Любовь без предварительного согласования Эмма Ренье Марк — успешный руководитель международного направления крупной итальянской компании. Он уверен в себе, привык принимать решения и добиваться результата. Его жизнь давно сложилась: работа, друзья, семья, путешествия и привычный ритм, в котором всё находится на своих местах. Анна руководит европейским подразделением международной компании. Она независима, амбициозна, привыкла рассчитывать на себя и прекрасно знает, чего хочет от жизни. Её дни расписаны между совещаниями, переговорами и командировками, но именно такую жизнь она когда-то для себя выбрала. Они случайно знакомятся за обедом в Милане. Марк проявляет инициативу, Анна отвечает на его интерес, и знакомство, которого никто из них не планировал, постепенно перерастает в роман. Теперь среди рабочих встреч и перелётов появляются совместные ужины, поездки и выходные вдвоём. Но чем ближе они становятся, тем очевиднее, что нескольких свободных вечеров в календаре им уже недостаточно. И им предстоит понять, как из двух самостоятельных, насыщенных жизней построить одну общую. ==================== Глава 1 В понедельник к половине второго Марк успел закончить закуску и просмотреть материалы к совещанию. До его начала оставалось полчаса, а заказанный сибас ещё не принесли. Он отложил телефон. Трое руководителей региональных команд могли двадцать минут обойтись без новых указаний. Прогнозы на следующий квартал уже обсудили, спорные сроки поставок согласовали. На встрече предстояло утвердить договорённости и убедиться, что все поняли их одинаково. Марк руководил международным направлением Lamberti Automation Group - компании, выпускавшей упаковочные линии и производственное оборудование. За пределами Италии почти любой вопрос, связанный с крупным клиентом, рано или поздно попадал к нему. Обычно вместе с просьбой решить его до конца дня. Ресторан находился возле Порта-Нуова, в нескольких минутах ходьбы от офиса. Светлый камень, тёмное дерево, достаточно места между столами. Здесь можно было спокойно пообедать, хотя к двум часам почти за каждым столом всё равно обсуждали работу. Марк налил воды и как раз собирался проверить время, когда в ресторан вошла женщина. Он заметил её сразу, и не только потому, что она была красивой. В Милане красивыми женщинами трудно было кого-либо удивить. Особенно возле Porta Nuova, где к обеду собирались люди, выглядевшие так, словно между двумя совещаниями успели заехать к стилисту. Но в этой женщине всё было слишком точно. Тёмно-синее платье мягко облегало фигуру и выглядело одинаково уместным и на деловой встрече, и за вечерним столиком с бокалом вина. Тонкие каблуки делали её выше, но не мешали идти быстро. Тёмные волосы были аккуратно уложены мягкими волнами и спадали ниже плеч. На вид ей было около тридцати пяти. Марк успел рассмотреть карие глаза за тонкой оправой очков, мягко очерченные губы и фигуру, которую платье не скрывало, а только подчёркивало. Тонкая талия, выраженная линия груди и бёдер, стройные ноги. Он задержал взгляд чуть дольше, чем собирался. В одной руке женщина держала телефон, на сгибе другой висела чёрная сумка Louis Vuitton. Она коротко оглядела зал. Хостес проводила её к столику рядом с Марком. Женщина села к нему вполоборота, положила сумку на соседний стул и на несколько секунд посмотрела в его сторону. Их взгляды встретились. В её лице ничего не изменилось. Она отвернулась и сосредоточилась на телефоне. Сибаса по-прежнему не было. Подошёл официант. Женщина подняла голову и на очень правильном итальянском заказала салат с креветками и артишоками, попросила не добавлять лук и принести американо. Она говорила без ошибок, но слишком аккуратно. Не сокращала слова, чётко произносила окончания. Во время заказа она сделала одну короткую паузу, будто сначала подбирала нужную формулировку и только потом произнесла её. Итальянкой она точно не была. Через минуту ей позвонили. — Джон, здравствуйте, — ответила она по-английски. Несколько секунд слушала. — Нет, меня не поставили в известность. Когда это произошло? Она выпрямилась и свободной рукой поправила вилку возле тарелки. — Сколько пользователей затронуто?.. Ответ ей, судя по выражению лица, не понравился. — Хорошо. Я разберусь. Она отключилась и сразу начала кому-то писать. Английским женщина владела значительно свободнее, чем итальянским. Речь была быстрой и уверенной; по нескольким фразам Марк опять не смог определить, откуда она родом. Внешне она тоже могла оказаться кем угодно. Возможно, американкой, хотя в ней было что-то скорее европейское: не в одежде, а в сдержанной манере держаться. Ему наконец принесли рыбу. Почти одновременно перед соседкой поставили салат и кофе. Она успела сделать два глотка, когда телефон снова завибрировал. — Да, я подключусь через пять минут. Пришлите ссылку. Она отключилась, достала из сумки тонкий ноутбук, наушники и блокнот в кожаной обложке. Поставила ноутбук перед собой, открыла блокнот, быстро записала несколько строк и только после этого вернулась к салату. За оставшиеся пять минут она съела не больше двух вилок и допила кофе. Марк наблюдал за ней поверх своей тарелки. Он не собирался подслушивать чужое совещание. В ресторане одновременно говорили десятки людей, звенели приборы, работала кофемашина, а из динамиков негромко звучала музыка. Обычный шум делового обеда позволял не обращать внимания на разговоры за соседними столами. Она надела наушники. — Добрый день. Давайте начнём. Совещание тоже шло на английском. Марк отделил кусок рыбы. Вокруг разговаривали, звенели приборы, негромко работала музыка. Он привык обедать среди чужих переговоров и обычно переставал их замечать через несколько минут. — Нет, — сказала женщина. — Начните с момента, когда стало понятно, что запуск под угрозой. Марк поднял глаза. Она слушала, глядя в экран, и что-то записывала в блокнот. Потом посмотрела поверх ноутбука. Он улыбнулся. Обычно этого было достаточно хотя бы для ответной улыбки. Иногда для более долгого взгляда. Марк не считал собственное обаяние исключительным даром, но статистика у него была вполне убедительная. Её взгляд скользнул мимо и вернулся к экрану. Марк не сразу понял, заметила ли она его вообще. — Девять восемнадцать - это уже после запуска. Платформа должна была заработать в девять. Когда выяснилось, что пользователи не могут пройти проверку личности? Ей ответили. — И после этого мы ещё двадцать три минуты продолжали отправлять туда новых пользователей? Марк перестал следить за своей тарелкой. Он слишком хорошо знал разговоры, в которых серьёзная ошибка сначала превращалась в «небольшую нестабильность», потом в «совокупность факторов», а к концу встречи уже никто не мог вспомнить, кто именно принял решение. Женщина, похоже, тоже их знала. — Кто решил продолжить? Она выслушала объяснение. ---------- Глава 2 В половине девятого Марк решил, что достаточно ждал. Он открыл переписку по номеру с визитки. «Удалось всё-таки поесть или второй кофе оказался единственной едой до вечера? Марк. Тот самонадеянный человек из ресторана». Перечитал и отправил. Ответа не было. Через час сообщение по-прежнему оставалось без ответа. К одиннадцати Марк успел поужинать, поговорить с матерью и просмотреть несколько контрактов. Телефон лежал рядом, но не завибрировал ни разу. Он не стал писать снова. Анна могла быть не заинтересована. Могла сознательно выдерживать паузу или проверять, начнёт ли он требовать внимания после сорока минут знакомства. Наконец, она действительно могла всё ещё работать. Марк лёг спать около полуночи. Во вторник ответ пришёл в десять двадцать семь, когда он уже находился в офисе. «Доброе утро. Вчера была занята до ночи и увидела ваше сообщение только сейчас. Это не проверка и не вежливое исчезновение. Поесть удалось. Анна». Марк перечитал сообщение дважды. «Я выбрал проверку. Эта версия была лучше для моей самооценки». Ответ появился через несколько минут. «Значит, ваша самооценка пережила ночь». «С трудом. Придётся заняться её восстановлением. Сегодня за ужином?» На этот раз Анна отвечала дольше. «Сегодня не могу». «Тогда в среду». «Вы очень настойчивый». Марк улыбнулся. «Только когда мотивации достаточно». Три точки появились почти сразу, исчезли, затем появились снова. «В среду могу. Только я не ем французскую кухню». «Мы в Италии. Французский ресторан был бы почти оскорблением». «Тогда в среду». «В восемь. На этот раз вы действительно поужинаете». «Не обещаю. Но постараюсь». Марк положил телефон на стол. До вечера среды оставалось чуть больше суток. На этот раз он мог подождать. Продержался он примерно до трёх часов дня. «Как проходит день человека, который вчера работал до ночи?» Анна ответила минут через двадцать: «Сегодня лучше. Пока ничего не сорвалось». «Рабочий день ещё не закончен». «Спасибо за поддержку». «Всегда пожалуйста. Могу также заранее предложить несколько убедительных формулировок на случай нового провала». «Например?» Марк задумался. «Незапланированное изменение графика. Временное отклонение от ожидаемого результата. Поэтапная реализация без заранее утверждённых этапов». «Последнее я уже слышала вчера». «Значит, мои знания финтеха развиваются быстрее, чем я ожидал». «Вы подслушали одно совещание и уже считаете себя специалистом». «Я быстро учусь». «Я заметила». Переписка продолжалась с перерывами. Анна отвечала то через несколько минут, то через полчаса, но ни разу не закончила разговор формальной фразой. Марк рассказал о своих совещаниях. Она спросила, пришлось ли ради переписки перенести ещё одно. Он заверил её, что сегодня его профессиональная дисциплина безупречна и все встречи состоялись вовремя. Ближе к семи написал: «Надеюсь, сегодня у вас будет ужин, который состоит не из двух вилок салата». «Будет. Я как раз собираюсь уходить». «На ужин с другим мужчиной?» Вопрос был шуткой. По крайней мере, именно так Марк сформулировал его для себя перед отправкой. Анна ответила через минуту: «С моим начальником». Марк посмотрел на экран. Ответ допускал слишком много толкований. Это мог быть обычный рабочий ужин. Скорее всего, именно им он и был, но Анна не уточнила ни этого, ни чего-либо ещё. «Мне уже начинать беспокоиться?» Сообщение было доставлено. Ответа не последовало. Через двадцать минут Марк убрал телефон в карман. Ещё через час проверил снова, хотя прекрасно знал, что ничего не пропустил. Второе сообщение отправлять не стал. Если она ужинала с начальником, то вполне могла не смотреть в телефон. Если решила закончить разговор, требовать продолжения он тем более не собирался. Анна написала около десяти: «Не стоит. Ужин был целиком и полностью посвящён работе». Марк перечитал сообщение. То, что она всё-таки вернулась к его вопросу, понравилось ему сильнее, чем следовало после одного кофе и нескольких сообщений. «Тогда я спокоен». На этом разговор закончился. В среду Марк написал ей в половине девятого утра: «Доброе утро. Наш ужин сегодня всё ещё в силе?» Ответ пришёл, когда он уже начал первое совещание: «Доброе утро. Да, всё в силе». Марк прочитал сообщение под столом. «Куда за вами заехать?» «Почему вы решили, что за мной нужно заезжать?» «Не решил, но я готов. Назовите любое место, откуда вас будет удобно забрать». «Пришлите адрес ресторана. Я приеду сама». «Вы лишаете меня возможности проявить воспитание». «У вас ещё будет возможность». Марк улыбнулся. «Хорошо. В этот раз я соглашусь». «В этот раз?» «Не хочу, чтобы вы решили, будто со мной всегда так легко». «Пока у меня не возникло такого впечатления». Он отправил адрес и время. «Поставила в расписание. Буду». «И в этот раз я лично прослежу, чтобы вы нормально поужинали». «Это угроза?» «Обещание». Ресторан Марк выбирал дольше, чем собирался. Отказался от двух слишком очевидных мест, куда обычно приглашал приезжавших в Милан партнёров, и от одного нового ресторана, в котором из-за музыки почти невозможно было разговаривать. Остановился на небольшом итальянском ресторане недалеко от Бреры. Несколько залов, старое дерево, светлый камень, белые скатерти. Между столиками достаточно места, меню короткое и сезонное. Никакой французской кухни. Домой он приехал с запасом времени. Принял душ, надел светлую рубашку и тёмно-синий костюм. Галстук оставил в шкафу. Застёгивая часы, задержался перед зеркалом. ---------- Глава 3 На следующее утро первой написала Анна. «Пятница стала ближе примерно на девять часов. Надеюсь, теперь тебе немного легче». Марк прочитал сообщение перед началом совещания. «Немного. Но до полного выздоровления мне всё ещё необходим лучший тирамису в Милане». «Очень удобно поставленный диагноз». «Я тщательно выбирал симптомы». Он отправил ей адрес. «Восемь. Предложение заехать за тобой всё ещё в силе». «Спасибо, но я приеду сама». «Я обязан был попробовать ещё раз». «Я знала, что попробуешь». «Ты начинаешь слишком хорошо меня понимать». «Для этого не требуется много времени». Марк улыбнулся и убрал телефон. Переписка возобновилась после обеда. «Кстати, я вчера не сказал, что жемчуг тебе очень идёт». Анна ответила не сразу. «Ты достаточно долго его рассматривал». «Не только его». На этот раз пауза получилась длиннее. «Это я тоже заметила». Марк перечитал ответ. «Хорошо». «Почему?» «Потому что мне не придётся делать вид, будто я старался быть незаметным». «У тебя бы всё равно не получилось». «Я и не собирался». Через час Анна написала: «Что будет, если твой лучший тирамису окажется совершенно обычным?» «Тогда мне придётся пригласить тебя куда-нибудь ещё, чтобы восстановить репутацию». «Ты уже планируешь третью встречу?» «Я предпочитаю думать заранее». «Она пока не согласована». «Пока». Анна прислала улыбающийся смайлик. Для Марка этого было достаточно. В пятницу её сообщение пришло в семь двадцать утра. «Доброе утро. Восемь остаётся в силе. Но у меня с утра аврал, поэтому до вечера я, скорее всего, исчезну». Марк ещё был дома. Стоял на кухне с первой чашкой кофе и просматривал почту перед выездом в офис. «Главное, появись в восемь». Сообщение было прочитано почти сразу. Анна не ответила. Марк подождал несколько секунд, усмехнулся собственной реакции и убрал телефон. Она предупредила, что исчезнет. За эти несколько дней он уже успел понять, что её слова обычно означали именно то, что было сказано. Если рабочий день не оставлял времени на переписку, она работала. Его собственный день тоже не предполагал долгих разговоров. Первое совещание началось в половине девятого. Обсуждали запуск новой упаковочной линии на заводе под Линцем. До финальных испытаний оставалось десять дней, а оборудование всё ещё не соответствовало предусмотренным контрактом показателям. Модуль визуального контроля отбраковывал почти вдвое больше упаковок, чем должен был. Инженеры спорили о причинах. Одни считали, что проблема в настройках камер, другие подозревали неисправность датчика. Австрийская команда предлагала начать производство по графику и разбираться с отбраковкой уже в процессе. Марка такой вариант не устраивал. Линия была первой частью большого контракта. При успешном запуске клиент собирался заменить оборудование ещё на трёх заводах. Ошибка сейчас могла поставить под угрозу всё соглашение. — Если начнём производство в таком виде, через два дня у клиента будет склад нормальной продукции, которую линия признала браком, — сказал Марк. — А через три дня нам выставят счёт за потери. Руководитель проекта объяснил, что процент отбраковки можно снизить после дополнительной калибровки. — Можно снизить или снизим? После короткой паузы ему ответили, что снизят. — Когда? Точной даты не оказалось. Следующие сорок минут ушли на то, чтобы определить ответственных и сроки. На сегодня назначили дополнительную проверку оборудования, а на понедельник поставили промежуточный тест на австрийском заводе. Марк закончил совещание только после того, как каждый участник подтвердил свои задачи и дедлайны. Анна, вероятно, одобрила бы вопросы о сроках. Марк отогнал мысль о ней и открыл следующий документ. В воскресенье накануне финальных испытаний Марк собирался выехать в Австрию. Обычно на этом этапе его участие не требовалось, но сейчас слишком многое зависело от успешного запуска. Через полчаса в дверь постучали. Элиза Бауэр вошла с планшетом под мышкой и прикрыла за собой дверь. Высокая, светловолосая, почти ровесница Марка. Прямые волосы до плеч были убраны за уши, на ней был светло-серый брючный костюм. — Я только что говорила с клиентом из Линца, — сказала она по-итальянски. — Можем обсудить? Марк отложил документы. — Да, садись. Что на этот раз? — Они уже пообещали своим покупателям начать выпуск в понедельник. — Мы эту дату не подтверждали. — Знаю. Поэтому сначала пришла к тебе. Элиза была немкой и свободно говорила по-итальянски. Она занимала должность директора по стратегическим продажам в Центральной Европе: вела крупнейших клиентов региона, участвовала в переговорах и отвечала за развитие долгосрочных контрактов. Австрийского заказчика она знала ещё до того, как началось обсуждение первой линии. За восемь лет совместной работы Марк привык полагаться на её оценку. Элиза хорошо чувствовала, когда клиент действительно готов отказаться от сделки, а когда пытается добиться уступок. Несколько раз она останавливала самого Марка, уже собиравшегося слишком резко закончить переговоры. Позже ему приходилось признавать, что она была права. Она положила планшет на стол и открыла письмо. Марк придвинул планшет и прочитал. — До результатов проверки новую дату я не назову. — Я ему это объяснила. Клиент готов подождать, но хочет сегодня поговорить с тобой. В пять сможешь? — Да. Инженеры обещали закончить к трём. Я разберу результаты с техническим директором, потом обсудим с тобой, что отвечать по срокам. — Хорошо. Тогда я договорюсь на пять. Марк вернул ей планшет. — Спасибо, что поговорила с ним. Мне сейчас нужно, чтобы инженеры спокойно закончили проверку. ---------- Глава 4 В субботу Марк Анне не написал. Несколько раз брал телефон, вспоминая пятничный вечер: вкус вина, тепло её тела под шоколадным жакетом, пальцы на своей шее. Но Анна обещала написать сама, и он решил её не торопить. Сходил в спортзал, поработал над документами по австрийскому проекту, пообедал с другом и отвёз машину на мойку. Последнее было разумной подготовкой к поездке в Линц и никак не относилось к тому, что завтра Анна, возможно, снова окажется рядом. Именно так Марк объяснил это себе. В семь вечера, когда он просматривал отчёт технического директора, телефон наконец завибрировал. После стандартных приветствий Анна написала: «Завтра я свободна с одиннадцати примерно до семи. Если предложение ещё в силе». Марк ответил сразу: «В силе. В одиннадцать заеду. Пришли адрес». Через несколько секунд Анна отправила геолокацию. Он открыл карту. По навигатору дорога от его дома до неё занимала восемь минут. «Ты четыре месяца живёшь в восьми минутах от меня». «И что именно мы могли с этим сделать, не зная друг друга?» «Пока не придумал, но четыре месяца всё равно кажутся потерянными». «Ты даже не знал о моём существовании». «Это не делает их менее потерянными». Анна прислала смеющийся смайлик. «До завтра, Марк». «До завтра». Он вернулся к отчёту. Сосредоточиться удалось не сразу. В воскресенье Марк подъехал к дому Анны без пяти одиннадцать. Конец октября выдался мягким. На солнце ещё было тепло, хотя в тени между домами уже чувствовалась осенняя прохлада. На тротуарах лежали жёлтые листья, пахло влажным камнем и кофе из открывшейся на углу кофейни. Марк припарковал графитовую Alfa Romeo Giulia Veloce напротив указанного дома и написал: «Я приехал». Ровно в одиннадцать открылась дверь. Анна вышла на улицу. На ней были тёмно-синие джинсы, светлый кашемировый джемпер, короткая чёрная кожаная куртка и челси. Маленькая сумка висела через плечо. Распущенные волосы мягкими волнами лежали на плечах. Стёкла очков в тонкой черной оправе сразу начали темнеть на солнце. Никакого ноутбука, даже телефона в руке не было. Марк вышел из машины. Анна подошла, оглядела Alfa Romeo и спросила: — Это и есть машина, на которой ты собираешься ехать в Австрию? — Она самая. — Хорошая. — Я плохих не выбираю. Анна усмехнулась и перевела взгляд на него. — Доброе утро. — Доброе утро, bella. В пятницу это слово вырвалось само. Сегодня Марк произнёс его намеренно. Анна слегка приподняла бровь. Он наклонился и поцеловал её в щёку. Задержался чуть дольше, чем требовалось для приветствия, почувствовал знакомый запах духов и прикосновение волос к лицу. Без каблуков Анна оказалась ещё ниже, чем он привык. Отступив на полшага, она подняла голову, чтобы посмотреть ему в глаза. Марк открыл пассажирскую дверь. — Куда мы едем? — спросила она, устраиваясь в кресле. — На озеро Орта. — Далеко? — Около полутора часов. До семи успеем вернуться. — Хорошо. Он сел за руль. Анна провела ладонью по кожаной отделке двери, осмотрела приборную панель и пристегнулась. — Ты говорил, что любишь водить. Теперь понятно почему. — Потому что у меня хорошая машина? — Потому что выбрал ту, которую приятно водить. — Точно. Несколько минут они выбирались из города. В воскресенье Милан просыпался медленно: закрытые офисы, почти пустые остановки, люди с собаками, редкие велосипедисты. Анна смотрела в окно, спрашивала о незнакомых улицах. На одном из перекрёстков повернулась к нему: — Почему здесь? — Так быстрее. — Навигатор показывает другой маршрут. — Навигатор не жил здесь последние четырнадцать лет. — Собираешься спорить с алгоритмом? — Если он неправ. Она посмотрела на экран. — Он пересчитал маршрут и теперь согласен с тобой. — Видишь, разумный алгоритм. Когда город остался позади, Марк предложил выбрать музыку. Анна подключила телефон. Первые композиции оказались спокойными, затем зазвучало что-то быстрее. Марк перестроился в левый ряд и ускорился. Она посмотрела на спидометр, потом на него. Улыбнулась. На свободном участке он прибавил ещё немного. Анна устроилась удобнее и стала следить за дорогой с явным интересом. Марк решил пока ничего не спрашивать. Они то разговаривали, то замолкали, слушая музыку. Анна призналась, что утром успела поработать, хотя обещала себе не открывать ноутбук. Марк рассказал, что прочитал половину отчёта по австрийской линии и так и не нашёл прямого ответа на главный вопрос. — Может быть, ответ в приложении, — предположила Анна. — В приложении фотографии и таблица из трёхсот строк. — Значит, где-то в строке двести семьдесят четыре. — Я пока добрался только до сто семидесятой. — Тогда рано делать выводы. Он рассмеялся. — У нас всё-таки похожая работа. — Только твои проблемы можно потрогать руками. — Не всегда хочется. — А вот это уже другой вопрос. Через полтора часа Марк оставил машину на парковке над историческим центром Орта-Сан-Джулио. Анна вышла и огляделась. Между домами уже виднелась вода. Узкие улицы спускались к озеру, по каменным стенам вился плющ. Над крышами поднимались склоны с жёлтыми и красными деревьями. — Ты здесь была? — спросил Марк. — Нет. — Хорошо. — Почему? — Значит, сегодня мне не придётся соревноваться с твоими воспоминаниями. Анна посмотрела на него. — Ты и с местами конкурируешь? — Только с красивыми. Они пошли вниз. В челси Анна легко ступала по неровной брусчатке. Марк посмотрел на её обувь. — Сегодня брусчатка мне не поможет. — В чём? ---------- Глава 5 Марк дождался, пока Анна откроет дверь дома и войдёт внутрь. Только после этого сел в машину. Кресло осталось придвинуто вперёд и поднято выше. Он несколько секунд сидел неподвижно, затем вернул привычные настройки. До собственного дома он добрался за восемь минут. В половине десятого Марк написал: «Как продвигаются сборы?» Анна ответила через несколько минут: «Чемодан собран. Хотя после твоего отъезда было трудно снова за него взяться». «Почему?» «Потому что после поцелуя у машины мне хотелось заниматься совсем не чемоданом». Марк перечитал сообщение и нажал кнопку вызова. Она ответила после второго гудка. — Да? Он услышал улыбку в её голосе. — Ты понимаешь, что ты меня провоцируешь? — Что именно я сделала? — Написала такое, когда я уже уехал. — Ты спросил про сборы. Я честно ответила. — Это была провокация. — Предпочёл бы узнать, сколько пар обуви я положила в чемодан? — Нет. Но этот разговор было бы приятнее вести рядом с тобой. — Возможно. — Ты опять улыбаешься. — Откуда знаешь? — Слышу. Анна тихо рассмеялась. Марк откинулся на спинку дивана. — Завтра сможем увидеться? — Не получится. У меня будут последние встречи перед поездкой, закончу очень поздно. А во вторник в шесть утра уже выезжаю в аэропорт. — Жаль. — Мне тоже. Он помолчал. — Вот это немного утешает. — Я правда хотела бы тебя увидеть. Но теперь придётся ждать твоего возвращения из Австрии. Марк посмотрел на лежавшие на столе документы. — Постараюсь закончить за два дня. — Бедные инженеры. — Лучше пожалей меня. — Ты сам выбрал работу. — Я ещё не знал, что придётся выбирать между ней и тобой. — Никто не предлагает тебе выбирать. Просто придётся немного подождать. — Ты умеешь испортить хорошую жалобу. Анна рассмеялась. Они проговорили ещё почти сорок минут. Она рассказала, что положила в чемодан слишком много одежды, но всё равно уверена, что забыла самое нужное. Марк пообещал прислать несколько хороших ресторанов в Мадриде и спросил, где она остановится. Когда собрались прощаться, он сказал: — Напиши, когда прилетишь. — Напишу. — Спокойной ночи, bella. — Спокойной ночи, Марк. Он положил телефон на стол. Во вторник Анна улетит в Испанию. Вернётся в субботу, а на следующее утро он сам отправится в Австрию. Ещё несколько дней назад Марк считал, что умеет ждать. Во вторник она написала в половине одиннадцатого утра. «Я в Мадриде. Багаж тоже. Считаю, это успешное начало командировки». Марк прочитал сообщение между совещаниями. «Испанская команда встретила тебя с кофе, цветами и письменным признанием всех ошибок?» «Ха. С кофе и новой версией произошедшего». «Так даже привычнее». «Они называют её уточнённой». «Теперь нужно сравнить с предыдущей». Анна прислала смеющийся смайлик. «У меня начинается встреча. Если к вечеру появится третья версия, сообщу». «Буду ждать». У него самого впереди было ещё несколько совещаний и подготовка к австрийскому запуску. К телефону Марк вернулся только после обеда, когда отправил названия трёх ресторанов недалеко от её отеля. Ответ пришёл через час: «Это тот самый список, который ты отказывался составлять для Милана?» «В Мадриде я не могу лично проверить каждое место». «Поэтому разрешил мне пойти без тебя?» «Ты же должна где-то питаться». «Великодушно с твоей стороны». В среду они не переписывались до позднего вечера, у него были переговоры с потенциальными клиентами, Анна тоже очевидно была занята. Около одиннадцати его телефон завибрировал. «Первый полный день закончен. Никто не уволен». Марк посмотрел на время. «Надеюсь, команда это оценила». «Не знаю. Я слишком устала, чтобы принимать кадровые решения». «Ты уже в отеле?» «Да. Лежу на кровати и смотрю в потолок». Он задержал взгляд на сообщении. «Хорошее начало». «Ноутбук лежит рядом». «Плохое продолжение». «Поэтому я его не открываю». Марк позвонил. — Ты решил проверить? — спросила Анна вместо приветствия. Голос звучал тише обычного. — Что именно? — Действительно ли ноутбук закрыт. — Я тебе верю. — С каких пор? — С воскресенья. Ты вернула машину. Она тихо рассмеялась. — Как день? — спросил Марк. — Лучше, чем я ожидала. Признали три ошибки из пяти и перестали называть перенос данных оптимизацией. — Значительный прогресс. — До конца недели, возможно, начнут отвечать на заданные вопросы. — Не требуй невозможного. — А у тебя? — Сегодня каждый участник совещания уверял, что его часть работы полностью готова. — Значит, ничего не готово. — Вот именно. Несколько секунд они молчали. Марк слышал её дыхание, далёкий шум за окном. — Ты действительно лежишь на кровати? — спросил он. — Да. — В чём? Анна рассмеялась уже заметно бодрее. — Марк. — Что? — Это совершенно не связано с испанским проектом. — Именно поэтому спросил. — В блузке и брюках. Я даже не переоделась. — Я надеялся на другой ответ. — Тогда придётся использовать воображение. — После воскресенья оно и без твоей помощи работает слишком активно. На другом конце стало тихо. — С женщиной в другой стране флиртовать удобно, — заметила Анна. — Удобным я бы это не назвал. — Зато безопасно. — Если бы я был рядом, первым делом убрал бы ноутбук подальше от кровати. — Только ноутбук? Марк прикрыл глаза. — Нет. — Но начать решил с него? — С него проще. — А потом? ----------