Грубый, горячий, мой Софи Сорель Ещё год назад у меня была галерея, муж-бизнесмен и жизнь, расписанная по минутам. Теперь — развод, съемная квартира, пустой счёт и сын, которого бывший отправил учиться за границу, чтобы я его пореже видела. А потом я узнаю, что мне в наследство достался бар. Байкерский. На окраине города. Сначала я решила его продать. Но не успела переступить порог, как мне навстречу вышел Зевс. Два метра грубости, мускулов, татуировок и уверенности, что это место принадлежит ему. Он назвал меня куклой и сказал, что я не потяну. И тогда я осталась. Назло ему. Назло бывшему мужу, который отобрал у меня всё. Назло себе. Теперь у меня есть бар, старый револьвер и один байкер, который бесит меня больше, чем кто-либо. И чем сильнее он бесит, тем чаще я о нем думаю. ==================== Глава 1 Похороны не то место, куда зовут с собой за компанию друзей. Однако ехать хоронить дядю, которого я последний раз видела почти тридцать лет назад, в полном одиночестве я не решилась. Вот и тащила с собой лучшую подругу. Аврора вырядилась в какой-то странный черный костюм, который носила, кажется, еще ее бабушка. Он висел на ней мешком, а позолоченные пуговицы сияли, как игрушки на новогодней елке. — Где ты откопала этот хлам? — поморщилась я, когда подруга нырнула ко мне в машину и я осмотрела ее критичным взглядом. — Он что, нафталином пахнет? — Я повела носом. — Нормальный костюм. Как оказалось, у меня в гардеробе нет ничего черного. Я покосилась на Аврору. — У тебя — и нет черного? — Думаешь, если я библиотекарь, то ношу одно темное нечто? — Вообще-то, ты и носишь нечто, правда, разноцветное. — Я сейчас никуда не поеду, — обиделась Аврора. Она всегда относилась болезненно к критике ее гардероба, к советам не прислушивалась, а потом плакалась, что выглядит, как курица. — Ладно-ладно, молчу, — примирительно сказала я. — В конце концов, это обычные похороны, а не показ моды. Никто там на нас смотреть не будет… Уже через час, когда мы добрались до кладбища, я поняла, как ошибалась. На похоронах было очень много народу, и девяносто процентов собравшихся составляли мужчины. Не какие-то там мужчины, а все как на подбор: заросшие, бородатые, облаченные в косухи и черные штаны мужики. Среди них кое-где можно было увидеть и женщин, но они были под стать этому брутальному сборищу, а в некоторых признать даму можно было только по выпирающей объемной груди. Других отличительных признаков у них не наблюдалось. Брутальные женщины, брутальные мужчины. И мы с Авророй… На нас пялились так, будто мы пришельцы с другой планеты. — Кем был твой дядя? — шепнула мне Аврора, хватая под руку. Подруге, видимо, сделалось не по себе. Мне тоже было как-то неловко. — Не знаю, — процедила я сквозь зубы. — Я его видела последний раз в детстве. Потом папа умер, и мама прервала все связи с его семьей. У них были так себе отношения. — Смотри, какой бородач, — тихо прожужжала Аврора. Я знала этот ее тон. Так она говорила, когда с первого взгляда западала на какого-нибудь очередного «читателя». Все мужчины для Авроры были читателями, хотя многие из ее бывших, кроме букваря, книг в руках не держали. — Прекрати, — осадила я ее. — Мы на похоронах. Я подняла воротник кашемирового пальто и сунула руки поглубже в карманы. Начал моросить мелкий-мелкий дождь. Священник читал молитву, краткий чин литии, основное отпевание было в храме, куда мы с Авророй не поехали. Я вообще не хотела ехать на похороны, но сообщивший о смерти дяди нотариус сказал: — Было бы хорошо, если бы вы приехали проститься с ним. Вы — единственная наследница покойного. — Единственная наследница? — Да. Я ума не могла приложить, что он имел в виду, и понятия не имела, что у дяди можно было наследовать. Когда я потом позвонила маме и рассказала ей, она фыркнула: — Сергей умер? Надо же, я-то думала, он давно отдал богу душу. — А кем он был? Мне нотариус говорил про какое-то наследство. — Да кем он был? Дураком, торчавшим в гараже и чинившим старые мотоциклы. Не знаю, что там за наследство. Небось пара железяк. На этом разговор с мамой был закончен. У нас с ней были напряженные отношения. Впрочем, я не знала ни одного человека, у кого бы с мамой были хорошие отношения. Она во всех видела недостатки, все воспринимала через призму ехидства и критики. Когда я разводилась с мужем, она сказала: «Надо же, я думала, он тебя летя на десять раньше бросит». Больше мы мой развод не обсуждали. Как и дядю Серёжу и его наследство. На похороны я все-таки приехала. Наследство? Узнаю позже, когда переговорю с нотариусом. Я оторвала взгляд от своих кожаных сапожек, покрывшихся слоем кладбищенской грязи, и подняла глаза. Прямо передо мной, на той стороне полукруга, образованного похоронной процессией, стоял огромного роста мужик и пялился на меня в упор. Он был широкоплечим и бородатым, одет во все черное, но в отличие от многих здесь собравшихся, волосы у него были коротко стрижены. Мужик смотрел суровым взглядом из-под хмурых бровей. Я примерно могла представить, что он думает: мол, приперлась какая-то фифа на шпильках, которой здесь не место. Священник тем временем закончил молитву и предложил проститься с покойным. Все стали подходить к гробу. Аврора осталась на месте, а я сделала несколько нерешительных шагов. Замерла, посмотрев на осунувшееся лицо седого мужчины с белоснежной бородкой. Значит, это и есть моя дядя Серёжа. Вернее, был… Отчего-то меня начала бить мелкая дрожь. Наверное, это страх перед незнакомыми покойниками. Он хоть и был моим дядей, но я ведь его совсем не знала. Я лишь легонько коснулась гроба, не снимая черных перчаток, и отошла в сторону, еще раз подумав, что зря приехала. Я вернулась к Авроре. Гроб стали опускать в землю, и я поняла, что нам пора. Через несколько минут мы с подругой направились к машине, припаркованной вдалеке — внутрь кладбища на своем транспорте нас не пустили, и до места захоронения пришлось идти пешком, а теперь искать путь обратно. ---------- Глава 2 Сначала я подумала было, что это какая-то шутка. Мало того, что я давным-давно забыла о существовании дяди, так еще и наследство от него? Нет, так не бывает. После визита к нотариусу я поняла — никакой ошибки. Дядя Серёжа действительно оставил мне в наследство свой бар. Нотариус открыл наследственное дело и запустил процесс. Несмотря на неожиданность, отказываться от наследства я не стала. — Я был хорошо знаком с вашим дядей, — сказал нотариус, поправляя стоящую на столе фигурку в виде черного мотоцикла. — Это место много для него значило. — Почему он оставил бар мне? Мы же не общались? Если честно, я даже не помнила, что у меня есть дядя. Отец умер, когда я была ребенком, и потом мама прервала все связи с его родственниками. — Я в курсе, — кивнул он. — Мы с Сергеем дружили. Вы знаете, он ведь был очень одиноким, по сути, человеком. Друзей, конечно, много и женщин тоже, но это все как бы внешнее. Семью свою он так и не завел. Всю жизнь прожил один. Можно сказать, бар был его ребенком, его детищем. — Но почему я? — А кто еще? У него вообще родственников не осталось. К тому же… — Нотариус, которого звали Алексеем Никаноровичем, подался вперед. — Он узнал, что вы развелись и развелись так, что остались практически у разбитого корыта. Вот и рассудил, что помощь с его стороны не помешает. Я прикусила губу и отвела глаза в сторону. Значит, дядя не просто мне наследство оставил, а следил за моей жизнью и знал, что она полетела в тартарары. Брак с Хоровым после пятнадцати лет совместной жизни закончился ничем. Муж, можно сказать, выбросил меня из дома нагишом. Не в буквальном смысле слова, конечно, но мне пришлось собрать вещички и перебраться в съемное жилье. Своего, как оказалось, мне было не положено. Художественную галерею, которую он мне когда-то подарил, Хоров тоже отобрал, и теперь в ней заправляла его новая пассия. Единственное, что ему не удалось сделать, — это отнять у меня сына, хотя бывший с пеной у рта доказывал в суде, какая я безответственная мамаша. Тем не менее Даниэль заявил, что он хочет жить с мамой. Суд учел мнение ребенка и занял мою сторону. Правда, спустя всего полгода Хоров нашел способ отнять у меня ребенка. Он предложил отправить сына на учебу за границу. Я сопротивлялась, но здесь уже Даня был на стороне отца. Он хотел уехать и посмотреть мир, как он говорил, хотел получить хорошее образование. А скорее всего, ему просто надоели наши с Хоровым бесконечные распри. Сын был в Англии, и теперь я увижу его только на зимних каникулах. Я дернулась, выплывая из размышлений, и посмотрела на Алексея Никаноровича. — Значит, дядя следил за моей жизнью? — Не то чтобы следил, но не выпускал из поля зрения в последние пару лет. Он узнал, что у него неизлечимая форма рака и что ему остались считаные месяцы как раз тогда, когда о вашем разводе с Константином Хоровым говорили повсюду. Тогда-то он пришел ко мне и сказал: «Лёша, я оставлю все Эвелине». — Это очень неожиданно, — призналась я. — Понимаю, но весьма кстати, не правда ли? — вежливо улыбнулся он. — Вам придется подождать полгода, чтобы полностью вступить в права, но вы можете снова открыть бар и занять квартиру дяди. — Квартиру? — нахмурилась я. — Да. Ее он тоже вам завещал. Пока продавать или передавать имущество вы не можете, но жить и работать в баре вам никто не запретит. — О… — только и выдавила я. После разговора с нотариусом я еще день не решалась поехать в бар или квартиру, чтобы осмотреть их. Наконец, Аврора меня уговорила заглянуть хотя бы в квартиру. — Если она нормальная, сможешь сделать ремонт и жить там, — резонно заметила подруга. — Все лучше, чем снимать жилье. С твоей зарплатой музейной крысы съём жилья — это роскошь. Я покосилась на подругу. — Музейной крысы? — Я библиотечная, а ты музейная, — хихикнула она. Я тоже рассмеялась. — Ладно, давай посмотрим квартиру. Этот нотариус сказал, что дядя в ней не жил, а жил в какой-то комнатушке над баром. Ему так было удобнее. — Как он? — спросила Аврора. — Кто? — Нотариус? Ты сказала, он типа дружил с твоим дядей. — Ну да, дружил, — кивнула я. — Ну и? — Что «ну и»? — закатила я глаза. — Симпатичный нотариус? — Ему лет шестьдесят, Аврор. — Шестьдесят? — задумалась подруга. — Нет, староват. Я расхохоталась. Нет, это невозможное что-то. Если бы Авроры не было, жизнь у меня была бы очень скучная. Мы доехали до квартиры на окраине города. Она находилась на пятом этаже довольно нового строения. Квартира оказалась абсолютно пустой, если не считать холодильника, старого дивана и журнального столика. Даже обоев на стенах не было. — Видимо, твой дядька купил хату, но не жил в ней, — сделала вывод Аврора. — Наверное, так и есть. — Ну, сделаем ремонтик, и можно жить. — Можно-то можно, но меня пугает другое, — призналась я. ---------- Глава 3 Я даже отскочила вглубь помещения, когда за нашими с Авророй спинами с грохотом распахнулась дверь. В полумраке помещения — здесь было только одно окно с закрытыми снаружи ставнями — вошедший мужчина казался каким-то гигантским монстром, который закрыл своей внушительной фигурой единственный путь к отступлению — дверь. — Вы кто? — пискнула Аврора и зачем-то добавила: — Бармен? — Ага, именно, — хмыкнул мужик и щелкнул выключателем. Прямо у входа загорелась тусклая лампочка, и я тут же узнала в незваном госте того самого байкера, который подходил ко мне на кладбище. Он обежал меня с ног до головы взглядом, который ничего хорошего не обещал. Кажется, мужику не понравилось то, что он увидел, потому что его губы исказились в кривой усмешке. Ну да, не очень-то я соответствовала обстановке байкерского бара в своем тонком кашемировом пальто, на этот раз белом, и в черном элегантном платье, которое плотно обтягивало фигуру. А вот возвышавшейся надо мной «товарищ» вписывался сюда как нельзя лучше: черные джинсы, косуха, злой взгляд и татуировки, которые выглядывали из-за ворота куртки. — Ты кто такая и как сюда попала? — требовательно спросил он. — Встречный вопрос: вы кто такой? — не растерялась я. — Я-то известно кто, — хмыкнул он. — Известно кому? — Всем в округе. — Он прищурился и шагнул ко мне. Я отступила на шаг и наткнулась на прятавшуюся за моей спиной Аврору. — Вы нас убивать пришли? — дрожащим голосом вопросила подруга. — Ага, убивать и расчленять, — не отведя глаз от моего лица, ответил он. — Я спрашиваю, кто ты такая и зачем в бар приперлась? Откуда ключи? — Я не обязана отвечать на вопросы бесцеремонного хама, — отрезала я. — Чего? — Он снова шагнул ко мне. Отступать было некуда, и я испуганно хлопнула ресницами. Мне реально показалось, что этот двухметровый буйвол сейчас схватит меня за шею и переломит ее пополам, при этом совершенно не прикладывая никаких усилий. — Э-э-э, — вклинилась Аврора. — Видите ли, мы тут пришли посмотреть на собственность… — Какую еще собственность? — рыкнул он и бросил в Аврору такой взгляд, что она тут же прикусила губу и, попятившись, прошептала: — Эви, детонька, ты тут разберись с дяденькой, а мне… мне срочно нужно в уборную. Аврора бросилась в какую-то дверь, и, вроде бы, я даже услышала звук закрываемого замка. Чтобы хоть как-то успокоить нервную дрожь, которую вызывал во мне грубиян-байкер, я прошла к барной стойке, обогнула ее и водрузила на нее сумку. Увидела под стойкой выключатели и пощелкала. Тут же помещение осветилось, и стало легче дышать. Интересно, у дяди Сережи под стойкой нет ружья, чтобы отстреливать вот таких вот гостей? Подбоченившись, я вскинула подбородок. Мужик встал по другую сторону барной стойки и упер в нее ладони. Они у него были огромные, а к пальцам от запястий ползли татуировки. «Интересно, у него и ТАМ татуировки?» — мелькнула идиотская мысль. — Кукла, я тебя спрашиваю: кто ты такая и какого хрена делаешь в «Диком страннике»? — Кажется, я тоже задала вам вопрос: кто вы такой? — Последнее я произнесла по слогам. — Роман Стрельников, для друзей Зевс, — представился мужик. — Ну а я — Эвелина Александровна Немирова, — отчеканила я свое имя. — Немирова? — прищурился он. Видимо, у этого байкера все-таки имелся мозг в его злой и огромной башке. Он сопоставил наши с дядей фамилии. После развода я снова взяла девичью, чтобы избавиться от влияния Хорова на мою жизнь окончательно. — Немирова, — кивнула я. — Что же относительно моего присутствия здесь, то так уж вышло, что дядя Серёжа оставил этот бар мне. Теперь я его хозяйка. — Батя оставил тебе бар? — не поверил Зевс. — Именно. — Не может быть! Он обещал, что это место будет наше с парнями. Кажется, байкер был искренне удивлен и раздосадован. Наверное, дядя и правда ему что-то обещал, но потом передумал. А что, если история Авроры про маньяка, орудовавшего на пустыре, правда? Или станет правдой? Возьмет этот Зевс и порешит меня прямо здесь, и бар достанется ему… — Если не верите, сходите к нотариусу, — пожала я плечами, напуская на себя вид бесстрастной и пуленепробиваемой королевы, но голос мой явно дрожал от страха перед этим непрошенным гостем. Я отвела взгляд от серых глаз Зевса и впервые осмотрела помещение. Грязно. Очень грязно. — Судя по всему, вы и правда начали тут распоряжаться, — с усмешкой проговорила я, кивая на горы бутылок, что заполонили столы и пол. Это даже прозвучало без дрожи. Кажется, я пришла в себя от неожиданности и готова к бою… — Здесь были поминки, на которые ты, кукла, не соизволила прийти. — Прекратите называть меня куклой! — потребовала я. Зевс подался вперед и ухмыльнулся. — А как тебя называть, кукла? — Эвелина Александровна! ---------- Глава 4 Зевс какое-то время сверлил меня пристальным взглядом, потом кивнул своим мыслям и сказал: — Ладно. Займемся уборкой. Я обескураженно взглянула на него, ведь ожидала большего сопротивления. Он усмехнулся и сказал: — Вообще-то, я сюда именно за этим и приехал. Надо же! Он приехал наводить порядок? Неожиданно. Я изогнула бровь, давая понять, что сомневаюсь в его способностях убрать помещение, и сказала: — Если нужна будет помощь… — Даже не предлагай. Такая, как ты, небось, отродясь уборкой не занималась. — Вообще-то, я хотела предложить вызвать клининг, — фыркнула я. Зевс хмыкнул, скинул кожанку, положив ее на барную стойку, и отправился в зал. Я, практически открыв рот, смотрела на его широкую спину. Господи! Это не мужчина, а одна сплошная мышца. Он бы при желании меня мог одним пальцем переломить. Чтобы хоть как-то отвлечься от мыслей о бицепсах и трицепсах, я осмотрела деревянные стены помещения. Все здесь соответствовало байкерской стилистике. Одну из стен даже украшал разобранный на детали байк, которые были повешены так, что издалека мотоцикл казался целым. Один угол бара был каким-то черным, словно обгорел, и там не было столов. Меня так и подмывало спросить Зевса, не было ли в помещении пожара, но я прикусила язык. Привлекать к себе внимание этого человека лишний раз не хотелось. Я и так получила порцию насмешек и откровенных взглядов. «Я б тебе вдул»! Что за манера общаться. Рядом раздалось какое-то шуршание, и я увидела подходящую ко мне на цыпочках Аврору. — Живая? — шепнула она. — Предательница! — тут же зашипела я в ответ. — Отсиживалась, пока меня тут чуть ли не на британский флаг порвали. — Не порвали же, — виновато хлопнула ресницами Аврора. — Эй, лапуля, свари пока кофейку! — раздался повелительный бас. Я тут же встала в боевую позу. — Я вам не лапуля! — Ну, кукла тебе не понравилась. Теперь и лапуля не то? — хмыкнул Зевс. — Эвелина! Меня зовут Эвелина! И кофе вам варить я не намерена. — Ты баба или… — Я сварю! — вклинилась Аврора прежде, чем он закончил мысль. — Я не баба, — огрызнулась я. — Не баба — значит, кукла, — рассмеялся Зевс. Я сжала кулаки. Было сильное желание заорать и швырнуть в рожу этому грубияну что-нибудь помощнее чистого полотенца. — Скажите, Роман, — пропела Аврора. — Зевс, — поправил он, и подруга одарила меня победоносным взглядом: мол, видишь, он сказал, что для друзей Зевс, значит, мы уже друзья. — Зевс, — тут же исправилась она, — а что же, дядя Лины тут сам всем заправлял? — Это ж его бар, — резонно заметил Зевс. — Я имела в виду официантов или там повара. — Повара здесь отродясь не бывало. Серёга жратву не подавал, так по мелочи. А официантка есть, только она ногу сломала на поминках. — Видимо, отплясывала, — съехидничала я. — Поскользнулась Катюха, с кем не бывает? — Действительно, с кем… Чем больше я разговаривала с этим байкером, тем становилась более язвительной. Я сама себя не узнавала. А ведь я не такая. Я всегда общалась с людьми вежливо и уважительно. Тут же вспомнились слова Хорова, которые в первые годы брака он любил повторять: «Эвелина, ты слишком резкая, а с людьми нужно нежнее, нежнее». И я старалась изо всех сил, и потом даже Хоров перестал упрекать меня. Но теперь… Может, теперь я снова становилась самой собой? Снаружи послышался рев мотоциклов. — Кажется, еще мальчишки подъехали, — довольная, словно кошка, произнесла Аврора. Я покачала головой и настороженно уставилась на дверь, в которую действительно ввалилось трое парней. Бородатые, длинноволосые, с «комком нервов» вместо пресса. — Зевс, принимай подмогу, — зычно пробасил один из них и тут же присвистнул. — Да он с бабами! — Мы не бабы! — в один голос проорали мы с Авророй. — А кто же? Куклы? — спросил еще один. — У вас что, только бабы и куклы? Больше ничего не дано? — А что еще? — почесал он репу. — Женщины, например, — вздохнула я, покачав головой. Тем временем к нам вернулся Зевс и представил всех друг другу. — Этот толстяк — Шнур. Этот здоровяк Самсон, а вот этот седовласый — Гэндальф, или Гарик. Ну а это, парни, новая хозяйка бара, Эвелина, и ее… — Зевс вопросительно посмотрел на Аврору, которая залипла на Гарике-Гэндальфе и уже распушила хвост, как самка павлина. Конечно, у этих птиц только самцы имеют красивые хвосты, но сравнить подругу с кем-то еще язык не поворачивался. — Я Аврора, — представилась она. — Мы с Линой подруги. Лучшие. А вообще-то, я библиотекарь. ---------- Глава 5 Из бара мы с Авророй выползли ближе к полуночи. Конечно, можно было уехать и раньше, но я не хотела оставлять это место в распоряжении байкеров. Те, правда, как и обещали, навели порядок. Точнее, его видимость. Как я поняла, дядя Серёжа, которого эти мужики отчего-то звали Батей, не особо следил за чистотой. Санэпиднадзор по бару плакал. Интересно, как дяде удавалось избегать проверок? Зевс со товарищи уехали поздно. Гарик-Гэндальф предложил подвезти, но я отказалась, а Авроре отказаться пришлось, хоть она и мечтала запрыгнуть на железного коня. — Ты в юбке, — прошипела я. — И вообще, ищи тебя потом свищи. — Ну, как хотите, мадамы, — рассмеялся Гарик и укатил в ночь. Зевс и остальные не удостоили нас ни одним словом, лишь кивнули на прощанье. Меня подмывало спросить, у кого из них есть ключи от бара. В принципе, я знала, что они были у Зевса, ведь он сегодня явился первым, но я свои порывы сдержала, прекрасно понимая, что не отдал бы он мне ключи. Видимо, придется сменить замки. Или же забить на все и продать? Только кому и за сколько? Нет, нельзя так сразу. Надо разобрать вещи дяди, а главное найти документы и понять, чем дышало это место: прибылью или все же на ладан? Аврора, напевая под нос какую-то песенку, протирала столы. — Что ты творишь? — подошла я к ней и уперла руки в бока. — Хорошая поза, — подмигнула она мне. — Прямо-таки настоящая хозяйка «Дикого странника». — Не заговаривай мне зубы, госпожа библиотекарь. Я тебя спрашиваю: что ты вытворяешь? — А что? — А ничего! Ты просто сочилась патокой. Вся такая милая и услужливая Аврорушка. Давненько я тебя такой не видела, детонька. И главное — было бы перед кем. — Какие мужчины, Лин. — Аврора прижала ладони к груди и мечтательно зажмурила глаза. — Я просто потекла! Это же чистейший тестостерон. — Неужели? — фыркнула я, скрещивая руки на груди. — Ты видела этого Гэндальфа? Господи, да он словно из горячего фильма про байкера и библиотекаршу. — Не видела такого фильма. — И зря, — рассмеялась Аврора. — А Зевс! Вот это формат! Как представишь, что такой тебя зажмет, прижмет и вставит тебе по самые гланды, аж ручки-ножки трястись начинают. Зевс — это конечно нечто. Я бы втюрилась тут же, но он явно на тебя запал. Так что я не претендую. — Аврора, — покачала я головой. — Во-первых, никто ни на кого не запал. Во-вторых, не рекомендую тебе влюбляться ни в кого из этой братии. — Почему это? — Такие нальют в уши меда, поимеют и назавтра забудут. — У тебя необоснованное предубеждение, и я, кажется, знаю почему. — Почему? — с иронией в голосе поинтересовалась я. — Потому что Зевс тебя за живое задел. Мало того, что тестостерон свой на тебя вылил по самую макушку, так еще и наступил на больную мозоль. Аврора тут, конечно, была права. Подруга слишком хорошо меня знала, чтобы не понять: слова Зевса действительно полоснули по едва зажившей ране. — Я бы на твоем месте откинула все эту шелуху и присмотрелась к Зевсу. Вообще-то, будь я на твоем месте, я бы ему дала. — Куда тебя несет, деточка? — чуть ли не плача, простонала я. — У меня секса год не было. — Аврора развела руками. — Если точнее, его не было одиннадцать месяцев и четырнадцать дней. — Еще скажи сколько часов-минут-секунд, — рассмеялась я. — Подожди! А как же Ростислав, которого ты соблазняла в библиотеке после ее закрытия? Это же было… — Я задумалась. — Месяц с небольшим назад. — Ну какой это секс? — Аврора махнула рукой. — Я тебя умоляю. Тыркнулся пару раз, и у него все обмякло. Он еще, гад, врал, что это оттого, что в общественном месте, и он боялся, что нас застукают. Мне пришлось применить все свои оральные умения, а толку? Нет, когда женщина не испытала оргазм — это сексом считаться не может, — решительно заявила Аврора. — Да? — скептически изогнула я бровь. — Да. И я не утешаю себя сказкой про белого бычка, что ты делала на протяжении всей своей супружеской жизни. Мол, мне и так было хорошо. — Ну, не все женщины способны дойти до состояния мокрой лужицы, — обиженно произнесла я. Зевс задел за живое, так теперь еще и Аврора решила добить. — Ты неправа, — не унималась подруга. — Просто не все мужчины способны женщину до оргазма и такого состояния довести. Попробуй Зевса. Я уверена — кончишь мгновенно. Я фыркнула. — Откуда такая уверенность? Говорят, у качков штырек с ноготок. — Уж точно не меньше, чем у Хорова, — парировала подруга. И зачем я в минуты слабости жаловалась подруге на свою сексуальную жизнь и не очень большое достоинство моего бывшего? Впрочем, после такого отвратительного развода, который я пережила, грех было не поплакаться самой близкой подруге. И чем больше я плакалась, тем меньше становился «штырек» Хорова. — Не может мужик с маленьким членом быть таким уверенным в себе, — продолжала разглагольствовать Аврора. ---------- Глава 6 Следующее утро я провела за тем, что металась по квартире и размышляла, стоит ли мне и сегодня наведаться в бар? Может, да ну его! Дождаться срока вступления в наследство и продать все? Наверное, бар можно будет продать за весьма приличные деньги. Или сдать. Или передать права пользования. Или еще как-то избавиться от него. Гарик-Гэндальф советовал определиться поскорее. Я понимала, что он имел в виду. Люди привыкли собираться в том месте, и им хотелось определенности: либо бар откроется и будет работать, как работал, либо им придется искать новое место для парковки, выражаясь фигурально. Зевс прямо сказал, что я бар не потяну. Я и сама склонялась к тому же. Но его подача, то, как он был в этом уверен, заставила меня разозлиться. Когда я заикнулась Хорову, что хотела бы иметь собственную галерею, где бы устраивала выставки различных художников и фотографов, он идею поддержал, но с большими оговорками. Бывший сказал: — Ты можешь стать хозяйкой, я тебе куплю такую галерею. Ты даже можешь все там устроить на свой вкус, но, дорогая, все финансовые вопросы решать будет мой человек. Ты не сможешь. Ты не сможешь управлять галереей. Ты не сможешь стать хорошей матерью. Ты не сможешь устроиться в жизни без меня. Да-да, после развода Хоров так и сказал: без меня ты пропадешь. А как тут не пропасть, если мне не досталось ничего? Жалкая пара сотен тысяч, которые он отстегнул, как подачку с барского плеча. И все. Даже жилья меня лишил. Наверное, если бы у меня был хороший адвокат, я могла бы отсудить хоть что-то, но мои юристы против юристов Хорова? Смех, да и только. Тогда, год назад я радовалась, что хотя бы сына оставили мне. Правда, и здесь Хоров нашел способ разлучить нас. Я лишь утешала себя мыслью, что Даниэлю за границей лучше и он сможет получить хорошее образование. — Бар, бар, бар… — пробормотала я. Что это? Последний гвоздь в крышку моей несостоятельности? Или шанс доказать бывшему, а главное — себе, что я чего-то стою. Дядя Серёжа решил все оставить мне, когда узнал о моем разводе… Наверное, он верил, что сможет помочь мне. Верил, что я справлюсь? Почему же я сама в себя не очень-то верю? Выпив третью чашку кофе за утро, я решительно тряхнула головой, взяла ключи с тумбочки и отправилась в бар. Мне нужно было найти документы на собственность, финансовые и бухгалтерские отчетности. Вообще, все. Я их и нашла. В одном из подсобных помещений бара дядя устроил что-то типа кабинета. Здесь стоял видавший виды стол, а на нем — ноутбук. Запароленный, конечно. И пароля я не знала. В углу за столом расположился небольшой черный сейф. Видимо, там и была вся документация. Кода от замка я не знала. — Отлично, — пробормотала я. — И что теперь делать? Медвежатника вызывать, что ли? — А у тебя есть знакомые медвежатники? — раздался позади бас, и я испуганно взвизгнула. Обернулась и увидела стоявшего в дверях Зевса. Он поигрывал связкой ключей, прислонившись плечом к косяку. Наши взгляды встретились, и я вдруг рассмотрела, какие у него красивые глаза необычного яркого серого цвета. — Ты меня напугал, — выдохнула я. — Что за привычка подкрадываться? — Вообще-то, рев моего байка слышно за километр, да и хожу я не как пава, — хмыкнул Зевс. — Просто я задумалась и не слышала, — огрызнулась я. Интересно, зачем он приехал? И почему опять, когда я здесь? Он что, караулит меня? — У тебя есть ключи от бара, — констатировала я. — Есть, конечно, — не стал отрицать он. Я протянула ладонь. — Отдай. — С какого это? — Как я уже сказала, теперь я… — Хозяйка и прочая хрень, — усмехнулся он. — На хозяйку ты не тянешь. — Мне твое мнение безразлично, — огрызнулась я. — Отдай ключи. — И не подумаю. Если ты свои посеешь, что же, тогда дверь вскрывать? — Я не посею. — Пусть будут у меня про запас. — Он постучал по карману. — Кстати, можешь записать мой номерок, на всякий пожарный. — Больно надо было, — фыркнула я. Он демонстративно обежал мою фигуру взглядом. Да, я снова была в платье. И да, оно снова не соответствовало этому месту. Ну, извините. До недавних пор я жила в роскошном особняке, была женой видного бизнесмена и владела художественной галереей. Мой стиль одежды — показатель моего статуса… Правда, статус давно уплыл, а из меня, стоило мне оказаться в этом месте и рядом с этим мужланом, тоже лезло что-то грубое и невоспитанное… — Что? — не выдержала я его взгляда. — Если ты собралась в таком платье строить из себя хозяйку бара, то, боюсь, парни тебя не только на смех поднимут, но и… Он многозначительно замолчал. — Но и что? — вздернула я подбородок. Зевс слишком быстро оказался рядом. Между нами практически не осталось пространства, и я испуганно шарахнулась, но там, позади, был стол, на который я приземлилась пятой точкой. А Зевс, уперев ладони в стол по бокам от меня, совершенно бесцеремонно наклонился, ткнулся носом мне под ухо, громко втянул воздух и пробормотал: — Все-таки ты кукла. Пахнешь так, что меня ведет… ---------- Глава 7 Я зависла в разложенных передо мной документах и совершенно забыла о времени. Даже о том, что Зевс никуда не уехал и обретался в основном зале, забыла, ну или старалась о нем не думать. Документы на собственность были в порядке. Меня поразило, что дядя не просто владел баром, но ему принадлежала также и земля, на которой стоял бар. Если я не решусь открыть заведение, я могу его сдать в аренду, таким образом сохранив за собой землю. Или же продать все с потрохами? За такой кус земли наверняка можно выручить неплохие деньги. И пусть бар располагался на самой окраине города, но на этом месте купивший мог бы построить, к примеру, небольшой торговый центр… Чем больше я думала о перспективах, тем меньше мне хотелось продавать бар. В голове всплывали слова Алексея Никаноровича: «Это было его детище. Его ребенок». Тут же вспоминались слова мамы: «Всю жизнь чинил старые байки». Нет, дядя Серёжа явно был не так прост, раз сумел открыть такой бра и все тут организовать… Впрочем, организация была так себе: долгов у дяди не было — хоть на этом спасибо! — но вот прибыли бар не приносил почти никакой, судя по тому, что я смогла разобрать в бухгалтерских отчетностях. Они были составлены криво. Кто дяде помогал с делами? Я захлопнула папку с бумагами, сунула ее обратно в сейф и закрыла его. Код Зевс написал для меня на клочке бумажки, и я ее спрятала в сумочку. Написал он и номер своего телефона… Его я тоже спрятала на всякий случай. Выйдя из подсобки, я увидела, что Зевс возится у кофе-машины. — Ты умеешь делать кофе? — удивилась я. — Я много чего умею, лапуля. Хочешь? Он посмотрел на меня долгим взглядом. И это «хочешь?» повисло в воздухе. Я непроизвольно опустила глаза на его широкие плечи, мощные руки. Даже кожа куртки не скрывала его развитую мускулатуру. Зевс был очень хорошо сложен. Его бы в моей галереи выставлять… Без одежды, конечно. — Так что насчет кофе? — ухмыльнулся он, и я моментально залилась краской. — Хочешь? — Хочу, — севшим голосом пробормотала я. Я села на высокий барный стул, правда, запрыгивать не него в узком платье было неловко, и я едва не упала. Слава богу, Зевс был увлечен кофе-машиной и не заметил этого. Я обратила внимание на то, что кофе-машина в баре была хорошая, настоящая рожковая кофеварка. Вот уж не думала, что байкеры — ценители кофе. Вскоре передо мной появилась чашка неплохого на вид эспрессо. Вторую Зевс сделал для себя. — Пробуй, лапуля, — усмехнулся он. — Можешь прекратить называть меня дурацкими словами? Меня Эвелина зовут. — Александровна? — Можно просто Эвелина, или Лина, если тебе так сложно запомнить и произнести полное имя. — Мне не сложно, — с ухмылкой произнес он, — но звать тебя лапулей приятнее. Я фыркнула и попробовала кофе. Он был неплох. — Нормально, — признала я. — Еще бы! — Он тоже сделал глоток. — Как там документы? Разобралась? Я пожала плечами. — Бухгалтерские отчетности, которые я нашла в компьютере, сделаны неумело. Там ведь даже штрафы были из налоговой. Кто дяде делал бухгалтерию? Зевс отставил в сторону чашку с кофе и посмотрел на меня долгим взглядом. Кажется, впервые с момента знакомства я уловила в его серых глазах интерес. Не тот, что похотливый мужлан испытывает при виде красивой женщины, а тот, что заставляет видеть в человеке нечто большее, чем просто красивую картинку. — Какая-то дура с аутсорса, — поморщился Зевс, а я удивленно изогнула бровь. — Сам он в бухгалтерии ни черта не понимал, отдавал то в одну компанию, то в другую, а туда берут не пойми кого, вот и результат. Я ему предлагал найти нормального бухгалтера, но ему же нужно было платить. — А платить было не с чего, — кивнула я и снова отпила кофе. — Что, все так хреново? — прищурился Зевс. — Ну, если продолжать в том же духе, то можно по миру пойти. Я не во все вникла, но уже могу понять, что составляло основную статью расходов. — Бухло. — Именно. Зачем это все? — Я махнула на бар за спиной Зевса, и он обернулся. — Я вижу здесь вино, ликеры… Разве это не байкерский бар? — Думаешь, байкеры пьют только водку или пиво? — Зевс хмуро уставился на меня. — Не будешь же ты утверждать, что ты пьешь клубничную «Маргариту». Он хмыкнул. — Не буду. — То-то и оно, — улыбнулась я. — Хочу все проверить как следует и понять, с чего начинать. — Значит, будешь открывать. — Буду. — И когда же? — Да хоть завтра! — Я пожала плечами, будто говорила о чем-то весьма простом. — Серьезно? — А что тянуть? — То есть парням я могу передать, что с завтрашнего дня «Дикий странник» будет работать, как и работал? ---------- Глава 8 — Может, все-таки эти? Аврора помахала перед моим носом кожаными штанами. — Нет, дорогая. Это я уже не потяну. — Зря, — пожала она плечами. — Сразу бы сошла за свою. — Я не хочу сходить за свою, — возразила я. — Я просто хочу открыть этот чертов бар. После разговора с Зевсом, когда он ушел, хлопнув дверью так, что задрожали бутылки на полках, я, проглотив обиду и навернувшиеся слезы, позвонила Авроре. Я была уверена, что подруга, не раздумывая, согласиться помочь. Так и вышло. — Из библиотекарши в официантки? Это мы запросто, — заявила она. Аврора загорелась идеей, что уже завтра вечером мы распахнем двери «Дикого странника» и начнем там заправлять. Конечно, заправлять — слишком громко сказано. Я надеялась на то, что байкеры — народ суровый, что они обойдутся пивом, ромом, бренди и водкой. Смешивать коктейли я не умела. Аврора — тем более. Да и не пьют ведь они коктейли? Или все же пьют? Этого я не знала, зато знала точно: мне нужно хотя бы немножко сменить имидж. Зевс уже намекал на то, что мои платья и каблуки не для этого места. При мысли о Зевсе я краснела. Даже Авроре я не решилась рассказать, как байкер нагло нарушил мое личное пространство, как приблизился ко мне, как вдыхал мой аромат… А я, дурочка, так растерялась, что ничего лучше не придумала, как пригрозить ему полицией. — Возьму эти. Я потрясла перед Авророй темно-серыми, почти черными джинсами. — А к ним косуху? — Издеваешься? — Вот этот белый лонгслив вполне подойдет. — Эви, ты в таком прикиде будешь выглядеть, как невинная школьница, а не как байкерша с багажом за плечами. — Я не собираюсь выглядеть как байкерша. В конце концов, я хозяйка того места, а не барменша. Как жаль, что бармена у нас нет… Может, наймем какого-нибудь мужа на час? — Попробуй найди нормального за такой короткий срок и с нашими дырявыми карманами, — скептически возразила Аврора. — Справимся сами. В этом я сомневалась, и подруга это мгновенно поняла. — Ты слишком скептически ко всему относишься, детонька. Все будет пучком! — Она подняла руку со сжатым кулаком над головой, а потом запела на весь магазин: — Он давал команду братьям и вверх поднимал кулак. Нет, нам лучше петь «она», все-таки мы девочки. — Ты сумасшедшая, — покачала я головой. — Я все с покупками, а ты определилась? — Да, только кое-что посмотрю еще… — замялась Аврора. — Ты иди расплачивайся, я догоню. Я прищурилась. — Что ты собралась купить? Только не говори, что кожаные штаны? — Даже если и их, то что? Это под запретом? — Это смешно. — Это круто! — парировала Аврора и, развернув меня за плечи, подтолкнула к кассе. К открытию бара мы готовились с ней, как Наполеон к битве при Аустерлице. Судя по табличке на двери, дядя открывал бар в шесть, но что-то мне подсказывало, что это место могло не закрываться сутками. Бар имел хорошее месторасположение: вдали от города и от жилых массивов, он стоял на ответвлении основной дороги, посреди пустоши. Большого движения здесь не было, но те, кто ехал из города и в город могли видеть указатель и свернуть, чтобы промочить горло. Просто проезжие здесь если и бывали, то случайно, ведь в баре из еды подавали только соленые орешки, картофель-фри и другую мелочь. В принципе это можно будет исправить… — Что это? — воззрилась я на Аврору, которая только что ввалилась в бар на двадцать минут позже оговоренного срока. На ней были кожаные штаны, черная бесформенная футболка со спущенным рукавом, и там, где этот рукав был спущен, на плече виднелась толстая лямка то ли спортивного бюстгальтера, то ли топа. Ярко-розовая в пайетках лямка. Такие же пайетки рисовали узор в виде гитары на ее груди. На голове у Авроры был начес а-ля Тина Тернер. Она выкрасила часть волос в цвет фуксии… И боевой раскрас на лице. Теперь ясно, почему она отказалась ехать со мной. Я бы запротестовала против ее внешнего вида. — Боже мой, — пробормотала я. — Что ты уставилась? — фыркнула подруга. — Давай, работай, детонька! Мне оставалось только покачать головой, подтянуть хвостик, в который я собрала волосы, и встать за стойку. Ее я натерла до зеркального блеска. Аврора помогала мыть и вытирать стаканы и бокалы. Вчера, после похода по магазинам, мы заехали в бар и привезли новые формы для льда. Залили их и сунули в морозильную камеру. Сегодня я раза три провели, что лед готов и не растаял. На стоящей на краю барной стойки доске я аккуратным почерком написала сегодняшнее меню: чипсы, гренки, луковые кольца, сэндвичи и брускетты. На большее я сегодня была не способна. — Вообще, в таких барах часто подают мясцо, — сказала Аврора. — Типа свиные ребрышки, шашлык-машлык, какую-нибудь копченую рульку. — Откуда ты знаешь? — удивилась я. — У меня была бурная молодость. — Ты тусила в байкерских барах? — Ну, бывала, — кивнула она. ---------- Глава 9 Часы показывали четверть одиннадцатого. — Я предлагаю закрыть бар и поехать домой, — сказала я. — Но как же… — растерянно пробормотала Аврора, поправляя розово-пайеточную лямку. — Не торчать же здесь до второго пришествия! Меня брала злость. Зевс уверял, да и Гарик тоже, что бар нельзя держать долго закрытым, иначе байкеры найдут новое прибежище. И вот, когда я открылась, ни один из них не появился! — Может, напьемся тогда? — предложила Аврора. Я кивнула. — И завалимся в какой-нибудь клуб! Готова поспорить, ты в клубе сто лет не была! — Можно подумать, ты была, — усомнилась я. — Мы с тобой вышли из того возраста, когда могли беспрепятственно пройти фейс-контроль. Обогнув стойку, я направилась к двери, чтобы запереть ее. Именно в это мгновение послышался рев приближающихся мотоциклов. Я испуганно замерла, а потом обернулась к Авроре. — Что делать-то, а? — Работать! — с энтузиазмом откликнулась она. А я вот энтузиазма не испытывала. Я боялась. Господи! Байкерский бар и я на разливе пива! Я ведь получила образование в области культурологии и музейного дела. У меня была своя художественная галерея. — Какая из меня барменша? — плаксиво пропищала я. — Не барменша, а хозяйка бара, — поправила Аврора. — Из тебя выйдет отличная хозяйка бара! — как мантру, повторила подруга. Я нырнула за стойку как раз, когда в помещение ввалилось несколько бородачей. — Неужто открылись? — пробасил один, в котором я узнала Шнура, парня, приходившего в тот день, чтобы помочь Зевсу с уборкой. — Открылись-открылись, — заулыбалась Аврора. — Проходите, мальчики. — Веди себя нормально, — шикнула я на нее. Их было четверо, и они заказали каждый по три бутылки пива. Этих обслужить было легко. После них в бар приехало еще трое. Потом еще. Байкеры прибывали один за другим, и вскоре в «Диком страннике» было битком. Продохнуть было некогда. Я то разливала виски, то подавала водку, то следила, чтобы луковые кольца, жарящиеся в масле, не сгорели. Я вся насквозь провоняла запахом алкоголя, масла и табака. Да-да, здесь курили. Курили и пили. Пили и курили. Про то, что эти парни потом сядут на свои байки и умчаться в ночь, я думать не хотела. Наш город давно жил по своим законам, что я впервые отчетливо поняла, когда начала бракоразводный процесс с Хоровым. Я подала очередную порцию виски какому-то верзиле, который смотрел на меня, как на лакомый кусок мяса, когда, оторвав взгляд от кассового аппарата, заметила опустившегося на барный стул Зевса. С ним рядом села какая-то девица. Вернее, сесть ей помогли, потому что девица была с костылями. Зевс ни слова не сказал мне, достал сигареты и затянулся. — Будете что-нибудь заказывать? — спросила я. — Эй, красотуля, еще ящик пива сюда, — раздался рык откуда-то из зала. Мимо пронеслась взмыленная, как лошадь, Аврора. Она явно не ожидала, что переквалификация из библиотекаря в официантки будет такой резкой. — У вас людно, — хмыкнул Зевс, посмотрев мне прямо в глаза. Что-то в его взгляде заставило меня замереть. Вызов? Издевка? Кажется, и то, и другое. До меня вдруг дошло: весь сегодняшний вечер был заранее спланирован Зевсом. Неужели я права? Я посмотрела на него, прищурившись. Он взгляда не отвел. Так и есть. Видимо, он подговорил своих дружков дотянуть до последнего, чтобы заставить меня расстроиться и разнервничаться. А когда я отчаялась, они ввалились сюда всей толпой. — Раз уж ты просиживаешь штаны и ничего не делаешь, — сказала я, — отнеси-ка пиво вон за тот столик. Девушка на костылях хмыкнула, а Зевс замер, не донеся сигарету до губ. — Я? — Ты, — кивнула я. — Или голубая кровь не позволяет помочь? — Какая на хрен голубая кровь? — Ящики с пивом вон там. — Я указала кивком на подсобное помещение. Впрочем, он и без меня прекрасно знал, где тут и что. — Ладно, лапуля, будешь должна. Зевс встал и направился за пивом, а девушка сказала: — Наш Ромео на тебя запал. — Ромео? Я думала, он Зевс. — Ромео его только я зову, потому что он Роман. — Я непонимающе смотрела на нее. — Роман — Ромео. Созвучно ж. Я кивнула, решив, что развивать тему мне некогда. — Ты Катя? — спросила я. — Ага, теперь меня будут звать Костяной Ногой, видимо, — хмыкнула она и обвела взглядом зал. — Вы тут неплохо справляетесь. Из зала донесся дружный хохот и визг Авроры. — Это как посмотреть… Я вышла из-за барной стойки с намерением проверить, что происходит. — Что здесь? — спросила я вынырнувшую мне навстречу Аврору. — Да вот этот руки распускает, — кивнула она на какого-то длинноволосого парня. ---------- Глава 10 Бар я закрыла в начале четвертого. Подойдя к двери, перевернула табличку на «ЗАКРЫТО» и выключила подсветку вывески, вышла наружу, чтобы вдохнуть свежего воздуха. Вдали, где-то в районе близлежащего поселка, что был за пустырем, раздавались удаляющиеся рычащие звуки мотоциклов. Я устало опустилась на деревянную скамейку, которая стояла справа от двери. В голове всплыли слова Авроры про Дикий Запад. Прислонившись затылком к стене дома и закрыв глаза, я расхохоталась. Дикий, блин, Запад. — Истерика? Зевс опустился рядом со мной на скамейку и протянул пачку сигарет. — Не курю, — помотала я головой. — И тебе не советую. Дядя Серёжа умер от рака. — Рака желудка. С куревом не связано. — Все с чем-то связано, — тихо ответила я. Зевс, правда, моему совету последовал и тоже курить не стал. — Ну и как первый день? Устала? — Должна сказать тебе за него спасибо? — Я покосилась на него. — Хотел доказать, что я не справлюсь? Он кивнул. — Думал, когда парни приедут, ты уже закроешься и уедешь. — Но я не уехала, и тогда ты решил согнать сюда всех байкеров в радиусе ста километров? — Трехсот, — хмыкнул он и посмотрел мне в лицо. — Но ты, ничего, справилась. — Разочарован? — Скорее, удивлен. Вообще-то, здесь обычно не бывает столько народу. Дядя бы не вывез, будь у него каждый вечер такой аншлаг. — Ну, хотя бы выручка получилась хорошая. Я повернулась к Зевсу и всмотрелась в его глаза, но в темноте было сложно разобрать их выражение. — Скажи, этого придурка тоже ты подговорил руки распустить? — Нет. Я, может, и хочу, чтобы ты оставила это место, но я девочек не обижаю. А этот, — Зевс поморщился, — он не из наших. — Чем я тебя так раздражаю? — поинтересовалась я. Он отвел взгляд, уставившись вдаль, и пожал плечами. — Можешь называть это мужским шовинизмом, но я уверен: управление таким местом не для женщины. — Неужели? — фыркнула я. — А может, ты просто бесишься, потому что думал, что дядя оставит бар тебе? Зевс снова посмотрел на меня. — Может, и так. Его ответ удивил меня. Он был прямой и честный, и это обескураживало. — Так купи у меня бар, — вдруг предложила я. — Что, хлебнула по самую макушку и решила продать? — с издевкой спросил он. — А ты бы купил, если бы решила продать? — Нет, у меня нет денег, — развел он руками. — Значит, не судьба, — коротко рассмеялась я и встала. Я уже открыла дверь, когда Зевс сказал: — Кто-нибудь к тебе обязательно придет с предложением купить это место. Смотри — не продешеви. — Я не буду продавать, — уверенно ответила я и вошла внутрь. Никакой уверенности я на самом деле не чувствовала. Мне было плохо, и я валилась с ног от усталости. Внутри меня ждали Аврора и Катя, которые налегали на какой-то коктейль. — Что это? Ёрш? — Я с подозрением посмотрела на их бокалы. — Самый забористый, — хмыкнула Катя. — Надеюсь, ты не порешила Зевса? Ему меня еще домой везти. — На костылях и на байке? — Мы и не такое могём, — захихикала она и налила в третий бокал бренди и еще что-то. Я с опаской покосилась на предложенное пойло. — Не боись, хозяйка, не отравлю, — подмигнула она мне. Мы чокнулись и выпили. — Нет, в библиотеке работать все же лучше, — сделала вывод Аврора, и мы втроем засмеялись. — Я бы предпочла свою галерею, — вздохнула я. — А мне здесь нравится, — пожала плечами Катя. — Если хочешь остаться на плаву, возьми себе в помощь пару официантов посменно и кого-нибудь на кухню. Жарить картошку-фри и луковые кольца тоже надо уметь. Я посмотрела на девушку. — А ты? — Я с удовольствием вернусь, как только моя костяная нога позволит, — хмыкнула она. — Значит, готова вернуться, несмотря на то, что я не ваш Батя? — спросила я. — В принципе можно попробовать и с тобой поработать, — кивнула Катя, — ты хоть и неженка, но не из тех, кого сдувает первым ветерком. — Буду считать это комплиментом, — засмеялась я. Дверь распахнулась, и Зевс рыкнул: — Катюха, костыли в руки и по коням! — Я ее отвезу, — ответила вместо Кати я, — на машине с костылями удобнее. Зевс одарил меня таким взглядом, что я должна была бы тут же провалиться в самое пекло ада. — Катюх? — Я с девчонками, — хихикнула та. ---------- Глава 11 На следующий день мне предстояло в одиночестве открывать бар. Аврору я даже просить не посмела, да и она сегодня работала в библиотеке. Я позвонила Кате с самопроизвольным прозвищем Костяная Нога, закинула удочку насчет того, что, может быть, она приедет, посидит тут со мной за компанию, но она отказалась. После вчерашнего у нее явно болела голова. — Да не боись ты, не будет у тебя сегодня никого, — подбодрила она меня. — Максимум, Зевс с Гариком приедут, а эти сами в состоянии себя обслужить. — А вдруг опять будет много народу? — запаниковала я. — Не будет, — заверила меня Катя. — Они вчера отстрелялись. К тому же сегодня понедельник, а это, как известно, день тяжелый. Вздохнув, я отключила телефон и задумалась. Может, мне вообще не стоит открывать сегодня бар, раз понедельник и день тяжелый? Я бросила тоскливый взгляд в зал, где наводили порядок две женщины из клининговой компании. Нет, все же я дам слабину, если не откроюсь. Зевс только посмеется надо мной в очередной раз. Вздохнув, я начала натирать барную стойку. Вызвать клининг — хорошая идея, но мне нужна уборщица на постоянной основе. Дядя, судя по всему, ее не держал. А вот с барменами и официантами мне не повезло. Так быстро никого не удалось найти. Да что там! Мое объявление на местном рекрутинговом сайте до сих пор не прошло модерацию. Я еще раз зашла в интернет. Нет, все еще ждет одобрения модератора, который, видимо, до сих пор спал. Может, он тоже вчера отрывался вот здесь, в «Диком страннике». — Мы закончили, — подошла ко мне одна из уборщиц. — Спасибо, — кивнула я и, замявшись на мгновение, все же спросила: — Скажите, девочки, а вы подрабатываете вне того, что предлагает вам клининговая компания. Женщины переглянулись и покачали головами. — Нет, нам это запрещено, — сказала одна из них, — но, если вам еще понадобится уборка, вы можете снова обратиться в нашу компанию. — Вы также можете заключить договор на постоянной основе, — добавила вторая. — Спасибо, я подумаю. Я попрощалась с ними и заперла дверь. До открытия была уйма времени, и я решила подняться на второй этаж, где я еще не была, и осмотреть помещения там. Здесь меня ждали несколько комнат. Одна из них была завалена каким-то хламом. За второй дверью оказалась ванная, а еще за одной — комната со старым диваном, креслом и телевизором. Видимо, здесь и жил свою жизнь дядя Сережа. Я прошла внутрь и опустилась в кресло. На небольшом столике перед ним валялась груда газет и небольших журнальчиков с кроссвордами судоку. Я полистала верхний — все кроссворды в нем были разгаданы. Наверное, это было любимым занятием дяди. Откинувшись на спинку, я обвела взглядом комнату, заметила слегка выдвинутый ящик видавшего виды комода. Не знаю, почему он меня заинтересовал, но я встала и подошла к нему. Попыталась выдвинуть, но он застрял. Я дернула еще и еще — все было без толку. Что-то нашло на меня, и я стала с остервенением тащить ящик за ручку, но он, кажется, намертво засел в рассохшихся пазах. Зато от моих усилий открылся ящик под ним. Я заглянула туда и увидела… — Револьвер, — выдохнула я. Это действительно был револьвер. Кажется, весьма старый. С оружием я обращаться умела на уровне школьника. Как-то давным-давно Аврора решила затащить меня в тир. Она была уверена, что это хорошее место для поиска мужчины. Мужчину она, конечно, не нашла, но зато мы изучили основы владения оружием. Я проверила барабан и увидела, что он пуст. Сбоку в ящике лежала еще какая-то коробка. Наверное, патроны… Внизу раздался громкий стук в дверь, и я от неожиданности вздрогнула. Кто это там в такой час? Я поспешила по лестнице и к двери. Распахнула ее и увидела одну из женщин-уборщиц. Я посмотрела на нее вопросительно, а она испуганно попятилась назад. — Вы что-то забыли? — спросила я. — Я… Не… — Она отчего-то была напугана и смотрела на меня со страхом. Я проследила за ее взглядом, прилипшим к моим руками, и только теперь осознала: я до сих пор сжимала в руке револьвер. — Извините, — выдохнула я и улыбнулась, — разбирала старые вещи. — Он не настоящий? — пискнула женщина. — Нет, конечно, нет, — заверила ее я. — Проходите. Сама я зашла за стойку и сунула револьвер в нишу под ней. — Итак, вы что-то хотели? — спросила я. — Да… — Она оглянулась, будто боялась, что ее кто-то услышит, и сказала: — Вы спрашивали про подработки. Скажите, вы хотели бы нанять кого-то для постоянной работы? — Хотела бы, но вы же сказали, что… — Я просто не хотела говорить при коллеге, иначе она все бы донесла начальству, и мне бы не заплатили за текущий месяц. — Так вы хотите работать у меня? — улыбнулась я. — Да, я бы попробовала. Вам же неважно, во сколько будет производиться уборка? Я задумалась. — В принципе нет, но, думаю, она должна быть закончена к шести. — Понимаю, — кивнула женщина. ---------- Глава 12 Я удивленно уставилась на него. — А ты что здесь делаешь? Зевс хмыкнул и, ни слова не говоря, прошел с ящиками в подсобку. — Я, пожалуй, пойду, — пробормотала Надя, все еще мявшаяся у стойки. — Да-да, — улыбнулась я ей. Женщина направилась к двери, а Зевс вышел из подсобки. Вышел как раз вовремя, чтобы проводить Надю взглядом, который беззастенчиво задержался на ее пятой точке. У Нади там была прямо-таки двойная Кардашьян. Да и сама она была вполне симпатичной и довольно молодой. — Любишь женщин в теле? — выпалила я прежде, чем успела сообразить, что этого говорить не стоило. — Есть за что подержаться, — ухмыльнулся Зевс и нарочно медленно прошелся взглядом по моей фигуре. — Не то что у некоторых… Я уперла руки в бока. — Кажется, еще пару дней назад ты говорил, что… Боже, Лина, заткнись! — остановила я себя. Зачем ты его провоцируешь? Пусть интересуется кем хочет и пусть будет плохого мнения о твоей внешности. Тебе же лучше. Зевс шагнул ко мне и упер руки в барную стойку. Снова я оказалась зажатой, как в капкане. — Что я говорил? — Он изогнул бровь, а я почувствовала, как краснею. — Ничего, — выдохнула я. Взгляд Зевса опустился прямо в разрез моего платья. — Красивый вид, — пробормотал он. — Отвали! — Я оттолкнула его и нырнула под его руку, выскальзывая из ловушки. — Тебя не учили, что нарушать личное пространство другого человека по меньшей мере невежливо? — Да? А я подумал, что ты просто жаждешь, чтобы я его нарушил. — Что?! — Я возмущенно хлопнула ресницами. — Тогда зачем одеваешься так, словно хочешь, чтобы тебя раздели? — Ты просто озабоченный! — выпалила я. — На мне обычное строгое платье. — Зачем в бар носить платья? В этот бар? Это тебе не пафосный клуб для богатеньких дурочек! — Я не дурочка! И уж тем более не богатенькая! А если у тебя проблемы с мироощущением, то… — Я всплеснула руками. — В общем, держи свои руки и глаза от меня подальше. — Ага, конечно, — ухмыльнулся он. Я вернулась за стойку. Там, в нише лежал револьвер, и он вдруг начал греть мне душу. Пусть и не стреляет, но напугать может. Надя вон как испугалась, а уж Зевс… Он тем временем, насвистывая что-то под нос, вышел. Я тут же подтянула платье, пытаясь прикрыть грудь, но вырез и так был не особо глубоким. Вот уж не думала, что Зевс может посчитать это предложением себя… — Идиот, — пробормотала я себе под нос, прислушиваясь к звукам снаружи. Я ожидала, что сейчас он заведет свой байк и укатит прочь, но зря: через несколько минут Зевс вернулся еще с несколькими ящиками. — Что это? — спросила я. — Спиртное. Вчера же небось твои запасы поистощали. Он посмотрел на меня вопросительно, и я отвела взгляд. — Я как раз собиралась проверить… — Собиралась ты? Лапуля, бар откроется через пару часов, а у тебя пусто, — покачал он головой, направляясь в подсобку. — Что будешь делать, если парни потребуют пива, а пива нет? — Сегодня не будет столько народу, — буркнула я. — Что? — крикнул он из подсобки. — Ничего, — сердито откликнулась я. — Что это ты такой заботливый? Ты что, работал на дядю? Зевс вернулся и сел на барный стул. — Кофе, — кивнул он на кофе-машину. — Кофе, пожалуйста, — закатила я глаза. Достав сигарету, Зевс сунул ее в зубы. — Лапуля, будь добра один эспрессо. — Почти хорошо, — улыбнулась я ехидно. — Только без лапули. Если ты не способен на Эвелину Александровну или даже просто Эвелину, можешь называть меня Линой. — Я подумаю, — затягиваясь и смотря на меня сквозь дым, ответил он. Пока я делала ему и заодно себе кофе, чувствовала его взгляд на себе. Нет, Зевс, конечно, был не первым мужчиной, проявившим ко мне интерес, но первым, кто выражал это так грубо и открыто. Меня это раздражало, пугало и… Нет, нет никаких «и», Лина. Нет! Я поставила перед Зевсом чашку с кофе и села на стул напротив. — Ты не ответил на мой вопрос, — напомнила я. — Какой? — Он прищурил один глаз и сделал затяжку. — Работаю ли я в баре? Я кивнула и отпила глоток кофе. — Нет. Я помогал Бате. У меня небольшая фирма по перевозке грузов, вот я и привозил Бате необходимое, когда он просил. — Почему поставщики сами не доставляли товар? — удивилась я. — Если ты видела документы, то должна была понять, что у Бати не было постоянных поставщиков. — Я еще не во все вникла, — призналась я и, предваряя его едкий комментарий, добавила: — Но обязательно вникну. Что же касается поставщиков, то нужно найти постоянного. Это будет выгоднее. ----------