<?xml version="1.0" encoding="UTF-8"?>
<FictionBook xmlns="http://www.gribuser.ru/xml/fictionbook/2.0" xmlns:l="http://www.w3.org/1999/xlink"><description><title-info><book-title>Кровь Трёх. Книга 3 — Клятва из пепла</book-title><author><first-name>Adam</first-name><last-name>Rain</last-name><home-page>https://gigabooks.ru/tag/adam-rain</home-page></author><annotation><p>Огонь разорвал сумрак. Кланы потеряли своих людей, а Моник исчезла в руках того, кого они считали мёртвым. Но это лишь начало. Красная Стрела выходит из тени. Их цель — открыть Врата Крика, древнюю силу, способную изменить мир. Для этого им нужна кровь трёх кланов… и маг, чья сущность станет ключом. Три клана дают клятву из пепла, чтобы противостоять новой угрозе. Но смогут ли они доверять друг другу, когда прошлое кричит о предательстве? А время работает против них. Ведь врата жаждут открытия.</p></annotation><coverpage><image l:href="#cover.jpg"/></coverpage><lang>ru</lang><sequence name="Кровь Трёх"/><genre>trillery</genre><genre>boevik</genre><genre>uzhasy</genre><genre>detektivy</genre><date value="2026-11-18">18.11.2026</date></title-info><document-info><author><first-name>FB2 Generator</first-name></author><program-used>FB2 Generator</program-used><date value="2026-11-18 19:50:16">18.11.2026 19:50:16</date><id>krov-trex-kniga-3-kliatva-iz-pepla</id><version>1.0</version></document-info></description><body><title><p>Кровь Трёх. Книга 3 — Клятва из пепла</p></title><section><title><p>Пролог</p></title><p>Ночь окутала замок густой тишиной.</p><p>Древние башни терялись во мраке, а ветер, рождённый где-то среди скал, скользил вдоль каменных стен, будто опасаясь потревожить то, что должно было случиться до рассвета.</p><p>Во внутреннем святилище не было никого, кроме Закарии.</p><p>Старые камни сотни лет хранили чужие тайны, но даже они, казалось, замерли в ожидании.</p><p>Сегодня Закария должен был усилить род Блейков. Таков был приказ правителя и его обязанность как придворного мага: закрепить силу Чёрного Волка в потомках, сделать род сильнее, чище и опаснее.</p><p>На алтаре стоял серебряный кубок.</p><p>В тёмном вине медленно растворялись три капли крови.</p><p>Его кровь.</p><p>Кровь его названной сестры Мирены.</p><p>И кровь Артура — старшего сына лидера клана Валкур.</p><p>Закария долго смотрел на чашу. Слишком долго он ждал этого момента, наблюдая, как судьба плетёт нити, которые он хотел разорвать.</p><p>Он поднял кубок.</p><p>Пламя свечей дрогнуло, отбрасывая на стены ломаные тени.</p><p>— Пусть их союз станет невозможным, — тихо произнёс он.</p><p>Его голос растворился под сводами зала.</p><p>— Пусть их дороги разойдутся навсегда.</p><p>— Клянусь, что не отдам её ни ему, ни миру, ни даже смерти.</p><p>На мгновение мир замер. А затем кровь ответила.</p><p>Этой же ночью из кубка испили правитель и его сыновья, завершая древний обряд.</p><p>Но кровь редко подчиняется чьей-либо воле.</p><p>Закария был уверен, что разрушает их судьбу.</p><p>Он ошибался.</p><p>В ту ночь ритуал сделал то, чего не желал никто.</p><p>Кровь Мирены и Артура сплелась настолько тесно, что отныне лишь кровь мага могла подарить наследника волку.</p><p>Союз, который Закария пытался уничтожить, стал единственным возможным.</p><p>Но и это оказалось не самой страшной ценой.</p><p>Когда три капли соединились в одной чаше, кровь Закарии вплелась в их род так же прочно, как кровь Мирены и Артура.</p><p>Сам того не ведая, он связал собственное наследие с родом Блейков.</p><p>Эта связь переживёт годы и столетия, смерть и забвение. Переживёт всех, кто той ночью стоял у истоков ритуала.</p><p>И однажды кровь, смешавшаяся в тишине древнего замка, вновь сведёт их потомков.</p></section><section><title><p>Глава 1. Туман</p></title><p>Дерек</p><p>Прошло три дня после взрыва.</p><p>Три дня больничных стен, запаха лекарств, чужих голосов за дверью и попыток убедить себя, что мы выжили не просто так. Теперь мы ехали обратно — к месту, где всё оборвалось.</p><p>Машина почти час прорезала туман фарами. Свет выхватывал из темноты мокрый асфальт, редкие дорожные знаки и стволы деревьев, стоявшие слишком близко к дороге. Туман не рассеивался, стелился плотными клочьями, цеплялся за капот, стёкла и лес по обе стороны, будто не хотел пускать нас дальше. Волк молчал, а после той ночи даже ветер словно боялся шуметь. Ни шелеста листвы, ни треска веток — только ровный гул двигателя и шорох шин по влажной дороге.</p><p>За рулём сидел Натаниэль, рядом с ним — Микаэль. Сзади, рядом со мной, молчал Себастьян. Никто не говорил. Каждый думал об одном и том же: о месте, куда мы ехали, о том, что там нашли, и о тех, кого не нашли.</p><p>Я провёл ладонью по лицу. Сон был коротким, если это вообще можно было назвать сном. Лицо под пальцами казалось чужим — холодным, осунувшимся, всё ещё покрытым мелкими ссадинами и порезами. В больнице мне говорили отдыхать. Смешно. Как можно отдыхать, когда перед глазами всё ещё огонь и её лицо?</p><p>— Сколько ещё? — спросил я.</p><p>Натан бросил взгляд на навигатор.</p><p>— Минут десять.</p><p>Микаэль тихо выдохнул и откинулся на спинку сиденья. Его пальцы на мгновение сжались на колене, но он сразу разжал их, будто сам поймал себя на слабости.</p><p>— Капитан уже там?</p><p>— Да, — ответил Натаниэль. — Человек работал на месте все эти дни.</p><p>Глава клана Вирдак наконец подал голос:</p><p>— Он собрал всё, что смог, пока мы приходили в себя.</p><p>Фраза прозвучала осторожно, и я понял, что он имел в виду. Всё это время я рвался назад, туда, где потерял её, но после взрыва мы действительно не были готовы сразу вернуться. Не только телом — головой. Внутри всё ещё стоял грохот, запах гари и крики, которые никак не хотели стихать.</p><p>Я посмотрел в окно. Чёрные деревья мелькали за стеклом. Иногда казалось, что они не остаются позади, а двигаются рядом, следят и провожают нас туда, куда я боялся вернуться.</p><p>— Что он нашёл? — спросил я.</p><p>— Улики есть, — ответил Себастьян. — Но пока ничего, что объяснило бы, как именно всё провернули.</p><p>Машина свернула на грунтовую дорогу. Колёса захрустели по камням, корпус слегка качнуло, и фары выхватили следы шин, уходящие вперёд. Сюда уже приезжали, работали, искали, а у меня всё равно было чувство, что я опоздал.</p><p>В кармане завибрировал телефон. Я достал его, увидел имя и сразу сбросил вызов. Бобби. Друг детства, а теперь — глава Огнев Пика. Он звонил все эти дни, пока я был в больнице, но я не мог заставить себя ответить.</p><p>Через минуту телефон зазвонил снова, и звук показался слишком громким в этой сжатой тишине. Микаэль посмотрел на меня.</p><p>— За последние десять минут он звонит уже второй раз.</p><p>— Знаю.</p><p>Я взглянул на экран. Там уже ждало сообщение: «Дерек, мне нужно поговорить с тобой. Срочно». Я задержал взгляд на этих словах, затем убрал телефон обратно.</p><p>— Он нервничает, — сказал Натаниэль.</p><p>— Все нервничают, — бросил я.</p><p>И это было правдой. Произошедшее уже невозможно было скрыть: люди видели взрыв и горящие на дороге машины, а вопросов осталось больше, чем ответов. Но я понимал главное: на нас объявили охоту.</p><p>Машина замедлилась. Впереди, между деревьями, появились полицейские машины и оградительные ленты. Синие и красные отблески скользнули по стеклу, разрезая туман. Мы вернулись туда, где всё началось.</p><p>Натаниэль остановил автомобиль. Двигатель затих, и несколько секунд никто не двигался. Каждый будто собирал себя заново перед тем, как открыть дверь и снова вдохнуть этот воздух.</p><p>Я вышел первым. В лицо ударил сырой, колючий холод с запахом пепла, сразу забрался под одежду, прошёлся по коже и осел где-то под рёбрами. Сегодня мы либо найдём ответы, либо поймём, что эта история только начинается.</p><p>К нам подошёл тот самый капитан — в кожаной куртке, без формы. Он коротко поздоровался с Себастьяном и по-дружески обнял его.</p><p>— Драк. Рад, что ты жив.</p><p>— Что-то есть для нас, Сол? — спросил Себастьян.</p><p>Тот кивнул на людей за своей спиной.</p><p>— Работаем.</p><p>Я почти не слушал их. Территория до сих пор пахла гарью. Запах въелся в землю, металл и воздух, стал тяжелее, гуще, будто пепел успел смешаться с туманом.</p><p>Я пошёл между остатками машин, которые ещё не успели убрать. Чёрные каркасы стояли вдоль дороги как немые доказательства того, что здесь не было хаоса. Всё было рассчитано.</p><p>Металл искорёжен, стёкол нет, на дверях и капотах — следы копоти, словно огонь прошёлся по ним всего несколько минут назад. Машины охраны стояли почти в ряд, чёткой организованной линией, от которой теперь остались только скелеты.</p><p>Я остановился возле одной из них. Асфальт вокруг оплавился и местами вздулся, будто пламя шло не снаружи, а из-под земли. Осколки стекла поблёскивали в грязи, когда на них падал свет фар. Взрыв прошёл по цепочке: первая машина, вторая, третья. Слишком точно, чтобы быть случайностью.</p><p>Я коснулся холодного металла, задержав пальцы на рваном крае двери. Шаги за спиной узнал сразу — ровные, спокойные.</p><p>— Ты снова здесь, — сказал Натаниэль.</p><p>Я не обернулся.</p><p>— Кто-то должен смотреть.</p><p>Он остановился рядом и некоторое время молча разглядывал разрушения.</p><p>— Охрана погибла почти вся.</p><p>— Я знаю.</p><p>Слова вышли ровно, без злости и боли. Совсем пусто.</p><p>— Но лидеры остались живы.</p><p>Я медленно повернулся к нему.</p><p>— Потому что целью были не мы.</p><p>Натаниэль нахмурился.</p><p>— Тогда кто?</p><p>Ответ уже висел между нами, и я просто произнёс его вслух:</p><p>— Моник.</p><p>Имя задело сильнее, чем я ожидал. Зверь не отозвался ни рыком, ни движением. Только глухая пустота, будто он ушёл слишком глубоко и не собирался возвращаться.</p><p>Пока мы говорили, к нам подошёл лейтенант полиции.</p></section><section><title><p>Глава 2. Пепел</p></title><p>Дерек</p><p>А дальше были похороны.</p><p>Часовня стояла на краю поляны — старая, каменная, с потемневшими стенами и витражными окнами. На крыше лениво переступали голуби, над ними ровно возвышался каменный крест, всё здесь держалось так, как и должно держаться там, где прощаются с мёртвыми.</p><p>Люди медленно тянулись к входу. Разговоры звучали вполголоса, головы были опущены. Кто-то сцепил руки так сильно, что побелели костяшки, кто-то застыл на месте, боясь лишним движением нарушить тишину.</p><p>Мы только вернулись с полицейского участка. Я опознал её обувь. И маску своего охранника. Пальцы сами сжались сильнее, стоило только вспомнить, как я держал её в руках. Лёгкая, знакомая до боли — и такая чужая там, где её нашли.</p><p>Неподалёку обнаружили обрывки ткани и ещё несколько кровавых следов. Больше ничего. Теперь место прочёсывали метр за метром, надеясь найти хотя бы фрагмент останков или другое подтверждение. Следователи предполагали, что взрыв уничтожил тела, а ударной волной их разбросало по лесу.</p><p>Я стискивал зубы, отказываясь принимать эту версию. Пока не увижу, не поверю.</p><p>Всех остальных погибших нашли и опознали. Среди них не было ни Моник, ни Джонни. Не обнаружили и неопознанных останков, которые могли принадлежать им. Они словно испарились.</p><p>От этой мысли в груди становилось тесно. Я с трудом вдохнул и машинально коснулся места, где ремень во время удара впился сильнее всего. Боль почти прошла, но тело всё ещё помнило случившееся.</p><p>Если они погибли, где их тела?</p><p>Я посмотрел на гробы, стоявшие у часовни. Тёмное дерево, ровные линии, закрытые крышки. Два из них были пустыми: один приготовили для Моник, второй — для её брата. Их поставили рядом с остальными, потому что никто уже не надеялся найти их живыми.</p><p>Никто, кроме меня.</p><p>Мы проверили лес, дорогу и овраг. Люди Себастьяна повторно прошли весь участок, но не нашли ничего, что позволило бы поставить точку. И всё же в голову лезла мерзкая мысль: останки могли растащить животные.</p><p>Я зажмурился, пытаясь прогнать представившуюся картину, и едва слышно произнёс:</p><p>— Нет.</p><p>Боги, о чём я вообще думал?</p><p>Волк внутри недовольно зарычал, отталкивая эту мысль вместе со мной. Я замер, прислушиваясь к его голосу, который впервые после взрыва отозвался так отчётливо.</p><p>— Неужели очнулся? — тихо спросил я.</p><p>С плеч словно сдвинулся камень, однако облегчения не пришло. Я всё ещё пытался понять, что произошло тогда, и память без предупреждения вернула меня в ту машину.</p><p>Моник сидела рядом. Я наклонился и поцеловал её тёплые губы, чувствуя запах волос и слыша тихий смех. Её голос звучал так близко, что сейчас мне казалось: достаточно протянуть руку, и я снова смогу до неё дотронуться.</p><p>А затем раздался грохот.</p><p>— Дерек! — испуганно крикнула она.</p><p>Я успел повернуть голову и встретиться с ней глазами, прежде чем последовал тяжёлый удар. Металл смялся, стекло разлетелось по салону, ремень врезался в грудь. Меня отбросило назад. Вокруг смешались крики, скрежет и резкий запах гари, после чего наступила темнота.</p><p>Я резко вдохнул, возвращаясь в настоящее. Передо мной снова стояла часовня, а голос Моник продолжал звучать в памяти.</p><p>Хотя её больше не было рядом.</p><p>После службы люди вышли на кладбище. Гробы установили возле подготовленных могил, а представители кланов сомкнулись вокруг них плотным кольцом. Одни клали ладони на крышки, другие не решались приблизиться. Ветер забирался под ворот куртки, но холода я почти не чувствовал.</p><p>Микаэль держался ближе к своим, Натаниэль стоял в стороне под деревом. Я знал: сейчас он особенно зол и ему нужно побыть одному. Кладбище напоминало ему о гибели Тени — личного охранника и близкого друга.</p><p>Я задержался возле ряда, стараясь смотреть на лица погибших, а не на два пустых ящика. Все эти люди умерли, потому что мы не заметили угрозу вовремя.</p><p>Себастьян стоял рядом, сохраняя внешнее спокойствие. Его плечи были напряжены, загипсованная рука прижата к телу. Бледность и тени под серо-зелёными глазами выдавали усталость, однако сам он оставался собранным.</p><p>— Это готовили долго, — произнёс он слишком ровным голосом.</p><p>Я повернулся к нему.</p><p>— Почему ты так уверен?</p><p>Себастьян прищурился и кивнул в сторону могил.</p><p>— Потому что случайно так не бьют. Они знали наши маршруты, расположение охраны и точное время выезда.</p><p>Он был прав. Кто-то изучал нас, выжидал и ударил в тот момент, когда мы оказались наиболее уязвимы.</p><p>— Похоже на Красную Стрелу, — сказал я. — Всё сходится. Это их стиль.</p><p>Себастьян промолчал, но я понял, что он пришёл к тому же выводу. Нападавшие нанесли один точный удар и практически не оставили следов. Так могла действовать только Стрела.</p><p>Я вспомнил слова Марса перед смертью: «Это уже не остановить. Она найдёт цель — рано или поздно».</p><p>Всё началось ещё тогда в городе леса. Всё это время я жил, не подозревая, насколько близко подобрался враг. Теперь это не закончится, пока я не уничтожу всех и каждого, кто участвовал в нападении.</p><p>Эта организация существовала со времён Дерка Блейка, если верить преданиям, и была опасна не столько силой, сколько фанатизмом. Культ Закарии не нуждался в причинах. Его последователи выбирали цель и шли к ней до конца.</p><p>Всё указывало на то, что на этот раз это была моя пара. Но я не знал наверняка и отказывался верить, что её больше нет.</p><p>Стоило вспомнить о Моник, как меня начинало рвать изнутри. Сердце болезненно сдавливало, в горле пересыхало, и приходилось отворачиваться, чтобы никто не видел моего лица. Даже собственных людей я хоронил как в тумане: черты расплывались, голоса доносились издалека, происходящее казалось нереальным.</p><p>Но я не мог позволить себе развалиться. Если сейчас сломаюсь, то уже не соберу ни людей, ни клан, ни самого себя.</p><p>Я выпрямился и снова посмотрел на два пустых гроба.</p><p>— Мы найдём их, — произнёс я.</p></section><section><title><p>Глава 3. Время</p></title><p>Дерек</p><p>Несмотря ни на что, жизнь продолжалась, дни сменяли друг друга, и иногда я не мог вспомнить, какой сегодня день. Утро смешивалось с ночью, разговоры — с тишиной, а неизменным оставалось только ощущение, словно меня заперли в картонной коробке. Воздух вроде был, но дышать им не получалось. Грудь постоянно оставалась напряжённой, и каждый короткий вдох почти сразу сменялся резким выдохом.</p><p>Моник была моим воздухом и единственной целью. До взрыва я жил надеждой найти её, а теперь должен был начинать поиски заново.</p><p>Расследование продвигалось медленно. Люди собирали всё, что осталось после атаки: обломки камер, части машин, следы взрывчатки. Отчёты ложились на стол один за другим, и к вечеру мы сидели в кабинете, изучая добытые сведения.</p><p>— Некоторые камеры отключились за несколько минут до взрыва, — сказал один из техников.</p><p>— Сбой? — спросил Натаниэль.</p><p>— Нет, их отключили, — ответил тот, покачав головой.</p><p>Я опустил крышку ноутбука, и щелчок прозвучал громче, чем должен был. Значит, кто-то получил доступ к системе и, возможно, знал её изнутри. Всё оказалось не так просто, как казалось.</p><p>Дверь резко открылась. Я не вздрогнул, только плечи непроизвольно напряглись. Шейн снова вошёл без стука.</p><p>— Мы теряем время, — сказал он.</p><p>— И тебе привет, — язвительно бросил Натан. — И на что же, по-твоему, мы его теряем?</p><p>— На всё это. Мы должны искать.</p><p>Натаниэль внимательно изучал брата.</p><p>— Ты уверен, что нам ещё есть кого искать?</p><p>Я резко посмотрел на него, но он даже не повернул головы. Шейн не колебался.</p><p>— Уверен.</p><p>Я промолчал, прислушиваясь к их разговору. Натаниэль никогда не говорил просто так, и я слишком хорошо его знал: сейчас он проверял реакцию Шейна и делал собственные выводы. Однако сомнение, которое он только что озвучил, давно не давало мне покоя.</p><p>А если я просто утешаю себя, чтобы окончательно не спятить?</p><p>Голоса начали глохнуть, словно их накрыли чем-то тяжёлым. Слова ещё доходили до меня, но я уже перестал понимать их смысл. Поднявшись, я вышел из кабинета. Стул скрипнул позади, но я не обернулся. Мне необходимо было двигаться, делать хоть что-нибудь вместо того, чтобы сидеть среди стен, отчётов и чужих голосов.</p><p>Я направился в медицинский блок, где разместили нескольких раненых. Шёл ровно, почти механически, не глядя по сторонам. В одной из палат находился Стивен.</p><p>Перед дверью я остановился, собираясь с мыслями, и только потом вошёл. Мне нужно было поговорить с ним.</p><p>Стивен сидел на кровати с ноутбуком на коленях. Свет экрана падал на лицо, делая его ещё бледнее. Он разговаривал с Вестой, которая держала камеру так, чтобы было видно малыша. Стивен улюлюкал ему и улыбался так, как умеют только отцы.</p><p>Я застыл на пороге, не решаясь войти или уйти. Стивен заметил меня и немного смутился. Я уже собрался вернуться позже, когда услышал голос Весты:</p><p>— А кто это у нас такой скромный? Неужели наш Альфа?</p><p>Она фыркнула.</p><p>— Тсс, — шикнул на неё Стивен.</p><p>— Дерек, — позвала Веста. — Иди поздоровайся с Алексом.</p><p>Я нервно усмехнулся, но всё же подошёл и заглянул в экран. Опершись ладонью о край стола у кровати, наклонился ближе.</p><p>— Привет, — сказала Веста.</p><p>— Привет, — ответил я.</p><p>При виде крохотного личика во мне что-то болезненно дрогнуло.</p><p>— Он прекрасен, — произнёс я почти шёпотом. — Привет, малыш.</p><p>Веста смотрела на меня с пониманием и печалью. Зная Стивена и его манеру трепать языком, я не сомневался, что она уже слышала обо всём случившемся. Все считали, что пара Альфы погибла.</p><p>— Дерек… Всё будет хорошо. Я верю.</p><p>Я только кивнул, не доверяя собственному голосу.</p><p>Стивен поспешил попрощаться с семьёй и закрыл ноутбук. Он был ранен в обе ноги, передвигался на костылях и с трудом говорил из-за сломанной челюсти.</p><p>Из всей моей охраны живым нашли только его. Остальные погибли, а от Призрака осталась лишь найденная на месте взрыва маска.</p><p>Машину тогда подкинуло знатно. Стивену повезло: его выбросило из салона, и, как ни странно, именно это спасло ему жизнь. Он сидел за рулём, Призрак — рядом. Глупая привычка Стива не пристёгиваться в тот раз оказалась единственным, что оставило его в живых.</p><p>Я придвинул стул к кровати и сел.</p><p>— Ты что-нибудь помнишь?</p><p>Стивен выпрямился и нахмурился.</p><p>— Только то, как я пытался вывернуть руль, чтобы уйти от горящей впереди машины.</p><p>Он говорил тяжело, через силу. Каждое слово давалось с трудом, губы почти не двигались. Я слушал, не перебивая, и понимал, что на сегодня достаточно. Ему нужен был покой.</p><p>Я поднялся, отодвинув стул.</p><p>— Ладно, отдыхай.</p><p>У двери я на мгновение обернулся.</p><p>— Ты молодец. Хорошая работа, боец.</p><p>Слова прозвучали сухо, хотя внутри всё было на пределе. Многое навалилось сразу, а остальное невозможно было произнести вслух. На большее меня не хватило, да Стивен и без того всё понимал.</p></section><section><title><p>Глава 4. По течению</p></title><p>Дерек</p><p>Раннее утро.</p><p>Город ещё не проснулся. Небо только начинало светлеть, и тонкая серая линия на горизонте медленно размывала ночную темноту. Улицы были почти пусты: редкие машины скользили по мокрому асфальту, оставляя за собой шорох шин, который быстро растворялся в тишине. С реки тянуло сыростью и колким холодом, пробиравшимся под одежду.</p><p>Я бежал.</p><p>Асфальт глухо отзывался под подошвами, ритм был ровным, привычным: шаг, ещё шаг, ещё. Я считал их автоматически, чтобы не думать. Просыпался до рассвета, выходил на улицу, пока город не надел свою маску шума и людей, и бежал, пока лёгкие не начинали гореть, а тело не заглушало всё остальное.</p><p>Иначе я не спал. Точнее, спал, но это нельзя было назвать сном.</p><p>После взрыва прошло несколько недель. Время перестало ощущаться нормально: дни слились в один длинный, вязкий отрезок, в котором ничего не менялось. Только усталость накапливалась и постепенно становилась частью меня.</p><p>В голове по-прежнему звучало одно и то же.</p><p>«Я хочу домой…»</p><p>Её улыбка. Голос. Огонь.</p><p>Я резко втянул воздух, чувствуя, как холод обжёг лёгкие, и ускорился.</p><p>Нет. Не сейчас.</p><p>Но память не спрашивала. Вспышка. Гул взрыва, разрывающий пространство. Огонь поднимается выше машин, жадно облизывает металл. Чужие крики, размытые, но режущие слух. Запах топлива и гари въедается в память так, будто я всё ещё там.</p><p>Я стиснул зубы и прибавил темп.</p><p>«Я заберу тебя домой. Обещаю…»</p><p>Эти слова возвращались каждое утро, как удар. Похоже, я не сдержал обещание.</p><p>Я сделал ещё круг по набережной. Река слева была тёмной, тяжёлой, почти чёрной в утреннем полумраке. Над водой стелился туман, редкие фонари отражались размытыми пятнами. Дыхание сбилось, тело работало на автомате.</p><p>На улицах появлялись первые люди: кто-то шёл на работу, кто-то выгуливал собак. Открывались кофейни, из приоткрытых дверей вырывались тёплый свет и запах свежего кофе. Где-то просигналил автомобиль, и звук показался неестественно громким для этого утра.</p><p>Я развернулся и побежал обратно.</p><p>Впереди уже виднелся дом: серый фасад, стекло, металл, строгие линии. Он возвышался над соседними зданиями, будто наблюдал за улицами сверху.</p><p>Каждую ночь я возвращался сюда. Днём мотался по городу вместе с Себастьяном, задействуя его связи. Сначала из необходимости, потом потому, что уже не мог сидеть на месте. Мне пришлось приобрести здесь недвижимость. Монреаль был холодным, чужим, чересчур правильным. Не моим. Но жильё было необходимо, чтобы оставаться поблизости. Уезжать я не имел права. Не после того, как она исчезла.</p><p>Это место так и не стало домом — лишь точкой ожидания. Здесь я ел не чувствуя вкуса, засыпал на пару часов и просыпался с ощущением, будто всё начинается заново. Поиски не прекращались, но город молчал.</p><p>Шейн всё чаще пропадал у Себастьяна. Сирен несколько недель пролежала в больнице после взрыва: перелом шейки бедра, ожоги. Теперь она восстанавливалась. Шейн почти не говорил об этом, а я не задавал вопросов. Чужую боль я тогда вообще замечал плохо — собственной хватало.</p><p>Все вокруг твердили одно: она мертва. Сгорела. Слово звучало просто и окончательно, но для меня ничего не значило.</p><p>Я не верил.</p><p>Шейн тоже изменился. Даже когда появлялся рядом, держался отстранённо и вскоре снова уходил. Я считал, что он переживает случившееся по-своему, прячет боль, бежит от неё как умеет, поэтому не мешал. У каждого из нас был свой способ не сломаться.</p><p>Мой — искать.</p><p>Нет тела — нет и смерти. И пока остаётся хотя бы малейший шанс, я не сдамся. Я подвёл её и больше не имел права остановиться.</p><p>Через десять минут я поднялся по ступеням крыльца. Металлические двери закрылись за спиной с тихим щелчком. В просторном холле стояла почти звенящая тишина.</p><p>Я задержался у зеркала. Оттуда на меня смотрел мужчина с усталыми глазами и напряжённой линией губ.</p><p>Навстречу вышел дворецкий.</p><p>— Господин, утренняя пресса.</p><p>Он протянул мне газету. Я забрал её, даже не взглянув на заголовки, и двинулся дальше.</p><p>В коридоре горел приглушённый свет. Дорогая отделка, строгие линии, ничего лишнего. Из кухни тянуло кофе, и его насыщенный запах резко контрастировал с холодом улицы.</p><p>Над столом горела лампа. Один из слуг расставлял чашки и, заметив меня, бесшумно вышел. Я положил газету на стол, налил себе кофе и обхватил чашку ладонями, согревая пальцы.</p><p>Едва успел сделать глоток, как услышал шаги.</p><p>Натаниэль появился в дверях кухни. Окинул меня с головы до ног и задержался на лице, будто пытался прочитать то, о чём я молчал.</p><p>— Ты опять не спал?</p><p>Я пожал плечами.</p><p>— Спал.</p><p>Он помолчал, чуть прищурившись.</p><p>— Лжёшь.</p><p>Я не ответил.</p><p>Брат подошёл к столу, взял свободную чашку и на секунду задержал руку над кофейником, будто собираясь с мыслями. Затем всё же наполнил её. Некоторое время мы молчали. Только ложка тихо звякнула о фарфор.</p><p>Наконец Натаниэль повернулся ко мне.</p><p>— Есть новости.</p><p>Сердце сделало один тяжёлый удар.</p><p>— Какие?</p><p>— Возможно, это след.</p><p>Я выпрямился.</p><p>— Говори.</p><p>Он сделал глоток, словно подбирая слова, и только потом продолжил:</p><p>— Есть свидетель.</p><p>Я нахмурился.</p><p>— Он видел взрыв?</p><p>— Нет. — Натаниэль покачал головой. — То, что происходило после. Он не сразу уехал. Несколько минут стоял и смотрел.</p><p>Под рёбрами неприятно стянуло.</p><p>— Что именно он видел?</p><p>— Фургоны дальше по дороге.</p><p>Я слушал, не перебивая.</p><p>— Несколько, — продолжил он. — Стояли у обочины в паре сотен метров от места взрыва. Без номеров.</p><p>Пульс ускорился.</p><p>— Что ещё?</p><p>— Свидетель решил, что это ремонтная бригада. Рядом даже поставили знак «Ремонт дороги», поэтому сначала он не заметил ничего необычного.</p><p>Взгляд Натаниэля скользнул к вазе с фруктами.</p><p>— Потом появился человек.</p></section><section><title><p>Глава 5. След</p></title><p>Дерек</p><p>В комнате пахло моим парфюмом и мужским гелем для душа.</p><p>Спальня была просторной и строгой: сдержанные тёмные оттенки, тяжёлые шторы, окно во всю стену. Ничего лишнего. Только огромная кровать, в которой мне было слишком холодно. Слишком пусто. Каждую ночь она напоминала, что рядом никого нет.</p><p>За одной из дверей находилась гардеробная. Ровные ряды дорогих костюмов, рубашек и обуви. Всё висело на своих местах. И среди моих вещей — единственное, что осталось от моей пары. Одежда, которую купили для неё перед трагедией. Новая. Ни разу не надетая. Она не могла хранить запах Моник, сколько бы раз я ни подходил и ни касался ткани.</p><p>Перед глазами пронеслась ночь накануне всего, что случилось. Дом Вирдак. Спальня, в которой она осталась со мной. Наши тела, сплетённые под лунным светом, льющимся из окна. Её мокрые волосы, прилипшие к груди. Мои руки, которые в порыве страсти выпускали когти и раздирали простыню под ней.</p><p>Я сжал челюсть, отгоняя воспоминание.</p><p>Свежий, резкий запах держался в воздухе, смешиваясь с теплом после горячей воды. Я стоял перед зеркалом и застёгивал манжеты на чёрной рубашке.</p><p>Мой любимый цвет.</p><p>Влажные волосы я убрал набок, провёл ладонью по щеке. Небольшая щетина, острые скулы, голубые глаза. Только теперь в них уже не было той пустоты, что смотрела на меня утром из зеркала в холле. Теперь там была решимость — тихая, холодная, такая, после которой обычно начинали умирать чужие планы.</p><p>Я поправил воротник, ещё раз взглянул на отражение и вышел.</p><p>В кабинет я спустился уже собранным. С виду — спокойным, равнодушным. Натан откинулся в кресле, лениво пролистывая что-то на планшете.</p><p>Молча подойдя к окну, я посмотрел во двор.</p><p>Там строилась охрана. Старший проводил утренний сбор: короткие команды, ровные ряды, привычная дисциплина. Те, кто в тот день остался на базе, снова стояли на своих местах, ждали приказов, ждали остальных. Тех, кто так и не вернулся.</p><p>Я задержал взгляд всего на секунду.</p><p>Не время.</p><p>И всё же я цеплялся за всё, за что только мог. Даже за пустые места в строю.</p><p>В дверь тихо постучали, но я не обернулся.</p><p>— Войдите, — бросил брат.</p><p>Дверь приоткрылась, и в проёме появился охранник.</p><p>— Альфа, свидетель прибыл. Ждёт.</p><p>Я ответил не сразу, всё ещё собираясь с мыслями.</p><p>— Пусть войдёт.</p><p>Оставшись у окна, я не двигался. Всё вокруг по-прежнему казалось таким же чужим.</p><p>— Мой дом будет там, где она, — прошептал я самому себе. — Мы здесь временно.</p><p>Я отошёл и сел за стол. Через минуту охранник ввёл свидетеля и остался у двери.</p><p>Мужчина средних лет нервничал. Это было видно во всём: в том, как он сжимал пальцы, как постоянно облизывал сухие губы, как его взгляд метался по комнате, будто он искал выход.</p><p>— Я уже всё рассказал… — пробормотал он. — Я правда больше ничего не знаю.</p><p>Я медленно повернулся к нему.</p><p>— Расскажи ещё раз.</p><p>Он тяжело вздохнул, плечи опустились.</p><p>— Взрыв… пожар… потом началась паника. Люди разбегались. Я спрятался за машиной. Просто пытался не попасть под огонь. Потом увидел фургоны у обочины и того парня в маске. Он выбрался из горящей машины и пошёл в сторону леса.</p><p>Я неторопливо поднялся и сделал шаг вперёд. Он невольно отступил.</p><p>— Девушку видел?</p><p>Он поднял на меня глаза — тревожные, но без обмана.</p><p>— Нет.</p><p>— Тело?</p><p>— Нет.</p><p>В комнате стало тихо.</p><p>— Отсутствие тела ещё ничего не доказывает, — тихо произнёс Натаниэль.</p><p>— Она жива, — отрезал я.</p><p>Я смотрел на свидетеля ещё несколько секунд, изучая его реакцию — врёт он или нет, по пути прислушиваясь к внутренним ощущениям волка.</p><p>— Это всё что я знаю, правда, — выдовил мужчина.</p><p>Натаниэль чуть наклонил голову.</p><p>— Мы верим, но ты ведь понимаешь, что молчание избавит тебя от лишних проблем в дальнейшем.</p><p>Он кивнул слишком быстро и протёр вспотевший лоб.</p><p>— Свободен.</p><p>Я кивнул охраннику, чтобы он проводил мужчину.</p><p>— Выходит Призрак жив? — заметил Натан.</p><p>Я усмехнулся и покачал головой.</p><p>— Этот чёртов везунчик слишком упрям, чтобы умереть.</p><p>В этот момент на столе завибрировал телефон. Звук был резким, и выбивался из общей тишины. Я посмотрел на экран.</p><p>Бастиан.</p><p>И сразу ответил:</p><p>— Говори.</p><p>— Мы собираемся выезжать, — сразу сказал он.</p><p>— Нет.</p><p>Он замолчал.</p><p>— Дерек…</p><p>— Я сказал нет. Сейчас сюда никто не едет. Особенно вы.</p><p>— Мы не будем сидеть и ждать.</p><p>Я провёл рукой по лицу, пальцы задержались на переносице.</p><p>— Выполняйте приказ. И не лезьте в этот город, пока я не скажу. Оставайтесь на территории Лесной розы.</p><p>Он молчал, и я почти чувствовал, как сильно ему приходится сдерживаться.</p><p>Потом коротко ответил:</p><p>— Понял Альфа.</p><p>Связь оборвалась.</p><p>Я опустил телефон на стол. Натаниэль посмотрел на меня.</p><p>— Рано или поздно они всё равно попадут в этот мир. Не делай ошибок отца. Не держи их в клетке.</p><p>Я выдохнул, опираясь о стол.</p><p>— Знаю.</p><p>Но отпустить их сейчас — значит рискнуть семьёй. А я больше не имел права на ошибки. Ни одной.</p><p>— Нужно вернуться на место взрыва и ещё раз всё проверить, — сказал я.</p><p>В голосе Натаниэля прозвучала усталость:</p><p>— Дерек, это уже десятый раз. Место вычищено. Даже если в округе и были следы, их давно затоптали.</p><p>Я покачал головой.</p><p>— Драк обещал подключить лучших людей. Я хочу убедиться, что мы ничего не упустили.</p><p>Он кивнул, хотя я знал — он думает, что я спятил.</p><p>Но, чёрт, сейчас я не мог позволить себе пропустить даже малейшую зацепку.</p></section><section><title><p>Глава 6. Цель</p></title><p>Моник</p><p>Я открываю глаза, и первое, что чувствую, — холод.</p><p>Не тот, который бывает зимой или ночью. Этот — другой. Он идёт от стен, от пола, от самого воздуха вокруг. Металл и бетон держат его внутри, будто здесь никогда не бывает тепла. Он не просто касается кожи — забирается под неё, липнет к пальцам, шее, груди, заставляя тело невольно сжиматься.</p><p>Я лежу на узкой кровати и несколько секунд смотрю в потолок: серый, низкий, чужой. Сначала не понимаю, где нахожусь. В голове гул — тяжёлый, вязкий, будто кто-то набил череп ватой и оставил внутри только обрывки звуков.</p><p>Я моргаю, пытаюсь вдохнуть глубже и тут же морщусь. В груди что-то отзывается тупой болью, горло саднит, словно я наглоталась дыма. На языке стоит горький привкус гари, хотя вокруг пахнет совсем иначе — чем-то резким, почти лекарственным.</p><p>Память возвращается медленно. Сначала звук: глухой удар, визг тормозов. Потом вспышка, огонь и крики.</p><p>Я резко сажусь, и мир на мгновение качается. Перед глазами темнеет, пол будто уходит вниз, стены сдвигаются ближе. Я хватаюсь за край кровати, пальцы скользят по грубой ткани покрывала.</p><p>Где я?</p><p>Сердце начинает биться слишком быстро, каждый удар отдаётся в висках. Я оглядываюсь.</p><p>Комната маленькая, чистая до стерильности и пустая. Белые стены без единой трещины, узкое окно под самым потолком, через которое пробивается тусклая полоска света, металлическая дверь без ручки с этой стороны. В углу — камера. Маленький чёрный глаз смотрит прямо на меня.</p><p>Я сглатываю. Кровать, стол, стул — ничего лишнего. Это не больничная палата и не обычная комната.</p><p>Опускаю взгляд на себя. Одежда на мне другая, ладони дрожат, на костяшках царапины. Колено саднит, когда я пытаюсь пошевелиться.</p><p>Я жива, но эта мысль почему-то не приносит облегчения.</p><p>Провожу рукой по запястью и замираю, почувствовав на коже холодный металл.</p><p>Браслеты. На них знаки, похожие на руны. Они плотно охватывают руки, без застёжек и швов, будто их не надели, а вплавили в меня. От них исходит странная тяжесть, словно что-то внутри держат на цепи.</p><p>Я пытаюсь сосредоточиться, восстановить случившееся: кладбище, машины, охрана, взрыв.</p><p>Резко закрываю глаза.</p><p>Дерек…</p><p>Его лицо вспыхивает передо мной так ясно, что на мгновение я забываю, где нахожусь. Его руки, запах, голос. То, как он смотрел на меня перед тем, как всё разлетелось на куски.</p><p>Я тянусь к этому чувству, к связи, к той тонкой нити, которая всегда была где-то внутри, даже когда я пыталась её не признавать, но там пусто. Не тишина — хуже. Стена.</p><p>Касаюсь браслетов и чувствую, как стылый металл будто расползается выше по рукам.</p><p>Чёрт…</p><p>Я пытаюсь вызвать собственную силу — сначала осторожно, потом сильнее, до боли и дрожи в пальцах, но ничего не происходит. Внутри словно вакуум.</p><p>В замке щёлкает, и металлическая дверь открывается.</p><p>— Очнулась.</p><p>Голос звучит ровно. Слишком ровно для этого места.</p><p>Я резко поднимаю голову.</p><p>В проёме стоит мужчина. Он входит в комнату, и дверь за его спиной беззвучно закрывается. Остановившись у стены, он прислоняется к ней плечом. Руки свободно опущены, лицо расслаблено, взгляд внимательный и почти равнодушный.</p><p>На мгновение я просто смотрю на него. Мозг отказывается соединять знакомое лицо с именем, потому что это невозможно. Неправильно.</p><p>Он делает шаг вперёд, и свет из-под потолка скользит по его лицу.</p><p>Марк.</p><p>Сначала я думаю, что это ошибка, что после взрыва в голове всё перемешалось и мозг подсовывает мне знакомый образ. Сейчас моргну — и он исчезнет. Но Марк не исчезает. Стоит передо мной — живой, невозмутимый, почти довольный.</p><p>— Быстро приходишь в себя, — говорит он.</p><p>Я пытаюсь понять, что происходит. Губы пересохли, голос выходит хриплым:</p><p>— Где я?</p><p>Он улыбается уголком рта.</p><p>— В безопасном месте.</p><p>Я медленно опускаю ноги на пол. Сырость сразу пробирает ступни.</p><p>— Для кого?</p><p>— Для нас.</p><p>Сердце срывается на быстрый ритм. Я не отвожу от него взгляда, боясь моргнуть: вдруг реальность станет ещё хуже.</p><p>— Ты… мёртв, — произношу почти шёпотом.</p><p>Марк не отвечает сразу, просто смотрит на меня так, будто ждал именно этой реакции и заранее знал каждое моё слово.</p><p>— Я живее всех живых.</p><p>Внутри медленно поднимается злость. Не горячая, не та, от которой кричат и бросаются вперёд, а другая — ледяная.</p><p>— Ты был в отборе Альфы, — говорю я. — С самого начала.</p><p>Он чуть наклоняет голову.</p><p>— Был.</p><p>Я сжимаю пальцы в кулак.</p><p>— Ты видел, как гибли ребята.</p><p>Марк даже не моргает.</p><p>— Видел. Наблюдательность — хорошее качество.</p><p>От его равнодушия меня мутит сильнее, чем от боли. Я помню его в ангаре на тренировках и во время игры на заводе.</p><p>Он сам убивал или только отдавал приказы?</p><p>Светлые волосы, чуть темнее у висков. Зелёные глаза. Мягкая улыбка. Лицо прекрасного ангела. Только теперь я понимаю, что всё это было маской, под которой скрывался настоящий демон.</p><p>— Я знал, кто вы, с самого начала, — продолжает Марк. — И понял, что Шейн бросится спасать тебя, забыв обо всём на свете. Жалею лишь об одном — дал шанс твоему ублюдку Джонни. Если бы не вытащил его тогда из огня, было бы проще.</p><p>Всё складывается: тени между деревьями, чёрный силуэт, который иногда казался мне игрой света, взгляд в спину, ощущение чужого присутствия, исчезавшее, стоило обернуться.</p><p>Это был он. Всё это время шёл по пятам.</p><p>— Настоящий ублюдок — это ты. И то, что ты вытащил моего брата, не делает тебя святым. Ты виноват в смерти Сэма и остальных ребят.</p><p>Я дёргаюсь, пытаясь снова пробудить силу, но браслеты лишь сильнее сжимают запястья, и кожу под ними начинает жечь.</p><p>Марк приближается, и я невольно напрягаюсь. Он замечает это и улыбается чуть шире.</p><p>— Даже не пытайся.</p><p>Я не замечаю, как касаюсь металла на запястье. Пальцы тут же отдёргиваются, будто меня поймали за попыткой побега.</p></section><section><title><p>Глава 7. Выбор</p></title><p>Дерек</p><p>На следующий день после очередной поездки к месту взрыва меня в кабинете ждал Стивен. Бледный, вымотанный, с едва заметной дрожью в коленях, он держался только на упрямстве. Повязки на груди были свежими, а рубашка небрежно натянута поверх бинтов, будто он оделся в спешке, лишь бы никто не успел уложить его обратно.</p><p>— Какого чёрта ты всё ещё здесь? — рявкнул я.</p><p>Голос прозвучал резче, чем должен был, но сдерживаться я даже не пытался. Видел, как неглубоко он дышит, как напрягает челюсть, чтобы не скривиться от боли, и стискивает пальцы, скрывая дрожь в руках. И всё равно пришёл ко мне, хотя приказ уже был отдан.</p><p>— Я остаюсь, — произнёс он почти ровно, но глаза выдавали его с головой.</p><p>В них смешалось всё: вина, злость, усталость, потеря и та тупая, бесполезная решимость, которая обычно приводит людей в могилу быстрее врага.</p><p>— Нет.</p><p>Стивен даже не моргнул.</p><p>— Призрака нет. Я должен быть рядом.</p><p>Упоминание Призрака отозвалось глухим толчком под рёбрами, как после удара, когда ещё не понимаешь, насколько серьёзно задело.</p><p>Один из лучших. Один из тех, кто по всем фактам должен был погибнуть, хотя теперь слишком многое говорило об обратном.</p><p>Несколько секунд я молча смотрел на Стивена, пытаясь не сорваться. Не потому, что он был неправ, а потому, что слишком хорошо понимал, зачем он явился сюда, едва держась на ногах.</p><p>— Ты едешь домой, в Город Леса.</p><p>Он сжал кулаки сильнее.</p><p>— Я не уйду.</p><p>— Это приказ.</p><p>Стивен не сразу отвёл взгляд. Казалось, ещё мгновение — и он начнёт спорить, доказывать, что нужен здесь. Однако всё-таки промолчал.</p><p>Хорошо. Значит, пока ещё соображает.</p><p>— Чтобы завтра тебя здесь не было. Понял?</p><p>Его плечи напряглись.</p><p>— Да, Альфа.</p><p>Слова прозвучали глухо — не как согласие, а как признание поражения.</p><p>— Выполняй.</p><p>Он кивнул и медленно вышел. Дверь закрылась, и вместе с коротким щелчком в тишине будто что-то оборвалось.</p><p>Я остался у окна, глядя на двор особняка. Машины въезжали в ворота, люди спешили по своим делам, жизнь продолжалась привычным чередом. Слишком обычный мир для того, что происходило внутри меня.</p><p>Иначе нельзя.</p><p>Стивен наверняка думал, что я отстраняю его, не доверяю и отнимаю право на месть. Пусть. Живой и злой боец лучше мёртвого преданного.</p><p>Я провёл ладонью по лицу и выдохнул.</p><p>Мы продолжали набирать бойцов, и сегодня предстоял очередной отбор. Я невесело хмыкнул. Кастинг, чёрт возьми.</p><p>Натаниэль именно так это и называл. Сначала в шутку, а потом, кажется, сам поверил в придуманное слово и начал произносить его с таким видом, будто мы собирали не охрану, а труппу для грёбаного спектакля.</p><p>Брат всегда всё называл по-своему, а я обычно не спорил. Сейчас на это и вовсе не оставалось сил. В голове снова возникали взрыв, пустая дорога, обугленные машины и наступившая после них тишина — самая страшная из всех.</p><p>Зверь тоже затих.</p><p>Раньше его присутствие было постоянным, давящим и живым. Он рычал, сопротивлялся, требовал, срывал меня с места. Теперь же прятался глубоко внутри, словно погребённый под камнями. Иногда я чувствовал слабый отклик, но это случалось всё реже, и оттого становилось только тревожнее. Зверь был разбит так же, как я. Разница лишь в том, что мне приходилось стоять, говорить, принимать решения и делать вид, будто всё под контролем.</p><p>После полудня дом снова превратился в импровизированный штаб. Стол завалили картами, списками, отчётами, фотографиями с камер и распечатками маршрутов. Люди бесконечно сновали по коридорам, передавали сведения и забирали приказы. Воздух пропитался кофе, усталостью и напряжением.</p><p>Несколько кандидатов уже прошли собеседование. Сильные, опытные, с хорошими рекомендациями — и почти одинаковые. Выправка, заученные ответы, желание произвести впечатление. Среди них не было плохих бойцов, но после случившегося мне требовались не просто крепкие тела. Нужны были люди, которые не сломаются, если всё снова полетит к чёрту.</p><p>Натаниэль наблюдал за очередным кандидатом из кресла возле окна. Со стороны брат выглядел расслабленным, но я хорошо знал эту позу. Он замечал каждую задержку в ответе, лишний жест и попытку казаться лучше, чем человек был на самом деле. Ослабив узел галстука на чёрной рубашке, он дождался, пока мужчина выйдет, и тяжело выдохнул:</p><p>— Следующий.</p><p>На пороге появился темнокожий парень. Высокий, широкоплечий, с мощной шеей и руками, способными, казалось, согнуть стальную балку, если та окажется не там, где нужно. При всей своей массе двигался он легко, без желания продемонстрировать силу или занять собой всё пространство. Просто вошёл — и кабинет сразу стал теснее.</p><p>Натаниэль негромко присвистнул.</p><p>— Ну вот… наконец-то кто-то, кого не сломает ветром.</p><p>Я внимательно изучил вошедшего. Он остановился перед столом, не оглядываясь по сторонам и не ища одобрения. В нём чувствовалась уверенность человека, которому не требовалось ничего доказывать.</p><p>Сила без показухи встречалась редко.</p><p>— Имя? — спросил я.</p><p>— Малик Картер.</p><p>Голос у него был низкий, уверенный, без попытки звучать опаснее.</p><p>— Опыт?</p><p>— Частная охрана. Сопровождение. Несколько лет на границе спорных территорий.</p><p>Натаниэль слегка приподнял бровь.</p><p>— На спорных территориях выживают только те, кто умеет думать.</p><p>Малик перевёл на него глаза.</p><p>— Или те, кто научился не шуметь.</p><p>Уголок губ брата дёрнулся. Ответ ему понравился. Я тоже его отметил: без дерзости, лишнего бахвальства и желания угодить.</p><p>— Почему ушёл? — спросил я.</p><p>— Не ушёл. Контракт закончился.</p><p>— И сразу к нам?</p><p>— Мне сказали, здесь нужны люди, которые не задают лишних вопросов.</p><p>Я чуть наклонил голову.</p><p>— А ты их не задаёшь?</p><p>Малик выдержал небольшую паузу.</p><p>— Задаю. Но не сразу. Сначала предпочитаю понять, кому можно доверять.</p></section><section><title><p>Глава 8. Точка на карте</p></title><p>Дерек</p><p>Несколько часов я провёл в спортзале. Бил грушу, отжимался, снова вставал и снова бил, пока тело не начало отказывать первым. Я ломал себя физически, потому что так было проще, чем признать: внутри всё давно трещит.</p><p>Обедал кое-как. Кусок не лез в горло, но я заставлял себя жевать. Мне нужны были силы — не жить. Искать.</p><p>Позже мы собрались в кабинете: Микаэль, Себастьян, Натаниэль и я.</p><p>Я сидел во главе стола и смотрел на карту, разложенную перед нами. Линии дорог, отметки, красные круги, стрелки, зоны контроля — всё выглядело почти аккуратно, логично, если не знать, что за всеми этими обозначениями кровь, пепел и люди, которых уже не вернуть.</p><p>Тишина стояла тяжёлая. Такая бывает не перед разговором, а перед решением.</p><p>— Если это Красная Стрела… — начал Натаниэль.</p><p>— Тогда это объявление войны, — перебил Микаэль.</p><p>Я качнул головой.</p><p>— Нет.</p><p>Они посмотрели на меня. Я медленно поднял взгляд от карты.</p><p>— Война идёт уже давно. Просто раньше кто-то очень старался, чтобы мы называли её иначе: провокациями, случайностями, чужими ошибками, внутренними конфликтами. Но взрыв не был ошибкой, и Моник не исчезла случайно.</p><p>— У нас нет доказательств, — сказал Микаэль.</p><p>— Зато у нас есть догадки, потери и слишком много совпадений, — сухо добавил Натаниэль.</p><p>Я молчал, потому что одно знал точно: точку ставить рано. Там, где нет фактов, всегда остаётся место сомнению.</p><p>— Тело могло уничтожить взрывом, — заметил брат.</p><p>Я сжал челюсть. Картинка сама полезла в голову: огонь, металл, ударная волна. Несмотря на его слова, я заставил себя дышать ровнее.</p><p>— Полиция прочесала территорию, — сказал я. — Ничего не нашли. Значит, работаем не с версией смерти. Работаем с исчезновением.</p><p>Слова давались тяжело, каждое будто царапало горло, но их нужно было произнести, чтобы остальные тоже поняли: мы не закрываем дело. Мы открываем охоту.</p><p>— Есть ещё кое-что.</p><p>Микаэль встал и, сняв пиджак, подошёл к столу. Он наклонился и подвинул ближе один из снимков. Камера зафиксировала тёмный фургон на выезде к автостраде. Номер невозможно было разобрать, лицо водителя скрывал капюшон, но время совпадало.</p><p>— Машина появилась здесь через сорок минут после взрыва, — сказал он. — Дальше след обрывается.</p><p>Его палец лёг на развязку.</p><p>— Один маршрут уходит на запад. Второй — к границе. Третий ведёт в сторону Оттавы. Мои люди уже слышали о движении Стрелы в этом районе. Если верить источникам разведки, в Оттаве может быть их база.</p><p>Я нахмурился.</p><p>— Разве это не ваши территории?</p><p>Он взглянул на Себастьяна.</p><p>Себастьян до этого почти не вмешивался. Сидел неподвижно, собранный, тихий, но при упоминании Оттавы его лицо стало жёстче.</p><p>— Это спорная территория, — сухо бросил он. — Там законы кланов почти ничего не решают.</p><p>— Зато решают деньги, связи и старые долги, — добавил Микаэль.</p><p>— И кто кому когда перерезал горло, — тихо буркнул Натаниэль.</p><p>Себастьян посмотрел на него.</p><p>— В том числе.</p><p>Я перевёл взгляд обратно на карту. Оттава. Если они там, значит, это не просто попытка скрыться. У них есть место, люди, подготовленная схема отхода. Кто-то продумал маршрут заранее. Всё было слишком чисто и продуманно.</p><p>— Нам нужен конкретный план, — заявил Натаниэль. — И подкрепление. Серьёзное.</p><p>Себастьян усмехнулся без веселья.</p><p>— То, что осталось от моих бойцов, — это группа «Восемь» и охрана территории особняка. Я потерял опытных парней. Двенадцать человек. Как будто их и не было.</p><p>Он говорил ровно, но я видел пальцы, сжавшиеся на подлокотнике кресла.</p><p>— Среди них — мой личный охранник, Касс.</p><p>Имя прозвучало коротко, без надрыва, и от этого только тяжелее. Себастьян умел держать лицо. Слишком хорошо. Но глаза выдавали ярость — глухую, тёмную, ядовитую, такую, которая не требует крика.</p><p>— Потери есть у всех, — заметил Микаэль. — Мои тоже лежат в могилах.</p><p>Натаниэль резко повернул к нему голову.</p><p>— Ты сейчас серьёзно предлагаешь мериться трупами?</p><p>— Я предлагаю не забывать, что мы все ослаблены.</p><p>— Если сидеть и считать погибших, с ума можно сойти, — отрезал Натан. — Каждый из нас лишился слишком многого.</p><p>Тишина снова опустилась на кабинет, на этот раз ещё плотнее. Я положил ладонь на край стола.</p><p>— Хватит.</p><p>Никто не возразил. Хорошо, потому что у меня не было сил разнимать союзников, которые от боли начинают грызть друг друга.</p><p>Я посмотрел на Себастьяна.</p><p>— Кстати… как твоя сестра Сирен?</p><p>Его лицо изменилось почти незаметно. Только взгляд стал другим — не мягче, но глубже.</p><p>— Она справилась, — ответил он. — Сейчас на коляске. Шейн с ней. Спасибо, что не против.</p><p>Шейн сейчас был там, где мог быть полезен: рядом с теми, кто выжил, но ещё не вернулся к себе полностью.</p><p>Я кивнул.</p><p>— Это не обсуждается. Мы союзники, а значит, помогаем друг другу.</p><p>Себастьян чуть склонил голову. Это была не благодарность, а признание.</p><p>Между нами всё ещё оставались острые углы, недосказанность и причины не доверять друг другу до конца. Но после взрыва многое стало проще. Не легче — именно проще. Есть те, кто ударил, и есть те, кто остался стоять. Значит, придётся держаться вместе.</p><p>Этот взрыв унёс не только наших людей. Он забрал у нас право медлить.</p><p>Я снова посмотрел на карту. Оттава. Если след вёл туда, я должен был дойти до конца.</p><p>— Начинаем с Оттавы.</p><p>— Шпионаж? — уточнил Натаниэль.</p><p>— Да. Но тихо. Без демонстрации силы и лишнего шума.</p><p>— А если подтвердится?</p><p>Я посмотрел на него.</p><p>— Тогда отстоим то, что принадлежит нам.</p><p>Натаниэль медленно улыбнулся — не весело, а опасно.</p><p>— Вот теперь похоже на твёрдое решение Альфы.</p><p>Я не улыбнулся в ответ, потому что это ещё не было решением. Это было начало.</p><p>Я на секунду закрыл глаза. Внутри опять шевельнулся зверь — слабо, глухо, но я чувствовал его. В этой едва заметной дрожи было больше уверенности, чем во всех докладах и чужих предположениях.</p></section><section><title><p>Глава 9. Взаперти</p></title><p>Моник</p><p>Я хожу по комнате уже, наверное, минут десять. Или час — здесь это невозможно понять. Время будто растворилось: часов нет, а снаружи почти не доносится никаких звуков. Под потолком горит ровный свет, а высоко в стене расположено узкое окно с мутным стеклом. За ним виднеется тусклое свечение, но невозможно понять, дневное оно или искусственное. Глухая, давящая тишина только усиливает ощущение, что я потерялась во времени, и мысли начинают цепляться одна за другую.</p><p>Комната небольшая, но не похожа на тюремную, и это почему-то сбивает сильнее. Бетонные белые стены, аккуратный стол, узкая кровать, раковина в углу — всё чисто, ровно, спокойно. Ничего лишнего, но ни одной детали, которая напоминала бы настоящую тюрьму. Ни решёток, ни цепей, ни грязного пола. Нет ощущения, что меня бросили сюда и забыли.</p><p>На мне спортивный костюм — мягкий, удобный, с длинными рукавами и штанами почти моего размера. Ткань не натирает кожу и не мешает двигаться. Словно меня не заперли, а просто… оставили под присмотром. Эта мысль неприятно скребёт изнутри, потому что забота здесь выглядит хуже грубости.</p><p>Провожу пальцами по запястьям. Металл холодный. Браслеты сидят плотно: не больно, но так, что я чувствую их каждую секунду. Они будто специально сделаны не для того, чтобы причинять боль, а чтобы напоминать: я здесь не свободна.</p><p>Я уже поняла, что это такое. Стоит попытаться сосредоточиться, прислушаться к себе, как всё будто глохнет. Не исчезает совсем — скорее становится далёким, приглушённым, недоступным, словно мой дар душат на корню. Сдерживают. Я сглатываю и опускаю руки. От одного этого слова тревога усиливается.</p><p>Подхожу к столу. Там стоит бутылка воды — обычная, прозрачная, запечатанная. Я беру её, откручиваю крышку и делаю несколько глотков. Горло сухое, как после долгой дороги или сна, который был не сном, а провалом в темноту. Вода не помогает сразу, только оставляет прохладу во рту и тяжесть где-то ниже, в пустом желудке.</p><p>Сколько времени прошло? Часы? Дни?</p><p>Пытаюсь вспомнить, но память обрывается кусками. Всё смазанное: вспышки, шум, непонятные движения. И потом — ничего.</p><p>Я продолжаю ходить по комнате: от стены к столу, от стола к кровати, от кровати обратно. Шаги получаются короткими, нервными, а ноги постепенно наливаются тяжестью, словно тело ещё не до конца пришло в себя. Но остановиться я не могу. Нужно думать, разобраться, где я и что им от меня нужно. Главное — не позволить страху разрастись до такой степени, чтобы он начал управлять мной, потому что он уже здесь: в груди, в пальцах, в каждом движении вдоль бетонных стен.</p><p>Дверь открывается, и я сразу оборачиваюсь. Тело реагирует быстрее, чем мысли: плечи напрягаются, пальцы сжимаются, дыхание на секунду замирает.</p><p>На пороге стоит девушка. Высокая, стройная, с каштановыми волосами, которые лёгкими волнами падают на плечи. Ярко-зелёные глаза смотрят прямо и внимательно, без улыбки, любопытства и лишних эмоций. На ней чёрный облегающий костюм — что-то между тренировочной формой и боевой экипировкой. Он подчёркивает не красоту, а собранность. В ней всё кажется точным: осанка, движения, положение рук, даже то, как она переступает порог.</p><p>В руках у неё поднос. Она спокойно проходит внутрь, ставит его на стол и поворачивается ко мне.</p><p>— Ешь.</p><p>Голос немного грубоватый. Не злой, но и не мягкий. Так говорят не потому, что хотят помочь; так говорят, когда приказ уже отдан и спорить с ним бессмысленно.</p><p>Я перевожу глаза с неё на еду.</p><p>— Сколько я здесь?</p><p>Она отвечает сразу:</p><p>— Несколько суток.</p><p>Я хмурюсь. Слово будто не сразу доходит.</p><p>— Суток?</p><p>Во рту пересыхает. Значит, я не просто отключилась на пару минут и пришла в себя после удара. Целый кусок времени выпал. Меня могли перевезти куда угодно, успеть спрятать, подготовить эту комнату и решить, что делать дальше.</p><p>— Тебя пришлось усыпить, — говорит она. — Ты сопротивлялась.</p><p>Я изучаю её внимательнее. Сопротивлялась. Я не шла сама, пыталась вырваться. Это почему-то успокаивает — хотя бы это. Во мне на секунду вспыхивает что-то упрямое, почти злое: маленькое, но живое.</p><p>— Как тебя зовут?</p><p>Она медлит, будто оценивает, можно ли назвать мне даже это. Будто имя тоже может оказаться под запретом.</p><p>— Лилиан.</p><p>Она произносит его ровно, но на секунду отводит глаза, словно сказала что-то лишнее. Я повторяю имя про себя.</p><p>Лилиан.</p><p>Какое нежное имя для всей этой тьмы.</p><p>Я запоминаю его, потому что сейчас даже такая мелочь может оказаться важной в этом месте, где пока всё чужое.</p><p>Я делаю осторожный шаг. Не резкий и не угрожающий, просто подхожу чуть ближе.</p><p>— Лилиан… ты можешь сказать, где я?</p><p>Она сразу напрягается. Едва заметно, но я вижу, как плечи становятся жёстче, лицо холоднеет, а пальцы цепляются за край подноса, будто она собирается забрать его обратно.</p><p>— Тебе это знать не нужно.</p><p>Ответ быстрый, словно она была к нему готова.</p><p>— Послушай…</p><p>— Я сказала — ешь.</p><p>Она резко перебивает меня, словно сама злится на этот разговор. Или на то, что я вообще задаю вопросы.</p><p>В комнате становится теснее. Не из-за стен, а из-за её присутствия и того, как она стоит между мной и дверью, не делая ничего особенного, но всё равно напоминая: выйти отсюда я не могу.</p><p>Я понимаю: дело не только в нежелании говорить. Она опасается. Здесь есть правила, границы и кто-то, перед кем даже она держит язык за зубами.</p><p>Я всё равно пробую ещё раз:</p><p>— Почему я здесь?</p><p>Лилиан делает короткую паузу. На этот раз она только отворачивается, будто мой вопрос задел не её, а что-то, о чём ей приказали не думать.</p><p>— Слишком много вопросов. Через час я вернусь.</p><p>— Зачем?</p><p>Она поворачивается ко мне, и выражения её лица хватает, чтобы холод прошёл по спине.</p><p>— Тебя ждёт Магнус.</p><p>В комнате становится тихо. Имя звучит между нами тяжёлым, чужим, незнакомым.</p></section><section><title><p>Глава 10. Чужой страх</p></title><p>Дерек</p><p>В Оттаву пока нельзя было лезть вслепую. Люди Микаэля собирали данные, Себастьян поднимал старые связи, проверял своих информаторов, а мы на время вернулись в Торонто — не отдыхать, а ждать первых подтверждений и не сорваться раньше времени.</p><p>После всего, что произошло, сидеть на месте было невозможно. Ожидание разъедало хуже усталости.</p><p>Дом Микаэля стоял почти на краю леса. Здесь всегда было непривычно тихо для города, но после последних месяцев я начал ценить это затишье. Оно хотя бы не пахло гарью, не напоминало о сгоревшем металле, крови и пепле, не заставляло поворачивать голову на любой резкий звук.</p><p>Воздух был другим: прохладным, чистым, почти умиротворяющим. Только внутри меня всё равно ничего не утихало.</p><p>У входа нас встретила сестра Микаэля.</p><p>На ней было чёрное платье с пепельным узором, длинный подол которого скользил следом, словно тень. Тёмные волосы были собраны высоко, открывая тонкую бледную шею, и лишь одна белая прядь выбилась у виска. Глубокое декольте и подчёркнутая тканью талия придавали её хрупкой фигуре почти обманчивую женственность. Чёрные, как смоль, глаза в обрамлении длинных ресниц смотрели пристально, но без вызова, а пухлые алые губы казались слишком яркими на светлом лице. Она была похожа на брата, но рядом с ним не терялась — напротив, сияла ещё ярче.</p><p>— Добро пожаловать, — сказала она с мягкой улыбкой, но, заметив Натана, сразу изменилась в лице. — К тебе это не относится.</p><p>Она прошла мимо, даже не задержавшись.</p><p>Натан замер на секунду, глядя ей вслед, потом сухо хмыкнул.</p><p>— Как всегда гостеприимна.</p><p>Ближе к вечеру мы собрались в столовой. Просторная комната была выдержана в тёмных тонах: графитовые стены, высокие окна под тяжёлыми шторами и массивный камин из чёрного камня, над которым расправлял металлические крылья ворон. На длинном столе горело несколько ламп; мягкий свет ложился на посуду, стекло и тёмное дерево. Ужин уже был накрыт: простая еда, мясо, хлеб, вино. Ничего торжественного, никаких лишних жестов. Просто повод собрать тех, кто ещё остался, и, возможно, напомнить себе, что мы всё ещё живы.</p><p>Микаэль говорил мало. Он умел молчать так, что это не выглядело отсутствием участия. Больше наблюдал за мной, за Натаниэлем, за тем, как мы держим бокалы, отвечаем и делаем вид, будто после всего случившегося способны просто сидеть за одним столом.</p><p>Натаниэль устроился напротив меня и лениво крутил бокал в пальцах. Вино двигалось по стеклу тёмной волной. Он смотрел вроде бы на него, но я знал: на самом деле думает совсем о другом. У Натана редко что проходило мимо, даже когда он изображал скуку.</p><p>— Я всё ещё не понимаю, — сказал он наконец. — Почему ты отправил Стивена?</p><p>Я пожал плечами.</p><p>— Потому что он едва стоит на ногах.</p><p>— Это не причина для него.</p><p>— Для меня — причина.</p><p>Натаниэль усмехнулся без веселья, будто заранее знал, что я отвечу именно так.</p><p>— Он бы предпочёл умереть здесь.</p><p>— Я знаю.</p><p>Я сделал глоток вина. Вкус почти не чувствовался, только терпкость на языке и слабое тепло в горле.</p><p>— Но сейчас он нужен там. Дома. Своей семье.</p><p>Натаниэль ненадолго задумался. В комнате слышались негромкий звон приборов и редкие шаги прислуги где-то дальше по коридору. Этот дом жил своей ровной, сдержанной жизнью, а мы сидели за столом, мысленно всё ещё оставаясь у той дороги.</p><p>Натан наклонился чуть ближе. Я уже видел это выражение: он собирался лезть туда, куда его не приглашали, и получать от этого удовольствие.</p><p>— А где же наш Ромео?</p><p>Я посмотрел на него.</p><p>— Себастьян попросил, чтобы рядом с сестрой были люди, которым он доверяет.</p><p>— И ты решил, что Шейн — лучший вариант?</p><p>— Да.</p><p>Ответ вышел коротким. Не потому, что я не хотел объяснять, просто объяснять было нечего. Шейн был там, где сейчас мог принести больше пользы и где, возможно, ему самому было легче не развалиться окончательно.</p><p>Натаниэль тихо рассмеялся.</p><p>— Всё это… ваше доверие иногда заканчивается очень плохо.</p><p>Я понял, к чему он ведёт, ещё до того, как он договорил.</p><p>— Только не начинай.</p><p>— Почему нет? — Он откинулся на спинку стула. — Помнишь легенду Вильяма?</p><p>Я закатил глаза.</p><p>— Конечно.</p><p>Все помнят. Даже те, кто делает вид, что им плевать на старые клановые легенды.</p><p>— Вся эта история тоже началась с доверия.</p><p>Я хмыкнул.</p><p>— Нет. Просто один влюблённый идиот решил, что может нарушить все законы кланов.</p><p>— Он развязал войну, — заявил Натаниэль.</p><p>Мы на секунду замолчали. Историю Вильяма знали все: смешение крови, нарушенные клятвы, старые договоры, которые кто-то решил обойти, потому что считал себя умнее остальных. Последствия пришли не сразу. Такие вещи редко взрываются в ту же секунду. Сначала всё тлеет под кожей кланов, прячется за словами и недомолвками, а потом кто-то делает последний шаг — и мир горит.</p><p>Микаэль, до этого не вмешивавшийся в разговор, заметил:</p><p>— Он был не одним таким.</p><p>Натаниэль усмехнулся.</p><p>— Зато самым громким.</p><p>Я посмотрел на брата.</p><p>— Тебе ли говорить об этом.</p><p>Он поднял бровь.</p><p>— Ты на что намекаешь?</p><p>— Ты сам знаешь.</p><p>Натаниэль был странным случаем даже по меркам кланов. В нём соединились две крови: волчья — от отца и кровь Хель — от матери. Гебрид. Согласно старым законам, он вообще не должен был родиться. Его существование само по себе нарушало правила, которые так любят вспоминать, когда это удобно.</p><p>Но Натан сидел передо мной живой, ленивый, язвительный, слишком умный и опасный, чтобы кто-то всерьёз осмелился назвать его ошибкой.</p><p>— Я всё ещё считаю это чудом, — сказал Микаэль глядя на него.</p><p>Натаниэль лениво пожал плечами.</p><p>— Так и есть. Я чудо.</p><p>Он сделал глоток вина и посмотрел на меня внимательнее.</p><p>— А ты выглядишь так, будто уже неделю не спал.</p><p>— Почти угадал.</p><p>— Веришь и ждёшь?</p></section><section><title><p>Глава 11. Слабость</p></title><p>Моник</p><p>Я поела. Вернее, попыталась. Еда была простой: суп и хлеб. Тёплая миска, обычная ложка, кусок хлеба на краю подноса — всё выглядело так, будто мне действительно принесли обычный обед, но от этого становилось только хуже.</p><p>Я заставила себя проглотить несколько ложек. Ела медленно, потому что понимала: мне нужны силы. Нельзя сидеть здесь на одной воде и позволять телу слабеть. Но почти сразу желудок сжался так резко, что я едва успела поставить миску обратно на стол.</p><p>Меня вывернуло. Я едва добежала до раковины. Горло жгло, в глазах выступили слёзы, руки тряслись так сильно, что я не сразу смогла удержаться за край. Металл врезался в ладони, но я продолжала цепляться за него, будто только это удерживало меня на ногах.</p><p>Опершись о раковину, я закрыла глаза и попыталась выровнять дыхание. Каждый вдох царапал горло. Может, они что-то намешали в еду. А может, дело в нервах. Или я действительно больше не могла есть.</p><p>В голове всё ещё стояли огонь, крики, запах дыма. Он будто въелся в память так глубоко, что ни вода, ни чистая комната, ни давящая тишина не могли его вымыть.</p><p>Я с трудом добралась до кровати. Тело стало чужим — тяжёлым, ватным; ноги подкашивались, а браслеты на запястьях напоминали, что даже внутри себя я больше не свободна.</p><p>Я легла на бок, подтянула колени к животу и уставилась в стену. Перед глазами снова вспыхнули последние мгновения до взрыва и ужас, который пришёл после: крики, огонь, ударная волна.</p><p>Неужели все погибли?</p><p>Слёзы потекли сами. Я закрыла лицо руками, стараясь не издать ни звука, но остановиться не могла. Страх, который я всё это время удерживала внутри, наконец прорвался наружу. Когда же этот бесконечный режим выживания закончится?</p><p>Я устала так сильно, что иногда хотелось просто закрыть глаза и больше ничего не чувствовать: не думать, не вспоминать, не ждать, когда снова откроется дверь.</p><p>Через некоторое время слёзы закончились, оставив после себя только пустоту. Стена перед глазами начала расплываться, и мне показалось, что я слышу тихий, невнятный шёпот.</p><p>Кровь зовёт…</p><p>Я замерла.</p><p>Она помнит…</p><p>Ты… часть круга…</p><p>У меня перехватило дыхание. Что это? Шёпот будто кружил по комнате, цеплялся за стены, потолок и металл на моих запястьях. Дар по-прежнему молчал под браслетами, но голос не исчезал. Может, мне только казалось и усталость уже делала со мной всё, что хотела.</p><p>Но эти слова… Я вспомнила, что уже слышала их раньше — в городе леса, в своём кошмаре, чужим голосом, который тянулся ко мне сквозь темноту.</p><p>Кем была та женщина из сна?</p><p>Тогда я и представить не могла, что ждало меня впереди, ведь в мамины сказки я никогда не верила.</p><p>Я прислушалась, но веки стали тяжёлыми, а шёпот начал отдаляться, смешиваясь с гулом в голове. Не помню, в какой момент но заснула.</p><p>Проснулась я от тихого скрипа двери. Свет под потолком оставался таким же ровным и безжизненным, не становясь теплее и не позволяя понять, какое сейчас время суток. И всё же по тяжести в теле я чувствовала, что прошло какое-то время.</p><p>Во рту пересохло, голова казалась чугунной. Я несколько раз моргнула, пытаясь прогнать мутную слабость, и осторожно приподнялась на локте.</p><p>В комнату вошла Лилиан.</p><p>Она выглядела так же спокойно, как при нашей первой встрече: ни удивления, ни раздражения, ни лишней спешки, будто моё состояние было частью привычного порядка.</p><p>Лилиан подошла к кровати и осмотрела меня, словно врач пациента. Её пальцы коротко коснулись моего лба, затем переместились к запястью. Я напряглась, когда она задела браслет, но девушка лишь проверила пульс и отпустила мою руку.</p><p>Её взгляд задержался на моём лице, будто она что-то заметила или хотела сказать. Однако Лилиан лишь кивнула, сделав для себя какие-то выводы.</p><p>— Пора.</p><p>Я нахмурилась.</p><p>— Куда?</p><p>— В кабинет.</p><p>Я коротко кивнула, хотя выбора всё равно не было. Это читалось в том, как она стояла у кровати и ждала, не торопя, но и не оставляя мне ни одного настоящего выхода.</p><p>Странно, но во мне словно появилось что-то новое. Тонкая, упрямая нить, которая не давала окончательно сломаться. Она была слабой, почти незаметной, но я чувствовала её сквозь страх, усталость, безликость этой комнаты и тяжесть браслетов на руках.</p><p>Страх никуда не исчез, однако Лилиан стояла рядом, и мне нужно было встать. Я медленно поднялась с кровати. Пол оказался прохладным даже через подошвы, голова закружилась, и пришлось остановиться, пережидая, пока всё вокруг перестанет качаться. Лилиан заметила. Её рука едва шевельнулась, будто она собиралась помочь, но тут же замерла.</p><p>Она молча ждала, проверяя, удержусь я на ногах или нет.</p><p>Не дождутся. Я не так слаба, как они думают.</p><p>Мы вышли из комнаты. Коридор был длинным и безжизненным. Наши шаги отдавались глухим эхом, отчего пространство вокруг казалось намного больше, чем должно быть. Каждый звук становился чужим, даже моё дыхание.</p><p>Я шла за Лилиан, стараясь держаться прямо, не показывать слабость, не спотыкаться и не оглядываться слишком часто.</p><p>Мама… Если бы она знала, где сейчас её дочь и что со мной произошло.</p><p>Я могла прожить жизнь обычной девушки, а вместо этого попала в кошмар наяву. Сжав пальцы, я заставила себя продолжать идти.</p><p>Нет. Я не сломаюсь — не сейчас.</p><p>Где-то глубоко я всё ещё чувствовала: это не конец.</p><p>Лилиан двигалась впереди, не оглядываясь, а я следовала за ней, стараясь идти ровно, хотя голова по-прежнему немного кружилась.</p><p>Здание оказалось совсем не таким, как я ожидала. Я не видела его снаружи, не знала, куда меня привезли и как это место выглядело для тех, кто проезжал мимо. Но по бетонным стенам, металлическим воротам и тяжёлому промышленному запаху можно было предположить, что когда-то здесь находился обычный склад.</p><p>Теперь его полностью переделали. Это был не особняк, а база. Слово всплыло в голове само.</p></section><section><title><p>Глава 12. Кровь-ключ</p></title><p>Моник</p><p>Дверь открылась.</p><p>Кабинет оказался неожиданно большим: высокие потолки, светлые стены, огромные окна из толстого стекла, выходящие на внутренний ангар. Там стояли машины и несколько вооружённых людей. Они двигались внизу размеренно, словно всё происходящее было частью привычной работы.</p><p>Обстановка была почти пустой: большой металлический стол, несколько экранов на стене и карта, растянутая почти на всю панель. За столом сидел мужчина средних лет так, словно всё пространство вокруг принадлежало ему.</p><p>Я остановилась у входа, чувствуя, как внутри нарастает тревога.</p><p>Первое, что бросалось в глаза, — густые серебристо-седые волосы, чуть растрёпанные, словно он только что провёл по ним рукой. Они делали его старше, но не слабее. Скорее наоборот — придавали ему вид человека, который многое пережил и, судя по всему, собирался пережить ещё немало.</p><p>Лицо было жёстким, словно вырезанным из камня. Через левую бровь к скуле тянулся старый шрам — не тонкая царапина, а след глубокого пореза, когда-то едва не рассёкшего лицо. Холодные зелёные глаза не просто смотрели — оценивали, будто он сразу разбирал человека на части, видел слабости и уже знал, что с ними делать. Короткая седая борода только усиливала ощущение опасности. В нём не было ничего мягкого.</p><p>Он был одет в чёрное: дорогой пиджак, тёмная рубашка, расстёгнутая у горла, тяжёлые стальные часы на запястье. Но дело было не в одежде. От него исходила сдержанная сила, заставлявшая людей инстинктивно держаться на расстоянии.</p><p>На столе перед ним лежал нож. Длинный, тяжёлый, с потемневшей рукоятью. Рядом стоял стакан с янтарной жидкостью.</p><p>Он не торопился, просто смотрел на меня. В этот момент я ясно поняла: этот человек не привык просить. Он привык брать.</p><p>— Я Магнус. Проходи, Моник. Не бойся. Здесь тебе никто не причинит вреда.</p><p>Его голос оказался ровным. Слишком ровным. От этого стало ещё тревожнее.</p><p>Я уже знала: такой тон ничего не значит. Марс в своё время тоже был добрым дядей с глазами безумца. Чарли был хорошим другом, пока не стал предателем.</p><p>Каждый инстинкт внутри меня кричал не заходить дальше, но Лилиан стояла за моей спиной, и бежать было некуда.</p><p>Я сделала шаг внутрь. Пол под ногами казался холодным, воздух в комнате — тяжёлым. Я осмотрела кабинет, задержав внимание на столе, ноже и его лице.</p><p>Он смотрел на меня так, будто давно ждал.</p><p>Я остановилась напротив стола и выпрямилась. Сердце колотилось, но я заставила себя говорить спокойно.</p><p>— Для чего я здесь? Что вам от меня нужно?</p><p>Мой голос прозвучал тише, чем я ожидала, но не дрогнул. Я не собиралась показывать ему страх.</p><p>— Нам нужно поговорить. — Он слегка кивнул на кресло напротив. — Садись, не стой.</p><p>Я села не потому, что хотела. Ноги всё ещё были ватными, а спорить с ним сейчас казалось бессмысленным: выбора он мне всё равно не оставлял.</p><p>Мужчина несколько секунд молчал, разглядывая меня, затем провёл пальцами по рукояти ножа.</p><p>— Всю свою жизнь я посвятил одной миссии — уничтожать монстров.</p><p>Я напряглась.</p><p>— Когда мне было десять, отец показал мне, что люди… бывают совсем не людьми.</p><p>Он покрутил нож в пальцах. Лезвие поймало свет и на секунду холодно блеснуло.</p><p>— Среди нас есть то, что мы называем сбоем. Вирус, который необходимо уничтожить, пока он не распространился.</p><p>Он говорил без малейшего волнения, и именно от этого его слова казались ещё ужаснее. Речь шла не о людях, а о заразе, которую нужно вычистить и забыть.</p><p>— Люди с примесью крови чудовищ не имеют права существовать.</p><p>Я сжала руки на коленях. Пальцы сами впились в ткань спортивных штанов, но лицо осталось равнодушным. По крайней мере, я надеялась, что осталось.</p><p>— Зачем я здесь? — тихо спросила я.</p><p>Он поднял на меня взгляд.</p><p>— Всё просто.</p><p>Он сделал паузу, словно смакуя каждое слово.</p><p>— Ты та, что носит ключ.</p><p>— Ключ?.. — едва слышно прошептала я.</p><p>Слово прозвучало глупо, чуждо, будто оно вообще не могло иметь ко мне никакого отношения.</p><p>— Кровь-ключ, — тихо ответил он. — Та, что восстановит баланс и откроет книгу.</p><p>Он вдруг рассмеялся — коротко и холодно. Этот смех не был весёлым; в нём было что-то сломанное и опасное.</p><p>Я сглотнула.</p><p>— Вы ошибаетесь. Я не ношу никакого ключа. Я обычная девушка. Вы меня с кем-то путаете.</p><p>Он резко ударил ладонью по столу.</p><p>Я вздрогнула. Звук разлетелся по кабинету, ударил в стены, в стекло, в грудь.</p><p>Магнус наклонился ближе.</p><p>— Не пудри мне мозги, девчонка. Ты копия своей матери. А я никогда не ошибаюсь.</p><p>Его сдержанность дала трещину, обнажив старую, глубокую ярость, которую не гасят годами, а лишь прячут под дорогими костюмами и ледяным самообладанием.</p><p>Лилиан стояла у двери — тихая, почти незаметная.</p><p>— Принеси книгу, дочь, — вдруг бросил он.</p><p>Дочь.</p><p>Слово ударило почти так же сильно, как его ладонь по столу.</p><p>Вот оно что, они родня. Лилиан не просто охранница, не случайная девушка, которой приказали принести поднос и сопровождать меня. Она его дочь.</p><p>Значит, ждать от неё помощи было бессмысленно.</p><p>Сила то подкатывала к рукам, то отступала. Браслеты на запястьях начали нагреваться — сначала едва заметно, потом сильнее. Я чувствовала: ещё немного, и сорвусь.</p><p>Лилиан вышла.</p><p>Магнус поднялся и неторопливо обошёл стол. Он двигался бесшумно, но в тишине комнаты я не упустила ни одного его движения.</p><p>Когда он приблизился, я невольно отшатнулась.</p><p>— Не бойся, дитя, — сказал он, приподнимая мой подбородок.</p><p>Его пальцы были холодными.</p><p>Я замерла не потому, что подчинилась, а потому что тело на секунду перестало слушаться.</p><p>Он разглядывал меня несколько секунд, прежде чем отпустить.</p><p>— Ты очень похожа на неё… — тихо выдохнул он.</p><p>В его голосе мелькнуло что-то странное — не мягкость, скорее воспоминание.</p></section><section><title><p>Глава 13. Зверь</p></title><p>Дерек</p><p>После того сна я стал сам не свой. Не находил себе места, срывался из-за каждой задержки и думал только об одном: где её держат.</p><p>Я рассказал Микаэлю не всё — лишь то, что могло помочь поискам: бетон, металл, сырость, закрытое помещение и страх, который не принадлежал мне. Этого хватило, чтобы его люди снова подняли маршруты, проверили старые склады и всех, кто за последние дни уходил в сторону Оттавы.</p><p>Моя пара жива.</p><p>Я чувствовал это настолько ясно, что любое чужое сомнение выводило из себя. Пока остальные говорили о проверках и необходимости действовать осторожно, во мне нарастало глухое, злое нетерпение.</p><p>Ощущения из сна всё ещё жили под кожей. Они не исчезли ни через час, ни к вечеру, а становились только острее, как заноза, которую невозможно вытащить, или запах крови, застрявший в горле.</p><p>Все могли сколько угодно говорить о вероятностях, сгоревших телах, которых не нашли, взрыве и необходимости ждать подтверждений. Я больше в них не нуждался.</p><p>К утру следующего дня люди Микаэля нашли перевозчика, связанного со Стрелой. Его взяли на выезде из города, когда он попытался сменить машину и избавиться от телефона. Ничего героического, никакой красивой операции — просто один нервный человек, который слишком быстро начал врать.</p><p>Ложь всегда оставляет след. Меняется дыхание, сбивается сердцебиение, резче становится запах. Можно следить за словами, но заставить тело молчать гораздо сложнее.</p><p>К полудню его привезли в подвал особняка.</p><p>Здесь пахло кровью, сыростью каменных стен и холодом, который держался постоянно, сколько бы ни топили наверху. Лампа под потолком покачивалась, бросая резкие тени. Свет то падал на лицо пленного, то оставлял его в полумраке, отчего черты казались искажонными.</p><p>Он был привязан к стулу. Руки стянуты за спиной, губа разбита, дыхание тяжёлое. Испуганным он выглядеть не хотел: сидел, откинувшись на спинку, и смотрел на меня с кривой усмешкой, будто происходящее его забавляло. Однако напряжённые плечи и пальцы, сжимавшиеся за спиной, выдавали его.</p><p>Я неторопливо обошёл пленного. Спешка стала бы для него подарком. Пусть слышит мои шаги, ждёт и понимает, что каждое сказанное слово сейчас имеет вес.</p><p>— Повторим ещё раз, — произнёс я.</p><p>Мужчина поднял голову.</p><p>— А смысл? Я уже всё рассказал твоим шавкам.</p><p>Натаниэль, стоявший у стены, едва заметно усмехнулся, но ничего не сказал.</p><p>Я остановился перед пленным.</p><p>— Ты не сказал ничего полезного.</p><p>— Значит, больше ничего не знаю.</p><p>Он смотрел прямо на меня и держался неплохо. Видимо, решил, что я ограничусь угрозами: покричу, ударю несколько раз и уйду ни с чем.</p><p>Я положил ладонь на стол, где лежал обычный тяжёлый нож с тёмной, резной рукоятью. Ничего особенного — просто вещь, которая в нужных руках быстро превращала молчание в разговор.</p><p>Пленный проследил за моим движением и хмыкнул:</p><p>— Это должно меня напугать?</p><p>Я взял нож.</p><p>— Пока нет.</p><p>— Тогда постарайся получше, Альфа.</p><p>Зверь внутри поднял голову. Не рванулся наружу и не зарычал, а лишь открыл глаза в темноте и прислушался.</p><p>Я подошёл ближе.</p><p>— Где база Стрелы?</p><p>— Понятия не имею.</p><p>— Куда ты возил груз?</p><p>— Я много чего перевожу.</p><p>— За последние три дня.</p><p>Мужчина изобразил задумчивость, затем пожал плечами.</p><p>— Не повезло тебе. Память отшибло.</p><p>Я приставил лезвие к его щеке.</p><p>Усмешка едва заметно дрогнула.</p><p>— Последняя возможность вспомнить самому.</p><p>— А то что? — Он вскинул подбородок. — Зарычишь на меня?</p><p>Я медленно провёл ножом вниз. Кожа разошлась тонкой красной линией, кровь собралась у подбородка и тяжёлой каплей упала на рубашку. Пленный дёрнулся, но тут же провёл языком по разбитой губе.</p><p>— Это всё? Я думал, волки страшнее.</p><p>Я чувствовал зверя под рёбрами — настороженного, готового в любой момент перехватить контроль. Мир вокруг становился резче: я слышал, как скрипит верёвка при каждом его движении и как быстро бьётся сердце.</p><p>Следующий порез пришёлся на предплечье. Неглубокий, но достаточно длинный, чтобы кровь потекла к связанным пальцам.</p><p>Мужчина зашипел и рванулся на стуле.</p><p>— Куда ты возил груз?</p><p>— Пошёл ты.</p><p>Я опустил нож и прижал остриё к его бедру.</p><p>— У тебя много мест, которые можно резать, не позволяя тебе умереть. А у меня достаточно времени, чтобы проверить каждое.</p><p>Он сглотнул, однако снова оскалился:</p><p>— Давай, режь собака.</p><p>Я не стал предупреждать.</p><p>Лезвие прошло сквозь ткань штанов и вошло в плоть. Мужчина закричал, дёрнулся всем телом и едва не опрокинул стул. Я удержал его за плечо и протянул нож ниже, пока крик не сорвался в хриплый стон.</p><p>Свежая кровь ударила в нос. Зверь мгновенно подался к поверхности, впился когтями в рёбра, и мне пришлось стиснуть зубы, чтобы не позволить ему забрать всё. Сначала я должен был получить ответы.</p><p>Я вытащил нож и вытер лезвие о его одежду.</p><p>— Где база?</p><p>Мужчина тяжело дышал. По виску стекал пот, но отвечать он не спешил.</p><p>Я наклонился к нему.</p><p>— Знаешь, что мне нравится в таких, как ты? Сначала вы уверены, что готовы умереть, а потом начинаете скулить и считать, сколько ещё сможете выдержать.</p><p>Он поднял на меня мутный взгляд.</p><p>— Ходят слухи, что всё это из-за какой-то сучки.</p><p>Моя рука замерла.</p><p>Пленный заметил это и снова улыбнулся окровавленными губами.</p><p>— Так вот почему вы перевернули весь город.</p><p>— Что ты об этом знаешь?</p><p>— Ничего. Но если она попала к Стреле, тебе уже некого искать.</p><p>Волк внутри встал. Второе живое существо во мне расправило плечи и посмотрело на пленного моими глазами, в которых уже менялся цвет.</p><p>— Повтори.</p><p>Мужчина побледнел. Он почувствовал перемену, но отступать было поздно.</p><p>— Опоздал ты. Может, от твоей девки уже ничего не осталось.</p><p>Я схватил его за волосы и резко запрокинул голову. Стул заскрипел по каменному полу, а нож лёг поперёк горла.</p></section><section><title><p>Глава 14. Стены</p></title><p>Моник</p><p>Я медленно разлепила глаза и не сразу поняла, где нахожусь. Всё было мутным и тяжёлым, будто я всплывала из глубины, а тело оставалось где-то там, в темноте. Веки не слушались, горло пересохло, в голове гудело так, словно внутри черепа кто-то натянул тонкую звенящую нить.</p><p>Рядом раздавались тихие, осторожные шаги. Не такие, от которых хотелось сразу вскочить и бежать, но и спокойнее от них не становилось.</p><p>В воздухе стоял запах трав или, может, лекарства. Горький, терпкий, незнакомый, он цеплялся за дыхание и оседал на языке. Я попыталась вдохнуть глубже, но грудь отозвалась слабой болью, а тело осталось неподвижным, почти не моим.</p><p>Что-то лёгкое коснулось моего запястья, и я тихо застонала. Даже это прикосновение заставило кожу вспыхнуть болью. Браслеты всё ещё были там. Я чувствовала их, не глядя: холодный металл, замкнутый круг, из которого нельзя вырваться.</p><p>Сил не было ни поднять руку, ни повернуть голову, ни спросить, что со мной сделали.</p><p>Над самым ухом раздался шёпот:</p><p>— Тише… Скоро станет легче.</p><p>Лилиан.</p><p>Я узнала её спокойный, сдержанный голос. Только сейчас в нём звучало что-то непривычное. Не нежность, скорее осторожность, будто она боялась слишком громким словом причинить мне боль.</p><p>Я хотела ответить, но губы лишь дрогнули. Всё вокруг расплылось: запах трав, шаги, её пальцы, шорох ткани. Я снова провалилась в сон.</p><p>Спустя какое-то время меня разбудила тупая жгучая боль. Она сидела в запястьях и расходилась к локтям, словно под кожей оставили раскалённые нити. Постепенно вернулись ощущение холода и звук собственного дыхания.</p><p>Я открыла глаза. Белый ровный свет показался слишком ярким. Несколько секунд я смотрела в потолок, пытаясь понять, сколько прошло времени.</p><p>Час? Ночь? День?</p><p>Здесь время снова ничего не значило.</p><p>Я медленно приподнялась и осмотрела руки. Запястья были перебинтованы, но поверх белой ткани всё так же оставались тёмные гладкие браслеты. Теперь они казались ещё тяжелее, будто после случившегося с книгой стали частью наказания.</p><p>Я провела пальцами по одному из них. Металл был прохладным, но кожа под бинтом продолжала гореть.</p><p>Теперь я понимала, насколько сильно браслеты подавляли мою силу. Они не просто мешали сопротивляться, а душили то, что просыпалось во мне.</p><p>От этой мысли по спине пробежал холод.</p><p>Я боялась, что меня снова поведут к книге. Стоило вспомнить её страницы, красный свет, символы и голос Магнуса, как всё внутри сжималось. Она не просто открылась от моей крови, а словно потянулась ко мне в ответ — живая, голодная, слишком древняя, чтобы быть обычным переплётом с чернилами.</p><p>Ведь она чуть не убила меня.</p><p>Я поднялась, и комната качнулась. Головокружение ударило в виски, пришлось опереться рукой о стену. Холод бетона помог удержаться на ногах. Постояв так несколько секунд и выровняв дыхание, я попробовала сделать шаг.</p><p>Колени были ватными, мир поплыл, и мне пришлось вернуться к кровати. Я села на край матраса и закрыла глаза.</p><p>В голове перемешались мама, книга, кровь и ключ. Я до конца не понимала, что всё это значит, только чувствовала, как трещит всё, что я знала о себе и о матери.</p><p>Раздался щелчок замка. Я вздрогнула.</p><p>В комнату вошла Лилиан со стаканом воды. Этот простой жест казался почти нелепым после всего, что случилось, будто можно было напоить меня — и кошмар станет чуть менее ужасным.</p><p>— Как ты? — тихо спросила она, подходя ближе.</p><p>Я ничего не ответила. Что могла сказать? Что всё хорошо? Нет, и она это прекрасно понимала.</p><p>Я смотрела на её спокойное лицо, прямую спину и руки, которые никогда не дрожали. В глазах иногда мелькало что-то живое, но тут же исчезало, будто Лилиан сама запрещала себе любые чувства.</p><p>Она поставила стакан рядом и направилась к выходу.</p><p>— Я зайду позже. Тебе нужно принять душ.</p><p>Дверь закрылась. Щелчок замка прозвучал привычно, и от этого стало глухо внутри.</p><p>Я осталась одна.</p><p>Белые бинты резко выделялись на фоне тёмного металла. Под ними пульсировали ожоги, то затихая, то снова напоминая о себе зудом, от которого приходилось сжимать зубы.</p><p>Время будто остановилось, став тяжёлым и вязким.</p><p>Я чувствовала себя зверем, запертым в клетке без прутьев — с чистой кроватью, стаканом воды, ровным светом и дверью, которая открывалась только снаружи.</p><p>Что со мной происходило? Кем на самом деле была моя мать? Почему Магнус говорил о ней так, будто хорошо её знал, и называл меня ключом? Чего он добивался от книги? Почему она ответила на мою кровь, а браслеты причиняли такую боль, словно внутри меня пытались удержать нечто большее, чем просто силу?</p><p>Вопросов становилось всё больше, а ответов по-прежнему не было.</p><p>Мне оставалось ждать, пока дверь опять откроется и кто-то решит за меня, куда идти, где сидеть, когда говорить и когда молчать.</p><p>Лилиан вернулась спустя какое-то время. Может, через полчаса, а может, через несколько часов — здесь всё растворялось в одинаковом белом свете.</p><p>— Пойдём, — сказала она.</p><p>Я молча кивнула. Спорить не было ни сил, ни смысла.</p><p>Ноги всё ещё плохо слушались, но я поднялась, стараясь не показывать, как сильно кружится голова. Лилиан стояла рядом, не торопила и не помогала, просто ждала, пока я смогу идти сама.</p><p>Мы прошли по короткому коридору и остановились у металлической двери. Здесь было ещё безлюднее, чем в основной части базы. Казалось, за каждой стеной кто-то прислушивается.</p><p>Лилиан открыла дверь и пропустила меня вперёд.</p><p>Это была душевая.</p><p>Не роскошная ванная, а аккуратное помещение, похожее на те, что бывают в дорогих спортивных комплексах или военных корпусах: светлый камень на стенах, стеклянная перегородка, гладкий пол и тёплые лампы под потолком. Воздух пах свежестью и чем-то травяным.</p><p>Но даже здесь я не чувствовала себя в безопасности.</p><p>Лилиан оставила на лавке полотенце и чистую одежду.</p></section><section><title><p>Глава 15. Запрет</p></title><p>Дерек</p><p>После разговора с Натаниэлем прошло несколько дней.</p><p>Он почти не говорил со мной, а я не стал снова вытаскивать его на разговор. Не потому, что не хотел. Просто знал: если начнём снова, то упрёмся в то же самое — в Моник, в Оттаву, в мой сон и в его попытки вернуть меня туда, где я уже не мог находиться. В ожидание.</p><p>А ждать я больше не умел.</p><p>Мне нужно было движение: дорога, люди, любая зацепка, которая могла приблизить меня к ней хотя бы на шаг. Поэтому я вернулся в Монреаль к Драко.</p><p>Ещё я хотел увидеть младшего брата, проверить, как он сам.</p><p>В аэропорту меня ждал водитель Дракслера, со мной был Малик. «Медведь» — так я теперь решил называть своего охранника. Не вслух, конечно. Пока не вслух. Но прозвище к нему прилипло сразу.</p><p>Огромный, спокойный, тяжёлый на вид, он двигался так, будто не знал, что такое суета. Смотрел прямо, говорил мало, лишнего не спрашивал. Иногда в людях это раздражает. В нём — наоборот, было удобно.</p><p>Малик ничего не сказал. Просто обошёл машину, сел за руль и положил руки на руль. Водитель открыл рот, но тут же закрыл, стоило ему увидеть его лицо, и пересел рядом.</p><p>Машина шла плавно.</p><p>Город медленно скользил за окнами: огни витрин, редкие прохожие, мокрый асфальт после небольшого вечернего дождя. Монреаль в темноте выглядел почти мирным. Свет фонарей отражался в стёклах домов, люди куда-то спешили, машины останавливались на перекрёстках — обычная вечерняя жизнь, которая продолжалась, будто ничего не случилось.</p><p>Я сидел на заднем сиденье и смотрел не на город, а сквозь него.</p><p>В салоне слышались только ровный шум двигателя, шины по мокрой дороге и редкие щелчки поворотника. Малик вёл молча, и сейчас это было именно то, что мне нужно.</p><p>Телефон завибрировал.</p><p>Себастьян.</p><p>Я ответил не сразу. Сначала посмотрел на экран, будто имя могло измениться, если подождать секунду дольше, потом всё же принял вызов.</p><p>— Ты уже подъезжаешь? — спросил он.</p><p>— Почти.</p><p>— Хорошо. Я предупредил охрану. Тебя пропустят.</p><p>На секунду повисла пауза. Слишком короткая, чтобы что-то значить, и слишком заметная, чтобы я её не услышал.</p><p>— Я немного задержусь, — добавил он. — Но ты заходи. Шейн дома, он тебя встретит.</p><p>Я ничего не ответил. Пальцы сами крепче сжали телефон.</p><p>Шейн дома…</p><p>— Дерек?</p><p>— Я слышал.</p><p>Я сбросил вызов.</p><p>Малик коротко посмотрел на меня в зеркало, ничего не спросил и снова перевёл взгляд на дорогу.</p><p>Хороший парень.</p><p>Умный.</p><p>Мы въехали в элитный район. За окнами потянулись высокие особняки за коваными оградами, ровные живые изгороди и закрытые подъездные дорожки. Здесь всё выглядело ухоженным, отрезанным от остального города.</p><p>— Приехали, Альфа.</p><p>Перед нами медленно открывались ворота.</p><p>Особняк клана Вирдак стоял в глубине территории, окружённый старым садом. Каменные дорожки, мягкий свет фонарей, высокие деревья. Сейчас дом не выглядел показным — скорее закрытым, сдержанным, таким, где за красивым фасадом всегда есть ещё несколько дверей, о которых гостям лучше не знать.</p><p>Я смотрел на него через стекло и невольно отметил охрану: пост у ворот, двое у входа, камеры под карнизами, свет в нескольких боковых окнах. После всего, что произошло, Себастьян явно усилил периметр.</p><p>Правильно сделал.</p><p>Мы остановились у главного входа.</p><p>— Подожди здесь, — сказал я.</p><p>— Принял.</p><p>Малик заглушил двигатель, но из машины не вышел. Остался на месте, спокойный и внимательный, будто мог сидеть так часами. Водитель Дракслера кашлянул рядом и достал сигарету.</p><p>Я вышел.</p><p>Ночной воздух был влажным после дождя. Пахло мокрыми листьями и камнем. Где-то в глубине сада вода срывалась с веток редкими тяжёлыми каплями.</p><p>Охрана у входа уже знала, кто я.</p><p>— Добрый вечер, сэр.</p><p>Я кивнул и прошёл внутрь.</p><p>Дом был тихим для такого большого места, но не пустым. За стенами слышались слабые звуки: шаги, приглушённый голос, где-то далеко закрылась дверь. Всё это тонуло в общей сдержанности, где даже прислуга, казалось, ходила так, чтобы не тревожить воздух.</p><p>Навстречу мне вышла девушка — молодая, аккуратно одетая, с собранными волосами. Она остановилась на расстоянии, достаточном для уважения, но не настолько далёком, чтобы выглядеть испуганной.</p><p>— Мистер Блейк?</p><p>— Да.</p><p>— Господин Себастьян предупредил. Он скоро будет.</p><p>Она немного замялась. Совсем чуть-чуть. Но я заметил.</p><p>— Господин Шейн сейчас в саду.</p><p>Я на секунду замер.</p><p>— Спасибо.</p><p>Девушка кивнула и отступила.</p><p>Я повернул к стеклянным дверям, ведущим на заднюю террасу. За ними виднелись фонари, мокрые дорожки и тёмные силуэты деревьев. Сад уходил в глубину, мягкий свет ложился на кусты и каменные бордюры.</p><p>Я вышел наружу.</p><p>Здесь было прохладнее. С веток ещё срывались капли, в траве стрекотали ночные насекомые. После салона машины и сдержанной тишины дома сад казался почти живым.</p><p>Я сделал несколько шагов по каменной дорожке и остановился.</p><p>Сначала услышал смех. Женский.</p><p>Не громкий, не до конца беззаботный, но настоящий.</p><p>Потом увидел их.</p><p>Шейн сидел на корточках возле коляски. Сирен смеялась. Он осторожно поднял её на руки, будто она была легче воздуха, двигался медленно, бережно — не так, как боец, который привык поднимать раненых с земли, а так, будто боялся причинить боль одним неверным движением.</p><p>— Осторожно… — сказала она сквозь смех.</p><p>— Я всегда осторожен, — ответил он.</p><p>В его голосе не было привычной насмешки. Было что-то другое — тише, глубже.</p><p>Он перенёс её на скамейку и аккуратно поправил подол платья, чтобы ткань не зацепилась за дерево. Движение получилось почти домашним, привычным для человека, который, как он утверждал, просто помогает союзникам.</p><p>Сирен покачала головой.</p><p>— Ты ведёшь себя так, будто я сейчас рассыплюсь.</p><p>— А вдруг?</p></section><section><title><p>Глава 16. Потомки</p></title><p>Моник</p><p>Я сидела на кровати, подогнув под себя ноги, и смотрела в одну точку.</p><p>Со стороны, наверное, могло показаться, что я медитирую: пытаюсь успокоиться, привести мысли в порядок, сосредоточиться на дыхании или хотя бы на чём-то, что могло удержать меня здесь, в реальности. Но на самом деле меня почти не было в этой комнате. Я снова проваливалась внутрь себя — туда, где не было стен, замков, чужих голосов и шагов за дверью. Где ещё можно было задавать вопросы, не боясь услышать ответы.</p><p>Я не знала, где нахожусь.</p><p>Город? Страна? Чужая территория?</p><p>Всё смешалось.</p><p>Я больше не могла определить, сколько прошло времени с того момента, как меня сюда привезли. День, два, неделя — а может, месяц. Здесь время не шло вперёд, не отсчитывало часы и не делилось на утро, день и вечер. Оно расплывалось, как вода между пальцами, и чем сильнее я пыталась удержать его, тем быстрее оно ускользало.</p><p>Порой казалось, что прошли всего сутки. Порой — будто целая жизнь. Я перестала гадать, какое сегодня число, следить, сколько раз за день открывалась дверь, приносили еду и сколько раз я просыпалась, не помня, когда заснула.</p><p>И всё чаще ловила себя на мысли, что со мной что-то не так.</p><p>Сначала я списывала это на нервы. Затем решила, что просто не могу привыкнуть к этому месту: замкнутому пространству, тишине, ощущению, что за мной всё время наблюдают, даже когда рядом никого нет.</p><p>Но дело было не только в этом.</p><p>Тело вело себя странно.</p><p>Голова болела почти постоянно — то глухо, тянуще, где-то в висках, то резкой вспышкой, от которой хотелось зажмуриться и не двигаться. Временами меня начинало кружить так внезапно, что я едва успевала схватиться за край кровати, садилась обратно и ждала, пока мир перестанет качаться.</p><p>Аппетит почти пропал. Я могла не есть часами и не чувствовать голода, а потом меня вдруг выворачивало от одного запаха еды, даже если раньше я любила что-то похожее.</p><p>И сон.</p><p>Я много спала. Иногда просто закрывала глаза на секунду — и проваливалась в темноту так резко, будто кто-то выключал меня изнутри.</p><p>Один и тот же день возвращался ко мне снова и снова. Иногда казалось, что я уже проживала это: сидела так, в этой же позе, смотрела на свои руки, слышала шаги за дверью и ждала, когда кто-то войдёт.</p><p>Дежавю стало частью моего дыхания.</p><p>Каждый вечер ко мне заходила Лилиан.</p><p>Она почти не разговаривала. Обычно просто проверяла бинты на моих запястьях, смотрела на браслеты, задавала пару коротких вопросов — не болит ли, не хочу ли чая — и уходила так же тихо, как приходила.</p><p>Вчера она принесла мне книгу.</p><p>Это было неожиданно. Почти мило. На пару секунд я даже растерялась, потому что в этом жесте было что-то человеческое. Слишком обычное для места, где всё казалось пропитанным чужими секретами.</p><p>Но мне нужна была не книга. Мне нужна была свобода. А ещё — разобраться, что происходит.</p><p>Я пыталась заговорить с ней несколько раз: спрашивала, где я, зачем меня держат и что действительно нужно Магнусу. Она почти всегда молчала. Опускала глаза. Иногда сжимала губы так, будто слова уже были у неё на языке, но она не позволяла себе их произнести.</p><p>И постепенно причина стала очевидной.</p><p>Она боялась. Не меня. Своего отца.</p><p>Магнуса.</p><p>Марка я больше не видела. Кайра — тоже. К счастью. Но за эти дни, если это вообще были дни, я понемногу начала складывать в голове обрывки.</p><p>Лилиан была дочерью Магнуса. Кайр приходился ей дядей — братом Магнуса, а Марк, судя по всему, тоже был его младшим братом.</p><p>Странная родня. Поразительно разная. Неправильная. Полная молчания, в котором пряталось больше, чем в любых словах.</p><p>Кайр казался старше Марка — может, около двадцати семи, почти ровесник Дерека. От одной этой мысли внутри болезненно сжалось.</p><p>Дерек.</p><p>Я закрыла глаза, но это не помогло. Его имя всё равно отозвалось где-то глубоко и больно.</p><p>Марк был ближе ко мне по возрасту. Где-то двадцать два. Может, чуть старше. Лилиан выглядела совсем молодой, лет на двадцать, а Магнусу я бы дала чуть меньше пятидесяти. И всё равно не укладывалось в голове, как это семейство держится рядом. Вокруг было полно напряжения, недосказанного и тайн, которые не просто прятали — ими дышали.</p><p>Я опустила взгляд на свои запястья.</p><p>Холодный металл уже почти стал частью меня, но иногда казалось, что он нагревается. Словно реагирует на что-то внутри.</p><p>Страх. Кровь. Или магию. Я точно не знала.</p><p>Я устала думать, искать объяснение и снова упираться в одну и ту же стену: я здесь, а ответов всё равно нет.</p><p>И именно в этот момент щёлкнул замок. Я подняла голову. Дверь открылась.</p><p>Но на этот раз это была не Лилиан.</p><p>В комнату вошёл Магнус.</p><p>Он остановился у порога и некоторое время просто смотрел на меня. Будто решал, с чего начать. Или давал мне время понять, что сегодня всё будет иначе.</p><p>— Нам нужно поговорить, Моник, — наконец сказал он.</p><p>Голос был ровным. И от этого у меня по коже прошёл холодок.</p><p>Я поняла, ещё до того, как он сделал первый шаг в комнату: сегодня я узнаю что-то такое, чего, возможно, лучше было бы не знать.</p><p>Магнус прошёл внутрь, взял стул и поставил его прямо перед кроватью. Сел неторопливо, будто пришёл не к пленнице, а на обычную беседу, скрестил пальцы на коленях и несколько секунд молчал, изучая меня.</p><p>— Похоже, пришло время ответить на твои вопросы.</p><p>Я напряглась.</p><p>Он чуть склонил голову, и в его взгляде появилось почти снисходительное выражение.</p><p>— Ты ведь хочешь понять, кто ты такая. И кем на самом деле была твоя мать.</p><p>От этих слов внутри всё сжалось.</p><p>Мама.</p><p>Каждый раз, когда он произносил это слово здесь, оно звучало иначе. Не как память. Как ключ, которым кто-то пытался открыть потайную дверь внутри меня.</p><p>— Она рассказывала мне сказку, — хрипло сказала я. — Про девушку. Про кровь, связь и долг. Но я не понимаю, какое отношение это имеет ко мне.</p></section><section><title><p>Глава 17. Миссия</p></title><p>Моник</p><p>Слова Магнуса ещё звучали у меня в голове, а внутри уже поднималась паника.</p><p>Он развёл руки, словно показывая мне комнату, стены, потолок, сам воздух вокруг.</p><p>— Здесь твоё место.</p><p>Я покачала головой.</p><p>— Нет.</p><p>— Здесь был дом твоей матери.</p><p>— Нет, — повторила я, но голос прозвучал едва слышно.</p><p>Магнус наклонился ближе.</p><p>— И теперь это твой дом.</p><p>Я хотела отодвинуться, но за спиной была стена.</p><p>Он некоторое время молчал, наблюдая за мной, словно давал словам закрепиться внутри.</p><p>— Ты и твоя мать принадлежите роду мага Закарии, — произнёс он наконец. — А значит, и Стреле тоже.</p><p>Я нахмурилась.</p><p>— Стреле?</p><p>— Вы носите его кровь, его знак, его ключ. Клан Красной Стрелы — его наследие. Мы охотники на монстров.</p><p>Слово поразило сильнее остальных.</p><p>Охотники…</p><p>Я снова посмотрела на браслеты. Металл стал теплее.</p><p>— Ты должна помочь нам, дитя. Помочь восстановить равновесие.</p><p>Он задумался, будто это слово его не устроило.</p><p>— Нет… не равновесие.</p><p>Он покачал головой.</p><p>— Справедливость.</p><p>Теперь его голос стал твёрже. В нём появилась та самая нота, которую я уже слышала у людей, уверенных в собственной правоте до безумия.</p><p>— Разве ты не видишь, что происходит с миром? Эти твари… — он едва заметно усмехнулся. — Эти существа распространяются, словно болезнь.</p><p>— Они делят территории. Подчиняют людей. Диктуют правила. Решают, кому жить, кого брать в жёны, чью кровь продолжать.</p><p>Магнус остановился и посмотрел на меня. Его лицо исказилось от отвращения.</p><p>— Они считают себя королями этого мира. Но даже самые древние из них — всего лишь звери, которых когда-то должны были истребить. Это зло, Моник.</p><p>Он говорил о Дереке. О Блейках. О тех, кого я не понимала, но любила. От кого пыталась сбежать, но всё равно выбрала остаться.</p><p>Да, они не совсем люди, но и не монстры. Каждое его слово звучало неправильно.</p><p>Потому что ненависть в голосе Магнуса была не защитой, не правдой.</p><p>Она была верой. Слепой. Холодной. Дикой.</p><p>— Закария пытался уничтожить кланы, — продолжил он. — Тогда ему не дали закончить начатое.</p><p>В его голосе прозвучала горькая усмешка.</p><p>— Но история любит повторяться.</p><p>Он подошёл ближе.</p><p>— Мы не сможем сделать это без помощи высших сил.</p><p>Я медленно подняла голову.</p><p>— Каких ещё сил?</p><p>Магнус остановился прямо передо мной. В его глазах блестело почти стеклянное безумие.</p><p>— Мрак. Именно поэтому нам нужны врата.</p><p>Слово было сказано тихо. Но от него комната будто стала меньше. Стены приблизились. Воздух сгустился. Браслеты на запястьях снова нагрелись, и я невольно дёрнула руками.</p><p>Магнус заметил. Его улыбка стала глубже.</p><p>— Ты должна помочь нам открыть их.</p><p>Я покачала головой.</p><p>— Нет.</p><p>— Да, Моник.</p><p>— Я не умею. Не знаю, как.</p><p>— Знаешь. Просто ещё не понимаешь. Но я помогу, не бойся.</p><p>Я смотрела на него, чувствуя, как страх медленно расползается внутри. Не резкий. Глубокий. Липкий. Такой, от которого хочется кричать, но горло не выпускает ни звука.</p><p>Он снова откроет ту адскую книгу…</p><p>Он смотрел на меня так, будто видел не девушку на кровати. Не человека.</p><p>А инструмент.</p><p>— Только ты можешь это сделать, — сказал Магнус. — Ты та, кто может очистить этот мир от скверны.</p><p>Я слушала, как он говорит о чудовищах. О зверях. О монстрах, которые якобы разрушили этот мир и должны исчезнуть. И в какой-то момент внутри меня стало очень тихо.</p><p>Жутко тихо.</p><p>Потому что я уже знала.</p><p>Настоящие монстры не всегда рычат. Не всегда показывают клыки. Не всегда прячутся в лесах и ждут полнолуния.</p><p>Иногда они выглядят как люди. Говорят спокойно. Сидят напротив тебя.</p><p>Называют ненависть справедливостью. А убийство — очищением.</p><p>Он сунул руку во внутренний карман пиджака и, шагнув ближе, раскрыл ладонь.</p><p>На ней лежало кольцо моей матери.</p><p>То самое. Серебряное, знакомое до последней царапины. Я носила его на цепочке на шее, пока не отдала Марсу в обмен на жизни братьев Блейк и целого города.</p><p>Моё кольцо.</p><p>— Почему оно у вас?</p><p>Он криво изогнул губы.</p><p>— Старый волк. С самого начала был не против посотрудничать и даже собирался присоединиться к нам, только не дожил. Но кольцо успел передать.</p><p>Я сразу протянула к нему руку, но Магнус захлопнул ладонь.</p><p>— Это пока побудет у меня.</p><p>Он спокойно спрятал кольцо обратно в карман.</p><p>— Отдайте. Это память о матери.</p><p>— Конечно, дитя. После открытия врат ты получишь его обратно. Как только станешь частью нашей большой и дружной семьи.</p><p>Он попытался улыбнуться по-доброму, но вышло слишком наигранно. От этого мне стало только хуже.</p><p>Я смотрела на Магнуса и ясно понимала: зло было не там, где он пытался его показать.</p><p>Оно стояло передо мной.</p><p>И улыбалось.</p></section><section><title><p>Глава 18. Предупреждение</p></title><p>Дерек</p><p>Самолёт набирал высоту.</p><p>За иллюминатором медленно уходили вниз огни Монреаля — размытые, холодные, почти чужие. Они тянулись тонкими линиями вдоль дорог, расползались по земле неровной сетью, терялись в темноте и постепенно превращались в россыпь мелких точек.</p><p>Город оставался позади. Вместе с его улицами, домами, следами, пустыми ответами и ещё одной попыткой ухватиться за то, что упрямо выскальзывало из рук.</p><p>Мы возвращались в Город Теней. В Торонто.</p><p>Я сидел у окна, но почти не смотрел наружу. Стекло отражало моё лицо: усталое, жёсткое, слишком спокойное для человека, внутри которого уже давно не было покоя.</p><p>Себастьян устроился напротив, чуть откинувшись в кресле и ослабив галстук. На первый взгляд он выглядел как всегда — собранным, сдержанным, хорошо умеющим держать лицо, чтобы позволить слабости взять верх. Тёмно-русые волосы слегка растрепались, а серо-зелёные глаза под светлыми ресницами казались непривычно тусклыми. И всё же напряжение выдавало себя в мелочах: он медленнее моргал а взгляд задерживался на одной точке чуть дольше, чем нужно.</p><p>Он тоже был вымотан. Мы все были.</p><p>Некоторое время мы сидели молча. Только ровный гул двигателей заполнял салон, давил на уши и будто отделял нас от всего мира.</p><p>Я время от времени следил за его руками и за тем, как он избегает смотреть прямо на меня.</p><p>И наконец сказал:</p><p>— Ты правда его нашёл?</p><p>Себастьян поднял глаза.</p><p>— Кого?</p><p>Я медленно повернул голову от окна.</p><p>— Ритуал Отвода.</p><p>Он не ответил сразу. Эта пауза сказала мне больше, чем любые слова. Себастьян опустил взгляд на стакан, провёл большим пальцем по краю и только потом усмехнулся — тихо, без веселья.</p><p>— С чего это вдруг ты стал интересоваться отводом?</p><p>— Ты его нашёл? — повторил я.</p><p>Теперь он смотрел на меня без усмешки.</p><p>— Возможно.</p><p>Я молча буравил его взглядом.</p><p>Себастьян выдохнул и чуть подался вперёд, опираясь локтями на колени.</p><p>— Я нашёл записи о нём. Обрывки. Упоминания в старых родовых архивах, дневниках. Несколько заметок. Ничего цельного.</p><p>— Но он существует.</p><p>— Может быть.</p><p>— Себастьян.</p><p>Он поднял ладонь.</p><p>— Я не люблю утверждать то, чего не могу доказать. Есть намёки на то, что обряд действительно проводили. Но самого текста, точной последовательности, условий — нет.</p><p>Я отвернулся к иллюминатору. Огни внизу почти исчезли. Самолёт вошёл в густой мрак, и стекло стало отражать уже не город, а нас — двух мужчин, которые знали о собственной крови слишком много и всё равно недостаточно.</p><p>— Значит, ты искал не зря, — сказал я.</p><p>Себастьян чуть прищурился.</p><p>— Теперь объясни, почему тебя это волнует.</p><p>Я не ответил сразу. Внутри шевельнулся зверь, словно тоже чуял неладное.</p><p>Перед глазами всплыло лицо Шейна: его молчание, напряжение, то, как он менялся рядом с Сирен — становился тише, осторожнее, злее, когда кто-то подходил к ней слишком близко. Он смотрел на неё бережно. Очень бережно для случайной заботы и опасно, если сам ещё не понял, что с ним происходит.</p><p>Я знал этот взгляд, потому что сам слишком долго смотрел так же — на Моник. На ту, кого не должен был хотеть, не должен был подпускать, но чью кровь моя собственная выбрала раньше, чем я успел что-то решить.</p><p>— А ты разве не замечаешь? — спросил я.</p><p>— Что именно?</p><p>— Как меняется твоя сестра рядом с Шейном.</p><p>Себастьян замер. Не показательно. Он не выпрямился, не нахмурился. Но пальцы перестали двигаться по краю стекла. Этого было достаточно.</p><p>Он медленно откинулся обратно в кресле.</p><p>— Поконкретнее. Я замечаю многое.</p><p>— Тогда не делай вид, что не понял.</p><p>Себастьян посмотрел в сторону, к закрытой двери салона. Челюсть у него едва заметно напряглась.</p><p>Вот теперь я попал точно.</p><p>— Шейн знает границы, — произнёс он холодно. — Этого должно быть достаточно.</p><p>Я усмехнулся без улыбки.</p><p>— Уверен?</p><p>Себастьян перевёл на меня взгляд.</p><p>— Он уважает меня. И, надеюсь, достаточно уважает Сирен, чтобы не втянуть её в то, последствия чего сам не понимает.</p><p>— Иногда чувства делают с людьми вещи намного глупее. И намного опаснее.</p><p>Себастьян промолчал.</p><p>Графин на столике тихо звякнул от вибрации, и этот звук почему-то показался слишком резким в нашем молчании.</p><p>— Шейн не вчерашний мальчишка, — добавил он.</p><p>— Нет. Но он мой младший брат.</p><p>Я посмотрел на него.</p><p>— Именно поэтому я и говорю.</p><p>В его лице не было злости или обвинения. Только напряжение человека, который уже сам думал об этом, но не хотел произносить вслух. Будто пока молчишь — ещё можно сделать вид, что ничего не происходит.</p><p>— Ты считаешь, между ними что-то есть?</p><p>— Я считаю, что между ними что-то растёт.</p><p>Он сжал губы.</p><p>— Ты хочешь сказать, что моей сестре грозит опасность из-за твоего брата?</p><p>— Я хочу сказать, что им обоим грозит опасность, если они решат, что смогут просто игнорировать кровь, правила и последствия.</p><p>— Он ведь почти сходил с ума по Моник, разве нет?</p><p>Я сжал челюсть.</p><p>— Тот взрыв многое изменил, — сказал я, поправляя часы на запястье. — И многое вытащил наружу. В том числе то, что Шейн, возможно, сам не хотел видеть.</p><p>Я сделал короткую паузу.</p><p>— Он переживал всё по-своему. Может, сильнее, чем сам был готов признать. И отправить его к тебе было моей инициативой. Я хотел, чтобы он не бросался в крайности, не метался вслепую и не срывался туда, откуда потом его придётся вытаскивать силой. Тогда мне казалось, что помощь союзнику — самое верное решение. Ему нужно было зацепиться за дело. За конкретную задачу.</p><p>Я посмотрел на Себастьяна.</p><p>— Я не думал, что он зацепится за Сирен.</p><p>Несколько секунд тот молчал.</p><p>— Отвод не снимает запрет.</p><p>Я чуть подался вперёд.</p><p>— Тогда что?</p><p>— В лучшем случае смягчает последствия.</p></section><section><title><p>Глава 19. Видящая</p></title><p>Дерек</p><p>Машина остановилась у ворот особняка.</p><p>Дом Микаэля выглядел почти так же, как и всегда: строгий, спокойный, утопающий в мягком свете фонарей. Высокие окна отражали ночь, тёмный камень стен казался тяжелее под холодным светом, а аккуратные дорожки сада уходили к крыльцу. Всё вокруг было точным и привычным до странности.</p><p>После Монреаля этот покой казался почти иллюзией.</p><p>Я вышел из машины первым. Себастьян закрыл дверцу и коротко кивнул Малику, который остался у машины. Тот ответил таким же движением головы, но сначала проверил окна, ворота, деревья и только потом снова повернулся к нам.</p><p>Никто из нас уже не доверял тишине.</p><p>Дверь открылась ещё до того, как мы подошли к ступеням.</p><p>— Добрый вечер, господа.</p><p>Холли.</p><p>Дворецкий Микаэля выглядел так же безупречно, как и всегда: идеально выглаженный костюм, спокойный голос, прямая спина и почти незаметная улыбка человека, который видел слишком многое и давно перестал удивляться.</p><p>— Господин Микаэль ожидает вас.</p><p>Он сделал приглашающий жест.</p><p>— Прошу.</p><p>Мы вошли внутрь. Дом встретил нас слабой музыкой где-то в глубине, запахом старого дерева, табака и тем дорогим спокойствием, которое обычно покупают не деньгами, а властью.</p><p>Холли повёл нас по коридору.</p><p>— Они в бильярдной.</p><p>Себастьян едва заметно усмехнулся.</p><p>— Конечно.</p><p>Я тоже хмыкнул.</p><p>Бильярдная у Микаэля была не просто комнатой. Здесь он думал, вёл переговоры, принимал решения и иногда слишком спокойно обсуждал вещи, от которых другим становилось не по себе.</p><p>Когда мы вошли, зелёное сукно стола освещала низкая лампа.</p><p>Микаэль стоял у борта, вымеряя удар, сосредоточенный, будто от положения шара зависело не меньше, чем от положения кланов на карте. Натаниэль сидел на краю стола и лениво крутил кий в руках. На первый взгляд всё было как обычно, только я помнил наш последний разговор и понимал, что это «как обычно» далось ему не сразу. Брат сделал вид, что трещины между нами нет, и я был благодарен ему хотя бы за это.</p><p>Шары столкнулись. Один покатился к лузе.</p><p>— Семь, — произнёс Микаэль.</p><p>Шар исчез, и только после этого он поднял голову.</p><p>— О. Вот и наши лидеры.</p><p>Натаниэль обернулся.</p><p>— Дерек. Себастьян.</p><p>Он кивнул нам.</p><p>— Вы как раз вовремя.</p><p>— Надеюсь, новость хорошая, — сухо сказал я. — Потому что плохих у нас и так достаточно.</p><p>Микаэль положил кий на стол.</p><p>— Тогда начнём с интересной.</p><p>Себастьян подошёл ближе.</p><p>— Хочется верить, что это «интересное» хотя бы полезно.</p><p>Микаэль слегка улыбнулся.</p><p>— Я искал записи.</p><p>Он обошёл стол и налил себе немного виски.</p><p>— О вратах, кланах и нашей крови.</p><p>Воздух в комнате стал плотнее. Натаниэль перестал крутить кий, а Себастьян замер рядом со столом.</p><p>— И что? — спросил я.</p><p>Микаэль сделал глоток.</p><p>— Думаю, вам будет интересно познакомиться с одним человеком.</p><p>Себастьян прищурился.</p><p>— Каким именно?</p><p>Натаниэль поднял бровь.</p><p>— Только не говори, что это очередной оракул. Потому что если он похож на нашего Кассия, я сразу разворачиваюсь и ухожу.</p><p>Микаэль рассмеялся.</p><p>— Нет. Это не оракул.</p><p>Мы ждали продолжения.</p><p>— Это всего лишь ведунья.</p><p>Натаниэль поморщился.</p><p>— Ты серьёзно? Ведьма?</p><p>— Натаниэль, — сказал Микаэль, опираясь рукой на стол. — У оракулов нет понятия «ведьма». Есть понятие — видящая.</p><p>Он усмехнулся.</p><p>— Так что будьте галантны, джентльмены. И ведите себя как мужчины.</p><p>Микаэль взял кий и легко прокатил шар по столу, будто разговор о ведьмах, вратах и древней крови был для него такой же частью вечера, как виски и бильярд.</p><p>Натаниэль фыркнул.</p><p>— У тебя талант находить самых… интересных.</p><p>Себастьян сложил руки на груди.</p><p>— И где эта видящая?</p><p>Микаэль посмотрел на часы и улыбнулся чуть шире.</p><p>— Она ждёт нас. В музее. Там, где хранятся старинные книги.</p><p>Натаниэль кашлянул.</p><p>— Совсем не удивлён.</p><p>Микаэль перевёл взгляд на меня.</p><p>— Думаю, сегодня мы узнаем кое-что очень древнее.</p><p>Это прозвучало почти буднично, но внутри я сразу напрягся. Всё древнее редко приносило что-то хорошее. Обычно за чужие ошибки, совершённые много лет назад, расплачивались те, кто даже не имел к ним отношения.</p><p>Пока собиралась охрана, проверяли машины и маршрут, я стоял у капота и смотрел на тёмный двор. Фонари освещали каменную дорожку, в окнах особняка горел тёплый свет, ветер едва шевелил ветви деревьев.</p><p>И вдруг я вспомнил, как ещё пару месяцев назад на этом самом месте спорили Призрак и Тень. Оба орали друг на друга, размахивали руками, доказывая какую-то чушь, которую никто, кроме них самих, не считал важной. Один говорил слишком громко, второй злился ещё сильнее, а я тогда только качал головой и думал, что у меня нет времени разнимать взрослых идиотов.</p><p>Тогда всё казалось таким обычным. Почти раздражающе живым.</p><p>Я сжал челюсть.</p><p>Надеюсь, ты жив, Джонни. Я найду тебя. И твою сестру тоже. Чего бы мне это ни стоило.</p><p>Я выдохнул и открыл дверь машины. Пора было ехать.</p><p>Дорога заняла меньше времени, чем я думал.</p><p>Музей был почти пуст.</p><p>Поздний час делал его другим: не местом, куда люди приходят смотреть на старые вещи за стеклом, а чем-то более глубоким и мрачным. Высокие потолки терялись в полумраке, тёмные витрины отражали слабый свет ламп, а в коридорах пахло пылью, старой бумагой и временем.</p><p>Я прошёл между стендами. Мечи, копья, кости — осколки истории, которую кто-то когда-то пытался сохранить.</p><p>Или спрятать.</p><p>— Не совсем твоё место, да? — сказал Микаэль рядом.</p><p>Я хмыкнул.</p><p>— Если честно, сейчас я бы предпочёл бар.</p><p>— Сегодня придётся читать.</p><p>— Ужасная ночь.</p><p>Он усмехнулся, но ничего не ответил.</p><p>Мы остановились у витрины с древними книгами и пергаментами.</p></section><section><title><p>Глава 20. Последствие</p></title><p>Дерек</p><p>На какое-то время в помещении воцарилась тишина.</p><p>Микаэль подошёл ближе к столу.</p><p>— Мы не нашли записей о вратах, — сказал он. — И о Красной Стреле тоже хотели бы узнать.</p><p>Эльза кивнула, откинув упавшую прядь назад.</p><p>Натаниэль не сводил с неё глаз.</p><p>— Красная Стрела…</p><p>Она задумалась, будто перебирала в памяти слишком старые имена.</p><p>— Изначально это не был культ Закарии.</p><p>Себастьян поднял голову.</p><p>— Тогда что?</p><p>— Последствие. Закария даже не знал, что его кровь продолжила жить. Он понял это только перед смертью.</p><p>Я напрягся.</p><p>— Как он умер?</p><p>— От руки палача.</p><p>Эльза слегка нахмурилась.</p><p>— Того самого человека, который потом воспитал его детей.</p><p>В комнате стало тихо. Никто не сказал ни слова.</p><p>— Но есть одно «но», — продолжила она.</p><p>Её тонкие пальцы скользнули по странице.</p><p>— Его сын Стефан решил продолжить дело отца.</p><p>— Значит, культ всё-таки был? — спросил Натаниэль.</p><p>— Нет.</p><p>Она покачала головой.</p><p>— Он не отдал себя тьме. Не пытался открывать врата. Не искал мести любой ценой.</p><p>Эльза выдержала короткую паузу.</p><p>— Он просто хранил записи отца. Его книгу. Заклинания. Ошибки.</p><p>— Как память? — уточнил Микаэль.</p><p>— Как предупреждение.</p><p>Она тяжело вздохнула.</p><p>— Но однажды эта книга попала в чужие руки.</p><p>Микаэль помрачнел.</p><p>— В чьи?</p><p>— В руки Моргана Редстрейла. Человека, который решил сделать из Закарии спасителя.</p><p>Она усмехнулась.</p><p>— Он идеализировал его. Очистил историю от слабости, безумия и ошибок. Превратил Закарию в легенду. А потом — в культ.</p><p>Себастьян произнёс:</p><p>— Фанатики.</p><p>— Да. Красная Стрела начиналась как фанатичное движение. Но тот, кто ведёт её сейчас, явно преследует другую цель. Он ненавидит кланы и хочет уничтожить их.</p><p>Микаэль нахмурился.</p><p>— А врата?</p><p>Эльза снова задумалась.</p><p>— Их называли по-разному: Врата Крика — якобы из-за голоса зла по ту сторону, Круг Тьмы, Врата Мрака. Но заклинания существуют, а значит, существовали и попытки провести ритуал. Всё это записано в книге Закарии. Он искал способ.</p><p>У меня внутри всё сжалось.</p><p>— Какой?</p><p>— Выпустить то, что заперли.</p><p>Я нахмурился.</p><p>— Что вы имеете в виду?</p><p>— Закария пытался открыть врата.</p><p>Несколько секунд мы молча переглядывались, пока тишину не нарушил Себастьян.</p><p>— Я хотел бы уточнить кое-что про запрет на смешение кровей.</p><p>Эльза удивлённо посмотрела на него.</p><p>— Зачем?</p><p>Себастьян откашлялся, будто вопрос оказался неудобнее, чем он рассчитывал.</p><p>— Просто интересно.</p><p>Микаэль медленно поднял бровь.</p><p>— Ты же вроде нашёл ответ. Или?..</p><p>— Или, — сухо перебил его Себастьян.</p><p>Эльза посмотрела на него.</p><p>— Вы хотите знать, почему кланы так боялись смешения кровей?</p><p>— Да.</p><p>Натаниэль фыркнул.</p><p>— Да потому что это смертельно?</p><p>— Нет.</p><p>Эльза покачала головой.</p><p>— Потому что это непредсказуемо.</p><p>Она произнесла это так, будто каждое слово должно было встать на своё место.</p><p>— Дети таких союзов могут стать невероятно сильными. Или невероятно опасными. Их невозможно предугадать, а значит, невозможно полностью контролировать.</p><p>Натаниэль вдруг откашлялся. Слишком резко.</p><p>Я посмотрел на него. Он отвёл взгляд.</p><p>Но она заметила.</p><p>— Не стоит так пугаться, волк.</p><p>Натаниэль усмехнулся.</p><p>— И не собирался. Я не так слаб, моя волшебница.</p><p>— Собирался.</p><p>Он закрыл рот. Впервые без комментария. Эльза смотрела прямо на него.</p><p>— Гибриды существуют. Но они не проклятие.</p><p>Себастьян чуть напрягся.</p><p>— Тогда почему столько запретов?</p><p>— Потому что страх всегда проще понимания.</p><p>Она коснулась книги.</p><p>— Есть слова. Есть ритуал.</p><p>Я уже знал, что она скажет, но всё равно внутри что-то сжалось.</p><p>— Отвод, — произнесла она. — Он облегчает ношу.</p><p>— Каким образом? — спросил я.</p><p>— Он не делает невозможное возможным, Альфа. Он смягчает удар, отводит часть последствий. Союз смешанной крови становится легче пережить.</p><p>Она пожала плечами.</p><p>— Но за это приходится платить. Отвод забирает часть силы у каждого.</p><p>— У каждого? — уточнил Себастьян.</p><p>— У обоих.</p><p>Он замолчал, и я понял, о чём он думает. О том же, о чём и я.</p><p>Шейн и Сирен.</p><p>— Но взамен они могут быть вместе, — продолжила Эльза. — И их дети способны выжить.</p><p>Тишина в комнате стала густой.</p><p>Я смотрел на старую рукопись: на потрескавшийся переплёт, пожелтевшие страницы и символы, которые пережили людей, клятвы, страхи и кровь. И в голове начала складываться одна мысль.</p><p>Если тот, кто держит Моник, знает о книге Закарии, крови, вратах и легендах, тогда она нужна ему не просто как пленница, трофей или способ ударить по мне.</p><p>Она нужна ему для ритуала.</p><p>Микаэль и Себастьян поняли это одновременно. Никто не произнёс этого вслух, но мы все знали: если лидер Красной Стрелы знает правду, он не убьёт Моник.</p><p>Нет.</p><p>Он сделает хуже — будет использовать её.</p><p>От этой мысли зверь внутри меня поднялся во весь рост — медленно, твёрдо, уже готовый убивать.</p><p>Я сжал кулаки.</p><p>— Мы должны найти их раньше.</p><p>Мой голос прозвучал спокойно, хотя внутри всё трещало.</p><p>Эльза посмотрела на меня так, будто услышала не слова, а обещание.</p><p>— Поторопитесь. Такие люди редко ждут долго.</p><p>Я перевёл взгляд на книгу, потом на дверь. Ночь за стенами музея была густой, неподвижной, и где-то там была Моник — один на один с силой, которая могла убить её быстрее любого оружия.</p><p>Я сделал вдох, и впервые за долгое время страх стал проще. Он стал яростью.</p><p>— Едем.</p><p>Никто не спорил.</p><p>Хотя Натаниэль, кажется, собирался остаться. Он уже открыл рот, но Микаэль наклонился к нему и что-то сказал. Натан на секунду задумался, посмотрел в сторону закрытой двери, за которой осталась Эльза, и всё же вышел вместе с нами.</p></section><section><title><p>Глава 21. Тьма</p></title><p>Моник</p><p>Я не знала, сколько времени прошло после ухода Магнуса. Минуты тянулись липко, тяжело, будто воздух в комнате стал гуще и теперь мешал не только дышать, но и думать.</p><p>Я долго сидела на кровати, уставившись в стену. Думать нужно было. Очень нужно. Но мысли не слушались: путались, сталкивались друг с другом и снова возвращались к словам, которые Магнус оставил после себя, как яд.</p><p>Я кровь Закарии.</p><p>Дом твоей матери. Теперь твой дом.</p><p>Я сжала пальцы на одеяле.</p><p>Нет.</p><p>Как бы он это ни называл, сколько бы ни говорил о справедливости и предназначении, это место не могло быть моим. Место, где тебя запирают, надевают браслеты и обращаются как с вещью, не может быть домом.</p><p>Я медленно выдохнула и обняла колени руками. Слишком много слов, откровений и лжи. Я уже не знала, где правда, а где очередная игра Магнуса; что из его рассказа было настоящим, а что — удобной легендой, которую он вылепил под себя, чтобы заставить меня поверить.</p><p>Может, он действительно знал что-то о моей матери и не врал о Закарии. Но одно я понимала точно: его правда была опаснее любой лжи, потому что он верил в неё. Не сомневался, не колебался, не искал оправданий.</p><p>Он говорил о чудовищах так, будто сам не видел, во что превратился.</p><p>Я закрыла глаза и попыталась выровнять дыхание. Нужно успокоиться и понять, что делать дальше.</p><p>Если я буду сопротивляться открыто — пострадаю. А возможно, не только я, но и все, чьи имена я боялась даже произносить вслух в этой комнате.</p><p>Магнус умел давить на больные места. Он не кричал, не угрожал прямо, не хватал меня. Ему это было не нужно. Он просто говорил так, будто всё уже решено, а сопротивление — всего лишь задержка перед неизбежным.</p><p>Мне нельзя было показывать ни страх, ни растерянность, ни то, как внутри всё трещит по швам.</p><p>К горлу подкатила тошнота. Резко. Так внезапно, что я едва успела наклониться вперёд и зажмуриться. Желудок скрутило, в висках застучало, будто кто-то бил молотом прямо внутри головы.</p><p>— Чёрт…</p><p>Голос вышел слабым, хриплым.</p><p>Я прижала ладонь к животу, но это не помогло. Комната поплыла. Стены дрогнули, потолок словно отъехал куда-то вверх, а пол под ногами исчез, хотя я всё ещё сидела на кровати.</p><p>Меня качнуло.</p><p>Я попыталась удержаться, но тело вдруг стало чужим: тяжёлым, непослушным, будто из меня вытянули все силы, оставив только кожу, кости и страх.</p><p>Я медленно опустилась на подушку. Голова провалилась в мягкость, но легче не стало. Наоборот — казалось, кровать подо мной раскрывается, тянет глубже, в темноту, туда, где нет ни комнаты, ни браслетов, ни плена.</p><p>Я попыталась открыть глаза, но не смогла. Сон пришёл тихо, словно тёплая волна.</p><p>Я стояла на зелёной поляне.</p><p>Трава была высокой, живой. Она касалась моих ног, шуршала под тёплым ветром, переливалась на солнце, будто каждая травинка была тонкой нитью света.</p><p>Солнце висело низко — тёплое, почти золотое. Не обжигающее, не яркое, а такое, каким оно бывает в воспоминаниях о чём-то хорошем. О чём-то, что уже потеряно, но всё ещё живёт внутри.</p><p>Я вдохнула. Пахло летом. Землёй. Цветами. Домом. Настоящим домом.</p><p>И тогда я увидела её.</p><p>Мама стояла в нескольких шагах от меня. Молодая, живая, такая, какой я помнила её в самые светлые моменты — до страха, боли и всех тайн, которые теперь тянулись за её именем.</p><p>На ней было светлое платье. Чёрные волосы до плеч чуть шевелил ветер. Лицо казалось спокойным, но глаза… глаза были грустными.</p><p>На руках она держала маленького Джонни. Совсем крошечного.</p><p>Он смеялся, тянулся ко мне ладонями, хватал воздух пухлыми пальчиками и что-то лепетал, будто знал, что я подойду. Словно не было ни лет, ни пропажи, ни крови, ни боли. А мы всё ещё были семьёй.</p><p>— Джонни… — прошептала я.</p><p>Он рассмеялся ещё громче, и у меня перехватило горло.</p><p>— Моник, — тихо сказала мама.</p><p>Я шагнула к ним. Трава пружинила под босыми ногами. Тепло грело кожу. Всё вокруг было таким настоящим, что на мгновение я позволила себе поверить.</p><p>Может, я вернулась, всё закончилось и сейчас я дотронусь до её руки, заберу Джонни, прижму его к себе — и проснусь уже не в той комнате, а дома.</p><p>Я протянула руку. Хотела коснуться мамы, спросить, почему она не рассказала мне правду, оставила меня со всем этим, ведь её прошлое теперь догоняет меня и держит за горло.</p><p>Но земля вдруг дрогнула. Сначала едва заметно. Потом сильнее.</p><p>Трава зашевелилась не от ветра. Воздух стал тяжелее. Солнце померкло, будто кто-то медленно закрыл его ладонью.</p><p>Я подняла глаза.</p><p>На горизонте поднималось чёрное облако. Не гроза и не дым — что-то живое.</p><p>Огромная чёрная воронка росла из самой земли, закручиваясь в небо. Она двигалась медленно и неумолимо, как буря, как вулкан, который решил извергнуться не лавой, а тьмой, пожирая всё на своём пути.</p><p>Моё сердце сорвалось.</p><p>— Боже…</p><p>Я бросилась к маме.</p><p>— Бегите!</p><p>Голос сорвался, растворился в гуле. Оно приближалось слишком быстро.</p><p>Я снова крикнула:</p><p>— Мама! Бегите!</p><p>Но она не смотрела на бурю. Она смотрела на меня — спокойно, печально — и тихо качала головой.</p><p>Внутри всё оборвалось.</p><p>— Нет… — прошептала я. — Нет, пожалуйста…</p><p>Маленький Джонни больше не смеялся. Он смотрел на меня широко раскрытыми синими глазами, а чёрная воронка уже была совсем близко.</p><p>Я побежала, протянула руки и почти коснулась их.</p><p>Но тьма накрыла всё.</p><p>Проснулась я резко, будто меня выбросило на поверхность воды. Воздух с хрипом ворвался в лёгкие.</p><p>Сердце билось так сильно, что больно отдавалось в рёбрах. Я не сразу поняла, где нахожусь. Перед глазами ещё стояла поляна, мама, маленький Джонни и чёрная буря, пожирающая небо.</p><p>Потом потолок над головой дрогнул и вернулся на место.</p><p>Комната. Кровать. Браслеты. Я всё ещё здесь.</p><p>Я едва успела повернуться набок, как меня вывернуло.</p></section><section><title><p>Глава 22. Затишье перед бурей</p></title><p>Дерек</p><p>Утром мы перебрались к Натаниэлю в пентхаус. Он закрывал дела по бизнесу отца, а я ждал совета лидеров кланов, прежде чем выехать.</p><p>Нас провожал Микаэль с сестрой. Она делала вид, что Натаниэля не существует, но украдкой всё равно смотрела на него, нервно поправляя платье. Девчонка была ровесницей Шейна — младшей, избалованной, как считал Микаэль. Хотя он тоже не был слепым. Он знал, что сестра неровно дышит к Натану.</p><p>Но Натан был старше. И он был волком.</p><p>А волк Смерти не пара.</p><p>Снова запрет, граница, которую нельзя переходить. И, чёрт, теперь я всё сильнее переживал не только за Шейна, но и за него.</p><p>Весь день я провёл в спортзале, чтобы случайно кого-нибудь не убить. Истязал себя тренировками до предела. Малик был со мной. Кай уехал с Натаниэлем — занял место его щита, личного охранника, хотя тот сразу предупредил: Тень никто не заменит.</p><p>Кай терпел его характер и подстроился почти идеально.</p><p>К вечеру я валился от усталости так, что едва дошёл до кресла. Но уже через полчаса снова не мог найти себе места.</p><p>Ночь в Торонто была холодной. Осень уже вступила в свои права.</p><p>Я стоял у окна в кабинете брата и смотрел на город, который будто жил в другой реальности. Где-то внизу двигались машины, мигали светофоры, редкие прохожие спешили по своим делам, в окнах высоток горел тёплый свет. Кто-то возвращался домой, заказывал ужин, ругался по телефону, смеялся, строил планы на завтра, не зная, что рядом с их обычной жизнью существовал другой мир — с кровью, клятвами, древними кланами и парой, которую у меня забрали.</p><p>Я уже давно не понимал, как можно жить так.</p><p>Как можно спать, есть, разговаривать о пустяках, когда твоя пара исчезла, а ты до сих пор не знаешь, где её держат, боится ли она, зовёт ли тебя хотя бы мысленно или уже решила, что ты не придёшь.</p><p>Это было хуже любой раны.</p><p>Я мог выдержать боль, злость, ненависть врагов и предательство тех, кому когда-то доверял. Но мысль о том, что Моник где-то одна, среди людей, которые видят в ней не человека, а средство, медленно выжигала во мне всё человеческое.</p><p>За спиной тихо открылась дверь.</p><p>Я не обернулся. И так знал, кто вошёл. У каждого из нас была своя походка, свой запах, своё напряжение в воздухе. Натаниэль даже молчал шумно — не звуком, а присутствием.</p><p>— Ты вообще спать собираешься?</p><p>Его голос прозвучал глухо, но спокойно.</p><p>— Пока нет.</p><p>Он вошёл, прикрыл за собой дверь и остановился рядом, не задавая сразу лишних вопросов. Несколько секунд мы просто молчали, глядя на город. Он тоже видел огни, дороги, движение внизу, но, скорее всего, думал не о них. В последние дни никто из нас не думал о том, на что смотрел.</p><p>— Ты уже вторые сутки ходишь как натянутая струна, — сказал он наконец. — Так долго не протянешь.</p><p>Я усмехнулся.</p><p>— У меня нет выбора.</p><p>Натан скрестил руки на груди. В отражении стекла его лицо казалось темнее, взрослее, жёстче. Мы все за последние недели будто постарели на несколько лет, только никто не произносил этого вслух.</p><p>— У нас у всех его нет, — тихо сказал он.</p><p>Я повернул голову в его сторону.</p><p>— Не сравнивай.</p><p>Он чуть сжал челюсть, но промолчал. И правильно. Не потому, что не имел права говорить. Имел. Натаниэль прошёл через своё, терял, держал на себе больше, чем показывал. Но сейчас во мне было слишком мало терпения, чтобы спокойно слушать, как кто-то ставит рядом с моей болью свою.</p><p>У меня давно осталась только одна опора — цель.</p><p>— Сейчас есть только один вариант, — сказал я спустя паузу. — Оттава.</p><p>— Слова пленного, — коротко заметил он.</p><p>— Да.</p><p>Я медленно провёл ладонью по затылку, пытаясь собрать мысли в порядок. Оттава крутилась в голове с тех пор, как мы вытащили это из того мерзавца. Одно слово. Шанс. Удобный, опасный, похожий на приманку, но другого у нас не было.</p><p>— Если там действительно их база, значит, они не просто скрываются, — продолжил я. — Они выбрали место, где законы кланов почти ничего не значат.</p><p>— Нейтральная земля, — заметил Натан. — Умно.</p><p>— Не просто умно. Всё слишком хорошо рассчитано.</p><p>Он взглянул на меня исподлобья.</p><p>— Думаешь, они ждут, что мы придём именно туда?</p><p>Я посмотрел на него.</p><p>— Всё возможно.</p><p>Натаниэль тяжело выдохнул и отошёл к столу. На лице было то выражение, которое я слишком хорошо знал: он уже всё просчитал, но обязан был задать последний здравый вопрос. Не для себя. Для нас обоих.</p><p>— Тогда объясни мне, почему мы всё равно собираемся туда ехать.</p><p>— Потому что это единственный след.</p><p>Он кивнул так, будто именно этого и ждал. В этом не было одобрения, но было принятие. Мы оба знали правила: когда все дороги спутаны, выбираешь ту, которая хотя бы ведёт вперёд.</p><p>Пауза между нами была не тяжёлой, а скорее усталой. Такая возникает после долгих разговоров, даже если они ещё не начались. Мы оба понимали, что Оттава — не просто точка на карте. Если Красная Стрела действительно ждёт нас там, значит, они уже подготовили поле боя. А если нет, мы теряем время, пока Моник остаётся у них.</p><p>Я вновь отвернулся к окну, но взгляд уже не цеплялся за улицы. Огни расплывались перед глазами, складывались в чужие линии, и вдруг из всей этой тьмы всплыло лицо Мелиссы — живое, неуместное для этого разговора и похожее на ещё одну проблему, которая росла прямо под носом, пока все смотрели в другую сторону.</p><p>— Что у тебя с Мелиссой? — спросил я, не глядя на Натаниэля.</p><p>Он немного помолчал, затем ответил.</p><p>— Нечего.</p><p>— Уверен?</p><p>Я обернулся.</p><p>Натаниэль держался чересчур спокойно. Так ведут себя люди, которые уже решили, что будут врать до конца или, по крайней мере, не скажут больше, чем хотят.</p><p>— А ты сейчас типа в роли брата?</p><p>— Смотря что ты готов услышать.</p><p>Уголок его губ дёрнулся, но улыбки не вышло.</p><p>— Микаэль расширяет бизнес, ищет выгодные слияния и партии для рода, так что, думаю, впереди её ждёт брак.</p></section><section><title><p>Глава 23. Взгляд</p></title><p>Моник</p><p>Я дочитала книгу, которую принесла Лилиан. А что ещё здесь оставалось делать?</p><p>Пыталась не думать о плохом. Получалось плохо.</p><p>Мысли всё равно возвращались к Магнусу: к его спокойному голосу, к словам о вратах, о доме моей матери, который он теперь пытался назвать моим. В голове всё перемешивалось так сильно, что иногда мне казалось, будто он специально вывалил на меня слишком много правды и лжи сразу, чтобы я перестала различать одно от другого.</p><p>Но я не могла позволить себе эту слабость. Не сейчас.</p><p>Поэтому я читала.</p><p>История оказалась весьма интересной: о парне, который в порыве злости спалил дом вместе с родителями, а потом пытался забыть случившееся и жить дальше. Только не смог.</p><p>Молодой, малоизвестный автор. Попрошу Лилиан принести ещё что-нибудь, если у неё есть.</p><p>Я должна была держаться, даже если тело всё чаще подводило, голова болела почти постоянно, меня тошнило от еды, а сон накрывал внезапно, как чёрная вода. Я не знала, что со мной происходит, но всё чаще ловила себя на ощущении, что это место меняет меня. Медленно, изнутри, будто браслеты на запястьях не просто сдерживали магию, а вытягивали из меня что-то важное, оставляя вместо сил пустоту и страх.</p><p>В какой-то момент я снова провалилась в сон.</p><p>Не глубокий и не спокойный. Скорее мутный, тяжёлый, похожий на забытьё, в котором не было ни образов, ни голосов, только липкая темнота и редкие вспышки тревоги. Я будто лежала на границе между сном и реальностью, слышала собственное дыхание, чувствовала одеяло под пальцами, но не могла заставить себя открыть глаза.</p><p>А потом почувствовала чужое присутствие.</p><p>Сначала — запах.</p><p>Пряный. Непривычный. Слишком близкий.</p><p>Не Лилиан. От неё пахло травами и чем-то чистым, почти лекарственным. Этот запах был другим: резче, плотнее, с горьковатой ноткой табака, кожи и мужского тепла. Он вторгся в мой сон так нагло, что я напряглась ещё до того, как окончательно проснулась.</p><p>Потом было прикосновение. Лёгкое, почти невесомое. К волосам.</p><p>Пальцы скользнули по пряди возле моего виска, и всё внутри меня рванулось от отвращения и страха одновременно.</p><p>Я резко открыла глаза. Лицо было слишком близко.</p><p>Кайр стоял, наклонившись надо мной, и держался так спокойно, будто не видел ничего странного в том, что пробрался в комнату к спящей пленнице и позволил себе меня трогать. Его взгляд медленно прошёлся по моему лицу, задержался на губах, глазах. Он не просто смотрел, а изучал. Словно перед ним была не живая девушка, а редкая вещь, которую он пока не решил — сломать или оставить.</p><p>Я резко отпрянула, но подушка и спинка кровати не дали отодвинуться далеко.</p><p>— Какого чёрта тебе надо? — прошептала я хрипло.</p><p>Голос сорвался после сна и прозвучал слабее, чем мне хотелось. От этого я стала ещё злее.</p><p>Кайр даже не вздрогнул. Его нисколько не смутило ни моё возмущение, ни то, как резко я села, прижимая одеяло к груди, будто это могло создать между нами хоть какую-то защиту.</p><p>— Я просто зашёл проведать тебя, — спокойно сказал он.</p><p>Так просто.</p><p>Будто мы были знакомыми, а не пленницей и человеком, который без разрешения стоял у моей кровати.</p><p>Я сжала пальцы на одеяле.</p><p>Он заметил край книги, выглядывающий из-под подушки, и вытянул её.</p><p>— «Сгорая», — прочитал он. — Любишь книги?</p><p>— Не подходи ко мне, — выдавила я.</p><p>Он усмехнулся краем рта, но отступать не стал. Наоборот, в его лице появилось что-то ленивое, почти насмешливое, будто моя попытка поставить границу его развлекала.</p><p>— Сегодня вечером будет ужин, — продолжил он так, будто мы действительно обсуждали что-то обычное. Например, погоду.</p><p>— В честь нашей дорогой гостьи.</p><p>Я старалась не показывать, как сильно меня передёрнуло от этих слов.</p><p>Гостьи.</p><p>Они все любили подменять понятия. Клетку называли домом, тюрьму — заботой, плен — возвращением, а теперь ещё и меня решили назвать гостьей.</p><p>Кайр медленно склонил голову, разглядывая меня с хищной, почти оскорбительной внимательностью.</p><p>Ему было недостаточно просто сообщить мне новость. Ему нужно было увидеть реакцию. Поймать дрожь. Раздражение. Страх. Любую трещину, через которую можно забраться глубже.</p><p>— Надеюсь, ты будешь присутствовать, — сказал он.</p><p>Я почувствовала, как внутри поднимается раздражение. Оно было почти спасительным. Гнев всегда был лучше страха. В нём хотя бы оставались силы.</p><p>— А если нет?</p><p>Он пожал плечами.</p><p>— Тогда это будет невежливо.</p><p>Я почти рассмеялась, но смех застрял в горле. Невежливо. Конечно. Меня держали здесь неизвестно сколько, надели браслеты, пичкали тайнами и угрозами, а теперь вдруг беспокоились о вежливости.</p><p>— Передай своему брату, что я переживу его разочарование.</p><p>Кайр чуть прищурился. Улыбка с его лица не исчезла, но стала тоньше.</p><p>— Осторожнее, Моник. Здесь слова имеют вес.</p><p>— Тогда вам всем стоило бы меньше говорить.</p><p>В его глазах стало темнее, но не от злости. Скорее от интереса. И это было хуже. Я бы предпочла, чтобы он разозлился, повысил голос, ушёл, хлопнул дверью. Но он смотрел на меня так, будто моя дерзость только добавляла ему удовольствия.</p><p>Его рука вдруг снова потянулась ко мне. Я дёрнулась раньше, чем он успел коснуться моего лица.</p><p>— Не трогай меня.</p><p>На этот раз голос прозвучал твёрже.</p><p>Кайр на секунду замер. Его пальцы остались в воздухе между нами, совсем близко, но не коснулись кожи. Несколько мгновений он просто смотрел на меня, и в этой тишине стало ясно: он не отступил потому, что уважал мою просьбу. Он отступил потому, что решил подождать.</p><p>Потом тихо рассмеялся.</p><p>— Какая же ты колючая.</p><p>Я не ответила. Только крепче сжала одеяло, хотя ненавидела себя за этот жест. Он напоминал слабость, и это бесило.</p><p>И именно в этот момент дверь открылась.</p><p>— Дядя.</p><p>Голос Лилиан прозвучал резко. Я повернула голову.</p></section><section><title><p>Глава 24. Старт</p></title><p>Дерек</p><p>Утром мы все собрались у лидера клана Хельмир.</p><p>Атмосфера уже не казалась такой спокойной, как прежде. В прошлый раз особняк ещё держал видимость размеренности: мягкий свет в коридорах, приглушённые голоса, запах дерева, табака и старых книг. Сегодня всё изменилось. Он будто проснулся не для обычного дня, а для войны, которую пока ещё называли совещанием.</p><p>Охрана двигалась по этажам быстрее, чем обычно. Люди Микаэля переговаривались коротко, без лишних слов, сразу исчезая за дверями или в боковых коридорах. Прислуга почти не попадалась на глаза, но я всё равно видел, как всё работает изнутри: передавали папки, проверяли связь, спускались к машинам, поднимались наверх с кофейником и тут же уходили обратно, стараясь не попадать под ноги тем, кто сегодня принимал решения.</p><p>В воздухе стояло напряжение, но никто не суетился зря.</p><p>Совет глав решили провести у Микаэля. Это было логично: Хельмир-холл стоял в Торонто как крепость, с выстроенной охраной, связями, защищёнными линиями и людьми, которые умели молчать. К тому же после того, что мы узнали в музее, времени на долгие обсуждения уже не оставалось. Красная Стрела наверняка знала о крови Закарии и вратах достаточно, чтобы Моник была для них не просто пленницей, а частью чего-то большего.</p><p>И это меняло всё.</p><p>Я вошёл в комнату для совещаний последним.</p><p>Длинный стол уже был занят бумагами, планшетами, распечатками маршрутов и несколькими закрытыми папками без пометок. На стене висела карта Оттавы и прилегающих районов, рядом — снимки с отмеченными точками. Одни были пустыми догадками, другие — возможными координатами, третьи — местами, где люди Микаэля и Себастьяна могли начать копать глубже.</p><p>Микаэль сидел во главе стола и листал какие-то бумаги с таким видом, будто речь шла не о выезде в нейтральный город, где нас могли ждать фанатики, а о смене поставщика вина. Только пальцы, чуть сильнее обычного сжимавшие край листа, выдавали его настоящее состояние.</p><p>Себастьян стоял у окна с чашкой кофе в руке. Взгляд у него был спокойный, но собранный. Такой бывает у людей, которые уже просчитали несколько плохих исходов и теперь выбирают наименее отвратительный.</p><p>Натаниэль устроился ближе к моему месту. Когда я вошёл, он молча кивнул. На лице всё ещё была вялость после бессонной ночи, но в глазах уже не было вчерашней раздражённой рассеянности. Он собрался. Как и все мы.</p><p>Я занял своё место.</p><p>Стул едва слышно скользнул по полу, и этого звука хватило, чтобы разговоры оборвались окончательно.</p><p>— Начнём, — сказал Микаэль, откладывая бумаги. — У нас не так много времени.</p><p>— Его у нас вообще нет, — сухо ответил я.</p><p>Себастьян повернулся от окна.</p><p>— Ты всё ещё считаешь, что они в Оттаве?</p><p>— Да.</p><p>Он сделал пару шагов к столу, поставил чашку рядом с папками и посмотрел на меня внимательно, без вызова, но с той прямотой, за которую я его уважал. Себастьян не спорил ради спора. Если задавал вопрос, значит, за ним стояло что-то важное.</p><p>— На чём основана такая уверенность, кроме слов пленного?</p><p>— Ни на чём, — честно ответил я.</p><p>Натаниэль чуть поднял бровь, но промолчал.</p><p>Я опёрся ладонью о край стола и продолжил:</p><p>— Это единственный след, который у нас есть. Прямой, очень удобный, возможно, специально оставленный. И пока мы сидим здесь и рассуждаем, кто бы ни стоял во главе этой Стрелы, может готовить обряд.</p><p>После этих слов в комнате стало тише.</p><p>Имя лидера пока не было подтверждено. Мы всё ещё не знали всего. Но после слов видящей, сведений о крови Закарии и того, что Моник забрали не случайно, слишком многое указывало в одну сторону — на потомков Редстрейла. И мне не нужно было официальное доказательство, чтобы чувствовать: тот, кто держит её, не собирается долго ждать.</p><p>Микаэль медленно кивнул.</p><p>— Этого достаточно, чтобы проверить.</p><p>— Но недостаточно, чтобы лететь туда вслепую, — заметил Натаниэль.</p><p>Я перевёл взгляд на него.</p><p>— Предлагаешь сидеть здесь?</p><p>— Предлагаю не срываться в город, где у нас нет ни власти, ни нормальной поддержки, ни понимания, сколько там людей Красной Стрелы, — ответил он спокойно, но жёстко. — Оттава — нейтральная территория. Там мы не сможем просто войти и объявить, что теперь это наша охота. Любое лишнее движение привлечёт внимание. Не только их.</p><p>Он был прав.</p><p>И это раздражало сильнее всего.</p><p>В своём городе я знал каждый запах, каждую дорогу, каждого человека, которого стоило держать ближе или подальше. В Торонто у Микаэля были свои корни. Но Оттава была другой: ровной, чужой, удобной для тех, кто не хотел принадлежать ни одному клану.</p><p>Себастьян поставил чашку на стол.</p><p>— Поддержка будет.</p><p>Мы посмотрели на него.</p><p>Он не стал тянуть паузу.</p><p>— У меня в Оттаве есть старые связи. Не друзья, — уточнил он сразу, будто само слово показалось ему лишним. — Но люди, которые могут закрыть глаза на лишние вопросы. Или подсказать, где искать.</p><p>Микаэль слегка кивнул.</p><p>— У меня тоже есть один контакт. Старый архивист. Он работает с документами и перевозками. На первый взгляд — скучный человек, который всю жизнь перекладывает бумажки. На деле через его руки проходит больше информации, чем через половину городских служб. Если Красная Стрела где-то осела в Оттаве, значит, они платят. За помещение, транспорт, хранение, подставные документы, людей. А деньги всегда оставляют след.</p><p>Натаниэль провёл ладонью по лицу.</p><p>— Хорошо. Допустим. Мы едем. Что дальше?</p><p>Я поднялся.</p><p>Комната будто сразу стала меньше.</p><p>Я видел, как все трое невольно сосредоточились. Это не было театром или попыткой надавить. Просто мне было трудно сидеть, когда внутри всё требовало движения. Волк под кожей терпел слишком долго. Ему нужен был след. Направление. Приказ.</p><p>— Дальше мы делимся на группы, — сказал я. — Одна работает по возможной базе: проверяет склады, закрытые здания, старые промышленные зоны, частные владения, всё, что можно арендовать без лишнего внимания. Вторая поднимает контакты и логистику: перевозки, платежи, документы, людей, которые внезапно появились в городе или начали тратить больше, чем должны. Третья остаётся мобильной на случай, если появится новая зацепка.</p></section><section><title><p>Глава 25. Ужин</p></title><p>Моник</p><p>Когда Лилиан вернулась, в руках у неё было аккуратно сложенное белое платье.</p><p>Она вошла тихо, как всегда, закрыла за собой дверь и на несколько секунд задержалась у порога. В её взгляде было что-то такое, от чего я сразу насторожилась. Казалось, ей самой не хотелось подходить ближе — будто проще было оставить платье у двери и уйти.</p><p>Я сидела на кровати, уже заранее понимая, что ничего хорошего это не предвещает. В этом месте всё красивое почему-то оказывалось частью чего-то фальшивого. Книга, которую Лилиан принесла раньше, должна была отвлечь меня от клетки. Её забота о бинтах скрывала приказ. Спокойные слова Магнуса прикрывали безумие. И теперь это платье.</p><p>Очередная ложь под видом торжественного ужина.</p><p>Лилиан положила платье на край кровати и замерла, будто собиралась что-то сказать, но не могла подобрать слов.</p><p>— Отец просил, чтобы ты надела это.</p><p>Говорила она спокойно, но по пальцам было видно — нервничает.</p><p>Я потянулась к платью и развернула его.</p><p>Оно оказалось белым и длинным. Лёгкая ткань почти не имела веса, прохладно и мягко скользила между пальцами, будто вода. Открытая спина, оголённые плечи, тонкие длинные рукава и пояс из серебряной нити на талии. Оно было красивым. Удивительно нарядным для ужина на базе, среди людей, которые называли меня гостьей, но держали за закрытой дверью.</p><p>От этого становилось мерзко.</p><p>Сам наряд был ни при чём. Неприятным было другое — ощущение, что меня заранее вписали в нужный им образ.</p><p>Чистую. Покорную. Подходящую.</p><p>Я провела пальцами по серебряной нити на поясе и тихо сказала:</p><p>— Похоже на жертвенник.</p><p>Лилиан не улыбнулась. Даже не попыталась сделать вид, что я преувеличиваю.</p><p>— Это просто ужин.</p><p>Я подняла на неё взгляд. Она отвела глаза, и этим сказала больше, чем любым ответом.</p><p>Я не стала спорить. В последнее время я вообще начала понимать, что в этом месте важнее не то, что люди говорят, а то, где они замолкают. Лилиан часто молчала именно там, где начиналась правда.</p><p>Она оставила меня переодеваться и вышла.</p><p>Платье село идеально. Я хмыкнула, оглядывая себя настолько, насколько могла без зеркала. Оно подчёркивало высокую грудь, не скрывая линий тела, а будто специально выделяя их.</p><p>С волосами пришлось разбираться наугад. Я расчесала их и просто оставила распущенными. Тяжёлые чёрные пряди легли на плечи и почти доходили до пояса. Раньше я регулярно подрезала их, ухаживала, следила за каждым сантиметром, но за год бегства они успели заметно отрасти.</p><p>Я выдохнула, только сейчас поняв, что всё это время задерживала дыхание.</p><p>Если бы тогда я понимала, что настоящая беда ждёт меня впереди, а не рядом с Дерекам, я бы не пряталась и не боялась так сильно.</p><p>Я тут же заглушила эту мысль.</p><p>Стоило позволить себе задержаться на ней хоть немного — и сердце снова начинало болеть.</p><p>Через некоторое время Лилиан вернулась за мной.</p><p>К тому моменту я была готова. Ткань холодила кожу, открытая спина заставляла чувствовать себя почти беззащитной, а серебряный пояс на талии казался не украшением, а ещё одной тонкой цепью. Я чувствовала себя выставленной напоказ. Не женщиной, не человеком, а частью чужого обряда, которому заранее придали красивую форму.</p><p>Лилиан почти не говорила. Только поправила складку на платье, внимательно посмотрела на меня и тихо сказала:</p><p>— Ты, кстати, очень красивая. Идём.</p><p>Коридоры базы были освещены мягким жёлтым светом. Он не делал стены теплее, наоборот — под ним они казались ещё старше, ещё плотнее, будто это место было не построено, а вырезано из земли много веков назад. Наши шаги отдавались глухим эхом, и каждый звук казался непривычно громким. Я шла рядом с Лилиан, стараясь не показывать, как сильно напряглась. Платье шуршало у ног, браслеты на запястьях скрывались под тонкими рукавами, но я всё равно чувствовала их тяжесть.</p><p>Мы спустились на уровень ниже.</p><p>С каждым пролётом воздух становился прохладнее. Запах камня, воска и чего-то старого усиливался. Не плесени и не сырости. Скорее времени. Так пахнут места, где долго хранили тайны и редко открывали окна.</p><p>Двери в конце коридора были распахнуты.</p><p>Я ожидала увидеть обычную столовую: длинный стол, несколько людей, посуду, может быть, охрану у стен. Что угодно, что можно было бы назвать ужином хотя бы формально.</p><p>Но увиденное оказалось совсем другим.</p><p>Большая круглая комната раскрылась передо мной, как зал для древнего собрания. Потолок уходил вверх почти куполом, теряясь в полумраке. По стенам тянулись символы, вырезанные прямо в камне, и от света свечей казалось, что они двигаются, меняют форму, шепчут что-то на языке, который мне лучше не понимать. В центре стоял длинный стол из тёмного дерева. На нём уже горели свечи, и их свет отражался в металлической посуде, бокалах и отполированной поверхности ножей.</p><p>Дело было не в роскоши. Всё выглядело почти ритуально, и именно поэтому пугало сильнее.</p><p>За столом уже сидели люди.</p><p>Магнус — во главе. Спокойный, собранный, с тем самым выражением лица, от которого мне хотелось сжать зубы: будто всё вокруг происходит ровно так, как он задумал, а остальные лишь занимают свои места в его тщательно выстроенной партии.</p><p>Справа от него сидел Марк. Молодой, расслабленный, развалившийся на стуле так, будто находился не на ужине в подземном зале, а в баре, где ему скучно и он ждёт, когда начнётся драка. На лице — ленивое любопытство и живая злость в глазах.</p><p>Чуть дальше сидел Кайр.</p><p>Он молчал, но его внимание я почувствовала ещё до того, как повернулась в его сторону. Взгляд скользнул по мне — без стыда и попытки скрыть интерес. От этого захотелось немедленно запахнуть платье, закрыть плечи, спрятаться, хотя я ненавидела саму мысль, что он способен вызвать во мне такое желание.</p><p>Все были в тёмных дорогих костюмах, и только Лилиан не переоделась, оставшись в форме. Странно, я была уверена, что и её заставят нарядится.</p></section><section><title><p>Глава 26. Зеркало</p></title><p>Моник</p><p>Мы остановились перед входом в подвал. Лестница вела вниз. Стены вокруг менялись: гладкий бетон уступил место старому камню, свет стал тусклее, а шаги начали отдаваться глухим эхом. Я поняла, что мы уже не просто в нижнем крыле базы. Мы были под землёй.</p><p>Коридоры были пустыми. Мы шли молча. Магнус двигался впереди неторопливо, словно вёл меня на обычную прогулку после ужина. Я держалась на расстоянии, сжимая пальцы в кулаки, чтобы не касаться стен. Почему-то мне казалось, что, если я дотронусь до камня, почувствую под ладонью не холод, а пульс.</p><p>Чем ниже мы спускались, тем прохладнее становился воздух и тем сильнее меня охватывало ощущение, что мне не нравится здесь. Старое. Неправильное. Живое, не как зверь или лес. Это место втягивало звук, тепло, свет и возвращало только холод.</p><p>Мы встали перед тяжёлой металлической дверью.</p><p>Она была старой, тёмной, с массивным замком и следами символов, почти стёртых временем. Магнус провёл ладонью по металлу так, словно приветствовал старого знакомого или проверял, ждёт ли это место его до сих пор.</p><p>Дверь открылась со скрипом.</p><p>Я шагнула внутрь и сразу пожалела об этом. Комната была огромной, хотя комнатой это назвать было трудно. Скорее зал или склеп. Высокий сводчатый потолок уходил в темноту, стены были выложены грубым камнем, а по кругу стояли старые колонны с редкими факелами. Их неровный живой свет постоянно дрожал, цеплялся за выступы камня и оставлял целые участки зала во мраке. От этого казалось, будто всё вокруг затаилось.</p><p>Огромное зеркало стояло у стены.</p><p>Я остановилась.</p><p>Зеркальная поверхность была почти в два человеческих роста. Рама из чёрного металла была покрыта странными символами, похожими на те, что я видела в зале наверху, но здесь они казались глубже, старше, грубее. Стекло было не мутным и не пыльным, а именно тёмным, словно внутри находилось не отражение, а глубокая вода, в которую кто-то давно бросил камень, но круги так и не разошлись.</p><p>Я почувствовала колючий холод — сильнее, чем в коридоре от камня.</p><p>Казалось, кто-то наблюдал за мной из глубины этого стекла.</p><p>— Красиво, правда? — сказал Магнус.</p><p>Я ничего не ответила.</p><p>Он медленно подошёл к тёмному стеклу. Здесь он выглядел иначе, чем за столом. Не просто глава семьи и человек, уверенный в своей правоте. В этом зале он казался частью пространства.</p><p>— Эта вещь существовала задолго до тебя и меня, — сказал он, не отрывая глаз от поверхности, которая не отражала его.</p><p>Это было пугающе странно. Но я не двигалась.</p><p>— Когда-то мир держался на равновесии трёх сил.</p><p>Я посмотрела на него.</p><p>— Трёх?</p><p>Он кивнул.</p><p>— Моркан.</p><p>Имя прозвучало глухо, словно сами стены отозвались на него.</p><p>— Сила равновесия. Та, что удерживала мир между светом и тьмой. Не позволяла одной стороне поглотить другую.</p><p>Магнус сделал несколько шагов ко мне.</p><p>— Мракас.</p><p>Он усмехнулся, и эта усмешка мне не понравилась.</p><p>— Хаос. Разрушение. Тьма, которая всегда стремится выйти на свободу. Сила, которую невозможно уничтожить, можно только удерживать.</p><p>Я невольно посмотрела на зеркало.</p><p>— И третья сила, — продолжил он. — Мора.</p><p>Почему-то от этого имени по коже прошёл холодок другого рода. Не такой резкий, как от упоминания Мракаса. Тише, глубже, почти болезненный.</p><p>— Красота. Жизнь. Плодородие. Сила, которая создаёт.</p><p>Я молчала.</p><p>Слова звучали почти как легенда. Но в этом зале, перед чёрным зеркалом, они не казались сказкой. Они казались предупреждением.</p><p>— Когда люди начали вмешиваться в равновесие, мир изменился, — продолжил Магнус. Одни силы усилились. Другие были запечатаны. То, что должно было течь, остановили. То, что должно было иметь голос, заставили молчать.</p><p>Он кивнул на зеркало.</p><p>— За этой дверью заключена древняя сила.</p><p>По спине пробежали иглы.</p><p>— И вы хотите её выпустить? — тихо спросила я.</p><p>Он посмотрел на меня.</p><p>— Мы хотим восстановить равновесие.</p><p>Я усмехнулась, но смех вышел сухим.</p><p>— Конечно…</p><p>Магнус проигнорировал мои слова, словно они были лишь шумом, не заслуживающим внимания. Он подошёл ближе, но не коснулся рамы.</p><p>— Это врата. Ты должна будешь их открыть, — сказал он.</p><p>Я смотрела на тёмное стекло, и хуже всего было то, что оно действительно напоминало проход — чёрный, глубокий, терпеливый. За ним будто скрывалась не стена, а пустота, ожидающая, когда её впустят.</p><p>Я повернула голову.</p><p>— С чего вы решили, что я это сделаю?</p><p>Он улыбнулся.</p><p>— Потому что это твоя судьба. То, чего сумела избежать твоя мать, досталось тебе вместе с её даром.</p><p>Он указал на дальнюю стену. На ней темнел рисунок дерева, со всех сторон окружённого могилами. Как будто само кладбище питало его корни.</p><p>— Есть определённый день, час, место и обряд.</p><p>Его взгляд стал серьёзным, почти торжественным.</p><p>— Тогда ты снимешь печать. А кровь трёх откроет путь.</p><p>Я нахмурилась. Слишком хорошо понимала: отказаться мне не позволят, а значит, оставалось надеяться только на удачу и побег.</p><p>Кровь всё равно должна будет пролиться.</p><p>— Вы сумасшедшие, — сказала я.</p><p>Магнус тихо рассмеялся.</p><p>— Возможно.</p><p>Он подошёл ближе. Очень близко, но не как мужчина. В его близости не было интереса. В ней было другое — уверенность хозяина, который показывает ключу замок.</p><p>— Ты — проводник, Моник. И это неизменно.</p><p>Я смотрела на зеркало, и мне казалось, что в его глубине что-то шевельнулось. Не отражение, а что-то другое — тёмное и медленное.</p><p>Шорох прошёл по залу. Едва слышный, почти невозможный, как если бы кто-то провёл ногтями где-то за стеной.</p><p>Я резко обернулась.</p><p>— Вы это слышали?</p><p>Магнус посмотрел на зеркало.</p><p>— Древние силы чувствуют, когда их время приближается.</p><p>Я отступила на шаг.</p><p>В груди стало тяжело. Не столько от страха, сколько от ощущения, что меня видят. Что-то древнее и чужое смотрело на меня из тёмного стекла, и браслеты на запястьях вдруг стали теплее, словно тоже почувствовали это.</p></section><section><title><p>Глава 27. Чужой след</p></title><p>Дерек</p><p>Колонна из шести машин вышла из Торонто ближе к вечеру.</p><p>Серое небо висело низко, тяжёлое и бесцветное, весь день оно давило на город, а теперь тянулось за нами следом, не желая отпускать. Дождь закончился недавно, но трасса всё ещё блестела мокрым асфальтом, отражая фары и редкие огни указателей. Машины шли с нужной дистанцией: не слишком близко и не слишком далеко, чтобы со стороны это выглядело как обычное движение по шоссе, а не выезд группы, готовой в любой момент перестроиться в боевой порядок.</p><p>Мы не привлекали внимания больше, чем хотели.</p><p>По крайней мере, сначала.</p><p>Малик сидел впереди рядом с водителем. Внешне спокойный, но я видел, как он время от времени проверяет зеркало, как слегка меняется положение его рук, когда по закрытой связи приходит короткий доклад от остальных машин. Он не пытался заполнить тишину разговорами, и за это я был ему благодарен. Сейчас рядом нужны были именно такие люди — те, кто понимает приказ без объяснений и умеет молчать, когда молчание важнее слов.</p><p>Я смотрел в окно.</p><p>Дорога всегда давала иллюзию действия: едешь — значит, не стоишь на месте. Но километры не приближали меня к ответам. Внутри всё давно застыло на одном моменте — на том, где мне сказали, что Моник нет.</p><p>С того дня время для меня не шло нормально. Оно распадалось на куски: звонки, допросы, чужие имена, бессонные ночи и короткие вспышки ярости, которые приходилось давить в себе, потому что гнев без направления только мешает. Я мог говорить, отдавать распоряжения, строить маршрут, слушать советы, но какая-то часть меня всё ещё стояла там, где впервые поняла: её забрали.</p><p>И эта часть не двигалась.</p><p>Телефон завибрировал в руке.</p><p>Короткое сообщение от Натаниэля: «Передняя группа чисто. Пока тихо».</p><p>Пока…</p><p>Я задержал внимание на этом слове чуть дольше, чем нужно. В нашем мире слово «пока» почти всегда означало, что затишье уже что-то готовило. Особенно когда ты едешь на нейтральную территорию, где тебя либо не ждут совсем, либо ждут слишком хорошо.</p><p>Я убрал телефон.</p><p>Некоторое время в машине слышался только шум шин по мокрой трассе и едва различимый треск связи. Впереди сгущались сумерки. Свет фар выхватывал из серости разметку, брызги воды, редкие машины на соседних полосах. Всё выглядело обычным. Чересчур обычным для вечера, который мог закончиться чем угодно.</p><p>— Альфа, — подал голос Малик, не оборачиваясь. — За нами байки.</p><p>Я поднял глаза.</p><p>В боковом зеркале мелькнули две фары. Потом ещё две. Четыре мотоцикла шли позади колонны, чёрные, низкие, почти слившиеся с мокрой трассой и серым воздухом. Держались на расстоянии, но слишком уверенно, чтобы это было случайным совпадением.</p><p>— Давно сидят на хвосте? — спросил я.</p><p>— Минут пять.</p><p>— Почему сразу не сказал?</p><p>— Наблюдал.</p><p>Я хмыкнул.</p><p>Малик не повернулся, но я увидел, как едва заметно напряглись его плечи. Он уже просчитывал варианты: расстояние, скорость, манёвр, возможность уйти от удара. Он был хорош именно поэтому — не ждал, пока угрозу назовут опасностью.</p><p>Рация щёлкнула.</p><p>— Машина три, приём. У нас хвост. Четыре байка, идут следом.</p><p>Голос Натаниэля был спокойным, но слишком собранным. В нём исчезла привычная ленивая насмешка, которую он часто оставлял даже в напряжённых ситуациях. Сейчас её не было. Значит, он тоже почувствовал что-то не то.</p><p>Малик чуть повернул голову, глядя в зеркало.</p><p>— Подтверждаю. Четыре. Идут слаженно, держат строй.</p><p>Я взял у него рацию.</p><p>— Не дёргайтесь. Пусть висят.</p><p>Ответа не последовало сразу. Только короткий шум связи и гул дороги. Потом голос Натаниэля, тише:</p><p>— Они не люди.</p><p>Я нахмурился.</p><p>— Поясни.</p><p>— Их движение. Слишком слаженное. И точное.</p><p>Малик усмехнулся, не отводя глаз от зеркала.</p><p>— Как часы.</p><p>Я посмотрел туда же.</p><p>Чёрные мотоциклы оставались позади колонны. Не приближались, не отставали, не пытались давить. И именно это настораживало сильнее обычной агрессии: они не пугали нас, а изучали.</p><p>Рация щёлкнула.</p><p>— Дерек… — Натаниэль заговорил ещё тише. — Чувствую запах.</p><p>Я замер.</p><p>— Какой?</p><p>Он выдержал паузу.</p><p>— Волчий.</p><p>Малик впервые повернул голову чуть сильнее.</p><p>— Из наших?</p><p>Я приоткрыл окно и сделал глубокий вдох, выпуская воздух уже медленнее.</p><p>— Нет. Не наши.</p><p>В голове тут же мелькнул Шейн, и я даже немного расслабился. Этот придурок вполне мог сорваться следом за мной хрен знает куда.</p><p>Сзади один из байков резко приблизился, потом ушёл в сторону, будто проверял расстояние или реакцию охраны. Машина позади нас не дрогнула, но я знал: люди внутри уже готовы. Один приказ — и колонна изменит рисунок за секунды. Мы не ехали вслепую. Не после всего.</p><p>Рация ожила.</p><p>— Они что, нас считают? — спросил Себастьян.</p><p>Все продолжали следить за чёрными шлемами. Я нажал кнопку рации.</p><p>— Они наблюдают.</p><p>На линии повисла тишина. Потом Натаниэль добавил:</p><p>— Как стая на охоте.</p><p>Внутри что-то неприятно шевельнулось. Не тревога даже. Скорее древний инстинкт, который не требует доказательств. Ты можешь не знать, кто идёт за тобой, не видеть лица, не слышать голоса, но зверь под кожей уже понимает: это не люди с оружием, не обычные наёмники, не фанатики Красной Стрелы. Это другое.</p><p>Один из мотоциклов внезапно ускорился.</p><p>Чёрная машина в колонне едва заметно дрогнула, когда байкер вышел почти вровень с нами. Он шёл рядом на соседней полосе, удерживая скорость так, словно мокрый асфальт, встречный ветер и тяжёлый поток трассы вообще не имели значения. Шлем был полностью тёмным, лицо скрывал визор, и всё равно я почувствовал чужое внимание раньше, чем он повернул голову.</p><p>Он смотрел прямо на меня.</p><p>На секунду всё вокруг будто стихло. Остался только низкий рёв двигателя, шум мокрой дороги под колёсами и темнеющее небо, отражённое в чёрном стекле его шлема. Он скрывал лицо, но не присутствие. Не то, что шло от него волной, пробиваясь даже через закрытые окна машины.</p></section><section><title><p>Глава 28. Оттава</p></title><p>Дерек</p><p>Бетонный лабиринт встретил нас дождём.</p><p>Не сильным, не тем, что бьёт по крышам машин и заставляет людей прятаться под навесами, а мелким, холодным, почти незаметным. Он не падал — он висел в воздухе, пропитывал его серой влажной пылью, оседал на стекле, на коже, на мокром асфальте, делая город размытым и чужим. Фонари светили тускло, отражения дрожали в лужах, прохожие шли быстрее обычного, втянув головы в плечи, а машины ползли по улицам с усталой осторожностью.</p><p>Столица выглядела почти равнодушной для места, где, возможно, собирались устроить Армагеддон. И это раздражало сильнее всего.</p><p>Колонна машин одна за другой свернули с основной дороги и ушли в узкую улицу, где обветшалые здания стояли плотно, словно прижимаясь друг к другу плечами. Район был не совсем заброшенным, но и не живым в привычном смысле. Тёмные окна, двери с кодовыми замками и камеры — старые, но слишком удачно расположенные, чтобы быть случайными. Здесь можно было исчезнуть на несколько дней, не вызвав лишних вопросов. Или спрятать то, что не должно попасться на глаза.</p><p>Микаэль выбрал место заранее.</p><p>Ничего примечательного: двухэтажное кирпичное здание с закрытыми витринами на первом этаже и выцветшей вывеской, по которой уже невозможно было понять, что здесь находилось раньше. Склад, мастерская, лавка, пережившая своего хозяина. Окна были заколочены изнутри, дверь выглядела достаточно неприметно, чтобы мимо неё проходили, не задерживая взгляда.</p><p>Идеальное место, чтобы не привлекать лишнего внимания.</p><p>Машины остановились одна за другой.</p><p>Двери хлопнули почти одновременно. Люди выходили быстро, без суеты, но с той настороженностью, которую невозможно спрятать от тех, кто сам живёт в постоянном ожидании удара. Взгляды сразу ушли по сторонам: крыши, перекрёстки, припаркованные машины, тёмные проёмы между зданиями. Никто не говорил лишнего и не ждал отдельного приказа, чтобы начать работать.</p><p>Кай первым подошёл ко мне. Влажные волосы прилипли к вискам, но лицо оставалось таким же спокойным, как всегда.</p><p>— Чисто.</p><p>Я коротко кивнул.</p><p>Малик уже отдавал распоряжения своим низким голосом, и охрана разошлась быстро, будто каждый заранее знал, где должен оказаться. Двое остались у машин, ещё двое двинулись к углам здания, осматривая слепые зоны. Остальные занялись дверью и внутренним входом. Команда Микаэля работала не хуже: без демонстрации силы, без лишних жестов, но так, чтобы за несколько минут улица перестала быть просто улицей и стала контролируемым пространством.</p><p>Себастьян подошёл ко мне, натягивая перчатки. Он оглядел мокрые фасады, тёмное небо, закрытые окна и хмыкнул:</p><p>— Добро пожаловать в столицу.</p><p>— Очень гостеприимно.</p><p>— Ты просто не ценишь местный колорит.</p><p>— Я ценю места, где не надо искать пленников в подвалах.</p><p>Он не ответил. В такие моменты даже Себастьян понимал, когда лучше промолчать.</p><p>Микаэль уже разговаривал у входа с невысоким мужчиной лет пятидесяти. Тот выглядел так, будто очень хотел оказаться где угодно, только не здесь: серое пальто, нервные пальцы, ключи, которые он теребил слишком долго, взгляд, постоянно срывающийся то на нас, то на улицу. Он не задавал вопросов. Те, кто работает с Микаэлем, обычно быстро учатся молчать, если хотят жить спокойно.</p><p>Через минуту дверь открылась.</p><p>Мы вошли внутрь.</p><p>Помещение оказалось просторнее, чем выглядело снаружи. Первый этаж был почти пустой: бетонный пол, несколько потрёпанных столов, металлические стеллажи у стены, пара ламп под потолком и лестница, ведущая на второй уровень. Пахло пылью, сыростью, железом и застарелым деревом. Место не было уютным, но уют нам и не требовался. Нам нужна была точка, где можно собрать людей, развернуть карту, проверить связь и не светиться перед половиной города.</p><p>Себастьян обвёл глазами стены.</p><p>— Неплохо.</p><p>— Временно, — ответил Микаэль. — Нам нужно только место, где можно переждать и подумать.</p><p>— И не светиться, — добавил Натаниэль, входя следом.</p><p>Все быстро заняли позиции. Осматривали окна, поднимались наверх, включали переносное оборудование и разворачивали связь. Один из людей Микаэля прошёл вдоль стен с прибором, убеждаясь, что нет лишних ушей. Малик отправил двоих к заднему выходу, потом сам прошёлся по помещению, заглянул под лестницу, осмотрел вторую дверь и только после этого вернулся ближе ко мне.</p><p>Я медленно прошёлся по комнате, ощущая знакомое напряжение под кожей.</p><p>Чужой город. Чужие правила. И где-то здесь… Она.</p><p>Мысли возникли так чётко, будто она стояла рядом. Я почти увидел её лицо: упрямый взгляд, губы, сжатые так, чтобы не выдать страх, волосы, запах, который мой зверь запомнил сильнее любого приказа. Я не знал, где она, насколько близко. Но чем дольше мы находились здесь, тем чаще волк внутри поднимал голову, словно пытался уловить то, что человек ещё не мог.</p><p>— Дерек.</p><p>Я обернулся.</p><p>Натаниэль стоял у стола, на котором уже разложили план города. Себастьян и Микаэль были рядом. Он был большой, детальный, с пометками, сделанными заранее: районы, склады, старые промышленные зоны, возможные маршруты въезда и выезда, места, где можно держать людей без лишнего внимания. Точек было много. Уверенности — почти никакой.</p><p>Я подошёл. Микаэль первым поднял глаза.</p><p>— Что скажете? Байкеры. Разведка Стрелы?</p><p>— Думаю нет. Они не нападали.</p><p>Он стал внимательнее.</p><p>— Но сопровождали нас почти сорок километров.</p><p>Себастьян провёл пальцем по отмеченному маршруту, но смотрел не на него.</p><p>— Сомнительно.</p><p>— И слишком долго для случайности, — заметил Натаниэль.</p><p>Я опёрся ладонями о стол. Дерево под пальцами было холодным.</p><p>— У них не было знаков.</p><p>— Никаких, — подтвердил Малик, подходя ближе. — Ни нашивок, ни цветов, ни символов на байках. Всё чёрное. Даже номера частично закрыты грязью. Но они держались как группа. Организованно.</p><p>Себастьян нахмурился.</p></section><section><title><p>Глава 29. Давление</p></title><p>Моник</p><p>Я больше не считаю дни.</p><p>Комната стала слишком знакомой. Стена напротив кровати, тонкая трещина в углу, тёмное пятно возле двери, край тумбочки, который я успела изучить до мельчайших царапин. Несколько книг и бутылка воды. Всё это уже не раздражало, а пугало. Потому что чем привычнее становилась клетка, тем сильнее я боялась однажды проснуться и понять, что перестала ждать выхода.</p><p>Я сидела на кровати, уставившись в стену, и пыталась не думать.</p><p>Это стало почти привычкой. Сидеть, дышать, смотреть в одну точку и запрещать себе уходить туда, где начинались вопросы: мама, кровь, магия, тёмный зал с зеркалом.</p><p>Я сжала пальцы на одеяле, но браслеты на запястьях всё равно напомнили о себе. Металл был тёплым — неестественно тёплым для обычных оков. Иногда мне казалось, что он живёт отдельно от меня, реагирует на мои мысли раньше, чем я успеваю их осознать.</p><p>Внезапно раздался резкий звук. Сначала один короткий сигнал.</p><p>Он ударил по тишине так внезапно, что я вздрогнула всем телом.</p><p>Потом второй.</p><p>А затем протяжный вой разнёсся по коридорам, низкий, тревожный, неприятный, будто сама база проснулась и закричала изнутри.</p><p>Сигнал тревоги.</p><p>Я резко подняла голову.</p><p>Несколько секунд просто сидела, не двигаясь, пытаясь понять, настоящий ли это звук или очередной сон, из которого меня снова выбросит тошнотой и болью. Но вой не прекращался. Он тянулся за стенами, проходил сквозь дверь, отражался от камня и оседал где-то под рёбрами.</p><p>Что-то происходило.</p><p>Не обычная проверка или случайный шум.</p><p>Что-то серьёзное.</p><p>За дверью послышались быстрые шаги. Слишком быстрые для обычного вечера. Кто-то пробежал мимо, потом ещё один, дальше коротко щёлкнула рация, послышался приглушённый мужской голос, оборвавшийся на полуслове. База двигалась. До этого момента она всегда казалась мне тяжёлой, закрытой, почти неподвижной, как подземный каменный зверь, который просто лежит и смотрит. Теперь этот зверь поднялся.</p><p>Замок щёлкнул. Дверь открылась.</p><p>Лилиан вошла почти сразу, и по её лицу я поняла, что тревога настоящая. Она выглядела напряжённой, собранной, но в глазах мелькало то, чего она обычно себе не позволяла: растерянность. Небольшая, мгновенная, но я успела заметить.</p><p>— Моник, — сказала она быстро. — Пошли.</p><p>Я поднялась с кровати.</p><p>— Что случилось?</p><p>Лилиан покачала головой.</p><p>— Он хочет тебя видеть.</p><p>— Магнус?</p><p>— Да.</p><p>Она говорила коротко, почти на ходу, и даже не попыталась объяснить. Я ожидала, что мы пойдём в кабинет, где он любил сидеть и говорить спокойным голосом о безумных вещах. Но Лилиан повернула в другую сторону.</p><p>Коридоры были не такими, как обычно.</p><p>Я уже успела привыкнуть к их полумраку, приглушённому свету, ровным стенам и медленным шагам охраны. Сейчас всё изменилось. Освещение стало ярче, будто включили дополнительные лампы. Двери, которые раньше всегда были закрыты, теперь открывались и захлопывались одна за другой. Люди двигались быстрее обычного. Кто-то переговаривался по рации, спускаясь почти бегом по лестнице, кто-то остановился у стены с оружием в руках и, увидев нас, тут же отвёл взгляд.</p><p>Мне не нужно было понимать их слова, чтобы почувствовать напряжение.</p><p>Оно висело в воздухе плотнее дыма.</p><p>— Что происходит? — снова спросила я, стараясь не отставать от Лилиан.</p><p>Она не ответила. Её молчание только усилило тревогу внутри.</p><p>Мы прошли ещё один коридор, свернули направо и остановились перед тяжёлой металлической дверью, которую я раньше не видела. Здесь не было старых символов, как у зала с зеркалом, не было факелов и жуткой тишины. Дверь выглядела современной: гладкий металл, электронный замок, маленькая камера над входом. Лилиан приложила ладонь к панели. Что-то тихо пикнуло, замок открылся.</p><p>— Заходи, — сказала она.</p><p>Я шагнула внутрь. И на мгновение остановилась.</p><p>Комната была огромной, но не похожей ни на один зал, который я видела здесь раньше. Это было сердце базы. Холодное, техническое, живое. Стены заставлены мониторами, на которых мелькали изображения коридоров, лестниц, внешнего периметра, ворот, складов, лесополосы за ограждением. Несколько больших экранов занимали почти всю дальнюю стену. Перед ними стояли длинные столы с пультами, картами, рациями и проводами. Люди сидели за рабочими местами, переговаривались короткими фразами, переключали камеры, что-то отмечали на планшетах.</p><p>Здесь не было мистики. Здесь был контроль.</p><p>В центре комнаты стоял Магнус.</p><p>Он не обернулся сразу. Смотрел на один из мониторов, заложив руки за спину, спокойный и прямой, будто сигнал тревоги был не неожиданностью, а частью представления, которое началось ровно в нужный момент. Рядом с ним стоял Марк, чуть в стороне — Кайр. Лилиан прошла внутрь и остановилась ближе к двери, словно не знала, где ей теперь место.</p><p>Магнус медленно повернулся ко мне. И улыбнулся.</p><p>— Моник.</p><p>Я не ответила.</p><p>Он сделал несколько шагов ближе, и от его улыбки по коже прошёл холодок. В ней не было тревоги. Ни капли. Только странное довольство человека, который получил повод показать то, что давно хотел.</p><p>— Ты любишь кино?</p><p>Я молчала. Магнус усмехнулся.</p><p>— Давай посмотрим. Думаю, тебе понравится.</p><p>Он повернулся к стене экранов.</p><p>— Настоящий блокбастер.</p><p>Магнус не делал ничего случайно. Он не тратил жесты впустую. И всё внутри меня подсказывало: если он привёл меня сюда, значит, собирался показать то, что должно ударить именно по мне. Чтобы сломать. Напугать. Заставить подчиниться.</p><p>Он указал на один из мониторов.</p><p>— Смотри внимательно.</p><p>Я подняла глаза. На экранах была база.</p><p>Не та часть, где находилась моя комната, а внешняя территория. Огромный прямоугольник из серой металлической сетки, высокий забор, по которому бегали фонари охранников, освещая тропинки, углы и тени. Внутри — асфальтированные дорожки, серые контейнеры, несколько сторожевых башен с мигающими огнями, камеры на каждом углу. Всё пространство выглядело продуманным до мелочей: проходы, слепые зоны, которых почти не было, прожекторы, датчики движения.</p></section><section><title><p>Глава 30. Штаб</p></title><p>Дерек</p><p>Снаружи здание оказалось меньше, чем я ожидал.</p><p>Это место выглядело как обычное складское помещение на окраине Оттавы. Ничего, за что мог бы зацепиться взгляд: серый бетон, ржавые ворота, несколько грузовых контейнеров у стены, грязный прямоугольный след от давно снятой вывески на фасаде. Таких зданий по окраинам было сотни. Их арендовали, бросали, перепродавали, использовали под хранение, ремонт, временные офисы, нелегальные сделки и ещё десятки вещей, о которых никто не хотел знать, если ему за это не платили.</p><p>Именно поэтому оно подходило идеально.</p><p>Внешне оно не обещало ничего. Внутри оказалось куда сложнее.</p><p>Под ним находился заброшенный технический уровень — сеть узких помещений, коридоров и комнат, которые когда-то использовались то ли как аварийное укрытие, то ли как часть коммуникационного узла. По словам Микаэля, такие объекты строили десятилетия назад, потом закрывали, передавали из рук в руки, забывали на бумагах и снова находили те, кто знал, куда смотреть. Теперь это подземелье превратили в штаб.</p><p>Временный. Холодный. Но рабочий.</p><p>Я медленно прошёл по узкому коридору, ощущая, как бетон вокруг забирает звук шагов и возвращает его глухим эхом. Стены были серыми, местами потемневшими от сырости. Под потолком горели тусклые лампы; свет ложился неровно, выхватывая куски проводки, металлические трубы, щитки и потемневшие вентиляционные решётки. Пахло металлом, пылью, нагретой техникой, свежим кофе и оружейным маслом — запахами места, которое ещё вчера было пустым, а сегодня уже начинало жить как армейская нора.</p><p>Штаб оживал быстро: ящики с оборудованием таскали в дальние комнаты, мониторы ставили вдоль стен, кабели тянули по полу, рации прогоняли короткими командами. Всё здесь обрастало нервами — приказами и бойцами, которые двигались почти бесшумно, будто давно знали, что лишний звук здесь будет мешать больше, чем помогать.</p><p>В одной из комнат уже работали компьютеры. Несколько экранов показывали карты, спутниковые снимки, дорожные камеры, архивные планы районов и фотографии зданий, которые могли оказаться чем угодно: пустышками, объектами Красной Стрелы, ловушками или единственным следом.</p><p>Оттава.</p><p>Место, где кланы не имели настоящей власти. Красная Стрела выбрала его именно поэтому.</p><p>Здесь нельзя было просто прийти и потребовать ответа. Нельзя было поднять своих, перекрыть район, надавить на местных и заставить половину улиц говорить. В Оттаве у каждого были свои правила, свои давние договоры, свои долги и причины не вмешиваться. Нейтральная земля всегда выглядела безопасной только для тех, кто не понимал, сколько хищников может жить под словом «нейтральная».</p><p>У входа в одну из комнат гул стал плотнее.</p><p>Внутри стояло несколько длинных столов, заваленных ноутбуками, планшетами, распечатками и пустыми стаканами из-под кофе. На стене висела большая карта. Её закрепили неровно, наспех, но на ней уже появились метки.</p><p>Места, где в последние недели появлялись странные группы. Здания, снятые за наличные. Территории, где камеры внезапно переставали работать. Пустующие ангары. Частные владения. Заброшенные промышленные участки, куда удобно привезти человека и не дать ему уйти.</p><p>Я подошёл ближе и провёл рукой по поверхности.</p><p>Каждая красная точка раздражала.</p><p>И каждая была надеждой.</p><p>— Пока всё тихо, — сказал голос за спиной.</p><p>Натаниэль.</p><p>Я даже не обернулся.</p><p>— Чересчур тихо.</p><p>Он подошёл и остановился рядом. В отражении одного из экранов его лицо казалось усталым, но собранным. За последние часы он почти не язвил, и это говорило о ситуации больше любых докладов.</p><p>— Наши уже начали работать, — сказал он. — Себастьян подключает свои контакты. Микаэль поднимает архивы. Малик расставляет наблюдение. Кай просто бесит. Первые группы ушли по северному сектору.</p><p>Кай бесит…</p><p>Я хмыкнул. Брат до сих пор искал Нейта в каждом бойце и придирался ко всем своим охранникам.</p><p>Я задержал взгляд на северной части карты. Слишком много совпадений сходилось именно там: группы, которые платили наличными, не называли имён и снимали заброшенные здания под закрытые нужды.</p><p>— Нам нужны глаза на улицах, — сказал я.</p><p>— Уже ищем.</p><p>— Не только информаторы. Таксисты, владельцы гаражей, ночные сторожа, бездомные у промзон, курьеры. Те, кто замечает чужие машины и запоминает лица.</p><p>Натаниэль кивнул.</p><p>— Я понял.</p><p>Нетерпение поднималось всё выше. Приходилось давить его силой. Рано. Данных почти не было. Мы только начали. Но зверь не понимал осторожности. Он чувствовал чужой воздух, влажный камень, следы людей и где-то среди всего этого — пустоту там, где должна быть она.</p><p>В соседней комнате кто-то громко выругался. Потом раздался звук падения металлического ящика, и почти сразу — смех. Другой голос буркнул приказ, и всё вернулось к рабочему ритму.</p><p>Бойцы кланов разбирали оружие, осматривали магазины, ставили метки, настраивали связь, ругались вполголоса, спорили о маршрутах, делили смены и зоны ответственности. Стая собиралась, даже если здесь были не только мои. Временная, чужая, собранная из союзов, долгов и общей цели, но всё равно стая. Каждый занимал своё место и ждал запаха крови.</p><p>А во мне всё работало иначе.</p><p>Я вышел в коридор и двинулся дальше, оставив брата у стены с картой.</p><p>Небольшие комнаты по обе стороны уже начали приобретать назначение. В одной поставили раскладные кровати, на которых пока никто не собирался спать. В другой разложили аптечки, медикаменты, пакеты с кровью, шовный материал — всё необходимое на случай, если поиск превратится в бой. Ещё дальше стояли столы с винтовками, пистолетами и патронами.</p><p>Оружейная.</p><p>У дверей запах масла и металла ударил в нос — плотный, знакомый, почти успокаивающий. Несколько бойцов возились с винтовками: разбирали, чистили, осматривали прицелы, глушители, ремни, магазины.</p><p>Оружие всегда было честнее людей. Оно не обещало того, чего не могло дать. Его назначение было простым и понятным.</p></section><section><title><p>Глава 31. Капкан</p></title><p>Моник</p><p>На экранах всё происходило слишком быстро и одновременно мучительно медленно, будто кто-то специально растянул каждую секунду, чтобы я успела увидеть всё: как его сбили с ног, как он попытался подняться, как один из охранников заломил ему руку за спину, а второй прижал коленом к земле. Свет фонарей бил прямо в него, делая лицо в маске почти чужим. Куртка была грязной, капюшон слез, но он всё равно дёргался, пытался вырваться, даже когда это уже не имело смысла.</p><p>Ноги подкосились, и я села, вцепившись пальцами в край кресла так сильно, что ногти болезненно впились в обивку.</p><p>— Джонни…</p><p>Голос сорвался почти беззвучно, но внутри меня всё кричало.</p><p>В комнате командного центра было душно от людей, техники и напряжения. На мониторах сменялись ракурсы: периметр, контейнеры, коридор у внешнего входа, лестница, ещё один коридор, куда уже вели моего брата. Для тех, кто сидел за пультами, это, наверное, была просто операция.</p><p>Нарушитель пойман. Угроза устранена.</p><p>Они переключали камеры, докладывали что-то в рации, отмечали движение охраны, будто перед ними был не живой человек, а точка на схеме.</p><p>Но для меня весь мир сузился до Джонни.</p><p>И я не знала, что хуже: секунду назад бояться, что его убьют на месте, или сейчас видеть, как его уводят, туда, где я сама стала пленницей.</p><p>Я слышала голос Магнуса. Короткий, чёткий, без тени волнения.</p><p>— Сначала комната допросов, потом в клетку его.</p><p>Эти слова ударили сильнее, чем если бы он закричал. В клетку. Будто он был животным и уже принадлежал им. А его жизнь стала ещё одним предметом в руках тирана, который можно переставить туда, где удобнее.</p><p>Магнус развернулся и кивнул Марку. Тот сразу двинулся к выходу с каким-то ленивым интересом, словно его позвали смотреть не на моего избитого брата, а на очередное развлечение. Лилиан вышла следом за ними. На её лице я успела заметить напряжение, но она снова ничего не сказала. Не остановила. Не возразила. Просто пошла за отцом, как всегда, слишком послушная для человека, который, казалось, иногда ещё умел жалеть.</p><p>Я поднялась с кресла. Мне нужно было идти за ними.</p><p>Я должна была увидеть всё своими глазами, убедиться, что он дышит, что его не убьют в соседней комнате, что он знает: я здесь, рядом, я не брошу его. Это было глупо, бессмысленно, возможно, опасно, но тело уже двигалось раньше, чем разум успел придумать хоть какой-то план.</p><p>Я сделала шаг. И тут на моём плече сжалась рука. Резко и жёстко.</p><p>Кайр.</p><p>Я повернулась к нему так быстро, что волосы ударили по лицу.</p><p>— Убери руку.</p><p>Он не двинулся.</p><p>Даже не сразу посмотрел на меня. Его внимание было приковано к тому месту, где только что стоял Магнус. В глазах мелькнуло что-то тёмное: раздражение, злость, возможно, досада. И ещё что-то, чего я не смогла распознать. Это выражение исчезло почти сразу, но я успела увидеть. Сейчас Кайр не был похож на человека, который просто выполняет приказ. Скорее на того, кому этот приказ не особо понравился.</p><p>Только мне от этого легче не стало.</p><p>— Ты никуда не идёшь, — сказал он.</p><p>Я не поверила.</p><p>— Что?</p><p>Он наконец перевёл на меня взгляд. Спокойный. Тяжёлый. Неприятно уверенный.</p><p>— Ты остаёшься.</p><p>Слова прозвучали так ровно, будто мы обсуждали, куда мне сесть за ужином, а не моего брата, которого только что затащили в их чёртову базу после ловушки на периметре.</p><p>— Они его убьют! — крикнула я.</p><p>— Нет.</p><p>— Откуда ты знаешь?!</p><p>Он наклонился ко мне. В нос ударил его запах — дым, кожа и что-то тёплое, мужское, от чего тело напряглось само, ещё до мысли. После коридора, его рук на моей шее и слов о том, что он «ещё не закончил», любое его приближение вызывало у меня желание ударить, оттолкнуть, бежать, даже если бежать было некуда.</p><p>— Потому что я вижу, как они работают, — сказал он. — Если бы был приказ убить, он был бы уже мёртв.</p><p>Я повернула голову к мониторам.</p><p>На одном из экранов Джонни вели по коридору. Руки заломлены за спину, двое охранников по бокам, третий чуть позади. Он шёл неровно, но сам. По руке одного из бойцов стекала кровь — его или нет, я не знала, но от вида этой красной линии меня затрясло. Я почти не слышала слов Кайра. Видела только брата, которого уводили всё глубже.</p><p>— Мне нужно быть рядом, — сказала я.</p><p>Я попыталась сделать ещё шаг. Кайр перехватил моё запястье.</p><p>— Я сказал — нет.</p><p>Боль прострелила руку от пальцев до локтя. Браслет впился в кожу над бинтом, и на мгновение перед глазами вспыхнули белые пятна.</p><p>— Пусти!</p><p>Я попыталась вырваться, дёрнулась всем телом, но он даже не сдвинулся. Его хватка была железной, спокойной, почти равнодушной. Я ударила его свободной рукой в грудь. С такой злостью, что сама почувствовала боль в костяшках. Он даже не пошатнулся. Только глаза потемнели.</p><p>— Чудовище, — прошептала я.</p><p>Слова сорвались сами — горькие и беспомощные. Кайр долго молчал, и это молчание сказало больше любого ответа. А потом он рассмеялся — сухо, без тени веселья.</p><p>— Да.</p><p>Слово прозвучало спокойно. Почти безразлично.</p><p>— Я и есть чудовище. Моник.</p><p>Он склонился ко мне, и его голос стал ниже:</p><p>— Но не для тебя.</p><p>Меня передёрнуло.</p><p>— Ты сумасшедший.</p><p>— Как скажешь.</p><p>Он отпустил моё запястье, и я едва успела сделать вдох облегчения, но тут же поняла, что зря. Его пальцы скользнули выше и жёстко схватили меня за подбородок, заставляя поднять лицо. Не больно настолько, чтобы закричать, но достаточно, чтобы я сразу почувствовала: если захочет, он удержит меня одним движением.</p><p>Он заставил меня смотреть ему прямо в глаза.</p><p>— Слушай меня внимательно.</p><p>Его голос стал глубже. Опаснее.</p><p>— Я мог позволить Марку убить его на месте.</p><p>Я замерла. Воздух будто исчез. Он смотрел на меня не моргая.</p><p>— Но я этого не сделал.</p><p>Я пыталась понять, врёт ли он. Хотела увидеть в его глазах насмешку, игру, очередную попытку заставить меня реагировать. Но там не было привычной ленивой улыбки и мерзкого удовольствия, с которым он обычно наблюдал за моим страхом. Сейчас он говорил слишком прямо.</p></section><section><title><p>Глава 32. Задача</p></title><p>Дерек</p><p>Большой стол в центре комнаты был занят.</p><p>Кто-то из команды Микаэля притащил его из старого складского помещения наверху. Тяжёлый, деревянный, весь в царапинах, с потемневшими краями и следами времени, он выглядел так, словно пережил не один переезд, сделку или разговор, после которого кому-то не удавалось выйти из комнаты прежним.</p><p>Сейчас он стал тем, чем должен был стать весь бункер.</p><p>Штабом.</p><p>Не временным укрытием, где можно переждать дождь, выпить кофе и решить, куда двигаться дальше. Нет. За последние часы подземный уровень окончательно ожил. В нём появился ритм. Тяжёлый, нервный, рабочий. В коридорах двигались быстро, но без суеты. Охрана сменила обычную расстановку на боевую: двое у внешнего входа, ещё двое у запасного выхода, один на лестнице, несколько человек наверху среди складских помещений, чтобы с улицы всё выглядело пустым и заброшенным. Малик поставил наблюдателей так, что никто не мог подойти к зданию незамеченным. Кай, как всегда, молча проверил слепые зоны, камеры, старые вентиляционные шахты и даже заколоченные окна на первом этаже, словно не доверял ни стенам, ни людям, ни самому воздуху.</p><p>Группа «Восемь», гордость Дракслера, почти не вылезала из спортзала. Эти ребята были загадкой, которая невольно притягивала внимание: они умели работать тихо, чётко и действовали как единый организм. Их главный, Мартин, не давал спуска никому, и именно это спасало им жизнь.</p><p>В коридорах пахло металлом, оружейным маслом, влажным бетоном и табаком. Где-то у дальней стены бойцы Микаэля спорили вполголоса над схемой наружного наблюдения. Один из разведчиков Себастьяна сидел прямо на ящике с оборудованием и чистил нож так спокойно, словно находился не в чужом городе перед возможной войной, а у себя дома на кухне. В маленьком помещении, которое отвели под отдых, кто-то пытался заснуть на раскладушке, закрыв лицо курткой, но каждые несколько минут всё равно приподнимался от звука раций. Возле входа стояли пластиковые стаканы с остывшим кофе, недоеденные сэндвичи, пачка сигарет и несколько карт памяти. База жила благодаря тем, кто принёс сюда свои привычки, усталость и готовность в любой момент сорваться с места.</p><p>Я вошёл на совещание последним. Все были на местах.</p><p>Натаниэль сидел с краю, лениво крутя в пальцах ручку. Со стороны могло показаться, что ему скучно, но я знал этот вид. Чем спокойнее он выглядел, тем внимательнее слушал. Его внимание то и дело скользило к двери, людям у стены, кружке бодрости, которую он так и не тронул. Себастьян стоял в стороне, скрестив руки на груди. Он не садился, пока не чувствовал, что ситуация достаточно понятна, а сейчас ему явно не нравилось слишком многое. Микаэль разложил перед собой карту столицы и несколько папок с документами. Рядом лежали телефон и тонкая записная книжка с пометками, которые он делал своим аккуратным, почти раздражающе ровным почерком.</p><p>У дальней стены стояли Малик и Кай.</p><p>Судя по их лицам, они опять что-то не поделили. Малик держался прямо, тяжёлый, широкоплечий, с выражением человека, который предпочёл бы решать большинство проблем кулаком, ножом или приказом. Кай выглядел иначе: тише, спокойнее, почти незаметнее, но именно в этом спокойствии было что-то опасное. Он не спорил вслух, не давил присутствием, не пытался занимать пространство, однако его внимание постоянно перемещалось. Окно под потолком. Руки бойцов. Линии выхода. Он замечал то, что другие пропускали, и поэтому Малик его терпел, даже когда хотел придушить.</p><p>Они были разными до раздражения. Но цель у них была одна.</p><p>И я знал: к утру они опять будут работать плечом к плечу, будто вечером не бросали друг на друга косые взгляды. Так бывало всегда. Люди, которые слишком много времени проводят рядом с опасностью, иногда начинают цепляться друг к другу из-за мелочей просто потому, что иначе всё накопившееся разорвёт изнутри. Сейчас здесь ждали чего угодно. Звонка. Доклада. Ошибки врага. Следа. Любого сигнала, который наконец даст нам направление.</p><p>Я занял место во главе. Разговоры оборвались окончательно.</p><p>— Начнём.</p><p>Микаэль кивнул и слегка подвинул стул.</p><p>Оттава была разрисована линиями и отметками так густо, что начинала превращаться из живого пространства в поле операции. Красные круги, синие стрелки, чёрные кресты, карандашные пометки на полях. Где-то были отмечены старые склады, где-то — технические тоннели а где-то — районы, куда полиция приезжала только тогда, когда становилось поздно.</p><p>— Я нашёл человека, — сказал Микаэль. — Местного. Через него вывел несколько мелких связных.</p><p>Натаниэль усмехнулся.</p><p>— Надеюсь, на этот раз без волшебства.</p><p>Микаэль даже не повернул головы.</p><p>— Он родился и вырос здесь, последние двадцать лет занимается тем, что знает столицу лучше большинства тех, кто считает себя её хозяевами.</p><p>— Звучит как человек, которому нельзя доверять, — заметил Себастьян.</p><p>— Именно поэтому он полезен.</p><p>Микаэль указал пальцем на несколько районов.</p><p>— Он знает места, куда не ездят туристы, где камеры существуют только на бумаге а полиция почти не появляется без крайней необходимости. Старые заброшенные станции и тоннели. Полулегальные стоянки, через которые можно провести машину без лишних вопросов. Подвалы зданий, которые давно числятся пустыми, но почему-то регулярно потребляют электричество.</p><p>Я наклонился ближе.</p><p>Оттава на карте выглядела иначе, чем из окна машины. Не столицей с мокрыми улицами, мостами и равнодушными огнями. Здесь она была сетью. Живой, запутанной, полной мест, где можно спрятаться или умереть, если прийти без подготовки.</p><p>— Он будет держать нас в курсе, — продолжил Микаэль. — Если здесь начнёт происходить что-то странное, мы узнаем первыми. По крайней мере, раньше официальных каналов.</p><p>Себастьян наконец оттолкнулся от стены и приблизился.</p><p>— А если он решит продать нас?</p><p>Микаэль спокойно взглянул на него.</p><p>— Тогда долго не проживёт.</p></section><section><title><p>Глава 33. Секрет</p></title><p>Моник</p><p>Дверь за моей спиной закрылась тяжело.</p><p>Металл глухо хлопнул, и в замке провернулся ключ. Этот звук уже должен был стать привычным, но каждый раз всё равно проходил по нервам, словно мне заново напоминали: выхода нет. Не сейчас. Не тогда, когда мне нужно было быть где угодно, только не здесь. Не тогда, когда где-то в этих коридорах держали Джонни.</p><p>Комната выглядела так же, как и всегда: те же стены, тот же узкий стол, кровать у стены, тусклый свет лампы, который не делал пространство теплее, а только подчёркивал его тесноту. Всё было на своих местах. Ничего не изменилось. И именно поэтому стало хуже. После того, что я только что видела на экранах, после криков, команд, крови и лица брата, прижатого к земле, это место казалось не просто клеткой. Насмешкой.</p><p>Маленькой. Холодной. Тихой до звона.</p><p>Кайр привёл меня сюда молча. Почти не говорил всю дорогу, хотя я чувствовала его рядом каждой клеткой кожи. Его шаги за спиной, дыхание, тяжёлое присутствие — всё это заставляло ускориться, но гордость не позволяла почти бежать по коридору. Он открыл дверь, пропуская меня внутрь, и я уже потянулась к ручке, чтобы закрыть её между нами, когда он вдруг схватил меня за запястье.</p><p>Я дёрнулась.</p><p>— Отпусти.</p><p>Он не двигался.</p><p>Секунду Кайр молчал, будто пытался что-то решить внутри себя. Не улыбался, не говорил очередную мерзость, не давил привычной ленивой уверенностью. В нём было что-то опаснее желания — борьба. Одна часть его словно понимала, что нужно отступить, а другая уже решила, что не сможет.</p><p>Потом он наклонился ближе. Только тогда до меня дошло, что он собирается сделать.</p><p>— Не смей!</p><p>Я толкнула его обеими руками в грудь, когда он почти коснулся губ. Удар вышел больше от паники и отвращения, чем от силы, но Кайр всё-таки отшатнулся на шаг. Не потому, что я могла его сдвинуть, он не ожидал. На его лице мелькнула тень — удивление, раздражение, почти обида, от которой меня накрыло ещё сильнее.</p><p>— Ещё раз попробуешь — я тебе лицо расцарапаю, — прошипела я.</p><p>Кайр выпрямился. Несколько секунд между нами стояла такая тишина, что я уже приготовилась к новому шагу с его стороны. Но он вдруг усмехнулся.</p><p>— Мне нравится, когда ты злишься.</p><p>— Пошёл ты.</p><p>Он не ответил сразу. Будто запоминал меня именно такой: злой, дрожащей, с ненавистью в глазах и рукой, готовой ударить. От этого внимания хотелось спрятаться, но я не отвела глаз.</p><p>Наконец он открыл дверь шире.</p><p>— Не скучай детка. Я скоро вернусь.</p><p>И вышел. После его ухода осталась только тишина.</p><p>Я несколько секунд смотрела на закрытую дверь, не двигаясь. Потом сделала шаг, другой, развернулась обратно — и только тогда поняла, что мечусь от стены к двери. Тело само искало движение, потому что стоять на месте было невозможно. Если бы я села, если бы позволила себе остановиться, всё накрыло бы сразу: злость, беспомощность, лицо Джонни на мониторе, его кровь, голос Магнуса, спокойное «в клетку», будто речь шла не о человеке, а о зверёныше, пойманном в ловушку.</p><p>Где он сейчас? Что с ним делают? Ему больно?</p><p>Я помнила кровь на земле, как его тащили по коридору, и Марка, который пошёл следом с этим своим садистским, мерзким интересом. И Магнуса, устроившего всё так, чтобы я смотрела. Чтобы поняла: теперь у них есть не только я. Теперь у них есть мой брат.</p><p>Я остановилась посреди комнаты.</p><p>— Чёрт… — прошептала я.</p><p>Пальцы сами вцепились в волосы.</p><p>— Чёрт, чёрт, чёрт…</p><p>Мне нужно было что-то сделать. Хоть что-нибудь. Кричать, стучать в дверь, требовать, чтобы меня отвели к нему, пытаться вырвать браслеты с запястий. Но чем быстрее метались мысли, тем яснее становилось: я не могу. Я здесь. Заперта. Бесполезна. Бессильна. Они могут делать с ним всё, что захотят, а я даже не знаю, в какой стороне от меня находится его клетка.</p><p>Я ударила кулаком по столу. Костяшки отозвались острой болью, но легче не стало.</p><p>— Ненавижу…</p><p>Голос сорвался, стал хриплым и чужим.</p><p>Я опять заходила по комнате, прислушиваясь к каждому звуку за дверью: шагам, голосам, скрипу, далёким щелчкам замков. Иногда мне казалось, что вот сейчас кто-то подойдёт, откроет дверь, скажет хоть что-нибудь. Что его просто заперли. Что Марк не тронул его. Что Магнус хочет говорить, угрожать, торговаться — что угодно, только не убивать.</p><p>Но никто не приходил, ничего не говорил. Неизвестность была хуже всего.</p><p>Если бы я знала, где он, что с ним, даже происходящее обрело бы форму. Звук. Лицо. А так тревога расползалась внутри, заполняя всё, до чего могла дотянуться. Воображение рисовало слишком много картин сразу: Джонни на полу, на стуле в комнате допросов, Марк с кровью на пальцах, Магнус, спокойно задающий вопросы, охранники, которые выполняют приказы и не думают о том, что перед ними человек.</p><p>Я остановилась у кровати. В голове гудело.</p><p>В груди что-то сдавливало всё сильнее, будто невидимая рука медленно затягивала ремень вокруг рёбер.</p><p>— Только держись… — прошептала я.</p><p>И вдруг мир качнулся.</p><p>Я втянула воздух и схватилась за край кровати. В животе неприятно потянуло, где-то низко, глубоко. Это был не резкий укол, а тяжёлое давление, от которого по спине прошёл холод.</p><p>Я положила ладонь на живот, прислушиваясь к непривычному ощущению. Под рукой словно что-то пульсировало.</p><p>— Что за… — выдохнула я.</p><p>Голова закружилась сильнее. На секунду комната поплыла, стены смазались, лампа над столом превратилась в мутное пятно света. Я опустилась на край кровати, потому что ноги стали деревянными. Сердце билось быстро, как после долгого бега, хотя я всего лишь металась по комнате, задыхаясь от собственных мыслей.</p><p>Давление под ладонью усилилось. Не настолько, чтобы закричать, но достаточно, чтобы насторожиться. Я немного согнулась вперёд и закрыла глаза.</p><p>Воздуха стало не хватать.</p><p>Несколько секунд я старалась успокоить дыхание. Вдох. Выдох. Ещё один. Нужно было взять себя в руки. Возможно, это нервы. События, плен, браслеты, Джонни на экранах — всё спуталось в один рваный ком. Было бы странно, если бы тело не начало сдавать.</p></section><section><title><p>Глава 34. На связи</p></title><p>Дерек</p><p>Микаэль с утра пропал.</p><p>Он ушёл ещё до рассвета, забрав с собой несколько человек из своей охраны. Сказал коротко, без объяснений и лишних деталей: будет проверять старые контакты и каналы, выходить на тех, кто знает город не по картам, а по долгам, слухам и именам, которые не произносят вслух.</p><p>С тех пор его не было.</p><p>В бункере стояло не спокойствие, а ожидание: тяжёлое, рабочее, натянутое до предела. Бойцы передвигались между комнатами, проверяли оборудование, что-то обсуждали у компьютеров, но говорили вполголоса, будто громкое слово могло нарушить хрупкое равновесие.</p><p>Охрана наверху сменилась уже дважды. Малик поставил наблюдателей так, что вход в здание выглядел заброшенным только для тех, кто не умел смотреть. Один человек сидел в старой будке напротив, изображая бездомного, второй торчал у разбитого фургона с поднятым капотом, третий время от времени проходил по улице с пакетом из ближайшего магазина. Изнутри всё это казалось случайным, но я знал: каждый видел свой сектор, держал связь и должен был сразу сообщить, если возле здания появится что-то лишнее. На запасном выходе дежурили двое из команды Себастьяна. Внизу у лестницы — мои.</p><p>И всё равно штаб казался пустым.</p><p>Большой зал для совещаний почти опустел. Большинство уже разошлись по постам. За столом оставались только мы трое: я, Натаниэль и Себастьян.</p><p>Натаниэль сидел у края стола, развалившись на стуле, и лениво листал какие-то распечатки. Со стороны могло показаться, что ему скучно, но я знал этот вид. Чем спокойнее он выглядел, тем внимательнее слушал. Себастьян стоял у стены и разговаривал по телефону. Голос у него был ровный, но короткие паузы выдавали: разговор важный. Я сразу понял, с кем он говорит. Не по словам даже, а по тому, как он слушал. Не как глава клана, который принимает доклад, а как брат, вынужденный быть далеко и при этом держать лицо.</p><p>— Шейн? — спросил я.</p><p>Себастьян кивнул, продолжая слушать.</p><p>— Да… хорошо…</p><p>Он зажал двумя пальцами переносицу.</p><p>— Скажи ей, чтобы не переживала. Скоро я буду дома.</p><p>Натаниэль усмехнулся, не отрываясь от распечаток.</p><p>— Врёшь.</p><p>Себастьян прикрыл микрофон ладонью и бросил на него короткий взгляд.</p><p>— Заткнись.</p><p>— Я просто цитирую.</p><p>— Ты мешаешь.</p><p>Натаниэль поднял руки, но усмешка с лица не исчезла.</p><p>Себастьян снова вернулся к разговору.</p><p>— Ладно, держи меня в курсе. Да. Если что-то изменится, сразу звони.</p><p>Он отключился и положил телефон на стол.</p><p>— Ну что там? — спросил я.</p><p>Себастьян сел напротив меня и заметно собрался.</p><p>— В Монреале всё спокойно. В доме охрана на местах. Draxler Holdings и Virdak Group работают в штатном режиме, дела обеих компаний под контролем.</p><p>Я кивнул.</p><p>— Отлично.</p><p>— Насколько это слово вообще сейчас применимо, — добавил Натаниэль.</p><p>Себастьян проигнорировал.</p><p>Я хотел спросить про его сестру, но Натаниэль сделал это раньше.</p><p>— Как поживает прекрасная Сирен?</p><p>Себастьян на секунду задумался, словно решая, насколько откровенным быть. Он всё-таки оставался змеем. Осторожность была частью его натуры.</p><p>— Восстанавливается.</p><p>Он пожал плечами и едва заметно улыбнулся.</p><p>— За ней присматривает Шейн.</p><p>Я хмыкнул.</p><p>— Уж больно усердно присматривает.</p><p>Себастьян повернулся ко мне.</p><p>— Не понял?</p><p>На секунду повисла тишина.</p><p>Я откинулся на спинку стула и сцепил пальцы перед собой. Тема была не ко времени. Совсем не ко времени. Но в последние дни всё вокруг переплеталось так, что личное уже нельзя было отделить от опасного. Шейн, Сирен, запреты, древние клятвы. Если раньше всё это можно было отложить, то теперь любая искра могла стать пожаром.</p><p>Пауза вышла длиннее, чем нужно. Натаниэль уже не делал вид, что его интересуют распечатки.</p><p>Я всё-таки ответил:</p><p>— Если вдруг что-то случится между…</p><p>Себастьян перестал улыбаться.</p><p>— То что?</p><p>— Если он всё-таки перейдёт черту, я не дам тебе его убить.</p><p>Он несколько секунд молчал. В его лице не было ни злости, ни обиды. Только внимательность человека, который привык искать второй смысл даже там, где его, возможно, нет.</p><p>Потом Себастьян медленно вздохнул.</p><p>— Думаю, ты видишь угрозу там, где её не может быть.</p><p>Он скрестил руки на груди.</p><p>— Шейн не настолько отчаянный.</p><p>— Почему?</p><p>Себастьян чуть усмехнулся, но уже без веселья.</p><p>— Потому что он молод, но не глуп.</p><p>Он сделал паузу и поправил ремешок часов.</p><p>— Он видит в Сирен друга, не больше, и если ты вдруг не заметил, он переживает за Моник не меньше тебя.</p><p>В комнате стало тихо. Натаниэль поднял бровь.</p><p>Я медленно перевёл взгляд на него.</p><p>Брат поджал губы.</p><p>Я уже перестал злиться, но не забыл: она выбрала меня и этим всё сказала. Шейн тогда отошёл в сторону как мужчина, хотя я знал — он всё ещё страдал.</p><p>Но то, что я видел в его глазах, когда он смотрел на Сирен, было далеко не дружеской заботой.</p><p>— Заметил, — бросил я.</p><p>Себастьян изучал моё лицо.</p><p>— Тогда в чём проблема?</p><p>Я некоторое время молчал. Проблема была не в Шейне. Точнее, не только в нём. Всё, что раньше можно было расставить по местам, теперь расползалось, меняло форму, цеплялось одно за другое. Кровь, пары, кланы, старые легенды. Даже чувства стали частью угрозы.</p><p>— В том, что теперь всё слишком сильно смешалось и запуталось, — сказал я тихо.</p><p>Натаниэль фыркнул.</p><p>— Добро пожаловать в жизнь.</p><p>Себастьян потёр затылок и глянул в сторону коридора, откуда доносились голоса у мониторов.</p><p>— Если честно, сейчас меня больше волнует не Шейн.</p><p>Он кивнул в сторону выхода.</p><p>— А то, что Микаэль до сих пор не вернулся.</p><p>Я повернулся туда же.</p><p>Микаэль не был простым человеком. Его дар позволял видеть ходы противника наперёд, чувствовать направление угрозы и находить слабые места там, где остальные видели только пустоту. Но сейчас даже его дар глушили — будто ставили блок, не давая выйти на след. Магия не имела формы, но имела силу. И этот культ Стрелы был куда сложнее, чем казался.</p></section><section><title><p>Глава 35. Ставки</p></title><p>Дерек</p><p>К вечеру база начала оживать иначе.</p><p>Утреннее напряжение не исчезло, но к нему примешалась усталость, а люди, которых слишком долго держат в замкнутом пространстве, начинают искать любой способ не сойти с ума. Одни продолжали таскать ящики с оборудованием, другие сидели за компьютерами, кто-то дремал прямо у стены с рацией в руке, но часть бойцов перебралась в самый дальний зал бункера — старый склад, который быстро превратили в тренировочную.</p><p>Я услышал шум ещё из коридора.</p><p>— Давай! Давай!</p><p>— Завали его!</p><p>— Не-ет, сейчас он тебя уронит!</p><p>Голоса были слишком живыми для этого места, и я невольно остановился. После часов тишины, докладов и карт этот шум казался почти неправильным, но в нём было то, что штабу было необходимо. Нельзя бесконечно сидеть в ожидании. Нужно двигаться. Сбрасывать злость. Проверять тело. Напоминать себе, что ты не просто руки с оружием, а часть стаи, которая ещё умеет смеяться до первого приказа.</p><p>Я подошёл к двери и усмехнулся.</p><p>Натаниэль уже стоял там, опираясь плечом о бетонную стену.</p><p>— Что там?</p><p>Он кивнул внутрь.</p><p>— Народ развлекается.</p><p>Я заглянул в зал.</p><p>В центре освободили небольшую площадку. Старые ящики оттащили к стенам, на пол бросили маты, явно найденные в одном из складских помещений, чтобы не убиться о бетон. По кругу собрались бойцы разных групп: мои, люди Микаэля, двое Себастьяна, несколько охранников, которые только что сменились с постов. Один держал стакан с кофе, другой ел прямо на ходу, третий снимал происходящее на телефон, пока сосед не ударил его по руке и не велел убрать.</p><p>В кругу стояли двое.</p><p>Малик. И Кай.</p><p>Я сразу понял, почему все собрались.</p><p>Малик выглядел как настоящий медведь. Огромный, широкоплечий, тяжёлый, с руками, которыми, наверное, можно было согнуть железную трубу, если она мешает проходу. Он уже снял куртку, закатал рукава и разминал плечи, глядя на Кая так, будто давно хотел проверить, насколько тот действительно быстрый.</p><p>Напротив него стоял Кай.</p><p>Гораздо легче. Спокойнее. Он не выглядел слабым, просто был совсем другим. Там, где Малик брал массой и силой, Кай брал скоростью и точностью. Он стоял почти расслабленно, с едва заметной ухмылкой на лице, и, судя по этому выражению, ему происходящее нравилось больше, чем он готов был признать.</p><p>Себастьян сидел на ящике рядом и наблюдал, как будто это был не спонтанный бой на матах, а достойное вечернее представление.</p><p>— Ну что, — спросил он, заметив меня. — На кого ставишь?</p><p>Я оценил площадку.</p><p>Малик потянул шею, разминая плечи.</p><p>— На медведя, — ответил я спокойно.</p><p>Натаниэль усмехнулся.</p><p>— Это потому, что он твой охранник.</p><p>— Это потому, что он его раздавит.</p><p>Кай услышал и повернул голову.</p><p>— Я всё слышу, Альфа.</p><p>— Тем лучше.</p><p>Он усмехнулся.</p><p>— Тогда смотри внимательно.</p><p>Малик шагнул вперёд.</p><p>— Готов?</p><p>Кай развёл руками.</p><p>— Всегда.</p><p>Через секунду Малик рванулся.</p><p>Он двигался быстро для своего размера, но всё равно выглядел как грузовик, который решил сбить столб. Кто-то у стены присвистнул, кто-то сразу отступил на шаг назад, хотя площадка была достаточно широкой. Малик шёл прямо, жёстко, без лишней красоты, и если бы поймал Кая сразу, бой закончился бы прежде, чем толпа успела бы разойтись.</p><p>Но Кай просто ушёл в сторону.</p><p>Не прыгнул, не отскочил, а именно ушёл. Почти лениво. На полшага. Малик пролетел мимо, развернулся на пятке, и круг вокруг них взорвался смехом.</p><p>— Медведь, осторожно!</p><p>— Он тебя водит!</p><p>— Кай, не позорь старших!</p><p>Малик даже не оглянулся на шутников. Только чуть повёл плечом и снова пошёл на Кая. На этот раз осторожнее. Ниже центр тяжести, руки ближе, внимание уже не на лице, а на корпусе. Он быстро учился, и это всегда делало его опасным.</p><p>Кай перестал улыбаться так широко.</p><p>Они сошлись снова.</p><p>Малик сделал обманное движение, потом схватил Кая за плечо. Вот тогда стала видна разница. Сила у него была чудовищная. Он повалил Кая вниз, развернул и прижал к мату. Кай на секунду оказался под ним, плечо почти зафиксировано, рука в неудобном положении.</p><p>— Всё, — сказал я. — Конец.</p><p>Натаниэль покачал головой.</p><p>— Подожди.</p><p>Я прищурился.</p><p>Кай вдруг вывернулся.</p><p>Одно движение. Второе. Не сила — точность. Он провернулся под рукой Малика, ушёл от полного веса, закинул ногу и выкрутил ему руку так, что даже я не сразу поймал переход. Малик неожиданно оказался на колене, а Кай уже сместился ему за спину, удерживая захват.</p><p>Толпа взорвалась.</p><p>— Чёрт!</p><p>— Я же говорил!</p><p>— Медведя завалили!</p><p>Себастьян расхохотался.</p><p>— Вот это поворот!</p><p>Малик попытался подняться, но Кай усилил захват ровно настолько, чтобы показать: ещё одно движение — и будет больно. Не сломает, но заставит запомнить.</p><p>— Сдаёшься? — спокойно спросил он.</p><p>Малик тяжело выдохнул.</p><p>— Сейчас да.</p><p>Кай отпустил его.</p><p>Толпа начала аплодировать, кто-то засвистел, кто-то хлопнул Малика по спине, когда тот поднялся. Он выглядел не обиженным, скорее заинтересованным. Как человек, который только что понял, что противник опаснее, чем казался, и теперь хочет реванша не из гордости, а из уважения.</p><p>Я покачал головой.</p><p>— Ладно.</p><p>Кай повернулся ко мне.</p><p>— Ну?</p><p>Я усмехнулся.</p><p>— В следующий раз медведь победит.</p><p>Кай пожал плечами.</p><p>— В следующий раз я буду быстрее.</p><p>Натаниэль хлопнул Малика по плечу.</p><p>— Не переживай. Просто он мелкий и скользкий.</p><p>Малик усмехнулся.</p><p>— Всё нормально.</p><p>Он повернулся к Каю.</p><p>— Мы ещё закончим.</p><p>Кай только кивнул.</p><p>Но я заметил, как Кай снова стал серьёзным. Веселье длилось всего несколько минут. Оно было нужно всем — как короткая передышка, глоток воздуха, напоминание, что есть не только тревога и ожидание. Но оно не могло удержаться дольше. Слишком многие здесь знали, зачем мы приехали, и оружие проверяли не ради игры.</p></section><section><title><p>Глава 36. Боль</p></title><p>Моник</p><p>За последние часы тишина успела стать почти пыткой.</p><p>Каждый раз, когда за дверью раздавался шум, сердце подскакивало к горлу раньше, чем я успевала приказать себе не надеяться. Я ждала новостей. Любых. Хоть одного слова о Джонни. Хоть обрывка фразы, случайного взгляда Лилиан, шага охранника, который мог бы выдать, что с ним произошло после допроса. Но дверь оставалась закрытой.</p><p>Я устала ждать и всё равно заставляла себя не думать о самом плохом.</p><p>Поэтому сейчас я даже не подняла голову.</p><p>Я сидела, сцепив пальцы на коленях, и смотрела в пол, пытаясь дышать ровно. После той странной боли в животе и догадки, которую я до сих пор боялась назвать вслух, внутри всё словно разделилось на две части. Одна рвалась к брату, сходила с ума от страха за него, готова была броситься на любого, кто откроет дверь. Другая застыла в холодном ужасе, осторожно прислушиваясь к собственному телу.</p><p>Если я правда была здесь не одна, то страх стал другим. Глубже. Тяжелее.</p><p>И выбора у меня стало ещё меньше.</p><p>Дверь открылась.</p><p>— Моник.</p><p>Я вздрогнула.</p><p>Голос Магнуса я уже узнавала слишком хорошо. Спокойный тон, мягкие интонации, ни намёка на раздражение. Человек, который мог приказать бросить моего брата в клетку, а потом прийти ко мне так, будто собирался предложить чай.</p><p>Я медленно подняла глаза.</p><p>Он стоял в дверях и смотрел на меня без раздражения, без спешки, без следов усталости. Аккуратный, собранный, с тем выражением лица, от которого хотелось вцепиться ногтями в собственные ладони, лишь бы не показать, как сильно он меня пугает. Магнус никогда не выглядел злым в привычном смысле. Именно это делало его хуже. Злость можно было переждать. Крик можно было вынести. А его спокойствие казалось бездонным.</p><p>— Ты хотела увидеть брата, — сказал он.</p><p>Сердце ударило в грудь.</p><p>Я вскочила так быстро, что перед глазами на секунду потемнело. Пришлось схватиться за край кровати, но я почти сразу выпрямилась.</p><p>— Где он… он жив?</p><p>Магнус чуть склонил голову.</p><p>— Конечно.</p><p>И вдруг мягко улыбнулся.</p><p>— Я же не зверь, Моник. Он твой брат.</p><p>От этой фразы по коже прошёл холод. Не потому, что я ему поверила. Как раз наоборот. Он произнёс это так естественно, почти обиженно, будто действительно считал себя милосердным за то, что не убил Джонни сразу. Будто сама возможность оставить человека живым уже доказывала его человечность.</p><p>— Идём.</p><p>Я не стала ждать второго приглашения.</p><p>Мы вышли в коридор, но все мои мысли были уже впереди. Там, куда меня вёл Магнус.</p><p>Шаги гулко отдавались от бетонного пола. Где-то далеко работали генераторы, низко и ровно, будто под землёй билось огромное механическое сердце. Пахло холодным металлом, лекарствами, сыростью и чем-то ещё — резким, неприятным, похожим на дым табака, впитавшийся в одежду и стены. Я шла рядом с Магнусом, стараясь не отставать, и с каждой секундой внутри всё сильнее стягивалось в тугой узел.</p><p>Я надеялась, что он в порядке. Что успею сказать, каким идиотом он был, когда решил прийти за мной. Сказать, как сильно я его люблю и что никогда не прощу себе, если он умрёт из-за меня.</p><p>Магнус остановился у одной из дверей.</p><p>Она была без таблички, с маленьким окном из мутного стекла, за которым ничего не видно. Он открыл её и жестом пригласил меня войти.</p><p>— Прошу.</p><p>Я шагнула внутрь.</p><p>И замерла.</p><p>Комната оказалась небольшой и почти пустой: серые стены, бетонный пол, стол у стены, лампа под потолком и стул, намертво прикрученный к полу. Белый свет резко падал сверху, оставляя углы в полумраке. Здесь не было ничего лишнего и никто не пытался скрыть назначение этого места. Всё говорило само за себя: металл, ремни и тяжёлая дверь, за которой никто не услышит крика.</p><p>Брат сидел на стуле.</p><p>Его руки были скованы наручниками за спиной. Голова опущена, плечи напряжены, будто он держался на одной злости и не позволял телу согнуться от боли. На нём была та же грязная куртка, в которой я видела его на экранах. Только теперь я могла разглядеть больше: тёмные пятна на ткани, кровь на полу, ссадины и разбитую губу.</p><p>И запах. Запах горелой кожи.</p><p>Я остановилась на месте, потому что ноги вдруг перестали слушаться.</p><p>— Джонни… — прошептала я.</p><p>Он дёрнулся и поднял голову.</p><p>Я впервые видела его без маски так близко. Старый ожог оставил на одной стороне лица неровный шрам, немного стянул кожу на щеке и задел бровь. Это было заметно, но совсем не так страшно, как я успела представить. Гораздо сильнее меня напугало другое — несколько свежих ожогов рядом, ещё красных и воспалённых. Их оставили совсем недавно.</p><p>Они жгли его. Я не знала, чем именно, но на полу валялись окурки. Догадка ударила так сильно, что я едва не закричала, но заставила себя сглотнуть крик.</p><p>На секунду я перестала дышать. Не из-за его лица — от боли за него. Такой сильной, что внутри будто что-то треснуло.</p><p>Это был мой брат. Не призрак в маске. Мой Джонни.</p><p>Он пережил ту игру и огонь. Выжил там, где, казалось, не должен был. А я всё это время ничего не знала, не была рядом. И теперь, когда он снова был со мной, я могла потерять его ещё раз.</p><p>Я подошла к нему, но он отвернулся.</p><p>— Не смотри.</p><p>Голос был хриплым, низким, будто каждое слово царапало горло изнутри.</p><p>— Не надо.</p><p>Я остановилась рядом.</p><p>— Джонни…</p><p>— Я сказал, не смотри!</p><p>Он отвернулся ещё сильнее, насколько позволяли наручники и стул. В этом движении было столько боли, что мне захотелось разрыдаться прямо там. Но совсем не из жалости — из-за того, что он сидел передо мной и стыдился не того, что с ним сделали, а самого себя.</p><p>— Они забрали маску, Моник. Я урод.</p><p>Моё сердце сжалось.</p><p>Я медленно опустилась перед ним на колени, оказавшись ниже, чтобы он не чувствовал себя выставленным под этот проклятый свет, и осторожно подняла руку. Он напрягся ещё до прикосновения, но я всё равно очень мягко коснулась его щеки — той стороны, где кожа осталась целой, рядом с линией ожога.</p></section><section><title><p>Глава 37. Рулетка</p></title><p>Дерек</p><p>К вечеру Себастьян наконец получил сообщение от своего человека.</p><p>Не звонок, не длинное объяснение, не адрес с подробностями. Всего несколько слов, отправленных на номер, который, судя по лицу Себастьяна, знали не многие.</p><p>«Рулетка. Полночь. За красным столом».</p><p>Натаниэль, который сидел на краю стола и допивал уже остывший кофе, посмотрел на экран через плечо Себастьяна и тихо хмыкнул.</p><p>— Звучит романтично. Подпольное казино, полночь, красный стол. Осталось только, чтобы нас встретила роковая незнакомка с пистолетом в чулке.</p><p>— Если встретит, постарайся не втрескаться за первые десять минут, — сухо сказал Себастьян, убирая телефон.</p><p>— Обещать не могу. У меня слабость к опасным женщинам.</p><p>Я поднял взгляд от карты.</p><p>— У тебя слабость ко всему, что дышит и красиво смотрит.</p><p>Натаниэль приложил руку к груди, изображая обиду.</p><p>— Ты ранишь меня в самое сердце.</p><p>— У тебя его нет.</p><p>— Так и есть. И знаешь что? Мне плевать.</p><p>Себастьян покачал головой, но в уголке его губ мелькнула слабая улыбка. Она быстро исчезла, когда он снова посмотрел на карту Оттавы. Красными кругами на ней были отмечены районы, где могли находиться закрытые частные объекты, и несколько зданий, которые уже проверили наши люди. Пока всё оставалось размытым: слишком много точек и почти никаких реальных подтверждений.</p><p>Но теперь появился просвет. Тонкий, грязный и ведущий туда, куда нормальные люди предпочитали не соваться. Подпольное казино.</p><p>— Кто этот человек? — спросил я.</p><p>— Его зовут Лис, — ответил Себастьян.</p><p>Натаниэль поднял бровь.</p><p>— Серьёзно?</p><p>— Это прозвище.</p><p>— Спасибо, я догадался. Просто у всех твоих знакомых такие имена, будто ты собирал их в дешёвом криминальном романе.</p><p>Себастьян задержал на нём взгляд.</p><p>— Ты был знаком с человеком по прозвищу Тень.</p><p>Брат на секунду замер, и Себастьян сразу понял: попал туда, куда не собирался. Но Натаниэль быстро спрятал реакцию за привычным равнодушием и сказал спокойно:</p><p>— Это другое. Тень звучит достойно.</p><p>— А Лис звучит полезно, — отрезал Себастьян. — Он знает изнанку города: в курсе, кому здесь платят, где открываются новые клубы, через кого проводят липовые бумаги и кто вдруг собирает вокруг себя слишком много бойцов.</p><p>Я медленно выпрямился.</p><p>— А про Красную Стрелу он что-нибудь слышал?</p><p>— Возможно. Поэтому и предложил встретиться не здесь.</p><p>Натаниэль отставил стакан.</p><p>— Ну да. Лучше в казино, где камеры, охрана, пьяные шишки, а половина города пытается отмыть деньги.</p><p>— Именно поэтому, — сказал Себастьян. — Там шумно. И если за ним следят, он сможет сделать вид, что просто играет.</p><p>Я перевёл взгляд с одного на другого.</p><p>— Значит, будем играть.</p><p>— Да.</p><p>— Покер под прикрытием?</p><p>Себастьян усмехнулся.</p><p>— Скажем так, появление двух вооружённых глав кланов в подпольном казино не должно выглядеть как начало зачистки.</p><p>Натаниэль хлопнул ладонью по столу и поднялся.</p><p>— Наконец-то нормальный вечер. Я уже начал думать, что мы так и будем сидеть в этом бетонном гробу и смотреть на карты до старости.</p><p>Я покосился на него.</p><p>— Ты едешь работать, а не развлекаться.</p><p>— Одно другому не мешает.</p><p>— Мешает, если ты забываешь первое ради второго.</p><p>Он улыбнулся шире.</p><p>— Ты просто завидуешь. У тебя даже в детстве лицо было такое, будто всем вокруг должно быть хреново, кроме тебя.</p><p>Я молча взял куртку со спинки стула.</p><p>— Сегодня ты отвлекаешь. На тебе роль идиота пройдохи. Шум, улыбки, лишние разговоры — всё, что заставит их смотреть на тебя, а не на нас. Через десять минут выходим.</p><p>Я прошёл мимо, не скрывая улыбки, и уже за спиной услышал его недовольное:</p><p>— Да пошёл ты.</p><p>Проверив телефон, я шагнул к выходу. Микаэль пока молчал, и я понял: хороших новостей нет. Остальные поднялись и двинулись следом.</p><p>С нами были только личные охранники: Кай, Малик и Джейкоб. Но через улицу стояла машина группы «Восемь». Дракслер, как всегда, решил подстраховаться.</p><p>«Рулетка» находилась в подвале старого клуба на одной из улиц, где город будто специально притворялся приличным.</p><p>Снаружи — обычное здание с тёмными окнами, узкой вывеской без ярких огней и охранником у входа, который смотрел на людей так, будто заранее знал, кто пришёл проигрывать деньги, а кто — искать неприятности. Музыка доносилась ещё с улицы: глухой бас, приглушённый стенами, но достаточно сильный, чтобы вибрировать под ногами.</p><p>Остальные остались наготове: связь есть, машины рядом, оружие проверено.</p><p>Внутрь нас провели не через главный вход, а через боковую дверь. Себастьян сказал пару слов человеку у лестницы, тот внимательно посмотрел на нас, потом на короткое сообщение в телефоне и молча отошёл. Ни улыбки, ни лишних вопросов. Хорошая привычка для мест, где слишком любопытные долго не работают.</p><p>Мы спустились вниз.</p><p>С каждым шагом музыка становилась громче, воздух — теплее и тяжелее. Пахло табаком, дорогим алкоголем, парфюмом, деньгами и человеческими пороками. Внизу открывалось помещение, которое совсем не походило на жалкий подпольный притон. «Рулетка» была создана со вкусом: низкие потолки, тёмные стены, красный свет над баром, мягкие диваны у стен, золотистые лампы над карточными столами и плотная музыка, которая заполняла пространство так, чтобы разговоры растворялись в общем шуме.</p><p>Здесь играли не бедные. И вряд ли честные.</p><p>За столами сидели мужчины в дорогих костюмах, женщины с холодными улыбками и внимательными глазами, охранники, которые делали вид, что просто стоят у стен, и те, кто слишком хорошо умел проигрывать без эмоций. В углу смеялась компания молодых парней, у бара двое мужчин шептались так близко, будто обсуждали не ставки, а убийство. На небольшом возвышении о несчастной жизни пела девушка в тёмном платье, голос её был низким, хрипловатым, почти ленивым, и под этот голос люди проигрывали деньги куда спокойнее, чем должны были.</p></section><section><title><p>Глава 38. Охота.</p></title><p>Моник</p><p>Целый день я провела взаперти.</p><p>Не просто в комнате — в ожидании, которое медленно превращалось в пытку. Меня не выпускали даже в душ, не говоря уже о том, чтобы позволить увидеть Джонни. Каждый звук за дверью заставлял сердце подскакивать к горлу, каждый шаг в коридоре казался началом ответа, но дверь открывалась только для Лилиан, а она молчала. Приносила воду, еду, меняла бинты, проверяла браслеты и сбегала, стоило мне только спросить о брате. На моё возмущение она не отвечала. Просто опускала глаза, сжимала губы и закрывала за собой дверь.</p><p>К вечеру я почти перестала надеяться, что мне что-то скажут.</p><p>Комната стала тесной до невозможности. Я ходила от стены к кровати, от кровати к двери, потом садилась, вставала, прислушивалась и не слышала ничего, кроме собственных мыслей. Джонни. Его разбитое лицо и глаза в комнате допросов. Его «я рядом, не бойся, Мони». Эти слова держались во мне, как заноза, потому что рядом был не он. Рядом были стены, замки и люди, которые могли делать с ним всё, что захотят.</p><p>Когда дверь наконец открылась, я даже не сразу поверила, что это не очередной заход Лилиан.</p><p>На пороге стояли двое охранников. Не те, что обычно дежурили у дверей. Эти были крупнее, молчаливее, в тёмной форме без знаков. Один держал руку у пояса, другой смотрел на меня так, будто заранее был готов к тому, что я кинусь на него с ногтями.</p><p>— Прогулка, — бросил первый коротко.</p><p>Я поднялась не сразу.</p><p>— Какая ещё прогулка?</p><p>Он не ответил. Только чуть отступил в сторону, показывая на выход.</p><p>Я насторожилась. Судя по тому, как я научилась считать время по смене света, по шагам за дверью и по тому, как тело само начинало тянуться ко сну, было уже поздно. Очень поздно. Ближе к десяти вечера, а может, и к полуночи. Никто не устраивает прогулки в такое время. Не в этом месте. Не после того, как моего брата поймали у периметра.</p><p>Но спрашивать было бессмысленно.</p><p>Я молча вышла.</p><p>Они шли по обе стороны, не касаясь меня, но достаточно близко, чтобы не позволить мне сделать ни одного лишнего шага. В коридорах было больше людей, чем обычно. Охрана стояла у поворотов, кто-то говорил по рации, проверял оружие, проходил мимо с фонарём в руке. Я успела заметить несколько лиц, которых раньше не видела. Холодные. Сосредоточенные. Это не была обычная смена. База к чему-то готовилась, и от этого внутри всё сильнее сдавливало.</p><p>Мы поднялись наверх.</p><p>Воздух изменился ещё до того, как открылась последняя дверь. Сначала я почувствовала сырость. Запах мокрой земли, гниющей листвы и хвойной смолы. Потом холод ударил в лицо так резко, что я невольно втянула воздух сквозь зубы.</p><p>Ночь была тяжёлой.</p><p>Лес вокруг дышал влагой. Не просто стоял стеной за базой, а будто жил собственной тёмной жизнью, скрывая между деревьями всё, что не должно было попасть на свет. Где-то в темноте капала вода, и этот звук казался слишком громким в глухой тишине. Листья под ногами охранников чавкали от грязи. Ветки скрипели, когда их касался ветер. Над головой не было видно ни звёзд, ни луны — только густое чёрное небо, нависшее над верхушками деревьев.</p><p>Меня привели на небольшую поляну.</p><p>Прожекторы резали глаза. Лучи били между стволами, превращая лес в странный театр теней. Охрана окружила поляну почти бесшумно, но я сразу увидела их: тёмные фигуры у деревьев, винтовки в руках, рации на плечах, лица скрыты тенями. Несколько прожекторов стояли на металлических треногах, провода тянулись по мокрой земле к генератору, который гудел в стороне. Где-то сбоку собаки рвались с поводков; я услышала низкое рычание раньше, чем увидела их тёмные силуэты.</p><p>Всё заранее продумано.</p><p>Это не была прогулка. Это была сцена, в центре которой стоял мой брат.</p><p>С него только что сняли наручники. Он выглядел так, будто его уже провели через ад и решили, что этого мало. Лицо разбито. Губа разорвана. Один глаз почти заплыл. Серая футболка была пропитана кровью на боку, ткань липла к телу, и я видела, как он чуть наклоняется, стараясь не показывать, что ему больно. На плече темнела новая повязка, слишком небрежная, больше похожая на издевательство, чем на помощь. Он стоял босиком — грязь покрывала ноги до щиколоток.</p><p>Но он всё равно держался. Смотрел прямо перед собой.</p><p>Я не выдержала.</p><p>— Джонни…</p><p>Имя сорвалось с губ почти без звука, но он услышал. Его голова повернулась ко мне, и наши взгляды встретились.</p><p>На секунду всё вокруг исчезло. Ни леса. Ни прожекторов. Ни людей с оружием. Ни Марка, который стоял чуть в стороне и улыбался так, будто всё это придумали ради его удовольствия. Только глаза Джонни, мутные от боли, но всё ещё живые.</p><p>И в них не было страха. Только просьба. Не вмешивайся. Не делай хуже.</p><p>Я сделала шаг к нему, но чья-то рука легла мне на плечо.</p><p>Кайр.</p><p>Я даже не заметила, когда он оказался рядом. Его пальцы впились в моё плечо, не позволяя сдвинуться. Он не отрывал глаз от Джонни, но привычной насмешки на его лице больше не было. Челюсть напряглась, брови едва заметно сошлись.</p><p>Марк вышел вперёд.</p><p>Он двигался почти лениво, как человек, который заранее знает исход и поэтому не спешит. В свете прожекторов его лицо казалось слишком молодым для такой жестокости. Он остановился перед Джонни, склонил голову и несколько секунд просто рассматривал его, будто выбирал, куда ударить ещё.</p><p>— Ну что, герой… — сказал он тихо. — На колени.</p><p>И ударил.</p><p>Кулак врезался в живот Джонни.</p><p>Глухой звук прошёл по поляне так отчётливо, что мне стало физически плохо. Джонни согнулся, и из его груди вырвался хрип. Он попытался вдохнуть, но воздух не шёл. Колени дрогнули, однако он каким-то чудом не упал, только стиснул зубы и удержался на ногах, рвано выдохнув.</p><p>— Бьёшь как девчонка, — он сплюнул кровь и криво усмехнулся. — Рот у тебя работает куда лучше рук.</p><p>Марк сжал челюсти и замахнулся.</p><p>Я дёрнулась.</p></section><section><title><p>Глава 39. Призрак</p></title><p>Дерек</p><p>Я даже не помню, как уснул.</p><p>Последнее, что осталось в памяти, — карта Оттавы перед глазами и холодный свет лампы над столом. Красные отметки, чёрные линии, синие точки наших групп, районы, которые мы уже начали проверять, и те, до которых ещё не успели добраться. Я сидел в кресле, пытаясь сопоставить склады, маршруты, старые технические тоннели, возможные укрытия, названия фирм, людей, которых никто не видел дважды, и адреса, где слишком часто отключались камеры.</p><p>В какой-то момент буквы на бумагах начали расплываться.</p><p>Рация на столе тихо потрескивала. Где-то за стеной кто-то говорил вполголоса, у входа проверяли связь, в коридоре прошёл Малик, отдавая короткое распоряжение. Бункер не спал полностью никогда. Даже ночью он жил вполсилы: дыханием людей на постах, гулом техники, шагами в бетонных коридорах, запахом кофе, оружейного масла и усталости.</p><p>Я закрыл глаза всего на секунду.</p><p>И провалился.</p><p>Проснулся я от грохота.</p><p>Глухой, тяжёлый, будто кто-то со всей силы врезал по металлической двери или хлопнул створкой так, что дрогнули стены. Потом второй. По бункеру прокатилось эхо.</p><p>— Открывайте!</p><p>Крик разорвал тишину. Я резко поднял голову.</p><p>В комнате было темно. Только экран компьютера ещё светился голубым светом, освещая край стола, разложенные бумаги и мою руку, всё ещё лежавшую на карте. Несколько секунд я не понимал, где нахожусь. Перед глазами ещё плавали красные отметки и имя Моник, не отпускавшее даже во сне.</p><p>Потом всё включилось.</p><p>Я вскочил.</p><p>В коридоре уже слышались быстрые тяжёлые шаги. Двери открывались одна за другой, голоса накладывались друг на друга, рации оживали резкими щелчками. База просыпалась не медленно, а мгновенно, как зверь, которого ударили в бок.</p><p>— Что за хрень? — раздался голос Натаниэля где-то впереди.</p><p>Я вышел в коридор.</p><p>Лампы под потолком мигнули, потом загорелись ярче. Тусклый ночной режим сменился рабочим светом, и бетонные стены сразу стали резче, холоднее. Люди выскакивали из комнат: один — в футболке и с пистолетом в руке, другой — уже в куртке, третий — босиком, но с рацией. Кто-то на ходу застёгивал кобуру. Один из бойцов Микаэля едва не столкнулся со мной, резко отступил к стене и пробормотал извинение. В оружейной что-то грохнуло. У лестницы наверх уже были двое с оружием, перекрывая проход, пока не разберутся, кто ломится внутрь.</p><p>У входа стоял Малик.</p><p>Он был полностью собран, будто и не спал. Одна рука у рации, вторая рядом с оружием. Лицо жёсткое, взгляд прикован к двери.</p><p>— Что там?</p><p>Ответить он не успел.</p><p>Входная дверь бункера распахнулась.</p><p>Холодный ночной воздух ворвался внутрь вместе с запахом дождя, мокрой земли, бензина, пороха и крови. Снаружи ещё слышался шум двигателя. Кто-то орал наверху, кто-то отдавал команду закрыть подъезд. В проходе появилась фигура.</p><p>Микаэль.</p><p>Он вошёл первым. Лицо напряжённое, одежда в грязи и крови. Тёмные пятна въелись в ткань, размазались по рукавам и вороту. Его спокойствие никуда не исчезло, но теперь оно держалось на силе, а не на привычке.</p><p>— Быстрее! — бросил он.</p><p>За ним вбежали двое его людей. Они несли кого-то на руках.</p><p>Кровь тяжёлыми каплями падала на пол. И только потом из этого месива проступило тело: рука, бессильно свесившаяся вниз, разорванная одежда, бледная кожа.</p><p>И лицо.</p><p>— Твою мать… — выдохнул Натаниэль рядом.</p><p>Это был Призрак.</p><p>Он висел между ними почти без сознания. Голова запрокинута, волосы мокрые от дождя и пота, одежда насквозь пропитана кровью. Один человек держал его под плечи, другой — за ноги, стараясь не задеть рану, но от каждого движения Джонни всё равно едва заметно дёргался. Не как человек, способный сопротивляться. Как тело, которое ещё не сдалось только потому, что внутри где-то упрямо цеплялась жизнь.</p><p>— Медика! Где Ник! — крикнул кто-то.</p><p>Люди расступились, освобождая проход. Уже несли носилки, Малик коротко приказал перекрыть вход и проверить хвост. Двое бойцов тут же ушли наверх. Никто не спрашивал, что случилось. Сначала — удержать жизнь. Потом — вопросы.</p><p>Я сделал шаг вперёд. И только тогда увидел раны.</p><p>Кровь текла из плеча и бока. На плече была глубокая пробитая рана, словно что-то вошло насквозь. Ткань вокруг разодрана. Под рёбрами расползалось тёмное пятно. Но больше всего меня насторожил его цвет. Джонни был мертвенно бледным. Губы серые, грудь поднималась тяжело и неровно.</p><p>— Он… умирает? — спросил я тише.</p><p>Потомок богини смерти был не тем, у кого подобное спрашивали просто так.</p><p>Микаэль несколько секунд молча смотрел на меня.</p><p>Потом коротко ответил:</p><p>— Пока нет.</p><p>Джонни уложили не на носилки, а прямо на освобождённый стол в комнате связи, потому что медик, едва вбежав, резко запретил тащить его дальше. Стол ещё минуту назад был завален картами и проводами, теперь бумаги валялись на полу, один ноутбук кто-то успел подхватить и убрать в сторону. Лампу подвинули ближе. Над Джонни сразу склонились двое: наш медик и человек Микаэля, который, судя по движениям, тоже знал, что делать с кровью и ранами.</p><p>— Не трогать его без команды, — резко сказал медик. — Ножницы. Жгут. Свет сюда. Нет, не сюда, выше. Держите плечо.</p><p>Он говорил быстро, грубо, без лишней осторожности. Это было хорошо. Значит, работал. Значит, видел перед собой не труп, а пациента, которого ещё можно вытащить.</p><p>Под плечом Джонни темнело старое покрытие стола. Один из людей Микаэля прижимал ткань к боку, второй удерживал его за бедро, пока медик разрезал одежду.</p><p>Джонни пришёл в себя на секунду.</p><p>Сжал зубы. Хрипло вдохнул, но не закричал.</p><p>Он был жив.</p><p>И сейчас это было единственное, что имело значение.</p><p>Я стоял рядом, чувствуя, как внутри поднимается глухая тяжёлая ярость. Не та, что срывает с места. Другая. Глубже. Холоднее. Та, которая приходит, когда видишь перед собой последствия чужих рук и понимаешь, что теперь у этой боли есть имена.</p></section><section><title><p>Глава 40. Угроза</p></title><p>Дерек</p><p>Я вышел из мед-комнаты и тихо прикрыл за собой.</p><p>Не потому, что боялся потревожить Джонни. После всего, что ему ввели, после потери крови, боли и того, как долго он держался на одном упрямстве, его сейчас не разбудил бы даже взрыв. Просто в бункере громкие звуки казались неуместными: рядом человека едва вытащили с того света. Дверь закрылась мягко, без щелчка, и на секунду я остался стоять в коридоре, слушая приглушённое движение за стеной.</p><p>Призрака наконец удалось стабилизировать. Дыхание всё ещё оставалось тяжёлым. Даже через дверь мне казалось, что я слышу этот рваный, неровный звук. Тело боролось. Цеплялось. Как и он сам. Я видел достаточно раненых, чтобы понимать разницу между теми, кто просто лежит, и теми, кто всё ещё воюет, даже находясь без сознания.</p><p>Джонни воевал. За себя. За каждый следующий вдох.</p><p>Ник снимал перчатки, когда я подошёл к нему. На его лице была та усталость, которую не спрячешь приказом или кофе: тяжёлая, серая, въевшаяся под глаза. Руки у него были в крови до запястий, несмотря на перчатки. На столике рядом валялись использованные бинты, упаковки от шовного материала, ампулы и металлический лоток с инструментами.</p><p>— Как он? — спросил я.</p><p>Наш медик устало провёл рукой по лбу, оставив на коже влажный след.</p><p>— Повезло.</p><p>Он кивнул в сторону комнаты.</p><p>— Ещё немного — и разговор был бы совсем другим.</p><p>Я посмотрел на закрытую дверь.</p><p>— Говори прямо.</p><p>— Он потерял много крови, но меньше, чем мог. Самая опасная рана — плечо.</p><p>— Нож?</p><p>Медик покачал головой.</p><p>— Нет. В него стреляли из арбалета.</p><p>Я медленно повернул к нему голову.</p><p>— Арбалет?</p><p>Слово прозвучало слишком спокойно. Внутри же что-то холодно встало на дыбы.</p><p>— Болт вошёл в плечо, — продолжил он. — Кость не задел, и это чудо. Но мышцы порвал сильно. Рану загрязнили: скорее всего, он после этого ещё падал, полз или его тащили по земле. Пришлось чистить глубоко.</p><p>Он на секунду замолчал.</p><p>— А потом в ход пошёл нож.</p><p>Я сжал кулак. Костяшки хрустнули.</p><p>— Удар был не случайный. По направлению видно: били близко, сверху, с расчётом сильно ранить.</p><p>— Он восстановится?</p><p>— Сейчас рано говорить.</p><p>Ник посмотрел на меня внимательно. Не как человек, который боится моего гнева. Он слишком хорошо разбирался в таких ранениях, чтобы подбирать мягкие слова.</p><p>— Тот, кто его резал, знал, куда бить.</p><p>Он достал пачку и вытащил сигарету зубами.</p><p>— Хотел бы убить — убил.</p><p>Я снова обернулся к мед-комнате. На секунду представил его там, в лесу. Свет прожекторов. Грязь. Нож. Марк. Тот — чьё имя сорвалось с губ Призрака в бреду. Люди, стоявшие в стороне и наблюдавшие за его агонией.</p><p>И почувствовал, как ярость внутри меня становится ледяной. Такая не заставляет бросаться вперёд. Она считает. Запоминает. Выбирает, с кого начнёт.</p><p>— Когда он очнётся?</p><p>— Будем надеяться завтра, — ответил врач. — Если не начнётся осложнений. Ему нужен покой. Никаких допросов, никаких попыток поднять его на ноги, никаких героических разговоров о том, что он должен вспомнить ещё что-то.</p><p>Он посмотрел мне прямо в глаза.</p><p>— И ещё немного удачи.</p><p>Я кивнул.</p><p>Значит, всё было чётко рассчитано. Не просто остановить. Причинить достаточно боли, чтобы она ломала, но человек ещё мог бежать, падать, вставать. И чтобы Моник видела, что происходит с теми, кто приходит за ней.</p><p>Звери.</p><p>Нет. Не звери.</p><p>Звери убивают ради голода, защиты или территории. Эти наслаждались чужой болью.</p><p>У двери мед-комнаты остались человек Микаэля и мой боец. После всего, что произошло, я больше не хотел оставлять ничего на привычку. Медик запретил тревожить Джонни, коридор перед комнатой освободили, лишних людей разогнали по постам.</p><p>Штаб снова зашевелился, но теперь иначе.</p><p>До этого мы искали тени. Слухи. Охранную фирму «Щит». Возможные координаты. Теперь у нас было нечто большее: человек, который ушёл от них живым, и Микаэль, который видел базу своими глазами. Его люди уже переносили на бумагу всё, что он успел узнать.</p><p>Я вошёл в кабинет, где стоял большой стол.</p><p>Натаниэль уже был там. Он молча убирал с края пустые стаканы, какие-то бумаги и всё, что мешало разложить карту шире. Себастьян стоял у стены, разговаривая по телефону, но я пока не вслушивался. Его голос был низким, почти ровным. В такие моменты он умел держать себя, даже когда внутри всё горело.</p><p>В кабинете остались только мы с Натаниэлем, если не считать Себастьяна, который пока был где-то между этим разговором и своим. Лидер клана Хельмир отсыпался.</p><p>Я стоял у стола, уперевшись ладонями в его край. Оттава была разложена перед нами. Красные отметки, линии, пометки Микаэля, адреса из «Рулетки», районы, старые технические сети, возможные склады. Всё, что удалось собрать за последние сутки, складывалось в общую картину. После того, что привёз Микаэль, некоторые точки вдруг начали цепляться друг за друга.</p><p>Натаниэль медленно провёл пальцем по карте.</p><p>— Значит, их гнездо здесь.</p><p>Он коснулся северо-восточной части.</p><p>— Или где-то совсем близко. Лес рядом с внешней линией. Технические уровни. Собаки.</p><p>Он поднял глаза.</p><p>— И магия, которую Микаэль почувствовал там.</p><p>Я кивнул.</p><p>— И Моник.</p><p>— Да.</p><p>Несколько секунд мы молчали. Её имя повисло между нами тяжелее любого груза.</p><p>Натаниэль выдохнул и снова посмотрел на стол.</p><p>— У нас есть разведка, живое подтверждение, что они там.</p><p>Он постучал пальцем по карте.</p><p>— Осталось решить, как именно туда попасть.</p><p>Я провёл ладонью по лицу, задержав её на глазах.</p><p>— Лобовая атака — самоубийство.</p><p>— Согласен. Если они так плотно держат периметр, мы потеряем людей ещё до входа.</p><p>— Если у них есть магия, значит, они знают, с кем имеют дело.</p><p>Натаниэль задержал палец на линии периметра.</p><p>— В любом случаи они будут ждать.</p></section><section><title><p>Глава 41. Побег</p></title><p>Моник</p><p>Меня привели обратно в комнату глубокой ночью.</p><p>Я плохо помнила дорогу. После леса всё смешалось: крики, выстрелы, лай собак, грязь под ногами, мокрые ветви, свет прожекторов, который метался между деревьями, и Джонни — бледный, окровавленный, почти безжизненный, исчезающий в руках людей Микаэля. Его унесли. Я видела это уже издалека, пока меня тащили назад, пока Кайр удерживал меня за плечи и не давал рвануть следом.</p><p>Сначала я билась. Царапалась, пыталась вырваться, кричала его имя так долго, что голос сорвался. Но потом поняла страшное: если продолжу мешать, попытаюсь броситься к брату и заставлю людей Микаэля обернуться на меня, Джонни могут не успеть вынести. Его могли добить. Потерять в перестрелке. Случайная пуля, чужая рука, секунда промедления — и всё.</p><p>Поэтому я перестала вырываться. Я не сдалась. Просто впервые за всё это время выбирать пришлось между собственной свободой и его жизнью.</p><p>Когда дверь моей комнаты открылась, я почти не чувствовала ног. Одежда была в грязи, волосы липли к влажному лицу, на руках остались следы крови — его крови. Я смотрела на свои пальцы и всё ещё ощущала её тепло, хотя она уже подсохла на коже, а его давно не было рядом. Теперь я даже не знала, дышит ли он.</p><p>Кайр втолкнул меня внутрь не грубо, но достаточно твёрдо, чтобы я сделала несколько шагов и остановилась посреди комнаты. Вошёл следом. За спиной закрылась дверь, щёлкнул замок.</p><p>— Уходи, — сказала я хрипло, не оборачиваясь.</p><p>Но он остался. Я слышала его дыхание и ждала, когда он наконец уйдёт. После леса в нём будто что-то изменилось, но мне было всё равно. Он удержал меня, не дал уйти с братом. Он вернул меня в эту клетку.</p><p>— Его забрали живым, — тихо сказал Кайр.</p><p>Я резко обернулась.</p><p>— Не смей… говорить мне это.</p><p>Он смотрел на меня устало, но в глазах всё ещё горело то странное, больное чувство, которое пугало меня сильнее злости.</p><p>— Но я видел, Моник. Он дышал.</p><p>— Ты не знаешь.</p><p>— Знаю.</p><p>— Ты ничего не знаешь! — голос сорвался. — Вы все ничего не знаете, кроме того, как ломать, калечить, держать на цепи и называть это своим чёртовым порядком!</p><p>Кайр сделал шаг ко мне. Я сразу отступила.</p><p>— Не подходи.</p><p>Он остановился. Руки остались чуть приподнятыми, словно он собирался схватить меня, но передумал.</p><p>— Моник…</p><p>— Не произноси моё имя так.</p><p>Он сжал челюсть.</p><p>Несколько секунд мы смотрели друг на друга. Я была почти уверена, что он развернётся и уйдёт, как уже делал после подобных разговоров. Но вместо этого Кайр вдруг шагнул ближе и резко притянул меня к себе.</p><p>Я не сразу поняла, что происходит. Он обнял меня — крепко, почти болезненно, прижимая к себе так, будто пытался закрыть от всего, что сам же помог создать. Его руки легли на мою спину, на плечи, и от прикосновения меня передёрнуло сильнее, чем от холода. Я упёрлась в него ладонями, оставляя между нами хоть немного места, но он только теснее сомкнул объятия.</p><p>— Отпусти, — прошипела я.</p><p>Он не шевельнулся.</p><p>— Ты дрожишь.</p><p>— Потому что меня тошнит от тебя.</p><p>Кайр замер.</p><p>Я ударила его ладонями в грудь и оттолкнула изо всех сил. Он не ожидал этого и отступил на шаг. Я сразу вытерла руки о ткань брюк, будто могла стереть само ощущение его прикосновения.</p><p>— Не трогай меня, — сказала я. — Никогда.</p><p>Он долго смотрел на меня. И в этот раз не улыбался.</p><p>— Я хотел помочь.</p><p>От этих слов во мне что-то вспыхнуло. Горячее, злое, почти живое.</p><p>— Помочь? — я тихо рассмеялась, но смех вышел сломанным. — Ты держал меня, пока моего брата резали в лесу. Ты вернул меня сюда, стоишь в моей комнате и считаешь, что можешь меня обнимать, потому что тебе вдруг стало жалко? Я ненавижу вас. Всех вас.</p><p>Глаза защипало, но я не позволила слезам сорваться.</p><p>— Ненавижу…</p><p>Кайр едва заметно вздрогнул. Он стоял напротив, мокрый, грязный, с пятнами крови на рукаве. Приоткрыл рот, но так ничего и не сказал. В итоге медленно выдохнул и отступил к двери.</p><p>— Отдохни.</p><p>Я усмехнулась.</p><p>— Конечно. Отличная идея.</p><p>Он задержался у порога.</p><p>— Будь умной, научись молчать.</p><p>Я посмотрела на него так холодно, как только смогла.</p><p>— Если ты не дурак, то больше никогда не войдёшь в эту комнату.</p><p>В его глазах на секунду мелькнуло что-то тёмное. Но он всё же вышел. Дверь закрылась. Ключ провернулся в замке.</p><p>А я, как обычно, осталась одна.</p><p>Только тогда силы ушли окончательно. Я опустилась на край кровати, потом медленно сползла ниже, обхватив себя руками. Комната плыла перед глазами. Внутри было пусто и холодно, но я цеплялась за одну мысль: Джонни забрали. А значит, он мог быть жив. Его могли спасти. Дерек мог узнать.</p><p>Я осторожно положила ладонь на живот.</p><p>— Они найдут нас, — прошептала я едва слышно.</p><p>Я ещё не знала, было ли кому меня слышать. Но слово «нас» вырвалось само, и от него к горлу подступили слёзы.</p><p>Я легла, так и не сняв одежду. Закрыла глаза, чувствуя, как тело дрожит от холода и усталости. Передо мной снова оказался лес, но теперь я старалась удержать в памяти только одно: руки, подхватившие Джонни и унёсшие его оттуда. У брата появилась возможность выжить. С этой мыслью я и уснула.</p><p>Я не знала, сколько проспала — час, может, больше. После всего кошмара время будто потеряло смысл.</p><p>Проснулась я от странного чувства. Сначала даже не поняла, что именно выдернуло меня из сна. База никогда не спала полностью. Где-то хлопали двери, кто-то проходил по коридору, иногда скрипели тележки, переговаривалась охрана, лаяли собаки, гудели генераторы. За эти дни я привыкла к этому фону настолько, что почти перестала различать отдельные звуки.</p><p>Теперь за дверью никто не ходил. Не было слышно ни голосов, ни привычного скрипа подошв. Только издалека доносился низкий гул, и я никак не могла понять, что изменилось.</p><p>Я медленно поднялась на локтях. Тело отозвалось тупой болью. Подсохшая ткань стянула кожу на боку, а пальцы, которыми я упёрлась в матрас, плохо сгибались.</p></section><section><title><p>Глава 42 Чутьё</p></title><p>Дерек</p><p>Мне понадобилось время.</p><p>Не для того, чтобы принять решение. Оно было принято давно, ещё в ту секунду, когда я понял, что она находится где-то здесь, в этом городе, за чужими стенами. План был простым: я найду её. Заберу. И уничтожу каждого, кто посмел превратить её страх, кровь или жизнь в часть своего безумного обряда.</p><p>Но после запаха крови и лекарств, который всё ещё стоял в носу, мне нужно было выйти.</p><p>Иначе я бы сорвался.</p><p>Я тихо прикрыл дверь кабинета за спиной. Охрана у входа напряглась, ожидая приказа.</p><p>— Буду снаружи. Если понадоблюсь — зовите.</p><p>За дверью оставались приглушённые голоса и холодный свет ламп над столом. Штаб работал: одни переносили на схему всё, что успел заметить Микаэль, другие проверяли оружие и готовились к штурму. Подготовка продолжалась, и сейчас я мог отойти хотя бы на несколько минут.</p><p>Ночной воздух ударил в лицо. Холодный. Чистый.</p><p>После стен он показался почти болезненным. Я медленно вдохнул, чувствуя сырость, запах асфальта, металла и далёкого дождя. Не лес. Не дом. Не её.</p><p>Просто чужой осенний город.</p><p>Я двинулся вперёд, не собираясь уходить дальше соседнего квартала.</p><p>Улицы были почти пустыми. Где-то горели редкие окна, на перекрёстке лениво мигал жёлтый сигнал светофора, ветер гнал по асфальту сухие листья и мелкий мусор. Старые кирпичные здания стояли вдоль дороги тёмными прямоугольниками, узкие переулки уходили в глубину квартала, а редкие фонари разрезали темноту мутными жёлтыми пятнами.</p><p>Я шёл без цели. Просто вперёд. Шаг за шагом.</p><p>Каждый вдох всё ещё отдавался в груди тяжестью. Перед глазами всплывало лицо Джонни: бледное, разбитое, упрямое даже на грани сознания. Его голос, сорванный болью. Обрывки слов. И то, что добавил Микаэль.</p><p>О ней.</p><p>Я свернул за угол и остановился у старой железной ограды. Металл был холодным и влажным. Упёрся в него ладонями, опустил голову и несколько секунд просто стоял, пытаясь удержать себя на месте.</p><p>Внутри меня всё горело. Я чувствовал это буквально.</p><p>Волк ворочался под кожей, как зверь, запертый в тесной клетке. Он требовал движения, крови, идти сейчас, немедленно, без разведки, ожидания и осторожности. Пройти через город, найти её запах, разорвать каждого, кто встанет между нами, и вытащить её из их логова.</p><p>Я закрыл глаза.</p><p>— Спокойно, просто прогулка, — выдохнул я.</p><p>Но волк не слушал.</p><p>Он чувствовал её. Не так, как раньше, когда она была рядом и сама кровь отзывалась на её присутствие. Сейчас это было иначе. Далеко. Глухо. Почти неуловимо. Как боль от старой раны, которая ноет перед бурей. Этот отклик не давал направления, не помогал найти дорогу. Только подтверждал: она была где-то здесь. В этом городе. Живая. Испуганная. Упрямая. Моя.</p><p>И это сводило с ума.</p><p>Я поднял голову и посмотрел на тёмное небо. Город казался слишком спокойным для того, что происходило под его кожей. Где-то в этих кварталах люди спали, смеялись в барах, возвращались домой, целовались у крыльца, спорили из-за мелочей и не понимали, что рядом с ними уже началась война. Не знали о Красной Стреле, человеке, который стоял за всем этим, вратах, которые могли оказаться концом. И девушке, которая оказалась в этой мясорубке лишь потому, что была особенной.</p><p>Я сжал зубы.</p><p>Мне нужна была не ярость. Мне нужен был чёткий план.</p><p>Именно поэтому я стоял на холодной улице, а не ломал первую попавшуюся дверь. Потому что если я ошибусь, она заплатит за мою ошибку.</p><p>Эта мысль удержала сильнее любых приказов.</p><p>Я оттолкнулся от ограды и прошёл ещё несколько метров. У бордюра дрожал бумажный обрывок, зацепившийся за ветку. Впереди заканчивался ряд припаркованных машин, открывая вид на противоположную сторону улицы.</p><p>Я остановился прямо посреди дороги.</p><p>И увидел их.</p><p>Мотоциклы стояли чёрным рядом у стены, будто тени, вырезанные из темноты. Тяжёлые машины с широкими колёсами, низкими силуэтами и тусклым металлом, который едва отражал свет фонарей. Они не появились с рёвом, выехав из-за угла и пытаясь окружить меня. Они уже были здесь.</p><p>Ждали.</p><p>Пять. Нет. Шесть.</p><p>Фигуры на них сидели неподвижно. Тёмные шлемы. Такие же куртки. Перчатки. Никаких знаков, нашивок, символов или цвета. Ничего, за что можно было бы зацепиться и понять, к кому они принадлежали.</p><p>Но эту манеру держаться я уже видел. На дороге. Собранные. Уверенные в том, что их присутствие уже говорит достаточно.</p><p>Я сделал шаг вперёд. Моторы молчали. Только ветер скользил по пустой улице. И принёс запах.</p><p>Чужой, но знакомый на уровне крови. Сильный. Глубокий. Старый. Не как у моих людей. Не из тех кланов, с которыми мы пересекались. И точно не человеческий.</p><p>Волк внутри меня тихо шевельнулся. Не рычал бросаясь вперёд. Только поднял голову, настороженно прислушиваясь.</p><p>Я сделал ещё шаг.</p><p>— Не меня ищете? — сказал я.</p><p>Никто не ответил.</p><p>Молчание растянулось между нами, как натянутая проволока. Я чувствовал их взгляды даже через шлемы. Шесть фигур. Шесть мотоциклов. Даже в неподвижности ощущалось что-то общее, стайное.</p><p>Потом один из байкеров медленно выкатил мотоцикл вперёд. Не заводя двигатель, оттолкнулся ботинками от асфальта, приблизился на несколько метров и остановился впереди остальных. Между нами оставалось не больше десяти шагов. Тёмный визор был направлен прямо на меня.</p><p>Мы смотрели друг на друга.</p><p>В этом не было открытой вражды. Но и миром это назвать не получалось. Скорее признание двух хищников на одной территории, где ни один пока не нанёс первого удара. Я чувствовал, что они знают, кто я. Не по лицу или имени. По тому, как волк во мне отвечал на их присутствие.</p><p>— Вы следите за нами с самого первого дня.— сказал я. — На дороги. У штаба. Теперь здесь.</p><p>Байкер молчал.</p><p>— Хотите говорить — говорите.</p><p>Ответа снова не было.</p><p>Я уже открыл рот, собираясь добавить что-то жёстче, но в следующую секунду двигатель взревел. Звук ударил по пустой улице, отразился от стен и разорвал ночь. Байкер резко повернул руль и рванул мимо меня.</p></section><section><title><p>Глава 43. Предупреждение</p></title><p>Моник</p><p>Дверь тихо скрипнула.</p><p>Я подняла голову не сразу. После того, как Кайр вернул меня и Магнус холодно объявил, что теперь всё будет иначе, любой звук с той стороны стал похож на приговор. Пока меня снова заперли в комнате, но приказ о клетке никто не отменял. Я ждала, когда за мной придут.</p><p>За стеной люди таскали ящики, снимали оборудование, переговаривались короткими фразами и готовили базу к переезду. Я слышала это даже отсюда: глухой стук, скрип металла, шаги, приглушённые команды, рокот двигателей где-то далеко.</p><p>Они собирались уехать. А значит, время заканчивалось.</p><p>Проём стал шире. Лилиан вошла осторожно, словно боялась разбудить кого-то, хотя в комнате, кроме меня, никого не было. Она выглядела уставшей. Бледной, с тёмными кругами под глазами, с волосами, собранными не так аккуратно, как обычно. В её руках не было ни еды, ни бинтов, ни воды. И почему-то именно это сразу насторожило меня сильнее всего.</p><p>Она закрыла дверь за собой и задержалась у стены. Оглядела мою кровать, стол. Когда наконец посмотрела на меня, я заметила, как плотно сжаты её губы. Лилиан будто хотела сказать что-то важное, пока не передумала, но никак не решалась.</p><p>— Тебе пора собираться, — тихо сказала она.</p><p>Я не ответила.</p><p>Собираться. Странное слово для пленницы. Что мне было собирать? Грязную одежду, страх, остатки сил, собственное тело, которое уже не слушалось так, как раньше? Браслеты на запястьях? Мысли о брате, которого увезли люди Микаэля, и о Дереке, который теперь должен был знать, где меня искать?</p><p>Лилиан подошла ближе и опустилась рядом со мной на край кровати. Мы несколько секунд молчали. Потом её рука неожиданно коснулась моей ладони. Тёплая. Живая.</p><p>Это было странно после всего, что происходило в этом месте. Здесь прикосновения почти всегда означали контроль: Кайр удерживал, охранники тащили, Магнус направлял, браслеты сжимали запястья. А рука Лилиан едва заметно дрожала, и в этом жесте было больше правды, чем во всех её спокойных словах за последние дни.</p><p>— Мы уезжаем, — сказала она.</p><p>Я подняла глаза.</p><p>— Куда?</p><p>— Не знаю. Отец сказал готовиться. Значит, они будут перевозить базу.</p><p>Её слова подтвердили то, что я поняла ещё при возвращении из леса. Они уходили. База больше не была безопасной. Они знали, что Дерек придёт, и торопились увезти меня прежде, чем он доберётся сюда.</p><p>Он мог опоздать. Но сама мысль о том, что Магнус вынужден отступать, всё равно давала надежду. Опасную, почти болезненную.</p><p>Лилиан сжала мою ладонь чуть сильнее.</p><p>— Я пришла предупредить тебя.</p><p>Я медленно вдохнула.</p><p>— О чём?</p><p>Она опустила взгляд на наши руки. Большой палец скользнул по моим костяшкам и остановился.</p><p>— После обряда… — наконец произнесла она. — Ты погибнешь.</p><p>Слова прозвучали тихо и буднично, отчего стали только страшнее.</p><p>Я уже подозревала. После книги, зала с зеркалом, слов Магнуса о крови и долге трудно было верить, что меня собираются просто потом отпустить. Но одно дело — чувствовать это кожей, совсем другое — услышать вслух от человека, который не мало здесь знал.</p><p>— Ты так уверена? — спросила я.</p><p>Лилиан встретила мой взгляд.</p><p>— Да.</p><p>Она коснулась подбородка костяшками пальцев, собираясь с мыслями.</p><p>— Я видела записи. Не все. Только часть. Но достаточно, чтобы понять.</p><p>Она сглотнула.</p><p>— Маг-проводник открывает путь собой. Кровью, силой, жизнью. Это не дверь, которую можно просто приоткрыть и закрыть обратно.</p><p>Браслеты на запястьях словно стали тяжелее.</p><p>— Проводник, — тихо повторила я.</p><p>Как удобно. Одно слово — и за ним уже можно не видеть человека. Женщину, которая хочет жить. Только средство соединить их мир с тем, что ждало за зеркалом.</p><p>Лилиан кивнула.</p><p>— Отец говорит иначе. Всегда говорит иначе. Что всё можно контролировать, древние записи неполные и он знает больше. Но в том, что я прочла, для тебя всё заканчивается одинаково</p><p>Она крепче стиснула мою руку. На этот раз попытки смягчить правду в её голосе уже не было.</p><p>— Смерть.</p><p>Комната словно сузилась.</p><p>Я сидела неподвижно. Воздух стал густым, тяжёлым, как перед грозой. Где-то за стеной продолжали ходить люди, двигать ящики, готовить машины. Жизнь базы шла дальше, будто только что мне не вынесли смертный приговор.</p><p>Моя свободная ладонь сама легла на живот. Инстинктивное, защитное движение — словно та возможная маленькая жизнь уже изменила меня больше, чем я могла признать.</p><p>Лилиан заметила.</p><p>— Что с тобой?</p><p>Я медленно подняла на неё глаза.</p><p>Сказать это вслух было страшнее, чем думать. Пока мысль жила только внутри меня, она оставалась догадкой, чем-то, что можно было отложить до момента, когда будет безопасно. Но здесь безопасности не было. И, возможно, уже не будет.</p><p>— Похоже… — голос на секунду дрогнул. — Похоже, я беременна.</p><p>Лилиан застыла. Смотрела на меня, будто ждала, что я скажу что-нибудь ещё. Потом тихо выдохнула.</p><p>— Я так и думала.</p><p>— Что? Ты знала?</p><p>— Нет. Подозревала.</p><p>Она отвела взгляд.</p><p>— Тебя тошнило. Ты спала больше обычного. Иногда тебе было плохо от запахов. Я видела это. Просто не хотела спрашивать.</p><p>— Почему?</p><p>Лилиан горько усмехнулась.</p><p>— Потому что если бы я спросила, это стало бы реальным.</p><p>Я смотрела на неё и понимала: она боялась услышать подтверждение. Думала о том, что эта правда может значить для Магнуса. Для обряда. Для ребёнка, который, возможно, уже был частью всего этого кошмара, ещё даже не успев родиться.</p><p>— Тогда ты понимаешь, — тихо сказала я, — почему я должна выбраться отсюда.</p><p>Лилиан закрыла глаза.</p><p>— Знаю.</p><p>Её пальцы крепче обхватили мои.</p><p>— Но я не могу помочь тебе.</p><p>— Почему?</p><p>— Потому что если отец узнает… он убьёт меня.</p><p>Голос был спокойным. Но в нём была такая усталость, что я на секунду забыла о злости.</p></section><section><title><p>Глава 44. Шанс</p></title><p>Моник</p><p>Меня всё же заперли в клетке. Я просидела там несколько часов, думая о том, что именно здесь могли держать моего брата до того, как устроили на него охоту. Полтора метра в длину и столько же в ширину. Решётки по бокам, дерево и металл, покрытые неизвестными мне письменами и знаками. Тесный карцер, в котором даже вытянуть ноги было невозможно.</p><p>Я сидела, прижав колени к груди, и пыталась устроиться так, чтобы тело болело меньше. Ноги затекли, грязная одежда прилипла к коже. Мне так и не дали помыться. Здесь пахло мочой и засохшей кровью, и с каждым вдохом тошнота становилась сильнее. Я держалась, сглатывала, старалась дышать неглубоко, но к горлу всё равно подступал липкий ком.</p><p>Казалось, меня оставили здесь навсегда. Я уже перестала надеяться, что обо мне вспомнят, когда услышала шаги, а следом — скрежет ключа в замке. С трудом подняла голову и сквозь мутную пелену различила лицо Кайра.</p><p>Он нагнулся, подхватил меня под спину и колени и осторожно вытащил наружу. Ноги пронзило болью. Я слабо дёрнулась и уткнулась лбом в его плечо — удерживать голову больше не было сил. Веки опустились, и открыть глаза снова я уже не смогла.</p><p>Кайр убрал с моего лица спутанные волосы. Его пальцы задержались на щеке.</p><p>— Я заберу тебя отсюда, — произнёс он почти шёпотом.</p><p>Дальше всё словно расплылось. Но ещё какое-то время я различала сладковато-пряный запах и чувствовала сквозь одежду жар его тела.</p><p>Очнулась я на кровати в своей комнате. Рядом не кого не было. Сколько я проспала, понять не могла.</p><p>За дверью раздавались шаги — быстрые, резкие, слишком частые для обычной смены охраны. Потом где-то в коридоре глухо ударили ящики, металл скрежетнул о бетон, кто-то коротко выругался. Почти сразу прозвучал приказ — тихий и жёсткий. Слов я не разобрала, только обрывок: Четыре двадцать. До шести надо успеть.</p><p>Это было не привычное движение. Не тот распорядок, к которому я успела привыкнуть за время плена. Теперь люди торопились. Проходили мимо, возвращались, снова что-то тащили к выходу.</p><p>На краю постели лежали спортивные брюки и ветровка. Я медленно переоделась, с трудом сгибая затёкшие ноги. Сон немного помог, но стоило подняться, как перед глазами поплыло. Пришлось переждать, держась за спинку кровати.</p><p>Сборы продолжались. Я подошла к двери и прислушалась. Время от времени кто-нибудь останавливался с другой стороны, но замок оставался неподвижным.</p><p>После разговора с Лилиан я знала слишком много, чтобы успокаивать себя. Меня собираются перевезти, и помочь уже никто не сможет. А если они узнают о ребёнке, всё станет ещё хуже.</p><p>Кроме неё, о моём подозрении никто не знал. Пока это оставалось единственным, что я могла от них скрыть.</p><p>Замок резко щёлкнул. Дверь открылась.</p><p>На пороге стоял охранник. Лицо каменное, глаза безразличные, в руках винтовка. За его спиной маячил второй.</p><p>— Выходи, — коротко бросил он.</p><p>Я не стала спрашивать куда. Ответ всё равно никто бы мне не дал. Молча вышла в коридор.</p><p>Вдоль стен стояли металлические ящики с замками и наклейками без подписей. Оружие укладывали в длинные кейсы. Один из мужчин снимал камеру с крепления, другой придерживал лестницу. Дальше по коридору двое тащили коробку с проводами и оборудованием. Лица у всех были напряжённые, но никто не метался в поисках указаний. Каждый знал, что делать.</p><p>Возможно, такой отъезд предусмотрели заранее.</p><p>Я шла между двумя охранниками, стараясь смотреть по сторонам так, будто просто боюсь, а не запоминаю. Лестница. Поворот. Двое у стены. Открытая дверь справа. Контейнеры. Люди с оружием. Тёмные сумки. Всё могло пригодиться, если появится возможность.</p><p>Меня вывели во двор. Я жадно вдохнула холодный воздух. После душного коридора тошнота немного отступила.</p><p>Небо было тёмным, низким, без звёзд. Лес за периметром стоял плотной стеной. На площадке перед зданием ждали шесть фургонов.</p><p>Двигатели работали, глухо рыча в ночи. Выхлоп стелился по мокрой земле серыми облаками. Один фургон уже был почти заполнен; двое мужчин закрыли заднюю дверь с металлическим хлопком. У другого стоял Марк, лениво наблюдая за погрузкой. Его лицо после лесной охоты казалось мне ещё отвратительнее. Я смотрела на него и вспоминала арбалет и кровь брата.</p><p>На шее у него виднелись царапины, наполовину скрытые пластырем. Я с мрачным удовлетворением отметила: хоть что-то у меня получилось.</p><p>Пришлось заставить себя отвернуться.</p><p>Магнус стоял у одной из машин. Мужчина с рацией подошёл к нему, что-то спросил и, получив короткий ответ, поспешил к соседнему фургону. Следом появился другой. Магнус выслушал его, указал в сторону здания и продолжил наблюдать за погрузкой.</p><p>Охранники остановились рядом со мной. Я пыталась понять, может ли этот переезд стать моим шансом.</p><p>Будет дорога. Остановки. Открытые двери. Возможно, хоть одна секунда, когда кто-то отвлечётся. После клетки даже такая призрачная возможность казалась спасением.</p><p>В этот момент из здания вышли несколько человек. Они несли тяжёлый металлический контейнер — большой, длинный, закрытый со всех сторон, с усиленными креплениями по углам. На ступенях замедлились, осторожно перехватили его и спустились во двор.</p><p>По размерам внутри могло поместиться зеркало.</p><p>От этой мысли у меня похолодели руки. Я следила за контейнером, ожидая, что его погрузят в один из фургонов. Но люди свернули в другую сторону — к старому входу в подвал.</p><p>Тяжёлая металлическая дверь там уже была открыта. Возле неё стояли двое охранников, ещё один придерживал створку. Контейнер внесли внутрь. Несколько секунд спустя дверь закрылась. Медленно. Глухо. Как крышка.</p><p>Если там действительно зеркало, почему его оставляют?</p><p>Я перевела взгляд на машины, потом снова на подвальный вход. Фургоны уедут, часть людей и оборудования исчезнет. Но что останется здесь? И кто?</p><p>Может быть, они рассчитывали, что кланы примут опустевший двор за признак бегства. Войдут внутрь, решив, что опоздали. А там их будут ждать.</p></section><section><title><p>Глава 45. Волк</p></title><p>Моник</p><p>Я не заметила, как уснула.</p><p>Наверное, усталость просто выключила меня. Тело дрожало от холода, спина ныла от жёсткого пола, ноги гудели после бега, а мысли путались, как оборванные нити. Сон был рваным, тревожным. Я всё время просыпалась на секунды, прислушиваясь к лесу за стенами, и снова проваливалась в темноту, не успевая понять, что из увиденного было реальным.</p><p>Только холод подо мной, серый свет из окон и тишина — такая плотная, что в ней было слышно моё собственное дыхание. Потом появились шаги: медленные, тяжёлые, знакомые настолько, что сердце сорвалось раньше, чем я успела испугаться.</p><p>Я подняла голову — и увидела Дерека в дверном проёме.</p><p>Несколько секунд я не могла пошевелиться. Просто смотрела на него и боялась моргнуть, потому что если это снова сон, если усталость решила добить меня надеждой, то одного движения хватит, чтобы всё исчезло.</p><p>Но он не исчез.</p><p>Он вошёл внутрь, опустился передо мной на колени и коснулся моего лица — осторожно, почти невесомо, так, как касался только он. Будто я не была сломанной, грязной и испуганной. Будто я всё ещё была его Моник.</p><p>— Я нашёл тебя, — сказал он тихо.</p><p>Я хотела ответить, но голос не слушался. Губы дрогнули, а произнести его имя так и не получилось.</p><p>Он коснулся пальцами подбородка, нежно поднял моё лицо к себе.</p><p>— Слышишь меня? — Его голос стал ниже. — Я не отпущу тебя.</p><p>Горло сжалось.</p><p>— Я так устала, — прошептала я. — Я больше не могу.</p><p>Дерек посмотрел на меня так, будто сама мысль об этом была невозможна.</p><p>— Нет… Ты забыла? Волк не может без своей Луны, — сказал он. — А я без тебя.</p><p>Он наклонился и коснулся губами моего лба. Потом виска. Потом уголка губ — бережно, будто боялся причинить боль.</p><p>— Держись, — прошептал он. — Я рядом.</p><p>Я всхлипнула и потянулась к нему, но его тепло вдруг начало исчезать. Пальцы, державшие мой подбородок, растворились первыми. Потом голос. Потом запах.</p><p>Осталось только дыхание. Тёплое. Совсем рядом.</p><p>Сначала я приняла его за продолжение сна. Но потом что-то влажное коснулось моей руки.</p><p>Я резко открыла глаза и вскрикнула.</p><p>Передо мной стоял зверь.</p><p>Огромный. Чёрный.</p><p>Настолько большой, что первое мгновение мозг просто отказался принимать увиденное. Он был выше любого волка, которого я когда-либо видела. Широкая грудь, мощные лапы, густая тёмная шерсть, почти сливающаяся с тенью. От моего крика он отступил на шаг и остановился. Всё ещё слишком близко, чтобы я успела убежать.</p><p>Я зажала рот ладонью.</p><p>Он не сводил с меня взгляда. Его глаза светились в полумраке странным холодным янтарём с золотыми искрами. В них мерцал слабый отсвет рассвета.</p><p>Страх сковал тело. Я сидела на полу, прижавшись спиной к стене, и с трудом втягивала воздух. Медленно опустила ладонь на живот.</p><p>Волк сделал шаг. Под его лапой тихо скрипнул старый пол.</p><p>Он наклонил голову, опуская морду почти до уровня моей груди. Ноздри дрогнули — он вдыхал мой запах. Медленно. Внимательно. Скорее как тот, кто проверяет, действительно ли нашёл то, что искал.</p><p>Когда на его шерсть упал слабый свет из выбитого окна, в глубине проступила серебристая проседь.</p><p>Он остановился. Я чувствовала дыхание на коже и боялась даже отвести руку.</p><p>В голове мелькнула одна мысль: это конец.</p><p>Но зверь продолжал рассматривать меня, и от этого становилось лишь тревожнее. Я не понимала, что именно привлекло его внимание. Он смотрел так, будто видел во мне что-то, о чём я сама ещё не знала. Его взгляд задержался на моём лице, потом опустился ниже — к рукам, к браслетам.</p><p>Уши чуть дрогнули. Я вжалась в стену, ожидая броска.</p><p>Вместо этого он медленно опустил голову ещё ниже. В движении была осторожность, странная сдержанность. Затем снова посмотрел мне в глаза, и я почему-то не могла отвернуться.</p><p>В тишине раздался свист. Короткий. Чёткий. Где-то снаружи.</p><p>Волк мгновенно поднял голову, насторожил уши. Посмотрел в сторону двери, потом снова на меня и ещё мгновение медлил, будто запоминал. А потом развернулся, почти бесшумно прошёл к выходу и исчез за дверью.</p><p>Я осталась сидеть на полу.</p><p>Сердце колотилось так сильно, что, казалось, его слышно во всём здании. Я не могла отвести глаз от пустого дверного проёма и пыталась понять, что только что произошло.</p><p>Такие не существуют.</p><p>Это было больше похоже на чудовище. Или на гибрида, которому просто придали звериную форму. Я знала, как выглядит обычный волк. Я выросла в городе посреди леса, окна моего дома выходили прямо на деревья, и за свою жизнь видела достаточно диких зверей, чтобы понимать: передо мной стояло что-то другое.</p><p>Блейки носили в себе волчью кровь, но их зверь жил внутри. Символ. Тотем. Вроде второго «я», которое поднималось в них в минуты ярости, меняло взгляд, черты лица, голос, сам воздух вокруг, но не превращало тела в животных. А этот был реальным. Он коснулся моей руки, обнюхал её, разглядел браслеты. И ушёл на свист, словно кто-то снаружи позвал его.</p><p>Я ущипнула себя за запястье, хотя уже давно поняла: это не бред. Боль была настоящей. Холодный пол подо мной — тоже. За окнами медленно светлело, и вместе с темнотой исчезала последняя надежда списать всё на усталость или страх.</p><p>Я выдохнула и вдруг подумала, что хуже уже быть не может.</p><p>И, конечно, ошиблась.</p></section><section><title><p>Глава 46. Имена</p></title><p>Дерек</p><p>Призрак очнулся.</p><p>Об этом сообщил Ник, наш медик. Он вошёл сам, закрыл за собой дверь и посмотрел на меня так, будто заранее знал, какой вопрос я задам первым.</p><p>— Он в сознании, — сказал он. — Допрос устраивать нельзя. Но недолго поговорить можно. Обезболивающее держит, температура поднялась, но я её сбил.</p><p>Я помедлил, затем поднялся.</p><p>— Понял.</p><p>Больше ничего уточнять не стал. Просто прошёл мимо.</p><p>В медицинской комнате пахло кровью, лекарствами и влажной тканью. Лампа над койкой горела приглушённо, но даже в этом свете Джонни выглядел мертвенно бледным. Грудь под бинтами поднималась рвано, с усилием. К руке была подведена капельница. Под глазами залегли тёмные круги, губы пересохли, но когда я вошёл, он повернул голову. С трудом. И всё равно с тем самым упрямством, которое, видимо, не выбила даже почти смертельная рана.</p><p>— Альфа, — прохрипел он.</p><p>— Не дёргайся, — сказал я. — Лежи.</p><p>Он попытался усмехнуться, но вышел только короткий хрип.</p><p>— Пришёл ругаться?</p><p>Я остановился у койки.</p><p>— Хотел. Но Ник запретил.</p><p>На этот раз усмешка получилась чуть живее. Потом боль прошла по его лицу, и Джонни на секунду зажмурился. Я дождался, пока его дыхание выровняется, и только тогда сел на стул рядом.</p><p>Некоторое время мы молчали.</p><p>За стеной работал штаб: глухо переговаривались люди, трещали рации, по коридору торопливо шагали. Но здесь, рядом с койкой, всё будто стало уже. Я смотрел на человека, который дошёл до моей пары раньше меня.</p><p>— Почему ушёл один? — спросил я наконец.</p><p>Голос всё равно прозвучал жёстко.</p><p>Джонни не открыл глаз.</p><p>— Не стал терять время.</p><p>— Ты мог выйти на связь.</p><p>— Не мог.</p><p>— Мог.</p><p>Он повернул голову ко мне. Взгляд был мутным от лекарств, но злость в нём оставалась ясной.</p><p>— После взрыва связи почти не было. Телефон разбит. Люди вокруг горели. Кричали. Я видел, как её тащат к фургону.</p><p>У меня сжались пальцы.</p><p>— Моник?</p><p>Он кивнул едва заметно.</p><p>— Марк держал её на руках. Без сознания. Второй в маске помогал грузить.</p><p>Имя показалось знакомым.</p><p>— Марк?</p><p>— Новобранец, — выдохнул Джонни. — Из твоего отбора.</p><p>Я застыл.</p><p>Он сглотнул, поморщился и продолжил уже тише:</p><p>— Молодой. Наглый. Улыбался так, будто весь мир ему должен. Его потом записали в погибшие. После резни и пожара.</p><p>Память ударила не сразу. Сначала — зал, новые лица, проверка, чужие запахи, напряжение. Потом действительно всплыл парень: слишком уверенный, слишком спокойный для новичка, с этой мерзкой лёгкостью в лице, которую я тогда принял за браваду.</p><p>Я заставил себя выдохнуть.</p><p>Тот, кого мы посчитали мёртвым, оказался жив. И всё это время был не жертвой. Врагом.</p><p>Джонни заговорил снова:</p><p>— Это не просто группа. Семья. Кровь. Иерархия. Снаружи — охрана, водители, стрелки. Расходники. Внутри — свои.</p><p>— Значит Красная Стрела — это клан, — сказал я.</p><p>— Да.</p><p>Я больше не спрашивал про их порядок. Мне нужно было другое.</p><p>— Имена.</p><p>Он закашлялся.</p><p>Я взял стакан с водой и дождался, пока кашель отпустит.</p><p>— Глоток, — предупредил я.</p><p>Он потянулся к воде. Я поднёс стакан к его губам, позволил сделать несколько глотков и убрал. В ответ получил злой взгляд.</p><p>— Ещё.</p><p>— Потом.</p><p>Он откинул голову на подушку.</p><p>— Ты хуже врача.</p><p>— Продолжать можешь?</p><p>Он прикрыл глаза, собирая силы, затем кивнул.</p><p>Говорил он обрывками. Будто доставал из себя каждое слово отдельно.</p><p>— Я шёл за ними несколько месяцев. Следил. Ждал. Двигался на арендованных авто.</p><p>Разбитый телефон объяснял первые часы после взрыва. Но не все эти месяцы. Я хотел вернуться к вопросу о связи, однако Джонни уже с трудом удерживал нить разговора. Это могло подождать.</p><p>— Но ты нашёл.</p><p>— Я упрямый.</p><p>— Ты идиот.</p><p>— Тоже верно.</p><p>Я смотрел на него и впервые за всё время не мог решить, хочу ли ударить его или поблагодарить.</p><p>— Кто они?</p><p>Джонни открыл глаза.</p><p>— Магнус. Их главный.</p><p>Повторять не понадобилось. Имя и так врезалось.</p><p>— Марк — младший брат лидера, — продолжил Джонни. — Любит, когда на него смотрят. Думает, что жестокость — это спектакль.</p><p>Перед глазами вспыхнуло лицо Моник. Её страх. То, как её могли заставить смотреть на смерть собственного брата в лесу.</p><p>Я сжал челюсть.</p><p>Джонни запнулся. Не словами — взглядом. Будто имя Марка что-то напомнило ему. Потом моргнул и продолжил:</p><p>— Кайр — средний.</p><p>Я поднял голову.</p><p>— Не такой шумный, как Марк. Хуже.</p><p>— Почему?</p><p>— Потому что не играет.</p><p>Он замолчал так надолго, что я решил — его снова уносит. Но Джонни всё-таки выдохнул:</p><p>— Лилиан.</p><p>Я заставил себя вернуться к нему.</p><p>— Девушка?</p><p>— Да. Дочь лидера. Единственная, кажется. Смотрит так, будто всё просчитала заранее. Опасная. Но не такая, как Марк.</p><p>Я молчал. Думал и запоминал.</p><p>— Что ещё?</p><p>На лице Джонни появилось отвращение.</p><p>— Магнус не считает себя злодеем, — прохрипел он. — В этом вся мерзость. Он уверен, что очищает мир от болезни. Что вы все — монстры, а он охотник за нечистью. Так он это называет. А Моник, по его словам, должна ему помочь. Я мог бы попытаться подыграть, сделать вид, что согласен, плясать под его дудку… но не смог. Слушать этот бред и притворяться, что верю.</p><p>— Помочь как?</p><p>Джонни сглотнул.</p><p>— Она для них проводник.</p><p>Я уже слышал это слово. От Микаэля. Из обрывков легенд. Из всего того старого дерьма, которое тянулось за нашими родами слишком долго. Но из уст Джонни оно прозвучало хуже всего.</p><p>Потому что теперь за этим стояли не легенды. А моя женщина.</p><p>— Не человек, — сказал он. — Не пленница. Инструмент.</p><p>Я вцепился пальцами в край стула.</p><p>— Кто тебе это сказал?</p><p>— Слышал. Не всё. Обрывки. Они говорят не при всех, но если долго сидеть в темноте и ждать, люди начинают думать, что стены глухие.</p></section><section><title><p>Глава 47. Дорога к ней</p></title><p>Дерек</p><p>Мы решили выдвигаться на северо-восток. Во время последних приготовлений мне нужно было выпустить пар, и я долбил мешок с песком в спортзале, пока не порвал ткань. Только это меня остановило.</p><p>Я прошёл в небольшую душевую, скинул одежду и встал под струи воды. Сбитые костяшки саднило, но мне было всё равно.</p><p>Я ждал. И мой зверь тоже.</p><p>Медлить больше было нельзя. Ладони упёрлись в стену, и на секунду показалось, что внутри всё стихло. Но нет. Мысли всё так же ходили по кругу.</p><p>Звонок мобильного пробивался сквозь шум воды, но я не сразу вернулся в себя. Вышел из душа, вытирая мокрые волосы, и машинально опустил взгляд на раковину.</p><p>Телефон завибрировал снова. Экран загорелся.</p><p>Натаниэль.</p><p>Он говорил быстро, но без паники. Несколько секунд я молча слушал, и с каждым его словом холод стен будто становился плотнее.</p><p>Я посмотрел в зеркало. Мокрые тёмные волосы, сдержанный взгляд, решимость. Всё остальное на секунду перестало иметь значение.</p><p>— Сейчас буду.</p><p>Я отключил вызов, оделся и через несколько минут уже шёл по коридору штаба.</p><p>Пахло кофе и влажным бетоном. После приказа готовиться никто, казалось, по-настоящему не спал. Люди двигались быстро, но без суеты. Все понимали: мы уже слишком близко, чтобы это утро закончилось спокойно.</p><p>В главной комнате Натаниэль и Микаэль сидели за столом, склонившись над планшетом. На нём уже появились новые пометки вокруг северо-восточного сектора и предполагаемых технических тоннелей. Себастьян стоял у стены с телефоном в руке, но не говорил. Скорее ожидал следующего звонка или пытался решить, какой из уже полученных ударов считать главным.</p><p>Все подняли головы, когда я вошёл и бросил телефон на стол.</p><p>— Что за перестрелка?</p><p>— Колонну машин атаковали, — сказал брат. — Несколько фургонов уничтожены. Есть погибшие.</p><p>Себастьян резко повернулся.</p><p>— Чьи фургоны?</p><p>— Красная Стрела, — ответил Натаниэль. — По предварительным сведениям.</p><p>В комнате повисла тишина. Я первым нарушил её:</p><p>— Кто напал?</p><p>Он покачал головой.</p><p>— Пока неизвестно.</p><p>Микаэль выдохнул и посмотрел на схему.</p><p>— Думаешь, они бегут?</p><p>Я не ответил сразу.</p><p>В голове складывалось слишком многое. Джонни видел базу. Микаэль забрал его. Стрела должна была понять, что место раскрыто. Если у них есть хоть немного мозгов, они не станут ждать, пока мы придём. Они начнут двигаться. Перевозить людей, оборудование, документы.</p><p>Возможно, Моник.</p><p>После последних событий я уже не исключал ничего.</p><p>— Они могли перевозить Моник, чтобы спрятать, — тихо сказал я.</p><p>Себастьян сжал челюсть.</p><p>— Чёрт.</p><p>Он уже поднял телефон.</p><p>— Попробую узнать подробности.</p><p>— Через кого? — спросил Натаниэль.</p><p>— Через человека, который видит трупы раньше отчётов.</p><p>Натаниэль поднял бровь.</p><p>Себастьян начал быстро набирать номер и отошёл к двери.</p><p>Мы ждали.</p><p>Каждая секунда тянулась мучительно долго. Я смотрел на экран планшета, но видел только дорогу, фургоны, выстрелы и Моник, которая могла оказаться где угодно: в бегах, снова в руках Стрелы или у тех, кто напал на колонну.</p><p>Надежда была опасной. Она поднималась резко, болезненно, и её приходилось держать за горло, чтобы не дать ей ослепить.</p><p>Через несколько минут Себастьян закончил разговор и повернулся к нам.</p><p>— Шон Уолкер, местный судмедэксперт.</p><p>— Доктор морг? — уточнил Натаниэль.</p><p>— Именно.</p><p>Себастьян сунул свободную руку в карман.</p><p>— Он работает с местной полицией. Его и вызвали на место перестрелки.</p><p>Я сделал шаг ближе.</p><p>— Что он сказал?</p><p>— Погибшие есть, — ответил Себастьян. — Все обнаруженные — мужчины. Часть тел обгорела, имена ещё устанавливают. Нескольких человек увезли живыми, но в тяжёлом состоянии.</p><p>Он сделал паузу.</p><p>— Женских тел не обнаружили.</p><p>Я почувствовал, как внутри что-то резко сжалось.</p><p>Натаниэль заговорил:</p><p>— Значит…</p><p>— Среди найденных погибших Моник нет, — отрезал я.</p><p>После всех его сомнений в том, что Моник жива, я уже заранее ждал худшего. Но напоминать ему об этом не стал. Не сейчас.</p><p>Микаэль снова посмотрел на схему.</p><p>— Может, она успела уйти.</p><p>— Или её забрали, — добавил Себастьян.</p><p>— Может, её вообще не было в колонне, — тихо сказал Натаниэль.</p><p>Я посмотрел на него. Он выдержал взгляд.</p><p>— Я знаю, что ты хочешь сорваться туда прямо сейчас. Я бы тоже сорвался. Но нам нужны все варианты.</p><p>— Варианты будут по дороге, — сказал я.</p><p>Себастьян убрал телефон в карман.</p><p>— Место перестрелки оцеплено, но лес вокруг толком не прочёсывали. Полиция пока занята машинами, телами и тем, как разобраться в случившемся, когда никто не хочет говорить правду. Район большой. Если кто-то выбрался из фургона и ушёл в лес, его могли не найти. Если она была в тех машинах…</p><p>Он не договорил. Но мысль была ясна.</p><p>Я представил Моник среди деревьев. Раненую, напуганную, одну. Как она выбирает дорогу в темноте, не зная, куда бежать и кто идёт следом.</p><p>Я уже натягивал куртку.</p><p>— Нужно проверить. Едем.</p><p>Натаниэль поднялся.</p><p>— Куда?</p><p>— На место перестрелки. Начнём оттуда.</p><p>Себастьян подошёл ближе.</p><p>— Я с вами.</p><p>Я посмотрел на него.</p><p>— А Стигварт?</p><p>Его лицо стало жёстче.</p><p>— Я уже поднял людей, его ищут. Шейн предупреждён. Особняк закрывают, охрану усиливают, дороги проверяют. Если он сунется к Сирен, его встретят раньше, чем он дойдёт до ворот.</p><p>Натаниэль хмыкнул.</p><p>— Люблю, когда к приезду родни готовятся с душой.</p><p>Себастьян бросил на него короткий злой взгляд.</p><p>— Что? — отозвался Натаниэль.</p><p>Микаэль развернул карту района перестрелки.</p><p>— Две машины. Без колонны. Чем меньше шума, тем лучше.</p><p>Я кивнул.</p><p>— Малик и Кай с нами. Остальные держат штаб и связь.</p><p>Микаэль указал на лесной участок возле трассы.</p></section><section><title><p>Глава 48. На шаг позади</p></title><p>Дерек</p><p>К тому времени, как мы добрались, уже совсем рассвело. Без солнца, без тепла — просто ночь отступила, оставив после себя серый утренний свет, в котором дорога и всё вокруг были видны до неприятной чёткости.</p><p>Место перестрелки выглядело так, будто здесь прошёл ураган.</p><p>Разбитый фургон лежал на боку у кювета, второй застыл поперёк дороги со смятым передом, третий был изрешечён пулями так плотно, что металл на борту напоминал рваную кожу. Стекло блестело на асфальте в свете наших фонарей. Чёрные следы от шин пересекали мокрую дорогу, уходили к обочине, снова возвращались, обрывались там, где машина, видимо, резко дёрнулась в сторону. Воздух всё ещё пах порохом, бензином, горелой резиной и кровью. Тел уже не было. Их увезли, но запах крови из мокрой земли так просто не вытравить.</p><p>У машин никого не осталось. Жёлтая лента болталась на ветру, зацепившись за ветки и край покорёженного кузова. Несколько меток на дороге обозначали места, где нашли тела и гильзы. Мы остановились за лентой, оглядывая разгромленную колонну.</p><p>Микаэль остался в штабе держать связь и координировать остальных.</p><p>Натаниэль прошёл вдоль дороги, остановился возле одного из фургонов и тихо хмыкнул.</p><p>— Улики забрали. Остальное бросили. Бардак.</p><p>Малик присел у колеи от шин и провёл пальцами по грязи.</p><p>— Всё как обычно.</p><p>Кай уже стоял у края леса, почти неподвижный, но я видел, как он осматривает землю, сломанные ветки, влажную траву и тёмные пятна, которые могли оказаться кровью или просто грязью. Себастьян держался чуть дальше, ближе к деревьям. Он не говорил, но выглядел собранным. После ночи, звонков по Стигварту и разговоров с Шейном он будто стал холоднее. Жёстче. Только глаза выдавали усталость.</p><p>Натаниэль присел у открытой двери одного из фургонов, заглянул внутрь и поморщился.</p><p>— Похоже, их заставили остановится.</p><p>— Ждали? — спросил я.</p><p>— Судя по всему. Слишком расчётливо для случайной засады.</p><p>Малик поднял голову:</p><p>— По мне, здесь просто устроили бойню.</p><p>Натаниэль покачал головой и указал на дорогу.</p><p>— Посмотри, как стоят фургоны. Они ломали колонну. Выбивали машины, заставляли людей Стрелы выйти наружу. Возможно, кому-то нужно было добраться до того, что внутри.</p><p>На секунду перед глазами возникли другие машины. Не эти. Те, с которых всё началось.</p><p>Я втянул воздух глубже.</p><p>Металл. Кровь. Порох. Горелая резина. Пот. Страх.</p><p>Но под этим всем было что-то ещё. Слабое, почти затёртое другими запахами, но я почувствовал его так резко, что внутри всё напряглось.</p><p>Я прищурился.</p><p>Влажная земля удерживала запахи. Там, за дорогой, среди листьев и деревьев, след мог сохраниться лучше.</p><p>— В лес.</p><p>Натаниэль кивнул.</p><p>— Полиция смотрит глазами.</p><p>Он постучал пальцем по носу.</p><p>— А мы — иначе.</p><p>Мы ушли между деревьями.</p><p>Лес был густым, холодным и мокрым. Земля ещё хранила отпечатки ночного боя: сломанные ветки, вдавленные в грязь следы ботинок, глубокие борозды от чьих-то рывков, примятая трава у кустов. На одном стволе темнела кровь, в другом застрял осколок металла. Ночь здесь закончилась, но само место всё ещё помнило крики, выстрелы и бег.</p><p>Малик шёл впереди, тяжёлый, собранный, как танк, который умеет быть осторожным ровно до первой необходимости. Кай двигался совсем иначе — почти бесшумно, на несколько шагов сбоку, то исчезая за стволом, то появляясь снова. Себастьян ушёл левее и вскоре растворился между деревьями. Натаниэль держался рядом.</p><p>Мы прошли метров пятьдесят, когда всё произошло.</p><p>Свист.</p><p>Я отклонился раньше, чем успел подумать. Стрела пролетела в сантиметре от лица и с глухим стуком вонзилась в ствол дерева за моей спиной.</p><p>— Засада! — рыкнул Малик.</p><p>Ещё один свист.</p><p>Натаниэль вскинул руку и перехватил летящую стрелу за древко. Для человека это выглядело бы невозможным. Для нас — редким, но объяснимым: иногда звериная кровь реагировала быстрее мысли.</p><p>На секунду даже лес будто замер от наглости этого движения. Натаниэль посмотрел на стрелу, хмыкнул и сломал древко двумя пальцами.</p><p>— Арбалеты, — сказал он. — Красиво.</p><p>— Не высовываться, — коротко бросил я.</p><p>Мы уже были за деревьями. Малик прижался к стволу, но по его лицу было видно: ему очень хочется выйти и закончить вопрос грубо, быстро и с треском костей.</p><p>— Да я сейчас их всех…</p><p>— Тормози, — спокойно сказал я.</p><p>Он повернул голову.</p><p>— Альфа…</p><p>— Иначе получишь стрелу между глаз.</p><p>Я кивнул в сторону чащи.</p><p>— Мы не знаем, кто это.</p><p>Ещё несколько стрел вонзились в деревья вокруг. Но теперь мы уже видели нападавших. Между стволами мелькнули фигуры. Несколько человек. Тёмная одежда, лёгкая броня, луки и арбалеты. Они двигались быстро, не задерживаясь на одном месте дольше пары секунд.</p><p>Выжившие из Красной Стрелы. Те, кто напал на колонну. Или ещё одна сила, о которой мы пока ничего не знали.</p><p>Сейчас это не имело значения. Они стояли между мной и тем, что вело меня дальше.</p><p>И среди них была девушка.</p><p>Она остановилась чуть впереди, на узком просвете между стволами. Чёрная ткань закрывала нижнюю половину лица. Видны были только глаза. Светло-зелёные. Холодные.</p><p>Она подняла лук, наложила стрелу и прицелилась в нас. Точно. Без сомнений.</p><p>Я уже собирался сместиться, когда заметил тень за её спиной.</p><p>Себастьян.</p><p>Чертовски бесшумный, как всегда. Даже я не сразу услышал его приближения. Змей. Этим всё сказано.</p><p>Он появился из-за дерева, подошёл вплотную и в тот момент, когда девушка натянула тетиву, перехватил запястье руки, державшей стрелу. Его пальцы сомкнулись твёрдо, удерживая её от выстрела.</p><p>Девушка резко дёрнулась, попыталась вывернуться. Свободной рукой Себастьян обхватил её поперёк тела, прижав к себе спиной. Его лицо оставалось спокойным, даже ленивым, как всегда в те моменты, когда он слишком уверен в контроле.</p></section><section><title><p>Глава 49. Чужие руки</p></title><p>Моник</p><p>Я долго сидела, прислонившись спиной к холодной стене.</p><p>Старое здание молчало вокруг меня так глубоко, будто давно уже перестало быть частью живого мира. Где-то под крышей поскрипывали балки, ветер проходил через выбитые окна, шевелил сухие листья на полу, а утренний свет, серый и слабый, расползался по стенам. Он не приносил тепла. Только вытаскивал из темноты всё то, что ночью пряталось: трещины в бетоне, следы грязи на полу, мою порванную куртку, дрожащие пальцы.</p><p>Мне казалось, зверь всё ещё где-то здесь — огромный, чёрный, с глазами, которые будто видели меня насквозь. Что он затаился поблизости и продолжает следить за мной.</p><p>Я провела ладонями по лицу и заставила себя дышать ровнее.</p><p>Хватит. Нужно двигаться.</p><p>Сидеть здесь — значит ждать, пока меня найдут. Люди Магнуса могли прочёсывать лес и идти сюда. Те, кто напал на колонну, тоже могли быть где-то рядом. А ещё эти байкеры: неподвижные, в тёмных шлемах, с тем странным вниманием к происходящему, от которого до сих пор холодело под кожей.</p><p>А вдруг Дерек уже ищет меня? Стоит уйти — и мы можем разминуться. От этой мысли я замерла.</p><p>Дерек. Его волк и умение находить след.</p><p>Я опустила взгляд на свою куртку. Ткань была грязной после леса, местами порванной — я цеплялась за ветки и ржавые гвозди. Ухватилась за край рукава и резко дёрнула. Материя треснула почти жалобно, и небольшой клочок остался у меня в руке.</p><p>Несколько секунд я просто смотрела на него. На этот жалкий обрывок, который вдруг стал надеждой. Почти просьбой.</p><p>— Найди меня… — прошептала я.</p><p>Слова едва сорвались с губ и затихли в пустой комнате.</p><p>Я положила ткань в угол, у ржавого края шкафа, рядом с тем местом, где сидела. Здесь мой запах должен был держаться сильнее. В пыли остался след, а холодная стена ещё, возможно, помнила тепло моего тела.</p><p>Если мой альфа придёт сюда, он поймёт.</p><p>Он должен понять.</p><p>Я осторожно поднялась. Ноги затекли, тело болело после ночи в клетке, бега и падения в перевернувшемся фургоне, но стоять я могла. Значит, нужно было идти. Ночью темнота хотя бы скрывала страх. Утро показывало, насколько я одна.</p><p>Я двинулась к выходу, но не к той двери, через которую пришла. Если кто-то пойдёт по следу, сначала проверит главный вход. Это было очевидно даже для меня — уставшей, замёрзшей и напуганной до онемения.</p><p>Я обошла здание изнутри, держась ближе к стенам. Пол под ногами местами проседал, под подошвой хрустело стекло, сухие листья цеплялись за край ботинка и шуршали так громко, будто специально пытались меня выдать. Я замирала после каждого звука, прислушивалась, считала удары собственного сердца и снова шла дальше. Узкий коридор вывел меня к комнате с провалившейся крышей. Оттуда тянуло сыростью и гнилым деревом. Сквозь дыру наверху падал свет, освещая обломки перекрытия. Пришлось обойти их, осторожно переступая через торчавшие доски.</p><p>Задняя дверь нашлась не сразу. Она была перекошена, наполовину сорвана с петель и почти сливалась со стеной, но ручка ещё держалась. Я остановилась перед ней, сжала губы и заставила себя не думать о том, что может ждать снаружи.</p><p>Лес. Дорога. Любой шанс уйти дальше.</p><p>Рука легла на ржавый металл. Я потянула дверь на себя. Петли протяжно простонали.</p><p>Лицо обдало влажным утренним воздухом — лесом, мокрой землёй и свободой, которая была так близко, что на секунду стало больно дышать.</p><p>Я сделала шаг наружу и сразу поняла, как ошиблась.</p><p>Поздно.</p><p>Кайр стоял прямо передо мной.</p><p>Прислонившись плечом к стене, будто ждал меня уже давно. Знал, что я не пойду через главный вход. И всё это время не искал — а слушал, как я сама иду к нему.</p><p>Серый утренний свет ложился на его лицо. Из-за этого черты казались резче, словно вырезанными из камня. Тёмные глаза, влажные волосы, грязь на куртке, царапина у скулы. Он должен был выглядеть уставшим после бессонной ночи. Но в нём было только спокойствие человека, который наконец получил то, что считал своим.</p><p>Он прошёлся по мне взглядом: по лицу, куртке, руке, всё ещё сжимавшей край двери. Потом ниже — туда, где я инстинктивно прижала ладонь к животу. На миг задержался и снова поднял глаза к моим.</p><p>Губы растянулись в широкой, довольной улыбке.</p><p>— А вот и ты… — сказал он.</p><p>Я резко шагнула назад, плечом ударившись о косяк.</p><p>Кайр рассмеялся. Громко, хрипло, с таким удовольствием, будто мой страх был не просто ожидаемым — желанным.</p><p>— Ты правда думала… — он чуть склонил голову, разглядывая меня с ленивым интересом, — …что я тебя просто не найду?</p><p>Я не ответила. Развернулась и бросилась обратно в здание.</p><p>Внутри всё сорвалось сразу: дыхание, сердце, мысли. Коридор перед глазами дёрнулся, стены поплыли серыми пятнами, но ноги сами понесли меня вперёд. Я слышала, как под подошвами трещит мусор, как по пустым комнатам разлетается эхо, как где-то за спиной дверь ударяется о стену.</p><p>Кайр вошёл следом. Не спеша — словно знал, что я всё равно никуда не денусь.</p><p>— Беги. Прячься. Дай мне хотя бы сделать вид, что у тебя есть шанс.</p><p>Его голос катился по коридору спокойно, почти ласково. Он даже не запыхался.</p><p>— Мне нравится эта игра.</p><p>Я свернула в первый проём, едва не поскользнулась на пыли, ухватилась за край стены и метнулась дальше. Нужно было найти другой выход. Окно. Пролом. Лестницу. Хоть что-нибудь. Старое здание было полно дыр, щелей и провалов, но теперь каждый проход казался тупиком, каждая тень — его фигурой, каждый скрип — его шагом.</p><p>Он мог догнать меня сразу. Мог схватить у двери, прижать к стене, закинуть на плечо и унести. Но не делал этого. Давал мне несколько секунд надежды. Несколько жалких вдохов, шагов, чтобы я почти поверила, будто ещё могу выбраться.</p><p>А потом забирал.</p><p>Как все они.</p><p>Я нырнула в боковую комнату и прижалась спиной к стене. Пыль забилась в горло. Дыхание рвалось наружу, но я зажала рот ладонью и заставила себя молчать. Сердце било так громко, что казалось, оно само выдаст меня. Я прижала другую руку к животу, будто могла закрыть собой то единственное, что ещё не успели у меня отнять.</p></section><section><title><p>Глава 50. Его безумие</p></title><p>Моник</p><p>Фургон остановился примерно через полчаса.</p><p>Когда двери открылись, я увидела бетонный потолок. Подземная парковка. Совсем другое место.</p><p>Не база в лесу. Не старый бункер. Здесь пахло бензином, камнем, свежей краской и дорогими машинами. Свет был белым, резким, неприятным после серого леса. По стенам шли камеры. У колонн стояли вооружённые люди. Чёрные внедорожники, фургоны, металлические двери, охрана у лифтов. Всё выглядело не временным убежищем, а заранее подготовленной точкой.</p><p>Кайр схватил меня за руку и поднял.</p><p>— Пойдём.</p><p>Я попробовала вырваться, но он только крепче сжал пальцы.</p><p>— Даже не пытайся.</p><p>Мы прошли через парковку. Камеры следили из углов, поворачиваясь почти незаметно. Несколько человек узнали Кайра и сразу отошли в сторону. Лилиан шла позади, но когда я попыталась оглянуться на неё, он резко дёрнул меня за руку.</p><p>— Вперёд.</p><p>Я споткнулась, но удержалась на ногах. Его пальцы впивались в запястье так, будто он не вёл меня, а держал на поводке. С каждым шагом я всё яснее понимала: лес был неизвестностью, но там хотя бы было куда бежать. Здесь всё рассчитали заранее, не оставив мне ни единого шанса.</p><p>Мы вошли в лифт. Двери закрылись.</p><p>Мир сузился до зеркальных стен, светящихся цифр и Кайра рядом. Он не отпускал мою руку. Его плечо почти касалось моего, а в отражении я видела нас обоих: себя — грязную, бледную, с растрёпанными волосами и следами слёз на лице; его — спокойного, тёмного, собранного после всего, что произошло.</p><p>Этажи сменялись один за другим.</p><p>Слишком высоко.</p><p>Я смотрела на цифры и чувствовала, как внутри нарастает новое понимание: чем выше мы поднимаемся, тем дальше я от земли, от леса, от возможности просто бежать.</p><p>Когда двери открылись, я на секунду остановилась.</p><p>Пентхаус.</p><p>Огромное пространство раскрылось передо мной холодной роскошью. Панорамные окна от пола до потолка, серый город внизу, стекло, мрамор, тёмное дерево, дорогая мебель, мягкий свет, который делал всё почти красивым. Если не знать, кто здесь живёт, можно было бы подумать, что это элитная квартира, место для богатых людей, которые любят смотреть на мир сверху.</p><p>Но я сразу увидела главное.</p><p>Охрана была везде: двери, коридор, возле окон, у лифта. Камеры в углах, люди с оружием, закрытые проходы. Вся эта роскошь была той же тюрьмой — только дороже, выше и чище.</p><p>В центре зала стоял Магнус.</p><p>Он разговаривал с несколькими людьми, листая документы. Когда мы вошли, он поднял голову. Его взгляд остановился на мне, и улыбка появилась на лице — спокойная, почти доброжелательная. От этого внутри всё сжалось.</p><p>Я вспомнила арбалет. Кровь на лице брата. И едва удержалась, чтобы не броситься на него.</p><p>— Добро пожаловать, — спокойно сказал Магнус. — Во временное пристанище.</p><p>Он сделал шаг ближе.</p><p>— Дитя.</p><p>Я сжала зубы.</p><p>— Не называй меня так.</p><p>Его улыбка стала чуть шире.</p><p>— Как пожелаешь.</p><p>Он указал рукой в сторону длинного коридора.</p><p>— Твоя комната прямо там.</p><p>Магнус помедлил и посмотрел на Кайра.</p><p>— Отведи её.</p><p>Кайр кивнул. Магнус перевёл взгляд на Лилиан.</p><p>— А ты…</p><p>Голос стал холоднее.</p><p>— Останься.</p><p>Лилиан замерла. Она посмотрела на меня всего на секунду, но этой секунды хватило. В её глазах было то же, что в фургоне: вина и бессилие. Я снова подумала, что она тоже была здесь пленницей. Просто у неё не было замка на двери.</p><p>Кайр слегка подтолкнул меня вперёд.</p><p>— Идём, Моник.</p><p>Голос прозвучал почти ласково.</p><p>— Нам предстоит долгий разговор.</p><p>Он провёл меня по коридору. Мягкий ковёр глушил шаги, и от этого всё казалось ещё более неправильным. После базы, фургонов, грязи и крови эта тишина была издевательски чистой.</p><p>Кайр остановился у одной из дверей, открыл её и пропустил меня вперёд.</p><p>Я шагнула внутрь. И замерла.</p><p>Комната была огромной. Панорамные окна от пола до потолка, мягкий ковёр, широкая кровать, белые стены, тёмное дерево, стеклянный столик, диван. Всё выглядело как дорогой номер в отеле — красивый, вылизанный, чужой. Такой чистый, что мне стало неловко стоять посреди него в грязной одежде.</p><p>Только за дверью стояла охрана. А внутри оставался надзиратель.</p><p>Он вошёл следом и закрыл дверь. Щелчок замка ударил по нервам.</p><p>Я обернулась.</p><p>Кайр стоял у двери, не мигая. В комнате было много света, но на его лице всё равно лежала тень. Он не двигался сразу. Просто смотрел, как я стою посреди чужой роскоши в грязной одежде, с дрожащими руками и ненавистью, которую уже не могла скрыть.</p><p>Потом сделал шаг. Неторопливый. Я автоматически отступила.</p><p>— Что ты делаешь? — выдохнула я.</p><p>Он улыбнулся. Той самой странной улыбкой, от которой у меня холодела кожа.</p><p>— Я скучал.</p><p>Ещё шаг.</p><p>— А ты?</p><p>Я резко покачала головой.</p><p>— Ты спятил?</p><p>Слова вылетели сами. Горячие. Жёсткие.</p><p>— Я тебя ненавижу.</p><p>Он остановился. Несколько секунд просто смотрел на меня, а потом тихо рассмеялся.</p><p>— Ненавидишь…</p><p>Он провёл рукой по влажным волосам, откинул прядь со лба, и в этом обычном движении было что-то неправильное. Нелепо обычное для человека, который тащил меня через лес, а потом закинул в фургон.</p><p>— Интересно.</p><p>Его взгляд потемнел.</p><p>— Хочешь, чтобы я исчез?</p><p>Он усмехнулся краем губ.</p><p>— Так давай. Я подскажу тебе способ.</p><p>Я молчала.</p><p>Кайр вытащил пистолет из кобуры.</p><p>Я вздрогнула, но не сразу поняла, что он собирается делать. Он держал оружие почти небрежно, словно это была не опасность, а обычный предмет декора в этой комнате: ваза или пепельница.</p><p>Металл щёлкнул. Он снял предохранитель. Потом передёрнул затвор.</p><p>Звук прорезал тишину так резко, что я невольно отступила ещё на шаг. Я почти упёрлась ногами в край кровати.</p><p>Кайр заметил это. Его губы чуть дрогнули, но он не улыбнулся. Потом протянул пистолет мне.</p></section><section><title><p>Глава 51. Осечка</p></title><p>Дерек</p><p>Запах Моник не исчез.</p><p>Он тянулся дальше — тонкий, слабый, местами почти теряющийся среди сырой земли, старой древесины и чужих следов, которые всё ещё держались у заброшенного здания. Но он был. Настоящий, живой, её. И пока я чувствовал его, внутри оставалось одно: она не растворилась в темноте, не стала очередной догадкой на карте. Она была здесь и ушла дальше.</p><p>Я был так забит мыслями, что заметил мальчишку только в последний момент. Тот вынырнул сбоку — худой, в сером худи с низко надвинутым капюшоном, с рюкзаком на одном плече. На вид восемнадцать-девятнадцать, не больше. Я задел его плечом. Он качнулся, буркнул что-то себе под нос и прошёл дальше, даже не обернувшись.</p><p>— Бродяга, — заметил Малик рядом. — В таких местах их полно. Пустые зоны, заброшенные здания. Кто ночует, кто ворует, кто просто ищет, где спрятаться.</p><p>— Он мог что-то видеть, — сказал я.</p><p>Чёрт, не хотелось пугать — и так бедолаге несладко живётся. Сейчас время было важнее допросов.</p><p>— Эй! — свистнул Натаниэль. — Иди сюда.</p><p>Тот повернул голову. Большие карие глаза, тёмные, курчавые волосы, впалые щёки. И тут же бросился наутёк.</p><p>— Поймаю, — Малик размял шею.</p><p>— Нет, — остановил я. — Пусть бежит. Есть дела поважнее, чем гоняться за пацаном.</p><p>Тот уже пересекал поляну. Я проводил мальчишку взглядом и повернулся к лесу. Запах Моник тянул дальше.</p><p>Мы снова углубились в чащу. Земля после ночной влаги была мягкой, тяжёлой, липла к подошвам. Ветки хрустели под ногами, мокрые листья цеплялись за одежду, где-то над головой с тихим треском качались старые деревья. Осенний лес выглядел спокойным, но теперь я уже знал: это спокойствие обманчиво.</p><p>Не миссия — издевательство. Мы всё время оказывались рядом, но не вовремя. Чёрт возьми.</p><p>Я шёл первым. Натаниэль двигался справа, почти молча. Для него это было редкостью, но сейчас даже он не лез с разговорами. Малик и Кай держались чуть дальше, осматриваясь по сторонам. Малик ступал тяжело, уверенно, готовый в любой момент проломить дорогу через кусты, людей или стены. Кай двигался легче, время от времени приседая, чтобы проверить землю или сломанную ветку.</p><p>Себастьян скользил между деревьями, как тень. После встречи с девушкой-лучницей он стал ещё тише, но я видел, как его внимание снова и снова уходит в глубину чащи.</p><p>Я остановился. Её присутствие стало сильнее — ненамного, но достаточно. Опустился на колено и провёл пальцами над влажной травой. Под кустом что-то зацепилось за ветку. Сначала я увидел только тёмную полоску, почти слившуюся с корой, потом осторожно снял её. Небольшой клочок той же ткани.</p><p>Натаниэль подошёл ближе, но ничего не сказал. Я поднёс находку к лицу и вдохнул. Моник. Совсем недавно.</p><p>Грудь сжало так резко, что на секунду стало трудно дышать. Кусок был грязным, с мокрой землёй, но её запах пробивался сквозь всё. Это не случайно.</p><p>Я напряг слух и втянул воздух глубже, пытаясь уловить хоть что-нибудь ещё. Но ничего. Странно.</p><p>Для меня это складывалось в одно: в здании был первый знак, здесь — второй. Она не просто бежала, цепляясь за ветки и теряя куски одежды на пути. Она думала. Оставляла мне то, за что можно было зацепиться. Вела меня, как могла.</p><p>Волк внутри поднял голову.</p><p>— Она прошла здесь, — сказал я.</p><p>Натаниэль посмотрел вперёд. Сквозь деревья уже виднелась дорога. Участок шоссе 50 был ещё не расчищен от искорёженного металла.</p><p>У самой обочины её запах рассыпался. Шины, бензин, чужие машины, следы людей и утренний ветер разорвали тонкую нить почти сразу. Если она вышла на дорогу, дальше всё становилось хуже. Её могли подобрать. Она могла спрятаться, пойти вдоль обочины, снова попасть к людям Магнуса. Или к тем, кто напал на колонну.</p><p>Малик тихо выругался.</p><p>— Её могли поймать.</p><p>Я сжал ткань в ладони. Волк внутри зарычал.</p><p>— Или она дошла до дороги и поймала попутку.</p><p>— А дальше? — спросил Кай.</p><p>Я посмотрел на серую полосу асфальта между деревьями. Дорога уходила к городу. Если её забрали машиной, другого направления у них почти не было. Лес давал укрытие, но после нападения и побега держать её здесь было слишком рискованно. Магнус должен был сменить место.</p><p>— В город, — сказал я.</p><p>— Уверен? — Себастьян повернул голову.</p><p>— Нет. Но это единственное направление, которое у нас есть.</p><p>Я уже поворачивал обратно, к машинам. Пока мы двигались по её следу, остальные группы продолжали прочёсывать точки, которые дал Лис. Если Красная Стрела успела уйти из леса, значит, где-то должны были остаться признаки их отхода: машины, люди, записи камер на заправках и складах. Любая ошибка.</p><p>И я собирался вырвать её из города зубами, если понадобится.</p><p>Двигатели взревели почти одновременно. Мы выехали на дорогу. Машины шли быстро, но не колонной, чтобы не привлекать лишнего внимания. Я сидел впереди, смотрел на мелькающий за стеклом лес и чувствовал, как внутри всё напряжено до предела.</p><p>Моник была где-то впереди. Может быть, в машине или в новом убежище. Снова заперта за дверью, с охраной, рядом с людьми, которые теперь знали: мы подошли слишком близко.</p><p>Я достал телефон и набрал Микаэля. Он ответил почти сразу.</p><p>— Альфа?</p><p>— Как Джонни?</p><p>На линии повисло несколько секунд тишины.</p><p>— Жив, — ответил Микаэль. — Спит.</p><p>Я смог вздохнуть чуть глубже. Был риск осложнений: он ведь не в госпитале, хотя условия у нас не хуже, а наш медик — один из лучших.</p><p>— Ник говорит, он идёт на поправку, — продолжил Микаэль. — Просыпался пару раз, но пока ему нужен покой. Температуры нет. Это уже хорошо.</p><p>— Отлично, — я кивнул, хотя он не мог этого видеть.</p><p>— Как у вас?</p><p>Я посмотрел на дорогу.</p><p>— Мы нашли её след, — после короткой паузы добавил: — Мне нужны люди.</p><p>— Сколько?</p><p>— Чем больше, тем лучше. Те, кто может смотреть и слушать. Мне нужен город.</p><p>Микаэль сразу понял.</p></section><section><title><p>Глава 52. Прощание</p></title><p>Моник</p><p>Я приняла душ, смывая с себя остатки боли, страха и того безумия, которое за последние дни стало моим личным адом.</p><p>Вода стекала по коже, и какое-то время я просто стояла под ней, закрыв глаза, позволяя себе не думать. Потом надела чистую одежду — мягкий спортивный костюм — и попыталась собрать волосы. До конца сушить их не стала. Сил не было. Бинты я уже сняла. Запястья зажили удевительно быстро, но на коже всё ещё оставались тонкие светлые рубцы.</p><p>Я стояла у стекла и смотрела. С такой высоты всё внизу казалось игрушечным: машины, улицы, люди, редкие огни светофоров, тонкие нити дорог между домами. Там продолжали жить обычной жизнью. Наверное, кто-то сейчас возвращался домой, смеялся в машине, покупал кофе, спорил по телефону или целовал кого-то на углу. Опаздывал, мечтал, злился из-за мелочей. Всё это казалось таким далёким, будто я смотрела не из окна пентхауса, а из другого мира.</p><p>Оно было холодным. Я была почти вплотную к нему и видела своё отражение: уставшие синие глаза, чёрные волосы, которые я так и не смогла привести в порядок, тонкие запястья с браслетами. За моей спиной была огромная комната, похожая на дорогой гостиничный номер. Мягкий ковёр, широкая кровать, белые стены, тёмное дерево, безупречная чистота, панорамные окна, надзор за дверью.</p><p>Золотая клетка.</p><p>Только теперь она стала выше, и выйти из неё было ещё труднее.</p><p>Я услышала тихий щелчок. Сначала не повернулась. После Кайра тело реагировало на любой звук слишком резко, и мне пришлось заставить себя не вздрогнуть. Я только сжала пальцы у стекла и прислушалась. Дверь открылась — слишком осторожно для охранника.</p><p>Я обернулась.</p><p>Лилиан.</p><p>Она стояла на пороге и несколько секунд просто смотрела на меня. Бледная, с напряжёнными плечами, в тёмной одежде, которая делала её ещё тоньше. Глаза у неё были красные. Она плакала?</p><p>Я почувствовала, как внутри что-то тихо сжалось.</p><p>— Я надеялась, что ты придёшь, — сказала я.</p><p>Лилиан медленно вошла в комнату. Дверь за её спиной закрылась, и щелчок замка на этот раз прозвучал мягко. Мы стояли друг напротив друга, между нами повисло странное молчание. Слишком полное всего, что мы обе не могли сказать в слух.</p><p>Я не знала, кем она мне стала. Не подругой, не врагом. Дочь Магнуса, часть семьи, звено этого кошмара. Но она предупреждала меня. Смотрела так, будто ещё помнила, где проходит грань между приказом и преступлением. И теперь её глаза говорили, что эта грань стоила ей слишком дорого.</p><p>Лилиан подошла ближе. Её губы дрогнули.</p><p>— Мне нужно уехать.</p><p>Я молча смотрела на неё.</p><p>— Отец отправляет меня в Европу, — продолжила она. — В главный штаб.</p><p>Она опустила взгляд.</p><p>— Он считает, что я… дала слабину.</p><p>Я горько усмехнулась.</p><p>— Как удобно называть так всё, что мешает быть жестоким.</p><p>Лилиан покачала головой.</p><p>— Я не хотела, чтобы так вышло. — Она подняла глаза. — Я клянусь.</p><p>В её голосе звучала боль. Не оправдание даже. Скорее отчаянная попытка удержаться за ту версию себя, которая всё ещё хотела верить, что не предала ни отца, ни меня. Что между этими двумя невозможными вещами вообще был путь, по которому можно пройти и остаться целой.</p><p>Я видела, как она борется с собой. Неожиданно Лилиан шагнула вперёд и крепко обняла меня.</p><p>Я замерла. Её руки дрожали. Сначала я не знала, что делать: любое прикосновение для меня здесь было опасным. Но Лилиан обнимала иначе: будто прощалась и сама не верила, что имеет на это право.</p><p>— Прости меня… — прошептала она. — Мне так жаль.</p><p>Я закрыла глаза. Она уткнулась лицом в моё плечо.</p><p>— Я правда хотела помочь тебе. — Голос сорвался. — Но я не могу.</p><p>Я медленно подняла руку и осторожно положила ей на спину. Лилиан вздрогнула, словно не ожидала этого прикосновения. Потом тихо всхлипнула.</p><p>Мы стояли так несколько секунд, и впервые не было ни угроз, ни приказов, ни игры. Только две пленницы. Одна — с браслетами на запястьях. Другая — с фамилией, от которой не могла сбежать.</p><p>— Он убьёт меня, если узнает, — прошептала она.</p><p>— Я понимаю, — сказала я тихо.</p><p>Лилиан отстранилась. Её глаза блестели от слёз. Она быстро вытерла щёки, но слёзы выступили снова.</p><p>— Ты должна выжить. — Она смотрела на меня так, будто пыталась запомнить каждую черту моего лица. — Что бы ни случилось.</p><p>Я хотела сказать ей то же самое. Что она может уйти и не обязана всю жизнь доказывать отцу свою ценность. А человек, который требует от тебя стать оружием, не любит тебя — он просто точит лезвие.</p><p>Но дверь снова открылась. На пороге стоял Марк. Он оглядел нас обеих, задержав взгляд на её заплаканном лице.</p><p>— Лилиан. Тебе пора.</p><p>Голос был холодным. Она вытерла слёзы тыльной стороной ладони и резко выпрямилась, будто за секунду снова попыталась собрать себя в прежнюю форму.</p><p>Марк чуть наклонил голову.</p><p>— Вертолёт ждёт.</p><p>Она ещё раз посмотрела на меня, будто хотела что-то добавить. Может, предупредить, попросить прощения ещё раз. Но только тихо прошептала:</p><p>— Прощай.</p><p>Потом развернулась и вышла. Марк задержался на секунду. Его взгляд скользнул по моему лицу, рукам, браслетам. Потом он улыбнулся так, будто всё увиденное доставило ему тихое удовольствие, и тоже ушёл.</p><p>Я осталась одна. Лилиан была последним человеком здесь, которому я могла хоть немного доверять. Больше ни одного лица рядом, которое могло бы хоть на секунду засомневался в том, что со мной делают. Только стены.</p><p>Я повернулась к окну, но город уже расплылся перед глазами. Я не плакала. Слёз, кажется, просто не осталось. Внутри была усталость — тихая, тяжёлая, почти каменная.</p><p>Я не успела отойти от окна, когда дверь открылась снова. На этот раз даже не обернулась сразу. Уже знала, кто это.</p><p>Магнус.</p><p>Запах дорогого терпкого парфюма и медленные, уверенные шаги. Он вошёл так, будто это была не чужая комната, а его собственное святилище. Не постучал, не спросил — просто появился в моей клетке, как хозяин места, людей и даже воздуха.</p></section><section><title><p>Глава 53. Через ад</p></title><p>Дерек</p><p>С Джонни всё было не так спокойно, как хотелось верить. Он приходил в себя, отвечал, даже пытался шутить, и сначала казалось, что дела идут на поправку. Но температура упрямо возвращалась. Ник сбивал её лекарствами, менял повязки, следил за показателями, и с каждым новым скачком его лицо становилось всё мрачнее.</p><p>— Ему нужна клиника, — сказал он наконец. — У меня есть друг в частной больнице. Надёжный человек, без лишних вопросов. Здесь я поддерживаю его состояние, но если начнутся осложнения, мне может не хватить оборудования.</p><p>Я посмотрел на Джонни. Слабый, но живой. Перевозить его было риском. Оставить здесь — тоже. И я всерьёз задумался.</p><p>— Узнай у друга насчёт места и перевозки, — сказал я Нику.</p><p>В комнате пахло лекарствами. За последние сутки этот запах въелся в стены: спирт, кровь, мази и что-то горькое, больничное, от чего внутри всё время становилось тяжелее. Приборы тихо попискивали. Лампа у кровати горела мягким жёлтым светом, придавая комнате почти домашний вид, — если забыть, что Призрак лежал перевязанный, с бледными, пересохшими губами.</p><p>Микаэль стоял рядом с кроватью, прислонившись плечом к стене. Почти неподвижный, как тень. Мне было не по себе от его присутствия. Он всё-таки был лидером клана богини смерти, человеком, чьё молчание порой пугало сильнее слов. И теперь следил за приборами, изредка поправлял одеяло и выглядел слишком спокойным для того, кто просто ждёт хороших новостей. От этого внутри шевелилось дурное предчувствие: будто смерть не ушла — только остановилась у двери.</p><p>Натаниэль сидел на стуле у стены, лениво покачивая ногой. На вид — расслабленный, как всегда. Но я замечал, как внимательно он наблюдает за Джонни и за мной. Особенно за мной.</p><p>Я стоял у изножья кровати. После ночи, леса, заброшенного здания и пустой базы Красной Стрелы во мне осталось слишком много тишины. Той, что бывает внутри перед тем, как что-то рухнет. На ткани во внутреннем кармане до сих пор сохранялся запах Моник. Такой отчётливый, что иногда казалось: стоит закрыть глаза — и она окажется рядом. Но её не было, и связь тянула изнутри, как раскалённая проволока.</p><p>Джонни медленно открыл глаза.</p><p>— Вернулся… — хрипло сказал он.</p><p>Я подошёл ближе.</p><p>— Как ты?</p><p>Он попытался усмехнуться. Получилось слабо, но упрямо.</p><p>— Бывало и лучше.</p><p>— Ник велел тебе меньше говорить, — напомнил Микаэль.</p><p>Джонни чуть повернул голову в его сторону.</p><p>— Ник пусть идёт к чёрту.</p><p>Натаниэль фыркнул.</p><p>— Вот теперь узнаю нашего Призрака.</p><p>Джонни снова посмотрел на меня. Глаза у него были потухшие, но уже не мутные от боли, как тогда, когда его только принесли. Собственное состояние занимало его меньше, чем причина моего возвращения. Он понял раньше, чем я сказал.</p><p>— Ты не нашёл её.</p><p>Это не был вопрос. Я покачал головой.</p><p>— Пока нет.</p><p>Джонни вздохнул и поморщился, едва шевельнув раненым плечом. Микаэль выпрямился, но не вмешался.</p><p>— Я понимаю, — сказал он после паузы.</p><p>Я резко посмотрел на него.</p><p>— Понимаешь? Конечно, вы все здесь всё понимаете. Только не это.</p><p>Натаниэль нахмурился.</p><p>— Дерек…</p><p>— Не лезь, — оборвал я.</p><p>Голос вышел ниже, чем я хотел. Я провёл рукой по лицу, пытаясь сдержать то, что поднималось внутри: ярость, зверя. Всё сразу.</p><p>— Это не просто страх за неё, — сказал я тише. — Одной злостью такое тоже не объяснишь.</p><p>Никто не перебил. Я посмотрел на Джонни, потом на Натаниэля.</p><p>— Вы думаете, я схожу с ума от любви.</p><p>Натаниэль отвёл взгляд. Я усмехнулся без веселья.</p><p>— Если бы всё было так просто.</p><p>Связь снова дёрнула изнутри — резко, до боли. Я сжал край спинки кровати.</p><p>— Это не обычная тяга, — сказал я. — Не красивая сказка и не метафора. Это сильная магия.</p><p>Микаэль медленно поднял глаза. Ему не нужно было чувствовать то же самое, чтобы понять, о чём я говорю. Я выдохнул сквозь зубы.</p><p>— Всё, что я удерживал под контролем, летит к чёрту. Я слышу её там, где её нет. Ловлю её запах в воздухе. И каждый раз, когда след обрывается, меня будто рвёт заново.</p><p>— Никто не говорит, что тебе легко, — сказал Натаниэль.</p><p>— А что тогда? — Я посмотрел на него. — Что я должен терпеть и молчать?</p><p>Он промолчал. Правильно сделал.</p><p>Я опустил взгляд на Джонни.</p><p>— Не знаешь — не говори, что понимаешь. То, что между мной и Моник, не спрашивает, выдержу я или нет. Оно просто здесь. — Я врезал себе кулаком в грудь, пытаясь хоть немного унять жжение.</p><p>Джонни мгновение смотрел на меня.</p><p>— Тогда не жди.</p><p>Я замер. Он лежал передо мной едва живой после ранения и всего, что успел пережить, но говорил уверенно, без колебаний.</p><p>— Иди за ней, — сказал он. — Даже если придётся пройти через ад.</p><p>Я кивнул.</p><p>— Пройду.</p><p>Микаэль чуть повернул голову.</p><p>— Мы все с тобой, если надо.</p><p>Натаниэль выдохнул и провёл рукой по волосам.</p><p>— Да. Потому что иначе ты нас всех сведёшь с ума раньше, чем Магнус успеет открыть свои сраные врата.</p><p>Джонни слабо усмехнулся.</p><p>— Поздно. Альфа уже начал.</p><p>Я посмотрел на них: на Джонни, который даже сейчас думал о сестре, на Микаэля, молчаливо стоящего рядом, на Натаниэля, прятавшего тревогу за раздражающими шутками. За стеной были Малик, Кай, Себастьян, люди, оружие, связи — весь этот временный штаб, собранный вокруг одной цели.</p><p>И впервые за весь день я почувствовал, что не один. Легче не стало, боль никуда не ушла. Но этого хватило, чтобы я снова собрался.</p></section><section><title><p>Глава 54. Крепость</p></title><p>Дерек</p><p>В комнате мерно попискивал монитор. Зелёная линия на экране отсчитывала удары сердца Джонни, и после нашего разговора этот звук раздражал особенно сильно.</p><p>Дверь открылась. Себастьян вошёл быстро, но без суеты, с телефоном в руке. По его лицу я сразу понял: что-то нашлось. Натаниэль выпрямился на стуле, Микаэль оторвался от показателей прибора.</p><p>— Мои люди нашли их, — сказал Себастьян.</p><p>— Где?</p><p>Он назвал адрес. Несколько секунд никто не говорил. Высотное здание в городе, верхние этажи, пентхаус. После леса и заброшенных построек я почему-то не сразу смог представить Моник там. До этого момента мы не знали наверняка, удалось ли ей выбраться самой или её снова поймали.</p><p>Натаниэль нахмурился.</p><p>— Ты уверен?</p><p>— Настолько, насколько можно быть уверенным до входа внутрь. Фургоны с похожими номерами засекли у подземной парковки. Люди с оружием вошли через служебный уровень. Частная охрана перекрыла доступ на верхние этажи.</p><p>Я провёл рукой по лицу.</p><p>— Закрытые этажи, контролируемые входы. Это крепость.</p><p>Джонни повернул голову к Себастьяну.</p><p>— Моник видели?</p><p>— Да.</p><p>Натаниэль поднялся, взял со стола планшет и ввёл адрес.</p><p>— Попробую достать планы здания.</p><p>— И как мы туда зайдём? — спросил Джонни.</p><p>Я покачал головой.</p><p>— Пока не знаю. И ты никуда не идёшь.</p><p>Он поднял на меня глаза, но промолчал. Натаниэль задумчиво постучал пальцем по краю планшета.</p><p>— Можно попробовать через обслуживающий персонал.</p><p>Себастьян сразу отозвался:</p><p>— Да. Внедрить туда своих людей.</p><p>Натаниэль достал телефон.</p><p>— Узнаю, кто обслуживает это здание. У таких высоток всегда есть десяток подрядчиков.</p><p>Он набрал номер и отошёл. Я повернулся к Себастьяну.</p><p>— Нам не нужно много людей внутри.</p><p>— Группа номер восемь?</p><p>Я кивнул.</p><p>— Они зайдут первыми. Осмотрятся, дадут нам картинку внутри и будут ждать сигнала.</p><p>Микаэль подошёл к столу.</p><p>— Если Моник держат отдельно, обслуживающий персонал к ней могут не подпустить.</p><p>— Поэтому нужны планы верхних этажей, — сказал я. — И сведения о том, куда вообще допускают сотрудников.</p><p>Пока мы обсуждали варианты, в комнату вошёл Малик и остановился у двери. Натаниэль через пару минут закончил разговор, вернулся к нам и положил телефон на стол.</p><p>— Есть проблема.</p><p>— Какая?</p><p>— Просто так туда влезть не получится. Здание элитное. Управляющая компания данные не отдаёт, людей по первому звонку не меняет. Сотрудников проверяют и пропускают по спискам. Любая внезапная замена будет выглядеть подозрительно.</p><p>Он усмехнулся без веселья.</p><p>— А они сейчас наверняка ждут именно этого.</p><p>Себастьян провёл рукой по подбородку.</p><p>— Тогда попробуем войти под видом тех, кто уже там работает.</p><p>Натаниэль поднял бровь.</p><p>— Подмена?</p><p>— Наши люди перехватят их по дороге. Без крови и шума. Заберут форму, пропуска, транспорт. Зайдут вместо них.</p><p>— Сначала выясните, как проверяют сотрудников на входе, — сказал я. — Одной формы и чужих пропусков может не хватить.</p><p>— Проверим, — ответил Себастьян.</p><p>— Чистый риск, — заметил Натан.</p><p>— Всё, что мы делаем, — риск, волк.</p><p>Я помолчал, глядя на экран планшета. Пока на нём были только адрес и фотография здания.</p><p>— Если снизу не пройти, будем искать путь сверху.</p><p>Натаниэль сразу покачал головой.</p><p>— На крыше может быть охрана. Датчики, камеры. Любая посадка вертолёта — и нас заметят ещё до того, как мы высадимся.</p><p>— Я не говорил о посадке.</p><p>Себастьян повернулся ко мне.</p><p>— Спуск по фасаду?</p><p>— Твои люди умеют?</p><p>Он чуть усмехнулся.</p><p>— Группа восемь обучалась таким операциям.</p><p>— Каким именно?</p><p>— Работа на высоте, вход через окна и технические балконы. Но сначала нужно понять, откуда они смогут спуститься. Одних канатов тут мало.</p><p>— Тогда проверьте доступ, — сказал я. — Пока не выясним, как добраться до точки выше нужного этажа, на этот вариант не рассчитываем.</p><p>Себастьян кивнул.</p><p>— Выделю для этого часть группы. Остальные займутся входом через персонал.</p><p>Натаниэль тихо присвистнул.</p><p>— С ума сойти. Мы правда обсуждаем штурм пентхауса с канатами, подменой клининга и группой психов, которые лазают по стенам?</p><p>— Да, — сказал Себастьян.</p><p>— Отлично. Просто уточняю, насколько сильно все спятили.</p><p>Джонни попытался приподняться. Микаэль сразу придержал его за здоровое плечо.</p><p>— Лежи.</p><p>— Я должен…</p><p>— Нет, — отрезал я.</p><p>Джонни посмотрел на меня.</p><p>— Я знаю, как они двигаются. Я видел их.</p><p>— Ты едва не погиб.</p><p>— Но не погиб же.</p><p>— Именно поэтому ты едешь с Ником в клинику, — сказал я. — Пока не встанешь на ноги, о работе со мной можешь забыть.</p><p>Джонни хотел возразить, но сил у него не хватило. Он выдохнул и откинулся на подушки.</p><p>— Тогда хотя бы не тупите.</p><p>Натаниэль кивнул.</p><p>— Вот за это спасибо. Очень полезный вклад.</p><p>На его телефоне появилось уведомление. Он прочёл сообщение, несколько раз коснулся экрана планшета и протянул его мне.</p><p>— Прислали планы. Насколько свежие — ещё уточняют.</p><p>Я подошёл к столу. Верхние этажи, лифтовые шахты, служебные лестницы, подземный паркинг, технические уровни. Теперь мы хотя бы представляли планировку. Где стояла охрана и какие проходы перекрыли, ещё предстояло узнать.</p><p>Внутри всё стало холодным и ясным. Я провёл пальцем по схеме.</p><p>— Делаем так.</p><p>Все замолчали.</p><p>— Первая группа проверяет возможность подмены персонала. Если проход реален — входит и собирает сведения об этаже, охране и камерах. Главное — выяснить, где держат Моник.</p><p>Себастьян кивнул.</p><p>— Вторая проверяет доступ к крыше и фасаду. Если найдут путь к нужному уровню, будут готовы войти одновременно с нами.</p><p>Натаниэль склонился над планшетом.</p><p>— Подземный паркинг?</p></section><section><title><p>Глава 55. Выход</p></title><p>Моник</p><p>Я проснулась рано.</p><p>Свет уже проникал через панорамные окна, разливаясь по полу мягкими, почти золотистыми полосами. Несколько секунд я просто лежала и смотрела в потолок, не понимая, где заканчивается сон и начинается реальность. Комната была слишком красивой для тюрьмы. Белые стены, мягкий ковёр, стекло от пола до потолка, город внизу — всё это должно было успокаивать, но только сильнее давило на грудь.</p><p>Сегодня было странно тихо. Не спокойно — именно тихо. Будто стены задержали дыхание.</p><p>Мне принесли завтрак. Молодая девушка из прислуги вошла быстро, почти бесшумно, поставила поднос на столик и так же быстро ушла, не поднимая глаз. Я успела заметить только её руки — тонкие, напряжённые, с побелевшими пальцами на краю подноса. Она боялась. Не меня, конечно, места, людей за дверью и приказов, которые отдавали здесь грубыми голосами.</p><p>Я посмотрела на еду. Тосты, фрукты, кофе, вода. Всё аккуратное, дорогое, заботливо приготовленное. Меня затошнило.</p><p>Но я всё же заставила себя съесть немного. Не ради себя. Эта мысль уже стала привычной и пугающей одновременно. Я ела не потому, что верила, будто завтрак может дать силы. Просто внутри меня могло быть крошечное сердце, которому нужна была еда, вода, тепло, хоть что-то нормальное среди всего этого безумия.</p><p>Потом я приняла душ. Долго стояла под горячей водой, почти не двигаясь. Поток бил по плечам, стекал по волосам, спине, рукам, браслетам на запястьях. Я смотрела, как вода уходит в слив, и пыталась представить, что вместе с ней исчезает всё, что я пережила.</p><p>Но ничего не менялось. Боль просто ушла глубже, под кожу, туда, куда не доставала вода.</p><p>День тянулся мучительно долго. Я то смотрела на город за стеклом, то возвращалась на диван, не находя себе места. Огни, которые ещё ночью горели в окнах соседних зданий, при дневном свете стали бледными и почти незаметными.</p><p>Ни Кайр, ни Магнус за весь день так и не появились. Только прислуга пару раз заходила — забрать посуду, принести воду, заменить полотенца. Девушки двигались быстро и смотрели в пол. Одна из них, кажется, хотела что-то сказать, но у двери стоял охранник, и она передумала. Я не стала её останавливать. В этом месте любое лишнее слово могло стоить человеку слишком дорого.</p><p>После всех рывков, побегов, выстрелов, переездов и угроз тишина казалась не передышкой, а ловушкой. Я несколько раз задремала на диване, просыпалась, снова засыпала. Каждый раз первая мысль была одна и та же: он рядом.</p><p>Джонни у них. Если он очнулся, то уже рассказал всё, что видел. А Дерек… Волк умеет идти по следу. Где-то там, в этом огромном городе, он уже ищет меня.</p><p>Я повторяла это про себя так часто, что слова почти потеряли смысл. Но вера осталась.</p><p>Когда на улицы легли сумерки, дверь открылась. Я даже не повернула голову сразу, но знакомый запах заставил насторожиться.</p><p>Кайр.</p><p>От него пахло табаком и чем-то ещё — тёплым, терпким, опасно знакомым.</p><p>Он вошёл спокойно. Словно не было леса, пистолета у его виска, угроз и слов, от которых до сих пор холодело внутри.</p><p>В руках у него была небольшая коробка. Он закрыл дверь, и щелчок замка отозвался где-то под рёбрами. Потом несколько секунд просто стоял, глядя на меня. Молча. Внимательно. Его грудь поднималась ровно, но в неподвижной фигуре чувствовалось напряжение, которое он старательно скрывал.</p><p>— Скучала?</p><p>Я ничего не ответила.</p><p>Кайр медленно прошёл к столику и поставил коробку на стеклянную поверхность. Не торопился. Каждое его движение было спокойным, почти ленивым, но от этого становилось только хуже. Он намеренно растягивал секунды, заставляя меня следить за ним.</p><p>— Я принёс тебе кое-что.</p><p>Он открыл крышку. Внутри лежала вишня в шоколаде. Аккуратные тёмные конфеты в бумажных капсулах. Дорогие. Красивые. И совершенно невозможные здесь — в комнате, где вчера он вложил мне в руку пистолет и просил убить его.</p><p>Я посмотрела на вишню, потом на него.</p><p>— Ты серьёзно?</p><p>Кайр улыбнулся, но улыбка не дошла до глаз.</p><p>— Я стараюсь.</p><p>Он взял одну конфету двумя пальцами, поднёс к губам и на секунду задержал взгляд на мне, будто хотел, чтобы я смотрела. Потом медленно съел её, прикрыв глаза от вкуса. Слишком интимно для того, что между нами было на самом деле.</p><p>— Очень вкусно, — сказал он тише.</p><p>Я отвернулась к окну. За спиной послышался короткий, раздражённый выдох. Он сделал несколько шагов ко мне. Я слышала, как мягко продавливается ковёр под его обувью. Он не спешил, но с каждым шагом пространство вокруг меня словно сужалось.</p><p>— Ты похудела, нужно больше есть.</p><p>Я резко поднялась.</p><p>— Отвали от меня!</p><p>Он остановился совсем близко. Я почувствовала тепло его тела раньше, чем обернулась. Настолько близко, что его присутствие стало почти физическим давлением.</p><p>Кайр склонил голову набок.</p><p>— Мне нравится, когда ты злая.</p><p>Его голос стал ниже, и эта фраза окончательно сорвала что-то внутри.</p><p>Я схватила подушку с дивана и швырнула в него. Он легко уклонился, но улыбка стала шире, живее, будто я не отталкивала его, а давала именно то, за чем он пришёл. Подушка упала на пол за его спиной.</p><p>Я схватила вторую.</p><p>— Убирайся!</p><p>Она ударилась о стену. Кайр тихо рассмеялся, почти с удовольствием. Провёл языком по нижней губе, не сводя с меня глаз.</p><p>— Вот так, детка, — произнёс он. — Не молчи.</p><p>— Это не игра, придурок!</p><p>Я схватила вазу со стола и швырнула в него. Он увернулся в последний момент. Ваза разбилась о пол с резким звоном. Осколки разлетелись по комнате, вода расплескалась по ковру, несколько цветов упали рядом, жалкие и смятые.</p><p>Охранник за дверью, наверное, услышал шум, но не вошёл. Знал, кто внутри.</p><p>Кайр посмотрел на осколки, потом снова на меня. Улыбка исчезла. На секунду в нём проступило что-то другое. Не забава, а голодная, тёмная злость, которую он тут же попытался спрятать, но не успел.</p></section><section><title><p>Глава 56. Штурм</p></title><p>Дерек</p><p>Мы заняли помещение через дорогу.</p><p>Старый офис на двадцатом этаже. Пустой, пыльный, с голыми стенами, снятыми вывесками и проводами, торчащими из потолка там, где когда-то висели нормальные светильники. На полу местами остались следы от прежней мебели, у стены валялась сломанная офисная перегородка, а в углу стояла забытая кем-то коробка с пожелтевшими бумагами.</p><p>Но всё важное находилось за панорамными окнами. Отсюда открывался идеальный вид на соседнее здание, их логово.</p><p>Высотка стояла напротив — чёрная, гладкая, холодная. Стекло и металл. Дорогая. Защищённая. Уверенная в собственной неприступности. На верхних этажах горели огни почти во всех окнах. Там двигались тени. Иногда за стеклом проходил охранник, вспыхивал экран или шторы едва заметно дрожали от движения внутри.</p><p>Пентхаус.</p><p>Там была Моник. Я стоял у стекла и смотрел на освещённые окна, не моргая.</p><p>Волк внутри не давал покоя. Он ходил кругами под кожей, тяжёлый, злой, почти беззвучный. Не рвался вперёд, как раньше. Теперь он ждал, и это было хуже. Терпение зверя всегда страшнее ярости. Он чувствовал её где-то рядом. Нечётко, неуверенно — город глушил запахи, высота ломала след, стекло и бетон перекрывали всё, что можно было бы поймать обычным путём. Но связь всё равно тянулась.</p><p>Тонкая. Болезненная. Живая.</p><p>Натаниэль подошёл ко мне и положил на стол планшет.</p><p>— Наши люди уже внутри.</p><p>Я кивнул, не отрывая взгляда от окон.</p><p>Часть бойцов кланов под видом обслуживающего персонала уже проникла в здание. Клининг, доставка, техническая служба. Подмена прошла не идеально — такие вещи редко бывают идеальными, — но достаточно чисто, чтобы охрана не подняла тревогу сразу. Люди двигались медленно, аккуратно, без лишних разговоров и подозрительных перемещений. Один этаж. Проверка. Камеры. Лифт. Служебный коридор. Ещё один пост.</p><p>Каждый доклад в наушнике бил по нервам.</p><p>Себастьян сидел у другого окна и проверял связь. Перед ним лежали телефон, маленькая рация, планшет со схемой здания и распечатанные планы верхних этажей. Его лицо было спокойным, почти безразличным, но пальцы иногда слишком сильно сжимали край планшета. Группа номер восемь была его людьми. Он доверял им. И именно поэтому понимал, насколько опасно то, что им предстояло сделать.</p><p>— Восьмая заняла позицию, — сказал он.</p><p>Я повернулся.</p><p>— Где?</p><p>Он указал на соседнюю крышу.</p><p>— Северная сторона.</p><p>Сначала я ничего не увидел. Только тёмный силуэт крыши, вентиляционные блоки и редкие огни. Потом глаз уловил движение. Несколько теней возле технической надстройки. Они работали почти без света, чётко, быстро, слаженно.</p><p>— Оттуда они спустятся по фасаду, — продолжил Себастьян. — Канаты уже готовят.</p><p>Натаниэль прищурился и тихо присвистнул.</p><p>— Как ниндзя, мать их.</p><p>Себастьян даже не повернул головы.</p><p>— Спецотряд.</p><p>— Я понял, — буркнул Натаниэль. — Поэтому и говорю.</p><p>Он перевёл внимание на схему огневых позиций.</p><p>— Снайперы на местах.</p><p>На крыше нашей высотки едва заметно двигались фигуры. Два стрелка. Третий — на противоположной стороне, в здании чуть ниже, чтобы перекрыть другой угол. Они держали под прицелом верхние этажи, крышу, технический выход и часть фасада. Если что-то пойдёт не так, если охрана заметит группу раньше времени или кто-то попытается вывести Моник через крышу, у нас будет несколько секунд преимущества.</p><p>Иногда именно они решают всё.</p><p>Себастьян развернул планшет так, чтобы мы видели схему здания.</p><p>— Восемь человек. Два каната. Спуск по фасаду. Точка входа — технический уровень под пентхаусом. Если окно или балкон закрыты, используют стеклорез и шумоподавление. Внутри — камера, пост, служебный коридор. Дальше выходят к лифтам.</p><p>Я кивнул.</p><p>— Их задача?</p><p>— Получить доступ к системе управления, снять блокировку верхних этажей и открыть нам дорогу. Остальные группы уже готовы принять эстафету на нижних уровнях.</p><p>Все понимали, что это значит.</p><p>Как только путь будет открыт, времени на осторожность почти не останется. Красная Стрела отреагирует быстро. Магнус не идиот. Если они поймут, что мы внутри, первым делом попытаются увезти Моник. Или использовать её как щит.</p><p>Я не имел права дать им этот шанс.</p><p>Малик проверял оружие у стены. Медленно, тщательно, без лишних движений. Магазин. Затвор. Нож. Запасной пистолет. Он выглядел спокойным, но я видел, как ходят желваки на его скулах. Кай сидел чуть дальше и точил нож короткими ровными движениями. Металл тихо шуршал по камню. Он не поднимал глаз, но слышал всё. Натаниэль следил по экрану за перемещениями наших людей внутри здания.</p><p>Микаэль держал связь с внешними контактами. Его люди следили за выездами с парковки, подземным уровнем, подъездными дорогами. Если из здания попытается уйти фургон, мы узнаем. Появится полиция раньше времени, мы тоже узнаем. Магнус мог успеть подготовить запасной маршрут — мы должны были найти его до того, как он сработает.</p><p>Основная группа ждала сигнала у служебного въезда. Через подземный уровень мы должны были попасть к лифтам, управление которыми перехватит восьмая. Пока охрана считала здание неприступным, у нас оставался шанс добраться до пентхауса раньше, чем они поймут, откуда пришла настоящая угроза.</p><p>Я снова повернулся к окну. Свет пентхауса горел. И меня тянуло именно туда.</p><p>Терпение заканчивалось.</p><p>Я положил ладонь на стекло. Оно было холодным. Между мной и Моник — улица, бетон, высота, люди с оружием, старые пророчества, безумный фанатик и время, которое уходило слишком быстро.</p><p>Но сегодня всё это перестанет иметь значение.</p><p>Себастьян посмотрел на часы.</p><p>— Ещё немного.</p><p>В наушнике щёлкнула связь.</p><p>— Мы на точке. Канаты закреплены. Начинаем спуск через тридцать секунд.</p><p>Натаниэль поднял голову.</p><p>— Понеслось.</p><p>Комната словно застыла. Даже Малик перестал двигаться.</p></section><section><title><p>Глава 57. Один шаг</p></title><p>Дерек</p><p>К тому времени, как мы прошли через подземную парковку, лифты уже разблокировали. Мы вошли в ближайший. Натаниэль нажал кнопку нужного этажа и остался возле панели, держа оружие наготове.</p><p>Кабина пошла вверх. Несколько секунд слышался только гул механизма, потом нас резко тряхнуло. Лифт встал. Свет под потолком мигнул, но двери не открылись.</p><p>Натаниэль снова нажал кнопку. Ничего.</p><p>— Дальше пешком.</p><p>Я втиснул пальцы в щель между створками и потянул их в стороны. Металл заскрежетал, сопротивляясь, потом поддался. За дверями показался этаж: кабина остановилась чуть ниже уровня пола. Я раздвинул створки шире и удержал, пока остальные выбирались наружу. Кай выскользнул первым, проверил площадку и махнул нам. Последним из лифта выбрался я.</p><p>Дверь, отделявшая лифтовой холл от коридора, оказалась заперта. Пока у замка крепили заряд, мы отступили за угол.</p><p>Взрыв с грохотом вырвал тяжёлое полотно внутрь. Оно ударилось о стену, и по коридору прокатился металлический вой. В проёме повисла белая пыль, потянуло горелой проводкой и порохом. Потом мы вошли — быстро, жёстко, без предупреждений.</p><p>Первый охранник даже не успел поднять оружие. Он стоял у стойки, повернув голову на звук, когда Натаниэль дал короткую очередь. Тот завалился назад, разбив стеклянную панель за спиной.</p><p>— Вперёд! — рыкнул я.</p><p>Сирена выла по всему зданию. Красный свет мигал на стенах, превращая коридоры в кровавые тоннели и ломая движение на рваные кадры: лица охраны, оружие, дым, бегущие тени, открытые двери, отражения в стекле. Где-то ниже работала наша внутренняя группа. Но сейчас всё сузилось до одного направления — пути к ней.</p><p>Малик шёл первым — тяжёлый, злой, почти непробиваемый. Двое охранников выскочили из бокового прохода, пытаясь перекрыть нам дорогу. Один вскинул автомат, но Малик отбил ствол и врезался в них всей массой, будто ломал не людей, а стену. Схватил первого за бронежилет и швырнул через половину коридора. Тот ударился о стойку, сбил лампу и больше не поднялся. Второму достался удар кулаком в челюсть.</p><p>— Следующий! — рявкнул Малик.</p><p>Справа распахнулась дверь, оттуда ударила очередь. Стеклянная перегородка рядом с нами разлетелась осколками. Натаниэль ушёл в сторону и опустился на одно колено.</p><p>— Справа!</p><p>Он выстрелил в дверной проём так спокойно, будто был не под огнём, а на тренировке. Кто-то вскрикнул.</p><p>Кай почти не стрелял. В тесном коридоре ему хватало двух коротких клинков. Он проскользнул между охранниками, вышедшими из соседней двери, прежде чем они успели развернуть оружие. Один согнулся, зажимая бок. Второй попытался отступить, но Кай уже оказался за его спиной. Удар рукоятью в затылок — и путь был свободен.</p><p>Натаниэль прикрывал нас огнём.</p><p>— До поворота чисто!</p><p>— А дальше? — рявкнул Малик, хватая за ворот охранника, выскочившего из-за угла.</p><p>— Дальше в ритме самбы, активнее работай бёдрами!</p><p>Малик только зарычал и впечатал противника в стену так, что посыпалась штукатурка.</p><p>Себастьян двигался иначе. Он не разбрасывал людей, как Медведь, не резал противников, как Кай, не шутил под пулями, как Натан. Просто появлялся там, где нужно было убрать угрозу. Один выстрел — охранник у лестницы упал. Второй — человек у панели связи так и не успел нажать кнопку. Третий заставил стрелка за колонной спрятаться, дав нам пройти.</p><p>До лестницы оставалось несколько метров, когда впереди опустилась автоматическая перегородка.</p><p>Я свернул к двери служебного прохода и ударил в неё плечом. Замок не выдержал. За дверью тянулся узкий коридор, в конце которого горел указатель запасного выхода. Мы прошли по нему и выбрались на другую лестницу.</p><p>— Наверх! — крикнул я.</p><p>Собственный голос казался чужим. Связь тянула всё сильнее. Моник была близко. Не просто где-то в здании — рядом.</p><p>Волк больше не ходил кругами. Он рвался вперёд, бился в грудной клетке, скрёб когтями по внутренней стороне кожи. Я чувствовал её — страх, пульс, живое тепло за стенами и перекрытиями. И каждый, кто вставал на пути, переставал быть человеком, становясь препятствием.</p><p>Мы пробивались выше. На следующем этаже охрана встретила нас огнём из-за приоткрытой металлической двери. Пули ударили в перила, выбили крошку из стены у моего лица. Пришлось отступить с площадки, прижаться к бетону. Натаниэль и Себастьян открыли ответный огонь, заставляя стрелков укрыться, а Кай проскочил к двери. Мы двинулись следом только после его короткого сигнала.</p><p>Охрана Красной Стрелы была хороша. Они держали позиции, перекрывали лестницы, отступали группами. Знали здание и места, где можно задержать нас хотя бы на несколько секунд.</p><p>Но сегодня мы пришли не играть. Мы пришли забрать.</p><p>Натаниэль развернулся и выстрелил в охранника, который пытался зайти нам в спину с нижнего пролёта. Мы продолжили подъём. Под потолком скапливался дым, выстрелы и крики гулко отдавались между стенами, под ногами звенели гильзы.</p><p>В наушнике хрипнула связь:</p><p>— Нижний уровень частично заблокирован. Часть восьмой держит технический выход, остальные ушли наверх. Есть движение на крыше.</p><p>— Магнус, — коротко сказал Натаниэль.</p><p>Я сжал челюсти.</p><p>— Сначала Моник.</p><p>Никто не спорил.</p><p>Этажом выше я потянул дверь на себя. Здесь связь ощущалась настолько остро, что больше не требовалось выбирать направление.</p><p>Мы прорвались через ещё один пост и вышли в длинный коридор. Он тянулся почти до самого конца этажа, прямой, широкий, с дорогим ковром, стеклянными стенами и дверями по обе стороны. Когда-то, возможно, это место выглядело красиво. Сейчас пол был завален телами, осколками и вырванными светильниками, ковёр пропитался кровью.</p><p>Здесь лежали и наши, и их. Бойцы восьмой уже прошли этим путём, и Красная Стрела встретила их. Несколько охранников Магнуса остались посреди прохода. Один из людей Себастьяна сидел у стены, зажимая рану на плече, но всё ещё держал оружие. Другой лежал рядом с разбитой головой, и я сразу понял — не встанет.</p></section><section><title><p>Глава 58. Сверху вниз</p></title><p>Моник</p><p>Я видела его. На другом конце коридора.</p><p>Сначала я даже не поверила. Разум отказался принимать это как реальность, потому что я слишком долго ждала именно этого момента. Представляла, как он найдёт меня. Цеплялась за его имя, как за последнюю ниточку, когда всё вокруг становилось чужим, холодным и безнадёжным.</p><p>А теперь он стоял там. Живой. Мой.</p><p>Среди дыма, красного света аварийных ламп, криков, выстрелов и разбитого стекла. Его плечи были напряжены, лицо жёсткое, глаза тёмные, почти звериные. Коридор вокруг него выглядел как поле боя, но он будто не замечал ничего. Его взгляд сразу нашёл меня.</p><p>У меня перехватило дыхание. Я смотрела на него, боясь моргнуть, и впервые за всё это время чувствовала, что могу больше не боятся.</p><p>Он пришёл. Он нашёл меня.</p><p>Я почувствовала, как губы сами растягиваются в улыбке. Глупой, дрожащей, почти детской. Глаза защипало так сильно, что я едва не расплакалась прямо там, посреди коридора, под вой сирены и треск выстрелов.</p><p>— Дерек… — выдохнула я.</p><p>Голос сорвался почти шёпотом.</p><p>Я медленно подняла руку, боялась, что если сделаю резкое движение, он исчезнет. И всё это окажется очередной игрой Магнуса, видением, сном, безумной надеждой, родившейся от страха.</p><p>Но Дерек сделал шаг. Потом ещё один. Он шёл ко мне.</p><p>И я подалась навстречу.</p><p>Ещё немного — и я снова окажусь в его объятиях. Почувствую его запах, руки, тепло. Пойму, что всё было не зря. Что я выдержала а он успел.</p><p>Но в этот момент сильная рука схватила меня за плечо и дёрнула назад. Боль была такой острой, что я вскрикнула.</p><p>— Нет!</p><p>Я обернулась и увидела Кайра.</p><p>Его лицо было перекошено. Уже не игривой улыбкой, не тем больным, почти ласковым безумием, к которому я успела привыкнуть. В его глазах горела ярость. Чёрная, живая, отчаянная.</p><p>Он видел Дерека. И видел, как я смотрела на него.</p><p>— Отпусти меня! — закричала я, пытаясь вырваться.</p><p>Кайр не ответил. Он рванул меня к себе. Я едва не упала, но он удержал, почти волоком протащил через порог и захлопнул дверь.</p><p>— Пусть попробует пробить брони дверь.</p><p>Из коридора донёсся отчаянный рык:</p><p>— МОНИК!</p><p>Альфа.</p><p>Я дёрнулась на этот звук всем телом.</p><p>— Дерек!</p><p>Но Кайр уже тащил меня дальше.</p><p>За спиной загремели выстрелы. Потом что-то с силой ударило в дверь. Дерек добрался до неё. Я попыталась остановиться, рванулась назад, но Кайр только сильнее стиснул мою руку. Его пальцы впивались так, что я почти не чувствовала кисть.</p><p>— Отпусти! — закричала я. — Отпусти меня, тварь!</p><p>— Некогда.</p><p>Одно слово. Глухое. Окончательное.</p><p>Мы пронеслись через комнату, потом узкий служебный проход. Кайр знал маршрут. Он без колебаний сворачивал к нужным дверям, будто заранее продумал, как будет уводить меня отсюда. Короткий коридор закончился лестницей.</p><p>Он потащил меня наверх. Я спотыкалась о ступени, хваталась свободной рукой за перила, но удержаться не могла. Снизу донёсся грохот выбитой двери.</p><p>Кайр выругался, толкнул дверь на верхней площадке и вытащил меня на крышу. Тут же захлопнул её за нами и опустил тяжёлый засов.</p><p>Ветер ударил в лицо. Холодный воздух ворвался в лёгкие, смешанный с запахом топлива, металла и ночного города. На площадке стоял вертолёт с работающим винтом. Лопасти резали воздух, поднимая вихри пыли и мелкого мусора. Красные и белые огни отражались в стекле высотки и в мокром покрытии крыши.</p><p>Кайр потащил меня к вертолёту. Я упиралась, пыталась разжать его пальцы, но он остановился сам и развернул меня к себе. Наклонился почти к самому уху.</p><p>— Выбери меня, детка.</p><p>Его голос дрожал. Не от страха. От бешенства.</p><p>— Я всё для тебя сделаю.</p><p>Он почти смеялся. Но этот смех был ломанным, опасным, полным боли, которую он тут же превращал в угрозу.</p><p>— Почему ты молчишь?</p><p>Я попыталась вырваться.</p><p>— Потому что я тебя ненавижу!</p><p>Кайр замер. Потом тихо выдохнул:</p><p>— Нет.</p><p>Он покачал головой, словно отказывался слышать.</p><p>— Ты просто ещё не поняла.</p><p>За спиной содрогнулась дверь. Её ломали. И я знала, кто это.</p><p>Мой волк.</p><p>— Я всё поняла!</p><p>— Нет, Моник.</p><p>Кайр сжал мою руку сильнее.</p><p>— Ты боишься. Держишься за него, потому что думаешь, что это спасение. Но он не чувствует тебя так, как я.</p><p>Он смотрел на меня, будто действительно верил в то, что говорил. И это было страшнее всего.</p><p>Я рассмеялась. Коротко, почти истерично.</p><p>— Ты болен!</p><p>Снова удар. Металл застонал, дверь выгнулась возле засова.</p><p>Кайр обернулся, выругался и потащил меня к открытому салону вертолёта.</p><p>— Двигайся!</p><p>— Нет!</p><p>У самой двери я упёрлась ногами в покрытие крыши, но двое людей в чёрном уже протянули ко мне руки изнутри. Один схватил за плечо, второй — за предплечье. Кайр подтолкнул сзади, и меня втащили в салон. Я ударилась боком о сиденье, попыталась подняться, но один из мужчин прижал меня к месту.</p><p>— Держи её! — крикнул Кайр.</p><p>Он забрался следом и перехватил меня. Мужчина отпустил моё плечо, потянувшись закрыть дверь. Я тут же бросилась к выходу, но Кайр обхватил меня за талию и дёрнул назад. Дверь захлопнулась перед самым лицом.</p><p>— Взлетаем! — рявкнул он пилоту.</p><p>Вертолёт задрожал. Гул стал сильнее.</p><p>Я ударила Кайра локтем, вывернулась из его хватки и, вцепившись пальцами в край сиденья, потянулась к окну.</p><p>В этот момент дверь на крышу распахнулась. На площадку выбежал Дерек. За ним — остальные.</p><p>Красный свет мигал за их спинами, ветер от лопастей бил им в лицо, но Дерек даже не замедлился.</p><p>Он увидел вертолёт. Увидел меня. Я прижалась ладонями к стеклу.</p><p>— Дерек…</p><p>Не знаю, услышал ли он. Скорее нет. Но он понял. Я видела это по его лицу.</p><p>Он побежал прямо к нам.</p><p>Вертолёт уже отрывался от площадки, тяжело, рывком. Люди внутри кричали что-то пилоту, Кайр пытался оттащить меня от окна, но я не отрывала взгляда от Дерека.</p></section></body><binary id="cover.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4AAQSkZJRgABAQEAYABgAAD//gA7Q1JFQVRPUjogZ2QtanBlZyB2MS4wICh1c2luZyBJSkcgSlBFRyB2ODApLCBxdWFsaXR5ID0gODUK/9sAQwAFAwQEBAMFBAQEBQUFBgcMCAcHBwcPCwsJDBEPEhIRDxERExYcFxMUGhURERghGBodHR8fHxMXIiQiHiQcHh8e/9sAQwEFBQUHBgcOCAgOHhQRFB4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4e/8AAEQgCgAG4AwEiAAIRAQMRAf/EAB8AAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAABAgMEBQYHCAkKC//EALUQAAIBAwMCBAMFBQQEAAABfQECAwAEEQUSITFBBhNRYQcicRQygZGhCCNCscEVUtHwJDNicoIJChYXGBkaJSYnKCkqNDU2Nzg5OkNERUZHSElKU1RVVldYWVpjZGVmZ2hpanN0dXZ3eHl6g4SFhoeIiYqSk5SVlpeYmZqio6Slpqeoqaqys7S1tre4ubrCw8TFxsfIycrS09TV1tfY2drh4uPk5ebn6Onq8fLz9PX29/j5+v/EAB8BAAMBAQEBAQEBAQEAAAAAAAABAgMEBQYHCAkKC//EALURAAIBAgQEAwQHBQQEAAECdwABAgMRBAUhMQYSQVEHYXETIjKBCBRCkaGxwQkjM1LwFWJy0QoWJDThJfEXGBkaJicoKSo1Njc4OTpDREVGR0hJSlNUVVZXWFlaY2RlZmdoaWpzdHV2d3h5eoKDhIWGh4iJipKTlJWWl5iZmqKjpKWmp6ipqrKztLW2t7i5usLDxMXGx8jJytLT1NXW19jZ2uLj5OXm5+jp6vLz9PX29/j5+v/aAAwDAQACEQMRAD8A+P6dRTR1qTZIdTiaQdKeelJsuwxaTvQetKvvQA5e9DdqGpUGWwO9HMACngfKDmlZCuQeophpXK2AjmnU0CnDg0AKBigGgnIFDDFMApUGWApE5OKkAC0m7DSHbaUDPI6etICc8U8Hn2qblpCY5py8UuU4yeO9CEHp2OKQ7DxyopUO360wZHTpT1ODSZcdCzEARljhT1pZBt+VWbaecZqBnG0ilikLDaecVFjTn0sPHFTqN8QFQ/hQHbtxSY4scy4bFPRAMnHenwI0gJY4AGakRF/vE/Wpua20KM0Jdsjj2qFogo4rZWFWFRSQIC2fTimpWIlSTMYrzTQq+lWZYyrHJHPpUe3nNaKVzBxsxiiniN9oK96UYFSoeBTbGrFdkI69aTAHapZQxOQM1Fg5oTFJCHbuJzgYzjHWq7nLZxVwRnaWIzioDHls5H4VVzNxIu2acFJqQR4pdoouJxsRP97aOgprDB6nNTsgHI4NQSDq1O9yWhpJPU0rDikH6UoGaewiNxk0BafsI6ig0XE0MC4pw4oFKBTATJPWjgdBijd8xGKMcE0ARu2R0pigmpGXKk0kOCxHtmi5LQ3HFNIqVh37U2TbxgdRTIsR4opaKAHA9aFBLYFIDwaUDnOaTdix4X5d3bOKaTzRntS9utKxQlFA5OKeE+XNMBlSJgdetKq8UrCk3YdhjOc+tAZj1pcZpQtFwHKaDzSZoyV6GkyhQtPYgnBGT60yFizANU7KpY4FJtjUSJBk0rA8YpzJg8ChNwOG6UBYRSw6jNSKfmAJxmnoAy5x3qRVAGSAT60rlqJAUdmCqQB71YiSMLg9fWmKCWyB0pzZLAkYxUN3LQYwT7GmnrmpARScHpQNoYW4OAce9EDYbNDiiNMYbcD9KZKVmWd+/oKVWCnkVGAByOKkGwqDnmpNUidGDKQp+U0qLtcNuJ9ieKhTjpU0RwSSM1m9DWL1NAMvlZUdDVaRXc5FWLaVVhKsBkiopm/dkLwazTN5pJaGXcRsZSRgAdc03aMYp7Fi5zQcCtkzlauysykHFKrEACpnKk4HamMABnFVchxG7z6UzktkjFG/EgpXJY8CmSSTvujHAGB2qqi4cVMRgc1H3pxJa1GzZHzA4HemGQ4p9x02jketQDpVozaHM7EYzTBk0Mc0qkr0pkkkcRZQQCfXHYUsibNyFgTnGBT4HdQdvcYqJgRnPU0gGCkpT1pQKYDKU9KcwprUCsNHXNSA4HSoh1xTg1USJjLYPA9aawCEbaex4qInmkSxzt8uMVEWzilNNNURcWiiigApRQKWpRpYMUe1FLt4zTAfGOKeKYnSn9eKTdi0xc4pBTTkHinqM59aQw/nRTk+Vtw+8OlfUX7MniO78YQaxa+IbTTbx7Pynhl+xRowD7wVO1QD90Vx43FvC03UtdI6MNRVafLex8sSHBHFA5Fey/tO+IryLxxfeFrO3sbTTII4cpDbIryMVWTcXxu6nGAQMCuh+DWt/wDCLeBJta8d21idECeXpMMllH9quGzklOAWXnqxx7gColjZKhGqo3b2V+5UcOnNxvt1PnxBzViLgV3XxC+KWp+JxPZ2mmaZpOmS8eRb2se8gHI3Sbc547Yrsf2YvE2o6h4wtPCeox2d3pgtZPLSW1jLRlQWBDbdx79SetFbE1IUXVcNV0v/AMAKdOE58iZ4s7nABqGVsHpX1D+0V4uvPA2o6VZeH9M0aEXMDSySSWEbt97GBkYAxT/g7q/hz4r6Zfad4p8MaP8A2laormWK3VPNjORuBHzKQRzg98965f7UksOsQ4e76nR9TTnyKWp8vwP7VNuyK7b43eCE8DeMjp9tJJJY3MIuLZpDlgpJBUnuQRj6YrtvgR8IrPXNOHizxcrjSMFre23lPOVeruRyEGOg6+uOvTUx1KFFVr6MxjRnKo6dtjxa1hmmk2wxPI3oikn8hT5IpopRHNE8bejDBr1Dxd8Y9UivpNP8AJbeHtEhfbCLS2RZJcE/MxIPX0H45rf+GnxWn13UINB+IkNjq+m3bCFbi4tk3wseFzgYK5wM9R1zUVMRWhDn5NPXX8jWNKEpcqkeGMOaCNo+te0/Hr4Rw+FopPEvh4OdKZgLiAksbdj0IP8AdJOOemR+HK/BPxHqOm+MtK0dBbzWF/fRx3EU0CSbt5Ck5IJBxjoR0qqeMhVo+1p6idBqpyS0PPiKEHNfXvx81Y+CvC1pe6Jpmlpc3N2IS8toj7V2MeARjPHeuM+DfjiDxpr3/CMeLNC0a6a4jdoJxZoCWUElSMY+6DyMdPeuSnmc50fbKGnr/wAA1eFSnyc2p89qOM01T8+cda9h/aM8A6T4S1HT9R0SNoLO/Vw1vuLCN1wflz2Ibp2xS/s9eKdVm8a6V4Xu/sl3pkqyKsUtrGSmEZgQ23d1HrXT9djOh7aCurEeytU5JOx5HuwBxT1bvX03+0n4iuvCFppNroFpYWjXvmvNN9kjZgE2gABlIH3utfMiI0snXqanC4l4mn7S1kVUpezlyk8a7sPmpZFbaSOaiyYsLgH61IJgRya3HyopyBv4R9abGoL7WFey/BrX9M8HeBfFHiO7sYb9mnt7a1hkAw8hEhxkg4GDk/StP4dfE7V/FPxE0rSrzRPD0FndTFXSGxG7ARjwxJ9BXNUxVSLk1C6j1uVGjGVtdWeEsqqpOKhYAqRjrX1V+0H4luPA8WkHRdK0bN2ZhKZrJX4UJjHp941yfg/4jR+K/C3ijRtV0bTLW/XR7ia3mtbcIr7UOQRyQcHPB7HpWVHMKlSmqqhp6lSwyva+p8+NGF5FR5Pevcv2cNfvLnxdZeE76Cyu9LkimKLLaoXjYKz5D4yec8E966v9orxVd+CdU0qz0DTtHhW5heWR5LGNycNgKMjAFW8wkq6oqGr8zJYVcnO2fMMm7jaM+tC819OfCXUfCnxV0y80zxL4V0mPVLdAzNb24j8xG43Aj5lII5we4NeS/E/wxcfDT4gxpp1wWQKLqyklRXZVORhgQQSCCOla0seqlR0WrSRnUwz5VJPQwPAmtaTpOqIde8P2es6a+BPHIoEqj+8jcEEc8ZwfbrXX6npnw3b4q6Xe219Zx+EbmEXM0Su2YiqnMRU/OCzBff5uOle//Be4j8UfDjTNY1XT9PkvJfMSV1tUXeVkZQcAYHAFfPt/8YvFkOpTpHbaIsccrKq/2dHwAT3xXHSxU8RVnGMbNaPX8tDaVKNKMbu9/I5v4oax4T1TVEj8H+H00uwgyPNYsZLg56kEnaOOB+foOLFe3+IvHUHjP4Iasl7penWer2N3bBmt4gqyRsxwQCcjBUg4PpWJ8I/ig/h/ULLSvEFpZ3mhj93lrVPMt1/vAgZYDPIOeK7aVSpTou0LuPS/6nNOnDn1lo/I8uDFaQ8nNfbnxR0e5ufh7eXXgyCwTURGs8DRW0b+bGOWCZUgkjpx/OvlX4UyeIT42t7Pw8sPnXciibz4EkjWIHLFwwOFABJIwaWEzJYmnKaVrdLirYX2ckr3ucZilxivb/i18XY5tTuNG8G6fplvp8WY2vDZxu03rs3AgL6Hr3rxIqMlvWuvD1alSPNONjOpSjB2TuRydM0zNStxUMnXjqa6Ec8tBpO1ifWjfntRtPc0YwPWrIFPNNenJygoYe9BLREaQinstMxTIsFFB4ooAXNPxxnNMxRmkaDs05fukVHSilcLkq8CjHPWhaWhlpB3p6HnFNAzQ24Y4pFD24NfRH7F5/0zxNjkeXbYP4y186hi3Wvov9isZu/Ex/6Z2385a8rOv9yn8vzR14H+Mju7z4V6J4j+LOreKtbube+SFoFi08fMFcQpzKOuO4XoR1yOK+cPjefFq+PryDxc+65jOLYIMQrD/CIh0CY/rnnNei/EvxxqfgX9onVNTsWLwMlul1bk8TR+THx7EdQe35g+peOfDfh34y+AbbUdLmjF0YjJYXOOY3xzHJ6AkYI7dRnHPk4WvVwc6dSrrCSSv2O6rTjXjKMNJJ/efGKda9a/ZSOfjHaD1tJ//QK831zSb7Q9XuNL1K2e2u7dyksbjBB/w6EHuDXpH7KuF+Mtpx0tLj/0A17mOkpYWbXZnBh4OFWKfc7X9sHStUu9b0O6tbC7mto7V45JYoWdVbfkAkDANXv2TPB+r6U2qeJNVtZ7OCSAW8CzIULjcGZsHBwNowenJ9Kd+1L4t8S+GfE2iDQtavdPV7N2kWGQhXO/GSOh/GvF9a8feLNc05rbVPEWp3ULcPEbghG+qjg15GFpVcRgIUtLPr13O6U4RruT3R1P7Rniex8X/EaG30yaOW2sYls1mTkSPuJdge4yQAe+PevoX4noug/BXV7bT1WOO20w20QHG1CAn8jXxLBKUlSReCjBh+Ffck5tvH/wlb7DKG/tXTcIT0WUr0J9n4P0rLM6Kw0aEV8MWVhajqObe7PiDy+cCrludigdCKWSzmtrqSG5QxzROUeNhypBwQffOaktreW5u4bW3jMkszhI1HUsTgD8SRXvzkmjlguVn2chXxJ8F0e8xJ9v0QNKTz8xh6/XPNfI/wALiB8R/DmeP+Jnb/8Aoxa+qPHeoQeA/gk1rLJGs8WnR2EIz96Ux7OP1b/gJr5Y+Fp/4uR4c4/5idv/AOjBXhZXFqlWl0u7HXinapC+59M/tI6Out+D7C2Oq6Zpuy/EnmX9x5SN+7cbQe556fWuT+BXw9t9E1aTxP8A2zp2vXVtGyW9tpdwkm1mG0sxYgA4JGPfrWn+14rHwFphAzjUh/6KevAPh7q2o6N400q802eSOYXUalVbHmKWAKn1BzjFTg6NSpgbRlbcqpUSqpNHZ/tC+IPEeueJILXWdFm0a1tEb7JBLyzhiNzlhw2cDpkDGPc5v7O6f8Xj0M+hm/8ARTV9AftI6ZYXvwsv7u6jBmsnjkt3x8ysXVSAfQgn9PSvBf2dUY/GDRNwxzN/6Jet8NVVTASsrWuiatLlrJ3PYf2lovB8jaIPFV/qlsQs3kLZRK+4ZTduLdP4cfjXAeDfAPw38ZSvY6D4t1aDUFBZYruBMsB6AYz+BzXQftjR7rjw4N3BFwOnvHXlHwiW8b4k+HxZFhL/AGjDnA/g3fOT7bc/hmowlOTwSlGTTVy5yTq2aLfxR+HWs+BLyMXzpdWU5IguolIVyB90g/db2/LNcS0efavrX9qI2y/CuVZ9nmteQiDPXfyTj/gO6vk1G3V15fiJVqV5bmdaCUtCWGe4+yCxNxL9m8wSmEOdhcAgNt6ZwcZ9K7P4ELj4ueH19Z3/APRb1xcA+au6+Bqj/hbuge0zn/yE9bYl/upejCmveR6R+17Gr/8ACOZ55uv/AGlXz9C0lsxe3keJ2UqWVsEqeCPoRX0D+2AMJ4aYE/fuf/aVfPUzEpxx61y5Uv8AZYo0xGkrnon7Nox8XdM/65T/APopq639r3S9Tu9c0Oe0066uYY7WRHkiiZkVt4wCQMCuS/ZpBPxd0zn/AJZT/wDopq9C/al8Qa7oOt6C2javeaezwTF/s8pQMQy8kA89axq80cxjy9iVrh2Uf2VPCGraVd6n4l1W1msYJYBbwLMpQuNwZmwecDaOfevP/wBpbxVYeJPiBs0uVZ7TToBarKpyrsGYsVPcZOM98ZrmfEHjXxZrVubbU/EOo3MBPMbzttP1HQ1zDRux4Ga7qGBmsS8TUer6dDnnWTh7OJ9i/szc/B3Sf+uk/wD6OevALz4aefq04/4Tfwam+djh9TAIye4xX0J+zYvl/B7SM85ef/0a1fIeqj/iZXPb98//AKEa8/Ac8sTW5XbU2r8vs4XR2vx08MWHhG/0LSLLyndNJje4njUDz5C75c/09sV5k45rtrZPEPxF1bS9GiEElxZWH2aFjlQIYwzAu3PrjOPSuOePDkdcV7eGvGHLN3l1OGtBOV1sfRX7L/xFE0K+CNanO5ATp0jt1XBLRfh1Htx2FS/HvRo/A2iahqXhfSTA3iKYxaleRn/UpjPloP4RIdxP0x3GOH0uA/CzwtHrl0iDxjqkR/s6GQZ+wQHhpmH95hwARx+Yr3D4deJNI+K/w4ubDUoke48sQajB/dbHEi+mSCQexB9K+fxK+r1/rMF+7b1833/rqehSfNT9lJ69D41UUNXTfEbwlqHgvxTc6Lfgts+eGbHE0Z+64/zwQRXLSA19PTqRnFSi9GeTUi4uzGuPemYp6jpRitUc71GYpD0pwFI3AqxWIx1wKVSD3pvU05eaRNhXGajYYp79BTG4oAbiinbvaiqEIopMU6lTqKRQylFKy0YI6igB6DFPApiCngYqWy0TwxxNFIXcq4HyY70m3I5poHy0AkVBfNcWIKsy79wXPOBk4r3j4P8AxI+Gvw8tr2OCPxDeXF6yebM9tEowoIACiQ+p7968IRx/EccgcdaCtc+JwsMTDknsa0qkqcuaJ6l8ZvFHw98ZahceIdIbXrXWXREMcsEfkSlcKCSHyp2j0PQVZ+BHxN0TwBZ3qar/AGrcrcMp+zwxIYoyP4hlgckcHjsK8kVcmh4tu3vkZrOWCpOj7F/CafWJqfOtz3v4kfED4TePoopdR0bXra/iQKl5bxRCTb/dbL4YfXn3rC+D/if4eeBdaOt3b+ILu+8to40+zxCNVY9c78k4HtjnivKYWAXGKa/Xis44GEaTopvlfmafWJOXP1PcvjB49+GvxEWzkl/4SCxvLTekUqW0TqVbBwwMg7jI5HevE0i69cHtUUR2uGq2HDYrTD4eOHhyR2CdR1HdiRW6AZIr0P4UfFDVPAkzWxT7dpEpzJas+3Y3dkb+E/oa4HOBxVeVHY/KM06tKFePLNXQRk6buj3TxtqXwi8eTrq51K+8NapLgTs1m0qSEDklUzk/7QIz3zWf4U1b4XeBL9dYtrnUfFOqQgmD/Q/s8EbY+985zn359ua8mt0IjAPWp1THWub6nGMeTmfL2OhVLq9tTpPiT4213x3qou9RkWO3j4gtY/uRD+p9Sf5YFW/hjqHgnw/q1nrev/2vNeWc/mxW9rDGYyQPlYszAnnnAHYda4u4Z0xtOKWKRZOG4NbOhH2fs46IlTfPzPc+hvHXxY+G3jLw8dL1jT9c8neJEeONA8bjowO7HQkcjvXGeENb+FHhjUY9YtdM8Sane253QC78oIjDowCnqO2c15gwHQU+IHaBXLDAwpw5It2NXXk90ehfFX4oan45VLJbddP0uNtwgVtzSN6u3fHYY4/LFj4R+IPBHg/VLXXtUGt3GpxI22OCGPyULArkEuGPBPYde9eckdKdtJrX6tTVP2cVZCU25czPd/iB8TPhn44sILXVtM8Qj7O5eKWFIldCRyOXIwcc8dqzPBnjX4X+BzJfaDoGtXuplflnvWjyB3AIOF/AZryFDhAuKjnOBkVgsBTUeRN8va5r7VrdHXfE3x3rHjm9Wa9CW9tCCILaM5VM9ST3J459uAK4e6KoyhR9adHO2eaWTY+Nwrqo0Y0lyx2MpSTFjA2gg16H8Kte8DeFtUs9e1ZdcudTgRtsUUEYhRmBXIJfLcE9h1rzxVUfdGKeyZxRWpqceV9Rxdj274n/ABF+HfjzS7e0vIPENtNbOXhnit4iVyMEEF+QcD8q8Lu0gW5kFq7vAGPls4ALL2JAJwcdsmp0FBTNRhqEaEeWOwqjcldne/BzxP4I8F6lHrl+NaudTWJo/LihjEKFuCRltx447dT1rf8Aix4/+H3j+2shcx+IbK5tC/lzJbRMCGxkFS/sO9eOrbP5xYdqklCJDskGWpSwkJVPatu5MajUeXoZ06jdlQ2O2RgkVf0CPTWu411aW5isjnzWt0DyYxxgEgdcd6iYKw+QYIpg35IbpXXKPMrGSfK7n0T4S+M/w/8AC/hyy0KxsNc+z2qEKzxRFmJJZmPz9ySa4PWda+B+p6jNevo/iW3eaRpGSBo1TJPOAWOK8vkjLYxUG7y7gDap+tcMMBTptuLd35msq8me66F8RPhX4X0HUrbwzoer213d27x+fNGjMzEHaCxckLnsB+Fch8ONb+F/hue21TWbDWdS1SIZ2mKIwJJ1yF3AnHbd+VefThZDuGBnsBVMK2eRiqjgoJNXeu+oqlVp7HefGXxF4Z8Ya5Lr2lPq4upgivBeRJ5SIq4yrBie3QjuTmrfwN8aeFvAl/NqupnW5r2WJoGt7eCMwlcggklgSePQYrzifKqCO9RV0vCwlR9i/hMHWcZcy3PoD4l/E74W+PNMSz1fS/EEUsBzBcxQReZHnqOXwQfQ14JqiWK38yabLPJaBiImnQJIV/2gCQD7Amowc8Ukq7E3EU8NhoYaPLDYzrTdT3mQsKZwOpp/8JqJs55rsRyMVG2tkUxzk0HNJjNWkT0Ic/ORTw3tTmQdQKaVIpkWEY5pp5o6mnMB2GKGJsaOTRTzxRTEG33pRxxS0dalmqQmO9OAzxmmsTtIpEpAiYqBHkDkdaEb5DwDn1pFOeKa52nA71JV0hSxBGKmQ7h71WByantzgmiw07ht5460qlwpXPNOl4+YCltlLFgTnmpbsWlrYImYnBqfbuAP4Uzysd8Z4/CnqdhXksB60i0hGUKeKeqgru9KXaX+YHGaQKQ21iQPapbLsN256U9EcMBipNuDjIP0p7BjjaOgxRcaiSoh2fN3pRHjntQoJRfmB57VOi5GetQ3Y1SuMjcmQIKslfWoxGYz5gXmpIZAZB5hGO9QzWKezIZ4t3A44pEhwOtaUkKum5Biqe1lYgilzXBwadxmw+tWIoysYzSonyhsVMpATpnFK5SRXPEgBBP0qeJcuBjFREfvgamBI6HmkxpWJZo8JkVSbmvYvC3hrwX4Y8L2Xifx/cyajLqKGWw0m0cHemcbnIIx+Y9OTkD0n4aeKfhX4wvf+Eej8Fadp1w6EQx3FnEyy4BOAwGc4BOP1rJzt0KZ8pPGAoYd6jZSegzXuH7SXw30zwk1nq2gw+Rp95KY2g3EiGTGeM/wkA8dse+B4ttxWtOSauQ0QrkEcc1PklRmnbAHDbSB71JsDHAobGkVweakRSwwO9P8g5+WnIPKfPYUXQ7PqI8bou0cHvVeRNxC5Jz61fuWD2+5TVNd2eeaaYpRSKjxOkxHQCopCwPWr9whKljVGSJmyRWqMJLURGc96Gh3ndjmiBWEmD3qwGCnHSolJ3LjC6KEkUivkHrRJygXvV99jKzHjAqlLC5BftQpXCcGlcrlSYiCckUxEDECpA1NVB5oIOBWqMHZjSmyT1pLhTIowcYq/cJH9nD/AMVUyQVI9aIu4Thy6FNlNMKnOamYc00itU7nK42ITj0pyrmkP+s205TjIp3IsI4A7UyVQBT35ppG5CMU7k2IMe1H3aeq8UrCrJsRuTyxNFEgoouTYQ59adyBkVGp5qUGpsaJgDu601lwTUhUklgBj2pzKCMqd1SmVysiDEDFIWLHJpcHeMjAPenSImPl5pkuLGr2qRZNvbrUcakinqh7ihhFMtrGZUwOtTRxojAKRyOaW1IRQx/u4qeKNZOTxWMpWO2nG+5DNGUjD5yCahALGrkhRfkYbsdKZFESu4Cp5i5U1e6JIVVYwADk+tI8Q3nufWnxoe/riplHz4qXI0jBW1F06znusiGKd8dfLQtj64q6vh/XnizDo+pMrdxaOf6VUj/1u6pJSQuUICDpmobkacsVEn/4RjxUP9X4b1h/XbZSf4Vq2ng/xYY8/wDCM61+NjJ/hXL+bIJdo4zWlaTTwxBHkdsdDuqZ+0SuiabhzHRJ4E8ZSqG/4RXV8ds2jj+lTJ8NvG7S/J4U1XnsbdgRWNDdSphxcTLnsshFWrXV9Strgyi9ugnp5h/xrncqr7HaoROhtfhx448v/kVtSH/bKmS/C3x27gx+GL8g98D/ABrIh8Ra2JWaLVb5FzkAXDj+tPTxD4myMa7qi49Lt+f1qLVV1QWib1l8JfH867f+EfeL3lmjUfmWp+u/Br4gadAJl0sXacZ+zSq5HrxnJx7A1nWfjDxZZlZIPEeqI49bpz+YJIqTXfiD4y1i2MN/4gvXiGPkjfywfqFxn8aa9tfRoTjFHN6jpV/pbLDqdhdWkpzhZ4WjJ+metVE5PTFK0ryMWkJZj1JOant41YZP5Vvd9TJbjGLNgFiQowoJzgelep/s/eENTn8U23ii+ilstG01vtD3EqFVkYA7VX+9yQTj0+lee2cr2c8V1bMFmidXQlQwDA5BweD+Neo+Avjb4osdZt4tfuU1GwkcJLmFUkjXPLKVA6ehzWVRyUdCmiL9ob4gQeLryHSdLBbTLF2fzWQqZZTxkA4wAM478npXjbRMvXvX1n+0P4Q0i/8ABd34kgt4odQswrmVBjzU3AEP64zkHqMV8skE+hz2p0ZXiPlRHpmn3+p3C2un2s11OekcSFmI9cCvRNC+Cnj3UQZ20+GxTHAu5ghP4DJH4iuIjWONRnGa39L8c+L9G+XTdevooNvEbP5ifgGyB+AonKb0iPlNS++DPxCt5iF0VZ1PRormMg/mwrNuPhZ8QAGH/CMXh+hU/wBapXvjjxhfXJluvEuqMzdQLllH4AHAqpceINfmB3azqDA9d105P86Eqq6oTs9y7H8MvH0ec+FdSO70jz/WoJPh743ibDeFtW/8BmrPbVNR2EPql8SepM7GmNqd5n/j6nb6yGqvVRForcuXHgbxiifN4Y1f8LVz/Sqb+EPFca5fwzrA9P8AQpP8KW7uLl4/mnlb6uf8ay2Lufmdm+tOMqj6jnFJlibw/r8c25tB1QfW0kH9KrXGmalhs6fdp/vQtn+VQztJnJPBotXQZV1DcY5q7SSvcmLV7BEhCNGwIbGORVaVXQhXbcPTNWJZSG4FVZdzEmqiJtXsQXSqFBHGWqJiFOAOlLc5yB6HNNPJ3evatkcctGxpckYzxUbHHvTm4UmmLzVbGcm2NbnI701VbvUyR5YmnuCB8wAHtVJkcrZRlGJKaDUlwBuyDUQPPQ1Zk1Zj8Zp2KaHCjBzSHkZFMTYu0DvUTsA2Ac0pz3NMdKpIhiPyuBRTlooJK4x3qRTxUdPAyBSY0TKc/LnGasRbdm0sFwM9etVAMdKkKkoDUyNoSZYVF8vcwz6VC2FU5FO83CBQO1RPuY5JqUVOzQtu4DYCE/QVaUkuFC5qrDvV8jitC3ZVUsykk9CO1E2VRVxSpCgg4qWOQ9Oo7CpTzbqwVSD7U2OIBtw71g5HZ7Nx2DYCynPNWBEV6HrQ0Z2/NgH2pYZFI2P+dQ3c1jFLc0NMaKGCQyQrIXBCkjge9U5QgOV79akmk2wpEvABzkVXkkVOScCpiupdSorKI9Q2M4pxOVKkUkMitGGU5GakXDHI6U2yFqQrasZN/wClWgjiIHFSxtgEbR0yM9TSEk43fLxU8zY+RdCeFAFAfFPLBlOMDHGD3psjKtoSF+b1qnBK8kojHWptc152lYtwMUkORke1aEDRzZVBg1VkgdIwdufWrFlC0SiRV5qJaI0pXb1LktoVgDMfmNU50WOLaxOSOasSXcjEbh04xUMpaRgStRFvqaTSexQNu+7OOKsW6hXFTk4XHtSxRK3JNU5NmThY9U8VfBLVtJ8LQ6tpd1/acwTzLu2jTlQecx85YDuPxHpXBeCfDGp+JfEdrpNjayO8ko81wvywpn5mb0x+uMVs6D8TPGfh61Ww07WJRaxcRxyqsgUeg3AkD2zRq3jzxfqCSxz65PEkp/eJbIsAf/e2AbvxqHKSVrDUbnq37Q/jjTI/D8vgvSrgTXMwVbp4zlYY1525H8RIHHYZz1r5xG5VG4c1oO2JfMx1qK5i3SHYvA60U/dVivZ6XK3lyy4YCrCxzOFTGWJxUtku19uM1fQLDLvI69PrVSlZjSujFntHjly5x7Y601UZgQvatrVIhPHvHP8ASskRyRI2ByaqE+ZGc42ZWIQuV607YiKWI+lPht2LmV+PrVqWKNot7Z9sVTkhRhczfMY5OeDTCFDZA69a14rKJoWbkVTngC5CdPWhSQpQZkTn97yOAc0kMJYmRfujmppVDNsIwfWl3NEPLX8avmuZqOpXmAKk1AQxxhatrbu7HsCauwxW9uuZ33EdAPWh1FFBGk5SMK5t18wAjB61DcIVOBg/Ste/g58xed3NZzlw2NhH1q6dS5nVpK+hRkyAQRjNPRY1jzj5u1F0GckBD+FW9LsJ71CYhworSckldmFOEpS5UiqpwpHrUEiuX5q1MjI2FG736UxnBuOhB70KQSh0K5i4ywzTCgXoKuSg7eKrsCK0UjGdOzK8i5bOKTaRjiptpboKY9XzGEkRMuKY4zTz1pXFUiCHGKKew9KKdxcpUp6Gmt8zE1IijA3HFDZMdWPV/wC6RUq7nUqTxUQjGCV6inwNh+fSpkaxunZgi5fbUksRjOGqQRlssvYUk8hKgNzxioT1sbONkLCFZQM9OKtWmwMysSarQLvOMhamhjJdlPbmlJp6F09LWL0UitGwVR1x9Kdb5BO7nHSqkIdZAAOvWrrMqZTGPfvWElY64VLvUsyojqvc9c1HFEPMyEyM80yAkqRnJ7VJF9o3KzElT1CjArN6G2kpXsWbi1O0MMewrPuoGdT6YrTDyH7yEADAzStA20EgHPpUxnZlVKSl0MrTrZ0YqxJGK1xEkKLhSc+1IikKBtIwcc1Mi84yc4zzTnNyYoQUFYrmNnZDtKhTnpV2G2MsTOuMA0kbMq4bB/wqaBlJwvf34rGU7HRCCaImibY3ygrjGKbb26YDomD3NacUXALDK96rsDvaOM/KTmhSYnBXHw79nzEECp1jkO1l4FV9jRABj2zT3uXDJtYfdqW7mishl3E8e1kOctk1Mqb4jjg1KDFcAFmKkenemYKykjpU8w7dRPIHl7cc1BjY2M1dIcjIFZ824zeX03d6adyZaM0bWyEribAUgelPudxYKTnHSremqywYftS3Uau6mMd8mo9o72ZooroV4rZ5Ywdg+X0pZIMIQBz3NaenkGRowhXAzz3qpqBkTds79aFLUJKyMwhgwIKgj0qyUkkjBJDc5xUcSmRgAPrWhDHtIVh05q5ysTGJSktJWj279ufU1D5TIoVuorXnKFshTtqu6qEZnPuKiM3sVKC3M+UIqgAgtjpUcwPlEbMfWonk3zkgY9KdukYnIrYxZD5zghc9amme3jtMhw5PpVO8JQgrxmqMkjycHcPqKtQuZ89iNzumL+9PQDOSMmo+lWSyJD5m07vaqasiIskhTzY8gfNnAFVNSPl7WC4JOCDUtoJpJAUBIHWo/EKHzVUcHHArOK9+xrNt07kaXalAjrn6VDc7GJqGJWGCRirDwksqKQTjdxW/KovQ51JtWZFb2YnbgYXu1V4JJ7ORoEdlBPUGrs0hiTaP4qrSRq6fN2qo3e5Mvc1joRSNj7rfWoEjLHI7U5CS5Vjx2qaLavyirtYxvzO5C/A29SaiaMjqMVNO8YuCw4AoWYuSFUH600Q7PcrthUI9apTHDVcuVfzMe2apyj5jWiOeoiKnA0g6EUEYrQ5x4APWimA0UMoqRkAnd3NTdcYqHZ7VMnAqmzOO4+MgGpHRGA2nBqEcPuoAZnJA61FtTZtE0VwY8qQDxjmlx5kg96rS5VhT4ZCWGaOVE+01szUs4Cc7l+70qeCAC6UOQob1o0+4jKBCM80+dsXRkP3f4fauSbakenCMeRSJpI1jkLrwqnAqN8yOCasTSxmBCADkd6qPIV6UottXZdVRT0LAiY7FVcc9a24IgsQJXDAdKxNNnbLIylucg+layTssgSQNyM5HSsqmp00WuXmLKIJMh+o/h7UFdxwvbpUcDZmIJPzDgGr0NuBmRWCkdjWDfKtTpX7zYzpsiRMjGTST4CMRnzOxH8qvtbG4lVdvOc5FNNsgY7yQAcVSqRM50ZFGAYJLsWzW5ZxReQFC4I61SkAWQeWokQdcjrQ1y4TYoIPqDUzTnsOnJU3Zl2eEnp0qe10/B3NwDU2lM0sIDHLFcCpLlGhyN3I6jFZc7S5To5U/eMy6DeYybQT2zUaWrOcsKvWVu0spZueeKu3UAhQEdc0c1kTyXdykIYo0U9OKJU8xdqdKkwDh+o/umr9pHC0HIwTUuVikrqxnQ+aYmGOgxWbdRMsnmD610kgihQ5HWmQ28E7c4ojUIdMrWDvNHjBAxzmrJRc4HWrVtBHCGBZKgEbyXRwQB6k0nq7mkdESQrII2KHp1rOmjZMbh1rRuJwn+qbdtGDRL9lngRjyWODShzLccrNFLykRw8YwP50s915a5x/9en36LEBt9M1SMbTKGzkDtWiTlqzO9i5BdJNwcH2qvcqQ2xSfxpbdUiJZhzily8jF8ZX1qeuhatbUBp6gLJIFUEdaZJDDGMg1babzbURH8DWPqsrRssY+hq4N3Jmla6K+pRLMhkXkr2rEuCUbANdJCh8tifu4xj1rnrxMz4A49a6qcrHHWjpzFZ3fjFaenIsqEN2GR9aoxwM3TBxWzo8Kt5i7dpXvVVZpIihCUppESRCN8jgjr9Kqa2sk0qzAZAFX799twRtVvftVRRJcMWH3R0rCMvtHXUSacTMRM7jn+GrCLkLIOGAxmprq2Kh2UfMRjFV2Zo1OemMEVvzKWqONQ5XZkF4Pnwe4B+lVWcmPPTNbwjSTTSzhTKPujutYFwpVWX0q6UuYivT5VcqH55QFOB61KA6AseQKjRWAyFJPtUsp/drjp3roucaKkh8xs9qfAzxknbmp/JCoNvWmEUiXHqRuwLFicE1DIq8mnTKRyBnFJ5ZIq0TK7IgFznApkmc5BxU5j29qikFUmYOLGKPWinqKKdxpFHcD0pUBY8tSIMdqfFw/NVcx6iOpA4qa2cfdpWUlGwM4pbeEnDsOKlysaxhJy0JRarKSS2Me1Lb2DvIV3BeO9X4x+63bdv41LBbl2+Xv1NYSqtHZHDRk9ih5TWsu4/OnYrU24uSSfoKvXc8cBWONGOMg7uAR9KzZ5F87CpjPvSj7xdWMaS0NNLZmt/kwwUZqK2jcyFnUHIwAe1NtLlkhZN5HGODVmzOWBlGPSoleOjNIcsmmPYBZg4UDjHFXre43qI5FB+tVssOSi7P7x5q/b2azL5xfhvu4rncu51x5uhNaW0ksm9eDnJXGdo/wqR7kRKIyCWHepLKcxOzM2MHGPWpBatc/Iq8Zxk1g3eXvbHVFJR9zcNLuBJOQWIOPlpNTVhMArg8ZNPSzjtZxiRS47Cpbxd0LSIBuxjFSlFyuitVH3tyvZuocqyFiw4IqSGyMs2Vwo7g03TT5cmCMtitG5R4kSTpu64q5ycdEZwir3ZbFo1vEJkTcpGCagM4uP3e75u1S2d3JMPIf7nYZqFEZNSB5YH1ORXOk+pu3fYdaOsErCQ4z096vlY5ogWGdoqvqMfAkVAWJ5JoWRlhMYHJHWiQJ2Fjti8oIXC1pC3hRNx4x0pukkCMsylhmrF83nJhEC/hWDn71maqGlzOuY0uQVj60kdu0CDJzk06NXjkDqpGKnVnuJQoVuOuBmtObsTYikt5GXeB+FVt3lxHJO4VemITK7mz25qnc27B84bJGeaaZLRTBDtjcRk84olPl252ODg9ql8sBC2O1Vjl1IUVrHUzkiFppGQ7mzjt3qxYxtIwbJC+tMjhZgQNob3FWreN0jVD2Oc029LCitRb9MRqijDdz6imIklsBuUlWFXJWOVIXdjvVa5aV5MMDj2qVoW9WV4ZCZjkHbnI9qTULdPOEzEY9+lX3iSCDzXHXtWfOGubcFTyuePxq4yV7ia92xSuXJXbH09qpT20nlh8Ag9R3rVjt3UZIHT8qpXOfO29u4rTn7GDh3KtrbZdWZCvr7VsSqiW6xqNoHOfWo4UjwfLYe+eKL6Um04XBUkdetZSblI3hFQjoZMq+ZIx9DirWkyRW+6OUK4Pb0qvAylMFTuB5zS20IlvDtBGBk59K0lH3bERn76dja1G2iltPtEfzYHTtXM6pCFbHORycDNdBb3L2kUih9qEYI9aybzbJISww3rntU4dSjuXi3CcdNzFMixMrNTblRcANF1btU2oSBEKhAfrVrRrTfMpxjFdrkoR5zzYxlVlyGQIZo1GMZPUVFKhYZUYI6iuivI1hkbPGTmsmVsyGqhNyVyKlFQdkVWIGATimyR4XNE6Mz9MYpwbKbWrRGDSIPlA5qvK+x+OlTTrtXcDke1VsMwDAZq0zGXustLLHJDgKd3bNQCPe2MZqW2h+b5+hqY+XHJleoqU7M1sppNlMoA2AKKnvJlySgAHciiqXM0S1BOxlttxgLiojuBGBnFTsjdep7008DFao4ZRY6GVcgHGD1FWBINuV7VQx8wNPZm2kL3ocblQqtKxqW1wMAHoTitGV1jTCONxGRWHaFlXBFTM5LgsMjGMVhKnqdtOu4otziWaNHL5wM49KqRxSyPgjmrtoQZBGMAHvVySJkVJT64xWftOV2NXR9ouco2luWk8lh8/c1pR2bl9u5sjpzVVvMSQED52PJrRspZNh3gZIxmlKUpK46MYRfK0Cwyptyn3TnryalhuGWMIqt8vBI9amiuVCeWXJbHYdKows0ob7y7Tzkdaxtfc6pS5dImjKrKqspYl+vfFSWmpPBIUZ88YFQW24sFLZOMAVdj07d8+0E1EuVbmsef7I1btXLtMCW6rj19KZbXbtLiSIAenTNPktmibzWG726VFH5k04EYKE/wAWORRGMFsROpNOzNKytjIWcbFOcjHatuRVaJVPPGKg0uIw2ADD5h1PtTZ7mMzBF78Vzy1kdkLKGpHEyw3Bz+Bq7DbrKu4morVd7EgZHrXf/DHwPe+JNTdSj29ggBkuMdePujPfmspyd7IaajHmZx0yKw2hQCegArc8I+C9d8SMVtbXyLYn/j4l4Q/Tua9nT4VeG7S4aaZrkhBmMeYCBj1GOa6GyuYIYVXcD5eAu1QAykcHA6VKbvZmE8Smr09Tz2H4PLHDFC+snzVHLC3BGfzqG9+FGo237xNWs2C/e8xShx+tetifz4sRrk+map3McdxLskWS8dPvIjEIvtkck0TjE54YmtLdnmsHw+0O0uEur67a+KHIiEYRCffnJrZNzbxFYbOxtrOKI8JFGFB+uOtdXcaRdyZMNrY2oHUyRlyB+OaR7KwtItlzDazuR95otn6Bf60nFLdGvtnLrdnMAWd4xjfS7O4Zv4TbhifyFYOrfDpdYkCw6U+noMHzI3CjH+439MV6dbwqsYW1tUtA3QxMPmHqQRmqt7Fq8AJiuTMp7AMGH/AQM1nJJ7aFxrTjseZy/Bg/w68AM4/49ckfXD1GvwUuAwEevQ4b+9bEH8s16CmrX6TtbpfQGbtDMCjH8GFaGk69E1y9rfWhhnHGOVyfpW0asSJ+3tc84svgkkNwJLrXw6D+GOHBP4kmuiHwz8IQon+izSuow26UnNdbI7XV1MkCeW0ZwrE5DZ6Z7j9asxaTqBjMheEn03c/yrRSUjmlVqLdnHv8L/C09jKttZSpMUOwiU/KexFeCXunyWV1PDcLsaJtjA9QRX1baNc28pjniZCem7vXlnxz8MW6tb6vbRJFFMxS5x/e7HH4YrOo2ldG+DrOUuWT3PHbxJLuPMfzBR+lULZCsiKAfqRitDLW7Mqnisu+mbaUVtxpU3f3T0J+6rl2/jRrd5Lftw31rmZQWkUE1oJcOluVLnLcYqoYX+b17Gt4x5TCU1LYktSpfyiufem3avuZcfKOlOhQoQ7dhSvMTuyOCMg0W97Qq65bGX5Mq529zmrVsnlneeD3NSFwxBbA+lEgXblRWz1RlHRkF7kuNvIqPy8sTJ0ParBX5CzkKB61Qu3eRmCngDrTgtLGVV63KWpRh43CDBBB/KtvwwY5rR1iVmuI13KMdMZrMMW+PfuH0HNO0+V7W6EiHAP3vpVVlzU7BhpctTmexUu5LiR281vmHUVQmjZVLbvwxW9cvDKzHYQSeTVa8txsVvugDBNVCdlYivSbd0zCxIetMEbknaSfrWg1vLJzEu5R1NQSbbds8++fWuiM10OKVO24xWVbQrtHXnIqt8n+7xmnsWkc7ehOcUjRMQQaa03FrLZEbzKFwvJNQli3U81ei09iuXH0p0trHCmWI3dsU/aR6CdGdrsoSRM0WSuaKvRFHhcA/OoyB2NFPnJdJGSS2WXNQkHvUq9qSYba22ORrQibAXJNRq3ORSyfMhqxZQq6gNVN2Rkk5OyFjMhHy8j1qWEdSfvd6liVY8jcMegpQAr5Xac1m3c6IwsauiiJ5FjAXce7VdvVy3BDJGcFR6+tYdvcFG6KDnII7VqwzpNGI0yZDy2PWuOpF89+h6lGpFw5eoty0awMcYkAzTLJhIPmPJqOeNnlKyAjjAzUtpEUXc3ABrRaRsZtylPYmuotsRcDDdj3otllEOcjjk570yaYSrhcgepq9bGMqg+8cYrO7iNJSnoMhlcuHePAUYBrW027l+66nafSqkhDIEVea0dKCQAecMk8j6VhUkpI66cWmTzWZLZlc7fQcUiQrCzBU3n1zjFXriXzoN3RV71RTccsGKoBnIrnTfQ63FdSuLmUzGMnK1MI8Zl9O1RvtMiYOeta1pAjKFcZBpuRKjcis5DHGCPyr6t+FU1s/wAPNMeHYuI/mCf3u+fevmq08E+KdSuN1hpVw0R6SMNi/jmvfPglY33h/SX0HWp4JJZi0ttHFJuCjuD2BH9ajmV7nPiFeHKjq9Yu2W3dS2K5Lzf9NMsLszSKI0iOecdOD9au+LLk2rHzY2kQMu3Bwd2SOc+nBqr4RayuNuqTq7SG5eOIg4VAq59feuapN89yqFNRpXXU6aZjaQW9jCoa8kGSc8A9yT6Cn6dcQ2VtJKkmYFJAkI5kbu307Cubm1jfJqd2H4t4Aqj0LH/AGsXWNZP/AAhOh3blvs8l0EvAOdsRm2lj7DIz9ahV+bY0jhekup2dlqM2pyvP5rLB94KDhmH16AUXmuQwxeWk1qoXpvO8n8cV5/448ZLBBdCFlghjmaID0KsVLY7klWA9Nprlb7xdHp+mWrTQR3C3kKy7pkEh3ZODyMfdK/jms3WnJ2R108vXKm9L9D0vUPEGoTSFbPVULd1SQEH8Dg/lXNjxz4i068dNQsJ5oYxlmQbgV7nb1x+Fecz+ObV3OLS0XBIzHGq5/FcUzTfF0t2zyx6fdSWduyCaVW3iHccKwDdeRnA9KzlCpJ3OuFClTjaSuewXGv2mt6Omo2MMd4q/6y0kBVgD0MZ4IJ9O/amwatpUmmxiSS8e3UgRvjM9ofTjlk9yP/r+Y/2v+61XR9PUw3XlSzW8SnAjlQkSxfmu9fw9K6LRtZuLL4hal4W1Ly3e6skyy8+cxiBLr3GXGce9LkqJXQnGlsn5nodjq13a30tlMVupoUHzqMB1IyD17giren+KLj+0LjS5PMtpUc/Z2nXAdc8fh71wev6JqN1cr4h8N3IuJlihM9qSBgCMbSD3BXbxXWeFpE8S6bDFfTIg8ver9GQn0/Kl7aptsc9XD0+TmevfyNLUH13XdVg03z0sooGEss45bPZVHvzz9KwPibf6pBfjwteC1uLG+jWKKbBDLIfu8e5xU+l63LbyyyTyJMLe7FpEUPzyr0xj6jj6mtHxNpdn4iiltQ0nn2qC4a6iIBilUhkDN68dMHr9K2py5o6PVmP8GavH3V/Vz5y1JHtbl4JwySoxVlZcFSOoNZF6ykjBBxnpXvPxy8HJcacfFdkgUooF2ijG5Txv+o/lXgrRxqQXPBOK7YLldyYzVWN0QCBpF3LUxHl2+D1qzbyKrbNhXjjPemajGZMBB8x7VopOTsxOEYrQy5ZSJABnaOp9ajldScg8GlYEEqw5FVrjaucAn6V0KKRzyYs7YGR2FNhuWOAaaeY8+tQS7QPlq0jJyaZenkRgDksO4zVOeVRuEQ6jGKhjcq3rTJGO4t0q1EiU0PY+Ui/MMnqAaI23qTnpUalWGQQajt22Tls4AFNxsJTsTKW34YYFJdSgssQIK5yR6UyecAM1QK+/DlgTRyoTn0RNJMUYlNwj9qp3CrOzH1qaaQeVtx1qod4GRVxik7ozlJ2syIRNE/JBHtTvNQnHQU1pD0ZqiIyxIraye5hzcr0LgugFCl8AVUvJxIeM1E5wSKhkYduaI01e4p4iVrChyGyOKKZG21s4B+tFaWRhzsIYnkJ2DOBk1NcRg2pDx7HBznvVJJnQ7kYqfapWkaVQWY5oabCLhy26lQjJxTlZkOBT3jKkEimsp6kYqrmHK0yzGcx9OtPXNR2/3KtwrggkZFSzeGqCGMlgx/KriAxMJYuGHNVnkAfKjANWLdwehrKWx0Umk7E17eCeMBkIkB6ip7edPI+YHPcVWMTOwYYOKGRkIKsPce1QkrFuTUrksZjZ84bbnjNaNrGrshHA9qooNy46AVfsEkeLbHyRUVPhNaJrwJFDLib5xjPApWlMkq8AKvAxVa0Rg/7xjz61agjjMwI5xXG3rY7ompblJbc2w5yRk1LHbmzZAIQwByQ3RhnpShbW0ZSi/MwyRnpVppFeAsK5JNp3R2xtLc9d8MaL4CuvK87w/A1zLGrlFLEDPsTXoOn6BpNugOn6VYWqg5AEQB/OuO+C3hmW80K31bUN8ayA+XtYqdmevB78frXceIr4WEAiiLFWOAVH3T61cVLluzyasm6nLEp+Ibq3tY5GRtsoX7xGDXnT6/a2viax1R28qe0uAZHX+JTw2fbH8qd4+1q8eBQ5B2sUbHG5cda8r1XUmaJkd9zj5SfWsEuaZ30o8sdT3z4s7pvDg1nSmEsLL5mB2XuffFc/8I9TTVfAOpIzt5ljes42nBGQCOffmsTTfFl/YaR/YsjobCSMAuY9zQqepUZ578e9db4L8JaZpEFxq3g28OqeH9UjAuYA+ZEwMF4x14PO3qDkVLXMmwt7GKjI5LWtWtbTwxfala3TyRXtwEZW5aB0ByjHv1JB7ik+HWoW2tfDG3EtwInjvJYiZFJiKyOSUkA6o20KfrXL63oGqaT4a8ZaNqID29w/n6fcI4YM8ZJ5A5VijDg881V+GS32i+FFs9SjCWF5FmK6Q74Sx5B3DoQccHBGKzdLkpuS3O6m/azS6bnSfHTw3dpolvrOnafNJbwqn2iBSHII3/OSPvD5+T36nkmuDtdX0W50zSLHV7SS/Ng/GJM+aOTgjOSAST264r0e18Z31zokY06+jj8s/vYngMob2yBweOtZkM+ujUoLj7Vo+mweYXka3hIkcdxtzyazWJUkltY9KjhZ0789n2Ol8OWWnaxGXtvDNvBCcbYjpKKQPZiMfrWvpmkafbXtzpljpsdlKkonaKKJFAcjhs7iuR+OOuKkj1/RtQsfs1udakkYYFxb2qs498hMCub8T+Grqx0+41FPGs1jGmXZb20jG71BCnLE/SkpzlszjUIOT51b5G1a6Z4c0e8gme4t5LiFpHigDhx5r8vI7Hl2PTpgDjpxXFanoPiPX/idpPijT7KbyLS4Rrid/kV03cqufvHGQAM8kdK3PB40tLiN9FB1K/8AKXfK4U4H97aoCoP97OPWu7hkjsJPtt7qTXt8wA3MfkgHog9feiFS0+aTIq01BOMd2cf4h3eHfFuoadpUrmZtASAL5vH2h5AikE8Daq+33efWsD4I+I9TXwVqfiHULYBbC1eK0iYEC4cZbjPB6EZ+tWfidq1mviLw8llDEft+owG7mxueVUOVQk9FzngU3xh4hihvhoauHa3RlmVFH+tcZ2ADj5QRx65rW8XDYIUZOKi3q9zG+HPiuXU4LhrmJ/OkuIgJSBtR85O33wrV7VBDqM+iSXWni1t9M2mRmz81ww6kEDp155z9K5P4L/DT+ydA0q58V/u5IGa4S0Y/8tGGN0g7kLwB/kM+JXxCsZdQPhzQ1hFtGAs5TgBh/CMHGPX8q2+rcknJaHHWxCrSVOCv3fQ9M0IQ6xoMtpeKJI54ypiPQqe2K5nUPhr4XuYXaHTEgmU4HlZB/HnmjwJrcaRxF3C8YwTyT3xWvq2vJb6ulttaM3EXmgkgN1/nVe0VkmcDhOnJ2OVi+FGjGIzXNk8sg5x5xU/zrLPw30aRJxDpN1DcE4XddhVUdiSck/lXqVtfPNAGcgHsDyakjhiXNwU5xl27n8hWjhG1kyYYmom+ZHiGm/DLRLO4uP8AhI4r7AyU8t12KPrnn8q4r4rJ4DsbNNP8P2U/2xNpklE5IGeoIOQf0r1r46am8HhBtQ012W4RgrofmwCQD/MV8xX0sksrySks78sT1JrShTd73LqVOd3tYjmuRnC8L2FVjMhNMkA3ZJxVeXAUkNn6V6MY3OapKxeTYfm3ACs+/mbeSDwarvK4iz8w9jSZEqbD1rSMbM5p1eZWQ1Z2BwD+tXoyrxgkcDqaoiAIckVNC5J2jpim4p7CpyafvEsjBkKjmpdPVFXadp9cioFwCeOSOKPM8vAPDd6lxuaKSvcuXYV4z5YBA71nGZuU7U95/lPOOKrSOmQQeaqMbImpUT2IyxdiSAMHtSH5etRu2JQUPWnuWK5JrSxg2RTEYzmqxOKnJyDTHQBAwYH6VaZi3cjooooJKy9amQ8VGg5pxGKpkFlNzR+Zt3LnGfSgqrcHpUcczrE0QPyMckU5Dg+tTY1TXQmURLjGfwqbeCpVCAPftUAfjGAKAM1NjRSsiVFDYU8471YA2IpA5FQW23fhjjNW3RsAJ09aluxpFX2J7aYhfTNOERlfap5PpUUKErgVZtty3AYKzY9Kxl3N4N3sya3s5UOG4DAHNacTPaDbj5T09qfGUlXOF/AYptzAZmZVJz/CM965ZTb0Z3xgo6otxOLhSEH0NT6fAXlwDiqdvHLZgCTke3auq8N6LqOu3oi06ymmcjnYOMepPSsJqxvCUWve3KNyyLIoYZ+XrRpkF1qGoxWcO4CVwhYHgZPU+1eu6P8ACK4lUyavJ0GRDb8k+xboPwrbv9DtNK0B7OytVhQplzBnzc5BDAnrjA9K5pyaNFOLdonWeG9Zsbaws7aO7eKCFfJQNgbyABx3HT2/lVLxiJPIN3H8yE85Azj8P0rgPhx48EeoXOhJe214kA82KU/IzLnLK4PQjHvVrxP8TfDUdnEmi2El/fTjddRRN8sbZK+nPOeOOD74rPmezHHBylV/dxOB+JWp30EkUaL8srA89FHPH+fauC1S7KDBOPmFd98TtM1i20+LUr3T7mEM4JeTadgYk7SV6cYwDivI9YuGkZFYfxDvXZRV4mVapyHb+MdWurawU2zKwmH2dyGOUDAYI9+P1q58MPEmo+FfFN1ZWOoyqjuSih/3Tkckbemef0rmdTkF1pRjC73Aj2HPQ7hWiPCniLV9cFxo2j6g8TFZVmW3bYH5/i6c4rFxSXL6nqQjFq8j6JtPGPh3WwR4g09LeeZdktzAm5ZR/toc7hz33Y7YqtcaGmnWVwfD1rZXOnSry+mQsWUdw1uZFHIyMjJ56V5fb6X4iYTRPbw2jWjBJzPcIoVjjA4JJPI6Cuw0HwqY2We68eafaN2+zgu4/Mrj8q4+aT0IdKnR96EmvLcTT7j4dR/6KH1O22/fiNqB83XkMxwa1F13wdZ58i9uHX+7Fp8St/30TmuY+J2p+GLbSnRr648Q3SpnzJYFidQDyA4AY8Z4JNV/hl4x8M2OhLdR+ELSS5d22SzT+aVxx/EDg/jTjS6spuUoKV2/L/h0dfLqkmows2l6V4jvv7qQOpH4nbirVhoGoalZPBfeF7tBOu1oZ7teh/vEY/QfjWFqnxM8R30vk291FYQHoltEAQPTJzWDfa/qFxdtLfarLMSmwGVzkj/Oa09nEhzqpWtb72eiroq6baLZtqGkaPar/wAu9rmR/wAVABP4muD1/wAS6Bbas+nSXF/PcRc4fbAGB7gfMSPxFO0K+ub1vsOk2AllPOf4B6kmukPwk0zV0XUfEd9MbzZ8ht2Cbc/UHOMd6iVKEtCVXVN3mzgLKeXxB4gsY9J0GG+mtpxPE5kkCqw6chuvtzXfab4K8P8AhIT+IPFN832yeV5SDJlt7tnAP1P/AOrkVrav4t0zwrpsej6JbwzXUSCMSYUfi20cH2rxf4malc6rd2dnPLLc393KCdx4QZIHHYZ5H0q4YZdXoOrjHVa5Fb8z1XxF4rvdV0O5FtK9vbtAywKvDhSOu7rXz54WlkmeGEsVlEmCQeT+Nen+KrldP0ZrWEKipH5eOuOK4f4KeG73WfFE88hEWnwT4LEZ3knO0D8OtdSjeLORyjTkmew/DJNVluTY2MfnSxwp5s5bHl4x65z9PxPWpPiLrJt/iVo8Ed0jzRx+TKVweuCCe3H04OKd431nwz4Jhiv9M06xj1twyxtCoDtkYJPqP8968n0DV7nUdW+3yo93dG4Vmwu5j3wB6/dGa53SaV2aQnGpJSR9LaPH9piieTay5ztYZFat5c3duieZMwhw2W689v51jeFrWeW2jeeaRJSqls4AQHkjjvW5r13Da2hjngaRZGCblGdueMnJ6VpQi3FyZ5deynZHgvxrv7zS4r+G4m8+21CRSvyjKkAH+n614/BJFMGjxzjI5r179pGCSKwsIY286EzfK5b5hx0I/wA9K8ShP2dfMcfeGAK6aaVtDVTdtdiK/iZCQBkVnjO8HGK0JLsuCuOc1F5RYFlHSuyEnFanNOKbuitcfPHt21XUbDn0qzMTt2qcVnyMwJB610xfMjjqKzJkl3bgxxgUzey8g1XFSRMSwAq7EXZKkz5O/kVHLOneh5EBMearNGWYlegGaLEyk7WJg4bpSdDmq6kg5Bp8zhVwDnNOxN9ByybWztU/WmmUng1Bu5pyN8wFOwuZiyNxgU0nHapJFpjDbRcT3uJRTGYUUxXH3L2YEf2bfyvz7sdfaoCc9KgJ5qSM4p2sRKfM7j16jNTKRjIOT60xBnGBT1XFJuxUUy9bWwmhyThqryK0cmwGrQkSGJQjlm21XRhklup71im2zrnycqXUkiUbgWbFaNtIpiwWzg1QRd3IIH1qe22hsE0T2HSbizRgVJG2rVyENBGezCsqGcK+xfzq/A7Svhj2xXPJOx2U2m9S2Fk8sS4Ib1Brpvh7a6Hqmq/YtfvbizVhmKaIqMNzwcg9eK5sFhEEzViydba6jlwDtYNtYcNj1rlnqjrgj6E8O/DvwkkgIvjfOVB/fKCF59Onf9K9Q0S20vS7AQwQRqidNqBFA79K+evC/wAS7K0Qwz6d5Mkzrg242g89u4r2+11e3nMcOoyuqsmwLsJ3ZA45yPxNcEZuMveViq9JyirO50H2i3ktBGuBuG7IfBA/KuE8UR3iLM1vKCXU4VxuQ4HTIORn6V1d5cLpmnFoLeKXemQs0gznA4yB0/QcetcR4u1GKeAlQ9lKynAIOPzHXpWsrT2OWinB6niF9Y6dpd3cw2rzWVy4LNmYkhieMDuMZBrnPC/h7X9QkurtJzaQouEkYfLLJnp1/Xsa6DxFIv7+N0JkYYJB6ck/16U/wTdqllcWBldZEcyhNxKlSMHFawVt0d9OvOPwuxvaL8SGm0QeH7mKOGdJGF67khpMHaV3HI55HToPaszUNG8PXd/FrWo+H4bPSFO0x2z3DeYTnaS7YGfoRmvLviAs1v4luIWDxkuSp6blY7gR+Z/Ku50/WXsfDlx4Uvw8lk6fuZQMtE4IIY+ozioqYWVJc1OW510sbQqvlqxXmzs9MS5NnIvg+TTobdVJZiqRTlO+XYsf/HhWFca9qg/dXt5dTMBhS0pkUAE/dOSCPpxWJ4At4L7VbSKa/RYLtlRw7kCMcgsRxnHYdMnmvpPw7e+EBqsCXCo0sEKwqsiKAxzgE5OWP3sY7VxuTjUUJPc7sW6VKPPTVzwWPWAzlpApdurEcn8auSaoXVQ5356EHBFfQ2saF4A1Ftk2m6W80uVjAiVWJ+oGf1rzj4peC/Cmlm3tdItQ99eIZABLJtjGQMhQ3OSQAK1mqUL2dzysPip4iSjy2ueY6jEkltMnEiSIVy3PUVT8HW1va+H7ZN2GIJfc38WTmvTdf8D6BYWWnwWF5rV1qU8O5reOBWwdvcHGAT+WDXn8vhvV7fU0s7+yu4PmLGDoWU8g7sYAz3pOrCMbHfRoVKzvFfoTreMlwsFvE8rv0VBknFdT4b8L/bZZLjxLItrFEodYnYfNz14rodB8KeJ9O0yMab4W0+zcA4nu7sOxz3IAGPzrhvFmg+JpPE6PrV5aC4kXaDbhgirnrhcsQM8+lSp330MbOTcVq/VHoFz4s0zQrZbXw7HDOynG1Fzx65rn9V8R67rT5uB9nQjBSM4zVWH4deK7Ty2tY7S6jZcjybgfybB/SmP/AGnp17HZ6hZS207cKsjKAeT3z0966FCK1ucsIXuktSrLBJ/ENuOnvWd44ji01LXxCsYkubJ05JwGXPQ/0Paut1K01O2hL3OjXuB2WIuf0Fcbq1rqeqmSx1PTtUttOUB2227+ZKueFXjnPr0qotJ2FeyuWYbS58YawLeLfHZqczSHgAdxk966a+8R6V4X0W7svDkkcj2kZ2lfubgM4J785zXAapd309qdNQy2GnrwluoKgj1bpuP1zXONKkCTx3LIyhmaMruzjB4OTg/lWsYGM2pas5+91+51W8lv7+V5553yxHRc9h6D2r0n4PWjTFri9jbYXVEjV8NljgnI7Y/lXjuigzzRxRfM7HAFe2eFrhbK2TQdDcS6i777ic8xW6epb15P+NVjbQjZBl96qu2fQlj5VrpENpYx+fKki+WsbbOB6kkDH411V3bPJpZadAnmKCY+CFOOgI/xNcF4AspvM2z3yXy7fnIZQzN3IAJA/D2ruLuZ7aOOOyVnicMWboFxjg+/P6Vx4VtxbZy4u0ZWR4f+0BEr6LYO9yoVbry9zDH8DcmvBALprwToYJLWOQhvMGQ2D2zXvP7SkaXHw/nupJVZo7yPCjjkNjJ7g8nNfOkt5Klr5UZb94NqKRwTXqYWnGcLnFVqyg1HodLZrbXd80UNtFuXIKcbVHrVi7sLZLZYvLH7zO0qx5I+n1rJ0MLY24AkiZ+C+7qfeh9bRJ5pRFJKQSsYjGV6DJrSVJ9AWIS0YzUdPtkPlW+QF5ct1QeprOutLiRBIJkYvyqdyM4H51butRaRXuGmdY5jgrtILEDoTjmsy5lgdWMUaIDyowc49ea1gnEidS/Qp3rRRoEVQX71TDlTkVJcDLZquetapGJJKMkN6ilDqqsD3GBVyCEm0DuhCHIyRVaWJekZzSjNMuVKSVyqeKH5GakeNl5NNK/KTV3TMXFkPSlBKsDRTcjsapO5BYjcvkN2qNySetRkkdKjDNnk0rWBy0sOYHPWimOaKZFyAdTUqHmoA3JqaLZncxPtiqkREmDEYxxT1kBqvnNAODmoaNFKxcV+elPVc81TjbJ6VbilIj2jvUtGkZrqTxkL1p2c596rxuScMamGOxzUSRvGV9SxCQAPar1jKRJ1rMVsGpWmKJkCs5RbRvTnZ3N6S4VWzUk0wYDnqKw47jzId2eRSpM2etc/smjs+sXVjUExU5+cnsVPSu/8EeL9Rt50FzqN0Vb5U3SkpnHAb2rzYTIO/wCdXBdwLHGhlKhjglRkgfSsa1LmSVjSjVSbZ9O+AvFOr+Q9ncLZT3lzKzSO0pKKgIyB6DjP8q0/HNs13Z7rW0kkaQlR5UTbEOOvTIFeR+DPEnhDT7RIIJNa1SZSjOZgkSpz6Anjtjd3r1/SvEbavYrLI00KgjDK4LZ9CcY/L2rjVNwk0y5zg0mkeAeKdMeykmFxHIruckOPSuIuLy4s71Zj83ltkZPDj0NfVHibwzBrVkt85uWlicny0YAOe3B4P09zXhHjbwNqElzPPZ6fNZrGNwWV1y/qMAkD867KTi9JGLm2rw6HP+LJYNd8Hxao7Bprc4DqoVthONp/MflT/Dh/tbRIHkIM8YMLe+P/AK2KwtEEiQ3+gXYaF3TegcfxA5/wrR0Ob+xtQk0tj+7ZVcDOCNyjIzWk1yxcV029CqUlNqb66MoakLvRblb+0dkl3cDPy9M9PwrSsfiV4oaeNmuY3lDgIxU5H45q741jNzo6TQqWkjO8kKenT+tcZ4XtWudZiQH5V+Y8daumqc4uUkVWU4WSloz0iX4reJtOKTzRxzRZww6celZ/jH4navqGsW13oU8umQ+WqEIRktg59f75p2t6Otz4aurlSgMauGTcMjA4/PFc1pOiPqMEEqMYyhDMAM8VnCnQkublJcq9F2Tsbek+J/E8GoHUI9cvhdFSDIZicj0weMVU8Z+IPFWrX0N1d6pPNLBHsQqMEDrzjrWnougyWkrreMWZmOzPQDPH55/StS90W3ciSRkDYx161olDokRz1Yu/M7mY3jPxfc2awvq8+3aATnngetZs02rXN7bTzX8zPGw25ORjPTBrS0ywW4uXjhO6P+EkenWtNrGO3A/dS/NntnoaU4xatYIVJxd0yh4h8aeLTZoLW+licYAWBVTjvyB9KxoEur0rcXV1PLOuMuztuVh15NbNzpryzvPJcBY8ghNvp1qSGy+x2gjYhsdDj3z/AFqYUoRVki5VJSe7NzS/iH4ys7m3lOpi8gh4EE0a7GHbOMHjqDniuxsPjhcTS77/AMPxbk+XMc3b2BHH515kghlBCcEHH196yZ1gs4PKRyx6sx6se5pujETknueyzfGbRpWcX2iTqpx8wKkk574IrzXxhrfhXXbtjaaFc2su4sJopVQEdiUwRXG3t9uxHu6V0ngPwJrvi6VZIEW0ss4aWVtpYf7I/DrWM6cYK97GtCabs1dHOeAtBub7xE1vYfaLnBKo9vEW4P8AER7DPXjP6/Tnw88B6Ha2kcNxplzb4ActNkF2x3w3P6fStTwX8PdL0vRYLKCzTCne0nnEbnIx82PvHryfyr0O0jW3t0SWIRooxGVYlSPfNYVG8RLmewTr0sLT5ae5VEOnaHpEckOw2iHEjbfmjHZvXGf51mwap9oczxTsq7DwM4P1z/nrWZ4+u7hrOBtCTdcSuI5onQ7DHnB+YccegribPX/7ER7O5+Z9x3bBgMe7D2NSnyz5TP2XtKXPJ6mH8eLtobLUdPnZ/s9zAk0RP3Y5InXOfqDn8K+f7y6G6Oa0ZmCAhWJ4D17z47iu/Enhe7ilVnTy98MpHA9Ax9M8H0rwBdkSMixwmRJOU5Bz+Ir1MFpFxPLxcXdMtZv7+4XfNG24BT5ZIBPHAxnnnpWxNY/ujNPfQC4OTzJkg+hB6VzEd/BatHJbLIsyHJZJNo/Sqs2pXEkpcMVz15JrplCT6GEJxS1ep0utqlvbxB7gTthSqqPbnPb8qw2dndnc5JOaba3rMmHXcR3J5NTtcJIu3y1T3xmo96K2N1yS1QwLuIzU0otF2qY8sOp7GnzvCsKyDlsYI7VmvIWYsaS999jSSVJdzWnu1ezWEdjxis9jg1HvIQEUzf7VSgo7GdSs5tXLqwPLHuUEgdeM1HHbyEY+UY9TTra/mgt5YkPyyABvpmo470rJ80SMB1HrUXm7pGn7vRvcgniMbYIqEitVJkuZSI8g+hAqxLo80To4+4RnOKFWUdJA8K6jvT1MHFNdRiutt9Da8iYQsMgZII7Vzuo7YpGhA+6cZ9aqniI1HZGdfBTpR5pFFhgGilI+Umiug47Mo09AWwcUzqacvFWYJkvSl61GBmtbTG01bWUXkbvJ/wAs9pxionPlV7G1Kn7R2vYoISvQ05WNRscuSKcpwc5ponYsR7sFgOlSxn5gadYspO1+jDFEybXOOnaspPU6YL3LkgNOLcc1Em4x8DOOv0pYjvfb60rlrVkytgdKTcTV+TRr4QrL9nYKRnJOKmt9DuGTcytuPCgDocZOahyRdpXsZ5JUcsDxnrTRJzVx9JmScQykxkjgleOaZc6TcwMQMMA2KV4jbkjrPhLMh8QT28gGya1cYPcjB/xr0XwPb65aeJGNshg0e3V3MgyfM6YAzzncccHpnFePeEryfSfE1hIsnklplRiemCcGvdtKv737LcylPPtkkDeVICNwU8KSM5HA4x6VwYmLT0O/D1Eo3Z7CmmNpuiM8uoS3DBTISqoC8h7sT0HHYjAFcB40sPEfkPcFra6kZ/lg2hIR9GIJb/PFdBpWpXt5HFdNZtcncBHGHAAyeSSew6//AK6vapdPfa0+iTLFHdR2qzEIWbALEDkj2rnlFPqVTqTUm0k16Hy/4g0u6mv1uNUtTbai+TarHgrgDnpzg88Y9a831e8uV1EmYMs0eFOeOBXvXxMt4z4qutQgsmmXS0WAbJHj3SnknKDChQwHUZz7V5r8QNBVUS7faGfq6uHwfQnvXXhqyi7SNcfQlUoqdLqZmja8Wnja4uiEIKsuPkII6EUzw1Lb2HiVvNzJBuYJt5PX/DNYWlsIbg204wp7+ta+kFG1tY4EB9ARW9SCjzW7GdCp7WmubdM9hv30/UPCmoRWYRHFuylCuDkqcCuT+HKLILmM9I4x+ff+lamiwrHaybXP0DZBJzWN8MZ0Ml0NygvgAE47Vw0Ze40dtemk00dkr2sjtEyYOMgtxTjYCB/OmCkEjGPT1/Op7iwhmv4ridotqMDG6nJKkHI/lVH+2BcWsdtfbSs7PGhUYJwT/QVVObexlOCNO0fS2tXuLWWKRt2zK85I6fSsjUbtfNeBULbcEsM4Ax3/AErmNN1WLTfGN3pVjHI9vKudgOdsmPvZ7DmnxeLbG5eCIXwibkTq4I3E4wMmteWoZctO97myJFn09wMAsCCQD7j+eaz725SW3UjhsYZfSqX2tIXJW6VgzO+0Dv2rHlnu9RvxZ6dBJczMcKqCtYsyktXYke5t4d8g71krDd6jqKQ6XFJJNKwzluOBgcnpXdfDPwRH4m+0XN8ZXMUu14UIUD3Jzn8sV6/8L/AmkW2iy3E1tZs9vcyw+f5YyNrcHJ79OazqV4x92OrNI0pRTlU0t955v4F+GKNcx3GswrdNkKAM7Vz0GMDvxnNfQnhHwvpOi3hA8mG4jVUcQ9HyMjdznPvVXSZLV7Bbvw/c2uoWykrIQcFxjGM9vXpWgk8ZjMc7tG4AUFTyG6gZ9s1zRpNy5pu5FTEOC5IKyL2p6hBYwSx+VMYRkgxdSenQnv65rI06d7LT0iRneNM7QxG4Drg8fpVfxJrf2TTGeztG1CSGRVlhjkAPONxGR7hsd64fxn4xutNsoJ3tYIIrltoV3PmohBIYgd+OnPWtYuN77nLGE5x7HUzXlumLYMYYQWKxA/KM9QPTknH1rxX4uatNFdwWUE6xuSTKXO3avQ8n8fyrD8c/EO9ikiulikBfKxqXHIGOSK8s8SarqHiTWH1C9bdK/AGeFHYVrTw8qsk9khSxEcMtXzSZ6tbfFufw5ZCzhW1vsJsVCd/HcE9CK8p8Ran/AGzrl1qcUC26XEm/ykOQpPXH45P40y101o8STHC/Tp/nitKzsxO3lqMKOgx0rujGNN3W55lWvUrbmZbWVxM21VXd7tWgdAvF6vF+GTn9K07a0QXSRxOIyVLSY5A+mK6C2/0dlRQpEi4ZyOgwOgqJ1ZLY3p0I9TkrjRJrZBJjzFx8xX+E1TkheNScV6FeRl7VkDx+TGvLYzgj09KymhhZP3f76UAkRKhbPvxWarS6m7oxRxjOduO1MBya7BzFEj3N1HHCi4ODH847YHGMnrXNXGorLnEUSgknO0ZP41rGTkZtJPUfCtu6qsnymo5IlSUrjIFQCXzGyMZrTcbrHaoUv1JHJqZtwNYOMzPuW4CgADtiq4ODUyKzuFCk/So7pfLlK9xWsJdDnqJ25iW1ZxMrIxUjvXSLcS37Id3+rUs30Fc9piNK52jLAZx61ftJWsd8h4JGK5MRFTl5noYSo6cddnuaunXXl3G9CehBwPWsjVdKn85mClgD1pj3JZ98ZKn61raTqLW0Mkry7w67ShHH1rncZ0nzRO1Sp4hck3oZWk6ahZjcrlSPlX3oqa4v2UMUYspOcdMUVry1p63M4yw9Jcu5ysDmOQOuMj1pvQ03dT1BPNeqkfMEijjOKCx7UqjilC+1Iu1wXmpAp78UioRjcMCpSi4G01LkilCQsTFTxVmWZpdoKgYHbvVeGBpJFRWAycVt/wBlxWw4njeWPrmThs+n61nJxN4KSViIWklsp8x0BYD5fX0/CtfTraJgWt7VXkIAQxtz7n8fWsY3kN2QlyxXH3HUnK/T1q94b1E2V1t3Fwr7eFPzDvxUcuhpF3Zpll+0FGZwu8bhuOQQOT+Ga0JxdQvbvbyedEPmXzWB3H0rI8R6zY3sRkhDLdglWCoeQD908dadZ6yLZYluopdqndEGBxn8e1TyluqtUdRp15DfiVZrRklVstH0wSeAR24rmtdmTTb47OLcSnMXZRnqO/f1qzqXiTTJzDfWly8V7Hw6j7si46Y6Z9KNWvdM1CzNx9pUlmBYMPu8enr/AI1nGm1K7G6seW3U5vXp4p55GtUzCTng45Pceles/D/W1bR9PdZSyTJtAbnaw+9wOTyOAK8bUlpZbVm3ISTGx6/SvUPgzGBaWct0Fe1glbcFYbhz2/En8BTxEfdDCzTqHsth4kWySKCV3bClY1iTiRh2AzwAao+Ny134COuk3dterGHdE/dkL0CtjGRkg+vWqniPWNPt8tYQqwijz5uMDDZZwp68f1rNfWv7Z0uxs49RWE307W0seMrgkncSQPuqCcev4GvNcEz1oz5ZLlO88IaHYf8ACvINPvJ0tfOtyzyS8hWfnc2epz346V81+MbQeH/E7xW1zJeWckrhHZfllQMRnB4PNfV954b0uLTjd3eqSLbRR7wSRtHGBngenQYr5n+I2iak+utqenQXC6G8y28UkhVtrsNxwvUDJJrKlO1S0tD1MLGE4ys27tfI4jVrS1kY/vVcKBsdU2n8qw83FlcrJIGJzjcBXs3gDwVp2v629vppE626iS4mu3X5VzyVj7n65H8q0vjB4DtNJ0TTta0uC8uHnZI5SUXy0JHAGBjkkYx71208TpZrQwxGBpOqoxdpX9TyRNdvQFEM7AD7wJ4ar/g2SK2u5Irh2jLxjGPrVfVtHvrRPOvbV4lPTd3rFv7yYNC7HcEXYPpnP9TVxgqqtHqVjE6CbqLY9STXVgmS0jYzW7EoT/cIFYCa1uOnm3O7y1lLAnjBbrXEy37hVaCRkbuc0zSr5rOWSRY1fdGVIPpVwwsoRPIljoSlodHpM8lvqN9qV2cTSOQD65OT/Ssm/tIpbp5UZmeWQ7Y05JNN0m31PxJqEdraocZ5cj5UHcmvT/DmhaL4f1G5s7lTezJH88sRJYjHOFAyOSBj/wDXVVaqo6PcujTeI1WiMjwR4J1XUGWXWTcQwKwIRkwWGPU9K9r0DwrY6XIiW0SImQo+XDY75I61z9h4l0W40hLjTPNkuyyW8VvLKyHPT5uuABzkfzq7beL9sEjTz2/mw53/ACEbQB1Ayc5x+tedPE/zI7aOBnPb8THGvL4VvvEWj6Ze+Xd6hPILdY4txyGIyWyNgGW556dPS58Nvs+sabI+rX0ljc6RPiZVmIVyxOScnjsRjn3rzLSfGVlYapc6nLtmvNwC71DYxyeT6nJ/Gsq38a6hDqmqXdhFEFvxhyR0PP8AjRCjVk2oxv6ndWr0aUdZr5b7HvVlH4f8H6te6gl7eSSXMjukUU/lwsD/ABYGAee3SuW1j4rWUFw/k288zg4ZTcMRke6kCvHrm7vb9g97dSTkDADHgCkUHH0rop4B29+X3HjVMyjf3I39TqNV8dS3LzSWVk8TSuGDSXBZUA7BR9BySappqOp65qMVxqd9LcSJjBfnH09K58r5aKmc+9bnhSMeabsspQNkDPfp/LFdUaMKEfdRwyxM68vfMb4mALqtrCrZVYc/iSf8Kx7OCJY97tgFSc46GrHje5+2eJ5W/wCeYVOv+fWq0z+XbrBuBLYyAa7IK0UeTVf7xmv4diub3UVQlAFXKox+U47fWuls7RLfeHto3CktIBxhvcVxcN7Ba+SsJbdkHgnmtkSatqYlFtE0SyL1Jy3rnFZzWt27G1OUbWS1LNnFaWD3NyxTa7kx55wO3NUZtVupb1VgiVv7krLtX3qKx06a3uDFf2r3RXncvzFRwcbatDUNhEUcSkLkAOpBrFvu7m7d37uiNKJZX3QalM0SSHKFB8jc+v41Xazgs3LRXCAbm43YA4/StZbm1niilRvKPl7GwQ2wZ7d/51Q11dLSE3AgDEAnft2jd+PX8KzT1sbNO10ct4k1T7W620RzCg55yS31rJC5ApJVO8t60sByTntXdGKS0OFtyd2KMggjg1PDNIhJVjyMGo2bDYxUsKguvpSna2pdNNvRjUmdHyhxSxxS3MuN24mtSHR/tQ3w+mSMVo6ZpMFq/nTzqXUZEYPeuWeJpxWm56NLBVZv3tjNFjc2O5yDgcZxVe4Uyr8xOa3r2R7yESIxHJGB0/zwam8MaI2qXotcKW7GuZYlKLlM63hLy5IbHLBli4ao57sZ2J0781oaho19HcTKYXHlk8EVRbS7vr5ZH4V1QnTmr3PPq0q0fdSIVlMmF6UUNF5IyxorW3Yy1XxbmXsbPAqwqDYKkhVGcBqnnRVQYHStubU5FT0uRWsQlkVWIUE4JPareqW9vaXHlW04mQAfMBjmqY6Gm8swAqZJt3uVGSUeW2pJ5inqaVWTdnNH2aXZv2Hb64qEgg4xS0Y22uhrWusTWoIhWIk/xMnNaSXV1qSCfZ5QX5S5kCgj2JrnLd1jkDsiuAejdDU1xdzSIIvMby16KOgqZQ/lNI1YpPmNKKxaO4JLKpALIV5IFbVhZ7YyLSIA4DGR1+6M8kduPxrmbDVZ7VWRwJ1OMCQ52gelb/8AbenT7M3BjZgCFMbOq+2Tjj2xUyUl0BSj3L7nS7CDLwG4uewDbowe+TjGevrUYL3t7FPesijOEydqp9CAf8TSWhjlZ1s5rdjsLN5bg45HHP8APitKGxt7eSOUQC4ZkBG1wcnuTjOKyc2jVQGPFaW1xvhtd7lsGdx0B64XGPxPNRayLcQJbQW8Es20BSrY6nvz7ipNZvdVNw8kCmAMQqx5B5wPXpxWHq2qW9sD5DQNKyjzAMSFiDnOelOLlLYXNGDdzJvtJ+xqGdnMjH7irnj14rutA8b6JY+HbbSIEltisf7wkbizZPzHjvXm97qEtw4Ygg9Dk5JHpVVJGJ+b8+4redHnVpM56VdUZXirnsT+LbWJY3WYTvtH7pWG4evFblrqRk1KOVIHQ2bSXCxPnMoCDkDH+0RjnpXgCeYrAxk5rsfD3jO5gvLb+1jJNFbq+50JDtx8oJ+oAz/9euWphWldHZDHKbs1Y+iNKul8R6LaxXIkSVXBhtpmwm77xZhnkDqR+HeuG+JPiFP7Cvi14ks02pMLcRptVEjUqWA6DJ446Csrxrq8iaPY6nJCEZHWWCTziSe4KhcgjnkccfpyeqeIYrzwXYaY0MgkilaXzQQy5bOfcZ449q45UOazaPZwddwktTovAN9qWlWFvqmnKt1NdyNHcw9PNQHOPpXd+IPiC2peDZ9L1qya0uIp0lUOmAU3YwPoOck1wXwj8QReHI4rphFK+JdqzMNikkYbB+h/Ojxtrt7rFjevLqUN1G+XMcYT93kjHTnFTWpRdSxvSlUl70mv1Op1XTPCtj4H0e9ubNJ55ZPNkn5ZmfAxHn1JPT2rV0fRtEfQo49YgtpBIS7RGEAxrjIKkc7c4HX+GvOrrW9UvPh1DplpAZPJjR1Mb7uEcEkjsf6Yqro+uXWu6dc2V7qiWd0GjhRChy25tjHOeoBJ/OtIUlGLbM5VZ1bRhp19Sn4g8Ei9uJ7rw7bX93awSmOa4WH9yWHZOcmuat/Dt3LqK28bgrnB3fKemeh+hr6w8Spa6T8MP7I0OVLdBbiJJWACxDjJY+pweeuTxk4r5x8US3tq3m3VoqpJ/wAtTyGP16/gacMVO/s4sqjgsLXg61ZW1+80dB1WXTLGOzsbjT9NhH7wu0sYd+AMMScnvxjNb0fxF8JaJdTXFqk19dSL+8lIZ3kYDruY9D1rx69sw5M9p+8U4yg6iqiDmtoYGnP323c4cbm1em3SjBRXf/I7HWvF5utSnvdFspbMzDBMjhsepAx3HHesy71LVL9R9rvpGIGBjjj0NZlqw249KtkgQv8A7prrjQhDZHmzxterbmkVtOhEqyMxz81atvbsDyAMdKg0tgtjGSfX+dW1nHds1qzmSsWUC4wSA1KrKitk9RxWXd3TF8o3SoY7hj/rGqeUfOkaUrNJLtRck9B71oPPHp9jHapj90u6Q5xgZzWDFqCx3G5QPk+bBPBNVdY1JrtpFjOBIfmb1HYfShwbE60YrTcqXt19ovZLrqzsWIz0pVE07BgNoPB74oghi3EHejkY9MVrWVjd2+yRYxNHt3H5tpFat6HFFOT1G6dpeoxMlwlqs6sM4BGfyrW8Oa1LZXiXL25WPOELfj3/ABqxZ3wFs0DktlSoypXGRjr2NXreMpozRxICGkDKHUlsDJH4Vz1GnudNOLWzNmLVLDUkZ1SMSOGI7becY9xUuoaZBNazvc2wbK8MpHJz2/Ic+lZt8dJuYI7mWCO3uvN2sYzg8AZ6etVZta06VhaT3TxRLjeTM77ht5GMYAyehrnkr/CjqjO2kmLEkdkXmZhKyrlCvVceo/zmuU1rVDf3O7bsjXhR/Wr2peJgY5LGwt08p8hpCTlscBhjGOmay4bEPlpJAH7qeoP9a1p0bq8iJYq6tFFGYpt65qBW2ngV039hmeR9sLOBj5m+UetZ2q6PNp6RPIABIMjAP/6q6FJIxcZN3sRaXp0+pXYjhHy5GWxwBVi8tEs797eOQSCM4zjmqmn3N3aSmWzlaNwMZFJ9qmW4LsSzu2Saxmp81+h0U5U4U0ra3NO3vZYAEU/jXVWKxahpvliD963VwvGK5AXMcynMYLD3xWlomvXVjNtLZiIxtHavOxWHk43jue5gsRCMuWb0Ort9EEdg9r8u5zuVc5wPeo9DB0PVoXcbgMh9nPB4p/hK7kF/HMPMnD/KAeCtavjbTGlja709NsbHlRzkjsK8SVWUansam0j34U4TgqsFqjD8TTzQSSpHK4hwdpz2rkFuYvMYndknIbNaWorfXVmEZWXDY5HWsSC1uPtG0pjHXPpXsYOnGMLM8PG1pzqppbiajGZCXGMNRTpLiEyCMKR75orvi2lY8yUKcndmGuQwIOMGpnkZxzURVgeRSrwM12tHkpu2gue1KOMGmHmpUceXtKA+5qWxxaZffUp5dPSybAjQ7hgc1nOcmjew4zU2nJDJeKlwrGMg52nBz7VKio6o355VmlIrHIpA+OK6aPw/aXDn+z7wNGTgCUYKn0P+NQ3Xh0Wrul3O0To3IVM4PYnnn6j1rP6zTvY65ZPiVBTS09TAJzTZDhsV2ui/Du+1YTSWmsaU0CIGSTzW+Yn+EjGVb6j6ZHNUbnw1caZdRLqFuV81iqyIwkgl9drr0Pt1q/bwWtzi+qVXJRcbXOai3L0PynqvY1Yhu7uJNkVzKijsGNeq2vwqs0ntJri7kFtNhSxQgxSEZCuAcjjJDDOQM8gNg+JPwz0fwlZW8k11dl5V3RNGodXUn9CM/Qj06nF4ymzrWWVk2rq6PK7i5ml2+bI8m0YXcc4FQBVkYLjk9K6R9DsFtYp1uZGwD5iouCRydwDdCP7vf1qB9Emga3uLcNPbXD7IbiNCVZv7pHZunBrRVYmFXDVIfEjPtdFvJmJVR8uOD781ahgtTbOskgV1H3c457it3TRA7Iju8j5IZX6AgY5XtWkbbTIraV7uNELEvkkenA4+tXz3Ob2aOCuRC2wQzBSTzkHGKriFZzkSAY9a6J9Mmvf3lqq2sHPzSnl/90elZl5bIt15MSbSPvE9P89aqM0KpRcSq95cQxC3WYyqvC7+Qo64GasjUxaiSCCOKWJlKq0i5IJABIzx9PrTI7GWWYx427fvH0qC4hWLPm9unvRyxfQIYmtFWb2IWnlIILkL6VZ0+9l8+OCJyGlIjyO4Jxis6R9wwOKkscRyrNuAMbBhzzVShHl2HHF1FUUlI7CPWZvCmp3elzxRzyxSmB2HK7QTux+PetG7uoZ9R03VTCgs4Jo43kAG+QkBt7kcdePwrhtWumvr1p3YuzfMzHuT1NSWt5epbNbRTOICQWjB+XIORxXPKjaKb3Z3SxyVaSW3Q9i8UeK9Qs9Aka11O1lsUdWWIvlmcFSuB6ZH5Zry3UPGPiLUdV+2XeoSMxBURD/Uqp/hEf3cexHPerGreXN4XtLzyvJeW5ZTlid4C5JGewz+Ga5Z+JjTw+HjGN+pz4zETTjFPTsdrpfiuBXcXmiaPvkUK1yLUsRjvt3bfyX8K1/EXhzwrq2myan4d1US3WwzNaLHtIH8WPofbp3rzqQZiNXtNluoG+0WkrxORgspwcVdSHL70WbYeq6svZzV1+JNb6TqZtTeQWrTW4JBdGBIIGeQOR/hULXEfkuM9sV1nhrxJe2Vq6QXdgUmXDhsIeOBxXJ+KIoodcuRAAInYSIFYMAGAbAI7DNVDmlucuKUaTvT2IbW4ZYVTPA6U97kjvVBmxRuLVry3OV1WXTcgqQeartI7DGaYKXrVKNiHUbFjR2J2qTgEn6VYtoopY1iHErN1PQUiJlXOcYWooJViAJKtSaJT1uXcpbztHM29ScK4GOB3zXReHWeVd8F5bSF2CmOU4Ykfj64rlHuImQbl3MCTnNNIjkXMe7d/dFTKPMrGkZqLud9cXFtb2cKXv2cSNu2w+euRx97JGOuBimXOpaRZQG3luIhcbV+4XI9QTj61wDo8rZ6n1pVt5Kx+rrqzd4t9Ebut6+SzwWUEUQZQrTKWJOM8rk8DB+tYe53Ys5LE92PNSRx+XzOhC9iBmtzSra1upjFE6gHGQejGtIpRRleVR3kULNI2cRwqjO38Tdq3bW0e1kM7shcEHLHOf8AOakuvDWEN3bQyuikhlbgjjqB3pRYR3yEq0sDvtVcOCHOOeKJTVjWFKSZae9eYS/Zgy5GGDvx7gHvUBRrmAxXbomwZAReGzz1zU8OnarHbkRRx3EOcABMdB7VHZSys0kc1lOzcAooB4zz15HTr9a5m1ujrW9pbHNXdrJC7SW4Lxg8mqjvMRhztPpXeTX9jJva4jaJDjCbMZ+uaxNW0oCFb53+WUkjkHA444q1N9iXTT2Zz6FwueuK0tJjW4uE35Cjk4p1jbxToyIOQMj3p5kksVIQbSfvA9CKwqVFJcq3OyhScGpPY0W1q6gMdvABEgOTt71qW/i26t43jSUtuXB3Vx19cLI4ZRj1FMiUumVGfWuWWDpSSbR3xx9SLaizo77Vp542nJQ4bcSB0rM1K8W5ZgQysep6ZqGzlKsUVgwbsasXsMUDHccuRnbiiFOFOSikKdWdSLlJmUI2Ry7Dj3oq9JA9xGm0ckYPNFdfPHqcLoy+yjDjkWQ4zUwCLEQ3XtVONFV8rxUzvnvmus8uMkkR8hgD3pwJ6A012z2pIifM9adiFuSDrTtxVlZSQQcgg4IodHHbqM1FyeCam1zRSsa+m3j+YCr7ZBjn+96A+9b82pJfwGG6XbMowknXb7H2rjohgcFg3Yg1oW1w0ibZhvIx8w4I+oNctahGT5j3svzNxjyS1TNXTry5027860PlSD78eMpIvoQeCK9F8NeKtK1G2a1v7WMBlInDDduGOpHVsev3165bpXmAlUKFkHmL25wR9KFYwOs8ExDKwIOMEVzyp3d76nqKdNR5Wrr+tj06/uNX0e/Cm5lvtJZP3Zd9/loSCFLd1BAKv2OOlVPE+r6jq2gLDFO88ED+YuRuaJuhGD0yOvY8fhlaL4n2wmFwoQj5oyMjPcr6A919+Khu7mKGX7RYnETHDwk5C+oHtXPyy6rU1pqNJ8u6ez/RjZBHNYxTNAGtyVMgGd0JztDoeuw+/Q8emfQPhfPo91qV5oV/FEdOusNc2+ACCV/1iemG54+70+7grxWl6hZmW2tLzK6ezM0bx8MkmOUP+ye4/HtWpqDW9tq0eqQboe8ckZHmQMPpkEfzHsa0UW0claGrujX8aeErWz1RrC9+bexNnqMa4kkHHBHALgD7p4YdCDy3E6r4cu9LMUl9c/a90qmFhzE6BuCAR19QeQeDzXpi6pp2veHmstSuAhZcxgnBRv76eikg/TGPSucgk+z276T4iclQTJFOBl1OMeYvqw7j+Ic9RmrjOUX5HFVwsJLTSX5nL6jrqW8Yinik35Kom0EfN1HrWZYQxm1Z4+OWE4XoOSe+eeKTV0e111orkofK+dZFyySL/C4PcHtRbX1rZySStNtgZtzJjO5u4A+ldyXY8hzd9SO5az060BuWdZpHGCoy3OOckdAMdP61y+oXU18w2QtsQnODk5J6k/l+VN1C/nv7gyzyM4BIQE/dGegqzZwKCjs/lbm4kDDy2Pof7pPuPw71tThy6nFVqqq2lsZhRlPzqVHvWxpulgzRl3ilWRWJAz8uAOufrUV7bhJMkncPvKeePX0/KlspZoY38tHO3JA77T1/pTnIqlSWqfQqXyqsy7Rj5VWtLw6kU2n6wsg5W2V1HuJF/wAaypyWwT2rT8PjbYavPnG21CA+7Op/kppN2jYumrYj7/yINPt57uNljG4p27455/SqGBI4XODnrV/Q5HFzJsJX90+fptNZ6HjJ604/Ex1reyhL1LMyqIYgeCM7h+NWLf8A5Bz/AIipbyyceHLPUM7jLIyYx0x/kUzTjG2g6mWjBdPK2t3GWOaicrx+ZtC9Orr1j+hmiNz90Zx1oCM3rU0LQumJGdHHQqM/1pFbJZQevc1srI8tpEEgoBIHFWRFvmUMcqF54qzJaL9lZiOD0Pr/AFpt2HytmfGMmri2SFFZHJ55wBx+tWpdDu4bdbpImYbdzLjHy+v86s6bdqod4rJc8YcudwH4ClzDVN9TMubTylByV9nIB/nTYrAvtLDYGXcrYJBrTispL+RnMtvyx3Bpdpx6/NWtZ/2ba2yCS8hJ6FIjuIx9OcmplJ9DSMF1OWSy+UMrpID02MCfy61JZosU+JVTbkDOcgVpa3phkma4s42QY3kFSmfUjdxj2FYJkkI5kb8DQuYbik7NHQGzhM6TwkNC3y8LjBrT1DTY00/zBJuKuAF2YDH61zNnqUkEewwxSehYHOK6bRNdtpZYILiaXYGzsOOOB7fWom5RNaUYMl0XS0vpQ7QrtHHGRyR/Oq1/ogt9fuEQtBtIKCNsEjHWum0y6tIrqa7tFjkhdvux/Nt7Z+vf2xVPxTPbtcW0lvLiQRlZGYdeejfpisVOTN3SRima/wBxgSUyxwtna2Vb0zwfaq73aPOJmiljkBz+6OOfWoL/AFWCQiVyzyMfnC8Dpx/h613mj+A7XxB4b06/0m8v4rm6g3GPAZQ6nawGcHGR2Jxmn8PxEp83w7mHZa6J2Zb25uIoycth9ofnPI9OO2Kq3d9py3pvLS7ijlT7qgsfMHfJJqvqvgrUre/lsredLmaNirJnawI68dhWZqPhTxLpyGS70W8RB/GIyy/mKajDow9pM3v+Esjt4BDPGr5bcQef6ViXetC7mIFvHszlWHyn8xWMYnyQ6lCOoIoHy1UYLoS5SfxGs9yqW2V+RvUNmi2kS5AWSXntuNZRddxA5p0bYORxSlS6m0MQ4vyLU0LrPt7GpbfMJ3P36CoFkLNncTVyCyuLuMNEuSO1ZTVlqzope9L3FqXdMv4LeYSzW0cu32xVrxVrlvqM4MdrHFleXA5NYpieOXy5cKc4xmqly4Mpy30rFYaEp873Ompi6kKbh0FlkmjGUkOD6GioGz/CaK6+VHmym27ophiaEYimhgOtKDmuhI4SUDNa2iaHf6qwazgXytwXzHcKuT25+tZUYz7AdTQ9w6n9y7Jjpg1Er2si4O2p2o8C6isSNLfafG7PsMbXCq4PHQMRnrS2fgnTrjVbi0PiCzsDbFt7Xp27gP7oHWuPtry4SQSGRmcdyalup576RpJZ8HAHvj8BzWPJO+jNnVg1dxOzuPAMUksRXxTpOyaIyodxzsAyCR/D9Dz19KdYfDLVZriJbHVrO484lYysqgE5IAOfu5AJ57YrhrhrsOxaQPjpg5GPQUi6lfq5UXMn3t2c1MqVbpL8AhXop3UXc764+H2uQ6i1i9xZPMjbXAu4iFPv8/8AKrX/AArPX0OVmswQSCBcpu468A9K4A6pqDIQW5PO7oc1Xa81JyCZpGPqWrJ0anWSO5YufRM9Hb4a+Igm4fZOgOBdRHOT14aqw8G6zbTguADt3D54yrD0zuxyK4pDcvGDMZDn/bpULKeVb8Tml7Of8y+40+s1rW5Wd/Y+APEt7P5ESRRhvmzJMo2jnB6+1dHafC7xrbEP9t0t2IJaIzqxwPYE+o/P2zXkaTOWWNElLMcAKmcmp5n1KFSyT3ITJAxkDI6jOaydGr0kvuB4mo/iTPTdT+EfjuW6e4gbT3aMYWKC6Q4HoBnpUEvg/wAcXWgvaXttZzeQ2Ela5CyR+3XkD8cce1eaw6lrwlZhJK5cYBI6ilTU9aDOcSgDqVHSqVCv/MvuIninJ3aZ2+pfDjxZHoJF0trPbwEvvSTc0A/iBI7dz1xjjqc0tJ+GOsa1Z3N9aatYXsNiWVlimO9wo6RrjcSTuA47e4rkLi/nSANPJODJ/ebrVa31OeBSsRMYPXaxGa2hTr2s5fgcs8RRlL3o6+Z3Oi/B3X9XtDdW5miO8p5UtlKHBH0U/wCfTpTX+Evia18RJokZaS9kjEgRIZB8pbBLArnA75GOR1zXOWPiya0iC7piw6EzPx+TCkTxbfrqf223u7tJiACy3EgbHpuLE0OOJ6S/AUJ4Zzu4ncTfBbxtbyqgtvMyCVKW0riMjHovHXoa5fWPB3i7TLpY72z1TfG5hjJilwzDnavHPHPFWE+JOv7Ck2o6huI+8t9cA59eJMVBd+ONXuZoZRfaiWhbcrNezMwOCMgluOCenrUJYjqzV1KN72Lk3gzxZa3SXFpoGqOWjCzrcWzHzCcErx2Jzjvxng1QezW38ManbTwpY3jXK5tjncNm4HOTkHL9PY1Ne/EDxCA9vLqmqRupAbN9OWB/F65zVNWa+vhdSySPKx3SMzlix9SSSf1qlGs/iNY4ukm7rVq1jY0fw1qllbSane2ckNnJDJGs0ilVLFGwASOTWReeGdas3iW8sZrbzv8AV+YpG7jPGfatq58S6r4hhGnXt9dXEaAyBZbiSQbgOuGYgd6i1DxjqF/pv9nX+oXt1bYH7uWV2UYHGATgVUXWu+4VVh/ZQunbUVNC1WbTtsSC4hgOGWGRZDH6kgHI6fpUeh6RczadqFmLeXzLwxrb5QgOQxyB+PH1qjpWpzWksj6dPLAWjKNhiDg9R9K19P8AFOovBCst5M32CDbbHeQYsNu49OcnjvzUS9pFNeh0xqYetyuS6NfgJb/DXxlKrMuhX4wxU5tn6j8Kq6f4J8RXyl7XTriUKhdtkZYqoOCSB0H1rdf4p+J/JKDX9X6k5+0kVn+GfH+v6JPe3Vnq91byXmPNZWyX5J59etW5Yi19LnnQp4NbmtoXwu8Yakk8lvo8pWDCMJP3bNkZBAbHbB+lUNa8LeJNP1P+yb7R2huFVJGd+eCcDB6YqWH4p+KYppZB4ivw0pBbax6gY/pVC6+IXie61q11KbWLp57cBY5Gb5gBn/E1KeJ62C2D8zr7Sx8U+YkMek20itGIlMUwHA69PxNULX4eeLk1Jja6XLtZ8yRqCyDJyORwOD/XvTtP+LPiGJ5TNrV45aNgCQjDOO+5TxVnS/jV4xtbd47TUEhcne8ixRgsR/wH+VS3ielg/wBnN2x+EPj66Xa2gwfKcZeQZ/Ok034LeOWuY4ho6QkMcebIEDYPGM9cZrCl+N3juXdu1iTk5yFTOO/OKhl+NXjV2DNqTMf7xjTP57aylHGeRSnh10O2134OeP7C3Sa40y3u1xjy4rhWPAz07/hXml78OPEVzptz4gXTHs7KKQRz7mUhHJIxjPqMY65xW5bfGvxoNhbUGLR/dIjQEH8qzpviJrU2n3Fr/askAuZhNIoVdm4PvBwO+7mqpvFL4rFtYaa1Rl6V8M/FGpadbX1pbxNFdSSpCC4DExZ3kjsB0ye5Ap2nfDDxZfrI+n2guHiljjAicHJdQR39xSeHviFrenXS3f26RZYUcREc5LvvfPsSOaih8d66B5aX8nzSIQxJyNqqFHXoABj6V0XxHkYXwz7k2h/D/wAYX/FjZ3EqsEZljHODkg84HVWHXqpq5F8NfGGqXskOyVZoFIcSqVZQOu4dsU+D4h67plvFa2WqMFjtxb5AwSoO4Z/Ek/jVaHx74gtL2bULXUWElwuJGx9/BBGfXoKmKxHMthTdCMdLklj8KtblvTb3l3b2MYDMJZgdrBTg7fX6V694NuNK0DQrXSLbS4797GBts7xglpCxLMBndjJx06c+1eTt428VB4i+oSRBQGVFbK55ycHODzyPemWfxF8WLM32fUsmWTewMMZ5Ocnla0qQnPqRFxhses+GrXT2f7brWkGN5Zd6siAMcEjHPzDNbq6ur+KJtCbQbeXS3RMlzsfIGFJzj68DvXlN1478TyWFuY9UYyAbxm2jYAcg5yvv+tY7eNfFF55llPrcgtnOWLRpn3I+XislQkyvaRR6Zd6HpF9rsmm3+l27W8m/yfNdSQxPPOe3JwD2rNvfhF4e1Rttja3dm3mbFkjmynQ8ncDjoBwcciuYPiDX7OGLyruznkQeWjeQpKg988fn71DF4u1+1jWGOS1CqQGKwj5R61Xs6kNmPmUt0Ta38DtZtmkXTtTtLl4wN0bgo3JOAD0PTr71xeseA/FekOy3mj3G1erRjeP0rtbf4neJLQLZjWBBBEoUnyI9xUDHGRzx/Os7Vfijr9vfzPZa75wcA5+zJnPPfb0FWpVeonGLPPYWENxscYIrTh1Se1cm1YRqeoA6irGv+LNV8Qqy3iW0n+00Ee/n0IUEd6w0DDhxg+lKUIyVpG1CtOn8GhsygXtq10pIdCNwx61i3XMhrTsZDaqXb7r/AHfQkU6N/tE21lVQ3XFYxnyN9jqqw9rFdzNtraWRcqKK2ZxHYuYGBXdxn0oodaTd0io4aKVmzkDzUkfTNNAqVF+U16DZ4SRIvSonX2oQ5IqVjgDilYuwyMgdTT4pvLHmA4IOBUT8nNRNTSM5ydrIlmuZJGyDtXsK1NItwIhJKuWPuP8A9dQ6Lpstz/pBRiiDPTj8a3wpcqlvF5j9sDIFcuIr291HuZTljl++q6IhMca/6yNB6cZJpqxtJvXaEBxtAFT2dhqWoXKx2sEsvq4XgV2uleDjbbJNTZA2MJGPmCDux/2vb8feuRuyuezPEQb5InATRiKQx7cEdakitZEKM8ReRz+7i7n0JH8q66Sy0651KW2sbc3bRMAx6qp9z06ds/yzXb/DzwF5txLe6swEkYD5B6KwyBk9M+vHtgUc/wB5jOcX6I4Xwj4H1XVnMyKI1U/vZ2ziJe4Hv2+vHrjqdX8LwafYRwG7uRZRklCq5BcjI5Hc/p+p7qbxFZ6Lcm0tbbT10i1BJmaZk3Mc7u3rx0b/AICK8/8AGnjjTb/y55r6OKyHKW9svzufUL7/AN4kH021CVSbM51qcHa2hkR6HNFBNDBLG7SJ5e8wtmLnlFz1Y9MAHvXNeJfEFtp2lpoOmWkAfh7qYv5zPIM8Z+6oGegzyOT2qpr3jW7v4DYWckllZ42lU++6/wB0sOAPZQM991coTgj3rvpUNmzxcTjJ7QYsssk0m+Vi7HqTSE4Y1IExGZGXIDYFQudzZwB7CutHnTXXqIeafDhWD55FIikngVYt4fNlSPIXcwGT0FKUklqTCLctCB3feSD1pdxP8ZNS3kCw3MkKyLKEbG9ejfSo0UdGHFGm6KfNGXK9yS4mkuZmmlwZG5YgdahuUaKYxn7y9frVuR4VlzaxAKvQyKGyfyqvIoLlz1JyaSd/Qc43bvq+50Hg6GN9WLDo9s5/QiueuW3TscAY44rpvBkipdR5GAolUZ64IB/x/OubZSZX/wB41hTf7xnoYuNsJT82/wBB1idsjf7pqWwYBbkHvC1NtI8yn2U0+xT99ID3jb+VXN3uY0IuPJfzKcSq0qq7bVJAJ9BVy60yZIw/8CuUY44GBnrVEcmtq21K+Og3GnrcYtywdoufmPTP4U582lhYWFJxnGp8jDKkHjp2q3ZRCfKn7wGahK9BUsMssKMI227upxzV3OWMVez2L9vpc8soSMh8kgEVctPDlxPdS26DLx4zg0eH9YmN6IpTHulkyCwAH0//AFV3ujOsWovJOUP2qMHaBtAOAPf/ACKznPlNqVKE1dHAXegPDcLA+Q7KWUY6jp60tt4duHvVsJR9nkZd0W/gv7Yr0y70rTDqun+WEeXDIzI5IU9f6e1M8ZaPM1tLqD3kS3dqivCIUO8HPGefrmslXlexv7CNjzk+F9SXB8s7T0O0jP51BJpiPBKCphmCHknrXpOkx+ILvS3mmvoJ7hGH2iCaMBlUcgqc85/z0rL8SWlvqLSSbUiu4sgxZyzHOML2PQVftX1IWGvsjy4DGDTgOtWdTiEN/Ki/c67ew+lR20TSuVXqBnGOw5Nac+lzJU5N8ttSE/WlBI6GtKTTwl9bxM6hZCNxz0FV9RtxbXsturq4jcruU5B+lEaik7F1MNOEXKRWknkKquQMdwOtX9KS5aSIR4BcnBIzjis8ipkvLhYliDLtQFR8oyATk8/Wny6GCk21c7RjLbQhMwyLjPznBP4dRWYL6yEwa6CFO6xnJHNYb3FxcZMsrv8AU1XK81lyHS5+R0914nhhslgtLZjk7g7tjbx0AHBHvWPca5qEsbRiRY42OSqLjn69apCNSMmmFfansS9SYq8y+YSSabDHvbbnHvU6gxxc1atkSSIfLtIqXKx0U6UZO3UorHLFKdtWYJ2Eo3Krf7w5rQezlt4nkkiBOPlz6HnNZSnDg+lZRmp7G7hKlobmrQtJYWUylBuQjavb3rKRZI2DZxXS+HLI6m6CWTJjXCjbn37VqXmg+bpzsEIlZiVyMZrg+twpy9mz1Hgp117WJy09wZ4IWkjMuTgNnJoq5ZaNcpcZkUeUoLHJ4FFXKtBO1wp4epNXZxQRjyBU0QGdrHFCMoTg4pU2lsGvVZ81FJO4kiqh+WjrSOcMRWlo+kXOpztFbR7yoyfYUpzjCPNJlwpzqy5YK7M0rxTU2xyK7Rq4BzsYnB/I1c1Czmsbl7eYFXU4IxWa5bcQx6VUJKSujKrTcHZ7nT2njKa2tzbnR9Nmi/hRlcAH1O1gWP1JosPGU1tlH0y0kiJOYxlQQTnHv+ORXLU6MbnC0nRp9jSWPxMlyubsd7a/Em+tInFlpdpbySHLSBmLfT2Ht+eRxWLrfi3VdUlbz5niifh1ibBYemfT26VhBMUjL7UlRgndIJ4iq1a50+n+NtT0+JYNNSKGJcFVdQ/I7ngZp+o+NvFGrgRXesTld28hTtyffFcmODU0bbWDUewgtkCxVRtczLep3t7cPtubyadRyFZzgH1xWdg96mf5nJp8aHGcU9lYiSc9SuFIp8aF2C7gPc9KkZOenSkUc1V0So2epLNIrIsQHyoMfU9zURjx/EDUkUJkkEank9PenGJkbawpXSHyt6sZEjBgqqXdjhcCrNrBJcs8QEYO0klmCjA6nJp1vbu6SsrHesZZAM5PIz+hqNI0ZFBHGc+9Lmu9DTk5Em1oQBcsF6Z744FDrtbFTSRqDxu/E9qaI2YFl5A9+TVJ2Is3sR89qktirSCN+j8ZAyR74zzSBecH0p0wTdlFIGOhOaL6DhFqVzb8PKYmjhdMOkkxLEcnhR9O3asNV7nqetdH4ftv9LcMRmGzLuD2JIOP1rnhGwc7uM1y0378j18XCX1an8/0GcqeDT7U4uD/ALjfypdnOM1asbTzLphkNtid+PYVq5KzOKhTbnFGTtYdakz93AxgU5kIYE9quzwWxt4DbSM8xUmVSMBTnt68VXOmjCNCUrtdCgBk0rqNh/xqVVAkGakmhiKsd3KgEe49KXPqVClo2Z7cV0HhTW5bWSO0mBkt1PULloxnrn0FYTqKWLcD8rFcjH4VckpLUxjo7nsseq6LPZLdC7SS63DyY03Zz34z9a1dS+zzaObiOJljDI5yecEHnHTuTxXhHzjaRIw28jHHNdRovjK4toY7K8XdbjhyijJH09+c1zypPodPt09zuPFtrPb3Md5ZF4oPJXcqty6ZG4ce3T8KWe2tLpnubSWSWCRAdj/eU+oJHWqlh4isdREVt5wxEy5D4yRnqeatTXUdjPPERm2nZvLbhgBnnI6c9fzrF3OuDitmcB41tWtbyGdsNuXB5yCw6/zrKtHgjR/nKuy/d6/ljp1ro/H8SJFbiMLtYkhh36e9clGWMqbiT9B2rojrA5eaVOoyzMC8Rl+6YwADnOapcseetXrpURd4kDc4C1UC4bOOtVBWIxOrQzYaNuOal4yDkj6UoG5wvYnpWjZjGAkIOQPWnz28sZO5enfsa39J8PzyYnMZdFII46iovEkU6yBWjKIPu+wri+tRlU5Ys9T6jONHmmrGMkZKbhSIo3ZPatLTo4/LbzR2yKp3IQTN5fStFO8rGUqKjDmQ8ygxbFGGHRu4qFCyMCpqWzRWl5bGPatlNLaVQwX9KipWjB2kaUqE6yuijJcXd0uZJNwwABjoAK1PC+hf2hfpFcRkRnqSMY/Glj0h1JeYttAyuP4qtxau8NubFEdo3IBPQ1w1qrlG1I9PD0YxfNW1Ohht7fw/b3Edo8P2iX5U+fLKPrWdb3N7LbsrSFxjjPY1Hb6bCiFpZMu3OQc8c81Q+13lsxgc/uscYPDCuGnT5+t35npVKnL05V5FOw+1/aHjJkKZIP1PSirbXBuoGjh2p5bZ255b3orqer1Ryxly7NnA1IgY9BUssaxyH5SPqKZ52w4XFe6mfJSjZ2ZHIDW34c1u50d3mi5Z124I4rDY5INSoeMUqtONSPLJaFUas6M1ODs0X9Zv31O+ku5cB5OSAO9ZkqZbNPc4pM5ohFQVkFWpKq25bshK4qSOF94bFdD4d8Oz6nE9wZI4Y4+rOeKzbyPynZdwba3UdDUrEQnJxT2LlgZwgqkloyq6neaQLUoZT1FMcYrS5hKK6EbJzQFpxI709OGzVmdggXMgyMDPJqxIMPhBhaidjxt49alZysYYd6yludVO1rMc2x4dgXB9c9TVXGxtuQ2O4ORU24SygkAcdAOKsPaMsST7DtckA44OO9LmS3KcHUV0tiEmNSGjcFgc8cEU7zWdy7ck9Seaa8KlGckgggAAcUJPILfyCibd+/OOc4x19KGm9hR93fYuaVdQ2+ow3FzD50aMC6biN49Paorja11LMgKpvJVfYmoYHdG3bsntuGcUsjlpCzSM5PXNSlZ3NfaJ0lB7XuMm5yaSFyJBupz8oTkDHrSIgcc1VzFwV9CW5mlndWld3IUKC3XA4Aq/4dtonvzLdbfJgQylWIw5HQfnj8M1QWPHOeB3pJJtnyqTtqJtuLSOiklCfPU1NvSr0/6YpfLXWPMbHbOTWC7lm6dK0NPIYqw/iVuPTiqyx57VlTjyzZ24mvKrh6a9SsCa0tBGbqU/9O8v/oJqqYGP3ea3NEs9k0kZX5jbSE+3ymnWqRSMsDRl7RMwMKZBvUfhRexNbMjLuAYA5xweAcfrVzVLZY5A8Q+VgCo9cgE/rUeuBlltdykZtY2HvxRSmnYVag6akpbplB23kEcVZSISw7lH75SeP7w/xpsUCvggUySSWGXMTlQPStN9jmjaDvLYS+iUESxLiJh+R7im25j8pkcYbsa3NBFvcTmO6VBFMAsy7gCDn/WLnuPT6/UZOoW0VvfTQxylkRsIdpGR2pRqJvke6NKuHUIqrHZkTxt/CNw7/SoGWrcH3guGO5uwyatahp7QbS8TRswDYI9Rnj29KuU1GVmZRoe0g5JbGZDlWDKxVh0IPNd/4N8T2lxC9hqACTiMBGUABtvIP1rg1jYswGBgE8nFQ/OpDx5DKcgg9KcveVjFScXodr49t41jjuFi2JI3C7uhxz/kVyMYz0FdR/aDa/oTwzun2mFQ2MY3gfxfXGKwLN/Icvjd7VlHSNuxvOPtJJ9COGBpHKlCBjPPep7iyliTDD7wyPY0s1zmVZII9pH4VPNc+dEG2bcDHXNLmlzXNuSiotX1M1osHmr628ISN02+YRuIPsKq4aT5gMIDgt2q+kbx2qk4bf6HnFKrNhhaau3Y6Sz8Uxafpos0jBcqMtnp+FUJwuq4lQgIBuIzn61z94qo+5m+904qzBKy2LheCcDPtXF9UhTjzR3Z6n1+dV+zqbILvyYm/dvuHpVaOMSSZzjNMlDAlWXHvWjoMUEtyonbAPbFdT9yF9zhi/aVEtkalhopeLzgemCUxzW1psd2UeA25QMMFnHGaZbasBGYbaNA3IFSxahdyiO3mlSOMZ5xXiVqlWTfMj6OhSpRS5CxbaJepeQSzM5t/vbmHBo1SS1trqUpEm4Y5xXaazrmnjRrWxkLNsj4kHOa4i+KJJcXDQsYVxhwcgnHH864MNXq1pe+rHdVpQow93Vl2aa0ex3xRIGkXDcVz2pwLPGD5YSQDOAegrKfVbpmzmRfl2gDgAVRm1CdgUY59xxXq4fBzjK7Z5GJzCnONmie1fy7oA9RRU2iWkFwPPkd8DqD1J9qK1rzipWZhQpzcLo5Se5llUByOBVZeDUjcqQKYBXvqKR8jKTk7seBkUqU1ST0NKc5HFBSZMFVurYq5b3f2W2aO3VRK/3pcZYD0HpVAZA5FLuwazcbmsZ8pbiup44jGkpVD1AqOWVpMBu1RqMjNI3BpKKWyHKrOWjegEU0nNPBycU4pgD3q0zPlbIutPj4z9KXyiRkUqAockUNoFBrckKoMEg/ganMURiDxszM74CEZwPr/wDWqEEHjoauaVOYLtOcpuBZexx/+usp3s2jppKPMovqV5EaKUZTGO9WrnU7i5iEVxMzKECDODgDoK63xPNotxpIlt0Q3D4yAMYNcFKMuWxXPh6ixEeZqx14yhLCS5YyuiYBWBAakaPb0YH6U23RpW2qMAdauHyrcBfvGuiU1F2Ry06bmrvRFIh17ZFIvPbFXXZGjbIC9x71XKkkrjB6iiMrkVKNnoLGfkxlRwRk9aI0bdkDimHrtqe1kaNGDY7gZH605bFU0rq5dTyVsihAMhOc9cCs2SI55qznMfTr39KhLlSQ3OOlZxi11Oic1K1y1YQzJMAPRv5VX8uf1rX0W2aW6jkDfwOMY/2TQ9vNCVhkCybx8uPQ9653XSmzv+q81CI3S5II23yKW9Qe3vWx4aRZ9Uv5kyypYykL6Hgf1rDvjFb7Yo2O4Z3fWrnhTWotKvJ5LlPMjmh8sr6jIOP0rOpByTlE2wlSMakactEZck7XCIhABQYGO9XLq6tb6zga8Eq3EEHlKqRj5wM7TuJ468/Sq1vaGYyNAPlGTj2qJ1EZKgYY9a0XKtjCpKSbbV7lZ9yjg4qvMrMMZq2qGVzucBQcHNMeIhsDoK3hJI8+VNy1Ko80JtByKdlmYsxyT1JqwBg1MLZWUyluOMcd6p1EiY0nIrGPCZHrSzXVzJGiPM7KgwuT0HpSyrtxjlT0PrUyW3mxlMfdXJPoKXOvtGkacmmoFEs2Dk8npTo2EIIIVtw9elPysSgBQxDclqjcbmJxV3v6HL8L8x0NxLbyrLA5Rgcg/wCe1OMzT24RlVR/sjFSiCIwJmUjOe2MVFHNFHLyN2O3Yii/NsaKDg7N7i2qgzorjIY4xnFalhHZ3khjG5SBnhu1Y1y6PKWRdqkk49KksBL9oAjOGqKtPmV72NcNOMZ8trnTx6Bbz2ztbiQtH1kJwD1NYIuJo7kRMPkH8Ndnqssmk6aLaNlKy8ShTyT/AJNcvcw7cyEKM9gc152HqOablquh6+MpQp29no+oy/tDIiSqEQFc/XNNEHlj55EwUHCnNS3WpebAlmkW1Fyc9yfWqixMOtdcOZx1OKfs1L3FdkUpdm2HoOBU9lFmRVjLbvr3qzPYSNaRzxjhhyO+azY2limBRsEdaqMlOLsYypulJcyNWA3NveIFJ3A10M1xc29vHIYlljYcMR0Ncv8AazOQZSA/TPrXoPhrTP7V8Mgpdb3iYlonPA968vGv2aUpHuZe/aycKbMcahvgSW58yQRn0x1pJ/EUF5ClpJGyxZywHBb6mn31hc2UTxXjALnP1rAurNSwaB8568dKilTpVNfuNsRUrU1ZfMsCwW4kc2mAiqWZmf07frVO8tkgBh2mQr94qOlQqsqA5YgVK8rC3AXiu+MZJ7nlSlCS1VjZ8PpHNGqzIsEIOWkbgkUVzYvZRJ5crl07gUVjUwk5y5rmtPMIQjymFGGbOBmnGI5+bipdKEBvI/tTlYd3zEU+7kWSQ7Rx2r2XKzsfNRguW7IlRB92mkYbGKcODTWNMkFNI4+c88UA0rdKaQm+gqtxTic1GvFSque4H1qSogg5BpXye9NbK0sZ3tjFBS3JEPGKng2EnceoxUKo4J4p8qiMDJ5xkioZvG8XdiXIKScEYNPtgF2u4yuckeo9KrsS7ZqWInhT0PFFtLEJ807onl8yPG/v+B/KogA1NRmkcK3I/XNWZrPyl3owZO5FRdROhc0tUtEWbyBbWzTY6sXGSVNZ5fdj5R+NTRkPH5ZbIFViccYpUo23CvK9nHREhlcoFY5C/d9vamB3DAg0mc01m5FbcqRz88iR2+bfj5vWpU2uoINRR9CAASRjBpPmjOOlTboVFt7loFdoAJJ9zTGGQVPQ1EzkdAcHuR1qRZVKgHvU2aNlKEtzo/BDGTVI4izcIwyTnquKiDgrkqN+Mbqp6VdnTbnzwpZ8Y25xxkHr+FJFchWViOhzjPBrglTfO2j2qNdeyjCXQiugxl+Zi31pYY1f5COrDnuOtdJ9nhvkjFqqmYqNwPY+orMnsWtR++A3f3e4pRxMZLl6ilgpwfOtUMeBLP5BuA/iIPX2qGFY5X8wIMeh5q/aKt3+7lAIP6VabT44nIxtA5J+lZe1jF2ludEcK5WlHYoTQiBFeI7H4YN6H61lzMS+WPBrpb+SD7GsSOBIpzzWLdWiyIZYyW5JKntWlCrzK7MsZQV/cK9vFE0gV+pPXsBT7lduY42DL7VWJaMHkj/ClhuNmQccjHNdHI37yOB1Ypcr0GqyI2RGp+pzUVzPIXHPGMD6VY3wOCZVHQhQOOtZkrsvy5yOa2hFPc5cRJxjoPGKI1yGOcbcVCp4NWIflXL8bq1a5UckZXZC5yc5zTo1Uj5vwqeJFOeO9I46vgDBxgVKkXKm27leRGDc1qWMDzJGIuGJwxqqsYdHbzF+Xp15qezuZrUZRVAPfHNRVbcfd3OjCpRleS0Z11/pouIAlrMs0sCASYYNnjtWbcaTctZBxE0aqcMWXse/FV7C+khBkhkK5xkA9a1pb+9hjKiQypJn5WH3TXk/vaXupnvtUayv95yTWlyHYeTkA4zjrW/o2jqwU3E6xk/dB4rpNIfTdQ09BcYE4OOPSsvW7F5JpJrYN5aHBU9RSeMlUvB6BHLY0oqonzeRBqyGzMUe0su3jAqzb+GBqGl/a4QSx9BW74ctNPexk34uLgBSqOODyKrajqVza6hGQFji6NGgwFB7Vx/Wpt8lPRrr3O/6pBJTq7Pocha+HL2W4bbCzBT1Hp613Wh28egWMN1FIk4kJDqGyB7e9crrq3FxFHKmduCW9q2/h9qULSfZNQRZIIo2Zdw+7jmtcZKpUpcz1S3RhgqdKhiLRW+zH3d1/adzJbtHywypX+E1hSQNZzqGO7dnAxg1qSzKuoxvYRFHYn5j2Gara5rMcc7EhGuC2WOOlZ0VJNRitGbYiUXFyk9V1Of16QxTsips4zjNZ+nzMJArZYZzya0L64S+nVpWXvnjFV7mG0t2xGwJK8H0NexSaUOVrU+erXc3OL0Kl78s7SjacnjFFVWLmTbuzRXVHRHC563RRjPB71MowuaaVC8qKVXJGDXQcGiGknOcUjVJhcZJxUbU7ksRhipF+6BTVG7FDcNim2CHKBuUnoDkinSuC2QMDsKiBp2xypdVLKOpFIpXewuQSATinRZRwy9RVpLCcWDXpQiIME5HUmoAuOoqOdS2NvZyi1dD2dzkk9eaibk81JPJ5jA7QuBjiomHpQtBS1egoOGAqwu0qCDUUMLOozxVuKEKuDUyki6VN3LllZxTgyhsKn3uOlF7MdrwKAEOCCO4rZ0aznmFtptnGZbi8bYkYIBZuwySBWt/wqz4hOSyeFLhh0yrRkf+hV5/tYOd5tI9mcFCmlFavc4FAiNufng4HvTQoc12XiL4d+JtE0z+0NY0iexhUgMZCmMnjs2f0pfDHgPxFrmni/0bQp763DlC6MoG4dRyc962+tU+XmT0OWOGlJ2exysVsggeY9FO0/X0rPfk16Hf/C/4heW8svhi7WNQWbLoAAByetcIsfmOoJ5JxnHbtW9GtGaummcteDclGKGWrKjZY0tywZ9ynINdjY/C/wAa6jp0N/p3h+5uLeZA8bqyYZTyD97I/GnD4RfEf/oVLz/vqP8A+KpfWKPNrNfeKVOpGNuU4bdijqa7r/hUHxIb/mVLz/vuP/4qsbxV4K8TeFoYpdf0maxWZykZdlO5gM44JxxVLEUpvljJN+phyTjumZSzb+pzVpIS7hVOQTwazoE3Ntziu68PeBfGOpRC5sfDeoyxkZikMJRW9wWwDWFeap9bHqYVe03M7TpLq2l8yBGByAc8cVc8SRPA8ZcoWeMNhWDbfY4rs/D/AMNfGxVze+HrhCR8uXQ5P/fVUdb+Gvj+W8Zo/Dd15CgAHemOP+BV5CrQlX3Wh705xhhrJ7nGae8luwlRuvbFdVZ3qS2M/wC4DbTnjr+NLpXgnxRrthdyaRo5nlsp/InXzUQq/pyeela+k/Dfx1Ywkv4fuWZ87syx/wDxVZ4iVOpq2rmuFrKi+TpY88kbzrkrFGBzwBUcriMfMMEdq7m/+F/j17oS2/hmcKcnAkj/APiqqzfCn4jTTbf+Eaum+s0fH/j1dVOtSavzL7zgqy5W+U4O/MckYdeveswtnHFdnb+AvF15r97odto0k17Y7ftMSSISm7le+D+FXn+DnxCPzp4cuGX/AK6R5P8A49XdDE0qaSlJHl1qcqkuZHnrc1HKOh9RmvR7n4R/EGOzb/il7ncGyB5kZJ/8erifEPh/W/D9wsGtaVeWDt93z4Sm76E8H8K2pV6dR2jJHLXpSitjMXrViMqUKsM1DGjO21QST0wKfqCNb3BgPDIAG+tdF+Z2OaMeVc/QmQssq4PBqeTbkq1dR4Z+HniHXvA+oeK7KKM2NkGLbnIdtgy20YOcA1xszkPtV934VzqcZyai9jt5nCCutycwl1JjGcdasLEv2fCsWb0PY1WsjKMtyFAyeakludn3VAPXipkpXNYyio3Zb06BZVJMqpkZ5B69ulaVzdIZEjYGSMLtHpxWQsrzwgRYAUYIFVxLKkuGztHbPWsZUlN6nTTxCprlXU37W62ybUG1T2AxWtc6lFbpbCybfvOZlYYxjIwa5+KJvs5eIEbfvHvUdhdvDegMu4EYIYcEVyyoKV32O2OJnTSj3NK31+e3v91pGke2TPFT69LIbhrwk+XNkgms68tBGXlVWUdmI4NIpnuUUnfIBhcegpqnC6nGwe1qNOMnfsathNDcRmyLEu5AU4JrqP8AhHf7L09m2qHcjdjsBkmuW0C3ubK8S4IChHDZ78V6vb3FpqOiXqnGxiAkZbDA464rxsxrSpTShqnuexl0FKDdRe8eQ6zflXZYpN2Op6VzNzK0shZic5610+s6dCbtyh2rkjbjJFc3cWkq84P5V7uD9moHz+YOtKdiuHIPPOKdMQ0YNPlVFwDw2OaiJQRcHvXcrdDyn7ujI0wrBjRSM6fWiqIU0tAtrd5Yz+7LKfSoru2+zyBd6EkZIVs4+tTyahKbVYY1WIdyvU1R5JySSa0gpXbZhWcEuVCNyRSqvFL1qQLiP61o5GEVcbHwwNNl5kJowVODTGOTQtQe1hRWtoN5b26yw3aF4HAJUdSR0/rWSKcKicVKLTNKFWVKfNE19W1qa/ZolRYrbIKxL0GBj86oycMVyGx3U5FQxnawbrSvKx6AL9KzjCMNIm060p3nN6ilHPIU4pQAI9wb5t2NuKRHkHf6/Sldcfic1oZRvuh8cjKc56dquWQad1A4zVOIZHABzVrT5mt5huUOp7VjUWnmdVBvm97Yt3E7I/lsd23pX1L+yhfXN38OLlLiV5Bb6lJHFubO1diHA9skn8a+U7s+ZiRc/QjmvqL9jos3w71PJ6aq/wD6Kjrx83pxWEcvNHfCq51bHiHx01W8n+JviC3lmdkju2jTLH5VXgD8q7P4YxQ/C/QX+IPiuaWK5vLdodK0tW2yXGcZZh2Xp16A56lc99oXwiW9+KGt+MdeWCeE37vYWbDerMMYeTHbPRe/U+lfOfxiuPFVx4/1FfGBP9pxPs2r/q1j6p5f+xjp/jmqw8qWJisPB6JK/n5f5mNapKk+dr0Dx38Q/E/i/UZLnU9RlWFmzHaxMVhiGeAF6H6nJrnLW6aCQSKoJ9/TvVIZ+tOzgV7kKFOnDkirI8v283Lme57p+y1eTN8Sj5Usi2psJTIgYhSAVxkfWvN9a8Ua+11cyDXtUAeVmA+1vgc/Wu7/AGVJnj8T69eNxFZ6HM+fQ70P9DXmF5HA0G5FLSn+6OK8unTSxMl5L9T1XLnpJrc+x/2e7i6vPhBodzeXEs8zrLueRyzH98/UnmvjzxVdXN74i1Ge5meWVrmQszsSSdxr7C/ZuB/4UvoOewmH/kZ6+PNZUf23qGR/y8yf+hGuHK0lia78/wDMddXpQPb/ANkzwPpmqG+8U6taR3LWkqw2aSrlUk27mfHcgFQPTmrP7RHxJ1mz8VzeGdEvZrG3tI1Fw8DbXkdlDEbuu0AgYHvVX9lLxtpukNfeFtTnitRdzCe0kc4VpNuGQn1IC4/GpP2i/hpr934sm8U6DYTahBeIn2mOAbnidVC5C9SCAOmcc1nPXMG621tL7G9OSjSTic58DNa1O8+J2ix3GoXcqvK+8PMzBv3bdcmvVP2r7q4h8I6XBDM6RzXpEig8NhDgH1ryv4E+HfENn8UtDmvdB1O2gjkkLyy2rqi/un6kjjnFejfthMY/CWikH/l/b/0WayrU4/X6aj2/zNfav2fMzjPAvjJvC3wb1M6fewRaxeaksUa7lLxx+WCXwewAIzjqa57RPGfia68R6clx4k1OUS3kSsGunwQXAPGcfhXnUl2xgSNW+6MZ9aveDnY+LNJyet9D/wChivU+oQSlJrfUx+vJS5UfXX7QF7ead8Nrq5sLqe1nE8KiWByjAFxnkc186+HPiX4t0PX7W6fXb+6tkkXzoZ52lSRM/MPmz27jmvfv2mmKfCa8IPS5g/8AQxXx67OoyDXn5RhoVKD5u7Lr1XHRHefG7UUm+K+qajpd6skMjRSQzQS5B/dr0IPbp+dfUfi+6uD8HtQvRKy3LaI0nmqSGDGHJOfXJr4pRmktwGZj6ZOcGvtnU7CfU/hK+nW23zrrRvJjLsFUMYQBknoKWZxjT9kuz/yJo6uTPj7Q/FfiPRb9L3T9avYpVIP+uYhj7gnBHsRX19a2um/EP4ZWDazZxvFqtikkijny3K8lPQg8g18+6D8CfF+oXaJeyadaQZ+eVbgS4Hsq9f0r1X4n+O1+HXhGDwzoWj6g00VoLSC8mtmSCPChdwY/fbvxxSx7hXqQjQfvX3QU043T2PlCUGx1OaKNw5ikZQw74JH9KghiuNQ1SKKFGlnmkCqgGdxJ4471M9s5kMhO7ccsTxivRf2e9Atb7x2dZvgqaXoELX87N0BUfJn8QW/4DXvVK0aUHPrY4VQekXsfT3w903StE8Mw+D7d4ppNMgRL2MHJ3ygs2f8AeJJ+lfGvxS8NTeEfHmp6M6EQxy77dj/FE3K/kMD6g16V8F/iJNL8cry+1GYrD4jmaNlLZCPnMX5fcH1rrP2wfCz3ek2Pi21i3PaH7NdEDkxsflJ+jcf8CrxMHzYPG8k/tq/z/wCHNa69pQ5o/ZPmuGcpC0Y/iqLIL7s1GnWpY9oHIzX0rsjz4zlPRl22uVjIOc+vvVi4LSYKKAe/fJrIkchyV4rX0a6FtNHLsEhU5CnvXPWjyrmjud2Gqc/uS2NTQbe4YyrIjKrDdz7VrLaaaQbvyymyMnYBuLGqmva+byYOkCWzSL+9RBgZ9vSqYmwhCF8nuD0ry5KpP3paXPcjOjD3Y62E1OeW+aMOhEI4BzyK1NBMVkzGE+c/GA3SsuwebzWSdBMrD+LjHNaS23+sePZvBxtT0pVWuXk6Do3cudLU29S1qS8nDGGBVbAYLGOBx0qtriXHym0yiqvzAGuUuTcW9wSHbj1711mjamGtfJuCN5I+YjPrXLVoexipQ1R10cSq7cJ6GLcG4CRyoxYkkOSfeoVjLv5iAnAJNdbLpLXVyPKkCbwScHjApzaHYR6bNGLsJK0g2YOAevOaax1NBPBVG7o86u1SW4wUVT3A7VDq1kttbRurq29c4HUfWtnUtNl01nacgSE/LjnIrNmi+284KkAZweM161OrzWktjwatDeMl7zMMrRVw2MjT7B+Z6Ciuznj3PN+rz7GcwpNhPShGPOD1GKl+0MITFtAyOa21ORJS3K/3as28+0hWAP1qDayjDDBpp+Wq0kTFuLL1+seEdCp3DPHaqLjNPJ2gDqKdFG8z7EUk4JwBmpj7uhU3zu6I165qTk9aVUCgtnp29adGX3bsfKKGwjB9SxawoYSDhT2JqIwndxV+Ly5oAhYI2ep6CpBaSQqztynQMOhrn9rZnoRw6klYzAmMcVZt7ZpgcDOOtE0DBc5z9KVHe1hIVicjmnz32J5FTeq0K8x8ibahwRSISpBDE/Wo5W3tuPWgDgc1rbuczmnOyLAnZhhhn8a+rf2OQy/DjUmIxnVX/wDRUdfK9pbB0LNyTwgHUmvrX9k7T76w+Gk5vbWS3+0ajJLEHGCybI13D2yD+VeLnco/VnFd0ehhVJVFJnD2PxQk8F/HXxJpeqSsdCu9SYT5YkQvwBIPpwCO4A7gV6B8ffhzB8QfDKappJifWrWMtayqeLiPGTGT+o9PXBNfOnx+0rULP4reIJ7q0ljhnuzLFIVO11YAgg969R/Zd+J3+r8Ea9dHdnGmSyHt/wA8Sf8A0H8vSuTEYX2VOGLw/wASSv5qw4T5pOlU2Z83SQyQTSQzRvHJGxR0dSCrA4IIPejZuQjPNfT/AO0f8I5tVeXxd4Xsy91jN9axLlpfSRR3b1A69euc+I+FPhv4w8R3Ij07RboRCQxvcTJ5ccZH3txPp3HWvaw+ZUa1FVG7HFPCTjPlZ13wRRtO+GnxF10j5Rp62kTf7ThgR/48teTxsSoyeB0r3b4yR6b4A+FOn/DvS7yOe+u5RdajIOrDryP4csFCjrhPevB4opZnEcKs7noqgkn8qnBy9rzVuknp6I0qx5LRPtj9mv8A5ItoP+7N/wCjnr491/5dbvv+vmT/ANCNfZX7Pdld6f8ACDQrW+t5LecRyMY5BhgGkZhkdsgg18jeKdJvbHXr+1vbCeCdLmQbGUgn5s8eoryMsmliq78ztqxcqULGLZWlzf31vZWUTS3FxIscSDqzE4A/WvtHSoovhb8KJbnUryW7ksLfzZmeUsZJSMBEznA3YUAeua8w/Zl+GdzDfDxnr9k0IjBGnQyqVYk8GUg9BjgfifSqn7XHjSK5uLXwZp05ZbdvPvyh434+SM49OWI919KMXUWOxUcPDVLcmnH2MHJ9djF+EXxC8ZeIfizpUGo69dvaXNw5e2EhEWNjttCg4wCB+Vdx+2YxHg/Q8D/l/b/0Wa8r/ZssdRn+KejzQ2srW8BkkmkCHaq+WwyTjHUgfU167+15p99feCtLltLWWdLe+LTFFJ2AoQCfQe9FdQp5jTS00/zKTcqDuz5bVh5QHetbwPGz+MNI29r6HP8A38FZCrxzkHuCOldV8LdMvtR8Y6SLG1muCL2EnYhIUBwSSewA5r3MRNRpSbOOjHmmj6Z/adyPhJe/9fEH/oYr5Czmvsv9oawvNQ+Ft/FZW8k8kcsUhRFJO0OMnAr45uoZILh1kjeMnnawwR+dePkj/cteZ24laofGNlv8/GTxX2f4uby/gjfrjP8AxIG/9E18aWdne6kyR2dtLczkhRHEhYnPTgV9ua5pV1qPw3u9EiAW6uNLa2QHpvMW3BPpmsc3ajOnfuXQfMpeh8QaVreqaZci40/ULqzmHSSGVlYfiDX1p8DPFT/ELwBcJ4giivZoJTa3HmICsy4BDEdM4OPwr5ff4e+Ol1I2A8J6u0wJHy2zFeP9oDbj3zivp34P+H4PhZ8NpZ/Fl7b2E88pubkvICE4AVAf4iAOgzyeM1rnCpSopw+O+ljHCzmnaWx4J8adAtvBvjy70nTkX7HIizwK2TtV/wCHn0OR9MV3/hQ+GvAHwZiHiy1vJ28WlpHgtMLI0AA2jJYfLt56/wAeO9c3MupfFz4yG/sbG7XTJHWJpnQlY7ZepY9MnDH6timftS3V9J4+TTmtZbbT9Ps4oLQFCIypGSVPTqccf3RVxXtHToTetrv+vU1lV93mWqIoPEPwRsr6O5h8LeKFlikVkZZwCGByD/rOua+kbe50j4mfDN3gRhYatavGBKo3xsCRyASMqwz17V8IstfTn7HWoakdK1jR7iGc2EbLcwSFCVDN8rKD74Bx9TU5tgo06SqwbvHu7mGGqOUnHoz5x1fRL/SdXvNMvYjHcWkrxSD/AGlYg49uOtRyCNrfeE2//rr3b9qfwdqVv4lHizS7CSezu4wLwxxlvKlXjcQOQCMc9Mj3rwCSbJ2L8qjt6V6mExH1mmqncyqRhRukiAnBqxb3JhkWSNsMvI9qhKktgKT9KsW1vHKr7mCMo4B7muuTi1ZnHTU76Es9y9yHkY/Nnk561Y0y9EcqJK/yDv6Vl/d6c1JGjhRNt+QED3rOVJNWNqVeaqcx2mp3UXlxNDGkWFGCv8Xuar+F2mOoRh3AG7kk9c9v0rJtbh7q3dBuYjpk9AOgrZsJGjWISRID94nH5f1rzKlL2cHE9+nWVSoqlzrNftLKG8Ma26lto3E9z61h6rpU1mFuFICsMjPGRTrfVW1LUFWSb+EIRjOAOlXtbvLOD93cb2RB8hznA7GvMh7Sm1F6nrTlRqQc7WKGkXkzTMu8kEfMCa3INKjeZJzcmQDDMm7gVRhfS72QzWk6xIAAykbT9Ko+IdRa1kIs/wB3Cy7QuSeO9S4yqz5YKzCM40qfNN3RreMr3RLhlFvArBFAy3JNcldm3lj2Wx8kf7IwazZ7l2n818sfc1akuEug6qVjZugA4r0qGFdCCitTyquKVeTbIUW5c+Uw3j+93NFH2h7eBoJWIlH6UV1JTeyORzgt2cqjYIzTzgndTXQq5BGMHFIWxxXqbnzvwks9wZNvqFwT601CM5YZFR9T0qWNWYgAdaehN22GMmnwu0Um5GKnBGQcVY8tbdW8wbmZSAOmPemxQBoy54wM4rPmOhUWmQsSRU8bI0W1lAPtUEfzNt6UTK6NtyD7ijcE7almIkZ2tjj0zk+ldLZ2n22zi8yQRKCBl2yOlctBIAu0ht3bHep1v5gQGJKgYAzXNXpymlyux34TFwor3lc19QjtbO8+zvLvGPmZRkA+lZN9JG7EQghe2anaZbmP5chz696pskm7DHOKdGDj8W5WIq+0VorRkRXimnk4wR9a0tKt1eU+ZFJJt5AXjNQ31uyzD90UzzWyqR5rHI8K1DmRJpmo3el3EV9YzvBdQMHikQ4KMDkEV0C/FP4hA/8AI3aqc/8ATc1ypVQuGbFVwMmh0ac9ZK5k5zXU6vUvHHi3X7RtP1jxBf3lo5BaKWXKkg5BrKgZLW5SeOVlljYOjISpVgcggj0NZ9udr7qlcnBY1CpRTtFWNqdRpXep2s/xV8fJgp4u1UN6iaiy+J/ji2ibyvEd8POYySncCWY9TnHB964Ehs7m6HpUqzMsRQGp+p0mrcq+4f1qd73NHUb+XVbuW4u7maWeVtzPK5dmb3JpND1XU9B1Jb/SryazukUqssTYYAjBGazEbpxUjv3PNackYx5baEzqOb5nudkvxP8AiCv3fF2q8+sxNR6h488Z3E9rd3HiO/luLZ2eGRpOYyVKkr6cEiuWhmRAHcZz0FEswk5FYqjTvpFG0JXXxanXJ8U/iB/F4s1Q/wDbb/61creXMt7eS3dxM008zl5Hc5ZmPUk9zmqRPJoQ45rSFCEdYqxhKtJ6M6rSfH3jHRrCLTtK8Q39naQgiOGKUhVBJPA+pNW/+FpfEPt4v1T/AL+1xyncatG3jaHejdOoxSdKitXFXKi6lTZjJbme7u5bq6laaeZy8sjHJdickn6k10ug+M/Evhuyax0nW72ygaQytFDJtGSBlj78D8q5OP8AdNl6dPcuzZpzpqorNXQU63Jp1O9ufih46e2Qx+KdUUgYJE3J/SuR1fV9V1q+a/1i8kvLpwAZZ23MQBgc1QjfII9aSZenvUU6EKStFIdWrKepv+HvFOt+HjM+gard2BmwJfKbbv25xn8z+daQ+KHxBxj/AIS3Vf8Av+a42DOMU5+GIqnQpyd3FMj2k7XTOrk+JPj9wQ3i/ViCMcXDKfzBrndX1bVdXm87U9Rur2Xs9xK0hH5mqhoz1+mauNGFPVRRHNOTs2dPoHj3xnounw6fpniO/trSEERwxyYVckk4+pJNWtf8ZeJfE2kmy1TxDe3VuSGMM0uQSDkH8K44TucA1PbuMnPesXRhzcySudVOqrWbGspRsHyz9a6S3+I/jqxghtLPxTqUFtBGI44kmO1VAwAPoBisF4g7Z6VBPazKu4ritWoT0krmNSE4bHTN8UPiEzf8jfq2O4881yUrSSyNLK7O7klmPUknOacImX7wp0iENhRnFVCEIfCrGVpvWRYsourbgMjGCahuEYSkYoGVUHIOfSrKfNEM7c981D3udMLSjylML61O75TZtAx6UTKquApzxmrNhCtzIIiQrEYGR1puaSuxQpO/Kg8PgLqKNKo2A5bntW7qe2cTS24IXcFX2FVINInh3ERZJGAfSrMl7HHpP2RF8xv4iQBiuCtJVJqcdT1aFKVKHLU0KGnyyQXQ2ZDH+Idav6nc/bQuZQh24JJzms4+ekXnBdy9iKpMzBizLjNX7JTlzdTL27pR5ejNDTEuI7gNAvmf3h04q3qplttkbHdGfm+bnFZttfPAUkjUBl55pLzU7i6GJWBGegFKVObmn0KjXhGm11J7h7edTIo24UjHYmsdpHicZbp0p1w7Kdo4FV5D071106fKjzq1Z30Jnka4kB8zDHuaKiQZop8rWzM1JPVkd0PnG7hsYNQle/tS3MpllLVaghR7Ylmw2eBWzaitTHkVSbsV4gmQG79KkkUxPjIyDg4ORSqqo2GGXB/CrFzK88apsQKi54HJPqT+FTc0UFy2e5BPK0207fmVcEhuv500TFYwg4A6+pqN3yOgGBjio48k/WqikZObvYlQkycDrTrg7iCtNYFRzT7YISA/QnFJ6agl0I04bNKWz7VavrUQEFSSrDINVAacWpK4qkHF8rHRSSRtkNWlBchbZl8oZcAFjWbjNPDOq85x2FTNKVjWhUlA0bK6eBwEyOc5rqLvZd6cZbZVEyx4yQD9ePpmuPs9zFnbGxRk1bW+u9jeU2xE9O1cVei5STj0PYwmMVOLjLZozrtX80liSfeo40LA4GcVcLpIQpGSepzVprNooBLFIGD9cDtXT7RRVmefHDSnJuOxmICp+YU64dVRQGByM8HpUt3jZwuCBiqO09xitIPm1OeqnFtIe0jMuDjj2oiwZFVmwpPJ9KWIKrZYZHpTZCrOSoxWlzCx7h4C+EHhLxtBPL4f8cTyG2ZVmjk03Y6Zzjgv7Hp6Uvib4ReA/DOo/wBma78UBY3ewP5T6exO09D8rEVs/sUj/TvE/wD1ztv5y1x/7WnPxfm9rKAfoa8BTrvHSw/tHypX6HovkVBTUdRp8C/CrH/JXE/HS5P8a67w1+z7oHiHSY9V0bx3Le2chYJKlhtBIJB4Lg9RXzztr7Q/Zd4+DGk/9dbj/wBGvTzOVfC0lONR726f5DwsYVZWcT5o+IPhrwn4d1E6bpXiq41a8huTBdp9jMSRgZDENuO4gjGB+dd14F+DPhPxpYzXeg+ObqVYGCzI+m7GQkZGQX74P5V5F4xY/wDCYa1/2EJ//RjV75+xf80XiYen2b+Ula5hOrQwftITd16EYdxnX5WtDntf+EngHw9qb6ZrHxNS0u0ALRPp5LKCMjox6jB/Grfhj4QeCvEEv2XSPidbXsw5EUduFc/RS+TXM/tOj/i8Gpf9cYP/AEUtcD4fuNS0/VbfV9LW48/T5Fud8Sn5ArDkkdB2yfWilSrVqEZ+0d2uyKlUjGbXLsa3i/wxYeHfiLc+HL3UpfsNrOI5LuODLhdoO4Ju5PPTNeo+EPgN4b8U6LHrGi+N7i4tXZly2nbWVgeQQX4NeTfEPxGninxlqOvpbG1W8cOIS+8phQOuBnpX0z+yTz8LJf8AsJS/+gpUZlVr0MNGpGVnpfYeHVOdVqx5ZrPw2+G2k6nPpt78UIra6t3KSxnTXYqw6g4OM1Rk8CfC04/4u7EPrpkn+Ncp8YG/4uj4mx21Ocf+PmuTyx610UqFWVNS9o9fT/IU6iUnofQ9h+zppN1paapF43eWylgE8c32IAGMru3ff6Yrx3xlpvhfTZhD4e1u51dBuEsktqYACDxtBJJB9a+vPCrY+A+nf9i6v/oivi+88lYAYirGReQR0Jriy6vXrVJqcm+V26HTUox5LpJHQ/DHwx4V8TTJYax4ouNH1C4ufJto/sZljkyBty2flJY45/Ou18Q/CnwB4f1WXSdW+J4s72HHmRNprsVyARypI6EV558L4Wn+I3h2JPvHU7fH/fxa3vj/AHgf4y+IHJz5c6R4/wB2NV/pXZV9pPEcsZtK1+n+RzUoRULyO28K/A3wn4pt5rjQfiBJfRQMEkZNOKhSRkD5mFcj8TPA3hHwTPcafH4tn1HWIEVvswsSqDcRwz7iAdpz3/WvV/2PJPN8Na8yj/l9Tv8A7FeP/tEZ/wCFxa9x/HF/6KSuPD1a08bKjKTsl5G1SFKNNVIrU462uGEo2qF+lb3gDw9J4y8d6foTM6QzSE3EiYykQG5iM8ZwMDOecVyRlx99q9w+AUtn4H8F6r8StXRn82eLTrQH7xBYGQr68H/xw134v91TcofFsvVmUK3tLReyOV+Pvw/g+H2v2kWnyXM+nXkBaJ52DMHTh1JUAd1PTv7V53G29d3TNfY/7Qfh2Hxf8K7m6tFEtzYp9vtGTksqjLYPoVJ+pAr40iOMYrLK8S69D3viWjDE01Cp7uzHPgHqBUkbDALHAps0QLZPJpo4r0lqjm5uWRNINzZQVJbMyOGXhlptqQCd3QDOKcmZZCBhSegA61lLXQ6YK/v9TobfULj7EzzfOz8AdKxJJ3zhFzySea6FrXydBVpAWuifuAdB65rOjjRYJDPEsPlryCCSc1w0XFXt3PTrwqSUY36GUt08edn3WHI7GnwQyXKExjOOopXS2ckROMnseKZh7UsMjLDB+ldmnRanntNfFsI9vOAw2H5Rk1VDkmte31dvs7W0oRlcYJxzUU+lyeSLuDDwsc5HOKSqtfHoEqKmk6epmy7yuGqNIzKdq9auJtEhEy5yMD2pIIC8peFgAvXccVoppIxdG7K4UxJhhgiipJ1DPuLZoq001dkSgk7IrqLZm3FsA9frUs0sMbqsagYA6Cs8IVwT9RTi24nNU6Zh9YcdkT30wkuN0YITHSlSYxFgh3EjHNRsweMIqgEeneoy+1SNo5qktLEOTvzDpdhYbSenOT3pqDBBpobNOVsfnVNGfNd3NiC2jeEif5BsyC3HUZrN3Kp2qgGKSGd0kBJ+UnDD2q7qFmIlSdMSRSDKsD+hrK/K7SOtWnG8VsJbqbgKskpVc9BUl7pi2sEcjSZZsnaD0A71RjchwVOMVet5t7qHZuF28nNQ+ZSvHY1hKE1yyWpTjYI4OM066bdggjB6VNdwqZfllBHYDtVUDnBq4yvqZyTguUEkYJtzXvHwQ8AeB/H/AIbvJp4tYtLiyKLcbLtCkhZSQy/JxnB45x6mvCHAGMCvpj9j6FoNA8SFj9+SDjHor152bTdPDucXZ6GuDi3U11R4RfrocnilU0fS9Q/s/eI/sz3QaeXnGAwXgn02nFe1+O/hv4M8E+AF8RX0OutK3lIbP7XGMO/VS3ln7vPOO1cX4St4fA2jy+PtYgVtSu2dNAs5ByWzg3DD+6ufl9T+Br0b4xXU97+zPo15cyGWef7HJLI/LMxXJJNcmJqTlUpxi/duk/M66bcFJo8Z8GaR4VvPD+r+KPEdxqMdpp80UMNjasoknaTcVXeeBgIcnH+Fdp8NPCXw6+J11faRpmm6toOqW8BuIX+2CdHXcFJOVHQkccda8atSjyokzyLAXXzAmCcdyATjIGetfRn7PVv4Xt7bVpfAN/LceKWt9oTWY9irFuByojJ4yFzz6V145unScot36eRzUHzy1R8+eKNGutA1++0W82mezneFyp4YqSMj2PX8aysHNdf49ttYtfE+pQeIFZdXMxe63H7zNzkexzkexrlmjY/dGa7aFRyimzKtRUXofQf7FA/4mnif/rjb/wDoUlcn+1n/AMlfuP8Arzg/ka7D9ikf6b4nPrHbH9Za5P8AayT/AIu1O+f+XKH+Rrx6bvm0/T/I3lH/AGRHkWOa+zv2YePg3pS+ks//AKNevjGL/WCvs79mX/kjulf9dZ//AEc9Xn7/ANmXqgy/42fInjL/AJG7WWx11C4/9GNXvv7GIwvif/t2/nJXifjC2T/hJtabOMX0xPHU72r2z9jUkjxPz/z7fylp5rNSwEreX5hRouniE2P+N2j/AAxvPiLe3HiTxRqun6o0UQlggtWdFAQbSDtPUYNVtI0L4f2fwn8a3/hHVrnV7g6eY7h7hdskKZJAC7Qecdec49q439p7P/C49U5/5YW//opa4PRNe1HRrTUrSylCQ6nbfZrlSoO5Mg9+h46inh8NOeGg1N9C6tRRm00Yx5r68/ZJ/wCSWyf9hCX/ANBSvl/U/DOpWnhrTvEUsSJYahI8duxb5nKHDHHYA8Zr6i/ZNRY/ha+3vqMp/wDHUqM7qKWF07onCQcarufNPxdb/i6Xib/sKXH/AKMNc0NuPmXPpz3rpPi0B/wtHxPuGf8AiaT/APoZrl2BOMV61B3pRXkjlqP3mfcHhY/8WI07j/mXV/8ARFfEKyOcqT1Yc96+3vCa/wDFiNOz/wBC6v8A6T18PLw2a8fJVedb1OrGTcVBrselfAvTzdfFbw8qhfluTLkc/cRn/wDZa534mX32/wCIviK6bDeZqU5DZ6jzCB+grvP2X7Vk1/WvFVyG+xaJp0km8jgOynj/AL5D14/cztNdvdOSzSOzNnuSc16FKN8TO/RIzq1f3cbH09+xs2fC+vcAf6anT/rnXkn7RKs3xi1/aM4eMn6eUleu/sczed4X1z5Au28Qcf7leP8A7Rgz8Ytd/wB+P/0UledhP+RlU9P8jeq19Xi0cBa2s15eQ2tvG0k80gjjQDlmJwB+JxXr/wC0Ar6Jpfhn4eWKSvBpFoJ7pkUkSTvyT/M/8CrP/Zs0KG98bTeIb8qum6BAb2dm6bhnZ+WC3/Aam1X4+ePJ9QuJbO5tILd5GMUbWqMVTPygkjnArurOdTEKNNX5fzZy0lFQvJ7ntv7MuvPrvwxi0+93Nc6WWtHDg5MeMx9e235f+A18zfF/w23g/wCIWq6MqFbcS+dajt5L/MuPpnH1Br1b4M/GnxLq3j7T9H8S3NtJY3reSpS3VCsp+5yMdSMfjW9+194UN/4fsPFVtH++sG+z3LAdYmOVY/RuP+B15eHlLCY9wqKymdMkq1H3PsnzJExfrTZPlbFTwKB8vemXCfP0r6FPWxyuD5biwEkZHFXbMrHIMoCexNVEiKR7iafb7mfBJNZTad7G9FtJXN59RhBRgX3HhvTIrI1Cae4lYlm2sehNQeWzvtX8a2LcQW1qWuMs4ORxXPGEab907eedfSTsjD8mRWBIwOoPqKlaIvGCTk+laZkgun2fIi7eSTgcViOxtpDsxz610xlz+px1qapK6eg1F2Phvzro7a9CaOUkdZEHzBQf1rmJG3HJNJE2WxTnRU7XM6GKdFtpbl2eXzGMp2hOwHao5LhNgVOKrSEgYzwe1RqrMwC1apoxlXm5e6WfnkQ45xRUG54zwSCOtFPkI9ovtblV8qByDkZ47UA57U3PtUijJ3ZAx2NbHJe7HQrmQHPfFF0o8zg5qS12FiZPujJP9KSZ0ZgVXHGKV/eNbLl1K4GPwp6jIp8kZMZdOg6iltWjEoEobb7VV9CFB3sxwXy4/MH3j09qs2907QG3kdhGeevA/Cqs7IWwgwAKjWQq4IOKjlTWpqqjhLQ0RbwsnEyj2I5psmyIAK+cDGTVWKTMmT3FSSozDcpqOW27NfaJr3UODHOdw/A05gMcjmo0jz0PPYetXBbuyEPGR/SlJpblU4TluWrKKC4tpAF+cDivon9m99J8I+Hr9td8SaNbyX8kckUTX8e9VCn7wzwfm6deK+fNPeKBQTG5J47Cp454JTmbcdwOMdBXlYui66dP7LPZpRioq9ro3/iemqeIfiM8U2p6TOszbLI292n2WCAZ2JuztXAHIOOvvXrfjlNG1P4G2HhKz8WeHH1Oygt96nUolVmjGGAYtj1r58SWOCY/MkqZx9ar3scSyM5TPpzVSoc/JG9uUwmoxUrdTvPDHhTw74k8AGxsNW06y8VWd5K5iuphGLqEhRtWQ8HG3I57n1zXZ/A7w/H4B8QXfiXxnq2maVbRWrRRRG8jkeViRyFQnIwD75I4rwMpIedmKYTnit6uElVjKDlozkjWUHdI7D4weKrbxj8QdQ1uxjeO1fZFDvGGZUUKGI7E4Jx71zDhSmFGM1VYlRkGpLdiUz3rojTjTiox2RmpuUryPpf9m+20XwLFq8+u+L/DQlvTEI4odRjfAXcck5/2untXNftJaXpeva7J4n0XxRoN3DHZqktuuoIZsoT91QfmyD065zXiUE/lyZcbl7ilY2ssvyuy59s4rhjgnHE/WOZ3Z0+0Uocq2JvDmktrGrRWKXllZl8/vruYRRLgE8seB0r67+Euo+E/CPgHTdCu/Gfh+W4hDtKyahGV3M5YgZIzjOM18avgHvSwytvBOTj3rTHYL67FRk7JanPQxHsJbHf/ABS8OLp+u3V3a+IdC1K1vr12iazvVkZQ5LDeo+6B0J6V67+z1B4f8Cafqb614w8Ofar90xFDqMbBFQMBznr8x6f/AKvmaQtwEOF9KaadbBOvR9jKWhbxPLPmsfSXxg8K+C/HHiUa9YfETQLCdoVimjluEdWK8KQQ2RxgYx2rldE+FHgr7ah1j4oaJJbqQXjtZY1dh6bmY4/I149atsfPWrlyv2iMSRnkDkVgsLUow9nGo7fI2U4yXPy6nrnx7u9A1TWvDfhXwxqGmnTLK02xSC5XyI2ZsYZwSBwgJz65r034Kah4Y8G+BodJ1Lxj4ekummed/Jv4yq7sALkkZ4A7da+SXgkQ/Ou3NOgG5tvSpq5dGrRVJy0RNOs1O7R6D8cfDdpB4m1XxLYeItD1K0vrtpUjtbxXmUuSxyg7A9wfTpXHeFdAbX757VdU0rTdihjLqF0IYyMgcE9Tz0rOMuyYBkDqOoJIqvO48wlemeK9ClCUaahfY56jinzWPtvQ9f8ABdj4FsvDsnjLQJfI09bR5UvoxnCbSQN1fOnh/wCFGlXviC60+/8AiF4ditoUWSOe3uEcyqSRgBiArDHvjIryxZPardi8cUqyupYfyrjw+Xzw3P7Oo/e9C5YiFbeOx7f8U/FPg/wZ8OH+HXgO9S7ku2Bv7qGQSDb3y44ZmwFwMgDIrwuytmvLuG2WSKJpXVA8rhUUkgZYnoPU1FMytcO8a7VYkgZ6U9NwHIxXZh8OqELJ3b1bfUwlUc3qfVH7PUfh/wACeGLy31jxh4ba7vLgS7INRjKooUADJI569K4D41+FLPxF4+u9d0Pxf4Umt70xhlfVI0aNgoU555HGc141ux1UN9ajxiuSGAcMRKupas6J1oumoW0R9KaNofhjQvgtqvhaw8ceGP7b1Nd1xcNqCCNmOB5ec527QRnHUk185avYvpepzWL3FrcmJtvm20wkjbgH5WHBHNU5A27IJ6etL1ArqoYZ0nJuV76mFSr7RpWOg8DaZNqutpFb6rp2lvFiUXF7ciFFIIxgnqe+PavsbWvEXgPWvDFxouqeK9BmiurfyJil/GBkjBYfN1BGRXwwqszYGauIRHGFY81y43ArEyjLms0dFCvyK1joPHPhYeF9SSODXdJ1e3mLGGWxuBJ8oIxvA+6eenPeqlppzXcDSqyjaMkGs1JVwA6lgPet/RNSt7aMp5I2uMHJzWlWVSFPuzqwkKc5vm0RhXIWJ9jE59KZE4D5FaHimGKO5SSFwyNGDgfw1l2gy5b5cD1FbwfNTTOes3Cs4rYt2sjo5K4545FXQyXFvIkvLDuKz5ZgG2opVas2FxDAS8ikkjFZzi91ubUp2dnsVZ/ncRr0UYFMjNttCy7sj2xiptSuFJ82D5T7DpVBnacHe3J7mtYRbV3oc9WaUtNSTUXt2IeEBeMEAVTQ4qw9hcqFLphWGVOeoqG4gaAgFwc+lbwcdk7nHUU0+ZqxZ05Y5LtVm+7g/hxRNLBE+I+tUdzZ60gy3am4a3JVZqNkhZ3Mjls8minbCjbZEIPvRVGdlJ3kQBMgn0pQKcuc4q5PHC0bTRRlQFAYHnmhys7AqTauiixKkrkH6U9ELZ7ccU6GEOuQMVaVFEQwcsOoqW0XClzbkUfmCMxcgMB34P1pLi1NuoMhG7uoPIp5UnoCccnNRStvfdz070lcuVlEYRmmFamUc4pWjwAavmsYcrkRLxVmNiY8dM1Gi89KewwB2qW7mkE4alixt3llygzjrWnPZXMZY5BwM8Gs7S7uS1d1XaQ4yQx9P/11uNI01vHNF06kZ/TiuKvKcZp9D2sDCnOm9dSvDGsyMlzIUbaCjY49xSpp9ygZkUSIOSwPb1q6ba2vNzPujiEe47BnoeeKFuobeF7c7mRlrn9o1okd8aMbe+9DGn2iVgAu4elWILdrlFL4UKwBJqjdMC7OO54pUuWER3HgV08kuW6POhOCm1M07mKzI8iN/mHRu1ZF3ZyWzncVK9j61bWKaRUZCASu7k9sVct0trtDbSuEcHeSfYcj8cURlKD1ZdSlGs7Ws+hghwMDCtkZqYXC7AFiVT6ioZgrTBUJCk9T2pZlVdm3+7XVueZrC42Q4GRTYTg7qMgjBOCelQsSGIBq0jBy1uPkbLE0qEg8VGDTiaGiObUsBsjkGm98dqYjZOKnh2hssMilsaJ8zJLVPMfbnFaNvG1uSx5U9eKzQ/kuGDZBroNLZb2yIC/Oq569a4sS7a9D08HHmduqMu5fe+WJPpTYdqNuI47VJdxMnBGCOtVGL469KuDTWgqqakEqtLPhVGPUVBPBImS2OPSrMLsrEj+7ULXDmQluV7itYt7o5ZJNalPHNTox8vFLOyEgquKdEwUdOa1vfU5uWzsiFmw2KfuyuKkEayMzEcgZpUTfwowKlyRpGnIaGwuMUgJParMVjK4ypB9hUkNt5ciiYDBOKh1ImsaMm9UUxGT1FTwrGmARWo9vHtG0DA6VnaqjbsooUegrJVed2OieH9krkckbbtwXimgbxjuKtWyyNbiNhnkDNE8AtyRjjuaqU0nYlU7rmS0FsSI1PmJHg8ZapLi8R1VAFO3oVXGajMcc8H7uVVZAThv4qrm3nRA5XI9qmybuy3OUVaJMwWWFfMbnp+FSwXMSQyw+UGBAO7PTFZjSEfdNJE7AkDitXTTVjnVdp3RdYrI6Y9MVDPK3mFCowvTApYM9QOaWSI+chbPzetQrJ6mjblHQYm0o+4ZwKhEgA+VQT71YuFEIJBBHpVCaUs24AL9K0guY56jUET3mpXMyqjuPlGFAGMVR3knc7E0p5PvSAYrdQjHY5Z1ZTerNHSUt2Eruw3hMqG6UlvAcmTIYcscdqoKQO9SJI4GA3BqJQbejNY1o2SaGzys8rOecmimzN+dFWtjknKXMya3YCQtwd2eCM1ajVQrA4bcMdapKuB83HpVm0JEg2qCc5yegrKfc7qOjsy2my3ikh2qdwA3Y/HiqlxE8bl1PGM1JeTS3Dkq2c9fY96rkSJjzD1qYLqzWrU5tOg43JERGAdwxzVbd7U+TZ5hCZ29s9aeIwOvP+FabHM02MXJ5FPwxxk98VYtYVZsBuPQnmp5YsWzHG3nHvUSqJOxtDDtq5SJ2YwKR3J69PSl2lsYq1FYgxlpnKH+Ebcg/j2p86W4o0qlTSKKSNmVeK6aGOWDTLc5OWUsyk9CTVSwsLUSxsWMzsOM9N3p71d4EjGbczFgCQOK469VT0R6uBwzpJyl1HsrW9hIzM5kP8O7AxkcVmMzStlV6DkZ7VdvySvnDLIByxPAJ6D9KoLcmL/VRn5hzgn8qilFtXW5tXaXuvYrz7cgEcDrUEcojmG6MSIDkqTgGrc8QaESCRcjqM1nSZ3ZFdkFdHlVn7OXMakd75vyBMRhsqoP3fYE9qq3suH2oTt9PSobMAy8tt/Cpb5d0uSBnvgYH5UuVKZcq06lJNsgdw77inIHHPSlJ3vu6ZqM1NEo2bs1tI44ts0vD+iajrl3JaaXavcyxwvO6qRkIgyzcntWbf23kSD/aGa9y/ZvudN8Ly2Woakim58S3jafasRjZCg+Z/wDgUpRfwPpXnfxo8NS+GPiDqGllNltu8209PJblQPp93/gNcUMS5Yh0+x0zpxVG/U4gCu/+GXw0uvHUU8tnrul232eMyTQszNOijPOwDBHHr3FcZpmm32qXi2enWk91cMCVjiQsSAMk8dB717r+y/4X1zSvEWt6he2arbSaTLCskc8cg370O07GODgHg+laYyv7Kk5RdmcuHp80rSV0eBAYcj0qxCjOgYCptHsdQvtQFrptpPd3DfdjijLs3Gegrb1nwZ4s0nSTq91pMiWAOGnjlSRVOf4tpOOvf1FaynFOzdi6dPrYwljJcK3Ga0ra4WxjVYsE96PDfh/xB4gnC6TpN5e4OGaOIlV+rfdH4kVuaV8NPHer2X26x8OXbwEZUvtjLj1UMQWHuKxqSp2am0ddKbj70EZlvd29yXEy4LHOewpNQsTFDuVRtPIIIORj2q54e8AeMtdkmTTPD17MYHMcpKbFRx1UlsDd7dara5puqeHL6TSdasJbS5QDfFIOo7EdiPcVzPl5rU38jqVbmT9oreZjM52lRxmtQeB/Gc8Anh8L6tJCeRIts5Uj1yBWRcshYFARXt/wmmc/s5eO4y5KIZdqk8D90tbVqkqUFJdXY4+XmlZs8e1Lwj4qsLY3V74e1SC1T70z2rhB9TjH61ioxwBXsn7K+s6pH8QRonmyTaXeW8n2i3bLRjCkhsdM5wM+9cN8UrOwtviLr0GlIqWKXriJU4Uc8gewOR+Aq6WIftnSmtle5jOheCnEx4JrY2mxlw/r7UkT4JGz5cY4FVCNtXbCRNuGOGqpRSu0b0pOTUZaFu1gcR+ZHLh8gBfWoL8YuSSWJBxinTysHDRgDAxxULebJk4zmsY6PmZ0za5eVF+wEcCG5nXdz8iZ4J9SKe6/bF3bwvzZ4XofSoLWJ7mLbvA2dc+lWXjOnROkgBRvmjJHJHt6VlLe/U6YJqKv8IWUMUVwxkkBwp2MOQTVbULlpn2FFLYzk9TUizLJGdoA3DHHFQmIEb2OWU5/DvTimpXkTOzjyx2M9lKHK8e1WCzS27bmYKDgKTnFP/1rkufmUE/WoZ14UA7R2+tdClc4XHluyr5RJ4pDC0ZLtUhEkbrkEE+tOly4ANbJ6HO4q3mMikwuAOexz0p6cl0y2VGTk5wajkQIuRj8DUdvNtl52gHqSM0NNq6CMmnaQ2Usw5JNQvGQoJ71fmgJLEcgDJP1pF8toSrJnAyKcZ20RMqfM3czwKHXilb8qXopNaXbOXlK7Agmpo2Xyc8Fh1prkHHak+UD5auxNrEbnc2aKDweKKZm9y2qbwPmAwO9TiCSHazsAGGcDuKJEO5Uwp7ZHSpiWcKpOdowK5m2enCC67kcUio6jaMfrUmuCNp0eEELsHBOfxqGWLb3pr7pFwecCpW9xyk1FwK2xjzirMKcBSM5FNiiYHnpVqIrGyNgsAfzqpyM6VNt6jIlkWQbFIYnArXvrePYFLAYUd+9Q3EhkUNHHs79KhEkhcFhn2Ncsm5O56EEqas9RFtBntj1qWCeSOTafnjxyjDINOWVY/3m0nH8OOKqz3XnMGZcYGBgY4p6z3FzRg7xdmaEWpeUULWMZ2nI6jNSpfJIGl24BOSueKzxIk1t8rjI7E1AZFRTzgdsVKoqRtLGTgkr6EuoXKOpMe76Gs0yse+KmklR1JzVQPn+Ej612UoKK0PJxVdylcmEhXr838qngFrPGRJK0LfmKrwp5jbdwX3PSo3Gx2XOcHGR0qmiKc5LWSuizaw/MXLhUQ4JIqGOfYzhMkHPNWbhx9mEJGAQDgd+KpRjEnrikrvVlSahJRiDVc0e3uNQ1K2061iaSe5lWKJR3ZjgD8yKiulLYkHTGK7n4Qaj4R8PatFr2v3Govd2+/7PBb2quiORhZC5cZxnOMdcc0qs+Wm3YUY+/Y3fGk/gG21q10k6t4jibQYRYx/Y7SFow8bEu6lpATuk3tnA6+1dP+0FFaeMfhzoPxG0kyypCTa3LOgVghYjLAE4w4Pc/frwzWPsw1CYWl5LdwbtyyyxCNmzySVDNjnPc16z8NPHfgvRvhbqfg/xBdatdR6jucpHZri3LKo+UmTnBUEHA5HTmvNrUpQ5KkLtp/g9zrhUUlKEtLlU6T/YH7NK6xZsBda9qIiu5QfmEClwsefQtGCfrV39kySVPF2uqGOw6PIWTPBIdMfzP50eBvHHgseC734deKJ7640Z3L2V+kIR4yTu5QFsYbJBye+RVr4b+I/hn8Pdf1Ca31XWtVinszCk32URocup2KnXPH3iVHHTmsqspunUpuLu3pp0HCKUoyT6HBfDO+8UIut6J4Y0eC+l1a0MFw5iy0EWGDMGyAgwxyW44Fek/C7RTp/wv+IFpcaxYXz/ANnGSS3tZTKsLiOTlmxtJO0fdJ+7WZ8J/GHgDw5F4k0O7XVf7K1m3Ea3UkS+aPldWUhCeMNkEd80/wAF+LPhl4b07xN4ejuNektdVtfJN9Ii7mOHGFjH3cBuGJ5PYU8RKpNySj1T23HFKKvcd+yVqOoJ4s1SwS8nFqunSSiEuSgcOg3bemeetYHwu17Vm+LWjXU2qXcktxqCRStJKzGRXYKwOTzkGrnwZ8WeCvBviXUNVnm1d47iJ7eGAQozCMsCGZwwBb5egXv1rE8HX3hbRPiDa6zdapqDWFhcJcw7LIB5WBztK+Zheg7mnUp886l1ukVTfLFamz8etX1KL4uazGt/chbeWPyAJSBF+7Q/LjpyTW7+0ssdxqfhe5uMGW40lWkfHLc5/mT+dcb8Uta8JeJvHc+vWWp6jBb3zhrhZLEbodqKvy/vPnyR7Yz3rU+L3jDwt4xGlS6Pc6iLjTrYWywzWygSLkc7g/BHPY1MKTTpNJ6LX7ivaJuSbPNLu0ZZflGK9y+C5isfgP44lu7SO9iV3YwSMyrIPKHBKkEfga8ayB95A31r1Xwj4w8C6L8ONZ8K3l9q882qht80dmoEeVCgAeZzjGe2c1rinKdNRSvqvzJUFF8xr+BotO8RfCvVX8AWqeH/ABPbc3kNuxd7iPnCq7kuoYZ6EfMK8KlLhiJSS4JDZ65710vgrxHceC/GMOsaLO93FE211ZPL86MgblYZOPzPIBrf+JOofD3xDrZ8QaO1/ZXE7LJc2ElqNkr5G4hw3ykjOeDzz3qIJ0qjVm0/m/Q0S5oo858gOobOMnFMeB432/K30Nd78ZtZ8F6veab/AMIPox06GK3IuT5QjDtkbRtBOSOct3z7VwtnKi/u5FyD71106k5Q5rW8jKXIpWZPASATJwvarFpPFazRmVQyltxHt6UsUlgse52ZjkYUcZqvdqsjNIGUZPC56Cptzux0J8lmma8Nsby9VLaM7WJLKOcVT8RzxtdYiO/YACPXFbXga7VWa2H3zyfl3Ej0qtqmi+Zqkwt0KJkt83ArijV5K7jPod86UqmHUqfXc5xXZ/vVoQgwwsX6AYqo8PkyksucVYfUTNGsckYAQYG0V2u72OCnaL956lR5AzcAL9KLc24uR5zPsA7c1BOQX/djioj8o962jC6OR1XGRp3zWrRDyInUjknOeKzZJAIyRzShy6DcelRMF2ld3J6VpCPKjKtVc5XIlmZjhq04NEmurZbtJ7SGN2ZV86YISRjPX6iqNvAMGVvurWtdADw1ppByDPOAf++aqTfQKMFZuaJ7PTJ42Jn1HTXH90XS4NVLrRp2bP27TBnsLtcVnnimuu7FSotO6KnXhKNkvxLDaNNni904/wDb0tH9jTn/AJfNOH/b0tUjGRnNHls0e8dqtXOdumt4lz+wp2/5f9NH1ulqC+0a5tLNrs3FpNGjBWMMwcjOcZx9DVRga0rQf8UzqQx0mg/9nq7tEJU53Sj0fUxyOaKCKK0OMup5okCGrKl1IAwc+1KsZO1iPnY1dtUy+0IhCnkscAVxVJ2PZo0nfUoyyHBQhT+FMskMlwqL1JxV+/siZQUXqe3SlsrMLccttI96j2q5bmjw83URYS0V5Hh24IGSSOlR3dkqPsR1cDuK1NRt1to2eJo5t64YD+H2qDTZs3O6ZkQHjLc+39a5o1HbmR6E6MW1BlbR/OV3RkQRsverzJbLJtMY+tS300USsI0xHkgHpnFZEly0sqKrnaBilrVbkg5o0ly7j9ZjcSHpjtj0rHEbMfl5rp7azN3bqxdRgYLdhTBYRLcNG4DHirp11FWZFbCOo1NHPTp5TgBdp+vWorj50+7zWxd2bmSTzCzCM4yaqJBJAfMkVce4rqjVi1c4auHknYyQuDg0pUeZgn5fWtK6McY3JGuDzWeyBstwPat4u6ucNSmoPXUlwCpWPgVXOFbBBLA8c8VZgYKpAGSRU0FmHO+Tp1qZTUdylBztYrTO0u1mAGFCgD2pI12tu61pSQxFduwCq88HlR5yDURqX2NHR5XzMguH3qFAA+lTW0oEPlMOO9VA2TzU684Aq5K8bMiEveujQt7aO5+Tcq49aLnThCoY8g1EpZFBU4qy0x8sK3JHvXO1NSujtj7Nxs1qQLaELvC0oiLZHQ+latnKssHlKBu96heHE3OMj0rL2sk9TdUI2XKUWhCx7RVVoWJ4roGs3kcbVySO1NayW12zXKcE/Ko6/WqVdIieFb1sZiwSWyKx+UuM5qsJWBJPOa2bm8F0ESVAAmQuKrX1pEhLiQEnoAOtaU5aXluY1YW+DYzZdjL0we9SaWgjn3CnpbGQg4IPvVm3gltpo2x/FVynFxsYU6cudNlm5lh3/cIPvVci2l4cEH1q5qmx2EgQAbe3rWZISOn41hBOx21JWdmTK/kyZRkK+hpTCkxLhzuPOBVUYboeansi0dwOeKGtLijJXtYaIZOhqWHTZJJAQoztzV5IiZy45B5q3czEWHmQoAynaQOuPWsHWle0TpWHjZuZg3kToyrswAMk1UVquyyTCN3ZQ3rmm2jt56Exrwc9K64y904ZQTlobmmyCyiRykgfGSyHpUsermKVpGdZgeitz2rCudTle4eQDaGOcU6B1nO5MEj7+BgYrl+rJ+9M74Yu3uU3sTXhWWIMi7V5zz0rMyy8FetaJaMRvG4y+OGHQ1nOf3ynHWt46HLW1dwit5ZHxEu6orhWSUqw5HWr6SyKFjg4J4OOpqK8WNApkSQNyM+uK0jKV7MynTi1dMz3JxgcVEDyc1JLy/FM8vIzn8K6FY4JptjmlYR+X2PWtSfnwtpg9Jpz/wCg1jk44rZlYf8ACL6dn/ntP/NaJK1i6M3JST7fqbfg6TSEvrOAWhmup87mflY8Angfh9fes6ztI7vxg1tKP3bXEmQB2BPH6U3wa+PE1lx/E3/oJq1ptn9u8YTQZZQJ5HJU4IAY/wD1qyfuyfoehS/eU6en2jSGoynxH/ZUlhA1sZvK8nygPlB4YHvxz9KwPE9vBZalc21qAI432genHT8OldPH4oE+r+QbMLGzCHzckSjJxnNYeoQ2+ia3PFcWwvYzhoxIxBXOD1rOMmmdGISlB2ldX3tsYV/p72ltaTu6MLlC6hc5UZ71Y05vL8Oaq+0NieDgjj+Oug1vUNOXT9Nkn0eKZZI2KKZSBGMjjpzWDbgN4c1UINoM0Jx1x9+t1NuOqscE6EKVX3JX0/Q59vvZoqzcOkkY/dhcDHHeitrnlyik9GbUTqs/llQQB39alDRCFgp5Jqp5sQBOcSEVSNwcsC3euH2bke19YUNzpb6YWkscSssyqoIdRnJqrcSxOC2Ssh9KrzXontVJP7zgfpVeQ4XPesY0u50VMTd+6bWm232q2d/NcIq5x1LVSjJwGaJ+p4xUUd+1thgcDGCPWmG5k2FV4BPrQqU232CVeEkkt0b5aKWz3SRrlQABisxbORpgHQBWPUDpVqwZZonMp5OOajSXySPPchCcDms43i7I6Z8skmyeV0s4THBLuyMEmsr7WBLudjmi6lhl3eWSoUgrxVWMb5AG71tTppbnFVxLk7R2Ny4vi0Gxto4B4HU+9Zl9N5qJ9MVXuFKMAp6VGlwoHytV06KWqM6uKlO6YyVtw2mo2jwh+YE05vmkHoTipJkKnGPl7V0o4mrkFoMz7TWlOTEQFPy4zWei4cEcHNXjPH5eJBkioqRbZdCVotC25ed9uAcVK4h8l1kIJUcCooMKplj4yOlVJyWcsTWcY3kb8/LG5BIATlRinwD94BSDipbYfvga2asjjhrIssfkC4qa3h8xc9f8PWkaFn6EH6Ve02NVLROeWXArmqVLLQ76dJynrsVBI1uSq856/StC0GzEh5Y9apy20jzFUQ9cGpgzQxmMMTnuTWcmpHRTlKD12N/RIjPKSMAgkk9hVLxGrSTAq4bGenSm6RPJHE209vzqNHExKMcelckYONTmZ2yqRnS5erMdiyYU4zUzS5AYgEKMHNE0DfaCpHOaffWzQxCPgsRk4NdykpOx5coSRHPMZbfZGFBBzkVB9olT5jJyBjnmprCL94GbA+tF0kZchQD9arROxLUrXJ4bg3FqRLhgvQdOapwxNNIQOlaWmpmB1kQbT6UixrCglX8qzc2rpG6pc1pSZFDpgVfNZsY7YqVjFbuu5cqBnOa1Jru2awCtCFdf7prK+WdSqnBHrXOqkpfFodbpQh8G5pGWBbYSwrl16nNZazb928lcKcYPf1qWOLEDJuO/0HFZkkzLJtLYq6VJq9iK1d6Jk6w+bGc/d3YJNOtoI42JMmQDSxNE8JJBDjkehqKEvuklwDFjn2rZ35TnXKpJk1/p0xQzxRMyBtpIFM0u3uF8xvLYKB82R9a0tKkaO1nLShU2ZBNSxahaK6+fdZj7qnIasfbTS5dzf2NJNSbtcxPsciTMDgY/Wqt8pXMfQirrtPJfM8MrOjE/MeuPSoNRDGVpCxYHoT1rohe6uclRJp2K9h5vmB/MConJLGq99cCS4Yg5UHj6Uya5yojXAA6471DGu7ODz6dzXSoa3OCdXTlRNwygg5qMkr0pN23tVuFEni2KjeYOvFU9CYR53YhNvIR5jRn5vukfrWrKir4X07ec5mnA/NarCdoosBRkdcitRI21Pw5ZLC9rG8U0xdXmVDg7cdT9azlOWjex00acdVHexl6RfNp2oxXgj8zy8/LnGcgjr+NX9Ju5hrD6mjLGTIzlSeMHPHvUDaLdA/66x/8AAuP/ABpo0e8/hnsR/wBvcf8AjTlytaBT9tTslHRanW2F1plzdtdQ6bbxTgbmd5Ttz3bGK47xDqEl5qM8kjeYWY4b09vpUh0e/B/4+rL/AMC4/wDGmHRLv/nvY/8AgXH/AI1nSpqErylc2xFevVhyKFih5ruiqzuyr90MxIUegrSs/wDkXNT/AOusH/s9INDu/wDnvY/+Bcf+NWms2stCvY557YtLJEUEcyuTt3Z6H3FbSa6HLRo1FJ8yto/yOZf5QRRTZzlzRW1zzpzs7H//2Q==</binary></FictionBook>
