<?xml version="1.0" encoding="UTF-8"?>
<FictionBook xmlns="http://www.gribuser.ru/xml/fictionbook/2.0" xmlns:l="http://www.w3.org/1999/xlink"><description><title-info><book-title>Не(детские) игры</book-title><author><first-name>Potosya</first-name><home-page>https://gigabooks.ru/tag/potosya</home-page></author><annotation><p>Они были абсолютными противоположностями, но как известно, свет и тьма притягиваются. Вот только их история началась с жестокого пари: «До выпускного бала уложи её на спину». Марк шёл за лёгкой победой, но не заметил, как сам попал в её сети. Сможет ли тот, кто привык всё разрушать, найти в себе силы для искупления, когда терять уже нечего?</p></annotation><coverpage><image l:href="#cover.jpg"/></coverpage><lang>ru</lang><sequence name="Замерзающий город"/><genre>proza</genre><genre>sovremennye</genre><genre>molodezhnaya</genre><genre>sovremennaia-proza</genre><date value="2026-11-19">19.11.2026</date></title-info><document-info><author><first-name>FB2 Generator</first-name></author><program-used>FB2 Generator</program-used><date value="2026-11-19 00:39:41">19.11.2026 00:39:41</date><id>nedetskie-igry</id><version>1.0</version></document-info></description><body><title><p>Не(детские) игры</p></title><section><title><p>Плейлист</p></title><p>Плейлист</p><p>Pyrokinesis — Отказываю небу;</p><p>Мукка, LXNER — Зеркала;Три дня дождя, Mona — Прощание;</p><p>Дискотека авария — К.У.К.Л.А;</p><p>Женя Трофимов, Комната культуры — Больше никому меня не прощай;</p><p>Ваня Дмитриенко — Ртуть;</p><p>Ваня Дмитриенко — Настоящая;</p><p>Ваня Дмитриенко — Шёлк;</p><p>XOLIDAYBOY — Америка;</p><p>Фогель — Истеричка;</p><p>ICEGERGERT feat Елизавета Базыкина — Актриса;</p><p>Татьяна Буланова — Ледяное сердце;</p></section><section><title><p>Пролог</p></title><p>В каждой игре есть свои правила.</p><p>В каждой игре есть победитель и проигравший. И в каждой игре есть тот самый момент, когда ты понимаешь, что ставки выросли до таких высот, что ты уже не сможешь просто встать и уйти.</p><p>Всё началось с глупого спора, с усмешки Коли, с моего упрямства, с её холодного, насмешливого взгляда из-под светлых прядей.</p><p>«До выпускного бала уложи её на спину».</p><p>Звучало как детская забава. Я думал, что просто выиграю. Думал, что она станет очередной галочкой в моем списке, которую я с легкостью вычеркну.</p><p>Но я не учел одного....</p><p>Я совсем не планировал влюбляться.</p><p>Это чувство подкралось незаметно, как удар в слепую зону на ринге. Сначала я злился на неё за то, что она не играет по моим правилам, потом начал ловить себя на мысли, что ищу её взгляд в переполненном классе, а потом я понял, что боюсь. Боюсь до дрожи.</p><p>Потому что любовь — это единственное, над чем я не властен. Это значит дать кому-то право уничтожить тебя. А я привык контролировать всё: драки, людей, свои эмоции.</p><p>И вот парадокс: спор был выигран. Условие выполнено. У меня были доказательства, те самые фотографии, которые теперь висели на экране, как приговор.</p><p>Но мне уже не нужна была эта победа.</p><p>Она превратилась в пепел, потому что я понял: выиграть спор — значит потерять её. А проиграть — значит потерять себя. И в этой игре не было варианта, где мы оставались вместе.</p><p>Я хотел всё исправить.</p><p>В тот вечер, на выпускном, я шел к ней с одной мыслью: признаться. Рассказать про спор. Я был готов проиграть эту чертовую игру, лишь бы выиграть её. Я хотел сказать, что люблю. Что она единственное настоящее, что было в моей жизни.</p><p>Я подошел. Полина стояла в своем красивом платье, и мое сердце колотилось где-то в горле. Я открыл рот, чтобы сказать главное...</p><p>Но в этот миг огромный экран за её спиной мигнул. А затем на нем всплыли фотографии. Наши. Интимные. Украденные. Те самые, что должны были стать доказательством моей победы.</p><p>Зал замер. Сотни глаз уставились на нас.</p><p>Полина медленно обернулась. В её серо-зеленых глазах не было ни крика, ни истерики, только пустота и боль, которую я сам в неё вложил. Она посмотрела на меня, и её губы чуть дрогнули.</p><p>— За что? — тихо, одними губами спросила она.</p><p>Этот вопрос повис в воздухе. Я хотел закричать, что это не я. Что я всё собирался ей рассказать. Что я люблю её, черт возьми! Но было уже поздно. Момент был упущен, доверие разбилось вдребезги, и никакие оправдания не смогли бы склеить эти осколки.</p><p>Я просто стоял, глядя, как она гордо поднимает голову и уходит, оставляя меня одного в руинах моей же жизни. Победителя. Который проиграл всё.</p><p>Самые страшные игры начинаются там, где заканчивается детство. И в них не бывает ничьих.</p></section><section><title><p>Новый город</p></title><p>Бас из наушников глушил шум мотора и монотонный гул незнакомого города за окном. Полина смотрела на мелькающие серые многоэтажки, но не видела их. Мысли были где-то далеко — в Москве, в её старой комнате, в привычных дворах и школьных коридорах, которые теперь казались частью чужой, навсегда ушедшей жизни.</p><p>Отец бросил на неё короткий, тревожный взгляд, на секунду оторвавшись от дороги. Тишина в машине повисла тяжелая, давящая. Он выключил магнитолу, которая и так играла фоном, и тяжело вздохнул.</p><p>— Полин... — начал он, и в его голосе сквозила виноватая нота, — Я понимаю, что тебе тяжело. Новый город, одиннадцатый класс, всё с нуля... Но и ты меня, пожалуйста, пойми.</p><p>Полина медленно достала один наушник, затем второй. Музыка в её голове стихла, уступив место шуршанию шин по мокрому асфальту. Она повернулась к отцу.</p><p>— Пап, да всё нормально, — сказала она, стараясь, чтобы голос звучал ровно и спокойно.</p><p>Отец нахмурился, его руки чуть крепче сжали руль. Он искал в её глазах подтверждение, но видел лишь спокойствие и усталость в глазах дочери:— Правда?</p><p>Полина слабо улыбнулась, убирая наушники в карман куртки.— Правда, — ответила она, глядя ему прямо в глаза. — Я не злюсь. Я же всё понимаю, работа у тебя тут, квартиру дали, да и перспективы... Хотя мне и правда тяжело.</p><p>Отец выдохнул, словно ждал именно этих слов, и его напряженные плечи чуть опустились. Он протянул руку и на секунду накрыл её ладонь своей.— Привыкнешь, дочка. Ты у меня умница. Тебя здесь полюбят, вот увидишь.— Посмотрим, — тихо отозвалась Полина, мягко убирая руку и снова поворачиваясь к окну.</p><p>Машина замедлила ход и свернула к высоким воротам школы. Полина глубоко вдохнула, чувствуя, как сердце начинает биться чуть быстрее, отдавая в висках. Новый город, новая школа, новые люди.</p><p>Она захлопнула дверь машины, провожая взглядом отъезжающий автомобиль, поправила лямку рюкзака и направилась к главному входу.</p><subtitle>* * *</subtitle><p>В классе стихли разговоры, когда учительница — сухая женщина в строгих очках кивнула Полине, приглашая подойти к доске. Десятки глаз уставились на новенькую.</p><p>— Расскажи немного о себе, Полин, — произнесла учительница, указывая на класс.</p><p>Полина глубоко вздохнула, чувствуя, как ладони слегка потеют, но старалась держаться уверенно.— Всем привет, — начала она, и её голос прозвучал чётко и звонко. — Меня зовут Полина Котова. Я приехала из Москвы, потому что папу перевели сюда работать и я понимаю, что у вас уже класс разбит на свои компании, но надеюсь, мы всё же подружимся.</p><p>В ответ послышался сдержанный гул. Кто-то на задних рядах многозначительно хмыкнул, кто-то просто продолжил смотреть в телефон.</p><p>— Хорошо, Котова, — кивнула учительница, явно оценив её смелость. — Садись на свободное место у окна.</p><p>Но не успела Полина сделать и шага, как с первой парты вскочила девчонка с высоким, слегка небрежным хвостом.</p><p>— Димка, отвали! — скомандовала она, без церемоний выталкивая из-за стола своего брата-близнеца, который лениво ковырялся в телефоне. — Садись ко мне, — улыбнулась она Полине, хлопая ладонью по освободившемуся стулу. — Я Вика.</p><p>Полина робко села, чувствуя, как напряжение в плечах немного спадает. Вика тут же начала расспрашивать её о столице, о том, как ей тут, и почему вообще пришлось переехать.— Из-за папы, — вздохнула Полина. — Его перевели по работе, вот и пришлось всё бросать.— Тяжело наверное вот так все бросить и переехать! — кивнула Вика, и Полина поняла, что они нашли общий язык. Вика была открытой, говорливой и, казалось, знала обо всех всё.</p><p>После первого урока, на перемене, Вика понизив голос, начала посвящать её в местные реалии.— Смотри, сейчас я тебе вкратце раскидаю, кто у нас тут кто, — Вика обвела взглядом класс. — Вон та блондинка у окна — это Маша. Она больше пацанка, чем девчонка. Встречается с Колей, и у них даже своя компашка: Машка, Коля и Герасим.</p><p>— Герасим? — усмехнулась Полина. — Ну и имечко. А где он? Кто из них Герасим? — она огляделась по сторонам.</p><p>— А его сегодня нет, он опять прогуливает, — ответила Вика.</p><p>— Прогульщик, значит, — фыркнула Полина.</p><p>— Ага, — кивнула Вика. — Может неделями пропадать, потом появляется как ни в чём не бывало. А учителя глаза закрывают, ведь на всех спортивных соревнованиях он нашу школу вперёд тащит. А вон тот, который с Машей рядом, — Вика кивнула на высокого парня с насмешливой улыбкой, — Это и есть Коля. Вечный подстрекатель, шутник... В общем, заводила всех приколов. А Дима, — Вика улыбнулась, глядя на брата, который снова уткнулся в экран смартфона, — это мой братец. Душка, но ленивый. С ним проще всего. Он безобидный у меня.</p><p>Полина кивнула, запоминая лица.— А ты с этим... Герасимом, общаешься? — спросила она.</p><p>— Ну… у нас с ним что-то типа отношений, — пожала плечами Вика, слегка краснея.</p><p>— Да ладно, просто они с Суворовым спят, когда ему это удобно! — громко, с наглой ухмылкой бросил Дима, не отрываясь от экрана телефона.</p><p>— Серьезно? — округлила глаза Полина.</p><p>Вика в шутку ударила брата пеналом по голове.— Заткнись, придурок, — фыркнула она, а затем достала телефон и открыла галерею. — А это он.</p><p>На экране было фото парня. Тёмные, слегка растрёпанные волосы, резкие черты лица и тяжёлый, пронзительный взгляд серых глаз, который, казалось, смотрел прямо сквозь экран.— Будь с ним осторожна, — серьезно сказала Вика, убирая телефон. — Он может казаться милым, но на самом деле тот ещё говнюк. Лучше держись от него подальше. Это не ревность, это дружеский совет.</p><subtitle>* * *</subtitle><p>Вечером квартира встретила Полину запахом жареной картошки и уютом. Мама накрывала на стол, а папа, уже переодевшись в домашнее, сидел на кухне с чашкой чая.</p><p>— Ну рассказывай, как прошло? — мама тут же обняла её и поцеловала в макушку. — Не обижали? Нашла с кем поговорить?— Всё отлично, мам, — Полина села за стол, накладывая себе еду. Она видела заботливые, немного тревожные взгляды родителей и решила не грузить их своими первыми впечатлениями. — Ребята нормальные. Есть одна девчонка, Вика, очень разговорчивая, мы с ней нашли общий язык. А так, всё нормально.— Вот и хорошо, — облегчённо выдохнул папа, подмигивая ей. — Я же говорил, что тебя здесь полюбят.</p></section><section><title><p>Правила игры</p></title><p>•Марк•</p><p>На кухне было невыносимо душно. Воздух казался густым, почти осязаемым, он был пропитан тошнотворно-сладким запахом дешёвого мужского одеколона, кисловатым ароматом мандариновой кожуры и резким, удушающим запахом перегара. Бас из колонок в зале бился в стены, заставляя дрожать стёкла в шкафах и вибрировать посуду в грязной раковине.</p><p>Я стоял у окна, лениво крутя в руке пластиковый стакан с колой. Газировка выдохлась, и от неё пахло приторной химической карамелью, но мне было всё равно. Я вообще пришёл сюда только потому, что дома делать было нечего, а сидеть в четырёх стенах становилось невыносимо — тишина давила сильнее любого шума.</p><p>Коля сидел на кухонном столе, свесив ногу, и вертел в пальцах пустой стакан, Маша стояла у раковины, делая вид, что моет посуду, но на самом деле просто слушала наш разговор, изредка поглядывая в нашу сторону через плечо. На кухне пахло остывшим жиром и чьим-то пролитым пивом.</p><p>— Ты знаешь, с кем Вика теперь ходит? — Коля кивнул подбородком в сторону приоткрытой двери в зал. — С новенькой. Котовой.</p><p>— Она, наверное, такая же как Вика, — влезла в разговор Маша, — Подобное к подобному тянется.</p><p>— Вот именно, — Коля хмыкнул, и его лицо исказилось в знакомой, самодовольной ухмылке. — Обе фифы такие. Сидят, носы воротят, на всех смотрят свысока. Вичка хотя бы своя, я её лет сто знаю, ещё в садике вместе на один горшок ходили. А эта из Москвы, приехала и смотрит на нас, будто под носом насрано. Я ей три раза «привет» сказал, один раз не услышала, два раза проигнорировала. Если она действительно такая же как Вика, думаю, её будет не сложно развести на пару встреч с продолжением, ну ты понимаешь о чем я...</p><p>Я молчал. Новенькая, не новенькая, какая мне разница? Я смотрел в окно, где капли дождя стекали по стеклу, оставляя за собой дрожащие следы.</p><p>— А может, она нормальная, — сказал я вдруг. — А твоё «привет» просто не услышала.</p><p>Сам не понял, зачем это сказал. Просто захотелось, чтобы Коля заткнулся со своим нытьём.</p><p>Коля замер. Стакан в его руке перестал вращаться, а потом он рассмеялся, коротко, без веселья, и спрыгнул со стола, оказавшись слишком близко. Его дыхание ударило мне в нос смесью тёплого пива и едкого табачного дыма.</p><p>— Тебя что, Вичка уже успела обработать? — спросил он, прищурившись и изучая моё лицо. — Встала на защиту новенькой?</p><p>— Никто меня не обрабатывал, — ответил я ровно, не отводя взгляда. — И если она действительно не такая, то не тебе, не кому-либо другому такие встречи не светят.</p><p>— Кому-либо другому говоришь, а про себя не сказал. Значит, тебе светит?</p><p>Я сжал стакан, пластик тихо хрустнул под пальцами.</p><p>— Отстань.</p><p>— Не, я к тому, — он развёл руками, изображая искреннее недоумение, — Почему про себя не сказал? Значит, тебе светит?</p><p>— Ты же знаешь ответ.</p><p>— Знаю.</p><p>— Но мне она не интересна.</p><p>— А может поспорим, — Коля наклонился ближе, и в его глазах заплясали опасные огоньки, — сможешь уложить новенькую на спину до выпускного? Заодно и проверим, такая или нет. Или слабо?</p><p>— Не слабо. Цена спора?</p><p>— Сотка, — он усмехнулся. — Я знаю, что ты неплохие деньги поднимаешь.</p><p>Маша выпрямилась у раковины, её лицо помрачнело.</p><p>— Хватит. Вы два придурка.</p><p>— Маш, — Коля даже не обернулся. — Это не твоё дело.</p><p>Я посмотрел на Колю. Мне следовало сказать «нет», следовало развернуться и уйти, но Коля смотрел на меня с тем самым вызовом, который я ненавидел больше всего на свете. Он ждал что я отступлю.</p><p>— Боишься проиграть? — тихо спросил Коля.</p><p>— Нет,— вырвалось у меня раньше, чем я успел подумать. — Ты же знаешь, если я ставлю перед собой цель, то добиваюсь своего.</p><p>Потом было рукопожатие, глупое, по-мальчишески торжественное, посреди чужой кухни, пахнущей мандаринами и прокисшим пивом. Ладонь Коли была влажной и горячей. Маша разбила наш спор, снова буркнув себе под нос «что мы два дебила»</p><p>— И ещё одно условие, — Коля поднял палец, и его лицо вдруг стало серьёзным, почти жестоким. — Об этом никто не должен знать. Кроме меня и Маши.</p><p>Маша фыркнула, но молча кивнула, опустив глаза.</p><p>— И этой полоумной... То есть Вичке, тоже не говори. Мало ли проболтается.</p><p>Я кивнул. Мне и самому не хотелось, чтобы кто либо знал про спор.</p><p>Именно в этот момент входная дверь с грохотом открылась. В кухню ворвался поток ледяного ноябрьского воздуха, пахнущего мокрым асфальтом и морозом. Он на секунду перебил удушающую духоту комнаты.</p><p>— Давай, заходи, не бойся! — это была Вика.</p><p>Я невольно повернул голову и увидел её.</p><p>Полина Котова.</p><p>Она стояла на пороге, немного растерянная, оглядываясь по сторонам. На ней была чёрная широкая толстовка, которая делала её хрупкой, почти миниатюрной, словно она утонула в чужой одежде. Черные джинсы с дырками на коленях, чёрные кроссовки и прямые светлые волосы были распущены и мягкими волнами падали на плечи, скрывая часть лица. Она отличалась от Вики.</p><p>И тут до меня донёсся её запах.</p><p>От неё пахло булочками с корицей и ванилью. Этот аромат не был приторным или удушающим, как у Вики. Он был домашним, мягким, каким-то до боли уютным. Он странно и приятно контрастировал с тяжёлым, спёртым воздухом квартиры, пахнущим перегаром и чужим потом, словно она принесла с собой кусочек тёплой кухни, где её кто-то очень любит.</p><p>Она выглядела... не так, как я представлял по рассказам Коли. Не высокомерной московской штучкой, а обычной, потерянной девчонкой, которая просто не знает, куда себя деть на чужой вечеринке.</p><p>Рядом с ней сияла Вика. Короткое платье подчёркивало изгибы её фигуры, рыжие волосы горели в полумраке прихожей, а на ногах красовались ботинки на каблуке. Она оставляла за собой тяжёлый, приторно-сладкий шлейф дорогих духов с нотками жасмина и вина, который тут же начал перебивать тот уютный ванильный аромат.</p><p>— Полин, расслабься, — Вика смеялась, стягивая с подруги куртку. — Тут все свои. Ну, почти все.</p></section><section><title><p>Закрытый профиль</p></title><p>Ноябрьский воздух ударил в лицо, отрезвляя лучше любого ледяного душа. Я вышла из подъезда Маши, плотнее запахивая чёрную куртку, и глубоко, жадно вдохнула. В лёгких всё ещё стоял тяжёлый, удушающий запах чужой квартиры: перегар, дешёвый мужской одеколон, приторно-сладкие духи Вики с резкими нотками жасмина и вина. Этот коктейль прилип к волосам, к коже, к ткани куртки, и я чувствовала себя так, будто меня окунули в чужую, липкую жизнь.</p><p>Но сквозь этот тяжёлый аромат в памяти навязчиво, ритмично бился другой. Мороз, кожа. Что-то древесное, как лес после дождя. Чистый, холодный, почти неуловимый.</p><p>Марк</p><p>Я зажмурилась, пытаясь вытравить это воспоминание, но оно цеплялось, как репей. Зачем я вообще туда пошла? Я стояла у стены, пила сок и чувствовала себя абсолютным нулём, а потом появился он и практически тут же исчез, уйдя с Викой, даже не оглянувшись.</p><p>Телефон в кармане завибрировал. На экране высветилось: Тëма❤</p><p>Я нажала на зелёную трубку, пытаясь сделать голос бодрым, лёгким, таким, каким он хотел меня слышать.</p><p>— Алло?</p><p>— Полин! — его голос звучал громко и радостно, немного искажаясь из-за плохой связи. — Ну как ты? Я звоню, звоню, а ты не берёшь. Как вечеринка? Весело?</p><p>— Нормально, — я пожала плечами, хотя он не мог этого видеть. — Я там недолго была.</p><p>— А кто там был? Местные? — в его голосе проскользнуло лёгкое, но знакомое высокомерие, от которого у меня всегда сжималось что-то внутри. — Ты с этой своей Викой поосторожнее, Полин. Я смотрел её страницу, типичная местная тусовщица. Тебе с такими лучше не связываться. Сосредоточься лучше на учёбе.</p><p>Я остановилась посреди тротуара. Ветер трепал волосы, залетая под капюшон, и щипал щёки. Где-то вдалеке лаяла собака, и этот звук казался таким далёким, таким не из моего мира.</p><p>— Артём, — тихо сказала я. — Она не такая, как ты думаешь.</p><p>— Да ладно, — он фыркнул. — Ты просто в новом городе, тебе хочется друзей. Но поверь, я лучше знаю, какие там контингенты. Ладно, не буду тебя грузить. Спи, мне завтра на пары рано. Люблю тебя.</p><p>— Я тоже, — автоматически ответила я и отключила звонок.</p><p>Я смотрела на погасший экран, и моё отражение в чёрном стекле показалось мне чужим. Артём даже не слышал меня, для него Вика была просто картинкой в соцсети, набором фотографий, по которым можно судить о человеке. А я его идеальной девочкой, которая должна сидеть тихо, делать уроки и не высовываться.</p><p>Я сунула телефон в карман и ускорила шаг. Мне нужно было домой. Туда, где пахнет корицей и тишиной.</p><p>Ключ щёлкнул в замке с сухим металлическим звуком. Я толкнула дверь и шагнула в тишину.</p><p>Пустая квартира. Мама на ночной смене в больнице, папа как обычно задерживается на работе. На кухне в раковине стояла чашка из-под утреннего кофе, а на столе лежала записка с маминым ровным почерком: «Полин, ужин в холодильнике. Люблю, мама»</p><p>Я сбросила рюкзак на пол и он упал с глухим стуком, который эхом разнёсся по коридору. Прошла в ванную и долго стояла под горячим душем, смывая с себя запах чужой вечеринки. Вода обжигала плечи, пар заполнял маленькое пространство, и я зажмурилась, представляя, как вместе с пеной уходит всё: и перегар, и приторные духи Вики, и этот навязчивый, фантомный аромат Марка.</p><p>Но запах Марка, этот воображаемый, почти осязаемый аромат мороза и древесины никуда не уходил. Он въелся в память глубже, чем любые духи.</p><p>Когда я вышла на кухню, закутавшись в махровый халат, в голове был только один способ не сойти с ума.</p><p>Выпечка.</p><p>Я достала муку, она посыпалась на стол мягким белым облаком, пахнущим чем-то детским и домашним. Сахар, корицу, ванильный экстракт. Когда руки заняты тестом, голова отдыхает. Когда в квартире пахнет ванилью и тёплой сдобой, она перестаёт быть чужой и пустой, превращается в место, где можно дышать.</p><p>Я месила тесто, слушая, как за окном воет ветер, и думала о том, что завтра снова в школу. Снова этот гулкий коридор, снова чужие лица.</p><p>И снова он.</p><p>Но почему-то, ставя противень в духовку и чувствуя, как жар ударил в лицо, я поймала себя на мысли, что жду завтрашнего дня.</p><p>Утром я проснулась от будильника, собрала рюкзак и подошла к зеркалу в ванной. Под глазами залегли лёгкие тени, ночь была беспокойной. На запястья и за уши брызнула свои любимые духи, у меня было всего два любимых аромата, и я выбирала их по настроению, как другие выбирают музыку.</p><p>Первый: ваниль, карамель и мускус. Тёплый, обволакивающий, тот, от которого, по словам мамы, «пахнет как в пекарне». Все вокруг говорили, что от меня пахнет свежей выпечкой и уютом, и именно за это я его и любила. Второй же спелая вишня и солнце, лёгкий, почти невесомый, совсем не приторный. Его я использовала, когда хотела чувствовать себя свободной.</p><p>Но сегодня, в это серое ноябрьское утро, за окном которого моросил мелкий дождь, хотелось уюта, хотелось спрятаться. Поэтому я выбрала первый.</p><p>В школу я пришла первой. Кабинет пах мелом, старой бумагой и чем-то кисловатым. Сев за свою парту у окна, я достала учебник по литературе.</p><p>Дверь открылась с тихим скрипом. Вошёл Марк.</p><p>Он даже не посмотрел в мою сторону, просто прошёл к своей парте в конце класса, сел, откинулся на спинку стула и уткнулся в телефон. На нём была чёрная толстовка с длинным рукавом, волосы слегка растрёпаны.</p><p>Он словно почувствовал мой взгляд и поднял глаза.</p><p>— Что, Котова? — спросил он лениво, и в его голосе слышалась лёгкая насмешка. — Глазела на меня или просто в стену смотришь?</p><p>— Я не глазела, — я фыркнула, возвращаясь к учебнику. — Я просто удивилась что ты решил почтить школу своим присутствием.</p><p>— Ну да, — он усмехнулся, и в уголках его глаз собрались мелкие морщинки. — Я умею удивлять, москвичка.</p><p>Москвичка. Звучало как издёвка, но в то же время как-то по-своему интимно. Я стиснула зубы.</p><p>Прежде чем я успела ответить, в класс вошла наша классная руководительница, Оксана Викторовна. От неё пахло резкими духами и кофе.</p></section><section><title><p>Рождение «бабули»</p></title><p>•Полина•</p><p>Школьная столовая пахла пережаренным подсолнечным маслом, разваренной капустой и кисловатым компотом из сухофруктов. Этот специфический, тяжёлый аромат всегда вызывал у меня лёгкую тошноту, но сегодня желудок урчал так громко, что я была готова простить местной поварихе любые кулинарные грехи. Мы с Викой сидели за нашим привычным столиком в углу, ковыряя вилками остывшие котлеты с пюре.</p><p>— ...и вот мы с Лизой решили, что ночевать у неё в общаге слишком банально, — рассказывала я, откусывая кусочек котлеты. — У неё как раз была смена на складе, где она подрабатывала. Поэтому я взяла пиццу, пледы и приехала к ней, чтобы ей там было не скучно.</p><p>Вика скептически подняла бровь, подперев щеку рукой. Её длинные красные ногти хищно блестели в свете мигающих ламп.</p><p>— И как, было круто?</p><p>— Ага, — я фыркнула, вспоминая тот вечер. — Очень. Там клопы были! Я проснулась утром вся в укусах, а Лиза уже настолько к ним привыкла, что просто забыла меня предупредить.</p><p>Вика рассмеялась, но тут я заметила движение краем глаза. За соседним столиком сидел Марк. Он лениво ковырял вилкой в своей тарелке, делая вид, что увлечённо слушает Колю, но я знала, что на самом деле он слушает нас с Викой.</p><p>Он медленно поднял глаза от тарелки и посмотрел на меня, а в его серых глазах читалось плохо скрытое веселье.</p><p>— Выходит, я тебя с клопами подобрал? — спросил он с лёгкой, ленивой насмешкой.</p><p>Я замерла с вилкой в руке, глаза сузились. Внутри мгновенно вскипело раздражение. Опять он лезет со своими подколами.</p><p>— Я тебе что, кот с помойки, чтобы ты меня подбирал? — фыркнула я, откусывая котлету с особой агрессивностью. — И в смысле «подобрал»? Мы с тобой даже не встречаемся, Герасим, так что можешь выдыхать.</p><p>Марк замер на секунду. Его усмешка чуть дрогнула, и в серых глазах мелькнуло что-то неуловимое. То ли удивление, то ли лёгкая досада, он явно не ожидал такого резкого отпора, но быстро взял себя в руки.</p><p>— Успокойся, Котова, — он откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди. — Я просто переживаю, ведь мы сидим за одной партой. Не кипятись.</p><p>— Я не кипячусь, — я демонстративно отвернулась к Вике. — Просто не люблю, когда лезут в чужие разговоры.</p><p>Марк хмыкнул, но больше ничего не сказал. Он снова уткнулся в тарелку, но я заметила, как он пару раз украдкой бросил на меня взгляд.</p><p>Идиот, подумала я. Полный идиот.</p><p>Через двадцать минут мы уже стояли в школьном спортзале. Здесь пахло резиной, застарелым потом и едкой хлоркой. Физрук, Сергей Петрович, свистнул в свисток, и резкий звук эхом разлетелся под высоким потолком.</p><p>— Так, ребята, внимание! — он обвёл нас строгим взглядом, держа в руках секундомер. — Сегодня у нас пробная сдача нормативов. Челночный бег десять на десять, а так же девочкам на выбор: либо пресс, либо отжимания. Мальчики, у вас отжимания и подтягивания. Чтобы я понимал, кто на что способен перед концом четверти. Официальная сдача будет через месяц. А сейчас разминка. Бегом по залу!</p><p>Внутри у меня всё похолодело. Челночный бег, это всегда было моей проблемой.</p><p>Мы начали движение, кроссовки противно скрипели по полу. Я бежала в одном темпе с Викой, но уже на втором круге мои лёгкие начали гореть, а ноги стали ватными.</p><p>Рядом с нами бежал Коля. Или, по крайней мере, делал вид, что бежит. На середине третьего круга он незаметно сбавил темп, перейдя на быстрый, семенящий шаг, и принялся болтать с кем-то сзади.</p><p>— Скворцов! Я всё вижу! — рявкнул Сергей Петрович.</p><p>Коля тут же «включил» невинное лицо и снова зашлёпал кроссовками.</p><p>— А что я? Я бегу, — отозвался он, тяжело дыша.</p><p>— Я вижу, — учитель остановился, скрестив руки на груди и глядя на нас всех, — Всем ещё плюс три круга.</p><p>В классе пронеслось коллективное стонущее эхо.</p><p>— Да блин! — выдохнула я, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле. — Я и так уже еле бегу.</p><p>— Скворцов, спасибо, — недовольно фыркнула Вика, поравнявшись со мной и смерив Колю убийственным взглядом.</p><p>— Если кто-то ещё будет отлынивать, буду добавлять ещё круги! — пригрозил учитель, и мы, понурив головы, продолжили свой бесконечный круг.</p><p>Я тяжело дышала, вытирая пот со лба, и тут мой взгляд упал на фигуру впереди. Марк бежал впереди всех. Ровно, легко, словно вообще не тратил на это усилий. Его чёрная футболка уже слегка прилипла к спине, но дыхание оставалось ровным.</p><p>— Зато этому хоть бы хны, — прошептала я Вике, кивая в сторону Марка. — Носится как ссаный веник, будто не бегает уже десять минут, а вышел пешком прогуляться. Даже не запыхался.</p><p>Вика хмыкнула, но ничего не ответила, только тяжело вздохнула, когда мы наконец-то закончили эти дополнительные круги.</p><p>Мы рухнули на деревянную лавочку у стены, жадно глотая воздух.</p><p>— Полин, ты как? — Вика скептически осмотрела мои кроссовки, вытирая лицо полотенцем. — Готова к сдаче?</p><p>— Я готова провалиться сквозь землю, — честно призналась я, завязывая шнурки дрожащими пальцами. — Вика, челночный бег — это не для меня. Я на разворотах всегда торможу.</p><p>— Прорвёмся, — Вика усмехнулась. — Главное не убейся об стены.</p><p>Мы сели и стали наблюдать, как одноклассники по очереди сдают норматив. Кто-то бежал быстро, но неуклюже разворачивался, кто-то скользил по полу.</p><p>И вот наступила очередь Марка.</p><p>Он вышел на линию старта спокойно, без суеты. Сергей Петрович свистнул.</p><p>Марк рванул с места так быстро, что я даже не успела моргнуть. Но самое удивительное было не в скорости, а в том, как он входил повороты.</p><p>— Смотри, как он красиво бочком в поворот входит, — невольно вырвалось у Вики. Она наблюдала за ним с каким-то странным выражением лица, не то с восхищением, не то с грустью.</p><p>Я вгляделась, пытаясь уловить этот момент.</p><p>— Действительно... — пробормотала я, не отрывая взгляда от его фигуры. — Так он получается, ещё не добегая, уже начинает разворачиваться?</p><p>Вика кивнула.</p><p>— Почти не тормозя, — добавила я, морщась при мысли о собственных попытках. — Я вот на этих разворотах всегда время теряю, а он даже скорость не сбавляет.</p></section><section><title><p>День рождения</p></title><p>•Марк•</p><p>Я стоял у чугунной ограды, сжимая в руке букет белых хризантем так сильно, что стебли больно впивались в ладонь, оставляя на коже красные следы. Но я не разжимал пальцев, мне нужна была эта боль. Она заглушала ту, что раздирала меня изнутри, не давала завыть, не давала упасть на колени прямо здесь, на мокрой земле.</p><p>Холодный ноябрьский ветер пронизывал куртку насквозь, срывал последние сухие листья с голых веток и бросал их мне под ноги, но я этого не чувствовал. Внутри меня была только оглушающая пустота и голос. Тот самый голос, который я слышал каждую ночь, каждую свободную минуту, каждое утро, когда просыпался в холодном поту.</p><p>Кладбище было тихим. Только где-то вдалеке хрипло каркали вороны, да шелестели под ногами листья. Каждый раз, приходя сюда, я чувствовал, как внутри что-то умирает снова и снова.</p><p>Я опустился на корточки, не чувствуя, как холодная, сырая земля промочила кроссовки, и положил цветы на могилу. Долго смотрел на фотографию. Светлые волосы, яркие, живые глаза, широкая, искренняя улыбка. Лицо, которое я знал лучше своего собственного.</p><p>— С днём рождения, Жень, — тихо сказал я. Голос сорвался, превратившись в хриплый шёпот, который даже мне самому казался чужим.</p><p>Я достал из кармана зажигалку и щёлкнул. Огонёк затрепетал на ветру, выхватывая из серого полумрака выбитые в камне буквы. Я закурил, сделал глубокую затяжку, чувствуя, как дым обжигает лёгкие, и поставил сигарету между пальцев, прислонив руку к ледяному граниту. Холодный камень обжигал кожу, но это было ничто по сравнению с тем холодом, что поселился у меня внутри.</p><p>— Прости, что редко бываю здесь, — пробормотал я, глядя на землю, на мокрые листья, прилипшие к граниту. — Тяжело на это смотреть. Знаю, ты бы точно надо мной подшутил. Знаю твой обычный ответ: «Хватит ныть, Марк, иди живи». Но я не могу. Просто не могу.</p><p>В горле стоял тяжёлый, колючий ком. Я сглотнул, пытаясь избавиться от него, но он только рос, сдавливая грудную клетку, не давая вдохнуть.</p><p>Я стиснул зубы так сильно, что скулы свело судорогой. Каждый день, каждый божий день тот момент всплывал перед глазами, стоило лишь мне закрыть глаза, стоило на секунду расслабиться. Я видел это так ясно, будто это случилось вчера. Хотя прошёл уже год.</p><p>— Я помню всё, — продолжал я, и голос дрогнул сильнее, — Каждую минуту того дня.</p><p>Я замолчал, глядя на фотографию. На эти живые, смеющиеся глаза. Как они могли стать просто фотографией? Как этот человек, который ещё недавно был жив, мог превратиться в несколько букв на холодном камне?</p><p>— Я же знал, — выдохнул я, и слова застряли в горле, ломаясь и спотыкаясь. — Я же знал, что ничем хорошим это не закончится. Видел, чувствовал и не предотвратил.</p><p>Ресницы предательски дрогнули. Я стиснул зубы ещё сильнее, пытаясь удержать то, что рвалось наружу.</p><p>— Я был там. Я был прямо там. И я... я ничего не сделал. Ничего. Кричал, звал на помощь... но всем было плевать. Всем было весело.</p><p>— Это я виноват, — выдохнул я наконец, и слова вырвались наружу. — Всё из-за меня. Если бы не я... если бы я тогда...</p><p>Я не мог закончить. Не мог произнести вслух то, что крутилось в голове каждый день, каждую ночь. То, что не давало мне спать, есть, жить.</p><p>Шаги за спиной заставили меня вздрогнуть. Я не обернулся, узнав эту шаркающую, тяжёлую походку. Эти вздохи, в которых было слишком много боли для одного человека.</p><p>— Марк... — тихо позвала женщина.</p><p>Я медленно поднялся, отряхивая колени, и повернулся.</p><p>Ирина стояла в нескольких шагах, сжимая в руках такой же букет белых хризантем. Её глаза были красными, опухшими, но она не плакала. Только губы дрожали, выдавая то колоссальное усилие, с которым она держалась. Она выглядела старше своих лет. Постарела на десять, может, пятнадцать лет за последний год. И я знал, что виноват в этом не меньше, чем кто-либо другой.</p><p>— Здравствуйте, — сказал я хрипло.</p><p>Она подошла ближе, опустилась на колени у могилы и долго гладила холодный камень, словно пытаясь согреть его своим прикосновением. Её пальцы дрожали.</p><p>— Спасибо, что не забываешь, — тихо сказала она, не поднимая глаз. — Что приходишь сюда. Для меня... это очень много значит. Правда.</p><p>Я стиснул челюсть, чувствуя, как внутри всё сжимается в тугой, болезненный узел. Она благодарила меня. Меня. Того, кто разрушил её жизнь. Того, кто не смог защитить её ребёнка.</p><p>— Вы пришли, — глухо произнёс я.</p><p>— Сегодня день рождения, — Ирина подняла на меня глаза. В её взгляде была такая безграничная, всепоглощающая тоска, что мне стало трудно дышать. — Ты заходи как-нибудь в гости, Марк. Чай попьем, пирог испеку.</p><p>Я кивнул, не в силах вымолвить ни слова.</p><p>— Это я виноват, — вдруг выпалил я, — Я должен был...</p><p>— Марк, посмотри на меня.</p><p>Я поднял голову. Ирина встала, подошла ко мне вплотную и взяла за плечи. Её пальцы дрожали, но хватка была железной.</p><p>— Ты слышишь меня? — чётко, по слогам произнесла она, глядя мне прямо в глаза. — Ты. Не. Виноват. Слышишь? Не смей брать этот грех на себя. Это не твоя вина.</p><p>Я смотрел в её глаза и видел в них ту же боль, что терзала меня каждый день. Но в её словах была такая твёрдая, материнская уверенность, что я невольно опустил голову. Она верила в это. Она действительно верила. И это было одновременно и спасением, и пыткой. Потому что я-то знал правду.</p><p>— Я помню, — тихо ответил я. — Я всегда буду помнить.</p><p>Она крепко обняла меня, на секунду прижавшись щекой к моему плечу. Я почувствовал, как дрожат её плечи, как она сдерживает слёзы. А потом отстранилась, поправила шарф и кивнула.</p><p>— Я пойду. Ты... побудь ещё.</p><p>Когда она ушла, я остался стоять ещё долго. Смотрел на фотографию и думал о том, как много в моей жизни сломано. Как много я уже потерял. Как я живу с этой виной каждый день, и как она медленно, но верно пожирает меня изнутри.</p><p>Я выдохнул, выбросил окурок, глубоко вдохнул морозный воздух и надел свою привычную, непробиваемую маску. Впереди был школьный день. И эта москвичка, которая не давала мне покоя.</p></section><section><title><p>Свет и тень</p></title><p>Город ещё спал, укутанный в серую ноябрьскую темноту, а я шёл по пустой улице, засунув руки в карманы куртки, и чувствовал, как морозный воздух обжигает лёгкие. В голове гудело. Не от усталости, хотя спал я всего три часа, а от того ощущения, которое приходит после бессонной ночи и не отпускает до самого вечера.</p><p>В четыре утра я встал, потому что дома оставаться было невозможно. Да и нужно было решить вопрос по бою. Турнир через неделю, и организаторы хотели, чтобы я дрался против нового парня, которого они сейчас раскручивали. Я сказал, что подумаю, но в глубине души понимал: скорее всего, соглашусь.</p><p>Другого способа выключить голову у меня всё равно не было.</p><p>Когда я шёл обратно в сторону школы и свернул на ту самую улицу, которая вела к ней, то увидел Полину.</p><p>Она шла по тротуару, плотнее закутавшись в шарф, и выглядела такой... живой. Настолько живой, что у меня внутри что-то ёкнуло.</p><p>Она меня не видела. Я стоял в тени дерева, а она шла и не подозревала, что я здесь.</p><p>И вдруг остановилась у лужи.</p><p>Ночью ударил мороз. Лужи покрылись тонким слоем льда: хрупким, прозрачным, блестящим в свете фонарей. Полина посмотрела на него, быстро огляделась по сторонам, как ребёнок, проверяющий, что никто не смотрит, и подняла ногу.</p><p>Треск.</p><p>Лёд разлетелся на куски, вода плеснула на асфальт. Она рассмеялась тихо, себе под нос, и я услышал этот смех даже отсюда.</p><p>Потом сделала ещё шаг. Разбила следующий кусок. И ещё.</p><p>Она шла по льду, разбивая его ногами, и смеялась. Искренне. Так смеются только тогда, когда уверены, что их никто не видит.</p><p>Потом остановилась и подняла голову.</p><p>Небо было серым, тяжёлым, по-настоящему ноябрьским. Но она смотрела на него так, будто видела что-то красивое. Улыбалась.просто миру, себе.</p><p>А я стоял. Смотрел. И чувствовал, как внутри становится тепло.</p><p>Она даже не знает, что я здесь.</p><p>Когда это произошло?</p><p>Когда я начал замечать такие вещи? Когда стало важно, как она смеётся, думая, что её никто не видит?</p><p>Я не следил за ней, честно. Просто шёл по своим делам и увидел её случайно.</p><p>Полина поправила шарф и двинулась дальше. Я видел, как хрустит под её ногами остаток льда, как ровно и спокойно она дышит. Как живёт.</p><p>Я стоял ещё с секунду, глядя ей вслед. Потом оттолкнулся от дерева и пошёл в другую сторону.</p><p>Не стал догонять, не стал окликать или делать вид, что мы случайно встретились.</p><p>Просто шёл и думал о том, как она разбивала лёд.</p><p>И впервые за долгое время почувствовал, что хочу жить.</p><p>Не выжить, не дотянуть, не досуществовать до следующего утра.</p><p>А жить.</p><p>Потому что где-то в этом городе есть девочка, которая разбивает лёд ногами и улыбается небу.</p><p>И я хочу, чтобы она продолжала это делать.</p><p>•Полина•</p><p>Будильник зазвенел в шесть тридцать, и я уткнулась лицом в подушку, цепляясь за остатки тепла. За окном было темно: ноябрьское утро не спешило рассветать, и в комнату пробирался холод сквозь щели в раме.</p><p>— Полин, вставай! — голос мамы долетел с кухни вместе с запахом овсянки и чуть подгоревших тостов. — Опоздаешь!</p><p>Я зажмурилась сильнее. Ещё пять минут, только пять.</p><p>Дверь скрипнула и мама заглянула в комнату в своём розовом халате, с небрежным пучком на макушке, и поставила на тумбочку чашку горячего чая.</p><p>— Доброе утро, соня. — Она присела на край кровати. — Как спалось?</p><p>— Нормально. — Я зевнула и всё-таки открыла глаза. — Сны какие-то дурацкие.</p><p>— Какие?</p><p>— Не помню. Просто... странные.</p><p>Мама погладила меня по голове. От её пальцев пахло лавандовым кремом, тем самым, который она покупала ещё в Москве, и от этого запаха на секунду стало так горько и так уютно одновременно, что я отвернулась к стене.</p><p>— Ты сегодня контрольную по физике пишешь, да?</p><p>Я застонала и снова уткнулась в подушку.</p><p>— Мааам, не напоминай. Я лучше вообще об этом не буду думать.</p><p>— Полин. — Она рассмеялась. — Ты же умница, справишься.</p><p>— Легко тебе говорить.</p><p>— Завтрак на столе. Папа уже уехал, но оставил тебе записку.</p><p>Я подняла голову. На тумбочке лежал сложенный вдвое листок. Развернула и узнала отцовский почерк: ровный, аккуратный, без единой лишней петли.</p><p>«Полинка, не волнуйся из-за контрольной. Ты у нас умная. Удачи! Папа.»</p><p>Я улыбнулась. Глупо, наверное, было улыбаться бумажке, но внутри разлилось что-то тёплое и надёжное. Они оба в меня верили, даже когда я сама не верила.</p><p>— Спасибо, мам. Пойду умываться.</p><p>— Только не забудь шарф! На улице минус пять!</p><p>Я шла в школу, кутаясь в шарф, и мороз щипал щёки. Снег, шедший всю ночь, лёг на тротуары тонким белым слоем и приятно хрустел под подошвами.</p><p>Улица была почти пустой. Изредка проезжали машины, поднимая брызги; фонари ещё горели и отбрасывали на снег дрожащие золотые круги.</p><p>Я думала о физике, о невыученных формулах. О том, как Анатолий Петрович посмотрит на меня поверх усов.</p><p>Катастрофа. Полная катастрофа.</p><p>Потом я увидела лужу.</p><p>Ночной мороз затянул её прозрачной коркой льда, тонкой, хрупкой, блестящей. Я остановилась, огляделась по сторонам и, убедившись, что рядом никого, подняла ногу.</p><p>Треск.</p><p>Лёд разлетелся на осколки, вода брызнула на асфальт. Я тихо рассмеялась и сделала ещё шаг. Разбила следующий кусок и ещё.</p><p>Это было глупо. Совсем по-детски, но мне было хорошо.</p><p>Я остановилась и запрокинула голову.</p><p>Небо серое, низкое, тяжёлое. А мне вдруг захотелось улыбаться. Просто потому что могла, потому что была жива. Потому что шла в школу и могла вот так, без всякого повода, топать ногой по замёрзшей луже.</p><p>Первым уроком была физика.</p><p>Уже в классе я снова сидела рядом с Марком, вцепившись в ручку мокрыми ладонями, и смотрела на задания так, будто они были написаны на китайском.</p><p>— Это катастрофа, — прошептала я.</p><p>Всё вроде бы знакомое, но стоило попытаться собрать это воедино и в голове будто выдернули пробку: формулы радостно вытекли наружу, оставив после себя пустой пустоту.</p></section><section><title><p>Кто ты такой?</p></title><p>В школе её не было.</p><p>Я заметил это ещё на первом уроке, когда вошёл в класс, сунув руки в карманы и привычно скользнув взглядом по партам. Место, где она обычно сидит было пустым.</p><p>Я остановился в дверях.</p><p>Её нет.</p><p>Конечно, её могло не быть по тысяче причин, но внутри что-то сжалось, а вдруг с ней что то случилось? В классе пахло мелом и чьими-то приторно сладкими духами, и этот запах вдруг стал невыносимо душным.</p><p>Я сел за свою парту, откинулся на спинку и посмотрел в затылок Вики, которая сидела за своей партой. Она красила губы в зеркальце, не обращая на меня внимания.</p><p>Я подождал, пока урок начнётся, вдруг Котова просто опаздывает и наклонился к Вике.</p><p>— Где Котова? — прошептал я.</p><p>Вика даже не обернулась, только бросила зеркальце в сумку и ответила так же тихо, но так сухо, что я невольно нахмурился.</p><p>— Заболела.</p><p>— Что с ней?</p><p>— А тебе какое дело?</p><p>Я сжал челюсть.</p><p>— Вика.</p><p>Она наконец повернула голову, посмотрела на меня и в её взгляде было что-то странное. Не злость, не насмешка. Что-то другое.</p><p>— Вчера вечером, — бросила она. — После школы ей плохо стало. Температурит дома.</p><p>Вчера вечером.</p><p>Допрыгалась по лужам, — подумал я, сжав кулак под партой так, что ногти впились в ладонь.</p><p>И тут в голове щёлкнуло что-то ещё.</p><p>Спор.</p><p>До выпускного ещё полгода, но Коля уже смотрит на меня с той самой ухмылкой, которая бывает, когда он уверен в победе. А я... я пока не сделал ни одного правильного шага. Котова огрызается, отшучивается и показывает факи на английском.</p><p>Но если она болеет — это шанс.</p><p>Проявить заботу.</p><p>На следующей перемене я подошёл к Вике.</p><p>— Адрес, — сказал коротко.</p><p>Она приподняла бровь.</p><p>— Какой адрес?</p><p>— Твой Вика, я же его не знаю... Котовой адрес, не тупи.</p><p>Вика посмотрела на меня долго, потом усмехнулась.</p><p>— А тебе-то зачем?</p><p>— Вика. — Я сжал кулаки. — Адрес. Или я сам найду.</p><p>Она помедлила, а потом все таки сказала:</p><p>— Улица Привокзальная, восемь. Квартира двенадцать.</p><p>— Спасибо.</p><p>— Не благодари. Если ей после твоего визита станет хуже, я тебе яйца оторву.</p><p>Я усмехнулся.</p><p>— Договорились.</p><p>К её дому я пришёл только вечером. Весь день я ходил как потерянный, не слушал учителей, не отвечал, когда меня вызывали, и думал о том, как она там дома.</p><p>В подъезде пахло сыростью и чьей-то жареной рыбой, тяжёлый, маслянистый запах, от которого слегка тошнило. Я поднялся на третий этаж, нашёл нужную дверь и позвонил.</p><p>Было слышно как кто то подошёл к двери, а потом раздался женский голос:</p><p>— Кто там?</p><p>— Марк, — ответил я чётко, без тени смущения. — Одноклассник Полины. Принёс ей домашнее задание.</p><p>Дверь приоткрылась на цепочке. В щели я увидел женщину, ту самую, что однажды была в школе вместе с Полиной. Она посмотрела на меня внимательно, изучающе.</p><p>— Марк? — она прищурилась. — Тот самый, который всё время её подкалывает?</p><p>Я усмехнулся, значит маме она уже рассказала про меня.</p><p>— Тот самый, — кивнул я. — Но сегодня я пришёл с миром, домашним заданием и апельсинами.</p><p>Мама Полины моргнула, явно не ожидая такой самоуверенности, потом в её глазах мелькнуло что-то похожее на улыбку.</p><p>— Апельсины, это мило, — она помедлила. — Но Полина сейчас спит. Температура с вечера не спадает. Может, я возьму?</p><p>От неё пахло малиновым вареньем. Сладко, по-зимнему.</p><p>— Конечно, — я протянул пакет, не теряя ни секунды. — Передайте ей.</p><p>Мама Полины посмотрела на меня и на этот раз улыбнулась по-настоящему.</p><p>— Вы очень заботливый, Марк, повезет же кому то.</p><p>— Я стараюсь, — я подмигнул, и в этом подмигивании было столько наглой уверенности, что мама Полины невольно рассмеялась.</p><p>И тут из глубины квартиры раздался голос.Хриплый, слабый, но её.</p><p>— Мама? Кто там?</p><p>Я замер.</p><p>Она не спит.</p><p>Мама Полины обернулась.</p><p>— Полин, ты чего встала? Лежи!</p><p>— Кто там? — голос стал ближе,— Мама, кто там?</p><p>И тут я увидел её.</p><p>Она стояла в дверях коридора в пижаме с авокадо, волосы растрёпаны, глаза красные, а на щеке след от подушки. Она выглядела так, будто не спала несколько дней. И тут она увидела меня, её глаза расширились.</p><p>— Марк? — она моргнула, будто не веря. — Ты... ты чего здесь делаешь?</p><p>Я не растерялся, не отвёл взгляд. Просто смотрел на неё прямо, тяжело, с той самой усмешкой, которая у меня появляется, когда я вижу её.</p><p>— Принёс апельсины, бабуля, — я кивнул на пакет в руках мамы.</p><p>Полина моргнула, а потом её глаза сузились.</p><p>— Мама, не пускай его! — её голос сорвался на хрип, но в нём было столько ярости, что мама невольно отступила на шаг. — Он ещё большая зараза, чем та, которой болею я!</p><p>Я не удержался и ответил.</p><p>— Ой, да ладно, бабуля, — я усмехнулся, и голос предательски дрогнул от облегчения, что она вообще в состоянии кричать. — Я то хотя бы не заразен. Я просто выгляжу как зараза.</p><p>Она моргнула, потом фыркнула и закашлялась, но в уголках рта всё равно дрогнуло что-то похожее на улыбку.</p><p>Она фыркает. Даже больная, даже злая, она фыркает.</p><p>— Уходи, — пробормотала она, но уже без той злости, что была секунду назад. — И забери свои апельсины.</p><p>— Не заберу, — я покачал головой. — Они уже твои.</p><p>Мама Полины смотрела на нас и в её глазах было веселье.</p><p>— Марк, — Полина смотрела, а в уголках её рта всё ещё дрожала улыбка. — Уходи.</p><p>— Ладно, — я развёл руками, кивнул маме Полины вежливо, уверенно, как старый знакомый.</p><p>— Спасибо, что открыли. Передайте Полине, чтобы ела витамины. И не болела. Это приказ.</p><p>Мама Полины улыбнулась.</p><p>— Обязательно передам.</p><p>— Отлично, — я отступил на шаг, но не сразу. Посмотрел на Полину, прямо, без тени смущения, — Выздоравливай, Котова. А то кто мне будет показывать факи на английском?</p><p>И ушёл не оборачиваясь. Но я улыбался всю дорогу до дома.</p></section><section><title><p>Только не наломай дров, ладно?</p></title><p>Дима пришёл на следующий день.</p><p>Я всё ещё лежала, температура держалась упрямо, то поднимаясь до тридцати восьми, то спадая до тридцати семи с хвостиком, как будто организм не мог решить, бороться ему или сдаться. Мама с папой ушли на работу, оставив на кухне тарелку с тостами и записку: «Пей чай. Если что — звони.»</p><p>В квартире было тихо. Из гостиной доносился приглушённый звук сериала, который мама забыла выключить с утра, чьи-то голоса, смех, звон посуды.</p><p>Ближе к обеду в дверь позвонили. Я приподнялась на локте и прислушалась.</p><p>Коротко, два раза.</p><p>Я встала и мир качнулся, пол ушёл из-под ног, и я ухватилась за спинку кровати, дожидаясь, пока перед глазами перестанет плыть. Натянула халат поверх пижамы, той самой, с авокадо, в которой меня видел Марк, сунула ноги в тапочки и пошла в прихожую.</p><p>Открыла.</p><p>На пороге стоял Дима.В чёрной куртке, с капюшоном, сдвинутым на затылок. От него пахло морозом и снегом. В руке он держал пакет.</p><p>— Привет, — сказал он.</p><p>— Привет.</p><p>Он посмотрел на меня, на растрёпанные волосы, на красный нос, на пижаму и лицо его не изменилось. Ни усмешки, ни брезгливости. Просто на секунду прищурился, будто что-то прикидывал.</p><p>— Ты бледная, — сказал он.</p><p>— Я вообще то болею.</p><p>— Да я помню.</p><p>Он протянул пакет.</p><p>— Мандарины. Мама говорит, они от всего помогают.</p><p>Я смотрела на него несколько секунд, не понимая, а потом взяла. Пакет был лёгкий, но пах цедрой ароматно.</p><p>— Дим, — я сглотнула пересохшим горлом. — Спасибо, заходи, — я отступила. — Тебе чай?</p><p>Он уже собирался сказать «не надо». Я видела это, как он сжал губы, как уже начал поворачиваться к вешалке. Но потом посмотрел на меня ещё раз и передумал.</p><p>— Можно, — сказал он. — Если несложно.</p><p>И я почему-то почувствовала, как внутри что-то тихо, почти незаметно отпустило.</p><p>На кухне я достала чистую чашку, насыпала чай, залила кипятком. От пара запотело окно, и на нём проступили разводы, как на старом зеркале.</p><p>Дима сел напротив.</p><p>— Ты сядь ближе к батарее, — сказал он, когда я усаживалась на стул. — Там теплее.</p><p>— Нормально.</p><p>— Полин...</p><p>Он сказал это так спокойно, без спора, что я встала и пересела к батарее. Чугунная, горячая, она жгла через тонкую ткань пижамы, и от этого жара по спине наконец-то пошла живая, а не больная теплота.</p><p>Дима пододвинул мне чашку, чтобы я не тянулась. Сам чашку взял двумя руками, обхватил, согревая пальцы.</p><p>Мы помолчали. Ложка звякнула о фарфор, и этот звук оказался почему-то очень домашним.</p><p>— Ты вчера спрашивала про Марка, — начал он. — Вика тебе не стала рассказывать, поэтому ты спросила у меня. Так?</p><p>— Так.</p><p>Он усмехнулся. Не криво, не зло, почти по-доброму.</p><p>— Ты бы раньше спросила, я бы рассказал.</p><p>— Тогда рассказывай, — попросила я, — Что за светловолосый парень на одном из видео с Марком?</p><p>Дима помолчал. Пар от чая поднимался между нами тонкой струйкой, и я следила за ним.</p><p>— Не знаю я его, — сказал он наконец.</p><p>Я приподняла бровь.</p><p>— Серьёзно?</p><p>— Серьёзно. Я вообще мало что знаю. Знаю только, что он был другом Марка. Как звали не в курсе. Что случилось тоже.</p><p>— А что знаешь?</p><p>— Марк год назад занимался в секции бокса, ездил на соревнования. Тренер на него большие надежды возлагал, говорил что из него чемпион выйдет.</p><p>Я кивнула. Это я и так знала от Вики.</p><p>— И что потом?</p><p>— Потом он бросил, — Дима поставил чашку на стол. — Никто не знает почему, там вообще мутная история. Кто то говорит что он сам ушел, кто то говорит что его выгнали...Только после того как он бросил, Марк вдруг начал мелькать на боях. На тех самых.</p><p>Я сглотнула. Горло было сухим, несмотря на чай.</p><p>— Ты был там?</p><p>— Один раз. С Викой.</p><p>— И как?</p><p>Дима усмехнулся, и на этот раз усмешка получилась злая, неприятная.</p><p>— Говно там. Вот как.</p><p>— А где они проходят? — я подалась вперёд. — Как узнать, когда следующий?</p><p>— Не афишируют они когда будет следующий, — он покачал головой. — Знают только свои. Да и проходят они не регулярно. Нет какого то расписания или графика.</p><p>— А где они проходят?</p><p>Он посмотрел на меня, потом вздохнул устало, как человек, который уже понял, что я не отстану.</p><p>— Знаешь гаражи на улице Ленина?</p><p>— Знаю. Я там иногда прохожу с остановки.</p><p>— Там ангар есть. Его прямо с дороги видно. Большой такой, серые ворота. Вот там. А когда следующий лучше у Коли спроси. Он в теме.</p><p>— Так он мне и сказал, — я фыркнула.</p><p>— У него язык как помело, — Дима усмехнулся. — Скажет, если ты его правильно спросишь.</p><p>Он сказал это без насмешки, но я поймала себя на том, что смеюсь. Тихо, хрипло, с кашлем в конце.</p><p>Дима не отвёл глаз. Не сделал вид, что ему всё равно. Подождал, пока я откашляюсь, и молча пододвинул мне чашку.</p><p>Вот за это, наверное, мне и стоило сказать «спасибо». Не за мандарины, за то, что он просто сидел напротив и не спешил.</p><p>— Почему ты мне это говоришь? — спросила я.</p><p>— Ты же не отстанешь, — сказал он. — Я вижу. Лучше тогда уж тебе от меня узнать, чем от кого-нибудь, кто наврёт.</p><p>Я смотрела на него и вдруг вспомнила, как он в мои первые дни в школе молча отодвинул для меня стул в столовой, хотя его никто не просил. Как передал мне соль, когда Вика болтала и не слышала, как стоял у окна и не смеялся, когда все смеялись надо мной.</p><p>Он всегда был рядом, просто редко говорил.</p><p>— Спасибо, Дим.</p><p>— Пей чай.</p><p>Он встал, чтобы уходить. Я тоже поднялась, и пол снова качнулся под ногами.</p><p>Дима сразу оказался рядом, придержал за локоть, не крепко, только чтобы я не полетела.</p><p>— Осторожно, — сказал он.</p><p>— Сама справлюсь.</p><p>— Знаю, — он усмехнулся. — Но и помощь иногда нужна.</p><p>Он помог мне сесть на край кровати, когда я пошла в комнату, и поставил на тумбочку нераспечатанный пакет мандаринов.</p><p>— Ешь их, — сказал. — Это все таки витамины.</p><p>Я кивнула.</p></section><section><title><p>У тебя паранойя, Тëм</p></title><p>Вечер был тихим — таким тихим, что слышно, как тикают часы на кухне.</p><p>Мама ушла на дежурство, папа уехал в командировку до конца недели. В квартире пахло мандаринами,но уже другими,которые я купила сегодня после школы и этот запах был одновременно праздничным и одиноким, как ёлка без игрушек.</p><p>Я лежала на кровати, укрывшись пледом, и смотрела сериал. «Сверхъестественное». Первый сезон,до его конца оставалась пара серий, но я уже влюбилась в братьев, в их машину, в их приключения.</p><p>Я планировала смотреть и остальные сезоны и знала, что впереди много интересного.</p><p>Телефон лежал рядом, экраном вверх и молчал. Ни одного нового сообщения.</p><p>Странно.</p><p>Обычно Артём писал каждый день, а сегодня тишина.</p><p>Я потянулась к телефону, открыла мессенджер. Пусто.</p><p>Я не знала, чего хочу больше, чтобы он написал или чтобы не писал. И это незнание было хуже всего.</p><p>На экране телевизора Дин что-то говорил Сэму. Я смотрела на его лицо и думала о том, как странно, в сериалах всё просто: хорошие парни, плохие монстры и в итоге счастливый конец.</p><p>И тут телефон пискнул. Сообщение было, но не от Артёма. От Маши.</p><p>Я моргнула, глядя на имя в уведомлении. Маша. Интересно, что ей надо от меня?</p><p>«Привет. Завтра гулять пойдёшь? Мы с Колей в кино хотим сходить. Составишь компанию?»</p><p>Я смотрела на сообщение долго. Потом перечитала.</p><p>Они зовут меня.</p><p>На экране сериала Дин продолжал говорить, но я не слышала его. Я смотрела на телефон и чувствовала, как внутри что-то тёплое, почти неуловимое, поднимается откуда-то из груди, как первый луч солнца после долгой зимы.</p><p>Я набрала: «А вы точно меня хотите видеть?»</p><p>Отправила и тут же пожалела.</p><p>Зачем я это написала? Звучит так, будто я не верю, что меня могут звать просто так. Так, будто я привыкла, что меня зовут только когда что-то нужно.</p><p>Через минуту пришёл ответ.</p><p>«Да не тупи. Конечно хотим. Коля сказал, что ты классная, да я и сама так же думаю.»</p><p>Я улыбнулась и написала: «Иду.»</p><p>Потом посмотрела на экран телевизора. Дин всё ещё говорил, но я уже не понимала, о чём.</p><p>И впервые за вечер поняла, что мне не хочется смотреть сериал.</p><p>На следующий день я стояла у кинотеатра и чувствовала себя так, будто попала в чужой сон.</p><p>Маша подлетела первой в короткой куртке, с шарфом до носа, с тем самым выражением лица, которое у неё бывает, когда она одновременно злится и радуется. От неё пахло морозом и чем-то сладким духами, наверное.</p><p>— Ну чё, Котова, живая?</p><p>— Почти.</p><p>— Выглядишь лучше, чем на прошлой неделе, — она усмехнулась. — Не как ходячий труп.</p><p>— Спасибо, — я фыркнула. — Комплимент.</p><p>— Пожалуйста, — она толкнула меня плечом. — Пошли, Коля уже билеты взял.</p><p>Мы пошли к входу. Снег хрустел под ногами, где-то вдалеке играла музыка из кафе или магазина, не разобрать и тут Маша вдруг спросила:</p><p>— Слушай, а ты «Сверхъестественное» смотришь?</p><p>Я моргнула.</p><p>— Что?</p><p>— «Сверхъестественное», — она повторила. — Сериал. Про братьев Винчестеров. Я просто видела ты пару постов связанных с ними лайкнула.</p><p>Я остановилась.</p><p>— Ты... ты тоже его смотришь?</p><p>— Ага, — она усмехнулась. — Уже по второму кругу все сезоны. А ты?</p><p>— Я... — я не верила своим ушам. — Я тоже. Только первый заканчиваю.</p><p>— Серьёзно?! — она схватила меня за руку, и её пальцы были тёплыми, живыми. — О боже. Ты уже влюбилась в Дина?</p><p>— Конечно, — я не раздумывала. — Он же классный.</p><p>— Правильно, — она кивнула. — Сэм тоже ничего, но Дин в сердечке навсегда.</p><p>— Полностью согласна.</p><p>Мы шли и говорили быстро, сбивчиво, перебивая друг друга. Про Дина, про Сэма, про их приключения.</p><p>И тут Коля, который шёл впереди, обернулся. Посмотрел на нас и тяжело, театрально вздохнул.</p><p>— О боже, — он закатил глаза. — Вы ещё про сериалы будете говорить? Я думал, мы в кино идём, а не на фанатскую встречу.</p><p>— А ты не понимаешь, — Маша махнула ему. — Это важно.</p><p>— Ага, — я кивнула. — Очень важно.</p><p>— Конечно, — Коля покачал головой. — Потому что нет ничего важнее, чем обсуждать, кто из братьев Винчестеров круче.</p><p>— Именно, — Маша усмехнулась.</p><p>— Ладно, — он развёл руками. — Я просто не фанат охотников на демонов.</p><p>Мы засмеялись все трое. И от этого смеха внутри стало так тепло, что я на секунду закрыла глаза.</p><subtitle>* * *</subtitle><p>Внутри кинотеатра было темно. Мы купили попкорн большой на троих и колу. Маша взяла себе ещё начос и тут же протянула мне.</p><p>— Держи.</p><p>— Спасибо.</p><p>— Не за что, — она усмехнулась.</p><p>Мы сели в кресла и свет погас. На экране появилось что-то яркое, громкое, взрывное.</p><p>Вдруг телефон завибрировал где-то в глубине кармана, но я не услышала.</p><p>Фильм был громким, взрывы, музыка, чьи-то крики. Я смотрела на экран, ела попкорн, смеялась над шутками Коли, переглядывалась с Машей, когда на экране происходило что-то особенно глупое.</p><p>Телефон вибрировал ещё раз, потом ещё.</p><p>Я не обратила внимания.</p><p>А после сеанса мы вышли на улицу.</p><p>Мороз ударил в лицо резко, больно, приятно. Снег хрустел под ногами.</p><p>— Ну чё, как фильм? — Коля засунул руки в карманы. — Нормально?</p><p>— Нормально, — Маша усмехнулась. — Но я ожидала большего.</p><p>— Ты всегда ожидаешь большего, — Коля покачал головой. — Поэтому и вечно недовольна.</p><p>— Только когда ты рядом, — фыркнула она.</p><p>— А, — он усмехнулся. — То есть я причина всех твоих проблем?</p><p>— Ну а кто же ещё?</p><p>— Ладно, — он развёл руками. — Будем считать что я виноват.</p><p>Мы засмеялись и тут я сунула руку в карман и почувствовала телефон.</p><p>Горячий, от вибрации. Видимо кто то настойчиво пытался до меня дозвониться. Я достала его и увидела двадцать три пропущенных.Все от Артёма.</p><p>И сообщения. Десятки. Короткие, длинные, с восклицательными знаками, с вопросами, с угрозами.</p><p>«Полина, где ты?»</p><p>«Полина, почему не отвечаешь?»</p></section><section><title><p>Кто это сделал?</p></title><p>Толстовку в школу я выбрала не потому, что было холодно.Было, наоборот, душно, в квартире пахло пирогом, который мама пекла с утра, и от этого запаха голова шла кругом. Но я всё равно надела самую большую свою толстовку: розовую, с уже потёртым швом на плече и рукавами, которые я всегда закатывала, потому что они были мне не по размеру. Сегодня я их не закатала.Наоборот натянула на ладони так, что остались видны только пальцы.На запястье остались следы от руки Дениса. Я думала, они пройдут за ночь. Думала, проснусь, а там ничего.</p><p>Не прошли.</p><p>Следы были красные, чуть фиолетовые у краёв. Я подносила запястье к свету и смотрела на него, надеясь что следы исчезнут.. Но они оставались на месте.</p><p>Мама с утра убежала в больницу,у них там какая то очередная проверка на которой мама просто обязана присутствовать, поэтому дома я сейчас была одна.</p><p>Я попробовала замазать след тональным кремом и получилось ещё хуже, тогда я стёрла это салфеткой, долго тёрла, пока кожа не заболела.</p><p>Потом надела толстовку.</p><p>Вот и всё решение. Просто рукава подлиннее и никто не увидит.</p><subtitle>* * *</subtitle><p>В школе было шумно.</p><p>Кто-то смеялся у окна, кто-то бегал, и эхо от его шагов шло аж по потолку, кто то снимал тик-токи.</p><p>Я шла вдоль стены, держась за лямку рюкзака так, будто это был единственный предмет, который мог меня удержать.</p><p>В классе я сидела одна, больше пока никто не прошёл. Сложила тетради ровно, карандаш положила параллельно линейке. Руку под столом не доставала, а когда понадобился учебник, я вытаскивала его двумя руками, чтобы правое запястье осталось в рукаве.</p><p>Вика пришла в последнюю минуту до звонка, запыхавшаяся, с каким-то журналом в руках. Бросила его на парту, села и сразу повернулась ко мне.</p><p>— Полин, — сказала она. — Ты чего в толстовке? Тут как в парилке.</p><p>— Да мне холодно чего то.</p><p>Она не ответила сразу.</p><p>Это и было плохим знаком. Вика обычно отвечала сразу колко, громко, а сейчас молчала.</p><p>Я смотрела в тетрадь, видела, как чернила расплываются на месте, где я слишком сильно нажала на ручку.</p><p>— Покажи, — сказала она.</p><p>— Нет.</p><p>— Полина.</p><p>— Не хочу.</p><p>Вика подвинула мой карандаш на сантиметр вправо просто чтобы чем нибудь занять свои руки.</p><p>— Пойдём к завучу прямо сейчас. Я с тобой.</p><p>Я посмотрела на неё.</p><p>На её губы, сжатые в тонкую полоску, на то, как она держит себя в руках и как от этого становится только страшнее.</p><p>— Вика, — сказала я. — Я не хочу быть крысой.</p><p>— Это не крысятничество.</p><p>— Это стукачество.</p><p>— Это защита, — она почти выдохнула это слово. — Ты понимаешь разницу?</p><p>Не понимала, или понимала но не так, как она.</p><p>Я знала к чему приводят такие походы к завучу, лично была свидетелем последствий еще в старой школе.</p><p>— Не хочу, — повторила я.</p><p>Вика сжала кулаки под партой.</p><p>— Ладно, — сказала она. — Но если он ещё раз, то я сама к завучу пойду. Поняла?</p><p>Я улыбнулась.</p><p>— Хорошо, Витя.</p><p>— Блин, Полин, опять?</p><subtitle>* * *</subtitle><p>На втором уроке я доставала учебник.</p><p>Рюкзак лежал на полу, между ножками парты. Мне пришлось наклониться, и правая рука вытянулась так, что рукав пополз вверх.Совсем немного, но Суворов оказался глазастым.</p><p>Он сидел рядом, как сидел всегда: чуть боком, с учебником, открытым на совершенно не той странице. Он всё это время не слушал учителя, делая вид, что ему вообще неинтересно жить на этом свете.</p><p>Я подняла глаза и увидела что он смотрел. Не на меня...</p><p>На запястье.</p><p>Потом поднял взгляд и я увидела впервые увидела его таким.</p><p>Обычно у него на лице была усмешка или лень.</p><p>Сейчас не было ничего из этого.</p><p>Глаза были тёмные, неподвижные.</p><p>— Кто это сделал? — спросил он.</p><p>Тише, чем нужно. Настолько тихо, что я услышала только потому, что сидела рядом.</p><p>Я рванула руку назад. Рукав упал, закрыв синяк.</p><p>— Не важно.</p><p>— Котова.</p><p>— Марк, не важно.</p><p>Он не отводил глаз. Я чувствовала их на своём лице как прикосновение, только неприятное.</p><p>— Кто, — сказал он снова.</p><p>— Не важно.</p><p>Он смотрел ещё секунду, потом откинулся на спинку. Лицо снова стало его собственным ленивым, чужим.</p><p>— Ладно, — сказал он. — Пока ладно. Но мы ещё вернемся к этому.</p><p>Пока.</p><subtitle>* * *</subtitle><p>На большой перемене я пошла в столовую одна.</p><p>Не потому, что мы с Викой поссорились.</p><p>Потому что мне нужно было десять минут, в течение которых я могу побыть одна, в своих мыслях.</p><p>Вика осталась в классе, она стояла у окна с телефоном, хмурилась и что-то печатала в нём. Маша с Колей ушли курить за школу, а Марк ещё после второго урока просто ушел, не взяв ни тетради, ни рюкзака, благо остальные уроки у нас сегодня в этом же классе.</p><p>Я шла по коридору одна и думала, что это нормально хотеть побыть наедине с мыслями.</p><p>Что это не трусость, не слабость.Просто усталость.</p><p>В столовой было шумно. Я взяла поднос, нашла свободный столик у окна в углу, спиной к стене и села.</p><p>Суп был горячий, я мешала его ложкой и смотрела, как пар поднимается к лампе и исчезает.</p><p>Просто поем.</p><p>Денис подошёл бесшумно.Я почувствовала его раньше, чем увидела: рядом с моим столом стало теснее, хотя никто не сел.</p><p>— О, — сказал он. — Москвичка. Супчик кушаешь? Одна здесь?</p><p>Я подняла глаза и посмотрела на него спокойно, без страха, без злости. Просто устало.</p><p>— Вроде осень закончилась, — сказала я. — А обострение у тебя не прошло.</p><p>Он моргнул.</p><p>— Чего?</p><p>— Говорю, осенью у больных обычно обострение психозов, — я продолжила ровным голосом, будто объясняла что-то очевидное. — Всё-таки осень и весна пограничные времена. Но ты какой-то неправильный псих. Уже декабрь, а тебя всё клинит.</p><p>У него дёрнулась челюсть.</p><p>— С фига ли я псих? — спросил он.</p><p>— А нормальный человек не будет цепляться к другим на пустом месте, — сказала я.</p><p>Он смотрел на меня секунду, затем взял мой стакан с чаем и наклонил.</p></section><section><title><p>Мне нельзя в неё влюбляться</p></title><p>Вода в ванне давно остыла.</p><p>Я лежала в ней часа три часа, не меньше, просто потому что не могла встать. Пена, густая и тёплая, сначала переливалась через край и стекала на кафель, а потом осела тонкой, почти прозрачной плёнкой. Пахла лавандой и чем-то сладким, расслабляющим.</p><p>Я смотрела в потолок. На нём была маленькая трещина, которая шла от угла, где висела полка с шампунями, до лампочки. Я заметила её ещё вчера, когда мылась. Раньше не замечала. Как и капли, которые падали с крана, даже когда он закрыт.</p><p>Оказывается в квартире было столько всего, на что я раньше не обращала внимания.</p><p>Я лежала и думала, что надо встать, но не вставала пока вода не стала совсем холодной настолько, что кожа покрылась мурашками.</p><p>И только тогда я вылезла из ванны. Зеркало запотело, проведя по нему рукой я увидела своё лицо. Красное, распаренное, с мокрыми волосами, прилипшими к шее, к вискам, к щекам.</p><p>Вытерлась большим махровым полотенцем. Ткань была мягкой, тёплой и пахла стиральным порошком. Обернулась им от подмышек до колен, так, что ноги остались открытыми и тут в верь позвонили.</p><p>Я вздрогнула, так тихо было в квартире, что звонок прозвучал слишком громко.</p><p>Мама не должна была вернуться до ночи, да и у неё были ключи. Папа в командировке, а Вика не пришла бы без предупреждения.</p><p>Выйдя из ванной, я пришла в прихожую и посмотрела в глазок.</p><p>Марк.</p><p>Я посмотрела на себя в зеркало на полотенце, на мокрые волосы, на красные щёки.</p><p>Не голой же он меня увидит.</p><p>Летом на пляже в купальнике хожу и ничего, не смущаюсь же.</p><p>Я открыла дверь.</p><p>Он стоял, сунув руки в карманы, с растрёпанными волосами и красными костяшками. Смотрел на меня так, будто был уверен что я дома и открою ему.</p><p>— Марк? — голос прозвучал хрипло.</p><p>Он посмотрел на меня. Сначала на лицо, потом на мокрые волосы, с которых всё ещё капала вода. Потом на полотенце и на ноги. И медленно, очень медленно, поднял взгляд мне в глаза.</p><p>Не отвёл, не смутился. Просто смотрел так, будто оценивал.</p><p>Усмехнулся.</p><p>— А мне нравится, когда меня так встречают.</p><p>Я пожала плечами.</p><p>— И чего? Я в полотенце, не голая и вообще сейчас оденусь.</p><p>— Ага, — он кивнул. — Не расчитывал я на такой сюрприз.</p><p>— Ну, сюрприз так сюрприз. — Я усмехнулась. — Ты чего пришёл?</p><p>— В гости. — Он пожал плечами. — Я тебя сегодня спас, имею право. Напоишь чаем?</p><p>В гости.</p><p>— Ладно, — сказала я. — Заходи. Иди на кухню, я пока оденусь.</p><p>Он кивнул и прошёл в квартиру спокойно, без стеснения, как будто входил сюда не впервые.</p><p>Я развернулась и пошла в комнату. Полотенце чуть сползло на бёдрах, но я не стала его поправлять.</p><p>— Котова! — крикнул он мне в спину.</p><p>Я обернулась.</p><p>Он стоял в прихожей, сунув руки в карманы, с той самой ленивой усмешкой. С той самой, от которой у девчонок в школе подкашивались ноги.</p><p>— А может, так и останешься в полотенце? Мне нравится.</p><p>Я приподняла бровь.</p><p>— А больше мне ничего не сделать?</p><p>Он помолчал секунду, посмотрел на меня долго, изучающе. Так, будто взвешивал каждое слово.</p><p>— Ну можешь, — усмехнулся криво. — Только боюсь, ты не согласишься.</p><p>Я фыркнула.</p><p>— Правильно боишься.</p><p>— Котова, — он добавил, и голос стал чуть тише, чуть серьёзнее. — У тебя красивые ноги. Носи чаще юбки и платья.</p><p>Я моргнула.</p><p>— Я подумаю, — сказала я. — А ты что, ещё и ноги мои успел разглядеть?</p><p>— Успел, — он кивнул.</p><p>— Дурак, — я закатила глаза</p><p>—Просто заметил.</p><p>— Заметил, — я фыркнула. — Ну-ну.</p><p>И ушла в комнату закрыв дверь.</p><p>Одевалась я спокойно. Джинсы, свитер, мягкий, с высокой горловиной, пахнущий порошком и шерстяные носки.</p><p>Потом взяла фен и включила его, горячий воздух ударил в лицо, и я начала сушить волосы. Быстро, небрежно.</p><p>Через пять минут волосы были сухими, растрёпанными, чуть пушистыми от горячего воздуха, но сухими. Я собрала их в хвост, не идеально, но достаточно аккуратно и посмотрела в зеркало.</p><p>Нормально.</p><p>А затем вышла из комнаты.</p><p>На кухне было тихо. Слишком тихо.</p><p>Только звук открывающегося холодильника и шорох пакета.</p><p>— О, и соус есть. Котова, ты вообще хозяйственная.</p><p>Я остановилась в дверях.</p><p>Марк стоял у открытого холодильника, наклонившись. В руке был пакет с чипсами, в другой контейнер с чем-то белым, густым. Лазает как у себя дома, ей богу.</p><p>Он тем временем макнул чипс в контейнер щедро, до самой кромки и сунул в рот и тут же скривившись выплюнул чипсы в ладонь.</p><p>— Фу, ну и дерьмо, Котова. Это что вообще?</p><p>Ткнул пальцем в контейнер.</p><p>— Соус странный, как мазь какая то.</p><p>Я стояла в дверях и чувствовала, как губы расплываются в улыбку против моей воли.</p><p>— А это, Маркуш, — сказала я самым ласковым голосом, каким только умела, — моя маска для лица.</p><p>Он замер.</p><p>— Чего?</p><p>— Маска. Сметана, вазелин, мята. Мама делает. Я в холодильник поставила чтобы холодная была.</p><p>Он посмотрел на контейнер, потом на меня и вскочил пбежав к раковине. Открыл кран и начал промывать рот так яростно, будто хотел смыть всё, что только что съел. Вода текла по подбородку, по шее, по футболке, но он не обращал внимания.</p><p>Я смеялась в голос. Так, что заболел живот и пришлось опереться о косяк. Так, что слёзы выступили на глазах.</p><p>Он обернулся, с его лица все ещё капало.</p><p>— Ты это специально на видное место поставила?</p><p>— Ага. Я же будущее вижу,знала что ты придешь и начнешь жрать мою косметику.</p><p>— Блядь, Котова. — Он закрыл лицо рукой.</p><p>— Какой наивный, не маска это, я пошутила</p><p>И демонстративно подошла, взяла чипсы, окунула их в соус и съела.</p><p>Марк смотрел на меня все ещё не веря.</p><p>Я жевала. Вкус был действительно отвратительный. Жирный, травяной, с маслянистой плёнкой на языке.</p><p>— Фу, — сказала я, морщась. — Реально вазелин.</p><p>Он посмотрел на меня ещё секунду.</p><p>И рассмеялся.</p></section><section><title><p>Новый год</p></title><p>Я не хотела идти, честно.</p><p>Когда Вика сказала, что в школе будет новогодняя дискотека, я сразу замотала головой. Но Вика не отступала. Она сунула мне в руки пакет со светло-жёлтым платьем, которое струилось в руках, было лёгким, практически не весомым и заявила: «Ты будешь в нём как принцеса, только туфли возьми свои, желательно на устойчивом каблуке»</p><p>В итоге я стояла у стены в школьном актовом зале. Зал был залит мигающим неоновым светом: розовым, синим, зелёным. Из углов клубами валил дешёвый дым от машины, пахло мандаринами и сладким, приторным парфюмом. Из колонок так басило, что ритм отдавался глухой вибрацией прямо в грудной клетке.</p><p>Алкоголя, конечно не было, так как учителя дежурили строго следя за порядком. Поэтому все пили только газировку или сок, но от этого толпа прыгала и орала песни не менее яростно.</p><p>Я переминалась с ноги на ногу, крепко сжимая в руках бутылку с водой, и мечтала, чтобы эти несколько часов поскорее закончились.</p><p>— Полин, привет!</p><p>Я подняла глаза. Дима пробирался ко мне, ловко уворачиваясь от парней, которые пытались залезть на сцену, но их тут же стянула завуч.</p><p>— Вику кто-то утащил в фотозону, а ты одна скучаешь. Как тебе дискотека?</p><p>— Честно? — я вздохнула. — Хочу домой.</p><p>Дима рассмеялся, опираясь спиной о стену рядом со мной.</p><p>— Потерпи. Скоро медляк будет, потом отпустят. Кстати, тебе очень идёт платье. Вика не ошиблась с цветом.</p><p>— Спасибо, Дим, — я улыбнулась, чувствуя, как щёки горят не только от духоты. — Она меня насильно одела.</p><p>— Я тебя спасла, — донёсся голос Вики, которая протиснулась к нам, размахивая руками. — Ты бы всю жизнь в своих джинсах ходила. Погнали в центр, сейчас медляк дадут!</p><p>Но Вика тут же отвлеклась, увидев знакомых, и снова нырнула в толпу, оставив нас с Димой. Мы просто стояли и болтали, пока вокруг все прыгали. Дима рассказывал про какую-то смешную ситуацию с их собакой и я смеялась, чувствуя себя немного увереннее.</p><p>И тут я почувствовала взгляд. Тяжёлый, горячий. Прожигающий насквозь.</p><p>У выхода из зала, прислонившись к стене, стоял Марк. В руке у него была маленькая бутылка с колой. Он смотрел на меня и Диму. Бутылка жалобно хрустнула в его руках от того что он сжал её. Его лицо было каменным, а челюсть напряжена так, что на скулах играли желваки. Но он не двинулся с места.</p><p>Он злится, поняла я.</p><p>Дима кивнул мне, увидев, что его позвали друзья, и отошёл. А ко мне тут же подошел Марк, словно он ждал пока Дима уйдет. Не удивлюсь если это он и подговорил, чтобы Диму увели.</p><p>Он посмотрел на платье. Его тёмный взгляд скользнул по тонким бретелькам, по открытым ключицам, по прозрачному подолу.</p><p>— Потанцуем? — спросил он, голос был чуть хриплее чем обычно.</p><p>— Марк… не думаю что это хорошая идея.</p><p>— Один танец, Котова. И я отстану.</p><p>Я молчала секунду, а потом приняв решение кивнула.</p><p>Он взял меня за талию. Его рука была горячей, обжигающей даже через тонкую ткань платья. Он притянул меня к себе ближе, чем нужно. Так близко, что я почувствовала запах его парфюма.</p><p>Музыка играла до боли знакомая.</p><p>«Медлячок, чтобы ты заплакала.И пусть звучат они все одинаково.И пусть банально и не талантливо.Но как сумел на гитаре сыграл и спел…»</p><p>Марк смотрел мне в глаза. Мы медленно покачивались в такт, рядом танцевали другие пары.</p><p>«Выпускной, ты в красивом платьице.И тебе вот-вот семнадцать лет.Я хотел тебе просто понравиться.И как сумел на гитаре сыграл и спел…»</p><p>В его взгляде читалось что-то большее, чем просто флирт, но что я не могла понять. Неужели он тогда не соврал и я ему действительно нравлюсь? Вот уж правду говорят, чем больше мальчик дергает за косички, тем сильней ему нравится девочка.</p><p>Песня закончилась, и в зале резко включили яркий, безжалостный свет. Дискотека официально завершилась, было ровно девять вечера, и учителя уже стояли у выхода, проверяя, чтобы никто не задерживался. Я выдохнула с облегчением, мне почему то резко стало тяжело находится рядом с Марком.</p><p>Толпа зашевелилась, потянулась к гардеробу. Вика куда-то запропастилась с Димой, а я стояла в гардеробе застегивая свою куртку.</p><p>Марк подошёл ко мне, уже в своей куртке, с шарфом, небрежно перекинутым через плечо.</p><p>— Я тебя провожу, — сказал он, не спросил, не предложил. Просто констатировал факт.</p><p>Я хотела возразить, но Вика как раз пробежала мимо, крикнув: «Полин, нам с Димой в другую сторону, нам к тётке ещё!» — и скрылась в толпе.</p><p>— Пошли, — Марк уже направлялся к выходу. — А то темно уже.</p><p>Мы шли по заснеженной улице. Впервые за всё время нашего знакомства мы не подкалывали друг друга. Воздух был колючим, морозным, обжигал лёгкие, а под ногами звонко хрустел снег.</p><p>— Скорей бы выпускной, — сказала я вдруг, глядя на оранжевые фонари. — Надеюсь я поступлю в медицинский.</p><p>— Поступишь, — тихо ответил Марк, — Обязательно.</p><p>— А ты?</p><p>Он пожал плечами, пряча руки в карманы куртки.</p><p>— Не знаю. Может в армию уйду, а уже потом буду поступать.</p><p>Я остановилась и посмотрела на него.</p><p>— В армию? Зачем?</p><p>— Чтобы голову прочистить.</p><p>Он замедлил шаг, потом и вовсе остановился и повернулся ко мне. Под светом уличного фонаря его глаза казались почти чёрными.</p><p>— Слушай, — сказал он тихо. — А ты бы дождалась своего парня из армии?</p><p>Я моргнула, ведь вопрос застал меня врасплох. Я посмотрела на него, пытаясь понять, шутит он или нет. Но на его лице не было и тени насмешки. Только серьёзность.</p><p>Я вспомнила Артёма. Его звонки, его контроль. Но ведь раньше такого не было, это началось только недавно, когда я переехала. Раньше он был другим.</p><p>— Да, — сказала я тихо, глядя ему прямо в глаза. — Дождалась бы.</p><p>Марк смотрел на меня, не отводил взгляд. Снежинки падали, оставаясь на его тёмных волосах.</p><p>— А меня? — спросил он.</p><p>Голос прозвучал почти шёпотом. Но в тишине зимней улицы я услышала каждое слово.</p></section><section><title><p>Она дорога мне</p></title><p>Тверь встретила меня тишиной. Маленький вокзал, с Московским вообще не сравнить,но мне это нравилось. Не было столпотворения людей,не было спешки.</p><p>Бабушкин дом стоял в небольшой, уютной деревне под Тверью. Здесь не было школьных дискотек, пьяных вечеринок и гула машин. Здесь пахло сушёной мятой, печёными яблоками, дымом из печной трубы и старыми книгами. Снег лежал толстым, нетронутым слоем, искрился на солнце и скрипел под ногами.</p><p>В тот же день, как я приехала, бабушка истопила баню.</p><p>— Пошли, Полюшка, париться, — сказала она, повязав на голову белый платок. — Дорога утомительная, надо в баньке попарится.</p><p>Баня была маленькой, деревянной, с низкими потолками и запахом берёзовых веников. Я парилась до красноты, хлестала себя веником, чувствуя, как жар проникает в каждую клетку тела, выгоняя усталость, напряжение, все мысли о школе, о Марке, о поцелуе у подъезда. А потом оделась и выскочила на улицу бегом побежав к дому, пока не замерзла.</p><p>Холод обжёг кожу, перехватил дыхание, заставил закричать от неожиданности.</p><p>А в доме уже ждал ужин.</p><p>Я объелась бабушкиным пирогом с капустой и яйцом, горячим, румяным, пропитанным сливочным маслом, с хрустящей корочкой и мягкой, сочной начинкой. Мы сидели вечером на кухне, за окном выла метель, ветер бился в стёкла, но внутри было тепло, уютно, безопасно. На столе дымилась большая кружка с чаем из мяты, которую бабушка ещё с лета насушила.</p><p>Я пила этот ароматный чай, слушала, как бабушка рассказывает истории про то, как она была молодой, как познакомилась с дедушкой, как они строили этот дом своими руками. Смотрела на её морщинки, на руки шершавые, тёплые, пахнущие тестом и травами и чувствовала, как внутри разливается тёплое, спокойное счастье. Я упорно гнала от себя мысль что однажды бабушки не станет, что наступит момент, когда я больше не смогу приехать к ней в гости и вот так пить на кухне чай, болтая обо всем на свете.</p><p>Сейчас я была счастлива.</p><p>Здесь не было Артёма с его контролем, не было Марка с его усмешками и поцелуями. Были только я, бабушка, метель за окном и запах мяты.</p><p>А на следующий день приехал Артём, он знал где деревня бабушки, бывал тут пару раз летом.</p><p>Он приехал на своей машине из Москвы, подъехал к калитке и вышел, брезгливо оглядывая заснеженную улицу, покосившийся забор и сугробы.</p><p>— Ну и дыра, — сказал он, садясь в машину и заводя двигатель.</p><p>Я смотрела на него, кутаясь в шарф, и чувствовала, как внутри нарастает злость</p><p>— А мне нравится, — ответила я спокойно, сумев взять себя в руки, — Тут тихо, спокойно, воздух не как в городе, а реально свежий. Дышится легче.</p><p>Артём фыркнул, включил обогрев салона и выехал на трассу.</p><p>— Погнали в город, — сказал он. — Тут вообще нечего делать. В Твери погуляем.</p><p>Мы гуляли по набережной Волги, ветер бил в лицо, а река была тёмной, холодной, почти чёрной и узкой словно ручеек. В городе где я сейчас жила с родителям Волга была намного шире. Артём шёл рядом, заложив руки в карманы и говорил. Говорил много, быстро, с лёгким раздражением в голосе, жалуясь на пробки, на погоду, на то, что ему пришлось ехать в эту глушь.</p><p>Потом мы зашли в «Чикен», это местная кафешка с фастфудом. Было шумно, вокруг сидели подростки, смеялись, ели бургеры. Артём брезгливо отодвинул поднос со своей едой, но я ела, потому что здесь еда мне нравилась. Я не любитель фастфуда, но здесь он был вкусней, чем в других подобных заведениях.</p><p>— Я просто не понимаю, Полин, — он говорил, вытирая руки влажной салфеткой. — Ты переехала в этот ваш город, и что? Ты сразу нашла себе какую-то компанию. Эта Вика, какая-то Маша… Мудак, который тебе чай на голову вылил. Ты вообще с нормальными людьми общаешься?</p><p>— Они мои друзья, Артём, — тихо сказала я, откусывая картошку. — Они хорошие.</p><p>— Хорошие? — он фыркнул. — Полин, ты москвичка. Ты не должна водиться с местными, которые даже в нормальные места сходить не могут. Ты что, забыла, кто ты?</p><p>Я промолчала. Мне уже надоело спорить. Счастье от бабушкиного пирога и мятного чая начало медленно выветриваться, заменяясь привычным колючим напряжением, которое я чувствовала рядом с ним уже много месяцев.</p><p>Когда мы вышли на улицу, я зябко повела плечами. Мороз крепчал, а небо темнело.</p><p>— Пошли, — сказала я. — Поехали в пивной магазин, хочу папе с мамой пива купить, у тебя же есть с собой документы.</p><p>Артём остановился, посмотрел на меня с лёгкой насмешкой.</p><p>— А что, в твоей дыре пиво не продают уже? — спросил он.</p><p>Я сжала кулаки в карманах куртки.</p><p>— Перестань, — сказала я, стараясь говорить ровно. — Ты же сам прекрасно знаешь что здесь пивной завод и Тверское пиво папа обожает. И это не дыра, нормальный город.</p><p>Он усмехнулся, но промолчал, открывая передо мной дверь машины.</p><p>•Марк•</p><p>Василиса приехала из Москвы в гости на праздники. Она занимала мою свою старую комнату, но сегодня мы сидели на полу в гостиной, окружённые разбросанными подушками. Мы только что устроили настоящую войну, и перья всё ещё медленно оседали на тёмном паркете, кружились в воздухе.</p><p>Потом мы заказали огромную пиццу и уселись перед телевизором, как в детстве.</p><p>Включили новогодние фильмы. Смотрели «Один дома», потом перескочили на «Гарри Поттера», а потом включили «Гринча». Мы смеялись, комментируя то, что происходит на экране. Василиса кидалась в меня подушкой, когда Кевин ставил ловушки для грабителей, а я спорил с ней, что Гринчу просто нужен был друг.</p><p>— Ты серьёзно? — она фыркнула, бросая в меня очередную подушку. — Он испортил Рождество!</p><p>— Он был одинок, — я уворачивался, смеясь.</p><p>— Ой, всё, — она закатала глаза. — Ты неисправимый романтик, Суворов.</p><p>Потом мы лежали на полу, уставшие, среди разбросанных подушек и пустых коробок из-под пиццы. Василиса смотрела в потолок, тяжело дыша после смеха, её волосы рассыпались по полу.</p><p>— Ты изменился, Марк, — тихо сказала она. — Раньше ты смеялся по-другому.</p><p>Я лежал на спине, глядя на люстру.</p></section><section><title><p>Что мне сделать, чтобы ты поверила?</p></title><p>Десятое января началось с холода и тишины между нами.</p><p>Я вернулась из Твери, но внутри меня всё ещё было то самое, застывшее, мёртвое чувство, которое поселилось во мне, когда я увидела на экране ту фотографию. Я не отвечала на его сообщения, не брала трубку, когда он звонил.</p><p>На уроках мы все так же сидели за одной партой, но я его просто игнорировала. Не смотрела на него, не передавала ручку, не реагировала, когда он тихо звал меня по имени или пытался заглянуть в мою тетрадь. Я делала вид, что его не существует. Что рядом со мной пустое место.</p><p>Но это было невозможно.</p><p>От него пахло морозом и табаком, а его плечо, широкое, твёрдое было буквально в нескольких сантиметрах от моего. Я слышала, как он дышит, как скрипит его ручка по бумаге. Как иногда, редко, но всё же он поворачивал голову и смотрел на меня. И каждый раз, когда он касался меня, внутри что-то сжималось то ли от злости, то ли от тоски, то ли от обоих чувств сразу.</p><p>На переменах я смеялась с Викой, громко, искренне, даже чуть громче, чем нужно. Мы болтали о пустяках и я делала вид, что Марка Суворова не существует.</p><p>После физкультуры я зашла в женскую раздевалку. Там пахло хлоркой и чужими духами, сладкими, приторными, дешёвыми. Несколько девочек из нашего класса уже переоделись, болтая о новогодних каникулах, о каких-то парнях, о вечеринках. Я открыла рюкзак, стягивая с себя форму. Пальцы были холодными, а движения автоматическими. Мыслями я была где-то далеко. В Твери, в бабушкином доме где пахло мятой и печёными яблоками. Где не было его.</p><p>Вдруг дверь резко распахнулась.</p><p>Болтовня сразу же оборвалась. В проёме стоял Марк.</p><p>Волосы его были слегка растрёпаны, будто он только что был на улице. Его тёмные глаза обвели раздевалку. Девочки замерли, кто-то уронил расчёску, и она звонко стукнула по кафельному полу.</p><p>— Все вон, — приказал он, голос был тихим, но в нём было что-то такое, от чего у девочек по спине пробежали мурашки. Тихое, опасное, как перед бурей. — Быстро.</p><p>Никто не пошевелился.</p><p>— Я сказал, вон, — он сделал шаг вперёд. — Или мне силой вас выгнать?</p><p>Девочки испуганно схватили свои вещи и выскочили в коридор, бросая на меня сочувственные и испуганные взгляды. Последней вышла староста, но Марк просто посмотрел на неё, один короткий, холодный взгляд и она захлопнула дверь снаружи, успев сказать что если мне будет нужна помощь, то они рядом.</p><p>Щёлкнул замок.</p><p>Я застыла, держа в руках рюкзак. Сердце колотилось где-то в горле, перекрывая дыхание.</p><p>— А если бы я голая была? — спросила я. Голос дрогнул, но я заставила себя посмотреть ему прямо в глаза.</p><p>— Но не была же, — парировал он, делая медленный шаг вперёд. Его взгляд скользнул по мне, не похотливо, а как-то иначе,как будто бы отчаянно. — Что происходит, Котова?</p><p>— А что происходит? — я пожала плечами, пытаясь казаться безразличной, хотя внутри всё дрожало.</p><p>— Ты избегаешь меня. — Он подошёл вплотную,— Ты не берёшь трубку, ты смеёшься с ней, — он кивнул в сторону двери, имея в виду Вику, — А на меня смотришь как на пустое место.</p><p>Последние слова он произнёс с тихой, почти детской обидой.</p><p>— Не хочу мешать твоей личной жизни, — сказала я, голос был ровным и я гордилась собой.</p><p>— Что? — он нахмурился, и в его глазах мелькнуло искреннее недоумение. — О чём ты вообще?</p><p>Я медленно достала телефон из кармана рюкзака. Пальцы дрожали, но я не обратила на это внимания. Разблокировала экран, открыла галерею и нашла то самое фото сунув ему под нос.</p><p>— Хорошо потрахался? — выпалила я.</p><p>Марк замер.</p><p>На секунду его лицо стало абсолютно пустым, глаза расширились. Он смотрел на экран, на Вику, на свою руку на её талии. Он был в шоке, явно не ожидав это увидеть.</p><p>Я видела, как он понял, что попался. Видела, как в его голове проносились тысячи вариантов ответа, как он искал выход.</p><p>Потом он медленно выдохнул. Закрыл глаза на секунду и когда открыл их снова, маска была на месте. Холодная, непроницаемая. Как броня.</p><p>— Хорошо, — сказал он спокойно.</p><p>Одно слово. Тихое, но как удар под дых.</p><p>Я моргнула не ожидав такого ответа. Я думала, он будет отрицать, ругаться. Врать в конце концов. Но не это «хорошо»</p><p>— Ну иди дальше развлекайся, — я убрала телефон, скрестив руки на груди, чтобы он не видел, как дрожат мои пальцы. — От меня только отстань.</p><p>— Полин, послушай... — его голос стал тише, мягче. В нём появилась та самая хрипотца, от которой у меня всегда подкашивались ноги. — Это старое фото.</p><p>Я замерла.</p><p>— Старое? — переспросила я. Голос был спокойный, но внутри всё кипело. — Марк, я по твоему совсем на дуру похожа?</p><p>Он шагнул ко мне снова. Теперь он был совсем близко, так близко, что я видела, как дрожат его ресницы. Как напряжена его челюсть, как в его тёмных глазах плещется что-то, чему он сам не рад. Его глаза смотрели в мои с такой неподдельной, почти пугающей искренностью, что у меня перехватило дыхание.</p><p>— Полин, — он тихо, почти шёпотом произнёс моё имя. Не Котова, не бабуля...Полина. И от этого внутри что-то дрогнуло. — Это фото сделано до Нового года.</p><p>Он взял мой телефон и заблокировал его, убирая экран от моих глаз, его пальцы были горячими. Они на секунду коснулись моих и по коже словно пробежал ток.</p><p>— Просто Вике не нравится, что мы с тобой можем быть вместе, — продолжил он, и в его голосе появилась мягкая, заботливая нота, — Она переживает за тебя, поэтому не хочет чтобы мы были вместе.</p><p>Я смотрела на него, в его тёмные глаза. На то, как он стоит, закрывая собой дверь будто загораживает меня от всего мира.</p><p>Я видела, как напряглась его шея, как он сглотнул. Я видела, как дрогнула его нижняя губа, прежде чем он её прикусил и я знала, что он врет.</p><p>Но сердце... сердце хотело верить что он говорит правду.</p><p>— Правда? — тихо спросила я. Не с надеждой, а скорее безразлично.</p><p>— Правда, Котова, — он шагнул ближе и осторожно взял меня за руку. Его пальцы были горячими, почти обжигающими.</p></section><section><title><p>Бой</p></title><p>Дима забрал меня ровно в семь.</p><p>Мы вышли из моего подъезда вместе, и мороз ударил в лицо так резко, что я невольно зажмурилась. Воздух был колючим, острым, таким, что каждый вдох обжигал лёгкие. Снег хрустел под ногами, фонари отбрасывали длинные, дрожащие тени на заснеженные тротуары. Дима шёл рядом, засунув руки в карманы куртки, и молчал.</p><p>Я смотрела на его лицо напряжённое, сосредоточенное, с плотно сжатыми губами и понимала, что он жалеет о том, что согласился пойти со мной, но давать заднюю было поздно. Я уже приняла решение и внутри меня было что-то похожее на спокойствие, то самое, какое обычно бывает перед бурей. То самое, когда ты знаешь, что сейчас будет больно, но всё равно идёшь дальше.</p><p>— Ты уверена, что хочешь туда идти? — спросил он наконец, когда мы свернули на улицу, где фонари горели реже, а снег на обочинах был серым от грязи и соли.</p><p>— Уверена, — ответила я, голос был спокойным, но внутри всё дрожало.</p><p>— Ты понимаешь, что там будет? — он сунул руки глубже в карманы, и я видела, как напряглись его плечи. — Это не боксёрский клуб. Там нет правил, там дерутся до крови...Иногда... до чего похуже.</p><p>— Я знаю, — тихо сказала я и это было правдой. Но знать и понимать, видеть лично, это разные вещи.</p><p>— Родители его не знают, чем он на самом деле занимается. Уж не знаю, что он такого врет им, но пока не спалили. Хотя мне кажется, батя его начинает догадываться, чем Марк занимается.</p><p>Я смотрела под ноги, снег мягко похрустывал под ними.</p><p>— Я должна это увидеть, — сказала я.</p><p>Дима больше не стал спорить и отговаривать меня.</p><p>Огромное, ржавое здание с заколоченными окнами и покосившейся крышей. Из-за толстых металлических стен доносился глухой, ритмичный гул. Рядом стояли машины. Они были разные: дорогие и простые.</p><p>Мы подошли к тяжёлой металлической двери, Дима толкнул её, и она открылась с протяжным, ржавым скрипом.</p><p>И мы шагнули в другой мир.</p><p>Внутри было жарко, душно и невероятно громко. Пахло потом, кровью, табаком, дешёвым одеколоном. Под потолком висели тусклые лампы, от которых всё казалось грязно-жёлтым, болезненным.</p><p>В центре ангара было расчищенное пространство. Бетонный пол, местами покрытый старыми матами, местами просто грязный, в пятнах, которые я даже не хотела разглядывать. Пятна были тёмными, слишком тёмными. Я догадывалась что это и мне стало плохо, хотя крови я обычно не боялась. Никакого ринга, никаких канатов. Просто пол и вокруг толпа. Люди стояли плотным полукругом, плечо к плечу, кричали, толкались. Их лица в тусклом свете казались одинаковыми, возбуждёнными, жестокими, голодными до крови.</p><p>Мне хотелось развернуться и бежать. Бежать так далеко, как только возможно, но ноги не слушались.</p><p>— Дим... — прошептала я и голос дрогнул.</p><p>— Держись за мной, — он взял меня за руку, и его ладонь была горячей, влажной. Он тоже нервничал. — Не смотри ни на кого. Просто будь рядом.</p><p>Мы пробились ближе к центру. Дима нашёл мне место, откуда было всё видно, и встал рядом, закрывая меня собой. Я чувствовала, как напряжены его плечи, как он готов в любой момент броситься бежать.</p><p>— Если что, сразу бежим, — сказал он. — Не геройствуй.</p><p>Я кивнула, хотя не была уверена, что смогу. Внутри меня было что-то похожее на решимость, то самое, которое не даёт отступить, даже когда страшно. Даже когда очень страшно.</p><p>И тут я увидела его.</p><p>Марк стоял у края круга, спиной ко мне. На нём были только чёрные спортивные штаны. Его спина широкая, мускулистая, покрытая мелкими шрамами была напряжена. Он разминался, делал короткие, резкие движения, бил по воздуху, прыгал на носках. Мышцы под его кожей перекатывались.</p><p>В нём сейчас было что-то другое. Что-то тёмное, кипучее. Он двигался не так, как обычно, а резче, злее, будто внутри него горел огонь, который он не мог контролировать. Я видела это в том, как он сжимал кулаки, в том, как он тяжело дышал.</p><p>Потом он повернулся и увидел меня.</p><p>Я видела, как изменилось его лицо. Сначала был шок, потом ярость, да такая, что я почувствовала, как воздух между нами накалился. Потом что-то ещё. Что-то похожее на страх.</p><p>Он протиснулся сквозь толпу, толкая людей, не обращая внимания на их возмущённые крики. Схватил меня за руку и потащил в сторону, подальше от круга, в тёмный угол.</p><p>— Ты чего сюда пришла?! — прорычал он. — Уйди, пожалуйста. Это место не для тебя.</p><p>— Я не уйду, — я смотрела ему прямо в глаза. В его глазах было столько всего, что мне хотелось закричать.</p><p>Он повернулся к Диме, который стоял рядом, скрестив руки на груди, с самым спокойным выражением лица, которое меня сейчас невероятно бесило.</p><p>— Нахрена ты её сюда привёл?! — Марк схватил его за воротник куртки, я видела, как напряглись его плечи, как побелели костяшки.</p><p>— Она сама, — спокойно ответил Дима.</p><p>— Сама она бы не узнала, куда именно идти надо! — Марк стиснул зубы и вдруг он резко отпустил Диму и повернулся ко мне. Его глаза были чёрными, почти безумными. — Полин, пожалуйста. Уйди. Это место не для тебя, понимаешь?</p><p>— Зачем ты это делаешь? — спросила я.</p><p>Его позвали. Кто-то из организаторов крикнул его имя, махнул рукой, указывая на пол в центре круга. Марк повернулся и сделал шаг.</p><p>— Зачем?! — крикнула я ему в спину.</p><p>Он остановился и обернулся посмотрев на меня долго, тяжело. В его глазах было столько всего, что у меня перехватило дыхание.</p><p>— Потому что мне нужна разрядка, — сказал он тихо. — Оставайся с ним, — он кивнул на Диму. — И не уходи пока я не вернусь к вам.</p><p>И пошёл в центр круга.</p><p>Я осталась стоять в углу, рядом с Димой. Смотрела, как Марк выходит на середину бетонного пола.</p><p>Его противник ждал его там. Обычный парень, может, чуть старше Марка на пару лет. Он стоял, слегка переминаясь с ноги на ногу, и выглядел нервным, может, даже более нервным, чем Марк.</p><p>Марк встал напротив него и поднял кулаки.</p><p>Толпа затихла. На секунду в ангаре повисла тишина. Мне кажется я даже слышала, как стучит моё сердцес как тяжело дышит Дима рядом.</p></section><section><title><p>Я не оставлю тебя одну</p></title><p>•Марк•</p><p>Я бежал.</p><p>Снег бил в лицо, залепляя глаза, забивался под воротник одежды, таял на ресницах и превращал мир в размытое белое пятно. Но я не чувствовал ничего, ни холода, ни усталости, ни боли в разбитом лице, которое ныло. Только страх. Липкий, животный, тот самый, который поднимается из самого дна желудка к горлу и не даёт дышать.</p><p>Она сейчас одна.</p><p>Я кричал её имя. Голос срывался, глох среди ветра, тонул в белых хлопьях снега, которые падали так густо, что фонари казались размытыми жёлтыми кляксами. Я заглядывал во дворы, в чёрные провалы между гаражами, в подворотни. Везде, куда мог свернуть человек, который бежит, не разбирая дороги.</p><p>Я потерял её. Я действительно потерял её.</p><p>Я свернул в переулок, где был короткий путь к остановке. Узкий, тёмный, с сугробами по пояс и вдруг услышал.</p><p>— ПОМОГИТЕ! ПОМОГИТЕ КТО-НИБУДЬ!</p><p>Её голос.</p><p>Я узнал бы его из тысячи.</p><p>И это был не плач, не визг. Не тот звук, который издают, когда сдаются. Это был крик. Она не молила, она звала на помощь видимо насчитывая что если никто не поможет, то крик хотя бы отпугнет напавшего.</p><p>Умница, Котова. Умница.</p><p>Я успел увидеть только силуэты. Две фигуры у стены, в самом тёмном месте переулка, куда не дотягивался свет фонаря. Одна держала другую за волосы и прижимала к кирпичу.</p><p>Дальше я смутно помню.</p><p>Не помню, как добежал, как схватил его за шиворот и рванул от неё так, что его спина врезалась в кирпич с глухим звуком. Не помню, как мир вокруг сузился до одной точки: до его лица и моих кулаков.</p><p>Помню только её. Бледную, напуганную.</p><p>Денис повернулся. Ухмыльнулся разбитым ртом, из которого текла кровь.</p><p>— О, Суворов. Умеешь ты вовремя поя...</p><p>Я не дал ему договорить.</p><p>Кулак, тот самый, которым я ещё недавно ломал челюсть другому парню на бетонном полу ангара врезался ему в лицо. Что-то хрустнуло. Он пошатнулся, но не упал, зарычал, бросился на меня в ответ.</p><p>Я бил снова и снова</p><p>Денис упал, а я всё продолжал бить.</p><p>— Марк, остановись! Не надо!</p><p>Тихий голос, дрожащий.Я замер с занесённым кулаком.</p><p>Посмотрел на свои руки. Они были в крови, а пальцы дрожали.</p><p>Потом на неё.Полина стояла у стены, прижимая ладонь к колену. В её глазах был страх.</p><p>Не Дениса, не переулка, не этой ситуации.</p><p>Меня.</p><p>Я медленно опустил руку и отступил.</p><p>— Пошли, — сказал я хрипло чужим голосом и протянул ей руку.</p><p>Она смотрела на мою ладонь долго. Очень долго. Я видел, как в её глазах борется что-то: страх, усталость.</p><p>Потом вложила в неё свою, её пальцы были как лёд.</p><p>• Полина•</p><p>Я шла рядом с ним хромая.</p><p>Колено горело так, а каждый шаг отдавался тупой, ноющей волной до самого бедра, но я почти не чувствовала этого, внутри было слишком много другого.</p><p>Я видела, как он бил Дениса. Видела, как тот упал, а Марк не остановился.</p><p>Прекратил он только когда я закричала.</p><p>Но я успела увидеть его лицо в ту секунду. Он смотрел на свои руки так, будто не узнавал их, будто они принадлежали кому-то другому.</p><p>Вот это меня и напугало.</p><p>Не он, не Денис. Не этот проклятый переулок. А то, что он сам себя в этот момент не узнавал. Что в нём живёт это тёмное, жестокое, неконтролируемое. И что однажды оно может вырваться наружу. И тогда...</p><p>Я не знала, что тогда. Но я отлично знала, что не хочу это узнавать.</p><p>Мы шли молча. Он держал мою руку сначала слишком крепко, до боли в пальцах. Потом, будто спохватившись, ослабил, но не отпустил.</p><p>Снег падал на ресницы, таял, превращался в маленькие холодные капельки, которые стекали по щекам. Мир был обычный, зимний. А я шла по нему с разбитым коленом, и не понимала, кто я теперь.</p><p>Вдруг я остановилась.</p><p>— Мне нельзя домой, — сказала я и голос предательски дрогнул. — Не хочу, чтобы родители меня видели в таком состоянии и переживали.</p><p>Марк обернулся. Посмотрел на колено, где кровь уже проступила сквозь джинсы, потом на лицо.</p><p>— Если ты домой не вернёшься, они будут переживать не меньше.</p><p>— Я позвоню маме. Скажу, что осталась у Вики.</p><p>Я достала телефон. Пальцы не слушались, экран плыл перед глазами. Набрала номер и вдруг услышала собственный голос: ровный, спокойный, чуть сонный, будто это говорила не я.</p><p>— Мам, я у Вики, останусь. Да, всё нормально. Да, поели. Спокойной ночи.</p><p>Я отняла телефон от уха и посмотрела на него, как на чужой предмет.</p><p>Как легко я соврала, как будто каждый день это делала.</p><p>Марк молчал. Смотрел на меня так, будто понимал каждое слово, которое я не могла сказать.</p><p>— Пойдём, — сказал он.</p><p>•Марк•</p><p>Я открыл дверь, и в лицо пахнуло домом.</p><p>Чаем,теплом. Я на секунду застыл на пороге как будто между двумя мирами. Между ангаром, грязью, кровью и домом. Как будто я приношу с собой что-то грязное, и оно сейчас осквернит этот тёплый, светлый, безопасный мир.</p><p>— Марк? — мама вышла с кухни. — Ты чего так поз...</p><p>Она увидела меня, увидела Полину и замолчала на полуслове.</p><p>Я видел, как её лицо проходит все стадии за одну секунду. Радость от того, что я пришёл. Растерянность от того, что я не один и ужас от того, в каком я виде.</p><p>— Марк... у тебя лицо...</p><p>— Мам, всё нормально.</p><p>Из кухни вышел отец. Он ничего не сказал, только посмотрел на мое лицо, на кровь на руках, на Полину, которая стояла сзади меня, придерживаясь за стену.</p><p>Глаза у него потемнели. Стали такими, как мои, когда я смотрю в зеркало и не узнаю себя.</p><p>— Что случилось?</p><p>— Один мудак напал на Полину в переулке, — сказал я. — Я его остановил.</p><p>Отец молчал долго, а потом кивнул.</p><p>— Понятно.</p><p>Мама метнулась за аптечкой, усадила меня на стул, начав обрабатывать раны. Работала быстро, умело ватой со спиртом, йодом, пластырем. Я морщился, но молчал.</p><p>— Не надо, — сказал я наконец. — Я сам. Лучше ей помоги.</p><p>Я кивнул на Полину. Она всё ещё стояла в дверном проёме, глядя на меня.</p></section><section><title><p>Вечеринка</p></title><p>Прошло две недели с той ночи, когда я осталась у Марка.</p><p>Две недели, за которые мы не стали парой. Не стали официально, однако что-то между нами изменилось навсегда.</p><p>Мы проводили вместе всё свободное время, каждый день.</p><p>На переменах мы болтали, его взгляд был тяжёлым, изучающим, но в то же время тёплым.</p><p>— Чего уставился? — спросила однажды я, когда он смотрел как я в рюкзаке пытаюсь найти пенал.</p><p>— Смотрю, как ты вечно всё теряешь, — отвечал он. — Котова, у тебя в рюкзаке помойка.</p><p>— Не помойка, а творческий беспорядок.</p><p>— Ага, творческий. Мне кажется если там полазать, то можно что угодно найти.</p><p>— Это просто волшебное свойство женской сумочки, в которой можно найти абсолютно все.</p><p>Я смеялась, он улыбался. Иногда, редко, но такое все же бывало он доставал из своего рюкзака яблоко или шоколадку и давал мне.</p><p>Он заботится обо мне, приносит сладости, ждёт после уроков и объясняет физику.</p><p>Зачем?</p><p>Я не спрашивала вслух. Боялась ответа.</p><p>Из школы мы уходили вместе, шли мы медленно, потому что я хромала. Марк подстраивался под мой шаг. Не спешил, не торопил. Иногда брал меня за руку просто так, без повода и держал пока мы шли.</p><p>Мы болтали обо всём и ни о чём одновременно. О школе, о Диме, о том, что Вика снова опоздала на первый урок. О том, что Дениса до сих пор нет в школе, ведь он на больничном.</p><p>— Интересно сколько он ещё просидит на больничке? — спросила я однажды.</p><p>Марк пожал плечами.</p><p>— Не знаю,мне как то без разницы</p><p>А иногда когда мы шли по заснеженной улице, он держал мою руку, и молча смотрел куда-то вдаль, а мне казалось, что я вижу в нём что-то ещё. Что-то, чего он не говорил, что он прятал внутри себя.</p><p>Что же ты скрываешь, Марк?</p><p>В пятницу Маша позвала меня на вечеринку.</p><p>— Полин, ну пойдём, — она смотрела на меня умоляюще. — Родителей нет до воскресенья, когда ещё такой шанс будет? Будут все. Вика, Коля, Марк. Да там почти весь класс будет, ну</p><p>— Марк точно будет?</p><p>— Конечно, — Маша закатила глаза. — Как без него то.</p><p>Я покраснела.</p><p>— Ладно, — согласилась я. — Пойду.</p><subtitle>* * *</subtitle><p>Вечеринка началась в семь.</p><p>В квартире играла музыка, пахло пиццей и пивом. В гостиной уже было около двадцати человек. Одноклассники, ребята из других классов,какие-то знакомые Маши.</p><p>Я вошла оглядевшись. Марк стоял в углу кухни, рядом с Колей. Они о чём-то говорили тихо и серьёзно. Марк держал в руке банку колы, Коля банку пива. Марк посмотрел на меня на секунду и отвёл взгляд.</p><p>Он не подошёл. Почему?</p><p>Я нашла Вику. Она сидела на диване в гостиной и болтала с какой-то девчонкой из параллельного класса, но я видела по её лицу - ей скучно.</p><p>— Привет, — я села рядом.</p><p>— О, Котова, — Вика улыбнулась. — Я думала, ты не придёшь.</p><p>— Маша уговорила.</p><p>— Ну и хорошо, а то я тут одна скучаю.</p><p>Мы болтали. Тем накопилось много. Про новую учительницу английского, про то что Дима опять вляпался в смешную историю.</p><p>Вика смеялась и я тоже. Кто-то включил музыку погромче, кто-то принёс ещё пиццу.</p><p>Так незаметно прошло часа два, может, три.</p><p>Я не замечала времени.И тут музыка сменилась,она стала тише, медленнее.</p><p>Кто-то врубил медляк.</p><p>Маша уже тянула Колю за руку на середину комнаты. Они обнялись и начали покачиваться в танце. За ними была ещё пара.</p><p>•Марк•</p><p>Я стоял в углу кухни и смотрел на неё.</p><p>Она сидела на диване, рядом с Викой, смеялась, что-то говорила. Я не слышал что, потому что музыка была слишком громкой. Но я видел как она откидывает голову, когда смеётся. Как её волосы падают на плечи и не мог отвести взгляд.</p><p>Коля стоял рядом, говорил что-то про свой новый байк. Я кивал будто слушаю его, но мыслями был рядом с Полиной.</p><p>Она красивая сегодня.</p><p>А потом кто то врубил медляк.</p><p>Я смотрел как Маша с Колей танцуют. Ну хоть у кого то в отношениях все хорошо, эти двое как сошлись в девятом классе, так больше и не расходились.</p><p>Я посмотрел на Полину.</p><p>Она сидела на диване рядом с Викой и смотрела, как танцуют другие.</p><p>Спроси её.</p><p>Не надо.</p><p>Спроси.</p><p>И я решился, поставил банку колы на подоконник и пошёл к ней.</p><p>Она подняла глаза, когда я подошёл, улыбнулась.</p><p>— Не хочешь потанцевать? — спросил я.</p><p>— Давай, — ответила она.</p><p>Я протянул ей руку, она вложила в неё свою маленькую, теплую. Я повёл её через комнату, к центру, где уже кружились несколько пар.</p><p>Обнял за талию осторожно, будто боялся сломать, а она положила руки мне на плечи.</p><p>После того что случилось с Женей, я закрылся. Перестал пускать кого-либо внутрь себя. И вот пришла она, Полина Котова. С её дурацкими шутками и умением радоваться даже мелочам.</p><p>А я впервые за долгое время почувствовал, что не один и с ней уже не только из-за спора.</p><p>Я с ней, потому что мне с ней хорошо. Потому что она смеётся над моими тупыми шутками, шутит надо мной в ответ и вечно спорит. На моей памяти ещё не было не одного дня, когда бы она не спорила со мной.</p><p>Впервые за долгое время мне было хорошо.</p><p>Мне говорили ты талантливый, можешь многого добиться в спорте.</p><p>А я чувствовал себя бесполезным, потому что не смог спасти Женьку, потому что не смог спасти себя. Потому что ввязался в спор и не мог остановиться.</p><p>Я на веки даю обязательствоЧто не стану добычей воронаЕсть особое обстоятельство:Я люблю тебяЯ люблю тебя это здорово</p><p>пелось в песне и я не знаю что это был за порыв, но я наклонился к ней ближе и одними губами, почти без звука, произнёс:</p><p>— Я люблю тебя.</p><p>Полина подняла глаза и посмотрела прямо в мои.</p><p>Не удивлённо, не испуганно.</p><p>Она смотрела так, будто услышала, хотя не могла.</p><p>Песня закончилась, а мы стояли, не отстраняясь.</p><p>— Это уже наш второй танец, — улыбнулась она.</p></section><section><title><p>Что ты скрываешь?</p></title><p>Я проснулась от звука, который нельзя было спутать ни с чем другим.</p><p>Стон. Тихий, надорванный. Я тут же открыла глаза.</p><p>Знакомый потолок. Серые стены комнаты Марка. Постер какой-то рок-группы, названия которой я так и не запомнила: размытые лица, гитары, что-то злое и тёмное. Из-за шторы пробивалась тонкая полоска света бледная, зимняя, без единой капли тепла. Утро.</p><p>Я лежала на его кровати, на подушке, которая ещё хранила его тепло. А рядом со мной спал Марк.</p><p>Брови сведены так, будто он хмурился даже во сне, будто ему и там было тяжело. Челюсть стиснута, под скулами перекатывались мышцы, он скрипел зубами. Под тонкой тканью футболки я видела, какие у него напряжённые плечи, как часто вздрагивает грудная клетка.</p><p>Он лежал с закрытыми глазами, но назвать это отдыхом было нельзя.</p><p>Это был кошмар.Я знала, как выглядят кошмары. Знала не по книжкам.</p><p>— Марк, — позвала я тихо. — Марк, проснись.</p><p>Он не отреагировал. Только замотал головой быстрее, резче.</p><p>— Нет… — Голос был чужой,низкий, сорванный. — Не надо, Жень…</p><p>Жень.</p><p>Не надо что?</p><p>Я осторожно положила ладонь ему на плечо. Оно было твёрдое, под пальцами мелко и часто дрожали мышцы так обычно дрожат от озноба.</p><p>— Марк. — Я встряхнула его сильнее. — Проснись.</p><p>Он дёрнулся всем телом.Рука метнулась в мою сторону и застыла в сантиметре от моего лица. Кулак сжат, ещё мгновение, и он бы ударил.</p><p>На секунду. Всего на одну секунду я увидела то, что он прячет от всех.</p><p>Панику.</p><p>Я уже видела такое. У папы.</p><p>У папы было ПТСР, он привёз его с собой из командировок когда я была маленькой. Мама называла вещи своими именами, объясняла мне, почему нельзя будить его резко, почему он иногда сидит на кухне в три часа ночи и смотрит в одну точку.</p><p>А у Марка?</p><p>Тоже? Или это действительно просто плохой сон?</p><p>Его взгляд заметался по потолку, по мне, по собственным рукам. Он что-то искал или кого-то. Он не сразу понял, где находится, не сразу понял, что это я, а не то, что ему снилось.</p><p>— Полин… — выдохнул он и провёл ладонью по лицу.Пальцы его дрожали.— Ты… ты чего…</p><p>— Тебе снился кошмар, — сказала я мягко.</p><p>Он сел привалившись спиной к стене, вытянул ноги и посмотрел на меня. Я успела заметить в его глазах боль.</p><p>Прошла минута, может, меньше и он это убрал хмыкнув.</p><p>— Да какой кошмар. — Он взъерошил волосы, и без того торчавшие во все стороны. — Просто ты пиналась во сне.</p><p>Я округлила глаза.</p><p>— Что?</p><p>— Пиналась, — повторил он с абсолютно честным лицом.</p><p>Взгляд уже ровный, ни паники, ни дрожи. Только насмешка.</p><p>— Марк, я не… — я запнулась. — Я не пиналась.</p><p>— Ага. — Уголок его рта пополз вверх. — Зарядила ногой мне от души. Я думал, ты меня из кровати спихнуть решила.</p><p>Я смотрела на него и всё понимала.</p><p>Он врёт.</p><p>Врёт красиво, спокойно, не отводя глаз.</p><p>Но я видела его лицо в ту первую секунду. Видела, как он замахнулся на меня, не проснувшись. Видела, как тряслись его пальцы.И слышала обрывок чужого имени.</p><p>— Марк, — тихо спросила я. — Ты уверен?</p><p>— В чём?</p><p>— Что это я тебя пинала. — Я поймала его взгляд и не отпустила. — А не кошмар.</p><p>Он замер.На секунду, всего на секунду маска дрогнула, а потом он снова усмехнулся.</p><p>— Полин. — Он потянулся и провёл ладонью по моей щеке. — Ты чего такая серьёзная с утра? Ну пиналась. С кем не бывает.</p><p>Я улыбнулась,но не потому, что поверила.</p><p>Потому, что поняла: сейчас бесполезно спрашивать.</p><p>— Ладно, — я качнула головой. — Пиналась так пиналась.</p><p>— Вот и умница.</p><p>Он наклонился и поцеловал меня в лоб. Коротко, сухо и от этого почему-то стало больнее, чем если бы он вообще не прикоснулся.</p><p>— Не накручивай себя. Всё нормально, правда.</p><p>Правда.</p><p>Он не хочет говорить.</p><p>Хорошо. Я умею ждать, хотя и не самый терпеливый человек.</p><p>— Марк, — сказала я. — Если ты когда-нибудь захочешь рассказать… я выслушаю.</p><p>Он поднял на меня глаза.</p><p>Что-то в них дрогнуло и он кивнул.</p><p>— Спасибо, Полин.</p><p>— За что?</p><p>— За то, что не давишь.</p><p>И наклонился снова. В этот раз поцелуй был медленный. Губы его были тёплые, чуть солёные. Я закрыла глаза и позволила себе на несколько секунд не думать ни о чём.</p><p>Ни о чужом имени,ни о его кулаке у моего лица. Ни о том, что я не помню половину этой ночи.</p><p>— Который час? — спросила я, отстранившись.</p><p>— Девять. — Он глянул в телефон, лежавший экраном вниз на тумбочке.</p><p>Я села подтянув колени к груди и стала его разглядывать. Растрёпанные волосы, след от подушки на щеке.</p><p>Сейчас он был настоящий.</p><p>Не тот Марк, которого знала школа, с холодной ухмылкой и репутацией, идущей впереди него. Не тот, которого я видела в ангаре, с чужой кровью на руках.</p><p>— Ты чего смотришь? — Он поймал мой взгляд.</p><p>— Просто. — Я пожала плечами. — Привыкаю.</p><p>— К чему?</p><p>— К тому, что ты мой.</p><p>Он замер.Я успела увидеть, как что-то в его лице изменилось, разгладилось, оттаяло, стало младше на несколько лет.</p><p>А потом он улыбнулся. Той самой улыбкой, которую прятал от всех.</p><p>— Да, — сказал он. — Я твой.</p><p>Просто, спокойно. Без пафоса.</p><p>Будто мы вместе уже минимум месяц, а не сутки.</p><p>Ближе к десяти мы всё-таки встали.</p><p>Позавтракали тем, что нашлось в холодильнике: яйца, вчерашний хлеб, сыр, чай. Он жарил яичницу, стоя босиком на холодном полу, и я всё порывалась сказать ему надеть носки или хотя бы тапки, но так и не сказала.</p><p>Марк молчал. Я тоже.</p><p>Но это было не то молчание, которое давит и заставляет судорожно придумывать темы для разговора.</p><p>Это было молчание, в котором обоим всё понятно. Где всё на своих местах. Где не нужно слов, достаточно того, что он просто рядом.</p><p>Я слышала, как он ставит чашку на стол осторожно, чтобы не звякнула. Как проводит ладонью по волосам, этот жест я уже запомнила. Как и то, что он всегда садится спиной к стене, как и то, что он ест быстро, будто торопится, даже когда торопиться некуда.</p></section><section><title><p>Он не тот кем кажется</p></title><p>Было уже почти десять вечера, когда Марк повёз меня домой.</p><p>За окном шла февральская метель. Снег бил в лобовое стекло, дворники работали на пределе, а фары встречных машин расплывались в белых пятнах. Музыка играла тихо, почти неслышно, и я то и дело ловила себя на том, что слушаю не её, а то, как Марк дышит рядом.</p><p>Марк то и дело косился на меня и убавлял музыку, будто хотел, чтобы я что-то сказала, хотя я всю дорогу почти молчала.</p><p>Мне было хорошо.</p><p>На мне была юбка. Чёрная, до колен, которую мама купила ещё осенью, а я надела её два раза и забросила, потому что больше любила джинсы.</p><p>Утром мама сказала:</p><p>— Полин, ты же замёрзнешь.</p><p>— Не замёрзну, — ответила я. — Мы в машине будем.</p><p>Но сегодня я решила быть в юбке, потому что несколько недель назад, когда мы еще не встречались я решила пойти в ней в школу. Просто проснулась с утра и поняла что сегодня я хочу пойти именно в ней.</p><p>Марк стоял у подоконника, пил воду из бутылки и разговаривал с Колей. Я проходила мимо и он вдруг замолчал на середине фразы окинув меня взглядом.</p><p>Я остановилась.</p><p>— Чего?</p><p>— У тебя ноги красивые, — сказал он.</p><p>Так легко и просто. Коля заржал, а я почувствовала, как вспыхнули уши.</p><p>— Суворов, ты…</p><p>— Носи юбки чаще, — перебил он и вертя в руках бутылку. — Тебе идёт.</p><p>И всё. Он отвернулся к Коле, продолжив разговор, будто ничего не произошло.</p><p>А я пошла дальше по коридору, чувствуя, как горит лицо, и весь следующий урок не могла сосредоточиться на химии.</p><p>Марк вёл машину одной рукой, второй держал мою. Его пальцы были тёплыми и я нежно сжимала его руку в ответ.</p><p>— Полин, — сказал он вдруг.</p><p>— М?</p><p>— Ты чего такая?</p><p>— Нормальная. — Я дёрнула плечом. — Устала просто.</p><p>— Устала или задумалась?</p><p>Я покосилась на него.</p><p>Он смотрел на дорогу, но я знала: он все видит. Это было одной из тех вещей, которые меня в нём поражали, он замечал то, чего другие не видели. Паузы, движения. То, как я начинаю дышать иначе, когда что-то не так.</p><p>— Задумалась, — призналась я.</p><p>— О чём?</p><p>— Ни о чём. — Я улыбнулась. — Просто… хорошо.</p><p>Он усмехнулся.</p><p>— Это опасно.</p><p>— Почему?</p><p>— Потому что когда хорошо, значит скоро случится что то плохое.</p><p>— Ты в это веришь?</p><p>— Да. — Он повёл плечом. — Потому что редко бывает когда все хорошо и плохое не случается.</p><p>Мы помолчали.</p><p>Снег продолжал бить в стекло. Где-то вдалеке мигал светофор жёлтым цветом.</p><p>Марк свернул к моему дому и остановился у подъезда, но двигатель не заглушил.</p><p>Я посмотрела на него и вдруг он наклонился.</p><p>Поцелуй был медленным, осторожным. Таким, каким он целовал меня в последнее время, будто боялся, что я сбегу. Я ответила потянувшись ближе, через неудобную преграду ввиде рычага, и он тихо выдохнул мне в губы коротко, будто удивлённо.</p><p>Его ладонь легла мне на щёку, большой палец скользнул по щеке. Вдруг поцелуй изменился. Он стал глубже, настойчивее. Видимо он перестал боятся.</p><p>Я почувствовала, как его рука опустилась мне на колено и замерла.</p><p>Не от страха перед ним, а от того, что внутри меня что-то сжалось.</p><p>Я никогда.</p><p>Эта мысль пришла первой. Не «нельзя», не «стыдно», не «что подумают».Просто я никогда.</p><p>Даже с Артёмом.</p><p>Мы встречались долго, целовались, обнимались, засыпали рядом на диване у него дома. Но дальше у нас не заходили.</p><p>Он торопил. Сначала мягко: «Ну Полин, мы же любим друг друга». Потом с обидой: «Ты что, мне не доверяешь?». Иногда зло: «Все уже давно, только ты одна такая. Если любишь — докажи».</p><p>А я не могла.</p><p>Не потому, что не хотела его и не потому, что не любила, тогда мне казалось, что люблю.</p><p>А потому, что боялась.</p><p>Боялась боли, о которой читала в интернете, боялась, что не получится, что будет неловко, что я заплачу, а он разочаруется.</p><p>Артём называл это «комплексами».Я называла это «я не готова».</p><p>И вот теперь Марк и его рука на моём колене, а его дыхание у моего лица. Тепло, темнота, шум печки и метель по стеклу.И я хотела, правда хотела.Но не так.</p><p>Не здесь.</p><p>Не в машине, у подъезда, где в любой момент может пройти соседка с собакой.</p><p>Его рука сдвинулась выше и я положила ладонь на его запястье.</p><p>— Марк, — сказала я тихо. — Остановись.</p><p>Он не остановился.</p><p>Не потому, что решил не слушать меня. Я видела он просто мыслями был не здесь. Его губы скользнули ниже, к моей шее.</p><p>Я упёрлась ладонями ему в грудь и оттолкнула его.</p><p>— Марк! — сказала я резко. — Остановись пожалуйста.</p><p>Он отшатнулся и несколько секунд сидел не двигаясь. Он часто дышал, а глаза его были тёмные, расфокусированные, будто он возвращался откуда-то издалека.</p><p>— Полин, — голос его был хриплый, — Я…</p><p>— Не здесь, — сказала я. — И не сегодня.</p><p>Он смотрел на меня.</p><p>— Я не хочу, чтобы мой первый раз был в машине, — добавила я.</p><p>Тишина.</p><p>Он очень медленно убрал руку, провёл ладонью по волосам и отвернулся к лобовому стеклу.</p><p>— Твой… — он запнулся. — Первый?</p><p>Я кивнула и он закрыл глаза.</p><p>Сидел он так долго. Я видела, как напряжена его челюсть, как он сжимает и разжимает пальцы на руле. А потом он открыл глаза и посмотрел на меня.</p><p>— Полин, — он сказал медленно. — Ты серьёзно?</p><p>— Да.</p><p>— Ты… никогда?</p><p>— Никогда.</p><p>Он моргнул ещё раз. Будто не верил.</p><p>— Но… — он запнулся. — Ты же встречалась с Артёмом.</p><p>— Да.</p><p>— И… — он не мог закончить. — И вы… не…</p><p>— Нет, — я покачала головой.</p><p>Он смотрел на меня так, будто пытался сложить два и два и у него не получалось.</p><p>— Но он… — Марк сжал челюсть. — Он что, не… не хотел?</p><p>Я усмехнулась.</p><p>— Хотел, — сказала я. — Очень.</p><p>— И что?</p><p>— А я не могла. — Я посмотрела в окно. — Боялась. А он… он давил. Говорил, что я его не люблю.</p><p>Марк молчал.</p><p>Я видела как напряглись его плечи, как он снова сжал руль.</p></section><section><title><p>Знакомство с семьей</p></title><p>Я трижды поправила подол платья и на четвёртый раз поймала себя за руку.</p><p>Марк сидел на краю кровати и наблюдал за мной с таким выражением, будто всё происходящее доставляло ему искреннее удовольствие. Он лениво покручивал в пальцах ключи от машины и улыбался.</p><p>— Полин, — сказал он наконец, — Не нервничай. Не съедят же они тебя.</p><p>Я не удержалась и улыбнулась, но тут же снова посмотрела в зеркало.</p><p>Платье было бордовое, с длинными рукавами и слегка расклешённое у колен. Волосы я выпрямила утром и теперь молилась, чтобы они не вздумали взбунтоваться,ведь стоило хоть немного влаги попасть на них,как я превращалась в барана. Это была моя извечная проблема: каждое утро я стояла у зеркала с утюжком и выпрямляла их.</p><p>Господи, почему я так волнуюсь.</p><p>Это же не первое знакомство. Я уже была в их доме, видела его родителей.</p><p>— Марк, — сказала я, — Я всё равно волнуюсь.</p><p>Он перестал крутить ключи в пальцах, положил их на тумбочку и вздохнул.</p><p>— Я знаю.</p><p>— Ты не понимаешь.</p><p>— Понимаю.</p><p>— Хочешь сказать, ты когда то проходил подобное? — я повернулась к нему.</p><p>Марк встал, подошёл ближе и мягко вытащил у меня из рук рукав платья, который я опять начала теребить.</p><p>— Нет. Но я знаю, что ты им понравилась.</p><p>Я нахмурилась.</p><p>— Что?</p><p>Он улыбнулся, той самой улыбкой, от которой я всегда таяла.</p><p>— Мама сказала: «Бедная девочка и даже не плакала».</p><p>Я замолчала.</p><p>Перед глазами сразу встала та ночь.</p><p>Кухня, жёлтый свет, запах аптечки и его мама, склонившаяся над моим разбитым коленом. Ватка, холодная жидкость, её аккуратные пальцы. Она дула на ранку так естественно, будто я была не случайной девочкой, которую сын притащил ночью после драки, а кем-то своим.</p><p>— Они меня помнят? — тихо спросила я.</p><p>— Конечно.</p><p>— И не будут делать вид, что мы знакомы впервые?</p><p>— Нет. — Марк провёл большим пальцем по моей ладони, и я почувствовала, как внутри что-то разжимается. — Мама тебя ждёт.</p><p>Я подняла на него глаза.</p><p>— Откуда ты знаешь?</p><p>— Она сказала: «Привози Полину знакомиться. Только нормально, а не как в прошлый раз ночью и с разбитым коленом».</p><p>Я закрыла лицо руками и застонала.</p><p>— Господи.</p><p>Марк тихо засмеялся и притянул меня к себе. Я уткнулась лбом ему в грудь, и его ладонь легла мне на затылок, а пальцы зарылись в волосы.</p><p>— Полин, всё хорошо.</p><p>— Ладно, — выдохнула я отстраняясь. — Поехали.</p><p>— Уверена?</p><p>— Нет, но поехали.</p><p>Он наклонился и поцеловал меня в макушку.</p><p>— Вот это смелость.</p><p>Я фыркнула, но не стала спорить.</p><p>Дом где жил Марк я узнала сразу, ведь была там уже не один раз.</p><p>Марк заглушил двигатель машины, но я не вышла сразу, продолжая сидеть и сжимая ремень сумки.</p><p>Он посмотрел на меня.</p><p>— Ещё минуту?</p><p>— Минуту, — честно сказала я.</p><p>Он кивнул и не торопил. Просто сидел рядом и смотрел в окно.</p><p>Я достала зеркальце, посмотрела на себя, тут же разозлилась и убрала обратно.</p><p>Марк усмехнулся, не поворачивая головы.</p><p>— Ты красивая.</p><p>Я посмотрела на него.</p><p>Он наконец повернулся, смотрел спокойно и уверенно. Так, будто это было не мнение, а факт, который не подлежал обсуждению.</p><p>От этого стало теплее.</p><p>— Пошли, — сказал он и открыл дверь.</p><p>Мы вышли из машины. Марк взял меня за руку, и только тогда я поняла, насколько сильно сжимала пальцы в кулаки. Его ладонь была тёплой, и он сжал мою руку чуть крепче, будто почувствовал что я нервничаю.</p><p>Мы поднялись на нужный этаж и Марк нажал на звонок.</p><p>Послышались шаги, щелчок замка.Дверь распахнулась почти сразу.</p><p>Ева стояла на пороге в фартуке, с мукой на запястье и улыбкой на лице.</p><p>— Полина, — сказала она тепло и раскинула руки. — Заходи, мы тебя ждём.</p><p>Не «здравствуйте».</p><p>Не «проходите».</p><p>А именно мы тебя ждём</p><p>Я вдруг почувствовала себя не гостьей, которую надо вежливо терпеть за столом, а человеком, которого правда ждали.</p><p>— Здравствуйте, — сказала я и немного смутилась. — Спасибо… за то что помогли тогда.</p><p>Ева сразу поняла.</p><p>Она обняла меня, не крепко, не напоказ, а по-домашнему. Пахло от неё тестом и чем-то пряным.</p><p>— Не благодари. Как колено?</p><p>— Всё хорошо.</p><p>— Мам, — Марк закатил глаза и тяжело вздохнул. — Мы только зашли.</p><p>— А что «мам»? — Ева отстранилась и посмотрела на него строго, но с искорками в глазах. — Я спросила по делу.</p><p>Из глубины квартиры вышел Егор. Высокий, спокойный и взглядом, от которого казалось, что он видит людей насквозь.</p><p>Он кивнул мне.</p><p>— Полина, привет.</p><p>— Здравствуйте.</p><p>Он задержал взгляд на моём лице, потом на руке Марка, которая всё ещё держала мою и ничего не сказал.Но уголки его губ едва заметно дрогнули.</p><p>— Проходите, — сказал он и махнул рукой в сторону гостиной. — Пока Кирилл не занял весь дом рассказами.</p><p>Из гостиной донёсся громкий голос:</p><p>— Я всё слышал!</p><p>Егор даже не обернулся, только усмехнулся.</p><p>Марк наклонился ко мне и шепнул на ухо:</p><p>— Добро пожаловать в семью.</p><p>Я покраснела так резко, что он засмеялся и подтолкнул меня в спину ладонью.</p><p>В гостиной было шумно.Не неприятно, не хаотично, а живо.</p><p>Так шумят там, где люди давно знают друг друга, где можно перебивать, смеяться, спорить из-за ерунды и не обижаться.</p><p>Кирилл сидел в кресле, закинув ногу на ногу, и что-то рассказывал Егору, активно размахивая руками. В рубашке с закатанными рукавами, но в нём чувствовался человек в погонах. В его осанке, голосе, в манере смотреть прямо и чуть насмешливо.</p><p>Рядом с ним стояла Лера.Марк сказал, что это жена Кирилла.</p><p>Она была красивая, даже очень. Тёмные волосы, платье цвета вина, тонкий браслет на запястье. От неё пахло не духами, а живыми цветами. Зеленью, розами.</p><p>На диване сидела девушка лет восемнадцати-девятнадцати, не больше. Темноволосая, подвижная, с хитрыми глазами.Она увидела меня первой.</p></section><section><title><p>Прошлое и настоящее</p></title><p>Прошла неделя с того дня, как я познакомилась с семьёй Марка. Сегодня на улице было холодно,не смотря на то что на дворе был март и поэтому мы решили не гулять, а посидеть у него дома. Мы болтали сидя на кровати, параллельно я ещё читала книгу, которую нам задали на литературе, когда у Марка зазвонил телефон. Я видела, как Марк покосился на него, поморщился, провёл рукой по лицу и всё-таки встал с кровати.</p><p>— Я выйду, — сказал он, — Минута и я вернусь.</p><p>Я кивнула, не отрываясь от книги, которую листала не прочитав ни строчки. Буквы плыли перед глазами, складывались в слова, которые не имели смысла. Дверь за ним закрылась и в комнате стало очень тихо.</p><p>Слишком тихо.</p><p>Я отложила книгу на тумбочку, послушала, как его шаги удаляются по коридору, как приглушённо зазвучал его голос где-то за стеной, неразборчиво, низко.</p><p>И огляделась вокруг, я все это видела уже не раз, но почему то сегодня мне захотелось поближе разглядеть фотографии, которые стояли у него на полке в рамке.</p><p>Я встала и пошла ближе.</p><p>Двое мальчишек. Лет тринадцать-четырнадцать. Один из них Марк, его я сразу узнала. С разбитой губой, рукой на плече другого парня, с улыбкой до ушей. Второй светловолосый, худой, с россыпью веснушек на носу. Улыбался так, что у него появились ямочки на щеках.</p><p>Рядом была ещё одна фотография. Те же двое, но постарше. Марк с перебинтованной рукой, с фингалом под глазом, но с гордым видом. Светловолосый показывает язык в объектив, прищурив один глаз.</p><p>Я взяла рамку в руки.</p><p>Дерево рамки было тёплым, наверное, от батареи, которая стояла рядом.</p><p>Дверь открылась, я обернулась и увидела Марка в проёме. Телефон он сунул в задний карман джинс. Он смотрел на рамку в моих руках и лицо у него изменилось.</p><p>Не сразу. Сначала он просто застыл, а потом на лице появилось что-то тёмное. Глаза стали другими, не теми, которыми он смотрел на меня минуту назад.</p><p>— Марк… — я поставила рамку аккуратно обратно,— Это кто?</p><p>Он не ответил сразу.</p><p>Закрыл дверь и медленно подошёл ко мне, будто каждый шаг давался ему с трудом. Сел на край кровати и уставился в пол.</p><p>— Его звали Женя, — сказал он наконец. — Женька. Мой друг.</p><p>Голос был ровный, даже слишком.Так говорят о том, о чём говорили уже много раз.</p><p>— Где он сейчас?</p><p>Марк поднял глаза и посмотрел на фотографию так, будто видел её впервые.</p><p>— Его нет.</p><p>Я замерла.</p><p>— Марк…</p><p>— Он умер, — он провёл ладонью по лицу, так, будто стирал воспоминания,а они не стирались, — Чуть больше года назад. Ему было шестнадцать, почти семнадцать.</p><p>Я села ближе к нему и молчала. Потому что не знала, что сказать. Какие слова лучше подобрать? А какие не стоит говорить...</p><p>— Расскажешь? — тихо спросила я.</p><p>Он посмотрел на меня, потом отвёл взгляд и через минуту снова посмотрел. Так, будто проверял выдержу ли я рассказ.</p><p>— Иногда он снится мне, — сказал он. — В кошмарах.</p><p>Я вздрогнула.</p><p>— Марк…</p><p>— Я знаю, что обещал рассказать. — Он крутил в руках телефон, который успел достать обратно из кармана, — Сказал расскажу когда буду готов.</p><p>— И сейчас ты готов?</p><p>— Да. — Он посмотрел мне прямо в глаза. — Садись удобней. Это будет длинный рассказ.</p><p>Я села ближе, положила руку ему на колено. Его мышцы под джинсой напряглись и тут же расслабились.Он закрыл глаза.</p><p>Посидел так минуту, будто собираясь с мыслями...</p><p>И начал рассказывать.</p><p>•Марк•</p><p>Мне было восемь, Женьке семь лет. Познакомились мы во дворе.Я играл с пацанами в футбол. Нас было человек шесть, старый мяч, с ободранным дерматином, ворота из двух веток. Это был обычный вечер.</p><p>И тут я увидел Женьку впервые.</p><p>Его окружили старшие пацаны, лет по двенадцать-тринадцать. Трое. Один держал его рюкзак, другой толкал в плечо, третий смеялся. Женя стоял, опустив голову и молчал. Не плакал, не умолял отпустить. Просто стоял.</p><p>Я не знаю, почему подошёл к ним, наверное потому что батя постоянно говорил: «Если видишь, что бьют слабого, не отворачивайся».</p><p>— Эй, — сказал я. — Вы че, самые умные? Отдайте рюкзак.</p><p>Старший, который держал рюкзак, обернулся. Посмотрел на меня сверху вниз и засмеялся.</p><p>— А тебе че, надо? Сам-то мелкий.</p><p>— Отдайте, — снова потребовал я.</p><p>Старший засмеялся громче. Он швырнул рюкзак Жене прямо в лицо и тот поймал его, прижав к груди. Как будто боялся, что у него опять отнимут.</p><p>— Да ладно, пусть уходят.</p><p>Они ушли. Толкаясь, ругаясь, смеясь. Их голоса удалялись по двору, и скоро осталось только эхо.</p><p>Я повернулся к Женьке.</p><p>— Ты чего им дал себя обидеть? Врезать надо было.</p><p>Он поднял на меня глаза испуганные глаза, как у щенка, которого только что пнули.</p><p>— Мама говорит — драться плохо.</p><p>— Мама не видела, как они тебя толкали и ржали.</p><p>— А ты почему заступился?— тихо спросил он.</p><p>Я пожал плечами.</p><p>— Потому что они козлы.</p><p>Он улыбнулся,так, что у него появились ямочки на щеках.</p><p>— Спасибо.</p><p>— Да ладно, не за что. Хочешь, я тебя научу драться?</p><p>Он посмотрел на меня так, будто я предложил ему что-то невероятное.</p><p>— А… а ты правда научишь?</p><p>— Правда.</p><p>— А я… я быстро научусь?</p><p>— Если не будешь тупить, то быстро.</p><p>Он кивнул, а уже через неделю я привёл его в секцию.</p><p>Женька оказался талантливым.</p><p>Лёгкий, быстрый, с таким ударом, что тренер сначала не поверил, что это он бьёт. Смотрел на него, щурился, потом хлопал по плечу и говорил моему отцу: «Смотри, Егор, у Кутузова хорошая техника, а у твоего характер. Из них двоих кто-то точно пробьется дальше.</p><p>— А если оба? — спрашивал отец.</p><p>— И такое тоже может быть.</p><p>Они смеялись. А мы тренировались дальше.</p><p>Я дошёл до мастера спорта первым. Женька пока только до кандидата. Говорили ещё полгода, и он тоже получит мастера. Тренер так и говорил: «Погоди немного, Женька, и будет тебе мастер. Только не ленись».</p><p>Женька не ленился.</p><p>Он всегда приходил первым, а уходил последним.</p></section><section><title><p>Две фотографии</p></title><p>Я уснула у него на груди.</p><p>Не сразу, сначала просто лежала и слушала, как бьётся его сердце, как он дышит, как где-то далеко гудит ветер за окном. Его пальцы лениво перебирали мои волосы туда, обратно, туда, обратно, будто он сам не замечал что делает это. Потом его рука замедлилась, движения стали реже. Как будто он погружался в сон вместе со мной.</p><p>Я подняла голову и посмотрела на него.</p><p>Он спал.</p><p>Впервые за долгое время по-настоящему спал. Не так, как раньше, когда он вскидывался во сне, шептал чьё-то имя, сжимал кулаки. Сейчас его лицо было спокойным.</p><p>Я провела пальцем по его щеке. Он не проснулся, только чуть глубже вздохнул и притянул меня ближе, даже не открывая глаз. Его подбородок лёг мне на макушку.</p><p>Он чувствует меня даже во сне.</p><p>Я закрыла глаза.</p><p>И тоже уснула.</p><p>•Марк•</p><p>Я не спал.Лежал на спине, с закрытыми глазами, а когда она уснула, открыл их и смотрел в потолок. По нему ползли отсветы фонарей, они скользили по стене, по полке с фотографиями, по её волосам, рассыпанным по моей груди.</p><p>Полина дышала спокойно, её дыхание щекотало мне ключицу, лёгкое, почти невесомое. Я боялся пошевелиться, чтобы не разбудить. Боялся, что если она проснётся всё исчезнет. Как сон.</p><p>Я осторожно, так осторожно, как только мог повернул голову и посмотрел на неё.</p><p>Она спала на боку. Одна нога была перекинута через мою. Рука лежала на моей груди, пальцы слегка сжаты, будто она держится за меня даже во сне. Простыня сползла с плеча.</p><p>Я закрыл глаза и тут завибрировал телефон. Экран вспыхнул синим светом на тумбочке и я увидел, это Коля.</p><p>Полина вздрогнула во сне. Нахмурилась, прижалась ко мне ближе, зарылась носом мне в шею. Я накрыл её плечо ладонью осторожно, чтобы не разбудить. Почувствовал, как под моей рукой напрягаются её мышцы и расслабляются.</p><p>Взял телефон.</p><p>Экран обжёг глаза.</p><p>Коля: «Ну что со спором? Или ты там что, передумал?»</p><p>Я смотрел на сообщение.</p><p>Потом на Полину.</p><p>Она спала. Рот чуть приоткрыт, волосы рассыпались по подушке.</p><p>Я обещал себе найти способ обойти спор... И не нашёл.</p><p>Я положил телефон экраном вниз на тумбочку, посмотрел в потолок, а потом снова взял телефон и посмотрел на сообщение Коли.</p><p>Палец завис над экраном.</p><p>Если я не отправлю фото, значит проиграл. Коля начнет трепать всем что я проиграл спор и возможно слухи дойдут до Полины.</p><p>Я посмотрел на Полину.Она все так же спала и тогда я поднял телефон наведя на неё камеру.</p><p>Рука дрожала.</p><p>Это просто фото.Она же не узнает...</p><p>Я нажал на кнопку.Щелчок.Тихий, почти неслышный.</p><p>Полина вздрогнула, пошевелилась, а я замер, сердце колотилось где-то в горле, телефон дрожал в руке и я задержал дыхание.</p><p>Она пробормотала что-то невнятное во сне, прижалась ко мне ближе и снова затихла.</p><p>Я выдохнул.</p><p>Посмотрел на фото.На нем она была спящая, беззащитная.</p><p>Это предательство.</p><p>Я навёл камеру ещё раз.</p><p>Щелчок.</p><p>Ещё одно фото было сделано, я убрал телефон.</p><p>И не отправил.Не смог.</p><p>Палец завис над кнопкой «отправить»,я закрыл глаза и завис, а потом резко открыв их свернул диалог передумав отправлять.</p><p>Полина сопела тихо рядом.</p><p>Я притянул её ближе, почувствовал, как её волосы щекочут мне подбородок, как её дыхание согревает шею.</p><p>И позволил себе закрыть глаза.</p><p>Не уснул, но закрыл. Так я и лежал пока она не проснулась.</p><p>•Полина•</p><p>Я проснулась, когда за окном уже было темно.</p><p>Я лежала на груди у Марка, его рука была на моей талии, тяжёлая и тёплая. Его подбородок на моей макушке. Он дышал ровно, но я чувствовала, он не спит. Тело было напряжённым. Слишком напряжённым для того, кто спал.</p><p>Я подняла голову.Он смотрел в потолок.</p><p>— Марк… — прошептала я.</p><p>Он повернул голову и посмотрел на меня.</p><p>Медленно, так, будто возвращался откуда-то издалека.</p><p>— Ты проснулась.</p><p>— Да. — Я потянулась, чувствуя, как затекли мышцы. — Который час?</p><p>Он покосился на телефон. Экран вспыхнул и я прищурилась.</p><p>— Семь.</p><p>— Вечера?</p><p>— Ага.</p><p>Я села и огляделась.Комната была в полумраке. Только фонарь за окном бросал жёлтые отсветы на потолок, на стену, на его лицо. Простыня сбилась в ногах, моя одежда лежала на кресле, аккуратно сложенная. Его футболка валялась на полу, рядом с его же джинсами.</p><p>Мы спали почти весь день.</p><p>Почти.</p><p>— Ты не спал? — спросила я.</p><p>— Не очень, — он пожал плечами и провёл рукой по волосам, взъерошив их. — Ты так красиво спала, что я любовался тобой.</p><p>Я покраснела.</p><p>— Я храпела?</p><p>— Нет. — Он усмехнулся. — Ты тихонько посапывала, как ёжик.</p><p>— Марк!</p><p>— Что? Это мило.</p><p>Я толкнула его локтём и он засмеялся. Звук его смеха заполнил комнату, и мне стало легче.</p><p>И я вдруг почувствовала что что-то между нами изменилось.</p><p>Может, это потому что мы переспали.</p><p>Может, это потому что он рассказал про Женю.</p><p>— Марк…</p><p>— М?</p><p>— Ты… ты как?</p><p>Он посмотрел на меня, потом отвёл взгляд. Посмотрел на свои руки, сжал и разжал пальцы.</p><p>— Нормально, — наконец ответил он.</p><p>Но в его голосе было что-то....Что-то не то.</p><p>Может, он устал.</p><p>А может это я просто себя накручиваю?</p><p>— Ты голодный? — спросила я.</p><p>— Немного.</p><p>— Я тоже. — Я потянулась за своей футболкой и начала натягивать её через голову. — Может сходим на кухню, поедим?</p><p>— Можно.</p><p>Он тоже сел. Провёл рукой по волосам, посмотрел на меня и вдруг отвёл взгляд. Было ощущение,что он готов смотреть куда угодно, только не на меня.</p><p>Странно</p><p>— Марк, — я положила руку ему на колено, — Ты уверен, что всё нормально?</p><p>— Уверен. — Он накрыл мою руку своей и сжал. Слишком крепко. — Просто… задумался.</p><p>— О чём?</p><p>— Ни о чём. — Он усмехнулся, но усмешка вышла кривой. — О жизни.</p><p>Я фыркнула.</p></section><section><title><p>Восемнадцатилетие</p></title><p>Прошёл месяц.</p><p>Экзамены надвигались неумолимо. Учителя нагружали так, будто за оставшееся время пытались впихнуть в нас программу за все одиннадцать лет. Математичка раздавала сразу по пять вариантов егэ на дом, химик грозился поставить двойку за каждую ошибку в контрольной, а учитель русского и литературы на каждый урок заставляла учить какое нибудь новое стихотворение.</p><p>Время летело почти незаметно.</p><p>Почти.</p><p>Потому что оставались дни, когда я просыпалась с мыслью: «Ещё один день с ним»</p><p>Всё свободное от репетиторов и школы время я проводила с Марком.</p><p>Иногда в гараже, когда он помогал отцу. Я сидела на старом деревянном стуле, пила чай из термоса и наблюдала, как он возится с машинами. Его руки были в масле, на лбу выступал пот, а из наушников доносилось что-то тяжёлое.</p><p>Егор иногда кидал мне ключи от ящика.</p><p>— Полина, там печенье, возьми, поешь.</p><p>— Спасибо.</p><p>— Марк, а ты не матерись при Полине.</p><p>— Бать, ты сам при ней материшься, — фыркал Марк, не поднимая головы из капота.</p><p>— Я взрослый, мне можно.</p><p>Я смеялась. Марк только усмехался, вытирая руки о тряпку.</p><p>Иногда мы гуляли. По набережной, в парке, по улицам, которые я ещё не успела выучить. Он держал мою руку в своей ладони.</p><p>Иногда мы сидели у него дома. Его родители уезжали на выходные на дачу и мы оставались вдвоём в его комнате, с пиццей и фильмом.</p><p>И вот наступило двадцатое апреля.</p><p>Мой день рождения. Мне исполнилось восемнадцать.</p><p>В этот день я проснулась в семь утра от солнца, которое пробивалось сквозь тонкие шторы, ложилось на подушку золотыми полосами и грело щёку. Я лежала, не открывая глаз, и слушала, как за окном поют птицы.</p><p>Восемнадцать</p><p>Я встала и пошла в ванную. Умылась, посмотрела на себя в зеркало. Бледная, с тёмными кругами под глазами от репетиторов, нагрузки в школе и предстоящих экзаменов, от ночей, когда я не спала, а думала о нём.</p><p>Я достала одежду. Чёрная юбка, высокая, расклешённая от бедра, белая футболка и кроссовки. Волосы, я как обычно, выпрямила, затем слегка подкрасила брови и ресницы чтобы не выглядеть совсем уж бледной.</p><p>И вдруг услышала как во двор заехала какая то машина и почему то я сразу подумала что это Марк.</p><p>Я выглянула в окно и точно, это была его машина.</p><p>Взглянув ещё раз в зеркало, я быстро пшикнула на себя духами и побежала к нему.</p><p>Распахнула дверь и замерла.</p><p>•Марк•</p><p>Я подъехал к её подъезду в девять утра, как и договаривались.</p><p>Хотя на самом деле кружил по району уже минут двадцать. Парковался, глушил двигатель, смотрел на её окно третье, потом снова заводил и ехал по кругу, сжимая руль.</p><p>Потому что волновался.</p><p>На пассажирском сиденье лежал букет. Пионы. Белые, с нежно розовым оттенком, пышные и тяжёлые. Я поправлял упаковку уже раз пять, хотя она и так была идеальной.</p><p>А дома оставался ещё один подарок, который я вручу ей позже.</p><p>Я взял букет, вышел из машины,зашел в подъезд и поднявшись на нужный этаж замер.</p><p>У двери её квартиры стоял он.</p><p>Артём.</p><p>Высокий, в дорогом пальто явно не по погоде. На запястье часы, которые стоили как машина, а в руках букет роз...Если это можно назвать букетом,ведь их было пять штук завернутых в прозрачную упаковку.</p><p>Типичный мажор.</p><p>Он смотрел в телефон, лениво листая что-то и не видел меня.</p><p>Я остановился в нескольких шагах от него и посмотрел.</p><p>Приехал из Москвы в её день рождения</p><p>Я сделал ещё шаг ближе к нему, нарочно шаркая кроссовками по полу, чтобы он услышал.</p><p>И тут он поднял голову увидев меня. На секунду в его глазах мелькнуло любопытство.</p><p>— Ты чего тут стоишь? — спросил он, голос был ленивый, скучающий, будто я раздражал его уже самим фактом своего существования.</p><p>Я моргнул.</p><p>Он не знает кто я.</p><p>— Да вот, — сказал я. — Жду кое-кого.</p><p>— Кого? — он приподнял бровь, поправляя пальто.</p><p>— Девушку.</p><p>Он усмехнулся.</p><p>— Интересное совпадение, я тоже. День рождения у неё сегодня, вот приехал поздравить.</p><p>— Понятно, — я кивнул, медленно проведя рукой по подбородку, делая вид, что размышляю. — А ты кто ей?</p><p>Он улыбнулся ещё шире.</p><p>— Бывший, но надеюсь сегодня мы помиримся.</p><p>— А, — я сделал вид, что задумался. — Понятно. И ты думаешь, что она тебя впустит?</p><p>— Думаю да, — он посмотрел на меня. Сверху вниз. Оценивающе. — А ты?</p><p>— А я нынешней Полины, ты же к ней. Верно? — сказал я, перестав скрывать что пришёл тоже к ней.</p><p>Он замер, усмешка медленно сошла с его лица.</p><p>— Что?</p><p>— Нынешний, — повторил я. — Ты бывший, я нынешний. Понимаешь расклад?</p><p>Он посмотрел на меня, потом на букет в моих руках, затем снова на меня. Его взгляд презрительно скользнул по моей чёрной куртке, по джинсам, по кроссовкам.</p><p>— Ты… — он нахмурился. — Ты Марк?</p><p>Я улыбнулся.</p><p>— Угу.</p><p>— Тот самый Марк? — его голос стал тише, напряжённее.</p><p>— А что, ещё другие какие то есть? — я пожал плечами. — Один я.</p><p>Он сжал букет так, что стебли хрустнули. Я видел, как напряглись его пальцы, как он пытался взять себя в руки и не мог.</p><p>Мне нравилось это.</p><p>Нравилось смотреть, как он теряет лицо. Как его высокомерие тает, как лёд на солнце. Как он понимает, что проиграл.</p><p>— Она… она тебе рассказывала обо мне? — спросил он, голос был уже не ленивый, а напряжённый.</p><p>— Немного, — я пожал плечами.</p><p>Он побледнел, потом покраснел. Его челюсть сжалась так, что я услышал, как скрипят зубы.</p><p>Он злится, действительно злится. И я наслаждаюсь этим. Каждой секундой, каждым его движением. Каждой эмоцией на его лице.</p><p>Я посмотрел на его букет. Розы были откровенно никакие. Лепестки уже начинали вянуть, видимо он все пять часов вёз их из Москвы в машине. Лента кривая, повязана так, будто флорист делала это в спешке, упаковка помятая, с заломами по углам.</p><p>Он торопился, он не думал о ней, а думал лишь о себе. О том, как эффектно появиться.</p></section><section><title><p>Ты просто тонешь и делаешь вид что можешь плыть</p></title><p>Май ворвался в город резко, без перехода. Ещё вчера дул холодный ветер с реки, а сегодня солнце пекло нещадно, превращая асфальт в раскалённую сковородку. Воздух в классе был душным, пахло мелом, нагретым за окном асфальтом и чьим-то сладким парфюмом.</p><p>Шёл урок литературы. Учительница монотонно разбирала образы в поэзии Есенина, но я практически не слышала её.</p><p>Потому что под партой Марк беззастенчиво меня отвлекал.</p><p>Сначала он просто чертил пальцем круги на моём запястье, потом начал легонько дергать меня за край рукава. А когда это не сработало, он наклонился так близко, что я почувствовала его запах.</p><p>— Котова, — прошептал он прямо мне в ухо, а его горячее дыхание щекотало шею. — Спорим, она сейчас спросит домашнее задание,а ты не сможешь ответить?</p><p>Я попыталась сосредоточиться на учителе, но его пальцы уже скользили по моей ноге, медленно, дразняще.</p><p>— Марк, — фыркнула я, пытаясь выдернуть ногу, но он только крепче сжал её. — Отстань, я учителя слушаю и тебе советую.</p><p>— Врёшь, — он усмехнулся, и я почувствовала, как его плечо коснулось моего. — Ты уже пять минут смотришь в одну точку.</p><p>Я открыла рот, чтобы ответить, но в этот момент в классе повисла тишина.</p><p>Учитель стояла у доски и смотрела прямо на нас. Её взгляд был строгим, но с лёгкой смешинкой в глазах.</p><p>— Суворов, — произнесла она, — Кажется, ты хочешь ответить домашнее задание?</p><p>Марк медленно отстранился от меня, но руку из-под парты не убрал. Он лениво поднял голову и посмотрел на учителя.</p><p>— Не хочу, — спокойно сказал он.</p><p>Класс замер. Кто-то из ребят на задней парте хихикнул.</p><p>Учительница чуть приподняла бровь.</p><p>— А всё равно придётся. Суворов, к доске. Я на дом задавала выучить любое стихотворение Есенина. Ты готов?</p><p>Я напряглась. Марк вчера вообще не брал в руки книг. Мы сидели в его комнате играли в приставку и я точно знала, что он ничего не учил.</p><p>Но Марк даже не дрогнул.</p><p>— Готов, — сказал он.</p><p>Он встал, поправил одежду и неспешной, развалистой походкой направился к доске. Встал лицом к классу заложив руки в карманы джинсов. Учительница кивнула, давая знак начинать.</p><p>Марк не стал смотреть в потолок, как обычно делают, когда пытаются вспомнить текст. Он не стал смотреть и в пол.</p><p>Марк посмотрел на меня.Прямо в глаза.</p><p>И начал читать. Голос у него был низким, хрипловатым.</p><p>Дай, Джим, на счастье лапу мне,Такую лапу не видал я сроду.Давай с тобой полаем при лунеНа тихую, бесшумную погоду.Дай, Джим, на счастье лапу мне.</p><p>Пожалуйста, голубчик, не лижись.Пойми со мной хоть самое простое.Ведь ты не знаешь, что такое жизнь,Не знаешь ты, что жить на свете стоит.</p><p>Он читал и смотрел на меня не отрываясь.</p><p>И вдруг мне стало не по себе.</p><p>В его взгляде не было привычной насмешки, не было дерзости, не было той лёгкости, с которой он обычно шутил надо мной на уроках.</p><p>В его глазах была боль.</p><p>Такая, от которой у меня внутри всё сжалось. Он смотрел на меня так, словно просил прощения. Словно прощался с чем-то очень важным, что он сам же и разрушил.</p><p>Хозяин твой и мил и знаменит,И у него гостей бывает в доме много,И каждый, улыбаясь, норовитТебя по шерсти бархатной потрогать.</p><p>Ты по-собачьи дьявольски красив,С такою милою доверчивой приятцей.И, никого ни капли не спросив,Как пьяный друг, ты лезешь целоваться.</p><p>Я перестала дышать, а руки под партой похолодели.</p><p>Почему он так смотрит? Что случилось?</p><p>У нас же всё хорошо. Мы вместе, он любит меня...</p><p>Или нет?</p><p>Что он скрывает? О чём он молчит?</p><p>Мой милый Джим, среди твоих гостейТак много всяких и невсяких было.Но та, что всех безмолвней и грустней,Сюда случайно вдруг не заходила?</p><p>Она придёт, даю тебе поруку.И без меня, в её уставясь взгляд,Ты за меня лизни ей нежно рукуЗа всё, в чём был и не был виноват.</p><p>Когда он закончил, в классе было так тихо, что было слышно, как за окном шумит весенний ветер.</p><p>Он всё ещё смотрел на меня. В его тёмных глазах стояла такая мольба, что мне захотелось вскочить, подойти к нему и обнять. Спросить: «Марк, что с тобой? Кого ты обидел? Прости меня, если это я что-то сделала не так»</p><p>Учительница моргнула, будто очнувшись от транса и поправила очки на носу.</p><p>— Я... я не думала, что ты так хорошо умеешь читать стихи, Суворов, — сказала она, и в её голосе проскользнуло искреннее удивление. — Очень хорошо. Садись, пять.</p><p>Марк моргнул. Тёмная пелена в его глазах мгновенно рассеялась, уступая место привычной, чуть кривой усмешке. Маска вернулась на место так быстро, что я на секунду подумала, что мне всё показалось.</p><p>— Да я тоже не думал, — бросил он, разворачиваясь и направляясь к своей парте.</p><p>Он сел, тут же подвинулся ко мне и снова спрятал мою ладонь под партой. Его пальцы переплелись с моими.</p><p>Я смотрела вперёд, но ничего не видела. Сердце колотилось где-то в горле.</p><p>«За всё, в чём был и не был виноват...»</p><p>Я сглотнула и тут же внутри всё похолодело.</p><subtitle>* * *</subtitle><p>Это случилось через два дня после того урока.</p><p>Я проснулась от того, что внутри всё сжалось в тугой, ледяной ком от мысли...</p><p>Я села на кровати, откинула волосы с лица и уставилась в стену.</p><p>Пять дней.</p><p>Задержка была пять дней.</p><p>Я медленно, будто во сне, потянулась к телефону на тумбочке. Разблокировала его и открыла календарь. Провела пальцем по экрану, считая дни, отмечая даты, вспоминая.</p><p>Сердце начало колотиться глухо, тяжело.</p><p>Этого не может быть, мы же всегда предохранялись...Или может?</p><p>Я встала, ноги были ватными. В ванной включила холодную воду, плеснула в лицо и посмотрела на себя в зеркало. Бледная, а глаза испуганные, огромные.</p></section><section><title><p>Нам надо расстаться</p></title><p>Сегодня всё началось с того, что он даже не посмотрел на меня.</p><p>Я ждала его у подъезда. Он подъехал, вышел, молча открыл пассажирскую дверь и я села. Марк завёл двигатель, но вместо того чтобы включить музыку или хотя бы кивнуть, просто уставился в лобовое стекло. Его лицо было напряжённым, а челюсть сжата так, что желваки ходили ходуном.</p><p>Мы ехали в тишине. Тяжёлой и давящей. Около трёх дней назад он пришёл ко мне откуда-то рано утром, около пяти, с разбитыми костяшками и пустым взглядом. И с того дня между нами выросла стена. Я не знала, что случилось. Он не говорил, а я боялась спрашивать.</p><p>Я смотрела на его руки на руле. Костяшки в ссадинах, кожа красная, воспалённая. Я знала эти руки наизусть и сейчас они были чужими.</p><p>Я потянулась к нему, чтобы положить руку на его плечо. Просто чтобы почувствовать его, чтобы убедиться, что он здесь, рядом, что он - это он.</p><p>Но как только мои пальцы коснулись его куртки, он резко дёрнулся, всем телом вжимаясь в спинку сиденья, и сбросил мою руку.</p><p>— Не трогай, — процедил он сквозь зубы.</p><p>Я замерла, чувствуя, как внутри закипает обида, смешанная с болью. Моя рука осталась висеть в воздухе, дрожащая, ненужная. Я медленно опустила её на колени, сжав пальцы в кулак.</p><p>— Марк, ты что, серьёзно? — я повысила голос, чувствуя, как к горлу подступает ком. — Мы встречаемся, а ты со мной даже не разговариваешь! Что с тобой происходит в последние дни? Ты избегаешь меня, ты вздрагиваешь, когда я к тебе прикасаюсь!</p><p>— Отстань, Полин, — бросил он, не глядя на меня. Голос был хриплым, жёстким и чужим.</p><p>— Что?</p><p>— Я сказал, отстань.У меня голова болит.</p><p>— Голова болит? — я не поверила своим ушам, чувствуя, как глаза начинает щипать. — Марк, ты уже который день со мной как с чужой разговариваешь! Ты то исчезаешь, то молчишь, то срываешься! Если ты хочешь расстаться, то так и скажи, не надо срываться на мне!</p><p>Он резко ударил по тормозам. Машина встала на обочине, подпрыгнув на кочках и двигатель заглох. В салоне повисла тишина. Слышно было только, как тяжело дышит он и как стучит моё сердце.</p><p>— Ты можешь хоть минуту помолчать?! — рявкнул он, наконец повернув голову. В его глазах плескалось что-то пугающее. Что-то, чего я в нём никогда не видела.</p><p>— Нет! — я не поверила своим ушам, чувствуя, как слёзы всё-таки предательски скатываются по щекам. — Нет, пока не узнаю, что происходит! Что с тобой, Марк? Почему ты так себя ведёшь?</p><p>— Что со мной? — он усмехнулся, и эта усмешка была злой, чужой, незнакомой. — Что ты от меня хочешь услышать, Котова? Отчёта? Чтобы я тебе по часам рассказывал, где был и с кем?</p><p>— Я хочу, чтобы ты со мной разговаривал! — я почти кричала. — Я хочу понимать, что происходит с человеком, которого я люблю!</p><p>Он провёл рукой по лицу устало и тяжело.</p><p>— А может, мне просто надоело, — сказал он.</p><p>Я моргнула.</p><p>— Что?</p><p>— Надоело, — повторил он ровно, глядя мне прямо в глаза. — Это вот всё. Вопросы. «Что с тобой», «поговори со мной». Ты как попугай. Заладила одно и тоже, хрен выключишь.</p><p>Я почувствовала, как что-то внутри треснуло. Как тонкая льдинка под ногами, которая ещё секунду назад держала меня, а сейчас она треснула и я словно летела в пропасть.</p><p>— Ты... ты серьёзно сейчас?</p><p>— Абсолютно.</p><p>— Тогда зачем ты приехал?! — мой голос сорвался. — Зачем ты вообще приехал, если я тебе надоела?!</p><p>— Потому что ты бы обиделась, если бы я не приехал, — он пожал плечами. — Выбрал меньшее из зол.</p><p>Я смотрела на него. На его знакомые черты, на шрам на подбородке, который он получил в семь лет, упав с велосипеда, на руки, которые ещё неделю назад держали меня так бережно, будто я была из хрусталя.</p><p>Это не он.</p><p>Это не мой Марк.</p><p>— Ты меня специально отталкиваешь, — тихо сказала я. — Я же вижу.</p><p>— Не выдумывай то, чего нет, — он усмехнулся. — Это ты вечно всё усложняешь.</p><p>— Я не выдумываю!</p><p>— Может, мне вообще с другой надо быть, — сказал он тише. — С той, которая не будет выносить мозг.</p><p>Я закрыла рот. Дышать стало трудно, будто кто-то сжал мне горло невидимой рукой.</p><p>— Марк, — прошептала я. — Почему ты так со мной?</p><p>Он посмотрел на меня. Его взгляд скользнул по моему лицу, по моим губам, по моим глазам и я увидела в его глазах что-то, от чего у меня внутри всё сжалось. Боль. Настоящую боль.</p><p>И вдруг он сказал так спокойно, будто констатировал факт:</p><p>— Мне просто было скучно, Полин. Поэтому я и начал с тобой встречаться.</p><p>Я замерла.</p><p>Мир вокруг меня перестал существовать. Я слышала его слова, но они не доходили до сознания, будто он говорил на иностранном языке.</p><p>Скучно.</p><p>Ему было скучно.</p><p>— Что? — выдавила я наконец, и голос мой был чужим.</p><p>— Ты слышала, — он отвёл взгляд. — Не делай из меня героя, Котова. Я обычный пацан. Скучно стало вот и нашёл себе занятие. Ты очень удачно подвернулась.</p><p>Я почувствовала, как что-то внутри меня рушится.</p><p>Он врёт.</p><p>Он не может так говорить.</p><p>Но он говорил и смотрел в окно не видя, как я умираю рядом.</p><p>— Я вообще сейчас с другой должен быть, — бросил он, не глядя на меня.</p><p>Я моргнула.</p><p>— Что?</p><p>Он усмехнулся криво и зло.</p><p>— Ты слышала что. Я изменил тебе, Полин.</p><p>Время остановилось.</p><p>Я смотрела на его лицо, его руки на руле. На то, как он не смотрит на меня отводя взгляд и внутри что-то оборвалось.</p><p>— С кем? — спросила я, мой голос был тихим и чужим.</p><p>Он молчал.</p><p>— С кем, Марк?!</p><p>Он пожал плечами.</p><p>— Настя.</p><p>Я моргнула.</p><p>— Что Настя?</p><p>Он наконец повернул голову и посмотрел на меня. В его глазах было что-то тёмное, глухое, чужое.</p><p>— Ты имя хотела слышать. Настя. Её зовут Настя. Моя бывшая. Мы встретились пару дней назад, и я не смог удержаться, прости.</p><p>Мир поплыл.</p><p>Настя.</p><p>Бывшая.</p><p>Я почувствовала, как внутри что-то лопается. Что-то, что-то, что держало меня на плаву всё это время. Я смотрела на него, и он был таким знакомым, и таким чужим одновременно.</p></section><section><title><p>Останемся друзьями?</p></title><p>Марк не появлялся в школе уже несколько дней.</p><p>С того самого вечера, когда он сказал мне в машине, что ему было скучно, что он изменил мне с какой-то Настей и предложил расстаться.</p><p>С того самого вечера я его не видела.</p><p>Сначала я думала что он просто избегает меня после всего, что он наговорил.</p><p>Пусть избегает. Мне тоже так легче.</p><p>Но прошёл день, второй, третий. А его всё не было.</p><p>Однажды я решилась спросить у Коли:</p><p>— Коль, — тихо сказала я на перемене, крутя в руках ручку. — Ты не знаешь, где Марк?</p><p>Коля пожал плечами, откидываясь на спинку стула.</p><p>— Не знаю. Он не отвечает.</p><p>— Он тебе вообще не писал?</p><p>— Не, — Коля нахмурился, постукивая пальцами по парте. — Я же говорю, не отвечает. Даже звонил ему, не берёт.</p><p>Я смотрела на него и чувствовала, как внутри поднимается волна тревоги.</p><p>Я сжала ручку так, что пальцы побелели. Хотела ему написать,зайти в гости. Хотела узнать что с ним, где он, почему он пропал?</p><p>Но я не могла. Потому что мы расстались.</p><p>Потому что он сам написал: «Давай просто дружить».</p><p>Это было последнее сообщение от него и больше он на связь не выходил.</p><p>Я сидела на уроках за нашей партой, но учителя практически не слышала. Все мысли были о нём.</p><p>•Марк•</p><p>Я не появлялся в школе уже несколько дней.</p><p>В тот самый вечер я пришёл домой,с трудом поднявшись по лестнице. Каждая ступенька была пыткой. Я держался за перила стиснув зубы и медленно шёл.</p><p>Уже в квартире мама внимательно посмотрела на меня, вытирая руки о полотенце.</p><p>— Марк, ты чего такой бледный?</p><p>— Нормальный, — бросил я, проходя в прихожую. — Устал просто.</p><p>— Есть будешь? Суп ещё тёплый.</p><p>— Не хочу, мам. Я прилягу, голова болит.</p><p>Она посмотрела на меня внимательно. Её взгляд скользнул по моему лицу, по моим рукам, по тому, как я держусь за бок.</p><p>Но она ничего не сказала, только кивнула.</p><p>— Ложись, не буду тогда тебя будить.</p><p>Я зашёл в комнату, закрыл дверь и только тогда, когда никто не мог видеть согнулся пополам, прижав ладонь к боку и зашипел сквозь зубы. Родители не должны знать, иначе начнут капать на мозги, а мне сейчас и так хреново. Да и расстраивать их не хотел если честно.</p><p>Я разделся аккуратно, через силу. Каждый наклон был пытка. Каждый вдох испытание.</p><p>Я посмотрел на себя в зеркало.</p><p>Синяк был страшным, тёмно-багровый, с жёлтыми краями и выглядел так, будто меня кто-то избил.</p><p>Что, в общем-то, и было правдой.</p><p>Последний бой.</p><p>Тот здоровый бык поймал меня на контратаке и его локоть пришёлся точно в рёбра. Не думаю что это перелом, но болит адски.</p><p>Но я всё равно выиграл, не смотря на боль.</p><p>Организатор хлопнул меня по плечу, когда я уходил сплёвывая кровь: «Красиво, Суворов. Если передумаешь завязыват, то наши двери всегда открыты».</p><p>Не передумаю. Потому что обещал ей... Полине.</p><p>Я нашёл мазь. Нанёс осторожно, кончиками пальцев, стараясь не давить. Выпил две обезболивающие таблетки сразу и лёг на кровать, на спину, потому что на боку было невозможно.</p><p>Прости меня, Полин.</p><p>Утром я проснулся и понял, что не могу встать. Если вчера худо-бедно я мог передвигаться, то сегодня бок болел так сильно, что мне было просто тупо не встать.</p><p>Тело не слушалось.</p><p>Я лежал и смотрел в потолок. Минут десять, может, двадцать.</p><p>Вставай, Суворов.</p><p>И я сел. Медленно, осторожно, тут же зашипев сквозь зубы, да так громко, что сам испугался... Но сел.</p><p>Придя в себя я встал держась за спинку кровати и провёл рукой по волосам, пытаясь привести себя в порядок. Бесполезно.</p><p>Оделся через силу и вышел в кухню. Мать уже была на ногах, пила кофе. Отец собирался на работу.</p><p>— Марк? — мать посмотрела на меня, опуская кружку. — Ты чего такой?</p><p>— Спал плохо, — бросил я.</p><p>— Позавтракай.</p><p>— Не хочу мам.</p><p>— Марк...</p><p>— Мам, все, я в школу пошел.</p><p>Я взял рюкзак, надел куртку, сам не знаю зачем,ведь на улице во всю пекло солнце и вышел из квартиры.</p><p>Спустился по лестнице очень медленно держась за перила и вышел на улицу.</p><p>Я физически не дойду. Свалюсь где нибудь посреди пути.</p><p>И что делать?</p><p>Решение пришло практически сразу, я медленно дошёл до лавочки в соседнем дворе и стал дожидаться пока родители уедут на работу. Они обычно уезжают около девяти... Что ж, подожду.</p><p>Ровно в девять я развернулся и поднялся обратно домой, зашёл в комнату и закрыл дверь ложась в кровать в ту же позу, в которой проснулся.</p><p>В первый день я нашёл в себе силы только на одно.</p><p>Достал телефон, открыл чат с Полиной и долго смотрел на её аватарку. На фото она смеялась, откинув голову назад, а волосы разметались по плечам.</p><p>И написал:</p><p>«Полин, давай просто дружить. Общаться, как раньше».</p><p>Это было единственное, на что у меня хватило сил.</p><p>Я не хотел её терять, не мог. Сама мысль о том, что она исчезнет из моей жизни, что я больше никогда не увижу её улыбку, не услышу её смех, не почувствую её запах, эта мысль была невыносимой.</p><p>Но и вместе мы пока не могли быть.</p><p>Не сейчас. Не когда я таскал в себе эту грязь.</p><p>Поэтому дружба единственный способ быть хоть как-то рядом. Хоть как-то видеть её вне школы.</p><p>Дружба.</p><p>Потому что большего я не заслуживаю.</p><p>Так прошли несколько дней.Каждое утро было одно и то же.</p><p>Я просыпался, понимал, что не могу встать. Но в итоге собирался с силами,вставал,одевался. Выходил в кухню,говорил матери, что иду в школу.</p><p>Выходил из квартиры и возвращался, когда родители уезжали.</p><p>Лежал. Смотрел в потолок и думал о ней.</p><p>А на пятый день я проснулся и понял, что могу встать. Не легко, не без боли. Но могу.</p><p>Я сел зашипев сквозь зубы, но сел. Затем встал, сделал шаг, другой, третий.</p><p>И понял что смогу дойти до школы.</p><p>•Полина•</p><p>До последнего звонка оставалось совсем чуть чуть.</p><p>Школа уже не была школой. Она была каким-то странным местом, где все делали вид, что учатся, но на самом деле просто ждали. Ждали конца, свободы и чего-то нового.</p></section><section><title><p>Вечер накануне</p></title><p>Последние несколько дней мы с Марком общались как друзья.</p><p>Как будто ничего не было. Как будто не было того разговора на прогулке, его «мы не можем быть вместе» и моего «я устала».</p><p>Он писал мне по утрам: «Доброе, Котова». Я отвечала: «Доброе».</p><p>Он скидывал мемы, я слала смайлики. Он спрашивал, как дела. Я писала: «Норм»</p><p>Просто общение. Не больше.</p><p>В школе я все так же сидела с ним за одной партой. Он шутил, я улыбалась и иногда даже смеялась.</p><p>Всё нормально. Всё как раньше...Ну, почти.</p><p>Вечером я сидела на кухне с мамой.</p><p>Она резала салат: огурцы, помидоры, лук. Движения у неё были быстрые и привычные, отточенные годами. Нож стучал по разделочной доске ритмично, спокойно, а на плите что-то тихо булькало.</p><p>Я сидела напротив неё и пила чай, глядя на то, как она режет. Как морщинки у глаз собираются, когда она улыбается своим мыслям.</p><p>Хорошо. Так спокойно, по-домашнему.</p><p>Телефон лежал на столе экраном вверх и вибрировал уже минут пять без остановки.</p><p>Сообщение, ещё одно, ещё.</p><p>Не выдержав, мама подняла глаза и посмотрела на телефон, а затем на меня.</p><p>— Кто тебе так настойчиво пишет? — спросила она, откладывая нож.</p><p>— Не знаю, — я пожала плечами. — Наверное, одноклассники в беседе. Больше не кому.</p><p>— А, — мама кивнула. — Ну ты хоть посмотри, вдруг что то важное.</p><p>Я взяла телефон в руки и разблокировала его. И действительно, это ребята общались в классной беседе. Я открыла диалог и начала читать сообщения,вдруг там действительно что то важное. Первое сообщение было от Маши.</p><p>Маша:Наш Марк не пьёт. Секс по телефону заказывали? 🤣</p><p>И следом, после её сообщения сразу же было ещё одно и тоже от неё. В следующем сообщении она прикрепила фотографию на которой Марк раздет по пояс. Он стоит у неё на кухне держа в одной руке телефон, прижатый к уху, а в другой бокал с чем-то коричневым. Голова была откинута назад, а рот открыт, видимо он с кем то говорил по телефону и смеялся.</p><p>Фото было свежее, потому что на заднем фоне висел календарь и судя по дате отмеченной в календаре,фото было сделано вчера. А еще был синяк. Тот самый, уже не такой большой, видимо заживал потихоньку.</p><p>Он был у неё вчера, а я даже не знала.</p><p>Что-то внутри меня сжалось резко и неприятно.</p><p>Он был у Маши, пил, хотя практически не пьет и я об этом узнала вообще случайно.</p><p>И тут же пошли новые сообщения.</p><p>Даша: офигеть какая фигура</p><p>Катя: блин ну почему у меня такого парня нет</p><p>Настя: а можно я его себе заберу?</p><p>Я смотрела на экран. На то, как девчонки, мои одноклассницы восхищались его фигурой.</p><p>Его телом, которое я тоже видела и даже трогала. Которое было моим. Было....</p><p>Я сжала телефон так, что пальцы побелели и принялась читать дальше.</p><p>Коля:вот что жара делает, человек аж раздеваться начал</p><p>Я выдохнула.</p><p>Коля не ревнует, шутит. Значит всё нормально и Марк просто так был в гостях,возможно даже вместе с Колей.</p><p>Коля: Кстати про марка. Нас мой батя сегодня позвал на мероприятие, просто так с умными людьми пообщаться. Ну мы пришли втроем, я Машка и Марк и тут куча китайцев😆</p><p>Я моргнула.</p><p>Китайцев?</p><p>Вика:скажи адрес? я приду найду себе богатого и уеду с ним в Китай🤭</p><p>Коля: Ленина 35,приходи и выбирай любого.</p><p>Маша: Кстати про китайцев, Марку походу среди них очень интересно. есть о чем пообщаться</p><p>Коля: Ага, очень🤣</p><p>Коля:Марк стоит, нихуя не втыкает, только головой в стороны водит типо ебать мне все понятно, а сам половину их слов не понимает</p><p>Я засмеялась представив его. Стоит значит Марк с серьёзным лицом, а вокруг китайцы. И все говорят быстро-быстро, на своём. А он кивает и делает умный вид что понимает их разговоры.</p><p>Маша:Его бы сфотографировать сейчас, все мемы его будут, отвечаю</p><p>Коля: И не говори</p><p>Коля: У Хатико и то морда веселее была когда он ждал</p><p>Я снова засмеялась, уже громче. Мама посмотрела на меня с лёгкой улыбкой.</p><p>— Что там? — спросила она.</p><p>— Да так, — я покачала головой. — Одноклассники шутят.</p><p>— А, — мама снова взялась за нож. — Ну пусть шутят.</p><p>А я вернулась к телефону продолжив читать.</p><p>Коля: Сейчас вот стоит с какой то азиаткой лясы точит</p><p>Коля: И ведь они как то понимают друга</p><p>Я замерла.</p><p>Азиаткой...Какой азиаткой?</p><p>Что-то внутри меня сжалось резко, больно. Как будто кто-то вонзил нож прямо в сердце и медленно его повернул.</p><p>Он там с какой-то азиаткой.</p><p>Мы только расстались, только несколько дней назад перестали быть вместе, а он уже другую клеит.</p><p>Я стиснула зубы так, что скулы заныли.</p><p>Идиотка. Ты идиотка, Полина. Он тебе ничего не должен, он свободен и может делать что хочет. Клеить кого хочет. А ты просто бывшая.</p><p>Слёзы подступили к глазам горячие и злые.</p><p>Не смей, не смей плакать из-за него.</p><p>Я моргнула несколько раз и слёзы отступили, а я пошла дальше по сообщениям. Быстро, как будто убегала от чего-то.</p><p>Маша: Кстати Светик сегодня пришла к нам в класс, залезла в шкаф и говорит куда столько шоколадок? я пойду все выброшу</p><p>Дима: кто такая Света? Я что то пропустил?</p><p>Вика: уборщица новая</p><p>Марк: Деловая какая, ну Светик вообще не красиво поступает</p><p>Я моргнула, вдруг мне показалось. Нет, сообщение действительно было от Марка. Видимо наговорился со своей азиаткой и решил зайти в беседу. Почтить одноклассников своим вниманием, потому что он редко что то писал здесь.</p></section><section><title><p>С самого начала это была всего лишь игра</p></title><p>Я проснулась с ощущением, что сегодня особенный день.</p><p>Не потому что что-то хорошее или плохое случится. А потому что наоборот заканчивается школа, а вместе с ней и детство.</p><p>Я лежала в кровати и смотрела в потолок. За окном уже светило солнце по-летнему, нагло, без спроса. Свет пробивался сквозь тонкие занавески и ложился на пол золотыми полосами. Где-то далеко пели птицы.</p><p>Я не плакала. Странно, да? Все вокруг говорили, что будут рыдать, обниматься, прощаться навеки вечные. А я чувствовала облегчение. Как будто с плеч упал невидимый груз.</p><p>Конечно, было немного грустно, хотя я училась в этой школе всего год, всё равно ведь успела привязаться ко всем. К этим стенам с облупившейся краской, коридорам и людям, даже к тем, кого не любила.</p><p>Особенно к Марку.</p><p>Я повернула голову к телефону на тумбочке. Экран был тёмным. Ни одного сообщения от него с вечера.</p><p>Ну и ладно.</p><p>Мы же теперь просто друзья.</p><p>Но в голове почему-то всплыло вчерашнее голосовое. Его голос хриплый с ленивой, пьяной усмешкой.</p><p>«Надо просто всех слать нахуй...»</p><p>Марк, который практически не пил вчера был пьян. А до этого ещё пару дней назад у Маши и тоже пил.</p><p>Что с ним?</p><p>Я отогнала эту мысль.</p><p>Не моё дело. Мы же просто друзья.</p><p>Я встала, подошла к зеркалу и посмотрела на себя.</p><p>Ну что, Котова. Последний день.</p><p>Держись.</p><p>Мама помогла мне собраться. Школьная форма на манер советской, которую мы покупали ещё в апреле, когда казалось, что до выпускного целая вечность. Ткань шуршала, когда я надевала его, лёгкая, почти невесомая. Банты пышные, белые, немного смешные и две косы. Туфли на маленьком каблуке, потому что на шпильках я бы упала в первый же час.</p><p>— Красавица, — мама поправила мне бант. Её пальцы были тёплыми, пахли кремом для рук.</p><p>— Мам, — я улыбнулась, — Ну какая красавица? В мои мешки под глазами смело можно урожай складывать.</p><p>Мама поцеловала меня в лоб,как целовала, когда мне было семь и я боялась идти в первый класс. Как будто этот поцелуй мог защитить меня от всего. От экзаменов, от расставания, от правды.</p><p>Школа была не похожа на себя.</p><p>Кто-то развесил шары белые, голубые, розовые. Они покачивались от сквозняка и отбрасввали тени на стены. Из актового зала доносилась музыка громкая и праздничная.</p><p>Одноклассники обнимались, фотографировались и смеялись. Девочки визжали, когда их ловили в кадр. Мальчишки толкались, строили рожи, пытались казаться взрослыми и выглядели смешными, как всегда.</p><p>Я ходила по школе и улыбалась. По-настоящему, не через силу.</p><p>Это правда конец.</p><p>Я фотографировалась с Машей и Викой, мы дурачились и смеялись. Детство заканчивалось.</p><p>Я ждала когда увижу его, когда наши взгляды встретятся. Когда он подойдёт и скажет хоть что нибудь.</p><p>Глупо.</p><p>Мы же просто друзья.</p><p>Я увидела его у входа в актовый зал.</p><p>Он стоял в стороне в белой рубашке. Лицо его было спокойное и красивое.</p><p>Я остановилась посмотрев и друг заметила под глазами тени. Глубокие, тёмные. Как будто он не спал всю ночь.</p><p>Точно, он же пил вчера. Вот и выглядит так, будто ему плохо. Похмелье давало о себе знать.</p><p>И вдруг он посмотрел на меня.</p><p>Наши взгляды встретились и я увидела в его глазах удивление.</p><p>А потом он отвёл глаза первым.</p><p>Он избегает меня. Даже в последний день.</p><p>Я тоже отвернулась и пошла к Маше.</p><p>Линейка была длинной.</p><p>Директор говорил речь про школу, про будущее, про то, как мы все повзрослели. Про то, что школа всегда будет нашим домом.</p><p>Я стояла в строю и практически не слушала его, думая о своём.</p><p>Что он делал вчера вечером? И с кем? С той азиаткой, про которую писал Коля? Или с кем то другим?</p><p>Я сжала кулаки так, что ногти впились в ладони до боли.</p><p>Не моё дело. Он теперь может проводить время с кем угодно.</p><p>Когда торжественная часть закончилось и нас отпустили, мы пошли в свой класс. Там уже были готовы безалкогольное шампанское и торт.</p><p>Я стояла у стены с бокалом в руке, смотрела, как одноклассники смеются, обнимаются, танцуют под музыку из телефона.</p><p>Краем глаза я видела Марка. Он стоял в углу, опершись на подоконник, рядом с ним был Коля. Они говорили и Коля что-то рассказывал, активно размахивая руками. Марк кивал, усмехался. Но глаза его были пустые. Как будто он мыслями был не здесь.</p><p>И тут ко мне подошли Маша и Вика.</p><p>Лица их были серьёзные. Не такие, как обычно. Маша быстро оглянулась, посмотрела на Марка с Колей, а потом снова на меня. В её глазах было что-то странное.</p><p>— Полин, — тихо сказала она. — Пошли поговорим пока Коля отвлёк Марка.</p><p>Я нахмурилась.</p><p>— О чём?</p><p>— Не здесь, — Вика оглянулась, а её голос дрожал. — Пойдём в другой класс. Пожалуйста, это важно.</p><p>Зачем им нужно, чтобы Марк не слышал?</p><p>Что такого важного?</p><p>Я посмотрела на них, на то, как Маша нервно сжимает пальцы, а Вика не смотрит мне в глаза. Как они обе напряжены.</p><p>— Хорошо, — сказала я.</p><p>Мы вышли из класса, прошли по коридору и зашли в кабинет истории. Пустой и тёмный. Воздух здесь был тяжёлым, застоявшимся как в музее.</p><p>Маша закрыла дверь и повернулась ко мне.</p><p>— Полин, — она сглотнула. — Тебе нужно это узнать. Мы больше не можем молчать.</p><p>— Что? — мой голос был спокойным, даже слишком.</p><p>Она села на край учительского стола и посмотрела мне в глаза.</p><p>— Полин... Помнишь вечеринку,когда ты только перевелась к нам? На той самой вечеринке Марк с Колей поспорили на тебя.</p><p>Я моргнула.</p><p>— Всмысле поспорили?</p><p>— Они поспорили что Марк сможет переспать с тобой. Я была там,— тихо сказала Маша. — Стояла рядом и всё слышала.</p><p>Мир вокруг меня остановился.</p><p>Вот зачем им нужно было чтобы Марк не слышал.</p><p>Я смотрела на Машу и не понимала.</p><p>Это шутка.</p><p>Это не может быть правдой.</p></section><section><title><p>Когда за улыбкой скрывается боль</p></title><p>Я не спала всю ночь.</p><p>Лежала в кровати, смотрела в потолок и считала трещины на побелке. Одну, две, три...Семнадцать...тридцать четыре. Сбилась на сорок седьмой и начала сначала.</p><p>За окном стояла темнота с редкими звёздами на небе.</p><p>Мы с ним спали, а это значит он победил.</p><p>Почему тогда он написал Коле «у меня ничего не вышло»?</p><p>Этот вопрос крутился в голове, как заезженная пластинка.</p><p>Я перевернулась на бок. Прижала подушку к лицу вздохнула и тут же отдёрнула её.</p><p>Да сколько можно думать о нём? Он предал меня.</p><p>Я села на кровати, провела рукой по волосам и посмотрела в окно.</p><p>За окном рассвет. Небо бледно-розовое, с золотыми прожилками. Птицы уже начали петь, а у меня до сих пор не в одном глазу. Я поняла что уже точно не усну, да и смысла от этого нет. К девяти надо быть в школе на консультации. Поэтому я встала и пошла в ванную. Включила воду, умылась и посмотрела на себя в зеркало. Глаза все так же красные, но сегодня я выглядела уже гораздо лучше, чем в тот день, когда узнала правду.</p><p>Я оделась. Джинсы, футболка, моя стандартная одежда и вышла на кухню.</p><p>Мама уже была на ногах, она у меня такая встает всегда раньше всех. Она пила кофе, читала что-то в телефоне, а на столе стояла тарелка с бутербродами.</p><p>— Доброе утро, — она посмотрела на меня. — Ты чего такая вялая?</p><p>— Не выспалась.</p><p>— Перед экзаменами это нормально, — она кивнула, возвращаясь к телефону. — Ты главное — не нервничай.</p><p>— Не нервничаю, мам.</p><p>Я пила чай и смотрела в окно думая о нём.</p><p>Он сегодня наверное тоже не спал.</p><p>Или спал? Один или нашел себе уже кого то?</p><p>Уже в школе я шла по коридору и смотрела в пол.</p><p>Коридор был шумным, как всегда. Учебный год ещё не закончился, оставалось несколько дней и каникулы. Это мы раньше закончили потому что выпускники и ходили чисто на консультации.</p><p>Кто-то бежал, кто-то смеялся, кто-то обнимался у шкафчиков. Девочки визжали, мальчишки толкались. Обычный день.</p><p>Я дошла до класса и села за парту, но не рядом с ним. Я села за другую парту, одна. Достала тетрадь,ручку. Решила держаться подальше от него и по возможности избегать.</p><p>Класс начал собираться. Кто-то заходил, кто-то выходил. Девочки хихикали, мальчишки толкались. Я открыла тетрадь и начала чертить какие то узоры. Просто чтобы занять руки, чтобы не думать и не чувствовать.</p><p>И тут вошёл он.</p><p>Я машинально подняла голову.</p><p>Не надо.</p><p>Не надо было смотреть.</p><p>Но я посмотрела.</p><p>Марк.</p><p>Волосы чуть растрёпанные, лицо бледное, а под глазами тени.</p><p>Он не спал.</p><p>И он почему то улыбался.</p><p>Не той улыбкой, которую я знала. Не той, от которой у меня внутри всё переворачивалось, а какой-то другой. Широкой, даже слишком. Как будто он надел её на лицо, как маску. Как будто она была приклеена.</p><p>Он совсем на себя не похож.</p><p>Обычно с этим своим взглядом, от которого кажется, что он видит тебя насквозь.</p><p>А сегодня...</p><p>А сегодня он шутил направо и налево, улыбался всем и старался казаться счастливым.</p><p>Он сел за нашу парту один. Достал тетрадь, ручку.</p><p>И даже не взглянул на меня.</p><p>Учительница вошла в класс за пять минут до начала.</p><p>— Так, — она хлопнула в ладоши. — Читаете текст, выделяете тему и пишете сочинение. Полтора часа на все. Без телефонов и списывания у соседа.</p><p>Класс застонал.</p><p>— Что «охаете»? — учительница хлопнула по столу. — На ЕГЭ вам никто не поможет. Пишите.</p><p>Мы склонились над тетрадями. В тишине класса был слышен только скрип ручек. Димка пытался незаметно списать у Вики, за что тут же получал по рукам.</p><p>Учительница ходила между рядами, заглядывала в тетради и хмурилась. Кто-то в примерах писал про «Капитанскую дочку», кто-то про «Войну и мир».</p><p>Я в качестве примера привела «Олесю» Куприна. Старалась, выводила буквы аккуратно.</p><p>Ирония.</p><p>Я пишу про Олесю, про выбор. Про то как она ради любимого готова была на все и в итоге пострадала из за любви.</p><p>Про то, как Иван Тимофеевич не задумывался о последствиях, которые привели к трагедии.</p><p>Про то, как он...</p><p>Как он...</p><p>Как Марк.</p><p>Я сжала ручку.</p><p>Не думать об этом, не сравнивать.</p><p>Я подняла голову чтобы посмотреть на него и увидела что Оксана Витальевна стояла возле парты Марка.</p><p>— Что это? — спросила она.</p><p>Марк поднял голову и посмотрел на неё невозмутимо.</p><p>— Сочинение.</p><p>— Я вижу! — Оксана Витальевна аж подпрыгнула. — То есть ты хочешь сказать, что все полтора часа, вместо того чтобы писать сочинение, ты по памяти переписывал «Преступление и наказание»?!</p><p>Класс притих. Все повернули головы в их сторону.</p><p>— Ну... — Марк пожал плечами и улыбнулся. Той самой, слишком широкой улыбкой. — Это вольная интерпретация.</p><p>Класс взорвался. Димка захохотал так, что чуть упал со стула, Маша схватилась за живот. Даже я улыбнулась, хотя после той правды что узнала, мне было вообще не до смеха.</p><p>Вольная интерпретация.</p><p>— Вольная интерпретация?! — Оксана Витальевна аж покраснела от возмущения. — Суворов, ты хоть понимаешь, что «вольная интерпретация» — это когда ты берёшь идею и развиваешь её? А не когда ты переписываешь Достоевского слово в слово, делая пометки на полях «тут Раскольников дурак»?!</p><p>— А он и есть дурак, — буркнул Марк. — Шлепнул старуху ради своей идеи, а потом сам же страдал.</p><p>Класс снова взорвался, а Оксана Витальевна схватилась за сердце.</p><p>— Суворов! — учительница стукнула указкой по парте. — Быстро переписывай на нормальное сочинение!</p><p>— А можно я тогда в качестве примера вас приведу? — сказал Марк с усмешкой.</p><p>— Что?!</p><p>— Ну, — Марк развёл руками, и эта его усмешка была такой широкой, такой, наигранной, что только слепой бы этого не увидел. — Проблема выбора. Вот вы, например, каждый день делаете выбор не вызывать Колю к доске. Потому что знаете что он вас доведет до инфаркта.</p></section><section><title><p>Выпускной</p></title><p>•Марк•</p><p>В каждой игре есть свои правила, есть победитель и проигравший. И в каждой игре есть тот самый момент, когда ты понимаешь, что ставки выросли до таких высот, что ты уже не сможешь просто встать и уйти.</p><p>Всё началось с глупого спора. С усмешки Коли, моего упрямства. С её холодного, насмешливого взгляда из-под светлых прядей.</p><p>«До выпускного бала уложи её на спину».</p><p>Звучало как детская забава. Как что-то, что происходит с другими, но не со мной. Я думал, что просто выиграю. Думал, что она станет очередной галочкой в моём списке, которую я с лёгкостью вычеркну, даже не запоминая её имени.</p><p>Но я не учёл одного.</p><p>Я совсем не планировал влюбляться.</p><p>Это чувство подкралось незаметно, как удар в слепую зону на ринге, тот самый, от которого не успеваешь уйти, от которого ноги становятся ватными, а в ушах звенит так, что не слышишь ни собственного дыхания, ни криков с трибун. Сначала я злился на неё за то, что она не играет по моим правилам. Потом начал ловить себя на мысли, что ищу её взгляд в переполненном классе и что-то внутри сжималось, когда наши глаза встречались. А потом я понял, что боюсь. Боюсь до дрожи. До той самой дрожи, которая бывает только перед тем, от чего нельзя увернуться.</p><p>Потому что любовь - это единственное, над чем я не властен. Это значит дать кому-то право уничтожить тебя. А я привык контролировать всё: драки, людей, свои эмоции. Я привык быть тем, кто бьёт первым. Тем, кто решает, когда всё заканчивается.</p><p>И вот парадокс: спор был выигран. Условие выполнено. У меня были доказательства, те самые фотографии, которые я сделал после первой нашей близости.</p><p>Но мне уже не нужна была эта победа.</p><p>Она превратилась в пепел, потому что я понял: выиграть спор, значит потерять её. А проиграть, значит потерять себя. И в этой игре не было варианта, где мы оставались вместе.</p><p>Я хотел всё исправить, честно хотел...</p><p>Актовый зал был украшен белыми и золотыми шарами, которые покачивались от сквозняка и отбрасывали тёплые блики на стены.</p><p>На огромной сцене на стене висел экран, на котором пока что ничего не было, ведь выпускной ещё не начался.</p><p>Зал уже начал потихоньку заполняться. Родители в костюмах и вечерних платьях, с лицами, на которых гордость боролась с ностальгией. Учителя, те самые, которых мы боялись годами, а теперь смотрели на них совсем другими глазами, глазами тех, кто вот-вот уйдёт и кого они больше никогда не будут нас ругать за невыученные уроки. Выпускники все нарядные, все счастливые с улыбками на лицах.</p><p>Где-то играла музыка тихая, ненавязчивая.</p><p>А я стоял у входа и не мог дышать.</p><p>Я поправил галстук. Пиджак давил на рёбра, те самые, проклятые рёбра, которые всё ещё ныли после последнего боя. Каждый вдох как глоток битого стекла. Но сегодня мне было плевать. Сегодня я должен был сделать то, что должен был сделать давно.</p><p>Признаться.</p><p>Рассказать про спор.</p><p>Рассказать всё.</p><p>Я был готов проиграть эту чёртову игру, лишь бы выиграть её. Я хотел сказать, что люблю. Что она единственное настоящее, что было в моей жизни. Что всё остальное спор, Коля, все эти месяцы лжи...Всё это было ошибкой. Что я готов встать перед всем этим залом и сказать правду. Громко. Чтобы все слышали. Чтобы она знала.</p><p>Я посмотрел через зал и увидел её.</p><p>Она стояла у окна.</p><p>В белом платье. Длинном, до пола, с открытыми плечами. Волосы собраны в прическу и несколько прядей выбились и падали на шею, открывая ключицу, ту самую, которую я когда-то целовал. Макияж лёгкий, почти невидимый, только чуть подчёркнутые глаза и губы того самого оттенка, который я всегда узнавал из тысячи.</p><p>Она была красивая.</p><p>Самая красивая девушка, которую я когда-либо видел. В ней было что-то, чего не было больше ни в ком, что-то, от чего внутри меня всё переворачивалось с первого дня и не переставало до сих пор.</p><p>Моё сердце колотилось где-то в горле, так сильно, что я боялся что оно сейчас выскочит. Я сжал кулаки, чтобы они не дрожали, и почувствовал, как ногти впиваются в ладони.</p><p>Я сделал шаг,затем ещё один.</p><p>Я шёл к ней медленно, без спешки. Как будто между нами не несколько метров, а годы. Месяцы лжи. Всё то, что я наделал. Всё то, что я не смог исправить.</p><p>Ещё немного.</p><p>Ещё несколько шагов и я буду рядом.</p><p>Я подошёл.</p><p>Она стояла у окна и делала вид что меня нет и тогда я открыл рот чтобы начать говорить и не смог.</p><p>Горло сжалось как будто слова, которые я готовил всю ночь, все эти признания, все эти «я люблю тебя» и «прости меня», все они застряли где-то между сердцем и языком и не могли выйти наружу.</p><p>— Полин, — наконец сказал я.</p><p>Она не обернулась. Не услышала или не хотела слышать.</p><p>Я сглотнул и повторил, на этот раз громче.</p><p>— Полин.</p><p>И в этот раз она медленно обернулась, а я забыл, как дышать.</p><p>Её лицо, её глаза, губы. Всё такое знакомое и одновременно чужое. Как будто я видел её впервые и как будто я видел её в последний раз.</p><p>В её серо-зелёных глазах было пусто. Ни злости,ни обиды. Только пустота.</p><p>И в этот момент я открыл рот чтобы сказать главное.</p><p>Чтобы сказать, что всё это время я был мудаком.</p><p>Чтобы сказать, что она единственное настоящее.</p><p>Чтобы сказать, что я...</p><p>Но в этот миг огромный экран за её спиной мигнул.</p><p>Сначала я не понял.</p><p>Я смотрел на Полину и в этот момент зал замер.</p><p>Резко. Как будто кто-то нажал паузу. Музыка оборвалась, разговоры затихли.</p><p>Все замерли и смотрели на экран.Я тоже обернулся и увидел.</p><p>Фотографии</p><p>Те самые, что я хранил в телефоне. Те самые, что я никогда никому не показывал. Те самые, что должны были стать доказательством моей победы и теперь висели на экране размером во всю стену огромные, чёткие, беспощадные.</p><p>Что происходит?</p><p>На экране была Полина.</p><p>Моя Полина.</p><p>Те самые мгновения, которые принадлежали только нам, те самые, которые я хранил как сокровище, как доказательство того, что всё это было настоящим.</p></section><section><title><p>Эпилог</p></title><p>Она пришла без предупреждения.</p><p>Была середина августа, я сидела на полу в своей комнате окружённая коробками. Вокруг был хаос из вещей: книги, одежда, тетради, какие-то мелочи, которые я не могла решить брать или оставить.</p><p>Несколько дней назад мне на электронную почту пришло письмо. Из того самого университета, о котором я мечтала с детства. Я поступила.</p><p>Мама спала после суток, папа был на работе, а я сидела на полу и складывала книги в коробку, и не могла перестать думать о том, что совсем скоро уеду. Навсегда.</p><p>И вдруг в дверь позвонили.</p><p>Кто это может быть?</p><p>Ведь мы никого не ждали.</p><p>Позвонили снова, в этот раз более настойчиво.</p><p>Вздохнув я встала и пошла к двери открыв её.</p><p>На пороге стояла Вика. С мокрыми волосами, прилипшими к щекам. Видимо на улице шёл дождь, а я даже не заметила. С красными опухшими глазами, будто она плакала по дороге ко мне.</p><p>Я посмотрела на неё и не захлопнула дверь. Не смогла.</p><p>Странно. Должна была захлопнуть после всего. После выпускного, после того, что она знала и молчала. Но не захлопнула. Может быть, потому что за эти месяцы я устала злиться. Может быть, потому что внутри меня уже не осталось места для злости, только пустота.</p><p>— Полин... — она сглотнула. — Можно войти?</p><p>Я молча отступила в сторону.</p><p>Она вошла проходя на кухню и села на стул.</p><p>Я села напротив. Так мы с ней и сидели молча, пока она не решилась начать разговор.</p><p>— Полин... — её голос дрогнул. — Я знаю, кто это сделал.</p><p>Я моргнула.</p><p>Она знает кто слил фото. Всё это время этот вопрос крутился в моей голове, как заезженная пластинка. Кто? Зачем? Почему?</p><p>— Кто? — спросила я.</p><p>— Дима, — сказала она. — Мой брат.</p><p>Я смотрела на неё молча не веря что это мог сделать Димка.</p><p>— Он мне признался, — Вика вытерла слезу тыльной стороной ладони. — Вчера. Пришёл ко мне и плакал. Не мог остановиться. Сказал, не может больше молчать. Сказал, что он мстил Марку.</p><p>— За что? — я нахмурилась.</p><p>— За меня, — она горько усмехнулась. — Он... он думал, что Марк меня использовал. Что Марк мудак.</p><p>— А под удар попала я, — тихо сказала я.</p><p>Вика кивнула и слёзы снова потекли по её щекам.</p><p>— Под удар попала ты. Прости меня, Полин, прости. Я не знала. Я клянусь, я не знала, что он это сделает. Я вообще не знала что у него есть эти фотографии. Если бы я знала, то не позволила ему так поступить.</p><p>Она плакала тихо и беззвучно, а её плечи дрожали.</p><p>Я смотрела на неё и не чувствовала ничего.</p><p>Дима. Дима слил фото, мстил Марку. Дима разрушил мою жизнь из любви к сестре.</p><p>— Он... — я сглотнула. — Он признался кому-то ещё?</p><p>— Нет, — Вика покачала головой. — Только мне. Сказал, не может больше молчать.</p><p>Я посмотрела в окно. На дождь, на серое небо, которое казалось таким низким, что хотелось протянуть руку и потрогать его.</p><p>— Полин... — Вика протянула руку через стол. — Прости меня пожалуйста.</p><p>Я посмотрела на её руку. На тонкие пальцы, на капли дождя, которые всё ещё блестели на её коже и не взяла её.</p><p>— Уходи, Вика, — тихо сказала я.</p><p>Она моргнула.</p><p>— Полин...</p><p>— Уходи пожалуйста. Мне нужно побыть одной.</p><p>Она посмотрела на меня внимательно, а затем встала, пошла к двери и вдруг остановилась.</p><p>— Полин... — она не могла закончить. — Он не желал тебе зла. Ты же понимаешь?</p><p>Я молчала.</p><p>— Он тоже страдает, — прошептала она.</p><p>И ушла.</p><p>Дверь за ней закрылась тихо. Как будто её и не было.</p><p>Я сидела ещё долго, смотрела в окно и думала. Марк, мне надо увидеть его. Поговорить с ним пока я не уехала.</p><p>Я взяла куртку, надела её и вышла.</p><p>Я шла по улице быстро, моросил дождь. Холодный, августовский. Пронизывающий до костей. Капли падали на лицо, смешивались со слезами, которых я даже не замечала.</p><p>Я шла к нему, к его дому. К тому самому дому, где я была столько раз. Где я пила чай с его матерью. Где целовалась с ним в подъезде, где я смеялась над его шутками. Где я...</p><p>Где я сейчас увижу его.</p><p>Я дошла, поднялась по лестнице. Каждая ступенька казалась тяжёлой, как будто я поднималась не на третий этаж, а на гору. Сердце колотилось где-то в горле.</p><p>Позвонила в дверь, но никто не открывал.</p><p>Я позвонила снова прижав лоб к холодной двери и закрыла глаза. А через минута дверь открылась.</p><p>На пороге стоял Егор. Отец Марка.</p><p>— Здравствуйте, — я сглотнула. — А... а позовите Марка, пожалуйста.</p><p>— Его нет дома, — сказал он.</p><p>Голос ровный, спокойный. Как всегда.</p><p>— А... а когда будет? — я сглотнула. — Я могу подождать. Мне не срочно. Я просто...</p><p>— Через год, — сказал он.</p><p>Я моргнула.</p><p>— В смысле?</p><p>— Марк в армию ушёл, — Егор посмотрел в сторону, в коридор. Как будто не мог смотреть мне в глаза. — Сказал, здесь его ничего не держит.</p><p>В армию.</p><p>Он ушёл в армию, сбежал.</p><p>Я стояла и не могла дышать.Год. Целый год без него. Целый год без его голоса, без его усмешки.</p><p>Мир вокруг меня закружился, стены коридора наклонились и я схватилась за косяк двери, чтобы не упасть.</p><p>— Он... — я сглотнула. — Он сказал что-нибудь перед тем как уйти?</p><p>— Нет, — Егор покачал головой.</p><p>— Спасибо, — я прошептала. — За то, что сказали.</p><p>Я повернулась чтобы уйти.</p><p>— Полина, — Егор посмотрел на меня. — Ты... ты береги себя.</p><p>Я кивнула и пошла медленно по лестнице.</p><p>В армию. Он ушёл в армию на год. На целый год. А я... а я осталась здесь. Одна. Как всегда.</p><p>Сентябрь</p><p>Незаметно пролетела половина сентября. Я жила как робот на автомате. Училась в медицинском, ходила на лекции. Я улыбалась одногруппникам, даже завела друзей. Вообщем делала всё, что должна была делать.</p><p>Но не жила. Я существовала.</p><p>Потому что жить без него было невозможно. Потому что он забрал с собой всё. Мою улыбку, мой смех. Мою жизнь. Всё.</p><p>И тогда я позвонила Диане.</p><p>Она была единственной из всей его семьи, кто не перестал мне писать. Она была единственной, кто писал мне каждый день.</p></section></body><binary id="cover.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4AAQSkZJRgABAQEAYABgAAD//gA7Q1JFQVRPUjogZ2QtanBlZyB2MS4wICh1c2luZyBJSkcgSlBFRyB2ODApLCBxdWFsaXR5ID0gODUK/9sAQwAFAwQEBAMFBAQEBQUFBgcMCAcHBwcPCwsJDBEPEhIRDxERExYcFxMUGhURERghGBodHR8fHxMXIiQiHiQcHh8e/9sAQwEFBQUHBgcOCAgOHhQRFB4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4e/8AAEQgBQADcAwEiAAIRAQMRAf/EAB8AAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAABAgMEBQYHCAkKC//EALUQAAIBAwMCBAMFBQQEAAABfQECAwAEEQUSITFBBhNRYQcicRQygZGhCCNCscEVUtHwJDNicoIJChYXGBkaJSYnKCkqNDU2Nzg5OkNERUZHSElKU1RVVldYWVpjZGVmZ2hpanN0dXZ3eHl6g4SFhoeIiYqSk5SVlpeYmZqio6Slpqeoqaqys7S1tre4ubrCw8TFxsfIycrS09TV1tfY2drh4uPk5ebn6Onq8fLz9PX29/j5+v/EAB8BAAMBAQEBAQEBAQEAAAAAAAABAgMEBQYHCAkKC//EALURAAIBAgQEAwQHBQQEAAECdwABAgMRBAUhMQYSQVEHYXETIjKBCBRCkaGxwQkjM1LwFWJy0QoWJDThJfEXGBkaJicoKSo1Njc4OTpDREVGR0hJSlNUVVZXWFlaY2RlZmdoaWpzdHV2d3h5eoKDhIWGh4iJipKTlJWWl5iZmqKjpKWmp6ipqrKztLW2t7i5usLDxMXGx8jJytLT1NXW19jZ2uLj5OXm5+jp6vLz9PX29/j5+v/aAAwDAQACEQMRAD8A+NulL5h7UzpRQA8SDvSgr2NQ0U0wHkUA0KR3oIzQ2AUUlFCQC0UUUXAKlgco2RUVKKAOo0fy7u2exuMiOQD5gMlSOhH0/wAaxb20msLuW0nTbJE2CfX0Iz1BGCPY1a0eV1kXBrofFVot3ottqsWWeD9xP7ryUb+Y/wC+akdrnOaED/aMZr1k2iLojP6x9K8q0ID+0U+teuvIh8Ptz/yzrWJmzxfVE2XsnOfmNVGGa172PdqEgz1aql9bmOPIGKzb1KSM/FGKdt96Xb70JjGqKcBinAe9Lt96TY0hFHWpFHNAFSovOaTLih0anip0U4FNjXpU8a8Cs5M1iiWBSSOOtacSHyxVazjBxkVsQwAxg4rnmzqpq6POTyacqsxIAzgZqSOEuAQRj1pyF15U7XXI3A9R3Fdx5hCBn60EYqWfaxDqCCRkgjHPt7VGTnGeuKAGHrTx0xSYptADmGKSnA5GDSYqgCgnFFBqQAU9BmmCnxEB+aAL1mSu0jrmvQfC8a6pYTaU7ArdxNGM5wrEfK34NtP4V55taGUKejDI+ldr4IuBFexhT15xSbsXFHLaVuj1JQylSpwQRgg+ld/9sxphjzn5etc14otRbeOL0odyTSCcMBgEuAzY9gSR+FashYWLEHHy1pTd1cyqbnJzyD7c596h1GQOuBUV0xF22fWo5TlTWbWpSehBijFKBRimAlPFJTqllDlFSCmVItTe5pElTtVq3XjNV4x0q7bqcCs5M2Rdsl6Vu2yfuhxWRaDBArfto8wg1zTdmdlNaHmIQLa7GbBLZHHY45/Wp2QpCqgZVXIZu4PA/p+tMskaacLtbYmAWUZK5JwfzIFdXNoch1K0t3HE7FJEAPJ7MPYgjpnkGu2c1E4aGH9orlOz0VbvTSwiJeN9j46qe2f0rD1bSrjTpcMvmRkZVwOCK9o0nwpFDpxille2vIGCK68pMvGCwbuenbnftxk5bfeGke3KXsKSoQQQBWDrSR2Sw0ZKy3PE7i12xK6fMGGc1SIwcV3t74dksblimXhJyMjpWTe6TFI3A2H1FaKsjmnhZdDmKd2zV+609I/usSfeqZjKnaa1U0zlnTlHcjFFGMEiiqICiiigDZslF7p7DP72EE/UVq+FLlkuIwOSjjI/GsHQ7v7Jfo5+63DD2rSK/wBn69JEpwpbcD6g9D+RFJocXZnUeO4CNT0+8z8jo0Cjv8rbs/8AkQflUky4sDx1FTeJUjvNE0u8LbpBLsPHQlSD/wCixSmCWWwbyonkITJCjJxV0/hJrfEed3nN031psg4rTXRNTv7sCxtXuS7lVEfzEt6cd+laE3gbxUkTSto8wjXq5KhT9CTg1nKcS1CT6HMgUjCr15pmoWKo17Y3Nur8oZYioYdeCetVwlLmQ+VohxThUuyk2ZpPUFERelSoOaRVPpUqLzSuapD4wTxWjbocCqsKjjitKyjBGTWM31N4LUtWynK12WnW6/ZF+WuZtYV3KK7Kwi/0VPm7elclSVzrSseZfDjTk1PWmsJyVtrlDHK4xxwWHXjqufwr6C8KeB5pdQsJL2RbiKzgxvP8ZPAb8sflXjPwQ1/Q9Ce9/tqCVo7uSNBIoyq4zwf++u3pX0Hq/iRD4ce70GdXCRglo8MwGOw9ee9dNZ8sjHDTah7pseJP7H0axW4vbuOJYep4z+AxXi3i74g6O8rjTI4mw5AckHf1GMdvX1rzvxtqWrahqkstxcyDgdW7dhj/ABNY2nXNnFcRwNA08zkLullCKCTjkkgAe5IAqoq6E7wersdNe65d6jcbntYo4TyMdPrWVdy7pTjik1DUbyKOFpLGSKGSMMjNGQCp5BHGOhFLpsLXzDy43YntjpUtcprdS2dyjcKGXHTNZVzEQcg5rtbnRZok3NGfyrm7228tmz74qqdRdDGtB2MFwQabU9yBk4FQnoTXWnoec1ZiUUA5oqhCjIOc10U6Pf6bZ3Mal5c+QwUcsf4SB3yMj/gNZOnW7ySpmNvm5XIGMA4LHPGM5Hpn16V7J8NPBRgja61JGPmgSbJGIkc8EMR1AJGcHnnnjNZzkoouEHJjfCvhfU9U8NwWEtpIzC484su1ivDA5zjAHvjoccHNd/oPw7kYvE17EwkTEkAbh19OOOeBn/e4rd02NbURm3jUKpBUNyEGODgYBHtV/wAWalBo2gPNaA2txI2B8xIC8diD+GPyrldedrI6lRjzIp6houg6Ir2oEMokw7wR4mVWAGPmZS2AcnHbOBwFAnsbyFo1WKOFUbLYmQ7W75PFcNpd/FJI0zC5kGcnygeD23HGTxjvXYaPq1lG8cH2e6XJDMTuwD7Ejnv0PH51irvc2cUti42maTqsckVzoemXURVlmaGPy5FVl7FfmyRgds4Ga5LxD8B9A1QM3hW9ktb4/MLC5kVT6sFbGCRuHB9gWFep6S2n6kSyva3Lrt3dFcAkdweB7HPTpWzBEJGVl33MeR8k2ARyGIBxyeQe3Ycc04trYzkrnxF4v8Ga34Z1FrLVrGe0nVQfLmQIXO7b8nOHG7IBUnOCQMc1gLFmv0JudI0bxNpTaR4h0+LUbQtiSGfPmwsR/AwwQd3GR1GcccV8wfHv4R3/AINuhq9iz3uiyYVbsxnf6fviPl8wH5ScLu+U4Lb8bxm+pnypHjKQMegp6wsp5rSto8J0pksf7zim5DSIbZPm5FbNpGvAAqjaRbpAMVv6ZaPcXCwxLkmsZuyN6cbsS0jzOvNej6Taf6DH8nauUbTHtLiMsuBuHNen6Far/ZkXydvWuWbudSPknSrtbK9inktorqJWBeGTO1x6cdPrXr/wQ8Qw3njKDREtntrK+8xZYllYqihSy7Qc8ggknIGM8dK8VzXqX7N9vt8WajrDRbxpunSPG2PuyN8q/mNwr1asU1dnl4ebU+VdSx8WNHs7XxLPDpQP2cNtBPJqLw94Is9WjiMxmWaNQzouBuDc5z+dbNwJ728lurg/NI24jPAru/hcYJ7j7HKoyo4Y9R7fSuKnU6HrVaS+JmBq3gnVdU021scrBY26Kix7iTgAAe3QD/Jq1Y+CYtKsjJvyVxwefxz3r2eLTobeJiEGCc4A6VxvjCZUDqQigcgdKdRu2plRlz6WPMPEKLHGVXtXmetD9434123ie9Z8hea4rUlMrsRU0XqaVlaJzMv3zUOeStXrmEqxOPrVKUfPXoQd0eLUi09RuKkgieaZIkxudgoycAZ9T2HvTB1rqvhloL654ijViqwRndIWBIYDqMfp6ciqk7K5CV3Y7T4XeDwDHq+oQgM6/wCiwsO3qw/Pjuc/SvUI7tLdWSBTcyg/Od/yIcdz24HQZPQ1A6G3f7PCV3BAZHzxGnZcDrx6evpgUSvJaSppdksZumy88rDcIUYdh3kbr7AEehrglJyd2dsY8qKV3f3CXMUt1esh52xKpLH32jn8R0qnrN0L2aedLiaeOKMkxTbiyncB369uB07VQ1CeW2uJ1sdrgOxurib5lDZJZcg/MeucEDJ4BxRoM63s1xFOzOohbBCDOAM4P+fypGmxb0PVFkcJNLsaFs8cnPfnaf8AOK6vR3trjc0OoSxu7DCspUKCeMg4B9fu15ulsJrwxopQkkbkQHH4FgK62ysngg2Q3U0is33ZFK/qBtqZaIpO53i29ztE9qziRDxJHJyh3D5hjkcDgkDA3HNbnh7xW1ikaaw3nQOQqybOVbA+8Px69cdcAGvPtK8QzWkb714U/KwOBtyc57ADbjOcfMfc1vafrun6o/2TUI1jlOEa4QdW4yHBPqTjp2w2emPO0y+RM9dtnW5IvILklScxSxHdt4ztcd1zkEH2xggGtTyrTV7KfSNWtYpoLmMxzwSHKvGRjIxyRz16jj2NeWaVeaj4Vv8Az7Fmv7GV909ruyX9Wi4wHGclDjdg9CQX9M0u4tNRhS8tphLazHfBInWFvb0HUdODnPfO0J3OepDlPkv44/DK48BeJD9mJl0m6jMtpM+FLAEAqegL5YHC9iThQMDzXaCTX6D+K9AtPGnhK48P6mjRmZDteP5cNzgqSDjPI5BIBI7Zr4b8ReGNW8P61caVqdrLBcQHo6Y3KejD2/8A1dQa0bsKHvOxg2kREwxzntXqXw30AyzpK6ZLHqRXEeHLPfq0cTkgbhnj3r6H8KabHaWqMUG4+tYVJ9DphocR4209ba5gQ4yXGeK67Q7VP7Ni5HT0rB+JfyX0LYzhxUVhqtybVCkbketYPU0ufIte7/AKx+z+ANb1ERyCS6mWPcfumNMYP/fRb/IrwnFeheDfHp07wfP4ZnaaBHJ8uaNuMElsMBzwSeeevbHPs1r8mh5mGaVROTsdHrUkj3kzC4AQscbD0qT4Y+Jn07xfb2j/AL2GdtoJHOa4y2stW1G3e70ucTWyEguBnBABIOeR1HbvXZ/C3wo8+u2ur37LmFsxxjjn1NcKp2PYnXjJH0rNeJ9gM7ccAqc84ryzx3fEs4HPJHpXealdW0Vg/wC8QApj73WvHvFmpCa6lCybl7GpqydrCw/Luji9UZmc7jWTJDvGAK1rwB8nOKhhRWzms4uxdXU5vU7You4iufuQN1dlroXaQOcVyF3jJ4r0aLbiePilqQxJvfBOFH3j6Cvc/hZpbaVpK3dxAqzTBSpIPyrjKL2x3Y/QGvIfC+nSajqlvAoQo7jeG7rnGPx5FfRel2vk3Uduu1oYIAxyfuswwMn2xn8ajEVHHRE0IXdyaCb7HE1zNCWkBDKWPDyN04J5GRnt046cQJpzxIyQyyrczLvupgctz95jk8cjaOw25GAuRY+SfUYYITEfLXznIG3DHPOe/AHHbPel8R6lp+k6SLi8kMTS7SqsPmcjHAX29cH8cCuPnOxRucnqy28U4t7e3LLGeREOVBGAST9OT7D3xe8H2IGok+c2GQqxkX5gCCOayLSWbWJg9naGG2DNuVictk55IOD355NeieCvDpjC4Tljk0c5p7K25yN3oGoW1yzfZGeNnJ+bldvrgH+taFjqdtbJ5NxaSxEcF0HQdsZOf1r2L+yofLCbd2BjNZl34Vtnky0aN74qZSkzSDg9zjbaTStURUR4S/3THKWhckBvkG4bSfoxxmsnWNHfTrpZLS5mjC5ba6Z8s5wV4ySODkYOeTgAE1ua14UMUpkgkbA/h7nkHn1HHTpWE9/q1hi1uFW5ijI2vIMYGRn5uxPPXK89BzWMp2N1Ti1oS6P4mktXOm6h5iWskYVU5KlAuQyOMggHPCncuOOFzXovgLxH/Zl5DZ3dwjWd+geKVm3q0jZ+WQdNzDg/3iC3BHzeZwXWkapDcLKgguFDCa3lO3D5J3MPoSN4B6noBimXMz28cdnG0d1Z7SNruCwwcq2QQWH3SCpz8ykfMMhKo4u6M5UVJWPrPTbkNGjo25lw+Mn54yT3PQ8D8Qc9a8r/AGlvCFpcta+LLK3y8ysk8iAfOVXPzcZ5VSckgDYeCWq/8KvE7av4atL0q7zWu4T5cMWKgBwSMZ3KQ4woBwD3FehapZW3iLw9c6I0wMd3EJLaSJsbWHzKQew6Hv3rq9opqyOFwdKR8S6BGE8WKg7HP5V9Daan+hRH/Zrw2GxfT/HXltC8ccjlosqwG3OMDPXaQVJ55U8mvdtN5sYv92spI1bscF8TYw97AucZcDP416H4T8K2o0KDjt6VwPxDP/Eytf8Arqv869q8Kj/iR2/H8NTYJS5Uj8zaUU6UYc00V7ljyT179nOe3M+q217eQwRKYpR5pGMYcNgHr/Dn6CvQpfHHgXT4plg3g7jsfySFfk8/hxXzXpV/c6fc+fbSFCRtcD+Jc9D+Q/Kvbm07wJpdmJ0xdXcvzRNLOJSvQ/InT8T/AIVx1koyuz08GoVIWfQXUfHVjrEa21mlzNKCTtgjLHBzycfWsnU7K7htjc3QaI/3WHNbFhqkdrZkWcYhQ+vLN9TWH4hvbq8sxIzFlOcc1zSalsdkUobGMbhWOc1C9yB0OKqM6ouXOKpXl2oXCmqhTuZzq2F1W6yrHPWubkcuxq3dTGXCg1AkPzKCepArtguVWPMrS52emfBnTvP1oMysqW4G/aOC5To3HUBsY553etekW8xlgv51+Vp7goh9AoUKf/Qf1rk/g5byf2PqV/Mo82WWSQN/t4JP9K6izMkXhuA+WVmjjaRlbgDJZgST2xt/T0riryvOx0YeNolvwZPFezajel8QxyE5YHhRlSMd+hH5VwGuO/irx9KXJ+yWbeRDH0Ckfe49cjH4Cuy0sS6X8OoZyNzXr+Zh+qhjuI/z6VyPwtXzJlll+eSRtzMe5PU1jfc76UE9z1/wj4ct7a3jBiQ8D8a7y0ijiUKFGfWsTQVxBGPat6JSWFKJNWTbLKNRI2e1Ea/MKsbUxzWttDHqYt9bhwSeR/KsW60mOYkMqkHrkda6y5aFV+dlAHc1nHUdGyd2pWg5x/rVAz3zzWcoJ7lqpJbI8z8TeFbaVWKWaFh3HBH0Ncet1cWEbQ3Hl3lsHJIk+/GGbJP1JGeoJP0APu15BaXqNJaXUE/HSNw2fyNeY+OtAYxvdwApIgIUg+vUH1B7jvWEqdnudVOopbGR8FfFzaf40k0yMutrcOJ0hkAGGU4b2JKllH+1jpjA+ofDl2iWclsrh57CUGImQYdGG9W6YGPmAB9uuefgvRL+40nxnZ3ELmPEwCnJJXJxgnuQf5A96+w/B+prc/Y7qOYRw3MBtpMMcRsAHiA65Kg9SQcp78av3LGNVKav2OY+Nnhizg8YWfimyMaRasPO2hFUBwPnIOR1+UncM524zubG/p3FpGPauu1K3OteD73TLeEJLETPb9NySK5Lrgk9D34+9XCzajaadpqTzOVXZuwwwfpQ5XOZo4z4iThNQt2borhifYV1th8V7Cws4rZEZwqjkDivL/HGsx6pAbi3OU6A1z9pIiQKu7NaezHozxDWbb7JqM1v/wA82Kj6DpVKun8cwqNTaZefNXn6jj/CuZPFew9DyE7iivTvgzJaa1ePo+qhnFunmwv6JnDAn0BYY+p7DFeYitjwfrUugeILbUU3FVO2VR/Eh6/4/UCsqsFOJvRqezkmfTeueH9Eg0kG2ESIDk5b8v615h41vLK3tzDZDbCvIGRknAHT8qta343trvTAlveK4K/KyN/MdR+Neba/q8U8gKybjjtXFCnJu1j0J1ko7la9ujI+QeBVRhJMTg1seCVsrrUpFvYEfCjZu5A9eOnpW1qHh82t03lKTAx+Xvit5SUXY51B1FzHJxWjrndgZqS3jC3MQ9WAz2H1/DNbF5avBFgrgms6zt5bq9gtoY3dnfkJjdgcnGeCfanGVyZQse5+EbAaT8N44RhpfJDDBHO8MT074P51Y16P7NZgSTBoo7Xk9QEVIwwHrn5sfU0mn3Ua+H7NYgUTakoyADjBJGP+BYq34sgW4uYbOQhUkh8uQL8uSXxnPYEHOfSuCo+aTZ1042iHjRBb+G9Otox/q4Thc/7LD/CuG+Fi7JI0JyVOD6Zrv/iLAsEdsrqT5cbBjnj7n/168b8MeMF0JxHHZGZwcsXO3BqIXlc6YTSSPqjRpY44VBXt61sR3kGMAivm+L4sa6VCxaR8uOoDED8cV1Phv4gzX7CK7gaFiM5AO39arWO5LhzM9jn1BIge2PeuB8Y/EX+xlaKGJJbjjALcc966C0RtRscqQwZcEdQQa8y8S6MsWpmJ0eRY+EDZbA9s1PMzSlSjezOevvEHi/xPMXkuXgtycjcfLjH5cn8Saks4NItismo69DcFOqRk7c/r+uaxZNN1DX73Ul+2rYfZBiNWyN7A5AB6DpyT68e+fpng+XULwi4kZfkb/VuSSccc5b/e9DjitFFNXbFOXJLlij2DwvqWjMqfZGjlVSCjK3C/T0rr7q1F7p7FhkkcivP/AIbfDyWFBLeXdy5yPLRlXgDpk4ya9ejshFabG64qHFhzI+UPiro/9l67JPDFhDIHU9yfr/SvYvhnrpu9FkgDF90SSxEqQqTRsGA+U5OVbnHYVy3x5giNqpdckvj/AD+tc78MtXCXVuk23ylm2liu47HypwACT8vGPb2pVFemn2ZUVabR9WaDqqxa/Z6oUSK01ONFYkZKyMP7y5GCc9AcknnivJ/j7ZXVp4illtEuxbkCS4QDckbE4zkdAcjr6jkk112gTRw2VzptwjlLGYMcMpBRjncoGDlVJJAwTtwDg1R/aBa5j0vT9ejDCeBdkqYbZMrfu5UIABCt8jEk9AAB82RlSlzOxjVhZXPLZdDv7jwdFrDfLaZICdxzgf596xbUXZi/dfcBwK9FutVt4Pg6IowXAcFNwGcFiexIB56Z4riLH7Y9pG0UMYUjoTg16Fjj5zzjxLCZoZ9v3k+Yfh1ripVw1d5ePm6cYyD1rjtYtTbXrxgfLklT6jtXpSPLjoUhSGnrSGpuWNyfWiiikF7mx4Vn8jV0P94Ff6/0r1+2CXdgpb5uMV4lpcix3sTN0DA1654auyYNjntxXLXV2mdtCXu2KmuaK8sf7qXCjs3NYllpUtpqNvMQuQ4Ye20g/wBBXcXMqoSp6Hvms24cR3MLxIWfcFAzx361km1sayRvXk8kVvbQIQm1AeTztJBx+hFa+q3y3dx9olH+qKkqD1AOMZrntXYCRHPACrH+QyKlN032+1V2CrPIY2B4BXv+YJ/KuZvU6YfCdj48b7XZRrvwXiOTjgHYD0FeAX+qy6dfXJWNXlLEFscg17x4rZZvs0SsRlgcg4Kjyx/jXiWuaYk2uSwBfMXI+bHXgDj8s/jTw7ipO4SUuVKO5VRPEN5BHdPNPLHMcBIycKeAM4HHJ/Gur8I+HdTdoJRNJhmyVkO0Bc+nXdjnp+XNbfgvwdGyRs4yq+5Neq6J4fitYwYgPyrSpUjPRIdKDpv3mafwokkiSbT5mZxGMxux5K+lT61Zga20ygEtyDUHhX9z4iCr0ZSD711Wu2BJ+0bdxxyKUYXjcc5WmclL4Vt7jEnI9gAABVjS/ClrHKCSWI6ZP+FdBp11Cybd2DWqPKAyopWiL2lRbFaztktogqgZx1qnql7HCoXPr2qW/u0AIx0965XVLou7bT0qJS5djWnDS7PKPjiy3KIqnCO4UnviuH0IIsrQRxldg3KO3y/N0/A/nXZfG15bfRkvogC6TAYIyOeP61wHg+W4udRSaaRctKq46D5kYYpRjelcpte0SPpLwxfC5On3MMrl7mxMcsIwxDKc5XjBJ/iHOQRxjOOtvrKHWvhrLYxzcWeV+bA3R8oyMVzjKtnI54U47V5R8OLyNNJUIS1xp8qzDrzHwHC45zwOnvXsPhpy2qT2y5hjvYPlOQQTtxuxzjgqAO46+lccJ8srlVo+6fNV7rMz6A+npybaUoCCSpG7GcenQ/8AAjVaGCeSJXlupUYjO1TwB6V0XxX0pfDvjS8ZoZ0huArohyw3YA2hj94BgO/ft0rAga6uYxMWKZ7Z6V6y1VzypKx5Zqetb5i9uGjB6MetZnmtPG+9izg7sk5Jz/kfnVTJY5NS2zbJPr8v4GvRPPsDjamcVDVy5QrGcjHXFU6QDaKKKQDq29D1+901lUESwj/lm56fQ9qxKdQ4pqzHGTTuj0u38XaXexL5zPBL6OOPz/xxV7TriK4kUxSo67wMqwI4NeUqcivQPhfBHNqylUXzDM7Dj+Agcfh8v/fVc86SirnRGvKTsztNejzfvErYSNjgegAAJ/T9aoTzBbxJJBvVA3lq3IA6D+profElqy3jKU3HfkNt6dD/AFrlr92g1CDaRgYUKemS+P6V5tz04r3Udtq9zuWCVO9xwvbGwY/ka84vwtr4mljLZCybl9SCAa6vVJWxDu5HyuT6A5I/QiuF8e3Ji1azvVJVSgVgBnPv9eB+VTQV5tdzaXuxTPZ/BV7E6IQetejQzIbTPtXgXgDVcsq7+OCK9d025M9so31d7Oxq4xkrlvw7dW0Ovu15KED5C5rr9X8R6baWzu1wrKBzg815d4y0K8v7eF7O8NrLG2c7QQax/wCxNYl2JqDLNbzZVzz070e1cdiFRpzs2zs4fEGmanqcK6bN+93lGVXB4xyD9OtdZ9pljiBkbmub8L6DZaY4e3t0RsYBA6Ctq/uoljGTQm2rsUnG9o7FW+uic81j3JZn3A4zU8lwkrnyyGHqDTG5qL3KTPNPjfGp8LBSMlrhMfnXnnh9FtxE5GAHjl9yMgcfmD+Fdb8atTS6vdP0iJw0rSea3PCjBAz+J/Q1x9qXUxr90bFUf7pIP9a12p2M9537Hpfgm8Nv4hWIFUSaQxkMoI2ueMj0zivZtDuFS20+6WViLaUxshAB3Lxzz0wCOPRTXgGlXEivbXOUHmY+dei9Ov517N4Xm+2RSQhvluEWdRxnzARkc9ckE/8AAsdq8yV1I7PiRH8dLO1vrl5J3toInaKSK4dtuCqgAt6gEejECVzxivnSSfU4pXiIMTIxUo3UGvqv4hWdzrXgiL7JKVlVgMhGJBwcZII4HUggqcAEd6+YtWnu4b11s5bbyD9xbm1LugHG0nYeRjBwcbt1eph5uUdTyK8bSPJKVfXNNpx+7j1r2DyWWro77USbieAKoitDTVWe1uYMSGURM8YXGMr8xz7bQ/TvjtmqByOvfmkAUUUUgFp1Np1MB8Ss7BEG52ICr3Jr2D4Qwg6in2hYRs8uJWU/M42biPw2Y/E15Lax/KW2BnI4B6Aev6GvdvhdYNa6bbwSxKspV7hTtwy7mIweOy4/Osaz92xpSXvHT65aeVHBHtV98PQHuMkH8iK4TVbN11GONsYBIGTjJOSK9HuZTLPID/yzxnHXkHOP8965vxFZKNWh3ED5j1+n/wBevHkezTOa1Od3nmdT1+bpj6D9K5vx7Z79Nt5g2Cu8HjqByB+YA/Guxlswpy3cf0rO8V6Yj6AplkMYhKSSqDwx2gbcjqN2KMPK1Q1rR5qTOF8B6q9teCB3OB93J7ele9+F9WRrZXY9h3r5fYSW9wCNyPGcHPBBH+RXp3w+8TxSAQS/KQMNk/rXZiqf2onNg6/u+zluj3G/8RadYWnm3U23aOnc1wl58UcuVhhtyg6DYzEenQ8/lUl/ZaTqFmzzwJOx+6x5xWPLJLYj7NFaBUBBG2IcY+grkWquerSjHqPi8UeNL+XzbNr9UYk7mk8qMZ7D0H4Vu6PD4j1eTdquvyeQB8ywqNxJ7bj1HXt2rJstO8R6s5EdrMYmI5duwGBj6YrtdF0TULOAiUBM9c0zStKmo6Fu13WzLCrFlHc9aXUr9LezkmmbYijJNOvQlsheRwABmuF1jUJdRk2Rk+Qh6f3jWcnY4lqeba/eS33jQXsxJMxwgP8ACOgH9fxNSWMkfzlwwSMSAtjooU4/lSeJIfK1uByMANk/lSafkS3dlj+KRV9gwP8AXNdHxRTM1uzpNEY/2UJSFCrJubA7EZ/pXqXgfVPJt7UyNlo5lXYASQSGBPXgn6c8c815F4UuB5CwvxgCOQHuR0P5V2vhm4kW68o7f3g2hmXIVu3bj/8AXXBXVnc7KOsT6FtYIbm2ubVfKCXKCWJgu7aexAPBIIB/CvlrxZozaB4jvdNWOIRxyZjWYglVPQZAIPuQeua+j/Bt/wDa9E82METWhG8FvbPPPHHrzx2zU3iLwZoGu6j/AGjfaJbX8ska4kZjGwGOhAPJ75PPPtWmGq2icWIp2kfnv3oftSr1zTT1zX0bPny9oTbb2Q/PzbTj5Tg8xPVWUfJGf9n+pqxpTmO4kdevkSj80Yf1qo5yqj0FADactNpy0AOp6gcseg/WkFSAbgqeuWJ/z9KLCbLmkRNPeW8UY3SSvsCAHLkjGP6fjX0T4MO1GnV90SqoQkYO1QFx+IjBrxb4fWaSzzarIpMVlENsYCklixCgZI5HL5HZCa948MW/laLYl5GeV8yOSP8AZBP6ZP41yYiVlY6aEdblhJEOpTwbc7z3OCoZwuPft+ftVbxdAiajFNNIEB8sjPqVIx+Y/Wraxk308si/vftCxnngYdMn83P5VR8Ts4uIVuAjFAcqfmGU3lf5V5kj04lGe1YQ/aXRc8MmRnsc/wBKra7p0T6PepMoG+0Mg+XdjaS3Tv2rpbG3Eumxb0MhjQI+OwB2j+tNNu8kUSyIMTwzwY3DC7lyOain7s0zaU7waPmPVoN11PIgwqzMjegOeDj8h9e/OKo208ttMs0LlXU8EV0OvRhNTncxEBsNtYddwyR+II/T0rCu4lSYhPu4BH+Fe0pXPJ5bHongrxkrbLa/AQnjf/Ca9h8OTafPsk2o6HoQBivmzw+M3EP5H2r0DS3v7GPda3Dr32nkV59eKjLQ9PDzlKGp7/FqUEEO1eQPwrN1TxHbRKxLfTmvIT4g1uT5AyjPehVvbnBuJWKjovQVi2bci6nSa5rMurS7IiRb5wTn71QwWyiIblxmn2FuDj5cDtWr5eBwMVm1cq9jzHx9Zu8cjouMDOKyLGYzxxahGS0nlhLgYwcjBz+P+Ndz4qt/Mt5c98D+dcj4K01pdfk0wKfMxuQ/7PGP611UdY8pz1JOEkwEkthqa3ARTDK5BKt0yePy5x+HpXf2qhrZbjrwO5BPvj8qq654JvrG0LnDR4BwqnC/StXw94b1rTNKW51GJwkvzhNh+QH9Qe5H1+lYV6MnEqliIqWjO/8Ah54gW0uYJ52/dSgQuxPU5OB19en4/WvWhFKqjyAssZGVPmYx7Yr53s5jplyscqs0EnPytjcp9Ceh9D616roPifUNN02O1ikNzEBujl2EllIGM+/b/DoOCnNQbTOyrT53dHwJRRRX1h8mWLPIjuWBGRD/ADYD+tVz/Sprf/UXPvGB/wCPrUNNsApU5YCmVJHwwNCQDnGKfaxtNII1BJ9hk/lTHNb3g2zia7bUruNXtbQeYyuPlcggqp45BOAR1wSR0obsB2ekWcVrY2Gl4Adsz3p2k7XKYQYHPyqQMnGN7dDXsdqFgsoo1RV2xLHtA7nr+ma8e8Ki4u/ELi8R2muJVEwLEFVY8g4wCMjnj06V7BeM/wBneaLhui+zAY/qa87FM7cMiDT0BZnLqcuGBHQ5dQP/AB0/pVDxfKf7UZoQHIGQdvOd7HH5Yp+hoyRRGP7hmXB/2d5IP6VV8QzM99bzIoLqxRwfQBTj+dcTO5HQeF7hriN7aV/llDAbQAQc5PH0YAc96t3iKkIeSKVPIlV2HAJ3DLdPdG/A1kaLOUuwgIEhhDRk/wAJIRmP/jorbufJkspJ4CxTb52Y1HLZGR+CgihMctjwDx5ZNH4gu1eFk2TsWLdCM4H54A/CuTSCR4Z5VXdH0P1OcfyNem/Fex261dzSD/j6COGUnBBjUscY7Pu+vNZaaME8ISn7OrHLSNJ3UhcKPyL/AJCu5VNLnO4XOJ0VWilRiMjP9a9Q0WJZoADXBWVjJ9gguQh2sSCwGehx/UfnXe+GXAjTPesK7uddFcqsaS2AEg+UYrQt7f5R8gq1EiMgIFXrZV2Dgce1c9jVyGWdqdvAAxVi6+WI8VZt1AzxWfqc3zCJTjNNJkuVzE1KASISec074V6Ct58RPN2FoobRhIwH+0pC/jg/kakvWCxc16n8FfCtxp1hd6tqUTwy3zLsicc+Wo+XI7ck8emK68NBudzlxNaMYM6mDw+l7fQvNGrW0RDKpH3iOn681d8Q2Ec9qbfYpLcAAYrWMkMS4Xgnoo7063h3FncZZuo7AelelKPMrHiRqSTueN3/AIXmido2j8yA57evt3/z+GUB4m03Nrpl9GIAc4LHg/kcdq97uNOt5TyoH0FYN7o2lNcEtDAT7gV5lbLVJ3R7FHM2lZo/OaiiivTPKJEA+zyHODkDHr/nFRCn5/ckc/eFNp3AQdakTtUY61InamBIkbyuEjUs54UDua7m0tDZaWlqPkEIMly25QFJ4X3yCzYzyCT6CsTwbFYxtNqGoNmC3X5V6+ZI3CoAR2+Zifp0qxe31/q14TIzQxNNlUQ4Ckeg9cnHrwetQ1cD0n4Z28CSzsswuJYkHmTNyGJyDj0HUj2NdVrl39nsV3g4VucdiMHH5kVzXwvt4rLTWgWHEgUSFMnAB4wcjn72fxrU15jcTQweaApfLZ9B1rzsTq7HfhVpc1tGj8mSGNHOxRuZWPPCMT+prF16UyTrMjAZZyRjPO0D+o/KrYvWTUCQgUKkryY/i3AgfrWDqlwh8v3LN+O7Of0rlZ3I6OxugNQWMRnY4RPT74I6/QH9K6TwxPvnbT1KRrhowTyQrE8j8d1cFFOINUhuD/yzni/DjGf8+tdDZX6x6l8ijEr4z7YJz+ZpdQexj/EaGG7Wxn2iNkaS1kDNyzK24E+nD1T1CJofDM6yllJjwgB6gZz/ADP51reOZIxHdiRNsS6krsyqMfvFzk+3yqPwxVPxHe2t3olrDbyh22jOO/8Ae/pXRGL5bnOp62JfhZ4Wi1WJbG7jBiuLZyw2jAPGCM9D0I9wKyZ9LvPDuryaXfxskkR+ViMCRc4DD1Bx/Mdq7/wgt7aWdn9nuXtISyxSzIqsyI3YbgRyQBnH4Gu3vdGj1eK60vxBALxIWBtrshVkKsOCNv3WGMHHBwOMHFdEaHtIGcsS4T12PLdPYPHxV9FZDzxV7VfDVz4fn4JnsmOI5/T2b0P6H9KhDIf4qwdFxdmbqtFq6ZLasSGyOgrDunL3Rz2ra06G7vLo2tlC0srdAD+pJ6D3r0Twl4X07w9ALqQJdai2S07KMRk9Qg7DtnqefXA1p4dtmdXExgjK+HHgllePV9agKyKd0FtIMFD2Zx6+g7fy9HllUMUX5j6Vxkj69b/2XKL2Z5rmbfcWxVAkcew/KMDdkHZ/EQTk9MY6eB0iQAybyeGYH9BXoU4qCsjyqknJ3Zp2sKR/vJHVnPp2qWa8gtkBdlVfc15t49+J/h7wnaF9RvP3hyEgTDSSEdgPyGTwMjJFfOvj34s+KvGVybS2mfRdJkYgJE372QerP1H0GOuDmrsZKJ7d8Vfjxonh0y2OmP8A2pqAyphibCxHOCHfkL7jk+1fN3iD4m+OtZ1SW/k1me238LFbu0aIPQAH9Tk1Dc+GDbR70Cvnqo61ltaxqxBTBFI02OXoooqChf4D9RSV02n+BfFF74Tu/E6aYYdHtk8xrq4lSFXA4+QOQX5OBtzk8DniuZoAtaNpt7rGq22madA095dSrFDGCAWYnAGSQB9TwOp4r0b4weE/C/g220Tw3p7yXniYL5mqSpNuQbgMIExwSclehC4JB3Aje+CFrpvgfwbqXxV16JJZgGtNGgLKDJIeCR3BPIyMEIshwQRXlsmp6lrOvXWqXcz3OpXkpcsF5aRzjIAGBjPAGMcY6UrlbKxu2tssWlGBVeVYH3EgLgscLuyOq7io55PHrUljb5uI492DwCMHjnHsMYx0HbIr1DxY1v8ADj4XweFolR9b1gJJecoxhjJA28ZyB9wf8DIIPFeYWci+dDHnfvTeT06jCn/PrTUiJLlsej+GsRaVNMD/AKyRiMDpxwAPYbfxFM+1Ga43kE8tkkD7vHT8f5GoZZ2t7FYY3O/AjU54YkdR+f8AOq0CyMfIjKDzW8tGJ2qeg5ZjgZ684AzXl1dZHp0NIWL00rreyLk7RDhjnA4A4/UflWBdO+5F3dyB9S2P6mtPU4b3T9WvLG/ia3uFjxtJByGG7II4P1HaudlnLvGzDOc/zrLludCZp310yWMrs38bfyNbvnBGRtzKRgjB61Yi8I6Fa+Do/E/iXXJpbOdwEt9NCl/MY5Vd7cFgM5XAwQeflObC2XhrXreceGbvVEuLO1e5aC/RCJUXGdjIeCB2I5yOnNPlDmK3ju+W48Oaym9mzaIygLyjxyqd2fXH6V5z4NmuY3njmkbyoXICE8AA9vbg/lXWXN6r2d/aS/clsZ3b/aJQ8f8AjlO+G3gW51vw1L4jutX07TtPTcvmTSgyBgQqhwPuZOepzyMA5rqh8By3vM7zwXrtrd6dNb7/AJ9oGCeQfpXpT3SyPFKG2tJGM/5/GvKPDfhPQLu8MVj4sW6kjjMspSyeMKFwNwdmHAOP1ruJY45rnToo/EWnIqfukVZBI85OAvAIz+B7100pqKsc1WDk7o35ZIZoXhnAljcYZG6GuE1Pw7dRanHDp7g2knJduTF659fauivrzSLK7e1fWisseFkUQs+D9Rx+GasSrGbCK/fV2trZzw0tv94HoVXOTVOUZbmcITjsWNDtrbTLT7PaEtI3zSyN1kP+Ht/9erk1ysO1XuAHY4Cj1zXPWmpQzWV5dWs7LFaAeaJIgjbicL0JHOD+XvS6c5vPO1CWUpBbLu3Fc5c8Ko7dcfT8a0UlbQzlCTldmxq+uQQX7PLJ5cUcQGXOB371xPiXxvqE6NDoymOPkfaHUkfVV/x49jT7jT21jW3dYGuZCflTOY1x3x6Vbu9FhN6mnW11by3xDebwSluB1LEfTpjrwaXMuocrPljxlLPe+Kb24luJbmfzCrNI2SSBj8OnSkklZYYSvDDkGq0xJ1W5LzpcP5rEzJnbJyfmGQDgnJ5ANdt4i8Ff8I58PbfxFrctzDq2oShbDT4yF2Rjl5JARnoegxglc9SBTko7got7FvQ9Uhk02OOSeKOXkZkfaGz7/j/9esu703zJ3bekZyQVLA4Oa2PAvw/u9U8LnxPfa/ouh6M0bsskn76TeH24cZVQD6bieg288Ill4AQYPxJ04t3/AOKbmwD7ENz9alzRSg+p5DXs/hzwX4d+H3heHxj8Sbb7XqVyN2leHm4MhHIaYc+oyDwoOCGY7Bl/BTQtLsNN1H4l+JozJpehkCyt8j/S7zAKr3OFLKemMsCThWFcN418T6v4v8QT63rVx5txLwqLxHCgJ2xoOyjPTqSSSSSSUPZFvx5438ReNdTa91y9Z1BPk28eVhhHoq/pk5J4yTVfwH4du/FXiiz0a0ilbzXBmdFJ8qIEbmPYDnqeMkc81ufDTXvAuhWt7deJ/DNxreqK6tYqzr9nAAOQ6n+ocdOBjn2q5+Ill4Y+Ef8Awkun+FtJ0HUdSlEen2EKrgggHzJAFQkBPn4GMPFz81JsqKT3Zw/xxHiLxFqlr4c8MeGdYn8O+H0Fpbm2spnjklUbWbO0nAwEGSehIPzVN8CPhrq9v4kfxH4m0K/t7bSUE8FtLAUknn52bVYZO3Bbt8wTqM1ysfxW+KGv3kOlQeIrkz3cqwwpbxxQsXY4ADhVIySOSa7b4w+LNX8M2WkeBtO8Q6jPe2oFxqWofaZBNI7D5Y927IUhixU5wGQA/Kcor3L8zOM8fR+L9c8cXE+uaPe297q74s7eWPb8oZQiKeAQowM++Tya7uw8D6LZQ3tjf+IJH8TWWmPqVxBbRBoLZFwdkh67jkYwRjjjGN0nwhtbfR/D8/xA8S6vaw317vt9LnvyZPKUZDSAE7mYkN8owSFwCA9Z1re2+tW9z4S8ERS3cV1J9p1jW747ZLwqxZpZGP3IgecHnkcbid0Sk1sNQUndmak7TSQBdwKKWIIxy2f0zn9KsF2nAhiidyzbI1RSzO3TAGOScjijUrzSrbOlaSguYhgz6lKmJJmA4CD+BOvHU9z2HTeDbC38NaPL468QR4ht/wDkHWjrg3M+DtbJHAA6HB6Fv4RnllHU6k7Iz/ia6WfivTdG85Z5tK0S3srhlBA8wDcSM9iGU1y/hfRbrxD4i0/SLUENNIQ8gGREn8TnJHQds8nAHJFV2ubjUNRv9UvZjJc3EjTSOQPmLH9Bx0rt9PI8FfDRb5nKa/4jXbbMuA1tZ8FmBAON4IPUfeUjBQ1Ni+axkfE/W7DU9QttA0Ur/YOiL9ntQhUrM38cuQOSx785xnqxrc0lE8H/AA8uNdvgP7W1+3ax06JsgrAceZJ1HXIIb/c7Ma5n4WeH7PVry51TV5o7fQNKTz9Qldvvr/DGAOTuI7DOAQCCRmDx74nufF3iKXVZY1htxhLWJekcK5wP1yfcnoOA+UlzZnWkst5dm2iV5ZGVraNUUsxZ4zgADryxH412njGw1/QdK0jwP4e0PVLq3t2F7rl3aWsksUty4A2lwvzKi4A55+TPK1z/AMHNTTRLrxD4qnSIQWVpI8CSwqWluCQI0VyuR1+baQcEHBANczc+OPH3iq6ktZNd1e6eePyhaWjlEkB4IMce0NnPPHNdFOJhOeh2lvZpLEJAQM9q9E0RbXRvDlt4kmXM8cf2WxB6eaygFvwAPt97uBXI6Hp19cS2+n/ZZ4LuVlXyZ42R1J5+ZSMjHfiuh8c3ME32XSrMj7Dph8lflAZpQDvY8DnIx+Ge9a2s7GENNTV8P2+nrZza3rAE6RH5UkfJuJeuDnkjPJ/XjNRXVxcardSXt9IXkc/KOyr2UDsBTvFbNaSaboCsvkWVurSKjHDTN95jzz6j03GorfdMjCGNm2KXb0AHcntWiV9SZSa0Q68v420aDRtOgkV5ZPMum6F36Kg/2eh57+lbN3p7RWlvo/nCysdOXz766kUAPOw+4Bj5iAcDBPXHJAzmeGpYbA6h4iuFDW1gpEY/56StwoH+eMg1F44uZtVutG1NZybO8styxrJuVJFPzr9QSBnGePas38VjSOkbsjv/ABDtimsNEjNtbvzJO4zLMeeSew9h+mcVzHxG1Q+F/hneqny6lrhFsjMvMdtjLcMP4xkZHBz1BWt7RrI3d7HbKEBHzylm2hEHLMT244z7isf4manpHhq/t9e1iBbvVxHt0PSZlGLdOguJgCMYIyFGMMW24PMbkTFt6mR8GvAWmaZqWn6l4q8o6pLG17DYS/L9it0Bzcz54AzgKD3P+y2zi/iF4hvfH3j6SW280q8i2mmQAAHbu2qO3zMTk56E4zgVv6tq97oPwxe6u78zeIvGjGa4l3fPHZLkKMA4UPnAwANpZcfLgM+DV5/wi+meIfGNzDbyRWkC21mksKFpbuQ/IqMfmGF3FlUjKknnaMD11KdrKKLHxc0PUoNF07wV4b0m/n03RYxPf3FvaOYp7xhud9wGMKCQBxjLD+EV5BPZyzQ2zxDzB5WGEUbHYQzAg8de/wCIrtL7xX468V3ptJNX1bUHuF2G0tSUDgekUYCn3+Xmsi7u9Y0i4fTrxbyCaE4aJ2kiZCecFdy4POenerhsZzkmzp/iNcv/AMKT8AWWnea2lbbia5kB+Rrvecq3oy5lxnqG44FeV1KJ5ham286XyWcSNFuO0sAQGx0yATz7mohSsJs6f4XeGZPFnjOy0ry3e23ebdlQfliXryAdu4kIDjALCtj46+KYvEXjJ7PTpB/Y2kA2dhHHjy8KfndQGK4LDCkYGxUGBjFdl8Ori18NfBq+1rT5LNPEmvXD2FqYHJmhjXAYnnchXJbK/wB6EnqK8c1hUt7yayW2jjaF2jZgWJJBI9cVKd3Y0atA9K+B+n2eiaLrnxK1dcw6RGbfT4z0nuXABXucEMEOVIxIx6rx55qN9c6jqV1qN7KZrq6laaaQgDc7EljgcDJJ6cV6H8d9QtdFsNC+GmkXKXFpocCyXskZyk124JJ/Dcx4Jx5pH8NcT4aSC51qysZ7GC4inuERi5kBAZgDjaw/DP603orgldqJ678WvCmp654oi0uEf2N4R8NWcUJ1C8b9wiuAzOh6yMRsTAJyyjJGawZtXsTZp4Z8HW1zFpRIeRiubjUZAdqM2O2QdqYxznGcAVvitIunRaTpQlubuDyyyxXN3NIkQXCqFUvgcZH04rGhCrbXEka42hYkb3CgEfnmsG7q5tJcs3E9B0Hw1YeG7SPVvHWIWZFe10iLH2icnkGQD7icd8HqDg8NieN/Euo+Kr5bq8KwW0Y8u0touEtk7Aep4GT3wOgAAw4vNkuN9xPJNMxLSPIxZmOOpPcnFdN4K0/T9b1Wewu7BZFSEyB/NcHhgMcH/a/SspOyubQXM7F+KP4baQhjv9V1nWmCjzWsIFhiwMfL+8IY855Uj8Kn8YfEDwpr2vJqF94LnuhBEIYN+ptFlBllyqqRjJzgHvjJrlPELWllq11ZwabbmKGdo1LvIScHBz8/1qPSr/SGvlXVdIhEOQBKk0o8snuRu5HTpj8ai9ykry5T07wr4l8N694Wv9M1Xwnbab4a08C5vpYr5xulYny1CKA0jMRwGbA25zworxnXpoPm+yxta2ksjGOIvvaNAcgbjjcQOM8ZxV3Xbu7tpb7REmlGnwX8ksdrvOwyfd3n1IUAZPPX1Nc9rs7G0tgwVlaPewP6n9K0hG7sZVJWTPVZ/GXgDw7oml+FfDWif8JDE+b+WTVHVlhnkTAWSNRtdgp2kDAAAAJO41x2o/FXxjewm0sby30SwUYjtNKgW3SLg/cI+dfwbuayfh/Bpmoa3Fp9/YQyibK+bvdXHyH0YDqB2q14+tbDw9rkVlpdjAqvAJWeXdIckt2YkY49M+9bxspcpi4N0+e56H8IPEENloF9rl7dGbVYoXjtRI253mdyvmc9SoyTnsT61atwR4fwTk+ZknuSSa4j4c6lp06tY3tnDFKZBtlhVlyWHUjJAzgDgAfqa7y9hNlYvbs++MsGRj6ZHFacy5uUlwfs+ZbGuNc0HUpIrnWodTjvvKWOZrXY6TYGA53HIbHUdOBVXVtckurVbGzt/sWng7vKzueQ5yCz4BbGTgdqyLcI2GYZqS+c+UNtaWsY8xs+KNSsptK0nRdOlWaKCFbm7kVs77hx0+qg4/HHUGp/CtxFfaFN4bnk2ThzNp0jkBRJyTHnoN2Tj3J9hWJJbxJojalHHlmAONxwTuwaoRMzxS7vQD8zWUGpttGtWDptN9TrND8QWfh3S9RuZoN+tMfs8Vs8ZGwAckn0zwR1O0dOo8X0u2m8f/GOG31a7QfarovdySuVBihUtJyB8p2RtjoBkDgCuu1u9az0ye7Yh3jUuA38Tds/X+teP2cvkTeZ5SSY6q5YAjBBHykGtJR1uZqey6HX+O/Edn4m8fSajOJzpCzLDAkC/Mlqny/IGOFJG5sHjcxrt9b8b+BPC+j2Hh7w54atvEMMduLkT6lIros0q7sSxqu2R1VtucgpyoOQ2cPWdB0K08CRa7HpcZuHggdUM0pQM+3Ixuz3PfsK85dt8m7aq57LnH61nCSnc1rQlSl6nb6l8TfGWowtbWt7BpNpjCW2mwLAkY9FI+cf99VxF2881w8s8hkldizu/wAzMxOSST1JqxZnkjHWlvlWG5aN4XyPatEkjGTb3ObNAoNApAejfAGwXUfF91Aybtti7j2w6DP61yfjhPK8Z63FjldQnB/7+NXpv7IlqLr4iakjDIXSXP4+dDXnvxRXZ8SvE8Y6LrF2B/3+eso/xGdUnehH1MG0hlubmOGGJpZHYKiKCSxJwAAOpzXo2gra+GNe03SYzBca9cXUSXsyEMtkrOoMKnoZCOGb+HlRzk1nfZT4F00iQqviy8j+WPHz6XEw6sO07g8Dqg9GPy5ngFd3jnQ1fLb9Rt85Of8AlqlOXvRfYyg+SS7noHx7sHh8U6MgXGbZjn6NXL2ZzaRuf43MjD1PpXov7VMQtPFmh4Xn7G7D3w+a8zSRI7SFQcYTdt9jk/0rnivdR01/4rZr2T5upWx9xT+PT/Guw+DMLTeL7sAZxZOPoN8Y/nmuGs5PIspJW+9kD64/+vxXp37NkPneMLhGGT/Zkhf6+bF/XNTUXulUXaaZwnjEbfGWrpj/AFdzLz77j/n8axGMYjyw2hiST+n9MfhW58RFWHx/4gXGNuozFz6Dca5nz/tE6kZ2ocL9AP8A69EF7opv3mNu5pLm7uJ5WJlkbeW/2iTz+Zqh4nLvqccUhRSkKDJ4HT/HNXogksixsOrqhHpluv6Vn6yftOqzs+cKcKQeCB/OtqUdbmFWfQ2/hdEG8aaTCowJJiSTyT8jc/Trx7Vr/Hu3Fv40t0AH/HihyBj+N6z/AIL/AOkfFXQkwERpyAq9APLbH8q639o/TXm+JUNtbyW0ZXTImPn3UcI5eTu7KD+FXa1Zeg074ZrzPO/Csmy7lhJwHjLZ75U//XNe/fEKNLbSY03gSSSHC9yoU5P4Er+deSeC9O0Xw7rdprXifWLJjbSb4NPsZlu5Zn6LloyY1XnOGbnGMY5rqNQ8RXniXUZ724XyYlj2wQBiVjU9/cnucDoPQUTi51ItbIUJRp0Wm9WW7WX5FNPuJlMfNZtvLtjXntTp5cx/Ka6ZHFc7MwKfhkt0F+QAD/yNiuYZils209WX+Yr0OAm0+BK6gqRSyKBhZYw6nNyF5B4PXI98V50niK6tY2kex0q6G/Hly2MYXn/dAP61y0G/e9TvxKT5bvocl8Rb7ZowtCy5nkAIPdRzn8wv51wEXCnNfQmreAvD/wARPCEmreGRNp+rWhdWtPM3RedtVjGd+MAgrhgQOeRwQPnwKyjDDafTuK2jUUznnScLPoz2nxZbmP4D2FztGw29sOR9K8YzX0H48t4x+zJp0w6m2s8e2WWvn6Lyy2HzjuQM4FZYfZvzN8W7yXoPiLk5QdO/ar0czXWZltY5MnBcybdx9cE1mFkwW8wiEnsOX9qs6cjX0LTNPqMWHKhbWFWQDA7lxzz6Vu2chzxoFBoFSUe0fsh3X2X4h6m+M7tHkUfXzoapeNZrbwZ468QeJbhIbrxFe6pdTaXBIodLJGlYrdOp4LkHMangcOc/KKp/BTVtB8Kapd6tq+vW8RltzbJBHBM7curbiQmAPkA4z17Y55X4gPaX/ifUdWttat9QS7uHlQKsodVLHap3qOgwOCeKyUW6jfQ6XJKiktzDluZ7m5lubmaSe4mcvLJIxZnYnJYk9ST3ro/ATxr420J8526lbtj1xKtc1GvFdD4MWytfEumX9/qUFrb291HM4eORmYKwYgBFPPFaSfumEHeSPXf2rLlrjxBo0inlLORcev7xT/LNeWMcsR/cwo+mBXX/ABc8QeHfFNzps+l63C0lsWSSOS3mUupKkY+THGD1I61x9v8APctjoHzn/P4VzQTUVc6aslzto07sgwQ26HKtyR0PHP8AhXpn7Ol4LTxrdsxAH9lyLz6+bD/9f868v8xVfzWPIAAFdZ8Odc0bw/qVxqGoatDGHtzEI0jlYkllYkkLj+GoqK8S6Os0c78UrvzviBrgHKvqExYjjOWJrNtIl8qMjjhv51e8bjTNQ8VXeo6dq1tNb3EvmeX5cqurEDJOUx1z37iqCgCLj+41VHZBJ+8yPTXCPvPJZtx+i5NYNyCoM0RLxSNjOOVPPB79Bwe+D71rWzbbO4cDkK+D9VP+NYdu/ltnarqRhkYZDD0P+PUVtTOWe52vwSlC/FLQpTw6Tk5zjPyNXRftPXX2v4h20uc/8S2IZxjPzyVx/wAPrjS9F8U2ms3epxRWluS21onMmWRgF+VSOp9egz7VsfFbVNF8S6vBqthrdu+y3WBo3hmViQzNkHZjHzetNr96maR/gteZwi5Byv3h90+9em6RKhkLKcrJDuU+oyK81dNjY3BvcdK7XwlcGaG1OM4hKdfQ4P8AKtzkZumQhFAPan+YDFjvVWRscUwONpDSLGP7zZ/pQET143o/4UMLUtztTIx1/wBJBry2+ZPJRTxuk6/rXULrWi/8Ib/Yn9qIJPLGT5MhXdnd/dzjI64/wrjNaRfsYKanYwhAxEzOxUHHHAXd1x2rCg0r3OrELmaa7HY/s0aqo1DxZcq5Ile2KegA87H6YrxbxZfw6n4r1fULUf6Pc3000IxjCM5I/Q1vHxXZaD4UuPDPhl3ma6Ym91F4yhkBGCqKeQNuFyf9rAyc1yVpCkkgWS5itwTjfIGwP++QTVQT5nIU5rkjDse+eNr7d+zTptpux/otoMfRlr58MikNuY+UDz/tH/CvWfEXibwvf/DWDwxHr1sLuGCGPzHgnEbMhUtz5ecHBxx6V5JKgMhCyo6D7pUHH6gGpo6JrzHiWm012HxsZRuPA7DsK0PDssCWcgkaEEyk/PFbMcYH/PU7v6frVDIVQAKu6NPsgkHnBP3pOPMQdh/eRj+taM57nPinCminCgY6jFFKvWgLk8AHAqyxAXJA4qvCwByaJJdxwOlDYD7Ub7tOOS2a6S1KwRMW6k5rntPGbjJ7dPrWsGboeazmXEsPIXOT0qqwDxlmH8Qx7ZpTJywx0X1pAR5MmeMMP0rE2RPJGqEMOOAf0qRyTbNg4IGP5VXu5PkB9EFSW7CS3Yj0FNDbIbf5tNusf3MfqB/KsZVyK1LB2EVxGD94kD8jWZypKkcg1tAwluOglMW5SqvG4w6MOvuPQj1/oSCPD5R3I2+Bz8jYxt9iO36j3603Oamt541Vop4y8Lgg7TgqfUfkOO/twRZA+3WNlKPwyjIHrXR+EJQCkWdqoXUe/f8ArXMnMRMWdxADo2fvqef5c1r+EWA1FEx/e/lVJks7BjzTBtZgDR1qM8ODTJ8iZo1HSue8YSBLVIsZMmQPbkGt4PxXLeM5f3luuOoY5oGYGKRj68L3ozn+v0qKV9xwPuikxicvJyPlHQVZjXAHFQxD5qmJwKkojlyDzWhoIY2sm0TEeafuedjoP7nH9ay5STzU+nwl4C2Ij8x+9s/qwoA//9k=</binary></FictionBook>
