Пышка-попаданка для дракона-генерала Месса Лина ✅АНТИСТРЕСС✅БЫСТРАЯ ВЫКЛАДКА🔥 Слишком пышная для столичного жениха? Подумаешь! В другом мире я, суровая русская попаданка, и без него устроюсь: приведу в порядок заброшенную таверну, орков пирогами накормлю, бывшему нос утру! Вот только на мои булочки повадился облизываться генерал-дракон. А мне не до амура, когда на кону бизнес стоит! Сначала просто приходил на ланчи, а потом потребовал с меня личные ужины в собственном доме, подсовывая договор с пунктом о "телесном теплообмене"… Извольте, милорд! Я соглашалась вас КОРМИТЬ. Про согревать мы не договаривались! ✅ Попаданка с пышными формами и деловой хваткой ✅ Ледяной генерал-дракон, которому одной выпечки мало ✅ Ворчливый домовой и трое вечно голодных орков ✅ Обустраиваем таверну и личную жизнь ❤️ МИНИ. ХЭ 🫦 Легко, с юмором и огоньком, без стекла и сложных интриг 👀 ==================== Пролог Я — успешный кондитер, которая любит свое пышное дело и тело. Но не все в моей личной жизни так сладко, как на работе… Однажды после падения на кухне меня закинуло в другой мир. Там я заняла место опальной аристократки с такими же выдающимися внешними данными! У нее мое лицо, но совершенно другая судьба… Бывший жених сослал на разрушенную заставу у границы Диких Земель? Отлично, открою там лучшую таверну-кондитерскую с “доставкой” на дом! В кармане ни гроша? Ерунда, русские женщины просто так не сдаются! Торгаши отказываются дать муки и яиц в долг? Соберу продукты хитростью! Только на пути к вершине предпринимательской деятельности встала одна проблема: ко мне повадился ходить суровый ледяной дракон и гроза всей округи. А его голодный взгляд все чаще скользит не по сладостям, а по моим аппетитным изгибам... *** Если верить популярным книжкам, приличная попаданка должна перемещаться в другие миры красиво и с пафосом. Ну, там, героически спасти щеночка из-под колес летящего на красный свет грузовика. Или купить на блошином рынке загадочный кулон, который ночью засветится потусторонним светом. В крайнем случае — эффектно упасть со скалы в бушующее море из-за разбитого сердца и переродиться, чтобы вершить МЕСТЬ бывшим, настоящим и будущим. Как в другой мир попала я? Элементарно и максимально нелепо! Я, Мари, владелица небольшой, но гордой кондитерской, в конце изматывающей двойной смены зазевалась и поскользнулась на пролитой сгущенке. Взмах руками, эффектное сальто-мортале, глухой удар затылком об угол металлического стеллажа с кухонным инвентарем — и привет, новая реальность! Не ждали?! А Мари приперлась! И нет, я не проснулась в теле изящной эльфийки с осиной талией. Не повезло — так не повезло! Даже не принцессой и не знатной леди, по которой сохнет целый гарем симпатичных мужчин… К моему огромному — разочарованию? — облегчению, я пришла в себя в другом мире, но абсолютно в своем собственном и родненьком теле! Мой роскошный размер груди, мягкие бедра, которые я так люблю (Мечта Рубенса в чистом виде), и даже пятно от сахарной пудры на любимом рабочем фартуке — все осталось при мне. Получается, в разных мирах существовало две одинаковые внешне, но такие разные в своей судьбе Мари?.. Интересно, конечно, какие тут законы. На этом “хорошие” новости заканчивались. Оказывается, у моего “двойника” тут сложилась весьма незавидная судьба. Если Мари (то есть я) в моей реальности была боевой дамочкой, то Мари из этой… Ну, так скажем… Не отличалась умом и манерами. Вышвырнули меня, оказывается, на богами забытую заставу у границы Диких Земель не просто так. Постарался бывший женишок — напыщенный столичный индюк, лорд Эвальд. Эта костлявая моль в бархатных панталонах заявил, что я стала слишком... Объемная для его тонкой душевной организации. А когда та Мари в сердцах запустила в него тортом на глазах у всего высшего света (вот за это мое искреннее уважение, девочка!), оскорбленный хлыщ использовал свои связи, чтобы лишить ее всего и сослать в эту глухомань без гроша в кармане. — Ну и катись колбаской по Малой Спасской, Эвальд, — пробормотала я, с кряхтением сползая с колченогой кровати до того, как мне на лицо успел упасть жирнющий паук, плетущий паутину прямо над головой. — Женщина без форм все равно, что квартира без мебели! Уют не создашь… Я огляделась. Если это мое новое имущество, то мстительный бывший постарался на пятерку с плюсом. Однако… Жизненно даже получается, прямо как в студенческие годы, когда снимаешь первую убитую однушку на окраине, только тут вместо вредной бабки-хозяйки, которая контролирует, во сколько ты приходишь домой, когда моешься и используешь стиралку, лишь суровая средневековая хтонь, грязь и разруха. Судя по тому, как с дырявой крыши бодро капала дождевая вода, а массивная каменная печь стояла наполовину сломанной, прежняя Мари не заморачивалась с обустройством быта. Некогда просторная кухня до самого потолка заросла паутиной и мусором, где-то рядом нечто пискнуло и зашуршало, окна помутнели от вековой пыли, едва пропуская унылую утреннюю серость внутрь. — Ну шикарно! — я брезгливо топнула ногой по гнилым скрипящим половицам, прогоняя незваных усато-хвостатых соседей. — Квартирный вопрос испортил не только москвичей, но и попаданок. Желудок издал протяжный и жалобный стон, напоминая, что последним моим ужином был недоеденный круассан часов эдак восемь назад. Надо было срочно решать вопрос с пропитанием… — Ладно, Мари, ты же пробивная баба! В Москве без связей кондитерскую открыла, неужели в какой-то глуши не справишься? — подбодрила я себя и, решительно поправив декольте, шагнула за дверь. Выбравшись из своих новых “хором” на улицу, я первым делом отправилась на разведку. Поселение больше всего напоминало декорации к мрачному историческому фильму: сырость, непролазная грязь по колено, покосившиеся здания, хмурые бородатые лица прохожих (я уже молчу о том, что это были в основном гномы, орки и потрепанные жизнью людишки сомнительной наружности) и полнейшее отсутствие хоть какого-то намека на цивилизацию. Как вообще можно жить без банальной инфраструктуры?! Впрочем, меня “приветливо” встретила царящая в этих землях нищета, голод и сборная солянка из необычных на вид существ (оставалось надеяться, что разумных). Порывшись в складках лифа, я подвела неутешительный финансовый итог — мой стартовый капитал был равен нулю. Ни кредитки, ни завалящего серебряного, ни даже медного гроша за душой. Дырка от бублика — это нынче состояние на моем счету, а не один из десертов на прилавке. Сделав глубокий вдох и натянув на лицо свою самую обаятельную улыбку, от которой обычно таяли даже самые строгие налоговые инспекторы и хмурые поставщики, я подошла к пузатому лавочнику на местном “рынке”, выгибаясь так, чтобы подчеркнуть все хорошее и скрыть лишнее. — Мужчина, добрый день! А не одолжите ли вы милой девушке немного муки, десяток яиц и вон тот кусочек мяса? — проворковала я. — Верну с процентами, как только налажу производство! ---------- Глава 1 Жалеть себя — это, конечно, приятно, но совершенно нерентабельно. Я решительно засучила рукава и взялась за уборку. Вооружившись полулысой метлой, найденной в углу, я начала методично отвоевывать комнаты у грязи. Пыль стояла столбом, вся живность в панике собирала чемоданы, а я, напевая себе под нос веселенький мотивчик, яростно мыла полы и прочие поверхности. И тут вдруг посреди процесса в меня прилетела деревянная ложка. Следом за ложкой отправилась надколотая кружка, просвистев в опасной близости от моего уха. — А ну пошла отсюда, человечка! — раздался скрипучий голос из-под покосившегося пустого шкафа. — Ходят тут всякие, пыль мне тревожат! Я эту пыль столько лет копил! Я уперла руки в бока и прищурилась. Во время наведения порядка я наткнулась на ворчливого домового, который явно вознамерился выжить меня из моего же дома. Существо напоминало гибрид енота и очень злого деда: лохматое, хвостатое, ростом мне до середины голени, в крошечном тулупчике наизнанку и с глазами-пуговками, горящими праведным гневом. — Так, стоп, митингующий! — рявкнула я, перехватив метлу на манер биты. — Если ты до сих пор не понял, то теперь мы живем вместе. И либо мы договариваемся, как цивилизованные существа, либо я сейчас этой самой метлой вымету тебя вместе с твоей драгоценной пылью на мороз! Домовой опешил. Видимо, прошлые хозяева этих шикарных “апартаментов” при виде него падали в обморок, а не угрожали физической расправой. — Шишок я, — буркнул он и подозрительно покосился на метлу в моих руках. — Но ты это... Не бушуй, баба. Чего раскомандовалась-то на голодный желудок? Тут мой живот предательски и очень громко заурчал, подтверждая слова мелкого вредителя. — Твоя правда, Шишок, — я миролюбиво опустила свое "оружие". — Давай заключать перемирие. Я бы с удовольствием приготовила нам обоим поесть, но местные жлобы на рынке мне ничего не продали. У тебя тут, случайно, стратегических запасов не осталось? Шишок помялся, почесал мохнатое ухо и, тяжело вздохнув, поманил меня за собой. В глубоком подвале на заднем дворе обнаружилась настоящая сокровищница: крошечный, но сухой мешочек приличной пшеничной муки, крынка с остатками топленого масла, кувшин колодезной воды и десяток странных голубоватых яиц в соломе. Ну и всякое по мелочи — травяные сборы, сушеные овощи, корешки и сомнительные корнеплоды. — Тут недалеко дикие куры несутся, — гордо пояснил домовой, с восхищением разглядывая свои ценные запасы, над которыми, очевидно, трясся тут годами. — Я собирал… На черный день. — Считай, что этот день настал! — обрадовалась я и потерла руки от предвкушения. Но для начала пришлось “починить” печку — вернуть вывалившиеся кирпичи на их законное место и сделать вид, что так и должно быть. Вышло, конечно, не очень безопасно, но один край все еще функционировал. Я развела небольшой огонь, нашла чугунную сковородку поприличнее и пустила в ход свои таланты. Взбила голубые яйца с водой, добавила муку, щепотку какой-то найденной в заначке домового пряной травки — и вуаля! Через пятнадцать минут по заброшенному зданию поплыл такой божественный аромат жареного теста на топленом масле, что даже Шишок замер в восхищении. Я напекла целую гору золотистых и пышных оладушек с хрустящей корочкой. Шишок передвигался быстро и незаметно, поэтому я даже не успела среагировать, когда он взобрался на покосившийся стол и стащил один оладушек. — Ох, матушка... Да за такую стряпню я тебе не то что пыль, я тебе весь дом вылижу! Меня охватила такая гордость, что я не сдержала победной улыбки. С этого момента бывший вредитель окончательно сдался — официально вступил в должность моего главного помощника и будущего кладовщика. — Мари, ты ешь, ешь, — приговаривал он, придвигая ко мне тарелку. — Тебе худеть никак нельзя. Хорошего человека должно быть много, а то вон монстры утащат, кто ж мне готовить будет? — Не до монстров мне сейчас, Шишок. Какие еще монстры? Потом о них подумаю. Оладушки — оладушками, но для серьезного бизнеса нужен капитал. Я собрала оставшиеся несколько порций в чистую тряпицу и отправилась в поселение. Аромат сделал свое дело: проходящий мимо сонный священнослужитель купил у меня все сразу за три медяка. На эти деньги я, с гордо поднятой головой пройдя мимо жадных торговцев, выменяла у старенькой крестьянки нормального мяса, лука и свежих дрожжей. Вернувшись домой, я сразу замесила тесто. Пришло время тяжелой артиллерии! Приготовила огромный, сочный, истекающий горячим бульоном мясной пирог. Запах получился такой, что его, наверное, можно было использовать как биологическое оружие массового поражения — настолько он сшибал с ног. Распахнула ставни на большом окошке у порога и поставила пирог на подоконник. Ждать пришлось недолго. По улице вразвалочку шли трое наемников. Это были здоровенные зеленокожие орки: клыкастые, закованные в потертую кожу и металл, с лицами, не обезображенными интеллектом, но явно обезображенными голодом. Они синхронно остановились, втянули носами воздух и повернулись к моему окну. Я облокотилась на косяк, выгодно подчеркнув свое декольте, и мило улыбнулась им: — Уважаемые! Вижу, вы парни крепкие. И явно с руками из нужного места, — до кучи похлопала пышными ресницами, чтоб уж наверняка. — А не поможете ли барышне в трудной ситуации? Орки переглянулись. Самый крупный со шрамом через всю щеку подошел ближе, гипнотизируя пирог взглядом и едва не захлебываясь слюной: — Чего тебе, женщина? — пробасил он недоверчиво. — Предлагаю взаимовыгодный бартер, — я похлопала по деревянной раме. — У меня течет крыша и развалилась печь. Ну и в целом здание в печальном состоянии… Сможете починить? А в качестве оплаты я вам вот этот пирог отдам. И еще по такому же сытному пирогу каждому, когда закончите работу. И пока процесс не закончится, подкармливать буду… Идет? Орк перевел взгляд с моей аппетитной выпечки на мои не менее аппетитные формы и громко сглотнул. ---------- Глава 2 Постепенно здание приобрело более жилой вид: Тор, Тар и Тыр — так “интересно” звали троицу орков — оказались славными и рукастыми ребятами. Они не стали просить с меня угощений в первый же день, а дали время раздобыть продукты, пока занимались ремонтом моей лачуги. Вошли в положение бедной сосланной женщины, так сказать. К тому же, орки подошли к делу с поразительной практичностью. Оказалось, что в этом мире классический ремонт с молотком и гвоздями — прошлый век. В первый же день здоровяк Тор приволок на широком плече странный холщовый мешок, из которого подозрительно пахло гнилью. — Гномья саморастущая замазка, — коротко и басисто пояснил Тор, заметив мой скептический взгляд. — Печь к вечеру будет как новая! И ведь не соврал. Они просто обмазали полуразрушенную каменную кладку этой вязкой серой жижей, Тар щелкнул пальцами, высекая крошечную искру, и смесь мгновенно вспенилась. Она на глазах затвердела и намертво сцепила кирпичи. Я только рот открыла от такого строительного экспресса. Если бы в моем родном мире ипотечные новостройки так сдавали, мы бы жили в раю! С крышей разобрался Тыр, самый молчаливый из троицы. Он использовал какие-то зачарованные смоляные листы. Под воздействием солнечного света они сами расползались по дырам, словно живые, и намертво приклеивались к старым доскам, образуя непробиваемый монолитный панцирь от любой непогоды. Ворчливый домовой изначально был не очень доволен такому частому появлению орков на пороге. Он постоянно путался у них под ногами и ворчал, что "зеленокожие зазря топчут его владения". Но в итоге сдался и смирился, когда впервые за долгое время мы ночевали в тепле и уюте. Крыша перестала протекать во время осадков, сквозь окна, которые орки оттерли каким-то едким, но действенным алхимическим раствором, в дом проникал естественный свет — и даже дышалось внутри как-то легче, живее. Глядя на то, как споро и слаженно работают эти суровые ребята, я понимала: мне некогда сидеть сложа руки — передо мной остро встал вопрос продовольствия. Статус ссыльной с изначально нулевым капиталом диктовал жесткие условия выживания. Накормить троих взрослых орков сытными мясными пирогами — это вам не канапешки шпажками протыкать. Тут промышленные масштабы нужны! Местные торговцы по-прежнему смотрели на меня, как на прокаженную, и в долг давать отказывались. Значит, пришло время переходить к плану “Б” — экспроприации излишков у “зажиточного” населения (опустим момент, что это богом забытая застава). Мой новоиспеченный компаньон оказался не только отличным кладовщиком, но и гениальным стратегом. Именно он показал мне, где можно “позаимствовать” такие стратегически важные ресурсы, как пшеница, яйца и корнеплоды. И вот, когда на небо восходила большая полная луна, мы отправлялись на вылазки. Обмотав голову каким-то темным платком и вооружившись мешком, я кралась по чужим полям и огородам, как грациозный — насколько позволяли мои формы — ниндзя. Мы обносили угодья того самого пузатого лавочника, который так грубо послал меня на рынке. — Шишок, а если нас поймают? — шепотом спросила я, выдергивая из земли очередную упитанную то ли морковку, то ли редьку. — У них тут собаки размером с теленка! — Не боись, хозяйка, — деловито кряхтел домовой, ловко собирая колоски пшеницы. — Я на наши следы “морок отвода глаз” накидываю. Собаки спят, сторожам мерещится туман. Конечно, я понимала, что вечно это продолжаться не может — и когда-нибудь мне придется выйти на честную трапу торговли. Пузатый жмот рано или поздно заметит недостачу на своих скупых огородах и поднимет бучу. Наверняка наймет каких-нибудь головорезов или натравит на меня местную гильдию воров, чтобы выбить долги и прикрыть мою лавочку. Но проблемы нужно решать по мере их поступления. А сейчас мне нужно мясо. Много мяса! — Слушай, — обратилась я к Шишку, когда мы — ну как “мы”, вообще-то я одна, а мелкий крался рядом — тащили мешок с добычей в дом. — На одних корнеплодах пирог для наемников не уедет. Где тут у вас дичь водится? Шишок нервно дернул мохнатым ухом: — В подлеске у границы Диких земель… Но там монстры, Мари! Сожрут твою выдающуюся красоту и не подавятся! — Это мы еще посмотрим, кто кого сожрет, — мстительно прищурилась я. На следующее утро я встала с первыми петухами, чтобы состряпать что-нибудь вкусненькое на скорую руку: вот-вот придут заканчивать с ремонтом и вывозом мусора мои зеленые мальчишки, так что мне придется угостить их чем-нибудь для поднятия настроения. Да и вообще, переступая порог моего дома, Тор первым делом спрашивал, смущенно опустив глаза в пол: — Хозяйка, что в меню сегодня? Оставив троицу впахивать, я прихватила свою верную тяжелую чугунную сковородку и, соврав, что иду гулять, отправилась в подлесок. Дичь обнаружилась быстро. Местная фауна была представлена пустошными броне-свинками — существами размером с хорошего поросенка, покрытыми жесткой щетиной и вооруженными внушительными клыками. Один такой “пятачок” как раз с хрустом пережевывал какую-то корягу, когда я выскочила на поляну. Свинка взвизгнула, оценив мои габариты, и бросилась в атаку, намереваясь протаранить меня клыками. — А ну стоять, бекон! — рявкнула я, применяя свой лучший командирский голос, которым обычно разгоняла нерадивых бухущих посетителей под конец смены, что неведомым образом залетали в мою кондитерскую для наведения суеты, а не истребления оставшихся сладостей. Я ловко крутанулась на месте (не зря на фитнес ходила, пока колено не сорвала!) и от души приложила несущегося на меня хряка чугунной сковородкой прямо по лбу. ДЗЫНЬ! Звук был такой, словно я ударила в церковный колокол. Броне-свинка хрюкнула, ее глаза съехались к переносице, и она послушно завалилась на бок. Готово! — Ну вот, а ты боялся, — гордо сказала я подоспевшему Шишку, закидывая тушу на импровизированные волокуши из веток. — Будет нашим оркам такой мясной пирог, что они мне и третий этаж живенько пристроят! ---------- Глава 3 Когда в дверь моей скромной и пока еще закрытой для широкой публики обители вежливо (насколько это возможно для трехметровых зеленокожих амбалов) постучали Тор, Тар и Тыр, я ожидала увидеть лишь их голодные глаза и увлажненные слюнями губы. Но ребята превзошли сами себя. На своих могучих и натренированных плечах они втащили в зал массивный дубовый стол, покрытый затейливой резьбой, и четыре добротных, хотя и слегка поцарапанных стула. — Мальчики, это что за роскошь? — ахнула я для вида, хотя была впечатлена их внезапным душевным порывом больше, чем удивлена. Все-таки повезло мне встретить их в тот день с пирогом. Опоздала бы ненадолго — и такое сокровище досталось бы кому-то другому! Даже не знаю, каких местных божков благодарить за такое снисхождение. — У нас в договоре меблировка не значилась. Или я чего-то не помню? Конечно, выпендривалась я чисто для поддержания роли несчастной ссыльной аристократки. — А это, хозяйка, бонус, — басовито хохотнул Тор, ловко сгружая стол в центр прибранного зала. — У нас с кланом Ржавой Кирки давние счеты. Мы к этим гоблинам на обратном пути заглянули... В общем, им теперь за столом сидеть без надобности с поломанными ногами. А тебе пригодится. Поломанные ноги? Какой ужас! Но я тут за себя и свои булки пекусь поболее, чем за чужие конечности. Не буду лукавить душой. Мы немного повозились с конфискованной мебелью и уселись за стол, на котором гордо стояло по три обещанных пирога на каждую клыкастую зеленую рожу. В качестве основного блюда я подала тушеную в горшочках пустошную броне-свинку — ту самую, что победила собственными руками. Мясо, которое я предварительно отбила и замариновала в диких травах, таяло во рту и источало поистине слюноотделительный аромат. Орки уплетали еду так, что за маленькими зелеными ушами трещало. Но я-то на опыте знала: путь к лояльности клиента лежит через идеальный десерт, которым обычно шлифуют сверху все то, что было проглочено до. Будучи профессиональным кондитером, я не могла обойтись без сладкого. Правда, для своего коронного десерта пришлось использовать местные аналоги: вместо бельгийского шоколада — растертый в порошок корень горького терновника. Густой сироп, который Шишок бережно хранил в маленьком флаконе, работал как идеальный симбиоз жгучей корицы и соленой карамели. Пыльца фейри заменяла сахарную пудру и, как заверил домовой, гарантировала кратковременную и легкую эйфорию, снимающую тяжесть с желудка. Завершала все это великолепие лунная морошка — полупрозрачные ягоды, которые светились в темноте и взрывались на языке освежающей кислинкой. С некоторым трепетом и волнением я поставила перед орками дымящуюся тарелку: — А это настоящий вулкан наслаждения. Ну же, пробуйте! Тор осторожно подцепил кусочек ложкой. Тонкий бисквит прорвался — и на тарелку медленно вытекла горячая шоколадно-карамельная лава, подсвеченная синим соком лунной морошки. Орк отправил десерт в рот, замер и закрыл глаза. — Клянусь топором прадеда... — прошептал немногословный Тыр, последовав примеру старшего товарища. — У меня в ушах ангелы поют. Маленькие такие и с арфами. — И лепестками роз посыпают, — всхлипнул Тар, смахнув скупую мужскую слезу указательным пальцем с обрубленным в мясо ногтем. — Меня так даже мама не кормила! Я поняла, что клиент созрел. Поправив вырез платья, чтобы мои аппетитные формы предстали в самом выгодном свете, я изящно облокотилась на дубовый стол и слегка наклонилась к размякшим наемникам. — Мальчики, — мой голос зазвучал бархатно и интимно. — Вы ведь на заставе не последние шишки, верно? Орки синхронно закивали, не в силах оторваться от моего декольте и забыть тот самый вкус, растекающийся на языке. — Так вот. Моя забегаловка скоро официально открывается. Но местные торговцы-жлобы меня недолюбливают. Мне нужен, так сказать, сарафанный радиопередатчик. Если вы будете рекомендовать мое заведение своим знакомым, патрульным, стражникам и наемникам — короче, всем на ближайших территориях, — я гарантирую вам персональную скидку в 15% на все меню. Тыр стукнул пудовым кулаком по столу так, что подпрыгнули тарелки с ложками. — Да за такие харчи мы им сами ноги переломаем, если они к тебе жрать не придут! — рявкнул он с небывалым энтузиазмом, чем поразил не только меня, но и своих братьев. — Завтра же весь гарнизон будет знать, что у леди Мари готовят так, что боги плачут от зависти! — поддержал Тор. — Вот и славно, — я очаровательно улыбнулась. Бизнес-план начал реализовываться. У меня была крыша над головой, гениальный лохматый завхоз под веником, первые восторженные фанаты и уникальное меню. Теперь оставалось только ждать, когда на запах этих божественных десертов слетятся рыбки покрупнее. ---------- Глава 4 Отсиживаться в четырех, пусть теперь и отремонтированных, стенах было не в моих правилах. Любой уважающий себя ресторатор знает: чтобы бизнес процветал, нужно знать свою целевую аудиторию в лицо, изучить конкурентов и оценить проходимость улиц. Пришло время для разведки боем. Я сделала все свои утренние дела, замесила тесто и нашла в кладовой вполне сносную плетеную корзинку. — Я с тобой пойду, — безапелляционно заявил Шишок, вылезая из-под веника. — Ты баба видная, а тут гарнизон дикий. — И как ты пойдешь? — хмыкнула я. — Местные примут тебя за перекормленную крысу-мутанта и прибьют лопатой. — А я в корзинке спрячусь, — домовой ловко запрыгнул внутрь и свернулся клубочком. Накрыв моего мохнатого секьюрити чистым льняным платком, я гордо выплыла на улицу. Застава жила своей суровой и грязной жизнью. Где-то лязгало оружие, ругались местные, а на улицах пахло незабываемой первобытной “деревенской” какофонией — конским навозом, кострами, перегаром и сыростью. Завидев меня, хмурые жители заставы замолкали и провожали взглядом. Еще бы! Я шла так, как подобает уверенной в себе женщине: спина прямая, грудь вперед, бедра плавно покачиваются в такт шагам. Местная грязь под ногами, конечно, немного портила дефиле, но я старалась ступать максимально грациозно. — Правее бери, лужа там, — глухо бубнила корзинка голосом Шишка. — Куда прешь, орясина! Ой, это я не тебе, хозяйка, это вон тому орку слепому... Да уж, виды тут были весьма безнадежными. Глухомань глухоманью, где по ночам с криками отбивались от стай диких монстров где-то у границ, а обычные селяне вроде меня только потуже захлопывали ставни на окнах. А то мало ли что. Перспективы для бизнеса, мягко говоря, удручающие… Это вам не Москва с полностью населения в тридцать тысяч человек в Зябликово на один квадратный километр. Но закрепиться унынию не позволил тяжелый и липкий взгляд, который я почувствовала спиной. Я обернулась и наткнулась на коренастого широкоплечего гнома с густой рыжей бородой, заплетенной в две косы. Он стоял у входа в просторный навес, откуда приветливо тянуло свежей древесной стружкой и лаком, и смотрел на меня так, словно я была слитком чистейшего золота. Его маленький и скрытый растительностью рот был приоткрыт, а в глазах плескался благоговейный восторг. — Великая Наковальня... — выдохнул гном, осторожно делая шаг в мою сторону. — Клянусь бородой прадеда, я никогда не видел столь неописуемой красоты! Корзинка в моих руках подозрительно хрюкнула. Я легонько встряхнула ее, чтобы домовой не ржал в голос, и включила режим “кокетливая недотрога”. — Благодарю за столь... Необычный комплимент, уважаемый, — я скромно опустила ресницы. — Я леди Мари, новая владелица таверны на окраине. — Мастер Фаргус! — гном ударил себя кулаком в мощную грудь, отчего с его фартука полетела древесная пыль. Я откашлялась и мило улыбнулась. — Лучший плотник и резчик по дереву на всей заставе! Леди Мари, ваши формы... Ваши изгибы... Они совершенны! Худые эльфийки и гномихи — это тьфу, щепки для растопки! Ого, вот так сразу и напролом? К таким подкатам я была не готова! Фаргус подошел ближе и преданно заглянул мне в глаза с “могучей” высоты своего роста. А он забавный... И тут в моей голове, настроенной четко на бизнес-волну, щелкнул кассовый аппарат: лучший плотник на заставе. Влюбленный по уши с первого взгляда. Надо ковать железо, пока горячо! Я тяжело и с надрывом вздохнула, прижав свободную руку к выдающейся груди. — Ох, мастер Фаргус... Приятно слышать такие слова одинокой женщине. Я ведь только открываю свою таверну. Хочу кормить уставших воинов горячими пирогами, дарить им уют... — Святое дело! — горячо поддержал гном. — Но, увы! — я пустила в голос немного драматичной хрипотцы. — Разве может бедная ссыльная женщина обустроить все сама? Мой зал почти пуст. У меня есть лишь один старый стол. Мои гости будут вынуждены есть стоя... Ах, если бы только у меня были добротные, широкие столы и крепкие скамьи! Но где же их взять?.. Фаргус побагровел от нахлынувших чувств. Его усы воинственно встопорщились, улавливая посылаемые мной вибрации флирта и кокетства. — Есть стоя?! В заведении такой роскошной женщины?! Да ни за что! Леди Мари, моя мастерская в вашем распоряжении! Я сам вырежу вам такие столы и скамьи, что они выдержат роту пьяных троллей! — О, мастер Фаргус... — я захлопала ресницами, изображая безмерное восхищение пополам с трагедией. — Но чем же я расплачусь? У меня совсем нет золота... — Золото — тлен! — отмахнулся плотник. — Ваша улыбка и, может быть... Эксклюзивное право ужинать за лучшим столиком и любоваться вами будут достойной оплатой моим трудам. — И неиссякаемый запас моих фирменных кексов, — милостиво добавила я. — По рукам? — По рукам! — гном был готов прямо сейчас бежать в лес валить вековые дубы голыми руками. Я очаровательно улыбнулась ему на прощание и плавной походкой двинулась дальше по улице. — Ну ты и аферистка, хозяйка, — восхищенно прошептал Шишок из-под платка, как только мы отошли на безопасное от мастерской расстояние. — Ограбила гнома, а он еще и счастлив! — Это не грабеж, Шишок. Это бартерные инвестиции в малый бизнес! Первый выход в свет оказался более чем удачным. Меблировка таверны была обеспечена, осталось только продумать меню, которое окончательно сведет с ума местный контингент… Пока мне удалось узнать, что споро прут пирожки у вояк, которые уходят в патрули утром и вечером. Так что мой “подоконник” стал первой официальной торговой точкой для желающих полакомиться мелкой выпечкой и сладостями. Подготовка к официальному открытию моей таверны, которую мы с Шишком после долгих споров решили назвать “Сладкая пустошь”, шла полным ходом. ---------- Глава 5 Мастер Фаргус оказался мужчиной слова и дела. Уже на следующее утро после нашей встречи он притащил в мой зал первый обеденный стол, которым можно смело таранить крепостные ворота. Чтобы подбодрить своего внезапного “ухажера” и “партнера по бизнесу”, я захаживала к нему в мастерскую со своими неизменными гостинцами. Гном работал с фанатичным блеском в глазах, стружка летела во все стороны, а когда он смотрел на мои покачивающиеся бедра или декольте, скорость работы его рубанка увеличивалась вдвое. — Для вас, леди Мари, только лучший массив! — басил Фаргус, устанавливая роскошную “барную” стойку, за которой я чувствовала себя настоящей королевой всей заставы и которая отгораживала основной зал от прохода в кухню. — Ни один пьянчуга не проломит! Пока влюбленный плотник закрывал вопрос с мебельным инвентарем, подключив какого-то дальнего родственника на седьмом киселе по поводу кухонной утвари, передо мной стояла задача поважнее — мощная продуктовая база. Тор, Тар и Тыр исправно наведывались в гости и иногда приносили с собой то целый мешок отличной муки, то бочонок меда или местной выпивки, прозрачно намекая, что “позаимствовали” это у каких-то наглых контрабандистов и не прочь бы теперь отобедать. Но мука и мед — это только база. Мне нужны были овощи, яйца и кое-какие деликатесы. Поэтому с наступлением темноты мы с Шишком снова выходили на тропу войны: охотились на рассады, живность, обносили кусты с пряными травами, обдирали деревья с отборными яблоками и собирали с поляны лунную морошку при свете чужих небесных светил. Действовали быстро, незаметно и профессионально — нам бы сама гильдия воров позавидовала! Постепенно у меня копились первые деньги, которые я собиралась потратить на разведение домашнего скота на заднем дворе с покосившимся забором. В один из особенно утомительных вечеров я оглядела зал, который душевно пах свежим деревом, лаком, ванилью и запекающимся мясом, почувствовала гордость за свою находчивость и оптимизм, а потом утерла набежавшие на глаза слезы в предвкушении будущего триумфа. Если кто-то действительно верил, что та Мари просто глупо умерла в своей кондитерской, а эта — приняла свою незавидную судьбу (смерть в нищете) опальной и никому ненужной аристократки, то я бы рассмеялась в лица этих невеж. Выкусите все! Я еще задам жару в этих трущобах! Официальное открытие было назначено на следующее утро. Так что я волновалась и по десятку раз перепроверила все заготовки, тарелки, кастрюльки, печку… Как вдруг в мою дверь постучали. Да так нагло и требовательно, что Шишок на всякий случай нырнул под барную стойку. Я устало поправила декольте привычным движением рук и распахнула дверь, ожидая увидеть там очередного голодного селянина или солдата. Но на пороге стоял совершенно другой типаж. Это был высокий, до неприличия тощий мужчина в щегольском, но пыльном камзоле. Его лицо напоминало мордочку хорька: узкий нос, бегающие блестящие глазки и тонкие, презрительно поджатые губешки. Подмышкой он сжимал толстую кожаную папку, не сулящую ничего позитивного. — Леди Мари? — бросил с порога он, окинув мою выдающуюся фигуру совершенно не мужским, а каким-то оценивающе-бухгалтерским взглядом. — Она самая, — я очаровательно улыбнулась. — Чем могу помочь? Таверна еще не открыта, но для хорошего человека могу предложить чашечку травяного чая. — Заместитель коменданта по надзору и сборам, господин Вормут, — мужчина сухо кашлянул, проигнорировав мое гостеприимство, и бесцеремонно протиснулся мимо меня в зал. Брезгливо провел пальцем по новенькой барной стойке Фаргуса, принюхался к царящим ароматам и поморщился. А мне захотелось ему треснуть. — До меня дошли весьма… Тревожные слухи, леди Мари. Говорят, опальная аристократка, сосланная сюда без гроша за душой, внезапно обзавелась лучшей мебелью в поселении и готовит удивительные пиршества для местных. Уважаемые торговцы очень обеспокоены. — Конкуренция, господин Вормут, это двигатель прогресса, — я сложила руки на груди, чувствуя, как внутри закипает чисто земная предпринимательская злость. — Уважаемым торговцам стоило бы не жаловаться, а качество своего гнилого товара улучшать. Вормут достал из папки какой-то пергамент, тыкая в него худощавым пальцем. — Конкуренция — это прекрасно. Но где ваша лицензия на ведение коммерческой деятельности в приграничной зоне? Где справка от гильдии кулинаров? Где, в конце концов, акт о санитарной проверке помещения? Я чуть не поперхнулась. Санитарная проверка?! На заставе, где люди по колено в грязи ходят и орки спят в обнимку с топорами едва ли не на сеновалах?! — Вы шутите? — я нервно рассмеялась. — У вас на площади лужа такого размера, что в ней можно каравеллу припарковать! Какая санитарная инспекция?.. — Закон суров, леди Мари, — глазки Вормута хищно блеснули. Он подошел ко мне вплотную (уровень его лица как раз приходился на мою грудь) и понизил голос. — Открытие заведения без разрешительных документов карается конфискацией имущества и отправкой в каменоломни. Однако… Он выразительно потер большой палец об указательный — жест, известный во всех параллельных вселенных, обозначающий неуемную жажду к незаконному и быстрому обогащению за чужой счет. — Однако, учитывая ваше тяжелое положение, я могу закрыть глаза на отсутствие бумаг. В качестве, так сказать, спонсорской помощи гарнизону... Двадцать золотых монет. Прямо сейчас. Двадцать золотых! Да я в жизни таких денег в этом мире не видела! Мой капитал на данный момент состоял из пятидесяти медяков, заготовок из ворованных продуктов и безграничного обаяния и великолепного декольте, работающего на 99% мужчин от мала до велика. — У меня нет таких денег, — честно и холодно ответила я, позабыв про тактику “невинной кокетки”. Да и не сработало бы на этом сухом жуке, я уверена — вон, как старательно отводил глазки от моего бюста. — Какая жалость, — Вормут фальшиво вздохнул и захлопнул папку. — В таком случае… Я даю вам ровно сутки. Завтра к вечеру либо вы платите “налог”, либо я прихожу со стражей и заколачиваю эти прекрасные двери досками. Всего хорошего, леди. ---------- Глава 6 Спать в роковую ночь мне было решительно некогда. Уже при первых лучах тусклого местного солнца, едва пробивающегося сквозь отмытые орками окна, моя кухня напоминала жерло действующего вулкана. Кастрюльки, горшочки и сковородки жарили и парили так, что дышать было нечем. По лбу стекал пот в три ручья, домашнее платье намокло — хоть выжимай, волосы превратились в черт знает что. Я готовила… Нет, не так, я творила: руки порхали над разделочной доской, мисками и столом со знанием дела, глаза следили сразу за всеми емкостями во всех направлениях света, а в голове не прекращался мыслительный процесс, когда, куда и сколько чего еще нужно положить, добавить или доделать. В ход пошли все собранные запасы: мука летала белым облаком и оседала вниз на поверхности, свежие дрожжи послушно поднимали тесто до невероятных размеров, а местный дикий мед плавился на огне, смешиваясь со слезами огненной саламандры до нужной консистенции. Я вкладывала в каждое блюдо, каждый напиток, в каждую булочку всю свою упрямую земную душу, злость на хорька Вормута и отчаянное желание выжить вопреки всем и вся. Шишок тоже не сидел без дела. Как выяснилось, его “волшебные каналы” представляли собой нечто вроде домовой телепатии. Он сидел на припечке, закрыв глаза, и тихо насвистывал, отправляя по заставе невидимые флюиды уюта и зверского аппетита. — Давай, хозяйка, поддай жару! — кряхтел он. — Я уже шепнул пару ласковых местным мышам, они по всем казармам разнесли, что у нас сегодня праздник живота. Когда я привела себя в порядок и дрожащими от волнения руками распахнула входные двери (Фаргус по собственной инициативе украсил их изящной резьбой в виде кексов и топоров), толпа на улице уже гудела. Но первыми, разумеется, на открытие ввалились мои личные вышибалы — Тор, Тар и Тыр. — Дорогу! Расступись, мелюзга, дайте первым инвесторам пройти! — рычал Тор, бесцеремонно расталкивая плечами толпу хмурых селян и просто остановившихся поглазеть зевак. Работа закипела, как котелок на огне. Моя “Сладкая пустошь” превратилась из разваливающейся дряхлой халупы в гудящий улей на границе Диких Земель — место сбора для самых голодных существ всей округи. Суровые бородатые мужики, которые еще вчера косились на меня с подозрением, сегодня готовы были продать душу за лишний кусок мясного пирога. Медяки и редкие серебряные монеты звонко падали в глиняный горшок, заменяющий мне кассу. Я порхала между столами, сияла улыбкой, выгодно демонстрировала декольте и собирала щедрые комплименты своим блюдам и, конечно же, фигуре. Даже обычно занятой работой гном Фаргус бросил мастерскую, тихо пришел, уселся в углу и весь день с обожанием наблюдал, как я грациозно уворачиваюсь от подвыпивших посетителей с большим деревянным подносом с кучей тарелок и горшочков и лавирую между узкими проемами, переступая чужие ноги всех цветов и размеров. Чьи-то руки так и норовили схватить меня за зад, но я вовремя убегала на кухню, чтобы передохнуть минутку или доготовить то, что кончалось. Ближе к вечеру шум в таверне стих, сытые гости расходились по домам, а на их смену приходили новые оголодавшие путники. Бизнес явно шел в гору. Но, как учит нас суровая реальность, стоит тебе расслабиться и поверить в успех, как в дверь стучится налоговая... Господин Вормут появился в таверне в сопровождении четверых дюжих стражников с начищенными до блеска алебардами. Его бегающие глазки хищно прошлись по забитому залу, по довольным румяным лицам и остановились на моем глиняном горшке с выручкой. Это был единственный предмет в помещении, который вызывал у него истинный интерес. — Какая идиллия, — елейным голосом протянул Вормут и прошлепал мимо столов. Стражники угрожающе двинулись следом, заставив пару посетителей нервно закашляться. — Я вижу, леди Мари, вы проигнорировали мое предупреждение. Выручка была хорошей, даже отличной для первого дня! Но там набралось от силы пара золотых и горсть серебра. До двадцати золотых монет мне было как пешком до моей родной московской однушки. — Господин Вормут, — я постаралась звучать убедительно и мягко, хотя колени предательски дрожали. — Мое заведение пользуется спросом. Дайте мне неделю, и я оформлю все бумаги через гильдию… — Закон не терпит отлагательств! — рявкнул он, внезапно сбрасывая всю свою напускную вежливость. — Время вышло. Вы не заплатили пошлину, а значит, ваше предприятие незаконно! Стража! Конфисковать выручку, а это здание заколотить! Наглую девку — в темницу до выяснения обстоятельств! ---------- Глава 7 Тор, Тар и Тыр угрожающе поднялись со своих мест, положив руки на рукояти топоров. Фаргус тоже сжал кулаки, готовясь броситься на защиту моей предпринимательской чести. Однако я понимала: если начнется драка со стражей гарнизона, нас всех просто перебьют или, если НЕ повезет, отправят на каторгу. А этого допустить ну никак нельзя! Уж точно не на территории моей таверны. — Стоять! — крикнула я, перехватывая свою верную чугунную сковородку с намерениями отбиваться до последних кровавых соплей, но заварушка не успела даже начаться. Внезапно пламя в печи дернулось и посинело, температура в зале рухнула вниз с такой скоростью, что изо рта Вормута при выдохе вырвалось облачко пара. Цепные псы Вормута замерли, как вкопанные, а их алебарды покрылись тонким слоем инея. Однако все вернулось в прежнее состояние так же быстро, как и изменилось, словно кто-то щелкнул пальцами — и оп, это все было лишь секундным наваждением. Игрой воображения отчаявшегося мозга. Дверь в очередной раз с жалобным скрипом отворилась, пропуская внутрь внушительную фигуру. Это был невероятно — или, скорее, пугающе! — огромный широкоплечий мужчина со светлыми волосами и серыми глазами. Его тяжелый черный плащ, отороченный серебристым мехом, эффектно развевался на вечернем ветру. Судя по наряду, он был как минимум генералом или каким-нибудь военачальником. А позади него толпилась вооруженная до зубов стража. Лицо незнакомца тоже отличалось от большинства мужчин, которых я успела повидать: красивое, но при этом предельно суровое, с узким подбородком и волевыми бровями, которые едва ли не сходились на переносице, пока он хмуро оглядывал готовый сцепиться в драке народ. Вся таверна, включая безбашенных орков, в ужасе вжала головы в плечи. Так, значит, местная шишка пожаловала? Моя предпринимательская жилка вместе с сердцем забились в восторге. — Г-генерал Рэйвен... — пискнул побледневший Вормут, мгновенно сдуваясь и становясь похожим на побитую крысу, которая лебезила под хозяйскими сапогами. — М-мой лорд... Какая честь... Мрачный мужчина, названный генералом Рэйвеном, не удостоил Вормута даже мимолетным взглядом. Я невольно сглотнула — сковородка в моих руках вдруг показалась очень тяжелой и совершенно бесполезной, так что я поспешно опустила ее вниз. Негоже гостей встречать в столь неприветливом виде — так, гляди, еще и распугать можно. Взгляд Рэйвена скользнул по моему перепачканному в муке лицу, опустился ниже, задержавшись на глубоком вырезе платья, где вздымалась от тяжелого дыхания грудь, и плавно прошелся по изгибу бедер. В его ледяных глазах вдруг вспыхнуло что-то темное и голодное, но совершенно не относящееся к еде… — Это отсюда так вкусно пахнет… Домом? — обратился высокий генерал прямиком ко мне, игнорируя остальных присутствующих. Мой инстинкт оказался сильнее страха перед ледяным драконом. В том, что это был ледяной дракон, я не сомневалась. Вон какие зраки вертикальные-то! Я мельком такое читала, знаю. — Если вы про профитроли со слезой саламандры и пыльцой фейри, то да, милорд. Это отсюда, — я дрожащими руками взяла припрятанную для себя тарелочку с последним пирожным и протянула к Рэйвену на дегустацию. Хрен с ней, этой пироженкой, я себе еще сто новых таких сделаю, а он пусчай кушает, да не обляпывается. Дракон без лишних предисловий стянул черную кожаную перчатку с одной ладони, взял у меня десерт и, не заботясь об этикете, откусил сразу половину. Все с замиранием сердца следили за его реакцией. Я видела, как напряглись желваки на его лице, как он медленно закрыл глаза, как дернулся его кадык на длинной шее, когда он сглотнул… — Поразительно, — низким голосом произнес Рэйвен, слизывая каплю сладкого крема с большого пальца. Жест получился настолько интимным и порочным, что у меня по спине пробежала стайка неуместных мурашек. Так, а ну-ка прекратите этот срам! — Мой лорд! — осмелился подать голос Вормут, стуча зубами от страха перед генералом, и указал на меня пальцем. — Эта женщина... Она преступница! Она ведет незаконную торговлю и... — Эта женщина… — дракон шумно вдохнул воздух и, словно убедившись в чем-то, отправил в рот остаток десерта. Я старалась не глазеть на него и не вмешиваться в разборки, которые явно могли сыграть с моей дальнейшей судьбой злую шутку… Но Рэйвен своим следующим заявлением удивил не только меня, но и всех подслушивающих гостей в зале: — Теперь она находится под моей личной защитой. Это заведение отныне обеспечивает провиантом мой штаб. Если я еще раз увижу твою крысиную морду в радиусе мили от ее дверей, Вормут... Я заморожу тебе легкие. Пошел вон! Заместитель коменданта не стал ждать второго приказа — вылетел из таверны, как пробка из бутылки, едва не сбив столпившихся снаружи стражников. Дракон подошел ко мне, звонко ступая сапогами по гнилым деревянным половицам. Я инстинктивно попятилась назад от его мощной фигуры и оказалась в ловушке между ним и стойкой, на которой гордо стоял нетронутый горшочек с выручкой. — Завтра утром, леди, я жду еще порцию, — глаза Рэйвена снова скользнули по моему декольте, и на этот раз я готова была поклясться, что уголок его жестких губ дрогнул в подобии похабной улыбки. — Оказалось, я очень люблю... Сладкое. Вот это поворот! ---------- Глава 8 С того памятного вечера, когда моя статусно скромная, но физически выдающаяся фигура оказалась под “личной защитой” генерала от бюрократических покушений, жизнь на заставе заиграла новыми красками. И нет, это были не цвета радуги, а сплошные оттенки ледяного синего и сурового стального… Как так вышло? Мой бизнес в “Сладкой пустоши” пер в гору так, что дух захватывало, а зал с утра до ночи ломился от количества желающих набить брюхо и мой кувшинчик с монетами. Наемники, стражники и местные работяги сметали свежую и не успевшую остыть выпечку со скоростью лесного пожара, а ворчливый Шишок только подсчитывал выручку, да вел учет по продуктам, которых нам стало катастрофически не хватать. Спрос рождает предложение и все такое, да-да, но мне скоро нечем будет “рождать” даже блинчики и самый простецкий суп! Мне пришлось все-таки наладить торговые связи с местными. Тем более, что после внезапного посещения генералом Рэйвеном таверны на меня смотрели с некоторой опаской и преувеличенным уважением: тот самый пузан, что воротил от меня нос, первым прибежал с заманчивым предложением — для такой “знатной леди, как я” он даже снизошел до мизерной, но все-таки скидки. Хотелось ли мне послать его? Еще как! Но здравый смысл остановил меня ровно в тот момент, когда я собиралась разомкнуть губы и покрыть его трехэтажным… Хотя нет, это меня за ногу ущипнул Шишок, который прятался в подоле юбки и явно был в восторге от намечающейся “выгоды”. Однако была в этом бочонке меда одна здоровенная ложка дегтя. Точнее, в ней помещался целый ледяной дракон. Генерал Рэйвен начал захаживать ко мне СЛИШКОМ часто, чтобы это можно было списать на простую случайность, отсутствие другой нормальной еды или внезапно вспыхнувшую любовь к быстрым углеводам. Неужели у него так мало дел? Да ни в жизнь не поверю! В его присутствии все посетители вели себя приличнейшим образом. А если какой-то пьянчуга и намеревался затеять бучу от скуки — суровый взгляд генерала тут же пресекал на корню все попытки учинить хмельное безобразие на моей территории. Сперва такое пристальное внимание к “Сладким пустошам” мне льстило: я подавала знатному лорду самые лучшие напитки, блюда и десерты. Старалась всегда улыбаться, быть вежливой, внимательной и учтивой, насколько мне позволяли знания об этикете, драконах и общепите. С последним у меня проблем, кстати, не было — моя кондитерская пользовалась спросом и даже приносила прибыль (правда, случилось это только через 3 года с момента открытия и выплаты кредита, что в принципе довольно неплохо, если сравнивать с другими предпринимателями). В этом мире, к моему удивлению, все было чуточку проще. И если в самом начале, когда я только поняла, где нахожусь, моей внутренней паникерше хотелось, чтоб это все поскорее закончилось, то теперь… Теперь я втянулась! И прежняя жизнь мне казалась слишком приземленной, серой и унылой — в отличие от той, в которой я чудом находилась сейчас. Тут боготворили не только мою стряпню, но и меня саму! Я ощущала себя если не всемогущей, то очень уверенной и эффективной. Что бы сказали мои преподы из универа на это? Ха! Никто в меня раньше не верил, даже моя семья нос кривила, когда я заявила, что хочу связать будущее дело с кондитеркой и малым бизнесом. Мать так вообще скандал устроила: мол, посмотри на себя, куда тебе сладкое и мучное, ты и так всегда была полной! Батя был на волне пофигизма, а младший брат — на то и младший, что с него пылинки сдували и в попу дули. Он же мальчик! А я так, первый блин комом… Так что, маменька, я благоразумно не послушалась тебя во второй раз: снова взялась за дело, которое получалось у меня лучше всего, и открыла забегаловку с едой. Но теперь с более разнообразным меню, в котором были не только сладости, пробуя новое и успешно экспериментируя с местными ингредиентами. Пожалуй, сейчас не самое лучшее время для саморефлексии — за дальним столиком опять гордо восседал генерал, пока я пялилась на него из-за своего укромного угла. В другом конце зала — Фаргус, все еще не оставляющий надежду захомутать меня в жены. Он, кстати, заявил об этом прямо в лоб: “Моя великолепная! Моя прекрасная! Я понял, что мне больше нет жизни, если ты не рядом! Будь моей женой!”. И прямо при Рэйвене… Мне стало так стыдно, что я зарделась до ушей, пробормотала “мне нужно подумать” и убежала на кухню к сковородкам и поварешкам, лишь бы на меня не пялились десятки пар любопытных глазенок, поддернутых хмельной пеленой и блаженной сытостью. Честно сказать, Фаргус, ну… Не в моем вкусе. Только представьте нас вместе: я, типичная русская богатырская женщина, и это маленькое недоразумение, которое мне в пупок дышит… Бр-р-р-р! Мужик он был до чертиков рукастый, но мое сердце не трепетало при виде его коротких ножек и носа-картошки на половину лица. А уж когда я представляла, сколько интересного водится в его бороде… Мне бы кого покрупнее. Как нельзя кстати в чугунной после долгого нахождения у печи голове всплыл образ генерала Рэйвена. Но я тут же усмехнулась про себя. Ну где он, а где я? Чушь это все и блажь. Временное помешательство, может, я перегрелась. НО. Возвращаясь к той самой ложке дегтя в моей бочке с медом, я стала замечать дракона в таверне по утрам. Он исправно заходил за угощениями для себя и своих подчиненных (в его распоряжении была чуть ли не вся застава, посыльных хоть отбавляй!), забирал весь мой вчерашне-утренний запас, но и платил очень хорошо — больше, чем любые другие посетители. Так что мы пользовались друг другом: я — его статусом и деньгами, а он — моими кулинарными изысками. Вроде бы звучит неплохо, да? Особенно — для опальной аристократки, которую отправили на нищую смерть в захолустье. Менее искушенные личности бы спросили, что мне еще надо для полного счастья? Хм… Генерал как-то уж слишком откровенно буравил меня своими непроницаемыми глазами-ледышками. Наклонялся ближе, чем этого требовали нормы приличия, говорил вроде без сальных намеков, но между нами оставалось легкое ощущение… Флирта? Напряжения? ---------- Глава 9 — Милорд, вы снова здесь? — вежливо поинтересовалась я, когда его высоченная фигура заслонила свет от факелов в дверном проеме аккурат перед самым закрытием таверны. — Решил попробовать вечерние яства, леди Мари, — он прошел внутрь, а его стража, как всегда, осталась снаружи. Мне их даже стало жалко — столько времени стоять за порогом, истекая слюнями на невероятные ароматы… Генерал шлепнул свои перчатки на свободный стол и повернулся ко мне, как-то хитро прищурившись. — Знаете, в холодные ночи хочется чего-то... Горячего. И пышного… Чтобы согревало. Простите?.. Я пару раз открыла-закрыла-открыла рот, но так и не нашлась с ответом на это странное… Заявление. Видимо, дракон у себя на уме. И мне не дано разгадать тайны его необычного поведения. Может, они все такие? Немного с приветом?.. — Горячее, значит? Отличный выбор, генерал! — я пришла в себя и радостно хлопнула в ладоши. — У меня как раз рагу поспевает в печи! А травяной отвар — м-м-м, растопит даже ледяное сердце! Рэйвен моргнул, явно ожидая другой реакции, но все-таки опустился за стол: — Что же… Несите свое рагу и отвар. Каждый, кто хоть раз работал в сфере обслуживания, знает: если клиент пришел под самое закрытие, жди беды. А если этот клиент еще и двухметровый дракон — беды не миновать. Я перевела дух, собралась с мыслями и метнулась к печи, лишь бы он не прожигал меня изучающим взглядом. Выставила на поднос пузатый глиняный горшочек, в котором аппетитно булькало мясное рагу, втиснула рядом кружку с горячим отваром и, торжественно положив сбоку деревянную ложку, отнесла все это великолепие на “генеральский” стол. — Приятного аппетита, милорд! Но уйти мне не позволил глубокий и слегка вибрирующий голос, что раздался за спиной: — Леди Мари. Я обернулась на Рэйвена, который сидел с абсолютно невозмутимым видом. — Слушаю вас, генерал... — Аромат великолепен. Но вы предлагаете мне есть это руками? Или мне следует заморозить рагу дыханием и грызть его? — он выразительно приподнял бровь, указывая взглядом на столешницу. Ложки не было. А я готова поклясться своей любимой чугунной сковородкой, что клала ее ровно справа от горшочка! — Одну минуту, милорд… Сбегала на кухню, принесла новую ложку, аккуратно положила РЯДОМ с его пальцами, изящно развернулась и успела сделать ровно три шага, как он позвал снова: — Леди Мари. — Да, милорд? Рагу недостаточно горячее? — Рагу в самый раз. Но мне не хватает… Специй. Не могли бы вы принести? Не хватает?.. В моем идеально сбалансированном рагу, где специи и соль выверены до миллиграмма?! Да быть не может! Я скрипнула зубами, но перечить главному “крышевателю” заставы не стала — голова на плечах мне еще пригодится. И не только для того, чтоб в нее есть! Я принесла специи и наклонилась над столом, чтобы поставить их поближе к его ледяному сиятельству. В этот момент я поймала его взгляд — кажется, рагу Рэйвена вообще не интересовало. Серые глаза с узкими зрачками были гипнотически прикованы к декольте моего ужасно неудобного платья, которое в таком положении демонстрировал мои роскошные формы во всей красе. Ах ты ж морозный извращенец! Я резко выпрямилась и одернула лиф. Генерал ничуть не смутился, лишь невинно моргнул: — Благодарю. Я снова пошла к стойке. — Леди Мари! — Да? — Отвар, — Рэйвен легко постучал длинным пальцем по краю кружки. — Он немного горчит… Могу я воспользоваться вашей любезностью и попросить меда? Этот мужик, который в одиночку наверняка кладет целые отряды монстров в пустошах, откровенно надо мной издевался! Он просто “дергал” меня, как самый противный и капризный клиент в моей московской кондитерской, лишь бы заставить ходить туда-сюда, привлекать внимание и вынуждать снова и снова наклоняться над его столом. Ситуация доставляла ему извращенное удовольствие. Я сходила за медом и, пока ставила горшочек, старалась как можно ласковее спросить: — Что-то еще, генерал? — Мед слишком густой, — невозмутимо заявил Рэйвен, откидываясь на спинку стула и скрещивая руки на широкой груди. — Мои руки так устали держать меч весь день... Будьте так любезны, леди Мари, размешайте его в моем отваре. Дракон и устал держать меч? Серьезно? Мне хотелось поинтересоваться, откуда нынче такие слабые драконы пошли, но в последнюю секунду я сжала губы. Допустим, он не имеет возможности перевоплощаться постоянно, когда захочется — оттого и приходится проживать земную жизнь на ногах. Но… Ай, черт с ним! Я решительно подошла к столу, взяла ложку и начала яростно размешивать мед в отваре. При этом я краем глаза заметила, как из-под его черной перчатки, небрежно брошенной на край стола, предательски торчит черенок той самой “пропавшей” деревянной ложки! — Знаете что, лорд Рэйвен, — я подалась вперед, глядя прямо в его наглые, но такие невероятно притягательные глаза. — Я понимаю, что вы очень занятой генерал… Но гонять меня по залу, пряча столовые приборы, как шкодливый мальчишка — это уже слишком! Запомните: я бизнесом управляю, а не развлекаюсь! Ешьте свое рагу, пока я не надела этот горшочек вам на вашу светлую голову! Упс… Перегнула? Я прикусила нижнюю губу, поспешно поклонилась, пряча глаза, и замерла в ожидании, что сейчас все вокруг покроется коркой смертельного льда. Доигралась, Мари. Смерть от обморожения за дерзость властям — дайте две! Но Рэйвен вдруг рассмеялся, а лед в его глазах окончательно растаял, уступая место тому самому настоящему мужскому интересу, от которого мне вроде бы должно быть лестно… А вроде бы и страшно. — Ваше рагу действительно потрясающее, Мари, — бархатно произнес он, не сводя с меня взгляда и отправляя в рот кусок мяса. — Но ваше возмущение — это определенно лучшее блюдо за сегодняшний вечер. Потом я бы хотел попробовать десерт. ---------- Глава 10 В общем, жизнь била ключом, и в основном — по моей голове. Если бы кто-нибудь пару месяцев назад, когда я еще жила в Москве и ругалась с поставщиками из-за недовеса клубники или тухлых овощей, сказал, что я буду радостно шагать по средневековой грязи навстречу продовольственному кризису — я бы покрутила пальцем у виска. Но реальность диктовала свои правила: моя “Сладкая пустошь” набирала обороты (не без труда генерала Рэйвена), запасы таяли на глазах, а значит, нужно было регулярно пополнять кладовые. Я нарядилась в свое самое приличное и очищенное от пятен платье, подхватила корзинку (Шишок остался дома заниматься своими делами) и отправилась в местный торговый “район”. Виды тут, конечно, открывались потрясающие… Потрясающе удручающие! Косые, кривые деревянные домики жались друг к другу, словно боялись упасть поодиночке. Под ногами мерзко и феноменально громко чавкала грязь. Повсюду сновали стражники, чумазые людишки в обносках, хмурые гномы и закованные в потрепанную броню наемники с таким количеством оружия на поясах, что становилось страшно лишний раз смотреть в их сторону. В этот раз мой поход в торговые ряды разительно отличался от самого первого визита. Я больше не была “какой-то там ссыльной аристократкой без гроша в кармане”. Теперь я — леди Мари, владелица лучшего (и единственного приличного) заведения на заставе. Завидев меня, суровые стражники уважительно кивали, а некоторые даже пытались неуклюже расшаркаться прямо в лужах. Я шла в гордом одиночестве и наслаждалась своей маленькой, но такой приятной властью над местными желудками. И, не удержавшись, все-таки заглянула к бакалейщику. — Леди Мари! Какая честь! — засуетился он. — Чего изволит госпожа? — Изволит нормальной муки, — я заглянула в ближайший мешок и брезгливо подцепила двумя пальцами горсть серой комковатой пыли. — Это что такое?.. — Мука, госпожа. Высший сорт! — не моргнув глазом, соврал торгаш, смахивая с прилавка особо наглого и жирного жука. — Высший сорт чего? Строительного мусора? — я скептически изогнула бровь. — Если я испеку из этого булочки, мои клиенты оставят в них свои зубы! Пока я мысленно прикидывала, можно ли пустить эту серую субстанцию хотя бы на панировку для отбивных, привычный шум и гам как-то резко подтих. Я обернулась туда, где толпа расступалась и вжималась в кривые заборы, словно море перед Моисеем. По грязной улице, неспешно и пугающе грациозно, шагал генерал Рэйвен. Всего-то! У меня от этого пафоса глаза закатились, я отвернулась к бакалейщику, который начал заметно нервничать. Но не успела я продолжить инспекцию сомнительных товаров в этой скудной лавке, как позади меня остановилась мощная высокая фигура. А над ухом раздался знакомый голос: — Доброе утро, леди Мари. Прекрасная погода для утреннего променада, не так ли? Я запрокинула голову, посмотрела на свинцовые тучи, из которых вот-вот польет ледяной дождь, затем перевела взгляд на лужу у моих ног. — О да, милорд, — я мило и самую малость ядовито улыбнулась. — Я как раз наслаждалась местным архитектурным ансамблем и неповторимым ароматом… Свежести. Идеальное место для светских раутов. Стоило мне обернуться в сторону Рэйвена, как его изучающий ледяной взгляд уже привычным маршрутом скользнул по лицу, задержался на губах и плавно опустился вниз. Чем дольше он пялился на меня, тем выше взлетала моя бровь. А не много ли вы себе позволяете, мистер?.. И тут я поняла, что ситуация патовая. Нас окружило плотное кольцо зевак. Местные уже начали активно перешептываться, прикрывая рты ладонями. Наемники переглядывались, не веря своим глазам: сосланная за полноту и дурной нрав аристократка — и суровый, пугающий генерал заставы! Немыслимо! Мы молча стояли друг напротив друга, и воздух между нами, казалось, можно было резать ножом. Мне стало неловко, одно дело — кокетничать и ставить его на место в стенах собственной таверны, где я хозяйка, и совсем другое — ловить эти взгляды на глазах у всей заставы! Я кашлянула, пытаясь перевести тему и вернуть разговор в деловое русло: — Вы что-то хотели, генерал? Моя таверна пока закрыта, а здесь десертов нет. Рэйвен перевел взгляд на мешок с серой трухой, который я до этого рассматривала. Торгаш совсем сник и начал сползать вниз, собираясь не то сбежать, не то слиться с землей в своей затасканной одежке. — Вы хотите готовить из этого? — Мои кулинарные амбиции разбились о суровую реальность местной логистики, — развела руками я. — Чем богаты, тем и рады. — Мари, — генерал понизил голос так, чтобы слышала только я. Вот это честь! Такой голос — и предназначается лишь мне! Ух. — У моего штаба есть прямые каналы снабжения. Южная белоснежная мука, тростниковый сахар, свежие фрукты и овощи, лучшие специи. Что угодно. Я могу приказать, чтобы часть провианта шла прямо к дверям “Сладкой пустоши”... ---------- Глава 11 Мое сердечко сделало тройное сальто и счастливо запищало. Южная мука, что бы это ни значило! Фрукты! ОВОЩИ! Настоящие специи! Да с такими ингредиентами я тут филиал мишленовского ресторана открою! Но… Я подозрительно прищурилась и задрала подбородок, чтобы смотреть прямо в его серые драконьи глаза. И чтоб он понял, что я не из тех девок, не из продажных. — Бесплатный сыр бывает только в мышеловках, милорд. И какова цена вашего снабжения? Потребуете долю в моем бизнесе? — Что?.. Разумеется, нет, — поспешил успокоить меня Рэйвен и взмахнул рукой в воздухе. Меня так легко не проведешь, я чувствовала подвох пятой точкой, в которую упирались лохматые початки с кукурузой, хотя дракон утверждал об обратном. — За кого вы меня принимаете? Я лишь хочу… Чтобы иногда вы готовили лично для меня. Вскоре начнутся учения, я не смогу всегда посещать таверну сам. Вот же хитрый чешуйчатый интриган! Но любопытство меня пересилило: — А что вы подразумеваете под “готовить лично для вас”? — Я не прочь попробовать что-то новенькое, леди Мари. Необычное… — и снова этот низкий голос, запускающий мурашки по коже. — Ваши кулинарные изыски вдохновляют меня на свершение подвигов, которых вы даже представить себе не можете… Но мне слишком быстро надоедает однообразие. А еще мне любопытно, как именно вы это делаете. — Собираетесь выведать мои секреты и обучить своих кулинаров? Тогда это за отдельную плату. — Ни в коем случае! Просто чтобы убедиться, что все будет нормально, — Рэйвен похлопал ресницами, словно это должно было окончательно меня убедить. — К тому же, мне нравится наблюдать за процессом со стороны. В этом есть что-то… Будоражащее. Мда. Вот так попала… Отказываться было глупо — это решит все проблемы с ингредиентами сразу, которые то пропадали, то появлялись в сомнительном качестве, а мне останется лишь пожинать плоды небывалого успеха. В конце концов, я взрослая женщина, справлюсь и с индивидуальным меню для могучего привереды. Набрав в грудь побольше воздуха, я выдохнула: — Я согласна на снабжение. Но учтите: в меню только еда. Никаких дополнительных услуг не предусмотрено. — Разумеется… Кстати, — генерал учтиво придержал меня за локоть, когда я собралась отправиться дальше по своим делам. — Я не уточнил, что хочу получать индивидуальное питание на своей территории? — ЧТО?! — я резко выдернула свой локоть из его хватки. Вокруг нас синхронно ахнули зеваки. Кажется, кто-то из торгашей даже попытался перекреститься (или какой тут у них магический аналог?). — Моя таверна не на святом духе и гномьих молитвах работает! Я там и шеф-повар, и администратор, и вышибала в критические моменты. Если я уйду к вам на... Индивидуальные сеансы прикорма, кто будет готовить для селян и гарнизона? У меня график, выручка и вообще-то личная жизнь есть. Хотя последняя пока ограничивалась только сном без задних ног, но генералу об этом знать совершенно необязательно. — Успокойтесь, леди Мари. Я не прошу вас клонировать себя или закрывать ваше заведение. Я ужинаю поздно. Скажем, за час до полуночи... К этому времени основной поток ваших клиентов уже иссякает. Я прищурилась, лихорадочно прикидывая в уме. Час до полуночи. То есть, я, уставшая после смены, пахнущая жареным луком и маслом, должна тащиться в драконье логово, чтобы печь ему эксклюзивные кексы и жарить стейки? Поздний вечер, мы одни на его территории... Звучит как завязка дешевого любовного романа с пометкой “18+”. Или как идеальная возможность вытрясти из него еще больше преференций. Хм. — Допустим… — протянула я с сомнением. — Но готовить на чужой кухне — это как спать на чужой подушке. Никакого уюта и хрен пойми где и что лежит. Где гарантии, что у вас там есть нормальные печи, а не костер посреди пещеры? И вообще… Рэйвен перебил меня со смешком: — Поверьте, Мари, кухня в моей резиденции оборудована по последнему слову магической инженерии. Я буду отправлять за вами свой экипаж. Никто не должен видеть, как женщина, находящаяся под моей протекцией, ходит по ночной заставе в одиночестве. Это вопрос моей репутации и вашей безопасности. А он умеет убеждать. — Ну ладно… Экипаж так экипаж, — пробурчала я и глянула на его лицо. При дневном освещении он казался не таким уж и суровым… Так, подожди, Мари, ты вообще зачем об этом думаешь? Лучше разработать рецепты, от которых ему башку снесет! Глядишь, я за это какие-то еще плюшки отхвачу. Мне захотелось злостно хихикнуть, потирая руки, но я сдержалась. Не надо генералу знать, что я рассматривала его с точки зрения самой выгодной инвестиции в свое светлое будущее. А в том, что оно будет светлым, я почти не сомневалась. Рэйвен слегка поклонился — жест, от которого все прохожие снова ахнули, — эффектно развернулся, взмахивая плащом, и неспешно зашагал прочь по чавкающей грязи. А я осталась стоять у прилавка с пустой корзинкой и кучей новых совершенно непредвиденных обязательств… ---------- Глава 12 Мой новый рабочий график очень быстро приобрел оттенок стабильного, но “высокооплачиваемого” безумия. Ну а кто бы отказался от нормальных товаров в нашенской глуши? Да еще и за бесценок! Если не считать, что теперь я обязана готовить лично для него… Аппетиты у генерала Рэйвена оказались весьма скромными (к моему счастью!). Примерно раз в неделю, когда толпа сытых и довольных гостей покидала “Сладкую пустошь”, к порогу таверны бесшумно подкатывал черный лакированный экипаж без гербов, запряженный парой массивных и холеных коней. Вот это уровень анонимности, мое почтение! Первая поездка стоила мне примерно миллиона нервных клеток. Пока карета ощутимо подпрыгивала на рессорах (и как они только умудрялись не вязнуть в феноменальной местной грязи?), я сидела на роскошном бархатном сиденье, нервно теребила подол и всерьез подумывала сгрызть ноготь. Внутренний голос паниковал с интонациями истеричной базарной торговки: “А не зря ли мы согласились? Ой, зря-я-я! Куда ты едешь на ночь глядя? К двухметровому дракону, который замораживает людей и монстров одним презрительным взглядом! А если он решит, что на десерт сегодня ты? Может, выпрыгнуть на ходу? Переломаю ноги, зато девичью честь сберегу. Хотя… Кому, спрашивается, нужна эта моя честь? Я в свои двадцать восемь земных лет так и померла девственницей на кухне, выпекая многоярусные свадебные торты для чужого счастья! Может, ну его, это благочестие? Дракон-то красивый… Нет, соберись, тряпка! Ты едешь по работе! У тебя контракт на поставки!”. Вот такие хаотичные мысли грызли меня по дороге к резиденции генерала Рэйвена. Они монотонно вытачивали мой мозг, как вредители уничтожают урожай. Взгляд метался от окошка, за которыми унылые пейзажи сменяли такие же унылые пейзажи, но уже освещенные “фонарями” со светящейся смолой, к стенке, за которой сидел мощный усатый кучер в смешной шляпе. Прыгать или не прыгать? Вот в чем вопрос. Пока я металась между импульсивными желаниями и рациональными доводами, экипаж успел плавно остановиться. Дверцу учтиво открыл молчаливый стражник в глухом шлеме, подавая мне руку в латной перчатке. Когда я ступила на брусчатку, а не в грязь, у меня буквально отвисла челюсть. ВАУ. Просто… Вау. Я искренне считала, что вся эта застава — беспросветная дыра, где самым красивым и чистым архитектурным сооружением является кривое трехэтажное здание, в котором заседали Вормут и ему подобные. Но резиденция генерала Рэйвена оказалась настоящей неприступной крепостью, скрытой от посторонних глаз за высоченной каменной стеной. Никакой чавкающей жижи под ногами! Только идеально ровные вымощенные дорожки, аккуратно подстриженные кусты, магические фонари с мягким золотистым светом… И строгая готика из темного камня и огромных витражных окон. В этом захолустье, оказывается, можно жить ВОТ ТАК?! Мне стало как-то обидно за обычных селян. Хотя чему я удивляюсь? В моей прошлой (или правильнее ее все-таки называть настоящей?) жизни статус и деньги тоже играли решающую роль. Если тебе не повезло родиться в семье обычных работяг, то без гибкого ума и талантов ты вряд ли сможешь чего-то добиться. Другое дело — когда у тебя с младенчества торчит золотая ложка во рту, которая в дальнейшем открывает перед тобой всевозможные двери. И не только в пределах одного государства. Так вот… Резиденция генерала Рэйвена напоминала мне пафосные замки на Рублевке, которые я видела только в интернете, естественно. Пока остальной народ кое-как сводит концы с концами, некоторые живут припеваючи и еще смеют требовать с “челяди”. Как же бесит! И зачем он только меня сюда притащил?! Настроение у меня испортилось окончательно. Так что из экипажа меня “передали” в руки двум другим стражникам в прескверном душевном состоянии. Они, как две ЛЭП, встали по бокам от меня и жестами велели шагать вперед. Продвигались мы по ухоженной эспланаде в гробовой тишине. Тут вообще никому разговаривать нельзя?! Взгляд то и дело ненароком цеплялся за очередную статую наверня какого-то важного лорда в десятом поколении, необычной формы зеленый куст, резную беседку с крышей, увитой густым плющом, загорающиеся и гаснущие в окнах спереди огни, которые словно передвигались вслед за нами, но только внутри замка… Громилы не сводили с меня глаз, а я чувствовала себя не почетным шеф-поваром на выезде, а особо опасной рецидивисткой под конвоем. Не хватало только звенящих цепей на руках и ногах. Шаг влево, шаг вправо — и прилетит ледяная глыба между лопаток. Я даже спину выпрямила еще сильнее, чтобы с гордостью встретить гипотетический расстрел. Но его не последовало, разумеется. Это я в очередной раз себя накрутила от ничегонеделанья. Две такие же молчаливые служанки в возрасте привели меня на огромную и хорошо освещенную кухню. Мой профессиональный экстаз, несмотря на личные душевные смятения, в один момент достиг пиковых значений. Помещение было размером с половину моей таверны: сверкающие чистотой ровные поверхности, огромные зачарованные печи, которые сами поддерживали идеальную температуру, хрустальные мерные чаши, куча посуды и целый арсенал продуктов и специй. Рай для любого повара и кондитера! Который из 21 века вдруг попал в… Э-э-э… А тут вообще есть понятие “век”? Впрочем, не важно, сейчас у меня есть дела поважнее. ---------- Глава 13 Мои глаза заблестели от восторга, который с лихвой перекрыл все те негативные эмоции, что овладели мной по пути в это роскошное место. Если кто-то может позволить себе такую кухню… Тогда, наверное, стоит держаться рядом с ним? Простите, селяне, но сегодня мной овладел профессиональный азарт — и я была готова душу продать за работу в таком месте. Как там говорится… Если не можешь победить зло, возглавь его? Ну или хотя бы попользуйся им, пока есть возможность! Вот так быстро у людей могут меняться принципы. Что поделать. Не я такая, жизнь такая! Я переоделась в захваченный с собой фартук, вымыла руки и с головой погрузилась в кулинарную магию. Для первого раза я решила приготовить нечто особенное, чтобы сразу расставить все точки над “i” в нашем гастрономическом партнерстве. Это был слоеный десерт с заварным кремом, томлеными в тростниковом сахаре местными ягодами и огненной меренгой. Интересно, его светлость на ужин ест десерты? Наверное, нет — за фигурой следит, вон какой высокий и статный. Но он не дал мне четкого ТЗ — так что я решила приготовить то, чего бы хотелось МНЕ. Не съест — так хоть пусть выбросит, мне-то что? Зато я процессом наслажусь. Я ехидно раскатывала тончайшее тесто, чтобы добиться того самого идеального хруста, взбивала крем до состояния невесомого облака и осторожно вливала по капле жгучий местный сироп, чтобы он не перебил нежность сливок, а лишь оставлял пикантное, согревающее послевкусие. Я так увлеклась процессом балансировки вкусов, что совершенно забыла, где нахожусь, пока не почувствовала между лопаток магнетический взгляд. Рэйвен с интересом наблюдал за мной на пороге этого волшебного помещения. На нем не было привычного тяжелого плаща и генеральской формы — вместо этого он предпочел простую черную рубаху, которая совершенно бессовестно обтягивала литые мышцы груди и рук. Так он выглядел менее официально, но от этого еще более опасно… Разумеется, зачем в собственном доме носить доспехи или форму? Да он тут может хоть го… МАРИ, О ЧЕМ ТЫ ДУМАЕШЬ?! Он молча следил за тем, как я уверенными движениями обжигаю меренгу “кулинарным” факелом, пока внутри меня горит пожар иного толка. Факел, кстати, пришлось просить у прислуги, а то вряд ли у них тут есть фломбер. Под пристальным вниманием генерала я выдохнула, стерла муку со щеки и торжественно поставила на стол тарелку со своим кулинарным произведением искусства. — Прошу простить, леди Мари, я был вынужден задержаться по рабочим вопросам. Поэтому все пропустил и не встретил вас лично... Хотя вы почетная гостья в моем доме. Ох, ну надо же, какая честь! Мой глупый организм отреагировал на эти слова по-своему: щеки обожгло румянцем, глазки предательски забегали, старательно уклоняясь от навязанного зрительного контакта, ладони вспотели. Но я тут же заставила себя вернуться на профессиональный лад: — Прошу к столу, милорд, — я улыбнулась, как мне казалось, очень мило и женственно (хотя по удивленно вскинутым бровям дракона можно было предположить, что это выглядело больше как хищный оскал), и указала на “блюдо”. — Вы мне так и не сказали, чего бы хотели попробовать. Так что я решила немного… Поэкспериментировать с местными продуктами и сделать то, что умею лучше всего. Сладкое. Рэйвен с интересом глянул на тарелку с десертом, потом оттолкнулся от широкой круглой арки и лениво подошел к столу. Крошечная серебряная вилочка в его руках выглядела до смешного комично, я еле сдержала усмешку, пока он примерялся, как бы отломить кусочек. Но когда он все-таки попробовал… Зуб даю, в его мозгу что-то перевернулось! Его жизнь разделилась на “до” и “после”. На его лице опять появилось то странное выражение не то боли, не то удовольствия, не то сразу смеси всех возможных чувств. Интересно, какой у драконов эмоциональный спектр? То, что он сказал дальше с этой своей хрипотцой, было музыкой для моих ушей. — Я знал, что вы меня не разочаруете, Мари, — а потом эта райская мелодия сменилась на гадкий скрип мела по доске или — что лично мне ближе — скрежет вилки по тарелке, возвращая меня с небес на землю: — Но я бы все-таки предпочел ужинать не сладким. Не могу отрицать, что ваш десерт выше всяких похвал… Я еще никогда не пробовал ничего подобного. Как вам это удается? Я мысленно присвистнула — мое нелепое попаданчество и перенос души не прошли даром, раз уж я смогла удивить такого знатного генерала. Все-таки опыт жизни в 21 веке — полезный навык для выживания, ничего не скажешь! — У каждого повара есть свои секреты, — уклончиво ответила я и с замиранием сердца проследила за тем, как вся порция исчезла с тарелки. Ко второй нашей ночной встрече я уже совершенно не нервничала, ну или пыталась себя убедить в этом. Стражники больше не казались мне конвоем смерти (один из них даже вежливо кивнул мне при встрече), а великолепная кухня Рэйвена стала восприниматься как удобный выездной филиал для оттачивания мастерства в экстремальных условиях. В этот раз я решила сжалиться над своим “заказчиком”, как меня вежливо попросили, и вместо десертов готовила домашнюю лапшу с мясом и пряным соусом. Замешивание тугого теста — процесс сугубо физический, требующий ритма и отдачи. Я окончательно уплыла в какие-то далекие мысленные дебри и почувствовала себя хозяйкой положения. Оставшись, как мне казалось, в полном одиночестве, я начала тихо напевать под нос привязчивый земной мотивчик, который был знаком всем от мала до велика. — О боже, какой мужчина! Я хочу от тебя сына… — мурлыкала я, яростно и ритмично вымешивая упругий комок на холодном мраморном столе. — И я хочу от тебя дочку, и точка, и точка! Я перекатывалась с пятки на носок, пританцовывала, покачивала бедрами в такт своей песне и от души вминала тесто в столешницу. Моя грудь тоже жила своей собственной и весьма активной жизнью под тонким лифом платья, вздымаясь при каждом усилии и броске теста. ---------- Глава 14 Ночные флирты флиртами, а суровые будни на заставе никто не отменял. На следующий день в таверне я, наконец, решила деликатную проблему в лице безнадежно влюбленного в себя гнома. Фаргус притащил мне потрясающую резную полку для специй и с грохотом водрузил ее на стойку, сияя, аки начищенный самовар. Я невольно залюбовалась подарком: это был шедевр деревянного зодчества, где каждый ярус украшали пухлые ангелы... Подозрительно напоминающие меня. Гном выпятил грудь колесом и снова завел свою старую шарманку, преданно заглядывая мне прямо в декольте. Видимо, искал там вдохновение для новых барельефов. — Мари, радость моих очей! Светоч моей мастерской! Выходи за меня! Клянусь бородой прадеда, я выстрою тебе дворец из красного дерева! Ты больше никогда не будешь мыть посуду своими нежными ручками! Я вырежу тебе трон! А наши дети будут самыми крепкими и бородатыми на всей заставе! Бородатые дети?.. Моя матка испуганно сжалась, а внутренний голос завопил: “Катапультируемся!”. Но терять такого эксклюзивного поставщика мебели было категорически нельзя... Действовать нужно хирургически точно, чтобы не обидеть хорошего мужика. И плавно, но безвозвратно перевести его вагонетку на рельсы френдзоны. Я тяжело вздохнула, напустив на лицо легкий флер светлой грусти, и вышла из-за стойки. Усадила гнома за стол, налила ему пинту самого дорогого темного эля за счет заведения и опустилась напротив, накрыв его мозолистую руку своей. Фаргус затаил дыхание, его усы забавно задрожали от волнения. — Фаргус, ты невероятный мужчина. У тебя воистину золотые руки, — мягко начала я, глядя прямо в его блестящие глазки-пуговки. Пришлось добавить голосу придыхания и капельку трагизма: — Любая гномиха отдала бы за тебя свою лучшую кирку и сердце в придачу. Но понимаешь, в чем дело… Ты — великий мастер по дереву. А я — мастер по тесту. Мы с тобой из совершенно разных… Так сказать, рецептов. — Но ведь дерево и тесто… И то, и то можно раскатать! — с отчаянием возразил Фаргус, не оставляя попыток спасти ускользающее семейное счастье. Прости, милый, но не для тебя моя роза цветет! — Если смешать крепкий эль и нежный заварной крем — получится бурда, которую никто в здравом уме пить не станет, — философски продолжила я, аккуратно поглаживая его костяшки. Я прямо видела на этом лице всю тяжесть мыслительных процессов, которые со скрипом происходили в лохматой голове. — Я сейчас вообще не ищу мужа. Мой единственный супруг — это мое дело, моя таверна… И она требует всего моего внимания, сил и бессонных ночей. Я просто не смогу сделать тебя счастливым, Фаргус, я вся в бизнесе. Понимаешь? Но мне жизненно необходим надежный деловой партнер. И, что еще важнее — верный друг. Мужиков вокруг много, а вот настоящего соратника, на чье крепкое плечо можно опереться... Такого у меня нет. Сможешь ли ты стать им для меня? Гном шмыгнул носом так громко, что пара людей за соседним столом вздрогнула. В его глазах развернулась настоящая драма. Он смахнул скупую мужскую слезу, которая тут же впиталась в его пышную рыжую бороду, одним богатырским глотком осушил кружку, грохнул ей о стол и с надрывом вздохнул: — Сердце мое разбито в щепки, леди Мари… Расколото, как дешевая сосна тупым колуном... Но друг… Так друг. Понимаю. Птица ты высокого полета, тебе просторы нужны, а не моя стружка... Но знай, — он сурово сдвинул брови и стукнул небольшим кулаком в грудь. — Я твой навеки! Если кто посмеет тебя обидеть, косо посмотреть или, не дай Великая Наковальня, не заплатить за пирог — зарублю топором на месте, даже не посмотрю на чины! — Ты мой герой! — я выдохнула с колоссальным облегчением и отправилась за новой кружкой эля для Фаргуса. Минус одна проблема. Но, как известно, свято место пусто не бывает, а вселенная не терпит, когда белая полоса не сменяется черной… ---------- Глава 15 Жар от раскаленной печи стоял такой, что можно было смело открывать филиал преисподней и сдавать в аренду котлы для особо изощренных пыток. Я смахнула тыльной стороной ладони капельку пота, щекочущую висок, и с силой впечатала кулак в неподатливое дрожжевое тесто. Если представлять на его месте лицо Вормута — то рука рефлекторно продолжает колотить ни в чем не повинный кусочек. Снова и снова. БАБАХ! Но тесто все никак не хотело поддаваться моим рукам. Сегодня вообще все шло наперекосяк с самого утра, как я проснулась. Потому что снилось мне… Стыдно признаваться… Кое-что до жути неприличное, да еще и с генералом в главной роли! — Шишок! — крикнула я в сторону приоткрытой кладовой. — Скажи мне, что у нас осталась хотя бы пара пучков свежей зелени! Если я подам мясо без нее, все решат, что таверна обанкротилась! — Последний пучок домовому в кашу ушел, хозяйка! — бодро отозвался из-под мешков мой мохнатый завхоз. — Ты лучше скажи, когда мы второго повара наймем? Ты ж у меня не двужильная, вон, румянец уже как у перезрелого помидора! Я тяжело вздохнула и прислонилась бедром к столешнице. Шишок был прав на все сто процентов: мой бизнес-план сработал слишком хорошо. “Сладкая пустошь” гудела с утра до поздней ночи, заказы сыпались как из рога изобилия, а мои руки уже физически не успевали лепить, жарить, запекать и разливать. Я была измотана, румяна от постоянного жара и насквозь пропахла ароматами кухни. Видимо, надо расширяться и делегировать полномочия… Пока я мысленно составляла текст вакансии “ищу крепкого повара, стрессоустойчивость и умение отбиваться от алкашей и монстров обязательны”, в зале таверны разворачивалась совершенно иная драма. Входная дверь приветливо скрипнула, впуская внутрь порцию сырого вечернего сквозняка и… Нечто совершенно не вписывающееся в местный колорит. Позже Тор клялся мне своим любимым топором, что сначала принял вошедшего за экзотическую цирковую обезьянку. В зал, брезгливо переступая через натоптанные комки грязи своими изящными туфлями с серебряными пряжками, вошел столичный лорд. Статус в нем выдавали камзол цвета спелой сливы, кружевное жабо, взбитые локоны и надушенный платочек, который он судорожно прижимал к носу. Это был Эвальд — мой (точнее, оригинальной Мари) бывший жених. Тот самый индюк, который сослал меня в эту дыру за “неформатные габариты” и пятно от торта на своей безупречной репутации. До него дошли слухи о том, что опальная толстушка не загнулась от голода в пустошах, а внезапно озолотилась и стала местной знаменитостью. И, конечно же, его жалкая душонка не выдержала — поэтому он приперся проверять правдивость людской молвы лично. Окинув переполненный и шумный зал полным отвращения взглядом, Эвальд не рискнул сразу качать права. Он осторожно, как по минному полю, пробрался к единственному пустому месту, брезгливо протер табурет кружевным платком и присел, навострив уши. А послушать было что. — Говорю тебе, у леди Мари руки из чистого золота! — басил подвыпивший стражник за соседним столом. — А формы! Видал, как она бедрами покачивает, когда поднос несет? Богиня! Я бы ее… Ух! — Да за ее пироги с мясом можно родину продать, — вторил ему другой. — Слыхал, сам генерал Рэйвен теперь под ее дудку пляшет? Говорят, она его своими десертами приворожила… Глаза Эвальда округлились, а тонкие губы сжались в куриную гузку: “Как?! Его бывшая, отбракованная невеста — и сам генерал Рэйвен?! Неслыханно! НЕ-ВОЗ-МОЖ-НО! Как могла эта… Женщина столь неприглядных форм закрутить шашни с самым уважаемым существом их королевства? Его бывшая, глупая, нервная невестушка, которая интересовалась лишь новыми модными платьями и современными наработками в области притирок, белил и эссенций…”. Короче, градус напряжения подрос, как мои удавшиеся дрожжи. В этот момент дверь кухни распахнулась — в зал грациозно выплыла я, держа в руках огромный деревянный поднос, уставленный дымящимися глиняными кружками с горячим сбитнем и тарелками с румяными расстегаями. Волосы вылезли из-под повязки, фартук испачкался в муке, грудь тяжело вздымалась от физических нагрузок, но спина была прямая, а на губах играла фирменная улыбка владелицы успешного бизнеса по-средневековому. Эвальд поперхнулся воздухом — видимо, ожидал увидеть сломленную замухрышку в лохмотьях, а не пышущую здоровьем и уверенностью бизнес-леди МЕНЯ. Он подскочил с места, смахнув на пол чужую пустую кружку, и торопливо бросился мне наперерез. Ну и ну, неужели это могло кого-то привлечь? Худющий и бледный, как поганка, а прическа — вообще умора! Хотя как я могу судить, ни разу даже не целованная… Вся моя прошлая жизнь была посвящена делу и только делу — возможно, именно благодаря этому я и преуспела. Упорства мне не занимать! — Мари! О, всемилостивые боги, Мари! — Эвальд рухнул на одно колено прямо посреди зала и театрально раскинул руки, словно готовился поймать падающую с неба звезду. Единственной звездой тут была я — и вряд ли бы он осилил меня поймать этими ручками-веточками. Ха. Да и падать я вроде как не собиралась. Во мне взыграло нестерпимое желание отомстить за ту Мари и заодно за нынешнюю себя. Чисто для проформы, пока на нас пялились во все глаза другие гости. Я затормозила так резко, что сбитень в кружках опасно плеснулся, опустила взгляд на это фиолетовое бархатное недоразумение и приподняла бровь: — Мужчина, вы пол помыть вызвались? Тряпка в углу, коленями вы мне грязь не ототрете. ---------- Глава 16 — Мари, любовь моя! — завыл бывший жених в попытках схватить меня за подол трясущимися тоненькими пальчиками. — Это же я! Твой Эвальд! Я приехал! Я сделала лицо максимально глупым и повернулась к одному из завсегдатаев — моему зеленому парнишке: — Тор, милый, мы заказывали бродячих артистов на вечер? — Никак нет, хозяйка, — гаркнул орк и с удовольствием клацнул клыками. — Выкинуть его? — Мари, прекрати эту комедию! Немедленно! — Эвальд вскочил, отряхивая испачканное колено, и попытался изобразить властного лорда. Получилось у него как-то жалко. Несколько посетителей хрюкнуло в блестящие от жира кулаки. — Слухи не врали… Ты здесь действительно расцвела… Стала истинной королевой! Мои глаза были ослеплены столичными пустышками, но теперь я прозрел! Я осознал свою ошибку! Вернись ко мне, я все прощу! И торт, и твои капризы! Я изящно обогнула его, подошла к столу постоянных клиентов, расставила перед ними кружки с расстегаями, забрала пустую посуду и только потом обернулась к несбывшемуся “счастью”: — Простишь? — я усмехнулась. — О, какая щедрость! Надо же. Народ, вы записываете? Столичный лорд прощает мне торт, который я же ему в лицо и впечатала. Какая трогательная история любви! — Я серьезно! — Эвальд засеменил за мной, стараясь не отставать, пока я деловито протирала освободившийся стол влажной тряпкой. При этом он старался ничего не касаться — а то не дай богиня манжеты испачкаются. — Поехали со мной в столицу. Я заберу тебя из этого вонючего клоповника! Ты снова станешь моей официальной невестой, мы откроем твою… Забегаловку прямо на придворной площади! Я буду управлять финансами, а ты… — А я буду тебе носки штопать в перерывах между замесом теста? И нянчить детей, пока ты сгребаешь все лавры? — саркастично уточнила я, направляясь к стойке, но этот упрямый индюк упорно преследовал меня. Потом не выдержала и обернулась, из-за чего он чуть не впечатался мне в грудь лицом. — Слушай сюда, Эвальд. У меня тут все схвачено, поставки от самого генерала налажены, даже крыша над головой больше не течет. А клоповник здесь появится только в том случае, если ты задержишься дольше, чем на пять минут. — Но ты же женщина! Ты не сможешь вечно вести бизнес одна в этой глуши! — он попытался схватить меня за руку, но я ловко шлепнула его по пальцам мокрой тряпкой. Эвальд брезгливо отдернул руку и скривился, тут же оттирая ее своим белоснежным платочком. — Тебе нужен опекун! Муж! Защита! Я даю тебе второй шанс, дура ты набитая! Ой, зря он это сказал… “Но ти зи зенсина”, — хотелось мне передразнить его в голос, но я сдержалась и выпрямилась. Улыбка сползла с моего лица, уступив место холодному и расчетливому спокойствию московской бизнесвумен, у которой абсолютно бездарным образом пытаются отжать ее дело жизни. — Защита? Опекун? — я грозно шагнула к нему, заставив лорда попятиться назад и врезаться спиной в дверное полотно. — Моя защита сидит за каждым столом в этом зале. Мой бизнес принадлежит только мне. И если ты, надушенная моль, еще раз назовешь меня дурой или попытаешься предъявить права на то, что я построила своими руками… Я лично запихну тебя в чан с кипящим маслом. А Тор мне поможет. Да, Тор? — С превеликим удовольствием, леди Мари! — орк плотоядно оскалился, а остальные гости улюлюкающе загудели в знак поддержки хозяйки “Сладкой пустоши”. Маска оскорбленного романтика мгновенно слетела с лица Эвальда — его черты исказились от злобы и уязвленного самолюбия. Он понял, что его дешевенький спектакль провалился с треском, а его "влияние" здесь равно нулю. Вот так-то! — Ты еще пожалеешь об этом, — процедил он сквозь зубы. — Ты ссыльная, Мари. А законы не жалуют независимых женщин, владеющих крупным капиталом без попечительства лорда. Посмотрим, как ты запоешь, когда за тобой придут из столичного магистрата. Он резко развернулся, чуть не споткнувшись о порог, и скрылся в ночной темноте, хлопнув дверью так, что жалобно звякнули кружки на стойке. Ну и дела… Так, подождите, а что еще за “столичный магистрат” такой? Я думала, что мы уже прошли этот этап с хорьком Вормутом… — Какой мерзкий тип, — прокомментировал Шишок, когда я вернулась на кухню вся на нервах. — Прямо как прокисшее молоко. С виду вроде белое, а хлебнешь — и на горшок. Сарказм сарказмом, а угроза в его голосе прозвучала вполне реальная. Столичный магистрат, законы о попечительстве… Если этот ублюдок решит устроить мне юридический рейдерский захват, одной чугунной сковородкой я не отобьюсь. Если он просто так взял и сослал свою невесту без гроша в кармане в эту глушь, то натравить псов режима — ему вообще как раз плюнуть. А если тут тоже есть коррупция… Ой, батюшки! Мне конец… Хотя подождите-ка — у меня в кармане есть туз по имени генерал Рэйвен, который очарован моими пышками. Нужно срочно расширять штат. И, кажется, пришло время вплотную заняться укреплением связей с одним очень влиятельным местным генералом. Желательно — как можно скорее и на его территории за подачей горячих профитролей. ---------- Глава 17 Было ли мне страшно? Самую малость. Лежа в постели по ночам, я ворочалась и все думала, когда же мне на шею опустится дамоклов меч, занесенный угрозами Эвальда. Столичный магистрат — это вам не местечковая налоговая в лице пугливого крысеныша Вормута. Если этот надушенный павлин действительно пустит в ход законы империи, запрещающие незамужним женщинам владеть крупным бизнесом, мою “Сладкую пустошь” отберут быстрее, чем я моргну. Мне срочно нужна железобетонная “крыша”. Точнее, бронированный, пугающий и чешуйчатый купол… Но заявиться к генералу Рэйвену, картинно заламывать руки и вопить “Спасите-помогите, злой бывший бизнес отжимает!” мне категорически не позволяла гордость. Я, в конце концов, самостоятельная деловая женщина, а не кисейная барышня в беде, как всем вокруг казалось. Если я приду просить о защите напрямую, то окажусь у дракона в долгу. А долги таким могущественным мужчинам обычно отдают… Кхм… Интересными способами. Да и булки он мои уже распробовал… Значит, действовать предстояло тонко, по-женски хитро и через самое уязвимое место любого сурового вояки — желудок. План созрел мгновенно: вкусно кормить, излучать уют, а потом как бы невзначай, между делом, завести философскую беседу о несовершенстве имперского законодательства. Геополитика на уровне кухонных посиделок, только у нас вместо деда и его неизменной чекушки — я со своими пирогами и летающий хладокомбинат с неплохим аппетитом. Я с трудом заставила себя подняться с кровати, широко зевая. Руки и ноги налились свинцом непроходящей усталости, но я упрямо шагала навстречу каждому новому дню под задорное кудахтанье с заднего двора. Этот день не стал исключением: я умылась чистой водой, которую из родника неподалеку таскали орки, причесалась и оделась, готовая спускаться вниз. А на заднем дворе уже вовсю кипела своеобразная жизнь. — Куда пошел, пернатый диверсант?! А ну выплюнь червяка, он казенный! — донесся издалека возмущенный голос Шишка. Я выглянула в окно и невольно улыбнулась. Наш совместный с орками проект “подсобное хозяйство” вовсю набирал обороты. Тор и Тар сколотили из остатков добротных досок отличный курятник, а Тыр даже вырезал на нем какие-то свои орочьи обереги от лис (выглядели они жутковато, но лисы или другие хищники действительно обходили двор десятой дорогой). Теперь у нас был собственный бесперебойный источник яиц в виде десятка пестрых несушек и одного невероятно наглого, здоровенного черного петуха, с которым Шишок ежедневно вел битвы за лидерство на территории (не буду уточнять, какая пернатая тварина побеждала). Чуть поодаль зеленели ровные грядки с пряными травами, луком и местными пупырчатыми корнеплодами — моя личная гордость. Росли они, удобренные волшебной пыльцой, на удивление быстро — я только и успевала, что собирать урожай и полоть землю, засеивая новые незнакомые культуры на пробу. — Шишок, оставь птицу в покое! Это его червяк по праву сильного! — крикнула я в окно и снова широко зевнула, едва не вывернувшись наизнанку от усилий. — Лучше проверь запасы специй для мяса. Шишок, грозя петуху крошечным кулачком, поплелся в кладовую, бубня что-то про то, что из некоторых особо наглых петухов получается отличный бульон. Ну идиллия! Со стороны если глянуть — то у меня в шоколаде не только десерты, но и весь бизнес. Но я-то понимала, что мое хрупкое счастье может рухнуть в любой момент… К полуночи на пороге, как назло, появился знакомый черный экипаж. Но я уже была морально готова к исполнению роли “задумчивой и слегка обеспокоенной хозяйки таверны из захолустья”. В этот раз тоже никаких десертов и песенок! Мужчине, который весь день занят истреблением монстров или террором над подчиненными (я, если честно, не знаю, чем вообще занимаются драконы), нужны белки и углеводы, а не сахарная пудра. Я задумала приготовить сытнейшие мясные рулеты с начинкой из грибов и сыра, томящиеся в густом соусе из терпких ягод и красного вина, а на гарнир — запеченные дольками корнеплоды с розмарином. Еда, от которой становится тяжело, тепло и благостно, хочется спать и со всем соглашаться. Свежайшего продовольствия в этой драконьей резиденции было навалом — так что все ограничивалось лишь моей фантазией и местными алхимическими законами. Генерал, к моему облегчению, обнаружился на кухне не сразу, хотя вроде как намеревался впитывать азы моей кулинарии и следить за тем, чтобы я “не натворила” чего-нибудь. Неужели настолько доверял?.. Я успела отбить мясо, завернуть рулеты и отправить их томиться в печь. По кухне поплыл умопомрачительный аромат специй и мяса — у меня самой рот наполнился слюной, но я упрямо стиснула зубы. Не время набивать брюхо! Мне нужен холодный рассудок. — Запах такой, словно я вернулся после удачного рейда в родительский замок, — раздался низкий баритон прямо у меня над ухом. От неожиданности я вздрогнула и полоснула лезвием ножа по пальцам, из-за чего зелень быстро испачкалась моей кровью. Мы оба синхронно охнули: — Леди Мари, осторожнее! Я позову лекарей… — Да какие лекари? Это ж ерунда! — я уже потянулась к ближайшей тряпке, но остановилась на полпути: Рэйвен смотрел на меня, как на сумасшедшую, которая готова замотать палец грязным отрезом. Не, ну а что?.. Я не придумала ничего лучше, чем просто сунуть палец в рот. И уж лучше бы я этого не делала! Лицо генерала мгновенно изменилось — обеспокоенность сменилась кое-чем более приземленным и неуместным. Его взгляд, впившийся в мое покрасневшее лицо, говорил громче любых слов. Хоть Рэйвен и был образцом ледяной сдержанности, но мужские инстинкты никуда не девались и давали о себе знать. — Вы уверены, что не стоит звать лекарей? — уточнил он еще более тихим голосом и протянул ладонь вперед. Как в замедленной съемке и привороженная, я вытащила палец изо рта с тихим “чпок” и вложила свою руку в его. Когда дракон наклонился к нашим рукам, я рефлекторно зажмурилась — но он всего лишь слегка подул на царапину, как дуют детям на ранки. И вместо боли я почувствовала будоражащий холодок, который мгновенно остановил кровь. ---------- Глава 18 — Мороженое — это такой холодный десерт, — сглотнув, пробормотала я и мягко, но настойчиво высвободила свои пальцы. У меня там рулеты томятся, а я сама сейчас растекусь несвойственной лужицей прямо на этот дорогой мрамор… — Спасибо за первую помощь, но мне нужно закончить. Ужин сам себя не подаст. Я потянулась к рукояти ножа, но Рэйвен оказался быстрее. Его ладонь перехватила нож за секунду до меня, а сам он шагнул вплотную к столешнице, аккуратно, но непреклонно оттесняя меня бедром. — Учитывая вашу сегодняшнюю рассеянность, леди Мари, я не могу рисковать главным стратегическим ресурсом своего штаба — вашими руками, — безапелляционно заявил генерал, небрежно расшнуровал ворот темной рубашки еще сильнее, закатал рукава, обнажив крепкие предплечья, и повернулся к разделочной доске. — Командуйте. Я моргнула. Ледяной дракон, генерал заставы, мужик, от одного взгляда которого местная бюрократия впадает в кому, стоит передо мной и ожидает команды, чтобы нарезать зелень?.. Что ж, возьмем этого бычка за рога. — Максимально мелко, милорд. Но не в пыль, — я скрестила руки на груди в попытке хоть как-то унять бешеное сердцебиение. Рэйвен принялся за работу. Его движения были точными и обладали идеальным ритмом. Тук-тук-тук-тук. Несчастная зелень превращалась в необходимую по рецепту крошку. Наблюдать за тем, как этот огромный, властный мужчина покорно подчиняется моим кулинарным указаниям, оказалось до неприличия… Будоражаще. — Обычно ваши движения за готовкой безупречны, как боевой танец. А сегодня вы словно… Не здесь. Кто-то вас обидел? — не отрываясь от процесса, спросил вдруг Рэйвен. “Идеальный момент!” — довольно потер ручки мой внутренний стратег. Пора подавать главное блюдо этого вечера — геополитику с привкусом женской драмы. — Никто меня не обидел, генерал. Во всяком случае, пока, — я позволила себе почти обреченную усмешку, старательно отыгрывая уязвимость. — Просто на досуге ознакомилась с имперским законодательством… Оказывается, женщина в нашей империи — существо практически бесправное. Особенно, если у нее нет официального опекуна, а в анамнезе — скандально разорванная помолвка. Нож в руке Рэйвена замер всего на мгновение, а потом я взмахом ладони указала на печь, в которой нужно проверить рулеты. — Законы о попечительстве применяются в основном к аристократии при наследовании земель и титулов. Вас, как владелицу таверны на заставе, это не должно касаться. — На заставе — возможно… Но столичные индюки считают иначе. Ко мне на днях заглянул бывший жених, лорд Эвальд. — Тот самый глупец, который имел наглость сослать вас сюда? — голос Рэйвена стал предельно серьезным, а глаза были готовы метать ледышки. — И что же забыл здесь этот… Лорд? — Узнал, что мое заведение приносит прибыль, — я драматично похлопала ресницами. — Предлагал вернуться к нему в статусе официальной невесты. А когда я, разумеется, отказала… Угрожал натравить на меня столичный магистрат. Сказал, что законы Империи не позволяют одинокой женщине управлять крупным бизнесом, и он, как бывший опекун, может забрать все по закону. Вот я и задумалась, милорд... Может, пора паковать скалки? — Вы недооцениваете свое положение, леди Мари. И переоцениваете влияние столичных крыс, — Рэйвен поставил на столешницу пышущие жаром рулеты и шумно вдохнул воздух. Мелкими шажками я перемещалась по кухне следом за ним, не забывая иногда вздыхать и прижимать ладонь к груди. — Магистрат подчиняется гражданскому кодексу Империи. Но застава и прилегающие к ней территории — это военный рубеж. Здесь действуют законы военного времени. Мои законы. — И как же ваши суровые военные законы помогут бедной, беззащитной женщине спасти свои пирожки от рейдерского захвата? В очередной усмешке Рэйвена было столько хищного превосходства, что лорду Эвальду в этот момент стоило бы начать активно молиться всем известным богам. Или сменить ночные панталоны, если он уже спал. — Очень просто. Мой писарь доставит вам документ. Вы подпишете его, а ваша “Сладкая пустошь” официально получит статус Стратегического объекта продовольственного снабжения Северного гарнизона. Моя челюсть слегка отвисла. — Стратегического объекта?.. Это что, мне теперь на каждый эклер инвентарный номер лепить? Или заставлять орков честь отдавать перед тем, как откусить кулебяку? — Приберегите сарказм для бывших женихов, Мари, — глаза дракона лукаво блеснули. — Статус стратегического объекта делает вашу таверну неприкосновенной для любых гражданских ведомств. Ни один столичный пристав без моей личной печати не имеет права указывать заведению, работающему на нужды армии. Эвальд может хоть лопнуть от злости в своем магистрате — его бумаги здесь превратятся в прах. Мой внутренний предприниматель счастливо захлопал в ладоши и пустился в пляс. Шах и мат, бархатные панталоны! Военная юрисдикция — это вам не шутки! Но мой жизненный опыт, закаленный московскими налоговыми инспекциями, тут же забил тревогу. Я ведь уже вспоминала про мышеловки и бесплатный сыр? А уж если эту мышеловку ставит двухметровый ледяной дракон… — Звучит слишком идеально, генерал, — я прищурилась, пытаясь найти подвох в его непроницаемом лице сквозь пелену пара, который исходил от мясных рулетов. — Наверняка же есть какой-то пункт мелким шрифтом? — Разумеется, есть нюанс. Военный патент такого уровня не выдается кому попало. Владелец стратегического объекта должен находиться в прямом подчинении командующего. Либо… Под его официальной опекой. — Опекой?! — я поперхнулась воздухом, явно рассчитывая на другой исход событий. Можно ведь было просто махнуть какой-нибудь волшебной палочкой — ну или хвостом на крайний случай — и решить эту проблему так, чтоб все были в плюсе! Я забыла про свой образ невинной и уязвленной дамы и шагнула к Рэйвену, который теперь выкладывал на тарелки подоспевшие корнеплоды. — То есть, Эвальд хотел стать моим опекуном, чтобы отжать бизнес, а вы предлагаете стать им, чтобы… Что? Хрен редьки не слаще, милорд! Вы тоже хотите прибрать к рукам мою “Сладкую пустошь”? ---------- Глава 19 Обещанный военный писарь ко мне так и не пришел, зато вместо тщедушного клерка с чернильницей через несколько дней на пороге таверны после закрытия нарисовался сам генерал Рэйвен при полном параде: в темном камзоле, с неизменным ледяным спокойствием на лице и кожаной папкой, при виде которой у меня начал нервно подергиваться глаз (спасибо Вормуту за это!). — Документы особой секретности, леди Мари, — невозмутимо заявил дракон на мой вопросительный взгляд, потеснил меня от двери и прошел внутрь, занимая самый освещенный дубовый стол в зале. — Не мог доверить их рядовому писарю. Ну что за вздор? Я закатила глаза, но спорить не стала, принесла две кружки эля, скромно присела напротив и придвинула к себе плотный пергамент, пока генерал раскладывал по столешнице принадлежности для подписания договора: чернила и какое-то странное на вид перо. Включив режим “московская акула бизнеса”, я принялась въедливо вчитываться в каждую строчку, как если бы была учительницей и проверяла контрольные своего самого нелюбимого класса. Опыт подсказывал: там, где военные обещают защиту, обязательно найдется скромный пункт про конфискацию имущества в пользу гарнизона. Но текст был на удивление грамотным. “Сладкая пустошь” действительно получала охранный статус стратегического объекта. Столичный магистрат мог идти лесом, а лорд Эвальд — еще дальше и вприпрыжку, сверкая пятками. Однако, дойдя до раздела “Обязанности сторон”, я поперхнулась горьковатым пенным. Каюсь, грешна, по кружечке-другой после работы — почему бы и нет? Я заслужила! И спится после этого лучше, да крепче. — Генерал, — я постучала ногтем по пергаменту. — А что это за пункт 4.1.2? “Официальный опекун имеет право на беспрепятственный доступ к территории объекта, включая кухонные, складские и жилые помещения, в любое время суток для проведения внеплановых инспекций”? — Исключительно в целях вашей безопасности, Мари. Вдруг у вас тут заведется пустошный монстр? Или призрак? — Максимум, что может у меня тут завестись, это оживший комок пыли с бородой, — я схватила перо и яростно макнула его в чернильницу, умалчивая о том, что как таковой “комок” у меня уже имелся. — Мы можем изменить этот пункт? Рэйвен откинулся на спинку стула, скрестив руки на широкой груди, и с явным наслаждением принялся наблюдать за тем, как у меня от возмущения раздуваются ноздри. — Отчего же нет? Я всегда открыт для конструктивного диалога со своими… Партнерами, — в его серых глазах заплясали совершенно не протокольные чертики. Дракон мягко забрал у меня из пальцев перо, едва ощутимо мазнув прохладной кожей по моей ладони, и размашисто перечеркнул строчку. — Пишем новую редакцию: внеплановые инспекции проводятся по предварительному договору, за исключением случаев, когда жизнь объекта находится под угрозой, или объект испытывает острую необходимость в… — Так не пойдет. Пишите: “Исключительно в рабочие часы таверны, либо по письменному приглашению владелицы”. И точка. Рэйвен издал тихий и сокрушенный вздох, с каким суровые мужчины обычно уступают капризам любимых женщин, и неохотно исправил формулировку. “Ишь ты, дипломат чешуйчатый, — победоносно подумала я, возвращаясь к чтению. — Нас в Москве так прессовали, что твои драконьи уловки для меня — детский лепет”. Но радовалась я, как выяснилось, слишком рано. Перевернув плотный лист, я дошла до раздела “Форс-мажорные обстоятельства” и замерла, чувствуя, как краска стыда и праведного гнева медленно заливает мне щеки вплоть до корней волос. — Так, лорд Рэйвен, — я медленно положила ладони на стол и подалась вперед, отчего мое декольте оказалось в опасной близости от его лица. Дракон, разумеется, моментом этим воспользовался, лениво скользнув глазами по моим округлостям. — А это что за юридическая камасутра мелким шрифтом? Пункт 5.3.1: “В случае критической дестабилизации ледяной магической ауры Опекуна Опекаемая обязуется оказывать содействие в ее стабилизации всеми доступными ресурсами, включая прямую соматическую конвергенцию и экстренный телесный теплообмен”. Вы серьезно?! Экстренный телесный теплообмен?! Вы этот договор в столичном брачном агентстве составляли? — Мари, это чистая физика и суровая магия, — его голос опустился до вкрадчивого шепота, а взгляд был все еще намертво прикован к моему декольте. — Моя стихия опасна. Если я потеряю контроль над своей силой, то могу замерзнуть насмерть. Или заморозить весь гарнизон. Живое, концентрированное тепло — единственный способ вернуть меня в норму. Ваша энергетика и потрясающие блюда идеально стабилизируют мою сущность. Так что этот пункт — вопрос выживания Северного рубежа Империи. Государственная необходимость, если угодно. “Государственная необходимость, надо же! — паниковал мой внутренний голос, пока я невольно гипнотизировала взглядом его чувственные и четко очерченные губы. — Этот хитрый ящер прямым текстом прописал в военном контракте пункт, по которому я должна буду греть его в постели, если у него вдруг поднимется экстренный уровень внутреннего пафоса! И ведь как завернул — соматическая конвергенция!”. Знала же, что этим все кончится. И все равно повелась. Ну и дела! — Государственная необходимость, значит? — я саркастично выгнула бровь, отчаянно пытаясь удержать холодный рассудок в узде. — Там, откуда я родом, при угрозе обморожения пострадавшего принято растирать спиртом, поить горячим чаем с имбирем и обкладывать резиновыми грелками с кипятком. Запишите в контракт: “Опекаемая обязуется предоставить Опекуну две грелки, чан горячего мясного бульона и три литра крепкой гномьей настойки”. Поверьте, генерал, это стабилизирует вас быстрее, чем любой телесный теплообмен. — Вы невыносимы, Мари, — выдохнул он и быстрым движением внес очередные правки. — Хорошо, пусть будут грелки и бульон. Но учтите: если настойка не поможет, придется прибегнуть к пункту о неэффективности стандартных методов. ---------- Глава 20 “Сладкая пустошь” официально стала неприкосновенным военным объектом, а я… Я — женщиной, официально находящейся под опекой самого опасного мужчины на этой заставе. Такое событие требовалось отметить — я залпом опрокинула в себя все оставшееся содержимое кружки под пристальным взглядом Рэйвена. К своей он даже не притронулся, так что я недолго поразмышляла и придвинула ее к себе. — С бюрократией покончено, теперь бы пережить кадровый голод... — пробормотала я и собралась с силами, чтобы произнести вслух еще одну маленькую просьбу. Смочила губы и, громко стукнув кружкой об столешницу, выдохнула: — Милорд, раз уж мы теперь стратегические партнеры, у меня к вам новое деловое предложение… — Эвальд снова приходил? — генерал мгновенно подобрался и напрягся, отчего мне стало даже смешно. Неужто настолько за меня переживает? — Хуже, приходят новые гости. Их становится все больше и больше с каждым днем. Я уже не справляюсь... Мне срочно нужен помощник. Су-шеф, посудомойка, вышибала — желательно три в одном. Я собиралась повесить объявление на площади, но… Взгляд Рэйвена скользнул по моей шее и задержался на ключицах, а я почти физически услышала, как в его драконьей голове заскрежетали шестеренки. Видимо, перспектива нанять мужика-повара, который будет тереться со мной на одной тесной кухне целыми днями, его не особо радовала. — Доверять доступ к продовольствию гарнизона людям с улицы нельзя. У моего штаба есть благонадежные кандидаты. Я лично пришлю их к вам на собеседование. — Правда? — я счастливо хлопнула в ладоши. — Вы мой спаситель! “Какая же я наивная чукотская девочка,” — мрачно подумала я уже через пару дней. “Собеседования” начались ровно в полдень, а сам генерал, сославшись на то, что обязан “проконтролировать процесс вербовки”, уселся за стол рядом со мной по правую руку. Теперь я понимала его хитрый план: “проверенные кандидаты” оказались проверенными на предмет их абсолютной и стопроцентной непривлекательности. Ледяной интриган специально отобрал тех, кто даже в теории не мог вызвать у меня ни капли романтического интереса. Первым в таверну вполз невероятно древний и полуслепой гном. Он был настолько глух, что на мой вопрос “Умеете ли вы обращаться с дрожжевым тестом?” радостно закивал и гаркнул, явно преувеличивая свои заслуги: “Конечно! Я убил в пустошах трех троллей!”. Когда я попросила его показать, как он режет овощи, дед достал боевой топор и разрубил пополам доску вместо капусты. — Не подходит, — констатировала я, массируя переносицу. Рэйвен рядом невозмутимо кивнул. Вторым был гоблин: тощий, зеленый и трясущийся, как осиновый лист. Он, может, и умел готовить, но стоило генералу Рэйвену просто посмотреть на него своими жуткими вертикальными зрачками, как бедолага икнул, уронил поднос с чистыми тарелками и упал в обморок. Третьим кандидатом оказался высокий и нескладный… Э-э-э… Оборотень? Или как назвать существо, похожее на волка и ходящее на двух лапах? С ушами, хвостом и… Когтями! Я оживилась, прикидывая в уме, как можно было бы запрячь в хозяйстве такую “псинку”, но Рэйвен безмолвно “вмешался” в наш разговор и с хрустом размял костяшки пальцев, а его аура стала такой давящей, что на окнах выступил иней… Оборотень пробасил что-то о том, что у него “внезапно началась аллергия на глютен”, и с хвостом трубой вылетел за дверь. Я заскрипела зубами, повернулась к своему “официальному опекуну” и с размаху шлепнула его кухонным полотенцем по плечу, нисколько не переживая, что за эту вольность мне полагается плаха. — Вы мне так всех кандидатов распугаете, генерал! Кто картошку чистить будет? А посуду мыть? А грядки полоть?! Вы со своими боевыми заклинаниями? Я просила помощника, а не цирк уродов и паралитиков! Если следующий кандидат окажется таким же... Я не успела договорить, как дверь в таверну распахнулась с такой силой, что ударилась о стену и едва не слетела с петель. В зал ввалилась — точнее, вломилась — женщина. Хотя слово “женщина” описывало это великолепное явление лишь отчасти: она была под два метра ростом, с кожа глубокого и насыщенного красного цвета, словно пропеченный кирпич. Смоляные волосы были заплетены в жесткие дреды, один из которых небрежно перехватывало железное кольцо. Из-под непослушной челки торчали два обломанных, но все равно внушительных демонических рога. На ней были кожаные штаны, перетянутые ремнями, и грубый топ, открывающий мускулистые руки, покрытые татуировками, и живот с кубиками пресса. — Здарова, начальство! — рявкнула она хрипловатым контральто, от которого зазвенела посуда на полках, и широким шагом подошла к нашему столу, не обращая ни малейшего внимания на ледяную ауру Рэйвена. — Я Карра. Слыхала, тут работа есть? Где кухня? Что рубить? Я в шоке переводила взгляд с нее на генерала, который сидел абсолютно расслабленно. Вот, значит, как? Такой вариант нас устраивает? — Карра, — я осторожно прокашлялась и встала. — Я Мари, владелица “Сладкой пустоши”… Работа есть, но она тяжелая. Нужно стоять у жаркой печи по двенадцать часов, таскать продукты, бочонки с элем, резать мясо и, возможно, иногда выкидывать из зала буйных наемников. А, ну и всякое по мелочи, грядки там… Демонесса расхохоталась. — Жаркая печь? Хозяйка, да я в жерле вулкана могу спать! — она бесцеремонно обошла меня, направилась к раскаленному очагу, где томился здоровенный чугунный котел с бульоном, и… Голыми руками, без прихваток, сняла его с огня, переставив на соседнюю решетку. Кожа на ее ладонях даже не покраснела. У меня отпала челюсть — антипригарное покрытие прямо на человеке! Это же мечта любого общепита! — А что насчет вышибалы? — спросила я, на что Карра ухмыльнулась, обнажив острые клыки, подошла к пустому дубовому бочонку из-под эля, легко подхватила его одной левой рукой и жонглерским движением подбросила в воздух. — Любого, который тебя, хозяйка, словом обидит, я вот так же подброшу. И ловить не буду. А ножом я машу так, что противник даже моргать не успевает. Ну так что, берешь? ---------- Глава 21 Жизнь стратегического объекта продовольственного снабжения била ключом. И, слава богам, больше не по моей голове. Ранним утром я стояла на крыльце “Сладкой пустоши”, уперев руки в бока, и с гордостью наблюдала, как Тор и Тар загружают в телегу свежайшие и еще горячие пироги с мясом и капустой. Это была наша первая официальная поставка для Северного гарнизона. Генерал Рэйвен не шутил: договор работал как часы, продукты прибывали исправно, а моя казна пополнялась тяжелыми звенящими монетами. Карра, моя новая двухметровая демоническая помощница, оказалась просто подарком небес — тьфу, точнее, ада! Она таскала мешки с мукой так, словно они были набиты пухом, гоняла нищих оболдуев, если те пытались стащить пирожок, и обладала поистине волшебным свойством не обжигаться у раскаленной печи. Я наконец-то смогла чуточку выдохнуть и почувствовать себя настоящей бизнес-леди, у которой все на мази. Вернувшись в зал после отправки телеги, я застала там на удивление меланхоличную картину: мой верный поставщик мебели, гном Фаргус, сидел за стойкой в полном одиночестве и горестно вздыхал в кружку с темным элем. Его роскошная рыжая борода поникла, а в глазах-пуговках снова плескалась знакомая печаль. — Фаргус, дружище, кто обидел нашего лучшего плотника? — я подошла к нему и похлопала по понурому плечу. — Только не говори, что ты снова решил звать меня замуж. Мы же вроде договорились. — Что? А, нет, леди Мари, уговор дороже золота, — он тяжело вздохнул и шмыгнул своим большим носом. — Тут дело… В другом. Беда у меня… Сердечная. Я заинтересованно приподняла бровь и придвинулась ближе: — Рассказывай. Для этого и нужны друзья. — Хельга, — Фаргус закатил глаза к потолку с таким трепетом, словно произнес имя богини. Помнится, при мне он так же иногда выглядел… — Она на днях с обозом прибыла. Кузнечиха. Мари, ты бы видела эту женщину! Она как монолитная скала! Бицепсы — во! Плечи — во! А как она молотом по наковальне бьет… Искры летят, а у меня сердце замирает! — Так в чем проблема? Подойди, познакомься, угости элем, — я улыбнулась и искренне обрадовалась, что гном нашел себе даму… По размеру. — Да как я подойду-то?! — взвыл он и вцепился в свою бороду. — Я ж плотник! Я только рубанком водить умею да стамеской ковырять! А она с металлом работает! Я ей вчера полочку резную принес… А она посмотрела на меня, как на блоху, и сказала, что ей стружка в кузне не нужна. Не везет мне в любви, Мари… — Фаргус, ты все делаешь неправильно! Забудь про деревяшки. Включаем стратегию! Иди к ней в кузню, но не с полкой, принеси кусок хорошей и редкой руды. Похвали ее хват, скажи, что ее удар молотом звучит как музыка с… Небес? Или откуда она там… И предложи вместе заточить топоры. Понял? Что-то из этого обязательно сработает. Гном захлопал глазами, с трудом переваривая услышанную информацию. Затем его лицо медленно озарилось широчайшей улыбкой, а сам он вскочил с табурета, окрыленный моими подсказками по завоеванию сурового кузнецовьего сердца. — Великая Наковальня, Мари, ты гений! Проводив воодушевленного гнома взглядом, я с чувством выполненного долга отправилась на кухню, где вовсю работала Карра. Если бы я знала, что уже через час мне самой понадобится помощь психотерапевта, я бы не была такой довольной и расслабленной... Ближе к обеду, когда таверна мерно гудела от сытых и довольных голосов посетителей, дверь распахнулась, впуская внутрь щедро надушенное облако. Сперва мне даже показалось, что это снова мой “ненаглядный” бывший, однако на пороге я увидела нечто совершенно прекрасное. Это великолепное создание было тощим, как жердь, и облаченным в невероятно дорогое и абсолютно неуместное для наших широт платье. Ее лицо с тонкими и аристократичными чертами напоминало работу профессионального скульптора, который знал толк в истинной женской красоте. А за ее идеально натянутой спиной маячило двое личных охранников, которым осточертело таскаться за своей леди, но они не имели права отказаться. И что же ты забыла в этой дыре, дорогуша? Я нацепила дежурную улыбку и, игнорируя хмурых амбалов, которые явно собирались меня остановить, юркнула мимо них. Девушка вздрогнула, когда я обратилась к ней натренированным и бодрым голосом: — Добро пожаловать в “Сладкую пустошь”! Желаете отведать нашего фирменного мясного рагу или горячих пирогов? — вежливо предложила я, зыркнув на одного из охранников убийственным взглядом, чтобы даже не вздумал дергаться в мою сторону. Карра вышла из кухни с дымящимся подносом в руках и навострила уши. — Рагу? Пирогов? — фифа посмотрела на меня так, словно я предложила ей съесть фаршированную крысу, и скукожила свои напомаженные губы-бантики. — Боги, какая мерзость! Принесите мне легкий зеленый салат. И стакан чистой родниковой воды с зеленым вержусом. Началось… Я мысленно досчитала до пяти и только потом ответила: — Леди, у нас тут застава... Зеленый салат сейчас только на грядке проклевывается. Могу предложить квашеную капусту! И что еще за вержус? — Какой кошмар, — она картинно закатила глаза и обмахнулась веером. — И как мой обожаемый жених только выживает в этой дыре? Предчувствие снова меня не подвело, так что я аккуратно уточнила: — Простите, а кто ваш обожаемый жених?.. — Мой жених — генерал Рэйвен, разумеется, — она надменно вскинула подбородок и смерила меня презрительным взглядом. Ну, конечно, я ведь и в подметки ей не гожусь: уставшая от постоянного физического труда, потрепанная, с пышными формами, в простецкой одежде и с взлохмаченными волосами… Мы с ней — две параллельные прямые, которые никогда не должны были пересечься. — Я леди Изольда. Приехала навестить его перед нашей скорой свадьбой. Мне сказали, он питается здесь… Какими-то дешевыми простолюдинскими помоями. ----------