<?xml version="1.0" encoding="UTF-8"?>
<FictionBook xmlns="http://www.gribuser.ru/xml/fictionbook/2.0" xmlns:l="http://www.w3.org/1999/xlink"><description><title-info><book-title>Погибель Орды</book-title><author><first-name>Кирилл</first-name><home-page>https://gigabooks.ru/tag/kirill-1</home-page></author><annotation><p>Из пепла Старого Мира поднялась Армия Возвращения, собравшая множество народов под собственным флагом. Возглавляемая Династом, молодая страна кует достойное будущее для следующих поколений на просторах, где некогда стояли величественные государства. Это время легенд. Величайшие мутанты все ещё ступают по земле, иногда сражаясь и губя целые города. Безумцы, тираны и амбициозные властители продолжают бой, упорно сопротивляясь возвращению цивилизации. Но армии Династа всегда готовы стереть их в порошок. Однако, когда дикую Третью Армию под началом легендарной Разорительницы отправляют в сердце построенного ими государства для отдыха и перевооружения, ей предстоит встретиться с жестоким вторжением. Для защиты гражданских варварство схлестнется с варварством, безумие встретит безумие, а полубогу предстоит ответить на вызов равного. Сумеет ли Третья Армия защитить самое ценное и преодолеть внутренние проблемы для достижения победы, или над этой ордой нависла тень рока?</p></annotation><coverpage><image l:href="#cover.jpg"/></coverpage><lang>ru</lang><genre>proza</genre><genre>fantastika</genre><genre>sovremennaia-proza</genre><genre>voennaia-literatura</genre><date value="2026-11-19">19.11.2026</date></title-info><document-info><author><first-name>FB2 Generator</first-name></author><program-used>FB2 Generator</program-used><date value="2026-11-19 01:04:23">19.11.2026 01:04:23</date><id>pogibel-ordy</id><version>1.0</version></document-info></description><body><title><p>Погибель Орды</p></title><section><title><p>Пролог, Часть 1: Чудовище Дремлет</p></title><p>Благословенная Мать.</p><p>Чудовище шевелилось в собственных снах, не желая выходить из их объятий. Кошмары всегда поджидали, вцепляясь в неё в тот миг, когда она закрывала глаза. Но это были знакомые опасности, всего лишь отголоски её бесконечных провалов.</p><p>Сон всегда приносил облегчение. Он позволял чудовищу сбросить с себя отчаяние и порой увидеть другой путь, иную ветвь того, что могло бы случиться, будь судьба чуть милосерднее. Чуть добрее.</p><p>И вот она соскользнула в сон, надеясь найти ещё одну развилку, и...</p><p>...её накрыл ужас.</p><p>Её обозначение было Первый Номер. Это не было именем. Здесь, в этом бескрайнем лабиринте белых коридоров, соединяющих тренировочные купола, репродуктивные блоки и учебные классы, ни у кого не было имени. Продуктам они не полагались, эта привилегия была зарезервирована для людей. Попытка назвать себя была приглашением к жестокой пытке. Это она усвоила за свои короткие годы.</p><p>Но обозначение её удивляло. Первый Номер? Она? Что это могло значить? Она не была рождена первой, здесь были сотни, если не тысячи таких же продуктов. Не была она и лучшей, или самой храброй. Она часто просто стояла в стороне, слишком напуганная, чтобы хоть слово сказать против жестокости. Номер Шесть-Четыре-Шесть был лучшим из них. Регенератор, каких мало. Он охотно делился пайком с младшими продуктами, успокаивал их. Однажды он обнял Первый Номер, когда она была на грани срыва. Теперь его здесь не было: белые халаты сказали, что он хороший мальчик и заслужил свободу.</p><p>Свобода. Мечта каждого продукта. Самых старших иногда забирали хозяева, а по возвращении те рассказывали о битвах, о том, как крушили людей, говоривших на неведомых языках. Но даже те, кто участвовал в таких операциях, не были в безопасности. Белые халаты часто уводили их в Комнату, откуда не возвращались. На смену им быстро приходили новые, улучшенные продукты.</p><p>Хозяева выборочно учили их ценностям семьи и тому, как использовать это, чтобы сломить пленников, как лучше бить, калечить и убивать. Но в своей самонадеянности они выдали больше сведений, чем следовало, и Первый Номер узнала о существовании полиции. О героев, чья обязанность заключалась в пресечении преступлений и спасении людей по всему миру. Знание породило росток надежды. Если только она сможет добраться до полиции, она сумеет спасти свою семью!</p><p>Первый Номер неслась по холодному коридору на четвереньках, в ужасе ожидая, что вот-вот завоют сирены. Если хозяева заметят её отсутствие, всё будет кончено. Другой парень уже пытался сбежать раньше, не выдержав ежедневных пыток, не желая причинять вред другим в бою.</p><p>Не желая. Не боясь. Он был лучше неё, храбрее многих. Первый Номер плакала, глядя, как коридор наливается багровым от испепеляющего жара, обжигающего его кожу. Прозрачные панели захлопнулись прямо перед ним, заперев измученного ребёнка внутри. Следом потянулись щупальца, выскальзывая из скрытых ниш, их острые концы сочились ядом. Эти твари не были живыми, как продукты, под их серебристой оболочкой скрывалась механика. Случившееся дальше она старалась забыть. Но хозяева не дали им даже этой милости. Дрессировщик заставил всю группу наблюдать не моргая, на судьбу бракованных и непослушных.</p><p>Удача. У неё был шанс, благодаря чистой удаче. Сегодня проводили день боевых испытаний, и оранжевые твари увели всех лучших продуктов из камер на арену боли, оставив ей возможность бежать. Её тонкие пальцы нашли панель управления, набрали код, которым пользовались дрессировщики. Это был её талант, секрет, которым она никогда не делилась с белыми халатами. Стоило ей впервые увидеть какой-то прибор, она безошибочно знала, куда нажать, чтобы открыть его, или что сделать для обретения управления над ним.</p><p>Пол сегодня казался особенно холодным, в основном из-за страха, сжимавшего сердце железной хваткой. Даже здесь, в этих безупречно белых коридорах, до ушей Первого Номера долетали рёв, грохот и мольбы о пощаде пока её семья совершала братоубийства.</p><p>Она добежала до развилки и заметила камеру на потолке. Прыжок вынес её к стене; девочка оттолкнулась от неё и разбила камеру ударом ноги тем самым приёмом, которому её научили хозяева. Вот и всё, теперь и белые халаты, и оранжевые твари были в курсе побега. Но это было даже к лучшему. Оставь она камеру целой, панели захлопнулись бы за ней безупречно точно.</p><p>Пол начал раскаляться. На стенах расцветали красноватые пятна, и за спиной одна за другой захлопывались панели. Слишком медленно! У неё не было плана, только догадка, на которую она поставила всё.</p><p>Если оранжевые твари не могли точно определить, где она, им пришлось бы превратить в огненную ловушку каждый коридор подряд. Это проблема. Решение? Слишком много неизвестных. Что ещё она знала? Твари дорожили белыми халатами, боевым моделям никогда не позволяли убить или покалечить их. Они скорее пожертвуют сотней детей, чем единственным белым халатом. Что это значило? Они не могли перекрыть всю систему разом, иначе кто-то из белых халатов рисковал погибнуть.</p><p>Она бежала дальше, свернув налево, принюхиваясь к знакомому следу. Одна из женщин пользовалась особыми духами, с запахом клубники. Багровые огни замигали, оповещая персонал о беглянке. Ноги вынесли Первый Номер к одинокой двери посреди коридора. Та не открывалась, и тогда девочка вонзила когти в панель управления, вырвала её с корнем и выдернула провода. Угадывание нужной комбинации не заняло много времени. Провода искрили, дверь отъехала в сторону, впустив волну прохладного воздуха.</p><p>Она ворвалась внутрь, оказавшись лицом к лицу с ней. С той самой женщиной в белом халате. Сквозь разрез на груди виднелась чёрная рубашка и тонкая золотая цепочка на шее, такая изящная, совсем не похожая на жестокий ошейник самой девочки. Заметив страх в фиолетовых глазах женщины, Первый Номер упала на колени и поползла к ней. Именно руки этой женщины забрали её из выростного бака.</p><p>— Мама, — Первый Номер подняла руки, втягивая когти обратно в пальцы. — Пожалуйста. Они хотят отвести меня в Комнату. Пожалуйста. Спаси меня.</p></section><section><title><p>Пролог, Часть 2: Чудовище Продолжает Дремать</p></title><p>Внешний мир поразил её. Первый Номер выбралась из туннеля на остров, окружённый водой. Всё ещё истекая кровью, она перепрыгнула через ограждение и увидела на другой стороне разноцветное море огней. Оранжевые, зелёные, красные, синие, фиолетовые... слишком много цветов, чтобы все перечислить! Ночь была тёмной, но бескрайние стальные горы отбрасывали достаточно света, чтобы разогнать тени. Самые высокие башни пронзали облака, окрашивая небо собственным разноцветным сиянием.</p><p>У неё отвисла челюсть. Она спустилась по склону к самой кромке воды. Так... красиво. В воздухе плыли странные предметы, лавируя между стальными горами. Её чуткий слух улавливал человеческие голоса: «специальное предложение только сегодня вечером», «лучшие протезы в городе» и многое другое. Гудки клаксонов, гул летающих металлических коробок и смех обрушились на неё, грозя оглушить. Она зажала уши руками, умоляя духов о спасении. Должны быть сотни... нет, это слово даже близко не описывало, сколько людей живёт на другом берегу. Бессчётно. Да, вот так будет точнее. Наверняка хоть кто-то, хоть где-то сможет дать рождённым в баке нормальную жизнь!</p><p>Девочка упала на колени, жадно глотая странную на вкус воду. Ноздри уловили резкий кислотный запах, но ей было всё равно. Она пила без остановки, чувствуя, как зудят ноги и бока, тело заживало. По сравнению с другими продуктами она исцелялась чуть медленнее, но эти раны её не убьют. Ничто её не убьёт! Она сбежала, и теперь она спасёт свою семью!</p><p>— Так вот какая я, — пробормотала Первый Номер.</p><p>В грязной воде отражался ребёнок, покрытый густым мехом. Он плохо скрывал немытую, белую как алебастр кожу. Бледные шрамы покрывали каждый дюйм её тела. Шею сдавливал грубый ошейник. Нужно будет как-то от него избавиться. Вдруг там маячок? Она коснулась своего лица, разглядывая странную смесь волчьих и человеческих черт. Глаза были янтарными и слабо светились. Нос был вполне человеческий, но рот выдавался вперёд, а губы скрывали клыки. У неё появилось даже что-то вроде усов на щеках! Но... она ведь уже трогала своё лицо раньше. Тогда не было ни усов, ни такого выступающего рта.</p><p>Словно её создатели начали лепить из неё волчицу, потом передумали, отказались от идеи и попытались вылепить человека, пока глина ещё не застыла. Результат вышел не самым удачным. Не из-за шрамов. Ей не хватало ни мышц, ни хитиновых пластин, которыми были укрыты боевые модели. Мягкая. Незащищённая. Уязвимая.</p><p>Живот заурчал, и Первый Номер огляделась. Пропитание. Хоть немного, прежде чем переправляться через воду. Ноздри уловили запах гниющего мяса из ближайшего мусорного бака, и она метнулась к нему. Еда. Любая еда, чтобы поддержать тело, и...</p><p>Она отшатнулась, мир завертелся перед глазами. Лоб горел огнём, пронзённый новой волной боли. Она подняла взгляд. Перед ней стояла светловолосая девушка в чёрном кожаном байкерском костюме, с бейсбольной битой, испачканной чем-то красным, на плече. Первый Номер коснулась своего лба. То, что было на бите, оказалось её собственной кровью. Рана болела адски, но девочку куда больше занимало, как нападавшая сумела подкрасться незамеченной. Её всё ещё захлёстывал адреналин, а мысли путались от потрясения, она только что стала причастна к гибели живого существа. Она должна была услышать эту байкершу за километр!</p><p>— Ты? — насмешливо бросила блондинка. — Так это из-за тебя нас разбудили? Да ё-моё. В прошлый раз хоть аллигатор-мутант был, и то поинтереснее.</p><p>Рождённая в баке восприняла невольный совет буквально и бросилась прочь на четвереньках, не обращая внимания на боль в ногах. «Нас». Значит, их больше одной. Опасно. Она не сможет справиться с ними всеми... нет, она не хотела с ними драться, даже если бы могла. У неё будет новая жизнь, та, в которой она больше никогда никого не ранит. Ведь всегда можно просто улизнуть от драки, верно?</p><p>Первый Номер почти добралась до края острова, когда в спину ей ударил разряд электричества. Языки энергии поднялись из каменной земли, шипя и извиваясь на ветру, складываясь в фигуру юноши со страшным шрамом от уха до уха. Парень впечатал латунный кастет ей в грудь, отбросив назад на подгибающиеся ноги.</p><p>— Евгения, осторожно! Эта сучка быстрая, — сказал юноша.</p><p>— Ага, ага... — донёсся слева голос, пока скорчившийся от боли Первый Номер пыталась подняться. Само пространство треснуло и перестроилось, и блондинка шагнула из овального портала, поднимая биту.</p><p>— Пожалуйста, — взмолилась рождённая в баке, глядя в лицо Евгении. Девушка была примерно её возраста. За что она её преследует? Разве люди снаружи не должны быть лучше тех, что в лаборатории? — Это, наверное, ошибка. Я не хотела ничего плохого. Я просто хочу жи...</p><p>Бита обрушилась вниз, дробя нос и отправляя её кувырком по воздуху. Боль. Голова раскалывалась. Евгения не была обычным человеком. Её сила превосходила всё, что Первый Номер знала о людях. Она приземлилась на голову, крича от боли, отчаяния и разочарования. Всё было неправильно. За что её мучают люди, которым она никогда не причиняла вреда? Что не так с этим долбаным миром?</p><p>Дерись. Сказал её второй голос.</p><p>Первый Номер пнула; окровавленные ступни врезались в лодыжку девушки. Лицо Евгении исказилось от неожиданности, и она рухнула лицом навстречу восходящему апперкоту. Получи, тварь! Подумала рождённая в баке, выпуская когти. Она рассчитала удар так, чтобы оставить шрам, а не искалечить. У неё было много вопросов к этому миру, и если для того, чтобы Евгения стала лучше, её нужно избить, что ж, она это сделает!</p><p>Её рука исчезла. Первый Номер едва успела это осознать, как крик боли вырвался из её груди. Когти — её когти! — вонзились в её собственный бок. Рука всё ещё была вытянута вперёд, исчезая в портале у самого локтя, а другой портал парил у неё под рёбрами. Блондинка, должно быть, открыла портал прямо в воздухе, перенаправив направленный в неё выпад. Ещё один портал открылся, целиком поглотив девушку в байкерском костюме, и удар сзади заставил рождённую в баке пошатнуться. Евгения телепортировалась ей за спину и уже стояла на ногах.</p></section><section><title><p>Пролог, Часть 3: Чудовище Шевелится</p></title><p>— Прошло три недели, Академик, — произнёс мягкий голос. Женщина, которую Первый Номер считала своей матерью, подошла ближе к плите, проведя пальцем по рёбрам девочки. — Она даже не добралась до города. Пустая трата усилий, как я и указывала в своём отчёте. Если бы вы удосужились его прочитать, мы избежали бы этого бардака.</p><p>— Как бы то ни было, она доставила нам слишком много хлопот, — нервно вставил мужской голос. Белый халат подошёл ближе, теребя галстук. — Правительство теперь знает о мутантах, способностях и силах. Оперативная группа СЗОП устроила рейд на нашем островном объекте. Пришлось выбраковывать пробудившихся подопытных, а моя дочь сейчас под арестом в полиции. Если слухи верны, если эти подопытные и правда заговорили... Эта марионетка нас подставила, Академик! Нам конец. Нас сгноят в тюрьме!</p><p>Неужели правда? От этих откровений у неё перехватило дыхание. Сведения о способностях казались важными. По тому, как мужчина это произнёс, выходило, что это нечто отдельное от самих продуктов. Она думала, что эти мерзкие подростки просто пользовались какой-то технологией, наподобие обжигающих лучей из оружия оранжевых тварей. Но зачем тогда использовать такое странное слово? У продуктов бывали кислотные плевки, способность стрелять зазубренными шипами, кто-то мог выживать в вакууме. Белые халаты никогда не называли эти возможности подобным словом.</p><p>Но это было неважно. Подопытные заговорили? Кто-то выбрался из этого ада? Или их спасло правительство? Первый Номер плакала сквозь сковавший сердце ужас, счастливая от этой новости. Живите! Живите за меня, братья мои, сёстры мои, кем бы вы ни были. Пожалуйста, найдите радость и никогда, ни единого дня своей жизни, не жалейте ни о чём!</p><p>— Прекрати паниковать, глупец. — К ним подошёл мужчина в застёгнутом коричневом деловом костюме, в сопровождении шести оранжевых тварей. Его она видела впервые. Седые волосы были зачёсаны назад, а огненно-багровые радужки в обрамлении тёмных провалов глазниц с мимолётным интересом изучали рождённую в баке, пока он опирался на длинную трость, замедляя шаг. — Евгения несовершеннолетняя. В худшем случае она проведёт время в исправительном центре до восемнадцати лет. Тише. — Мужчина поднял трость. — Она там не задержится. Пусть юристы кое-кому позолотят ручку, и девчонка будет дома к воскресенью. Даю слово. У нас есть друзья не из последних. Не составит труда устроить так, чтобы грузовое судно "случайно" протаранило медицинский центр, где держат наших сбежавших зверушек. А что до реакции СЗОП... Кого это волнует? Компания ещё четыре года назад объявила о переносе производства на Красную Планету. Нас здесь никогда не было. — Он легонько похлопал нервного белого халата по подбородку. — Видишь? Всё в порядке. Всё решаемо, если дышать и думать. Наши проблемы не более чем небольшая заминка. Такое случается в исследованиях. Как только солдаты будут готовы, СЗОП забудет об этом инциденте и сосредоточится на перевооружении.</p><p>Нет. Первый Номер закусила губу, сердце колотилось так, что она едва не потеряла сознание. Нет, только не смей, мразь, дрянь, чудовище, добыча! Её родные сбежали; они свободны! Академик должен умереть. Другого пути нет. Она обязана его убить, даже ценой собственной жизни. Больше чем один. Больше, чем один из её братьев и сестёр выжил. Медицинский центр. Судя по названию, место, где лечат. Она не позволит причинить им вред.</p><p>— А что с девочкой, Академик? — поинтересовалась женщина.</p><p>— Физически она не впечатляет. Но с разумом дело другое. Она ещё может послужить в иной роли, если проявит достаточную покорность...</p><p>Академик наклонился ближе. Он опёрся тростью о плиту и потянулся к ней. Его руки ощупали её, проверяя зажившую рану на боку, скользя вверх и вниз по телу, изучая. Его чистое, стерильное дыхание не пахло совсем ничем, без намёка на еду. Она никогда прежде не сталкивалась с чем-то подобным. От любого другого белого халата пахло тем, что он недавно ел; у женщины дыхание отдавало приятным клубничным ароматом. У него же отсутствовал запах.</p><p>Он поцеловал её, проведя языком по её клыкам. Первый Номер это потрясло, но вместе с тем открыло возможность для мести и спасения, пусть и крохотную. Рождённая в баке слышала о продуктах, которых белые халаты забирали себе для развлечения. Некоторые жили так годами, пока хозяевам не наскучивало. Иногда их выставляли напоказ; они становились оболочками прежних себя: с дикими улыбками, подпрыгивающие от малейшего жеста хозяина, с тусклыми, пустыми глазами. Выжившие родичи их не осуждали. Их жалели, тех, кого заставляли унижаться просто ради ещё одного дня существования, кто менял своё тело на время лишь для того, чтобы позже проклясть эту сделку и с облегчением встретить сладкое забвение. Ей было всё равно, продлится ли её жизнь. Она использовала отчаянный страх для изображения сломленного существа, заманивая его язык глубже. А потом укусила.</p><p>Трость врезалась ей между клыков, сломав два из них, и Академик выпрямился, брезгливо сплёвывая.</p><p>— Хитрое животное, — произнёс он, отряхивая воротник белой рубашки. — Слишком упряма для удовольствия, слишком слаба для боя, да ещё и предсказуема. Провал.</p><p>— Бесполезна, — сказала женщина.</p><p>— Не бесполезна, — поправил Академик. — У этой твари хватило ума решить уравнение для обхождения базового защитного механизма. А ускоренная реакция вкупе с неожиданной эволюционной мутацией дала нам подсказку, как улучшить следующую модель. По части интеллекта она на должном уровне. — Он улыбнулся, глядя в её изумлённые глаза. — Да. Твой ошейник. Он собирал информацию, от пульса до мозговых волн, и записывал всё на чип. А центральный сервер переводил твои мозговые волны в слова. Мы знаем твои сны, твои надежды, каждую мысль, что когда-либо посещала тебя. Интересно, тот голос, что говорит с тобой, это плод воображения, проявление твоей силы, или же недоразвитый сиамский близнец? Впрочем, незачем теоретизировать. Мы скоро всё узнаем сами. У тебя никогда не было и шанса сбежать, бывший Первый Номер. — Академик направился к дверям, ведущим из Комнаты. — Провести вивисекцию. Мозг сохранить; остальное на переработку, но сперва извлеките свечение из костей. Подготовьте прототип к извлечению. И начните зачистку вспомогательного объекта от неполноценных.</p></section><section><title><p>Пролог, Часть 4: Чудовище Убивает</p></title><p>Первый Номер оглянулась на тело женщины, которую хотела считать матерью. Та уже сдохла, то ли от тяжёлой раны, то ли от газа.</p><p>— Я бы отдала за тебя жизнь, если бы ты приняла меня как семью. А если нет, оставила бы тебя в покое, если бы ты позволила мне уйти, — честно сказала рождённая в баке. — Увы, этого не случилось. Ты хотела чудовище, и чудовище поймало тебя. — Её взгляд метнулся к плитам, где лежала её родня. Разобранные на части. Выброшенные, подобно мусору. Ярость вскипела заново. — Простите меня. Мне так, так жаль. Если бы я была смелее, если бы превратилась раньше, я могла бы вас спасти. — Она опустилась на колени, не обращая внимания ни на яд, ни на суматоху в здании. Как бы далеко они ни убежали, она всё равно их скоро выследит. — Идёмте со мной. Здешние скоты обращались с нами хуже, чем с инструментами. Давайте вместе свершим возмездие. Я вынесу ваши души из этой гробницы. Пусть свет снаружи укажет вам путь к новой жизни.</p><p>Она подобрала их останки и проглотила. Плоть её безымянных братьев и сестёр горела в желудке, питая рост. Превращение было далеко от завершения. Она встала на четыре конечности, так передвигаться оказалось легче. Лапы опустошали плиты одну за другой. Она очистила ожоги, оставленные лазером на теле Шесть-Четыре-Шесть, надеясь, что каким-то чудом его регенерация сработает и вернёт мальчика к жизни. Не сработало. Повреждения затянулись до самой шеи, отросли новые кости и свежий набор органов, а потом всё остановилось. Шесть-Четыре-Шесть был мёртв, и Первый Номер съела его останки. Шипение открывающейся двери заставило её вскинуть голову, обратив всё внимание на группу оранжевых тварей, ворвавшихся внутрь.</p><p>— Не двигаться! — скомандовал их предводитель.</p><p>— Скоро вы и не сможете, — согласилось чудовище, разглядывая их.</p><p>Страха не было. Не было и желания подчиниться или бежать; чистая, беспримесная ярость вытеснила все остальные чувства. Адреналин хлынул в кровь, забросив чудовище в мир сверхскорости, где противники казались детьми, бредущими по вязкой, липкой грязи. У большинства были длинноствольные винтовки; предводитель держался в центре, указывая двум бойцам с тяжёлым вооружением, куда целиться. У каждого солдата на поясе висел клинок в ножнах, что озадачило чудовище. Какой прок от подобных игрушек против усиленного сплава силовой брони?</p><p>Лапа Первого Номера перехватила летящую в неё ракету. Следом приближалась вторая; чудовище дёрнуло запястьем, возвратив первую ракету обратно отправителю, и отпрыгнуло в сторону, уклоняясь от невероятно медленной, на её взгляд, атаки. Обе ракеты взорвались почти одновременно, тряхнув комнату и подняв густые клубы дыма. Багровые лучи прошивали дым, солдаты палили вслепую. Поначалу это её озадачило, но потом она поняла. Это была не бестолковость: их командир распознал её нечеловеческую скорость всего по двум движениям и приказал вести широкий веерный огонь, сначала стремясь ранить, а затем добить.</p><p>Она оценила стратегию, но осталась настороже. Взрыв не смог ранить противников или свалить их с ног. Брошенная ею ракета взорвалась у самых их ног, но кинетические поглотители рассеяли основную силу удара по гладкой поверхности брони, а серводвигатели дали бойцам достаточно сил, чтобы выдержать остальное. Но почему на оранжевых тварях не осело ни пылинки?</p><p>Лапы чудовища схватили изогнутые механические манипуляторы под потолком и швырнули их, обрушив на тварей поток заточенных обломков. Броня оказалась хороша. Несколько мелких осколков разбились при ударе, даже не оставив вмятин на костюмах. Но скорость, с которой она отправила снаряды, была немыслимой. Достаточная скорость сама по себе становится оружием. Крупные куски проносились мимо тварей смазанным пятном, рассекая конечности и нанося рваные раны.</p><p>Мелкие обломки металла отскакивали от бронированных солдат, отвечая на вопрос, почему её когти прежде были против них бесполезны. Эти оранжевые линии на их броне были не просто украшением. Они создавали слабое гравитационное поле, разбрасывающее частицы в разные стороны. Гениальная защита от невесомых разрядов энергетического оружия. Солдаты могли стрелять куда угодно, не боясь задеть своих. Но против твёрдых снарядов эта технология работала намного хуже.</p><p>Они пытались свалить Первый Номер своими смешными бесполезными лазерами. Она уже была среди них, двигаясь слишком быстро для их глаз и оптики. Когти рассекли несколько тел одним взмахом, затем расчленили оставшихся следующим ударом. Тела ещё не успели коснуться земли, а её клыки уже сомкнулись на ещё живых врагах. Ненависть. Она ненавидела их, не обращая внимания на крики боли и предложения сдаться. Что посеешь, то и пожнёшь. Её челюсти сомкнулись, перекусывая тварей пополам до самого пояса, разливая по земле лужи кровавого месива.</p><p>Их боевые костюмы шипели у неё на языке, искры сыпались из оголённых проводов. Она не обращала на это внимания, глотая обломки. На каком-то инстинктивном уровне она знала: желудок способен переварить большинство сплавов и химикатов. Даже повреждённые энергетические генераторы не представляли угрозы для её здоровья. Сами того не зная, белые халаты создали в этом адском месте нечто потустороннее.</p><p>Несколько оранжевых тварей погибли, захлебнувшись газом, просочившимся сквозь трещины в броне. Трое превратились в шипящих змееподобных существ. Не обращая внимания на яд, они выхватили клинки из ножен. Они бросились на неё, двигаясь, по её меркам, по-детски медленно. Первый Номер вогнала когти в головы двоих, но последний успел подобраться ближе, пытаясь пронзить её кожу.</p><p>Вибрация. Она улыбнулась, поняв принцип этого оружия. Само лезвие было тупым куском металла, но компактный генератор внутри создавал вокруг кромки поле вибрации. Достаточно сильное поле разрушения могло разорвать молекулярные связи в любом менее прочном материале. Плотность кожи Первого Номера, изменённая этим неведомым свечением, больше не позволяла подобным мелочам угрожать чудовищу.</p><p>Глаза змеечеловека расширились от потрясения, когда клинок безвредно увяз в её мехе, и она пнула его, повалив на землю. Её коготь замер в паре сантиметров от его сердца, обнажив изувеченную грудную клетку. Рёбра противника срослись воедино, давая дополнительную защиту. Мышцы его были увеличены, а её нос уловил в его крови запах наркотиков. Медицинские препараты для ускорения реакции. Возможно, ещё и для усиления агрессии. Неважно. Она замешкалась. Оставить ли его мучиться? В его изменённом состоянии, с учётом того, как органы компенсировали кровопотерю, и его невосприимчивости к яду, оранжевой твари потребовалось бы несколько часов, чтобы умереть.</p></section><section><title><p>Пролог, Часть 5: Чудовище Дерётся</p></title><p>Должно быть, это был цех переработки. Останки её братьев и сестёр плавали в капсулах вдоль стен, сохраняемые свежими в питательном растворе. Мозги, ноги, хорошо развитые лёгкие, ядовитые железы, голосовые связки, способные производить разрушающие стены звуковые волны, и другие органы. От этой картины по коже пробежал холодок. Коллекция деталей пазла. Набор имплантатов, готовых к сборке лучших, сильнейших, выносливых и смертоноснейших продуктов там, где пожелают хозяева.</p><p>Здесь были тысячи капсул. Они стояли за прозрачными панелями в помещениях, наполненных ледяным воздухом. Иней покрывал стальные детали. Эти отсеки занимали несколько этажей, поднимаясь всё выше и выше.</p><p>Труба под потолком изливала жуткий поток в чан с кислотой посреди зала. Ноги, торсы, тела без кожи. Всё, что не соответствовало невозможно высоким стандартам, отправлялось сюда. Вентиляция вытягивала образовавшиеся испарения, а странная жидкость проходила по трубам, ведущим от чана, и собиралась в угольно-чёрных ёмкостях по углам комнаты. Фильтрующие устройства. Устройства выплёвывали серую пасту на движущиеся ленты, и маленькие изящные механические руки разрезали её на кубики, формируя пайки для продуктов. Ничего не пропадало зря. Люди здесь лепили и перелепливали их по своему усмотрению, выискивая каждый изъян, издеваясь ради собственного удовольствия. Они даже заставляли продуктов питаться собственной родней!</p><p>Первый Номер хотела сказать. Как вы посмели? Вы все умрёте. Но абсолютная бесчеловечность этого места душила слова. Она стала каннибалом задолго до того, как осознала это. Костёр ярости не угасал, подпитываемый ненавистью. Подобные чувства она испытывала и раньше. Любовь, забота о родне, страх всё это дали продуктам эти самые люди. Значит, они знали, что это такое; сейчас они явно демонстрировали, что понимают страх. Тогда почему они творили эти ужасы? Может, кто-то так же изломал их самих, как они поломали её?</p><p>Чудовище решило, что это не так. Она бы никогда не причинила вреда той пожилой женщине, что пыталась ей помочь. Монстры и люди. Возможно, дело именно в этом. Есть те, кого нужно решительно устранить навсегда. Ради общей безопасности другому чудовищу приходится наводить порядок там, где люди оказались слишком добры или слишком слабы.</p><p>Белые халаты нервно прятались за ёмкостями или пытались взломать двери, ведущие из зала. Они пользовались плазменными резаками, небольшими компактными инструментами, создающими на конце круг перегретой энергии. Мужчины и женщины прорезали проход, и крик разорвал тревожную тишину, когда первый из них шагнул внутрь и отшатнулся назад, дёргая изувеченной конечностью. Из коридора вырвался горячий воздух, пугая растерянных людей. Не все защитные системы вышли из строя.</p><p>Охранникам повезло больше, они выстроили баррикаду, разделившую зал надвое. Ящики, неиспользованные капсулы, вырванное из стен оборудование — всё тяжёлое, что можно было оторвать, пошло на строительство частокола, и оранжевые твари заняли позиции сверху, готовые открыть огонь, но слишком опасаясь атаковать первыми и спровоцировать Первый Номер.</p><p>— Что происходит?! — услышала она рёв Академика. Мужчина со своими телохранителями находился на другом конце зала, у дверей лифта. — Почему сервер не отвечает? Где боевые костюмы? Где войска сверху? Аварийные бригады! Отключите уже жар и токсины, ценный персонал гибнет, идиоты! И верните систему в сеть, нам нужно связаться со штабом.</p><p>Её когти прочертили борозды в стальном полу, привлекая его внимание. Пусть поймёт. Пусть осознание того, что он потерял контроль над ситуацией, а его будущее теперь принадлежит простому продукту, дойдёт до него. Академик обернулся, более раздражённый, чем испуганный. Он поднял руку, щёлкнул пальцами, и боль пронзила всё существо Первого Номера, подкосив ей ноги.</p><p>Она задохнулась, схватившись за грудь, а Академик тонко улыбнулся при виде оранжевой вспышки под её кожей. Сердце заныло, конечности ослабли, и чудовище едва не рухнуло на пол. Миг уязвимости прошёл. С каждым следующим вдохом силы возвращались. Слизнув кровь с губ, она поднялась и устремила взгляд на человека, сдетонировавшего взрывное устройство прямо у неё в груди.</p><p>Их последняя мера безопасности провалилась. Дура! Какой же самонадеянной дурой она была! Намёки были на виду: зачем родне понадобился медицинский центр? Они и так исцелялись достаточно быстро сами. Нет, правительство поместило их туда, чтобы извлечь дремлющую внутри смерть. Сердце пострадало, но осталось целым и стремительно регенерировало. Взрыв обжёг лёгкие и порвал капилляры, но Первый Номер была уверена, это её даже близко не остановит. Она совершила ошибку, решив, что неуязвима. Ошибку, которую не собиралась повторять.</p><p>— Избавьте меня от этого генетического тупика, — прорычал Академик. — Сохранять ничего не нужно. Я клонирую её заново из того, что останется.</p><p>Оранжевая тварь, командовавшая обороной, подняла руку, выкрикивая приказы. Слова обернулись визгом, когда рука упала, а разрез рассёк тело пополам на уровне пояса. Чудовище было уже на баррикаде, среди меньших солдат. В шлемах появлялись дыры, летели конечности, багровые брызги пятнали смотровые окна холодильных отсеков.</p><p>Это была резня. Наученная нападением на грудь, Первый Номер больше не рисковала. Её движения были слишком быстры, чтобы оранжевые твари могли за ними уследить. Их визоры и системы наведения отслеживали её прекрасно, но человеческие тела не успевали развернуться и вскинуть оружие вовремя. Они гибли десятками, их костюмы мялись от волн воздуха, вытесняемого её движениями. Голодный взгляд чудовища выделял тех, кто был достаточно храбр, чтобы попытаться навести хоть какое-то подобие порядка. Их она преследовала первыми, попутно раздавив нескольких тварей. Сила её шагов рвала силовую броню, а вес расплющивал тела внутри, часто сминая целую сторону торса охранника в лепёшку.</p><p>Страх перед её присутствием, отсутствие командования, невозможность отследить цель, всё это сказывалось на людях, и они запаниковали, паля вслепую во все стороны, попадая по прикрывавшим их белым халатам. Лазерные лучи огибали силовую броню, пробивая учёных насквозь. Взрывы ракет разбрасывали перепуганных солдат. Вся баррикада содрогнулась и рухнула от взрыва десятков наспех брошенных гранат. Это вызвало цепную реакцию. Там, где гравитационные щиты костюмов могли отвести часть ударных волн, само количество и интенсивность взрывов перегрузили защиту. Ракеты и гранаты на поясах противников детонировали одна за другой огненными вспышками, раня людей, а ядовитый газ довершал дело.</p></section><section><title><p>Пролог, часть 6: Чудовище Просыпается</p></title><p>Лапы чудовища мягко опустились на пол. Уши уловили шипение жидкости, пытавшейся растворить её ноги, но кроме неприятного ощущения, опасности не было. В полу открылись щели, всасывая смертоносное вещество и водянистые останки погибших. Часть кислотного озера стекла в открытые коридоры, а жар превратил её в бледный пар, поднимающийся к потолку.</p><p>Выжившие ещё оставались. Взмах руки размазал белого халата по стене, как муху. Отчаявшаяся женщина упала на колени, умоляя чудовище унять гнев. Первый Номер уступила, растоптав её быстрее, чем её мозг успел зарегистрировать боль. Оранжевые твари пытались отступить в коридор, через который она сама вошла в зал. Она метнула в них обломок металлического штыря, пронзив сразу четверых. Никакой пощады. Никаких больше пыток. Чистая ярость и эффективное убийство. Завершение этой части её жизни.</p><p>Она подошла к энергетическому щиту, окружавшему Академика. Мужчина не был обычным человеком; об этом говорил хотя бы тот факт, что только он один обходился без противогаза, вдыхая смертоносные испарения с той же лёгкостью, как и она сама. От него разило неподдельной злостью, а взгляд- не дрогнул перед её взором. Чудовище подняло лапы, сперва осторожно проверяя барьер, а затем всадило когти со всей силой, доводя устройство в трости мужчины до предела. Первый Номер не выкладывалась полностью, бережно расходуя мощь и опасаясь возможных уловок, которые могла припасти её добыча.</p><p>Щит работал достаточно просто. Он создавал вокруг своего владельца защитный пузырь, отражающий входящие атаки. То, чему не хватало веса, как кислоте из чана, или силы удара, как пулям и обломкам, отскакивало и соскальзывало с округлой поверхности спроецированного поля. Но, ударив в несколько точек одновременно, можно было замкнуть устройство, пока оно пыталось компенсировать нарушение целостности поля.</p><p>— Кем ты себя возомнила, разоряя мою лабораторию? — спросил Академик. Он нахмурился в ответ на её смешок, а более яркая вспышка в его багровых радужках выдала в них искусственные имплантаты. — Над чем смеёшься, тварь? Думаешь, ты чего-то достигла?</p><p>— Разорительница. Хорошо звучит. — Слово зачаровало её. У неё было имя, которое она выбрала сама. Первый Номер, рождённая в баке, эти прозвища остались в прошлом. У человека должно быть имя, а у чудовища, титул под стать. Разорять и истреблять всё зло, пока не останутся одни лишь люди. — Не уверена, победила ли я, но вот ты точно проиграл, отец, — сказала она ему, напрягая мышцы ног, усиливая давление.</p><p>Столько погибших, а работа даже не закончена. Что толку? Родня по-прежнему мертва, страдания последних дней никуда не делись, а стоять на двух ногах ей больше не было удобно. Испуганная девочка из прошлого растворилась во тьме, поднявшейся на её месте. Разорительница не завела друзей; она никогда никого не изменила к лучшему, никогда не утешила ни единой души. В конечном итоге, она выполняла отвратительную работу, для которой её создали хозяева, убивала и рвала на части, хотя сама сомневалась, что глупцы сейчас были бы рады исполненному предназначению.</p><p>Но кое-что приносило ей утешение. С Академиком покончено. Сегодня его мечты угаснут, так и не осуществившись. Это ведь что-то значило, правда? Она не позволила ликованию взять верх. Глаза этого человека оставались спокойными и расчётливыми. Добыча опаснее всего, когда загнана в угол и ей нечего терять. У него ещё оставались козыри.</p><p>— Отец? Ты считаешь себя моей дочерью? Мерзкая шутка. — Костяшки Академика побелели от возмущения. — Я твой создатель, ты, самонадеянный, непослушный, никчёмный щенок. Ты моё орудие, объект, на котором я оттачиваю мастерство, и ничего больше. Вот всё, чем ты когда-либо будешь! Мой разум привёл тебя в этот мир. По моей воле ты шагаешь; по моему замыслу ты трудишься. И если ты неспособна выполнить свою функцию, я разберу и пересоберу тебя столько раз, сколько потребуется, чтобы создать подходящую боевую единицу. Я Академик, и твоё существование принадлежит мне!</p><p>— Может, притормозишь свой безумный бред, закуска? — спросила Разорительница, надавливая на поле. По сфере пробежала серия громких трещин, за которыми последовали искры, брызнувшие вокруг её когтей, и это вызвало у неё улыбку. — От такого откровенного словоблудия у меня уши вянут.</p><p>Смерть. Слева. Предупредил голос в её голове. Разорительница отреагировала без колебаний, метнувшись вправо. Академик взмахнул тростью, направив её конец на неё. Щит исчез, замкнувшись меньшим коконом вокруг мужчины, и трость выстрелила лучом тьмы. Интенсивная белизна окаймляла края выпущенного луча, сопровождаемая жаром такой силы, что оранжевые твари рядом с Академиком превратились в тени, застывшие на миг в этом сиянии, а после исчезли без следа.</p><p>Язык боли лизнул её левую руку. Глаза Разорительницы расширились при виде отсутствующего бицепса и обнажённых остатков мышц, а также почерневшей кости. Внутри раны обнаружилась посторонняя материя, какая-то подкожная броня, но это не меняло того факта, что рука лишилась значительного куска плоти от плеча до локтя. Оружие едва её задело, а она чуть не погибла.</p><p>Гибель катилась дальше, испаряя и людей, и всё на своём пути. Разрушенная баррикада рассыпалась в пыль, пародия на гладкую пропасть протянулась через останки меха, и стена обрушилась, засыпая зал обломками. Сталь, разбитое бронестекло и ёмкости дождём посыпались вниз, расплющивая выживших. Взгляд Разорительницы встретился со взглядом Академика.</p><p>Не желая рисковать ещё одним касанием антиматерии, она бросилась на него. Компьютер наверху забормотал что-то о процедурах экстренной изоляции, а её противник попытался взмахнуть тростью, чтобы её задеть, но багровая дымка застлала её взор. Когти прорвали ослабленный экран, вонзившись в плечи мужчины, и она провела лапами вниз до самой его талии, дробя ключицы и плечевые кости, разрушая локти и лишая его оружия навсегда. Ноги Академика вздрогнули, когда её когти прижали их к полу, приковав мужчину на месте. Его глаза вспыхнули, выпустив высококонцентрированные лазерные лучи, которые безвредно угасли в глубинах её меха.</p></section><section><title><p>Минутка Лора</p></title><p>Примечание автора: если вам не интересен ворлдбилдинг, смело пропускайте эту часть. Я написал её в основном для того, чтобы объяснить несколько ключевых понятий, но надеюсь, что и без неё никто не потеряется.</p><p>****</p><p>Мир</p><p>Некогда человечество простирало свою власть до самых дальних уголков Солнечной системы. Города под защитными куполами гордо стояли посреди бушующих пылевых бурь, окутывавших Красную планету. Орбитальные поселения кольцом окружали Солнце, а сама Луна служила роскошным курортом для богачей. А затем случилось Истребление, событие, обратившее оружие человечества против него самого. Метеориты и звездолёты рушились на поверхность планеты, стирая с лица земли целые регионы. Аварийные системы выбрасывали кислород из космических станций в открытый космос. Оружие массового поражения разносило вдребезги бесчисленные поселения, принося неисчислимые жертвы колыбели человечества и гася один за другим её огни.</p><p>Человечество выжило, но Истребление не прошло бесследно. По всему миру начали появляться мутанты и обладатели сверхспособностей. Местные военные вожди поднимали свои знамёна, вырезая себе жестоким путём новые владения и отбирая всё желаемое у тех, кто был слабее. Когда самый тяжёлый период остался позади, официально сформировались Три Великие Нации: империалистическая Армия Возвращения, религиозные Клятвоберущие и демократическая Итерна. Каждая из них провозгласила собственное видение будущего и боролась с остальными за влияние над менее значительными государствами.</p><p>Эпоха варварства близится к концу, но многие могущественные сверхлюди по-прежнему остаются неподконтрольны. Они достаточно безумны или амбициозны, чтобы бросить вызов суверенитету Великих Наций, по-настоящему цивилизованных уголков мира. Останки разрушенных лабораторий, запечатанные арсеналы и погребённые заводы усеивают поверхность планеты, зачастую храня в себе оружие, способное развязать новое Истребление, попади оно в чужие руки.</p><p>Армия Возвращения</p><p>Крупнейшая цивилизованная нация, основанная человеком по прозвищу Династ. Уже больше века он ведёт войну за воссоединение мира под единым знаменем. Население страны составляют выходцы из самых разных народов. Мутанты, Нормалы, Ораисы, Волкороды и вирмы, крупнейшие и наиболее влиятельные группы. Любое проявление расизма запрещено законом государства и карается по всей строгости; будь то Новые Виды, мутанты, бывшее биологическое оружие или простые граждане, Армия Возвращения считает всех своих подданных людьми. Поскольку к государству присоединилось множество племенных обществ, правительство часто закрывает глаза на некоторые из их более жестоких традиций, позволяя племенам изживать их постепенно, при условии, что те не пытаются навязать свои обычаи остальным.</p><p>Изначально будучи обществом строгого атеизма и автократии, Армия Возвращения больше не преследует верующих и поощряет выборных чиновников управлять населёнными центрами. Это привело к появлению нескольких пропацифистских политических партий, требовавших прекратить агрессивную экспансию и перенаправить ресурсы со строительства новых ползунов, бастионов и силовой брони на гражданские проекты. Династ отклонил это прошение.</p><p>Правящий орган нации возглавляет сам Династ, чьё слово остается главным законом. Ниже него стоят Бюро Расследований и три Высших Командующих: Посторонний, Пожиратель и Разорительница. Государство использует терраформирование для превращения своих земель в места, пригодные для проживания больших популяций, считаясь с переменами, произошедшими в мире, и часто учась сосуществовать со свирепой дикой фауной.</p><p>Армия Возвращения состоит из призывников из цивилизованных регионов и закалённых в боях соплеменников, живущих вдоль границ государства. Государство снабжает своих сильнейших Новых Видов археотехническим снаряжением, обнаруженными реликвиями Старого Мира, чтобы повысить их шансы на выживание. Обязательные процедуры омоложения сохраняют ключевой персонал вечно молодым. Династ основал свою армию с нуля, из-за чего в ней сосуществуют самые разные ранги, обладающие одинаковым уровнем власти. Обычное дело, когда капитан ведёт в бой десятки тысяч солдат, командуя одновременно благородными Святыми Меча и варварскими военачальницами. Непрекращающиеся войны мешают стандартизировать систему званий.</p><p>Итерна</p><p>Единственная страна в мире, пережившая Истребление без единой царапины, благодаря массивному силовому щиту, защищающему её. Не имея равных по технологическому и промышленному потенциалу, она стремится заключать союзы с местными народами и восстанавливать Старый Мир, либо присоединяя малые нации в качестве своих штатов, либо поднимая другие народы технологически и нравственно, обращая их в полноценных союзников.</p><p>Итерна занимается терраформированием мира, чтобы вернуть его к состоянию до Истребления. В настоящее время страна занята освоением замёрзшего севера.</p><p>Граждане Итерны это в основном Нормалы и Искусственные Люди, потомки разумных ИИ Артифисера и Лады. Некогда в стране проживало значительное число мутантов и Абнормалов, но после того, как правительство инициировало Отбраковку (жестокую геноцидную зачистку не-Нормалов, унёсшую жизни множества иностранных студентов и не-Нормалов), их численность сократилась почти до нуля. Народ Итерны полностью признал свою вину, единым фронтом восстал и свергнул авторитарное правительство и с тех пор пытается искупить содеянное. Но очень немногие Абнормалы готовы дать стране шанс или переехать в этот рай после случившегося.</p><p>Сильнейшая армия в мире и некоторые из сильнейших Абнормалов, дополнительно усиленные генетическими модификациями, оберегают безопасность итернийцев. Некогда конституционная монархия, ныне Итерна имеет полностью демократическое правительство. Поскольку Итерну миновали побочные эффекты Свечения, Абнормалы и мутации на её землях редки, и правительство делает всё возможное, чтобы привлечь Абнормалов к переселению. Граждане Итерны наслаждаются самым высоким уровнем жизни в мире. Омоложение здесь обычное дело и предоставляется бесплатно, а смерть итернийца от старости является редкостью. Многие из них пережили тяготы первых дней после Истребления и готовы на всё, лишь бы избавить младшее поколение от тех же ужасов.</p></section><section><title><p>Глава 1: Военачальница Джанин</p></title><p>Уши Джанин встрепенулись от низкого, гортанного воя, прокатившегося по лагерю ударной волной. Широкая ухмылка растянула её губы. Наконец-то!</p><p>Военачальница выскочила из своей палатки навстречу упорядоченному хаосу собирающейся на войну стаи. Шаманы шли среди рычащих Волкородов, распевая молитвы. Механики из числа Нормалов хлопали чересчур нетерпеливых самок по спинам, заставляя их стоять смирно, пока пристёгивали к телу силовую броню. Тех, кто не подчинялся, ждало отключение генератора. Превратившись в статуи, такие воительницы наблюдали, как Нормалы, нарочито не торопясь, заканчивали их облачение под насмешки и хохот остальных товарок. Волчьи ведьмы отвечали воем на клич Альфы, поднимая самцов из бездействия и обрывая каждую дуэль за доминирование. По всему осадному лагерю повторялась одна и та же картина.</p><p>Война! Племя Волка призвали на войну! Джанин прошла к центру своего лагеря, не обращая внимания на обнажённые перед ней глотки сородичей. Она широко раскинула руки, и трое самцов её собственной крови, гордость и радость её помётов, бросились облекать её тело в толстые пластины брони.</p><p>Марко, её младший сын, был трёхлетним детёнышем. Она забрала его из ям в качестве адъютанта после того, как одна девчонка едва не задушила его. Укол жалости пронзил сердце военачальницы при виде его тощего чёрного тела и рёбер, проступавших под меховой шкуркой. Он был единственным выжившим детёнышем в своём помёте. Остальные родились мёртвыми. Плохой помёт, слабый, и виновата в этом была только Джанин. Её спутник жизни не раз просил её отдохнуть, расслабиться, но она упрямо продолжала маршировать от битвы к битве, торопясь доказать, что недавнее назначение на пост военачальницы было заслуженным. Вот к чему это привело.</p><p>Больше никогда.</p><p>Страшные шрамы на теле Марко давно зажили, скрытые под густым чёрным мехом. Джанин знала, что его колени иногда болели; мальчик был слишком близок к тому, чтобы его нарекли Калекой, и это её тревожило. Она слегка согнула ноги, маленький жест милосердия для старательного детёныша.</p><p>Двое других выглядели почти как близнецы. Чёрные шкуры с пятнистыми бурыми отметинами, длинные благородные морды, мышцы, играющие под кожей. Оба несли на себе свою долю шрамов, но там, где Богдан вырос в благополучного самца, чья спутница жизни уже подарила жизнь двум целым помётам с четырьмя выжившими детёнышами, Игнаций тревожил Джанин. В его возрасте ему давно следовало найти достойную пару.</p><p>Оставаться одному было неправильно.</p><p>Сыновья подняли тяжёлые пластины силовой брони. Часть за частью они подносили их к её массивному телу, подключая кабели к гнёздам имплантатов на торсе, устанавливая связь. Она чуть выдохнула, почувствовав, как Марко оступился и слишком медленно вставил один из кабелей, отчего разряд электричества прошёл по колену. Джанин ободряюще улыбнулась ему, поощряя мальчика продолжать учиться. Ошибки существуют, чтобы их исправлять. Эти пластины брони были для него пока слишком тяжелы, но она никогда не отдаст его в Калеки. Её вина. Её ответственность.</p><p>Игнаций расправлял пучки волоконных мышц, не доверяя им самостоятельно встать на место. Они сжались вокруг её конечностей, точно вторая кожа. Он проскользнул под руку Джанин, взял генератор и установил его точно позади её позвоночника. Там, где Игнаций действовал неторопливо, Богдан уверенным хлопком насаживал наплечники на плечи Джанин, доверяя матери стойко переносить любой дискомфорт.</p><p>За пластинами последовали рукава, куда более тяжёлые части силовой брони, защищавшие её конечности. Сыновья работали слаженно, поднимая каждый рукав и закрепляя его на месте. При знакомом гуле генератора она потянула руки и ноги, испытывая их, чувствуя, как искусственные мышцы двигаются в такт с её собственными, наделяя её силой, далеко превосходящей пределы смертной самки. Она склонила голову и приняла шлем, его багровые линзы вспыхнули по её команде, обрушив на сетчатку поток информации.</p><p>Показатели жизни её стаи проецировались чередой символов, и её клыки сжались при виде тяжело раненной самки. Не вина девчонки; она была разведчицей, а амбиции стучали в их молодых головах. Волчьи ведьмы распустились.</p><p>Она проверила запас боеприпасов и приняла доклады о готовности волчьих ведьм. При её рыке четыре бронированные фигуры оторвались от своих приготовлений и бросились к ней на четвереньках.</p><p>— Силовые щиты в сети, — радостно прошептал Игнаций, заметив, как линзы матери завертелись, фокусируясь на передовой. — Военачальница, техники научили меня правильно калибровать их и регулировать поток энергии. Эти прелестницы способны поглотить даже взрыв бункерной бомбы...</p><p>— Это не входило в твои обязанности. — Она развернулась к нему стремительным движением, прижав коготь под его нижней челюстью.</p><p>Осадный лагерь представлял собой дикую мешанину дисциплины и хаоса. В позициях Племени Волка не было ни полевых кухонь, ни санитарных палаток; тонкий слой мин обеспечивал защиту от атаки со стороны крепости. Их целью было замедлить и предупредить о враге. Племя обожало добрую потасовку. Джанин предложила помощь своих разведчиц как регулярным войскам, так и Ледяным Клыкам в знак доброй воли. Всё, лишь бы занять диких самок делом. Позже Альфа одобрила её инициативу, и загривок Джанин избежал укусов.</p><p>Их родичи, Орден Ледяных Клыков, действовали иначе. Их лагерь был выстроен по всем правилам, элитные солдаты охраняли периметр. Множество флагов трепетало на резком ветру, пока рыцари напрасно готовились к позиционной войне. Как всегда, Первый предложил поделиться едой с сородичами, и те приняли предложение. Незачем упускать возможность полакомиться отменными пайками и напитками.</p><p>Регулярные войска Третьей рыли землю по периметру армии, обустраивая траншеи, размещая доты, закапывая энергетические генераторы для защиты лагеря на случай внезапного обстрела. Джанин назначила нескольких горячих голов помогать в этом благородном деле, но Игнаций-то уж точно, Бездна не даст соврать, не входил в число этих сорвиголов.</p></section><section><title><p>Глава 2: Ультиматум Разорительницы</p></title><p>Джанин вела своих солдат к городу, следуя за единственной, возвышающейся над всеми фигурой Благословенной Матери. Как обычно, Волкороды выстроились в ряд, благоговея перед божественным присутствием той, что дала жизнь всему племени. Прародительница. Первая и единственная, достигшая невообразимых высот силы. Даже зная всю правду об их создании, Джанин не могла не почувствовать, как что-то шевелится в душе при каждом шаге Разорительницы. Её мех был настолько тёмным, что даже дневной свет с трудом вырывался из его объятий, а ночью она выглядела осколком, вырванным из пустоты, гнездящейся меж звёзд, и несла в глазах две ярчайшие жёлтые луны.</p><p>Она была стержнем, источником их жизней, волей Духов, обретшей форму. Как бы далеко ни находилось её потомство, оно никогда не освобождалось от её прикосновения. Оно могло проявиться внезапным кошмаром в безлунную ночь или яростным порывом плюнуть на все шансы и вырвать победу из лап поражения, но её присутствие таилось на задворках их разума, вдохновляя Волкородов и вечно призывая племя достигать прежде немыслимых высот. Ей не требовались речи; её деяния и харизма, исходившая от каждого движения, говорили обо всём.</p><p>Тонкая струйка божественной крови стекла из её ноздрей, выдавая напряжённую работу мысли, отчего Джанин напряглась. Благословенная Мать не носила ни оружия, ни брони, ни амулетов, ни средств связи. Ей не требовались подобные вещи. Одних её лап хватало, чтобы разорвать военачальницу в клочья одним мимолётным касанием, а если жажда крови брала над ней верх...</p><p>Двое сильнейших представителей Племени Волка и Ордена Ледяных Клыков, Военачальница Альфа и Святой Меча Первый Солнечный Клинок, шли по обе стороны от неё, пока она держалась на четырёх лапах. Они служили ей помощниками, доверенными советниками, толкователями и защитниками, оберегавшими остальных от её яростного безумия ценой собственных шкур.</p><p>Многим в племени было нелегко мириться с белошёрстыми сородичами. У тех были такие же длинные морды, но более мягкие когти. Мастерство Святых Меча побеждало на большинстве полей боя, однако в руководство они допускали оба пола, немало смущая племя. Сходство между двумя группами было неоспоримо, но различия требовали постоянной проверки на мягкотелость и дуэлей за доминирование в мирное время. На войне же военачальницы старались принять родичей как братьев и сестёр, требуя того же от своих стай и не обращая внимания на предостережения шаманов.</p><p>Местные называли этот регион мира Пустошами, и название было точным! Тянущиеся на километры стальные трубы столицы изливали ядовитый шлам в расщелины, образуя озёра. Днём испарения поднимались, выпуская зловещие облака, несущие гибель на штормовых ветрах, забивающие поверхность, способные породить бури и стереть всё на своём пути. Нормалам, обычным мужчинам и женщинам, служившим Армии Возвращения, приходилось носить противогазы, чтобы избежать химических ожогов лёгких. Когда налетала непогода, люди укрывались в бронированных машинах, спасаясь от радиоактивного воздуха.</p><p>Местные жители, судя по тому, что видела Джанин, были жалкой кучкой людей, выживающих вопреки всему, а не процветающих. Они выращивали еду в подземных пещерах и на фермах, отбивались от вторжений Инсектоидов снизу и вынуждены были отдавать большую часть своего скудного урожая на прокорм столицы Техно-Королевы. Их величайшей мечтой было попасть в армию по призыву и наконец обрести хоть каплю стабильности и надежды на лучшую жизнь.</p><p>Внутри толстых металлических стен столицы царил совсем другой мир. Солдаты Техно-Королевы патрулировали улицы в костюмах химзащиты и пародиях на силовую броню, защищённые от большинства известных опасностей. Когда ситуация оказывалась не по силам её рядовым, хозяйка выпускала стальных прислужников для устранения любой угрозы своей власти.</p><p>Жизнь за пределами столицы стоила дёшево, как объяснили встревоженные селяне разведчицам после того, как первоначальный ужас от знакомства прошёл, и обе стороны преломили грибной хлеб над грязными кружками воды, скрепляя мирный договор.</p><p>Деревни и посёлки существовали, чтобы кормить столицу, а не наоборот. Местные мерли сотнями от радиации или исчезали, становясь пищей для опасностей, таящихся в подземельях. Они пользовались устаревшим оружием вместо новейшего снаряжения, доступного в столице. Тем, кому посчастливилось жить на окраине страны, доставалось лучшее здоровье ценой набегов каннибальских банд Искажённых. Те же, кто обитал ближе к цитадели, находились в относительной безопасности, но медленно задыхались в ядовитых туманах, редко доживая до сорока лет.</p><p>Старейшины регулярно приносили себя в жертву, умоляя своих жестоких и глухих богов о спасении народа. Если деревня не могла выплатить подать, её ждала децимация. Когда селяне пытались бежать, стальные прислужники Техно-Королевы безжалостно охотились за ними до последнего, а нескольких пойманных беглецов, доведённых пытками до безумия, проводили напоказ через ближайшие деревни в качестве урока и предупреждения.</p><p>Джанин больше не удивлялась масштабам операций Техно-Королевы. Некоторым людям Нового Мира посчастливилось родиться с усиленными физическими способностями; ещё больше рождалось с изменённой внешностью, государство называло таких людей Новыми Видами. А обычный человек мог родиться с особой Силой. В редких случаях случалось благословение, и новорождённому удавалось получить сразу все три выдающиеся черты. Стерва-королева, правившая этими землями, обладала способностью инстинктивно понимать, как создавать и собирать сложные механические устройства. Её гений не останавливался на этом; он распространялся и на глубокое знание сложного программирования, наделяя её стальных прислужников определённой долей самосознания, достаточной, чтобы те предпочитали не сражаться против сил государства поодиночке, а стягивались в столицу для одного общего натиска.</p><p>Истинный потенциал подобной силы трудно переоценить. Существо, способное решать сложнейшие математические уравнения и создавать инструменты для постройки автоматизированных заводов, штампующих роботов-рабочих. Династ хотел заполучить эту силу для государства. Или, если не выйдет, намеревался покончить с этим правлением и вернуть эти земли человечеству. А чего хотел большой босс, то он и получал. Командующей Разорительнице и Командующему Пожирателю был отдан приказ провести воссоединение. Как обычно, Разорительница вскоре бросила Вторую армию позади, заставив Третью армию рвануть напрямую к вражеской столице.</p></section><section><title><p>Глава 3: Сквозь Ворота</p></title><p>Джанин рванулась следом за Разорительницей, добавив свой яростный вой к вою сестёр. Её короткие ноги топотали по каменистой земле, оставляя глубокие следы, пока стая следовала за ней. Военачальница потянулась за лазерной винтовкой, прицелившись в цель на стене. На близкой и средней дистанции Волкороды предпочитали кускострелы, простое оружие, выпускающее бронебойные осколки. На дальней же дистанции их точность страдала, из-за чего разведчицы и некоторые волчьи ведьмы отдавали предпочтение энергетическому вооружению.</p><p>Взгляд Джанин выхватил дрожащего часового с ракетной установкой. Она нажала на спуск, и поток перегретых частиц настиг снаряд, взорвав его прямо в лицо незадачливому солдату и его товарищам, а тех, кто стоял дальше, превратив в пылающие факелы.</p><p>Мартышкина выстрелила один раз, разорвав пополам охранника. Военачальница расхохоталась, крутанула револьверы и выстрелила снова, уже не убивая по одному, а сметая целые куски парапета и рассчитывая прицел так, чтобы каждая пуля забирала сразу несколько жизней. Она кивнула солдату, поднявшему руки. Офицер попытался казнить мужчину за дезертирство, но её пуля снесла ему голову, пощадив пленника.</p><p>Огненные шары взрывались на стене, устраивая смертоносную купель из обжигающей плазмы, испаряя целые ряды защитников и по пути детонируя их боеприпасы. Из адского пламени поднялась фигура Альфы. Военачальница взобралась на стену одним прыжком, целясь в участок, где силовой щит рухнул под шквалом огня. Плазменные разряды из её перчаток снова изрыгнули смерть, подавляя ответный обстрел мятежников и вынуждая их сосредоточиться на ней.</p><p>Прислужники Техно-Королевы старались изо всех сил остановить их. В стене открылись бойницы, обнажив десятки расчётов, разворачивающих тяжёлое вооружение. Там, где их союзники наверху с трудом сдерживали натиск, эти обрушивали лазерные лучи без всяких помех. Энергия ударяла по Волкородам, плавя куски их брони, обжигая открытые морды до кости, выводя из строя линзы. Но силовая броня государства выдерживала, оберегая наступающую армию, пока та продиралась сквозь шквал огня. Члены стаи помогали павшим товарищам подняться. Если артиллерийский снаряд отрывал воительнице руку или ногу, волчья ведьма хватала раненую и отталкивала назад, а идущие следом Волкороды подхватывали эстафету, отправляя соплеменников в безопасное место и ни на миг не останавливая наступление.</p><p>Кускострелы залаяли. Облако снарядов, летящих со скоростью четыреста метров в секунду, рикошетило от укреплённого камня стены, но сам объём огня компенсировал недостаток точности, отбрасывая солдат на укреплениях, разрывая их тела и выводя из строя тяжёлые энергетические турели. Некоторые волчьи ведьмы использовали свои осколки археотехники, создавая небольшие переносные щиты и формируя мобильные пузыри для защиты передних рядов. Ещё больше воительниц стреляли взрывчаткой или использовали высокопробивное оружие против защитников, предпочитая решать проблему в корне и заслуживать восхищение за уже одержанные победы.</p><p>Джанин ворвалась в главные ворота, отшвырнув их обломки Сказителем. Сам воздух вскрикивал при движении её топора, рассекавшего пополам двух стражников, пытавшихся остановить её наступление. Пули и энергетические лучи из оружия защитников били по броне военачальницы, не в силах пробить метровую толщу пластин. Смеясь подобно злому духу, Джанин врезалась во вражеских бойцов, прокладывая через них кровавую просеку.</p><p>Благословенной Матери нигде не было видно. Кровавая дорога посреди вражеских рядов намекала на направление её дикого марша, но командующая потерялась в свирепом тумане, охватившем её разум, и отправилась на собственную охоту. Племя Волка, ожидая этого, ворвалось в город по приказу Драгены.</p><p>Они разили эффективно, но жутко, разбрасывая оторванные конечности повсюду. Волна неестественного страха прокатилась от Альфы, деморализуя солдат государства и вселяя абсолютный ужас в их противников. Племя выло в хаотичной какофонии; разведчицы стреляли по огням укреплений и бросали дымовые гранаты. Облачённые в чёрное фигуры вырывались сквозь дым, пар поднимался от их голодных морд, красные линзы вспыхивали багрянцем.</p><p>У этой свирепости была причина. Племя Волка превосходно умело ломать волю врага к сопротивлению. До принятия законов войны их волчьи ведьмы нередко похищали налётчиков, сажая их на колья и выстраивая из кричащих тел стену вокруг неприятельских деревень или поселений. Такие варварские времена давно ушли в прошлое, и Джанин по ним не скучала. Было что-то тошнотворное в медленном удушении жизни, даже жизни худшей мрази. Как будто это как-то пятнало её саму.</p><p>Но тот же принцип действовал и здесь. Вражеские силы подготовили вторичные и третичные позиционные оборонительные рубежи за воротами, на склоне, ведущем к городу. Доты и траншеи вмещали солдат, а стрелки на платформах с внутренней стороны баррикад стояли наготове, чтобы вести огонь по наступающим. Они пожали свою долю потерь, сразив два десятка Волкородов одной лишь интенсивностью огня.</p><p>Но по мере того, как жертвы накапливались, сопротивление угасало. Солдаты Техно-Королевы, одетые в костюмы химзащиты и усиленные дополнительной бронёй экзоскелеты, начали оглядываться назад, разделяя схожие панические мысли. Захватчики не останавливаются! Я здесь умру! Я нужен своей семье! Бесполезно; они просто не умирают!</p><p>Таков был боевой дух. Трудно выстроить, ещё труднее удержать. Страх спасал жизни, избавляя население города от участи быть заморённым голодом или уничтоженным бомбардировкой до полной покорности. Чтобы добиться такого результата, Возвратители усилили натиск. Туша Джанин сбила офицера с ног, сломав ему руки одним лишь столкновением. Её локоть ударил, выпотрошив солдата с ракетной установкой. Её телохранительницы, Бездушная и Нетерпеливая, метнулись поверх военачальницы, разрывая людей когтями, как это делали все шаманки. Их пасти щёлкали, отхватывая конечности, и вой шаманок слился с воем стаи.</p></section><section><title><p>Глава 4: Принципы Джанин</p></title><p>Драгена выждала ровно столько, сколько нужно было, чтобы первые ряды охваченных паникой врагов достигли широких улиц города. Это было одновременно последнее предложение пощады и тактический расчёт. Оставь добычу без пути к отступлению, и она оскалит клыки, сколь бы жалкими они ни были. Солдаты в глубинах города видели, как бегут их союзники, слышали леденящий кровь вой нападавших, и у них было достаточно времени для осознания того, насколько стремительно пали внешние укрепления.</p><p>Джанин слышала, как из динамиков, установленных на стенах, вырывались приказы, требующие уничтожать паникующих и бегущих. Но зачастую трудно поднять руку на соседей, кем бы ты ни был. Не открывая огонь по солдатам, покинувшим посты, прислужники Техно-Королевы невольно впервые в жизни ослушались её воли. А один акт неповиновения угрожал повлечь за собой следующий, особенно пока в их головах маячила мысль о спасении через бегство.</p><p>Столица выглядела такой же безжизненной, как земли за стеной. Потрёпанный бетон главных дорог хранил следы тысяч конвоев, доставлявших припасы для поддержания промышленности и людей. Ядовитые реки текли под решётчатыми тротуарами. Горожане обитали в квадратных бараках с наглухо закрытыми окнами, больше похожих на бетонные блоки, выблеванные на землю, чем на места, которые можно назвать домом. Грубые и безликие, эти здания различались лишь идентификационными номерами. Джанин возненавидела их с первого взгляда, но также поблагодарила духов за толщину их стен. Будущие граждане Армии Возвращения были в относительной безопасности от случайных выстрелов.</p><p>Здесь не пестрели вывески магазинов, нигде не мычал тягловый скот, испуганно вырываясь в стойлах от воя сирен. По широким дорогам не метались домашние животные, и лишь в узких оконных прорезях то и дело мелькали испуганные глаза.</p><p>Город не походил на пригодное убежище для населения. Он скорее выглядел разрастающейся индустриальной опухолью, с неохотой принимающей людей лишь ради выполнения квот эффективности.</p><p>Армейские склады и заводы усеивали каждый угол, сливая химические отходы в проёмы. Даже сейчас они работали, несмотря на отсутствие персонала, продолжая штамповать боеприпасы и оружие на конвейерах благодаря автоматическим протоколам.</p><p>— Уничтожать сооружения? — Джанин услышала голос Элед по связи и получила изображение, записанное её линзами. Военачальница подавила дикий порыв и занесла клинок над дрожащим мужчиной, одним из последних охранников, приставленных к небольшому заводу, где жестокие клешни собирали бессознательную женщину в киборга.</p><p>— Отрицательно. Это рискует вызвать цепную реакцию. Пока не трогайте. Инженеры и учёные разберутся с этим позже, — ответила Драгена.</p><p>— Принято. — Плоская сторона косы Элед переломала мужчине руки.</p><p>Джанин действовала согласно собственным приказам, доверив волчьим ведьмам направлять свою стаю. Она чувствовала их беспокойство. Во времена Террифик стая мчалась вперёд единой, слитной рекой, изо всех сил стараясь не отставать от военачальницы. Слишком слабых или медленных бросали. Замысел Террифик игнорировал скрытые вражеские позиции, фокусируясь лишь на том, чтобы заполучить самую крупную добычу и покрасоваться перед другими военачальницами.</p><p>Теперь они сражались иначе. Джанин вела подчиненных с передовой, забирая жизни глупцов, бросавших ей вызов. Взмах её топора отправил турель и изувеченный торс в стену. Выстрел из лазерной винтовки срезал верхушку черепа солдата, превратив серое вещество внутри в пар. Пули отскакивали от её превосходной брони, местами оставляя вмятины. Скорости военачальницы хватало, чтобы уйти с траектории выпущенной ракеты и опередить противников, делая любые попытки сопротивления бессмысленными.</p><p>Нетерпеливая и Бездушная сражались рядом с ней, разрывая мятежников на части и полагаясь на инстинкты, чтобы уклоняться от летящих выстрелов. Волкородам Племени Волка не хватало невероятного восприятия их сородичей. Они не могли видеть пули, зависшие в воздухе, но Благословенная Мать наделила их иным даром. Их инстинкты вспыхивали, предупреждая об опасности, и, доверяя им, Волкороды могли повторять удивительные подвиги своей родни.</p><p>Три Новых Вида. Вот и всё, что потребовалось, чтобы ввергнуть противника в смятение. Её Волкороды хлынули лавиной тьмы, усеянной красными линзами, взбираясь на крыши зданий и сбивая незащищённых врагов залпами кускострелов. Бронебойные осколки оставляли вмятины и порезы на доспехах военачальницы, пока её телохранительницы ловко от них уклонялись. Она находила это приемлемым и завидовала их проворным ногам. Стая работала как единое целое: сильнейшие привлекали к себе внимание, вынуждая врага истекать кровью, пока сотни её воительниц наседали на открытые фланги, обеспечивая убийство.</p><p>Коготь Бездушной промахнулся мимо цели, и вражеский офицер отшатнулся, вскидывая тяжёлый плазменный излучатель. Анисса поспешно выстрелила, взорвав плечо командира, и тот соскользнул через сломанную решётку, упав в химические отходы. Раненый закричал от боли, царапая здоровой рукой стену, пока течение грозило унести его прочь.</p><p>— Прошу разрешения на...</p><p>— Даровано, — одобрила Джанин просьбу Игнация.</p><p>Её малыш прыгнул на живот, скользя к открытой трещине, пока разведчица, отвечающая за его отряд, выстраивала защитный периметр. Богдан схватил его за ноги, и Игнаций поймал офицера, вытащив его из смертоносных вод. Серый костюм химзащиты пленника расплавился, а резина его одежды и металл экзоскелета слились с кожей.</p><p>Нетерпеливая появилась рядом с Игнацием и врезала ему достаточно сильно, чтобы вернуть на ноги, когда её брат потянулся за аптечкой. Волкороды продолжили наступление, оставив дёргающегося, кричащего офицера на попечение сдавшихся врагов. Выживет он или погибнет, зависело от медиков Ледяных Клыков, следовавших в тылу. Пока что Джанин радовалась, что дочь сдержалась и не пустила в ход когти против брата. Игнаций иногда не понимал, что их жестокие инъекции адреналина скорее лопнут сердце Нормала, чем помогут ему хоть чем-то.</p></section><section><title><p>Глава 5: Долг Самцов</p></title><p>Племя Волка не атаковало бездумно. Каждый вектор их штурма был нацелен на устранение одного из самых ценных активов противника, следуя доктрине «перерезания глотки», разработанной Разорительницей, стратегии, призванной снизить потери обеих сторон через подавляющее применение силы. Стоило сломить боевой дух, убить офицеров и захватить оружие, и даже самые фанатичные противники нередко задумывались о сдаче.</p><p>Драгена командовала штурмом с непринуждённой лёгкостью, обращаясь напрямую к разведчицам и волчьим ведьмам, когда считала, что те наступают слишком быстро, и возвращая их в строй одним лишь словом. Через связанные видеопотоки подчинённых военачальница постоянно обновляла данные о позициях врага, отмечая самых харизматичных или способных лидеров среди мятежников для устранения и помогая штурмовым группам находить более безопасные пути в глубь вражеской территории. Её бесстрастный голос усмирял жажду крови даже самых ретивых стай, обеспечивая безопасность сдающихся врагов. Её острый ум направлял артиллерийский огонь, ограничивая потери среди гражданских. Руководство Драгены удерживало линию Возвратителей нерушимой, равномерно распределяя силы для захвата ценных целей.</p><p>Даже сами военачальницы принимали её сдерживающую руку, поскольку Драгена пользовалась полной поддержкой Разорительницы. Из-за этого Джанин задавалась вопросом, почему её наречённая сестра доверила именно ей решение о помощи союзницам, вместо того чтобы просто приказать это сделать. Она была чем-то отвлечена? Или её считали слабым звеном и проверяли?</p><p>Эх, к чему об этом беспокоиться.</p><p>Перед вторжением Драгена использовала наркотики, чтобы развязать языки пленникам и выяснить общую планировку столицы, а также расположение заводов, подземных бункеров и оборонительных сооружений. Однако, несмотря на препараты, захваченные языки так и не выдали никаких сведений о самой Техно-Королеве. Драгена проигнорировала предложения выбить ответы силой, заверив командующую, что их враг не доверяет собственным офицерам. По её теории, у тиранши не было единого места власти. Она нерегулярно меняла своё убежище, чтобы избежать покушени.</p><p>Джанин обожала этот элемент неопределённости. Её стая получила задачу захватить возвышающуюся башню в восточной части города.</p><p>Этот невероятно высокий столб отвечал за связь, и шансов на то, что приз находится именно там, было немного... Но азарт возможной славы подгонял военачальницу, точно инъекция адреналина. Разорительница, Зеро и Альфа всегда были теми, кто расправлялся с сильнейшей добычей. Что, если она первой присоединится к их рядам? Джанин, Убийца Королевы. Низвергательница Правительницы... Она полагала, что Мартышкина, должно быть, думает о том же самом, судя по тому, как настойчиво продвигалась её стая.</p><p>Управляемая ракета пролетела над зданиями, ударив по стае. Взрыв пробил броню самца, разорвав его органы и убив солдата. Взрывная волна отбросила Богдана и одну из воительниц кувырком прямо в лапы союзниц. Воительнице досталось особенно тяжело, её ступня ниже щиколотки исчезла.</p><p>Нетерпеливая завыла и, оттолкнувшись от стены здания, точно от трамплина, прыгнула высоко вверх, приземлившись среди перезаряжающихся защитников. Там, где Джанин сражалась методично, с максимальной эффективностью используя и дальнобойное, и ближнее оружие, Нетерпеливая превратилась в вихрь стремительного насилия.</p><p>Ни одна шаманка никогда не пользовалась дальнобойным оружием или клинками; им были нужны лишь собственные когти и клыки. И теперь челюсти шаманки сомкнулись на кричащем мужчине, перекусив его пополам и выплюнув останки в стражников, пока она мчалась вокруг них. Она рассекала противников на части, усиливая хаос и швыряя изувеченные тела на землю.</p><p>Джанин обратила тревогу за сына в силу, рассекая надвое стража перед собой и посылая вперёд порыв ветра, достаточно мощный, чтобы сбить ещё нескольких с ног. Волкороды вокруг неё завыли, наполняя воздух песнями ярости, и открыли огонь из кускострелов, превращая противника в кровавое тряпьё. Игнаций помог Богдану подняться, и вместе оба самца отстреливали противников, пытавшихся выстрелить в спину сестре.</p><p>— Довольно, — приказала Джанин, остановив шаманку, когда та резала мятежников, падавших на дрожащие колени.</p><p>С прорывом ещё одной линии обороны Драгена прислала сообщение с приказом остановиться. Джанин воспользовалась моментом, чтобы назначить раненых Волкородов связывать пленников и отправлять их в тыл, где их примут под охрану Ледяные Мальчишки.</p><p>Из любопытства Игнаций стянул капюшон с головы одного из стражников, обнажив лицо, покрытое химическими ожогами, копну спутанных пепельных волос с проплешинами, бледную кожу в пятнах крупных красных точек и потрясённое выражение широко раскрытых глаз. Женщина закашлялась, не в силах справиться с загрязнённым воздухом, что побудило Аниссу натянуть капюшон обратно и отвесить Игнацию подзатыльник.</p><p>— Они даже в собственном городе жить не могут, — Анисса сплюнула на землю, поправляя респиратор пленницы. — Дыши, — велела она стражнице. — Успокой сердце. Твоя война окончена, гражданка.</p><p>— Формально, раньше они могли, Нисси... Волчья ведьма! — быстро поправился Игнаций под взглядом Аниссы. — Насколько нам известно, двадцать один год назад люди в этом районе жили нормально, почти без нужды в противогазах. Хотя, не пойми меня неправильно, не всё было безоблачно, Пустоши остаются одним из самых заражённых регионов...</p><p>— К делу, самец, — рявкнула Нетерпеливая. — Договаривай, пока мы тут в пепел не рассыпались.</p><p>Она подняла Богдана, обнюхала его и опустила обратно. Затем прокралась к раненой воительнице и взглянула на военачальницу. Джанин кивнула, следя за улицами. Изувеченная самка попыталась возразить, но коготь под челюстью быстро её усмирил, и недовольная воительница согласилась отправиться на лечение.</p><p>Сама Джанин не возражала против длинных объяснений Игнация. У её любопытного мальчика неожиданно находилось множество интересных историй для затворника.</p></section><section><title><p>Глава 6: Стальные Слуги</p></title><p>Земля взорвалась, сопровождаемая треском рвущейся решётки, и сокрушительный удар отшвырнул военачальницу назад. Из глубины поднималась тварь размером с боевой танк, покрытая промышленной грязью. Её тело представляло собой жуткое нагромождение бронзовых и железных пластин рыжевато-коричневого цвета. Зверь выскакал из ямы на четырёх могучих ногах, его копыта крушили куски камня размером с человека одним махом. Военачальница устояла на ногах, восстановив равновесие. Её Сказитель встретил могучие рога, высекая искры, но мощь твари отбросила её обратно в ряды собственных воительниц.</p><p>— Рассредоточиться! — взревела Джанин, озарённая фиолетовым светом линз существа.</p><p>Из стилизованных ноздрей вырвался поток перегретого воздуха, раскаливший броню Джанин докрасна и убивший воительницу, которая успела оттолкнуть самца и разведчицу в безопасное место. Женщина просчиталась: она полагала, что её броня выдержит простое пламя, но жар, обрушившийся на неё, проник сквозь все защитные меры. Несмотря на автоматическую герметичную блокировку костюма, рассчитанную на защиту от экстремальных температур, смерть всё же настигла её, заживо сварив гордую Волкороду.</p><p>Джанин одной рукой упёрлась в робота, а локтем другой ударила назад, в ближайших соратников, треснув нагрудник разведчицы и послав самку назад подобно пушечному ядру. Воительница проявила образцовую сообразительность, хватая других Волкородов прямо на лету и оттаскивая их прочь из этого ада. Внешние ожоги не представляли для них смертельной опасности. В юности, будучи разведчицей, Джанин однажды полностью погрузила левую ногу в химическую лужу по глупости, потеряв большую часть кожи и меха на конечности. Она преспокойно восстановилась после этого за несколько месяцев.</p><p>Но этот кипящий жар разрывал лёгкие её воительниц, губил глаза, уничтожал внутренние органы. Она едва не поскользнулась, когда мостовая начала плавиться.</p><p>Наконец она разглядела нападавшего получше. В детстве её приёмный отец часто читал ей из книжки-раскраски с изображениями давно вымерших животных. По сей день эта книга оставалась одной из самых дорогих её сокровищ, даже после возрождения Сети.</p><p>И то, что стояло теперь перед ней — вплоть до мышц и хвоста, оставлявшего глубокие борозды на стене здания хлёстким касанием, — было, без сомнения, быком. Стальным быком, искусно созданным, ростом выше дота. Мартенситная сталь покрывала каждый дюйм его тела; более лёгкие круглые пластины защищали суставы, где двигались шестерни крупнее человека, поддерживаемые волоконными мышцами из неизвестного материала. Его стальные губы прогрохотали вызывающий рёв такой мощи, что он вбил одного стального прислужника в землю, порвал барабанную перепонку стражнику и треснул линзу Джанин.</p><p>Стальной бык взвился на дыбы и обрушил копыта на барахтающуюся Джанин. Увязнув в расплавленной жиже, военачальница потеряла опору, и многотонные конечности рухнули вниз, прижав её к земле. Крепкий. Джанин застонала, получая вспыхивающие отчёты о вмятинах и порезах в броне. Волкороды открыли огонь, но их осколки лишь царапали латунную шкуру.</p><p>— Это не обычный металл, волчья ведьма! — выкрикнул Игнаций.</p><p>— Целься в суставы! — скомандовала Анисса.</p><p>Стая стреляла по открытым участкам без толку, так как энергетические пузыри вспыхнули, защищая механизмы. Голова быка качнулась, разглядывая насекомых, посмевших вмешаться в его битву. Огни его линз засветились ещё ярче, ослепляя сполохами, и Нетерпеливая, повинуясь инстинкту, схватила нескольких воительниц, оттащив их прочь.</p><p>Анисса не успела сделать то же самое. Мгновенно пересекая расстояние, чистые лучи света вырвались из линз зверя после многосекундного накопления энергии. Но Анисса не заметила Игнация слева от себя, не успев увидеть его вовремя из-за отсутствующего глаза. Волчья ведьма на миг замерла, и этого хватило, чтобы пострадал её брат. Луч поглотил правую руку Игнация, испарив её почти до самого плеча, и прошёл дальше сквозь мальчика, рассекая двух воительниц и самца, стоявшего позади него, убив их мгновенно.</p><p>Нет. Джанин почувствовала, как внутри неё вскипает ярость, ярость, которую она в последний раз испытывала во время своего рангового поединка за титул военачальницы. Эта жестянка убила её воительниц; она посмела превратить её мальчика в Калеку! Мир остановился. Тело Джанин онемело, и давящий вес исчез. Красноватые точки заполнили её взгляд, и она обнажила клыки. Разрушение. Ничто, кроме полного уничтожения, не годилось; не будет ни пощады, ни прощения за это оскорбление. Она сотрёт эту игрушку и её создательницу с лица планеты!</p><p>— Сестра... — Она замерла, услышав голос давно умершей женщины.</p><p>За спинами замерших Волкородов прошла фигура, появляясь в узких промежутках между воительницами. Ростом с Джанин, голова пришелицы была навечно скошена набок, позвонок пронзал шею, засохшая кровь и белые, разлагающиеся мышцы покрывали торчащий осколок выступающей кости. Безжизненные глаза нашли Джанин, и уголки её разорванных, истрёпанных губ дрогнули в отвратительной улыбке, обнажив слишком много крошечных клыков во рту. Джанин узнала её, узнала вмятину, которую сама оставила на голове этой самке, рана до сих пор сочилась мозговым веществом. Женщина походила внешностью на истощенную жертву голодания, грудная клетка на худом теле грозила вырваться из объятий плоти. Её многосуставные пальцы, слишком длинные для обычного Волкорода, поманили Джанин.</p><p>— Сдержанность... — прохрипела военачальница Террифик, возвращая мир к жизни. Волкороды сражались с прислужниками, уклоняясь от летящих ударов и стреляя в ответ, пробивая дыры в противниках. От призрака её приёмной матери не осталось и следа.</p><p>Джанин сглотнула, изгоняя видения. Здесь не было никакой Террифик; почтенная военачальница погибла много лет назад из-за незрелой ошибки самой Джанин. Она надавила на копыто быка вверх, услышав, как завизжали серводвигатели её силовой брони от натуги. Бык над ней содрогнулся, один из его глаз взорвался, и рёв негодования сорвался с его губ. Машина пошатнулась назад, из разбитого глаза хлынули струи масла вперемешку с тонким предметом.</p></section><section><title><p>Глава 7: Техно-Королева</p></title><p>Массивные ворота, ведущие внутрь шпиля, выдержали и обстрел кускострелов, и кислотные гранаты. Анисса даже попыталась процарапаться сквозь них когтями, но на поверхности не осталось ни царапины. Сказитель подарил стали поцелуй, вмяв тонны металла внутрь, и Джанин встретил автоматический огонь защитников. Пули сыпались, точно галька, по её броне, и она отметила присутствие пятидесяти человек. Она схватила одного и выругалась, когда пленница взвыла от боли, а зелёная ткань её плаща вспыхнула. Кулак Джанин сомкнулся, оборвав её жизнь. Чёрт, броня всё ещё была раскалена. Сдержанность! Сдержанность, идиотка! Эти люди ничего не сделали твоей стае, никаких пыток!</p><p>Она протиснулась внутрь, расширив трещину во входе, обезглавив трёх охранников и убив четвёртого возвратным взмахом навершия топора. Шаманка рванулась в самую гущу, перепрыгнув через военачальницу и заблокировав часть пуль. Она схватила солдата и откусила ему голову, театрально пережёвывая плоть, пока красные брызги усеивали шлемы остальных охранников.</p><p>— Шаманка, — вздохнула Джанин, удержавшись от того, чтобы расплющить обезоруженного солдата. Её дочь успела насадить двух охранников на когти и теперь тянула хрипящих мужчин к своим челюстям. — Каннибализм запрещён.</p><p>— Благословенная Мать этим занимается, — ответила Нетерпеливая, пожирая внутренности.</p><p>— А если Разорительница снова нырнёт в плазму, ты последуешь её примеру, шаманка?</p><p>— Возможно. Зависит от того, прикажет мне Благословенная Мать или нет.</p><p>Чёрт, как же ты меня иногда бесишь, Йеннифер. Джанин устало усмехнулась. У неё самой была слабость к человеческой плоти. В каком-то смысле это укоренилось в её психике с первых дней, когда её бросили в ямы и она впервые попробовала плоть детёнышей. В те тёмные дни бои в ямах нередко заканчивались смертью; такова была просто природа вещей. Ты отнимал жизнь; ты её съедал; и ты нёс погибшего соплеменника внутри себя. Эти обычаи всегда ужасали Ледяных Клыков, которые держали своих детёнышей подальше от племени, изнеживая их.</p><p>Нормалы считали поедание погибших врагов чем-то отвратительным, и Династ поддержал их желание, запретив употребление человеческой плоти по всей стране. Глупцы. Не то чтобы Племя Волка пожирало пленных. Мясо есть мясо. Но приказ есть приказ, каким бы идиотским он ни был. Если большой босс и Благословенная Мать хотели, чтобы они прекратили есть человеческую плоть, Джанин старалась следить, чтобы её воительницы следовали четким указаниям.</p><p>— Хватит. — Лезвие Джанин коснулся шеи шаманки, и её девочка выронила тело из лап, голодно поглядывая на остальных.</p><p>Сопротивление врага прекратилось, когда в бой вступили Анисса и её разведчицы. Окружённые великанами в тёмной силовой броне, свидетели их превосходящей скорости и силы, охранники бросили оружие и подняли руки. Джанин ничего не сказала обеим своим дочерям, а направилась прямо к мужчине, чей костюм нёс знаки различия офицера, фиолетовый плащ, украшенный золотой короной. Джанин сунула морду прямо к его лицу, наслаждаясь страхом в его глазах при виде своих клыков, и решила не хватать его.</p><p>— Веди нас к королеве, человечек.</p><p>— Только если пообещаете п-пощадить моих солдат, — заикаясь, пробормотал охранник, стуча зубами от ужаса.</p><p>— Обещаю. Если это будет в моих силах, я обеспечу безопасность твоих солдат, даже ценой собственной шкуры. — Джанин перестала его запугивать. Верность своим была своего рода благородством, которое она могла уважать.</p><p>Она назначила двоих воительниц ухаживать за ранеными, а остальные сопроводили их дальше. Пока они проходили по стальным коридорам, тускло освещённым жёлтым светом, Джанин всё ещё чувствовала едкое зловоние, висевшее в воздухе. Рабочие и слуги, мужчины и женщины в белых, жёлтых и зелёных костюмах химзащиты, трудились в мастерских, собирая энергетические винтовки и экзокостюмы. От них разило страхом.</p><p>— Кто они? — поинтересовалась Джанин. Цвет костюмов различался, но одна деталь оставалась неизменной: железный ошейник на шее каждого. Военачальница схватила ближайшего рабочего, притянув подростка ближе. — Что означает это железо? — спросила она, постучав по устройству.</p><p>— Пожалуйста. — Подросток разрыдался, вызывая в ней отвращение своей слабостью. Ошейник издавал гудки, постепенно учащавшиеся. — Пожалуйста, пожалуйста, отпустите меня; я буду хорошим; я не нарушал никаких правил, я не...</p><p>— Отпусти его!</p><p>Рык Джанин утихомирил её стаю, пока офицер дотянулся до пистолета и выстрелил ей в запястье. Луч не причинил вреда; её лапа оттолкнула подростка обратно на место, и она уставилась на капитана. Гудки прекратились.</p><p>— Эти люди, механики и инженеры. Они получили надлежащее образование в профессиональной школе ремёсел Её Превосходительства. — Офицер отвёл взгляд и поднял руки, успокаивая рабочих. — Её Превосходительство дала им многое, поэтому если кто-то из них попытается сбежать, не расплатившись, взрывной ошейник сработает.</p><p>— И сколько им нужно, чтобы выкупить свою свободу? — спросила Джанин.</p><p>— Пока не умрут, — ответил офицер. — Знание, самая ценная вещь на свете, а Всевидящее Величество владеет секретами своего ремесла.</p><p>Я бы сразу оторвала себе голову. Или занялась саботажем производства, вместо траты жизни в рабстве. Решила Джанин и вызвала Драгену. — Доклад, сестра. Владения Техно-Королевы полны рабов. Проследи, чтобы никто не пытался выгнать их силой. Запроси немедленную помощь капитана Кристобо и Игрит для разминирования. — Она передала видео, записанное её шлемом.</p><p>— Прин...</p><p>— Беспокоишься о безопасности слабых? Как скучно. Я надеялась, что твой род окажется практичнее, — произнёс женский голос сквозь помехи, прервавшие Драгену.</p><p>— Кто ты? Как ты попала на защищённый канал? Назовись! — потребовала Джанин.</p><p>— Не кипятись, мутантка, — рассмеялась незнакомка медовым голосом. — Это ведь ты явилась на шесть минут позже ожидаемого. Ты сейчас в моих владениях. Здесь нет ничего, что было бы мне неподвластно. Поторопись, или мне активировать пару ошейников, чтобы подстегнуть тебя?</p></section><section><title><p>Глава 8: Против Техно-Королевы</p></title><p>Военачальница едва успела договорить, как сверху обрушилась атака. Золотой диск сорвался с потолка, по его гладкой поверхности пробежала рябь, из неё выдвинулись шестерни, и круг обратился в человекоподобную фигуру, размером сравнимую с ней самой. Согнутые назад суставчатые ноги ударили, и она позволила столкновению швырнуть себя в перекат, уклоняясь от клинковых рук, нацеленных ей в шею.</p><p>Пинок дал ей нужное расстояние, и она парировала клинки, поймав их на древко Сказителя. Тут же робот-противник ударил снова, используя ногу как руку. Три когтя сомкнулись на её колене, сминая металл и пытаясь дёрнуть военачальницу в сторону. Джанин ответила, сократив дистанцию, оттолкнув клинки вверх и ударив машину головой.</p><p>Та воспользовалась её коленом как трамплином для смягчения удара, отпрыгнула назад и приземлилась на одну ногу. Их танец возобновился. Финт правым клинком должен был скрыть настоящий выпад золотого противника. Джанин уклонилась от основной угрозы и локтем сбила клинок вниз. Она наступила на его плоскую поверхность, обрушив Сказителя на левый наплечник машины, разрубив его, и раздавила зажатое лезвие пополам тяжёлым топотом. Инстинкты Джанин спасли её артерии, когда две конечности выстрелили из бочкообразной груди, их лезвия оставили глубокие порезы на её горжете. Машина намеренно вывернула собственную конечность, пожертвовав оружием ради свободы, и крутанулась вправо, избежав основной силы удара, но всё же приняв часть на себя. Она разменяла оружие и плечо на шанс добраться до её шеи.</p><p>— Неплохо, — сказала Джанин золотому роботу. — Но сюрпризы работают только один раз.</p><p>Они начали третий обмен атаками, высекая искры при столкновении оружия. Джанин перешла в оборону, изучая движения и стиль противника. Машина была быстрой, легко сравнявшись с её скоростью, но её прочность не соответствовала уровню. Поршни, шипящие провода и смещающиеся шестерни виднелись сквозь прореху в плече. Постоянный град выпадов напомнил Джанин о начинающем мечнике из Ордена Ледяных Клыков. Они спарринговали ради забавы; Джанин пользовалась дубиной, а парень, двумя клинками. На протяжении всей дуэли он использовал одни лишь колющие выпады, пытаясь заставить её кровоточить, и сдался лишь после того, как она сломала его оружие. Это было приятное развлечение, так что Джанин даже не укусила его; она сама перековала сломанные клинки, подарив рыцарю-капитану двуручный меч взамен утраченных фамильных реликвий.</p><p>Этот золотой бот применял похожий шаблон. У него были начальные знания о финтах и обманных манёврах, а использование ног было довольно неортодоксальным. Каждый раз, когда его клинки захватывали топор Джанин, он пытался ударить ногой, целясь когтями в треснувшие участки её брони. Но этот стиль делал его предсказуемым. Джанин нарочно позволила захватить топор и пнула прежде, чем машина успела среагировать. Её когти вырвали металл из золотого запястья и отправили робота кувырком в стену, с четырьмя рассеченными отметинами на бочкообразной груди. Укол раздражения пронзил ногу военачальницы. Пинок раздробил когти на её указательном и среднем пальцах ноги, и с каждым следующим шагом белые и красные осколки, точно лепестки цветка, осыпались со ступни.</p><p>— Может, нарастим веселье? — спросила Техно-Королева.</p><p>— Мы веселились? Я думала, любезная хозяйка просто устроила нам разминку перед настоящим испытанием, — поддразнила Джанин.</p><p>Тиранша щёлкнула пальцами.</p><p>Оставшиеся диски упали с потолка, превращаясь на лету в те же человекоподобные фигуры, только меньшего размера и другого цвета. За исключением габаритов, роботы выглядели идентично: те же тонкие конечности без резких изгибов, кроме наплечников, те же четыре клинковые руки и ноги, оканчивающиеся когтями. Четыре линзы на их маленьких округлых головах отслеживали каждое движение противника.</p><p>Они окружили её. Джанин заметила, что коричневые машины двигались медленнее. Та, что за спиной, атаковала выпадом, вынуждая её отступить, пока вторая пыталась захватить её топор, создавая брешь для золотого робота. Значит, он ваш лидер. Джанин вдыхала, выдерживая размытые стены надвигающихся ударов, блокируя, парируя, уклоняясь. Эти машины толкали её к пределу, вгоняя в транс, где она двигалась по течению, выискивая брешь.</p><p>Она не могла найти зацепку в их слаженной работе. Каждая контратака блокировалась, каждая попытка разделить противников пресекалась. Джанин даже попыталась старый метод, прижаться к стене, но коричневый бот прыгнул на неё, полагаясь на товарищей, чтобы занять Сказителя. Машина закрепилась магнитными замками, оценила обстановку и оттолкнулась от поверхности в момент, когда представился шанс. Она оставила длинную прореху на боку Джанин, пока та сбивала другого врага, вырываясь из потенциальной ловушки. Их слаженность была весьма приемлема.</p><p>— Полагаю, закуски пришлись вам по вкусу? — осведомилась Техно-Королева.</p><p>— Ещё как. Было бы... — Порез едва не пришёлся ей по лодыжке. — ...эгоистично захапать всё себе. Волчья ведьма, шаманка! — позвала Джанин. Её топор врезался в клинки золотой единицы, и сам вес её тела оттащил их прочь. Время для равновесия пришло и прошло.</p><p>Её дочери сражались спина к спине, сбивая автоматов с толку боковыми уклонами и сменой противников прямо посреди боя. Нетерпеливая прижала верхние конечности своего оппонента и откусила голову роботу, прежде чем свалить его жестоким пинком в живот, в итоге выпотрошив бронзовое брюхо.</p><p>Машина стала неповоротливой, страдая от внутренних повреждений. Джанин воспользовалась этим, нанеся перекрёстный порез, глубоко рассёкший противника. Золотой бот содрогнулся, всё ещё пытаясь атаковать, несмотря на вскрытую грудь и осыпающиеся шестерни. Второй удар покончил с ним, разрубив болванчика пополам в поясе. Обе части рухнули на пол, изрыгая струи дыма и искусственные мышечные волокна. В окулярах угас свет.</p><p>Её дочери сражались спина к спине, сбивая машины с толку боковыми уклонами и сменой противников прямо посреди боя. Нетерпеливая прижала верхние конечности своего противника и откусила голову роботу, прежде чем свалить машину жестоким пинком в живот, в итоге выпотрошив бронзовое брюхо.</p></section><section><title><p>Глава 9: А Что Если Нет?</p></title><p>— Наконец-то! — Техно-Королева зааплодировала. — Знаменитая Разорительница. Я изучала тебя некоторое время и полагаю, что мы с тобой во многом похожи. По правде говоря, я ожидала тебя куда раньше. Что ж, полагаю, могу простить некоторые отклонения от графика. Мы обе настрадались...</p><p>— У меня нет времени слушать твои слёзные истории, тиранша, — сплюнула Разорительница, встав на четыре конечности.</p><p>Прародительница вытерла слюну с подбородка и глубоко вдохнула, закашлявшись, когда эмоции захлестнули её разум. Пар взвивался из её пасти, на миг заволакивая глаза. Джанин поднялась на лапы, осознав, что её саму больше ничего не тревожит. Рядом командующая содрогалась в судорогах, перенося невыразимые страдания.</p><p>Джанин воспользовалась передышкой, метнув топор в безумицу. Он пролетел через зал, срикошетил от барьера вокруг трона и по дуге упал к лапам Разорительницы. Один-единственный стук когтя лидера заставил военачальницу вытянуться по стойке смирно. Не обращая внимания на собственные раны, она больше не смела вмешиваться в охоту.</p><p>— Чья бы корова мычала. — Техно-Королева тонко улыбнулась. — Если я тиранша, то то же самое можно сказать и о твоём собственном хозяине, псина.</p><p>— Династ, благосклонный диктатор, взявший на себя задачу приносить процветание туда, где его нет. Мир доказал свою неспособность выживать без твёрдой направляющей руки. Он всего лишь принял на себя благородный и необходимый долг. Ты же, пиявка, высасывающая жизнь из всего вокруг ради удовлетворения собственного тщеславия, оставляющая за собой лишь оболочки зарождающейся цивилизации. Вы двое не одно и то же, — спокойно ответила Разорительница, стряхивая боль, точно воду с меха. Она взглянула на изувеченных пленников, застрявших в упряжах. Её янтарные глаза вернулись к фигуре на троне. — Какая же ты глупая. Тебе дали ни с чем не сравнимый дар, а ты растратила его, подпитывая своё мелочное желание мести...</p><p>Техно-Королева нахмурилась, глядя, как Благословенная Мать беспрепятственно проходит сквозь стену вибраций. Корка засохшей крови и редкие обломки разбитой техники, налипшие на её мех, рассыпались в пыль, на миг подарив ей красновато-серый ореол.</p><p>— Даже сейчас искупление было бы возможно, встреть ты итернийского ангела. Она бы разделала тебя до потери сознания, а затем сопровождала на каждом шагу твоей реабилитации. И, быть может, настал бы день, когда ты нашла бы счастье через покаяние, присоединившись к восстановлению нашей израненной планеты и исцелив этим пустоту в собственном сердце. Люди меняются, и что бы ты ни думала, в глубине души ты всё ещё человек, в отличие от меня. — Разорительница хрустнула шеей. Раздавшийся треск был громче автоматной очереди. — К несчастью для тебя, чудовище нашло тебя первым. Чудовище, которому ты бросила вызов.</p><p>— Пытаешься довести меня до слёз скукой? — спросила Техно-Королева.</p><p>Щелчок её пальцев вмял пол под Благословенной Матерью, когда гравитационный генератор обрушил на её тело неимоверный вес. Чёрный мех местами разошёлся; рябь покрывала её кожу, будто тысячи кулаков барабанили по ней. Джанин наблюдала за этим с тревогой, представляя, как дыхание с трудом вырывается из губ командующей, как обращённая вспять гравитация гонит кровь назад по жилам, как давление в сотни тонн насилует каждый орган и капилляр.</p><p>Разорительница сделала ещё два шага. Она облизнула губы и произнесла:</p><p>— Вот в чём проблема с такими, как ты. У тебя была тяжёлая жизнь, как жаль, как грустно. Но ты никогда не задаёшь себе простых вопросов. A что, если нет? Что, если бы я не мстила бездумно непричастным и отказалась почитать тех, кто ранил меня, становясь их улучшенной версией? Что, если мой чрезмерно сложный план рухнет от простого проявления грубой силы, потому что я, в своём высокомерии, не учла чего-то? Кто поймает меня, когда я упаду?</p><p>— Читаешь мне лекции, тварь? — рассмеялась Техно-Королева. — Что ж, может, всё так, но в отличие от твоего драгоценного Династа и тебя самой, меня будут помнить, псина. — Голографический экран замерцал, показывая город и осаждающую его со всех сторон Третью армию. — Ты когда-нибудь задумывалась, почему, зная о твоём прибытии и твоей армии, я осталась здесь вместо того, чтобы бежать? Потому что я хотела, чтобы ты оказалась именно здесь! Я заложила плазменную бомбу, достаточно мощную, чтобы стереть этот жалкий город вместе со всем в радиусе десятков километров! Неважно, насколько ты прочна, чудо; чистый жар тебя ионизирует. Выживу только я, защищённая щитом, паря на силовом поле, и когда пыль осядет, я соберу вещи. — Она любовно погладила базы данных. — Сила, лишь средство для достижения желаемого, мой заблудший пёсик. И моя нынешняя цель твоё убийство. А после? Кто знает? Может, поступлю на службу к Династу и захвачу власть изнутри. Быть провозглашённой святой за восстановление мира, звучит довольно заманчиво.</p><p>Джанин хотела броситься вперёд и разбить лапы о неуязвимый щит вокруг женщины. Она завыла, бессловесным потоком стыда за неспособность уберечь свою стаю и гражданских, которых они не сумели спасти. Она бросилась обнять Нетерпеливую и Аниссу, готовясь сказать то, что всегда чувствовала в сердце, обратиться к своим разведчицам, извиниться за каждую вину...</p><p>Разорительница подступала ближе. Лицо Техно-Королевы изменилось, пока она смотрела на свой трон. Высокомерие сменилось недоумением. Её палец продолжал давить на кнопку, с каждым нажатием становясь всё нервознее. Она схватила терминал, её дрожащие пальцы яростно листали что-то.</p><p>— Что происходит? Где...</p><p>— В мезосфере, — ответила Разорительница. — Я почуяла, что здесь замешана какая-то вонючка. Зачем кому-то столько токсичных отходов и открытого топлива в столице? Я доверилась своей интуиции, пошарила вокруг, нашла твою бомбу и пинком заслала её выше облаков, прежде чем ответить на твой вызов. Твой жалкий погребальный костёр не состоится. — Она приподняла голову, к чему-то прислушиваясь. — Бум.</p><p>Оранжевое зарево вспыхнуло сверху, отбросив ослепительную вспышку, на миг изгнавшую ночь и обнажившую уродство расползшейся промышленности и полное запустение за пробитыми городскими стенами. Обрушился шторм, сметая зловонные клубы дыма. Он быстро терял силу, посылая по улицам лишь порывы ветра, но обе враждующие стороны смотрели вверх, на угасающее искусственное солнце, вознёсшееся так невозможно высоко.</p></section><section><title><p>Глава 10: Перевёртыш и Место Самца</p></title><p>Джанин безжалостно топнула, вминая содрогающуюся в конвульсиях Волкороду в мостовую. Она усиливала давление, напрягая собственные мышцы, пока меньшее тело под её лапой дёргалось, а черты самки искажались. Серия щелчков сопровождала стремительное удлинение и сжатие её пальцев; грудная клетка срасталась и вновь распадалась, тревожа даже военачальницу жутким зрелищем костей, свободно перемещающихся под шкурой. Они напоминали бледных пиявок, извивающихся в трупе.</p><p>Но хуже всего было то, что Джанин приложила усилие, достаточное, чтобы искалечить или обездвижить обычную волчью ведьму, а бедная девочка даже не харкнула кровью.</p><p>— Марти, — сказала Джанин, из последних сил удерживая волчью ведьму прижатой. — У нас мало времени.</p><p>Напряжение пропитало кровью её повязки. Бездушная едва не силой запихнула ей в рот питательный паёк, приготовленный Богданом, и заставила выпить подслащённой воды, прежде чем выдать Джанин простую кожаную куртку и мешковатые штаны, подходящий наряд, чтобы больше не раздражать воспалённые импланты. Гравитация и правда взяла своё, и, хотела Джанин того или нет, визит к кибернетику теперь стал обязательным. Кабель, соединявший её с силовой бронёй в позвоночнике, взорвался при отключении.</p><p>— Знаю, — сказала Мартышкина, единственная из четырёх военачальниц, всё ещё облачённая в полное боевое снаряжение. Она опустилась на колени, взяла голову волчьей ведьмы, прижала её к груди и запела колыбельную. Первые лучи солнца сверху заплясали на вмятых пластинах и отразились в её слезах.</p><p>Меньшая Волкорода сглотнула, обретя толику здравого рассудка. Джанин видела их сходство, несмотря на обильный пот и искажённые черты волчьей ведьмы. Там, где янтарные глаза Мартышкиной горели, точно затенённые лампы, в глазах её дочери тлели огни, разгорающиеся всё ярче с каждой секундой, грозя превзойти материнские.</p><p>Если бы только это было так. Рот волчьей ведьмы растянулся до самых висков. Трещина не прокладывала себе путь сквозь плоть и кость, кожа просто раздвигалась в стороны, формируя более крупную пасть. Джанин схватила морду и удержала челюсти сомкнутыми, положив дрожащую лапу на плечо военачальницы и отдёрнув её, когда когти, слишком крупные, чтобы уместиться внутри пальцев жертвы, прорвались наружу.</p><p>Мартышкина проигнорировала опасность, улыбнулась младшей самке и продолжила петь. Для существа настолько огромного, как она, голос звучал мягко и нежно, тоном, которым она успокаивала своих сыновей после особенно унизительного поражения в ямах. Обычно жизнерадостная песня, призванная вдохновить детёныша на грядущие дни, теперь звучала торжественно, срываясь в последнюю печальную мелодию, словно для утешения смертельно раненной соратницы.</p><p>Джанин решила, что это не так уж далеко от истины. Волкорода становилась всё больше и больше; стон боли сорвался с её губ, когда позвоночник раскололся и выступил наружу, вмещая новое, гигантское тело. Её великолепный мех начал выпадать, и женщина снова заплакала, горюя о разрушении собственного облика. Грудь вздулась, напрягая мышцы Джанин.</p><p>— Что это значит? — гортанно спросила Истерзанная, приближаясь к группе в сопровождении Нетерпеливой и Марко.</p><p>— Освобождение, — ответила Джанин.</p><p>Истерзанная исчезла, двигаясь слишком быстро для обычных глаз. Джанин уловила резкий переход от спокойствия к ярости; её глаза заметили блеск когтей верховной шаманки, когда та попыталась отбросить её прочь от будущего божественного зверя. Истерзанная врезалась в скрещенное оружие военачальниц Элэд и Предайг.</p><p>У Элэд, представительницы второго поколения, отсутствовала половина морды, обнажая часть носовой полости навстречу воздуху, отчего казалось, будто она вечно ухмыляется. Огромная коса, выкованная из останков разрушенного ползуна, служила ей оружием. Многие Волкороды племени считали Элэд странной, но никто не осмеливался сказать это ей в лицо.</p><p>На войне она превращалась в ураган неистовой ярости, пожинающий жизни всех перед собой, часто теряя себя в том же безумном тумане, что и Разорительница, в итоге оказываясь по уши в крови и внутренностях и раскатисто хохоча на всю округу. В мирное время она вела тихую жизнь, тщательно вычёсывая паразитов из меха и знакомя своих девочек с чудесами цивилизации, заказывая настоящие платья для семьи и торты для своих мальчиков. Она также купила арфу и пыталась освоить игру на ней.</p><p>Племя считало такое поведение слабостью, но последняя шаманка, осмелившаяся упрекнуть военачальницу за это, в итоге получила сломанные ноги, прежде чем Элэд одну за другой выдрала её клыки и целый год носила их как ожерелье, пока Зеро не убедила её помириться с шаманками. Элэд утащила изувеченную шаманку к врачу, оплатила замену утраченного и впоследствии пригласила её стать своей телохранительницей, уладив кровную вражду. Свет в её глазах был самым тусклым в племени, уступая разве что глазам Ониксии.</p><p>Предайг, сестра первого поколения, носила великолепную чёрную гриву вокруг шеи, являющуюся знаком мутации. Та давно поседела, а кожа под ней покрылась морщинами. Она сознательно воспротивилась и воле Разорительницы, и приказам государства, отказавшись входить в капсулы омоложения. Волкороды первого поколения нередко вели себя иначе, чем их потомки; в частности, у каждой из них была лишь одна спутница жизни, и они настолько тяжело переживали её смерть, что часто отказывались спариваться вновь.</p><p>Легенды рассказывали, как Предайг впала в берсеркерскую ярость после того, как мародёр сразил её спутника жизни. Она приказала своей стае отступить и в одиночку покончила с тысячей противников за одну ночь в качестве последнего подношения её возлюбленному. Джанин не знала, есть ли в этих историях хоть доля правды. Стаи любили преувеличивать подвиги собственных военачальниц, но хотя движения Предайг утратили былую грацию, точность её оставалась непревзойдённой.</p><p>Её избранным оружием служил длинный, двухклинковый изогнутый меч. Однажды Предайг рассекла работорговца, приставившего оружие к голове детёныша-Нормала. Свидетели этого подвига клялись, что видели размытый росчерк, прошедший сквозь и ребёнка, и работорговца одновременно, но пополам оказался разрублен лишь мужчина, а Предайг усадила невредимого детёныша себе на плечо и вернула его обратно к родителям.</p></section><section><title><p>Глава 11: Стервятники и Охотники</p></title><p>В сорока двух километрах от бывшей столицы Техно-Королевы в дело вступил отряд налётчиков. Эти мужики и бабы редко осмеливались действовать настолько дерзко в здешних землях, усвоив от безумицы суровый урок о том, что именно ждёт тех, кто осмелится порабощать её подданных без разрешения. Но она сдохла, а завоеватели демонстрировали поразительную беспечность.</p><p>Налётчики и мародёры часто следовали за Возвратителями, утоляя жадность объедками, оставленными на их пути. То семья здесь, то сотня беглецов там, такие трофеи принесли им признание со стороны рабовладельцев Ловцов Душ, Биомастеров мистического запада и искателей наслаждений дальнего востока. Но важнее всего было то, что рабы приносили щедрый доход и ни с чем не сравнимый азарт охоты.</p><p>Но сегодня предводительнице работорговцев хотелось большего. Унижение, перенесённое от рук проклятых псин, жгло её душу. Два месяца назад орда паразитоносной швали выследила меньший отряд до его логова и напала на него, разгромив союз налётчиков. Подобные альянсы, часто заканчивающиеся тем, что банды предавали друг друга, не имели никакого значения. Разбойники даже уважали то, как эти Абнормалы выследили их, обобрав самих обирал.</p><p>Нет, ярость предводительницы вызвала потеря драгоценных юных детей, созревших для продажи на восточных рынках наслаждений. Она приложила столько усилий, чтобы сохранить малышей нетронутыми, даже отказавшись отведать их невинность в надежде получить наивысшую цену, а эти омерзительные мутанты забрали их всех! И даже не продали никому. Предводительница не была дурой; когда ситуация обернулась плохо, она сбежала и выжидала шанс на месть. Она нашла других выживших, покорила банды мародёров и выковала из новых солдат крупнейший военный отряд, каким когда-либо командовала.</p><p>Сегодня терпение окупилось. Бронированный транспорт свернул с обычной дороги. Глупцы, искавшие короткий путь, были уверены в своей безопасности благодаря небольшой группе псин, сопровождавших транспорт. Не стоило им недооценивать здешние опасности. Их добыча заметила отряд и, точно телёнок кузака, завидевший приближающийся рой Инсектоидов, попыталась свернуть в сторону. Но, как и телёнка кузака, это её не спасёт, ведь этот рой был готов проглотить их целиком.</p><p>Предводительница взмахнула щупальцем, и стремительные багги прорвались сквозь песчаные насыпи на своём пути, устремляясь к добыче. Три сильно модифицированных разведывательных танка, ощетинившихся оружием, следовали в их кильватере, образуя треугольник вокруг рабского фургона, служившего командным центром предводительницы налётчиков. Она тонко улыбнулась, когда её багги открыли огонь. Каждая машина несла гарпунную установку и две вращающиеся пушки. Залпы пушек посылали снаряды на пути этих отвратительных уродов, скрывая их за волной раздробленного песка и камня, без сомнения сбивая идиотов с толку интенсивностью этой засады.</p><p>Тонкие гарпуны пронзили бронированный бок транспорта, послав разряд электричества, временно поджаривший двигатель машины, и высвободили парализующий наркотик, скрытый в отсеках за стреловидными наконечниками гарпунов. Этот наркотик воздействовал на мышцы будущих рабов, принудительно расслабляя их на четыре часа до такой степени, что становилось невозможно даже поднять руку; он также сохранял людей в сознании, чтобы осознание своей участи могло полностью до них дойти. Помимо дешевизны массового производства, налётчики ценили препарат за пользу в моральном сломе добычи.</p><p>Единственный транспорт Армии Возвращения мог вместить до двух тысяч душ. Она не надеялась, что он окажется полон, но редкая улыбка озарила губы предводительницы при мысли о заработке в четыре-шесть месяцев дохода за один налёт. Клетки её фургона слишком долго пустовали.</p><p>Но зачем на этом останавливаться, не так ли? Её щупальце подало танкам знак двигаться вперёд, а минометные расчёты фургона выпустили смертоносный залп, обрушив руины на полсотни псин. Экипажи багги позаботятся о тех, кто ещё в сознании в транспорте, и им предстоит вдоволь развлечься, разбирая по частям стаю псин издалека.</p><p>Хорошо, что эти Абнормалы способны выдерживать впечатляющий урон. Мысль о продаже тварей Племени Волка до крайности восхитила работорговку. Пока её багги приближались к транспорту, неся экипажи закалённых головорезов, облачённых в лучшие экзоскелеты и пластины, какие только можно купить за деньги, она надеялась, что среди беженцев найдутся Абнормалы. Дети. Желательно. Их органы в последнее время шли по высокой цене из-за войны, которую Клятвоберущие вели против Биомастеров.</p><p>Внезапный взрыв подбросил один из багги в небо, и силовой щит, поднявшийся из земли, вырвал её из счастливых размышлений.</p><p>Сегодня охотницей была не она. Даже близко нет.</p><p>****</p><p>— Совершенство! — взревел Леонидас Летний Родник, Святой Меча дома Летний Родник. — Вперёд, мои рыцари! К спасению мира и лучшему завтра, в атаку!</p><p>— Растопчем врагов под ногами! — прокричала в ответ его личная гвардия.</p><p>Они поднялись из траншей, песок и галька осыпались с их боевых пластин. Первые багги совершили резкий разворот, впечатавшись боками в якобы беспомощный БТР, когда тот остановился. Боковые пандусы распахнулись, и Святой Меча Макарий Странник Пустоты спустился посреди клубов наркотических испарений, обрушив свой чёрный меч на идиотов. Его стража выстроилась в ровные ряды, охотники открыли огонь по машинам, повреждённым взрывами на минном поле, а рыцари ринулись вперёд, окружая группы, штурмующие транспорт.</p><p>Незадачливые мародёры въехали прямиком в грамотно расставленное минное поле, и по приказу Леонидаса охотники привели его в действие. Серия взрывов вспыхнула под машинами, остановив танки и вынудив более лёгкие машины прижаться к транспорту или погибнуть вместе со своими экипажами. Ледяные Клыки нарочно оставили этот путь открытым. Багги могли бы попытаться использовать своё мощное оружие на расстоянии, совершив несколько убийств, но, получив шанс спастись, доверчивые кретины им воспользовались.</p></section><section><title><p>Глава 12: Мудрость Террифик</p></title><p>— Занятно! — проскрипели сверху. — Значит, ваш безответственный род всё же способен понять ценность драгоценного снаряжения и тяготы, необходимые для его замены. Почти обманула меня.</p><p>Пятнадцать пар хитиновых ног, громко постукивая, спустили с крыши фигуру рядом с Джанин. Старшему интенданту выпала сомнительная честь происходить из Искажённых, группы Новых Видов, известной своими кочевыми привычками, включающими каннибализм людей вокруг своих пещер и охоту на женщин ради продолжения рода. Даже среди Искажённых, народа, поражённого разнообразными мутациями, Чак был особым случаем.</p><p>Его тело достигало шести метров в длину, защищённое накладывающимися друг на друга сегментированными хитиновыми щитами разной величины. Волосатые усики, улавливающие молекулярные вибрации, торчали из сочленений пластин. Его глубоко посаженные глаза, разделённые на четыре панели скоплениями чёрных лужиц, сосредоточились на Джанин, не выдавая никакого читаемого выражения. Токсикогнаты, клыки под его пастью, клацнули, выдавая высшую степень раздражения. Старший интендант обвился вокруг Джанин, и его ножки коснулись её спины, опуская куртку.</p><p>Прикосновение членистоногих конечностей пробудило древний, первобытный страх, требующий вырваться на свободу и бежать от хищника. Джанин подавила этот порыв, доверяя соратнику.</p><p>— Типично, — проворчал Чак на безупречном Общем языке. Его лапки ловко порылись в сумке на хвосте, отыскали очки и медицинский набор и умело передали их основным конечностям.</p><p>Нос Джанин уловил отвратительный запах антисептика, зашипевшего над повреждённым имплантатом, пока острые ножки Искажённого возились с обнажённым куском металла.</p><p>— Не нужно нянчиться, — сказала Джанин при уколе обезболивающего.</p><p>— Это буду решать я, дикарка, — надменно ответил старший интендант. — Как ты вообще пользуешься рукой? Лопатка должна была быть задета.</p><p>— Волкороды устроены иначе, — сказала ему Джанин. Щипцы отвели её шкуру в сторону, впуская отвёртку и скальпель. Вскоре давление разъёма на артерию и мышцы ослабло, принеся облегчение.</p><p>Насколько было известно Джанин, Чак никогда не участвовал ни в одной охоте на людей. Незадолго до того, как Волкороды подчинили его племя, его родители спорили, не отбраковать ли странного детёныша. В знак благодарности за своё спасение Чак поступил на военную службу, вырастя в приюте, быстро проникся любовью к поддержанию логистических цепочек и продвигался по службе. После десятилетий безупречной службы командование повысило его до ранга старшего интенданта, сделав ответственным за снаряжение всего Племени Волка, к немалой досаде и его самого, и Волкородов.</p><p>— Готово. Даже мой батя не залатал бы лучше. — Чак хлопнул Джанин за ушами, вынудив военачальницу замереть, пока он быстро накладывал стерильную повязку. — Продержится несколько часов. Потом к кибернетикам.</p><p>— Спасибо...</p><p>— Броня, столь любезно дарованная тебе нашей славной нацией, военачальница Джанин, стоит дороже трёх боевых танков. — Чак навис над её головой, глядя ей в глаза вверх ногами. — В каком состоянии ты вернула мне эту бедняжку?</p><p>— Раздербаненную в хлам, — пожала плечами Джанин.</p><p>— Как метко сказано! В хлам! — Токсикогнаты Чака затрещали от возмущения. Споря с Волкородами, офицер логистики никогда не проявлял ни капли беспокойства. Будь то воительница, самец или даже военачальница, он требовал — часто суясь им прямо в морды — уважения к драгоценному снаряжению. Несколько разведчиц и одна волчья ведьма даже бросили ему вызов за якобы проявленное неповиновение... Его яд познакомил их с продолжительным параличом и обязательными работами в качестве наказания. — Сто человеко-часов только на то, чтобы починить её! Думаешь, у меня есть время выделять на это персонал? Наши заводы перегружены, восстанавливая повреждённую технику и производя боеприпасы; ремонтные бригады страдают от недосыпа... — Он замолчал, вслушиваясь в доклад с устройства связи, установленного на антенне рядом с небольшим квадратным отверстием в панцире, где находилось его природное ухо. Долгий вздох сорвался с его жвал. — Замечательно. Транспорт повреждён.</p><p>— Что с гражданскими? — Мысли лихорадочно неслись в голове Джанин. Возможность атаки налётчиков она отбросила. Песчаный жнец, быть может? Нет, эти твари сюда не забредают. Взбунтовавшийся механизм? Вырвавшееся на свободу биооружие? — Моя стая готова выступить. — Они покорили этот регион; безопасность новых граждан являлась их священным долгом.</p><p>— Транспорт был пуст. — Жвалы Чака выбили на панцире ноту разочарования. — Командование утверждает, что это был учебный инцидент. И один из моих рабочих только что сломал ногу, перевозя припасы с завода.</p><p>— Я понимаю твоё недовольство, Чак, — честно сказала ему Джанин.</p><p>Они не могли оставаться здесь. План состоял в переселении населения во Внешние Земли. Затем, лет через тридцать, бригады терраформирования вернут этому региону пригодность для жизни, и новое поколение людей сможет здесь поселиться.</p><p>— Правда? — Искажённый моргнул, упрямо сняв очки, несмотря на слабое зрение. — Не думаю, Джанин. Мои рабочие, признаю, с некоторой помощью Игнация и других инициативных мальчиков и девочек, творили чудеса, поддерживая наше снаряжение в исправном состоянии. Пойми, у нас есть ресурсы всего одного ползуна, чтобы обеспечивать производство для целой армии. Пятьдесят тысяч человек полагаются на нас в удовлетворении своих нужд! А сверх того ещё и Волкороды с Ледяными Клыками. Так больше не может продолжаться. Третья медленно останавливается под грузом неисправностей. Мне пришлось реквизировать материалы с местных заводов, точно обычному мародёру! Поговори с командующей. Заставь её образумиться! Нам нужен лагерь, чтобы восстановиться, получить свежие припасы, пополнить медицинские запасы, наладить линии снабжения, получить нормальную еду и не пользоваться полуразбитыми боевыми костюмами...</p><p>— Она не станет слушать. — Джанин подняла лапу, прерывая его тираду. Разорительница отказывалась слушать кого бы то ни было, вынуждая свою армию постоянно оставаться в движении, сокрушая целые страны за недели. Сама Джанин находилась слишком низко на командной лестнице, не будучи даже Волкородом первого или второго поколения. Она принадлежала к восьмому поколению — достаточно сильная, чтобы стать военачальницей, но недостаточно влиятельная, чтобы достигать уха Разорительницы. — Мы можем проспорить весь день, но это ничего не решит. Чем я могу помочь?</p></section><section><title><p>Глава 13: Вызов</p></title><p>— Мам, мистер Скрипач! — Джанин отступила в сторону, освобождая место для сопровождаемой семьи. Детёныш заплакал, уронив деревянную игрушку, пока мать оттаскивала его прочь. — Мама, я уронил мистера Скрипача! Пожалуйста, мам, дай мне...</p><p>Детёныш, тощий мальчишка в слишком большом для него костюме химзащиты, вырвался и бросился за игрушкой, готовой провалиться в щель решётки. Он врезался в ногу военачальницы и отшатнулся, задыхаясь от ужаса.</p><p>— Морро! — Руки матери обвились вокруг него. Женщина склонилась, пытаясь укрыть перепуганного мальчика. — Это моя вина, госпожа. Пожалуйста, не трогайте моего сына; он хороший мальчик...</p><p>Джанин протянула лапу, ощутив грубые шрамы на коже женщины сквозь резиновую защиту костюма. Она подняла игрушку, грубо сделанного солдатика, играющего на барабане, и протянула её малышу, стараясь выглядеть как можно менее пугающе. — Спокойствие, гражданка. Больше нет никаких господ. Береги силы; тебя и твоего сына ждёт светлое будущее.</p><p>— Мама... — выдохнул детёныш. — Мама, это женщина! Эта собака самка! — Мать зажала мальчику рот и нервно поблагодарила военачальницу.</p><p>— Нас называют Волкородами, — объяснила Джанин мальчику. — Отныне и до конца наших дней мы щит и меч, охраняющие вас.</p><p>— Щит? — Мальчик оттолкнул руку матери. — Тогда почему вы убили маму Карла? А Мира до сих пор плачет; одна из ваших тварей оторвала её папе руку прямо с корнем! Какой из вас, к чёрту, щит?</p><p>— Он не хотел ничего дурного, госпожа... — Джанин подняла палец, заставив его мать замолчать.</p><p>— Правда меня никогда не расстраивает. Малыш, твоя бывшая правительница сделала ужасный выбор. Выбор, принёсший войну и смерть в твой дом. Ненавидь нас, если хочешь, но направь эту ненависть на то, чтобы помочь друзьям оправиться, и будь храбрым самцом ради своей семьи. — Джанин отступила и кивнула пехотинцам увести семью прочь.</p><p>Говорить с Нормалами было тяжело. Как объяснить кому-то, что ты убила его семью или друзей ради его же блага? Никак; сама эта мысль звучала пусто в её душе, и потому она держалась от Нормалов на расстоянии. Она с готовностью перенесла бы бурю их оскорблений, если бы это позволило потрясённым людям пережить ещё один день, даже если лишь назло.</p><p>Её мальчики не разделяли её взглядов. Игнаций, Богдан и группы самцов часто выпивали и веселились вместе с рядовыми, а порой к ним присоединялась и Анисса, обмениваясь сплетнями. Шаманки ворчали по этому поводу, считая, что это размягчает Волкородов, но лично Джанин испытывала лишь гордость. Когда мир воссоединится, Племени Волка придётся не только сосуществовать, но и претерпеть полный переход, отпустив дикость, приняв цивилизацию и научившись подчиняться власти закона вместо первенства силы. Видеть осязаемое доказательство того, что такое возможно, было отрадно.</p><p>К тому же было ещё и забавно смотреть, как Нормалы пытаются перенять стиль общения Племени Волка, неуклюже подражая переменам в осанке и терминологии, и даже просят запаховых меток любимых стай. Некоторые отряды даже взяли себе имена вроде «Эшбрингеры», «Команда Альфы» и «Теневой Отряд». Сопровождавшие семью были обозначены «Сильными Руками».</p><p>— Духи, смилуйтесь над этими душами, — пробормотала Джанин, сложив лапы вместе. Она прошла сквозь поток эвакуируемых. Часть её разума отказывалась верить, что многие из этих молодых, истощённых, но в остальном крепких на вид людей обречены умереть через несколько лет от яда, пропитавшего даже камни этого места. Волкороды довольно легко переносили лучевое отравление; почему Нормалы так не могли? Разорительница рассказывала военачальницам, как Нормалы создали Племя Волка. Как вышло, что их иммунная система оказалась настолько жалко слаба? Тиранша пала; почему бы им не жить долго и счастливо?</p><p>Не было смысла терзаться этим. Армия Возвращения становилась лучше день ото дня. Внедрялась новая медицинская программа, разработанная Синим и Чёрным вирмами, и её противолучевые препараты обещали сохранить больше граждан, если начальство её одобрит.</p><p>Шаманки и волчьи ведьмы совместными усилиями расчистили от обломков площадь в центре города для церемонии прощания. Высокий столб центра связи заслонял утренний свет, храня площадь в благословенной тени. Шаманки собрали павших Волкородов, сняли с них броню и разобрали несколько разрушенных зданий, чтобы создать грубые каменные плиты. Каждую павшую воительницу уложили на отдельное ложе и обернули тканью, пропитанной горючей смесью. Недостатка в последней здесь не наблюдалось. Влажные дорожки вели к небольшому возвышению в центре площади, на котором стояла чаша с той же жидкостью. Поскольку ни одна военачальница или человек великих подвигов не пали в недавнем сражении, возвышение осталось без досточтимой поборницы.</p><p>Стаи собрались на площади, оплакивая погибших каждая на свой лад. Стаи Альфы и Драгены стояли неподвижно, точно статуи, прижав лапы к сердцам. Стаи Игрит, Эшбрингер и Предайг собрались по краям, голодно разглядывая трупы, не понимая, почему им нельзя почтить товарищей добрым старым пиршеством, призванным слить души воедино и укрепить выживших. Силы Джанин, Элэд и Мартышкиной перемешались в рядах, пересказывая легенды и истории о павших и обнимая тех, кто потерял спутниц и спутников жизни. Различия в повадках военачальниц порождали уникальные черты характера в их подчинённых.</p><p>Несколько мудрецов и как минимум по одному рыцарю-капитану от каждого знатного дома Ледяных Клыков ждали чуть поодаль от собрания; приглашённые, они держались с подобающим уважением в личных манерах. Летние Родники вели запись, Зимние Песни наблюдали с живым интересом, готовые запечатлеть событие в картинах, а Солнечные Клинки бормотали молитвы. Это было правильно. Пропасть между их группами разрослась, и золотое дитя лично довело это до сведения Благословенной Матери. Вскоре после этого она задумала отправлять рыцарей вслед за воительницами, выстраивая сотрудничество через практические примеры заботы.</p><p>— Из крови мы приходим с криком и яростью, — Бездушная нараспев произнесла молитву, обходя тела. — Оттачивая своё мастерство, мы оставляем след в этой жестокой эпохе. Своими деяниями мы сохраняем жизнь. И в конце мы возвращаемся в небытие, зная, что отдали всё ради племени и человечества. Из крови мы рождаемся с криком. В смерти мы исчезаем в тишине, наблюдая за теми, кто придёт после нас.</p></section><section><title><p>Глава 14: Не Переносят Друг Дружку</p></title><p>В сопровождении почётной стражи дома Горная Вершина Джанин прибыла в крупнейший лагерь Ледяных Клыков. Пусть Бертруда и была коварной дрянью, но она выделила эскорт, достойный военачальницы: шестеро закалённых ветеранов, облачённых в тяжелейшие доспехи и увешанных заслуженными наградами, провели её к вратам, где рыцари дома Солнечный Клинок отдали честь и впустили гостью.</p><p>Посвящённые, самые юные из Ледяных Клыков, хлопотали у палаток, торопясь начистить снаряжение и оружие наставников, приготовить еду или сновали по лагерю, разнося послания. Эти юнцы старательно трудились, оттачивая послушание и боевые навыки, чтобы стать пехотинцами, затем оруженосцами, а со временем влиться в ряды знати.</p><p>Лагерь делился на несколько зон. Первый Солнечный Клинок со своими войсками занимал центральный сектор, но его охотники и защитники были равномерно рассредоточены по временной базе, патрулируя и укрепляя оборону. Доверенные мудрецы каждого Святого Меча веди панорамную съёмку павшего города с разных ракурсов, записывая его историю для национальной хроники.</p><p>Джанин, с топором на плече и высоким воротником слишком просторного плаща, скрывающим раны на шее, промаршировала прямиком к палатке Солнечного Клинка, полагая её логовом, где ждёт её соперница. Двое мудрецов, эквивалент шаманок в Ордене, встретили её на полпути. Оба носили передовые модели белой силовой брони с багряными линиями вдоль внешних краёв рук и ног. Их линзы светились синим, а тяжёлые стальные доспехи почти не сковывали движений. Впечатляющие ружалебарды покоились в магнитных креплениях за спинами, рядом с ритуальными башенными щитами.</p><p>Подобно духовным служителям племени, эти жрецы пользовались собственными, более экзотичными и техническими методами в бою, редко полагаясь на физическую защиту. Солнечные Клинки применяли личные силовые щиты, останавливая снаряды вокруг себя, пока сами прорубались сквозь мятежников точными движениями.</p><p>— Стоп! — мягко и мелодично произнёс мудрец, услаждая слух своей речью. Мужчина снял шлем, обнажив морду без единого шрама. — Досточтимая госпожа, пожалуйста, назовите причину вашего...</p><p>Лапа Джанин схватила его за талию, подняв изумлённого мудреца в воздух, и она услышала визг суставов его брони, сжимаемых давлением её голых пальцев. Ствол оружия его напарницы, расположенный рядом с изогнутым лезвием, уже целился в локоть военачальницы. Ближайшие рыцари отреагировали тем же, хватаясь за мечи и копья и выстраивая стену щитов для защиты любопытных посвящённых.</p><p>Какая дерзость с их стороны полагать, будто у них есть шанс сдержать её насилие, вырвись оно наружу. Она проигнорировала суматоху и притянула мудреца ближе.</p><p>— Я явилась сюда по требованию Святой Меча Бертруды. — Её зрачки расширились в ответ на кипящую в жилах ярость. Самец посмел преградить ей путь? Посмел её расспрашивать? Древний, глубоко укоренившийся порыв требовал напомнить ему его место в иерархии и подчинить его. Но самообладание взяло верх. — Вмешательство этого раздражителя не даёт мне заниматься нуждами моей стаи, и я желаю уладить наши разногласия. Твоё неведение и вопросы оскорбляют мой стремительный ответ на этот вероломный вызов. Отведи меня к ней, сияющий мальчик, пока я случайно не разломала ваши хорошенькие спальни. — Она разжала хватку, и мудрец ловко приземлился.</p><p>— Мои глубочайшие извинения за неуважение, госпожа. — Дерзкий мальчишка ещё и осмелился вежливо ей поклониться! — Но я не имею чести служить блистательной госпоже Бертруде. Мой сюзерен несравненный сэр Первый Солнечный Клинок, величайший из ныне живущих Волкородов. Прошу, следуйте за мной, если пожелаете.</p><p>Величайший? Вот тебе и Благословенная Мать, да? Джанин закатила глаза на дерзость и приняла предложение, усмехаясь разочарованным мордочкам посвящённых. Детёныши везде остаются детёнышами; она вспомнила, как сама ставила первые честно заработанные токены на то, кого сможет одолеть Террифик.</p><p>По пути она заметила нескольких рыцарей, тренирующих своих подопечных: те сражались деревянными копиями клинков сразу против нескольких оппонентов, указывающих на изъяны в стойке, либо присматривали за юнцами в тире. Судя по росту посвящённых, их возраст колебался где-то между десятью и пятнадцатью годами. Джанин всегда с трудом определяла возраст Ледяных Мальчишек.</p><p>Две группы разительно отличались друг от друга. К трём годам Волкород племени успевал убить своего первого Инсектоида, знал, как разобрать и собрать кускострел, и получал свою долю шрамов. Шаманки осматривали семилетних девочек и восьмилетних мальчиков, прежде чем отправить их в первые стаи, готовых столкнуться с любыми тяготами на своём пути. Их сверстники из Ордена всё ещё прятались в безопасности городов, воспитываемые и обучаемые мудрецами, и никогда не видели настоящей опасности. Только к десяти годам Ледяной Клык покидал дом для вступления в армию.</p><p>Это объяснялось фундаментальным различием между двумя ветвями Волкородов. Детёныши Племени Волка росли быстро, осваивая базовый язык за считанные месяцы после рождения. Они наследовали инстинкты и жажду доминирования вместе с материнским молоком и помогали в деревнях, пася кузаков и выполняя мелкий ремонт. Детёныши Ордена Ледяных Клыков взрослели темпами Нормалов, оставаясь хрупкими и слабыми годами, прежде чем догнать своих родичей. Хотя это различие вызывало немалое отвращение среди племени, среди тех, кто видел в этом слабость, Джанин ему завидовала. Какая мать не захотела бы дольше держать своих драгоценных детёнышей в лапах, вместо того чтобы отправлять их на испытания в ямы и потом зализывать раны?</p><p>Проходя мимо тренировочной площадки, Джанин скривилась, услышав слова ободрения, которыми инструктор осыпал детёныша, проигравшую спарринг за три движения. Её соперник даже ещё не сделал ничего впечатляющего: начал с прямого колющего выпада сверху, нацеленного девочке в лоб, использовал гарду деревянного меча, чтобы заблокировать контрудар, и превратил укол в скользящий удар, коснувшийся носа оппонентки. В Племени Волка бой никогда бы не остановили на такой ранней стадии, ведь ни один враг в диких землях не остановится, если его просто «оцарапать».</p></section><section><title><p>Глава 15: Дуэль и Последствия</p></title><p>Удар Бертруды пришёлся по плоской стороне топора, отбросив военачальницу назад, вычерчивая борозды на земле её чёрными лапами. Самка была сильна. Джанин отбросила искушение списать свою слабость на кровоточащие раны и приняла реальность; мышцы Святой Меча вздувались, едва не разрывая тугую ткань костюма.</p><p>Бертруда наступала, проворная, точно танцовщица; шквал её выпадов вынуждал Джанин орудовать Сказителем, как щитом. С самодовольной ухмылкой превосходства на губах Святая Меча порхала вокруг военачальницы, работа ног без усилий несла её вперёд, пока она выискивала брешь в обороне противницы.</p><p>Джанин просияла, отпустив все тревоги о сыне, груз павших, нехватку припасов и накопившуюся усталость. У Бертруды был мерзкий нрав, но, Духи ей свидетели, за ним стояло такое достойное мастерство! В отличие от бездушной машины или заблудших слуг павшей тиранши, с которыми она билась раньше, здесь была соперница, способная её одолеть, и это заставляло кровь закипать от восторга, вгоняя её в чистое состояние.</p><p>Дерись. Оставаться в обороне, истекаю кровью, точно кузак, и вымотавшись, точно самец после первой боевой операции, было неприемлемо. Джанин перенесла весь натиск на Святую Меча, отразив выпад и сократив дистанцию достаточно для нанесения рассекающего удара. Бертруда спаслась, приняв замах на древко копья. Её ноги глубоко вгрызлись в каменистую землю, лапы дрожали и брызгали красным в двух местах, где отдача от столкновения раскроила шкуру.</p><p>Умелая, но она явно не участвовала во многих дуэлях вне своей брони и, очевидно, отвыкла обходиться без кинетических амортизаторов.</p><p>Джанин испустила рёв чистой ярости, обрушившийся на лицо противницы, её лёгкие разогнали воздух до скорости, способной посоперничать с кулачным ударом волчьей ведьмы. Бертруда сощурилась, и Джанин пнула, стремясь выпотрошить Святую Меча когтями стопы.</p><p>Губы Бертруды сложились в букву «О», и слюна, летевшая со скоростью пули, попала Джанин в левый глаз, вынудив её моргнуть. Подобно тканевому лоскутку, Святая Меча увернулась от удара, и кожа её поддоспешника едва коснулась шкуры Джанин. Военачальница оказалась слишком медлительной, чтобы отразить удар нижним концом копья по своей ноге, и резонирующая боль и дрожь разлились по всей конечности. Она развернулась, инстинктивно взмахнув топором, и открыла неглубокий порез под грудью Бертруды.</p><p>— Уже не безупречна, жульничающая выскочка... — сказала Джанин, пытаясь выиграть время, чтобы дрожь в ноге унялась.</p><p>Бертруда крутанула копьё, прикрываясь им, пока отступала танцующим шагом на безопасное расстояние. Она коснулась пореза и лизнула влажные пальцы, не сводя багряных глаз с Джанин. В этих глазах назревала ледяная буря, доставлявшая военачальнице огромное удовольствие от испытания себя на прочность.</p><p>Ураган выпадов и уколов хлынул наружу металлическим ливнем, оттесняя Джанин назад и вынуждая её снова использовать топор как щит. Она едва успевала различать каждую входящую атаку, но годы жестоких боёв и почти осязаемая жажда крови противницы направляли её лучше путеводного света.</p><p>До определённого предела.</p><p>Джанин рассчитала момент своего рывка с выпадом, заблокированным головкой Сказителя, стремясь снова сократить дистанцию. Наконечник копья пролетел над плечом Джанин, и Бертруда крепче сжала оружие, не позволив ему отскочить, пока лезвие топора поднималось вверх. Она рванула копьё назад и обратным толчком ранила плечо Джанин; стреловидное остриё вонзилось в плоть. Не удовлетворившись простым уколом, Бертруда повела древко в сторону, расширяя рваную рану над лопаткой Джанин.</p><p>— Сравняли счёт, — прошипела Бертруда, тяжело дыша. Она наклонилась, уклоняясь от замаха, грозившего её носу, и откатилась в сторону, восстанавливая дистанцию. — Но ненадолго, настырная землеройка. Слишком медленная, слишком предсказуемая, слишком бестолковая.</p><p>— Не оценивай себя так низко, — усмехнулась Джанин.</p><p>— Какая наглость! — Глаза Бертруды вспыхнули. Это не было метафорой; глаза Святой Меча буквально засверкали, когда активировался дар её прародителей, ещё сильнее замедляя её восприятие времени. — Неужели ты не осознаешь ситуацию? Знай своё место и склонись перед высшими!</p><p>Первый удар едва не разорвал ноздрю Джанин, а второй и третий последовали быстрее, чем она успела моргнуть. Острые укусы сыпались на Сказителя, пытаясь проскользнуть мимо неразрушимого металла и разорвать ещё больше её плоти. Сосредоточенность и скорость Бертруды превратили копьё в размытый купол, скорее сбривающий защиту Джанин, чем касающийся её. По мере того как натиск усиливался, военачальница сбилась со счёта ударов Святой Меча. Последнее, что она сосчитала, противница превысила тридцать девять уколов в секунду. Охотники, пехотинцы и посвящённые подбадривали свою предводительницу, но вскоре эти звуки стихли.</p><p>Остался лишь купол перед Бертрудой; всё существо Джанин сосредоточилось на нём. Она отказывалась обманываться послеобразами или финтами, блокируя лишь настоящие выпады. Искры летели в воздухе, пока бойцы выкладывались сверх предела, позволяя своему мастерству соревноваться друг с другом.</p><p>Джанин держалась, полагаясь на инстинкты и изучая движения противницы с каждым блокированным ударом. Она никогда не была самой быстрой, и поражения, понесённые от лап Марти, научили её, что физическая выносливость и сила способны довести бойца лишь до определённого предела. Она отточила свой боевой стиль в сторону обороны, наслаждаясь боем, управляя своим гневом и совершенствуя искусство избегать смертельных или калечащих ран. Во многих сражениях, когда военачальница не могла одолеть противника, она тянула время, затягивая бой, пока её стая или нареченные сёстры и воительницы не подоспеют на помощь.</p><p>Или пока противник не оступится.</p><p>Их противостояние продолжалось десять минут, ни одна не уступала ни сантиметра земли, и обе были слишком упрямы, чтобы прервать бой и перевести дух. Пропитанный потом мех облепил их тела; всё больше красных пятен появлялось между лапами Бертруды, пока та пыталась давить сильнее, а поле зрения Джанин сузилось до короткого коридора впереди. Посвящённые радостно кричали, задавали вопросы, и Первый любезно объяснял им во всех подробностях тонкости движений, которые, казалось, произошли целую вечность назад.</p></section><section><title><p>Глава 16: Мать и Дочь</p></title><p>Джанин вернулась в оживлённый город, вздрогнув при виде металлического прислужника, прожужжавшего мимо неё по улице.</p><p>— Стойте, пожалуйста, госпожа! — Крик остановил её лапы, уже готовые вскинуть топор. Двое солдат-Нормалов, сопровождавших самца в запылённом белом костюме, покрытом масляными пятнами, поспешили к ней. В последнем она узнала плачущего мальчика с башни связи. Взрывной ошейник сняли, и парнишка держал в руках квадратный, громоздкий терминал. — По-помощь! С эва-эвакуацией! — заикаясь, выговорил он, указывая на внушительный ящик в манипуляторах дрона.</p><p>— Кеон хочет сказать, что записался в армию и отвечает за перевозку медицинских припасов из клиники, что находится дальше по улице, военачальниц, — сказал один из солдат. Он снял противогаз и лицевой щиток, обнажив полное шрамов лицо рыжеволосого мужчины средних лет навстречу ядовитому воздуху. Пуля или кинжал пронзили глазницу мужчины годы назад, и глаз глубоко провалился в череп. Солдат потянулся за сигаретой и закурил.</p><p>— Твоя помощь приветствуется, гражданин, — сказала Джанин парнишке и обратилась к солдату. — Если хочешь себя прикончить, делай это в своё чёртово свободное время.</p><p>— Искусственные лёгкие. — Солдат хлопнул себя по груди. — Эти красавицы поддерживают моё здоровье. Хотя выдох через спину имеет свойство провонять одежду, мэм.</p><p>— Брось курить, вот и решение проблемы. Вольно, — проворчала Джанин, протягивая лапу мужчинам. — Какова обстановка?</p><p>— Командующая Разорительница закончила играть в мяч с регионом, — сказал солдат, наслаждаясь сигаретой. — Девочки Альфы отправились на запад; их силам поручено доставить людей из отдалённых деревень. Дамы Драгены и Игрит держат путь на восток с той же целью и заодно собираются убедить мятежников присоединиться.</p><p>— Мятежников? — уши Джанин навострились.</p><p>— Селян, восставших, чтобы освободиться от чокнутого пугала... Техно-Королевы, госпожа... — Кеон съёжился от страха, когда внимание переключилось на него.</p><p>— Имя Джанин. Военачальница Джанин, когда это официально, — напомнила она ему. — Кстати, твоё металлическое чудовище вот-вот врежется в здание, — добавила она, заметив дрона, летящего к строению.</p><p>— Ох, прости, Джани. — Пальцы Кеона забарабанили по сенсорному экрану терминала, и машина сменила траекторию, взбираясь над стеной и прижимая к брюху небольшую кожаную сумку. Мальчик побледнел, осознав, что только что сказал, но смешки солдат успокоили его. — Кое-какие мятежники бежали в горные хребты. Они пытались проскользнуть в Разорённые Земли на север, но Кровавый Двор, Искажённые и... — он осёкся, но Джанин уловила смысл. Армии Возвращения принадлежал форт в этом регионе, и местные жители побаивались его после того, как Благословенная Мать заживо содрала кожу с рабовладельцев, правивших им. Даже сама командующая позже признала, что развешивать лоскуты кожи вдоль дороги к воротам было не самой мудрой затеей, особенно рядом с визжащими и испускающими дух безумцами. Дурная слава. — Они выживают, тайно обменивая минералы на еду и воду в деревнях...</p><p>— Откуда тебе это известно? — спросила Джанин. — Тайная возлюбленная? Брат или родня в их рядах?</p><p>— Это плохо хранимая тайна, Джанин, — ответил Кеон. — Думаю, Техно-Королева намеренно позволяла им существовать, чтобы испытывать способность своих более крупных игрушек ориентироваться в узких туннелях. Они часто волокли группы пленников обратно в город, чтобы утопить их в химических отходах на виду у всех. — Он сглотнул и посмотрел на неё. — Что случится с борцами за свободу?</p><p>— Ничего, если проявят благоразумие. Если нет, их предводителей отбракуют или просто вырубят. Зависит от волчьей ведьмы, ведущей операцию. Эвакуация в любом случае произойдёт. Не будет никакой ненужной жестокости. Приказ командующей прост: спасти всё молодое население, даже против его воли.</p><p>— Надеюсь, они это переживут.</p><p>— Дай им время и безопасность, и сложно будет этого не сделать. Чего ещё? — спросила она солдата.</p><p>— Немного. Уважаемая Военачальница Ониксия... — На этот раз рассмеялась сама Джанин. Альфа свысока относилась к разговорам с низшими рангами, но сама Джанин часто пропускала мимо ушей небрежную, непочтительную фамильярность Нормалов после тяжёлого боя. Но никто в здравом уме не осмеливался произнести имя Ониксии без должного трепета. Она никогда не видела, чтобы эта женщина причинила вред Нормалу или даже подчинённой, если уж на то пошло, но сверхъестественная способность Ониксии оказываться в самых неожиданных местах нервировала солдат и заслужила ей почти божественное преклонение. — Да, очень смешно, Джанин. Не все из нас хотят просыпаться в полночь от морды, требующей срочной проверки каждой пули, большое тебе спасибо. Так или иначе, достопочтеннейшая военачальница... — мужчина повысил голос, — занята усмирением наполовину пустой базы налётчиков. Медицинской команде нужно как можно больше ресурсов.</p><p>— Разве этого недостаточно? — спросил Кеон, направляя небольшой конвой летающих прислужников с ящиками над головой. — Тут протезы, антибиотики, искусственные органы и даже инъекции для восстановления иммунитета! Если честно, я даже не знал, что у нас такое есть, пока ваш врач не вколол мне четыре шприца.</p><p>— Наш врач, Кеон, — сказала Джанин мальчику, положив лапу ему на плечо. — Теперь ты член Третьей. Поздравляю. Не думай, что твою работу не ценят; медики, без сомнения, устроили бы праздник в честь тебя и всех, кто отвечал за поиск и доставку этих припасов, если бы не бодрствовали по шестнадцать-девятнадцать часов каждый день.</p><p>— Не хочу показаться неуважительным, но и ты выглядишь не очень хорошо, Джанин, — сказал курящий сигарету солдат, указывая на влажные пятна там, где подаренный жёлтый плащ прилипал к её рёбрам и бицепсу.</p><p>— В курсе. Продолжайте, парни. И нацепи уже чёртов противогаз, пока не подхватил сыпь или что похуже. — Джанин кивнула им и направилась к лагерю, предназначенному для лечения «легко раненных» Новых Видов.</p></section><section><title><p>Глава 17: Путь для Другого</p></title><p>Джанин пришлось провести в палатке больше времени, чем ей хотелось бы. Максенс проигнорировал её протесты и заставил её есть питательную пасту весом с взрослого кузака, пока сам обрабатывал её раны, вправлял вывихнутые кости и суставы и накладывал швы.</p><p>— Ты же понимаешь, что это не нужно, да? — проворчала Джанин между набитыми едой челюстями. — Однажды я...</p><p>— ...пережила целый месяц, питаясь одним лишь мхом, соскобленным с камней. — Максенс закатил глаза на её замешательство. — Я читал твоё дело, Джанин. Слушай, как насчёт того, чтобы ты перестала учить меня делать мою работу, а я перестану ворчать насчёт поведения Аниссы?</p><p>— Она хорошая девочка, — оборонительно прорычала военачальница. — Верная. Добрая. Умная. С радостью отдала бы жизнь, чтобы спасти тебя.</p><p>— И она подкинула нам больше работы, — сказал врач, проглотив таблетку, чтобы отогнать усталость, и закрыв налитые кровью глаза. — Никогда не думал, что скажу это, но слава Планете за головные боли Разорительницы. Нам не помешает передышка. — Его руки, закованные в рукава экзокостюма военного класса, прошлись по её ногам, простукивая сухожилия для проверки рефлексов и проводя сканером над травмированным коленом. Максенс был одним из немногих людей, рядом с которым Джанин не стыдилась своих коротких ног. Даже усталый и раздражённый, мужчина каким-то образом умудрялся оставаться мягким. — Хм, удивительно. Несмотря на разорванные мышцы вокруг верхней части большеберцовой кости и за треснувшим суставным хрящом, упругий слой мышечных волокон, тянущийся от таза до самых пальцев ног, позволяет тебе ходить без труда. В твоём деле об этом не упоминалось, и у Эшбрингер нет такого необычного явления.</p><p>— Дар Благословенной Матери меняет нас уникальными путями, — сказала Джанин, довольная своим превосходством над наречённой сестрой хоть в чём-то. Плотность костей Эшбрингер превышала её собственную, и она мучилась от неспособности угнаться за этой женщиной, несмотря на такие же усердные тренировки.</p><p>— Мутирует, ты хочешь сказать. Загляни ко мне позже; нужно глубокое сканирование, чтобы обновить твою медицинскую карту. Это не просьба, Джанин, — сказал он ей.</p><p>— Как прикажешь, Макс, — вздохнула она. Врач снял громоздкий рукав, потирая биологическое запястье металлической рукой. — Слушай. Разорительница так и не извинилась...</p><p>— Не за что извиняться, — оборвал её Максенс, постучав по бутылке, напоминая ей выпить воды. — Меня хорошо проинструктировали, и я сам решил проигнорировать опасность. Сегодня я поступил бы так же. Командующая не виновата; в менее поганом мире она получила бы медицинскую помощь в психиатрической лечебнице, а не была бы вынуждена переть от бойни к бойне. Я никогда не стану винить пациента за вспышку из-за его состояния. Но я бы не отказался узнать больше об обстоятельствах, приведших к таким внезапным приступам агрессии.</p><p>— Не мне выдавать этот секрет, — сказала Джанин любопытному врачу. Максенс не желал зла. Он отчаянно хотел узнать, почему Разорительница ненавидит большинство учёных и медицинского персонала, и даже пытался поговорить с ней об этом. Но Благословенная Мать держала его на расстоянии, ради его же безопасности и безопасности племени.</p><p>Племя Волка не было людьми. Это знали лишь военачальницы, верховная шаманка и Династ. Хотя сюзерен предлагал обнародовать тщательно отредактированную версию правды и клялся обеспечить защиту, Благословенная Мать отвергла эту идею. Предубеждённость против биологического оружия пронизывала весь мир, ведь твари, рождённые в лабораториях Старого Мира, мучили планету по сей день, часто оставляя за собой опустошённые руины. Разорительница и Истерзанная поощряли Волкородов считать себя людьми, пока Альфа изо всех сил оберегала эту постыдную тайну. Не было никакого способа, которым граждане простили бы столь запятнанную родословную, а существование под постоянной защитой государства недостойно воинов.</p><p>Юридически у Племени Волка не было проблем. Грозное разведывательное агентство Династа, Бюро Расследований, регулярно подавляло расистские или ксенофобские группы, будь то Нормалы, Новые Виды или мутанты. Все, объединённые под властью Армии Возвращения, по закону считались людьми, и те, кто пытался разделять людей по внешности или происхождению, сталкивались с суровым наказанием. Но клеймо оставалось. Похотливому паршивцу Чаку пришлось прыгнуть выше головы, чтобы заслужить свой ранг, и никто не знал, как будут относиться Клятвоберущие или проклятые итернийские мерзавцы к пленным Волкородам, случись правде всплыть. Воспоминания об Отбраковке, геноцидном акте, совершённом Итерной, укрепили решимость скрывать неприятную информацию о своём происхождении от любых посторонних.</p><p>Джанин об этом особо не задумывалась. Она считала Альфу и Эшбрингер заносчивыми стервами, но сказать это им в лицо означало бы обречь себя на невыносимую боль. Тот же принцип применялся и к правде об их создании. Некоторые вещи лучше оставлять невысказанными.</p><p>Удовлетворив настойчивые требования Максенса, она оставила его заниматься пациентами и покинула медицинский отсек, облачённая в подобающую куртку из грубой кузачьей кожи и такие же штаны, принесённые ей Нетерпеливой. Сама шаманка вела краткую молитву, прося духов благословить медицинский персонал за спасение соплеменников и помочь раненым восстановиться и стать сильнее.</p><p>Джанин нашла сыновей в другом модуле, том, что предназначался для тех, чьи жизни не находились в опасности. Они делили пространство с обожжёнными Новыми Видами из ремонтных бригад, игравшими в карты и с весёлым любопытством поглядывавшими на яростно спорящих Волкородов. Богдан был без брони, в зелёной безрукавке и простых штанах. Игнаций лежал на койке, укрытый одеялом до пояса. Медсёстры туго перевязали культю его руки, а окружающую область выбрили от меха, обнажив загорелую кожу.</p><p>— Военачальница! — Богдан встал по стойке смирно, и даже Игнаций попытался вскочить на ноги.</p><p>— Вольно, оба. Пока просто Джанин. — Она махнула лапой и опустила топор. Джанин обняла Богдана и присела на корточки перед койкой сына, всё ещё возвышаясь над ним. — Игнаций. Я знаю, это может противоречить твоим убеждениям. — Она стиснула лапы, пытаясь найти нужные слова, чтобы успокоить и убедить его, не намекая, что он слаб. — Сын, у нашего племени несколько особые взгляды на металл и святость плоти. — Игнаций склонил голову набок, и она поспешно продолжила. — Да! Душа важна! Как иначе? Она дарует нам чувства, любовь к нашему долгу и любовь к людям, вверенным нашей защите. Но сталь... Она не плоха, Игнаций! Ты же видишь, как я орудую топором в бою вместо того, чтобы полагаться на когти. Ты сам пользуешься кускострелом, ведь он помогает тебе одолеть более крупную добычу. Импланты то же самое! — Она взяла его за лапу, когда в его нежных янтарных глазах промелькнула искра чего-то. — Твоя семья никогда тебя не оставит, что бы ни случилось, даже если ты решишь стать Калекой. Но, пожалуйста, подумай...</p></section><section><title><p>Глава 18: Испытание и Встреча</p></title><p>Стая собралась за городом, найдя место в тени природного холма. Здесь не было ни военного снаряжения, ни гражданской одежды; каждого присутствующего Волкорода защищала лишь его собственная шкура. Джанин не зарычала, требуя повиновения. Она вошла в круг янтарных глаз, полыхавших стыдом и кипевших гневом.</p><p>— Когда я повергла Террифик, я поклялась стать достойной военачальницей. Когда я видела ваши подвиги в бою под моим командованием, моё сердце пело, увлекая меня к новым высотам. Когда сама Альфа даровала мне почётный титул, я поверила, что наконец превратилась в предводительницу, которой всегда мечтала стать. Убийца Быка, так она меня нарекла! — громко произнесла Джанин, ударив плоской стороной оружия по своей бочкообразной груди под аккомпанемент ободряющего воя. Она подождала, пока он стихнет, отказываясь уклоняться от ответственности. — Я вела вас сквозь Бездну и обратно, и вы ни разу не подвели моих ожиданий. Но я подвела вас. Бертруда, представительница Ордена Ледяных Клыков, бросила мне вызов, и в своей близорукости я упустила каждую грань ловушки и слепо бросилась в неё, не посоветовавшись со старшими. Этот бой я проиграла. Сама Благословенная Мать сорвала с меня титул, изувечила моё тело и указала на мою неполноценность. — Она бросила оружие в ожидании суда. — Мой позор это ваш позор! Моя слабость это ваша слабость! Моё командование стоило вам великой Террифик и вашей чести! Неужели не найдётся той, кто избавит стаю от этого бесчестья?! Гневайтесь, гневайтесь, яритесь на позор, который я на вас навлекла, и повергните меня, если считаете недостойной! Сёстры и братья от разных матерей, покончите со мной, если таков ваш приговор!</p><p>Их замешательство было очевидным. Слухи уже разошлись, без сомнения, искажёнными. Стая направила свой гнев не на неё, а на Ледяных Клыков. Когти крошили камни, кулаки прорывали трещины в скалистой земле, и волчьи ведьмы начали кружить вокруг военачальницы, двигаясь на четырёх конечностях, распаляя младшие ранги, пока те не преодолели природный страх и не сделали свой выбор. Объединённая, стая с лёгкостью могла бы повалить даже военачальницу.</p><p>Нетерпеливая начала первой, бросившись на Джанин сзади и нацелив лапу в рану на рёбрах. Военачальница ответила локтем, отправив шаманку в кольцо воинов. Нетерпеливая сбила с ног двух разведчиц и приземлилась на нескольких самцов. Она поднялась, отряхнула пыль с меха и поклонилась Джанин, признавая её превосходство.</p><p>Танец продолжился. Джанин удивилась, что Мелина ещё не повела атаку. Вместо этого женщина кружила, ощетинившись и принюхиваясь к воздуху, точно зверь, ведя за собой шестерых разведчиц.</p><p>— Слабо. — Джанин развернулась и ударила Аниссу, отправив её пушечным ядром сквозь ряды. — Разорвите меня на части и верните нашу утраченную честь! Искупайте меня в крови в наказание за позор, который я навлекла на наследие Террифик! Выколите мне глаза и вырвите лживый язык, обещавший победу! Окрасьте землю в красный кровью лгуньи! Отнимите мои конечности одну за другой, чтобы моя агония принесла утешение павшим!</p><p>Волна чёрного меха поглотила её. Военачальница выдерживала эту бурю, принимая удары на предплечья, ни разу не выпустив когтей. Тяжёлые пощёчины подбрасывали разведчиц в воздух. Удар в солнечное сплетение выбил дух из волчьей ведьмы, и Джанин отправила женщину тыльной стороной ладони вверх, едва пустив кровь. Она навлекла позор, и она должна была страдать, что бы ни гласила традиция. Удары молотили по её шкуре, клыки рвали кожу на ногах, но сдержанность стаи озадачивала военачальницу. Разведчица прыгнула, и Нетерпеливая с Аниссой схватили её за запястья. Джанин уклонилась от удара ногой и поймала ногу разведчицы между шеей и плечом. Она схватила дочерей за талии, легко подавив их, и швырнула их прямо на разведчицу сверху.</p><p>Мелина воспользовалась моментом, выпрыгнув на неё из тёмного потока, обтекавшего военачальницу. Её когти сверкнули, нацеленные в глаза Джанин, и военачальница встретила их спокойно, отталкивая самцов, пытавшихся грызть её ноги. Удар головой отбросил Мелину назад, и та вскочила на ноги, шипя и потирая пальцы ног.</p><p>Тогда Джанин поняла. Ни раны, ни даже синяка на лбу не было. Мелина промахнулась намеренно. Даже Нетерпеливая сдерживалась. Стая брала пример с военачальницы, чувствуя её отчаяние, и роилась вокруг неё, нанося удары и пинки, чтобы дать своей предводительнице выпустить пар, избегая при этом смертельных выпадов. Они обращались с ней так, будто она была самцом на грани срыва. Это была игра, призванная поднять её дух, и Джанин рассмеялась, принимая их заботу и поддержку.</p><p>Натиск оборвался так же внезапно, как и начался, и стая опустилась на колени, воя к небу в стыде и тоске, оплакивая поражение своей военачальницы и утрату чести, которую выковала в стае Террифик. Но в этом вое звучала и другая нота, и это была не нота упрёка. Это была поддержка. Военачальница отвечала за стаю, но верно было и обратное. Их разноголосая песнь обличала их собственную неудачу защитить и направить неопытную военачальницу, и подобное разделённое бремя тронуло Джанин.</p><p>— Вот как обстоят дела сегодня! — взревела Джанин, превращая скорбь в слова. — Мы слабы. Обесчещены. Белошёрстые швырнули нас в пыль и прошлись по нам, и в этом виновата! Только! Я! Не они! Не вы! Утраченная честь просто ждёт, чтобы её вернули! Если деяния не подкрепляют почётное имя, оно становится бессмысленным! Пусть наши вероломные родичи оставят себе мой титул, нам-то какое до этого дело? Клянусь жизнью, я заслужу другое почётное имя и отдам его стае в память о Террифик! И разве может быть иначе, когда у меня такие великолепные солдаты, как вы? Мы одержали победу однажды, и мы сделаем это снова, повергая врагов человечества и оберегая племя! Встаньте, родня моя. Что случилось, то случилось. Пора позаботиться о будущем.</p><p>Стая с готовностью выстроилась в ряды, воодушевлённая её словами. Отчаяние обратилось в честолюбие. Волкороды обожали хорошее возвращение из низов.</p><p>— Никаких почётных дуэлей и мести против наших родичей, — предупредила их Джанин, подняв топор в безмолвной угрозе. — О нет, родня моя, мы не пойдём лёгким путём. Мы не станем красть то, что было отнято у нас по праву. Воровство, не путь Племени Волка! Мы докажем своими деяниями, что заслуживаем новой славы! Новой чести! Спасайте тех, кто не способен защитить себя! Пожирайте тех, кто охотится на уязвимых! Охраняйте государство и приведите более светлую, лучшую эпоху для всего человечества! За Благословенную Мать и Династа!</p></section><section><title><p>Глава 19: Решения и Волнения</p></title><p>Они встретились в одном из закоулков захваченного города. Солдаты уже эвакуировали ближайшие улицы и заглушили нависающий завод, который наконец остыл. Радужная масса заполонила многие трубы, прежде извергавшие загрязнения в подземные каналы. С извлечёнными ценными материалами этот район превратился в идеальное место для тех, кто хотел избежать любопытных глаз.</p><p>Волкороды из нескольких стай ступили в тёмное укрытие переулка, прислонившись к стенам, хмурясь и поглядывая на крупные фигуры шаманок, терпеливо ожидавших начала разговора. Подобные сборища были необычны, и вдвойне странны без присутствия воительниц или военачальниц. Обсуждать предводительницу за её спиной? Приглашать волчьих ведьм других стай, не уведомив их собственных военачальниц? Это воняло интригой, а то и предательством, и даже старшие волчьи ведьмы выглядели не в своей тарелке.</p><p>— Спасибо, что пришли, сёстры. — Мелина шагнула из темноты и сорвала капюшон с головы, подняв лапы к тусклому солнечному свету, чтобы показать Духам чистоту своих намерений. — Скорбные вести собрали нас вместе...</p><p>— Хватит позировать, — рявкнула Саркисян, волчья ведьма стаи Альфы.</p><p>Женщина легко могла сравниться размером с шаманкой. Она одна была в полном мундире, багровом комбинезоне. Осколок снаряда в старой битве изуродовал её лицо, сожрав мех и оставив вместо него грубую кожу, покрытую слоями рубцовой ткани. Постоянные схватки за доминирование лишили её природных клыков, так что волчья ведьма вживила себе титановые кинжалы, отчего каждое её слово сопровождалось громким клацаньем. Процедуры омоложения не давали возрасту притупить движения второй по рангу волчьей ведьмы стаи Альфы. Она служила больше века, часто шутя, что родила целую армию своим лоном.</p><p>— Тогда я скажу прямо. — Мелина раскинула руки. — Стая Джанин осталась без чести. Другие считают нас слабыми...</p><p>— Чушь собачья! — сплюнула Злата, тощая, лысеющая волчья ведьма стаи Мартышкиной. Она всегда держала руку близко к челюстям, готовая заблокировать любой входящий удар. Государство считало её мастерство ценным активом, и она искупалась в первой капсуле омоложения месяц назад, сетуя на необходимость продлевать свой позор.</p><p>— Не ты ли сказала это прямо в лицо нашей же волчьей ведьме? — обратилась к ней Мелина.</p><p>— Чтобы взбесить стерву и подчинить её, ну да. — Злата покусала предплечье, заметила клочки меха в челюстях, вздохнула и потянулась за медицинским гелем. — Не может кто-то, достигший ранга военачальницы и родивший такой очаровательный кусок мяса... — она кивнула на молчаливую Аниссу, — ...быть слабым. Да, твоей стае выпало переживать трудные времена...</p><p>— В этом-то и суть дела! — повысила голос Мелина, проигнорировав рычание оскорблённой волчьей ведьмы. — Прошли годы с тех пор, как Джанин приняла командование, и она до сих пор не заслужила ни единого почётного имени для своего ранга.</p><p>— У неё есть одно, и превосходное к тому же, — проворчала Саркисян. — Его украли, но оно её.</p><p>Кое-кто из группы выпустил когти, но не в ответ на слова волчьей ведьмы. Приблизился Ледяной Клык — самец крупнее любой из присутствующих самок. Святой Меча Танкред Железная Воля был без брони, его татуировки виднелись сквозь короткий мех на обнажённых руках и ногах. Он перекинул край короткой мантии через плечо и терпеливо стоял, фамильное оружие висело за спиной.</p><p>— Украли, потеряли — неважно, — сказала Мелина, даже не кивнув вторгшемуся чужаку. — У военачальницы больше нет почётного имени, и сама Благословенная Мать сорвала с нас с трудом заслуженную славу.</p><p>— И что? — Злата втёрла оранжевый гель в предплечья. — Слава — не еда и не вода; она приходит и уходит. Преданность остаётся, а маленькая Джани... — Она пошатнулась от тяжёлой оплеухи Нетерпеливой по затылку. Волчья ведьма зарычала, но обнажила горло в покорности. — Хитрюга Джанин молодец, что вырезала бандитов. Помоги мне тут разобраться, Мели-подружка. Чего именно ты хочешь?</p><p>— Прошу вашей помощи, — сказала Мелина.</p><p>— Выбирай следующие слова очень осторожно, Мелина, — предупредила Анисса, указывая когтем на меньшую женщину.</p><p>— Джанин достойна, — заявила Мелина. Она шагнула ближе к Аниссе и надавила лапой на коготь, заработав себе порез. — Но моя обязанность и наша ответственность заботиться о боевом духе! Баланс между стаями важен; мы намеренно продвигаем стаю Игрит вперёд именно по этой причине! Признание скрашивает их дни! Вы серьёзно хотите сказать мне, что после лет наблюдения за тем, как наши сёстры и братья страдают от насмешек за службу под безымянной военачальницей, вы будете стоять в стороне и ничего не делать? А как же «никого не бросаем»?</p><p>— Хочешь, я переведусь в твою стаю и дам Джанин пару советов, как быть военачальницей? — Раскатистый хохот Саркисян отразился эхом от пустых зданий.</p><p>— Мелина, военачальнице требуется время, чтобы освоиться в своём ранге. Именно поэтому они годами работают со своими предшественницами. Если тебя тревожит ваше отставание, вспомни: Мартышкиной посчастливилось учиться у своей бывшей госпожи и Альфы, когда она заслужила ранг, — сказала Арруда — временно искалеченная волчья ведьма, явно смущённая тем, что двум разведчицам приходилось сопровождать её повсюду. — О Джанин никто не позаботился. Племя облажалось.</p><p>— У неё должно быть почётное имя. — Мелина протянула ладонь, и Анисса рассекла собственную, прижав её к ладони самки, смешивая свою кровь с её кровью. — Я собираюсь бросить вызов Джанин. Да, я знаю, что проиграю! — Она пресекла шутки и ухмыльнулась. — Могуча моя предводительница. Это меня радует. Проигрывая, я намерена подтолкнуть её. Я осыплю её оскорблениями и попрошу Бездушную напомнить военачальнице, как Террифик поддерживала собственный авторитет, и буду настаивать на предельном наказании за позор, нанесённый духу поединка. Моя предводительница служила под началом Террифик дольше, чем кто-либо ещё; она освоила каждую пытку, что когда-либо применяла эта самка. Пока жизнь будет покидать моё кричащее тело...</p></section><section><title><p>Глава 20: Другой Полубог</p></title><p>Ронго застонал, помогая толкать тяжёлую тележку, доверху загруженную вольфрамовыми болванками и снарядами. С тех пор как Позолоченная Орда сравняла с землёй его родину, его существование свелось к простому распорядку: проснуться утром, наспех проглотить воду и паёк, выскочить из бараков, дать надсмотрщикам осмотреть себя на предмет ран и поспешить на рабочий этаж внутри гигантского передвижного завода, служившего личной оружейной для грозной предводительницы орды.</p><p>Это место было шумным адом из десятков тысяч вращающихся шестерён и жужжащих деталей, ворочающих железнодорожные мосты, чтобы рабы могли доставлять сырьё и забирать груз. Промышленные прессы вбивали раскалённый расплавленный металл, льющийся из плавилен, в нужную форму, а конвейеры час за часом штамповали боеприпасы и оружие. Процесс никогда не останавливался; этот завод был лишь одним из многих, следовавших за основными силами, поглощая руины, разбирая разбитую технику как союзников, так и врагов и перестраивая её для нужд воинов. Танки, силовая броня слишком крупная для обычных людей, боеприпасы, пушки, ракеты и снаряды: таковы были её дары постоянно растущей армии.</p><p>Золотые буквы взирали на рабочих сверху, видимые из любого угла завода: «Покорность ведёт к выживанию». Таково было обещание, которое Торговцы давали своим купленным рабам, и до сих пор они его выполняли, леча раненых работников и заменяя отказавшие органы. Старшие рабы предупреждали новичков: никогда не сопротивляться и не ослушиваться. Теперь они принадлежали воплощению единственного истинного бога. Даже сбеги они из этих залов, Похититель Рабов лично выследит их и добавит их шкуры к своему жуткому облачению. Свободы больше не существовало.</p><p>Только это.</p><p>Ни одного Чистокровного, основных воинов орды, поблизости не наблюдалось. В их присутствии не было нужды. На каждом уровне завода имелись скрытые отсеки с автоматическими турелями, а в случае чрезвычайной ситуации их хозяева могли запечатать целые уровни и усмирить восстание усыпляющим газом. Торговцы, ремесленники орды, редко присутствовали при процессе, и лишь для того, чтобы обучить перспективных рабов управлять сложными механизмами. Они ценили этих работников и предоставляли им лучшие условия. В знак единства такие подмастерья предлагали бесплатные уроки нижним рангам, поднимая товарищей по несчастью.</p><p>Пот стекал по телу Ронго, а линзы его защитной маски запотели, но он не смел снять её, чтобы протереть. Надсмотрщики, отобранные из числа рабов за преданность и телосложение, расхаживали мимо рабочих, держа руки на электрошоковых дубинках. Он уже заработал себе несколько ожогов близ позвоночника и не собирался испытать новый.</p><p>Массивные ворота плавно распахнулись сбоку завода, и хлынул поток свежего воздуха. Металлические конечности сгребали внутрь заржавевшие бетонные бастионы, усеянные обломками скоростных мотоциклов и пушек. Ворота закрылись, и сверху опустились краны, сбрасывая огромные бетонные плиты на составы для транспортировки на перерабатывающий завод для фильтрации.</p><p>Могло быть и хуже. Рассудил Ронго. Его родина была непокорной страной, где надменные знатные отпрыски охотились по сельской местности, не смущаясь мольбами о пощаде. Их собственные крики остались неуслышанными, когда визжащие ховербайки неслись по улицам, собирая богатый урожай. Ронго призвали в армию, но тяжёлая пощёчина оборвала его карьеру на третий день войны. Поначалу население ликовало, считая себя освобождённым, но Хатун Ханов не намеревалась расширяться на их каменистые равнины. Она посадила покладистую местную семью собирать и отправлять ей людей и ресурсы в качестве дани. Ронго был одним из проданных людей, и стоило отметить, что ему удалось выжить и сохранить все свои природные части тела. Это чего-то да стоило.</p><p>Тележка резко остановилась, и Ронго выругался, ударившись грудью о её грубый край.</p><p>— Что происходит? — прошептал он, воспользовавшись моментом, чтобы приподнять маску и вытереть пот с глаз.</p><p>— Свежая кровь. — Майреад, надсмотрщица низкого ранга, сплюнула на перила, и слюна мгновенно испарилась. Она курировала этот участок и предпочитала помогать своим работникам с чёрной работой, а не избивать их. Она расстегнула комбинезон и прислонилась к тележке. — Он снова это сделал.</p><p>Ронго выругался. Владыка Гор свидетель, он пытался! Он пытался вразумить этого идиота!</p><p>Рабочие расступились от тележки, освобождая пространство в центре зала, а надсмотрщики на верхних уровнях бормотали приказы, веля рабам подойти ближе и смотреть. Начальник Шакир тащил за собой сопротивляющегося мужчину. Шакир утверждал, что он Чистокровный, но никто ему не верил, и не из-за тёмной кожи. Мужчина не был обычным; он однажды небрежно вздёрнул Ронго в воздух за шею. Но у него не было такого же телосложения, как у завоевателей, ему не хватало их массивности, а кожа его была тёмной по сравнению с их бледным оттенком. Он был ублюдком, воплощавшим жестокость своих предков.</p><p>Надсмотрщик держал в руке недавнее пополнение, путника из далёкой страны. Ронго и Майреад застали его молящимся своему богу ночью, и они усадили дурака, объяснив, что это одно из немногих нарушений, за которое Шакир мог покалечить или убить. Дурак был слабоволен, и они пытались укрыть слабую кровь, давая ему задания подальше от пытливых глаз Шакира, ведь товарищество было способом выжить здесь. Но, очевидно, идиот на этот раз произнёс молитву не в том месте.</p><p>— Сколько раз? — весело спросил Шакир, ткнув концом электрошоковой дубинки мужчине под рёбра. Ронго услышал трескучий разряд, прожёгший дыру в комбинезоне мужчины. Раб взвыл от боли, содрогаясь от разряда электричества, жестоко сотрясшего его органы. На коже проступил чёрный ожог. — Нет богов в этом мире, кроме Неба!</p><p>Ещё один удар в живот, и раб изверг рвоту прямо в лицо надсмотрщику. Шакир выругался и отпустил хватку, вытирая грязь с маски. Тяжёлый пинок вернул ползущего мужчину на ноги.</p><p>— Нет спасения, нет побега, нет пощады! — Рука надсмотрщика сомкнулась на шее раба, и ещё два выпада оставили ожоги на его коленях. — Вбей это в свой тупой череп! Теперь вы принадлежите нам! Позолоченная Орда владеет вами, а Небо правит вашими душами! Ваши немощные правители не смогли вас защитить; ваши жалкие демоны раздавлены под стопой единственного истинного бога, и в этом теперь ваше существование! — Шакир кольнул рыдающего мужчиной по разу в каждую руку, улыбаясь его мучительным конвульсиям. — Отныне и навеки!</p></section><section><title><p>Глава 21: Простой Разговор</p></title><p>— Святая Меча Бертруда настаивает на встрече с вами, — объявил Марко, входя в палатку Джанин.</p><p>Джанин отложила терминал и медленно выдохнула. Её раны давно зажили, но Максенс надавил на высшее командование, чтобы ей дали полных пять дней отпуска на восстановление. Ей! Будто она детёныш! А теперь у неё под палаткой стояли военные полицейские, сопровождая её повсюду, включая походы поесть или справить нужду. Капитан Кристобо лично допрашивал её насчёт дуэли с проклятой Святой Меча, предупредив, что не потерпит мести.</p><p>Это приводило её в бешенство, и она с головой уходила в обязанности, унимая гнев. Она навестила Марти, чтобы подбодрить её, и в итоге провела с ней разговор, ставший ещё более неловким из-за присутствия этих ублюдков из военной полиции. Ей хотелось найти Эшбрингер и попытать удачи против этой женщины, но с «нянями» рядом это было невозможно.</p><p>Она заперлась в палатке, читая отчёты, одобряя запросы, составляя расписание регулярных тренировок и сочиняя письма семьям погибших воительниц. Мартышкина притворялась, что оправилась, но Джанин видела насквозь этот обман и взяла бремя на себя, извещая семьи погибших членов её стаи, чтобы ничто не напоминало подруге о трагической потере дочери.</p><p>Закончив этот скорбный долг, она навестила раненых товарок и в итоге была несколько разочарована, узнав, что Бездушную пришлось ввести в медикаментозную кому. Максенс назначил не менее трёх дополнительных операций её старой подруге, чтобы исправить повреждения, нанесённые неисправными имплантами.</p><p>— Пусть тратит время, стоя до рассвета, мне всё равно, — спокойно сказала Джанин, делая пометку, где остановилась в чтении отчётов о неисправном снаряжении.</p><p>Чак не лгал; стая держалась на последнем издыхании в плане снаряжения. Даже самые почитаемые и великие стаи — Альфы, Предайг и Драгены — с трудом поддерживали боеготовность, несмотря на первоочередное пополнение запасов. Сварные бронепластины больше не обладали обычной прочностью, поскольку второсортные сплавы заменили диамодит. Она проткнула пальцами шов и сочла его непригодным для затяжного боя. Нехватка гранат, боеприпасов для кускострелов... вот это беспорядок. По крайней мере, энергетических элементов хватало с избытком.</p><p>Проглотив гордость, Джанин отправила сообщения всем, кого знала, уведомив Династа, Тилла Инго, Пожирателя, Орден Ледяных Клыков и Постороннего о плачевном состоянии своей стаи. Сюзерен пообещал вколотить разум в Разорительницу; Пожиратель и Посторонний хранили молчание; Инго не ответил; а Орден откликнулся немедленно, поделившись своими оружейными складами. Волчьи ведьмы жаловались на нелепость использования «горохострелов» и винтовок без стоящей отдачи, предоставленных армией, но военачальнице было всё равно. Она написала официальное благодарственное письмо Ордену и заставила свою стаю тренироваться с новым оружием. Другие стаи последовали примеру, рыча от унижения.</p><p>Увы, большего она сделать не могла. В каком-то смысле желание Чака исполнилось. Армия стояла лагерем у павшей столицы три дня, завершая эвакуацию и прочёсывая регион от налётчиков. Разорительница и Кристобо набирали добровольцев из беженцев, призывая самых молодых преступников, чтобы пополнить ряды Третьей. Появилось несколько Итернийцев, людей из какого-то новостного агентства. Они ползали по городу, точно надоедливые позвоночные клещи, беря интервью у солдат и записывая преступления Техно-Королевы. Племя Волка игнорировало их ради всеобщего блага.</p><p>— Спасибо, Марко, — Джанин взяла отчёты из его лап и бегло их прочла. Запасы еды сокращались, но Чак и бывшие вожаки мятежников решили эту проблему. — Постой, — она остановила сына, прежде чем он успел ускользнуть. — Посиди со мной.</p><p>Джанин порылась в сумке, нашла шоколадный батончик и бросила его Марко, чтобы поднять настроение. Шоколад был своего рода недавним переоткрытием из Старого Мира. В Итерне он никогда по-настоящему не исчезал, но и Возвратителям, и Клятвоберущим пришлось преодолеть немало препятствий, прежде чем восстановить старые лакомства, и эти продукты оставались крайне дорогими во Внешних Землях. Но, Духи свидетели, радостное выражение на морде Марко, когда его клыки сомкнулись на шоколадном батончике, стоило каждого токена. Разорительница была права. Старый Мир, может, и уничтожил себя, но его чудеса стоило переоткрывать заново, а останки его культуры и истории послужат фундаментом для лучшего завтра.</p><p>Возвратителям больше не приходилось нормировать еду, держа половину населения на питательной пасте или грибах. Новости сообщали о создании обширных сельхозугодий, где тысячи и тысячи кузаков, больше, чем она когда-либо могла представить существующими в мире, мирно паслись на траве, обеспечивая государство молоком и мясом. Плодородную почву выращивали искусственно, порождая целые отрасли, дающие хлеб и овощи в изобилии. И если пропаганда говорила правду, это было лишь началом. Рабочие места открывались день ото дня; государство закупало у Итерны генетически улучшенных коров, возвращая нации белое молоко; а эксперты по природе трудились сверхурочно, восстанавливая леса вслед за распространяющимся терраформированием.</p><p>Чем я займусь во времена мира? Может, стану наставницей для молодых детёнышей? Она отбросила эти бессмысленные мечты. У неё не было шанса увидеть этот день не тогда, когда пали воительницы лучше и сильнее. Но кто-то другой сможет.</p><p>— Как у тебя дела с сёстрами? Всё хорошо? Никто тебя не обижает? — спросила Джанин, не зная, как правильно задать этот вопрос.</p><p>— Лучше, чем хорошо! — ответил Марко, не торопясь наслаждаясь сладостью молочного шоколада, тающего во рту. — Нетерпеливая научила меня вязать петлю, чтобы таскать ящики. Мы с Богданом до блеска отполировали пластины песком. Нисси дала мне советы, как собирать кускострел. Я хотел попробовать гранаты, но она рассмеялась и сказала, что для такого веселья ещё рано. И ни одна девчонка не пинала меня уже несколько месяцев! Армия это здорово, мама! Намного лучше ям; здесь все такие услужливые и уважительные!</p></section><section><title><p>Глава 22: Вторая Армия</p></title><p>Командующая повела её к югу от военного лагеря, остановившись сразу после того, как они миновали последнее минное поле. Несколько разведывательных патрулей и отрядов заметили их и поинтересовались целью их визита, но Разорительница сидела неподвижно, вслушиваясь в далёкие подрагивания, которые могла слышать лишь она, оставив Джанин объяснять ситуацию войскам.</p><p>Было утро, но облака набросили тень на армию. Инженеры трудились, извлекая закопанные генераторы щита; офицеры наблюдали за оставлением города, чтобы агенты Бюро Расследований могли запечатать его ворота, официально закрепив регион за Армией Возвращения. План состоял в том, чтобы это место оставалось заброшенным некрополем, пока терраформирование не устранит самые серьёзные опасности, позволив прибыть поселенцам.</p><p>На самом деле всё было иначе. Через считанные дни или недели, если повезёт, после передислокации мародёры явятся обезвреживать оставленные ловушки и мины. Оттуда эти оппортунисты либо разберут город по частям, либо продадут его местоположение одной из многочисленных банд налётчиков. Беззаконие, болезни, вызванные токсичными отходами, будут пропитывать регион ещё десятилетиями, вплоть до возвращения Армии Возвращения. Территория была закреплена исключительно для того, чтобы не допустить сюда Итернийских разведчиков.</p><p>Словно по сигналу, четверо Итернийцев снимали, как белые капсулы вывозят из города. Каждая капсула двигалась на отдельной платформе, неся жертв безумия Техно-Королевы. Студенты Тилла Инго — мужчины и женщины самых разных форм, некоторые совершенно нечеловеческие, скользящие на щупальцах — окружали процессию, не позволяя журналистам заговорить или снять раненых.</p><p>Журналисты... хех. Трое Итернийцев выглядели в точности так, как и ожидалось от прессы, облачённые в элегантные облегающие синие костюмы, их бледные лица за освещёнными прозрачными забралами не несли ни единого шрама. Круглые парящие дроны бесшумно жужжали вокруг них, записывая всё, пока трио пыталось втянуть в разговор шаманку, назначенную их охранять. Повязки на рукавах с надписью «ПРЕССА» обвивали их руки, и те же светящиеся буквы украшали их груди и затылки шлемов. Они бросались в глаза, точно бельмо, и, несмотря на заявления о способности обеспечить собственную безопасность, Разорительница всё равно назначила им охрану.</p><p>Потому что Итернийцы не знали опасностей. Тела их сородичей нередко находили в бескрайних пустошах или заброшенных руинах. Соперничающая страна или нет, Джанин одобряла решение командующей благополучно доставить их в Форт Угло, откуда их сопроводят на территорию Итерны.</p><p>Последний, впрочем, журналистом не был. У мужчины было то же жадное выражение лица, что и у его спутников, но он держал в поле зрения весь лагерь, никогда не оставляя спину открытой и не упуская из виду приближающихся солдат. Кобуры и ножны, выращенные из его костюма-наномашины, держали его оружие в идеальной досягаемости. Заметив её взгляд, он улыбнулся и прижал палец к шлему, подтверждая её подозрения.</p><p>Расхититель гробниц. Эксплораторы, как их называли в Итерне. Генетически улучшенные люди, их мышцы увеличены и уплотнены, органы сделаны невосприимчивыми к ядам, кости толще, чем у Нормала. Искусственные Новые Виды, эксплораторы служили шпионами и телохранителями. Внезапный стальной блеск в его глазах и скорость, с которой он осмотрел её шею и бока, предупредили военачальницу, что ему уже доводилось убивать.</p><p>Едва заметный кивок шаманки подтвердил, что она разделяет подозрения Джанин насчёт эксплоратора, вероятно, планировавшего посетить город после ухода армии. Впрочем, не было причин облегчать жизнь Итернийцам, и за шаманку она не боялась. Итерна была их соперницей, а не врагом, и, если понадобится, ни один псевдо-Новый Вид не мог и надеяться выстоять против настоящего.</p><p>— По какой причине командующая Разорительница находится здесь, на открытом пространстве? — спросил журналист после того, как шаманка оттеснила его назад. — Общественность имеет право знать! Командующая Разорительница! Несколько вопросов, пожалуйста!</p><p>— Хорошо, — сказала Разорительница, повернув голову, чтобы изучить Итернийца. — Твоё имя?</p><p>— Джейкоб, — ответил опешивший журналист. — Джейкоб Макаревич, командующая.</p><p>— Дата рождения?</p><p>— Апрель, вто... постойте, я не это имел в виду, командующая! Я хотел задать вопросы вам, а не наоборот.</p><p>— Вини собственную неудачную формулировку. Дата рождения. Я жду.</p><p>Джанин заметила, как эксплоратор ухмыльнулся допросу Разорительницы. Благословенная Мать требовала узнать о нём всё: о его семье, сколько у него детёнышей, где он родился и какая погода в Итерне в это время года. Военачальница услышала смешки проходящих солдат и позволила им повеселиться.</p><p>Её ноги почуяли это первыми. Слабые толчки прокатывались по земле, усиливаясь с каждой секундой. Дома это было бы предупреждением о надвигающемся землетрясении. Хотя это было не совсем неточно, к ним приближалось стихийное бедствие иного, положительного рода.</p><p>— Добро пожаловать во внутренний круг, — сказала Драгена, подойдя ближе вместе с другими военачальницами. Она всё ещё была в полном боевом снаряжении.</p><p>— Ты должна мне плащ, — прорычала Альфа вместо приветствия, выглядя нелепо в своих брюках-карго и белой рубашке, быстро чернеющей на едком ветру. Альфа принюхалась к Джанин, пометив её запахом уважения. — Давно пора было тебе к нам присоединиться.</p><p>— Постараюсь стать лучше, — Джанин пожала запястье Альфы, избегая огромных когтей. — Прости за плащ. Сколько...</p><p>— Нет. Достань мне новый.</p><p>Волкород, закованная в передовую, угольно-чёрную силовую броню, обвила руками Джанин следующей. Зеро было плевать, что думают о ней младшие ранги; она потёрлась удлинённым шлемом о лоб нареченной сестры, её чёрный плащ хлопал на ветру. Джанин видела лицо Зеро лишь однажды, когда её саму возвысили в ранг военачальниц.</p><p>Зеро и Разорительница были близнецами, неразличимыми внешне, но разными по размеру и характеру. Зеро разделяла каждую каплю дара Разорительницы, исцеляясь так же быстро, как Благословенная Мать. Когда Повелительница пробила дыру в Первой Военачальнице, та исцелилась меньше чем за неделю. Она не командовала войсками, предпочитая вести войну на расстоянии, используя винтовку и ловушки, чтобы собирать жатву жизней. Многие шаманки всё ещё путали меньшую близняшку с большей или заявляли, что она — воплощение Благословенной Матери, так что она стёрла своё лицо с большинства фотографий и всегда носила запечатанный шлем, настаивая, что это позволяет ей оставаться самой собой.</p></section><section><title><p>Глава 23: Жить и Меняться</p></title><p>Джанин пришлось бежать, чтобы поспевать за Пожирателем и Разорительницей, двигавшимися неторопливым шагом. Холм, выступающий камень, стальная труба — всё, оказывающееся на пути Пожирателя, становилось частью сплющенной дороги, спрессованной его непостижимой тушей. Разорительница пробивала дыры в любом предмете на своём пути вместо того, чтобы перепрыгивать зазубренные камни. Змей сместил путь, передвинувшись ближе к своей сопернице, и прародительница подхватила игру, сложив руки за спиной и выпрямившись, замедлив шаг до прогулочного. Вдвоём они шли, демонстрируя единство армиям, и Джанин их догнала.</p><p>Иллюзия рассыпалась, как только они преодолели десять километров и достигли каньона, огибавшего часть горного хребта. Разорительница прислонилась к склону утёса, а Пожиратель зашипел, его тень заплясала над командующей. Джанин потребовался миг, чтобы осознать: командующий Второй армией дрожал от ярости.</p><p>— Пытаешься затмить меня? — прогремел он, и вежливость с теплотой схлынули из его голоса. Его баритон отразился эхом по каньону ниже группы.</p><p>— Я просто исполнила приказ Династа. — Разорительница выпустила когти, слизнув что-то с них. — Стерва была угрозой. Теперь стервы нет.</p><p>— За исключением стоящей передо мной, — он нанёс выпад.</p><p>За свою долгую жизнь Джанин видела, как рушились городские стены — некоторые из них под её собственным топором. Она видела целые горные хребты, охваченные пламенем, их склоны плавились от невыносимого жара и обрушивались под весом нескончаемого артиллерийского обстрела. Чего она не видела, так это как гора исчезает из виду. И Пожиратель сделал именно это. Его нижняя половина двинулась настолько быстро, что её глаза попросту не успели зарегистрировать движение; лишь пульсирующая боль в барабанных перепонках и ударная волна, обрушившаяся на неё, предупредили её о титаническом мгновении, когда его хвост сперва соприкоснулся с подбородком Разорительницы, а затем со склоном, раскроив его. Трещина разрушения расширилась, расколов гору надвое. Прежде чем военачальница успела поднять лапы, чтобы защититься, командующие разбили вдребезги сами камни, падавшие на Джанин.</p><p>— Прошу прощения за вспыльчивость, военачальница, — сказал Пожиратель. — Династ отдал нам приказ взять город вместе! — Его голос заглушил затихающее эхо лавины. — Мы должны были правильно окружить город, перерезать все пути отступления и разбомбить его обратно в каменный век.</p><p>— И сколько людей бы погибло? — спросила Разорительница, вытирая подбородок.</p><p>— А сколько погибло наших солдат? — ответил Пожиратель. — Я изучил отчёт, Разорительница! Ублюдки пытали и прикончили нашего посланника. Была ли его смерть необходимой? Зачем он вообще туда полез?</p><p>— Он настоял на исполнении своего долга...</p><p>— Уверен, могучий Нормал оказался слишком тяжёлым вызовом для слабенькой Разорительницы, чтобы его удержать, — усмехнулся Пожиратель.</p><p>— Техно-Королева планировала...</p><p>— Уловку, чтобы нас всех перебить; да, это очевидно любому, у кого есть хоть половина мозга. — Пожиратель закатил глаза. — Сканеры могли бы точно определить местоположение бомбы, а чистая огневая мощь четырёх тепловых лучей, сосредоточенных в одной точке, расплавила бы её тронный зал и закончила осаду раньше — со щитом или без.</p><p>— Вместе с заложниками, — тихо сказала Разорительница.</p><p>— Вместе с заложниками, — Пожиратель кивнул. — Трагедия и милосердие. Мы ведём войну, Разорительница. Люди гибнут. Техно-Королева никогда не была угрозой. Она была просто реликтом эпохи, упрямо отказывающейся исчезать, существовавшим исключительно для того, чтобы добавить штрих к моему непревзойдённому наследию. Ты украла у меня эту победу, отказавшись дождаться моего прибытия...</p><p>— Твоя вина, что ты так медлителен, слабак. — Брызги крови Разорительницы приземлились между глаз Пожирателя.</p><p>Он замер и опустил огромные веки. Услышав дребезжащий звук хвоста Пожирателя и увидев, как встаёт дыбом мех на загривке Разорительницы, Джанин бросилась вперёд, приземлившись между командующими и преклонив колено.</p><p>— Благословенная Мать, Командующий Пожиратель, прекратите эту агрессию! Наши армии стоят рядом, протягивая друг другу товарищескую лапу. Не годится вам обоим разрушать наше сестринство из чистого ребячества. — Я покойница. Подумала Джанин, пока их объединённое раздражение сосредоточилось на ней. Зачем я сказала «сестринство»? Общепринятое выражение братство. Эх, какая теперь разница, пойду до конца. — Да, ребячество! С чего это вы ведёте себя точно детёныш, которому отказали в первом лакомстве? Командующий Пожиратель, ваша изобретательность привела к основанию некоторых из самых престижных городов государства; зачем переживать из-за упущенной скромной закуски, недостойной звания поселения? Как только Благословенная Мать повергла тиранку, её народ добровольно присоединился к нашим рядам. Полагаю, обстреляй мы их безжалостно, ситуация сложилась бы иначе, а запечатлей Итерна, как мы ведём более традиционную осаду, они могли бы использовать эти кадры, чтобы посеять раздор в наших рядах. Командующая Разорительница, я понимаю вашу преданность безопасности наших союзников, но у Командующего Пожирателя есть веская причина! Если Династ приказал нам сотрудничать, нам следовало работать вместе! По меньшей мере, вам стоило уведомить его об изменении планов.</p><p>Они уставились на неё. Два богоподобных существа, раздражённые тем, что муравей вторгся в их дела. Джанин почти чувствовала, как губы Разорительницы раздвигаются, обнажая смертоносные клыки, готовые пронзить её кожу за дерзость проявить инициативу. Безмолвное неодобрение Пожирателя было не менее ощутимым. Но ей было всё равно. Воительницы должны видеть своих предводительниц едиными, никогда не нападающими друг на друга на публике. То, что позволялось военачальницам и младшим рангам, не допускалось для верхушки, и, Духи ей свидетели, она заставит их образумиться или погибнет, пытаясь!</p><p>— Джанин, — сказала Разорительница. Чтобы успокоиться, она схватилась лапой за голову. — Наш ранг требует от всех нас величайшей жертвы...</p></section><section><title><p>Глава 24: Обнюхивания и Огрызания</p></title><p>— Зачем вы все здесь? — прямо спросила Джанин.</p><p>Она находилась в грузовом отсеке ползуна, окружённая ящиками. Запахи масла и остатки пустых энергетических элементов давали общее представление о том, для чего использовалось это место, когда у армии хватало ресурсов его заполнять. Капитан, не желая лишать Вторую армию её драгоценных запасов, приказал своим войскам взять у союзников самый минимум, и Разорительница, вопреки возражениям Пожирателя, поддержала это решение.</p><p>Их путь до сих пор проходил без происшествий. Стеснённые в тесных помещениях, стаи ворчали. Малейшая провокация разжигала драки и доминирования, и военная полиция, разозлённая сильнее обычного, палила транквилизирующими дротиками и электрошоковыми зарядами направо и налево, разнимая потасовки. Волчьи ведьмы патрулировали коридоры, пресекая любое нарушение спокойствия, пока военачальницы тянули жребий, надеясь выиграть право на ежедневный патруль снаружи. Разорительница назначила Драгену и Первого командовать, а сама заперлась в своих покоях.</p><p>Джанин пропускала предложения о наружных патрулях, к немалому разочарованию своей стаи. Она знала об их жажде покинуть этот стальной гроб и отправиться на охоту, смывая тревоги в гемолимфе Инсектоидов. Но их ждали цивилизованные земли, и им нужно было соответствовать образу. С безжалостной эффективностью военачальница принялась воплощать свой план.</p><p>Нынешний распорядок дня состоял из следующего: по утрам она созывала весь свой отряд, проверяя их самочувствие и наблюдая за доминированиями и ранговыми поединками, чтобы не дать глупышкам перебить друг друга. Закончив эту задачу, она навещала раненых членов стаи, а в её отсутствие волчьи ведьмы проводили тренировки, используя крупный грузовой отсек для постановочных боевых учений. Его стены пропахли кислотой и напалмом, когда другие военачальницы последовали примеру стаи Джанин, внося в учебные бои собственные штрихи. После этого она усаживала своих солдат, точно непослушных щенят, и зачитывала им обычаи и законы их родины. Доверять электронному блокноту было нелегко, и она пригласила нескольких офицеров помогать вести эти уроки. Капитан Кристобо однажды присоединился, поделившись собственным опытом. Джанин также добавила дополнительные правила: испражнение вне уборной — пятнадцать плетей; оскорбление экипажа — тридцать плетей; неспособность ответить на опрос в конце каждого занятия — одна плеть.</p><p>Волкороды были выносливым народом, но Джанин научила их бояться цепи в её лапе. Один удар плетью включал обычный замах, но вместо того чтобы оттянуть титановую цепь назад, военачальница ждала, пока та обовьётся вокруг торса непокорного подчинённого. Затем она выдёргивала нарушителя с пола, раскручивая глупца или идиотку в воздухе, пока острые звенья цепи впивались в тело, оставляя кровь и царапая подкожную броню. Совокупная дезориентация от вращений была достаточно унизительной, чтобы ни один младший ранг не наслаждался болью, как на своей шкуре усвоили Анисса, Богдан и Мелина.</p><p>После трёх дней строгого применения новых правил Джанин заслужила кипящую ненависть медиков, вынужденных лечить раненых, неохотное уважение стаи Альфы, восхищённой её приверженностью железной дисциплине, и множество покрытых шрамами тел, пыхтевших, драивших полы и конспектировавших на занятиях из страха получить плохую оценку. Когда военачальница Альфа переняла методы Джанин, искра гордости пронзила стаю, и они самодовольно нашёптывали похвалу изобретательности своей предводительницы Волкородам, служащим под началом других военачальниц. Предсказуемо, это привело к наплыву поединков за доминирование.</p><p>К счастью, ледяные мальчики держались на своей стороне ползуна, встречаясь с племенем лишь во время кормления, в зонах, где и военачальницы, и Святые Меча следили за исполнением приказа Разорительницы воздерживаться от дуэлей и боёв между двумя группами. Некоторые Святые Меча присоединялись к урокам, которые вела Джанин, но Бертруду она держала подальше.</p><p>Выдалось немного редкого свободного времени, и Джанин позвала Марко на очередной личный урок, лишь чтобы обнаружить, что выбранный ими отсек переполнен. Явились Игнаций, Богдан, Нетерпеливая и Анисса, последние двое наконец исцелились достаточно, чтобы удобно сидеть после всех плетей, полученных за плохие оценки. За ними пришла Эльзада, пока единственная разведчица, успевающая на занятиях, принеся блокнот. Разведчица с металлической ногой и искусственным лёгким уселась рядом с Игнацием, едва не столкнув его с ящика небрежным толчком бедра. Рука, сломанная Аниссой, всё ещё покоилась на перевязи. Самое досадное пришло в конце: Калайса и Анджи протиснулись в закрывающуюся дверь. Калайса сердито уселась позади всех, а Анджи нашла себе место рядом с Марко.</p><p>— Всё ещё в отпуске, — ответил Игнаций, положив слегка великоватую металлическую конечность на колено и повозившись с отвёрткой. Его искусственная рука всё ещё сохраняла тусклый серый цвет, но сын планировал покрасить её в чёрный. Новые пальцы обладали той же гибкостью, что и органические. Богдан признался Джанин, что Игнаций уже как минимум раз разобрал и собрал свою новую руку заново, возясь с ней в попытке ускорить работу пальцев. — С тем же успехом могу узнать что-то новое.</p><p>— А ещё Игнаций обещал посмотреть мою ногу, — промурлыкала Эльзада, снова толкнув парня бедром. По её просьбе Игнаций добавил набор вольфрамовых когтей к неизящным, но крепким пальцам ноги её искусственной конечности. Изначально он планировал использовать обычный титановый сплав, но студент Тилла Инго удивил его, предоставив самцу доступ к обломкам боевого робота. Он воспользовался литейной мастерской ползуна для создания этих смертоносных орудий убийства. Эльзада ухмыльнулась и блеснула естественными когтями у самого его носа. — Когти, установленные на моей ноге, выдвигаются немного... медленно. Может, стоит найти уединение и проверить их у меня в логове?</p><p>— Зачем? — спросил Игнаций, сбитый с толку. — Давай сделаем это прямо сейчас!</p></section><section><title><p>Глава 25: Немного Истории</p></title><p>— Да, учительница! — Анджи подняла счастливого Марко и усадила его себе на плечо. — Армия Возвращения охватывает три крупных региона. Первый — это Внутренние Земли, где находится столица славного Династа.</p><p>Джанин хотела застонать, видя, как Нетерпеливая делает заметки. Как? Как она этого не знала?</p><p>— Некогда это место было гигантским арсеналом, хранившим впечатляющий запас оружия Старого Мира. Когда Династ его нашёл, он сделал его нашей столицей, куда свозили слабых и угнетённых в безопасность. Сперва облака дыма окутывали это место, а граждане неустанно трудились, закладывая фундамент нашего славного государства! Силовая броня, которую носят шаманы, происходила из его обширных литейных цехов. Но спустя десятилетия, с помощью Итерны, мы открыли, как улучшить нашу промышленность так, чтобы не загрязнять окрестности. Сегодня Внутренние Земли — святилище; живые ковры из цветов и деревьев покрывают их холмистые равнины, с небес падают нежные дожди, а гражданские лодки лениво скользят по широким рекам.</p><p>— Вода. Фу. — Анисса покачала головой, выразив общее мнение насчёт раздражающей мокрой субстанции.</p><p>Племя Волка могло плавать в зыбучих песках и выдерживать токсичные испарения и радиацию, но на каком-то почти инстинктивном уровне остерегалось воды. Её нужно пить, а не плавать в ней! Лишь Анджи, казалось, не смутило это откровение. Джанин постучала по ящику, вернув всеобщее внимание.</p><p>— Ещё есть Арена! — быстро заговорил Марко, тревожась, что упустит внимание аудитории. — Место, где чемпионы Династа — Посторонний, Благословенная Мать и Пожиратель — соревнуются в Испытании Силы. Внутренние Земли отвечают за решение главных административных проблем нашей нации. Внутри стен столицы хранится экзотическое оружие, слишком ужасное, чтобы его когда-либо применять. Дальше идут Центральные Земли. Это территории, где живёт большая часть населения. Они свободны от большинства опасностей, и зелень вернулась в почву. Там несколько городов, огромные экономические центры, снабжающие наши армии. Могучие стены окружают Центральные Земли, которые передвигаются каждый раз, когда регион расширяется... И эм...</p><p>— Этот регион весьма прохладен, — помогла ему Джанин. — Там, где обычный человек может получить тепловой удар в наших деревнях, в Центральных Землях такой опасности почти не существует. Рекомендую всем тёплую одежду.</p><p>— Да, я уже... то есть, — Марко вдохнул. — Его Превосходительство Пожиратель правит Центральными Землями. Затем идут Внешние Земли. Этим термином мы называем недавно покорённые регионы и места, где терраформирование до пригодного для жизни состояния ещё не началось.</p><p>— То есть... мы сейчас во Внешних Землях, да? — спросила Калайса. — Раз Пожиратель правит Центральными Землями, значит, Благословенная Мать правит этими территориями?</p><p>— Посмотрите все, она учится, — просияла Анджи, показав язычок рычащей Калайсе. — Ну не морщи мордочку, дорогая; когда ты не ведёшь себя как стерва, ты выглядишь очаровательно. Улыбайся почаще и будь славной девочкой, и почувствуешь себя отлично.</p><p>— Заткнись, подлиза, — выругалась Калайса.</p><p>— Шлюха, — парировала Анджи.</p><p>— Ты права, сестра Калайса, — Марко кивнул, стараясь сохранять спокойствие на фоне агрессии двух самок. — Мы во Внешних Землях. Однако Благословенная Мать отказалась от права управлять этим регионом, передав его вместо этого Провинциальному Правительству — собранию мэров крупнейших поселений в округе. Они голосуют за различные мелкие меры в регионе, вроде снижения налогов и переселения людей из опасных зон.</p><p>— Погодите-ка, — Эльзада, будто бы случайно, почесала Игнация за ухом. — Значит, только Нормалы решают, что изменится в регионе? А как же мы?</p><p>— Да, нечестно! — кивнул Игнаций.</p><p>— Мы стоим вне структуры гражданского правительства и живём по собственным законам, — объяснила Нетерпеливая. — Наше право отбраковывать старейших, милосердно убивать немощных детёнышей и применять физическое насилие друг к другу... у Нормалов нет права на что-либо из этого. Они пытаются выхаживать своих детёнышей до здоровья и потенциально могут жить достаточно долго, чтобы их сердца остановились сами по себе.</p><p>— Варвары. Жестоко заставлять сломленного детёныша страдать в этом мире, — сказала Анджи.</p><p>— Да, просто дайте бедной душе переродиться и получить шанс в более здоровой форме, — поддержал её Богдан.</p><p>— Не уверен. Протезы сейчас способны творить чудеса, — сказал Игнаций, показывая металлическую руку. — Просто взгляните...</p><p>— Да, да, нас всех очень впечатляет твоя новая конечность, братец. — Анисса обняла его и поцеловала в лоб. — Однако некоторые из нас помогали матерям при родах. Поверь мне, когда видишь крошечного младенка, хватающего ртом воздух и борющегося за дыхание, но неспособного выжить, потому что его недоразвитые лёгкие не справляются с кислородом, иммунная система отказывает, а агония расходится волной, потому что кожа не выдерживает жара... ты поступишь правильно, — прошептала она.</p><p>— Спасибо, Марко. Дальше я сама. — Джанин кивнула сыну и села на ящик. — Марко и Нетерпеливая не совсем правы. Благословенная Мать — командующая Третьей армией; она фактическая предводительница этих земель. В её отсутствие самые сложные вопросы решает благородный Лорд Змей. Теперь о Хьюстаде. Город Хьюстад, или просто Хьюстад, как его изначально называли местные, был основан девяносто восемь лет назад Его Превосходительством Пожирателем. В те времена это место служило узлом для работорговцев и торговцев плотью. Они разводили людей, часто принуждая их к размножению, и продавали детей Искажённым и Кровавому Двору в обмен на ресурсы и услуги. После месяца подготовки, с помощью мятежников под предводительством семьи Окстер и наших стай, за одну ночь Пожиратель положил этому конец, устроив бунты по всему городу и сожрав его правителей. Долгий и изнурительный процесс восстановления и перевоспитания превратил Хьюстад в настоящий город.</p><p>Она замолчала, оглядывая Волкородов перед собой. — Времена тогда были тяжёлыми. Государству требовались броня и оружие, и требовались немедленно. Правление Пожирателя едва ли выглядело иначе, чем правление обычного тирана где-нибудь в пустошах. Это было улучшение, заметьте, но незначительное. Смог заполнял улицы, производимый бесчисленными заводами. Нехватка мер безопасности приводила к тому, что дети разменивали своё здоровье, чтобы шестерни продолжали вращаться. Их нередко давило или резало на заводах. Люди теряли конечности; болезни свирепствовали...</p></section><section><title><p>Глава 26: Трагедия Прошлого</p></title><p>— Готова? — спросила Анисса, напрягая мышцы.</p><p>— Без сюрпризов? — уточнила Эльзада.</p><p>— Ни единого! — усмехнулась Анисса и напряглась до предела.</p><p>Они всегда были такими. Первыми, кто вгрызался молочными клыками в глотку друг друга в ямах. Первыми, кто крал поцелуй у мальчика. Дулись, спорили, дрались, хандрили, и всегда мирились и радовались в конце. Там, где другие детёныши высказывали свои мысли вслух, Эльзада и Анисса предпочитали более прямое решение. О, они и болтали тоже. Кто не любит поделиться последними сплетнями, лёжа на раскалённом камне, пока звёзды сияют на ясном ночном небе, думая, что этот миг никогда не кончится и что ты будешь жить вечно...</p><p>Но слова были дёшевы. Будь то украденная игрушка или вкусный дрон-Инсектоид, провинность оставалась провинностью, а кровь была лучшей валютой, чтобы показать искренность. После урока Джанин Анисса затащила исполняющую обязанности волчьей ведьмы, Эльзаду, в дальний, тесный отсек в хвосте ползуна. Постоянный скрежет гусениц заставлял контейнеры здесь слегка вибрировать, заглушая любые потенциальные крики, которые могли бы вырваться из тесного пространства. Там Анисса извинилась за то, что сломала Эльзаде запястье и сделала подразумеваемую угрозу насчёт её мальчика. Это было необходимо, но...</p><p>Биологическая нога Эльзады мелькнула, и её пальцы — выкованные в неподатливые, безжалостные крюки агонией дробления и исцеления — вонзились Аниссе в солнечное сплетение. Она гордилась тем, что стала сильнее своей соперницы, и сумела выиграть их последний спарринг одной рукой. Очевидно, подруга проработала стратегию, чтобы уравнять разницу в силе; сосредоточив атаку на уязвимом месте, она обошла слой закалённой внешней кожи и затвердевшей подкожной ткани, успевшей окаменеть в рудиментарный экзоскелет — слабый предвестник настоящего панциря, который она разовьёт через несколько лет.</p><p>Волчья ведьма невольно расслабила мышцы; атака застала её врасплох, и Эльзада впечаталась прямо в живот Аниссы. Искусственная конечность взорвалась о висок волчьей ведьмы, отшвырнув её с ног головой вперёд в переборку и впечатав в грузовые ящики.</p><p>— Обман! — пожаловалась Анисса, взяв тряпку у Эльзады. — Ты меня размягчила, прежде чем ударить!</p><p>— Эй, это ты дала мне бесплатный пинок моей новой ногой. Не моя вина, что ты заранее не уточнила, что мне нельзя пользоваться другой ногой. — Эльзада подпрыгнула на ноге и подняла протез достаточно высоко, чтобы его поцеловать. — Духи, простите эту богохульницу, но мне кажется, это начало прекрасного сосуществования.</p><p>— Пока мы квиты, — проворчала Анисса и сплюнула на пол. Она воспользовалась тряпкой, вытерла кровь изо рта, носа и ушей и проглотила остальное. Они никогда не сдерживались, улаживая обиду дракой — таков был их способ сближения. Нужно было выпустить все накопившиеся разочарования, иначе Дух Ярости однажды нагонит тебя. — Выяснила, на что твой мальчик тратил токены? Это было вымогательство?</p><p>— Не-а, подарок. Для девчонки, да, но не по той причине, что я думала, — хихикнула Эльзада, отказавшись вдаваться в подробности. Она положила лапу на плечо подруги и помогла Аниссе подняться. — А ты? Кому из Клятвоберущих пишут письма Джанин и Мартышкина?</p><p>— Понятия не имею. — Анисса покачала головой и застонала от нового приступа боли и головокружения. Она приняла поспешно протянутую флягу и выпила немного воды, выплеснув остальное себе на скальп, чтобы прогнать звёзды, пляшущие перед глазами. — Они хранят этот секрет, точно вирм — свою кредитку.</p><p>— Готова поспорить, это самец. Наверняка тайный любовник, — поддразнила Эльзада. — Небось, спутались с Лордом Стюардом во время плена и скоро сбегут к нему.</p><p>— А он, небось, вылепит себе величественные тела Волкородов, чтобы... — Анисса поморщилась от яркого образа и обвила рукой шею Эльзады, присоединившись к её смеху. — Эх, кого я обманываю? Они заслуживают кого-то получше.</p><p>Папа. Слова вернули болезненные воспоминания. Кольт не был отсутствующим или робким отцом, как многие самцы в племени. Старик вошёл в их жизни, журя девчонок и мальчишек одинаково, невзирая на их социальный статус. Даже Нетерпеливая уважала его выходки, когда он убедил всю семью присоединиться к нему на ужин в мотеле Нормалов, а позже повёл их смотреть на светящиеся кристаллы в пещере. Кольт иногда тайком от Джанин и Нетерпеливой угощал их мороженым. Он был потрясающим отцом.</p><p>— Прости, — извинилась Эльзада, догадавшись, что омрачило настроение Аниссы. Рана всё ещё была слишком свежа. — Кстати, ты тянешь время.</p><p>— Правда, — признала Анисса, языком проверяя на вкус свои распухшие губы. Удар Эльзады оказался ещё мощнее обычного. — Просто... это страшно, ясно? Иметь машину, угнездившуюся в твоей глазнице, её провода, входящие в мозг, передающие электрический, неестественный видеопоток в доли мозга. Одни лишь импланты жутковаты; эта проклятая штука вполне может оказаться поработителем разума.</p><p>— Тогда тебе не о чем беспокоиться! — улыбнулась Эльзада. — У тебя никогда и не было мозгов, чтобы их захватывать.</p><p>— Гадина! — Анисса присоединилась к смеху Эльзады. — И...</p><p>Они замерли, вздрогнув от неожиданного крика. Мысли понеслись в голове Аниссы, пока она бросилась к двери. Крик? Здесь? Оглушительный рёв гусениц заглушил бы что угодно обычное, так что источник должен был быть поблизости. Голос принадлежал Нормалу — она могла бы поставить на это жизнь. Может, это ещё один случай насильственного нападения или сорвавшейся тёмной сделки? Смертельные ранения или физическое насилие среди Нормалов случались редко, но всё же бывали. Бюро Расследований недавно раскрыло небольшую контрабандистскую сеть после того, как её члены переключились с тайного проноса сладостей и напитков на попытки продавать наркотики.</p><p>Анисса открыла дверь и выглянула, оставаясь незамеченной, пока Эльзада тихо выпускала когти, пристраиваясь позади неё. Густая, почти маслянистая тьма встретила их, клубясь в коридоре и душа свет ламп. Двое людей стояли посреди коридора. Анисса узнала одного из них: Кеон из вспомогательных сил, недавний новобранец, обучающийся присоединиться к инженерным бригадам. Рядом с ним стоял Итерниец — бледнокожий журналист, выпросивший разрешение отправиться с ними в Хьюстад, чтобы снять сюжет.</p></section><section><title><p>Глава 27: Урок</p></title><p>Джанин проследовала по запаховой метке к небольшой смотровой площадке над обеденным отсеком номер четыре. Ползун был сложным, живым лабиринтом, а просторные коридоры служили ему венами и улицами. Даже спустя несколько дней в этом гробу военачальница полагалась на запахи, оставленные другими Волкородами: они рисовали окружение гораздо лучше любого бездушного терминала.</p><p>А сейчас она вступила на территорию стаи Игрит. Метка была слабой и пахла неуверенностью и нежеланием принимать вызов. Но к ней примешивалась скрытая, едкая вонь пищеварительных соков и пороха. Первое впечатление убаюкивало претендента, суля лёгкую победу, а потом слабые воительницы пускали в ход все грязные приёмчики. Военачальница помнила волчью ведьму, которая ругалась и давилась бритвами, спрятанными в густой шерсти разведчицы Игрит. А разведчица в это время вгоняла нож ей под рёбра, прочерчивая длинный разрез и пробивая лёгкое.</p><p>Девчонки Игрит подражали своей военачальнице и выигрывали поединки хитростью там, где не хватало когтей и мышц.</p><p>Джанин не понимала, зачем Эшбрингер позвала её сюда. Стаи метили территорию для своих отрядов. Многие самцы, воительницы и разведчицы с удовольствием дремали прямо в воздуховодах: теснота напоминала им родные деревни, а волчьи ведьмы и военачальницы отдыхали в отдельных комнатах, подавая пример. Незваный гость мог вызвать стихийную драку, стоило перенервничавшему караульному рефлекторно ударить. Благословенная Мать ясно выразила свою волю: избегать насилия в этих безжизненных кишках.</p><p>Если эта возможность и тревожила Эшбрингер, виду она не подавала. Она стояла на краю площадки и игнорировала волчью ведьму дружественной стаи, находившуюся рядом. Её взгляд скользил по рядам жующих Волкородов внизу.</p><p>Эшбрингер, как и Джанин, обладала уродливым телом. Шерсть у неё была шелковистой на ощупь, мягче даже, чем у Благословенной Матери, и лежала гладко, а не торчала иглами. Эшбрингер втирала в шерсть пепел сожжённых жертв, пытаясь придать ей жёсткость. Пепел давал приятный оттенок и чёрный цвет, но мягкости шерсть не теряла. Голова у неё была вытянута вперёд сильнее обычного, отчего пасть выглядели шире, а клыки — мельче и острее, скорее под стать юной воительнице, чем военачальнице.</p><p>Однажды редкий претендент на её ранг назвал Эшбрингер хорьком прямо в лицо. Вся стая затаила дыхание, гадая, какую месть учинит эта женщина над нахалкой. Но едва поединок на доминирование закончился, Эшбрингер расхохоталась, взвалила на плечо переломанное тело и в отличном настроении отнесла побеждённую воительницу к медикам. Позже она тренировала её и возвела в ранг волчьей ведьмы.</p><p>Внизу стая Игрит рычала и пыталась выхватить из лотков самые жирные куски мяса, выпрашивая у поваров-Нормалов порции побольше. Несколько Волкородов, в чём-то провинившихся, помогали поварам и раздавали лотки голодному рою: вдруг буйные солдаты по неосторожности покалечат поваров в борьбе за еду. Игрит была самой слабой из военачальниц, но принимала к себе любых отверженных, поэтому её стая стала многочисленной.</p><p>Стая была странной. В ней не водилось привычных родственных связей, подобающих Племени Волка. К и без того высоким потерям от того, что они первыми бросались на передовую и прикрывали тыл в редкие отступления, добавлялись самоубийства из-за повальных поединков на доминирование и смерти на спаррингах. Сестринство здесь так и не прижилось, и даже волчьи ведьмы по нескольку раз в месяц лишались своих рангов. Зато солдаты любили компанию Нормалов, охотно учились новым приёмам и слушали наставления об оружии. У многих были протезы рук или ног, которые порой искрили от плохого обслуживания. Врачи и киберинженеры писали на этих конечностях пожелания здоровья, и ни один солдат стаи не упрекнул раненого за это.</p><p>Игрит верила в выживание. Это был её закон. Какое бы унижение ты ни пережил, какие бы раны ни получил, пока способен мыслить, ты встаёшь и идёшь дальше, и к чёрту душу. Истерзанная раз за разом пыталась осудить военачальницу за пренебрежение желанием воинов на мирную смерть, но Игрит продолжала держаться этой ереси. Изрезанные, кровоточащие Волкороды взревели от радости, услышав, что сегодня на обед будут картофельное пюре и настоящие стейки из кузаки вместо синтезированной питательной подделки. Их голоса звучали так искренне, что Джанин чуть было не захотелось присоединиться.</p><p>— Видела тебя с тем волчонком, Калайсой, — сказала Эшбрингер. — Остерегайся этой бешеной твари. У неё не все дома.</p><p>— А у кого все? — спросила Джанин, недоумевая, зачем военачальнице следить за волчьей ведьмой из другого подразделения. — Она не хуже тебя в юности. Как там звали того мальчишку?</p><p>— Неважно, — огрызнулась Эшбрингер. — Сама Благословенная Мать отпустила мне все грехи. Напомнишь мне о том случае ещё раз, и я вырву тебе челюсть.</p><p>— Попробуешь, — спокойно ответила Джанин.</p><p>— Не искушай судьбу, сестроубийца Джанин. — Эшбрингер так и не обернулась. — Я не угрожаю и не рассуждаю о возможном. Я говорю о фактах. Лучше послушай. Видишь этих Волкородов? Её братья и сестра.</p><p>Джанин увидела бредущего Волкорода, изуродованного шрамами с головы до пят. Для самца не было редкостью получать тяжёлые раны, особенно если самка невзлюбила его и сделала из него игрушку для грызни. Вокруг его пояса тянулся длинный шрам, руки покрывали десятки уродливых затянувшихся ран, а кончики некогда острых длинных ушей были отрезаны. Свежие синяки распухли на ногах, а от стресса он потерял часть шерсти. Самец озирался, как загнанный зверь, а рядом шли высокая девушка и самец поменьше и то и дело придерживали его за плечо. Когда он заметил, как Калайса пробирается сквозь толпу, мальчишка вздрогнул и чуть не выронил еду.</p><p>— Она это натворила, — безжизненно произнесла Эшбрингер. — Я расспросила людей. Говорят, семья была дружной, пока Калайса в один день не слетела с катушек и не начала мучить их без всякой причины. Когда другая самка попыталась убить этого раненого ради забавы, Калайса содрала ей лицо и съела бы заживо, если бы не вмешательство Игрит. Урод. Зачем калечить, если хочешь убить?</p></section><section><title><p>Глава 28: Проблеск Орды</p></title><p>— …А когда зло поднимет свою уродливую голову… — взревел Мирко Йович, запрыгивая с голым торсом на стол и вскидывая бутылку.</p><p>— Мы всадим ему саблю прямо в задницу! — взорвалось собрание.</p><p>— Чертовски верно! С зимой, ублюдки, и живите долго! — Мирко влил водку в глотку, не заморачиваясь закуской.</p><p>Шахтёры, рабочие, горожане, солдаты в увольнении и даже несколько полицейских подхватили, поднимая тосты и обнимаясь в полупьяном угаре. Толпа забила просторный бар; клубы дыма собрались над головами небольшим облаком, скрывая потолок; а из динамиков, сотрясая окна, лилась приятная кантри-музыка. Мирко заметил сержанта Шиме Штефанчича и Кит, танцевавших на бильярдном столе рядом с другими парами, и поднял бутылку в их честь, за всех парней и девчонок разом. Пусть в следующем году будет больше детей!</p><p>Зима! Кто не любил это время года в Пустошах? В этот период под морем песка, словно живые горные хребты, проходили стометровые насекомые, известные как длинные песчаные жнецы. Они мигрировали в Разорённые Земли на спаривание. Эти титанические создания почти не интересовались людьми; даже наткнувшись в пустыне на случайную группу мародёров, песчаный жнец редко нападал: сотня людей всё равно не восполнила бы питательные вещества, которые он потеряет при лишнем движении.</p><p>А как они украшали пейзаж! Катящиеся стены песка, подобно водам в высохших океанах, уходили к горизонту, выталкивая на поверхность чудеса, спрятанные в глубине: трупы мелких хищников, чья броня была прочна, как боевой костюм, а клинки отсекали конечность от одного касания; затонувшие лаборатории и вскрытые бункеры; тела древних солдат, иные из которых идеально сохранились благодаря системам жизнеобеспечения.</p><p>Но всё это не имело для Мирко значения. Он любил зиму за покой: в это время людям не нужно было волноваться и прятать сахар по бункерам, а сладости и напитки были обычным делом на улицах. Он любил снимать плывущих титанов и отправлять эти видео своей большеглазой жемчужине в Центральных Землях.</p><p>— Сержант, — голос Шиме выдернул его из блаженства, и Мирко заметил у входа лейтенанта Веронику Энпалу с группой солдат. Женщина носила чёрный кожаный офицерский плащ поверх стандартного экзоскелета, и бронзовый треугольник, обозначавший её звание, был чист от пыли. Несмотря на гобелен шрамов, покрывавший большую часть головы, Мирко считал её красивой. Капюшон плаща оставлял открытыми глаза и верхнюю часть лица, и она, сморщив нос от отвращения при виде разгула, поманила его.</p><p>— Есть, лейтенант! — Мирко отсалютовал, не обращая внимания на стон Шиме.</p><p>Вероника формально стояла выше их обоих по званию, но серебряные звёзды, отмечавшие их как Новый Вид, усложняли ситуацию. Шиме в последний раз поцеловал Кит и последовал за старшей из Нового Вида, натягивая термозащитный костюм. Кит поспешила следом, переодеваясь в свою более дешёвую гражданскую модель, а Мирко вышел на улицу и вдохнул горячий воздух.</p><p>Во имя Планеты, как он любил свой дом! За последнее десятилетие поселение выросло и превратилось в настоящий небольшой город. Днём горожане работали в шахтах на западе или на заводах и редко совали нос наружу, чтобы не получить тепловой удар. Самые маленькие дети проводили день во сне в общинных школах, а старшие учились. Жара здесь была отвратительной: не та, что иссушает тело, вытягивая влагу, а та, из-за которой ты вечно мокрый, если не носишь специальный костюм. Два-три часа на улице и даже взрослый терял слишком много сил от обезвоживания, чтобы потом споткнуться и упасть замертво.</p><p>Ночью, когда шахтёры возвращались с работы, город оживал. Семьи гуляли с детьми по недавно отремонтированным мощёным дорогам. Эти дороги были и признаком роскоши, и необходимостью. Подземные хищники часто пытались утащить ничего не подозревающую жертву, а прочный слой камня давал достаточно предупреждения. Каждый человек, включая детей, умел стрелять из простого огнестрельного оружия, но только армия и полиция обладали достаточной огневой мощью, чтобы свалить такую тварь.</p><p>Дети веселились на площадке или носились по дороге, и Мирко усмехнулся, уворачиваясь от девчонки на самокате. Его рука двинулась быстрее клинка инсектоида-воина и натянула ей капюшон на голову. Бевать без капюшона было глупо; наличие воды больше не было проблемой, но не было причин не дать системе рециркуляции костюма работать. Ткань впитывала пот и мочу и перерабатывала в питьевую воду, которую потом хранили на случай чрезвычайных ситуаций. По крайней мере, уже десять лет не приходилось пить подобные запасы — вместо этого ими поливали зелень.</p><p>Экологическое поселение 647 — как нарек его капитан Ивар Мурзалиев, или Всё Отлично, как называли все остальные, — имело единственную теплицу, производившую свежие помидоры, огурцы, капусту и картофель для нужд населения. Между жилыми блоками и вдоль детской площадки стояли высокие кактусы — генетически подогнанные растения, способные процветать на этой сухой земле и давать поселенцам свежий кислород.</p><p>Дети полюбили их: острыми иглами они пользовались как ритуалом посвящения, пытаясь сковыривать яркий цвет с зелёных форм, а солдатам приходилось тащить сорванцов домой, дабы те испробовали родительского ремня, выбивающего из голов глупые заблуждения. Родители не для того надрывались, строя этот маленький приют в жестоком мире, чтобы потом видеть своих отпрысков в шрамах, и, если нужно вколотить эту мудрость ремнём, то Планета им свидетель, так они и делали.</p><p>Большинство населения работало в шахтах, и именно там Мирко провёл юность. Грузовики вывозили драгоценную руду, добытую шахтёрами, а ночью вторая смена обеззараживала вскрытые туннели специальным противорадиационным раствором, чтобы утром рабочие могли трудиться безопасно. Юнец бросил эту работу при первой возможности. Конечно, в прошлом году лишь четверо отравились радиацией и облысели, но ни один защитный костюм не давал полной защиты, особенно при вмешательстве человеческого фактора. Несчастный случай, когда костюм рвался о ржавый шип или о неуклюжего напарника, мог закончиться получением по-настоящему опасной дозой радиации.</p></section><section><title><p>Глава 29: Отчаянная борьба</p></title><p>Стена содрогнулась, когда задние части бронированных машин пробили её в нескольких местах. Эти ублюдки на скоростных байках снаружи и артиллерия уже смягчили оборону, а остальное довершили транспортёры. Вероника никогда не паниковала; её спокойные команды приносили регулярам облегчение, и солдаты собрались у домов, отступая от стены. По команде лейтенанта из земли поднялась серия усиленных панелей, образуя баррикады. Отступающие солдаты помогали раненым добраться до безопасного места, а их товарищи брали цель на прицел и открывали огонь по застрявшим машинам.</p><p>Синие лазерные лучи сошлись на аппарелях, плавя странный золотой сплав, украшавший внешнюю сторону транспортёров. Пули колотили по их поверхностям, но враги держались, дожидаясь, пока на позиции выйдет больше сил, а затем тяжёлые аппарели распахнулись и с огромной силой врезались в землю.</p><p>Первые враги ступили во «Всё Отлично»: великаны, облачённые в странную мешанину силовой брони. В одних местах накладывающиеся металлические пластины защищали открытые провода костюмов, в других — бесшовно встраивались в рукава. Сами рукава принадлежали разным моделям, но неизвестные механики срастили их в самодельные каркасы. Единообразия в защитном снаряжении не было; одни носили прозрачные лицевые щитки, выставляя напоказ возбуждённые узкие глаза, а многие другие — жёлтые линзы. Золотой сплав выписывал на пластинах причудливые узоры, а тяжёлые цепи прижимали к телам богато украшенные плащи и драгоценности. Они двигались быстро, ломая под бронированными сапогами щебень, сжимая в одной руке тяжёлую винтовку, а на бедре — кривую саблю. Мирко с трудом верил в это, но у каждого налётчика за спиной были пристёгнуты копья.</p><p>Они шли вперёд, выдерживая огонь, способный свалить бешеного Нового Вида. Лазерные лучи плавили части их горжетов, создавая каскады расплавленного металла и золота на шлемах. Пули и более тяжёлые снаряды вминали пластины. Кислотные гранаты рвали их плащи в клочья, но налётчики всё равно наступали. Они были огромны. Мирко даже подумал, что захватчики толстые, но когда плотный огонь сбил с ног одного из них, а тот поднялся снова, обнажив тело в нескольких прорехах разрушенного нагрудника, сержант понял, что прав лишь наполовину.</p><p>Жира там, конечно, хватало. Но он служил дополнительным слоем защиты, смягчая натиск мелкокалиберного огня и поглощая пули, пока раненый нападавший продолжал стрелять. Тяжёлые патроны его огромной винтовки разбили угол жилого дома, осыпав солдат пылью, погнули приподнятую платформу и оторвали защитнику руку. Остальные нападавшие присоединились, и стена ярких вспышек скрыла их, заставив регуляров прятаться или погибнуть.</p><p>Другие враги воспользовались заминкой, хлынув из бронированных грузовиков. Эти были меньше сложением, торсы у них были не такими округлыми, как у авангарда; на броне меньше золотых украшений, и они несли винтовки в обеих руках. Они добавили ярости, удерживая солдат на месте, пока дальнобойная артиллерия начала выдалбливать повреждённые стены. Первые великаны и более мелкие налётчики добрались до баррикады и пригнулись, воспользовавшись обороной самих Возвратителей.</p><p>— А теперь ты умрёшь, — услышал Мирко холодный голос Вероники в шлеме солдата, который тоже спешил к стене.</p><p>Регуляры не были беспомощными кузаками, созревшими для бойни. Лорд Змей набрал их из самых дальних уголков Пустошей и Разорённых Земель: охотники, мутанты, бывшие бандиты и суровые иммигранты, впитавшие волю к выживанию с материнским молоком. Даже бывшие убийцы, искавшие лучшей жизни или пытавшиеся начать заново, пополняли ряды. Многие офицеры под надзором капитана Мурзалиева вымуштровали и обучили их до совершенства, рассчитывая, что они удержат рубеж и отразят любую угрозу, какой бы страшной она ни была.</p><p>Потому что цивилизация всегда побеждает в конце, и она приносит много даров. Лейтенант использовала один из таких даров: тактику. У неё не было времени создать полноценный боевой план, но её безжалостная муштра принесла плоды, и регуляры сохраняли дисциплину, заманивая врага. Их товарищи на дальних стенах переместили миномётные позиции на улицы, спасая их от артиллерийского огня. Автоматическая система обороны втянула платформы, занятые врагом, оставив его совершенно открытым, в уязвимых скрюченных позах.</p><p>Зона поражения, вот что создала Вероника Энпалу, пока её бойцы отвечали огнём, а их линзы передавали миномётным расчётам координаты для союзного обстрела. Окна в квартирах открывались, и появлялись солдаты и гражданские, стреляя вниз по захватчикам, пока огненные шары расцветали на длинной полосе земли, отделявшей стену от города.</p><p>— Армия Возвращения приветствует вас, уроды! — усмехнулся Мирко; ветер сорвался с его эфемерной формы и сбил с ног тучных захватчиков. Это были Новые Виды, и подпусти он их ближе, ни один Нормал не выстоял бы в рукопашной. — Не волнуйтесь, мы пустим ваши трупы на удобрение! А теперь ведите себя как кузаки и дайте нам «ВИИИИ», пока мы вас режем! — загремел его голос над полем боя, и регуляры рассмеялись, сражаясь за свои дома.</p><p>Мирко парил над центром союзных сил, его туманная форма безвредно поглощала летящие пули. Рваные дыры затягивались мгновенно, а периодическая временная потеря зрения, когда выстрел разрушал его эфемерные глаза, его не беспокоила. Не имело значения, какая часть его будет уничтожена; воздух был его стихией, и сержант отстраивал себя заново, защищая союзников и атакуя захватчиков.</p><p>Группа налётчиков откололась от основных сил и бросилась на регуляров на западе. Их выстрелы превращали людей в окнах в кровавые лохмотья, и они почти добрались до дороги, ведущей в город, когда вмешался Шиме.</p><p>Дар Шиме не позволял ему пользоваться военной техникой. Он превращал его в свирепого хищника, чудовище, чьи когти вырезали глубокие багровые раны на ошеломлённом налётчике. Щупальца и придатки на его голове и шее двигались независимо, вонзая когти в линзы и сочленения вражеской брони. Налётчики булькали, пока плотоядные придатки впрыскивали им в тела пищеварительные соки и парализующий яд, размягчая и поглощая людей так, как паук высасывает добычу.</p></section><section><title><p>Глава 30: Воспоминание</p></title><p>Джанин обняла Кольта, стараясь быть как можно нежнее. Её спутник жизни был уже не так молод, как прежде: седина расползлась по редеющей шерсти, некогда безупречно белые клыки пожелтели, а разум играл с ним злые шутки, заставляя путать слова и порой принимать Богдана за Игнация. Но этой ночью, прекрасной и печальной, свет, который она увидела в его глазах, когда они впервые вместе отправились на разведку, вернулся, и его руки нежно и слегка подрагивая вернули объятие.</p><p>Они выглядели так странно вместе, она и он. Джанин, маленький бугор мышц, чьи руки были толщиной с его торс, а её шерсть была цвета ночи. Телосложение Кольта стало куда легче, чем прежде: возраст и разные болезни изнуряли его, пожирая столь немногие нетронутые калории и стачивая выносливость. Руки его истончились, и он уже не мог полностью обхватить её талию; его лапы не доходили до её рёбер.</p><p>— Ты… — Джанин подавила слёзы, не желая давить весом на самца, которого любила. — Тебе не обязательно это делать, Кольт. Всегда возможно изгнание. — Она попыталась достучаться до своей второй половинки в последний раз. — Мы можем уйти вместе! Я уверена, наши детёныши последуют за нами, и мы найдём себя в иных местах, станем приносить пользу по-другому!</p><p>— Мы дали клятву. Если ты бросишь пост, сколько погибнет? Наши сёстры и братья, лишённые твоей силы. Нормалы, которые зависят от нас… и к тому же я не хочу быть обузой или потерять себя, Джани. — Его лоб прижался к её груди, а её пасть легла на его затылок. Их дыхание согревало их в последний раз. — Жертва значит что-то лишь тогда, когда она добровольна. Это жизнь, которую я выбрал, и это дорога, по которой я пройду до конца. — Они разомкнули объятие, и Джанин посмотрела на его морщинистое лицо, замечая недостающую верхнюю губу и бесчисленные шрамы, портившие его нежный и красивый лик. Кольт улыбнулся и взял её за лапы. — Ты и детёныши сделали меня счастливейшим самцом на свете, Джани. Даже в самую тёмную ночь, с тобой рядом, для меня не было ничего, кроме света. Береги детёнышей. Игнаций порой слишком легко пугается. Читай ему больше, но одёргивай, если сможешь. Технологиям нельзя доверять полностью. Мне не нравится его одержимость бездушными вещами. Анисса слишком беспечна на охоте. Научи её внимательности. А Богдан…</p><p>— Кольт, — прошептала Джанин, — они все давно выросли. — Увидев растерянность в его глазах, она поцеловала своего спутника, отвлекая от печали. Память — жестокая штука, она утекла от него, изредка возвращаясь вспышками просвещения. — Клянусь присматривать за ними, пока силы наполняют мои конечности, пока моё сердце бьётся и воля принадлежит мне.</p><p>— Тогда мне не о чем жалеть. Только не подавляй их полностью. Мы и сами не были идеальными, так зачем требовать невозможного от них? — Свет вернулся в его глаза, и он встал, отпуская её. — Джани, я не должен быть твоим последним. Сейчас, может, и больно, но жизнь должна продолжаться. Когда будешь готова, открой сердце и снова будь счастлива.</p><p>— Я… попробую.</p><p>Джанин хотелось схватить его и бежать; хотелось упасть на колени и умолять не оставлять её одну, сказать, что любит его, что он нужен ей рядом, что он нужен их детёнышам… но это было бы проявлением слабости и эгоизма на глазах у других, собравшихся на церемонию прощания. Никому из находившихся здесь не было легко, так зачем позволять собственным страданиям пропитать сущность других? Джанин смотрела вслед духовному спутнику, прижав лапу к ноющему сердцу.</p><p>Кольт, Кольт, милый Кольт. Сколько раз они вместе скорбели, смеялись, радовались и терпели? Она показала ему, как делать покупки в сети, а он научил её пользоваться стиральными машинами на ползуне. Они учились и делились, любили и росли, сражались как одно целое, прикрывая спины, и растили своих детей. Вместе. Из всех её спутников он занимал особое место в сердце.</p><p>Нетерпеливая шагнула вперёд, ступая по каменистой равнине так, будто шла по лаве. Ученица-шаманка скривилась, смаргивая слёзы, и отмахнулась от Бездушной, настаивая, что исполнит мрачную задачу сама. Она быстро надела хитиновую маску, скрывая морду, и подняла дрожащую лапу, коснувшись плеча отца.</p><p>— Это не будет больно… Кольт, — шёпотом вырвалось у неё.</p><p>Старый Волкород оглядел её, тепло улыбнулся и схватил ученицу за запястье.</p><p>— Йеннифер? Это ты, девочка? Прости, я не нашёл те лакомства, — сказал он извиняющимся тоном, — но завтра попробую! Наверняка у кого-то на базе есть шоколад…</p><p>— Всё хорошо, Кольт, — Нетерпеливая подхватила отца на руки и бережно прижала, словно он был детёнышем. — Всё в порядке. Ты был великолепным отцом для своих детёнышей. И остаёшься им! Ты нашёл тот сладкий батончик. Ты исполнил все обещания. Было приятно. Я люб… Спасибо. Духи любят тебя, самец.</p><p>Нетерпеливая понесла старика в хижину, а за ней последовали другие шаманы, каждый из которых вёл за лапу седого Волкорода или бережно держал его на руках. Некоторые пели гимны и молитвы, пытаясь успокоить растерянных старейшин и надеясь растормошить в них былой дух знакомыми песнопениями. Другие просто болтали с отправляющимися в последний путь, отбросив формальности и шутливо перебрасываясь словами, чтобы дать пастве облегчение перед концом. Самец или самка, тут подобное не имело значения. Шаманы обращались с каждым пожилым Волкородом бережно, спрашивая о последних желаниях. При любом выражении сожаления о несостоявшейся встрече с семьёй шаман записывал слова старейшины на терминал, клянясь доставить видео дорогим людям позже. Тем, кто хотел есть, давали молоко, мёд и лучшее мясо. Исполнялось даже простое желание обняться.</p><p>У Кольта было единственное желание, и Нетерпеливая исполнила его, сняв маску и зашептав ему на ухо, дав тому пообщаться с дочерью вместо верного служителя.</p><p>— Долг превыше всего, — сказала Истерзанная, выходя наружу и приближаясь к Волкородам, приговорённым к отбраковке. Её кровь, благословлённая Духами, капала из множества самонанесённых ран, помогая даже самым сгорбленным из них расправить плечи и свободно дышать. Ясность ума вернулась, пробуждённая прикосновением божественного. — Жертва превыше всего. Знайте, что вы прошли свой жизненный путь достойно. Никто никогда не посмеет вас опозорить! Мои сородичи, я спрашиваю вас как сестра по крови. Все ли вы пришли добровольно? Есть ли у вас страхи? Если да, скажите о них и примите почтительное изгнание. — Истерзанная всматривалась в лица, втайне надеясь услышать это предложение, но видела лишь, как они твердеют решимостью. — Я понимаю. Если передумаете, скажите об этом в любой момент, мои сородичи. Здесь нет предательства. Да будете благословлены.</p></section><section><title><p>Глава 31: Подготовка к Битве</p></title><p>В пусковом отсеке магнитных катапульт царил упорядоченный хаос. Если Нормалы демонстрировали образцовую дисциплину и спокойствие, готовя к старту пять круглых сфер, то Волкороды врывались на палубу на полной скорости, воем возвещая о своём прибытии и требуя места в одной из пусковых установок. Джанин и её телохранители оказались среди первых, оттолкнув по пути бойцов из стаи Драгены. Джанин ударила навершием топора в пол и издала гортанный рык, добившись повиновения от прибывающих. Перебранка стихла, и волчьи ведьмы и разведчицы нехотя встали в строй.</p><p>— Капитан Кристобо. — Джанин подошла к капитану, стоявшему перед сферами и читавшему данные с терминала. — Каков доклад об обстановке, сэр?</p><p>— Эко… «Всё Отлично» подвергается налёту. — Капитан кивнул, приветствуя ещё двух военачальниц и двух Святых Меча, входивших в отсек. — Нападавшие смяли защитников, незамеченными обошли или уничтожили патрули, нейтрализовали внешние датчики, разрушили защитные башни по периметру, а затем бросились на регуляров. Первый удар был нацелен на связную башню, так что эти налётчики знают своё дело. Мы используем магнитные катапульты, чтобы отправить штурмовую группу в гущу битвы для подавления вражеских элементов. Безопасность гражданских находится в высшем приоритете. Отбить город, уничтожить нападавших и сохранить здания, припасы и всё остальное — на ваше усмотрение. Расчётное время прибытия наземных подкреплений — тридцать минут. Спаси наших людей, Джанин.</p><p>— Так точно, сэр. Облачаться немедленно! — Джанин развернулась к Нетерпеливой, державшей в лапах чашу с кровью Инсектоида. — Никаких ритуалов! Экипироваться сейчас же! Самцы, обслужите меня!</p><p>Нетерпеливая кивнула, уронила чашу и отпрыгнула, давая Джанин больше места, пока телохранители навешивали на военачальницу элементы брони, быстро вставляя кабели в гнёзда имплантов и подталкивая её, чтобы она наклонялась и сгибалась без тени почтения или уважения. Прибыл Игнаций, уже облачённый в свой каркас. Он бросился на помощь обслуге, орудуя протезом так же легко, как родной конечностью, и без усилий активируя генератор силовой брони, опытными движениями закрепляя его на месте. Вокруг них новые элементы боевых доспехов Племени Волка поднимались из углублений в полу, доставленные прямо из оружейной. Не имело значения, принадлежал ли костюм другому Волкороду или был в собственности у офицера; в этот миг срочности инженеры и обслуга всё равно надевали его на самок, невзирая на их ранг. Никто не рычал об неуважении или отказе от помощи Нормалов; янтарные глаза каждого присутствовавшего Волкорода были сосредоточены на задаче. Нарастающая агрессия, направленная против дерзких захватчиков, стёрла все внутренние противоречия.</p><p>— Бой! — Элэд провела пальцем по краю лезвия косы, прочертив по кости. Она слизнула кровь с пореза на пальце, и плоть зашевелилась, закрываясь. — Наконец-то. Я так жаждала достойной бойни. В настроении посоревноваться, Джанин? Посмотрим, сможешь ли ты собрать столько же черепов, сколько я.</p><p>— Проклятье, — сказала Предайг, разводя руки. Шерсть на её верхней части груди местами поседела, придавая шкуре пятнистый вид. — Мы ещё даже не покинули Внешние Земли, а Пожиратель уже сумел обделаться!</p><p>— Довольно! — ухмыльнулась Джанин, приподняв губы и оскалив клыки. Сейчас было не время для бессмысленного хвастовства воображаемым превосходством или неуместного поиска виновных. Будто налётчики никогда не нападали, когда здесь было Племя Волка! — Я пришла первой. Я веду.</p><p>— Ты ведёшь. Мы следуем. — Элэд и Предайг быстро поклонились вместе.</p><p>— Я следую, — сказала Нетерпеливая.</p><p>— Я следую! — крикнула бледнокожая помощница Тилла Инго. Женщина прибежала с двумя пулемётами, которые силой выхватила у стоявших снаружи охранников.</p><p>— Неа. — лапа схватила её за загривок и вздёрнула в воздух. Несмотря на то что её подбросило, Банши изящно развернулась в полёте и мягко приземлилась, а волчья ведьма Саркисян и две разведчицы стаи Альфы заняли её место.</p><p>— Я была здесь первой! Я умею драться! — яростно возразила Банши.</p><p>— А костюм ты сумеешь нацепить? Не вижу ни одного гнезда на твоей снежной шкуре. — Саркисян оскалила клыки, выплёвывая вопрос, и мутантка остановилась, задумавшись об очевидном. — Так и думала. Элита стаи Альфы к вашим услугам! Любой, кто оспорит власть военачальницы Джанин, будет растоптан, избит и кастрирован! Веди нас на войну, военачальница!</p><p>— Мы следуем! — взвыла смешанная группа собравшихся Волкородов.</p><p>— Благодарю за помощь, волчья ведьма. Нынешние дети совсем без грамма здравого смысла, — заметил Тилл Инго со своего места в кресле оператора. Мужчина оккупировал консоль, выжив удивленную операторшу с места и начал готовить процедуру запуска. — Не волнуйся; в награду я обеспечу тебе мягкую посадку. Банши, будь хорошей девочкой и ассистируй своему учителю.</p><p>— Я могу сражаться, отец! — Мутантка вернула пулемёты и подбежала к нему.</p><p>— Нет, не умеешь, — терпеливо сказал мужчина. — Ты ещё слишком молода и неопытна. И я не твой отец, ученица. Кеон, увеличь мощность; мы хотим, чтобы наши силы прибыли раньше.</p><p>— Но, сэр, не рискуем ли мы промахнуться мимо координат посадки? — спросил бывший слуга Техно-Королевы, взглянув на человека, ответственного за смену.</p><p>Старший оператор кивнул, совершенно не выказывая недоверия к такому пополнению и добавил:</p><p>— Сэр, мы давно не пользовались магнитными катапультами…</p><p>— Успокойтесь, ладно? — спросил Тилл Инго. — Я лично изобрёл их заново. Они вышли из моды, потому что стационарные платформы Нормалам недоступны из-за угрозы здоровью, а у установленных на ползунах есть дополнительный недостаток: они не способны доставить достаточно крупную ударную группу за раз. В теории. Здесь и сейчас это не так, ведь у нас есть Святые Меча и военачальницы, компенсирующие нехватку численности. Через главный компьютер мы можем вносить поправки в реальном времени на движение ползуна, обеспечивая точную доставку. Видите расчёты на дисплее? Закралась ли в них малейшая погрешность? Великолепно, Банши справится с остальным, ей полезно поднабраться опыта, меньше будет искать проблем на пятую точку. — Он взглянул на Кристобо. — Я присоединюсь к наземным силам, капитан. Мне весьма любопытно узнать, как наши датчики не предупредили город о налёте.</p></section><section><title><p>Глава 32: Бой за Экологическое поселение 647</p></title><p>Как они провернули это так быстро? Назойливая мысль пульсировала в мозгу Джанин, пока она назначала векторы наступления, а их сферы преодолевали шестьдесят километров менее чем за три минуты и спускались на город. Энергия, потребовавшаяся для управления магнитными силами ради такой точности и скорости, ненадолго вывела из строя главный щит ползуна, но это мало что значило: танковые дивизии прикрыли его с флангов, пока мощные орудия приходили в готовность, чтобы поддержать стаю.</p><p>Оборона города была не слабой. Четыре сторожевые башни и высокие укреплённые стены давали хорошо защищённые позиции, откуда солдаты могли вести огонь из 160-миллиметровых миномётов, отбиваясь от штурма. Минное поле и проверенные датчики должны были предупредить защитников задолго до визуального контакта. Так как же? Самоуспокоенность? Некомпетентность? Предательство?</p><p>Не так важно, решила Джанин, осматривая приближающееся поселение. Окуляры её шлема проецировали на сетчатку изображение с внешних камер, а благодаря связи с другими сферами Волкороды видели почти во всех направлениях. Многих из Новых Видов, впервые использовавших эту технологию, такое обилие информации могло дезориентировать и запутать, и в первых боях им приходилось полагаться на успокоительные стимуляторы. Но когда боец привыкал к этому странному зрению и приучался доверять сложной операционной системе брони, он выходил за пределы обычной ситуационной осведомлённости.</p><p>На дисплее вспыхивали значки, отмечая изрубленные тела защитников. Несколько вражеских патрулей дозора высокомерно шагали по разрушенным стенам. Затем, подобно падающим звёздам, сферы ударной стаи прорвались внутрь, возвестив о своём прибытии громовым каскадом камня и дрожью взрывов, когда металл встретился с землёй, размазав нескольких чужаков на пути. Десантные аппарели открылись, и Джанин вырвалась наружу раньше, чем первый труп коснулся земли.</p><p>Большинство зданий здесь, от простых баров до жилых блоков и школ, представляло собой сплав бетона и стали, спроектированный так, чтобы служить ещё и оборонительными сооружениями против подземных хищников. Полосы дыма поднимались из окон; тяжёлые колёса катились по детским площадкам, расплющивая их и соседнюю зелень. Склады лежали разбитыми, и длинные вереницы согбенных фигур выносили из них товары, доставляя их в центр поселения. Вспыхивали новые значки, добавляя красный, цвет союзников, и синий, цвет врага — толстых на вид ублюдков. Камеры десантных капсул транслировали собственную картинку, а их радарные волны создавали обновлённую карту зоны боя.</p><p>Сегодняшняя добыча носила разномастную силовую броню, инкрустированную украшениями, золотом, дешёвыми минералами или просто жёлтой краской. Их мешанина каким-то образом обеспечивала полную защиту, несмотря на нелепую сборку. На поясах у них висели мясницкие тесаки и кривые клинки, а огромными ружьями они запугивали население. Район хранил следы интенсивного артиллерийского обстрела: защитники бились за каждый дом в отчаянной попытке замедлить вторжение, оставив улицы заваленными обломками ; зазубренные концы разрушенных зданий теперь торчали в небо.</p><p>Джанин вобрала всё это за долю секунды, сосредоточившись на главной задаче. Бронетранспортёры стояли наготове, чтобы заполнить свои клетки рабами и богатствами. Большую часть населения выгнали из руин и плетьми согнали на главную площадь, где тела мэра и его семьи висели вниз головой на осквернённой статуе Династа, а из их ртов капал расплавленный металл. Больные, старики и слишком маленькие дети работорговцев не интересовали; великан выволок из дома обезумевшую мать и швырнул её детёныша на мостовую. Нога поднялась, готовая растоптать плачущего малыша…</p><p>— Племя Волка! — Джанин выстрелила из энергетической винтовки. Вспышка молнии поглотила забрало налётчика, вызвав короткий вопль, когда луч испарил всё на своём пути, добравшись до дерьма, служившего мозгом этому идиоту. Она спокойно кивнула женщине, дабы та подобрала детёныша и спряталась. — Находящиеся под нашей опекой взывают о спасении и возмездии! Дрогнем ли мы?</p><p>— Никогда! — раздался ответ, и ударная стая вырвалась из сфер. Камелия, гордая святая меча, вкусившая благословенного молока Близнецов, добавила свой клич к общему кличу.</p><p>И охота началась.</p><p>Разведчица стаи Альфы выругалась, её палец замер над спусковым крючком: система «свой — чужой» опознала группу граждан на линии огня и ограничила подвижность брони. Саркисян рассмеялась, прыгнув в схватку и отбив лбом плоскость клинка, нацеленного в старика. Волчья ведьма швырнула налётчика на землю, отпустила хватку, прижала ствол кускострела к его животу и сделала несколько выстрелов в упор, превратив его внутренности в жижу.</p><p>— Никаких вторых дублей, — захохотала гигантская волчья ведьма, топча голову пытавшегося встать налётчика.</p><p>— Солдаты! — Топор Джанин рассёк шею очередного врага. — Позолоченная мразь выживает с дырой в животе. Без шансов — по выстрелу в каждую голову.</p><p>— Так точно! — Выстрел Игнация разворотил колено противника, и разведчик из стаи Драгены подпрыгнула, пнув забрало врага. Когда тело коснулось земли, самец спокойно выпустил два патрона в крутящуюся голову.</p><p>— Стоять! Уроды! Ни нога вперёд, мутанты! — закричал на ломаном Общем паникующий налётчик на пути стаи Элэд, коверкая ударения. Он нацелил оружие на граждан, выносивших товары из магазина. — Металл сундук, нога ступи вперед, они исчезать! Назад…</p><p>Военачальница вышла из облака дыма, сокращая расстояние до заложников и не говоря ни слова. Коса Элэд двигалась, собирая тяжёлым лезвием пули, выпущенные обезумевшим захватчиком. Почти ленивое движение запястий развернуло косу в обратную сторону, и горизонтальный разрез через живот рассёк налётчика надвое, сведя его вопли к шёпоту.</p><p>— Долго же вы шли! — прокричал старик с грубым смехом, помогая подняться плачущим девочке и мальчику.</p><p>— Охота, — сказала Элэд в пустоту, подбирая всё ещё дёргающиеся останки. Она подняла тело и подбросила над головой, смеясь, пока красная волна обрушивалась на неё. — Охота! Охота! Убийство! Бойня! Резня!</p></section><section><title><p>Глава 33: Убийство</p></title><p>Налётчики опустились на колени, позволяя товарищам на площади стрелять поверх их голов. Решение было здравым: они имели дело с небольшой элитной группой, и достаточная огневая мощь должна была обеспечить им победу. Кроме того, они выгнали пленных гражданских из грузовиков для рабов и погнали ближе к основной группе на площади, пуская в ход кнуты и время от времени нанося удары копьями. Это была ещё одна жестокая, но эффективная тактика: каждый промах будет стоить жизни тем, кого пытались спасти Волкороды.</p><p>Но против Племени Волка обычная тактика была бесполезна. Для них поле боя или направление наступления могли смениться в любой момент. Стрелять из кускострелов на запад было опасно, а система «свой — чужой» ограничивала неразборчивую пальбу? Тем лучше. Волкороды метнули гранаты и бросились в стороны, пока облако кислоты поглощало врагов и скрывало стаю. Волчьи ведьмы взобрались на стены и повели подчинённых в бой, обрушиваясь на врагов с северо-запада и юго-запада, а Джанин и Предайг шли вперёд, благополучно выдерживая кислоту благодаря боевым пластинам. Жгучие лучи винтовки Джанин летели сквозь туман, прожигая новые дыры в корчащихся фигурах.</p><p>Цель снова изменилась. Вместо того чтобы стрелять на поражение, они стреляли, чтобы искалечить толстых ублюдков. Осколки, выпущенные с точностью благодаря общему видеопотоку, повреждали шлемы, и налётчики давились зелёными парами, их трахеи и лёгкие горели. Плотность и время действия кислотных облаков в районе были тщательно рассчитаны: сперва прикончить меньшую группу, а затем взяться за большую.</p><p>На дисплее Джанин видела, как команда святой меча вступает в бой с противником на севере. Боевая броня военачальницы разительно отличалась от изысканно подогнанных рыцарских пластин их родичей, обеспечивавших максимальный комфорт. Броня военачальниц была более тяжёлым инструментом, в котором каждое открытое сочленение, будь то локоть, запястье или лодыжка, было заострено, чтобы помочь одолеть столь же сильного Нового Вида в жестокой стремительной схватке. Её пластины были тяжёлыми, грубыми и потёртыми, точной копией тела, которое они защищали. Трудно было представить, чтобы кто-то столь стройный и элегантный, как Ледяной Клык, когда-либо носил такую броню.</p><p>Камелия развеяла тревоги военачальницы. Она больше не танцевала; грация не покидала её, но опасность для гражданских пробудила то далёкое родство, которое связывало обе группы, и святая меча отражала летящие пули краткими жестокими движениями, следя, чтобы ничто не поцарапало её броню. Единственный удар копья создал ударную волну, сбившую с ног нескольких нападавших и открывшую их для Игнация и остальных. Видя неминуемую гибель, один налётчик швырнул зажигательную гранату в деревянную клетку.</p><p>— Анджи. Если вы будете так любезны, — спокойно сказала Камелия, преодолев расстояние до налётчиков тремя зигзагообразными шагами и уклоняясь от выстрелов.</p><p>— Раз! — ухмыльнулась Анджи, проносясь мимо налётчиков под прикрытием замешательства, созданного святой меча. На ходу она закрепила кускострел и вырвала человеку горло. — Два. — Она взлетела в воздух и сделала пируэт, уворачиваясь от нескольких пуль, словно сама была Ледяным Клыком. Её нога коснулась головы налётчика, вбив её до самого торса. — И три. — Она спрыгнула с трупа и когтями набросилась на женщину, бросившую гранату. Первый взмах вспорол налётчице живот. Следующие удары изорвали руки до кости, обездвижив противницу. А в конце Анджи вскрыла её лицевой щиток, выдернула с пояса ещё одну зажигательную гранату и протолкнула её между кричащих губ в самое горло. Анджи выдернула чеку и ухмыльнулась, пока глаза налётчицы расширялись от боли и ужаса.</p><p>Первая граната взорвалась, и новый огненный ад грозил обрушиться на заложников. Гражданские внутри кричали и заталкивали детёнышей в центр группы, отчаянно пытаясь выиграть время и хоть как-то их защитить.</p><p>Анджи прорвалась сквозь стену пламени и обхватила группу руками. Внезапная грубость, вероятно, сломала пару костей, но волчья ведьма вырвалась из горящей постройки, плечом разнеся стену в щепки, и вынесла граждан в безопасное место, прежде чем пламя успело опалить их. Снаружи она отпустила заложников и помогла стряхнуть огонь с их голов, раскинув руки как раз вовремя, чтобы красиво вписаться на фоне взрыва, обратившего паникующую булькающую налётчицу в пепел.</p><p>— И готово, — пропела Анджи, похлопывая детёнышей, чтобы их успокоить. — Две задачи разом, неплохо, если можно так сказать самой себе…</p><p>Джанин одобрила её быструю сообразительность. Ониксия выбрала прекрасную замену. Анджи уже была быстрее большинства шаманов. В грядущие годы из неё выйдет отличная военачальница и сестра. Какой будет их схватка на тренировке!</p><p>— Относись к своим обязанностям серьёзнее! — рявкнула Нетерпеливая, спасая воина: она отбила предплечьем летящую в голову союзника пулю. — Это поле боя, а не вечеринка!</p><p>— Вот видишь, из-за такого отношения вы, шаманы, и ходите хмурые, — сказала Саркисян, спрыгнув со здания и вытащив налётчицу за ноги из кислотного облака. — Если наслаждаешься службой, — она сломала женщине шею, — не будет ни одного кислого дня. — Рычание Нетерпеливой заставило её замолчать, и волчья ведьма отступила в тени.</p><p>— Ах, шаман, если я не буду играть на публику, мне придётся пролить слёзы, — прошептала Анджи, сопровождая заложников в относительную безопасность соседней квартиры. — Потерпи эту мою слабость, пожалуйста. Я приму любое наказание после задания.</p><p>— Ты впервые защищаешь поселение? — спросила Нетерпеливая. Её когти вскрыли отступающего налётчика, как консервную банку, и она сунула морду ему в грудь, пируя на органах. Джанин не стала её одёргивать.</p><p>Это был бой. Всякое бывает. Не всё стоило замечать.</p><p>— Опаздываю с защитой гражданских? Да, — ответила Анджи.</p><p>— Прощено. Сосредоточься на безопасности всех, — сказала Джанин, опуская топор и забирая ещё одну жизнь.</p><p>Элэд и её отряд добрались до стены. Солдатам, приписанным к военачальнице, оставалось мало дела, пока они поднимались по залитым кровью ступеням, а Элэд яростно рубила, повредив часть стены. Она собрала двадцать черепов, а остальные бежали от багровых взмахов её оружия. Охрана военачальницы расстреливала бегущих.</p></section><section><title><p>Глава 34: Отклонение от Традиций</p></title><p>Игнаций опустил раненого Волкорода на землю. Традиция была ясна на этот счёт: оставь калек и спасай тех, кого можно, ведь здоровые ценнее в долгосрочной перспективе. Но мальчик не бросил солдата ради догм. Он перекатился влево, на середину дороги. Система наведения его доспехов была напрямую соединена с протезом руки и передала управление встроенному огнемёту холодному примитивному машинному интеллекту, который действовал на гораздо более высоких уровнях восприятия, чем мог бы достичь самец-Волкород. А благодаря связанному зрению и системе «свой — чужой» рука оставалась твёрдо нацеленной на противника независимо от скорости машины.</p><p>— Нужно прикрытие! — крикнул Игнаций, запечатывая шлем, и гортанный смех Джанин прокатился по разрушенным улицам поселения, заглушив даже ближайший гвалт.</p><p>Кольт. Каких детёнышей мы произвели на свет.</p><p>Игнаций стремился спасти жизнь, но не ценой собственной. Он никогда не сравнился бы в скорости со всадницей, но умный мальчик открыл прямой канал с разведчицей стаи Альфы, и та выслушала его и бросила гранату в его позицию. Она расцвела едким облаком, достаточно скрывшим Игнация, чтобы выстрелы импульсной винтовки полностью прошли мимо. Шальной энергетический шар попал разведчице в живот, подломив ей колени, а всадница запаниковала и палила куда попало.</p><p>Но было поздно. В стремлении таранить Игнация захватчица разогнала свой ховербайк слишком быстро, и вся машина влетела в завесу, оставленную гранатой. Новый багровый цветок вспыхнул, когда автоматическая система направила конечность и выпустила струю палящего пламени. Всадница истерично завизжала, пока её ноги сплавлялись с деталями металлического скакуна. Она вылетела из тумана, объятая пламенем, и врезалась в далёкое разрушенное здание.</p><p>— Не могу поверить, что получилось! — крикнул Игнаций, выкатываясь из гари. — Я выжил! Спасибо, Духи, мы победили! Ура-а!</p><p>— Чего… чего ещё ты ждал от элиты… — Разведчицу вырвало на землю. — Чёрт, мои кишки, опять… Хватит дурачиться!</p><p>— Есть, разведчица! — Игнаций попытался отдать честь, проклиная прикосновение кислоты к открытым биологическим пальцам. Он стряхнул её и бросился помогать товарищам добраться до безопасного места.</p><p>Камелия встретила несущегося зверя лоб в лоб, раскручивая и закаляя своё оружие. Остриё Луны смотрело на массивный лоб и прорезало рога и необычно прочную шкуру. Затем копьё остановилось, застряв во внешнем слое мышц и кости. Зверь фыркнул, словно смакуя победу, и надавил сильнее, вбивая ноги Ледяного Клыка глубоко в мостовую.</p><p>Улыбка тронула губы святой меча, и она выпустила кускострел, взяв копьё обеими руками. Пучки искусственных мышечных волокон плотно облегали её тело, как вторая кожа. Сервомоторы боевой пластины Игрит взревели, увеличивая силу женщины до совершенно нового уровня.</p><p>Копьё двинулось внутрь. Не заметить его зверь не мог. Будь это обычное животное, инстинкты должны были бы взять верх и заставить его бежать. Но он упорствовал, возможно, из-за дрессировки, а возможно, потому что одомашнивание притупило инстинкты его вида. Какова бы ни была причина, интеллект тут был ни при чём. Даже кузак сообразил бы, что будет, когда острое жало Инсектоида-дрона пронзит его кость.</p><p>Клинок вошёл глубоко в мозг зверя, и реки крови хлынули из ноздрей, ушей, пасти и из-под маленьких глаз. Одним быстрым движением Камелия выдернула оружие и крутанула Луну в руке. Ослепительная дуга рассекла сначала землю, а затем массивную голову до нижней челюсти. Она коротко поклонилась мёртвому и отступила, встав на страже возле Игнация, пока тот ухаживал за ранеными, всё ещё ругаясь из-за покалывающих ощущений на открытых участках тела.</p><p>Саркисян вырвала самца с пути ховербайка, и солдат метнул гранаты, покрыв дорогу кислотой. Всадник сделал разворот, обходя облако. Энергетические шары влетели в туман, но волчья ведьма и солдат уже прятались в разрушенном здании. Когда враг прекратил огонь, ища новую жертву, волчья ведьма вырвалась из укрытия и ударила в землю, едва не задев машину налётчика. Всадник развернулся и получил выстрел в спину от солдата в руинах, который выбил его из седла в когти волчьей ведьмы.</p><p>Та же схема повторялась по всему полю боя. Волкороды отбросили ярость и отказались от привычного фронтального подхода, при котором самцы и воины должны были класть жизни, лишь бы начальство могло забрать добычу. Волчьи ведьмы и разведчицы действовали согласованно с низшими рангами, выслеживая врагов в ночи и устраивая засады на противника, расстреливая и разрывая жертвы.</p><p>Это делалось не только ради эффективности. Каждая девчонка и каждый мальчишка их племени глубоко усвоили правило, что военачальница знает лучше, до такой степени, что детёныши послушно жертвовали собой на благо стаи. Когда Джанин спасла самца, она установила иной подход, и стая последовала за ней, защищая младших от выстрелов импульсных винтовок и взаимодействуя подобно Нормалам.</p><p>— К полю боя приближается неопознанный объект. Высота десять тысяч метров, быстро снижается, визуального контакта нет, — бесстрастно сказала оператор с ползуна.</p><p>— Никаких шансов. Сбить, — вмешался в связь Кристобо.</p><p>— Это может быть редкий предмет археотеха, капитан, — возразил Тилл Инго. — Его скорость и размер…</p><p>— Поправка. Это могло быть потенциальным предметом археотеха, — перебил Кристобо твёрдым тоном, пока на дисплее Джанин вспыхивали предупреждения о начале подготовки зенитных ракет. — Чем бы оно ни было, оно скоро станет пеплом. Оператор! Очистить воздушно-космическое пространство Армии Возвращения!</p><p>— Да здравствует нация! Вечная слава Династу! — отозвалась оператор и выпустила залп ракет, нацеленных на объект.</p><p>Ползуны несли всевозможное оружие — от абсолютной смерти тепловых лучевых пушек до внушительного набора артиллерии, управляемых боеголовок и снарядов. Оснащённые химическим, баллистическим и энергетическим вооружением, способным повернуть вспять даже самую неблагоприятную ситуацию, эти машины были краеугольными камнями любой войны. Они были спроектированы так, чтобы не иметь уязвимостей, и могли найти и уничтожить любую душу, сопротивлявшуюся благородной цели глобального воссоединения.</p></section><section><title><p>Глава 35: Охота на Охотника</p></title><p>Топор опустился, целясь в нос машины. Аппарат дёрнулся назад, изрыгая огонь, достаточно горячий, чтобы плавить кладку зданий, опалённых этим пожаром. Не дрогнув, Джанин позволила удару расколоть землю и перенаправила инерцию, швырнув куски мостовой в Ястребоголового, пока сама тянулась к энергетической винтовке, закреплённой у генератора брони. Коса Элэд уже целила в его шею, сама военачальница подрагивала от жажды свежей добычи, а Предайг наступала позади них.</p><p>Ястребоголовый быстро схватил плащ и обернулся им. Кромка плаща полоснула шлем Элэд, прорезав линзы и разорвав глаза под ними. Энергетический разряд и лезвие косы бессильно ударили по сплаву, не пробив его. Тогда Ястребоголовый распахнул плащ, высекая искры и прочерчивая острым краем линию на пластинах военачальницы. Движением руки он метнул длинный кинжал в голову Джанин.</p><p>Клинок Предайг отбил летящий кинжал, и тот вонзился в металл по рукоять, удивив Джанин. Её названая сестра не пользовалась оружием Старого Мира, как Джанин, но даже будучи выкованным в Новом Мире, клинок никогда не терял остроты и не получал повреждений. Солдаты стаи Предайг с благоговением говорили об этом двухклинковом орудии убийства, веря, что сами Духи благословили его.</p><p>Опасен. Ублюдок был умел и хитёр. Маневрируя назад на своём чудовищном ховербайке, он заставлял противников преследовать его, беспощадно доводя их до пределов. Когда его скакун проломил жилой дом, Ястребоголовый проигнорировал волны расплавленного камня и стали, лившиеся ему на спину. Он выпрямился, окутанный раскалённым ореолом, и навёл длинный лук на Джанин.</p><p>Она не попыталась защититься. Оружие её названых сестёр ударило вперёд вместе, перехватив летящую стрелу. Столкновение породило звуковой удар, достаточный, чтобы оттолкнуть расплавленные обломки, и волчья ведьма Саркисян прыгнула на ховербайк сзади, широко раскрыв пасть и стреляя из кускострела в спину налётчику.</p><p>Мужчина развернулся, приняв несколько осколков в грудь. Его плащ заблокировал ещё один энергетический луч, перегревший часть колчана до красноты. Волчья ведьма сомкнула клыки на позолоченной перчатке. Одно небрежное встряхивание руки налётчика вызвало стон боли: раздробленные окровавленные клыки Саркисян осыпались на ховербайк.</p><p>— Ты поцарапала моё золото, щенок, — спокойно сказал Ястребоголовый, перехватив за запястье руку, нацеленную в шею. Хотя волчья ведьма удивила его своим упорством, продвинув удар на несколько сантиметров ближе, его пальцы начали сминать её наруч. В ответ волчья ведьма прижала кускострел к его боку и выстрелила в упор.</p><p>Кускострелы выпускали поток бронебойных снарядов, называемых осколками, достигавших максимальной скорости в тот миг, когда они покидали контейнер. В каждом магазине было сорок таких контейнеров, и Племя Волка ценило это оружие за почти совершенство в ближнем бою. При включении автоматического режима оно выпускало весь боезапас одной непрерывной очередью, которую не выдерживала даже тяжёлая танковая броня. Ученики Тилла Инго тщательно изготавливали это оружие по чертежам Благословлённой Матери, превращая его в точные инструменты, способные свалить даже военачальниц. Ходили слухи, что Зеро и Альфа вызвались испытать пробивную силу этого жестокого оружия на собственных шкурах.</p><p>Никакого тирана, сколь бы благосклонным он ни был, терпеть нельзя, и дочери Духов дали своим детям средство вернуть свободу, если наступит тёмный час и древние поддадутся тщеславию.</p><p>Недостатком кускострелов была ограниченная точность на дальних дистанциях. Чтобы беречь боезапас, Волкороды предпочитали не использовать полный автоматический режим, ведь немногие существа выдерживали его пробивную силу и разрушительные внутренние повреждения. Но Саркисян сейчас точность была не нужна. Она стремилась прервать действия Ястребоголового, и он крякнул, удивлённый ударом боли в боку, когда оставшиеся восемь снарядов прорвали его броню и ранили его.</p><p>— Кем ты себя возомнила, дворняга? — Он отпустил её запястье и ударил рукой, державшей лук, ей по шее, впечатав солдата в корпус ховербайка. Если бы не горжет её боевой пластины, удар убил бы волчью ведьму на месте. Хотя он и спас её, металл глубоко вошёл ей в шею. Кускострел выпал из её хватки.</p><p>— Элитой, — прохрипела Саркисян. Её лапы сомкнулись на гранатах, и она оскалилась сквозь кровь, приведя их в действие.</p><p>Ястребоголовый был быстрее. Его лук двинулся, отбив их в сторону, чтобы они взорвались на земле, и он поднял бронированный сапог, намереваясь растоптать волчью ведьму, когда ховербайк вдруг накренился от внезапного увеличения веса.</p><p>— Великолепно сработано, волчья ведьма, — Джанин выпрямилась во весь рост, спиной к рулю управления аппарата. Названые сёстры забросили её на удирающую машину. — Свободна.</p><p>— Так точно, военачальница, — сказала Саркисян, выскользнув из-под противника и спрыгнув с ховербайка.</p><p>Сдохни. Джанин обрушила Сказителя раскалённой дугой, не заботясь о том, попытается ли Ястребоголовый уклониться или заблокировать замах. В любом случае она разрушит этого летающего скакуна и вернёт его тело, лишённое конечностей, чтобы повесить на пушку ползуна.</p><p>Ястребоголовый выхватил из колчана стрелу и попытался ею заблокировать летящую атаку. Лезвие рассекло деревянное древко, вспороло его наплечник и заставило отступить на шаг. Прежде чем Джанин успела приземлиться на сиденье, Ястребоголовый сократил дистанцию и вогнал колено ей в живот, треснув броню и выбив из неё дыхание. Лук Ястребоголового хлестнул по её винтовке, вырвав оружие из её хватки. Джанин вернула услугу, ударив его локтем в шлем, сломав стальные губы и выведя из строя одну линзу, повисшую на проводах из гнезда.</p><p>Глаз, смотревший на неё из шлема, не был взволнован и не излучал ярость после ранения. У Ястребоголового был взгляд убийцы, спокойное сдержанное выражение человека, делающего своё дело, каким бы ужасным оно ни было.</p><p>Налётчик немедленно перешёл в наступление, используя сломанную стрелу как короткое копьё, рубя, кромсая и вонзая в военачальницу. Металл их клинков пел песню, пока они сражались. С почти неестественной ловкостью всадник сохранял равновесие, наступая и отступая, пользуясь луком как щитом. Джанин сжала топор обеими руками и разбила его копьё, но он схватил край плаща и хлестнул им в неё. Она отклонилась в сторону, и Ястребоголовый перепрыгнул мимо, нажав кнопку на панели управления. Крутанувшись размытым пятном, он принял летящий удар на запасные наконечники, а тетива лука удерживала его на плече. Он нанёс удар, оттесняя Джанин к ревущему двигателю, пока байк уносил их всё выше и выше в небо, кренясь с неравными интервалами.</p></section><section><title><p>Глава 36: Нечестная и Честная</p></title><p>— Простите меня, — сказала Джанин убитой горем семье, передавая им останки их детёныша. Мать содрогнулась, принимая изуродованное тело, и Джанин положила лапу ей на плечо. — Держитесь. Ради живых. — Она кивнула на двух малышей.</p><p>Погибшей малышке было не больше двух лет, если Джанин хоть что-то понимала в детях Нормалов. Как и большинство Волкородов, она порой помогала в деревнях Нормалов. Лекарств в дальних уголках Пустошей не хватало, а дороги всё ещё были достаточно опасны, чтобы Племя Волка сопровождало торговцев или само доставляло грузы.</p><p>По мере того как железная власть Династа распространялась по землям, деревни принимали новые традиции. Вкус цивилизации и государственной поддержки убеждал их сотрудничать, вместе переживать самые тяжёлые времена и становиться от этого сильнее. Волкороды следовали их примеру, помогая везде и чем могли: расчищали обрушенные дороги, выхаживали раненых и делились пайками. Но поскольку везде успеть невозможно, когда самые маленькие поселения на самом краю границ страны звали на подмогу, туда зачастую приходили на помощь гражданские ополчения, отряды отставных наёмников и бывших налётчиков, прибывая прежде Волкородов или армии.</p><p>Нормалы были странным народом. Десятилетия назад они боялись находиться в одной комнате с Волкородом, захлопывали двери, когда мимо проходили патрули стай, и рассказывали своим детёнышам истории о том, как жестокие кровные матери крадут непослушную молодёжь. Но после того как стаи совершали спасательные операции, а шаманы привозили гуманитарные посылки и запчасти, Нормалы начали возить еду в деревни Племени Волка не как дань, а как дары дружбы. Их старейшины и мэры приглашали шаманов благословлять браки, а рекламные щиты в крупных поселениях показывали действующие ставки на то, какая военачальница поднимется в ранге, а какая упадёт.</p><p>В небольших городах даже были особые логова: дома, посвящённые различным стаям. Были спортивные центры стаи Альфы, полицейские участки стаи Предайг и даже боксёрские арены военачальницы Элэд. Стая Джанин значилась именным покровителем Ясельной клиники «Звёздопад», финансируемой как правительством, так и различными анархистскими группами, чтобы лечить больных независимо от происхождения. Джанин всегда стыдилась этого. Она не потратила на клинику ни кредита и не участвовала в закладке её фундамента; её солдаты лишь спасли медсестёр от бандитов. Почему там чтили её стаю?</p><p>Нелепость дошла до того, что скульпторы просили военачальниц и Благословлённую Мать позировать, чтобы увековечить их лики в мраморе и камне. Не все отказывались от этого тщеславного проекта. Зеро и Ониксия приняли жест, наслаждаясь каждой секундой внимания, а стая Ониксии корчилась от этого зрелища. Статуи военачальниц, одной в полном шлеме, a другой с непокрытой головой, были разбросаны по крупнейшим поселениям Пустошей.</p><p>Остальное племя чувствовало себя неловко. Они видели, как к их палаткам привозили полные повозки свежего мяса кузака и редких лакомств, и им приходилось отказываться от кредитов, золота и серебра, которые благодарные Нормалы и мутанты пытались сунуть им в лапы. У Нормалов было так мало, и всё же они пытались отдать Волкородам свою скудную долю. Почему? Неужели они думали, что государство не обеспечит своих слуг? Неужели тот факт, что их безопасность доверена Племени Волка, ускользал от их понимания? Волкороды отвергали большинство даров; местным каждый кредит был нужнее, чем племени. Зрелища процветающей, растущей, исцеляющейся земли, земли, где молодые Волкороды будут жить в мире, было достаточно в награду.</p><p>Джанин ожидала проклятия, пощёчины или какой-то мести от рыдающей женщины, прижимавшей к груди ещё тёплое тело. Если бы мать набросилась на неё, семье, возможно, стало бы легче от наличия цели для ненависти. Череп девочки был раздавлен, как глиняный горшок, а мозги и зубы лежали на мостовой. Джанин выстрелила лучом, чтобы испарить жуткие останки, не усугубляя стресс семьи. Ночная жара держала тело тёплым, но сердце остановилось.</p><p>Отец, мать и их сыновья просто поклонились, шепча слова благодарности и проклиная нападавших.</p><p>— Если бы Джек был здесь, — всхлипнул старший мальчик. Он потянулся к сестре, баюкая мёртвое тело, слёзы текли по его щекам. — Прости. Будь я сильнее…</p><p>— Это не твоя вина. — Джанин перебила его. — Ненавидь налётчиков, сделавших это. Ненавидь нас за то, что не успели вовремя. Но не ненавидь себя. Она желала, чтобы вы все выжили и были счастливы. Я уверена в этом. — Джанин посмотрела на семью, не стыдясь лжи. — Найдите силы жить дальше и почтить её память.</p><p>На самом деле малышка в последние мгновения не чувствовала ничего, кроме ужаса и боли, и, без сомнения, звала родителей, если она была достаточно взрослой, чтобы говорить и думать. Но в мире достаточно жестокости, и если честность причиняет новый вред, её нужно отмести в сторону ради живых.</p><p>Джанин оставила семью скорбеть и пошла к центру поселения. Элэд принудительно вернули на ползун, чтобы восстановить ей глаза; Игнаций реквизировал грузовик налётчиков для перевозки. Предайг сформировала первичный периметр, но регулярные войска прибыли в полном составе, и редкие выстрелы и взрывы всё ещё тревожили ночь. Инсектоиды, подземные чудовища и падальщики, привлечённые запахом крови, спускались на «Всё Отлично», пытаясь проскользнуть мимо обороны. Третья армия не рисковала, подтянув тяжёлое вооружение на случай, если появится молодой песчаный жнец.</p><p>Она присоединилась к поисково-спасательным работам, помогая рабочим бригадам находить погребённых гражданских. Большинство её стаи хотело присоединиться, но после некоторого колебания она отправила большую часть обратно, оставив минимальные силы под командованием Саркисян. Анджи было нехорошо; ночная резня глубоко задела девчонку. Её потрясло не убийство налётчиков, а смерть юных и старых. Чтобы дать ей отдых и защитить её честь, Джанин назначила воинов и разведчиц сопровождать её под предлогом ремонта их снаряжения.</p><p>Агенты Бюро Расследований в чёрных пальто работали на улицах, выискивая уцелевших налётчиков и собирая их терминалы, письма и карты для будущего расследования. Они упаковывали сражённых Новых Видов для последующего изучения.</p></section><section><title><p>Глава 37: Искривлённое Правосудие Джанин</p></title><p>Джанин предвидела в ближайшие недели серьёзные чистки против бандитов. Командующий Пожиратель был, бесспорно, самым мягким и цивилизованным из чемпионов Династа. Но когда ситуация того требовала, он легко мог превзойти даже Разорительницу в чистой, неудержимой бойне. Впрочем, никто не стал бы оплакивать мразь, смытую в канализацию.</p><p>Её уши уловили приглушённые голоса. Она отошла от обломков, которые раскапывала, и вытащила из другого здания большую стальную плиту, открыв скрытый люк, ведущий в подвал. Вонзив когти в край люка, она сорвала его и удивлённо моргнула, когда выстрел из темноты срикошетил от её брони.</p><p>Семья из восьми человек и их соседи, прятавшиеся внутри, поняли свою ошибку и тут же принялись извиняться, пока посмеивающаяся, радостная военачальница помогала им выбраться наружу. Живые! Ещё выжившие.</p><p>Нелепость ситуации сводила с ума. Благодарность? Некоторые поселенцы даже обнимали Волкородов, застигая их врасплох. Почему? Почему они благодарили? Племя Волка подвело их; позволило людям умереть; снова нарушило Клятву… а люди всё равно рады видеть их, восхваляя, будто… будто они герои. Мне нужно навестить Истерзанную и исповедаться в грехах, — решила Джанин, надеясь получить подобающее наказание.</p><p>Крик из центра поселения вырвал её из мыслей. Причиной суматохи была группа поселенцев, сходившихся вокруг женщины в рваном офицерском плаще. Двое Волкородов стояли рядом с задержанной, пытаясь предотвратить самосуд, и одному приходилось отнимать винтовку у разъярённого поселенца. Святая Меча Камелия, всё ещё в броне Игрит, пришла раньше Джанин, но из уважения дождалась военачальницу.</p><p>— Эта сука им помогала! — закричала Кит, указывая на офицера. Кит пережила бой, но удар о стену оставил несколько трещин в черепе. Несмотря на шок и боль, с туго забинтованной головой, девочка яростно пыталась помогать где могла: перевязывала раненых, успокаивала детёнышей и отказывалась уходить на лечение в ползун. Джанин подумала, что, возможно, перед ними был будущий мэр. — Я видела, как солдат просил её подождать, чтобы остальные успели в бункер, а эта сука просто прострелила ему ногу и захлопнула дверь у него перед носом, прежде чем кто-либо успел войти! А когда налётчики ворвались внутрь, она торговалась за свою безопасность, рассказывая, где прячутся наши!</p><p>— Это ложь! Она вам лжёт! Нет, вы все лжёте; это… У меня не было выбора! — Предательница-офицер съёжилась под тяжёлым взглядом Джанин. Женщина облизнула губы и продолжила дрожащим голосом. — Это… это был единственный способ уберечь людей внутри бункера!</p><p>— А когда ты увидела, как они убивают детёнышей — младенцев, как вы их называете, — ты схватила оружие и попыталась защитить их, как велит твой священный долг? — бесстрастно спросила Джанин, сжимая древко так сильно, что кожа наконец треснула и струйка крови потекла по Сказителю.</p><p>Предательство. Оно пустило по её венам палящий огонь. Никто не поднимал шума, если старейшина или простой поселенец уступал требованиям налётчиков под угрозой насилия. Такое сотрудничество часто сохраняло жизни. Помощь не могла поспеть повсюду вовремя, а материальные блага всегда возмещались, и никакого наказания за такой выбор не следовало. Лучше было пойти в рабство, зная, что Возвратители выследят захватчиков, чтобы освободить своих. Но солдат, действующий подобным образом и, хуже того, пренебрегающий долгом защищать уязвимых, был совсем другим делом. Ни Благословлённая Мать, ни синий вирм не проявляли милосердия к таким ублюдкам.</p><p>Я смотрю не под тем углом. Ситуация немного прояснилась. Как небольшая группа налётчиков могла напасть на такое крупное поселение так, чтобы не был послан ни один сигнал о помощи? Откуда они знали, какие части бить первыми? Если была утечка изнутри… Военачальница вдохнула. Пока ничего не было ясно. Предательство могло быть преднамеренным или спонтанным; не было смысла делать поспешные выводы.</p><p>— Я… Вы не понимаете, если бы вы видели, что эти животные сделали с лейтенантом Вероникой… — Офицер попыталась отступить на шаг, а Джанин придвинула морду ближе, освещая перепуганное лицо светом янтарных глаз.</p><p>— Я даю тебе выбор. Мы можем отправить тебя в Мучилище.</p><p>— М-Мучилище?!</p><p>— Мучилище. — Джанин наслаждалась чистым ужасом предательницы. Мучилище. Государственная тюрьма строгого режима, печально известная бесчеловечным обращением с заключёнными. Те, кому посчастливилось покинуть её стены живыми, напоминали бледные тени себя прежних, навсегда израненные душой и телом. — Или ты можешь рассказать Бюро Расследований всё, что знаешь, ни разу за эту ночь не солгав. Признайся в грехах, и тебя отправят в обычную тюрьму пожизненно. Нарушишь договор, и тебя сожгут заживо.</p><p>Предательница испуганно кивнула, но военачальница продолжала нависать над ней, пока женщина наконец не выдавила согласие. Джанин не обратила внимания на кинжалы во взгляде Камелии или на разъярённых граждан, всё ещё не понимавших, что произошло. Агент Бюро Расследований принял предательницу из лап Джанин, и пока она собиралась поговорить со святой меча, другая ситуация потребовала их полного внимания.</p><p>От стены донёсся вой, напоминающий гул пылающей печи. Джанин, Камелия и Кит поспешили туда и увидели странное зрелище. Предайг прибыла первой и удерживала содрогающееся существо, игнорируя десятки щупалец, хлестающих по её броне и оставляющих вмятины и царапины. Солдат неподалёку указал на разрушенную улицу и объяснил, что они вытащили соплеменника из-под обломков, приняв за труп.</p><p>Они не ошиблись в своих догадках. У существа не было нижней части тела; его оголённые рёбра гремели о мостовую; не хватало глаза, а на груди зияло несколько глубоких ран. Одна рука заканчивалась у локтя, а другую Предайг прижимала плоской стороной своего двойного клинка. Выступающие челюсти беспорядочно щёлкали, и несчастный громко вдыхал воздух, вновь заходясь воем и пытаясь вырваться.</p><p>— Не знаю, кто наш гость, — сказала Предайг, не спуская глаз с раненого. — Держи гражданских подальше, Джанин. Освободившись, оно принялось жевать трупы, и я почти уверена, что оно регенерирует.</p></section><section><title><p>Глава 38: Упрямство</p></title><p>Две тёмные бронзовые двери вели в покои командующей. В этом логове в центре ползуна не было ни военной полиции, ни охраны, патрулирующей коридоры. Нужды в них не было. Будь то шпион, убийца, любопытный идиот или офицер с новостями — каждому позволялось войти в чрево зверя. Вопрос был в другом: кто вернётся целым?</p><p>Джанин прошла через эти двери впервые в жизни. Членство во Внутреннем Круге давало ей определённые привилегии, и этой ночью она намеревалась использовать их до последней капли. Усталая, голодная и раненая, она дала инженерам лишь достаточно времени, чтобы снять боевую броню и кое-как перевязать раны. По пути сюда она столкнулась с Зеро, которая дала ей несколько советов, после чего вместе с Танкредом покинула ползун.</p><p>Её нос уловил запах еды и сладковатый аромат гниющей плоти, витавший в воздухе. Сама комната была полусферической, с платформой в центре. С потолка свисали десятки, если не сотни цепей, слегка позвякивая. На них висели иконы и религиозные символы, не грубо прибитые, а бережно вплетённые, чтобы не упасть и не разбиться. Слой витражного стекла покрывал стену, заливая помост разноцветным светом.</p><p>А на помосте сидела Разорительница, поджав под себя одну ногу и лапами обхватив колено другой. Она подпевала записанному сообщению, присланному Лордом Змеем, греясь в жёлтом, зелёном, красном, синем и фиолетовом свете. Старший офицер сообщал ей о дополнительных мерах безопасности и ближайших запланированных экономических реформах, призванных ещё больше сократить бедность. Рядом лежал специально разработанный терминал, которым могли удобно пользоваться её крупные пальцы, а яркие кнопки с цветовой кодировкой упрощали работу.</p><p>— Это Духи? — спросила Джанин, разглядывая любопытные артефакты среди цепей. Там были кожаные книги с отметкой в виде круга; деревянные фигурки красивых женщин и мужчин, слегка тронутые трещинами; бронзовые лики крылатых существ; изящные каменные статуи пророков или святых; резьба на бронзовых пластинах; и листы сохранившегося пергамента с неизвестными иероглифами.</p><p>— Это боги, которым молилось человечество до Истребления, — сказала Разорительница, не открывая глаз. — Вера в них умерла, даже в странных землях Итерны. Их храмы пусты или погребены, и мало кто помнит их имена сегодня. Я молюсь этим призракам, когда я это я, умоляя их о покое и самообладании или хотя бы о милосердном конце, но они никогда не отвечают.</p><p>— Когда воссоединение завершится и последний монстр будет мёртв, Духи исцелят ваши недуги, Благословлённая Мать, — заверила Джанин командующую, повторяя мантру из шаманских книг. — Восстановленная и сияющая, вы научите нас жить в эпохе вечного мира.</p><p>Прародительница усмехнулась; звук напоминал рокот приближающейся далёкой грозы.</p><p>— Какая прекрасная мечта, девочка. Если бы только она была правдой, — сказала она ясным и светлым тоном. Смех обратился в свирепое рычание, и Разорительница затряслась в судорогах, губы раздвинулись, обнажив клыки, а слюна капала на пол. Она ударила себя так сильно, что небольшой звуковой хлопок сотряс цепи, затем продолжила ровным голосом: — Но этому не бывать. Я причислена к монстрам.</p><p>— Вы не монстр, — с полной уверенностью сказала Джанин.</p><p>— Я знаю, кто я, и знаю свои преступления, — строго сказала Разорительница, подняв лапу. — Соблазнительно списать мои грехи на красный туман, но моя история безжалостности началась задолго до него. Я убивала угнетателей, но какой ценой? Ты помнишь Фарш? Заслуживал ли кто-то из его жертв смерти в багряной жатве, вершимой моими когтями? А что до племени? Всё, чего я хотела — чтобы мои прекрасные мальчики и девочки были счастливы и наслаждались жизнью, которой у меня никогда не было. Вместо этого я сотворила из вас собственные искажённые отражения.</p><p>— И мы вечно благодарны за силу, которой вы нас наделили, — сказала Джанин.</p><p>— Сломленные, такие сломленные. Я хотя бы понимаю, насколько я сломлена, а вам никогда даже не дали шанса понять, что значит не быть сломленными. — Разорительница почесала голову, и Джанин напряглась, услышав скрежет когтей по кости и увидев глубокие борозды на коже. — Благодарны? Этот постоянный стук в моём черепе не прекращается. Он как вулкан, извергающий магму, но отказывающийся извергнуться. Каждая клетка моего тела требует уничтожения другого живого существа, насилия и господства. Ты думаешь, мне это нравится? Ты думаешь, это благословение, достижение, к которому стоит стремиться, жалкий монстр?!</p><p>Джанин молчала, пока Благословлённая Мать поднималась во весь рост, расширив зрачки, словно её захватил злобный дух. Зеро дала ей предупреждение: не раздражать. Она старалась поступать именно так, стоя спокойно и не реагируя на агрессивную провокацию.</p><p>Испытание. Вот что это было. Благословлённая Мать сама не до конца осознавала происходящее, но шаманки понимали. Духи никогда не переставали испытывать Племя Волка, вселяясь в Разорительницу, чтобы она говорила самые нелепые и еретические вещи. Они спрашивали: «Крепка ли ещё твоя вера? Можешь ли пройти путь до конца?» Ибо жертвы ради беспомощных и лучшего мира должны приноситься добровольно. Проходя эти противоречивые испытания, Волкороды становились сильнее и увереннее в своей преданности, как и Благословлённая Мать, ведь она никогда не колебалась в своём личном долге избавлять мир от тех, кто растерял свою человечность.</p><p>Джанин обнажила горло в знак покорности, и Разорительница замерла.</p><p>— Ты пришла не слушать моё нытьё. — Прародительница вдохнула и села, скрестив ноги, голос её снова стал разумным и уверенным. Она прошла испытание. Края её ужасных самонанесённых ран зашевелились, как черви, потянулись друг к другу и затянули повреждения. — Говори уже, что на уме, военачальница.</p><p>— Ваша слюна. — Разорительница расширила глаза и поспешно вытерла челюсть. — Нет, не в этом смысле! — быстро сказала Джанин. — У неё несравненный лечебный потенциал, а у нас много раненых в медотсеке. — Она опустилась на колени. — Благословлённая Мать, умоляю вас. Возьмите плату с моего тела, но дайте нам корзину-другую ваших целебных вод.</p></section><section><title><p>Глава 39: Обновление</p></title><p>К несчастью, святая меча отказывалась молчать, но Джанин игнорировала её болтовню, разглядывая переполненный зал, примыкавший к медицинскому отсеку. Это было что-то вроде комнаты ожидания, где легкораненые солдаты, поселенцы и ожидающие своих плановых процедур сидели на стульях, играли в карты или переговаривались. Калайса сидела рядом со своими братьями и сестрой, намеренно игнорируя семью. Очевидно, совет извиниться она отвергла, но, по крайней мере, на шкуре Кирка не было свежих порезов, а у сестры и братьев не появилось новых синяков. Детские шаги, Джанин. Детские шаги. Террифик тоже пришлось попотеть лепя из тебя рабочую единицу.</p><p>— Берите жетон, любой жетон, — сказал Богдан.</p><p>Её сыновья сдвинули несколько столов вместе и пригласили детей из Всё Отлично посмотреть их выступление. У некоторых детёнышей были небольшие травмы, но большинство осталось невредимым и тревожно ждало вестей от врачей о родителях. Несколько транспортов Второй армии заберут их и их вылеченных родителей с «Неотвратимого» в ближайшие дни и сопроводят в Центральные Земли под защитой элитных полков. Командующий Пожиратель объявил потерявших обоих родителей «сыновьями и дочерями Второй», и лучшие учителя и социальные работники были готовы помочь этим юным согражданам.</p><p>В данный момент на двух столах стояли газировка и нормальная еда, привезённая из разрушенного поселения. Но возбуждённые детёныши не сводили взглядов с третьего стола, где Игнаций держал пять жетонов разного достоинства, а Богдан закрывал глаза лапой, делая вид, что не смотрит. Девочка-мутант взяла жетон Династа, чеканное кольцо стоимостью пять жетонов.</p><p>— Это твой жетон?</p><p>— Да, — застенчиво сказала девочка. Вместо одного уха у неё было серое щупальце, достававшее до плеча.</p><p>— Тогда не говори мне, какой он; бросай в мешок и готовься к чуду! — весело сказал Богдан, и девочка послушалась, положив жетон Династа в бумажный мешок, который держал Волкород. — А теперь смотрите внимательно, все. Многие говорят, что Племя Волка знает магию… — Богдан повозился с мешком на глазах у любопытных зрителей, и монета выскользнула из заготовленного разреза ему в лапу. Он подул в мешок, и тот взорвался, разбросав клочья по собранию. — И, представьте себе, это правда!</p><p>— Жетон у тебя во рту! — обвинили его дети, и солдат наклонился вперёд, открыв пасть, чтобы они осмотрели клыки. — Не там! Где?! Жулик! Он проглотил!</p><p>— Вот он. — Богдан вытащил жетон из-под щупальца девочки. — Держи, малышка. Подарок от Духов! Хотите, чтобы вас впечатлили? — спросил он небольшую толпу, и несколько детёнышей захлопали в предвкушении. — Я своего рода стильный жонглёр. — Богдан вытащил из-под стола пустую гильзу от кускострела и подбросил её в воздух. — Так, сие считается несложным трюком… — Он добавил ещё одну и жонглировал ими одной лапой. — …что видно по вашей реакции. Настоящий мастер может к тому же отвернуться, — сказал Богдан, ни на миг не отрывая взглядов от пустых гильз.</p><p>Джанин ухмыльнулась, услышав смешки, понимая, что делает её сын. Детёныши были напуганы, встревожены, привезены в незнакомое место и окружены солдатами и Волкородами. У её мальчиков были свои способы успокаивать такую толпу. Бертруда о чём-то спросила, но для Джанин слова святой меча были лишь белым шумом, и военачальница решила насладиться шоу.</p><p>— Но два, это слишком просто, не так ли, малыши? — ухмыльнулся Богдан и достал из кармана третью металлическую гильзу. — Смотрите и удивляйтесь, как я добавлю третью в узор! — Толпа взорвалась смехом, а кто-то даже расплескал напитки, пока Богдан свободной лапой удерживал третью гильзу совершенно неподвижно позади тех, которыми жонглировал. — Круто, да? Никто не сравнится… — Гильзы выпали из его лап, когда он заметил, что Игнаций без труда жонглирует восемью гильзами, подмигивая толпе. — Какой безвкусный выпендрёжник. — Богдан покачал головой под громовой смех детей.</p><p>Даже некоторые солдаты и поселенцы присоединились к веселью.</p><p>Богдан развернулся и обратился к ребёнку, который молчал. — А почему ты молчишь, малыш? — Детёныш, мальчик с прямоугольным глазом и клешнёй вместо одной руки, молчал, и Волкород скользнул под стол и лёг на живот перед ним. — Не заставляй меня делать щенячьи глаза, — сказал он, глядя на лицо ребёнка снизу вверх янтарными глазами.</p><p>— Мама… — губы мальчика задрожали. — Я скучаю по ней. Крикун оторвал ей руку. С ней всё будет хорошо?</p><p>— Конечно будет! — Кирк встал, схватил мальчика и посадил к себе на плечи. — Ей поставят потрясающий блестящий новый аугмент! — Он поморщился и похлопал своего наездника. — Не трогай мои у-уши, пожалуйста; они немного б-болят. Держись за ш-шею; она крепкая!</p><p>— Что такое аугмент? — спросила крошечная девочка, засунув палец в рот.</p><p>— Это сложное устройство, которое хирургически имплантируется в тело. Его датчики и провода подключаются прямо к нервам и… — начал объяснять Игнаций.</p><p>— Это металлическая конечность, как у моего брата! — перебил Богдан и хлопнул в лапы. — Непревзойдённый кусок мощи, способный пробивать дыры в стенах! Представьте, как здорово иметь такую игрушку! Сияющая металлическая форма, в которой куча фантастических инструментов! Игнаций, покажи пылающий меч!</p><p>— Разумно ли…</p><p>— Пылающий меч! Пылающий меч! — скандировала толпа, и Игнаций улыбнулся, отступив на шаг. Он драматично взмахнул металлической рукой, лапа превратилась в огнемёт, и он нацелил его в потолок. Но появился лишь маленький язычок пламени размером с палец.</p><p>— Вы, наверное, гадаете, почему вместо пылающего меча у нас пылающий пук, — обратился Богдан к зрителям. — Я тоже. Какой Бездны, Игнаций?</p><p>— Встроенные системы безопасности, — сказал Игнаций. — Вернёмся к жонглированию!</p><p>— Убийца-веселья! Ботаник-зануда! Эх, переходим ко второму этапу!</p><p>Джанин стало легче, когда брат и сестра Кирка присоединились к Эльзаде, развлекая детёнышей-Нормалов. Богдан был чудотворцем. Несмотря на нежелание даже взглянуть на сидящую Калайсу, дрожь Кирка улеглась. Он даже попросил Богдана научить его подбрасывать в воздух две гильзы, и два самца потешали толпу, подбрасывая свои снаряды и ловя их ротовыми щелями, пока Кирк случайно не проглотил одну под аплодисменты детёнышей. Он поклонился и позволил малышам кататься у себя на спине. Сеть поддерживающих друзей давала самцу ещё один шанс вновь обрести уверенность и вести полноценную жизнь, и Джанин пожелала ему добра и пару, которая принесёт ему дюжины детёнышей на воспитание.</p></section><section><title><p>Глава 40: Решение Измениться</p></title><p>Гнев. Гнев Калайса знала очень хорошо. Она чувствовала его с тех пор, как её никчёмные, ни на что не годные родители умерли в какой-то канаве, названия которой она даже не знала. Не проходило дня, чтобы она не злилась на необходимость доминировать над противниками в ямах, чистить кузачье дерьмо и вливать молоко в неблагодарные бесполезные пасти братьев и сестры вместо того, чтобы спать и восстанавливаться. Гнев помогал ей пережить худшее, был и проклятием её существования, и причиной опрометчивых поступков, и огненным двигателем, поднимавшим её на ноги.</p><p>Но после того как эта сука переломала ей кости, ярость… уменьшилась, будто воздух вышел из проколотого шарика. Она всё ещё намеревалась увидеть, как Эшбрингер жрёт землю, разумеется, просто не сейчас. Она не годилась для руководства большой стаей, пока её собственная была слабой. Гнев помогал Калайсе делать то, чего она обычно не делала, и пока она неслась по коридору, кипя от смущения, именно ярость давала ей достаточно смирения для осуществления плана.</p><p>Она постучала в дверь Подлизы, морщась от нелепого портрета фигуры в плаще, воздевшей руку к лунному небу, неумело нарисованного по серому металлу. Она терзалась тревогами, ругая себя, потому что видела своими глазами, что с Подлизой всё в порядке, и ей хотелось плакать от необходимости признать собственную неполноценность хоть в чём-то.</p><p>Духи. Ни о чём вас не просила. Сделайте так, чтобы она сорвалась, и я смогу сорвать её. Сломанная рука Калайсы всё ещё болела, но замахнуться ею она могла.</p><p>— Открыто! — сказал голос с той стороны, и Калайса вошла, моргая от внезапного шока.</p><p>Интерьер оказался не таким, как она ожидала. Волчьим ведьмам выделяли нормальные каюты, часто слишком большие для их вещей. У самой Калайсы были пара клинков из щелевидных передних лап Инсектоидов-воинов, пара мешков, набитых хламом, собранным с мёртвых работорговцев, несколько трофеев, включая череп её первой жертвы, и ножи.</p><p>Комната Анджи была ярко освещена набором голубых ламп, зафиксированных на деревянных столбиках. Большой шкаф, когда-то бывший грузовым контейнером, занимал одну стену; плакаты с уже знакомой фигурой в плаще покрывали остальные, изображая беловолосую женщину в жёлтом ореоле молний. Эта неизвестная девка часто летала рядом с несколькими пёстро одетыми людьми или сражалась со свирепыми чудовищами, отбрасывая их обратно в зияющие космические разломы. Богатая кожаная куртка, усыпанная улыбающимися значками, лежала на заправленной кровати рядом с похожей юбкой. На тумбочке стояла фотография счастливой семьи. На ней юная белошёрстная девочка-Волкород вскидывала кулаки к небу, окружённая детёнышами, матерью и отцом.</p><p>Привилегированная сука. Ещё живые родители. Заботливые сёстры и братья. Безупречная. Почему? Почему никогда не я, почему всегда другие… Калайса стряхнула горечь. Невозможно изменить, так зачем пытаться?</p><p>Анджи сидела на полу, скрестив ноги, высунув язык, и красила верх своего шлема в белый цвет.</p><p>— Что ты делаешь? — потребовала Калайса. Неужели дура влюбилась в Ледяного Клыка?</p><p>— Хочу быть как Хлыст Молнии. — Анджи указала кистью на плакат. На нём электрическая женщина носила чёрный облегающий костюм и плащ того же цвета, застёгнутый нефритовой булавкой на плечах. Верх её шлема был сломан, а грива белых волос торчала вверх по какой-то причине. — Она супергерой, защищает юных и старых и бьёт злодеев током!</p><p>— Ты веришь в эти иллюзии? В сказки для детёнышей? Повзрослей, — фыркнула Калайса. — Супергероев не существует.</p><p>— Ну конечно, иначе мир не был бы всё ещё таким паршивым. Выдуманные или настоящие, вдохновляющие идеалы стоят того, чтобы им следовать.</p><p>— А зачем красишь белым? Я видела тебя в бою; он и так был этого цвета!</p><p>— Вот в этом и странность! Каждый раз, когда я сдаю его на оружейную, он возвращается угольно-чёрным. Понятия не имею, кто меня разыгрывает. — Анджи отложила кисть. — Так зачем пришла?</p><p>— Ыыргх… — Было больно произносить эти слова; одной гримасы хватало, чтобы подавиться. Калайса подавила ярость и выплюнула слова в растерянную морду Анджи. — Я пришла проверить тебя. Ты была странной в медотсеке.</p><p>— Не знала, что тебе не всё равно, — медленно сказала Анджи.</p><p>— Это моя вина? — Калайса топнула ногой при новой волне удивления на морде Анджи. — Просто скажи! Я опять всё испортила своей просьбой о жизнях?</p><p>— Нет. — Анджи смягчилась и улыбнулась. — Твоя просьба была хорошей! Она взбодрила меня, и я убила тех ублюдков, посмевших обидеть невинных! Треск их черепов был музыкой для моих ушей!</p><p>— Вот это разговор! — подбодрила Калайса, чтобы та продолжала, воодушевлённая проблеском жизни, который раньше напугал её своим исчезновением. — Не знаю, что тебя тревожит, но прореви это! Давай, рычи вволю! Вой свою ярость, дай Духам знать о победе! Радуйся преодолению препятствия и… — Анджи улыбнулась, и Калайса надулась от такого отсутствия кровожадности. — Ты странная.</p><p>— Спасибо, что заботишься, Калайса. Мне лучше. Правда.</p><p>Ей хотелось вылететь вон. Она ненавидела, презирала слышать такие слова от этой слабачки, от соперницы, которой суждено ползать у её ног. Что вообще Анджи могла знать? Но Калайса дала обещание, и пусть Духи сгноят её заживо, если она изменит выбранному курсу.</p><p>— Я… — Калайса сузила глаза. — Я… мне нужна услуга. Ты… ты бывала в городах? Вроде Хьюстада?</p><p>— Ничего подобного Хьюстаду, — ответила Анджи. — Однако папа и мама часто брали меня, моих братьев и младших сестёр помогать в поселениях. Знаешь, расчистить дорогу, вылечить сломанную ногу…</p><p>— Нет, не знаю. — Уголок рта Калайсы дёрнулся. Просить, умолять, молить… Она не создана для этого. Она завоёвывала, брала то, что хотела! — Я никогда особо не имела дела с Нормалами. Они слабы. — Она нервно расхаживала, и комната вдруг стала похожа на клетку. — Слушай, что-то не так с моим нравом, и это губит мою стаю. Мартышкина дала мне адрес мягкоговорителей… психотерапевтов в Хьюстаде. Они могут вправить тебе мозги или что-то вроде. И мне это нужно, чтобы стать нормальной. Правда. Иначе я продолжу подводить стаю. Но я понятия не имею, как к ним подойти, что надеть, что сказать…</p></section><section><title><p>Глава 41: Тень из Прошлого, Часть 1</p></title><p>Танкред закрыл глаза и прислушался к обманчиво опасной тишине пустыни. Частое постукивание игл о камень и хруст гальки возвещали о миграции Инсектоидов на лучшие пастбища. Это было легко представить: дроны несут разбухшее, огромное тело своей королевы; проворные воины служат разведчиками, срубая всё, что не успело убежать от местной фауны; питатели высасывают до последней капли плоть с костей и несут обратно, чтобы накормить королеву.</p><p>Ветер катил по песку выбеленные кости. Редкий слабый визг отмечал гибель какого-то случайного зверя, задохнувшегося в яме с зыбучим песком или пойманного в пасть хищника. Танкред расширил чувства, напрягая слух, чтобы охватить кишащую пустыню. Караванщики, наёмники и торговцы обменивались шутками, расслабляясь после дневной жары. Рабочие занимались обслуживанием, охранники проверяли снаряжение, а кузаки храпели, доверив своё выживание группе.</p><p>Потом он услышал это. Беспорядочное пищание датчиков доносилось из каньона впереди, вместе с вихрем песка, втекающего в него. Танкред открыл глаза; его усиленное зрение пронзало ночь, багровый свет скрывали линзы. Растянутая дыра в земле посреди оживлённых торговых путей, соединявших множество поселений и деревень.</p><p>Он кивнул Зеро и взвалил на плечо бердыш Судьи. Зеро пошла первой, плащ плотно облегал тело, бронированные сапоги ступали с лёгкостью падающего пёрышка, и она старалась не выдать своё приближение хрустом сухой ветки или кости. Танкред последовал за ней. Они пробирались сквозь зазубренные руины давно умершей цивилизации.</p><p>Некогда здесь простирались мегаполисы. Под огромным покрывалом песка лежали парки, больницы, заводы, жилые дома, исследовательские комплексы и, конечно, трупы. Целая нация умерла здесь, там и за горой. Планета стала своего рода некрополем, где усталый путник не мог надеяться найти место, свободное от трагедии и страданий.</p><p>Не всё было мрачно и уныло. Процесс раскопки утраченных знаний продолжался. Исследователи стряхивали пепел с найденных терминалов, узнавая об утраченных технологиях, исчезнувших культурах или последних минутах напуганного населения. Бригады раскопок открывали двери бункеров, обнаруживая кладбища и порой жизнеспособные общества внутри. Технологии Старого Мира были замечательны, и даже после того как поколения растеряли знания из-за долгой изоляции и радиации или мутаций, вызванных Свечением, люди оставались людьми, и случались радостные воссоединения.</p><p>Но вид руин и смерти был суровым напоминанием о цене, которую платят слабые, когда их правители не выполняют завещанный им долг защищать подданных. Да не сочтут меня недостойным, когда вверенные моей защите в опасности. Танкред повторил свою клятву.</p><p>У Железных Воль была долгая и богатая история в Ордене, хотя и беспокойная. Они потеряли трёх святых меча подряд, от яда и в стычках с захватчиками. Танкред дважды против воли был возведён из мудрецов в святые меча и принял Судью вместо ружья-алебарды. Реликвия, казалось, жаждала его, даже когда он передал её куда более достойному кандидату. Он оплакивал и скучал по потерянному сюзерену, молодому дворянину, погибшему от предательского взмаха клинка Крестоносца. Несмотря на нежный возраст, прежний святой меча всегда выбирал лучший путь для дома и преуспевал во всех начинаниях.</p><p>Танкред присоединился к леди Зеро из долга и вины. Смерти и ранения в поединках между Племенем и Орденом были не редкостью, ведь горячие головы стремились доказать превосходство своих путей. Но проступок Бертруды, а через неё и Первого, был оскорбителен. Великий магистр должен был посредничать для отсрочки поединка. Благословлённая Мать была такой же родительницей Ордену, как и Близнецы. Они были обязаны своим низшим родичам помочь им подняться и встать вровень с Ледяными Клыками.</p><p>Увы, Первый оступился и позже признал свою неудачу. Множество задач, которыми он руководил, притупило его интуицию, а врождённая гордость задушила намерение поступить достойно.</p><p>Танкред был облачён в модернизированную семейную боевую броню. Её накладывающиеся пластины, компактные сервомоторы и шумоглушители обеспечивали превосходную ловкость, а плащ-маскировка скрывал его от посторонних глаз. Линзы шлема перешли в режим проникновения и больше не светились. Он танцевал вслед за Зеро, избегая контакта с чем-либо, что могло издать звук.</p><p>Зеро удивляла и интриговала его. Племя Волка предпочитало более прямой подход, но она двигалась так, будто доспех был второй кожей, не скрипя и не соскальзывая, чтобы выдать своё местоположение. Элегантность её движений легко несла её над коварными ямами и неустойчивой землёй, и ни один свет не отражался от круглой формы её шлема.</p><p>Она также не вела его. Верховная военачальница отмечала ловушки и указывала примерный радиус размещения и обнаружения датчиков, но никогда не направляла его. Зеро не делала этого со злым умыслом; у неё не было солдат, чтобы служить ей, не было слуг, чтобы одевать её в боевое снаряжение, и всё же она сохраняла положение верховной военачальницы. Она никогда не посещала медотсек для омоложения или делала это тайно, не снимая шлема.</p><p>Такая загадка озадачивала святого меча. Могут ли быть у неё ужасные шрамы на морде? Отсутствующий нос, возможно? Была ли она ещё одной жертвой плохого душевного состояния Благословлённой Матери?</p><p>Вместе они прокладывали путь к краю каньона, избегая растяжек и датчиков движения. Подозрения Танкреда подтвердились. Неизвестные обитатели пробурили пещеры в боку каньона, а электрические огни отпугивали робких ночных хищников. Автоматические турели, ржавые и в разной степени неисправные, ждали более крупных зверей. Фигуры в плащах песочного цвета возглавляли патрули, и палец Танкреда дёрнулся, когда свет проходящего дозора открыл знакомый квадроцикл, спрятанный в пещере внизу.</p><p>Танкред ограничивался ведением военных и дипломатических обязанностей своего дома, поручив детям вести экономические предприятия. Дом процветал, владея влиятельной компанией, известной поставками лёгких внедорожников стране и любому желающему. У контрабандистов был товар с гербом Железных Воль.</p></section><section><title><p>Глава 42: Тень из Прошлого, Часть 2</p></title><p>— Ну, эта зацепка нас никуда не привела! — сказала Зеро, когда они покинули каньон.</p><p>Прятаться больше не было нужды. Два Волкорода шли открыто, обходя ловушки. Зеро несла ящик с контрабандой в сгибе локтя. Как только комплекс контрабандиста остался позади, она знаком велела Танкреду остановиться среди обломков колонн погребённых зданий, проверила свои наручи и начала тщательный осмотр его доспеха.</p><p>— Зацепка? — спросил он, раскинув руки и доверяясь её суждению.</p><p>— Агенты опознали людей Даразди среди павших в поселении. Ну, знаешь, я подумала, что он что-то знает. Чисто! — Зеро хлопнула Танкреда по плечу и открыла ящик, роясь в содержимом в поисках следящих устройств. — Я никогда не верила, что Даразди нас предаст, но у этого старичка чрезмерная любовь к жетонам.</p><p>— Он мразь, — сказал Танкред.</p><p>— Ой, да ладно, он не так уж плох.</p><p>— Этот человек наживается на людях, страдающих болезнями. Он охотится на слабых и уязвимых. — Танкред сплюнул. — Нет чести в том, чтобы позволять такой мерзости существовать.</p><p>— Чести нет места на поле боя, Танкред. — Зеро перестала изучать ящик и повернула шлем к нему. — Сражайся честно, сражайся прямо, и умрёшь, а друзья будут грустить. Я в том числе. Не заблуждайся; мы ведём войну даже в мирное время. Войну за цивилизацию общества, за построение нации, где рабство будет забыто, а тираны раздавлены каблуком Династа.</p><p>— И как терпимость к преступности продвигает эту цель? — спросил Танкред, садясь рядом с Зеро.</p><p>— Легко! Мы превратили неограниченную неорганизованную преступность в контролируемую организованную. Когда из поселения пропадает девушка, Дараздаст указывает нам ближайший лагерь работорговцев на границе или сам выкупает её свободу, а мы возмещаем ему расходы. А потом мы сжигаем лагерь, просто ради веселья и чтобы вернуть наши жетоны. Нельзя уходить в дефицит! — Она ткнула его локтем. — Ты знаешь о цене крови за убийство Волкорода, верно? — спросила Зеро, и Танкред кивнул.</p><p>Цена крови распространялась не только на Волкородов племени. Два месяца назад один из Железных Воль был выпотрошен на рядовой миссии по доставке гуманитарных посылок в деревню, поражённую чумой. Позже наёмники, ответственные за нападение, висели на воротах ближайшего поселения; жестокие когти выпотрошили их тела, оставив трупы похожими на развёрнутые кровавые тряпки. Будь то Волкород, Ледяной Клык или друг племени, Волкороды всегда взыскивали плату с виновника, как бы далеко тот ни пытался бежать.</p><p>— Мы любим делать вид, что знаем обо всём, что происходит в Пустошах или Разорённых Землях, потому что это пугает потенциальных злодеев и заставляет их подчиняться, но на самом деле нам нужны агенты, чтобы это впечатление работало. Дараздаст помогает, собирая слухи, так что нам не приходится неделями искать убийцу. В отличие от прежних психов, правивших здесь до Возвратителей, его банда не прибегает к насилию, убийствам или похищениям для сбора долгов; они снабжают нас информацией о потенциальных соперничающих организациях, таких как Картель, который впервые пытается закрепиться далеко к востоку от Жемчужины. Но поскольку эти дураки уже трижды развалились из-за междоусобиц, думаю, Даразди и Ивар, как обычно, параноики на пустом месте. Эта идея с Картелем никогда не взлетит.</p><p>— Его банда торгует искусством, леди Зеро, — тихо сказал Танкред. — Я подслушал. От Старого Мира осталось так мало, и мучительно представлять драгоценную картину, запертую где-то в частной коллекции.</p><p>— К чёрту искусство, — резко сказала Зеро. Она положила лапу ему на плечо. — Не спорь, я понимаю. Типа, обидно терять статую, картину или скульптуру, но знаешь, что мы получаем взамен? Терминалы. Дневники. Информацию о реальных людях, живших в Старом Мире или видевших Истребление. Их мечты, надежды, страхи, жизни… Вот что чертовски важно. Они не заслуживают быть забытыми. Старшая Сестрёнка говорила мне, что ни один художник не поставил бы своё творение выше жизни постороннего. Думаю, она слишком идеалистична в своём утверждении. И даже если бы такие нашлись, нужно ли нам их искусство?</p><p>— Как он до сих пор не мёртв? — спросил Танкред, не убеждённый идеей обменять великолепный шедевр на короткое видео паникующего человека, записывающего свои последние минуты во время Истребления. Последнее было излишним; первое — вечным источником вдохновения для будущих поколений.</p><p>Захватывающий вид статуи Леди Милосердия в столичной Церкви Планеты помог многим подавленным душам держаться за свет в самые тяжёлые времена. Вдохновляющие истории о доблестных слугах, передаваемые сквозь века, помогали формировать поколения неподкупных офицеров. Искусство выходило за рамки простой эстетики: оно служило катализатором улучшения как отдельного человека, так и общества.</p><p>— Признаю свою неискушённость в этом вопросе, ведь преступники обычно умирают на моём клинке, но представляю, что трудно скрывать его периодические связи с местными силами Армии Возвращения.</p><p>— Помнишь про «контролируемую»? — сказала Зеро. — Ивар держит его в постоянно загнанном состоянии. Все знают, что Даразди управляет этим районом; если бы кто-то попытался вторгнуться на его территорию, ему бы отрубили голову. К тому же он слишком связан с нами, чтобы создать альянс с другим боссом синдиката. Он слишком многих разозлил. Для комфортного выживания ему приходится срывать планы потенциальных соперников, что он и делает, информируя нас о надоедливых червях, слишком крупных для него. Мы занимаемся дератизацией. Не бесплатно, конечно. Яркий пример: Итерна. — Её голос оборвался, и Танкред услышал нотки чистой животной ненависти и тоски. — Они часто ноют, что некоторые технологии слишком опасны для продажи, жадные ублюдки. Но благодаря нашему другу мы часто получаем интересные образцы по… скажем так, негарантийным каналам. Это взаимовыгодно и помогает нам идти в ногу со временем.</p><p>— А взамен это открывает нас для итернийского проникновения, — сказал Танкред, изучая лунный диск наверху. На нём была вспышка. Едва заметная, но она случилась. Влияние Итерны достигло спутника, но никто не знал, чем они занимаются на белой поверхности. Самой популярной теорией была испытательная площадка для оружия.</p></section><section><title><p>Глава 43: Тень из Прошлого, Часть 3</p></title><p>Крылья взмахнули, ударив по земле и промахнувшись мимо военачальницы. Зеро двигалась намного быстрее пули, перегружая даже тонкие чувства Ледяного Клыка и превратившись в размытую полосу, кружившую вокруг зверя. Она по собственной воле приблизилась к костяной клетке, игнорируя пульсирующие органы и тянущиеся к ней щупальца. Две лапы врезались в бока существа, и наручи военачальницы засветились, выпуская плазменные взрывы из скрытых пусковых установок. Два новорождённых солнца засияли в пустыне, прожигая дыры в шкуре твари, обращая рёбра в пепел, а песок в стекло. Крылья вспыхнули, и существо начало перестраивать ноги в отдельные конечности, пытаясь вырвать их из расплавленного стекла. Стоя в этом адском пламени, Зеро не пострадала: её плащ и броня устояли, и она далеко не закончила.</p><p>Два предмета выстрелили с её пояса и быстро удлинились в полноразмерные жезлы, формой похожие на электрошоковые дубинки полиции. Военачальница поймала их и ударила, наконечники вошли в открытую пасть существа. Тварь забилась, судорожно корчась, пока высоковольтный импульс проносился по ней, лопая глаза и сотрясая мозг. Она неуклюже огрызалась из-за искалеченных конечностей, дважды ударив Зеро локтем с такой силой, что пятки военачальницы прорыли глубокие борозды в стекле. Игнорируя глубокие искрящиеся вмятины на нагруднике и шлеме, Зеро рубанула, и жезлы легли на затягивающиеся раны в боку противника.</p><p>Высоковольтные разряды были проверенным методом против регенераторов. Они не только вызывали ожоги, проклятие многих самоисцеляющихся Новых Видов, но даже против существа, способного исцеляться сквозь обожжённую плоть, как это, прохождение тока по системе вызывало сильные спазмы. Оно часто разжижало внутренности, как выяснили на свою беду некоторые регенераторы, способные восстанавливаться за счёт поглощения энергии. Сам разряд повреждал клетки по всему телу.</p><p>Чириканье боли достигло крещендо, и существо выгнулось назад, сломав позвоночник. Это был не знак агонии, а намеренная попытка бежать. Его тело сбросило сломанные кости и выплюнуло сожжённые органы в лицо Зеро, окутав её вязкой требухой, стеснившей движения. Тело существа обмякло и отпрыгнуло, игнорируя горящие края жезлов. Оно напоминало струю воды, плеснувшую на песок на некотором расстоянии, но затем собралось, взглянув свежеобразованными глазами на искалеченные руки и зияющую рану в плече. Мяукнув то ли проклятие, то ли угрозу, оно повернулось и кинулось прочь.</p><p>— Бежишь от боя? — спросил Танкред, поспешив к Зеро. Лезвие бердыша едва не задело брюхо существа, когда оно извернулось, и ледяное поле рассекло кожу на бедре. Игнорируя его вызов, оно пронеслось мимо. — Трусливый изверг! Стой и сгинь!</p><p>— Он не бежит, Танкред! — выдохнула Зеро, высвобождаясь из биологических пут. — Пауки! Следи за пауками!</p><p>Что?! Танкред пытался понять смысл слов своей родственницы. Существо топтало бегущих насекомых, превращая их тела в кашу. А туши прилипали к липкой поверхности чёрной ноги, медленно исчезая под кожей. Безглазая голова кусала искалеченные руки, жуя сломанные кости, и из окровавленных обрубков вырастали когти. Оно не отступало. Проклятый изверг стремился восстановить питательные вещества и перестроиться для второго раунда!</p><p>Святой меча отбросил мысли о Зеро и бросился в погоню за беглецом. Его бердыш рассёк воздух, срезав существо возле восстановленного позвоночника и отогнав от самого большого скопления насекомых. Хотя лезвие оружия не достало до кости, холодное поле достало, заставив её разломиться на два меньших позвоночника. Существо зашипело от злости. Щупальца вырвались из обожжённых остатков крыльев и хлестнули по Танкреду, пытаясь подсечь.</p><p>Он выдержал пронзающие уколы костяных кинжалов, трескавших его пластины. Рыцарь никогда не уклоняется от долга, мудрец никогда не колеблется в принципах, а святой меча никогда не подводит союзника. Танкред жил по этим простым правилам. Он просто стиснул клыки, наступая ближе к зверю, чтобы нанести смертельный удар. Оно искало их; оно жаждало плоти Зеро, а как её родственник, он не потерпит существования этой твари. Этой ночью оно умрёт, от его лап или лап Зеро.</p><p>Отрезанное от источника пищи, существо всё ещё отказывалось обернуться и сразиться. Его щупальца вросли в землю, поднимая каменные плиты, пытаясь снова похоронить преследователя под обломками. Святой Меча пробил плиты, на этот раз полностью контролируя опору. Искусственные мышцы брони дали ему нужную силу и скорость, а металлический панцирь уберёг от острых камней. Существо нырнуло в сторону, уходя от поля абсолютного нуля и тёмных луча.</p><p>Хотя они пересекли дюну, и несмотря на разрушения от хлещущих щупалец, выстрел Зеро пробил бы его середину, не увернись существо. Танкред молча оценил меткость соратницы, пусть даже она использовала его линзы для наведения на цель. Это был не просто природный талант; потребовались обширные знания и практика, чтобы идеально скорректировать прицел и рассчитать выстрел так, чтобы случайно не ранить его в этом хаосе летящих обломков и плывущих завес песка.</p><p>Существо преодолевало метры одним прыжком, но Танкред всегда был у него на пятках, срезая щупальца, медленно истощая его слой за слоем и гадая, куда оно движется. Осознание пришло к нему, пока пули гремели о броню.</p><p>Это не была погоня за отчаявшимся обречённым зверем. Отродье уже определило точное место, откуда оно могло уйти от преследования Танкреда и восполнить потерянную энергию, чтобы продолжить бой. И оно ускорило шаг, выжимая себя за пределы возможностей, чтобы добраться до убежища контрабандистов. Чёрная шкура поглощала пули и плевала ими обратно в Танкреда, а энергетические лучи безвредно лизали тело твари, не причиняя вреда. Оно скакало по минному полю на четвереньках, вызывая цепные взрывы, и системы брони Танкреда с трудом отслеживали такие беспорядочные движения.</p><p>Но он знал его цель и намерение прыгнуть со стены каньона и исчезнуть в сложной системе пещер. Взрывы и проходившие мимо тёмные лучи держали Танкреда в курсе местоположения противника.</p></section><section><title><p>Глава 44: Тень из Прошлого, Часть 4</p></title><p>Пурпурная Валькирия неслась по коридору, сохраняя непроницаемое выражение лица. Никогда не показывай эмоций, никогда не поддавайся раздражению, что бы ни случилось. Объект Организации представлял собой запутанный лабиринт проходов, соединявших лаборатории, оружейные, испытательные залы, жилые помещения и бесчисленные другие комнаты. Эксцентричный старейшина часто перестраивал весь комплекс под испытательные площадки, и сегодня ей пришлось идти в обход, потому что дроны выдолбили часть горного хребта на её обычном маршруте. Это дало ей достаточно возможностей пересмотреть каждую обиду и каждое оскорбление, которые она чувствовала из-за вопиющей траты ресурсов, и в итоге подавить их во имя профессионализма.</p><p>Двери, ведущие в покои старейшины, открылись, осветив комнату светом из коридора. Он сидел в удобном кресле спиной ко входу. Множество дисплеев покрывало стену, показывая разные части комплекса. На одном экране был виден огромный зал, заполненный постоянно растущими, постоянно движущимися лозами, заключёнными в мешки-пустулы размером с человека, внутри которых росли будущие пехотинцы Организации. Рычание и рёв доносились из динамиков другого монитора, где учёные вскрывали неудавшиеся изделия и улучшали биологию существующих, пересаживая на их остовы конечности и органы.</p><p>Сцены ужаса повторялись на большинстве экранов. Существа сражались за право существовать, а терминалы тщательно записывали их пределы и работу врождённых способностей. Костяной меч вонзился в торс тонкого, худощавого изделия, а покрытый хитином зверь поднял свою жертву, ревя о победе в потолок. Умирающий «палочник» улыбнулся, схватил меч, и вены вздулись на его пергаментной коже, раздувая конечности. Последовал взрыв, и зверь отпрянул, пока куски «палочника» пытались проникнуть в его раскрытые челюсти, забивая трахею и выращивая новое тело в его чреве. Зверь зарычал, его голос ослаб от удушья. Он изверг струю кислоты, прожёгшую дыру в полу тренировочного зала. Кислота настигла регенерирующую массу и сожгла её дотла под аплодисменты учёных.</p><p>Старейшина щёлкнул пальцами, и зверь закричал в агонии, корчась под разрядом электричества, пока учёные стояли по стойке смирно.</p><p>— Не привязывайся слишком к инструментам, Джон, — сказал старейшина. — Прекрасная работа, команда; вы доказали, что я ошибался. Обезопасьте объект и приступайте к празднованию.</p><p>Пурпурная терпеливо ждала, пока голова старейшины повернулась, чтобы взглянуть на группы солдат, ведущих собственный бой в тёмном коридоре, стреляя по лязгающим роботизированным формам или отступая от когтистых чудовищ, выведенных в великие дни Старого Мира. Он щёлкнул языком, и их собственные существа рванулись вперёд солдат, переломив ход битвы. На другом дисплее просто показывали тысячи биологических бойцов, серийных юнитов, выведенных для войны, дремавших в холодном хранилище близ ядра планеты. Пурпурная позволила себе улыбку при виде записи успешного изъятия гена мутации из хранилища Итерны. Группа вошла, плавно нашла образец и вышла, прежде чем даже Артифисер или Лада смогли их заметить. Профессионализм в лучшем виде, и без лишних смертей. Она лично потратила месяцы на планирование этой операции.</p><p>На другой трансляции разумные слуги, свежие из клон-чанов, проходили внушение. Это был тошнотворный процесс, придуманный извращённым разумом старейшины. Буквально детей подвергали физическим и психическим пыткам месяцами или даже годами, превращая в оболочки их былого потенциала, скулящие и готовые служить по первому слову хозяев. Тщательные вспышки света, препараты против регенерации, психологическая пытка, позволявшая им завязывать связи лишь для того, чтобы разрушить их щелчком пальцев, регулярные переломы костей и медицинские разрезы… такое бессмысленное разрушение потенциальных агентов.</p><p>— Агентов, Пурпурная? — Он наконец соизволил заметить её. Старейшина взял дымящуюся чашку кофе из старомодного нагревателя и выпил. Его разум зондировал её мысли, беззастенчиво читая их. — Роль этих генетических уродов, сражаться в наших войнах и умирать толпами. Мы создаём чудовищ, чтобы покончить с бесчеловечным угнетением. Развитые мыслительные процессы и независимость, привилегии человечества; мы лишь приучаем своих слуг, чтобы устранить любые заблуждения, которые могли бы дать им вложенные знания. Что привело тебя сюда?</p><p>— Изделие мертво, сэр, — Пурпурная бросила ему информационный накопитель, и старейшина подключил его к терминалу. Органический спутник на высокой орбите записал каждую секунду боя оперативника. Всё, вплоть до самой незначительной эмоции, передавалось по общему каналу между спутником и мозгом объекта. — Операция по изъятию закончилась полным провалом.</p><p>— Ты так считаешь? — спросил старейшина, пока экраны заполнял вид Б-1, сражающегося со святым меча и беглянкой.</p><p>Пурпурная дождалась конца записи и сказала: — Не важно, что я думаю. Важен результат, сэр. Шесть месяцев разработки Б-1 потрачены впустую.</p><p>— Преждевременное отвержение полезного, но трудноуправляемого инструмента — признак незрелого ума, Пурпурная. — Старейшина покачал пальцем. — Б-1 не провалился. Он победил святого меча. Я не могу в здоровой совести назвать это провалом. Полевое испытание пролило свет на его способности к регенерации, подтвердило эффективность запрограммированных инстинктов выживания и дало ценные сведения о воздействии антиматериального излучения на улучшенную плоть. Знания, полученные от его существования, будут использованы для усовершенствования будущих боевых моделей.</p><p>— Ничего, чего не сказала бы симуляция, сэр, — прямо сказала Пурпурная. — Эта штука была тратой ресурсов, Академик. Она не достигла цели.</p><p>Кресло старейшины повернулось. У Академика было хорошо сложенное тело, скрытое под белым лабораторным халатом. Когда он не проводил время в лаборатории или за изучением записей, то тренировался днями и ночами, часто забывая спать или есть. Какое-то неизвестное генетическое вмешательство или, возможно, одна из его бесчисленных причуд сделала его склеры чёрными, оставив два зелёных шара улучшенных зрачков, плавающих в бассейне тьмы. Взъерошенные волосы образовывали мысок на лбу, а кожа была бледной от недостатка солнца.</p></section><section><title><p>Глава 45: Волнения Марко</p></title><p>— Сёстры, братья, ледяные мальчики нас поимели, — объявил Богдан небольшому собранию. Одетый в комбинезон работника оружейной, он стоял на ящике, драматично воздев лапы над головой. — Почётное имя украдено! Святая меча Бертруда продолжает портить настроение военачальнице Джанин! Шаман Нетерпеливая исхлестала себе спину до костей после разговора со святой меча Камелией Зимняя Песнь! Травмы! Вонючие бомбы! Оскорбления! Эти обиды не могут остаться без ответа, говорю я! — Он врезал кулаком в стену, и металл завибрировал. — Поползновения ледяных ублюдков нужно отразить!</p><p>Толпа, набившаяся в коридор, включала и самцов, и самок. В Племени Волка не одобряли, когда самцу позволяли возглавлять любую публичную речь, ведь это подразумевало некомпетентность самок, не начавших обсуждение тревожной темы раньше, и оратор часто оказывался потом покусанным. Бывали и исключения. Если самец раскрывал правду о принудительном спаривании, о волчьей ведьме-отступнице или даже о военачальнице, расхищающей еду или пренебрегающей обязанностями, шаманки и военачальницы смыкали ряды вокруг него, ястребиным взглядом следя за его безопасностью впоследствии. Правда, даже горькая, была ценой выживания, и несправедливость должна была быть исправлена.</p><p>Но это собрание не имело отношения к столь серьёзным вопросам, и Богдан ходил по тонкой грани. Он сглаживал ситуацию, приглашая самок к обсуждению, а не требуя их присутствия. Он также держал расслабленную позу для неформального вида, избегая ситуации, в которой разведчицы и волчьи ведьмы были бы склонны утвердить своё доминирование, а самки отвечали услугой, позволяя самцам говорить свободно.</p><p>— Что мы можем сделать? — спросила Анисса, прислонившись к стене. Она выпустила когти и рассматривала их через прицельную сетку светящейся линзы. — Мы пытались драться с ними; они отказались отступить. Мы пытались игнорировать их и получили тот же результат.</p><p>— Ага, и если мы хоть пальцем их тронем, военачальница Альфа его оторвёт. Нет уж, — заявила Эльзада, проверяя механическую ногу.</p><p>— А мы пробовали с ними поговорить? — спросил Кирк, съёжившись и пытаясь отступить в тень, пока удивлённые янтарные глаза собрания сосредоточились на нём.</p><p>— Как это поможет? — поинтересовалась Злата. Волчья ведьма проигнорировала робость самца и то, что его семья сомкнула ряды, чтобы успокоить его.</p><p>— Ну, они же разумные существа, так? Если объяснить всё…</p><p>— Кирк, дружище, с ледяными мальчиками не разговаривают, — сказал Богдан. — Они затащат тебя на своё поле и обведут вокруг пальца своим превосходным умением плести словесные сети. Попомни дуэль.</p><p>— Значит, мы застряли, — прорычала Анисса.</p><p>— Сестрица, не парься из-за проблемы, когда поиск решения гораздо веселее! — воодушевлённо сказал Игнаций. Как и Богдан, он носил комбинезон инженера. Игнорируя злое клацанье клыков старшей сестры, он рюкзаком столкнул брата с ящика, порылся внутри и расстелил на ржавой поверхности чертёж. — Смотрите! Схемы ползуна.</p><p>— Какими, во имя Духов, судьбами они у тебя? — Анисса приподняла бровь, мгновенно успокоившись.</p><p>— А кто, по-твоему, помогает с ремонтом? — самодовольно ткнул себя большим пальцем Игнаций, затем указал на замысловатую паутину труб, расходившуюся от отсеков, принадлежащих Ледяным Клыкам. — Наш ползун далёк от той сногсшибательной красавицы, какой был когда-то…</p><p>— Красавца, — поправила Эльзада. — «Неотвратимый» — мальчик. Все знают это.</p><p>— Поверь мне, когда услышишь песню работающих шестерён, гул чудесных схем, двигателей, труб с отходами и поток энергии от реактора, согласишься, что это девочка и что у неё прекрасный голос, несмотря на возраст. — Игнаций мечтательно взглянул на потолок.</p><p>— Может, ты докажешь мне это, Игнаций? — Разведчица облокотилась на его плечо, куснула ухо и прошептала: — Только ты и я, будем изучать нутро машины столько, сколько душе угодно.</p><p>— Конечно, можем пойти сегодня вечером, если хочешь, — сказал Волкород, и Эльзада сжала кулак в триумфе. — В общем, видите трубы к септикам? И они, и баки работают на последнем издыхании из-за плохого ремонта. Обычно такого быть не должно, ведь отходы перерабатывались бы сразу, но наша малышка переполнена, перегружена, и отсутствие обслуживания наконец вышло нам боком. Теоретически, если с баками что-то случится, автоматика сбросит их содержимое в обе стороны, и Ледяные Клыки обнаружат свои драгоценные берлоги под толстым, отнюдь не живописным слоем фекалий и мочи.</p><p>— Одна вонь станет легендарной! — воскликнула Мелина, приближая морду к схемам. — Это наверняка вызовет настоящую истерику! — Она хлопнула Игнация по спине. — Позволить самцам учиться у Нормалов оказалось не такой уж плохой идеей!</p><p>— А нас не накажут? — спросил Кирк. Часто нервный на вид Волкород облизал губы и оглянулся, словно боясь, что Калайса материализуется из ниоткуда и изобьёт его.</p><p>— Собираешься улизнуть? — ухмыльнулась Анисса; её бионический глаз сиял, как молодая звезда.</p><p>— Ни за что, — юнец упрямо покачал головой, придерживая левую лапу, чтобы унять дрожь. — Они назвали нашу стаю кучей грязных варваров…</p><p>— Ну, не то чтобы ошиблись, — хихикнула сестра Кирка, и Эльзада легонько ткнула её локтем. — Мы грязные. И варвары.</p><p>— Говори за себя! — Эльзада потянула за свою безрукавку. — Я регулярно моюсь и стираю одежду.</p><p>— Эльзада, ты стираешь её в песке.</p><p>— Да! — Разведчица моргнула и навострила уши. — А где ещё мне это делать?</p><p>— Ледяные Клыки могли бы быть менее хамскими, делая подобные заявления, — настаивал Кирк.</p><p>— Тогда решено! — объявил Богдан и вышел перед собранием, встречая взгляды самцов и кланяясь самкам. — Мои сородичи из разных стай и от разных родителей! Нас связывают досада и горе! — Он сжал кулак, высоко подняв его над головой. — Пора поквитаться! Мы…</p><p>— А почему бы мне не отправить вас прямо к шаманкам на наказание? — раздался из динамиков коридора голос Джанин. Её спокойный тон заморозил всех присутствующих. — Военачальница Альфа ясно выразила волю. Никаких драк вне арены.</p></section><section><title><p>Глава 46: Центральные Земли</p></title><p>Массивные бастионы отделяли Центральные Земли от Внешних. Укомплектованные солдатами Провинциальной Армии и возглавляемые отставными ветеранами, эти огромные, протянувшиеся на многие километры горные хребты из армированного бетона и стали хранили в своих недрах всё мыслимое оружие. Зенитные ракеты, скрытые артиллерийские орудия, снайперские позиции и даже химические пусковые установки дремали в титанических укреплениях.</p><p>Ни одного следа ожога не портило гордую поверхность стен. Войска в бункерах, разбросанных по каменистой местности перед бастионами, отражали редкие нападения. Разведгруппы регулярно выходили в дикие земли, чтобы предупредить защитников, если массивы радаров и датчиков окажутся обойдены. Сейсмические станции неустанно работали внутри укреплений, отслеживая миграции песчаных жнецов, чтобы армия могла предупредить поселения или отогнать этих гигантских существ, если они решат направиться в восстанавливающийся регион.</p><p>Резкий контраст между двумя регионами поразил Джанин, пока ползун приближался к древним воротам, которые открылись, приглашая войска в сердце страны. Выбеленный песок и камень тянулись на север, и усталому путнику приходилось искать укрытие в тени великих гор или носить продвинутый антитепловой костюм, чтобы выжить дольше дня. Редкие поселения строились рядом с шахтами, чтобы сократить территорию, которую приходилось защищать местным силам обороны.</p><p>Руины Старого Мира можно было найти по всем Пустошам: небоскрёбы, привалившиеся к горам, обломки космических кораблей и станций, частично или полностью погребённые под землёй, и заброшенные города, лишённые всего ценного, создавали жутковатую атмосферу для каждого, кто путешествовал по их разбитым улицам и рухнувшим зданиям.</p><p>Торговцы вели длинные караваны по скрытым тропам, находя отдых в редких оазисах, где в тени деревья, тронутые радиацией или Свечением, упрямо боролись за выживание. Священники и шаманы многих вер часто строили там свои святилища, охраняя новую жизнь словами и дробовиками.</p><p>Селяне часто зарабатывали жетоны, работая на фермах — местах, где больше не выращивали овощи, но производили куда более ценные ресурсы: мясо, молоко и шкуры. На каждом таком хозяйстве содержались сотни вонючих и кротких кузаков, надёжно запертых за стенами. Эти звери, созданные в лаборатории Старого Мира, были всеядными; их иммунные системы легко боролись с болезнями, переносимыми паразитами, а крепкие шкуры давали отличную термостойкую одежду, служа одним из основных дешёвых материалов для костюмов выживания. Они быстро размножались, давали молоко в изобилии и переживали даже тяжёлые раны. Когда случайное стихийное бедствие временно отрезало часть Пустошей от остальной страны, её жители полагались на эти хозяйства, чтобы выжить.</p><p>Годы мира смягчили население, и раненый торговец или заблудившийся путник больше не сталкивался с закрытыми дверями поселения. Нападение на соседа? Целые общины объединялись и сокрушали обидчиков. Но опасностей в этих землях всё ещё хватало. Неосторожное прикосновение ладони к раскалённому камню или металлу вызывало сильный ожог. По ночам перевёртыши — Волкороды, избранные Духом Ярости, — бродили по пустыням, принося горе каждому, кто привлёк внимание этих сверхчеловеческих психопатов. Они часто говорили красноречиво, лишь чтобы перейти на тарабарщину и вывести из равновесия свои игрушки. Движимые чистым импульсом, они могли спасти и погубить в равной мере.</p><p>Джанин однажды посетила деревню, поклонявшуюся такой павшей сестре. Перевёртыш починила систему водоснабжения, откопала древнюю лабораторию и разработала лекарство от болезней, мучивших местных. Несмотря на предупреждения Джанин, глупые Нормалы и мутанты отказались ей верить и поклонялись своей спасительнице, позволяя ей играть с их детьми. Неделю спустя перевёртыш устала изображать благодетельницу и чуть не перебила всю деревню меньше чем за минуту, но была остановлена запоздалым вмешательством военачальницы. Их сражение растянулось на часы, и Джанин так и не смогла выиграть ту битву; преобразившаяся разведчица просто насытилась дракой и ушла, отращивая недостающие куски головы.</p><p>Безумцы, Инсектоиды, хищники, чудовища и команды работорговцев охотились в песках, часто нападая на поселения или вступая в яростные бои с государственными войсками. Зыбучие пески, поля радиации, аномалии и автоматическая оборона Старого Мира ждали шанса собрать свою долю жизней с неосторожных путников или исследователей. Песчаные бури швыряли валуны размером со взрослого Нормала, способные пробить дом с расстояния в километры, а порой сваливали высокие здания, пережившие Истребление. Каждый ребёнок в этих деревнях учился лечить раны, беречься от солнца и обращаться с огнестрельным оружием раньше, чем учился писать или правильно говорить. В поселениях юноши получали первый пистолет в четырнадцать лет.</p><p>Каждый день длинные колонны грузовиков выезжали из ворот, неся воду, протезы, свежих солдат и медикаменты во Внешние Земли. А из Внешних Земель двигались такие же караваны, доставляя руду и реликвии, найденные на хорошо охраняемых местах раскопок, нависающих цитаделях, предлагающих самую высокооплачиваемую работу в регионе. Полки армии также сопровождали врачей из Центральных Земель по необходимости.</p><p>Такими были Пустоши, самый цивилизованный регион Внешних Земель. Дальше на север лежали Разорённые Земли, клоака постоянных междоусобиц и войн между бесчисленными странами и племенами. Кровавый Двор воевал против Искажённых; сотни сжигали заживо ежемесячно, чтобы умилостивить жестоких божеств, на территории рабовладельческой нации, известной как Похитители Душ, и ходили слухи о Железных Людях, аберрациях, добровольно отбросивших плоть, чтобы искать чудеса прошлого под покровом свирепейших песчаных бурь. Пята Династа ещё не раздавила этих маньяков, поскольку Армия Возвращения сосредоточилась на усмирении остальных Пустошей и защите древней крепости на севере.</p><p>К востоку от Разорённых Земель лежали границы Жемчужины, быстрорастущего города-государства, процветавшего под энергичным и хитрым руководством своего совета, продававшего вооружение в зоны конфликтов. Итерна была далеко к северо-западу от истерзанной войной области, и эти загадочные люди расширялись мучительно медленно. Регион, известный как Опустошение, был на далёком севере, и где-то там находились комплексы, из которых Династ спас племя.</p></section></body><binary id="cover.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4AAQSkZJRgABAQEAYABgAAD//gA7Q1JFQVRPUjogZ2QtanBlZyB2MS4wICh1c2luZyBJSkcgSlBFRyB2ODApLCBxdWFsaXR5ID0gODUK/9sAQwAFAwQEBAMFBAQEBQUFBgcMCAcHBwcPCwsJDBEPEhIRDxERExYcFxMUGhURERghGBodHR8fHxMXIiQiHiQcHh8e/9sAQwEFBQUHBgcOCAgOHhQRFB4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4e/8AAEQgCfwG4AwEiAAIRAQMRAf/EAB8AAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAABAgMEBQYHCAkKC//EALUQAAIBAwMCBAMFBQQEAAABfQECAwAEEQUSITFBBhNRYQcicRQygZGhCCNCscEVUtHwJDNicoIJChYXGBkaJSYnKCkqNDU2Nzg5OkNERUZHSElKU1RVVldYWVpjZGVmZ2hpanN0dXZ3eHl6g4SFhoeIiYqSk5SVlpeYmZqio6Slpqeoqaqys7S1tre4ubrCw8TFxsfIycrS09TV1tfY2drh4uPk5ebn6Onq8fLz9PX29/j5+v/EAB8BAAMBAQEBAQEBAQEAAAAAAAABAgMEBQYHCAkKC//EALURAAIBAgQEAwQHBQQEAAECdwABAgMRBAUhMQYSQVEHYXETIjKBCBRCkaGxwQkjM1LwFWJy0QoWJDThJfEXGBkaJicoKSo1Njc4OTpDREVGR0hJSlNUVVZXWFlaY2RlZmdoaWpzdHV2d3h5eoKDhIWGh4iJipKTlJWWl5iZmqKjpKWmp6ipqrKztLW2t7i5usLDxMXGx8jJytLT1NXW19jZ2uLj5OXm5+jp6vLz9PX29/j5+v/aAAwDAQACEQMRAD8A8BjTmps4wKjU4pwOZN1UgJVNPznApgFSRinYkliX2q1EvtUUQq1HxigA20uKeKUJ7UARbaAKm2ClC4oAainAp2KcBilpXAZtoKVJRQBGVOKhcVZJGKryHmi4xq1Ki9KiWpkPAoGO2e1GMCng5pGHvTTsIgf7xNAanMtRigEx1SrTFGaloYwpaKdSuBGaRu1PNBpAR07OBQaaBzTK3Ep/PpQF9aftFIpEbDioiKsMKjIpbjGYpMU/FNxQCG0UuKMUmyuUjIzTdvvUmKTbRcqwAVaMG2MNvBz2FVgOanjOBWNRs7cOly6oFU8U8cCnKKXFYNnVGOgwLzUgXigDmpFAxUt2NYxGbfWnQkpKHU8inFaAtZTd1Y6aSad0WVuGZsMahuFBOaFWn7SeKw0jseopSqR94q7QHDY6dj0q1c3Zmt1RUVCv90Un2dyMgU3yCD81S2r3HTjOCaWw1mItSGVSx6k9aoTJx8vFaDxtjGOKrSJntVQZniLyjZlIrzzzRVoxD0orXmOD2VzlSyBSd3SnRkuNwU7fU1lgn1rVtCDCMGvZTPjyZRViIdDUKjmrEQGBTRJPEvep1HNRIe2KlQ80XAlTpUgpi9KkFADTTGp5qJuWJoAlFLUSHBqTcKAHUjtgUyV8KSKq+cSeaAJ2eoyeaM5ox0oGPVakApi9KlFIBRSmgUjU9xCEZFRdKmqM9aB2LugWP9p6lFYCeOF5jtRnztLenFbWqeG7XTLx7O98QafFOmNyYckZGewqj4F/5HHSf+vpa6vX9D03U/iLcR3+swQfaZF22yqxkbEa8E9Fz9c+1eNjcXOlieTmtHlvtc7KVJSp3S1vY5jxH4fu9EW1knlgnhuk3wyQtlWGB/iKTT9EnubI3888FnZK20zzNgE+ijqx+lX/ABpdXt1r8GjXVqtlbWhEEEIO7C8DdnjOQBV/4sKLa/07TIRstre1GxB0zkjP6Cop4us1Spya5p638v8AMcqMfefYzbbwwNRhc6Pq9nfTouTb8xufoG6/XiufuIprad4J4zHKhw6N1Bp+n3c+n38F7bOySwsGUg4/D6HpXoPjrTLbUfE2gXJAUakyJLjuMqQfrhsflVVMVUwlZRqe9Fp+t0TCn7WN0rWOPstCmksVv765g0+0f/VyT5zJ7qoGSPercPhSS+tZJ9G1G21IxYMkSApIB/utVn4qOz+KTbDCwW8EaRIOAoxn/P0rF8M6hcaVrtneW7kFZVV1H8Sk4IP4VSq4irh/rEJa7pdBuEYT5Gitb22+8S3mkEGXCMzKflyccj61p+JdAl0O5itprqGaWRN4WPPC5wCc/j+VbvxOsIbTxXFLEMG5VJHHvuxn9BW94yvdF07xjZ3V/aS3EvlKOB8kSbmw+P4j1+mM1yzzOq3TnBXUk3bzRuqCXMuxwup6EunWcM13qMCyzRh1tgjGVQR/EO3WnaN4bk1TSLnU4r+3jitQTMrg7lAGcj14q1490ZtO1T7ZHObq2vSZY5i24nPO0nvjOR7GtPwan/FBeJuP+Wf/ALIa0ljJrDRqwlq2vzGqS5uVo5/wz4ck1/zxbXsETQ8kSA/MPUYz6U618OWlxcm3j8R6Z5mcKCWG4+mSMfrW78IBtvdUPpa5x+NYbXuhTWN1bRaKLOaRAYpVnL8qQcc9M0pYivLETpRb0ta1uo1TjyJmRqdjJYajcWMxUyQSFCV6HB6/j1rX0zws99ol3qq6jbiK2RmZApL5Azgg4x9eayZpJJmDyuWYKBk9TgAf0rsvBI/4oHxJ/uN/6BW2PxFSjRUk9bpP7yaMFNtM4ArzXQP4WitbeCbVNbsLPz0EiJ8zttI6kAcVihKku3knlEkrliESMZ7BVAH8q6KzqWXLKy6lxp9y/rPhy606xh1OKeG906bhLmAkjPoR27/lWWFxXb6o0Oh/Du20KcZvbx/PMfeJM55/L9TXG7CD0rlwdedaLcu+j7o6VTS2EWnNgHAOaXpSba6Wja6SsIoOamQcUiKM1Iqipk7I1pK4AUqpk09VJ7VKkXtXNKZ6VOk7aDESpFiz7VLFExxgVcgtWfjb83YVy1KyPUo4dtalZF2x4qIqRJnAPsa0Z7OePqhxUXkOVyAM+hrJVUdHsGZ1yCEJFU9ua1pYSuRIMCqcsIHK1vTqJnFiKLWpWSIO+2imOx8w4OMUVuccZxWljznBqa3lZGGDxQqAnpVmKJQAcV7p8E0WoHLEVfTgVTt4+BjiropkMmiqSohTiaQEyt2qVTxmq61IrYpgSA8kVGx9qVjTM0AJml3GkxRikxjLhyEx61WzUl791T71XU0AWY3JIU1YxzVSI4cVbUg0wJFHFPFMQ4pSfSkA+kzUefejJ9aYDmam0U5TQM2/AMUsvjDTDGjPsnV2wOgHUmrnxKS4g8c3twA0TMySRSY9EXkH2IrmaPWuGeE58R7ZvS1rGqq/u+Q9B8Z2kut+DNM8TJCUu40An4wSv97HoCM/Q07Ufs3jnQ7aazlij1m0Uh7eRgplHGdue2eled7cmpAvGDXJHLOSMVGWsXdeV+hs6/Ne633N208K6tJN/p8B0+0X/XTXHygD0HqfpVrxb4jXUNatpNN+S108KtqcYyQfvY7dK5x98mPMkkkA7M2RTiOgxXTHCc9RVKrvbYTrcqtE7vxLbQeMrODVtG2G/jTbPalgJCOvTvjmsTSPDdxBfxXOtx/YLCFhJK8+F3Ac7VGcknHasSGNpJFEYO8sApBwc1oSafOJI1nLySPJ5a7mzz61jTwVWlTdKE/dflqgdZOXM0Xdf1KbxH4kjuLeKQoCscEfVioPX8c5rZ+K8LnXLefGY2tgoYdCQzZrOn0q0tLGF/tMbecCZnDZ2qOSAfyH5VjR3VncSNFCCQfuv0LU45fGnUhOL0irFe2bTv1Oy8P2suveAbzTp0JltG3Wzn2G4AfqPxFR+DrK8HgfxDEY5BJKpWNccsQp4Fcq+wH55Y0UdWJ4FZbXkUrslsHuGXGRGMnk4Fc88tk1KMZWTae2xvHERVu53XwltpRfagSjBDAELEfxE9K42y8OeMr3xPcxy6FLa2ZcJFl0CIgyAc559eM9a8/8faorSLpsLEtHzMVPyBu6j1x61gaZJEZ/3h3KCCRWywVWFWdWM/i8v+CSqseVRa2Pa/EVjDpl6NNjdZZIEHnSr/E55I+g4FdX4Hsbo+B9diMTK1wrCIEcv8nb1615h4bvoryy8tJHcxHAL9dvYfhW1HA8jhFHzHoKyxeGlVoqm5bNO9ux0YeLlO6IjbunDKVYdQRiu58L+ELuC3OpTx273gGbeCZsKh/vuO+OwrlWtWSMI/3h1FVJbZAeBzRioVK0OWErfK52/V5U/iR1GreE9Rgiu9b1vULaZlUs21izSHsvTjnA/GuQbtTvKRDkKKayinhqU6SanK/ysZydwxTsUYpwFdLYKFxFFSxrTdvSrEQGBWM5aHfh6euo5F6VchgJUFeahjI9K0dPH75R615taTjqj6LBUoyH2FpM8oCJmusstJ8uFZHVS5GelaPhRbPAcRhZe5Fb94sDIVwM14WIxUr8p6NuWVjgNUIbMcafODzWbDB+9GfxrpdfuwLhIwqqE9B1rGuJ1d94VR9K1pVJcpso3MnVLdy3y8j1rHuYWC5HbqK6G8kypNc5qczsCFOK9LCyODGQgosx7l9rnaaKbIpzRXpo+Ym3fQ49I+elWY0+WkAFSIOK9w+MbLEAwlTp1qvG20YqUGmQ9CcNgUm7JqEtT0ouBOvSpVqJOlSrQAtFONMNADh1pkzbRmnZqG6b92aTGQTvvUCoV70MTkYpFPWmBIrc5qzA+5sVTDE9qntj+8FLYEi7RSUUDEzS0lPXrTJCpBTV6VIKVyiC7uTZW7XgiSbySH8t+jgdQfwq+6Ws9nHqWmHdYzfd3ffibvG/uPXvVK8hFxayQno6kfpXFeG/Et14d1CVXVZraQ7LmCQZV8H9D6HtSA7petTBenFLHrWgawi3NjG8CAYeJJQzKfZDjOfY/gKu/ZYiSLe5WTABVXQxs+em3dgE+wOaRaZT2jip1i33Lxr/AAx7j9BUq2E8xaEKY5lXzQrcNgenr71Vvtct105khRPOCjd3LYOcfzoEGuazZac0f2IKWVlLE/3hgflzRP4wWIpMGGGgII9HwelcZrmprK+6JRyeQecdKxJZnmXZnHenYDptQ8TXNxD5KSsY/Qiq1vrF3Cm1JNmQQD3ANZen28k3zkfuU+Zs/wAWP6VZe2kunzCpb6UDL+jNJrGqLYm5WGH788pHCIOtbXizXNO0rRxZaERCGkZS6g7iO7uf7xxXGkzWD7w2xvWqN1i6nLj5c/jUtFJGbcs0rbmOT3J6moUZo3DKcGrd5B5bALzVZh0qWU79D0L4ezGeWCNUIYq6yknqMAj+R/OvRbRREm0HNeUeFpjZ2yzEsN7bQQ2MjBz/AEr0XQ9d0maNIDcxGf8Aiy+AD6D1Ncs481z3MNV9jZs1Ln5juPes6bqauXV3AE3b0VR1ywFZTX8EkgWPc5PQAcn3x1rKFNo6p4pT3FdaYVqxtJUFlKn0PBphUdhV2Oa6voRquaeF9qcq4708CokbRQzb6VNGpPQZpFHNWocKM4rmqSsethqHOrkYRl5PFamiTASrlQfrVCU7qdbsUXaK4a3vI9fC/u5HbW2q2duRtfae9at5eD7KJFlHzdDXnqRzH5thZPUVs2rObfY/3PSvIqYeN7npxfMrjtWvY5JVZs9MVmyXUePlBNVby8TzmkUghCVANUTI8rZXgGuulQionPOvyuyLdxK0nQ4FZ88LSKQOtaFsjMQm2rElsFXKjPrW0Z8mxFSn7VHKSxMG2kc0V0xtf3gf5V7HI6iitfrZwPLTydm54qaMjbVQdTTxKqYzX1h+YNF1TzUwPy5qpC24ZqQse1MlkobmpkIAqoDU0bZFAi4mMVNGaqIeRU6HigCeoz1oopAJmoLnbtw1TVVu+tA0iAt2FC9aaKM80xkqinoSGBFRB/anxuNwqWwNDI8rP8R6U0U1WDDINPpgLTqbTqYD6eKZTxSAK8z8TQG11ebKvhzuy3c16aOtYvjHTVvtO8xYt0sRyCCAcd+tSxpHC2cbSuslvJj0OcEfhXbaD4q1aK2a0vwl0F2mJ3+/Ewz8w/vDt9K4G3lltpN0T49R610a3Zuo42aNflQMp/vY6j60DN/U9eu7m+W4ilkRzkvk5G7vj2NYl7cSgkqeS+aekglcleB6elSJEjO4YbsdxTaEmUEUAbpV+8MUsdqJFATjJ5PoKmaFSwydxAIA+vFal+kdsYbaAKztEqs3X1yaQyu8SR2x8psELyfQd6gsbyS0mYxBi2MACoppcv5ZHyr1qxGYfs5kRfm/kKrYDJvRPLJukPP930qvIrwpu3VbvLjfOT8v4VTupHnG1UUf7vSoepUTPnlkc/M1LbRGaURhgGPTNSTW0qKGYUkKkHhmX6VLNYrW5vahdNb6fDE52SrwoHP41VsL+7V1RJ3RfRGIGaq3KSHZ5k/mYzjnOKSNdtSo6mtWs5SOnhu70uHnlE5HQyOSQa1otdis4swWyC4Y5d25JrikncDksfxqQXTntTsSqsjsrLUtY1ScGPDQK2SE+RfoTzXSxR3LHDCJR6gc1wcHiu4jto7SO3hgjRcblzz7mtC38QzRLiFkMh5LSg4J/OolC5tTr2d2dmYSo65qtrt6ml2sVnCRJqV+uEAXJt4ycbiP7x9Owye9Zg8SGLT3mujFIyD7keQGbsP51jR2F7czf21rE/2R7oF7d3Yq7HOMgenoan2RtWxsVH3TtokWOKNF/gULn1wKkB4rjo9avrWVVnZLuM9ZVPOPqOv0NdBp+rQ38IlgRwM4O4AEcDnj61zVsK0r3PSwOaKVotammOTT1FPjTNmjB/mbO7jkelZGr64dLuY7c2sUrSYG52Py5OCRj2zXmqm5tpdD6SdeNKKlLqdRZswjXqK0Xt5poh5X41TRQqAd61dLZo1LE5Q9favIquzPbou0NTlNUsmiuSFGAe1XNMtlVQxVGwQcMMireoK0k7NKO52/SrOmW8ZK1bqtQIjQipcxFDZ7dxUdTmneUQeRW81qqoWU9Kp74s4wfxWuf2jZ0xiuhg3od3Jc5x09hRVnXFiWFipYZ9BRW8XdGU46nhKDzGxkiplAVhkBsetNFwm0DAGPSo3fc2a+7PxZovRuCOlPDZrP8xl6Uea/rRe4jQkO1c1NbOGArIMjHvWhppJ6+lGwGlH1FTjpUKdqlpki0UlFJjFqndMC+BVys6c5kb2OKAuMpKKKQwzinA96aaUd6LAXLYkoCasA1WtP9VVgUwHjrT15pg608dKLgSYpcUzd7U7NACq3PSnzR+bAyEAhhggjINRr1qygyopMqx5t4n0eTTbvcdhjk5GwcCpdOO63ESKrAAkg9R9K7DxRpj3tnvhVSYxypOPx/wDrVxdsZYZywXa8Z5A4pAaFvFECdxYZGODV/Rxb/Yr2KZlWVY/MhZs4JU8j8QT+VUbgxOiSRt8xHzD0p1hcSEOojUmNS2R6d8/hVElOxJ85/Mb5Qclj2pVlklnwkgUL/E3DH/69XtV+ykxm1I+S1i80AdWCDJ/MmnaZbRiUGXLTSH957e1IZXt7RLj91nnHB3Y3N61BPG8LPEsgbB2kjpWhINsrvKVyg2RqDwBnBpouYjD5aiKInoQgJY/XsPak2aKOlzGa3Lt9059qZGgR8DrU15IQxCyZbvj1qKIHAaTco9cc0XF1IbxpCSH83PsOKqAMDxmt+EwsMMjuvYkimSRwMCI0OfcVJSZkRbRxIrc9xVqEWg6mYH2NNmjKk54/lUa7M8tx60DZKsgaYpFG7j1NWo4JXG0WzknuBUCCPaRGz5P4VMlzPHEYl8xif7zcUCua1jFo8Nvi/hYORgss20j8OapyR2rSstnciQfwIxO7+VZ0iTbtxhTn2qe2uLeBVZBsl6MSM5Hp9KaRPMdHpaWOnWKX+oRC6cf8elp1V3/vyf7I7Dvisu/vrvVbmW8vZmlmOBz0A7ADsB6VVJeZ2kDzSFjnA7VYhtJtv3wufUGmkIakki8RD5eyk8V2ukQfZIvs8jYZEXccdzlm/LOPwrkrCFRqcCyToFV90nB+6OT/AIfjVvUb+Wa3nuEfDTSFWHYAmoqLmVjrwdVU6vM+h1XhvxAupavdWShREiDySP4iDz/Oua8ZzyTa4Z0JESHYnvsOCR7ZzS6LdvpelPcLhri7YpFx8x9wPxrEBZphEx/j2n65wa43RUbtdj2Hi5Voxi31PfraASQxTE/eC/KOvIreSOC10hUmO04yT6UzQLXbaxtu6KBjHXipdUjQrIkzfIVwBjofWviqlXmq8p+hUneKOdl23F0T0UcVoWVrLFJuCqV9TWDO+yZhE25VOM+tdVBePJaLHJ1ArSporGqZV1G92gxRn6kUyPMkCE/eAx+FMeFftBZuRmknmRW2q+KiKHcSeAtGfN2sD2FFaFuoe33hNxHeij2ttAsfNiW27rxSPG0fXkeoqXzY1HLAfWopZg5wrV+in4mNxS4oHSkz6UALirtrMiAY61RAkz0yKnggLOC3FAma1tco7bTxVwc1TtoY1UYHNW06UJksdRSU2U4GaGIHk21RcfMT6nNSyMTUWKBpDKKdRQMbTqKSkOxctf8AV1OKz0ZgeDV5MlQTRcRMtOqNeoqQdKACn03injrRcdhydqnToKij6irCYxzSK2MrW1nEpSN2VplziPDZNYEVk9tKYpdu4/eDjmtHxPq1zZ7vLl8teoXA6fTtXLSa3fXtzHHHH5twx2x4AGTQ3ZXKjFydkaAsnTUVe3CiLIZ/mzt5qzrNkLHzLiKVVVhsKkdQQeR7Gq97Nf6dIEvrSWB2TbJE6kHHqM9aZc3NpdI6tIoyRjHOAB0qYzU1dDnRlB2krEbR3kaxFl5m+f8AAcD+VPnnkMohY/MOopuo3TxXStG+4KuE9h6fnWW14AwZAox1x3pSlY6I04Go9wt0+487QFAHQADA/lUEw49q7bwP8Pptf0STW7nU0s7aM/vVQbpOc84yPSuD8QW0Ntqc9tbztLFE5VWbuAetcUMWqlT2cd0e7Xy2VLD+1ktERSMu7g5NTNOVhwyqMdA3OapW8LM2/OAKtt5B/wBadx9a7EfOTV3dEiaoVQIYosf7tWrS7acFVCKCOSR0rHnRN+5OlSWjhXAklUL6Zq7kF6701/IMvmNIM8KrZJ/CsySNhJ80TRAjo3WtVXjk4jds/wCxJj+tXhpcTReZ9ohaT0Zy/wDIUh9DCghl3BkJ+lTFblRuYECi6MkBPOMf3W4/Kqsl1JIQQzj2zQQy2t/PGNuxWx61E0wkkMhQhj12LUChmOWBx61cgdY1xE2GPQ96oNghnAYFWb6EYNOnupmwElZQOwqBxIx3Sde59aueH9PbVtZtrGN1iV3/AHjtyFQDLH8gadxNmodNWw021uvNZp7uLzHQ9FUkgfnjP5VVuZWtrf5V3+b8uz3yMVt6zIbqRrpf9VIAYh/dUDAH4DFc3dTNEDJIPnYERj+ZqJGsIkl3cuzK8zfvAAqKOiKB0rV8E6emseKLGzWPCb/NkPbavJ/lXKFy7FjnNem/BiNbQXWqvyXAiQEYOP4uffivPxtR06TaPZyfD+3xMYnt+ntbvJj5lCnHBqp4nhaVMqrHbn7oyDms1tcj07TnuI4/On2gleMYJxn+ddfcWsV3akxfdP45r4ipTlSak0foEcVD2nInscTpunM8o8yMqD2NdS+nxtjYmOOauwWLBQ7KMRjnjn8asQXa+bJbmLbMBlMrxj3rGVWUncqVfsc7c24XdEVGO1cxexmG4ZTmvQdWtSQkpRgR8z46Vy3ibyGhVwoUAnce5+ldNGV9DWnU5lcq2eotDZiIj8c0VzRunR8g8HpRXYsPFmvtIo8Tbe7Z60+JWUg45pEbBqaM5xX3h+Kg3mnHpT0DccVPGuRS7aACI9KtxY4OKrovSp4xwDQJstRMRgVZVuKpJU6HgUCJt55phdjwTSA0hNICOTrTakNMFA0hW7UgpTQKLDCgAUtKBxQwAdasq/yjiqoGDVmLtSAlTqKnXpUSdqn7UxpDo9uTuGcjigKSBSx9KeBQMcgNSHIPBxSdhQ7pGhd2CqOpNIDi/G8lxLOsNxEqDkq20DI46+prlYnms7pJ4W2SxMGRh2NdF4zle6vRJ5oeNBhRnOP0rnSxPXmhpNWY4TcJKS6Gx4u8Xax4kW3/ALTeJngXasiIFYj3rOSyuII47iRMKwyPpUugWaXesW0UqboS48wZ/h713OvxW6C3tIxAoiYJI/Yx/wALfkTWcIKC5UaVq860uabuziJIL2ZSdgVR71FFpryIzvKsW1SRkEgkduK6m5vbScxwRxARqu0HPLnuao3CxySkoUfHVUGFB+lNoUZGXaXmpwxGCO9lWNuSquR/KlVTIBGqkknJbNTXSCPLrgZ7VNBLbG1wdqTHqQKxcFBXSOz6xVqx5JSbQ6aSKO1EPlxs3qV5FZUinHCgitFZYlbLqHFUrmcs5McYC01LUzlTsiHB2kYFLHbo7AOwAzjJ7VG0pz0xTXdj0rVM52i9d6e9sFZSHjYZDAY/z+GaLa6MS43sPx4qrFLME2AMR6CmgvuIZGUjsaYi1eF52DxTmQt/CariMow80FfXIqWzkiSQpPGQGGAwPSmyXU/lmBmVk75HWghsez/KQrqVPTFQs6oMkZ/HFQH5elMZjVE3NSxg1HVIZzZweZ5IBf5wCATjgHr9BWt4Vie2hvZpxJDM6pBEcEEBss7Y9Nqn86yvDjyxxAxyMu64BOO+0E4/WtASvx56yNEBtODnIHQfjUt2LhTcti5PdCWFIjEoZmwm04APc1h6xIkt85i4jX5UHoAMVowlpLlZyu3C5xnOSc1i6gSs7D1JrFVG5cp6VTDezpKQ0Ct228RX9npq2NmyQoAQWABbJ757Vz0UvAXHNTREu+3FKdNS3IpV5Uk+Vnb+C9QuT51sLkyG4i53nnHf+dfS3w/vI9R8M2MkgAfygjBWyN68f0FfI2kXTafexTBuVJI9xjpXsXhrxpLoem3dvHKS1x/pFsc4C7uD+H+NebmOAVaCUUd2AxsqdRpvc9jj8R6K2qXdjDdoJYEJBPCykdQD3rnIvFS6hLNL5alQSkahuCM9TxXkWr39vNPBHbCUlQGdh1Jxn/Gu18NGMeGhMdysZW5LA5PavFxWAhQhofTZZVdSpZnZy6lPJayMZAuR064FcnrbMIld23jdgDNSJfJZjdcuWJAIUcj8axdSuvtUu8cZ7elclGlaR9Cko7GfqDjzBtXHNFSSKm3ceT2orvTSOae54sgYngVPFlWGabCCDUmDmvsmfkLZcj+7Tx1pkf3RTwKAHrT170wU4UCJVqWM8ioVapFNFhFgGgjjrUYBx1o3UwEPWm06m0FDqUUgz2FKO+aVwFXrT8Zpnenr0o3ATGKmh61HTkODSBItLUw5qsDxUqOcAHmmUWVHSpegqujZxUme54A6n0FLYQ6JxJnb260y9ZUiLtF5qqCSvbA+tZ2na5aLONMklHmLl09G3MScfnUuvXQh0+VyyKSMLnk59hQUcjrl+b24ZpYVjjAx1JxWTcRReSs0Tbgadd+bKPObO1vel0i2uNQ1C2020XdNPII1B6ZJ70CbNzwlZyJpt1qBT5/lMSg8sucMf1FdHYW9nqM86yFg6bnmlkIzKe4wOw7AdeBWp4h0mw0iKys7e5CNaQmJzEwLSEkbjx2yOBWZpelwNMkl3qiQ4z5Y3BXYkd8fjQRuc7r1zaNN5dvGEjz8gYfOfQn0qXQZbby2hC75XOS+cbPx9/6UviFLTTpXhtbTDn5Xll5ZifT0qvoFqy3SLLJHGOzFuKiRtT1ditqlsiXRxL5qnod2T/Okh08yDf8AKP8AgWeK6K7tEuNcaIOjIBncoGD+dVvEksFtCfJjhhXJ43AuffiuKpVbfKj3KGCSh7SWxmtp8DkRi4Xf6CqU9s8UjKBuUdayBLPNdp5fyszDGO4rrNct2itt24Zfpg80NyTRMFGtCTS2OUuOJTjpTVbFI4O4560hruWx4s3qWUcCLKyAN6Uzz5M8nP1quTg9KetFibmmlvFcRZEiq/fPeo7iCOJQvmKxYdqrQyFCCDUk4LYYelBJAqgvtZwvuaSRAoyHDfShveo2OKoTNnRkKaa7CNmGWyR2zgVoPGZoI4BxvbG70rKtWmW2hjZzhgXKjoQTxn8q6q+lFrZ28sYw7RbRXFiqri0kfSZPhI1Kc5T2RjQyrbOVWTdtOM44NYmoTLLKSvTNSXkpBKrxuOTSabp9zqLYtUDAHBJIABq6ULO7OHHYrm/dx2KUZbzVCKXLHAA6k+ldCmiyRTKLy5jtDjO1yd/5AHB+uK0odPt9JCRxsr3GMyS7SCB3AB6UltHbiWVpYhco8oYrt+7juGroUTzVUIJNKtppA0ckzM/ZlC/kBnAq39rU2sVrLHgQk4kJ+YL6VsPY6bKiNbIVfGMBjn8c/wBKqyWoEpvEti8DgqAxDAfl3ptDhUs7kmmSJIXeMzGNThOfmI9677wXqPmafcWpLAAj5WHAzn/CvN9NlkjkMLLsDKRvzmuo8LTLFq8KkyNbSnEjLwAOxP4mvJx2F5o8x9Xk2ZxhUjB9TsJxvkfzFZ8RnGB0NZd1PBaR+fcSLHGvUmrXiDxpZaXBItsxlYKV2leD1FeSa34iu9ZvvMlxgEbF/hUDtivMoYCcvemrHu43O6VCShT1Z6rbxfa2cqNsY5z1orZ0mztJLdBlQoUMwJxnNFcE5uMrHt00nFOXU8CjAFPIpqinivuT8XHIasJVdetTx8CqAkpy96bSrSAeKlQE1Gi1PHS2Af6U16ax6fWlfGKZIzNOB4qPPNGaCh5YjocUm6mE0wHmkBYU1Oi/Ln1qKBcjJ6VaTpgUwGYpVXmpcUoFLcYi05ByKBUiAZFO4EkS96S/OzT7ghwjbCBmnqyqhZjhR3qt4k8ttLQiSSM7kEh6jDNjA/KkwbPPL2Znv5JVY8N8uK1LfVZLmxeG/cSoqnYNvzE+5/AVz+45P1qyZohaFVBEpOM9sUAgvbkyHA4UdAKbpk1zbzPNaO6TrG2woDuHHOPwzVZznirWj3raffLciNZcAgqWIBBGD0oArvqF0ZGkaV2d+WJPU+tItzLNcL5s7KpIBPXA9a3Nd0azFrHqOnyl4JlySBwr/wAS8k9KwbdGEwCorsegNQ5F+za3NqS+SbWG+yT3U1lCQIPtON+MdTj3zW/4fs2SXDmQbzn5B8w+lY2nWzuqqIgpaMAkd+c/0rt9MaDTLoS6gywrGm9HJ/pXFiazjHTc9zL8EpyXNoQ+IVWwQ3EkjMqjByT/AFrzrULuTULxmLEA103jnXZdakaVIT9nZiInwQJCOuOKw49IlW3AdljduSD2qcNFtc0ty8yleXs6bukFkiI6zszpsbICjO0VPreqvOn7hyqZ6VTuAtpnfIrsf7vT8u1Unk8xi2MZ7V1qCbuzzZ1pU6fIuom5jy3JpSc0zFOxW1jgbuMPDVInIprLmnoOaQh4U44pQX6GpkX5ajcjtTuBC55pse1plVzhT1pZSB05pwtmaAu/ytn5R3pi3NeBd8qgcKoCqPQCr11coxQTf6pTnGe3cVnxHCj3UH8xmoNQk3AxmuScFKWp7dDFOjQcV1KWHmmwoyzdBSurxOUb5WHUV2+gaRpFvYxtDqEV1eTwqzmMjcgJ+ZArcg9ORWzc+HbW3t4bprVRGZBuBzx7kj07jFdEUeNN3dzjNFvbry0i1LJs2fb5sq8IPXJFdnaWek6eqzXmt2UcMwICxOsxkHYBQdwp0umG/uXa6tkjjJCxkvui24x8uOCTz24roPC/gPQVu1nLoJOxY7q0SM2ZJgimjje1tpthQEeaArE9jgZx9CarXaNp5wFYMy5KMvysPevUNW8Px2cdtLbeR9mxIZ5t2GiwOPk53ZzXGeI7KKGFlnPlGXDeY3HPZhT3GjiFlZpR9lRYnPZvur/hSWevXVndYt3TzCCJN5Plt6cDr9KbfBo7kEt5jHkLjgj1ptjp1lOjSXDMiDGCvU/hWc9rHXQfK7mRqn22+umubqTe7dgoUD6AcVDbQhX3SNsx046mti+tVtZjGJd8Z+6azLl9shUc1zSjdHXCdp8x7BaXzvptlcQOyGSEHIP4f40VyXw31ZZ4m0acDzGJa3ctjB7rRXz1fDyU2rH39DFKvTjJSscatSVAh+YCphX1x+VtDlqaI4FQr1p4bFK4FgU+OoozkZqZKAJVqQ8CmpRKaWwEckmD0pplypFMk60ymBIretBfnio6KAHs2RSdeKaOamUUXAmtG+XFXkHFVLReCcgc96uqeKW4JDqUU0mnrSGJinEZXHTPcdafFs3jzCVXuQM4qDVru0t7PdDO8kz8LH5ZGPfNMTHadexx2d3a30IkvfNBtpux9Vx/Wuc8RXhmtIOQCrlWUADop5Pqf8KbtmngMSttmR9+/HCBsZ/nmotdj0+Czijt5GedZMSEg4bK8cdqok5Y9aBzQTmhc+lJooTb70KpzUmKkRe9JoC/oTFX2XECXFuQSYmkKYbBAII9OvvitzVfB2oaUbCNmR5LvTxfg5xtQ54/Ag1y7Oy8KcVvzXWo6z4fgu2u8f2Zts40aTnZJubHJ6A5/OuepF9D0MJUpq/OamjaBqf2DTNWviLTS7q68gThxkMPbriut1D/AIRnStH8SwiSK5nhNu9nK4y/TJCn615U02pG1S1lumNurgiPeTz6gdKmsreF4hLe3DKu7/UxDdI/1zwB71w1MI5yTcj1qOYxjDkhHXzJ7CN7iWJsf6PbpuVOmCST07c/ypt/dSTbzuAIHGa2Y7W1stAutVIRJ3YMkEYBVATgr1+nWuLurl5H3E4zXZSi3sefWm6UUnuyG4YtISaReaDz3pAK6oo8tybepLRTRSim0IeoqdQAKijOKezDJGaQFmGaMAo/cYFU53xngcelMc56VESzdTQJlqz2bwzjPpUs8m6UgGorBd5KYyeoqV4isyhtoMiblwfyoBGndBIktccbrWNv0rGupD5hPWrbTPNbJuOTGvl/THamadYvf3iwKPlwWkY/wqOpqHHW5vzvlsyC2E/EseV9GBr0bwR43WxW3svETEwy5SOXaS8Q7FvUfrj1rkiUkkV04hXaQP7q1YudJjZHu7bdIp6g9jWkTnbuez3+iPAsGq2MS6np6x7TaZA+UnPmRnpu+uadFtMsZtY3hZ08wRP95QDg9OuK5f4ceJJ9IVtFuZZGgnTfaMf4WHVPoc5ArU1jX7ceJdN1G3gRb5le2EhOAqN9/j6GqEddpuuS6XcGG/VGhRD5ivgrJuBAXnv7VwHxB1CO+v57q3863jaNY1gGPLXB6gdjjA/CtS/1T+1NPe2+WCVLoksQcuf7wOen/wBeuMv7eX+0GFySIi20MX2ipbLgjKeSe5uvMZw0p5BOFFTRWl0okkkBhWLmUbh8o47e+as6gmnxmFNPu1vLgrlgEKpGfQsetJqN0k1tFbCNWeNSC/dgeTn9azbOmKKV8YyfLSQOOzViXS7JwSwb6Vq6YYZuJyFRCTy2CQO1Vry2S5nf7KVVB91SeTUpGiuQ2F3DbXC3BjRXiO9WbLYx6Djmiqc1sVkKSD5hRSsiuaa6k6Dmp0NQK2Ker8dK2ucJMWyKfHyuar55qeMcUCJk44qeP1qunFTIe1MCwvSkJpqmmnOaWwCsuaYFz3p9KBTAbs46U3b71ZA+TGKjIoGPtok2dKl8oBlAHU4pbcfuxUpxuU+hpbiJFhRRjFOC04GigYijvT1FIBiklVnQhHaN/wCFl6g0hk5+RGc/dUZb2FVIIkffDccIzie3GAcj+IZ/EVlXmr3iu1hfspbu+0LuHvgcg8Gqz3cluofcTtz+7LcjIpkMj1PUyk0iBUZs437ecCsyWSKa2naZ/m+Ur79c1BcvulLY60yNchmZdyAEH8qpskquqZyvemqBSEgHA6UClcocKsMFUDLDp2qADgn0prPiluAsrelWdE1GS0nCPh4GP7xcdf8API/GqRbJpFFJxuOLs7mvbQx3VweluGJZdvC/hSrNJaSsiS+YDwwz1FZayyBQqtgCmMWOSWJqPZ3On6zy7GxqusefaCCMbSRhuOvpWJyTzRuJNOCmrjBRWhhVrSqO7EVaeF4oVacF9qpszEC04L3pyipMgRnFIojIwgNMfmnyHpimZoATFJin4oIoCw+DgFkk2SIQynPXHWlu7hnZJMAFQAMVCxwaMM33RmgC1BgxkL1f5sVr6NqMNgLiFo1ElwFjLldwCdSKzbC3aLEjHB25Ax0q1Fas+SpyfTuaVxna+GtJtmhmnS2g1GR18t4nISOMnocVoapp1lAnmW8Cw8gPGn3Q2OcVneHpSYFVnaOWN/lYryMfzrU1PfcRNCZ/LdSGxsGxvUjirRmZWpanv01LXy41+yESQHAzuBz1/Sr2pRTTJDfQxKFiIlRBwO2QRXP3MclyFhgjaSZmwEXqatq1yI/s3ktE+AAzZ3KAOh4obKSIL2R9TldhqLQzrgGFeJAeBgA8Ed/rVC5tb43XmzTW5AbZmRdr5xkZFXdd09JFaZA/nIMmRSDk1nx6xJEQlwzXLj7hblo8fz/Gs2bwi+hooptHDCbypN+7CqAq1mvDfTXLO0jK8ZILYJ6n2q5LqOlov2y5leTaf9SmR5hwcDnoK57UNVnvXOyKG2Q/wQoFH49zUOVjdRexbuoJIWCyNGcpvASQMdv0HSoFvfIcCNNzL/e6VV095oZw8QYsfSrF5CS5lQbVON27IwTWTqXdjrpYfmp8yGz3c8xJZsA/wqMCirCabcqsbzRPHHKCQWGMgHGRRU+0Rf1SYzFSKtNUc1Og6V2bnij4kB5IqZBiiNfanigQoFODe1M3UlAE24UFjxg1DnFSxrnDE0ASqOKeo5pmKeooAlXG2om6040ym2MnhPQVL3qCPtUydqQidBx1p4FMjHIqZRxSuNIMVV1E3aw7rUKxHLLjkj2q01ITQimjl9R1WG4hX7RZqZY2IZuhIx+lZJvfOA+0EsUXCt32+lanjAwNcIIlAlC5lI756D+f51zpGapIyZZmOWDBCqnkU0BgpVSdp5x70qTAQCOUZA6GpIwwEZVC29sADrj1oaEZ86bZOO/NNWrurQLDsbcCW/hHUVRXrSKJVA2sScYGahcEKGyOe1OlYhciolJY9KAHilpMMDgigjNADTRS0UwCMVNtwAagXg5qcPlMYoAAKcwwKjBp+c0twsJuxQSabiloGI3NWIoCVDNUcChpVB6VuWttvTIHSpbKjFsyJgpc+WrKvbd1qFhV+/jIk5qhIwBxRe5TjYaUJIUDk1oXFvFaQoivukxluOlUoJRFOkuM7WDY+hq/d3EN5uniVUwcKnfHvVGYlrqdxZuCqQTL3SaMMCP5j8DXSaVeaNq6CGCNdL1AkqFaXdFLkdifut7VxbFw3zjrVhbdY18zoRzwaAR2UF/BBdyx224rGQftDjKPgYO1fc4/Kman4kmkiiWeFcdEblcgnrWRa6pbTpaxXTfZjCdokRNy7Md19fetjXNJaxtIrmS4hurS5H+j3EDbkY/3T3B9jTEiqZBMoD/Ijcnvj3qHWfEOtTarPJDc7oiQqMo4wBjris2S5eFQoOQTgewoMh25XpUspF+w8TarFazaddtHPbXBXh25VhnBBxx1pt3aW88scqRTSDGGP970+lVLe3898ONo7N2x3J9MVqi7WDT2ihj8185R8dPXiuepOzserg8N7ROT2OdvYgs7YG0dl9KfZxqDvYZ9qbLNK7lnxtHJY1UmkMjk54oS5iXKMHzGwdTtLeIvDGwuf4QMEAevSoJtamlgCiELPv3+eTluOgA6DFZm4DrSbmbgCn7JIJY+pJcq0Rcuri5vZPNu72eRj13OSKKpnceSaKPZow9tLrqbwHNSRHDAVC7ZbIp8Zw2a6DlaLsZxUnWqySKTjNTigLC4pSOKM03NK4gxzU0fAFRAc1PGOnNMViVBmn/dpI+BTjzQIjNAX2pxqRBSuMRB0qeMdKjUVInWmwRYQcVOFG2oVNO3cVJSB+KilcJGztwFGSac5qvdQxTx+XKu9D1Ung00DON1O6NzcvIRgNwB6CqEh2yKvYnBrpfElrbQWsSwWqpuY5KDngVgtbOoDSI6kgEHHamQ0T27RFCBEDtGTn0p8/kWFssyOzPKPkjY/cPqaZDItvbyTg7j93b61l3EklxMZHOSaadxCSyvM5dySxpBT44XPO35fWkIpARTnJC0+2XIYL94CmuvIp0DeXIG6joR7UATNGTySKibGOtSNjJPOO1DKSmSAPpQFiCinbaMCgCP8aA2KCaAuabAkBpQaaKctJAOpQM0LinIyq2W6UmxksC7HDEVs2t+scOIpGV+6jish5VizkNkgHkfKRTHkaRWliGAPvVLVzSMia9uN7k55qiwY9FY/QUKQzZZqnvJTDKYY9gjHTYf600hyZABn7zYP0pqMY33L+XY0rOWcsepppFUZPUWSRnkDHAAOcCtiWeE6cF8pBuO4Nk7gcYxWNigszRhCeB0oCxMPmOBWjZ308ekT2Dy5gZ1dUPRX6ZA9eTWTaHE4DHg1o2JUXO1hkEZI45APT8aABonaLeTkDrT7VlMT7gxbAC46dec1ZEMz2ksyxN9nU8uqnC56Ams6OUxqQO4IP0qWNG7p+pfKIcAvKMZP90cUutTxsiW9pCsAiUggNn5Se9YUNw9vcR3MfUHIq7csZbSS627WYguQex6AVz+zvK7Pbo439xydTLnfLbB0HWhY1bnIUdzUbdzQp38blUe9bJHlTlqPcoPlUAgd+5q1p8UMq7ScMOT9KrL5IGGkH1FSwbY3WWN93OGHtQJPUnSCMO6knBB2ZHU0VLAyNK0cn3Scj2oqXKxrykppQaQ00Vre5gTKauwPuQeorOXg1PE2KLAW5WIXANCE1CTuqxGRtHFICSJSWBI4qyAoHAqFDj8Ker+lA7WJRxTjUCyg9TinGVQOtMgkNPWoRIp709WFFwtclY4p6Hmo0p/ehsLFhW4pN9InQU1zSKAvSbs9aYTSSBjGyqcEjg+hoAx/Fd8ghW2jOZCcn2rHhvblFVN2AowSeSR6VqtoTySGSa4LsTnIGKLvQpHjRIXAOccrxj1zRcOW5z0zPcSeVbozDOdo6k/StG28OXzxh3aOIdwxORXU6RpVtpyZiw0h+85HNSXt5Fb9QznsoBJNTzsap9zl9U0qO0ss+c7nsMYzXOF8cVveItTe5UIYjEAcqD1+tc+ATVoymhc5p6HpTBT4yAwJqhEuPkNNDHueKkbAyx/iGRURHTnFJjJ7eFZkZllRSvJVjjI74okRHBMQ6DJqAgbSBUiuFhCAYP96lcCLaT0FKFNSho2IBODipEhZV+amAxIMjLVYgWKIkkjJGGz0x7Uw/L1NQStvO1egpXHYfMVBMcajYOhPWmThElaNZBIo/iHQ0hOO1MOeoFAyaA5/wBYCyr0FTLOqs2EPIxt7VXRZcLt43HHNSuNiAZzIOpFIaGOixIA3LtyMdhVZm56U92bOWOaDtYbjgE0AxhbFODZ7U1j7D8KelUSIwpMVKw4plAiS1VDOganXBKSZGRg8VAxKkMOo5p0kpdfmHIoAurfFohG0hUHqo9agYAkkH5R1NUXOTU0UreWUIznvUlD1IZgrNtX1wT/ACq6riPTgpbluAD6dqpws0YJDEZGODQrMzqCe4FFjSM7DJHXbgdahANSSKPNYLyATg/jTwuO1Bk3cgK0qFkbKkipSh7CkC4GKTHF2ZpJGxRXHO4ZoqSykPlxAjov9aKwZ6lKnFxuTUUpGKACa6DzgqVfWo9pAzUi9KLhYkU1PHVdalQ4pk2LCmnCokNTL0ouO4jCmgcVLil20XAjQZbFWUUioY1/eCrAwKY2SJ2p4600UpNLcRKOlNNID2pQKQ0rhRSlSKMVDkWkCdanXpUA61OnSpcirDhTCo9KeKrarcG2sJZlXJA45xQhvRHG+Lmhe/3QkdMEDoKx0U4yamufnlZz1NLt46Vsjkk9SuRgULT5BTYjlwPequItXDRkRIg5xio5+Hx8vTtSkASj2ph60hidKa3SnGm9aAGqoJ5FXIZ8R+VINyevcVBEGL7UGSRipJIJY/vISB6UtikTNBIYjJEfMQeh5qr0ojkeJtyMVNXD9lvIlIYxXHO7PIY4/SkUUt2eB17CtZdO+yxCS7GHZdyL6fWodGS2SQzyODIi5QFeAfX3pL67kmOWYt7mgCGVjuL5GD0qvIxLEjvSPITTBQBIihgC4+XODS3CLtUqOgpoNKWwVY/dB+b6UARgVYijHll2HHanXduI1WWJg8LjIYdvY0kB3xPHnkDcKbZNhWXMYYD5fX3qsTgkVaVla3VemDzVeZRk4FTcHGwhGaYBSq3NOqySLFOj4cZpT8tBqSkh8gJICnpT7eF3jaRiFROpNJboZHC547n0FS3Thtqrwi9AO/uaAsV0IMpx90nIq3EqDG4VBbopk+bir1uqeYNw4ppCHrEjLwtUJ02yFcdDXQyQwtaFofvryR7Vl3KpIB/eoY0iolwyKAo6UUkke3vmismkbKpJGy6YHSnIBgCppEypxUSjFaEXHKqnhhxTG4bA6U7dmk6mgXMIgqVQaRVzUqrim2AqVYj6CoVqxH0FIEPA4p6jjFNoLUDasLgA5oLDsaZnNID7UAkTISe9TCoIj82KsKM0A0KKt2yAjcRUCoTjirKkBMYqSkNkUA0zYW4UZNPc5NCHB4rNmqQ1oZEbDqVNOqVizfeOaYy0h2GO6xqWbhR1rC1fUTcQmGG3faf4mWt5lqveyeTavhAXI+Vj0WtERNaHn8o2ykYpjNUlyG85ixyfWqzCtkjj2HNyKjT5JVY9AaCTStjuaYE85BfcOh6VFQvLAU+4UCTAAGBjioZRETk4pyqO1N21LFtGXY9BwPU0gH2ykShsdK0o5WY7Qufesy1mAlxJxuPFatrbStICowPU96aRViLWIoJl8yOJYpP9nvxWQqHPPBrp7hI1jIfGawbyLZIWXlT3obKGI+wHJ60xmJpvWpPLbyg4HFTsVFXIsUYpx6Uo+UjgHIpk2GgUrj92fpSn6UyQjlVDdO9AghnkjjManKN1U9KEYq6uOMHNMA4pw6UMnqaAjDDzFICvyPaoZ4WA55FRwysse3qM5FSS3U8gCGUiIdEHSosdfNHls0VWTmjOPepSM0yRc1SdjncQ60mKFFLTJLCYWzyrfMzkMPbFQg5NGcLikFAMmRVKjsfWpUkKjkg1CgNKwqiS7HdEDAJFRykYDrgnPSq0bfNtqRBIZNpH4ikylqK24nLKV+tFTGbyjhCJPXeM80VmzVQNo1G64qTFMc84qyCIigCpCtCrQA5B0qUCkQdKlC8daAGAVIpxSAc08Lz1oHYXNLmlA4oxQUKooIpVNKfpRcAReRVuDqBVZelWbUZkouIsDgCipHQgZqNhUNlJCU5aSlWs2bJD0b5gKm2D0qAdasx/dFKwxnlg1T1RM2zKeFHU1oYrn/Gdw8duLaJyrMMu3oKuL1MpvQ4+8dfOkVRxnrVXFTbefWmkYFbo5HqQsvtTcEVKetIQKY0hidalZsgEjkDFJEpJYgfdGaANzYqdgEpCPmp+MUyQgUh2sJIOh71o2epSLD5J5A6HPSs4nIpI/lfNUUpGtcXIkUszc9hWfNIzLgnilMbPyvI9ahkRlfDCobsNrS5PY2r3cjRxsgYIWAY43Y7D3p8PMZQn61WRiDkEip15Qshy45KnuKlm9K3UgmVo2wRx2NEQLEse3SrGoXst66eYqqEXaqqMACocbVAyM9wKau1qRJJvQQnFNxQTk0mKohoCOCaQc9qco7VNFGGBPoaTdhxiRqDgDHFOxUu0DjFG32qbmrRCaa3NPmODgVHVGbEooowT0Un6UzMWpFQ9cVNBB5TJLcFQAc7AeTW34f8ADt/r1zut7eQxrneVHyLj3oEzEQCl2M33ecdh1rpJdEljvWtoljfyjguh3Kw9QalNhbjMc1q25mXBU8sf6CqElcrWOl6RdaNEzStDO7+XK0gwYz2/D3rD1KO4srmS2kdjtJCsvAZc8Vv6xbusO+3A2HqMcj61kTNFdx5udxnXgOzDAHpWbkbRgURvaLI5xRTVYxSEAhgPTpRU6nZBQtqdSRxURHNWSvB5qEitDhsMAzTlFOApwFA9hUHIqUDimxr0qXyn2E46UnJIpRbGYpQKQr3p6KW6DOOtFxNABmnBCaeI6eEwKNwI9pp6x5PSpVXPapVQUrjsNit1xkirkESqowOaai4FWol+TpUuQ0hrj5TVZhVmU4yKhfHpUmiRHinKKbinKKVhi45qCw1K1kiJebEmM+WRyMcfrUerajFp8O/aZZc4CLXFETyOzvG/zHIGOlaKJlOpY7ldZtCvVg/90j+tY+rTw3j7nfPGMYrCLTpGF8x1UdjVcySZ+8apRsYudyS8iRJSEPFUnPOKnd2bqahI4qyCI009qc3WmmgAR2DFQeCOaevHNMKkH29aM0mNMe7gdOarkksSacT8wHrTgOaQxnNO6U8AAUh5oBaFmz1C4trW5tY9hiuFUOGQEgqcgg9u449ar5LNljTc0meaVilIkKDgqc095CxDYCsvAIqONsEEinsyn7ooLTIm+9k9aVRu470jcmlWkF7D23MwGwAgY4prcVdtBDPB5TTFLhT+7Uj5W69+1M1G0a1cDzFcHqR2PpRcbWlyrGP3lOJ2n5Wznk1FuKk47jFKpHrTFFku4nrUjt8i7WHPBHpVdmHahOuamxfMOIzSKvNSAAjrShQAaLiepCwxQCQeDipVXe2McVt6No7ySLM5SOPszng1RFx/h3RY7iJry+lCQqQoU/edz0UepNdp4l1240rQLLSLZEs5im6eKAhmK54HHQnPPXt04rn7zUdN0y3EciQ3UgJZEWIrIh7Evn68Vn2vhjVdQhkvpAbaNjuVWJ4X15PT61VjO5Z0vxjaWTb5tMknbt+82jPvxzUuoa/LdO1w8ECLKSV8peRXN6lpbWkhVbhJsd1BxS6XP5LNDMhkhdT8vo3Y1FSTSudWHUZO0jSfUrmcFZAuwptCqMfjVG5sxCgkZ8u3VMdB2NPZivQ4qpcSnqWBP1rPmuOS5XYjkiG7C0UkMykMXJBHQY60UuZmseVo6xxxUDCrbDioGXmtrnLYag5qUL0oSPNUbnWZtJ1Eo1lbXMZQELMGIye/BFF7gakS5xW2iRjS1hCAlmPJ61yOreLpr9IhDY29gUGCbYBN31wM1k/2rPuLNNIxIxknd9OtZVKSmb0MU6F3FbnWXstlaKfOkJb+4n9T2/WqUfiu4jcW9psgjlfD7BgFe+W6muVmupHOSSSfU1Cp5rW1kc7kek+Tk5ByOx9RQ0RXFR+Gphc6RC55K8fh2q/InTFS3YpIqbCCOKljB4pxWnR8GpKtckReOamVsLioCxXGDTdzZ6mpKsEjkk02lqpqt4LKzaTGZCcIvdj6VSQm7C3t9bWePPcgkZwBk4rJuvEIb5bReO5bvWe2l394fOlkj85uqFuRVW80u/sx+8jI4B+Xng1oomE6jOisre2lhWWWYsSM4UgYPcVn6zZsqtJbupiPdvvD8aoadqEsDYLFGHRiPlH1q9quoJDF/pSN58gOI+BtHYk+/wDSr2MW7mO004xGx3k9N1V5CUm2nFSGb5A3G4jr6CqskmWoGTMcjNMLcU1X4pyndQBGwpnSpGHvTCKAEJJU47U1Se9O6ChRmpKtcQjJoqRUwwJHFMcAMfSgaVxwFNYUrlAAFbORmmA8mgGwxSqoLAFgoJxk0oFRyfSgRLKpjkKkdOh7GmBucUok3RhGOcdDSHigdx26gGkzSg0NDBuuaUysw2sSR6mmsaYaWw7jiKTPtSbvakK+9MlADk1Kp4qAD8KcM8c9aVh8xOGIq9FYSvb/AGiZlhh/h38Fz7D+tR218LaeMGJNqjltoLZ9ea6CMWmobZ1W6u5z/CqgjP1zwKEgcytpFrE+JxGphi5Z3JC4/Dk1rW1nPqKGDRrcRKy4N3k559Bn+n40lsltIyNfshEYwkMf3F+p7muntri3WMFSI/TbWliHK5W0Tw9YaLpzXqh7zUtwiiWWPhX759MevvSeI47gaE9s94DcGQucE/d7D+da9xriRJHsheKQD75JYsOx5rk9e1WaaVYXJnn2ghIxk49T6Clewluc46ySMTKuX702f7GmfIDPJn7w4GKL5blpsTAj1VTj9ajGcYAwB0FYVZJqx6OGou6bIJS/8Rqs8RzlRmta3tVu4iFYeYOueBioZYjDuiblgcZHSsFNHpVcFa0+jJNN0yI6fJdzkecRiGP2PUmil0m7RS9tKhYgZTHp3op3OSKilax0Ei4GaiC55xU4+bikVcN71vzHDYagxWB4vXF5C3rH/WumjUHtXN+L2DaikI6xpyfXNXEmexhqKUClFKBnvTMiPFLinFcUmKBpHS+Br9Y7n7FLJgSHCD3rs8ckGvKASrBlJDDkEdq39O8WX9rEiShLgr0MnOfr61DVzSMjtWQscKjMfQVBHIj52OrYODg9D6VzzeJtR1zUVgku1sI5V2t5K7Rj0GK6FI4IUWOCLy0UYxnJJ9SfWoehvBXHE1FMcqVyRkdR1pxprcKzHooyaFuW9DNe+OnXBivHZ4iP3Uu3r6hj27VRvZ3nvkuDJG0aDEanI/GqXiLUJJoPIKsqlz17gd6xrfOeCa1SOKpNXsjoxcMG4PXknPJNbOmyqGDD52Yc7ua5SIk5YnC961tI1CPSree9lXfMFC2o3EbXP8XHXHp71Zmo3VzT8Svpek27pJaK2oSEFEPAQEZ3MPywK4C5kMs7SM5dmOST3ovbq4vLt5pnaWWQ5d2OSaaI+KAAMcYpDSgU0nmgQop+SOlNApaTGlcXmkpVJ24PalXrSZokgCE1f0fSrvUbtba2j3ynoKqrXc/C2ZbfxVbF1O2TMYI7EjiuTE1XCDaPQwWFVeooy6lvw74DvUtWubxkUSxOpiI+ZT2/lXm12AszqOikivpq+dQjMxxmvnDxJCsGtXsSfdWZ8fnXJl2JlVclI9LOsDSwkIqmZZPtTwR3FRtSivXTPmSQcUBkAIdSQR1HakI5FIeRQ2FhpUr7j1pw6YIzSr6HpQxwKQxCeaQk0UUhiEk04470HimUxD80d6WMJuzKSFHXFamjW+jTTr9puplycbSMAD1yKYjL3bf4QfYjIrb0rU9Ccx2uuaayRBdomtDhh7lT1/MVs31osFv5dpZqkPaQjOR7HuKoReF72+YGCA885IwAPUntRuTclv8Awlb3Vo2oeHdUh1GyXllBxJF/vJ1H15FY2lWWsJI9xpgeRohl1jy2R7gDp9aXVdG1PQbsuGdUEm1ZYHyjH2YVZk1i5utGS3twkaxSGa5iQbTOTxuOOT2yKClFstG8F2dzZEyDbKh6oR2NX9L1cwIYJt5izvbafmf24Hua5SG4MVwZQOCTlc+prcnutOhtreXT2mNxsBkJGCD9aTnYqMLl7X9QmVxFHDPYwMN0ay8zEevA4rBM180Tm3DQRDBZt2Cx9aci3V3c+Y7Yz3c/zNLIuHZSwbacZByDWbqLodUMO0uaQyG/nDj7RI0qdMnqKvlQ67htwe4qk8YEW8CqonaMmMMQp5rGScnc7KddQVmaryIIjErLGT/ETWZLckEqvPvSM9QuRmhQUSquLlNWTHQM4nEqsARRSwL824DjvRVWOTmZ2aEqcg81Io3Ek9TUSnNTJ0psnZWH5VUZ3baqjJNcTeztd3ctw/8AG3HsOwrovEl0IrHyEY75jhv90da5Ze9aRMZsRuKdG21s4B+tBoxVWMwNR0rU0UwEJprHHOKVgSeKaw4oJbNvwZDHPrHmSDKwoX/Hp/Wu2bmuT8BJ+8vG7BVH55rrQM1zz+I9HDRvC42sO81dcTQ56NwB/H7Vt3DrFayyvwFWvP5g3nNucNk54q4IjES5dBb6S4uHVpm4HCr6D6UtlGryCNlcg/3as6daNeXYGOO57iti2sApj+yD7NGM+fJKAAuD0962PPIprLTbWIzSMxiUZZC33/Ra5zVL2S9uDKwCKOEjXhUHoKs67e/arkpEcQKTsHr71lvxTGmTQqPLDDqaRutJC4MYHpUrJ09xUuRViKkxzU2w+lMcEUXHyjccUEUAUqDJpNjURQKdt9KdinBc1LlY0SJrSPd8xH0r0X4UWsc2oys/PkyJIPwBrgbRG8jzBzhsY7/X6V0fhzU20jR9RvQMvJiOIZAJY5rirxdRcq6nsZdONOalLoW/HHjFL7VLmG0a7EMeUI87apYegxkd64XVbv7ddyXHlGPe27aWzjp/hUdw5dy7HLscsfU0tuyq+5mxjpXTRw8aS908vFYypXm3J7lQq2ckYpR1q63kyH543df9k4JqPyFd1ihjkLMflya6TiIaTFTXFrJCA3+sTH3k5APpmoQaQDcUEcUbvajd7UXGhO9LRSorOwVQSxOMAc0h3I3rW0Lw5qmsSqtrCqo3/LSRtoAqxp0NtaTxjULZRuGVZxu/QHrW1beOb3SrWa00hfLkfrcug3r/ALvYfrQAzUPBsWjskeqXqxMwyS6Hdj1C9a5jVXs3fbZxFQpyZGHLGrRTUtYuWuZJZGaRgDNMzEsT7nk/hWmNK02ztS80pllH3gRxTEVPDHiF9PxZXv7+0boW6xf7Q/qO9bN3rVwC9rbLv3sAybj+8U/3f0P5Vy2oTWcy7IrfZjuDUen3JVgJ2BMXC5OMqe2fbFMlI6LTrd9RnlgkW58iRTgTNnc56fyrmms7y1upV2MHhco2D3rVn8QXDQhEKqQMb1+9+fb8qoXCyM5kaaRiepY5qbmsU2Uy+c54Pep7NsyhGbANV5kwd3rREcSJ/vVDLhozcinaNfKJGCMc1GcKCaaSp5JxQSCpAOa53o7nrxftIcpNtkktnZNu0DqTWJIHD8npV5xKY8kukGcbu2aqyABsA5rSLPPqqxYs42njHqOv0pWiXcR6U+yPloSB1FInzEe9Js3go8q7gibWorrfD3g+bU7VbiSby4n5UBPmYeo9qK45Y2lF2bPRp5TXqR5khi5qaDJySwCqMknoKRY89qh1Vmh02VI0ZnbqQOg7k12J3PL5GjB1mUT3ZkEm4HjGPujPFUcU5mz2pqrzW8UccndhimvwKlYYFROecUyGMCZ/iUfU0jLjuD9KeEGeacVGMCgSIM01zkYqQjmmsKBNHS+AeJrtR1KqcewzXSX13HZ+QZQ/lvJtcqegwef5VwWi376dqMd0oJAyHX+8p6iuj8W6pZz6VHbwEyNPh1I7Cs3BN3Z3Ua6jDQd4q1O2CfY7e6jc5/eEHjFcyy7m3oQc+lUFUE4qRPMiIZHKkVcVY5KtVzlc6vQAYoy8ikZGSQKqeIbjzYnjkvJmQ8xQr3z/ABN6ewrOtNXuYVKShZ0PUHgn8R1/Gqty32iV51csWOWBGCKvchakPQUxm7VKFypFSw27RkNKhCkZBI60m7FKm2WNAitUeSS8jJO3923UKfp37U+4KM+VG0elRqcA46VGxOCawb1O9TtTULDjtPAqMrmhD8wNTKuablZHPy6lYripoYgecVsaTptuzLJqJeKOQgQ/KfnOeufStzwrpEN7q8l2FzbRy/ujjgnsKwqYhJHfRy+pOUV3KGmeGWlvIYJOPNjYnI4Xp3rC1Cym0++ltJ1IdGwD2YdiPrXtUFvH5ySY+7WR488Prqdh9tgQtdwDIAGSy9x/WuCnj1KVme9icj5aTlBao8rhbbXQ2Vr53hp7tBmWCUhR2PHzD8q50o5fai5YtgD3Ndhfz/2L4WWywqzSL869TuPeuybvax4uGilGTmrWRwU6/NkdPSmquWA7USE9zmmh+CMV6CR4c2m9B7OFkPlE4q5G6R2mW3fOctg84PRf6mqCfeFWJ5N0hGMdenQHFDEMklaSUO3GOAOwHpir1pp/myJJdNFbwsM5xtY/TJqrE6IEkGPOB4yMjj2q1bETzmW8Zpox1UyFfypbAS3thbQoY0thcEYzI0hG7jPHGD+FZkltEDgZh9mOR+eK3tKi0+ZLqS9uJYrWIDybdGO6Rj79lHOTVDdbwy7xDweg5ZR+JNNIWxnfZZCeGT86sB1s4t0L4fuxHJP+FaWp6tp9wAltZw28UePnCjdIe5yAOPaseYi6kyIwqjpihuw9yO0jku5sST7IsksSehPpXT2Vx4T09/L+wvez8Ez3R+VSDnAUVzJIj+SM4Heo7kh1jVV5UYznk0h2Ow1jxHpUMg+wl7pimGAG1B/n2rlb69nvnDTbRt4UKMAD0q3YeHbu5RWaWGDdyFc/MB6kDp+daD2mn6aQA/2iXuxHA+lAzAS1mChmQqPeoZl2tjrWje3QZmji5X19KoOM9TQ9RNF3SrWCe0aRmIlRgSo6MPalumlG0HhB2qDS5GjuMDoRzVy+KlgorG/vHpq06SdjPl/1dRx/fQ/7VSyYORTIhkj61ozi6l3fntVm1ihCu1wcZU7B71AoCqHLKfYVq+EoLS/8TWNrqOWt5ZVRwD2Jrkqvli2etg2pTXc0vBng288SQvdyzfZrCM48wjJLegBqTxTpekWjLp+kWpDjl5ZDlue/0GDXumreGZp9Gjs9KWKG3VSiRI2M/iOR9a8X8V2EtrqctvaH7QYMLcSxqfLDEcqPYdM968nCY14irZysj28TgKVGha133OTkhVX8uJt6gkBgMA12HgLwdLrN2rMvl20T/vpSPu45wPUnpTPBHhy41vV47dFwp+aRsHEajqT6V7paaZbaVaLaWiBYoxgYHX3NLMMd7NOEWGXYCMmpyM9bWDT7Mx26L5MS7EQjoKKmvLS6H74xkw9CetFeFzN6n1KTWx4ukftXM6/eO9/LHE5CKNh/rXX+JLa50SKcXaeVLEMkZzk+lefvkkljknk19xRtNXR+b4xSpe7LRjCKVRTc80bq6UeXcdIKrufmqYmo5QSN+B+FBLEzgCpAMioocsuQKlFFwSuNZagYVYY1A1AN2G0FmC4BOPSkJC9TU0dndTrvigcr6kUE2IVfPYCnbs0428iEqy8imMrL7U7hYU0zcUbI60oLHg0OvP0obGot7FiBlY7gPqKmllkbqSQOAPSqUJ2OM9DWlbQtI2AKwqysehhKLqOyI0VjRsZmCopfd0AHJq8YNgCsMljhR6mu70HRrbT4FfywZyAdx7fSuSeJUdT1qeXOq7Hn40u7R1E8ZhU/3uv5VpaFpLSazBaTMjKWy4U5GB7jrXZ6xZtcxxyIFeSJtyhhkH2qzoVkyNLdToi3EoAKpwFXHSsZ4y8Wb0cqftkuxBrlsZFSygtkaSTkbR/qx3P0q9pVgum2iWgx8pJJHcmrsxjQghf3m3Gajibe/JzXmzrSasj6COEUZ86L9qpKkmrjvFDAXlkWNVBOW6VTM0aQ5PBHauT8c+IrmGD7JBJGrv0XGSB6n0qKOHlWlyo6MdjaeGouUyPUr3w6+rtc2yxLcqpAkK4Vj649v61yniC4OoTAvICFJxjmskTSvI0jSMWPXNRyyM3Vq+jpYaNN3PzrGZk8QrJWIrhI14zmqjKM8VZdTgnrVc117nmAODmlkk3MCBjimFsVGWyaB3JlYcEkZqUsduRnjrjpVQU+ORkPynjuKkC6Mm3b3FQmT/R/KZcnduDZ6cYxT0uBgKy4HtUMhDMcVQWsNhi8wgFgqjuanuHQKEh4wMMfWoSxEYX0qInOcVJaQSEjgVfS3WGw+1Sn5yQAMVHY2pP7yQYX3qTULgOgTPyqMAUDJ4Nakit/IXARvv4HLenPWq0XnX0pUbmP6D6ntVW2iedisaE4GTgdBWjaX8ccD2b4hUt95B8zfWkxrcRo/KQxoFf1IHSooYreaTyxuL+lWJpy45Cxw54A6n6+tV4Jrf7dGZoGe3U8qjbWY+5qJXeiOqjGKd5Et3BDaSokUgdwMvjop9M1TlkJJJ70lxJGsz+SMoxyKgcknrSSsGIrqTtBWQrse1SxLhBmoF61OCSME8VZzDuh4q3YyNHdRyrwyMGB9wc1SAwRVqGWMY5rKcbqx00JuE0z628AavFr/h23uI2ypULJ/vY5FaOsaSkWjTWenWcLSyrsQBAFGT1PtXz18MvHUnhy7VDIrWrNmQEZwT1Ir6K8H+LNG8Uact1p1yASSGjfAYEe3pXxGOwdXDVeaK0PtaGKhVprXUh8GeFLbw/pXkhlkuZcNPNj7zf4D0q7PboUk2p9w4MnYVsNbSupCMOR1qleBoYWtsNtxyQPvV5rm5yu9zspOxyd/LNGCgkVlPYdDRVzU7dTFuSMDACqB2FFbxqpI9KGqPm74g6s93dRWhbeY1DSN6uen+feuTd2di7nLHrT7m4a4uHmc5Z2JqByenSv0SnFQjyo/K8ViJV588hT1ozRRWpyCmpFAaHB6io6cpxQNIjKFeV4PtQoI5JqeNfMcLkL7moJPlcjrigqwj9KianHmmgosw3jK96DJml4csYLi78+9P8Ao8f8IGS59q19Tu1uJ/KtikSdB3IrnPtBHCAKo6AdAKQ3Mol3q2KBou3myHghlbvnuapyFX6GkLNKdzkmpbaHMo4yO9TKVjaMLuw2ztzNOqL17VZ1RLdXWKDkqMO3YmpWu4oIHghQxyHrIeuPQVWjjaQAgVyuUnK56vLTpUvZw1bIUhXuK2bRBFBvHJqmsRQfMK7rwLoo+yi8vbfDbsxK47euKwxNZKGp25Vh5e0dkZkHhzVJbq2muIl+zyYLAHJUda7QqavGoljGckcV5UqvMfSU8Kqd9dyK3h818YzU5CxMVUU15Qg/d8GqzSnOTUWctjdSjAbNIWdiarS3aQLvkcIB3JqvrOq2mnLvuW2s3Kp3Pv8ASuB1fWbi+nZtxWPsAa76GF546njZhmsMO3y6s6bXfExcNFbv8v8AfHce1cXPdSzyvJIxJY5JJpm5myM9aTG0V69GjGkrRPjsXjq2Jd5sYzkKQOKbuNEj89KdHGr/AHjjNbWOIjZiQRmoyOKknjMTe1R5yKpDImHXmomFWGqJutMBq96evWgUoqQ2HDpQelLSHpQMaetAWkbrRvqRotvOzQhctwMe1VmBchQMk04yARjiiMkgMKTZaLsN1Da2jxRIVkf77Ht7VRSNpZwyqp+opZHZxtPNODMkBCnBpMqOjuSapDPZTi3nwH2hioPK57H3qmWprlnbcxyfU0UbBUkmK1OABpppQcU0jIcKeKjzzTiaZY8MOhpQyq5G0j61EFOc5pG3u2T1qWjRMtxTwh1E0bNHn5tvUDvXTeH7tU1JJ9Ne8tUByHWQK2Mj8K5JVNaGlLcyXUdvAwBdgBuOAOa5q9OMo6ndg68oTVj6o8DeME1a3isW1COS5RRnKlGb069fwrrpJWI+YlvrXhnw88Eyp4js4dSilKyoJRIc5Ug9iDx9a9ymsPs2miCOQFUUAbjzgV8FjoU6dT3Hc+3w0+aCclZldw8kBKRqxBxg+lFEpNkEZInlR8ZO7GKK4eY9CE7Kx8Ux5xTmJY5J5pFHFOxX6tY/JrjTQKWnJikxoUCkNSqBtpjUrl2EU1DM43EDtUpPtTreze5fyol+Zuck4AHqadhPaxSMmKY53dqsXEEcb4R949emaixTMeokYbOKsxw/Luao4R+8GelF3cEMY0PFJmkUlqyRcdquWnytupun2++3LswzjgVHLKY32rWMtWdkLR1LF/EDtLJhm6VfsLIwJDPcjELDP1OAePzrOtEnuZkix8zHAr0e08PxLLbvcSmVYkU+WRkbu/P5Vx4it7I9TA4d125pFTwr4ca6K6lfRbEHMcTdT7muxmPlxcDp0oWU+lXbFoZY2Ei/McbRXi1ajm7s+ww1CFGFolOCItGHkK89hTxAW+6KtPC8jFURFH1xWg8MUdtGkYywGGI9axc7HUqdzmLuORH2iNvxGK5nXvFFtpavBBElxcsvUn5Yz7+/tXcX1vM67GZmX3Nec+LLzS7O1+xWNvBIG+bKjLuR1J7ke1elgY+1aTR4mbSeHg2nY5K/vLi8mae5cySN1NUmbHNPJO3cRjPQd6iIbqUZVPQnvX0EYqOx+f1Kjk7sUvjtQ8pKimsQOD8v1700KSOOasybHZzSeZg9Kb04pnWgC2JvMTY2CfeoZUAGQMVCMg9aUue+aAuIaQj3oJppNAXFxSimqaUHNA7i0p6UtNPSgBrdaZSnrS1IxT0pN5CgCn0hFAN2EVsNknNPZ2brj8KiIp340WHzCbfejb706igBu33pQMUtFAAq5pXXAoU1c0q1S7uxHLI0aYySBzSlJRVzWlTlVmoR3ZXihdk3Yo2EHGK6MPYRLIkaAADKqynJP1rNmhDNuChc9q54VXN2PRq4SNCKu02UUXPWrtmwjkVvQ5qnKVRsA7vpU8BDKCD+HeqnG6sc9KfLK6PrP4TaqdR8IWd5OQZUi8pj3O3j/Ct2Od7qffKeT92PuAK8J+DfiubSrk6a2JIrzCR7jgRydj9M9fwr6A0m4tlhC3YUSdScV+e5jhpUazVtGfd4Wsp0lNbiJb7/ALwZ+eB2FFW754Ibb7ZHNiI8bc96K4PZyZ1Q5pK6PhfPAoApdvAwcnvSq3Nfq7Z+XpChacBz2FJuGOKWLaxO7tzQXp0HdPfNMarDHKA4Abtj0qFY3lYBRmpbSKFtbeS5lEcQyx/SuotrRLW1MagHP3jjk0mh6eLeDzgvLYDN2FaGzLbetZupbY1hRbWpwUsMk0zmC3lMYPy4UnA7VBtZTtZWUj1GK9KSNVHFYXi/Tw8C3cQ+ZOH+nrS9rcJ4VxVzks7eRUUah5TkdaJGOMA4zUsIAYHNaORgl3Ny2h22bOjquxc896x7dTLKXbpVi5uC9uI4+pODTZI2jjBBxxjHrU3OmTjJKxq6FfQ2l/E8y7gp9a9OtJ4riFZYmDK1eMo3zBq9D8CyzyWkpKFYdw2k9z3x7dK83Fw5tT3coxEl+66HVpKVzgdRirdu3yLjrWevJqzbOQwzXlzjY+lhUexsW9yufmGDirMA3hjnaqjLN2ArNjI71yfjTxXe2LTaZYxrCkgwZZG4Ye3FZwoSqyUUa18XDDU3OZL4u8Uma3kt7A+VbJw08qgNLnrtz0HFeU393JPdPKf3rZ2kZIAA6dPxp+pM9wwe5uJLl3GSWPA/CrWh2UMoZ3AYjG1B1PWvpsJh1RjZH57mmZyxc/IqI18w3NbQbD22Yqxb3r2pBWHYw99w/I1qXgjhVkPyYGdp6isC6mM7lbcbh3btXXY8lkt/qUlyxWURSe+wAj8qoMSB8p4pTbumS3U0hGKZIwsTnNNB60+RcY9xmmCgY4GgigChjzmgBhFGKcaSgLCAUYpaKBiihqBTWPNADMU5RmkpyjFSAAUYo3e1G72p3AQ0opjU9e9FwHGmig01e9IodnmgNmgAmpYId0gB6ngfWgBIkaR8AVfs1e3lDoMkdfeliMFsnOWbvx0q6L+A2+YYA8wHBkICgfTHNKSurGlKo6cuZD3eJbc3Vwdiucog5LH2FZNxPdXIyFEMZ6DvSSSz3MvnTvuY9BjAFPwxXnmpUVE1nOU3dlTaUIpQXR/MX8akkU55FRnimyUza026aOSKVGIKkEEdjX0D4f8AEMupaFY3EMwEyj9//vD+n/16+abeRkPyHj0r1H4Uav5hktWY73PGf9kE14maYb2kebsfU5HjI8ypy6nqU+oXbxtE7rsJ3AL60VjvcSdcUV88qSPsNEfO3SmFuelS5wwOKj6sWPU196fkginPapU60yJcsBVyGEFgKTdhpBCpkwoGT0FdLa6aLS3TLbpJBl+On09qZa2S2Loz4acL82Oi/wCyPp3rQSWa6lXzpGchQik9gBwK5qs09j08HQvvuEEjxwmEMfLYhivYkdKdESrh16ilNtICcYIpfKZTzWHMmdTozjLVFma4luH3ytuIGBTCARyAR70iDFSquSKTlYqzk7MqXWm2V1EYprZNp/ujBrhNbsH0+/kj8txET+7Y9CPrXpJXA561H5auCrIrA9iMiiFZxeoTwcaistGeXB9pzipI5Jbm4VApPYAetenR2FuYvLNugT024FLa6bp1nMJoLaOOQdCBWksTGSsjKGVzT1loHh7QLaLSlju4UeaT5pQw6H0FbsNnHaxLFBGI41GFUdqzYL+YzlFiVlHLMew9a3I5FljDLmvJqzm5an0+GoU1BKKIkX2p6jAyKe0biIyY+WoM568VlubtqOjLqMQOtcL8QYLVYpL68kaSRyIoIz0Xjr+ZNdgzkJXnfiW4fVdcnKFmgs0IUAZBPc/yrswVN+0TR5mc1ksPY5BxIfeiKa6j+4dp9quuvBxUQi9a+gSsfBDG8yY7riRn9s8Vo2Ihji+VVbI70JpxW3EzsZAf4YucfWoJdoxshMX9aAIr3JfmqcnFWJCTyTUUnzY9qAI2O7FMxT8UYzxmlcBgoNLig8UwI6KdRQAgoNAoNAxuabS5pdvvSEKox3pGIxxSM1Ioz3pAJRipMCjApjuN606minUrj3EApQKAKcBQFridKVJHTJU4YnrSMKdEm+QIDyaAQ6OVg252LZ6571aiaNzjgZpn2fb94U3oxAGKTdikXI7Zml2AVoLFEke11GapWcpWVMkluhzV28bDbh0IqJM1Rk3A/ekdqgdc1duYZCQwXqM1XZSOtJO5ViFPlrsPhfciPxGi8fPx9MgiuSZOKueH719N1SK5RiHVgQaxxMOem4nXgKnsK8ZHv9zGwcBBljyB6iikjm+3aZBqlszvHKgYbu3tRXyPOqfus/TNJpST3PnkrTcV7Gf2evHOP+PzRP8AwIk/+N01f2d/HOf+P3RP/AiT/wCN19Q80wi+2j8v+p1n9k8jghZ3AUqPXJ6Cug0rTzCouJQd5GY+fu+/1r0fT/2evGMc264u9FdQOFE78/8AjlS+Kvhj4g8OaNJquoT6e1vEyqwilZm+ZgOAVHrUSzLDTajGabZvSwc07tHAFWzk5JqS3YpKrZ71aaBR0FWNPszPdRxRRNJI5wqKMkn0ApzqJLU9GlTakieBlaTa4ypGaLny2fKcV3elfCbxReRiab7JYg9FmkO//vkA4q5cfBPxAQXi1nT2fspV1H54rynmGHg7OZ6VRprY81jRe4zVmGLkNjit7V/A/iLQyRqNn+76CaMhoyfr2/HFZT27wSGMurN/snIrrjWhVj7juTCnHexWuIivzHvVcCtKwsrjUtTttPhZBNcSCOPeSBk9M126/CDxMPvTaWf+27f/ABNYVsTTpO02PlXNdHARMSoXGae1s8nbFejWnwo8QxNkyaaf+2zf/E1Hq/w+1rS9On1C8eyMMK7m8uVicZ91FczzCk3aMjshCD3Zxem2ZVgAMetXlRkBcAEDrW74Jsm1HUG0xEhd5EZlLkgDA7kA03xLpkukag2m3RiWXaGJjJKnP1ArJ17zs9z0IRpx9zqZc7QtEEWXII546H0qCO0Azl1b3XpVuO2Kozsyqq4JJ9K4iTxeG8QOtkrNCPkjXqJPUY9SeldFGDnexzYuvSopOZseIHlw1haS+XIyFpJMZ2L0/U15vIILe3kihuZGbgSP0BI6gf55r2LxV8MPGkmlXerwXFhDELJppYnmdZQoXcVI2YzjjGetfPtxIzbdoVcDBwOp9a9bLZwnF8jvY+TzqveaVtDXintoHEmftHZQ3YVfsbq0uC8d1FEsBy2Cen0rc8A/B7xV4y8Pprek3GmJbtI0eJ5nVgynB4Cmt8fs7/EHP/H7oR+lzJ/8brpnmGFpycZVFdHjLCV5K8YnBapc2pn/AOJd5qw7BkSYznvyOCKzJpmb7xzXqa/s7+Pe91of/gTJ/wDG64j4k+BtZ8CajbWGszWcktxEZUNtIzKADjncoqqWPw9eXLTmmyZ4arTV5xsczI/tUXY1e8LaRdeIvEVlodlJClzeSeXE0zFUB9zg4r1T/hnXx5g/6Vof/gRJ/wDG6dbF0aLtUkkKnh6tVXgrnjTnFMBr2V/2c/Hh/wCXvQx/28Sf/G6wvG3wW8WeEvDdzr2p3WlPa2+3esMzs5yQOAUA7+tZxzHCykoqauzR4OuldxPOaRqaDWz4P8P3/irxHaaDphhW6uiQhmYhBgEnJAJ7eldcpxgrydkc8YuTsjGxTHOa9nP7OPjsf8v+g/8AgTJ/8bpo/Zy8d/8AP9oH/gTJ/wDG64nmuD/5+I6fqNf+U8aXvT69B+IPwg8UeCNCXWdXudLltjMsOLaZ2YM2ccFAMcetef4rqpVqdWPNB3RnKjODtNWG4puT6V6L4h+EXifQ/BY8V3lxpjWJijl2RSuZNr4xxtAz83PNeeYpUq8KqvB3FOlKDtJCGgUuKMVqZ2I8UoFLijFFwsLiilxUtpbXF3cJbWsEk88jBUjjUszE9gByTSbSV2VEiFWZVTYjR9xgj3r1Lw3+z9451SBZ737FpKt0S4kJkx6lVBx9Cc1vz/s2eJUt/wBzr2lyuOgKSKPzwa8+ebYSLs5o7I4Ks1dRPB3OKW2+WYN6V1fjz4d+LPBjFtb0xltt21bqE+ZC3/Ah0+hxXJKea7aVWFWPNB3RyVISg7SVjRaUMPrVdhk5q94Z0m61/XbLRrJo1ubyURRmRiFyfUgGvUv+Gd/HP8N7oR/7eZP/AI3WFbGUaLSqStc1pYepVV4K55LEc4fOCODWrGhuYxtPK9a9Ek/Z78fRoSkmjzN/dS6YE/8AfSAVxXiPwx4m8IymLXNKubRW+7Lt3RsfQMOCfxqaeMw9Z8sJps1eHq01eUTKuWES+WTlqpNg05n3sSx5NP0+1kvr+3soSPMuJkhTdnG5iAP51tewr30IGFM2r5isw3AdV7GvYj+z144Ix9s0T/wIf/4imp+zv45yS17oYX1Fy5/9krheY4b+dHVTwtV/ZOl+GEkFx4Oaw84PHAwkhkbqY3H8wQRRU3hPwrq/gi6udM1CW2lVo1lQxksFz1XnHGQeKK+UxU4e1bi7o/QMuTVCPMaH7S/jLxL4V1fRovD+qSWMdxBK0oVFO4hgB1B9a8tsfit8Rp22/wDCSzn/ALZR8f8Ajtd3+1pAZ/EHh5RwPs83P/A1ryqEQQxhEb6nHWvfyrDUJYODlBNs+ExM5rEStJpI7OP4m+OQc/2/P0/55x//ABNezfFuWS4+D/nzNueSO2dj6sSpNfNKzRDvX0h8VZlj+CqO/C+Takn6lK5Mxw8KdejyK2p14erzxlqeDFd1e7fCbwtYeHvDn/CT6usYu5o/NEkg5gixxj/aI5J9wPWvB9Fkg1PW7DTlOVubhImI6gMQP619A/HTVINI8Dx2pZYo7q4SHAHG1QWx/wCOilmrnJwoRdubc68PUjJXZx3in4l6zqV06aXKbCzHCbQPMYepPb6Cuft/FniqCZZYvEF8zDtI+9fyNc02racOFmB/CpoNVs14jyxb3rangoQVlA7lOj3PcPh54xbxOkmia/BB9oePCsB8k4/iG3oDjnj+lcD8QvC48OeInSHJtJx5kGew7r+H+FYnh/XjYa3ZXkSgCKZWY5zgZ5/TNeq/tAxN/wAInbXsfDwXIUt/ssMY/EgflXn+zeExUYx0Uhc9O909DzTwYn/FbaO3/T5H/OvUPjLr+r6EmnPpV4bZpjJ5hCq24ADHUe5ryLwHqEjeNNEjaMEtexjP/Aq9I/aEvWso9GZVQ72kHzDPZaeLouWMhGSvdCVele6OTh8eeLz/AMxl/wDv0n+FF54s8R6haSWl1qjSQSjDp5ajIz7CuBu9RaSUyBypPaozqdyIfLExPvXof2bDsOOMpdj1f4Tv/wAV3B8pH7qTr9KufFh0Xxq4fqLdCP1rkPgPczzfEu0WSV2UwS8E/wCzWl8brwwfERoyf+XWI8nr1rz50JLG8nkawxkZ1PaWscl441mSHTksLYlri9G1QvUJ0NdF8Avh2l1q6eJNSUNa2LHyVK8SzZyCPZfyz9KydA0GfxRrkFhbLskJ3NMBzFGPvH8v5ivTPjD4gt/B/g+HwtoLeVeXUBT5ThoYOjyZH8R6Z9ya6atSemHo/FLf0OHHuLm6s9jptX12x8QeAfFVxprebBbQXlr5gPEjJCdxHtkkfhXw4yk9sV9afDCNYv2edUSLIT7Le7cjGRtYZ/Svk5/fBrsyKmqM60F0Z89mlR1FCT7H1n+zGzxfBVZEOGW4uCPqDmvAv+FxfEv/AKGif/vzH/hXv37MoZ/gmERdzGe5wB1Jr5w/4V1432A/8Itq249R9lbiscFDDyxVf21t+ppifa+xp+zvsaI+MXxL/wChpn/78x/4VzfjDxT4g8WXUN1r+pSXs0MflxsyqNq5zjgDuTTdX8OeIdIi8zUdC1K0TOC01s6qPxIxWTu4r3qWHwyfNTS+VjzJ1KrVpNnXfA8f8Xd8Nf8AX4P5GvdP2ofGnibwneaIvh/VJLFbiOZpgqK28gpjqD0yfzrw34Hc/F/w1x/y+D+Rr2j9q/w3r+v3uhHRtIu79Yo5xIYIy2wkpjP1xXjY5QeY0lU2t1PRwnMsJPk3ueQf8Ll+JeOPFM4/7Yx/4VQ8Q/Enxv4h0mXSda12a7spSpeIoqhsHI5Az1xUS/Dfx6P+ZR1g/wDbsao674V8S6DaJda1oV/p8Dv5ayTwlAzYJwM98A/lXp06eEU1yKN/kck5YhRabZi161+ylZtc/FiO4A/487KaYH3ICD/0OvJhX0B+xnZLJrPiLUjg+TbxQqf98sf/AGSpzap7PCTfkVgKalXjcX4//EvxboHxHudJ0LV5LO1ghiBREUgsVDE8g+orz+L4xfEczJ/xU1xyQP8AVR9z/u1U+Nt6uofFTxDcIcqt40Q/4B8n/stcfAP3yc/xr/MVzYXBUI4WPNBXt2Nqtep7V+87XPq/9rM7/hVG2MZvYj+jV8l4zX1t+1aM/CaLj/l8h/k1fKEcW7d2wM1lkcrYV+rNMwjeuj6y+MPH7Ng4/wCXGx/9p18kFcV9i/EbTr3U/gJDp+n20t1cvY2eyOJCzNjZnAH0r5lPw+8cf9CnrH/gM1Y5JWpwpz5pL4ma5hRcpRsuhyWKMVq6xoGuaR/yE9Hv7MHgNPAyAn6kYNZNfQKpGesWeROLi7NBijFLSVpcmwYr6q+AvgvSvBPgUeN9fWNbya2+0vJIv/HtBjIVfcjBPfnHbn5o8J2C6r4r0jS3Hy3l9DAT7NIqn+dfT37WOpSab8MoNMtG8tb66SIoOnlopbH5qv5V4Wb1JVJ08NB/E9fQ9LAwSjKs9bHlPxA+O3izWtQlj0G5bR9MBIiWMDzWXJALMe5HYcfWuVsvih8QbSdZovFmpsw7SS71P1DAiuPVaeq16FPL8NTioxgjlqYmrN35j6r+C3xPh+I9tceFfFlnayX7RHjZmO5jHX5TwGHXH1PGK8K+Nvgb/hBvGklpbb2027XzrN26hehQnuVOR9MHvWP4C1SXQ/Gmj6pDIUNvdoWx3UnDD8QSK+g/2wtNjn8C6XqqriSzvVTP+zIpz+qrXmOCy/HRjDSE+nmdkm8Rhm5bxPCvg1/yVPw5/wBf8f8AOvef2pPF/iLwt/wj/wDYGqTWP2oXAm8sL8+3y9ucg9Mn868F+DIx8U/Df/YQi/nXrn7Z/wDzK3/b1/7TpY2MZ5nSUldWDCycMJNruedad8aviPZ3Cyt4ga6UdY7iCN1P6ZH4EV9DfDrxNpfxh8BX1prVhEsiH7PeQK2QpIyroTyM9vQg18aMcV9O/sfaJfWfhvWNYuYmigv5o1twwwXCA5Ye2Wx+Bqc7wtClQ9rTXLJNWsGX1pyqcsndM+ffE2lzaF4i1HRpyWeyuHh3EY3bTjOPpitb4R2b6n8T/DtoF3L/AGhFKw9kO8/opqv8TNUh1jx/ruo2zh4Jr+UxsO4zgH8gK739k7R21D4izaoQPL020Zsns7nYP03V6OJqung3Unvy/oYUoc+ISjtc9B/aa8f+IfCN5oVp4c1L7JJcRzSXH7tX3DKBPvA4/jrnfgD8SPGXif4i2+la3rDXdo0ErmMwooyF46AGuP8A2pNYXUfivc2sbZj0+CO3/wCBY3N+rY/CnfssH/i7dqf+nWb/ANANeT9Upwy1ylFc1tztliHLGWT0uezfF3X9O0fxLHFfyNGstqh3AZ2jc/OKK89/ahBPxHtwGIxpkX/oclFTgMspToRlLqe282q0nyR6G5+1M2NW0I9zby/+hLXjaDdzXs/7UqL/AGroWRn/AEeX/wBCWvHYEGwknGOlehk7vgoHgY3+O0QuPavpP4yf8kL/AO2Fn/6ElfOEmK+j/jJ/yQv/ALYWf/oSVzZor16H+I1wi5adT0PnzwHKsPjXRXf7ov4ST/wMV7j+1bEx8H6VOBlU1DafqY2x/KvnmMNHIsiMVdSGVh2Ir6m8RW0HxL+ECy2TBrqeFZ4geizr1Q+hzkfjmlmj9liqNZ7bMMI705wPleI7qvWh2MGqtJBJbzyQzRvHJG5VkcYII65FO81gPl4r2dJao5oVOXc6LTPLNzCsZYtK4XBPcnivev2gJo7T4bssjdbiJFPqRk/0rx74IeH7nxF40tbooRp+nSCe4lYfKGHKL9Sw/IGuq/ai8QRT3mneGoHBa3/0q5HXBIwi/XG4n6ivCxcVVzCnTi9Y6s9GnW/cuT6nD/Dq68zx9oQzn/Tov/QhXpv7T77INC/3pT+iV5L8MefiFoI9b6L/ANCFeq/tTf6jQP8Afl/klXil/wAKNL0ZNOT9hJs8VLmnKwxUS9asxxrt3V7LdjKEnI9A/Z/jz8R7STP/ACwm4/4DTv2glZ/iTKiDLfY4cD8DTPgEf+Lk2iDvBN/6DXobeBxrnxyvPFV/CxsNPit47ZScCaYIDn6Ln88V87iK8aGNlUl0idqT5Ul3LPhCzsfhz4Cm8Q64gguWhEkwJ5X+5ED0z/X6V8weLvGWo+I9dutXvyizXL5KjkKvZR7AYFdp+0z49PiTxD/wj+lzk6Vp0mwurZE03dvoBwPxPevJHh6V6eVYRxi69Re9L8EeRmOL9rL2cXoj6t+EUgu/2cb2SRdu61vgSvQff7fhXyxeQtbbdiqYz0IHFfUnwXJj/ZuupAMstrfkf+RK+aYZY2ZQ6bbZjlgDxG3fHtSyn+NX/wAROPj+7p+h9QfsvzNF8F45sAmO5uGGPqK86H7S+vc/8UzpX/fx/wDGvSf2e7ZLX4OywRENGLi5KsDk49DXx6Aa5cFgqGKxNd1Y3szXE4ipRpU+R20Pp/wV+0PpOtanBpXiPRv7OS6YRefHIJIVJOPnBAOPfnFc9+1D8ONN0a0h8XaFbJaxSTCG9gjAVNzAlXUDgZwQR06e9eDWNrPeXsFnbRtLPPIscaKOWJOBX1x+0w8dn8Epbe4OJXltoR/tPkE/opP4VVehHBYuksPpzaNBTqPE4eXtNWup87/Ar/krvhr/AK/B/I19HfHX4nah8O5tKSx0u0vvtqylzO7DaVKgYx9TXzj8Cv8Akrvhr/r8H8jXp/7Z/wDx9+G/9y4/9CSrx1GnWzKlCorq3+YsLOUMLOUd7lE/tNeIl/5lrSv+/kn+Ncf8Vfi7qvxB0O20m+0qyso7e5FwHgZixIVlwc9vmNebsKK9OllmFpTU4Qs0cU8ZXmnGUrocDX1N+yJaLZ/D7VdUddq3F6fm9VSMf1J/OvlgV9daFGngn9mMyyKI520qWZc9pJ87OP8AgY/L2rhzyXNRjS/maOvLV77k+iPlfW7l7/Wr6+kYs9xcySnPqzE/1qC3XMyf74/nTQKtWseJkz/fFei9KduyMFFznc+p/wBqvn4UwL/evYR+jV4L4R8ONqEUVxNAyIuASTjfivoH9puJZvhraK3/AD/Q/wAmridLsILWwhgjX5VWvmMHXdLCWXdn1OFwSxFZyl0R6v4y8TXPg/4WReILW1juZba2gAjkyFO7avb6140v7SWvnr4b04/9tpB/WvTPjqv/ABYe49obUf8Ajy18igZPNPJ8HRxFKUqkbu552Nq1KdRRiz6b8F/HbRfEl7DoniPRfsf2wiIOZBLC7HPysCOB09fwriP2lfhtp/hu4tvEOhRfZtPu5TFNbj7sL4yCo7KQDx0BHvXlei6dPqer2en2MLSXFxKqIqjOTkf/AK6+nv2pJo4fhalrI2ZZbqJEPqRnn8s10SpxwWLpqlopboxs69GXtFqtmfJDDpUdWHX2pm32r6ZSPG5Tf+GEqwfEbw3K/wB1dVtifYeYK9+/bHhZvCWiyr91L1gfxT/61fMts8kFxFPGxV43V1I6gggivsPxhZ2/xW+DAuNOAkupoEuoAT0nQHdHj1PzL+NeBmbVLF0a8tloelglejUh3PjkDBqRelPuYJra4kt7iJoponKOjDDKQcEEUwV73NfVHn8pd0S2lu9Xs4YRl2nQAeuWFfUP7WLrH8JhGx+Z9QgVfcgOf6V5H+zb4Wu9d8fW2omMrp2nHzp5WHylh91AfUnBx6A10f7X3iaG61LTfC1s4ZrTNzckdnYYUH3xk89mFeDipPE5jShH7OrPSgvZYWTl10PMPgxz8U/Df/YQi/nX1X8XNM+HeonTx49vba22eZ9j866MW7OzfjHX+CvlT4McfFPw3/2EIv5163+2nz/wivt9p/8AaVTmNJ1cwpRUmtN18xYWfs8NJ2vqa8Nr+zpoe26W50i5kT7oM0t0T/wEZz+Vcz8Vvjzb3mkzeHvA9vJb28kfkyXjr5ZVMYKxIPu56ZP5d68BIyBjr3NNANd9LJqSkpVZOVu7OWWPna0Ul6EyHjgV9VfsyaZF4Y+FeoeKNRHlC+Z7pievkRBgD+Yc/jXzR4O0K88TeJLHQbEZmvJRHnGQq/xMfYDJr6W/aR1y18I/C6y8H6cfKa+VbZEU8pAgG4/ido9+awzibrOnhYfaevoaYC0VKs+h8x69qU+ta9f6vcndNeXEk7H/AHmJx+Ga9K/ZbGPi3Z/9es//AKAa8qXgV6j+y8274v2S+trP/wCgGurMYKGDml0X6GOFfNXizd/asuTD8TrQjodLiP8A5EloqD9riPPxLs/nVf8AiUxcMcH/AFktFZ5bG+FpvyN8VVlGrJHQ/tLa5pWrarox0jU7K/WKCQSNbzrIFJYYztJx0ryRZHJ61LHCG+8KlMaKOBXThcOsPRVJO9jKrVdWfOyB+eQOa9/+K/iLw/e/Bz+zrPW9OuLvybQGCK5RnGGTd8oOeK8EI9KQpmssVhI1pwm38LuaUcQ6SkktxqqK7j4V/EO+8FXjwyRPd6XM26aBWwykDG9ffHbvXFIvtUqpnjpW1ehCvBwmroVKc4O8T6Hvx8JPiIPtkt/ZRX7LjcJ/s8/H95Tw3bnn61QX4V/C2zP2i914NEgyRLqUaqfqRj+deBy2qMcnGfpSJZp3Oce1eT/ZdSOkKrSOt1ub4oI978RfE/wd4P0VtG8DRQXNwvyx+Sp8mJu7sx++fz+teCXt1dalqFxqWozNPd3LmSWR+rMe9TH7DbrmTDsP4Vqs95E3EUSA9+K7MHgaeFu1q3u2RUqOVuZm78PZIbTx1ol3czJBBFexNJJIwVVXcCSSenSvSv2jNV0fWl0OPSdWsb9o2lLi1nSUrkLjO0nGcH8q8ZimcnkDFadofalVwiniI177GlKfuOHcbFYSkZLKD6GrDwxooU8nuaSYsBuVsVX3MTySa6LNmt4rY7v4MXemaX47t7zULu3s4lhlHnTyhEBKnueK7b43/FbSdM8KyWHhnWbO+1G+zE0lrcJJ5EePmJKk4JBwPx9K8HvZFaFlY4wCf0rjL0+W4X1Ga45ZVSxGIVab26GOJxsqcOWK3JLkxCRVjHbcfqaUMCBVPdznFO3cV7ex4aPpf4V+JvDdl8ALrSbvX9Kt75rW9Vbea8RJCW37RtJzznj1r5wgbaGU8qw5FRKw4p27FcOGwcaE5yj9p3OmriXWUU1sfUP7PXibwvp3wsi07V/EekWM5lmDQ3F5HG+0nglSc81TX4f/AABP/Mx6b/4PU/8Aiq+aGOahY+1ccsoaqSqRqNc3Y3+v2ioygnY+rtLu/gR8P/8AiYaZe6VLfIp2SRTtdyj/AHeSFJzjIxXi3xy+JkvxA1GG2tYHtNJs2PkxSHLyMeruOx9B2/GvOGbNOSQfxLk+tb4bK4UqntZycpd2Z1cZOpHkSSXkdT8G7y0074peHry+uIra2juw0k0rhEQYPJY8Cvp3x0vwf8aS2z6/4q0OY2m9Ydurxx4DEZ6Nz90V8cSMOwqPFPGZasTVVVScWuw6GK9lBwcbn1KPAX7Pef8AkYNH/wDB8v8A8VXK/Fjwn8HdL8EXt74V1awuNWjKeTHDqwmZhuG75QxzxmvBVX2p2KypZZUhNS9tJ26GksXBxaVNI+hPhj8L/hzq3h7R/EGp62onMSzXlo17GIwwJyrDG4e4zUf7SnxF0nWLCHwh4cu47q3ilWS8nhYNEdudsakdeuT9BXgcS1atl2tuxR9Qft1VqTbtsuxpGunT5YKwQoAckZq5bRMXWTGEVxubsKdY2c17dCG2iZ3YgYHatzUNOlsYrm0KYGFO/t8gGf1OK3qVI/AbUsPK3Mj3346a9oGu+Bbey0jXNMv5xeRsY7a6SRgAGGcA9OawYI9sSKeqqBXnnwu09Z7q580YYQ4U+mTzXpwjyMV81OlHDr2UXdH12XQfs3N9TvNfu/A2reEI9C8Ra9psMEkMYdGvkiYldp4Oc9RXD/8ACBfAj/oP6d/4OU/xrn/GGl21/pTJcR7iv3G7qT3FeP3Vk9rdSwNnKMV6VphMHeNoVGjzsbh3Tn70brufSNhrPwb+HqPf6TNZy3AQgPas1zM3sGJIHXsRXiXxa8fXfjzWkl8v7Np9oClpBnJHP32I43HA+nH48q0TDk1EsTtIqIMljgCvTw2Bp0pe0bbl3Z5GIm37i0Rpp4fk/sB9T2MXZThQucLgc5/GubKkV6xocEl54GniA2ERyJk+oH/6681uo0inmj25ORtb0rrw9fncl2DHYONOMZR6opBAa9E+C/xQvvAN4bSeJrzRZ33SwA/PEe7p7+o7159jApma1r0adeDhUV0zzYTdOV0fVt/Z/B74nTrqMtxZpfyclxN9muG/3lJG70zg/WoB8G/hfbTfaLrVpXjH8MuoKin6kYNeEfD+we7vF2Jny3DH8Aa9BvtNP9tWaIBGzQSTyBR1woCn+VfPVcPOjU9nCq0j6KjhVVpKo4nZeJviv4K8E6M+geDbWCeaFcBYI8Qxn+8WPLn8+nWvmvV9Vl1fWb3VNRVrie6cuzMxXDHvVqHTJdR1z7BE+ZHbaGxncScVkanC9tPJbsfmRyp/A17GAwdGi/dd5PqzyMZKo42tobfwpvLSx+JugXN7cRWttFfI8k0rhERQepYnAr079rnxBoWtnw3/AGJrOn6kYBcGX7LcJLsz5eN20nGecfQ14Mw5oArrqYNTrxrN6xPOjiZRpunbcUGlP0p/LnJxn2GKNuK63I51E+ufgh4Q8HeGvB2leN2iitL6fTFNzd3NxiNQ+Mn5jhcnHPvjvUnjKx+DXi7VRqeveJ9GublYxEpXW1RVUdgFYD1qhqp/4xLX/sCQ/wDoQr5P618rhMBLF1alV1Gmm0rdj262JVCEYKKs0fUjeB/2fs/8hrRv/B//APZ1seDtI+CXhTXI9Y0TxBokF4iMgdtcRxhhg8M9fIWKYynPWvQlk05xcZVpNM5f7QjFpqmj7a13wX8PPiZeLrk8tvrDwoLbz7K+JRQCW2nYcZ+bPrzRXJfsbj/i3Op/9hVv/RMVFfNV69fCVZUadR2jsepTjCvFVGtzxh4wWyq9aTZnqKukp2AqFyB0ANfcnipK+pEIFYcDmlS0bI4qQXUce0GNt/fjipv7QQDhSPqM1ErnTBQ6iR2DkfKhP0oksXVc7Sv1qVLuRoywJ2+g4qKa7kZNpyKi0jo5qSWxUljmQkqFx6mqM5kZzuZlHtVi6ZihG41QlbA6k1pFM5KstboURRORvlc/jVyJLaNQNsZ/U1ltyc0g475qkjJVLdDUnmRmAVVAUY4GM0xLp0OF6VR34NOV89afIV7dl2W6djktikiuTu5bNUZX7VGXPap5QVZ9TQm+c7j0rnddiUSCSPkZwa02nfbtzVa5QSRMp71UPdIrS50YY6U5WpJUMb7TTa2Sucj0JWbnilDcVFmlB4J9KGgHkmmNuNJupc54pAMJ7UgqV1jxkKVbHPOc+9IIJinmbPk7HPWqWorMYTmpY2xztGfWogDUqA5wRx3oKQnU5pQD1x0qZUQc4qXhk27Ris5SLUbi29rM9s9wI28tMbiBwM9M1LCuRgfe7D1rsPBtlLdaK9uYla3aSN5Gb0UnjH41nXliV8SS2kagEyYXA4xXE8QrtHsLBOMItdTtvh9psdjoKXEqKtzeE5yew6D+ZqbxDbwtoF+8sLeZ5kgV1HOcjj9K0vDgddFsTcxLvVCwDdQSSSa0rXyp7aVGUOj7gwPvXiTqP2jkz6ulho+xUPI5r4VQEG6mZsBVVF4+93zXdha5zwT5dtpz2+OfPfn8q27qSQJt27c9wcg1y4iXNO514WPJTURb2PzYzEOCykAnpyMV5Pq+m3cuqXKsMyRk7xjpXq0E6mDa7Ag1x9pALjXtWlxlVEmPTPNa4afI2Z4yn7RJM88kTsafpbSW2r20sSK7rICoPTNS3ULrzjpVvwtBHP4gs0lXI35/Q17PPaLZ86qF6yTPTtMtY7bSRZlBhwTJ/tFuTXjnjRbRfEl0tk5eMNgk/wB7vXuLqILB2By0MZZT9OleAaqHN7IWfc245OOtceWe9Ukzuzu0YQikUpQV4IwfSpLWAtiRh8tKqF8BuTV+2jdwsaqOeMV6spcqufO06CnM9J+FOliWwExKqH3YJ74NdV4og+yW9zqsNz5mLExBR0+vtT9Bhg03S7CJV2jygG9iQOazPiZPPB4YJh/1b/IzZ7GvmZVHVxF2fbKiqOF06HH/AAs0ea51o6q4KxoWPmEcEjt+tc18UbCKz8VXPlf8tWMhGMYJAr174fBV8Haey+X8yMTt9dx615p8ZIZP+EkaUjAVFH+fyr0cJiJSxbR4eOwyWBuvU87lHNR4qxKKixX0KZ8e0OjpzdKYtPFDGjqJPiJ4uk8I/wDCKPqhbSPJEP2fykxsGOM4z2HeuTFaerppq2NpJYvcNMV/frLj5T7Y7VmVFOEIq8Fa5rWi4y5W7jlHNIU56U5BmpQo9K1vYwsdJ4P+IHi7wjp81joGrNaW80xmdfKRsuQBnJHoBRXNFPaiuSeFoVHzTgm/Q2hWqQVkzsGuJ/7tFu1w0g3natJayJNGGU1KTjvXTZE3ZLIhxnJb8aQEd6jWRgevFJvHNTKJXMWoZ4wdpOKbcsuMqc1RfJOVxTVd+5pcpXO0PuJMoapbsj5qmkfNVpGBPSmkQ5tjwkbAMXNI4j7GonK9qYCc8U7ApE2U7k0hdfWiGF5PanmILyxFFwbIic9KCGxyKcCoNOZ9w4IFSCZAaaVY1KV55IpdntSHZsyNThZWEmPlPFUq3NU/48ivoc1iMK0izKe4lHbFNNTTRLHJsSVZRtByvrVkEYpTwaBQaAAkkmgM/TdxS4oxSbGncBUi59aiqROopWGiQHmposnpVdRmrVuyqwDdKymb0rX1PYvCkcR8PwMTtaRFBPXoKxbGza58WXd6jqFixhT1bjt+VYnh/WpkeKAy+XESEb0Vc/pXZabJaz3LPCVbcN8bKcgg14ValOlJyXU+2oVqdeMF2NQSlcgDLHtT9HntzHIw+WQt8w/lVDUEKnzB1xxVOK+nhfKn5R2rkjTuejOXK7GppkpsVkWQH5p2Y467TiuhvNT2WYhkjUiMkbgfmZa483j3DguoGDnjv7Ukt7IHcEZDHJpOjd3CNVJWNhLmOSaXqsarx7CoLmGKC2vXgI/0mIs5HrisV5BIRitBLlzZNbsgGVK7h1xRyW2Hz85y+u2kdtKiR/daFH+hKgmp/BVmrauk7sqrEcnJ9jVjVYPMjS4AwyosZ9wBipPC3yzSIB8zEYFdU6zVOx5ypfvlc7jzEmRlU7kIx9RXiniKw+x6rJGWYk/Nk16rwsbNDKCN+3I71wnjy3BvxcRcrgIw9DWeAbU9DTNaXtaSfY5iOPJwK634b2EV14iRLlNyohkUe4HFYdraSizW7K4iZ9oPqa7H4eMI/EBcoeUMYI7Eiu7F1P3UrHmYHD2rR5j0K7fcyhF3Y6mql0tpqFndaZcgFXThD2PrWosXlRAE5P0rJ1cxWiGcKplbhcjqa+cpO8vM+umk42exk+HLabw5dTWN9csbOUg2zyNwvXcP61y/xfa21FIrizYPIrbSR0YdjVvU9alvVAe0c9AMH7v04rL1KN7u0ZS+CORxXrYWDjVU3ueHjUpUHThsebOuaj21o6hbeRcPGsiybepXpzVArg19FFnwlSNnYavFOUc5NIBUsaE9BmqJSGlcj2qPZVkoV+8MUzCngc00DQ0oyFcqRkZGfSpEG409vOm25DttG0ewqRIiuNy0mxpLqM8viirSusYzsBPvRUHQoRNyC3eNcZj/AAOKWRCOsqj6VQaf/nnKZEPcrg/lTopYyfnrWxzk0jYB/eAfWhX+XCsrn0U81XvTE0ZZBk1RjM6nMPDetFx2NJ2kB5Vl+opvme1RwX2prIGe4LD0fDD8q0kvN7mNktyD1kRSD+R4qXOxahcz2Yk4xyaiYENtI5rTuri1idXXeJU5XgfnxVSS4FwS0q7mP8SrzRzlOl2K2AD83FSK8SN8qAkUT208aLI6kowyrYquOehAqlJMynB03Zlia6djgAKPaoWcnqSaSildEiKGZsAVYS2k272OBUKuFOanjndvlAyKhuxpGLZIqqByoP1qQSfJt2L9cU0o2wMRwRT4Ld5mwmPxNQ5JG8aUuiM/xD5aQRRIVLSKWODyuDjn8qwCK2vE1q9tdR7yDuXjHtWOela05JrQ5a0XGVmRmgZHTg049aQVqYCYNGKfijFDCwgpQKQVIoFTuVYYBT1HFJkDtTgc0MaQAHPWpYxyKZngmnIeRWcjWG5ajkZB8pxmuu8CSsmowRSySOpjJXjO3nmuSsolmlCPIsSnqzdBXqfh+xtLARStJGPLjKZJ+Yk4JJrz8ZOysfQZTRnOpz9Ead0zGMts3AAnHc1Qk2mMEREbhk57e1aF5c28dvkS7sf3T1rEu9QDRlI8815dO8tbH01WUUtRJZCkhAGKbJLuFQwsrsFf73etGK1hUB3YH6Vq/dOeKc9ivb5yCELfSr8M24mEBVPq1MV1RiAoUdsVEyl5/lH3qwmzrpw6E1zZeYmNwOPSneGrZ4LySSWPI2fL2Oe/9K09Ps5DFiRVB92q1aW6JM8aso4yWbqTWMptqx0xw6bTKOqxLFp7mzjVAmXyp7+lcRNi+dZJGJZjgmu41KTZC8QAwxOfeuMmtXMLfZ+GViDjoDW+HaivM5sZTV9i1PFbW3h6S2DNKDL8oOBgitHRRb6Tp5v5ZRtDqfl5IIGcVz9qD9lWO5cfK+MA57in3zxTIVYL94kbjx+VdKo+0VrnDOuovnjGx0mufENEIOnqGLDOXbGKiGoPqMI8yTeJRuJRuMV59dP83ltiY9lUZNZ6ajcWbSJavNAGGCN2B+Arop5dTS91Hlf27OnNupqj0O9vrW1h2y4j2/dO4Zb8PWslPEVjqB8jzvLcj5fM4zXKq81zj7Q00v8AvHbUpsojjKEfjmuiGCUdbnHUzmcn7isi9f6Mxld4JY2Enp1FZx0YqcTyFT6LWhArIF3SM23PIJBP1qJ15J/qa6oQtoeXWmm72BdMs0ClQW/3qXUIoLeJcKokI4xVdiwbhm/Oo5ZYQR5oLH1JzWyRzuY0WkTMTPcIwK5Coec1H5SIcxqufVqkWWAfcTn1qPbEX3MxJ96drE3uP/fuOGQeuDQEf+PBpHeNFytR+fnocVNrlXLAjG0nHSiqolLNgybfxoosPnGCUg/LxipFnOPm61YNng9KDZMepFXYzUiuJdxActt7461ejuLYRBUDD3I5qu9ptXIYUwRsOtS0UptF6K+gSUKyB1+lNudTYsRFDGqduKreTu5A5qPynHUZqeS5p7eSVhXunlOWA/CpdO1W70+4M1swBKlSCMgj3FV2UDpUW0etNwVrMlVJRd0dJceKVv7KKyv7SDYn3TENhH5fQVmzmzZs28+f9luorLZfag1CoxhsaVMTOp8epsSWk0MaSOnysODRGI8YeqdvqU8aCNz5sY52seK0bYQXqboyEfuppSVhx5XsQb4UcgLuHcZxXS2GixzW0U6yIQ6hsVjyacqoTvUt2CmtTSkJjSCS5miRRgFD0rnrN20PRwsYqXvImn0mTfsjdeP4e1RQWUsMuWCge1aqSKsj2wSYCGMMs8jZ3jPrQ9tHHG+F+Zjlj6muJzl3PYhhoO0onN+KbTz7Euoy8ZGDXHla9JeIONrAEH1rjvENittdl4v9Wx/KuzDVOh4+Y4XXmRhsMUyp5RgVFXfc8MKkhZkYlQpyMcio60ri3t4tPtpUuPMmk3ebGAcR4PHPfNS5Fxg5JtdDOYYoBwKdIajxTWpIHml6UCnjmi47ipk44qaMfMDUcY4BqUGs2axLkL7ZUkCK2w5wRkH613+lzfbLOK5+ba/OCK86ikZR8vFdf4bvne0SyaL5CAysOq+ufWuDFx0ufRZTVtPl7mneXRhZ12F19BWR51y2cKV9zXRxpCrK4Usyjk4pLoxzLiSNh6EcYrjpzUVZI9ith5z1crGNZ3gVwJFw/wDeyABVibUIkuFC3BYk8lchB7+9Vr6a0jBjgh3epJzk02ORmiW3S1wSM5xTkr6swg5L3EzejvoXaMr820YLY4b3xWjaKskB8mXEuMb8Zx+FYOnQShQZpAR/dxWnZyrA+S20HtXHVV3ZHs0G2veNryztLjmTGc1XuL5rKMTXfEe4A4qWW+h+xDbLtPqBzXM6/rVpPeRQRSxsMbXV1J3e/tWcaMn0N6mJp0ldysa9zLvYsX3kkkkDjHYVzOoak1rcSzQyLLCGAII2kE+nHNUNW8TTQQHT7QARjjzFJDEVzc9xLKPmZtvbJ6CvUweD+1I+dzPOoJ2pas07zU3lmLiUxAn+91qje3vnlNgkyM7mY9aoxhVmATj3rQKZUZbP4V68KcYq1j5Wri6tTdlTYtw6q7SLj+62KnzGp/dBWY9iMk/jVm0jRWBKq31FX7cgMHXmqtbY57X3Mktd54gf8qjMt4rB5EZQK35XXaQWVfrVNr223FX8tlHpQ+Z9Adl1KJuZgm41BJfSDgq1F9Okrt+9fHRVVcACqLBv9o/WnFGUpk5unboP1qGSQuef503Yw6jFNA5rQz5ieNgBzkD2oAxyCSKYvAxU8JwMbSRSsPmIyWFGSanZNzZxSrAx6LRYOchVcfNlDjsaKvLbxAAsoJopD5iYXUDciVc9jmoZr4IcBw1YOcUbsmmkRzWNdrsOOWFNN0qjOc1mDceik/SpfInIyF/DvRYOYsyX7fw1H9ul78iljsLh1zt2/WiSxljXczp+dMLj1uo2X5sg09Lq2XhlP5ZqO1sTOM79v4ZzV2PSDsLM4YD0FSUmyFZbaU4R9p9DxStBIejRkezinfYbRDl2OR2zTZFslBGwg9iM0D1ZA6FGINJG7xsGRipHpSl4g+0OTj/ZxTCwJ4FJpDTsa9jfCVwsvD+vrW7aFFB80tH6YYHP61yp06/Fj9uFpKbc9JAOKW11B0URzAtH2x1FYyhGWiO6FSpSackei6ZeQJE0TK5QDKnAxViaRJPmT7tcfp9+yxiSzk/dg42n+orVhvVYFhlCeo7fhXDVw7UtD3KGYxcbMuzYB4rE8Q2qNZvIe3NQalrH2WYjeDk4wG5/KuZu9TuZJZPnCKxyADmtqNGSdzixeNptNEcwPpUO09+KiaaVj98/hSxyS9Sdw967kjwXNPYlA5608HAqEvk8DFKr47U7WEmOcZxSEU+OOadtsMTOe+B0FOC7WwRgii5dhqRM3SpvJKgZIpVbaPlqWNHcZBGT2NZyZcYtvQrsNtWbC0nvZjFbqpYLu+Zwox+NOe1lboMmnQWsscgaVGRfXFZOV1ob06bvqhLeBmfYeGPQetbejXktky28rLg5wAfmWsxoVk5EqhR1J7Vc0tZBcpBJEksbdGJ4rGslKGp6WGbhNNHZWdwhtyVDA+4xWPfX629wVh+TP3uSQTT7y5stOtgRcRgjpEmf05rkJ7u4mkLRowjHcnpXPQw3Mrs9TMMxcEknqdJHdItwss6q6nqAK29Gv4buzinjKeY64fHXgmvOHa5ZuXIz71o2M9vaoZPnaUdG34xWtXB80dDiwWcOFT3lodhrF3IX8my+aRfvN2FYU+p3Nq++W4tJ3AJJwSTj6VUm1nzbUwxsyeuzjNY74X7kec9SeaKGEUVqisdm7lO8GWrvxBqD3DMk74PVSeMfSqL6hctLvLD6U1gSfmUDNMZV7jNdsaMV0PBniqs5XlIsNctLDu4dvQioXNzIhcRP5a8EgcA+lLE20YWpMNjqa05bbGUqrluV0kZSNyMfwqzJdMrbVVgKURIVy7kE+lOQwbNjDPvmmRzkLXkm3AQnPualWe5KhmtIzn1yaIzbFiobbUM8hVyqSMQKCXNlnzrq6YCYIuwYXHHFK9o7c+efxFU/Nk/vU7zZP7xqiLlyK22Lhn3fWkkWTbiNV/GqyvMe5pz7yOSfzoHcZITnDHLd/SosVIEYnODUojXuKBECIz9KtQxFANxp8aDgAYpksiRtjOaAJibcdQQfrSC5VfumqjTRsxJFA8tj1I+lAFsXCk8mioorcyhgCFUDqaKAKi2EjHrVmHTPmDNinS6yHiCJaRxEd1P/ANamx3PmgYmdT6GkOSV7IvJbxJjgCpgIl6Fc1TMhYDLDgYpC2OlMVi07nPBqtOXPTFIrsT1qSJSThhxQNIrh7hD8iA1swTAKFBx74qo0P9081A4uIzwcipLRsAxEcojn1KjNV5oLeRstEOPSqcVy68PgVN5+fu0DuU9RhtI8sMg1VieM8BRS3TF7rLjIXtViEwgbvLUfUUAzVsPE9zb6SdKmhS5tsnhuuPSsWWNJ5DKq+Wp/gHIFZ883znyzgVC0sp/irOFGML8pvXxtWtFRk9Ea8JW1JaM7WIxmo7mcumBIwb1zxVBrmVohGW4HSkjkOcMa1tc5eZ9CTYzcO+4U5baPPc/WmM/pTTK/Y09hN9y21im0Hzo1zSxQQQkMzCQjtnIqtNeTzKiuVIRdq/KOBVZyfWkTY0Zoo5TuUBfpUZs5ScxgGqasw/jb8DU1rK/m4a4aMYz3NMcXdk6teWrZEZ9yDg083Jb5vKZm7l+TUAvroElZTjscCpY9RfaBKAx9aVinNrYnguSzBTbxj8K1tOuWSVMmNUXsApYfgf61hm/iPOMMOhxU9prcUClfs6vk5z3rGcG1odOGr8sryOmu57NMIVuDkZyzCrFreae0QjcoM9zxWGnii3fTzatYxrJv3ibZ8546E+nFUJr4shCtGc+prCOHb+I9GWZqDvCzNrWr6xiuGt7eG3uAvSVHOPyrJm1K4bKxlYlPZBz+dZ4d3OeDj3pjy4IGK3hRjBWOCrjZ1Jc2xYd2c5Ykn1NTRHCYzVRHGOeKd5taJWMPat7kk8u1sVULsWOTTpfmbNIo9qomU7kkUjqoCqTTzczDjjb6GmKdi4FNOTRYjnYFtx5NOQxKMsxPtTaQoT0osFwZ/wB5ujGB6U7zWB5pu1x2xQi7mxjJqrCYFmYkk0bx3q0bRUAJ7j8qinttq7kwfpRYCNAW6DNDHB6c01XkjOcECh2DgHv3pAKSe1PQjPNLbwmXpU4s5R12kUAEbKe9TIIzjNRG3ZRwKYQ3QigC2QpHy4qMLzVQuwOdxFSRzdmOKaQFl1OzCsFPr3qq8Sjk8t3NSPKP71QPMppgBVe4FClQcHio2emg5zQMurOqpgGiqIBJopAVN9TxOQeKrgVPEuGBosSW4pCpz+dWFkBGciqhpvmEUNDNSyZJCx/unFWsD1FY9jNtmxnhutaW705qWWmWRTgF7jNVgw45IpxY4wMn6dqQyKdRvNQb9p64p1xcRRk5lV/ZapXNwjJ8oOaBEstyiuc81a1LVNLbQ0tLWycXRkzJO7dsdFArBdt1HUVMo8w41XBNW3EJozQaStTISjNJRTAkyaeKZS7j2qQ3HhWbpTZYWVdxII9qmgZQnJqOaUH5RVAQEGnBsU7g0qxq3VgPrSAZu9KHFToka8kg019rtmgCHApMCrARMUbYguc/N6DpSAhpaUle1FAAruP4qVNzPjrTGHvQrFTkGnYC1sPpSMGxTUmYdwalV93UCkAxQ2etSAUoA60fKP4aaQDgM0u3FEbKWChSatNbjbkOv50wKmKVaeykdeKayselIBTjvinoyBg2Vz7VWZX44poVh1FFwNHzlPBNNMqJyapICWAFSHJGKAJHmhY8inRtATjav41VeKUnIjNRElT6GmBrr5aYKsi025mlWMvG0TKOvNZLM7dzTo0fjIJz6UmwLa3sp7LRJcZwSOadFZuF3OQB7VXuY9jY3A0guI75ORTWYim1IE3Y+YCqAYWYjmkB9RUyoufmOB60jRxdTIv50mBDupc57U8iPtzSAe2KBoZuI6HFFPxRRcLlVVJPSp1+UVJHHtiGetQt9480XuIcH9TTCaaactJ6DHxHBq/BK+MHmqcD442g1OGwM0r3BFppeM4APrVe4unwUQ4JGCaheRietMNMdxuyl8skYApxqMykH5aBMZJGFqAnPerDFmHzVC4XsMU0iRlLQOtLRcYlLSGloAVTSk0iilIpAhnOMUmaXNIBRcBy9a19Z0S40u1t57goPtC70UHJx71kLUlxNI+3ezNtGBk5wPSocZXutjek6apyU1d9AUA9qOlLDyoNDc1oYCbsimE1Kibjip1hQdqQFSMZYCri28ZAyD+Bo8pPSnrlehNAK3UW605oGVWUgsu7rmovsnt+lWlcsRuJJ9SacW4ojtqOVr+6UPJAOMU0pKPuj9auuMnNROuRiqERwsW4bqKkIqIw5OdxH0qeyixIfmLfWlcBATH0pPtEgYEVYkiqpIpV8UXAnExbhlBFO47dKgzilDZpAS7qidh1pr1HTSAf5hH3QAadvz0qKlVqYEizSKcg0xihOSpJ+tKRmoyKAFj2h++KtpMIwMVUC5pwTsaQFyK/iLbGJH1pt3KkijywpPeqphUgmosbWOKAHlW6gUfMOGpFdvWpUYE8jmiwETZIxUZU1eCjHQUuwUAURlacjnvVmSNWXFRrBzQCZIsYdQQaKArR4waKVhn/2Q==</binary></FictionBook>
