0XREGBZIaASNifW9EZP3t5BgelYt/r2g4OyXevr1q3BpWnK37uwiP1Aq7FZWsIH+iQj/AICKkq7PJPHMen3kLvZWUzMTjOK8nv7aSJ2PlMK+rtRhgkzGigDGOnSvI/iN4cZT58OGwOgHUV0UqllYiSueMTKcE4oq9qNuY5XQrgiiui5nY6L/AISnxA2PKsSOecHP9KdDq/iqcl1h2Z7EV20S22RmFPyq7bx2+cqqA1wKSOqz7nD26+MJpN/mKue1OOieJ7mTMl7t9q9BjVeoAFWotoxhRRzAkedxeD9alx5moOM1cj8BXmMzag5ru3fbg1Sv74pATnpUpsdjjLvwVDCgaa7kY9sGuS1rSrG2lO12NdX4j1k7CFO0n3rz3Vb9pZDliSa6KauZyIZIoc5Ws3WoPP0yeMDPy8VbEinqeaRyGUr1zXTFWMmzyu1Q+aSegq59ve2XKP36U7XITa6pdxgYQyHb9KyZDlq6o7GTNWK4Wc5bALHJq1bg28+7bhT1rEhJUAjtWzYXZKhZQGU+opsRpvFFNHn26iq6Ce3f5JMr71KUwoeCTHt2pplTbiYYNQwHtdz/AMTZpyTg8lAD7VXYDGUIYUKSOopIaZaEg/uGpEl9FaqYkpyStnrigZdEsmRiNvyqRZZCPuGqkcsh/jAHvU4lUD5plqkzNliJxuxKCAasqIXUqq1QWe3BG4lj7VZt723XG1cVZEjH1mELk7c1m20mJBkV02oeTcQlkHPeuWlAWY47GqBDdXbdNGKpzAMdoNS3jBpvmB49Kgj5cnHFMtEdwAoxjmqcnUVYvH3OQKrGk3oUhKUdaSlBwcipAtJbBl3CpYwVGKqwzOrcGrCyZGSKtEMmzSg46VEWpd1WLckDmnhqhBpQaA2Jw5pGY+tQq4zwaUsfWpYND8n1pcmo8n1oyfWmMduxTlbmo805TQKx6H8Arb7X8UNIDFdkMonOT3T5h/KvuCweK4hyw3EdTXxR8DrS9S/vNVtUDNEgQHuG/wAivc9C1nxROqwpN5X+0TXmYmV53N6eh7TJDEei4qEiOD5zXEWmm+JrxFaTWyu7rgira+Er1z/pes3TD/ZeuZ6mp0r3lkB+9mQL9aoXOraUmdtynHvWZH4K04n9/dXUueuZDVuDwPoR6wu31kNLluJyK0nijTIJMC5H4VVufG9iudryy7fQV0KeCtGX7trHz681MfDOm28X7mziVh3C1PI1uNSOPXx0jH93p8z+tVdV1y41GB0TQpWDKf4jXXPpqRfcgjGf9mpERkjCnHHYUNDTufO/irSdQEsk72LRKfTmivdde00Xtu0bRggiitI1GkS0eSLrcRYbct9BVqHVmP3YWP4VDFZ2sZ4jq3EqJjaoFZbnRcnh1S5bpbtVoXWokApGB+NQRSMg47UrX0idRUgMu7jV9jHcgz6mua1i81OMFpJo19OetaWrawy7tpx61wuuauWdwxJ/GtacLkydilq95OSQzA/Ssgvk5NR3V15r5JJqEyj3rrhGxjJ3LBkHc0vnAYGaqeYp6nFAeMkZzWqVjM5fxrMj6kNnUJz9a5wnJzWn4kkEmqSEdBxWYACcZrVbEmjZIjR4fvTvLaJsxMGX0zUdqwA2mnyCRTuAwvrTJsaMMzBAQcGn+fkYkUMKpRHKAg0pZu/IqRlvMZOQWApwIPAY1TWQDrUiyKelAFgFh0NPBPdo6r7qcH/2V/KhATbgOTIv4VFJchB8sZYj2o81f7q/lTi7svyqoqiTOubqfdkDb7VHDLfSPtQmtNbdNnmz1LBNbRHKgGmIdpcF2vEz5BHSq17YzJIzdR1q9/aEK85x+NUdR1gNC0UbjNVcDL5ebBNSSRrGpxzVWNpQ24bTSXEz7CDnNK4ytJzISKibg1JTJO1IpDaUDNLtPXa231xTlDEfKpNWgADnrU6DjrUHIbBGDUiHighkmTRk0zNGatMCYE+tKpxnNRBqUNip5hEhYdqUGog1Lu9qEBJn2o3e1R5pCaGxkuafF8zAVVLVqeE7WO+1u3hn/wBRvBk+lKTsgR9SfA/wzBp3gO1kuIQJbxPNOP7p+7/47it97CKG5by2ZcHiueh+Imk2dokNvb4WNNiDPSsPU/iLvkZ4YQTnpXmTi5u6NlLQ9j0I3KlWiYt65NdALi7J5P6V89WfxQvrYfJCoqC7+KmvSsdrIgPtU+ykg5j6S+17F/eAZpo1i0iPzuE+pr5cuviD4hmyPtZX6CsuTxTrErEvey/nVqjIOY+uW8TadEhZrqNfq1VJfG2ixLmS/iHtur5Judbv5lw17J+dVG1G4PDTykf71V7Fy3Fzn1fdfETwyhKveBvpWPffE/wvESVnY/QV8yNdyHqzt9TULXDls5qnhbB7Sx9AXnxe0dWYosrY9RRXzxLcPRS+rC9oe4dxU8XaiiuA7UWU6Gq1z92iil1A5jWP4q4jWfvvRRXVRIlsYr000UV1RMGNNHpRRTEcVrn/ACEJPrVCP74ooraOwmWl612uv/8AIg6f/vD+RoooZJy1t/qxUp6GiipAhlqSKiigCYdqcKKKBsavU1ag+4KKKoliXv8Ax7GqAoopkle4/iqg33qKKbAsQfcqG56miimgRAtI9FFBojq5v+Sd2/8A18tR8Of+Qlcf9ez/AMqKKTGc3e/8fsv1pi9KKKEQxXplFFUhDlpwooqAHCkooqgCkbpRRVAMbrXQeBf+Qqf9yiionsB3M33RUfeiiuSO5QGmPRRWrAP8KaKKKpAIaaaKKpbksZRRRVCIpu9FFFID/9k=</binary></FictionBook>
