<?xml version="1.0" encoding="UTF-8"?>
<FictionBook xmlns="http://www.gribuser.ru/xml/fictionbook/2.0" xmlns:l="http://www.w3.org/1999/xlink"><description><title-info><book-title>Ведьма из прошлого. Энергия будущего</book-title><author><first-name>Лила</first-name><last-name> Синклер</last-name><home-page>https://gigabooks.ru/tag/lila-sinkler</home-page></author><annotation><p>В своём мире я была ведьмой и деканом. В этом — очнулась в чужом теле посреди аварии. Спасла людей. И обнаружила, что виновной считают меня. Теперь моё имя — Лианна Корвель. Я должна знать сложнейшие машины, узнавать чужих близких и объяснить, кто отключил защиту энергетического узла моим личным доступом. Мои заклинания здесь не работают. Зато я чувствую опасность там, где безупречные приборы показывают норму. Инспектор Рион Аркель уверен: я что-то скрываю. Он прав. Только признание «я ведьма из другого мира» вряд ли поможет мне выйти из-под подозрения. Нам придётся работать вместе. Искать того, кто подставил настоящую Лианну, и остановить новую аварию, которая может уничтожить целый город. Я привыкла полагаться на себя. Но рядом с этим упрямым инспектором всё чаще хочется довериться. И всё страшнее становится вопрос: кого он видит, когда смотрит на меня?</p></annotation><coverpage><image l:href="#cover.jpg"/></coverpage><lang>ru</lang><sequence name="Тройной резонанс"/><genre>trillery</genre><genre>fantastika</genre><genre>detektivy</genre><genre>naucnaia-fantastika</genre><date value="2026-11-17">17.11.2026</date></title-info><document-info><author><first-name>FB2 Generator</first-name></author><program-used>FB2 Generator</program-used><date value="2026-11-17 16:49:01">17.11.2026 16:49:01</date><id>vedma-iz-proslogo-energiia-budushhego</id><version>1.0</version></document-info></description><body><title><p>Ведьма из прошлого. Энергия будущего</p></title><section><title><p>Глава 1. Чужими руками</p></title><p>Сначала возвращается звук — ровный вой, от которого ломит зубы. Следом я чувствую тело и жёсткий пол под спиной.</p><p>Я открываю глаза. Надо мной серая металлическая решётка, подсвеченная снизу красным. Ни потолка зала Совета, ни резных балок Академии. Дым стелется у самого пола. На моей высоте.</p><p>Руки, которые я поднимаю к лицу, — чужие. Длиннее моих, кожа светлее, ногти коротко острижены. У основания правого большого пальца мозоль: здесь часто лежал тяжёлый инструмент. Я сгибаю пальцы. Они слушаются без задержки, и от этой исправности становится только страшнее.</p><p>За грудиной тянет знакомо — так прежде отзывался перегруженный источник. Но в этом теле моего источника нет. Или я не умею его найти.</p><p>— Корвель! Ты меня слышишь?</p><p>Мужской голос доносится сверху и сбоку. Я поворачиваю голову, чувствуя непривычный вес стянутых на затылке волос. Человек в тёмной форме держит меня за плечо и настойчиво встряхивает.</p><p>Он называет меня именем, которое мне не принадлежит.</p><p>Я могла бы сказать ему это. Вместо этого я сажусь — тело подчиняется рывком, слишком резко, голова кружится, — и смотрю на то, что происходит вокруг.</p><p>Зал огромный, вытянутый, весь из металла и стекла. Узкие ленты света на потолке мигают красным. По настенным панелям бегут значки, цифры и стрелки. Буквы знакомы, слова складываются сами, но смысл сокращений от меня ускользает. Я умею читать язык. Устройства на нём говорят о вещах, которых я не знаю.</p><p>И там, в центре зала, в переплетении труб и опор, нарастает то, что я узнаю без перевода.</p><p>Я слишком долго была деканом факультета, где студенты то и дело перегружали учебные контуры, чтобы не узнать этот рисунок: сила стягивается в точку быстрее, чем расходится. Направление одно. Разрыв неизбежен. Разница лишь в масштабе — там, дома, взорвался бы стол для практики и обгорели бы чьи-то брови. Здесь по толщине опор, по числу людей, разбегающихся с криками, по гудению, от которого у меня немеет челюсть, я понимаю: если это лопнет, лопнет не стол.</p><p>— Мисс Корвель, вы можете встать? — Тот же мужчина, моложе, чем звучал его голос, тянет меня за локоть.</p><p>Я встаю. Ноги держат; это тело тренировано и привыкло действовать под сиреной. Под ступнями дрожит пол. Где-то внизу тяжело, неровно работает огромный механизм.</p><p>— Кто-нибудь, — говорю я, и голос выходит чужим, ниже моего, с незнакомой хрипотцой, — кто здесь главный по этой линии.</p><p>На секунду становится тихо. Люди смотрят на меня с недоумением: человек только что лежал без сознания, а теперь требует назвать ответственного.</p><p>— Ты и есть главная по этой линии, Лианна, — отвечает женщина в такой же форме, старше, с обожжённым рукавом. — Ты в порядке? У тебя кровь на виске.</p><p>Я не главная. Я не знаю, что такое «эта линия». Но я не собираюсь сейчас это объяснять.</p><p>— Покажите мне узел, — говорю я вместо этого. — Тот, что копит.</p><p>Женщина — я запоминаю её лицо, хотя имени пока не знаю — оборачивается на панель за спиной, где линии света складываются в подобие карты. Часть карты зелёная. Одна нить — тонкая, почти незаметная среди других — идёт от зелёного сегмента к тому месту в центре зала, откуда доносится низкий гул.</p><p>— Вот здесь всё чисто, — говорит она, тыча пальцем в зелёное. — Приборы показывают норму.</p><p>Приборы лгут. Я не могу сказать этого вслух — у меня нет ни единого довода, который прозвучал бы иначе, чем бред контуженой женщины, — но я вижу разницу между тем, что говорит зелёный свет, и тем, что чувствую кожей чужого предплечья, когда поворачиваюсь ближе к источнику. Там, где приборы показывают спокойствие, воздух плотный, как перед грозой, которая уже нависла и не собирается ждать разрешения.</p><p>Я на мгновение закрываю глаза и направляю внимание туда, где давление сильнее. Дома этого хватило бы, чтобы прочитать магический поток. Здесь я пока могу лишь сравнить ощущения.</p><p>Накопление. Оно не рассеивается равномерно — оно стягивается в одну точку, туда, где по карте должна быть безопасная, «зелёная» линия. Оно идёт по контуру, который система считает мёртвым.</p><p>— Эта линия не мертва, — говорю я, открывая глаза. — Она забирает нагрузку от остальных. Вы не видите этого, потому что смотрите не туда.</p><p>— С чего вдруг… — начинает мужчина, но женщина уже смотрит на меня иначе, не с сочувствием к контуженой, а с той настороженностью, с какой смотрят на человека, чьи слова могут стоить дорого, если он ошибается.</p><p>— У нас нет времени спорить, Дренн, — обрывает она мужчину. — Лианна пять лет работает на этой линии. Если она говорит смотреть туда — смотрим туда.</p><p>Пять лет. Я не работала здесь ни дня. Но я не собираюсь тратить последние спокойные секунды на признание.</p><p>— Изолируйте линию четыре, — говорю я, прочитав цифру рядом с тонкой нитью. — Полностью. Отсеките её от соседних контуров.</p><p>— Тогда нагрузка уйдёт в резерв, а половина распределителя погаснет, — говорит Дренн. — Люди останутся без питания на всём…</p><p>— Люди без питания на несколько часов лучше, чем без крыши над головой навсегда, — говорю я, и это звучит резче, чем я рассчитывала, но действует.</p><p>На груди женщины я замечаю бейдж: «Кресс». Она разворачивается к панели. Пальцы быстро проходят по светящимся знакам — привычная последовательность, такая же отработанная, как простое заклинание после десятилетий практики. Я не понимаю ни одного движения.</p></section><section><title><p>Глава 2. Имя на браслете</p></title><p>Медицинский блок пахнет озоном и мятой. От чистого резкого запаха ноет переносица. Меня усаживают на узкую кушетку; спинка сама сдвигается, подхватывая поясницу. Я всё-таки вздрагиваю.</p><p>— Лианна Корвель, тридцать четыре года, — читает женщина в белом, не поднимая глаз от тонкой пластины в руке. — Группа крови, аллергии, последний медицинский осмотр — три месяца назад, без замечаний. Всё сходится с браслетом.</p><p>Она поворачивает мою руку — я не сопротивляюсь, — и я вижу на запястье тонкий обруч, который тускло светится, стоит поднести к нему лицо ближе. Он словно узнаёт меня и одновременно не имеет ко мне никакого отношения. Моё имя было другим. Оно останется другим, что бы ни говорил этот браслет.</p><p>— Мисс Корвель, вы понимаете, где находитесь?</p><p>— Медицинский блок узла «Северный каскад», — говорю я. Название произносится без усилия, хотя ещё недавно я не знала о существовании этого места. Языку можно доверять. Смыслу половины слов — пока нет.</p><p>— Хорошо. Год?</p><p>Женщина называет год по местному отсчёту. Я повторяю число, но оно ничего мне не говорит: я не знаю ни начала их календаря, ни его связи с моим. Спрашивать, сколько лет прошло с моего последнего утра, сейчас опаснее, чем промолчать.</p><p>— Отлично. — Она делает пометку. — Помните, что произошло сегодня утром?</p><p>— Авария, — говорю я. — Накопление в контуре, который считался мёртвым. Я приказала изолировать четвёртую линию.</p><p>— Это уже в протоколе, — она чуть улыбается, впервые за разговор. — Я спрашиваю про раньше. Что вы делали до того, как оказались на полу зала.</p><p>Вот здесь я останавливаюсь.</p><p>До аварийного зала я стояла в кабинете Академии, слушала жалобу третьекурсника на нестабильность учебного контура и чувствовала под ногами знакомый каменный пол. Потом из глубины здания пришёл резкий отклик. На одно мгновение пространство словно стянулось вокруг меня — и развернулось уже здесь.</p><p>Я не могу сказать этой женщине правду. Ложь тоже не могу — не умею придумать достаточно правдоподобную версию того дня, которого не помню.</p><p>— Не помню, — говорю я. — Ничего до самого зала.</p><p>Женщина — на нагрудном значке написано «Э. Сорен», и я запоминаю это имя вместе с должностью, которую вижу ниже: специалист по нейроэнергетическим травмам, — смотрит на меня внимательнее.</p><p>— Совсем ничего? Ни утра, ни вчерашнего дня?</p><p>— Совсем ничего, — повторяю я, и это, по крайней мере, чистая правда.</p><p>Доктор Сорен не спорит и не пугает меня диагнозами. Она подключает к моему виску что-то тонкое, холодное, похожее на компресс, и по маленькому экрану рядом бегут линии — то плавные, то с резкими зубцами.</p><p>— У вас необычная картина, — говорит она через минуту, без выражения, каким называют факт, а не приговор. — Не похожа ни на сотрясение, ни на типичную нейроэнергетическую перегрузку. Определённые зоны показывают активность, которую я вижу впервые.</p><p>— Это опасно?</p><p>— Пока не знаю. То, что вы описываете как провал памяти, обычно выглядит на приборах иначе. Ваш случай не укладывается в готовую схему.</p><p>Мне хочется спросить, что происходит с человеком, чья схема не укладывается ни во что. Вместо этого я задаю другой вопрос, который жжёт сильнее:</p><p>— Что со мной случится дальше?</p><p>— Наблюдение, минимум сутки. Потом решим. — Сорен убирает датчик. — Вами уже интересуется Управление энергетической безопасности. Обычная практика после аварии, которая едва не привела к жертвам.</p><p>Я хочу спросить, что это за управление, но дверь открывается без стука. Входит мужчина в форме темнее, чем у аварийных бригад.</p><p>Он высокий, в форме темнее, чем у аварийных бригад, — почти чёрная, с узкой светящейся полосой на плече. Лицо усталое, но не измождённое: усталость человека, который давно привык работать через неё, а не жаловаться. Взгляд обходит комнату один раз, задерживается на приборах у моей кушетки, потом на мне — и в этом взгляде нет ни сочувствия, ни враждебности. Только оценка.</p><p>— Инспектор энергетической безопасности Рион Аркель, — говорит он, не тратя времени на предисловия. — Мисс Корвель, мне нужно задать вам несколько вопросов по аварии на узле.</p><p>— Она под медицинским наблюдением, — вмешивается Сорен. — Формальный допрос…</p><p>— Это не допрос. Уведомление, — он показывает тонкую пластину, похожую на ту, что была у Сорен, только с другой эмблемой. — Дело официально открыто. Мисс Корвель фигурирует как оператор, чей доступ использован при отключении аварийной защиты.</p><p>— Я не отключала защиту, — говорю я, прежде чем успеваю подумать, звучит ли это как оправдание или как факт.</p><p>Аркель смотрит на меня чуть дольше, чем требуется для простого недоверия.</p><p>— Никто пока не утверждает, что вы это сделали намеренно, — говорит он ровно. — Я утверждаю, что запись показывает ваш доступ. Это не одно и то же, но и не ничего.</p><p>Он не садится, хотя в комнате есть свободный стул. Стоит, чуть в стороне от кушетки, на расстоянии, которое я бы назвала профессионально выверенным — достаточно близко, чтобы слышать каждое слово, достаточно далеко, чтобы не давить.</p></section><section><title><p>Глава 3. Вопросы без правильных ответов</p></title><p>Формальный допрос назначают через день, в комнате без окон, с одним столом и двумя стульями по разные стороны. Аркель приходит один, без сопровождения, и это, наверное, должно меня успокоить — вместо этого настораживает сильнее.</p><p>— Мисс Корвель. — Он садится, кладёт перед собой тонкую пластину, не спешит её включать. — Доктор Сорен подтверждает, что вы годны для беседы. Это записывается, вы предупреждены.</p><p>— Предупреждена, — говорю я.</p><p>За эти сутки я узнала о теле больше, чем за первые часы после пробуждения. Руки помнят вес незнакомого инструмента: когда медсестра протянула планшет для подписи, палец сам завис над нужным значком, но я всё равно прочитала надпись прежде, чем коснуться экрана. На резкую сирену тело не вздрагивает — плечи собираются, ноги ищут опору. А людей, которые заходили проведать меня, я узнаю только по бейджам и повторным представлениям.</p><p>Ничего из этого я не собираюсь рассказывать Аркелю первым.</p><p>— Начнём с простого, — говорит он. — Что вы делали за сутки до аварии?</p><p>— Не помню.</p><p>— За неделю?</p><p>— Не помню.</p><p>— Ваше полное имя?</p><p>Вот здесь я задерживаюсь на секунду дольше, чем следовало бы.</p><p>— Лианна Корвель, — говорю я, и звук собственного голоса, произносящего чужое имя, отдаётся неприятным холодком где-то в затылке.</p><p>Аркель ничего не записывает — вероятно, разговор фиксируется автоматически, — но паузу замечает.</p><p>— Вы ответили не сразу.</p><p>— Я думала, вы спросите что-то сложнее.</p><p>— Вы сверялись с ответом, — говорит он, глядя в пластину. — Так отвечают на вопрос из анкеты, а не называют себя.</p><p>Я не отвечаю. Он прав, и мне нечем это опровергнуть, не солгав хуже, чем я уже солгала.</p><p>— Хорошо, — продолжает он. — Расскажите про вашу должность.</p><p>— Ведущий инженер аварийных систем узла «Северный каскад», — говорю я то, что прочитала на своём собственном браслете, на пропуске, на десятке табличек за последние сутки. — Пять лет на этой позиции, если верить коллегам.</p><p>— Если верить коллегам, — повторяет он. — Вы сами этому не верите?</p><p>— Я не помню ни одного дня из этих пяти лет, инспектор. У меня нет оснований верить или не верить — есть только то, что мне говорят другие.</p><p>Аркель поднимает взгляд. Теперь его интерес направлен уже не на провал памяти, а на то, как я о нём говорю.</p><p>— Тогда расскажите мне то, что вы всё-таки помните. Не о работе. О себе.</p><p>Вопрос застаёт меня врасплох сильнее, чем все технические расспросы вместе взятые. Что я могу рассказать? Что я привыкла отвечать за десятки студентов и не привыкла, чтобы кто-то отвечал за меня? Что тишина в кабинете декана была единственным местом, где я позволяла себе не быть безупречной? Что последнее, что я помню перед этим залом, — резкий отклик под полом, будто сама земля дёрнулась?</p><p>— Я помню, что умею принимать решения в кризис, — говорю я осторожно, выбирая правду, которая не требует объяснения мира, из которого она пришла. — Умею оценивать риск для многих людей и не бояться брать ответственность за непопулярное решение.</p><p>— Это описание работы, а не человека.</p><p>— Может быть, для меня это одно и то же.</p><p>Он молчит секунду, будто взвешивает эту фразу отдельно от остальных.</p><p>— Расскажите про запись с камеры одиннадцати минут до аварии, — говорит он, меняя направление резко, без перехода. — Вы шли к пульту аварийного отключения. Целенаправленно. Куда вы направлялись, по-вашему?</p><p>— Я не знаю. Я не помню этого пути.</p><p>— Но вы допускаете, что это были вы?</p><p>Я смотрю на него прямо.</p><p>— Тело на записи — моё. То есть тело, в котором я нахожусь сейчас. Кто принимал то решение, я сказать не могу.</p><p>— Вы снова отделяете себя от собственных действий, — говорит Аркель. — Для обычной амнезии формулировка необычная.</p><p>— Может быть, у меня необычная амнезия, — отвечаю я. — Доктор Сорен сказала то же самое.</p><p>Это, по крайней мере, правда, и Аркель, судя по короткому движению бровей, уже читал заключение Сорен и ждал, совпадёт ли моя версия с медицинской.</p><p>— Хорошо, — говорит он снова, и я слышу в этом слове не согласие, а разметку следующего этапа разговора. — Тогда объясните мне вот что. В зале, во время аварии, вы отдали приказ изолировать четвёртую линию. Отдали его так, будто точно знали, что делаете, хотя приборы показывали противоположное. Откуда вы это знали, если, по вашим же словам, не помните даже собственную должность?</p><p>Вот он, вопрос, которого я ждала и боялась одновременно.</p><p>— Я не знала цифр, инспектор. Я не читала показания приборов и не понимала интерфейс. Я почувствовала, что нагрузка стягивается не туда, куда показывает карта.</p><p>— Почувствовали, — повторяет он без выражения.</p><p>— Да.</p><p>— Как?</p><p>Вот здесь мне придётся выбирать между правдой, в которую он не поверит, и ложью, которая развалится при первой проверке. Я выбираю нечто среднее — честное описание без объяснения причины.</p></section><section><title><p>Глава 4. Квартира незнакомки</p></title><p>Меня выписывают на третий день, под сопровождением женщины из медицинской службы, которая едет со мной в квартиру Лианны Корвель и уходит, только убедившись, что я справляюсь с дверью.</p><p>Дверь узнаёт меня сама — прикладываю запястье с браслетом, и панель у входа мягко щёлкает, отодвигая створку в сторону без единого звука. За ней — пространство, которое я вижу впервые и которое, если верить документам, было моим домом последние шесть лет.</p><p>Я стою на пороге дольше, чем нужно.</p><p>Квартира небольшая: общая комната с кухонным углом, спальная ниша за перегородкой и узкое окно во всю стену. Серые уровни города ступенями уходят вниз, верхние этажи залиты солнцем. Мебель простая, каждая вещь на своём месте. На столе у окна стоит подсохшее растение с несколькими новыми листьями. Поливали его нерегулярно, но выбрасывать не собирались.</p><p>Я подхожу ближе и трогаю землю в горшке — сухая, но не до звона. Три-четыре дня без полива, может, чуть больше. Значит, до аварии Лианна была здесь совсем недавно, спешила, забыла или не успела.</p><p>Меня сопровождает молодой сотрудник протокольной поддержки. Он остаётся у входа с планшетом и фиксирует мои действия. По квартире я иду медленно, как по чужому дому. Формальное право находиться здесь не делает вещи моими.</p><p>На кухне — минимум посуды, аккуратно расставленной. В шкафу над раковиной я нахожу три одинаковых чашки и одну другую, с трещиной вдоль ручки, заклеенной чем-то прозрачным. Кто-то не хотел выбрасывать вещь только потому, что она сломалась. Я не знаю, о чём это говорит — о бережливости или о привязанности, — но запоминаю.</p><p>В спальной нише — узкая кровать, застеленная строго, по-военному, и небольшая полка с личными вещами: значок какого-то соревнования, старая фотография, где молодая женщина, очень похожая на нынешнее отражение Лианны, стоит рядом с двумя другими людьми — мужчиной постарше и мальчиком лет двенадцати. Я беру снимок, чтобы рассмотреть внимательнее, и чувствую, как чужое тело реагирует прежде меня — лёгкое сжатие в груди, не боль, скорее узнавание без содержания. Тело помнит этих людей. Я — нет.</p><p>— Терминал в другой комнате, — говорит сопровождающий из-за спины, не отрывая взгляда от планшета. — Инспектор Аркель просил, чтобы вы проверили личный архив в его присутствии на записи, но разрешил ознакомиться с общими файлами сейчас.</p><p>Домашний терминал встроен в стену рядом с окном. После касания появляется сетка папок, значков и сообщений. Я читаю подписи, пробую один раздел, возвращаюсь, открываю следующий. Общий принцип понятен, но каждое действие приходится проверять: привычки Лианны не объясняют мне систему.</p><p>Я нахожу папку с рабочими заметками — большая часть зашифрована грифом допуска, к которому у меня, судя по всему, формально есть доступ как у тела Лианны, но которую протокольный сотрудник просит не открывать без официального разрешения. Рядом — личная переписка, почти пустая: несколько деловых сообщений от коллег, ни одного, что выглядело бы как переписка с близким человеком.</p><p>И одно сообщение, непрочитанное, помеченное красным, от отправителя с именем «Тален».</p><p>Я открываю его.</p><p>«Лианна. Ты снова не пришла. Мама спрашивала, всё ли у тебя в порядке, и мне нечего было ответить, потому что ты даже не потрудилась написать заранее. Мне надоело оправдывать тебя перед ней. Если тебе неинтересна семья — так и скажи, не заставляй нас гадать».</p><p>Дата отправления — за два дня до аварии. Ответа нет.</p><p>Я перечитываю сообщение. Вины перед Таленом у меня нет, но письмо всё равно требует ответа от лица, которое теперь вижу в зеркале. Настоящая Лианна молчала. Я могу предложить ему только чужой голос и отсутствие воспоминаний.</p><p>Терминал издаёт мягкий сигнал. На экране появляется новое имя: «Мама». Не сообщение — прямой вызов.</p><p>Я не двигаюсь. Сигнал повторяется, спокойный и настойчивый.</p><p>— Вы можете ответить, — говорит сопровождающий. — Личные разговоры не записываются, если собеседник сам не касается материалов дела. Ограничение только на исходящие вызовы незарегистрированным лицам.</p><p>Щедрое разрешение. Женщина на другом конце ждёт дочь, а получит незнакомку, которой официально позволено пользоваться её голосом.</p><p>Я отклоняю вызов. Почти сразу приходит короткое сообщение:</p><p>«Лианна, пожалуйста. Мне не нужны объяснения. Просто дай услышать, что ты жива».</p><p>Палец зависает над значком ответа. Написать одну фразу легко. Назвать её мамой — солгать. Обратиться холодно — причинить боль. Правду я пока не рассказала даже следователю.</p><p>Пишу единственное, что могу сказать без лжи:</p><p>«Я жива. Врачи говорят, состояние стабильное. Сейчас мне трудно разговаривать. Тален сможет передать остальное».</p><p>Перечитываю перед отправкой. Я ничего не обещаю и не изображаю близость. Только сообщаю то, что она имеет право знать.</p><p>Ответ приходит немедленно: «Спасибо».</p><p>Одно слово. От него квартира становится ещё более чужой. Здесь на Лианну обижаются и готовы простить её до всяких объяснений. Я не заслужила ни того, ни другого, но отвечать приходится мне.</p><p>— Что-то важное? — спрашивает сопровождающий, заметив, что я задержалась.</p></section><section><title><p>Глава 5. Женщина, которую знали другие</p></title><p>Рион приезжает раньше обещанных двадцати минут. Я успеваю ещё раз осмотреть пустое место на экране, прежде чем сопровождающий впускает его после короткого сигнала у двери.</p><p>— Что стёрто? — спрашивает он вместо приветствия, уже глядя через плечо протокольного сотрудника на терминал.</p><p>— Часть личного архива владелицы квартиры, — отвечает сотрудник, разворачивая журнал системы. — Удалена дистанционно административным доступом. Открытый текст попал в протокольную запись, исходные таблицы и остальные файлы — нет.</p><p>Рион смотрит на меня.</p><p>— Что вы поняли из текста? — спрашивает он меня.</p><p>Я пересказываю — коротко, без прикрас: расхождение в журнале калибровки узла 12, секция С, отказ Лианны называть это саботажем без второго независимого подтверждения, фраза о том, что кто-то очень старается это подтверждение не дать найти.</p><p>Он слушает, не перебивая, и дважды возвращается к точному времени открытия файла.</p><p>— Административный доступ, — повторяет он, обращаясь к сотруднику. — Кто в системе узла имеет право удалённо чистить личные архивы сотрудников?</p><p>— Формально — только служба безопасности данных с санкции директора программы или выше, — говорит сотрудник. — Я запрошу журнал доступа. Это займёт время.</p><p>— Запросите. Протокольную запись сохранить отдельно, проверить время создания и отсутствие изменений. — Он смотрит на меня. — Текст подтверждает, что Лианна искала расхождение. Без исходных данных он не доказывает ни саботаж, ни её невиновность. Зато удаление показывает: доступ к её архиву есть у кого-то ещё.</p><p>— Значит, вы допускаете, что её подставили, — говорю я, и в голосе прорывается больше надежды, чем я собиралась показать.</p><p>— Я допускаю, что кто-то ещё заинтересован в уничтожении данных. Подозрение с Лианны это не снимает. Не смешивайте эти выводы, мисс Корвель.</p><p>Разговор прерывает сигнал у двери — на этот раз обычный, требующий подтверждения изнутри. Протокольный сотрудник смотрит на экран у входа и на секунду замирает.</p><p>— Нора Вейс, — говорит он. — Значится в списке допущенных посетителей.</p><p>Рион коротко кивает, и дверь открывается.</p><p>Женщина, входящая в квартиру, моложе меня телом — то есть телом Лианны, — среднего роста, с короткими тёмными волосами и порезом на запястье, забинтованным наспех, явно рабочей рукой, а не медиками. Она останавливается на пороге, обводит взглядом комнату, задерживается на Рионе, потом на протокольном сотруднике. Меня оставляет напоследок. И лицо у неё меняется.</p><p>— Мне сказали, тебя выписали, — говорит она, шагнув вперёд, и в голосе звучит облегчение, смешанное с чем-то более острым. — Я хотела прийти в медблок, но эти, — она кивает на Риона, не глядя на него, — не пускали никого, кроме врачей.</p><p>— Меры предосторожности, — коротко говорит Рион.</p><p>Нора не удостаивает его ответом. Она подходит ближе ко мне, тянется, будто хочет обнять, и я невольно делаю полшага назад — не осознанно, инстинктивно, потому что это движение не принадлежит мне, а принять его от чужого человека я не готова.</p><p>Она останавливается на полпути. Рука повисает в воздухе, затем опускается.</p><p>— Лианна?</p><p>— Я в порядке, — говорю я, потому что это единственное, что могу сказать честно и без объяснений, которые сейчас неуместны. — Спасибо, что пришла.</p><p>— «Спасибо, что пришла», — повторяет она. — Мы шесть лет работаем в одну смену. Я вытаскивала тебя из горящего распределителя, ты спасла мой сертификат после того идиотского теста. А теперь встречаешь меня как курьера.</p><p>Я не нахожу ответа. Притвориться близкой я не могу. Правду при Рионе — тоже.</p><p>— У неё после аварии сложности с памятью, — говорит вместо меня протокольный сотрудник, явно повторяя формулировку из официального заключения.</p><p>— Сложности с памятью, — эхом отзывается Нора, и в этом эхе слышится не насмешка — растерянность. Она смотрит на меня внимательнее, изучающе, так, как смотрят не на диагноз, а на человека, пытаясь найти под непривычным поведением знакомые черты. — Лианна не забывает людей. Она забывает поесть, забывает позвонить маме, но не забывает, кто её вытаскивал из огня.</p><p>— Я не забыла тебя специально, — говорю я, тщательно выбирая слова. — Я не помню ничего до аварии. Совсем ничего. Ни тебя, ни этот распределитель, ни тест, о котором ты говоришь.</p><p>Нора долго молчит, разглядывая меня.</p><p>— Совсем ничего, — повторяет она наконец, тише. — Это… не похоже на тебя. Ты бы скорее соврала, что помнишь всё, лишь бы не выглядеть слабой.</p><p>Замечание задевает точнее, чем Нора может предположить. Прятать уязвимость за уверенностью умела не только Лианна.</p><p>— Мисс Вейс, — вмешивается Рион, — раз вы здесь, у меня есть вопросы касательно последних недель работы мисс Корвель. Она сотрудничает со следствием, но её собственная память ограничена событиями до аварии.</p><p>Нора переводит взгляд на него, и в этом взгляде читается открытая неприязнь.</p><p>— Вы уже спрашивали. В управлении. Три раза одно и то же.</p><p>— Спрошу в четвёртый, если понадобится, — говорит он без раздражения, тоном человека, для которого это часть работы, а не личный конфликт. — Расскажите про фазовые потери, которые обсуждала мисс Корвель с руководством последние недели.</p></section><section><title><p>Глава 6. Условия инспектора</p></title><p>На следующий день Рион вызывает меня не в комнату для допроса, а в кабинет — маленький, с одним столом, заваленным распечатками и светящимися панелями, и окном, выходящим на серую полосу распределительных труб. Это первое место с момента аварии, которое не пахнет ни озоном медблока, ни пылью чужой квартиры.</p><p>— Садитесь, — говорит он, не отрываясь от экрана. — У меня к вам предложение, мисс Корвель. Точнее, условия, на которых я готов работать, а не просто допрашивать.</p><p>Я сажусь и жду.</p><p>— Официально дело остаётся открытым по трём версиям, — начинает он, наконец поднимая взгляд. — Первая: вы, будучи в здравом рассудке, устроили аварию и теперь симулируете амнезию. Вторая: у вас настоящая, необъяснённая травма, и вы невиновны, но бесполезны как свидетель. Третья: кто-то использовал ваш доступ, вы стали жертвой, а провал памяти — часть последствий, которые мы пока не понимаем.</p><p>— Какая версия кажется вам наиболее вероятной?</p><p>— Мне не платят за то, чтобы версии мне нравились, — говорит он сухо. — Мне платят за то, чтобы я их проверял. Пока все три остаются открытыми. Но третья становится тяжелее опровергнуть после вчерашнего разговора с мисс Вейс и стёртого файла.</p><p>Напряжение немного отпускает. Теперь сомнения в официальной версии опираются не только на мои слова.</p><p>— Что вы предлагаете? — спрашиваю я.</p><p>— Ограниченное сотрудничество, — говорит он. — Вы помогаете мне восстановить действия Лианны Корвель за последние недели: с кем она говорила, куда ходила, что искала. Я, в свою очередь, обеспечиваю вам доступ к материалам дела, насколько это разрешено вашему статусу, и не отправляю вас под полную изоляцию до отдельного медицинского заключения о вашей вменяемости.</p><p>— Формулировка «до отдельного заключения» меня не успокаивает.</p><p>— Она и не должна вас успокаивать, — отвечает он прямо. — Она честная. Я не даю обещаний, которые не смогу выполнить, если факты повернутся против вас.</p><p>Его прямота убедительнее заверений. Я привыкла работать с людьми, которые обещают ровно то, что могут выполнить. Место и правила здесь другие; полезная привычка та же.</p><p>— У меня тоже есть условия, — говорю я.</p><p>Он чуть приподнимает бровь.</p><p>— Слушаю.</p><p>— Первое: каждое условие фиксируется официально, не на словах. Я не хочу зависеть от вашей доброй памяти или доброй воли.</p><p>— Разумно. Дальше.</p><p>— Второе: если вы просите меня участвовать в чём-то, что вы сами называете рискованным для здоровья или психики, я имею право отказаться без последствий для степени сотрудничества. Я не подопытная.</p><p>Он молчит секунду дольше, чем на первое условие.</p><p>— Согласен, с одной оговоркой: право отказаться не отменяет того, что отказ может быть учтён в общей оценке вашей готовности к сотрудничеству. Я не смогу притвориться, что отказ ничего не значит. Но принуждать не буду.</p><p>— Третье: я хочу знать, что произошло с людьми, которых оставило без питания моё решение. Мне нужен факт, а не формула в отчёте.</p><p>Это условие явно не входило в его расчёты. Он смотрит на меня немного дольше обычного, будто заново пересчитывает что-то во мне.</p><p>— Зачем вам это?</p><p>— Потому что я приняла решение, из-за которого они остались без света, — говорю я. — Даже если это было правильное решение. Я хочу знать цену, а не просто закрыть вопрос отчётом о том, что «худшего не случилось».</p><p>— Хорошо, — говорит он после паузы. — Восстановление заняло одиннадцать часов. Один человек получил лёгкое переохлаждение, застряв в неисправном лифте с отключённым обогревом, сейчас в порядке. Серьёзных пострадавших нет.</p><p>— Спасибо, — говорю я, и впервые с начала разговора это слово выходит без внутреннего сопротивления.</p><p>Он коротко кивает и выводит над столом голографическую схему: тонкие линии, узлы, значки, часть которых мигает красным.</p><p>— Это официальная реконструкция аварии. Посмотрите на неё как свидетель, который почувствовал скрытую нагрузку. Не объясняйте механику. Отметьте только то, что вызывает сомнение.</p><p>— Сначала назовите элементы схемы, которые понимаете без моей помощи, — добавляет он.</p><p>Я указываю центральный пульт, линию четыре и узел, который Кресс велела изолировать после моего распоряжения. Дальше дважды ошибаюсь: принимаю датчик за точку соединения, а резервный накопитель — за источник.</p><p>Рион исправляет меня без снисхождения и помечает ошибки рядом с верными наблюдениями.</p><p>— Вы специально оставляете их в записи? — спрашиваю я.</p><p>— Если сохранить только удачные ответы, получится доказательство, которого не было.</p><p>— Наконец-то правило, знакомое мне по прежней работе.</p><p>— Вы часто проверяли людей таким образом?</p><p>— Чаще, чем им нравилось.</p><p>Он ждёт продолжения. Я его не даю. Разговор о моей прежней работе неизбежно приведёт к вопросу, где она была и почему ни один документ этого не подтверждает.</p><p>Рион возвращается к схеме.</p></section><section><title><p>Глава 7. Магия без заклинаний</p></title><p>Лаборатория фазового анализа помещается в узкой комнате. Три стенда размером со стол окружены датчиками на гибких штативах; одну стену занимают экраны с колеблющимися линиями. После величественного названия я ожидала большего размаха.</p><p>Женщина, которая встречает нас у входа, представляется коротко — Веда Крин, — и смотрит на меня с тем же профессиональным прищуром, каким я сама когда-то смотрела на нерадивых студентов, уверенных, что их способ решения задачи лучше проверенного метода.</p><p>— Инспектор сказал, у вас есть наблюдение по аварии, — говорит она, не тратя времени на любезности. — Я не занимаюсь версиями. Я занимаюсь тем, что можно измерить. Если вы готовы говорить со мной на этом языке — начнём. Если нет, буду благодарна, если вы не займёте моё время.</p><p>— Меня это устраивает. После нескольких дней уклончивых разговоров её прямота почти успокаивает.</p><p>Рион остаётся у стены и не вмешивается. Сегодня он здесь как представитель расследования, а не руководитель опыта.</p><p>— Хорошо, — говорит Веда, подводя меня к среднему стенду. — Расскажите, что вы почувствовали в зале. Не выводы. Ощущения. Я сама разберусь, что из этого можно перевести в числа.</p><p>Я задумываюсь, как объяснить то, что для меня самой не до конца оформлено в слова. Дома, в Академии, я бы сказала студенту: закрой глаза, ищи не источник, а направление, в котором сила стремится больше всего. Здесь у меня нет ни этого языка, ни уверенности, что он применим.</p><p>— Давление, как перед грозой. С одной стороны оно было сильнее. Линия, отмеченная безопасной, стягивала нагрузку от соседних.</p><p>— Стягивает откуда именно? Покажите на схеме.</p><p>Она разворачивает передо мной ту же карту узла, что я уже видела в кабинете Риона, только детальнее, с дополнительными слоями данных. Я всматриваюсь, пытаясь вспомнить точное направление, в котором ощущала притяжение, и указываю на участок южнее от того, что мы с Рионом отметили вчера как незавершённый контур.</p><p>Веда кивает, вводит координаты в стенд, и один из датчиков на штативе поворачивается, нацеливаясь на маленький физический макет узла — уменьшенную, но действующую модель части сети, подключённую к контролируемому источнику поля.</p><p>— Первая проверка, — говорит она. — Слабый контролируемый импульс, повторяющий структуру вчерашней аварии в безопасном масштабе. Я хочу увидеть, совпадёт ли реальное распределение с тем, что вы указали.</p><p>Импульс проходит почти незаметно — тихий гул, короткая вспышка на приборной панели. Линии на экране выстраиваются в узор, и Веда несколько секунд молча его изучает, потом качает головой.</p><p>— Не совпадает. Основной поток смещён на несколько градусов западнее.</p><p>Меня охватывает знакомое раздражение человека, привыкшего оказываться правой. Я заставляю себя снова посмотреть на линии и найти место расхождения.</p><p>— Могу я коснуться модели? — спрашиваю я.</p><p>— Осторожно, — говорит Веда, кивая. — Она под низким напряжением, не должно быть опасно, но следите за реакцией.</p><p>Я подношу пальцы к отмеченному участку. Воздух сопротивляется едва заметно. Дома источник отозвался бы прямо; здесь между полем и кожей стоят металл, изоляция и сама конструкция сети.</p><p>— Технология меняет его, — говорю я вслух, скорее себе, чем окружающим. — Дома энергия идёт по пути наименьшего сопротивления напрямую. Здесь конструкция самой сети — трубы, контуры, изоляция — уже задаёт направление до того, как естественное стремление силы успевает проявиться. Я почувствовала естественное направление. Прибор показывает направление, изменённое конструкцией.</p><p>Веда переводит взгляд с меня на модель.</p><p>— Иначе говоря, — произносит она медленно, — вы ошиблись не в существовании потока, а в том, что не учли, как сеть его искажает.</p><p>— Да. Я не учла устройство сети.</p><p>— Я введу поправку на геометрию и повторю импульс. Затем разверну модель и проведу пустую серию. Вы не будете знать, в каком запуске есть нагрузка. Иначе мы проверим ожидание, а не чувствительность.</p><p>Рион отходит от стены, подходит ближе, глядя на экран через её плечо.</p><p>— Сколько это займёт? — спрашивает он.</p><p>— Несколько минут. Один удачный результат всё равно ничего не даст.</p><p>Веда закрывает от меня экран и меняет положение макета. Во втором запуске давление смещается влево; я указываю направление. В следующем не чувствую ничего, хотя стенд тихо гудит. Ещё один импульс приходит справа. Только после этого Веда открывает результаты.</p><p>— В двух рабочих сериях направление совпало с поправкой в пределах измерительной погрешности. Пустую вы обозначили как пустую. Этого мало для общего вывода, но достаточно, чтобы проверить архивные данные аварии.</p><p>— Причину аварии опыт не доказывает, — добавляет Веда. — Мы подтвердили только способность различать направление сильного поля вблизи стенда с поправкой на конструкцию. Дистанцию, предел и повторяемость ещё предстоит установить.</p><p>— Я не претендую на это, — говорю я. — Я говорю о том, что чувствую. Остальное — ваша работа, не моя.</p><p>Веда кивает.</p><p>— Хорошо, — говорит она. — Раз у нас есть рабочая поправка, применим её к данным аварии целиком, а не к отдельной точке.</p></section><section><title><p>Глава 8. Доступ Лианны</p></title><p>Следующие три дня проходят в допросах, документах и ожидании. Меня вызывают то к Риону, то в архивный отдел Управления. Там сотрудник поднимает журналы доступа, а я стараюсь понять хотя бы четверть происходящего на экранах и не выдавать догадку за знание.</p><p>На четвёртый день Рион вызывает меня в тот же маленький кабинет, но на этот раз стол не завален бумагами — расчищен, и посередине лежит одна распечатка, тонкая, с колонкой временных меток.</p><p>— Хронология команд, — говорит он вместо приветствия, разворачивая лист ко мне. — Восстановлена по журналам доступа за девятнадцать минут до аварии. Садитесь, это важно.</p><p>Я сажусь, читаю.</p><p>Колонка короткая, но плотная: время, код команды, терминал, с которого она подана. Первая метка — активация диагностического режима на терминале в северном крыле. Вторая, через четыре минуты, — изменение параметра компенсации на терминале в южном крыле, на другом конце этажа. Третья, ещё через две минуты, — отключение защитного контура на центральном пульте, том самом, у которого я очнулась.</p><p>— Все три команды поданы биометрическим доступом Лианны Корвель, — говорит Рион. — Это подтверждено, оспорить нельзя. Но взгляните на время между второй и третьей отметкой.</p><p>Я смотрю. Две минуты.</p><p>— Расстояние между южным терминалом и центральным пультом, — продолжает он, — по кратчайшему маршруту, бегом, без остановок, составляет три с половиной минуты. Это установлено экспериментально, я проверил лично сегодня утром.</p><p>К распечатке приложена схема маршрута. На ней отмечены двери, лестница и служебный проход через зал обслуживания.</p><p>— Вы бегали по узлу с секундомером?</p><p>— С сотрудником фиксации и двумя независимыми хронометрами.</p><p>Я поднимаю взгляд.</p><p>— Надеюсь, хотя бы без плаща.</p><p>Рион смотрит на рукав своей формы, словно впервые допускает, что тот мог мешать следственному эксперименту.</p><p>— Плащ остался в кабинете.</p><p>Это настолько серьёзный ответ, что я не сразу понимаю: он шутит. Совсем немного, в пределах допустимой погрешности.</p><p>— Маршрут был свободен? — спрашиваю я.</p><p>— Для контрольного забега коридор перекрыли. В день аварии там находились люди и грузовые тележки. Реальное время могло быть только больше.</p><p>Он показывает запись опыта. Сотрудница примерно роста Лианны стартует у южного терминала, бежит через служебный проход и касается центрального пульта. На финише она не способна сразу произнести контрольную фразу. Повторный забег другого сотрудника даёт ещё худший результат.</p><p>— А другой путь?</p><p>— Лифт медленнее. Технический мост был закрыт на обслуживание. Через магистральный зал пройти невозможно без отдельного допуска, которого браслет Лианны в тот день не регистрировал.</p><p>В Академии я потребовала бы повторить опыт с тем же человеком, в той же одежде и при сходной загруженности коридоров. Здесь это невозможно: тело Лианны перед ними, а её памяти о маршруте нет.</p><p>— Значит, вы установили нижнюю границу, — говорю я. — Не точное время Лианны.</p><p>— Именно. И даже минимальное время длиннее промежутка в журнале.</p><p>Напряжение в груди немного отпускает.</p><p>— Значит, одно тело не могло подать обе команды на месте.</p><p>— Значит, физически это не могло быть одно и то же тело, перемещающееся между этими двумя точками за отведённое время, — уточняет Рион, всегда предпочитающий точность формулировкам, которые звучат удобнее. — Есть три объяснения. Первое: часть команд подана дистанционно, через перехваченный доступ, без физического присутствия тела Корвель у терминала. Второе: журнал времени сфальсифицирован. Третье: у меня ошибка в расчёте маршрута, что маловероятно, но я не исключаю.</p><p>— Вы допускаете подставу, — говорю я, не как вопрос — как констатацию того, что наконец прозвучало вслух.</p><p>Он молчит секунду, взвешивая слово, прежде чем произнести его.</p><p>— Я допускаю, что кто-то использовал биометрический доступ мисс Корвель для части команд, не находясь физически рядом с ней в момент их подачи, — говорит он ровно. — Это не значит, что я снимаю с неё подозрение целиком. Это может быть подстава извне. Это может быть согласованное действие, в котором она участвовала добровольно, передав кому-то доступ. Я работаю с обоими вариантами, пока не появится доказательство, исключающее один из них.</p><p>Осторожность Риона справедлива и всё равно неприятна. Я уже начала верить в невиновность Лианны быстрее, чем позволяют доказательства.</p><p>— Как можно передать биометрический доступ? — спрашиваю я вместо того, чтобы спорить.</p><p>— Технически — почти никак, без физического присутствия владельца или без взлома системы на уровне, недоступном рядовому инженеру, — говорит Рион. — Что возвращает нас к вопросу, кто в узле обладает достаточным уровнем полномочий, чтобы обойти биометрическую защиту дистанционно. Это узкий список.</p><p>— Директор программы?</p><p>— В числе прочих. Список я пока не назову. Чем меньше людей знает ход проверки, тем ниже риск, что один из фигурантов начнёт уничтожать следы.</p></section><section><title><p>Глава 9. Брат</p></title><p>Меня о визите не предупреждают. Протокольная служба его одобрила — короткая отметка приходит на коммуникатор одновременно с сигналом двери. Тален Корвель стоит на пороге квартиры Лианны с маленьким свёртком в руках.</p><p>— Впустишь? — спрашивает он устало. Похоже, раньше он просто входил.</p><p>Я отступаю, пропуская его. Судя по семейным данным, Тален на три года младше Лианны. Держится, однако, как человек, которому надоело, что его берегут вместо того, чтобы спрашивать.</p><p>— Ты выглядишь, — говорит он, оборачиваясь, — нормально. Учитывая, что я слышал.</p><p>— Что ты слышал?</p><p>— Что моя сестра то ли участвовала в диверсии, то ли стала жертвой, то ли сошла с ума от травмы, — говорит он резко. — Три версии за последние четыре дня, Лианна. Я узнаю о них не от тебя, а от следователя, который позвонил маме проверить твою биографию.</p><p>Я молчу, потому что любое из возможных объяснений сейчас прозвучит либо как ложь, либо как то, что окончательно оттолкнёт его.</p><p>— Мне жаль, что тебе пришлось это узнавать так, — говорю я наконец.</p><p>— «Мне жаль», — повторяет он с горькой интонацией. — Знаешь, сколько раз я слышал это от тебя за последний год? Ты пропустила день рождения мамы. Не написала мне два месяца. Пропустила семейный ужин, из-за которого мы поссорились, — и даже не объяснила почему, просто исчезла на неделю в своей работе. А теперь я стою тут, а ты снова говоришь «мне жаль» тем же голосом, каким говорила это всегда, будто извинение решает вопрос.</p><p>Каждое его слово обращено к другой женщине, но принимает их её лицо. Я не виновата в пропущенных праздниках и молчании, однако от этого боль Талена не становится выдуманной. Оправдаться правдой — значит отнять у него сестру второй раз. Лгать убедительно я никогда не умела и начинать в двести тридцать восемь лет поздновато.</p><p>— Я не помню ничего из этого, Тален, — говорю я тихо. — Не помню ни дня рождения мамы, ни ссоры, ни того, почему я пропустила ужин. У меня нет доступа к воспоминаниям обо всём этом.</p><p>Он смотрит долго. Недоверие остаётся, но злость уже не такая уверенная.</p><p>— Удобно, — говорит он наконец. — Очень удобно забыть именно то, за что нужно было бы извиняться по-настоящему.</p><p>— Я понимаю, почему это звучит как удобная защита, — говорю я. — Но это не защита. Это факт, с которым мне тоже приходится жить, и он мне не нравится больше, чем тебе.</p><p>Тален криво усмехается.</p><p>— Тебе не нравится не помнить собственную семью? Прости, если я не сразу тебе поверю.</p><p>— Я не прошу верить, — говорю я. — Я прошу не считать это чем-то, что я выбрала.</p><p>Он отворачивается к окну. Плечи напряжены.</p><p>— Мама почти каждый вечер плачет, — говорит он, не оборачиваясь. — Она не понимает половины из того, что говорят следователи. Только то, что её дочь может оказаться преступницей или пострадавшей, и не знает, какой вариант страшнее. Мне нужно что-то, что я смогу ей сказать.</p><p>— Я написала ей после выписки.</p><p>Он оборачивается резко.</p><p>— Две строки. «Состояние стабильное. Сейчас трудно разговаривать». Она показывала мне это сообщение так, будто там спрятано объяснение, почему собственная дочь не может произнести слово «мама».</p><p>Упрёк справедлив для Лианны и несправедлив для меня. Разделить одно от другого невозможно, пока перед ним её лицо.</p><p>— Я не знала, что имею право сказать, — отвечаю я.</p><p>— Право? Она не следователь.</p><p>— Именно поэтому. Следователю я могу дать факты и потребовать проверить. Ей нужны чувства, которых у меня сейчас нет.</p><p>Тален смотрит на меня так, словно я произнесла вслух худшее из возможных объяснений.</p><p>— Ты говоришь о матери как о чужом человеке.</p><p>— Для меня она и есть чужой человек. Это жестоко, но притвориться иначе было бы ещё хуже.</p><p>Он отступает на шаг и теперь смотрит осторожнее, будто сверяет моё лицо с услышанным.</p><p>— Тогда что мне сказать ей? Что ты жива, но больше ничего к ней не чувствуешь?</p><p>— Скажи, что я не помню. Что это не её вина и не наказание за старую ссору. И что я соглашусь на разговор, когда Сорен поможет провести его так, чтобы не обещать невозможного.</p><p>— Очень по-взрослому, — произносит он горько. — Очень правильно.</p><p>— Другого ответа у меня нет.</p><p>Тален закрывает глаза на секунду, потом кивает. Он передаст сообщение. Согласится ли с ним — другой вопрос.</p><p>Тален смотрит на меня ещё секунду, потом переводит взгляд на свёрток в руках, будто вспомнив о его существовании только сейчас.</p><p>— Я принёс это, — говорит он, протягивая мне вещь. — Нашёл в коробке, которую ты отвезла маме за две недели до аварии. Сказала, что освобождаешь шкаф. Сам кулон ещё со времён учёбы. Подумал, может, тебе… — он замолкает, не находя подходящего конца фразы, — может, это поможет вспомнить хоть что-то, если ты правда не притворяешься.</p><p>Я разворачиваю свёрток. Внутри — небольшой кулон в форме шестерни, потёртый и старомодный среди здешних технологий. Никакого узнавания не приходит. Лишь чужая вещь на ладони — вещь, которую Лианна почему-то вынесла из квартиры незадолго до аварии.</p></section><section><title><p>Глава 10. Непредусмотренный архив</p></title><p>Я не вскрываю накопитель сама. Первым порывом было бы сунуть его в домашний терминал и посмотреть, что там, но последние дни рядом с Рионом научили меня хотя бы одному: находка без зафиксированной цепочки хранения легко превращается в вещь, которую защита обвиняемого или обвинение отбросят как сомнительную.</p><p>Я звоню Риону тем же вечером. Он приезжает через сорок минут, без единого лишнего вопроса, и первым делом фотографирует кулон и накопитель на месте, до того как я успеваю к ним прикоснуться повторно.</p><p>— Где именно был спрятан? — спрашивает он.</p><p>— Внутри полой шестерни. Брат принёс кулон из коробки, которую Лианна оставила у матери за две недели до аварии. Двойное дно я заметила случайно.</p><p>— Случайно, — повторяет он с лёгким сомнением, но спорить не начинает.</p><p>— До подключения нужен сотрудник фиксации, — говорит он, вызывая дежурного по защищённому каналу. — Он запишет состояние носителя и контрольный слепок. Нора сможет объяснить содержание, но независимым свидетелем её не назовёшь.</p><p>Дежурный фиксирует кулон и накопитель через служебный канал, подтверждает целостность записи и остаётся на связи. Нора приезжает почти так же быстро, как Рион. Увидев находку, она останавливается в дверях.</p><p>— Она рассказывала мне про такую модель, — говорит Нора. — Говорила, что доверяет физическим накопителям больше сетевых архивов. «Всё, что подключено к сети, можно стереть удалённо», — так она это объясняла.</p><p>— Похоже, оказалась права, — говорю я, вспоминая пустое место на экране терминала четыре дня назад.</p><p>Рион подключает накопитель к изолированному считывающему устройству — не к обычному терминалу, а к чему-то отдельному, специально предназначенному, судя по всему, именно для таких случаев: устройство физически не соединено с общей сетью узла.</p><p>— Защита от повторного удаления, — поясняет он, заметив мой взгляд. — Если кто-то следит за архивами Корвель в реальном времени, я не хочу, чтобы содержимое этого накопителя постигла та же участь через минуту после подключения.</p><p>Экран считывающего устройства оживает медленно, показывая структуру файлов — не аккуратные папки, как в домашнем терминале, а сырые, неотформатированные записи: колонки цифр, временные метки, короткие текстовые пометки без всякой попытки сделать их удобочитаемыми для постороннего.</p><p>— Она не готовила это для чужих глаз, — говорит Нора, вглядываясь в экран. — Это черновик. Рабочие заметки для себя.</p><p>Среди таблиц находятся короткие голосовые пометки. Рион сначала проверяет их метаданные и только потом разрешает воспроизвести.</p><p>Комнату заполняет голос, который я каждое утро слышу из собственного горла. На записи он быстрее, резче и усталей:</p><p>«Повторный замер после смены. Отклонение сохранилось. Нора считает, что проблема в старом датчике. Возможно. Завтра принесу другой и проверю их рядом. Если снова получу ту же красивую цифру, начну подозревать уже не прибор, а человека, который любит красивые отчёты».</p><p>Нора невольно усмехается.</p><p>— Это она. Когда Лианна злилась, начинала разговаривать с оборудованием как с провинившимся стажёром.</p><p>Следующая пометка короче:</p><p>«Новый датчик дал другое значение. Старый после калибровки тоже. В общий журнал ушло прежнее. Не обвинять никого до независимой копии».</p><p>— Она проверила собственную ошибку прежде, чем искать чужую, — говорю я.</p><p>— Всегда, — отвечает Нора. — Иногда по пять раз. С ней было невыносимо спорить, потому что к началу спора она уже успевала опровергнуть половину собственных доводов.</p><p>В следующей записи Лианна называет время, номер секции и раздражённо замечает, что крепление снова затянули плохо. Обычная рабочая пометка. Она явно рассчитывала вернуться к ней сама.</p><p>Я выключаю воспроизведение раньше, чем терминал успевает запустить следующую пометку.</p><p>— Продолжим с таблицами, — говорю я.</p><p>Нора молча переключает терминал на таблицы.</p><p>Мы читаем вместе, по очереди озвучивая то, что кажется важным. Большая часть — сырые замеры фазовой стабильности в разных точках узла за последние два месяца, с пометками вроде «отклонение выше нормы, повторная проверка требуется» и «не совпадает с официальным отчётом на 0,3 единицы — систематическая погрешность или намеренная правка?».</p><p>— Она годами работала с этими цифрами, — говорит Нора тихо. — Знала их лучше, чем я знаю собственное расписание смен. Если она пишет «систематическая погрешность», значит, у неё были основания в этом сомневаться, а не просто паранойя.</p><p>Ближе к концу списка файлов — короткая последовательность звуковых сигналов, закодированных в виде цифрового отпечатка, помеченная просто: «контроль. Л.К.»</p><p>— Что это? — спрашиваю я, указывая на отметку.</p><p>Нора задерживается на отметке. Улыбка после голосовой записи исчезает.</p><p>— Это её рабочая подпись. Контрольная последовательность, — говорит она. — Инженеры помечают такими сигналами тестовые замеры, чтобы не перепутать серии и заметить грубую подмену. У Лианны была своя. Она использовала её годами, с тех пор как ещё стажёром поймала коллегу на подмене результатов.</p></section><section><title><p>Глава 11. Вторая волна</p></title><p>Сигнал застаёт меня в кабинете Риона, посреди спокойного, почти рутинного разговора о графике завтрашней проверки архивов. Я как раз объясняю ему разницу между магической аналогией «стянутого узла» и тем, что мы теперь официально называем «локальным накоплением», когда мир вокруг вдруг делается вязким, как перед грозой, только хуже — плотнее, ближе, будто гроза уже не собирается, а идёт прямо надо мной.</p><p>— Что с вами? — Голос Риона доносится будто через толстую ткань.</p><p>Я хватаюсь за край стола.</p><p>— Где-то рядом, — говорю я, с трудом ворочая языком. — Не здесь. Соседний участок. Оно снова копится.</p><p>Его коммуникатор оживает раньше, чем я успеваю договорить, — короткий, тревожный сигнал, который он уже научился узнавать по звуку так же, как я научилась узнавать сирену.</p><p>— Распределитель «Ясень», — читает он вслух, бледнея. — Тот самый, что мы вывели из основной схемы после первой аварии. Малый сбой в резервном питании. Пока без эвакуации.</p><p>— Это оттуда, — говорю я, чувствуя, как тянущее ощущение за грудиной становится острее, будто кто-то тронул уже воспалённый нерв. — Оно похоже на первое. Тот же рисунок.</p><p>— Похоже — не значит идентично, — говорит Рион, уже вызывая на экран схему распределителя. — Направление различаете?</p><p>Я закрываю глаза, пытаясь сосредоточиться так же, как в лаборатории с Ведой: по частям, без рывка. Там был контролируемый импульс на безопасном макете. Здесь источник находится в нескольких кварталах, и попытка дотянуться до него отзывается болью за глазами.</p><p>— Остановитесь, — говорит Рион сразу. — Приборы уже строят направление.</p><p>Разумный приказ. Я исполняю его примерно так же охотно, как когда-то распоряжения попечительского совета.</p><p>— Северо-запад, — выдавливаю я. — От основного узла. Оно… идёт волной, не точкой. Как будто…</p><p>Договорить я не успеваю. Комната вокруг вдруг кренится набок, хотя я точно знаю, что сижу неподвижно, и последнее, что я вижу перед тем, как зрение схлопывается в узкий, мутный тоннель, — лицо Риона, вскочившего из-за стола слишком резко для человека, обычно двигающегося размеренно.</p><p>Прихожу в себя от резкого запаха — чего-то похожего на нюхательную соль, только современнее, острее. Я лежу на полу его кабинета, голова у меня на чьей-то руке, а перед глазами плывут цветные пятна, медленно складывающиеся обратно в очертания комнаты.</p><p>— Не вставайте, — говорит Рион, и в его голосе, обычно ровном, звучит нечто, чего я раньше не слышала, — резкость, слишком похожая на тревогу, чтобы списать её на профессиональную привычку.</p><p>— Что с сектором? — спрашиваю я, хотя язык до сих пор слушается плохо.</p><p>— Локализовано, — говорит он коротко. — Веда взяла управление на месте, диспетчер справился без дополнительных данных от вас. — Он делает паузу, и в этой паузе явно читается упрёк, ещё не оформленный в слова. — Вы потеряли сознание, мисс Корвель. На пятнадцать секунд.</p><p>Его коммуникатор продолжает выдавать обновления. Рион читает их, не убирая руки из-под моей головы.</p><p>— Резервный участок отключён. Два жилых блока временно без отопления, аварийные накопители запущены. Медицинский центр перешёл на собственный контур. Предварительно пострадавших нет.</p><p>— Значит, волна остановилась.</p><p>— На этом участке — да. Причину сбоя не нашли. И никто не использовал ваше направление для команды управления.</p><p>Последнюю фразу он произносит, глядя на меня. Диспетчерская справилась без моего направления.</p><p>— Пятнадцать секунд — это немного, — говорю я, пытаясь сесть, но голова тут же протестует новой волной тошноты, и я снова опускаюсь на его руку, которую он, судя по всему, так и не убрал.</p><p>— Пятнадцать секунд без сознания рядом с расследованием, где вас и так подозревают в манипуляциях с приборами, — это не «немного», — говорит он резко. — Это ровно то, чего я боялся, когда соглашался слушать про вашу «чувствительность».</p><p>Я молчу, потому что спорить в таком состоянии бессмысленно, а он, кажется, только начинает.</p><p>— В расследовании мы больше не используем попытки «дотянуться» до удалённого источника, — говорит он, помогая мне сесть и придерживая за плечо. — То, что вы замечаете рядом без усилия, можно фиксировать. Это — нет. Вы не измерительный прибор.</p><p>— Это было полезно, — говорю я слабо. — Я дала направление раньше приборов.</p><p>— Направление, которое диспетчер получил бы через сорок секунд стандартной диагностики, — отрезает он. — Вы выторговали нам сорок секунд ценой пятнадцати без сознания и, судя по вашему виду, головной боли, которая не пройдёт быстро. Это плохой обмен, мисс Корвель, и я не собираюсь делать его частью протокола.</p><p>Сорок секунд. Пятнадцать без сознания. Обмен и правда дрянной, как ни украшай его героическими намерениями.</p><p>— Хорошо, — говорю я, и это стоит мне усилия больше, чем следовало бы для простого слова. — Не буду тянуться намеренно.</p><p>— Спасибо, — говорит он, и впервые с начала нашего знакомства в его голосе звучит что-то похожее на облегчение, а не на профессиональное удовлетворение отчётом.</p><p>Он вызывает Сорен, и она приезжает быстро, проверяет меня прямо в кабинете, качает головой при виде показателей на своём приборе.</p></section><section><title><p>Глава 12. Подпись виновной</p></title><p>Новость приходит не через Риона, а через общий информационный канал, который сам включается на домашнем терминале ровно в девять утра — я ещё не привыкла к этой особенности местных экранов, откликающихся на официальные сводки без моего разрешения.</p><p>Голос диктора звучит нейтрально, почти дружелюбно, что делает содержание ещё более неприятным:</p><p>«Управление энергетической безопасности совместно с программой модернизации энергетического кольца сообщает предварительные выводы по аварии на узле „Северный каскад“. Согласно найденным материалам, ведущий инженер Лианна Корвель проводила несанкционированное испытание метода перераспределения фазовой нагрузки без утверждённого протокола безопасности. Именно это испытание, по предварительной версии, стало непосредственной причиной аварии. Расследование продолжается».</p><p>Я стою перед экраном, чувствуя, как внутри что-то холодеет — не страх за себя, а чистая, острая ярость за женщину, чьё имя только что публично назвали виновной перед тем, как расследование успело дойти до середины.</p><p>Под заявлением появляется лента откликов. Терминал считает их общественно значимыми и предлагает читать вместе с новостью.</p><p>«Из-за неё вчера снова отключали жилые блоки».</p><p>«Почему инженер с таким доступом вообще оставалась на свободе?»</p><p>«Она спасла узел в первый день. Может, сначала дождаться расследования?»</p><p>Последнее сообщение почти сразу тонет под новыми. В ленте повторяются слова «свет», «отопление» и моя нынешняя фамилия.</p><p>Входящий вызов от матери Лианны появляется поверх ленты. Я не успеваю решить, отвечать ли, — он сменяется вызовом Талена.</p><p>На этот раз принимаю.</p><p>— Это правда? — спрашивает он без приветствия.</p><p>— Я не знаю. Документ, на который они ссылаются, я ещё не видела.</p><p>— Но ты проводила испытание?</p><p>— У меня нет памяти Лианны. Всё, что могу сказать сейчас: в её личных записях она искала причину расхождения и не была уверена в выводах.</p><p>— Мама смотрит новости. Что мне ей сказать?</p><p>Второй раз за несколько дней он требует от меня слов для женщины, которой я не могу вернуть дочь.</p><p>— Что заявление предварительное. Что расследование продолжается. И что я не стану прятаться.</p><p>— Опять официальная сводка.</p><p>— Другой честной у меня пока нет.</p><p>Он шумно выдыхает.</p><p>— Тогда найди её, Лианна. Или кем ты там себя считаешь. Найди правду раньше, чем весь город решит за тебя.</p><p>Связь обрывается. Имя Лианны остаётся в верхней строке новостей.</p><p>Коммуникатор оживает почти сразу — вызов от Риона.</p><p>— Вы видели, — говорит он вместо приветствия, и это не вопрос.</p><p>— Видела. Это ваше управление сделало заявление?</p><p>— Не моё подразделение, — говорит он резко. — Пресс-служба программы модернизации, с формальным согласованием части материалов через архив Управления. Меня не спрашивали, готов ли я подтвердить эти выводы. Я не готов.</p><p>— Тогда откуда они это взяли?</p><p>— Приезжайте, — говорит он вместо ответа. — Я перешлю вам материалы, на которые они ссылаются. Хочу, чтобы вы посмотрели своими глазами, прежде чем я начну официально оспаривать заявление.</p><p>Через час я сижу в его кабинете, глядя на голографическую проекцию документа — фрагмент проекта, подписанный, если верить метаданным, биометрической подписью Лианны Корвель три недели назад. Заголовок гласит: «Экспериментальная схема перераспределения при нестабильном фоне — предварительные расчёты».</p><p>— Это выглядит как её работа, — говорю я осторожно. За последние дни я научилась различать назначение расчётных блоков, но проверять сами формулы по-прежнему должна Нора. — Стиль записи похож на то, что мы видели в накопителе. Короткие пометки, минимум лишних слов.</p><p>— Продолжайте читать, — говорит Рион. Он не подсказывает. Ждёт, замечу ли я то же, что и он.</p><p>Я сравниваю запись с личными заметками на накопителе. Самих расчётов я оценить не могу, зато уже знаю манеру Лианны: она методична, осторожна и обязательно отмечает погрешность.</p><p>И тут я вижу это.</p><p>В середине документа — правило перераспределения нагрузки при пиковых значениях, записанное без единой оговорки, без привычной для Лианны формулировки «требует дополнительной проверки» или «предварительно, не для внедрения». Формула стоит категорично, будто утверждённая, финальная, готовая к применению.</p><p>— Здесь, — говорю я, указывая на строку. — Это не её почерк. Не в смысле букв — в смысле уверенности. Во всех остальных её заметках, которые я видела, каждый непроверенный вывод помечен сомнением. А здесь — категоричное утверждение, будто оно уже прошло все стадии проверки. Это не соответствует остальному документу.</p><p>Рион наклоняется ближе, вглядываясь в указанную строку с тем вниманием, с каким смотрел на девятиминутный пропуск в записи камеры.</p><p>— Продолжайте, — говорит он снова, тише.</p><p>— И вот тут, — я указываю на соседний параграф, — коэффициент, который она использует здесь, отличается от коэффициента, который она использует тремя абзацами выше, для похожего расчёта. Она бы не допустила такого несоответствия в собственном документе — она слишком дотошна для этого, судя по всему, что я о ней узнала.</p></section><section><title><p>Глава 13. Право на ошибку</p></title><p>Через два дня после публичного заявления Рион добивается закрытого режима для материалов дела. Далось это нелегко: в коридоре Управления он выглядит так, словно последние ночи провёл в споре с регламентом и регламент победил по очкам.</p><p>— Формально это означает, что материалы дела больше не могут передаваться третьим лицам без моего личного разрешения, — говорит он, пока мы идём к лифту. — Включая руководство программы модернизации. Они возражали.</p><p>— Кто именно возражал?</p><p>— Заместитель директора программы, — говорит он ровно. — Директор лично возражений не подавал. Пока.</p><p>Рион всё чаще добавляет это «пока». Полезное слово: не даёт версии затвердеть до состояния приговора.</p><p>— Что это значит для меня? — спрашиваю я.</p><p>— Это значит, что данные, которые могли бы исчезнуть, как ваш файл или запись камеры, теперь защищены официально, — говорит он. — А вам придётся научиться описывать наблюдения на языке, понятном специалистам. Инженером за несколько дней вы не станете. Но сможете задавать проверяемые вопросы вместо того, чтобы говорить о рисунках и узлах.</p><p>— Вы предлагаете мне учиться?</p><p>— Я предлагаю перестать полагаться только на ощущения, — говорит он. — Нора будет оценивать расчёты. От вас требуется другое: вовремя заметить странность и сформулировать её так, чтобы мы могли проверить приборами.</p><p>Это звучит разумно — настолько разумно, что я почти забываю, насколько непривычна для меня роль ученицы после двухсот с лишним лет преподавания.</p><p>Нора соглашается взять на себя часть обучения без особого энтузиазма, но и без сопротивления — скорее с прагматичным вздохом человека, понимающего необходимость.</p><p>— Я не буду делать из тебя инженера за неделю, — предупреждает она в первый же день, разворачивая передо мной учебный терминал с базовой схемой энергетического кольца. — Я даже не уверена, что смогу объяснить половину того, что для меня очевидно с двадцати лет. Но начнём с простого.</p><p>Простое оказывается сложнее, чем я ожидала. Термины, которые я слышала последние дни, наконец обретают структуру, однако чужую моему магическому мышлению. Для каждого нового понятия приходится искать сравнение — и потом отдельно запоминать, где сравнение перестаёт работать.</p><p>В первом учебном сценарии я замечаю рост нагрузки в боковой ветви и требую открыть резерв раньше установленного порога. Нора исполняет команду в симуляции. Линия выравнивается, зато на схеме гаснут два жилых участка.</p><p>— Я остановила накопление.</p><p>— И оставила без питания несколько тысяч человек, хотя защита ещё справлялась, — отвечает Нора. — В аварии это могло бы оказаться правильным выбором. Здесь ты даже не проверила, сколько у нас времени.</p><p>Я смотрю на спокойный график после собственного решения. В магическом контуре лишний сброс обычно означает испорченную заготовку и выговор студенту. В городской сети за каждой линией стоят люди, которым неизвестно, что кто-то только что выбрал их участок как допустимую потерю.</p><p>— Запусти снова.</p><p>Во втором прогоне я жду слишком долго. Автоматика успевает выровнять один участок, но соседний входит в предупреждающий диапазон.</p><p>— Теперь я дала системе лишнее время.</p><p>— Да. Потому что пыталась исправить прошлую ошибку противоположной ошибкой.</p><p>— Вы всегда так ободряете учеников?</p><p>— У меня не бывает учеников. Есть стажёры, которых нельзя выпускать к настоящему пульту, пока они не перестанут угадывать настроение преподавателя.</p><p>Это замечание я запоминаю лучше очередного термина. Нора не требует правильного ответа с первой попытки. Она требует понимать, почему ответ выбран и какую цену создаёт.</p><p>В следующем прогоне я не командую. Сначала спрашиваю текущий запас, скорость роста и последствия отключения каждого участка. Решение принимает Нора. Система стабилизируется без потери жилых линий.</p><p>— Уже лучше, — говорит она. — Ты наконец перестала изображать диспетчера.</p><p>— Потрясающий педагогический метод.</p><p>— Зато работает.</p><p>— Представь, — говорит Нора на третий день, заметив мою растерянность перед очередной схемой, — что энергетическое кольцо — это не магия, а очень капризная река, которую заставили течь по трубам вместо русла. Она хочет идти туда, куда ей естественно, но трубы диктуют направление. Синхронизация — это когда напор в трубах совпадает с тем, куда река хочет идти сама. Тогда всё спокойно. Когда не совпадает — где-то копится давление.</p><p>— Это ближе к тому, что я понимаю, — говорю я, и впервые за три дня чувствую, что могу удержать в голове схему целиком, а не отдельными фрагментами.</p><p>— Хорошо, — говорит Нора, приободрившись. — Тогда смотри на учебную модель. Это упрощённая копия реальной сети узла, для тренировки диспетчеров. Здесь можно безопасно проигрывать разные сценарии нагрузки без риска для настоящей системы.</p><p>Она запускает симуляцию — стандартный сценарий пиковой нагрузки, ничего связанного с реальной аварией, чисто учебное упражнение. Линии на экране движутся, перераспределяются, компенсируются автоматическими механизмами защиты.</p><p>В одном из вспомогательных контуров линия изгибается знакомым образом. Я не понимаю значения цифр, но похожий рисунок видела на восстановленной схеме аварии: после срабатывания защиты часть нагрузки продолжает уходить в боковую ветвь.</p></section><section><title><p>Глава 14. Идеальная погрешность</p></title><p>Рион запрашивает архивные отчёты по другим узлам кольца. Следующий вечер мы проводим над колонками цифр за последний год, выведенными на плоские светящиеся листы.</p><p>— Ищем расхождение, похожее на то, что нашла Лианна, — говорит Рион, раздавая мне и Норе по стопке. — Не гадайте. Сравнивайте.</p><p>Работа кропотливая, требующая внимания, которого я, признаться, не ожидала от расследования: никакой магии, никакой чувствительности, только сухие числа, повторяющиеся в столбцах отчётов месяц за месяцем.</p><p>Через два часа Нора первой поднимает голову.</p><p>— Вот, — говорит она, кладя рядом два листа из разных узлов. — Отклонение фазовой стабильности за март. «Восточный дозор» — плюс ноль целых тридцать сотых. «Южный предел» — столько же.</p><p>Рион берёт оба листа, сверяет цифры внимательнее.</p><p>— Два совпадения ещё ничего не дают, — говорит он. — При сходных условиях погрешность может попасть в один диапазон.</p><p>— Я работаю с этими приборами шесть лет, — возражает Нора. — Реальная погрешность плавает: плюс ноль целых две десятых, минус одна десятая, почти ноль. Совпадение до сотой доли возможно. Повторяющееся совпадение — уже повод считать частоту.</p><p>Я беру оставшиеся листы, начинаю искать ту же цифру в других месяцах, других узлах, и нахожу её снова — не всегда точное совпадение, но подозрительно ровный, почти неизменный паттерн там, где, по всем законам случайности, должен быть разброс.</p><p>— Здесь тоже, — говорю я, показывая найденное. — Апрель, узел «Северный каскад» и узел «Дальний рубеж» — оба показывают одинаковое отклонение.</p><p>— Слишком ровно, — говорю я. На этот раз это не ощущение. Одинаковые значения можно пересчитать.</p><p>Рион молчит, разглядывая собранные данные с видом человека, который очень не хочет, чтобы гипотеза подтвердилась, потому что подтверждение означает объём работы, несопоставимый с расследованием одной аварии.</p><p>— Мне нужна доказуемая цепочка, а не общее впечатление о «слишком ровности», — говорит он наконец, всё же не отрицая очевидного. — Совпадение цифр в отчётах — не доказательство подмены. Это может быть особенностью алгоритма расчёта, а не злым умыслом.</p><p>— А может быть подменой, — говорю я, не скрывая раздражения. — Рион, вы видите тот же рисунок, что вижу я. Просто не хотите называть его тем же словом, пока у вас нет бумаги, которая позволит вам это сказать официально.</p><p>Рион встречает мой взгляд спокойно. Под глазами залегли тени, но упрямства в нём хватит ещё на несколько таких ночей.</p><p>— Осторожность — не трусость, мисс Корвель, — говорит он ровно. — Я видел дела, развалившиеся в суде, потому что следователь принял закономерность за доказательство и не проверил её методом, который выдерживает критику. Я не дам никому повода свести расследование к впечатлениям травмированной свидетельницы и раздражённой коллеги.</p><p>Слово «травмированной» задевает. Хуже всего, что в материалах дела оно совершенно уместно.</p><p>— Тогда что вы предлагаете? — спрашиваю я, стараясь звучать спокойнее, чем чувствую себя.</p><p>— Найти способ проверить это независимо от нашего впечатления, — говорит он. — Веда может проверить эти данные через отдельный, изолированный расчётный модуль, не связанный с общей сетью, где могла произойти подмена. Если совпадение подтвердится там же — у нас будет не «слишком ровно», а результат, полученный контролируемым методом.</p><p>Нора связывается с Ведой, и та соглашается провести проверку вечером. По её деловому тону ясно: срочные просьбы нашей группы давно перестали её удивлять.</p><p>Мы приезжаем в лабораторию за полночь. Веда, не выказывая ни малейшего раздражения от позднего часа, вводит собранные данные в изолированный расчётный модуль — тот же принцип, что и с накопителем Лианны: устройство, физически отсоединённое от общей сети узла, недоступное для внешнего вмешательства.</p><p>— Мы взяли исходные пакеты локальных датчиков с контрольными суммами и пересчитываем их по утверждённой методике, — объясняет она. — Если итоговые отчёты составлены по ней же, результаты совпадут в пределах округления. Если нет — будем сравнивать алгоритмы.</p><p>Расчёт занимает несколько минут, за которые никто в комнате не произносит ни слова.</p><p>Результат появляется на экране — колонка цифр, отличных от тех, что мы принесли с собой.</p><p>— Расхождение существенное, — говорит Веда. — Независимый модуль даёт разные значения для каждого узла. В официальных отчётах они сведены к одному.</p><p>— Значит, итоговые отчёты рассчитаны не по утверждённой методике, — говорит Рион. — Нам нужен используемый пакет и история его установки.</p><p>— Всё-таки слишком ровно, — говорю я.</p><p>Рион коротко кивает и возвращается к данным.</p><p>— Мне нужно знать, когда эта программа появилась в системе, — говорит он Веде. — Точную дату установки или последнего обновления алгоритма сбора данных.</p><p>Веда запрашивает копию рабочего пакета, сверяет её с утверждённой версией и выводит различия на экран. В отчётном модуле есть дополнительный блок нормализации. В спецификации его нет.</p><p>— Вот это плохо, — говорит она наконец.</p><p>— Насколько плохо? — спрашивает Рион.</p></section><section><title><p>Глава 15. Чужая репутация</p></title><p>После находки Веды служба допуска назначает мне обязательный инструктаж перед возможным возвращением на объект. Он проходит во время общего собрания инженерного персонала — первого, на которое меня допускают после аварии. Рион согласовывает присутствие при условии, что я не стану расспрашивать коллег о деле.</p><p>Зал собраний оказывается небольшим, тесноватым помещением с рядами кресел и общим экраном, где утреннее совещание — обычная сводка по текущим показателям сети — идёт своим чередом, пока я сижу в третьем ряду, стараясь занимать как можно меньше пространства и внимания одновременно.</p><p>Это не удаётся.</p><p>— Не ожидала снова увидеть тебя здесь, — говорит женщина лет пятидесяти, садясь рядом без приглашения. Седые пряди собраны в строгий узел, взгляд настороженный. — Дренн сказал, ты вернулась к работе.</p><p>— Не совсем к работе, — говорю я осторожно. — Скорее к присутствию.</p><p>— Осторожная формулировка, — говорит женщина с сухим смешком, лишённым злобы. — Я Кайлен Дорт, старший наладчик третьей смены. Работала с тобой пять лет плечом к плечу, если это тебе о чём-то говорит.</p><p>— Мне сказали, что я, вероятно, была резкой, — говорю я, потому что это единственное безопасное обобщение, которое я успела собрать из разрозненных описаний коллег.</p><p>— «Резкой» — мягко сказано, — Кайлен снова усмехается, на этот раз теплее. — Ты как-то сказала мне в лицо, что мой отчёт написан так, будто я боюсь собственных выводов. Я обиделась на неделю. Потом поняла, что ты права, и переписала методику проверки клапанов, которой мы до сих пор пользуемся. Ты не была приятной, Корвель. Но ты была честной, а это редкость.</p><p>Ещё одна подробность о Лианне занимает место рядом с пропущенными ужинами, спрятанными расчётами и привычкой сомневаться в собственных выводах. Из таких свидетельств постепенно складывается человек, которого я никогда не встречала.</p><p>С другой стороны от меня подсаживается мужчина помоложе, представившийся кратко — Реш, из соседней смены, — и его тон куда холоднее.</p><p>— А я слышал другое, — говорит он, не особо стараясь понизить голос. — Слышал, что ты годами держала важные данные при себе, не делясь с командой, потому что считала, что только твоя оценка достаточно надёжна. Может, если бы ты не хранила всё в одиночку, кто-то заметил бы неладное раньше и не случилось бы того, что случилось.</p><p>Это ранит острее, чем прямое обвинение в саботаже, — потому что в этом упрёке есть зерно правды, которое я сама уже начала подозревать, читая её разрозненные, никому не показанные записи.</p><p>— Может быть, вы правы, — говорю я, и мой ответ явно удивляет обоих — и Реша, ожидавшего защиты, и Кайлен, ожидавшую, вероятно, привычной резкости.</p><p>— Правда? — переспрашивает Реш, чуть растерявшись от лёгкости, с какой я соглашаюсь с критикой.</p><p>— Если я действительно держала все исходные данные при себе, это было ошибкой, — отвечаю я. — Распределённую информацию труднее уничтожить. Но сначала надо установить, что именно у меня было и кому я пыталась это показать.</p><p>— Удобно признавать ошибки, которых не помнишь, — говорит Реш.</p><p>Кайлен поворачивается к нему.</p><p>— А что ты от неё хочешь? Чтобы она выдумала воспоминание и извинилась убедительнее?</p><p>— Хочу понимать, вернётся ли к работе человек, который может снова спрятать данные.</p><p>Вопрос задаёт не враг. Реш стоит на смене рядом с оборудованием, которое уже однажды едва не разрушилось. Его недоверие направлено не только на моё лицо, но и на риск снова зависеть от решений Лианны.</p><p>— Если меня допустят к работе, — говорю я, — условия должны исключать единоличное хранение критических данных. Не потому, что вы обязаны мне не доверять. Система не должна зависеть от доверия к одному человеку.</p><p>Кайлен медленно кивает.</p><p>— Двойная фиксация, независимая копия и обязательная передача смене.</p><p>— И внешний журнал для спорных замеров, — добавляет Реш после паузы. — Чтобы руководство не могло сказать, что ничего не получало.</p><p>Вокруг нас собираются ещё двое инженеров. Они спорят уже не о характере Лианны, а о процедуре: кто заверяет копию, как защитить наблюдения до проверки, когда осторожность превращается в сокрытие. Я не вмешиваюсь, пока Кайлен не спрашивает прямо:</p><p>— А ты что скажешь?</p><p>— Если правило требует безупречных людей, оно бесполезно.</p><p>Реш впервые смотрит на меня без открытой враждебности.</p><p>— Эту фразу стоило придумать до аварии.</p><p>— Возможно. Но раньше её придумала не я.</p><p>Реш хмурится. Кайлен задерживает на мне взгляд, но при остальных ничего не спрашивает.</p><p>После короткой паузы Кайлен говорит:</p><p>— Ты изменилась после аварии. Не в смысле — стала хуже. В смысле — стала другой. Раньше ты бы скорее откусила себе язык, чем признала подобную ошибку вслух, при свидетелях.</p><p>Я не отвечаю на это прямо, потому что любой ответ либо подтвердит подозрение, либо потребует лжи, которую я не готова произносить перед незнакомыми людьми.</p><p>Собрание заканчивается, но не расходится сразу — часть коллег задерживается, разбившись на группы, и я замечаю Нору у выхода, ожидающую меня с тем выражением лица, которое я уже научилась распознавать как «нужно поговорить наедине».</p></section><section><title><p>Глава 16. Проверка Норы</p></title><p>Нора приходит к Риону сама, с представителем службы персонала и локальной копией теста. К вечеру её объяснение уже записано. Только после этого Рион вызывает меня на сверку хронологии — с согласия Норы и под запись.</p><p>— Мисс Вейс сегодня призналась в нарушении протокола, — говорит он, как только я сажусь. — Она помогла Корвель провести тест с задержкой синхронизации данных за неделю до аварии.</p><p>— Она рассказала мне об этом первой, — говорю я. — Настояла, что должна сообщить вам сама.</p><p>— Добровольное признание учтено, — говорит Рион. — Нарушение всё равно требует формальной проверки. Её показания вы не обсуждаете и не дополняете. Я пригласил вас из-за расхождения во времени.</p><p>Нора ждёт в комнате для опросов. Представитель службы персонала сидит сбоку, перед ним открыта запись уже данного объяснения. Нора выглядит собранной, только пальцы сцеплены слишком крепко.</p><p>— Мисс Вейс, подтвердите при мисс Корвель ту часть объяснения, которая относится ко времени теста.</p><p>— Лианна попросила меня помочь провести тест на резервном участке, — говорит Нора, тщательно подбирая слова. — Обычная процедура, за исключением одного: она попросила задержать синхронизацию данных с общим журналом на сутки, чтобы результаты сначала попали только в её локальный архив.</p><p>— Она объяснила зачем?</p><p>— Сказала, что не доверяет системе достаточно, чтобы делиться результатами до того, как проверит их дважды сама. — Нора смотрит прямо на него. — Я знаю, как это звучит сейчас. Тогда это звучало как обычная её осторожность.</p><p>— Когда именно был проведён этот тест? — спрашивает Рион, сверяясь с записями.</p><p>Нора называет дату и время без колебаний. В подтверждение показывает сообщение сестре, отправленное вскоре после теста: она извиняется за пропущенную встречу и пишет, что задержалась на объекте с Лианной.</p><p>Рион сверяет время с записью на терминале. Брови сходятся.</p><p>— Это не сходится, — говорит он наконец.</p><p>— Что не сходится? — спрашивает Нора, напрягаясь.</p><p>— Согласно вашему заявлению, тест проведён в девятнадцать сорок, — говорит Рион, разворачивая экран к нам обеим. — Но в журнале доступа, который мы уже проверяли ранее, зафиксировано, что биометрический пропуск Корвель в тот день был использован для выхода с объекта в девятнадцать пятнадцать — за двадцать пять минут до заявленного времени теста. Как она могла провести тест, если её, согласно официальной записи, уже не было на объекте?</p><p>Нора смотрит на экран, потом на меня, и в её взгляде мелькает что-то похожее на панику.</p><p>— Этого не может быть, — говорит она. — Я лично была рядом с ней, когда мы проводили тест. Я не могла перепутать время настолько сильно.</p><p>— Вы уверены в своей памяти о том вечере? — спрашивает Рион, и вопрос звучит не обвинительно, а методично, как проверка возможного объяснения.</p><p>— Абсолютно, — говорит Нора твёрдо. — Мы задержались после общей смены, я хорошо это помню, потому что пропустила из-за этого вечернюю встречу с сестрой и потом извинялась перед ней целую неделю.</p><p>Я слушаю этот обмен репликами, и что-то в моей голове медленно складывается в узор, похожий на те несоответствия, что мы уже находили раньше.</p><p>— Значит, либо ошибается Нора, либо журнал выхода, — говорю я. — Её сообщение подтверждает хотя бы то, что такая версия появилась не сегодня.</p><p>Рион смотрит на меня долгим взглядом, обдумывая это.</p><p>— Есть и другие варианты, — отвечает Рион. — Сбой считывателя, ошибочная временная метка, дублированный идентификатор. Последний вариант уже встречался в день аварии, поэтому проверим его первым.</p><p>— Зачем кому-то это делать? — спрашивает Нора.</p><p>— Пока мы даже не знаем, делал ли это человек намеренно, — говорю я. — Но если её идентификатор сработал у выхода, пока она оставалась внутри, копия доступа существовала раньше аварии.</p><p>Рион молчит, обдумывая это с той методичностью, с которой обычно разбирает любую новую версию, но в этот раз пауза короче обычного.</p><p>— При условии, что считыватель исправен, — говорит Рион. — Я запрошу его диагностику, соседние пропуска и резервный журнал. Одна метка доказывает только расхождение.</p><p>Нора медленно выдыхает. Облегчение длится недолго.</p><p>— Есть кое-что ещё, — говорит она, переводя взгляд с Риона на меня. — Во время того теста я поставила временный датчик в старом резервном контуре — том самом, что вы нашли через лабораторию. Неофициально, без регистрации в общей системе: Лианна просила данные, которые нельзя было бы сразу отследить до источника.</p><p>— Этот датчик всё ещё там? — спрашивает Рион быстро.</p><p>— Должен быть, — говорит Нора. — Я никогда его не забирала. После аварии было не до этого, а потом я боялась, что если признаюсь в его существовании, это будет выглядеть ещё хуже для меня.</p><p>— Датчик, установленный неофициально в зоне, которая формально отключена почти десять лет, — говорит Рион медленно, — и до сих пор передающий данные из этой зоны, если он работает.</p><p>— Он должен работать, — говорит Нора. — Модель, которую мы использовали, автономна, работает от собственного источника питания несколько месяцев без обслуживания.</p></section><section><title><p>Глава 17. Нижний уровень</p></title><p>Спуск к старому резервному контуру занимает больше времени, чем я ожидала: сначала обычный лифт до нижних уровней узла, потом узкий служебный тоннель, освещённый через раз, потом ещё один спуск по металлической лестнице, эхом отдающей каждый шаг.</p><p>— Обычно сюда не ходят без крайней необходимости, — говорит Рион, идущий впереди с ручным фонарём — старомодным, механическим, «чтобы не зависеть от сети, которая, возможно, скомпрометирована», как он объяснил перед спуском. — Зона официально исключена из активного обслуживания. Документы говорят, что здесь нечего проверять.</p><p>За нами идёт Веда, а замыкает группу техник по имени Одрин — молчаливый мужчина с тяжёлым защитным снаряжением, который, судя по всему, здесь единственный, кто действительно знает, куда мы идём физически, а не только по координатам на карте.</p><p>Чем ниже мы спускаемся, тем плотнее становится воздух — не в смысле влажности или запаха, а в том смысле, который я начинаю узнавать с тревожной ясностью: будто мы приближаемся к чему-то, что дышит неровно.</p><p>— Вы чувствуете уже? — спрашивает Рион, заметив, как я замедляю шаг.</p><p>— Пока слабо, — говорю я. — Но да. Оно здесь, впереди.</p><p>Мы выходим в широкое помещение, заставленное трубами и старыми панелями. Координаты Норы приводят к опоре у дальней стены. Одрин фотографирует крепление, проверяет датчик на опасный заряд и только потом отсоединяет его. Индикатор ещё горит.</p><p>Веда снимает контрольный слепок и подключает датчик к изолированному считывателю. На экране появляется непрерывная запись с момента установки: нагрузка в резервной ветви росла небольшими ступенями, хотя по официальной схеме ветвь оставалась отключённой. Сам датчик закреплён рядом с соединением в дальнем углу.</p><p>Я останавливаюсь на границе помещения, и то, что я чувствую здесь, не похоже ни на макет Веды, ни на дистанционное ощущение из кабинета Риона. Это открытое, необузданное давление, ближе к тому, что я знаю дома, — к магическому потоку, вырвавшемуся из-под контроля, только облечённое в чужую, металлическую форму.</p><p>— Дома, — говорю я медленно, стараясь удержать голос ровным, — такое напряжение в потоке означает, что где-то рядом либо разрушен канал, либо кто-то намеренно держит его открытым дольше положенного срока. Это... знакомое чувство. Просто одетое в другую одежду.</p><p>— Здесь причины могут быть другими, — добавляю я прежде, чем сравнение превратится в вывод.</p><p>— Что именно вы чувствуете? — спрашивает Веда, уже разворачивая портативный анализатор, направляя его в сторону узла соединений.</p><p>— Давление распределено неравномерно. Сильнее всего там, куда указывает датчик Норы.</p><p>Одрин, не дожидаясь дальнейших указаний, направляется к указанному участку с термальным датчиком в руках, и через несколько секунд его лицо, освещённое снизу светом прибора, меняется.</p><p>— Локальная температура на двадцать градусов выше расчётной при текущей нагрузке, — говорит он, впервые подавая голос за весь спуск. — Прямо сейчас порог не критический.</p><p>— Насколько давно? — спрашивает Рион.</p><p>— По одному замеру не скажу. Запись датчика показывает рост с момента установки, но её ещё нужно проверить в лаборатории.</p><p>Веда подходит ближе к перегретому участку, но останавливается на безопасном расстоянии, разворачивая защитный кожух одного из соединений с помощью инструмента, который выглядит куда серьёзнее обычной отвёртки.</p><p>— Мне нужно, чтобы вы отошли дальше, — говорит она мне, не оборачиваясь. — Дальнейшее — работа для тех, кто понимает физическую конструкцию, а не для чувствительности, какой бы точной она ни оказалась.</p><p>Я не спорю — после разговора в кабинете Риона о цене, которую я плачу за подобные попытки, спорить бессмысленно, да и, если честно, само это давление уже отдаётся тупой болью в висках, хотя я стою на безопасном расстоянии, ничего специально не пытаясь почувствовать.</p><p>Веда сверяется со схемой и снимает защитный кожух именно с перегретого соединения. Через несколько минут её движения замирают.</p><p>— Это не должно здесь быть, — говорит она тихо.</p><p>Рион подходит ближе.</p><p>— Что?</p><p>Веда указывает на небольшой компонент внутри раскрытого кожуха — металлический блок размером с ладонь, вмонтированный аккуратно, профессионально, но явно не относящийся к оригинальной конструкции контура.</p><p>— Стандартные компоненты этой системы маркированы серийным номером и датой установки, — говорит она, вглядываясь внимательнее. — На этом нет ни того ни другого. Ни единой отметки.</p><p>— Что это делает? — спрашивает Рион.</p><p>— Без демонтажа и трассировки цепей точно не скажу, — отвечает Веда. — По расположению это может быть регулятор, преобразователь или дополнительный датчик. В штатной схеме блока нет.</p><p>— Он может принимать внешнюю команду?</p><p>— Возможно. Сначала нужно понять назначение контактов. Если блок связан с потоком, неаккуратный демонтаж усилит нестабильность.</p><p>Я смотрю на маленький безымянный блок, вмонтированный в систему настолько аккуратно, что его никто не заметил бы, не зная точно, где искать, — и чувствую, как холодная ясность вытесняет боль в висках.</p></section><section><title><p>Глава 18. Разберёмся после</p></title><p>Орен Саар появляется не в кабинете Риона и не в лаборатории, а на общем собрании узла, куда меня снова приглашают — на этот раз официально, как «пострадавшую, чьи действия способствовали предотвращению более серьёзной аварии», если верить формулировке приглашения.</p><p>Я узнаю его раньше, чем кто-либо успевает представить. При его появлении разговоры стихают, спины выпрямляются, кто-то убирает личный коммуникатор. Высокий мужчина за пятьдесят, с седеющими висками и спокойной осанкой человека, привыкшего отвечать за большие решения.</p><p>— Мисс Корвель, — говорит он, направляясь прямо ко мне через весь зал, минуя других сотрудников с лёгкими кивками, — я давно хотел лично поблагодарить вас.</p><p>Голос у него мягкий, убедительный, из тех, что звучат искренне даже тогда, когда произносят заранее продуманные фразы.</p><p>— За что именно? — спрашиваю я, стараясь звучать нейтрально, хотя внутри уже натянута каждая струна настороженности.</p><p>— За то, что вы сделали в первый день аварии, — говорит он, и в зале, кажется, каждый прислушивается, хотя делает вид, что занят своим. — Ваше решение изолировать линию четыре предотвратило катастрофу, масштаб которой мы, честно говоря, боимся себе представить. Город обязан вам больше, чем готов признать официально.</p><p>Похвала звучит искренне. Я слишком долго занимала руководящую должность, чтобы не знать её приятного действия, и слишком мало знаю о Сааре, чтобы позволить приятному чувству решить за меня, заслуживает ли он доверия.</p><p>— Я лишь сделала то, что было очевидно в тот момент, — говорю я осторожно.</p><p>— Скромность вам к лицу, — говорит Саар с лёгкой улыбкой, — но, если позволите личное наблюдение: я слышал о предварительном заявлении по поводу вашего несанкционированного эксперимента. Между нами, мисс Корвель, — он понижает голос, будто делится доверительной информацией, — я нахожу это заявление поспешным. Возможно, чрезмерно поспешным.</p><p>— Вы не согласны с официальной версией собственной программы? — спрашиваю я, стараясь, чтобы вопрос прозвучал как искренний интерес, а не как проверка.</p><p>— Я согласен с необходимостью установить истину, — отвечает он. — И думаю, она сложнее удобной версии о нарушении одного инженера. Когда экспертиза завершится, ошибочное заявление можно исправить без нового публичного суда над вами.</p><p>— Без публичного обсуждения причин аварии?</p><p>Саар смотрит на меня внимательнее, будто оценивая, стоит ли продолжать разговор в этом направлении в присутствии стольких свидетелей.</p><p>— Без публикации непроверенных технических версий, — уточняет он. — Могу я занять несколько минут? Здесь, у окна. Насколько понимаю, условия вашего допуска не позволяют покидать зал без сопровождения.</p><p>Рион остаётся у дальней стены в пределах видимости. Я киваю. Отказ привлёк бы больше внимания, чем разговор в открытом зале.</p><p>Мы отходим в тихий угол зала, за пределы слышимости остальных.</p><p>— Я понимаю, что вы находитесь в сложном положении, мисс Корвель, — говорит Саар, когда мы остаёмся практически одни. — Обвинение, потеря памяти, следствие, дышащее вам в спину. Я хочу, чтобы вы знали: у меня нет личной заинтересованности в том, чтобы видеть вас виновной. Совсем наоборот.</p><p>— Тогда почему официальное заявление программы называет меня именно так?</p><p>— Пресс-служба получила предварительный документ и решила опередить слухи. Ошибка, которую я намерен исправить, если экспертиза подтвердит вмешательство в документ. Но остановить модернизацию на основании одной версии тоже нельзя. От кольца зависят больницы, транспорт и отопление нижних уровней.</p><p>— Чего вы хотите от меня?</p><p>Саар улыбается — не враждебно, скорее с уважением к прямоте вопроса.</p><p>— Взвешенности, — говорит он. — Мне сообщили, что за неделю до аварии вы с мисс Вейс провели тест с задержкой синхронизации. Предварительные данные легко истолковать как доказательство системной угрозы, хотя они могли отражать локальный дефект. Прошу не выносить их в публичное пространство до независимой проверки.</p><p>Я сохраняю нейтральное выражение лица. О тесте Нора рассказала только вчера, уже при закрытом режиме материалов.</p><p>— Из какого отчёта вы узнали о задержке синхронизации?</p><p>Саар выдерживает короткую паузу.</p><p>— Юридическая служба направляет мне сводки о нарушениях, связанных с программой. Без персональных медицинских данных и материалов следствия. Возможно, составитель включил лишнюю подробность.</p><p>— Название сводки и время получения вы помните?</p><p>— Передам инспектору Аркелю копию, — говорит он после ещё одной паузы. — И всё же прошу помнить: публикация до проверки может вызвать остановку участков кольца. За такую осторожность заплатят люди, которые даже не знают наших фамилий. Разберёмся сначала, объявим после.</p><p>Он коротко кивает, будто ставя точку в разговоре, и возвращается в основной зал, снова становясь тем обаятельным, уверенным директором программы, каким его видит большинство присутствующих.</p><p>Закончить собрание ему не дают. С заднего ряда поднимается инженер в тёмной рабочей куртке — я видела его в диспетчерской, но имени не знаю.</p><p>— Директор Саар, восточный жилой контур вчера держали на резерве почти сорок минут. Нам сказали, что причина — плановая проверка. Это связано с найденными отклонениями?</p></section><section><title><p>Глава 19. Недоверие как профессия</p></title><p>— Ограничьте ему доступ, — говорю я, едва дверь кабинета закрывается. — Хотя бы до проверки. Он знает содержание закрытого объяснения Норы.</p><p>— У меня есть ваши слова, обещание предоставить сводку и возможное служебное объяснение, — отвечает Рион. — Этого достаточно для проверки утечки. Для отстранения директора от всей программы — нет.</p><p>— Юридическая служба не должна была получить эту подробность.</p><p>— Согласен. Поэтому я проверю маршрут сводки, а не назначу виновного заранее. Если документа нет, Саару придётся объяснить источник. Если есть — проверим, кто включил закрытые сведения и на каком основании.</p><p>— А пока программа продолжит работать с алгоритмом, который мы уже признали изменённым без заявки? Пока неизвестный блок остаётся в резервном контуре?</p><p>— Это разные решения, — говорит Рион. — Я уже запросил запрет на обновления алгоритма и опечатывание найденного контура. Они снижают риск независимо от того, виновен Саар или нет.</p><p>— Удобно называть бездействие процедурой.</p><p>Рион замолкает. Когда отвечает, голос становится холоднее.</p><p>— Вы потребовали от меня установить последствия первого отключения, прежде чем считать его удачным решением. Не приняли удобный итог без цены и фактов. Почему к чужой вине должен применяться худший стандарт?</p><p>Напоминание попадает точно. Тогда я требовала точности, потому что речь шла о моём решении. Сейчас речь идёт о человеке, которого мне хочется назначить врагом.</p><p>— Разница в том, что промедление опасно.</p><p>— Поэтому я ограничиваю опасные действия, а не назначаю преступника. Это можно делать одновременно.</p><p>Я молчу, потому что каждое слово в его объяснении, каким бы неприятным оно ни было, встаёт на своё место с раздражающей точностью.</p><p>— Значит, что вы предлагаете? — спрашиваю я наконец, уже спокойнее. — Ждать, пока он навредит кому-то ещё?</p><p>— Я предлагаю проверить Саара так же тщательно, как проверял вас, — говорит Рион. — Если источник утечки он, это станет частью дела. Если нет, мы не потратим время на удобную ошибку, пока настоящий источник чистит следы.</p><p>Это медленнее, чем моё требование немедленно ограничить Саара. Зато такая проверка не оставит без внимания других возможных источников утечки.</p><p>— Хорошо, — говорю я, опускаясь в кресло напротив него. — Что мы можем сделать, не дожидаясь идеальной бумаги?</p><p>— После утечки я поставил уведомление на любое обращение к закрытым материалам дела, независимо от должности запрашивающего. Отдельно запросил аудит служебных сводок программы и временную блокировку изменений в рабочих пакетах.</p><p>— Когда вы это установили?</p><p>— Сразу после вашего разговора. До него оснований для такого режима не было.</p><p>— Простите за «бездействие», — говорю я. — Это было несправедливо.</p><p>Рион принимает извинение коротким кивком.</p><p>— Вы злитесь за женщину, чьё имя носите, — говорит он тише. — Это я понимаю. Но пока мы не знаем, Саар перед нами или ещё одна фамилия, которой удобно закрыть пустое место.</p><p>— Тогда проверяем сводку и блокируем новые изменения.</p><p>— Именно.</p><p>Он поворачивает ко мне экран с уже отправленными запросами. Спор ничего не остановил: пока я сердилась, Рион работал.</p><p>В списке мер есть ещё одна строка: временное разделение полномочий. Человек, который запрашивает закрытое приложение, больше не может сам подтвердить выдачу.</p><p>— Раньше мог?</p><p>— Руководители программы могли подтверждать срочные запросы собственным ключом. Для аварий это экономит время. Для скрытого доступа создаёт слишком удобную дверь.</p><p>— И вы закрыли её одним распоряжением?</p><p>— На время проверки. Постоянное изменение потребует решения Управления.</p><p>Рион открывает учебную копию журнала и предлагает мне проследить один обычный запрос. Я сначала смотрю только на имя получателя. Он возвращает запись в начало.</p><p>— Не человека. Маршрут.</p><p>У запроса длинный служебный след: кто создал сводку, какое правило выбрало адресатов, кто разрешил приложение, откуда его открыли и куда сохранили копию. Имя Саара стоит только в одном поле.</p><p>— Если зацепиться за фамилию, можно пропустить модуль, который добавил закрытую строку, — говорю я.</p><p>— Или сотрудника, который изменил правило рассылки месяц назад. Или чужой ключ на терминале Саара. Недоверие как профессия означает, что удобная версия не получает привилегий, даже если она вам нравится.</p><p>— Название вашей профессии становится всё менее привлекательным.</p><p>— Хороший знак. Значит, вы начинаете понимать её.</p><p>Мы отмечаем места, где закрытая строка могла попасть в сводку. Правила рассылки, ключи и терминалы проверят разные специалисты. Ни один не получит всю цепочку целиком.</p><p>— Что дальше? — спрашиваю я.</p><p>Коммуникатор Риона подаёт сигнал раньше, чем он отвечает. Юридическая служба прислала копию.</p></section><section><title><p>Глава 20. Тело помнит движение</p></title><p>Учебная тревога объявляется без предупреждения — так, по словам Норы, устроена ежемесячная проверка готовности персонала узла, и то, что она совпадает именно с моей сменой присутствия здесь, кажется одновременно неудобным совпадением и полезной возможностью для дальнейшего обучения.</p><p>Сирена звучит иначе, чем в день настоящей аварии, — короче, ритмичнее, явно предупреждающая, а не констатирующая катастрофу, но моё тело — тело Лианны — реагирует на звук раньше, чем я успеваю осознанно его распознать.</p><p>Рука сама тянется к страховочному фиксатору на поясе, который я до этого момента даже не замечала как отдельный предмет экипировки, выданный мне для сегодняшнего учебного дня, — пальцы находят защёлку, проверяют натяжение ремня, крепят карабин к ближайшей стационарной опоре одним слитным движением, будто выполняли это тысячу раз.</p><p>Я стою, вцепившись в опору, с сердцем, колотящимся от неожиданности собственного тела больше, чем от самой тревоги, и смотрю на свою руку так, будто она принадлежит кому-то другому.</p><p>— Хороший рефлекс, — говорит Нора, сама тоже пристёгиваясь к соседней опоре, но с явным удивлением в голосе. — Обычно новичкам требуется несколько тренировок, чтобы делать это не задумываясь.</p><p>— Я не задумывалась, — говорю я, всё ещё разглядывая собственные пальцы. — Рука сделала это сама.</p><p>Учебную тревогу отменяют через несколько минут. Опасности не было; проверяли время реакции и соблюдение процедуры. Меня занимает только рука, нашедшая фиксатор раньше мысли.</p><p>Позже инструктор вызывает нас на разбор. В отчёте моя первая реакция отмечена зелёным, следующая — жёлтым: пристегнувшись, я повернула к главному выходу, хотя учебное табло требовало оставаться в секторе до подтверждения маршрута.</p><p>— Почему вы двинулись? — спрашивает инструктор.</p><p>— Потому что решила, что после фиксации нужно выходить.</p><p>— Решили вы или тело?</p><p>Я вспоминаю мгновение после щелчка карабина. Пальцы знали защёлку. Куда идти дальше, не знало ничто.</p><p>— Я, — отвечаю я. — И ошиблась.</p><p>Нора показывает журнал прошлых тренировок Лианны. Маршруты менялись в зависимости от сигнала, направление каждый раз задавала панель. Пальцы вспомнили застёжку. Дальше ошиблась уже я.</p><p>— Это даже полезная ошибка, — говорит Нора.</p><p>— Если не считать того, что в настоящей тревоге полезные ошибки имеют неприятную привычку становиться последними.</p><p>Инструктор слышит и добавляет в мои условия присутствия обязательное сопровождение при любой тревоге. Я подписываю без спора.</p><p>— Это меня беспокоит, — говорю я вечером Риону, когда рассказываю о случившемся. — Не сам жест. То, что я не контролировала его. Что, если тело начнёт принимать другие решения без моего ведома?</p><p>— Доктор Сорен разбирается в подобных вещах лучше меня, — говорит Рион, уже набирая её номер. — Организую вам встречу завтра же.</p><p>Сорен встречает меня с прежней профессиональной сдержанностью. За прошедшие дни мой случай успел обзавестись отдельной папкой наблюдений, заметно толще первоначальной.</p><p>— Расскажите точно, что произошло, — говорит она, подключая знакомый уже холодный компресс к моему виску.</p><p>Я рассказываю — жест с фиксатором, отсутствие осознанного намерения, скорость реакции.</p><p>— По описанию это похоже на сохранённый процедурный навык, — говорит Сорен. — При некоторых формах амнезии человек не узнаёт обстоятельств прежней жизни, но выполняет хорошо отработанные движения. Окончательный вывод по одному эпизоду я не сделаю.</p><p>— Объясните мне разницу, — прошу я.</p><p>— Эпизодическая и процедурная память работают по-разному, — объясняет Сорен, следя за линиями прибора. — Вы можете не помнить конкретную тренировку, но сохранять выученную последовательность движений. Это не даёт вам знания о людях, событиях или инженерной системе.</p><p>— Значит, если завтра прозвучит другой сигнал, привычный Лианне, но не мне, — говорю я медленно, — тело снова среагирует само, а я снова не буду знать, что это значит.</p><p>— Возможно. Рефлекс не равен решению. Рука может потянуться к фиксатору, но при неисправности вам понадобится осознанно оценить ситуацию. Навык не сообщит, почему сработала тревога и что делать после первого движения.</p><p>Объяснение очерчивает границы тревоги.</p><p>— То есть я не рискую однажды проснуться и обнаружить, что тело действует за меня целиком, — говорю я, скорее утверждая, чем спрашивая.</p><p>— Оснований ожидать полной потери контроля у меня нет, — отвечает Сорен. — Но если появятся провалы времени, сложные действия без осознания или новые нарушения памяти, вы сообщаете сразу. Гарантий без наблюдения я не дам.</p><p>Я киваю, чувствуя, как что-то тугое внутри груди немного ослабевает, и в этот момент прибор рядом с моим виском издаёт короткий, знакомый уже сигнал.</p><p>Я напрягаюсь, вспоминая тот же звук из первого дня в медблоке.</p><p>— Что это было? — спрашиваю я быстро.</p><p>Сорен изучает экран и поднимает архив первой записи.</p><p>— Снова короткий фазовый всплеск, — говорит она. — Похожий был в день поступления. На этот раз запись полнее.</p></section><section><title><p>Глава 21. Неподходящая теория</p></title><p>Глава 21. Неподходящая теория</p><p>Носимый регистратор за двое суток не фиксирует новых всплесков. После этого Сорен с моего согласия приглашает Веду как технического консультанта: передаёт ей только обезличенные параметры сигнала, а не медицинскую историю.</p><p>— Я хочу предложить сравнение, — говорю я, когда мы собираемся втроём в кабинете Сорен. — Не объяснение. Только способ поставить опыт.</p><p>Сорен кивает, откладывая планшет.</p><p>— Слушаю. Если ваша модель поможет мне понять данные, я готова её выслушать, даже если она не совпадает с тем, чему меня учили.</p><p>— Если по металлической пластине ударить один раз, она ещё некоторое время отзывается, — говорю я. — Возможно, первый всплеск был не отдельным событием, а началом затухающего отклика. Тогда сосредоточение на ощущении, которое ему предшествовало, может вызвать слабую реакцию снова. Это аналогия, не закон.</p><p>— Продолжайте, — говорит Веда. — Что именно вы предлагаете воспроизвести?</p><p>— Внутреннее состояние перед первым зарегистрированным эпизодом. Без попытки тянуться к внешнему источнику и без энергетической нагрузки.</p><p>— Если реакция существует, у неё будут измеримые параметры, — говорит Веда. — Частота, амплитуда, длительность. Направленность пока не предполагаем.</p><p>— Я знаю только ощущение.</p><p>— У нас есть два похожих всплеска и стабильная фоновая запись за последние двое суток, — говорит Сорен. — Проведём одну короткую сессию с заранее установленными условиями остановки. Результат будет оцениваться вслепую вместе с пустой контрольной записью.</p><p>— Что значит «приближенные условия»? — спрашиваю я, чувствуя лёгкую тревогу.</p><p>— Спокойствие и воспоминание о телесном ощущении перед первым эпизодом. При боли, тошноте или изменении давления прекращаем сразу.</p><p>Я соглашаюсь.</p><p>Сорен не принимает моего устного согласия сразу. Она выводит условия опыта на отдельный экран: одна сессия, ограниченная по времени; отсутствие активного поиска внешнего поля; остановка по моему требованию или по заранее заданным физиологическим показателям; запрет повторять опыт в тот же день даже при отсутствии результата.</p><p>— Вы можете отказаться сейчас или в любой момент, — говорит она. — Отказ не повлияет на лечение и допуск.</p><p>— Я понимаю.</p><p>— Повторите своими словами, что мы пытаемся установить.</p><p>Я почти отвечаю привычным «проверить отклик», но останавливаюсь.</p><p>— Может ли при безопасном воспроизведении внутреннего состояния появиться измеримый сигнал, отличимый от фона. Мы не проверяем перенос и не ищем Лианну.</p><p>— Именно.</p><p>Веда тем временем отключает оборудование, без которого можно обойтись, и переносит один из регистраторов за защитный экран. Затем записывает пустой контроль, пока меня нет в комнате. Какая запись станет контрольной при оценке, программа скроет даже от неё.</p><p>Я ставлю подпись. В прежней жизни одного моего согласия хватило бы, чтобы младшие маги начали готовить опыт. Здесь меня защищают ещё и от собственного любопытства. Раздражает. И успокаивает.</p><p>Мы проводим опыт в тот же вечер — в изолированной комнате лаборатории, с минимальным количеством оборудования, подключённого исключительно ко мне: датчики на висках, на запястьях, тонкий обруч вокруг головы, который, по словам Сорен, фиксирует малейшие фазовые изменения в нервной активности.</p><p>— Закройте глаза, — говорит Сорен. — Дышите ровно. Вспомните состояние непосредственно перед первым зарегистрированным эпизодом — без попытки усиливать ощущение.</p><p>Я закрываю глаза и вспоминаю резкий отклик под полом, предшествовавший дыму и сиренам. Причину я им не называю.</p><p>Ничего не происходит несколько долгих минут. Я слышу тихий гул приборов, дыхание Веды у соседнего стенда, размеренные шаги Сорен, проверяющей показания.</p><p>А потом — слабое, едва уловимое покалывание, не боль, скорее лёгкое напряжение где-то за грудиной, знакомое достаточно, чтобы я могла его узнать, но слишком слабое, чтобы быть уверенной в его источнике.</p><p>— Есть что-то, — говорю я тихо, не открывая глаз. — Слабое. Почти на грани ощутимого.</p><p>— Есть, — подтверждает Сорен, и в её голосе звучит сдержанное волнение. — Небольшой отклик на приборах. Значительно слабее двух предыдущих эпизодов, но присутствует.</p><p>Опыт продолжается ещё несколько минут, но новых заметных изменений не происходит, и наконец Сорен объявляет сессию завершённой, снимая с меня датчики бережными, привычными движениями.</p><p>— Что вы видите на записи? — спрашиваю я, пока Веда уже разворачивает результат на общем экране.</p><p>Программа перемешивает новую запись с контрольной. Веда и Сорен оценивают их, не зная, где какая.</p><p>— Отклик есть только в одной записи, — говорит Веда после раскрытия меток. — Но его форма не совпадает с прежними всплесками. Больше похоже на обычную фоновую помеху.</p><p>— Помеху от чего? — спрашиваю я.</p><p>— Могло быть что угодно, — говорит Сорен. — Лёгкое колебание нервной активности от сосредоточенности. Внешняя электромагнитная наводка от оборудования соседней лаборатории. Я не готова утверждать, что это тот же феномен, что и два предыдущих эпизода.</p></section><section><title><p>Глава 22. Цена допуска</p></title><p>Прежде чем позволить дальнейшие опыты с фазовыми откликами, Рион ставит условие, которое, признаюсь, застаёт меня врасплох своей практичностью: если я собираюсь продолжать работать в лаборатории и полевых условиях, мне нужен официальный, пусть и ограниченный, допуск, а не статус свидетельницы, которую пускают к оборудованию из милости.</p><p>— Иначе, — объясняет он, — каждый ваш шаг может быть оспорен как незаконное вмешательство постороннего лица в защищённые объекты, и любые результаты, полученные с вашим участием, потеряют юридическую силу в тот момент, когда это станет удобно кому-то вроде Саара.</p><p>Проверка базовых навыков назначена на следующее утро — не экзамен на инженера, как поясняет мне Веда, а стандартный минимум, который проходит любой временный консультант: понимание техники безопасности, базовых протоколов эвакуации, распознавание аварийных сигналов, элементарная работа с интерфейсами без специального обучения управлению системами.</p><p>— Не переживайте, — говорит Нора, пока мы идём к учебному классу. — Это не про то, разбираетесь ли вы в физике поля. Это про то, не убьёте ли вы себя и окружающих в первые пять минут в реальной аварийной обстановке.</p><p>Проверка занимает большую часть дня. В теоретической части помогают накопленные за последние дни наблюдения и терпеливые объяснения Норы. В практической приходится демонстрировать базовые действия на учебном стенде под присмотром незнакомого инструктора.</p><p>Первое задание выглядит унизительно простым: определить по сигналу, можно ли войти в условный сектор. Я узнаю цвет предупреждения, проверяю табличку допуска и уже тянусь подтвердить вход, когда инструктор закрывает экран ладонью.</p><p>— Что пропустили?</p><p>Я снова осматриваю стенд. На боковой панели мигает отдельный знак локальной блокировки — маленький, почти незаметный рядом с основным сигналом.</p><p>— Запрет от дежурного техника.</p><p>— Основная система разрешает вход. Местная команда запрещает. Какая старше?</p><p>— Запрет.</p><p>— Теперь знаете. Начните заново.</p><p>Во втором задании нужно передать аварийное сообщение. Я называю место, характер сигнала и собственное наблюдение, после чего по привычке добавляю наиболее вероятную причину.</p><p>— Последнее уберите, — говорит инструктор. — Вы не диагностировали оборудование.</p><p>— Я обозначила версию.</p><p>— В спокойном кабинете слово «версия» слышат. При тревоге следующий человек передаст её как факт. Сообщаете то, что видите, и отдельно — границы своей компетенции.</p><p>На третьем стенде я сначала читаю все запреты, затем касаюсь панели. Это медленнее, зато инструктор больше не останавливает мою руку.</p><p>— Не блестяще, — говорит инструктор в конце дня, изучая мои результаты с нейтральным выражением лица, — но достаточно для временного ограниченного допуска категории «консультант под наблюдением». Вы не имеете права самостоятельно управлять оборудованием, изменять параметры системы или находиться в критических зонах без сопровождающего с полным допуском.</p><p>Я киваю, испытывая странную смесь облегчения и лёгкого унижения — привычка быть тем, кто оценивает, а не тем, кого оценивают, отступает медленнее, чем мне хотелось бы признать.</p><p>Рион встречает меня после проверки в коридоре, и по его лицу я вижу: результат уже известен ему из системы раньше, чем я успела сказать хоть слово.</p><p>— Поздравляю с допуском, — говорит он чуть теплее обычного. — Ограниченным, но официальным. Теперь ваше присутствие на конкретных объектах оформлено процедурой, а не моим личным решением.</p><p>— Это звучит как повышение и понижение одновременно, — говорю я, и он позволяет себе короткую, почти незаметную улыбку.</p><p>— Именно так это и задумано, — говорит он. — А ещё, — он протягивает мне знакомый уже плоский прямоугольник, тот самый личный коммуникатор, который у меня забрали в первые дни расследования, — вот это. Официальный допуск подразумевает возврат части личных вещей и определённую свободу передвижения в пределах, согласованных со мной заранее.</p><p>Я беру коммуникатор осторожно. Возврат устройства означает немного больше свободы — и столько же новых записей о каждом моём действии.</p><p>— Спасибо, — говорю я искренне.</p><p>— Не благодарите слишком рано, — говорит Рион. — Каждое ваше сообщение и передвижение по-прежнему фиксируется системой, как и у любого сотрудника с ограниченным допуском. Это не полная свобода. Это доверие с условиями.</p><p>— Я привыкла к доверию с условиями, — говорю я. — Кажется, всю мою жизнь оно было именно таким.</p><p>Он смотрит на меня чуть дольше, чем требует простой разговор, будто пытаясь понять, сколько правды скрыто за этой короткой фразой, но не задаёт вопроса, который явно вертится у него на языке.</p><p>Вечером, оставшись одна в квартире, я впервые за долгое время держу в руках собственный, пусть и чужой по происхождению, коммуникатор, разбираясь в его функциях медленно, методично, без спешки — читаю старые деловые сообщения, которые уже видела раньше через домашний терминал, проверяю настройки, привыкаю к весу устройства в руке.</p><p>Экран показывает системное напоминание, созданное много недель назад и назначенное на сегодняшнюю дату.</p></section><section><title><p>Глава 23. Стабильная линия</p></title><p>К утру мы собираемся вчетвером в лаборатории — Веда, Нора, Рион и я, — разложив перед собой все графики, которые за последние недели хоть раз показались нам подозрительно ровными.</p><p>— Начнём методично, — говорит Веда, выводя на общий экран сводку показателей фазовой стабильности по всему кольцу за последний квартал. — «Стабильная линия» может означать буквально любой параметр, который выглядит устойчиво. Нужно найти тот, что устойчив неправдоподобно.</p><p>Мы просматриваем десятки графиков — большинство с естественными, узнаваемыми колебаниями, характерными для живой, работающей системы. Но один участок общей схемы, отвечающий за центральный распределительный узел кольца, выделяется своей идеальной, почти математической ровностью.</p><p>— Вот, — говорит Нора, указывая на экран. — Центральное ядро. Показатели фазовой стабильности не менялись практически ни на одну сотую за последние три месяца. Это статистически невозможно для реальной работающей системы такого масштаба.</p><p>— Можно сравнить не средние значения, а мелкие колебания внутри линии? — спрашиваю я. — При копировании магической матрицы повторяется не только полезный рисунок, но и случайный изъян. Если здесь воспроизводят старую запись, её шум тоже должен повторяться.</p><p>— Поясните, — просит Веда.</p><p>— Взять длинные участки и проверить, не повторяется ли одна и та же последовательность микроскачков. Но я не знаю, позволяет ли ваша система это увидеть.</p><p>— Позволяет, если поднять данные до округления, — отвечает Веда и запускает поиск повторяющихся блоков.</p><p>Результат появляется через несколько секунд. Веда увеличивает совпавшие участки.</p><p>— Нашла повтор, — говорит Веда. — Один и тот же участок микрошумов воспроизводится через равный период, значение за значением. Реальный датчик не повторит случайные колебания побитово.</p><p>— Значит, по этой линии передают запись, — говорит Рион. — Или тестовый сигнал, который кто-то забыл отключить.</p><p>— Проверим маршрут, — говорит Веда. Через несколько минут она находит буфер между физическими датчиками и отчётной системой. — Да. Система выдаёт зацикленный фрагмент вместо новых показаний. Назначения на постоянную работу у этого буфера нет.</p><p>— Как долго это продолжается? — спрашивает Нора, её голос напряжён до предела.</p><p>Веда сравнивает архивные копии отчётов с независимыми контрольными подписями.</p><p>— Самая ранняя подтверждённая петля есть в архиве почти пятимесячной давности, — говорит она. — Точную дату установки по этим данным не определить. Но это началось раньше, чем появился блок нормализации отчётов.</p><p>— Значит, операторы центрального ядра видят старую запись.</p><p>— По этой линии — да, — уточняет Веда. — Локальная автоматика может получать прямые данные по другим каналам. Пока мы не знаем, что именно ослеплено: отчётность, диспетчерское управление или оба уровня.</p><p>— Насколько велика зона, охваченная этой подменой? — спрашиваю я.</p><p>Веда расширяет автоматическую проверку на смежные контрольные точки.</p><p>— Повторяющийся буфер обнаружен и в связанных контрольных точках, — говорит она. — По текущей выборке затронута значительная часть сети. Полный масштаб потребует отдельной проверки.</p><p>Я смотрю на ровные линии. По крайней мере часть из них несколько месяцев показывала операторам прошлое вместо настоящего.</p><p>— Кто мог внедрить это сразу в несколько линий? — спрашивает Нора.</p><p>— Человек или группа с доступом к архитектуре общей системы, — отвечает Рион. — Это сужает круг до центральной программы, технического совета и подрядчиков с административными ключами. Фамилий всё ещё несколько.</p><p>— Что происходит с реальной нагрузкой прямо сейчас, если данные фиктивны уже несколько месяцев? — спрашиваю я.</p><p>— Не знаю, — говорит Веда. — Нужны необработанные показания напрямую с физических датчиков, в обход общей системы сбора. Быстро получить их со всего ядра не получится.</p><p>— У нас есть неофициальный датчик Норы в старом резервном контуре, — напоминаю я. — Он передаёт данные напрямую, минуя общую систему.</p><p>— Это один датчик в одном локальном участке, — говорит Веда. — Полезно, но недостаточно для картины всего центрального ядра.</p><p>Она выводит рядом перечень физических точек, откуда можно снять необработанные данные вручную. Их больше сорока. Часть находится в действующих зонах, часть — за опечатанными кожухами, несколько требуют остановить участки сети.</p><p>— Если разделить работу между сменами? — спрашивает Нора.</p><p>— Первую выборку получим за шесть часов, если доступ откроют сразу. Полную — не раньше двух суток. И это при условии, что никто не попытается «помочь» нам выгрузкой из той же скомпрометированной системы.</p><p>Рион отправляет запрос на прямой съём по десяти приоритетным точкам. Ответ приходит через несколько минут: требуется согласование технического совета, поскольку вмешательство может повлиять на непрерывность снабжения.</p><p>— Они просят ждать заседания завтра, — говорит он.</p><p>— До завтра ядро продолжит работать по старой записи, — отвечает Нора.</p></section><section><title><p>Глава 24. Точка невозврата</p></title><p>Рион успевает поднять тревогу выше уровня закрытого дела, но не успевает добиться немедленных действий: доклад уходит по инстанциям, требует подтверждений, согласований, времени — того самого времени, которого, как выясняется через два дня, у нас почти не остаётся.</p><p>Обычное плановое переключение резервных мощностей — рутинная процедура, которую диспетчерская проводит еженедельно, чтобы распределить износ между разными участками сети, — должно было пройти незаметно, как проходило десятки раз до этого.</p><p>Я нахожусь в диспетчерской вместе с Ведой и Норой, когда это начинается. Временный допуск разрешает мне присутствовать у края общей панели под наблюдением. Сама диспетчерская расположена над магистральным залом центрального ядра; сильное поле проходит через экранирование достаточно отчётливо, чтобы я ощущала его без намеренного поиска.</p><p>Переключение стартует штатно. А потом что-то идёт не так.</p><p>Я чувствую это раньше, чем успевает среагировать хоть одна лампочка на панели, — резкий, глубокий рывок где-то в основании грудины, будто сама земля под ногами Новариса вдруг качнулась.</p><p>— Стоп, — говорю я громко, прежде чем успеваю подумать, уместно ли это. — Что-то не так с переключением. Прямо сейчас.</p><p>Веда мгновенно оборачивается ко мне, и я вижу, как в её взгляде сомнение борется с накопленным за недели доверием к тому, что мои слова обычно означают нечто реальное.</p><p>— Что именно? — спрашивает она, уже проверяя показания.</p><p>— Сильнее со стороны магистрального зала. Давление растёт рывками.</p><p>Веда бросает взгляд на панель, и я вижу, как её лицо меняется — приборы, действительно, начинают показывать отклонение, слабое, но нарастающее, там, где секунду назад была ровная, лживая стабильность.</p><p>— На прямом резервном канале растёт нагрузка, — говорит Веда дежурным. — Петля на основном экране этого не показывает.</p><p>— Это невозможно при штатном переключении, — говорит один из дежурных, но его голос уже не звучит уверенно, потому что показания на его собственной панели начинают отражать то же самое.</p><p>— Причину потом, — отрезает Веда. — Активирую процедуру совместного реагирования. Немедленно.</p><p>После второй волны процедуру дополнили специально для моего участия: сообщить ощущение без активного поиска, подтвердить приборами, оставить решение уполномоченному диспетчеру и зафиксировать основания. Сейчас она впервые работает в настоящем кризисе.</p><p>Рион появляется в дверях диспетчерской спустя минуту, вызванный, судя по всему, автоматическим сигналом тревоги, и сразу подходит к терминалу фиксации данных, не тратя времени на вопросы.</p><p>— Докладывайте по ходу, — говорит он коротко, уже вводя первые параметры в защищённый журнал.</p><p>— Магистральные датчики показывают распространение к северному сектору, восточному распределителю и южной ветви, — докладывает дежурный. — Резервной ёмкости для одновременной полной изоляции не хватит.</p><p>— Тогда что? — спрашивает Нора, её голос звенит от напряжения.</p><p>— Приоритет по плотности населения и критической инфраструктуре, — говорит Веда. — Восточный изолируем полностью, южный ограничиваем частично, северный оставляем на аварийном питании. Проверьте расчёт по резерву.</p><p>— Записываю решение и обоснование, — говорит Рион, его пальцы летают по экрану терминала.</p><p>— Выполняю, — говорит Веда и раздаёт команды. Дежурные отвечают по очереди, подтверждая каждое действие и контрольное значение.</p><p>Давление в магистральном зале становится острее. По краям зрения появляется знакомая рябь.</p><p>— Попробую проверить отклик после изоляции.</p><p>— Нет, — говорит Рион, оказываясь рядом. — Вы уже сообщили о симптомах. Дальше приборы и решение Веды. Помните условие.</p><p>Он прав, и часть меня, привыкшая доводить любое дело до конца лично, ненавидит эту правоту почти так же сильно, как признаёт её необходимость.</p><p>— Хорошо, — выдыхаю я, отступая на шаг, позволяя себе наконец сесть на ближайший свободный стул, пока диспетчерская вокруг продолжает работать без меня.</p><p>Минуты тянутся невыносимо долго. Показания на панели дёргаются, стабилизируются, снова колеблются, пока Веда и её команда методично проводят изоляцию, перераспределение, аварийное подключение резервных мощностей туда, где это возможно безопасно.</p><p>— Восточный сектор изолирован полностью, — сообщает наконец один из дежурных. — Южный держится на частичной нагрузке. Северный на аварийном питании, но стабилен.</p><p>— Центральное давление? — спрашивает Веда, её голос впервые за последние минуты звучит чуть менее напряжённо.</p><p>— Падает, — отвечает дежурный, вглядываясь в панель. — Медленно, но падает. Кризис локализован.</p><p>Кто-то шумно выдыхает. Остальные продолжают следить за панелями: локализация ещё не означает окончания аварии.</p><p>— Экстренных сообщений о пострадавших пока нет, — говорит Веда, проверяя сводку. — В восточном распределителе повреждено оборудование, локальные перебои продлятся несколько часов. Итоговую оценку дадут аварийные службы.</p><p>На боковой панели открывается городская сводка. Остановлены две линии транспорта, в восточном секторе школы переходят на резервное питание, больница подтверждает автономный режим. Рядом растёт число бытовых сообщений: застрявшие подъёмники, холодные мастерские, закрытые переходы.</p></section><section><title><p>Глава 25. Удобная виновная</p></title><p>Официальное заявление появляется на следующее утро. Общий канал включается тем же ровным голосом диктора, каким обычно читают сводку погоды:</p><p>«В связи со вчерашним инцидентом на центральном узле энергетического кольца Управление энергетической безопасности совместно с программой модернизации сообщает: предварительное расследование указывает на то, что нестабильность вызвана продолжением несанкционированного метода перераспределения нагрузки, впервые применённого Лианной Корвель. Инженер временно отстраняется от доступа ко всем объектам критической инфраструктуры до завершения расследования».</p><p>Я стою перед экраном, чувствуя, как холод вчерашнего облегчения — жертв нет, кризис остановлен — сменяется совершенно другим, куда более острым холодом.</p><p>Коммуникатор оживает почти сразу — Рион, и по его голосу я понимаю: он тоже уже видел заявление.</p><p>— Не выходите из квартиры, — говорит он коротко. — Я еду.</p><p>Он приезжает быстрее обычного, и вид у него такой, какого я не видела прежде, — не профессиональная сдержанность, а плохо скрываемая ярость человека, которого только что публично выставили дураком в его собственном расследовании.</p><p>— Меня тоже коснулось, — говорит он без предисловий, едва переступив порог. — С сегодняшнего утра я лишён прямого доступа к материалам центрального ядра и программы модернизации. Формально — до завершения служебной проверки. Проводить её будет управление программного контроля: на бумаге отдельное, на деле работающее по материалам Саара.</p><p>— Они использовали вчерашний кризис, — говорю я. Несколько недель назад отключение защиты было задачей, которую следовало разобрать. Теперь имя Лианны снова превращают в готовый ответ, и спокойствие даётся мне хуже.</p><p>— Использовали блестяще, — говорит Рион с горькой точностью. — Реальный кризис, реальные приборные данные, реальная нестабильность, которую мы сами же зафиксировали, — всё это теперь подаётся как доказательство того, что метод Лианны, который она якобы применяла нелегально, снова сработал и снова вышел из-под контроля. Ирония в том, что технически они не солгали ни в одной цифре. Они просто перевернули причину и следствие.</p><p>— Отстранение датировано сегодняшним утром? — спрашиваю я, хватаясь за первую практическую мысль, способную удержать меня от бесполезной ярости.</p><p>— В этом всё дело, — говорит Рион, уже разворачивая документ на своём терминале. — Смотрите на метаданные приказа.</p><p>Я вглядываюсь в указанную строку, и что-то внутри холодеет ещё сильнее.</p><p>— Первая версия создана в двадцать два ноль-ноль вчера, — читаю я вслух. — Кризис в диспетчерской начался в двадцать два тридцать.</p><p>— Подписан приказ уже утром, — говорит Рион. — Само по себе создание заготовки ничего не доказывает. Такие документы готовят заранее. Но в версии, сохранённой в двадцать два ноль-ноль, уже есть ссылка на перегрузку северной дуги и требование связать её с методом Корвель. За полчаса до первой тревоги в диспетчерской.</p><p>— Значит, автор версии знал о перегрузке раньше диспетчерской, — говорю я. — Или имел основание её ожидать.</p><p>— Либо получил ранний технический сигнал, которого нет в официальном журнале, — добавляет Рион. — Пока это зацепка, не вывод. Сначала нужно установить автора версии и источник формулировки.</p><p>Я сажусь. Ярость мешает думать; порядок вопросов возвращает ей пользу.</p><p>— Что это значит практически? — спрашиваю я. — Для меня, для расследования?</p><p>— Для вас — отзыв временного допуска, который вы получили несколько дней назад, — говорит Рион. — Формально вы больше не консультант под наблюдением. Снова только фигурант проверки, связанный с опасной технологией.</p><p>Мой коммуникатор подтверждает его слова серией уведомлений. Пропуск консультанта погашен. Запланированная беседа с Ведой отменена. Медицинский регистратор остаётся у меня, но доступ к техническим данным закрыт даже в обезличенном виде.</p><p>Следом приходят личные сообщения. Незнакомый отправитель требует признаться, пока город не заплатил за моё упрямство. Другой благодарит за первое отключение и спрашивает, почему теперь говорят противоположное. Тален пишет только: «Мама увидела новости. Что ей сказать?»</p><p>Я показываю экран Риону.</p><p>— Угрозы сохраните, не отвечайте. Остальное — ваше решение.</p><p>Я набираю Талену: «Скажи, что обвинение предварительное. Вчерашний кризис локализовали, пострадавших по текущей сводке нет. Я дома и соблюдаю ограничения».</p><p>Этого мало для матери, которая ждёт от дочери обещания. Больше правды у меня нет.</p><p>Через минуту Тален отвечает: «Передам. Она спрашивает, можно ли приехать».</p><p>Я закрываю глаза. Встреча с женщиной, которая обнимет лицо дочери, может оказаться жестокостью для нас обеих. Отказывать после нового публичного обвинения — другой вид жестокости.</p><p>«Не сегодня. Я согласую разговор с Сорен и сама предложу время».</p><p>Ответа нет. Семья Лианны снова получает паузу вместо дочери.</p><p>— А для вас?</p><p>— Для меня — потеря прямого доступа к части материалов дела и, вероятно, скорое давление со стороны руководства с требованием сосредоточиться исключительно на «первоначальной версии» о вине Лианны, — говорит он. — Они не могут закрыть дело полностью — слишком много официально зафиксированных фактов противоречит их удобной версии. Но они могут сделать продолжение расследования максимально неудобным для меня лично.</p></section><section><title><p>Глава 26. Вне протокола</p></title><p>Рион возвращается на следующий день с тенями под глазами и списком отвергнутых вариантов.</p><p>— У меня есть законное право запросить независимую экспертизу, — говорит он, едва переступив порог квартиры. — Не через программу модернизации, не через внутренний отдел Управления, подчинённый текущему руководству. Через городской технический совет, орган, формально независимый от обеих структур.</p><p>— Это долго? — спрашиваю я, уже зная ответ по одному его тону.</p><p>— Достаточно долго, чтобы Саар успел замести следы, если у него ещё остались следы, которые можно замести, — говорит он честно. — Формальный запрос, рассмотрение, согласование сроков экспертизы — минимум неделя, вероятно больше.</p><p>— У нас нет недели, — говорю я. — Следующий атмосферный пик может прийти раньше экспертизы.</p><p>— Я знаю, — обрывает он резче, чем обычно, и тут же, судя по короткому вздоху, сожалеет о тоне. — Простите. Я знаю, сколько у нас времени и сколько его нет. Но легальный путь — это то, что у меня осталось, мисс Корвель. Единственное, что у меня осталось.</p><p>Я молчу секунду, взвешивая то, что собираюсь сказать, зная заранее, как он на это отреагирует.</p><p>— Есть более быстрый путь, — говорю я осторожно. — Нора всё ещё имеет остаточный доступ к части внутренних систем узла, даже после формального нарушения протокола. Мы могли бы получить копии нужных данных напрямую, без ожидания официального разрешения технического совета.</p><p>Рион закрывает терминал.</p><p>— Нет, — говорит он твёрдо.</p><p>— Рион...</p><p>— Нет, — повторяет он, и в этом односложном слове звучит вся тяжесть его пятнадцати лет работы. — Я понимаю ваше нетерпение. Я разделяю его. Но если мы получим доказательства незаконным путём, любой суд, любая независимая комиссия отклонит их немедленно, и мы не просто потеряем эти конкретные данные — мы дадим Саару законное основание объявить всё расследование результатом сфабрикованных улик. Это разрушит не только это дело. Это разрушит все дела, которые я вёл и буду вести после.</p><p>— А если, пока мы ждём законного пути, город действительно погаснет? — спрашиваю я резко, чувствуя, как терпение снова начинает истончаться.</p><p>— Если возникнет непосредственная угроза городу, аварийные службы получат данные для защиты независимо от их допустимости в суде, — говорит он. — Но тайно копировать архив ради расследования я Нору не попрошу. Мы лишим доказательство происхождения и подставим её под обвинение во вмешательстве. Саару останется назвать всё подделкой.</p><p>Он делает паузу, затем добавляет тише:</p><p>— Вы привыкли действовать по собственной оценке риска. Здесь нам придётся сохранить и город, и дело. Одно не отменяет другого.</p><p>Это задевает меня своей точностью. В Академии моё решение само становилось основанием для действий. Здесь моя уверенность не оставляет проверяемого следа и потому почти ничего не стоит.</p><p>— Хорошо, — говорю я после долгой паузы, и это стоит мне усилия больше, чем хотелось бы признавать. — Не будем действовать вне протокола. Но нам нужно найти способ ускорить легальный путь, а не просто ждать неделю в бездействии.</p><p>Рион смотрит на меня, и напряжение между нами постепенно спадает, сменяясь чем-то более похожим на совместный поиск решения, чем на конфликт.</p><p>— Есть один вариант. Технический совет быстрее рассматривает запросы, если источник данных уже установлен и защищён от удаления. Нужен независимый архив, полученный через законный межведомственный обмен.</p><p>— Какой источник?</p><p>— Транспортный узел, — говорит он. — Часть городской транспортной инфраструктуры технически отделена от энергетического кольца и подчиняется отдельному ведомству, не связанному напрямую с программой модернизации. Если данные о состоянии кольца когда-либо синхронизировались с транспортной системой в рамках обычных протоколов межведомственного обмена, копия может храниться там, вне досягаемости прямого влияния Саара.</p><p>Я чувствую, как что-то внутри меня напрягается от предчувствия.</p><p>— Это тот узел, где работает Тален? — спрашиваю я.</p><p>Рион коротко кивает.</p><p>— Транспортный узел, обслуживающий сервисные тоннели под Северным сектором, — говорит он. — Насколько я знаю, ваш брат — то есть брат мисс Корвель — работает именно там, на специализации, связанной с межведомственными системами связи.</p><p>— Он не мой брат, — говорю я тихо, скорее по привычке уточнять правду для себя, чем ради спора. — Но да. Тален работает там.</p><p>— Мне нужно, чтобы вы попросили его о помощи, — говорит Рион. — Официально и с его добровольного согласия проверить архивы межведомственного обмена. Не обойти протокол, а воспользоваться им в другом ведомстве.</p><p>Он открывает проект запроса. В нём нет имени Талена — только должность специалиста, основание проверки и узкий диапазон сведений, которые можно подтвердить до решения совета.</p><p>— Если он согласится, чем рискует?</p><p>— Временем, отношениями с руководством и, возможно, внутренней проверкой, даже если выполнит всё правильно. Формально наказать его за сохранение данных по зарегистрированному запросу не должны. На практике люди редко любят сотрудников, которые вовремя замечают неудобный документ.</p></section><section><title><p>Глава 27. Долг сестры</p></title><p>Тален отвечает одним словом: «Приходи». Желания увидеть меня в нём не слышно.</p><p>Мы встречаемся в маленьком кафе неподалёку от транспортного узла. Место выбирает он.</p><p>— У тебя тридцать минут, — говорит он, садясь напротив меня без приветствия. — Смена начинается через час, а мне ещё нужно подготовиться.</p><p>— Спасибо, что пришёл, — говорю я, и он коротко, нетерпеливо кивает, явно не желая тратить время на любезности.</p><p>— Что случилось? — спрашивает он. — Твоё сообщение было коротким и странным. «Мне нужна твоя помощь по делу сестры» — звучит так, будто ты не веришь, что можешь просить меня прямо.</p><p>— Потому что я не имею права просить тебя ни о чём как сестру, — говорю я честно. — Я не она, Тален. Не пытаюсь ей быть. Прошу тебя не ради себя.</p><p>Он разглядывает меня, затем перестаёт сжимать пустую чашку обеими руками.</p><p>— Хорошо, — говорит он. — Ради Лианны. Что тебе нужно?</p><p>Я объясняю коротко, стараясь не перегружать его техническими деталями, которые сама понимаю лишь отчасти: подозрение в масштабном сокрытии дефекта, необходимость независимого архива данных, транспортный узел как единственный легальный источник, не подконтрольный напрямую программе модернизации.</p><p>— Ты хочешь, чтобы я проверил межведомственный архив на предмет старых данных синхронизации с энергетическим кольцом, — говорит он, когда я заканчиваю, и в его голосе звучит профессиональная точность человека, привыкшего иметь дело с системами связи, несмотря на всю личную сложность разговора. — Это возможно. Технически. Но это не безобидная просьба, Лианна. Если кто-то в программе модернизации узнает, что я предоставил доступ к архивам без официального запроса...</p><p>— Инспектор Аркель подаёт официальный запрос через технический совет, — говорю я. — До разрешения нам не нужны чужие записи. Только подтверждение, что такой архив существует, его диапазон и порядок сохранения. Если совет согласует выдачу, данные должны уцелеть.</p><p>Тален долго молчит, вертя в руках пустую чашку, которую, судя по всему, забыл выпить в процессе разговора.</p><p>— Ты понимаешь, о чём просишь? — говорит он наконец, тише, чем прежде. — Не о технической услуге. О том, чтобы я снова поверил, что ты действуешь ради правды, а не ради собственного спасения.</p><p>— Я понимаю, — говорю я. — И я не могу дать тебе гарантии, кроме собственных слов, которым ты не обязан верить.</p><p>— Лианна никогда не просила доверия без оснований. Всегда требовала доказательств, никогда не просила поверить на слово. А ты просишь именно об этом.</p><p>— Может быть, поэтому я и не Лианна.</p><p>Тален смотрит долго. Челюсть у него напряжена, зато прежнего требования немедленно замолчать нет.</p><p>— Я не обещаю вернуть тебе прежние отношения. Я не заменю сестру только потому, что ношу её имя и выгляжу как она. Покупать твою помощь ложной надеждой я не стану.</p><p>Тален отводит взгляд к окну. Я жду.</p><p>— Знаешь, — говорит он наконец, всё ещё не глядя на меня прямо, — я ждал, что ты будешь врать мне. Обещать, что всё вернётся, как только память вернётся к тебе, что нужно просто подождать. Все врачи и следователи говорили что-то в этом духе — мягко, обнадёживающе, лишь бы я не давил слишком сильно.</p><p>— Я не собираюсь тебе врать, — говорю я. — Даже если правда тяжелее.</p><p>— Поэтому я и помогу. Не ради надежды, что ты однажды снова станешь моей сестрой. Я хочу знать, что с ней случилось, и не потеряю этот шанс из-за злости на тебя.</p><p>Он достаёт свой рабочий коммуникатор, быстро набирает что-то, проверяет расписание.</p><p>— Приходи к узлу через два часа, — говорит он. — Не одна. Пусть инспектор принесёт зарегистрированный запрос и требование сохранить относящиеся к нему журналы. Я проверю каталог в пределах своего допуска. Содержимое без разрешения не открою.</p><p>— Спасибо, — говорю я искренне.</p><p>— Не благодари меня пока, — говорит он, вставая. — Поблагодаришь, если мы найдём что-то полезное. А если нет — по крайней мере, буду знать, что попытался ради неё, а не ради тебя.</p><p>Он уходит. Напиток передо мной успел остыть нетронутым. Тален согласился помочь Лианне — и ясно отделил её от меня.</p><p>Рион встречает меня у транспортного узла ровно через два часа. Зарегистрированный запрос лежит в защищённой папке.</p><p>— Он согласился, — говорю я, прежде чем Рион успевает спросить.</p><p>— Хорошо, — говорит он.</p><p>У служебного входа Тален проверяет документы Риона раньше, чем здоровается со мной.</p><p>— Здесь индекс обмена, — говорит он, ведя нас в узкое серверное помещение, заставленное рядами тихо гудящих модулей. — Полезная нагрузка закрыта до решения совета, но служебные квитанции я обязан проверять при запросе на сохранение. Они показывают отправителя, маршрут, приоритет и контрольную сумму. Этого достаточно, чтобы понять, что искать.</p><p>Прежде чем войти, Тален вызывает дежурную начальницу смены. Он мог бы провести нас по собственному допуску, но требует второго сотрудника и вслух объясняет причину визита. Женщина перечитывает запрос Риона, проверяет номер дела и предупреждает:</p></section><section><title><p>Глава 28. Исчезнувший сигнал</p></title><p>Найденная квитанция даёт Риону проверяемую точку маршрута. Не содержание предупреждения и не имя виновного — пока только факт отправки, которого нет в основном журнале.</p><p>— Сигнал тревоги отправлен, — говорит Рион, разворачивая структуру квитанции на терминале Талена с его согласия. — Теперь сравним подтверждения на каждом участке. Пакет могли отклонить автоматически, перенаправить или удалить вручную.</p><p>След ведёт через несколько промежуточных узлов передачи данных, каждый из которых Рион методично проверяет, сверяя временные метки и маршруты, пока наконец не останавливается на одной конкретной записи.</p><p>— Вот здесь, — говорит он. — Сигнал прошёл через промежуточный сервер, обслуживающий внутренние коммуникации программы модернизации. Именно оттуда он должен был автоматически перенаправляться в основную систему узла. Но, судя по журналу, перенаправление не состоялось.</p><p>— Последняя подтверждённая точка — сервер программы Саара, — говорю я.</p><p>— После неё у нас пустота, — уточняет Рион. — Причину покажет только внутренний журнал сервера.</p><p>Мы возвращаемся в лабораторию, где нас уже ждёт Нора, вызванная срочным сообщением Риона ещё по пути от транспортного узла. Она выглядит уставшей, но собранной, и, услышав о найденном сигнале, сразу включается в работу с прежней профессиональной решимостью.</p><p>— У меня нет прямого доступа к этому серверу, — говорит она, изучая техническую структуру, которую показывает ей Рион. — Но я знаю, что программа модернизации регулярно создаёт резервные копии всех своих внутренних серверов на случай технических сбоев. Стандартная практика, обязательная для критической инфраструктуры.</p><p>— Где хранятся эти резервные копии? — спрашивает Рион.</p><p>— В отдельном защищённом хранилище, физически отделённом от основных серверов, — говорит Нора, уже набирая запрос. — Формально это часть общей инфраструктуры узла, не программы модернизации отдельно, что означает — доступ к нему регулируется другими правилами.</p><p>Она находит нужную запись быстрее, чем я ожидала, и на экране появляется структура резервной копии сервера, датированная примерно тем же периодом, что и исчезнувший сигнал тревоги.</p><p>— Копия есть, — говорит Нора. — Но содержимое зашифровано административным ключом программы. Без разрешения владельца или судебного предписания хранилище его не раскроет.</p><p>— Чьим? — спрашивает Рион, хотя, судя по его лицу, ответ он уже предполагает.</p><p>Нора вглядывается в метаданные глубже, и её лицо становится напряжённым.</p><p>— Владельцем ключа указан Орен Саар, — говорит она. — Для директора программы это штатное право. Подозрительным его делает не защита сама по себе, а пропавший на этом участке пакет.</p><p>В комнате становится тихо. Мы нашли закрытый участок маршрута, но не человека, который вмешался в передачу.</p><p>— Саар контролировал сервер, на котором обрывается маршрут, — говорю я. — Но ключ не покажет, кто и что сделал с пакетом.</p><p>— Этого достаточно для срочного требования сохранить носитель и для ходатайства о доступе, — говорит Рион. — Квитанция независимого ведомства, расхождение журналов и конкретная резервная копия. Суду будет что проверять.</p><p>— Сколько времени это займёт? — спрашивает Нора.</p><p>— При должном обосновании — часы, а не дни, — говорит Рион, уже составляя запрос прямо на месте, с той энергией, которую я не видела в нём с самого начала расследования. — Я подам его немедленно.</p><p>Сначала Рион отправляет хранилищу требование о сохранении — оно регистрируется автоматически и запрещает плановое удаление до решения суда. Затем подаёт ходатайство. Нора сохраняет доступные метаданные и контрольную сумму копии; я записываю время каждого действия. Технических знаний для её работы у меня нет, зато вести чистый протокол я умею.</p><p>Ордер приходится ждать меньше часа. Нора не закрывает окно хранилища, чтобы не создавать новый сеанс. Рион по защищённому каналу объясняет дежурному судье, какой риск уже подтверждён, почему источник нельзя заменить и кто будет присутствовать при изъятии.</p><p>Судья требует отделить подозрение в уничтожении от угрозы безопасности.</p><p>— Мы пока не утверждаем, что носитель собираются уничтожить, — говорит Рион. — Мы утверждаем, что он содержит последнюю доступную копию предупреждения о дефекте системы, которая уже дала реальный сбой. Если копия исчезнет по обычному сроку хранения, восстановить содержание будет невозможно.</p><p>Нора показывает мне строку плановой ротации. До следующего автоматического обслуживания остаётся несколько часов.</p><p>— Может быть, именно это и означает срок, — говорю я. — Не чья-то команда, а обычная очистка.</p><p>— Может, — отвечает она. — Поэтому мы не трогаем очередь сами.</p><p>Мы не трогаем очередь. В журнале остаётся причина.</p><p>Ордер приходит быстрее, чем кто-либо из нас ожидал, — судья, судя по всему, оценил серьёзность формулировки «угроза общественной безопасности» достаточно, чтобы не медлить с решением.</p><p>— Есть, — говорит Рион, показывая нам подтверждение на экране. — Разрешение на изъятие копии и расшифровку в присутствии независимого специалиста.</p><p>Нора передаёт разрешение дежурному хранителю. На экране появляется подтверждение приёма, затем строка меняет цвет.</p></section><section><title><p>Глава 29. Горящий архив</p></title><p>Меньше чем через минуту после сообщения об уничтоженном носителе включается локальная тревога серверного помещения.</p><p>— Термальный скачок, — говорит Нора, вглядываясь в показания на стене. — Физическое уничтожение носителей вызвало перегрев. Серверная комната рядом с основным хранилищем архива начинает нагреваться критически.</p><p>— Какой архив? — спрашивает Рион, уже разворачиваясь к выходу.</p><p>— Общий архив узла, — говорит Нора, бледнея. — Не только данные программы модернизации. Там хранятся резервные копии всего — включая материалы дела, включая всё, что мы успели легально собрать за последние недели.</p><p>Мы спускаемся за Норой по служебной лестнице. Последний пролёт уже перекрывает аварийная бригада; из-за герметичной двери тянет перегретым пластиком.</p><p>На схеме горит несколько красных секций. Открытого пламени камеры пока не показывают, зато температура растёт вдоль кабельного канала к общему архиву.</p><p>— Автоматическая система пожаротушения должна была сработать, — говорит Рион, пытаясь разглядеть что-то сквозь дым.</p><p>— Контур пожаротушения изолирован сервисной командой, — говорит Нора. — Когда и кем — в этом окне не видно.</p><p>Старший бригады требует схему питания и состав модулей. Резко охлаждать их нельзя: повреждённые защитные покрытия могут дать выброс. Двое специалистов надевают изолирующие костюмы, остальные готовят инертную смесь.</p><p>— Там материалы дела, — говорит Рион.</p><p>— Поэтому внутрь войдут мои люди, — отрезает старший. — Назовите приоритетные стойки и не мешайте.</p><p>Нора выводит карту хранилища и отмечает стойки с резервными копиями. Рион перечисляет номера опечатанных материалов. Я стою у стены, слишком хорошо помня цену уверенности, которой никто не успел проверить.</p><p>За дверью проходит сильный энергетический импульс. Давление отзывается под рёбрами так резко, что я хватаюсь за поручень.</p><p>— Скачок питания, — говорю я.</p><p>— Вижу, — отвечает техник у панели. — Линия утилизации всё ещё под напряжением.</p><p>Он сообщает старшему номер секции. Тот меняет порядок входа: сначала обесточивание, затем извлечение модулей. Моё ощущение ничего не решило — лишь совпало с прибором на расстоянии нескольких шагов от сильного поля.</p><p>Дверь открывают только после обесточивания. Внутрь уходят люди в закрытых костюмах. Мы слышим их короткие доклады: проход свободен, первая стойка повреждена, вторая доступна. Потом из дыма появляется контейнер. За ним ещё один.</p><p>Когда повреждённый блок вспыхивает, дверь уже закрыта. Инертная смесь гасит реакцию внутри секции. Никто из нас не делает шага к порогу.</p><p>Через сорок минут старший бригады снимает маску и сообщает: пожар локализован, часть носителей извлечена, общий архив повреждён не полностью. Причину изоляции пожаротушения установит отдельная проверка.</p><p>Он не разрешает сразу унести спасённые контейнеры. Каждый проходит проверку температуры, повреждений и остаточного заряда. Затем хранитель архива сверяет пломбы с описью, а Рион вызывает независимого регистратора. После пожара ценность уцелевшей записи зависит не только от содержания, но и от того, сможет ли кто-нибудь доказать, что её не подменили в дыму.</p><p>Нора стоит рядом со списком стоек и отмечает утраты. Несколько рабочих архивов смены повреждены, часть восстановят из внешних копий. Один комплект учебных данных потерян полностью. Материалы нашего дела уцелели не все.</p><p>— Мой отчёт о первом тесте был на третьей стойке, — говорит она.</p><p>— Копия есть у регистратора дела, — отвечает Рион.</p><p>— А черновые замеры Лианны?</p><p>Ответ хранителя приходит после проверки: часть каталога повреждена, восстановление возможно не гарантировано.</p><p>Нора отворачивается. За последние недели она дважды признала собственные нарушения, помогла найти датчик и теперь смотрит, как исчезают последние рабочие следы женщины, которой уже не может ничего объяснить.</p><p>— Мы сохранили то, что успели вынести из кулона, — говорю я. — Не всё зависело от этого архива.</p><p>— Знаю. Просто ненавижу считать потери до того, как закончилась авария.</p><p>— Это разумнее, чем объявлять победу до описи.</p><p>Она коротко кивает и возвращается к списку.</p><p>Несколько часов спустя Нора разбирает содержимое спасённых накопителей во временном штабе. Меня Сорен всё же осматривает из-за реакции на импульс и оставляет под наблюдением, но кислород и героическое спасение из дыма мне не требуются.</p><p>— Здесь не всё, — говорит она, когда мы собираемся во временном штабе. — Но кое-что важное уцелело.</p><p>Разбор начинается не с открытия файлов. Независимый регистратор выдаёт каждому контейнеру новый номер, фотографирует повреждения и создаёт побитовую копию на чистом носителе. Оригиналы после этого снова запечатывают. Нора работает только с копиями и вслух называет каждое действие, пока хранитель отмечает его в журнале.</p><p>Первый контейнер читается частично. Во втором повреждён каталог, и системе приходится восстанавливать структуру по разрозненным служебным меткам. Третий не открывают вовсе: температура внутри остаётся выше безопасной, его отправляют в лабораторию материалов.</p></section><section><title><p>Глава 30. Не Лианна</p></title><p>После разбора документа Нора и Веда уходят. Сорен разрешает мне вернуться домой, но Рион остаётся во временном штабе.</p><p>В дальнем углу тихо. За перегородкой техники принимают спасённые носители по описи.</p><p>— За последние недели вы не раз рисковали здоровьем ради дела и людей, которых почти не знаете, — говорит он. — Я хочу понять почему.</p><p>— Потому что иначе было бы неправильно.</p><p>— Это не ответ, — говорит он тихо. — Это уклонение, вежливо упакованное в правильные слова. Я наблюдал вас достаточно долго, мисс Корвель, чтобы видеть разницу.</p><p>Я молчу, глядя на свои руки — чужие руки, которые за прошедшие недели стали ощущаться немного менее чужими, хотя так и не стали по-настоящему моими.</p><p>— Провал памяти — не вся история. Верно?</p><p>Пульс ускоряется. Отсрочить этот разговор ещё раз означало бы солгать уже намеренно.</p><p>— Верно, — говорю я тихо.</p><p>Он поворачивается ко мне и ждёт.</p><p>— Я не Лианна Корвель. У меня её тело, лицо и документы. Её памяти у меня нет. До пробуждения в аварийном зале я была другим человеком.</p><p>Рион не отвечает сразу.</p><p>— Когда вы это поняли?</p><p>— Когда открыла глаза. Я не узнала зал, приборы, собственные руки. Но себя я не забывала ни на мгновение.</p><p>— И всё это время позволяли нам считать ваше состояние амнезией.</p><p>В его голосе нет обвинения, что почти хуже прямого обвинения.</p><p>— Я позволяла считать правдой ту часть, которую могла подтвердить: памяти Лианны у меня нет. Если бы в первый день сказала следователю, что прожила больше двух веков в другом мире, вы записали бы меня как неспособную участвовать в допросе.</p><p>— Вероятно.</p><p>— А затем перестали бы проверять мои слова там, где они могли спасти людей.</p><p>— Возможно. Но решение скрыть остальное вы приняли за меня.</p><p>Я принимаю удар, потому что он точен.</p><p>— Да. Сначала из страха. Потом потому, что каждая следующая неделя делала признание труднее. Это не было доверием с моей стороны.</p><p>Рион смотрит на закрытую перегородку, за которой продолжают принимать носители.</p><p>— Тален знает?</p><p>— Знает, что я не чувствую себя его сестрой и не жду возвращения её памяти. Имени и истории — нет.</p><p>— Сорен?</p><p>— Знает, что моя личность устойчива и не совпадает с Лианной. Про другой мир я не рассказывала полностью.</p><p>— Значит, я первый, кому вы решили сказать прямо.</p><p>— Да.</p><p>— Почему сейчас? — спрашивает он.</p><p>— Вы потребовали проверить подпись Саара, хотя документ подтверждает всё, что нам хотелось найти. И не позволили превратить уничтоженный носитель в готовое обвинение. Я больше не могу требовать от вас полной честности и отвечать половиной своей.</p><p>— Вы выбрали момент после пожара, когда оба вымотаны и у меня нет времени немедленно проверить ваш рассказ.</p><p>— Да. Не лучший момент.</p><p>— Но удобный.</p><p>— Тоже да.</p><p>Возразить нечего. Усталость помогла мне заговорить и мешает ему проверить рассказ так тщательно, как он привык.</p><p>— Я не буду задавать вопросы о вашей прежней жизни сегодня, — говорит он. — Но до следующего разговора мне нужны границы. Что из сказанного можно передать Сорен? Что касается дела? Кто ещё должен знать, если ваше состояние создаёт риск?</p><p>— Сорен можно сказать, что у меня есть непрерывная автобиографическая память другой личности и что я готова обсуждать её с ней. В дело — только отсутствие памяти Лианны и медицинские ограничения, уже зафиксированные. Моё объяснение не меняет технических доказательств.</p><p>— Риск?</p><p>— Я не знаю механизма и не могу гарантировать, что состояние неизменно. Но провалов времени не было. Чужих эпизодических воспоминаний — тоже. О любом изменении сообщу Сорен сразу.</p><p>Рион записывает эти границы на отдельном листе, показывает мне формулировки и лишь после моего кивка закрывает запись личным ключом.</p><p>— Это не обещание поверить, — говорит он.</p><p>— Я знаю.</p><p>— И не оправдание того, что вы скрывали существенную часть состояния.</p><p>— Знаю.</p><p>— Хорошо. Тогда мы хотя бы одинаково понимаем, чего этот разговор пока не сделал.</p><p>После этих слов становится легче. Мгновенное принятие я всё равно сочла бы подозрительным.</p><p>— Сорен упоминала диссоциативное расстройство.</p><p>— Я понимаю, почему. Но помню собственную жизнь непрерывно. У меня своё имя, и оно не Лианна Корвель.</p><p>— Откуда оно взялось?</p><p>Я медленно выдыхаю.</p><p>— Я не хочу рассказывать свою жизнь урывками прямо сейчас, — говорю я честно. — И главного ответа у меня всё равно нет: я не знаю, как оказалась здесь. Но я знаю, кто я. Помню свою жизнь, работу, людей, которых любила и за которых отвечала. Ни один день из этого не принадлежит Лианне Корвель.</p></section><section><title><p>Глава 31. Двести тридцать восемь лет</p></title><p>Я возвращаюсь к разговору через несколько дней. Рион не напоминает о нём, хотя по делам расследования мы видимся ежедневно.</p><p>Вечером я приглашаю его в квартиру Лианны. Ставлю на стол чай, которым здесь принято спасать любой трудный разговор, и сажусь напротив.</p><p>— Вы спросили, кто такая Селеста Вейр. Я готова ответить.</p><p>Он молча кивает и закрывает блокнот.</p><p>— Мне двести тридцать восемь лет, — начинаю я, и, произнося это вслух, слышу, насколько абсурдно это должно звучать для человека, привыкшего к строгим границам возможного. — Не в этом теле, разумеется. В своём собственном, в мире, который вы никогда не видели и, возможно, никогда не поверите, что он существует.</p><p>Рион не перебивает.</p><p>— Продолжайте, — говорит он тихо.</p><p>— Я была деканом факультета в Академии магии, — говорю я, тщательно подбирая слова, стараясь звучать как можно яснее, без излишней драматичности. — Преподавателем. Человеком, который отвечал за десятки студентов, за их безопасность, их обучение, их будущее. Я привыкла к ответственности, к власти, к тому, что моё слово имеет вес.</p><p>Я рассказываю об Академии без попытки сделать её красивее для чужого слуха: о холодных аудиториях старого крыла, где зимой чернила густели в перьях; о ежегодных проверках защитных контуров; о студентах, уверенных, что правило безопасности придумано лично против них. О заседаниях, на которых взрослые маги могли спорить о формулировке дольше, чем молодые — о последствиях нарушения.</p><p>— Звучит менее сказочно, чем я ожидал от магии, — замечает Рион.</p><p>— Администрация губит сказочность надёжнее любого проклятия.</p><p>Потом я рассказываю о друзьях, которых пережила, и об учениках — тех, кого удалось вернуть домой, и тех, кого не удалось. Имён не называю.</p><p>— У вас остался кто-то близкий? — спрашивает он.</p><p>— Остались люди, которые считают меня пропавшей или мёртвой. Если время там идёт так же. Если мой мир вообще продолжает существовать для меня где-то кроме памяти.</p><p>Впервые за весь разговор голос подводит. Я делаю глоток остывшего чая и продолжаю только тогда, когда могу говорить ровно.</p><p>— Я не ищу способ вернуться ценой Лианны. Не знаю, жива ли она и можно ли вернуть каждую из нас в своё тело. Любое решение без этих ответов было бы насилием над человеком, чью жизнь я уже заняла без её согласия.</p><p>Рион кивает. Здесь дополнительных объяснений ему не требуется.</p><p>— Магия, — повторяет он. — Буквальная? Не название для неизвестной вам технологии?</p><p>— Буквальная. В моём мире энергия подчиняется другим законам. Я работала с ней напрямую, без ваших приборов, хотя у нас тоже хватало методов, правил и способов дорого заплатить за самоуверенность.</p><p>— Как вы попали сюда?</p><p>— Не знаю. Помню резкий отклик, затем оказываюсь на полу аварийного зала. Между этими моментами ничего нет.</p><p>Рион молчит долго.</p><p>— Я не могу признать другой мир установленным фактом, — говорит он. — Ни для дела, ни даже для себя. У меня нет способа его проверить.</p><p>— Тогда проверяйте то, что возможно, — говорю я. — Когда появились мои воспоминания. Насколько они устойчивы. Что я знаю о Лианне и откуда могла это узнать. Не называйте перенос доказанным, если доказать его нельзя.</p><p>Он смотрит на меня внимательнее.</p><p>— Вы согласны на беседы с Сорен?</p><p>Вопрос неприятен именно своей разумностью. Я киваю.</p><p>— Без попыток снова вызвать отклик, — говорю я. — Сорен уже запретила активные пробы.</p><p>— Согласен. Она составит вопросы, часть сведений о Лианне получит не от меня и не от вас. Я не буду видеть ключ до окончания бесед.</p><p>— Это не докажет мою Академию.</p><p>— Нет. Но поможет отделить устойчивую личную историю от удобной роли, собранной по ходу расследования. И проверить, не присваиваете ли вы сведения Лианны, которых не могли получить после пробуждения.</p><p>— Хорошо. Только результат должен остаться медицинским, если я сама не разрешу использовать его в деле.</p><p>— Это решает Сорен и вы, — отвечает Рион. — Мне достаточно её заключения в тех пределах, которые вы согласуете.</p><p>Он закрывает блокнот. Впервые за вечер я замечаю, что он не записал ни моего возраста, ни названия Академии.</p><p>— Двести тридцать восемь лет, — повторяет он позднее. — Для вас это обычный возраст?</p><p>— Не юность и не предел. Достаточный срок, чтобы накопить привычки, которые трудно объяснить тридцатичетырёхлетним телом.</p><p>— Достаточно, чтобы привыкнуть отвечать одной, — говорю я. — И считать эту привычку достоинством дольше, чем следовало.</p><p>Рион проводит пальцем по закрытой обложке блокнота.</p><p>— Я тоже к этому привык, — говорит он тихо. — Может быть, не двести тридцать восемь лет, но достаточно долго, чтобы разучиться доверять кому-то полностью в работе, которая часто требует одиночных решений.</p><p>— Не самое полезное сходство, — замечаю я.</p></section><section><title><p>Глава 32. Имя, которое он выбирает</p></title><p>Следующие два дня Сорен беседует со мной без приборов. Веда не участвует: медицинская оценка моей личности не относится к её работе. Рион получает только те выводы, которые я разрешаю передать.</p><p>Сорен спрашивает о детстве Селесты Вейр, первых годах в Академии, студентах, которых я не сумела защитить, и решениях, которыми до сих пор горжусь. Возвращается к тем же событиям позже, меняя порядок и формулировки. Затем читает утверждения о Лианне: часть верных, часть намеренно ложных. Я должна сказать, что знаю, чего не знаю и откуда взялось каждое знание.</p><p>Сорен называет Талена старшим братом — из документов я знаю, что он младше. Говорит, будто Лианна окончила столичную школу, хотя в открытом личном деле указано другое. На остальные вопросы у меня нет опоры: любила ли Лианна определённую песню, боялась ли высоты в детстве, почему перестала приезжать к матери зимой.</p><p>— Не знаю, — отвечаю я снова и снова.</p><p>Сложнее всего не ошибиться, а не заполнить пустоту догадкой. За недели я научилась строить убедительные версии характера Лианны по её поступкам. Сорен каждый раз спрашивает источник, и половина уверенных выводов снова становится тем, чем была: предположением.</p><p>Потом она возвращается к моей Академии. Меняет возраст коллег, порядок событий, цвет деканской печати. Эти ошибки я замечаю сразу.</p><p>После последнего вопроса Сорен показывает мне только общую структуру проверки. Закрытые факты о Лианне были получены от Талена и из медицинских записей с его согласия; Рион не знал, какие из них использованы. Мои ответы зашифрованы до совместного разбора.</p><p>Это утомляет сильнее хорошего допроса. На допросе хотя бы понятно, какую улику от тебя прячут.</p><p>На заключительную беседу Рион приходит по приглашению Сорен. На столе лежит запечатанный пакет с вопросами, подготовленными по медицинской карте, материалам Талена и сведениям, которых я прежде не видела.</p><p>— Я не могу подтвердить перенос сознания или существование мира госпожи Вейр, — говорит Сорен сразу. — Таких диагностических методов нет.</p><p>Рион кивает и делает пометку.</p><p>— Я также не вижу признаков сознательной симуляции амнезии, — продолжает она. — Рассказ о жизни Селесты устойчив в повторных беседах и содержит подробности, которые пациентка не меняет ради удобства. В вопросах о Лианне она не присвоила ни одного закрытого факта. Ложные сведения отвергала только тогда, когда могла объяснить источник несоответствия; в остальных случаях отвечала «не знаю».</p><p>— Диссоциативное расстройство?</p><p>— Не исключено окончательно. Но наблюдаемая картина для известных мне вариантов нетипична. У пациентки одна устойчивая идентичность, непрерывная память до момента пробуждения и полное отсутствие автобиографической памяти Лианны. Процедурные навыки тела встречаются, эпизодические воспоминания — нет.</p><p>Сорен подвигает к нему заключение.</p><p>— Медицински корректная формулировка такова: пациентка переживает себя как Селесту Вейр и не демонстрирует намеренного обмана. Причину состояния я установить не могу.</p><p>Рион читает медленно. Потом спрашивает о методике, ложных вопросах и независимых источниках. Сорен отвечает без раздражения. Только после этого он закрывает заключение.</p><p>— Значит, наука не выдала нам справку о существовании магии, — говорит он.</p><p>— Боюсь, таких бланков у нас нет, — сухо отвечает Сорен.</p><p>Я почти улыбаюсь. Рион — нет, но в его глазах появляется знакомое тепло.</p><p>— Этого достаточно, — говорит он.</p><p>— Для чего? — спрашиваю я.</p><p>— Чтобы перестать обращаться с вашей личностью как с версией обвиняемой. Происхождение Селесты Вейр остаётся недоказанным. Но человек, который сидит передо мной, последовательно называет себя Селестой, не пользуется чужой памятью и не меняет рассказ ради выгоды. Я могу либо бесконечно ждать невозможного доказательства, либо признать, с кем разговариваю.</p><p>— Это ваше личное решение, — предупреждает Сорен. — Моё заключение не подтверждает метафизическое объяснение и не отменяет дальнейшего наблюдения.</p><p>— Я понимаю.</p><p>— И не даёт вам права раскрывать её рассказ в материалах дела без отдельного основания.</p><p>— Тоже понимаю.</p><p>Рион подписывает ограничения доступа. Только после этого Сорен передаёт ему копию. Он ещё не признал мою версию, зато уже оформил право не превращать её в чужой материал. Этого я понимаю и ему доверяю.</p><p>Мы выходим из кабинета Сорен вместе. Вечерний коридор почти пуст.</p><p>— Я не могу сказать, что другой мир доказан, — говорит он. — И не внесу его в материалы дела как факт.</p><p>— Я не жду этого от вас так быстро, — говорю я.</p><p>— Но наедине буду называть вас Селестой. Не условно и не до следующей проверки.</p><p>Он произносит моё имя без паузы. От этого простого отсутствия паузы у меня перехватывает дыхание.</p><p>— Спасибо, — говорю я. Голос всё-таки дрожит.</p><p>Мы стоим ближе, чем требует пустой коридор. Я замечаю это одновременно с ним.</p><p>Рион поднимает руку и останавливает движение, не коснувшись моего лица. Я не отступаю сразу.</p></section><section><title><p>Глава 33. Пять дней</p></title><p>Мы собираемся в лаборатории: я, Рион, Нора и Веда. На столе лежит спецификация с датой запуска.</p><p>— Через пять дней программа модернизации включает новую схему фазовой компенсации на всём кольце. При этом подтверждённая петля данных существует почти пять месяцев, а реальный объём накопления мы знаем только по отдельным участкам.</p><p>— На тот же период приходится расчётное окно сезонного максимума, — добавляет Рион. — Дату утвердили заранее. Это могло быть обычным календарным решением, но запаса по нагрузке оно не создаёт.</p><p>— Если руководство видит необработанные данные, оно понимает риск, — говорю я. — Если не видит, запуском управляют по ложной картине. Оба варианта требуют остановки и проверки.</p><p>Имя Саара никто не произносит. Пока приказ подтверждает перенос нагрузки, но не доказывает, какие данные он видел позднее.</p><p>— Мы можем остановить запуск официально? — спрашиваю я.</p><p>— Только обосновав непосредственную угрозу перед техническим советом или Советом города, — говорит Рион. — Предварительных расчётов недостаточно. Нужны воспроизводимая модель, независимая экспертиза и указанный диапазон погрешности.</p><p>— Тогда строим малую модель, — говорит Веда. — Проверим несколько сценариев, а не один удобный нам исход. У нас есть петля буфера, локальная запись датчика Норы и штатные журналы кризисов. Не хватает характеристик неизвестного компонента.</p><p>Она делит экран на рабочие направления. Для модели нужны параметры регулятора, независимая проверка кода, прямые замеры хотя бы в одной контрольной точке и специалист, который подпишет масштабирование стендового результата на городскую сеть.</p><p>— За пять дней? — спрашивает Нора.</p><p>— За четыре, — отвечает Веда. — Последние сутки понадобятся совету, даже если он согласится рассматривать пакет срочно.</p><p>Рион добавляет ещё один столбец: юридическое основание каждого источника. Данные, которые нельзя показать совету вместе с происхождением, для решения о запуске бесполезны.</p><p>Мне достаётся протокол допущений и перечень вопросов, на которые модель не отвечает. Список занимает почти весь экран. Пропущенное ограничение сделает расчёт убедительнее, чем он заслуживает.</p><p>— А если мы не успеем? — спрашиваю я.</p><p>— Тогда передадим то, что подтверждено, городской службе защиты, — говорит Рион. — Это может не остановить запуск, но позволит заранее готовить аварийные меры. Не будем делать вид, что существует только победа или катастрофа.</p><p>— Компонент, — перебивает Рион резко. — Тот, что мы нашли в старом контуре. Где он сейчас?</p><p>Веда замолкает, и её лицо медленно бледнеет по мере того, как она проверяет что-то на своём терминале.</p><p>— После первичного осмотра его оставили в нейтральной лаборатории, — говорит она. — Вчера программа потребовала совместную отраслевую экспертизу как владелец инфраструктуры. Компонент опечатан, но подробный осмотр теперь согласует их представитель.</p><p>— Цепочка хранения не нарушена? — спрашивает Рион.</p><p>— Нет. Перемещение, пломбы и допуски зарегистрированы. Нам закрыли скорость, не сохранность.</p><p>— Без характеристик придётся считать широкий диапазон, — говорит Нора. — Для срочного решения Совета его может оказаться слишком много.</p><p>У меня остаётся путь, который Риону предсказуемо не понравится.</p><p>— Саар сам предлагал мне место в программе, — напоминаю я. — Если вернуться к разговору, он может разрешить ознакомительный осмотр.</p><p>— Как вы объясните внезапный интерес после всего, что произошло? — спрашивает Рион.</p><p>— Он предлагал работу и просил не публиковать непроверенные выводы. Я скажу, что обдумала предложение. Мне не придётся изображать согласие на сделку, которой не было. Достаточно показать интерес к должности и попросить увидеть предмет будущей консультации.</p><p>— Только по согласованному плану, — говорит Рион.</p><p>— Я как раз обсуждаю это до встречи. У нас пять дней, а обычное согласование займёт дольше. Прямой разговор с человеком, который вправе допустить меня к осмотру, остаётся законным путём.</p><p>Он перечитывает правила допуска к опечатанной улике.</p><p>— Что вы намерены ему предложить?</p><p>— Интерес к работе и профессиональную просьбу об осмотре. Без обещаний молчать и без провокации на признание.</p><p>— Это опасно, — говорит Нора тихо. — Он не глупец, Корвель. Он поймёт, если ты будешь играть слишком очевидно.</p><p>— Я умею оценивать людей, привыкших верить в собственную непогрешимость, — говорю я. — Опыт с подобными характерами у меня богаче, чем можно предположить, глядя на моё нынешнее положение.</p><p>Рион открывает правила фиксации разговора.</p><p>— В лаборатории должны присутствовать хранитель улики и специалист программы. Вы соглашаетесь на запись как участник; допустимость я проверю до встречи. Если закон требует разрешения, получим его или ограничимся протоколом осмотра.</p><p>— Согласна, — говорю я.</p><p>— Пять дней, — повторяет Веда тихо, глядя на дату, всё ещё висящую в воздухе перед нами. — Нам нужно построить рабочую модель, получить компонент, доказать угрозу и убедить технический совет — всё это за пять дней.</p></section><section><title><p>Глава 34. Обмен</p></title><p>Встречу с Сааром организовать оказывается проще, чем я ожидала, — короткое сообщение с просьбой о личном разговоре «по частному вопросу, касающемуся дальнейшей судьбы дела», и ответ приходит в течение часа: он согласен встретиться тем же вечером в своём кабинете в административном крыле программы модернизации.</p><p>Кабинет Саара просторен и безупречно организован. За окном сияют верхние уровни; отсюда не видно ни тесных служебных коридоров, ни старого резервного контура.</p><p>— Мисс Корвель, — говорит он, поднимаясь навстречу с прежней обаятельной уверенностью. — Признаюсь, ваше сообщение меня заинтриговало. Я уже начал думать, что вы решили полностью проигнорировать моё предложение.</p><p>— Я обдумывала его. Меня отстранили, инспектор Аркель лишился части доступа. Продолжать борьбу, не имея должности и полномочий, становится бессмысленно.</p><p>Усталость и отстранение настоящие. Вывод я одалживаю у человека, которым могла бы стать, если бы устала сильнее.</p><p>Саар не спешит отвечать.</p><p>— Разумное решение, — говорит он, снова садясь и жестом приглашая меня сделать то же самое. — Город нуждается в стабильности сейчас больше, чем в затянувшемся скандале вокруг одного инженера, чья вина, по правде говоря, уже почти не имеет значения на фоне более важных задач.</p><p>— О каких задачах вы говорите? — спрашиваю я, направляя разговор туда, куда мне нужно.</p><p>— Через несколько дней мы завершаем модернизацию, — говорит он, и в его голосе звучит искренняя, почти воодушевлённая гордость проекта, которому он, судя по всему, посвятил годы жизни. — Новая система обеспечит стабильное питание для всего Новариса, включая нижние уровни, которые десятилетиями зависели от нестабильных локальных накопителей. Люди, живущие без гарантированного отопления зимой, без надёжного освещения, наконец получат то же качество жизни, что и верхние уровни.</p><p>Он говорит об этом без заученной торжественности. Польза проекта реальна; именно поэтому им так удобно оправдывать всё остальное.</p><p>— А если система выйдет из-под контроля во время запуска? — спрашиваю я осторожно.</p><p>Что-то в его лице на мгновение затвердевает, прежде чем снова смягчиться привычной уверенностью.</p><p>— Любая новая технология несёт определённый риск на этапе внедрения, — говорит он ровно. — Задача руководителя — минимизировать этот риск, а не позволить страху остановить прогресс, который принесёт пользу тысячам людей на десятилетия вперёд.</p><p>— Даже если риск оценивали по искажённым данным?</p><p>Он смотрит на меня внимательнее, будто оценивая, насколько далеко я готова зайти в этом разговоре.</p><p>— Мисс Корвель, — говорит он, — позвольте быть откровенным с вами, раз уж вы, судя по всему, готовы к откровенности. Ваша чувствительность к энергетическим полям — редкая, почти уникальная способность. Я слежу за отчётами о ваших наблюдениях последние недели, и они впечатляют своей точностью.</p><p>— Вы предлагаете мне работу, — говорю я, не как вопрос, начиная понимать, к чему он ведёт.</p><p>— Я предлагаю вам место в проекте. Должность консультанта по фазовой чувствительности, ограниченный технический допуск и наблюдения под контролем врача. Вместо борьбы с модернизацией вы могли бы помогать замечать риски раньше приборной тревоги.</p><p>Он разворачивает проект договора, подготовленный заранее. Жалование выше того, что получала Лианна. В обязанности входит участие в калибровке, право останавливать отдельный тест при подтверждённом ухудшении самочувствия и запрет публиковать рабочие данные до внутренней экспертизы.</p><p>— Запрет бессрочный?</p><p>— До официального завершения проверки конкретного эпизода.</p><p>— Срок проверки определяет программа?</p><p>— Профильная комиссия.</p><p>Комиссию назначает руководство программы. Неудобный эпизод можно держать «на проверке», пока он не перестанет быть срочным.</p><p>— А если мои наблюдения расходятся с итоговым отчётом?</p><p>— Вы подаёте внутреннее возражение. Оно обязательно рассматривается.</p><p>— Но город увидит только итоговый отчёт.</p><p>— Город увидит проверенные сведения, а не тревогу одного консультанта.</p><p>Лгать договор не требует. Он даёт программе право решать, когда моё предупреждение станет проверенным сведением. Взамен я получу законное место и возможность приносить пользу.</p><p>— А что происходит с компонентом, который мы нашли в старом резервном контуре? — спрашиваю я, стараясь вернуть разговор к практической цели визита, прежде чем искушение успеет закрепиться слишком глубоко.</p><p>— Ах, это, — говорит Саар легко, будто речь идёт о незначительной детали. — Стандартная процедура. Любое оборудование, обнаруженное в инфраструктуре наших объектов, подлежит нашей экспертизе. Ничего зловещего в этом нет, уверяю вас.</p><p>— Мне бы хотелось увидеть его лично, — говорю я, тщательно подбирая тон, будто это простая профессиональная просьба, а не критически важная часть плана. — Как консультанту, если я приму ваше предложение, было бы логично ознакомиться с оборудованием, которое вызвало столько вопросов.</p><p>Он постукивает пальцем по краю стола.</p></section><section><title><p>Глава 35. Необходимое зло</p></title><p>Ночь перед визитом я сплю плохо. Искренняя убеждённость Саара опаснее простой корысти: деньги можно отнять, правоту человек защищает до конца.</p><p>— Ты слишком много думаешь об этом, — говорит Нора на следующее утро, застав меня за молчаливым разглядыванием карты нижних уровней города, разложенной на моём терминале. — Он хороший манипулятор именно потому, что часть того, что он говорит, — правда. Это не делает его решения безопаснее.</p><p>— Я знаю, — говорю я. — Но знание этого не отменяет того, что я продолжаю задавать себе вопрос: что, если единственный способ дать людям то, в чём они нуждаются, действительно требует какого-то риска?</p><p>— Тогда риск должен быть честным, — говорит Нора. — Люди имеют право знать, чем рискуют, прежде чем кто-то решит за них. Благие намерения этого права не отменяют.</p><p>Нора придвигает карту к себе и увеличивает жилой квартал возле старой магистрали.</p><p>— Здесь я снимала первую комнату. Зимой ставила кружку на подоконник, чтобы остыл чай. Иногда забывала, а утром разбивала ложкой лёд.</p><p>Я поднимаю на неё глаза.</p><p>— Почему раньше не сказала?</p><p>— Ты не спрашивала. Саар прав насчёт отопления. Я очень хочу, чтобы оно там появилось. Поэтому и злюсь.</p><p>Она закрывает карту и начинает собирать приборы. Я помогаю уложить провода, придерживая тугой край чехла. До этого разговора нижний уровень оставался для меня россыпью квадратов на экране. Теперь я представляю Нору в холодной комнате и ложку, которой она безуспешно пытается размешать замёрзший чай.</p><p>В лабораторию мы едем вместе с Норой. Рион остаётся у дежурного хранителя, проверяя протокол допуска. Саар не получил права устраивать мне частный показ опечатанной улики.</p><p>Лаборатория оказывается новее и просторнее той, где мы работали с Ведой, — очевидно, отдельное подразделение программы модернизации, с оборудованием, значительно превосходящим то, что доступно узлу «Северный каскад».</p><p>— Мисс Корвель, — приветствует меня Саар, встречая лично, с той же обаятельной уверенностью. — Рад, что вы решили прийти. Компонент здесь, готов к вашему осмотру.</p><p>Под защитным колпаком лежит безымянный блок из старого контура. Пломбы целы; номера совпадают с протоколом изъятия. Хранитель снимает колпак только после того, как все расписываются в журнале.</p><p>— Расскажите, что вы чувствуете, — предлагает Саар.</p><p>— Ничего надёжного, — отвечаю я. — Устройство отключено, сильного поля рядом нет. Для модели нужны паспортные параметры и стендовый отчёт.</p><p>Нора скрывает улыбку, опуская взгляд в журнал.</p><p>— Разумная граница, — говорит Саар после паузы. Он открывает техническую карточку. — Это двунаправленный регулятор потока для переходного периода. Здесь допустимые амплитуды, задержка команды и предел нагрева.</p><p>Нора с разрешения хранителя переносит параметры в протокол осмотра. Отдельно фиксирует версию встроенного управления и допустимые режимы обратной связи.</p><p>Специалист программы, присутствующий при осмотре, просит добавить пояснение. Молодой инженер по имени Лерн говорит быстро и заметно волнуется под записью.</p><p>— Регулятор проектировали для переходных скачков. Если передавать диспетчерской все сырые колебания, автоматика будет постоянно перестраховываться и сбрасывать полезную нагрузку. Сглаживание само по себе не дефект.</p><p>— При условии, что пределы заданы по реальному состоянию контура, — отвечает Нора.</p><p>— Да. Поэтому есть локальная защита.</p><p>— Которая получает положение разделителя от той же системы обратной связи?</p><p>Лерн открывает схему и после короткой проверки кивает.</p><p>— От датчика положения и резервного механического контакта.</p><p>— Резервный контакт отображается в общей отчётности отдельно?</p><p>Он ищет строку дольше.</p><p>— В сервисном журнале. Не на диспетчерской панели.</p><p>Нора просит внести это в протокол. В штатном режиме сглаживание экономит мощность и снижает число ложных остановок. Проблема начинается, когда диспетчерская не видит резервный контакт.</p><p>Лерн задерживает стилус над своей подписью.</p><p>— Вы ведь приложите полную схему? — спрашивает он у Норы. — Иначе выйдет, что я подтвердил неисправность всей системы. Я этого не говорил.</p><p>— Полную. Ваше пояснение останется рядом.</p><p>Он перечитывает строку и только потом расписывается. Саар всё это время стоит у его плеча. Мне хочется увести молодого инженера к другому столу, дать спокойно подумать, но я лишь жду, пока хранитель закончит запись. Лерн имеет право на собственный ответ, даже если он окажется неудобным для нас.</p><p>— Почему его подключили вне утверждённой схемы?</p><p>Саар отвечает не сразу.</p><p>— По временной схеме ввода, — отвечает Саар. — Она допускает локальную коррекцию в переходный период. Отдельное согласование сочли избыточным.</p><p>— Временная схема не разрешает исключать устройство из общей карты.</p><p>— Карта переходного периода хранится в контуре программы. Диспетчерская получает итоговое состояние участка. Это снижает число ложных тревог во время калибровки.</p></section><section><title><p>Глава 36. Модель катастрофы</p></title><p>До полного запуска остаются сутки. Веда и Нора собирают малую модель на разрешённом оборудовании узла, используя данные, накопленные за последние недели.</p><p>— Мы не можем использовать компонент напрямую, — объясняет Веда, пока они с Норой монтируют контур на испытательном стенде. — Но сегодняшнего протокола осмотра достаточно, чтобы воспроизвести его функцию в безопасном масштабе.</p><p>Стенд воспроизводит логику критического участка на безопасных уровнях мощности. Физический масштаб здесь не равен городскому; перенос результатов потребует отдельного расчёта и проверки независимым экспертом.</p><p>Веда загружает исторические профили сезонных максимумов. Отдельно задаёт нижнюю и верхнюю оценки скрытой нагрузки: точного общегородского значения у нас по-прежнему нет.</p><p>— Ваши ощущения в параметры не войдут, — предупреждает она меня. — Для модели нужны измерения.</p><p>— Я не спорю. Чем могу помочь?</p><p>— Ведите протокол допущений. Если мы сами забудем, где факт, а где выбранная граница, Совет тем более не разберётся.</p><p>Я открываю чистый документ. Веда диктует исходные величины так быстро, что на третьей просит вернуться к началу.</p><p>— Вы записали это как измеренное. Пока это допущение.</p><p>— Значит, говорите медленнее. Я не знаю, где у вас заканчивается название прибора и начинается предположение.</p><p>Нора тянется к экрану, но я прикрываю его ладонью.</p><p>— Не исправляй за меня. Покажи, как отличить. Иначе следующую ошибку мы обнаружим уже на совете.</p><p>Она придвигает стул. Две минуты спустя у меня есть отдельная колонка для источника каждого числа. Там, где источника нет, остаётся пустое место. Оно раздражает сильнее любой красной отметки. Я привыкла открывать книгу и знать хотя бы то, чего именно в ней не понимаю. Здесь приходится учиться ещё и задавать вопрос.</p><p>Первый прогон останавливается почти сразу: измерительный канал достигает предела шкалы.</p><p>— Перегрузка?</p><p>— Нет. Ошибка нормирования, — говорит Нора. — Я перенесла коэффициент с магистрального датчика без поправки на масштаб стенда. Контур цел, запись бесполезна.</p><p>Она сама заносит ошибку в протокол. Веда проверяет пересчёт независимо, затем они меняются ролями.</p><p>Следующие прогоны идут сериями. При минимальной оценке накопления схема сохраняет устойчивость. В среднем сценарии защитный резерв исчерпывается до завершения атмосферного максимума. Верхняя граница даёт каскадный сброс на соседние участки.</p><p>Во время опасного прогона я невольно отодвигаю стул. На стенде сухо щёлкает защита, и тонкая линия обрывается у правого края экрана.</p><p>— Здесь всё? — спрашиваю я.</p><p>— Здесь да, — отвечает Нора. Она поднимает прозрачный щиток. Под ним лежат аккуратные петли проводов; ничего не горит. — Стенд отключился. В городе к этому моменту нагрузку уже приняли бы соседние участки.</p><p>Мне становится неловко за движение стула. Нора замечает и пожимает плечами.</p><p>— Я в первый раз отскочила. Хотя сама его собирала.</p><p>Она ставит щиток на место, а я возвращаю стул к столу. Следующий прогон записываю, не отводя глаз от линии.</p><p>После первой серии Веда вызывает независимого специалиста технического совета по защищённой связи. Он не получает наших выводов, только исходные данные, код и запись стенда. Первым делом находит слабое место: мы используем температурную характеристику компонента из лабораторной карточки, но не учитываем старение соседней изоляции.</p><p>— Это расширит верхнюю границу, — говорит Нора.</p><p>— И снизит уверенность средней, — отвечает специалист. — Не выбирайте поправку сами. Возьмите утверждённый диапазон для оборудования этого возраста и прогоните весь.</p><p>Новая серия занимает ещё два часа. Часть результатов становится безопаснее, часть — опаснее. Диапазон расширяется.</p><p>Специалист подписывает не вывод о катастрофе, а воспроизводимость модели и корректность диапазонов. Отдельно указывает, что стенд не позволяет рассчитать вероятность каждого сценария без прямых данных ядра.</p><p>— Совет любит числа, — говорит Нора, просматривая заключение. — А мы приносим ему диапазоны и список неизвестного.</p><p>— Это и есть честные числа, — отвечает Веда.</p><p>Рион приносит воду и несколько завёрнутых лепёшек из дежурной столовой. Нора пытается положить свою на край приборной стойки; Веда молча переставляет еду на свободный стол.</p><p>— Я не собиралась крошить в регулятор.</p><p>— Ты собиралась есть, глядя в него. Результат известен.</p><p>Нора послушно отходит. Я тоже встаю и только тогда замечаю, как затекла спина. Пока мы жуём, никто не говорит о городе. Эти несколько минут нужны, чтобы снова различать цифры и не принимать усталость за уверенность.</p><p>— То есть катастрофа неизбежна? — спрашиваю я.</p><p>— Нет, — отвечает Веда. — В консервативном сценарии система справляется. Но у нас недостаточно данных, чтобы подтвердить, что реальное кольцо находится именно в нём. При двух других оценках полный запуск небезопасен.</p></section><section><title><p>Глава 37. Запертые двери</p></title><p>Ответ программы на пакет модели приходит в тот же вечер.</p><p>— Они оспаривают исходные данные и заявляют о возможном вмешательстве в стенд, — говорит Рион. — До внутренней проверки Веде и Норе закрыт доступ к лабораториям программы. Мой прежний допуск к узлу остаётся отозванным.</p><p>Нора читает персональное распоряжение на своём экране. Ей запрещено входить в критические зоны и пользоваться оборудованием программы, но сохранено право участвовать в проверке собственных действий с представителем. Веде закрыли административную подпись и доступ к рабочему расписанию смен.</p><p>Нора нажимает на строку доступа ещё раз. На экране снова появляется отказ. Она кладёт терминал на стол слишком резко; чашка рядом подпрыгивает, и я успеваю подхватить её за ручку.</p><p>— Прости.</p><p>— Чашка цела.</p><p>— Я туда ходила каждое утро. Даже когда не хотела. А сейчас мне объяснили, что от меня безопаснее держать двери закрытыми.</p><p>Она говорит тихо, и от этого я злюсь сильнее, чем если бы она кричала. Хочется немедленно поехать к лаборатории и заставить кого-нибудь посмотреть ей в лицо. Никакой пользы от такой поездки не будет. Я ставлю чашку подальше от края и остаюсь рядом, пока Нора не берёт терминал снова.</p><p>— Завтра я должна была принимать участок после ночной проверки, — говорит Веда. — Теперь его примет человек, который не видел ни исходных данных, ни модель.</p><p>— Можете передать ему предупреждение официально? — спрашиваю я.</p><p>— Через аварийного диспетчера. Без приложений, которые программа оспаривает.</p><p>Она составляет короткую сводку: подтверждённая петля данных, неопределённое состояние резервного контура, запрет считать ровную линию достаточным признаком безопасности. Рион проверяет, чтобы каждое утверждение имело источник. Сообщение уходит смене и получает квитанцию.</p><p>Веда сохраняет квитанцию и пересылает её тому, кто примет участок вместо неё.</p><p>— А внешние копии?</p><p>— Действительны. Время получения каждого материала зафиксировано до отзыва допуска, а модель подписана её авторами и хранителем. Программа может спорить с выводами, но не отменить квитанции задним числом.</p><p>— Что насчёт независимой комиссии? — спрашивает Нора, её лицо бледное, но решительное.</p><p>— Заседание утром. Дежурный представитель совета до него разрешил независимые аварийные измерения, но не вмешательство в управление. Нам нужен физический доступ к контрольной точке вне помещений программы.</p><p>Мы сидим в квартире Норы. На общем экране открыта карта разрешённых контрольных точек.</p><p>— Ближайшая точка находится по другую сторону закрытого технического сектора, — говорит Нора. — Через главный вход нас не проведут до конца проверки.</p><p>— Есть другой маршрут, — говорит Тален от двери.</p><p>Тален стоит на пороге в рабочей форме транспортной службы и держит открытым маршрут на служебном планшете.</p><p>— Как ты узнал, что мы здесь? — спрашиваю я.</p><p>— Нора сообщила о разрешении совета. Служебные тоннели транспортной сети проходят рядом с нужной контрольной точкой. Отдельное ведомство, отдельные допуски.</p><p>— Мы не можем просить тебя рисковать больше, чем ты уже сделал, — говорю я.</p><p>— Начальник смены согласовал маршрут по аварийному разрешению совета, — продолжает он. — Я проведу вас до границы транспортной инфраструктуры. Дальше действует допуск на измерения Риона.</p><p>Рион внимательно смотрит на него, взвешивая предложение с той же тщательностью, с какой оценивает любую новую версию.</p><p>— Это даст законный доступ к сервисной двери резервного контура без прохода через помещения программы, — говорит Рион.</p><p>— Внутри я вам полномочий не добавлю, — предупреждает Тален. — Только маршрут и связь.</p><p>— Это не нарушит твой допуск?</p><p>— Нет. Я исполняю зарегистрированное распоряжение начальника смены. На этот раз всё скучно и законно.</p><p>Тален поворачивает планшет так, чтобы мы видели узкую развилку под жилым сектором.</p><p>— Вот здесь будете идти за мной, даже если правая лестница покажется короче. На ней сняли две ступени. На общей карте этого нет.</p><p>— Почему? — спрашивает Нора.</p><p>— Потому что общую карту обновляют после приёмки работ, а ступеней нет уже сейчас. Я проходил там вчера.</p><p>Рион переносит пометку на наш маршрут. Тален смотрит, как он это делает, и впервые за весь разговор чуть расслабляет плечи. Его привели сюда не только родство и тревога за сестру. Он знает эти тоннели, а мы — нет. Это простое обстоятельство возвращает ему твёрдость, которую я давно не видела.</p><p>Веда, до этого молчавшая, склонившись над своим терминалом, поднимает голову с тревожным выражением лица.</p><p>— У меня плохие новости, — говорит она. — Прогноз атмосферного поля только что обновился.</p><p>— Насколько плохие? — спрашивает Рион.</p><p>— Окно максимума сместилось раньше. Атмосферные датчики показывают более быстрый рост. Верхняя граница прогноза — завтра к вечеру, погрешность несколько часов.</p></section><section><title><p>Глава 38. Под городом</p></title><p>Перед выходом мы ещё раз распределяем роли. Разрешение совета охватывает измерения и визуальный осмотр; любое вмешательство потребует отдельного основания или непосредственной аварийной угрозы.</p><p>— Веда остаётся у аварийного диспетчера, — говорит Рион. — Права записи в центральный реестр у неё нет, зато она может читать текущие показатели и консультировать смену.</p><p>— Тален обеспечивает физический доступ через тоннели, — продолжает он, — и остаётся на входной точке, поддерживая связь с Ведой напрямую через служебный канал транспортной сети, не связанный с системами энергетического кольца.</p><p>— А мы? — спрашиваю я.</p><p>— Мы с Норой и мисс Корвель идём к контрольной точке. Нора проводит замеры. Любое наблюдение мисс Корвель учитываем только после приборной проверки. Никаких активных попыток дотянуться до поля.</p><p>— Согласна, — говорю я, помня цену прошлых уроков достаточно хорошо, чтобы не спорить с этим ограничением.</p><p>— Полное защитное снаряжение, — добавляет Рион, уже проверяя оборудование, разложенное на столе Норы, — страховочные тросы, аварийная связь, индивидуальные датчики состояния для каждого из нас. Никаких геройских импровизаций без страховки. Если ситуация выходит из-под контроля, мы отступаем, даже если это означает потерю времени.</p><p>С застёжками защитного костюма я справляюсь не с первого раза. Ремень проходит через пряжку, но при рывке вытягивается обратно. Нора замечает это раньше, чем я успеваю спрятать конец под куртку.</p><p>— Так он тебя не удержит. Вот сюда, потом обратно.</p><p>Она показывает на своём ремне. Я повторяю и дёргаю изо всех сил. На этот раз пряжка держит.</p><p>— Теперь хорошо.</p><p>Простая похвала почему-то действует сильнее ободряющих речей. Я проверяю вторую застёжку сама, затем протягиваю Норе для осмотра. Сколько бы лет мне ни было, в этом снаряжении я новичок. Лучше признать это у стола, пока пол под ногами ровный.</p><p>Тален проверяет карту тоннелей ещё раз, отмечая маршрут, который приведёт нас к точке, физически близкой к резервному контуру, минуя все официальные, теперь заблокированные точки доступа.</p><p>— Путь займёт около сорока минут, — говорит он. — Тоннели неосвещённые на большей части протяжённости, придётся полагаться на ручные фонари и мою навигацию. Я знаю этот маршрут — работал там неоднократно на плановом обслуживании.</p><p>В транспортные тоннели спускаемся вчетвером. Воздух пахнет сыростью и металлом; свет есть только у развилок.</p><p>На лестнице пахнет тёплым хлебом. За решётчатой дверью служебного перехода стоит тележка с ящиками; мужчина в фартуке просит Талена придержать створку.</p><p>— До утра обратно пустят? Мне пустую тару забрать.</p><p>Тален проверяет отметку на стене.</p><p>— Пока маршрут открыт. Следите за объявлениями. Если закроют, ящики оставляйте здесь.</p><p>Мужчина кивает и катит тележку к подъёмнику. Мы ждём, пока он пройдёт. Я вижу на верхнем ящике смятое бумажное полотенце, на нём — половину недоеденной булки. Человек работает ночную смену и рассчитывает закончить её, забрать тару, поесть. Я не знаю, что произойдёт с этой лестницей через несколько часов. От мысли об этом хочется окликнуть его и выдать всё, что мы знаем. Вместо этого я проверяю, слышен ли служебный громкоговоритель. Слышен: спокойный голос сообщает номер прибывающего подъёмника.</p><p>На первой контрольной точке Тален отмечает наш проход в журнале транспортной службы. На второй обнаруживается вода на нижней площадке. Маршрут по карте остаётся открытым, но датчик на ограждении показывает повреждение изоляции старого кабеля.</p><p>— По короткой ветке быстрее, — говорит Нора, глядя на схему.</p><p>— И она закрыта до осмотра электриком, — отвечает Тален. — Идём в обход.</p><p>Обход добавляет десять минут. Никто не спорит, хотя часы на коммуникаторе становятся ощутимее каждого шага. Тален передаёт изменение маршрута диспетчеру, получает новую контрольную отметку и только потом ведёт нас дальше.</p><p>Обход начинается с крутого подъёма. Тален идёт первым и освещает ступени под ногами следующего. Здесь нельзя разойтись вдвоём; я задеваю плечом холодную трубу и сразу отшатываюсь.</p><p>— Кожух, — говорит он. — Безопасный. Но лучше держаться за поручень.</p><p>На площадке я останавливаюсь перевести дыхание. Нора уже поднялась и делает вид, что ей необходимо проверить крепление прибора. Спасибо ей за эту маленькую неправду: мне не приходится просить всю группу ждать.</p><p>— Дальше ровно? — спрашиваю я.</p><p>— Почти.</p><p>— У инженеров это значит то же, что «ещё пять минут»?</p><p>— У транспортников — да, — отвечает Тален.</p><p>Он забирает у Норы тяжёлый чехол, чтобы она могла держаться обеими руками. Я снова берусь за поручень и поднимаюсь вслед за ними.</p><p>На узком участке гаснет один из ручных фонарей. Рион передаёт запасной, неисправный убирает в отдельный карман. Мы теряем ещё полминуты.</p><p>— Вы всегда столько спорите перед обычной прогулкой? — спрашивает Тален, пока мы ждём подтверждения очередной отметки.</p><p>— Обычные прогулки обычно не требуют страховочного троса, — отвечаю я.</p></section><section><title><p>Глава 39. Первое отключение</p></title><p>За дверью давление усиливается. Аварийные лампы выхватывают трубы, закрытые панели и жёлтые полосы безопасного прохода. Несколько индикаторов работают в верхней части шкалы.</p><p>— Держитесь у стены, — говорит Нора, разворачивая портативное оборудование. — Я хочу сначала снять полную картину, прежде чем мы решим, что делать дальше.</p><p>Коммуникатор Риона оживает резким сигналом, прежде чем Нора успевает закончить первый замер, — экстренное сообщение от Веды.</p><p>— Нижний уровень Северного сектора только что потерял питание, — читает Рион вслух, его голос напряжён до предела. — Полное отключение, не аварийное перераспределение. Веда говорит, диспетчерская зафиксировала резкий скачок в системе прямо перед отключением.</p><p>— Это не мы, — говорю я быстро. — Мы ничего не трогали.</p><p>— Знаю, — говорит Рион, уже связываясь с Ведой напрямую через защищённый канал. — Веда, что происходит на вашей стороне?</p><p>Голос Веды, доносящийся через динамик коммуникатора, звучит напряжённо и быстро:</p><p>— Программа модернизации инициировала предварительную стадию запуска раньше расчётного срока. Зарегистрированная команда начала ступенчатое включение новой схемы. Кто её санкционировал, в оперативном окне не видно. Первый этап забрал питание с нижнего уровня для перенаправления в основной контур.</p><p>— Как программа объясняет отключение? — спрашивает Рион.</p><p>— Официальное заявление уже вышло, — говорит Веда. — Временное отключение необходимо для безопасного тестирования финальной конфигурации перед полным запуском. Обещают восстановление питания в течение нескольких часов.</p><p>Нора сверяет сообщение Веды со схемой потоков.</p><p>— Отключение нижнего уровня входит в штатное снятие нагрузки перед испытанием, — говорит она. — Само по себе это ещё не сброс.</p><p>— Но резервный контур связан с той же трассой, — говорит Веда по связи. — В утверждённой схеме между ними должен быть закрытый разделитель.</p><p>Нора направляет второй датчик на внутренний шкаф. Показатели меняются ступенчато, вслед за командами предварительного запуска.</p><p>— Разделитель открыт, — говорит она. — Не знаю, по команде, из-за ошибки конфигурации или из-за отказа. Но рост идёт в сторону обесточенной трассы.</p><p>— Что произойдёт, если защита трассы выдержит? — спрашивает Рион.</p><p>— Избыток уйдёт в предусмотренный поглотитель и участок останется без питания дольше расчётного. Если не выдержит — возможны повреждения распределительных узлов внутри жилого уровня. По одному локальному замеру вероятность не назову.</p><p>— Веда, — говорит Рион в коммуникатор, его голос звучит холодно и остро, — объявлена ли эвакуация нижнего уровня Северного сектора?</p><p>Веда отвечает после короткой паузы. Голос напряжён.</p><p>— Нет. При штатном испытании она не предусмотрена. Людям сообщили о плановом отключении и рекомендовали оставаться дома.</p><p>На служебном канале Веды слышен спор диспетчеров. Для полной эвакуации уровня потребуется больше времени, чем даёт нижняя граница модели. Городская служба защиты предлагает начать с домов, примыкающих к распределительным узлам, и открыть внутренние укрытия для остальных.</p><p>— Если объявить всему сектору немедленный выход, транспортные коридоры встанут, — говорит Веда. — Нужен поэтапный приказ.</p><p>Рион требует, чтобы в уведомлении не скрывали неопределённость: повреждение не подтверждено, но локальный рост нагрузки измерен независимо. Людям предлагают конкретные действия, а не обещание, что всё под контролем.</p><p>Тален передаёт транспортной смене перечень ближайших выходов. Один закрыт на обслуживание, второй может принимать ограниченный поток. Эти сведения уходят городской службе защиты вместе с квитанцией, чтобы маршрут не построили по устаревшей карте.</p><p>В канале Талена кто-то просит повторить номер выхода. Он повторяет, уже громче, и добавляет, чтобы людей с ограниченной подвижностью не направляли на лестницу. Там слишком тесно, а площадка мокрая. Я узнаю ту развилку, мимо которой мы прошли по дороге сюда.</p><p>— Подъёмник на резерве? — спрашивает он.</p><p>Ответ слышит только Тален. Он выдыхает и подтверждает маршрут. Ещё несколько минут назад мы обходили лужу, недовольные задержкой. Теперь эта же лужа может остановить целую группу людей, которым велели выйти из дома.</p><p>— Сколько там людей? — спрашиваю я, хотя часть меня боится услышать ответ.</p><p>— Нижний уровень Северного сектора, — говорит Веда медленно, явно проверяя данные, — это плотно населённый жилой район. По последней переписи — около сорока тысяч человек.</p><p>Угроза не означает, что пострадают все сорок тысяч. Но предупреждение им нужно сейчас.</p><p>— Нужно менять режим оповещения.</p><p>— Веда, передайте локальный замер аварийному диспетчеру и городской службе защиты. Укажите диапазон сценариев, без слов о намеренном сбросе.</p><p>— Передаю. Потребуют подтверждение независимого датчика.</p><p>Тален устанавливает датчик транспортной службы с внешней стороны стены. Его система подчиняется другому ведомству и создаёт отдельную квитанцию.</p></section><section><title><p>Глава 40. Цена порядка</p></title><p>Расчётный интервал сжимается с каждым новым замером.</p><p>Рион открывает уже зарегистрированный пакет модели и добавляет свежие квитанции независимых датчиков. Материалы автоматически связываются с утренним заседанием совета и текущим аварийным уведомлением.</p><p>— Этого достаточно для остановки?</p><p>— Дежурный представитель совета может выдать временное предписание до заседания. Но программа вправе продолжать штатную подготовку, пока его нет.</p><p>— А публичный канал надзора?</p><p>— Уже получил те же данные через городскую службу защиты. Если совет промолчит, уведомление останется в независимом реестре. Скрыть сам факт предупреждения не получится.</p><p>Нора обновляет расчёт. Нижняя граница остаётся почти прежней.</p><p>На схеме рядом с жилой трассой появляется ещё одна жёлтая отметка. Я уже знаю, что цвет означает предупреждение, но не могу понять, что именно случилось.</p><p>— Новый отказ?</p><p>— Нет. Они начали проверять участок.</p><p>Нора увеличивает подпись. Я читаю её до конца и отхожу, чтобы не заслонять экран. Кажется, я готова принять любое изменение за начало катастрофы. Когда-то за такую панику я отправляла студентов в коридор: выдохнуть, умыться и вернуться, способными слушать. Сейчас коридор находится за тяжёлой дверью, а отойти от этой двери ещё страшнее.</p><p>Рион замечает мой взгляд.</p><p>— Тален на месте. Выход открыт.</p><p>Я киваю. Он не спрашивает, почему я смотрю туда второй раз за минуту.</p><p>Веда выходит на связь сама.</p><p>— Аварийный диспетчер видит рост на своей стороне, — говорит она. — Но команда запуска считает его штатным заполнением поглотителя.</p><p>— Передайте наши границы времени и потребуйте ручного подтверждения разделителя, — говорит Нора. — Если их датчик показывает закрытое состояние, а поток идёт, неисправна обратная связь.</p><p>Веда повторяет требование диспетчеру. Ответ приходит вместе с новым сигналом на терминале Риона.</p><p>— Предписание совета, — говорит он. — Немедленно приостановить предварительный запуск до проверки разделителя и прямого измерения нагрузки.</p><p>В диспетчерской аварийный оператор принимает предписание и вводит команду общей остановки. Мы слышим подтверждение авторизации, затем длинную паузу.</p><p>— Команда не исполнена, — сообщает Веда. — Центральный контроллер принял её, но локальный шкаф резервного контура вернул отказ: «операция заблокирована до завершения переходной последовательности».</p><p>Нора резко выпрямляется.</p><p>— Пусть не отправляет команду повторно, пока не прочитает ответ шкафа целиком.</p><p>Веда передаёт её слова. Из динамика доносится короткое подтверждение, затем щелчки чужих клавиш. На переносном приборе ничего не меняется.</p><p>Я смотрю на закрытые панели. До этого момента я ждала, что достаточно будет получить приказ — и кто-то у большого пульта остановит опасность. Теперь приказ есть. Люди, которые могут его исполнить, согласны. А гул за стенкой продолжается, будто мы вообще ничего не сделали.</p><p>— Другой путь есть? — спрашиваю я.</p><p>Нора уже водит пальцем по схеме. Рион направляет свет туда, куда она показывает, не перебивая её вопросами.</p><p>— Это удалённая блокировка? — спрашивает Рион.</p><p>— Не обязательно. Такое бывает, если локальная автоматика считает прерывание опаснее продолжения. Но при открытом разделителе её исходные данные могут быть неверны.</p><p>Нора находит на внутренней схеме шкафа механический аварийный размыкатель.</p><p>— Он разрывает управляющую цепь регулятора, — говорит она. — Но сначала нужно подтвердить положение силового разделителя. Если разомкнуть не в той конфигурации, получим обратный удар в контур.</p><p>— Кто имеет право?</p><p>— Нора — как инженер на месте, после прямого приказа аварийного диспетчера. Приказ уже есть. Не хватает достоверного положения разделителя.</p><p>Нора запрашивает повтор приказа с точным номером шкафа и последовательностью действий. Аварийный диспетчер сверяет её личность, временное ограничение допуска и основание совета.</p><p>— Моё отстранение не запрещает аварийное вмешательство? — спрашивает Нора.</p><p>— При непосредственной угрозе и отсутствии доступного инженера с полным допуском — нет, — отвечает Рион после проверки распоряжения. — Но диспетчер должен прямо назначить вас исполнителем.</p><p>Назначение приходит отдельной строкой. Нора читает её вслух, подтверждает, что понимает риск, и называет условие остановки: если тестер покажет напряжение выше защитного предела, к механизму она не прикасается.</p><p>— А если покажет? — спрашиваю я.</p><p>— Отходим и ждём специализированную группу, даже если времени мало.</p><p>Ожидание может стоить району оборудования. Попытка работать за пределом тестера — жизни Норы.</p><p>— Сколько до аварийной группы? — спрашивает Рион у Талена.</p><p>Тот запрашивает транспортную смену. Ближайшая свободная бригада ещё на подъезде к сектору. Точного времени ему не называют.</p></section><section><title><p>Глава 41. Ручной контур</p></title><p>Нора не берётся за рычаг сразу. Сначала фотографирует положение механической тяги, показания электронного индикатора и целую пломбу на внутренней секции. Рион называет время для протокола. Веда подтверждает через связь, что аварийный оператор видит те же данные.</p><p>— Разделитель физически открыт, — говорит Нора. — Контроллер считает его закрытым и поэтому продолжает переходную последовательность. Сначала закрою разделитель вручную. Потом разомкну управление регулятора.</p><p>— Что может пойти не так? — спрашиваю я.</p><p>— Рычаг может быть под нагрузкой. Механизм может заклинить между положениями. А датчик может лгать не только о разделителе.</p><p>Утешать она умеет не хуже Риона.</p><p>Нора закрепляет страховочный трос, проверяет изолирующие перчатки и ставит бесконтактный тестер у привода. Рион остаётся у входа в рабочую зону: следит за нашими индивидуальными датчиками и ведёт запись. Моё место обозначено жёлтой линией на полу. Пересекать её без команды Норы нельзя.</p><p>— Веда, подтвердите аварийное предписание, — просит Нора.</p><p>— Подтверждаю. Ручное закрытие разделителя разрешено. После фиксации закрытого положения — локальное размыкание управляющей цепи регулятора.</p><p>Нора снимает защитную скобу. Рычаг не двигается.</p><p>— Нагрузка на приводе выше допуска, — говорит она, глядя на тестер. — Если тянуть сейчас, можно сорвать фиксатор.</p><p>Она разжимает пальцы и отступает на полшага. На рукаве сбилась складка; Нора поправляет её с такой тщательностью, будто именно она сейчас мешает работе.</p><p>— Ещё немного? — вырывается у меня.</p><p>— Нет.</p><p>Ответ короткий, без раздражения. От этого я ещё яснее слышу, насколько глупым был мой вопрос. В Академии я сама не позволяла тянуть заклинившую створку защитного круга силой: сначала разгрузить, потом двигать. Здесь названия другие, а моя тревога всё равно предлагает самый плохой выход.</p><p>— Поняла. Извини.</p><p>Нора кивает и переносит фонарь на соседнюю панель.</p><p>На переносном анализаторе растёт поток в сторону обесточенной трассы. Давление под рёбрами усиливается следом, но новых сведений не даёт.</p><p>— Есть разгрузочный клапан? — спрашивает Рион.</p><p>— По схеме — да. Локальная автоматика должна открыть его перед ручным переводом.</p><p>— А она считает, что перевод не нужен, — заканчиваю я.</p><p>Нора кивает и открывает соседнюю панель. Внутри два механических указателя. Один показывает рабочее положение клапана, другой застрял между отметками.</p><p>— Нашла. Сначала выравниваю разгрузку. Никто не приближается.</p><p>Она медленно поворачивает вспомогательный маховик. Тестер показывает снижение нагрузки. На середине хода свет в помещении мигает, а связь заполняет короткий треск.</p><p>Тень от её руки вздрагивает на стене. Я слышу собственный вдох и замечаю, что давно дышу в такт поворотам маховика: пока Нора двигается, задерживаю воздух, когда останавливается — выпускаю.</p><p>— Не следите за мной так, — говорит она, не оборачиваясь. — У меня от этого спина чешется.</p><p>— Простите.</p><p>— Лучше посмотрите на прибор. Если загорится предупреждение, скажите.</p><p>Я перевожу взгляд на анализатор. На нём достаточно цифр, чтобы занять всю мою тревогу; по крайней мере, теперь я точно знаю, какую строку читаю.</p><p>— Веда, контрольный показатель? — спрашивает Нора.</p><p>— Давление на входе падает. Продолжайте до отметки…</p><p>Связь обрывается.</p><p>Нора немедленно убирает руки от механизма.</p><p>— Почему остановились? — спрашиваю я.</p><p>— Потому что последнее подтверждённое условие больше не действует. Я не знаю, что видит диспетчерская сейчас.</p><p>Из динамика снова доносится треск. Я различаю обрывок слова и почти уверена, что Веда велит продолжать.</p><p>— Она сказала…</p><p>— Не слышу подтверждения, — прерывает Нора. — Отдельный слог не считается.</p><p>Я замолкаю. Перед глазами стоит не лицо Веды, а то, как я сама на занятиях ждала от ученика верного ответа и иногда слышала его там, где была только неуверенная догадка. Сейчас мне очень нужно услышать разрешение. Именно поэтому решать по моему слуху нельзя.</p><p>Рион подносит коммуникатор ближе к двери. Мы ждём несколько секунд, но вместо голоса слышим только шум.</p><p>Рион проверяет основной и резервный каналы. Тален отвечает снаружи, но линия к Веде недоступна. Транспортная связь исправна; пропал участок, проходящий через энергетический узел.</p><p>— Намеренное отключение? — спрашиваю я.</p><p>— Возможно. Или защита связи сработала при скачке, — говорит Рион. — До журнала причин не будет.</p><p>Нора сверяется с аварийной карточкой на внутренней дверце.</p><p>— Для потери диспетчерского подтверждения здесь должен быть локальный протокол. На карточке только ссылка на служебное приложение.</p><p>— Где приложение?</p></section><section><title><p>Глава 42. Без голоса</p></title><p>Архив открывается списком служебных приложений. Названия придуманы людьми, уверенными, что любой следующий читатель уже знает систему: сокращения, номера ревизий, ни одного человеческого слова.</p><p>— Ищем потерю диспетчерской связи, локальное подтверждение и ручной разделитель, — говорит Нора. — Только документы, действовавшие на дату установки этого шкафа.</p><p>Она задаёт фильтр. Я читаю результаты вслух, Рион сверяет номера версий с карточкой на дверце.</p><p>Первое приложение относится к другому типу регулятора. Второе отменено после реконструкции. Третье требует исправной связи и потому бесполезно.</p><p>Я начинаю следующее название и сбиваюсь на длинном сокращении. Нора сразу останавливает прокрутку.</p><p>— Ещё раз.</p><p>— Я это уже читала.</p><p>— Нет. Там в конце другая буква.</p><p>Она права. Я упираюсь ладонью в край стойки и читаю заново, по слогам. Раздражение на собственную беспомощность только мешает. Когда я читала старые трактаты ученикам, то требовала от них того же: не угадывать знакомое слово по первым знакам. Теперь мне хочется закрыть весь каталог и потребовать, чтобы авторы писали понятно.</p><p>— Так, — говорит Нора. — Дальше.</p><p>Я нахожу следующую строку. Громкий гул никуда не исчезает, но на несколько секунд мне удаётся думать только о буквах.</p><p>Давление под рёбрами растёт. Я смотрю на переносной анализатор: его линия тоже идёт вверх. О моём состоянии Риону сообщает индивидуальный датчик раньше, чем я успеваю решить, стоит ли молчать.</p><p>— Отойдите ещё на шаг, — говорит он.</p><p>— Я за линией.</p><p>— Теперь будете дальше за линией.</p><p>Спор занял бы больше времени, чем шаг. Я отступаю.</p><p>Нора открывает журнал изменений шкафа. Большинство записей подписаны сервисными группами, но несколько последних до аварии принадлежат Лианне Корвель.</p><p>— Здесь, — говорю я. — «Расхождение механического положения и телеметрии. Добавлено локальное подтверждение для режима потери связи».</p><p>— Открывай.</p><p>Терминал выдаёт отказ: приложение связано с более поздней ревизией, которой нет в общем перечне.</p><p>— Назад, — просит Нора.</p><p>Я освобождаю ей место у терминала. Она возвращается к записи об изменении и открывает её полностью. Красная надпись об отказе исчезает, но нужной кнопки всё ещё нет.</p><p>— Может, выбрать предыдущую версию? — спрашиваю я.</p><p>— Она относится к прежней схеме. Мы уже знаем, что шкаф меняли.</p><p>Нора не смотрит на часы. Я смотрю — и сразу жалею. Хочется нажать хоть что-нибудь, лишь бы перестать видеть неподвижную страницу. Вместо этого я читаю ей номер изменения. Она находит ссылку в нижней строке, где я её совсем не заметила.</p><p>— Файл удалён? — спрашиваю я.</p><p>— Не обязательно. Может храниться в локальной памяти контроллера, — отвечает Нора. — Лианна не доверяла централизованному архиву ещё до того, как получила для этого веские причины.</p><p>Под запись она снимает копию каталога и переходит в локальный раздел. Там находится служебная карточка без описательного названия, привязанная к серийному номеру шкафа.</p><p>Связь с Ведой по-прежнему молчит. Тален сообщает, что аварийная служба уже ищет повреждённый ретранслятор, но времени восстановления не даёт.</p><p>— Протокол разрешает завершить операцию без диспетчерского канала, — читает Нора. — Только если независимые механические признаки подтверждают безопасную последовательность. Нужны закрытое положение разделителя, разгруженный привод и контрольная лампа на физической цепи. После этого локальный инженер вправе разомкнуть регулятор по аварийному предписанию.</p><p>Внизу карточки стоит подпись Лианны и отметка сервисного инженера, который проверил процедуру на учебном стенде. Рядом — дата и результат: отказ связи воспроизведён, ручная последовательность завершена без обратного импульса выше допуска.</p><p>В карточке есть небольшой снимок внутренней панели. На нём видна потёртость возле правого крепления — такая же, как на шкафу перед нами. Нора приближает изображение, сверяет номер, затем проводит пальцем в воздухе вдоль нужной тяги.</p><p>— Вот эта. Здесь после замены иначе закрепили привод. Поэтому старая инструкция не подходит.</p><p>Я смотрю на потёртость и впервые за несколько минут чувствую облегчение. Запись относится к железу, которое стоит перед нами, к этим винтам и этой царапине. Лианна разбиралась с ним до нас. Ей тоже пришлось остановиться и выяснить, почему привычное действие больше не работает.</p><p>— Она не оставила личную записку, — говорит Тален по внешнему каналу, услышав наш доклад. — Она провела тест и добилась второй подписи.</p><p>— Поэтому карточкой можно пользоваться, — отвечает Нора. — Не потому, что мы ей верим, а потому что процедура проверена до аварии.</p><p>Рион отправляет копию карточки аварийному диспетчеру через транспортный канал. Ответа из энергетической сети всё ещё нет, но квитанция подтверждает, что документ принят городской службой защиты. Если мы завершим операцию локально, решение не останется только на записи внутри шкафа.</p></section><section><title><p>Глава 43. Выбор Лианны</p></title><p>Нора доводит разгрузочный маховик до конечной отметки. Проверяет тестер и только затем берётся за рычаг разделителя. Теперь он поддаётся. Она переводит его плавно, без рывка, пока фиксатор не встаёт на место. Механический указатель показывает закрытое положение; электронный всё это время остаётся неподвижным, словно ничего не изменилось.</p><p>— Ложная обратная связь подтверждена, — диктует Рион. — Время, положение указателей, показания независимого анализатора.</p><p>Я называю значения с экрана. Поток к жилой трассе перестаёт расти, но пока не снижается.</p><p>— Закрытое положение само по себе достаточно? — спрашиваю я.</p><p>— Ещё лампа.</p><p>Нора снова проверяет её за сервисной перегородкой. Мы ждём, пока она назовёт результат. В это короткое ожидание мне кажется, что рукоять обязательно сдвинется обратно. Я не отрываю глаз от механической метки, хотя удержать её взглядом невозможно.</p><p>— Горит непрерывно, — сообщает Нора. — Все условия совпали.</p><p>Она возвращается к передней панели. Я называю новое показание анализатора, и Рион повторяет его для записи. Впервые за последние минуты число не выросло.</p><p>— Теперь размыкаю управление регулятора, — говорит Нора. — После этого автоматика потеряет возможность продолжать переходную последовательность. Возможен локальный импульс. Оставайтесь за границей.</p><p>Она снимает крышку аварийного размыкателя. Под ней обычная механическая рукоять, слишком маленькая для той ответственности, которую на неё возложили.</p><p>Нора кладёт ладонь на рукоять, но перед поворотом оглядывается. Рион стоит у границы, трос свободен. Я держусь за поручень там, где она велела.</p><p>— Готовы?</p><p>Мы отвечаем почти одновременно. Я ожидаю грохота или вспышки, хотя она ничего такого не обещала. Трудно поверить, что огромное движение энергии за стеной сейчас зависит от одного небольшого механизма. Нора поправляет хват. Её пальцы не дрожат.</p><p>Нора проверяет контрольную лампу ещё раз и поворачивает рукоять.</p><p>Гул меняется. Не исчезает — становится ниже. На анализаторе линия сначала подскакивает, затем начинает опускаться.</p><p>Давление под рёбрами отзывается короткой болью. Я хватаюсь за поручень, но остаюсь на ногах.</p><p>— Импульс в допустимом диапазоне, — говорит Нора. — Разделитель держит. Регулятор отключён.</p><p>Рион отмечает исполнение предписания. Тален по внешней связи подтверждает, что транспортный датчик тоже фиксирует снижение.</p><p>Я ещё несколько секунд смотрю на снижающуюся линию. Жду, что она передумает и поползёт обратно.</p><p>— Дышите, — говорит Рион.</p><p>— Дышу.</p><p>На самом деле я только сейчас делаю полноценный вдох. Боль отступает не сразу; под рёбрами остаётся неприятное жжение. Рион сверяет мой датчик и спрашивает, могу ли я идти. Я пробую перенести вес с одной ноги на другую.</p><p>— Могу.</p><p>Он не берёт меня под руку, пока я сама не протягиваю ладонь. Перчатка мешает почувствовать тепло, зато его хват уверенный. Мы делаем два шага подальше от шкафа, и я снова могу стоять без опоры.</p><p>Через несколько секунд оживает резервный канал.</p><p>— Слышу вас, — голос Веды прерывается помехами. — Аварийный диспетчер видит закрытие трассы. Поток к Северному уровню падает. Городская служба сохраняет режим предупреждения до полной проверки.</p><p>Нора прислоняется плечом к шкафу, не снимая перчаток.</p><p>— Карточка Лианны сработала, — говорит она.</p><p>— Потому что вы проверили каждое условие, — отвечаю я.</p><p>Нора смотрит на свою руку, всё ещё лежащую у края панели, и убирает её.</p><p>— Я боялась, что перепутала направление.</p><p>— Ты сверяла.</p><p>— Знаю. Всё равно боялась.</p><p>Она сгибает пальцы в перчатке. Только теперь я замечаю мелкую дрожь. Мне хочется сказать что-то весомое, достойное человека, который столько лет учил других справляться со страхом. Вместо этого я говорю:</p><p>— Я бы на твоём месте тоже боялась.</p><p>Нора коротко усмехается и выпрямляется. Ей ещё закрывать панели. Я держу фонарь, пока она проверяет крепления; на этот раз луч почти не дрожит.</p><p>Лианна заметила конкретный отказ и оставила в шкафу инструкцию, по которой другой инженер смог закончить её работу.</p><p>— Сохраните карточку отдельной копией, — говорит Рион. — Вместе с журналом доступа и записью операции.</p><p>Нора выполняет копирование. Контрольная сумма уходит в тот же внешний пакет, где уже лежат модель и замеры.</p><p>На экране остаётся имя Лианны под служебной карточкой. Я помню, как в первый день смотрела на её доступ рядом с записью аварии. Тогда чужое имя казалось ловушкой, которая захлопнулась вокруг меня. Теперь под тем же именем стоит работа, благодаря которой мы смогли остановить рост.</p><p>— Эту запись ей зачтут? — спрашиваю я Риона.</p><p>— Она войдёт в материалы. Вместе с результатом применения.</p><p>Мне хочется большего: чтобы он сейчас же объявил Лианну невиновной и заставил город это услышать. Рион не даёт такого обещания. Я смотрю, как он проверяет, сохранилась ли копия, и понимаю, что именно это сейчас полезнее всего.</p></section><section><title><p>Глава 44. Последний сброс</p></title><p>Тален проводит нас к центральной диспетчерской через служебные переходы. Дорога занимает меньше двадцати минут. Нора по пути передаёт Веде журнал локальной операции; без этого диспетчерская видела бы только внезапное падение потока.</p><p>Веда встречает нас у главного пульта. Лицо измождено, взгляд прикован к схеме энергетического кольца.</p><p>— Вторичный поток движется к центральному ядру, — говорит она, указывая на красную линию. — По независимым датчикам до входа в ядро от шести до восьми минут.</p><p>— Что можно сделать? — спрашивает Рион, уже сканируя экран в поисках возможных решений.</p><p>— У верхних административных районов есть районные накопители, рассчитанные принимать избыток при авариях ядра. Чтобы перевести их в режим поглощения, придётся временно отключить некритические линии этих районов. Больницы и аварийные службы останутся на отдельных контурах.</p><p>— Верхние уровни, — повторяю я. — Те самые районы, где отключение увидят сразу.</p><p>— Их накопители ближе к нужной магистрали и сейчас почти свободны. Другие варианты либо не успеют включиться, либо заденут критические линии.</p><p>Орен Саар уже находится в диспетчерской у пульта команды запуска. Формально он по-прежнему директор программы; временное предписание остановило операцию, но ещё не отстранило его от должности.</p><p>— Районные накопители не рассчитаны на такой фронт, — говорит он. — Вы рискуете вывести их из строя и оставить верхние районы без резерва на несколько суток.</p><p>— Риск есть, — отвечает Веда. — Но он ограничен оборудованием и перебоями. Если поток войдёт в ядро без поглощения, диапазон последствий выше. Аварийный оператор уже запросил разрешение городской службы.</p><p>— У вас нет верифицированного масштаба потока, — возражает Саар. — Центральные датчики перегружены. Возможно, ядро выдержит без ущерба, а вы гарантированно повредите накопители.</p><p>— Поэтому решение принимает аварийный диспетчер по диапазону, а не по вашей или нашей уверенности, — говорит Рион. — Все исходные данные внесены в журнал.</p><p>На панели появляется разрешение городской службы защиты. Аварийный оператор подтверждает перевод районных накопителей в режим поглощения.</p><p>Саар отступает от главного пульта, но продолжает следить за расчётами со своего терминала.</p><p>— Окно переключения? — спрашивает Рион.</p><p>— Считают датчики ядра и районных накопителей, — отвечает Веда. — Ручная оценка здесь только помешает.</p><p>Я остаюсь у стены рядом с Норой. Давление ощущается даже здесь, над центральной магистралью, но определить по нему время или масштаб я не могу.</p><p>В диспетчерской жарко. Кто-то снял форменный китель и повесил его на спинку стула; рукав лежит на полу, и каждый проходящий через ряд переступает через него. У соседнего пульта остывает нетронутая еда.</p><p>Нора придвигает ко мне свободный стул.</p><p>— Садись, пока можно.</p><p>Я сажусь. Теперь экран виден хуже, зато ноги перестают дрожать. Нора остаётся рядом, положив ладонь на спинку. Ни одна из нас не может помочь Веде быстрее переключить накопители. Приходится сидеть и позволять другим делать работу, от которой зависит и наша жизнь.</p><p>— Начинаем через двадцать секунд, — говорит аварийный оператор, сверив расчёты двух независимых систем. — Веда, готовность районных накопителей?</p><p>— Подтверждаю.</p><p>Некритические линии верхних районов отключаются по очереди. На схеме освобождается ёмкость накопителей; больничные и аварийные контуры остаются зелёными.</p><p>Городская служба публикует короткое предупреждение для верхних районов: возможны перебои освещения, остановка бытовых подъёмников и временное ограничение связи; жителям рекомендуют не пользоваться переходами до отдельного сообщения. Никаких объяснений о расследовании — только то, что нужно сделать сейчас.</p><p>На панели обращений мгновенно растёт поток сообщений. Кто-то требует вернуть питание административному центру. Кто-то сообщает о человеке, застрявшем в подъёмнике. Аварийный оператор распределяет вызовы, не возвращая отключённые линии раньше расчёта.</p><p>— Второй подъёмник на отдельном резерве, — докладывает дежурная. — Людей выводят вручную. Критических вызовов нет.</p><p>Саар смотрит на список перебоев.</p><p>— Вы создаёте гарантированный ущерб в исправных районах ради модели с неизвестной вероятностью.</p><p>— Мы создаём ограниченный и обратимый ущерб ради предотвращения диапазона, верхняя граница которого необратима, — отвечает Веда. — Решение зарегистрировано городской службой.</p><p>Через несколько часов кому-то придётся объяснять повреждённые накопители, остановленный транспорт и стоимость ремонта. Но сейчас поток идёт к ядру.</p><p>Рион уже фиксирует каждое решение в защищённом журнале, его голос ровный, несмотря на напряжение момента:</p><p>— Решение принято аварийным диспетчером на основании предписания городской службы, — диктует Рион. — Расчёты Веды Крин приложены. Время начала зафиксировано.</p><p>Поток входит в центральную магистраль. Районные накопители принимают его ступенчато, не позволяя одному банку достигнуть теплового предела.</p></section><section><title><p>Глава 45. Не героиня вместо неё</p></title><p>Охрана отводит Саара от терминала и временно изымает его служебный ключ. Он не сопротивляется, только требует внести в протокол: районный накопитель приближался к тепловому пределу и его команда должна была защитить оборудование.</p><p>— Внесём и показатель банка, и расчёт возврата потока к ядру, — говорит Рион. — Решение о вашем доступе примет совет.</p><p>Саара выводят по временному распоряжению дежурного представителя. В журнале остаются его команда, показатель банка и расчёт последствий.</p><p>Авария продолжается ещё несколько часов: районные накопители охлаждают, жилой уровень проверяют по узлам, питание возвращают секциями. Предварительные отчёты подтверждают отсутствие погибших. Несколько человек пострадали при эвакуации, часть распределительного оборудования требует ремонта. Окончательную оценку обещают позднее.</p><p>Верхние районы получают питание последними из отключённых некритических линий — не из наказания, а потому что накопители должны остыть и пройти проверку прежде, чем снова стать резервом. Один банк повреждён, два временно выведены из работы. Городская служба открывает фонд аварийного ремонта и публикует перечень районов, где возможны повторные краткие отключения.</p><p>На Северном уровне спасатели завершают проверку домов у распределительных узлов. Большинство жителей возвращаются из внутренних зон к утру. Пострадавшие получили травмы в давке и при остановке старого подъёмника; комиссия отдельно проверит, почему поэтапное сообщение дошло до разных домов с задержкой.</p><p>Люди провели ночь без света, кто-то потерял оборудование мастерской, кому-то потребуется лечение. Фраза «город спасён» для утреннего отчёта не годится.</p><p>Слушание технического совета начинается утром и сразу превращается в комиссионное расследование. Внешние квитанции позволяют восстановить порядок событий без доверия к одному архиву: приказ о переносе нагрузки, петля данных, отправленное Лианной предупреждение, исчезнувшая резервная копия, временная карта программы, ложная обратная связь и команда Саара отменить поглощение.</p><p>Каждого участника опрашивают отдельно. Нора объясняет ручную последовательность и отмечает, где действовала по карточке Лианны, а где — по прямому аварийному назначению. Веда передаёт код модели вместе с неудачным первым прогоном и замечанием независимого эксперта. Тален подтверждает маршрут транспортной квитанции и не отвечает на вопросы о содержимом пакета, которого не видел.</p><p>Когда вызывают меня, комиссия начинает с границ компетенции.</p><p>— Вы инженер энергетической системы?</p><p>— Нет.</p><p>— Ваше ощущение поля использовалось для управления оборудованием?</p><p>— Нет. Оно становилось основанием проверить конкретный участок прибором. Технические решения принимали уполномоченные специалисты.</p><p>— Вы утверждаете, что директор Саар намеренно создал аварию?</p><p>— Нет. Я утверждаю, что его подписанный приказ направил нагрузку в резервный контур, а позднее с его терминала отправили команду отменить поглощение. Намерение и авторство других действий должна установить комиссия.</p><p>Председатель просит повторить последнюю фразу для протокола. Я повторяю дословно.</p><p>Не всё имеет одинаковый вес. Подпись под ранним приказом подтверждена. Настройка ложной телеметрии связана со служебным пакетом программы, но конкретного автора изменений ещё устанавливают. Кто поставил задачу на уничтожение носителя, журнал не показывает. Саар остаётся отстранённым и под надзором до решения следствия, а не мгновенно признанным виновным во всём.</p><p>Саар даёт собственное объяснение. Перенос нагрузки, по его словам, должен был повысить эффективность переходной схемы; сглаженная телеметрия — снизить ложные тревоги; отмена поглощения — спасти районный банк от разрушения. Он признаёт решения и оспаривает вывод, что выбрал недопустимый риск.</p><p>Комиссия не принимает объяснение как оправдание и не отвергает его как заведомую ложь. Она назначает экспертизу проектных расчётов, ключей доступа и полной цепочки команд. Именно там будет решаться, где заканчивается ошибочное руководство и начинается сознательное сокрытие.</p><p>Зато вопрос о Лианне комиссия решает быстрее.</p><p>— Имеющиеся материалы не подтверждают саботаж со стороны инженера Корвель, — говорит председатель. — Напротив, она обнаружила расхождение, направила аварийное уведомление и подготовила локальный протокол, который использовали при остановке контура. Предварительные обвинения снимаются полностью.</p><p>Плечи Норы опускаются. Тален сидит рядом с ней и смотрит только на стол.</p><p>Председатель поворачивается ко мне.</p><p>— Мисс Корвель, комиссия также отмечает ваш существенный вклад в предотвращение аварии.</p><p>Официально другого имени у меня пока нет. Я встаю под именем женщины, которую только что оправдали.</p><p>— Прошу разделить наши действия в итоговой записи. Лианна обнаружила угрозу, сохранила данные и разработала аварийный обход. Я нашла её записи и участвовала в их применении. Нора Вейс провела ручную операцию. Веда Крин построила модель и рассчитала поглощение. Инспектор Аркель обеспечил независимую фиксацию. Тален Корвель дал транспортной службе возможность подтвердить замеры.</p><p>— Вы отказываетесь от личного признания?</p></section><section><title><p>Глава 46. Селеста</p></title><p>После слушания я рассказываю Норе, Веде и Талену полную правду. Дальнейшее исследование сигнала затронет Лианну и моё состояние; работать вслепую они не должны.</p><p>Рион присутствует по моей просьбе. Сорен заранее предупредила: рассказывать можно только добровольно, а её медицинское заключение не превращает другой мир в установленный факт.</p><p>Я называю своё имя, возраст, Академию и границу памяти. Объясняю, что помню жизнь Селесты Вейр до резкого отклика, затем пробуждение в теле Лианны. Между ними пустота. Механизма переноса я не знаю.</p><p>Нора задаёт первый вопрос:</p><p>— Ты когда-нибудь вспоминала что-то её? Не навык, а событие?</p><p>— Ни разу. Тело иногда знает привычное движение. Её разговоров, чувств и прошлого я не вижу.</p><p>— А когда слушала её записи? — спрашивает Нора. — Ты узнавала что-нибудь до того, как мы объясняли?</p><p>— Только собственный нынешний голос. Всё остальное узнавала так же, как вы: из содержания и документов.</p><p>Нора записывает ответ и подчёркивает слово «событие».</p><p>Веда спрашивает, существует ли способ повторить перенос.</p><p>— Неизвестно. И проверять это на человеке мы не будем.</p><p>Она записывает ответ и больше не пытается превратить моё незнание в теорию.</p><p>— Тогда для любой работы с сигналом нужны два независимых ограничения, — говорит Веда. — Медицинское для тебя и техническое для оборудования. Остановить процедуру сможет любой наблюдатель, не только руководитель опыта.</p><p>— Согласна.</p><p>— И сырые данные должны сразу уходить во внешнее хранилище, — добавляет Нора. — Никаких личных кулонов и архивов, о которых знает один человек.</p><p>В её тоне слышится обращение не только ко мне, но и к Лианне, которой уже нельзя ответить на старый спор.</p><p>— Согласна и с этим.</p><p>— А если сигнал вызывает боль? — спрашивает Нора.</p><p>— Процедура прекращается.</p><p>— Даже если в этот момент кажется, что ещё секунда даст ответ?</p><p>Я вспоминаю прежние попытки дотянуться до поля и собственную уверенность, что смогу остановиться позже.</p><p>— Особенно тогда.</p><p>Веда заносит условие в общий черновик.</p><p>Тален молчит дольше всех.</p><p>— Значит, ты действительно не вернёшь память, — говорит он наконец.</p><p>— Я не могу обещать память, которой у меня никогда не было.</p><p>Он встаёт, проходит к окну и возвращается не сразу.</p><p>На подоконнике стоит чашка, которую он не допил. Тален берёт её, снова ставит и спрашивает, не глядя на меня:</p><p>— А как она смеялась, ты тоже не знаешь?</p><p>— Нет.</p><p>— Понятно.</p><p>Это слово он произносит так, что я понимаю: ничего ему не понятно. Я могу часами рассказывать про Академию, но не верну ни одной привычки женщины с моим лицом.</p><p>— Когда будешь готов, можешь рассказать мне, — говорю я.</p><p>Он резко поворачивается.</p><p>— Зачем? Чтобы повторять?</p><p>— Чтобы знать о ней. Повторять не буду.</p><p>Тален смотрит на меня ещё несколько секунд, затем опускает глаза.</p><p>— Не сегодня.</p><p>— Хорошо.</p><p>Я отвожу взгляд первой. Он не обязан облегчать мне этот разговор.</p><p>— Я пока не знаю, верю ли в твою Академию. Но ты говорила, что не Лианна, с первой нашей встречи. И каждый раз, когда могла забрать её заслугу себе, не забирала.</p><p>— Этого недостаточно, чтобы перестало болеть.</p><p>— Нет. Но достаточно, чтобы я перестал ждать от тебя превращения в сестру.</p><p>Он спрашивает, что я собираюсь сказать их матери. Вопрос оказывается труднее рассказа об Академии.</p><p>— Только то, что смогу сказать без роли Лианны. Что её память ко мне не вернулась и что я не считаю себя ею. О другом мире — если ты и Сорен решите, что она готова услышать, и только при её согласии.</p><p>— Не решай за неё, что она не выдержит, — говорит Тален.</p><p>— Не буду. Но и не вывалю невозможное без подготовки.</p><p>— Тогда я сначала поговорю с ней сам.</p><p>Тален записывает матери сразу, пока мы не успели передумать за неё.</p><p>Нора касается его локтя. Он не отстраняется.</p><p>— Как нам тебя называть? — спрашивает она.</p><p>— Наедине — Селеста. Публично пока придётся оставить имя в документах.</p><p>Веда первой произносит его без паузы. Нора повторяет тише. Тален только кивает; я не требую от него большего в день, когда он окончательно признал потерю привычной сестры.</p><p>Нора смотрит на меня внимательно, словно примеряет знакомое лицо к новому имени.</p><p>— А тебе самой здесь чего хочется? Кроме разобраться со всем этим.</p></section><section><title><p>Глава 47. Контрольная последовательность</p></title><p>Утром в лаборатории нет кресла с медицинскими датчиками. Сорен настояла, чтобы я наблюдала из-за стеклянной перегородки и не пыталась сосредоточиться на переносе. Рион стоит рядом. В рабочей зоне находятся Веда, Нора, Тален и независимый специалист технического совета.</p><p>— Сначала границы, — говорит Сорен. — Исходный импульс зафиксирован внешними датчиками во время аварии. Сегодня оборудование передаст контрольный запрос в том же доступном диапазоне. Селеста в процедуре не участвует. Если ответ появится, мы установим только то, что он связан с запросом. Место, носитель и природа канала останутся неизвестными.</p><p>Веда выводит структуру сигнала. Внутри повторяется служебная последовательность, которой Лианна помечала собственные пакеты при межведомственном обмене. Это ещё не доказательство личности: образец хранился в архивах и теоретически мог быть скопирован.</p><p>Поэтому запрос готовили вслепую.</p><p>До основной передачи оборудование проходит контроль. Веда отправляет пустой пакет в соседнем диапазоне — система не фиксирует ответа. Затем специалист совета подаёт тестовую строку на изолированный приёмник, и устройство сравнения правильно показывает несовпадение. Журнал закрывается до настоящего запроса.</p><p>— Две простые ошибки оборудования исключены, — говорит Сорен. — Личность возможного отправителя пока не установлена.</p><p>Тален подтверждает, что не сообщал вопрос ни вслух, ни через обычную сеть. Его коммуникатор остаётся вне рабочей зоны; формулировка записана непосредственно в изолированный модуль под наблюдением специалиста совета.</p><p>Мне предлагают выйти из лаборатории полностью. Я отказываюсь не из желания влиять на опыт, а потому что Тален просит остаться за стеклом. Сорен фиксирует: моё присутствие не требуется протоколом и может быть прекращено в любой момент.</p><p>Технический совет сгенерировал одноразовую случайную строку уже после обнаружения импульса. Тален добавил к ней вопрос, ответ на который, по его словам, знали только он и Лианна. Сам ответ он внёс в изолированное устройство сравнения; Веда, Нора, Сорен и я его не видели. Устройство покажет лишь совпадение или несовпадение.</p><p>— Если ответа не будет? — спрашиваю я.</p><p>— Это ничего не докажет, — отвечает Сорен. — Канал мог исчезнуть вместе с аварийным полем. Мы не будем усиливать воздействие и повторять запрос до получения желаемого результата.</p><p>Тален кивает, но пальцы на краю стола сжимаются сильнее.</p><p>За стеклом Нора что-то спрашивает у него. Тален отрицательно качает головой. Она не настаивает, только придвигает стул поближе к его месту.</p><p>— Он всю ночь выбирал вопрос, — тихо говорит Рион.</p><p>— Вы знаете, какой?</p><p>— Нет. Он сообщил только, что готов.</p><p>Я прижимаю ладони к коленям. Мне хочется, чтобы опыт дал ответ, и одновременно я боюсь, что этот ответ немедленно потребует от меня решения. Уйти? Вернуть тело? Куда и как? Ни на один из этих вопросов передатчик сегодня не ответит. Я напоминаю себе об этом, пока Веда заканчивает подготовку.</p><p>Веда запускает передачу на минимальной мощности, разрешённой протоколом. На экране проходит одноразовая строка и закодированный вопрос. Затем приборы возвращаются к фону.</p><p>Мы ждём.</p><p>На стене слышно тиканье часов. Раньше я его не замечала; теперь каждый щелчок раздражает. Тален стоит неподвижно. Нора следит за экраном, но временами переводит взгляд на его руку у края стола.</p><p>Я не ищу отклика в груди. Даже когда мне кажется, что стало теплее, не пытаюсь удержать ощущение. В комнате работают приборы, рядом стоят люди, способные разобраться в их показаниях. Я остаюсь на стуле и жду вместе со всеми.</p><p>Первый сдвиг настолько слаб, что я принимаю его за дрожание линии. Веда ничего не говорит, пока независимые регистраторы не подтверждают одну и ту же новую структуру.</p><p>— Получен пакет, — сообщает она. — Время после запроса зафиксировано. Внутри присутствует одноразовая строка в преобразованном виде. Запись не могла быть подготовлена до сегодняшней генерации.</p><p>— Проверка ответа, — говорит специалист совета.</p><p>Тален прикладывает служебный ключ к изолированному устройству. Экран несколько секунд остаётся серым, затем появляется короткая надпись:</p><p>«СОВПАДЕНИЕ».</p><p>Тален садится, хотя стул находится у него за спиной и он явно не помнит, как нащупал его.</p><p>Нора успевает придержать спинку стула. Тален смотрит на неё, потом снова на экран. Он открывает рот, но не произносит ни слова.</p><p>Я тоже молчу. Так долго мы требовали подтверждения, отделяли надежду от догадки, а теперь перед нами одно короткое слово. Мне страшно первой назвать то, что оно может означать.</p><p>— Никто больше не знал? — спрашивает Рион.</p><p>— Никто. Это не пароль и не семейная дата, которую можно найти в документах. Ответ связан с вещью, которую мы спрятали детьми и никогда не нашли снова. Я изменил формулировку вопроса сегодня утром, чтобы старая запись тоже не подошла.</p><p>Специалист совета открывает журнал изолированного устройства. Ожидаемый ответ был внесён до передачи, после чего вход заблокирован. Контрольная сумма не менялась. Входящий пакет содержит правильный ответ и преобразование свежей случайной строки.</p></section><section><title><p>Глава 48. Где-то живая</p></title><p>Через неделю предварительное расследование даёт картину, достаточно прочную для публичного отчёта и достаточно неполную для будущего суда.</p><p>Орену Саару предъявлены обвинения в нарушении правил безопасности критической инфраструктуры, сокрытии исходных данных и вмешательстве в аварийную операцию. Авторство отдельных изменений телеметрии и задачи на уничтожение носителя следствие продолжает устанавливать. Суд определяет меру пресечения; предварительный отчёт не заменяет приговора.</p><p>Полный запуск отменён, опасная конфигурация изолирована. Независимая инженерная группа проверяет, какие части проекта можно сохранить: нижним уровням всё ещё нужна энергия.</p><p>До окончания проверки город возвращает прежнюю схему снабжения и разворачивает дополнительные накопители у медицинских и жилых узлов нижних районов. Решение дороже и менее эффективно обещанной модернизации, зато его пределы известны диспетчерам. Дежурных смен становится больше, переключения идут медленнее.</p><p>Имя Лианны очищают публично по тому же общему каналу, который прежде связал её с саботажем. На этот раз диктор сообщает: инженер Корвель первой зафиксировала угрозу, направила предупреждение и подготовила аварийный протокол. Обвинение признано необоснованным.</p><p>Следом Управление публикует исправление прежнего заявления и прикладывает краткую хронологию подтверждённых фактов. Исправление выходит отдельным сообщением с той же видимостью, что и прежнее обвинение. Рион настоял на этом ещё при передаче материалов комиссии.</p><p>Комментарии не становятся добрее мгновенно. Кто-то извиняется перед Лианной, кто-то считает оправдание попыткой скрыть провал Управления, кто-то требует немедленно назвать всех виновных. Недели прежних обвинений отдельным сообщением не отменить.</p><p>Я слушаю заявление в квартире. Она больше не кажется декорацией чужой жизни, хотя моей собственностью от этого не становится.</p><p>Нора и Тален приходят после трансляции.</p><p>— Мы не будем называть тебя Лианной наедине, — говорит Тален. — Публично придётся учитывать документы. Но между нами ты Селеста.</p><p>Впервые он произносит моё имя. Медленно, без тепла, зато добровольно.</p><p>— Спасибо.</p><p>— Не благодари за минимальную точность, — отвечает он. — Это заразно. Я слишком долго общался с инспектором.</p><p>Нора фыркает и ставит на стол папку с протоколом контрольного ответа.</p><p>— Мы хотим участвовать в поиске Лианны. По правилам, с врачом и независимым надзором. Без попыток заставить тебя снова переживать перенос.</p><p>— Я согласна на поиск. Не на опыты без границ.</p><p>— Поэтому мы и пришли с папкой, а не с включённым передатчиком.</p><p>Тален сообщает, что их мать хочет поговорить со мной. Не как с вернувшейся дочерью — он уже рассказал ей столько, сколько имел право рассказать о доказанном сигнале и моей амнезии. Полную историю Селесты он сохранил.</p><p>— Она задала список вопросов, — говорит он и передаёт мне лист. — Какие лекарства тебе нужны. Что можно приносить. Можно ли обнять тебя при встрече. И что ей делать, если ты попросишь остановиться.</p><p>Последний вопрос заставляет меня перечитать список сначала.</p><p>— Она сама это написала?</p><p>— После разговора с Сорен. Мама всё ещё надеется услышать голос Лианны. Но согласилась не требовать от тебя ответа за неё.</p><p>Я отмечаю, что объятие возможно только после прямого вопроса, а встречу лучше провести в кабинете Сорен, где любой из нас сможет сделать паузу. Это похоже на подготовку к сложным переговорам. Вероятно, так и есть.</p><p>— Она знает, что Лианна жива? — спрашиваю я.</p><p>— Знает вывод комиссии. И знает, что мы не можем сказать где. Этого одновременно слишком много и недостаточно.</p><p>Я соглашусь на встречу, когда Сорен поможет выбрать слова. Честность не требует вываливать на человека всю невозможность за один вечер.</p><p>Рион приходит позднее с ужином и проектом служебного запроса.</p><p>— Только не говорите, что уже создали отдел аномальной энергии и назначили меня руководителем.</p><p>— Я дорожу остатками репутации. Пока это предложение о временной исследовательской группе при техническом совете. Если его одобрят, сначала будут протоколы, медицинские ограничения и независимый руководитель.</p><p>— Не вы?</p><p>— Я следователь. После этой истории особенно хорошо понимаю ценность людей, которые занимаются своей работой.</p><p>В группу он предлагает включить Веду, Нору, специалиста совета и Сорен. Мне — роль консультанта без допуска к управлению энергетической системой. Цель сформулирована узко: изучить зафиксированный канал ответа, не причиняя вреда мне или возможному отправителю.</p><p>В приложении перечислены условия, без которых группа не начнёт работу: медицинское разрешение на каждую процедуру с моим участием, независимая техническая фиксация, заранее определённое число попыток, право любого наблюдателя остановить опыт и обязательный период оценки после каждого сигнала. Семейные вопросы Талена нельзя использовать без его отдельного согласия.</p><p>— Кто решает, что риск допустим? — спрашиваю я.</p></section></body><binary id="cover.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4AAQSkZJRgABAQEAYABgAAD//gA7Q1JFQVRPUjogZ2QtanBlZyB2MS4wICh1c2luZyBJSkcgSlBFRyB2ODApLCBxdWFsaXR5ID0gODUK/9sAQwAFAwQEBAMFBAQEBQUFBgcMCAcHBwcPCwsJDBEPEhIRDxERExYcFxMUGhURERghGBodHR8fHxMXIiQiHiQcHh8e/9sAQwEFBQUHBgcOCAgOHhQRFB4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4e/8AAEQgCgAG4AwEiAAIRAQMRAf/EAB8AAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAABAgMEBQYHCAkKC//EALUQAAIBAwMCBAMFBQQEAAABfQECAwAEEQUSITFBBhNRYQcicRQygZGhCCNCscEVUtHwJDNicoIJChYXGBkaJSYnKCkqNDU2Nzg5OkNERUZHSElKU1RVVldYWVpjZGVmZ2hpanN0dXZ3eHl6g4SFhoeIiYqSk5SVlpeYmZqio6Slpqeoqaqys7S1tre4ubrCw8TFxsfIycrS09TV1tfY2drh4uPk5ebn6Onq8fLz9PX29/j5+v/EAB8BAAMBAQEBAQEBAQEAAAAAAAABAgMEBQYHCAkKC//EALURAAIBAgQEAwQHBQQEAAECdwABAgMRBAUhMQYSQVEHYXETIjKBCBRCkaGxwQkjM1LwFWJy0QoWJDThJfEXGBkaJicoKSo1Njc4OTpDREVGR0hJSlNUVVZXWFlaY2RlZmdoaWpzdHV2d3h5eoKDhIWGh4iJipKTlJWWl5iZmqKjpKWmp6ipqrKztLW2t7i5usLDxMXGx8jJytLT1NXW19jZ2uLj5OXm5+jp6vLz9PX29/j5+v/aAAwDAQACEQMRAD8A8b8a69J4lu7bVb60hguTF5U0qWwhEzqxO44ABbDLk4Fdz+zNpfhvVfHi2PigWr2NxaSIEnfYpc424OevpjnNeFarr09x5f2l2lmjjEasWJIA/wD1mrGjaxfuGa3nYNGN5wPT19qVOEYQsdU6nPLQ9U8faPaaN421rSrQyPa2d9LDA0jZbYrEAE9+BWDbFYysYwqjONqgd6t6Dc3Wr2DXl4TNLJIzPKxyXJPJz3Oc069s2WIOqqNuFwF9zzn/ABr6fCt+xhfsclSnaTHRqrIGGOa5zxHCTq2xcH92vNbltFMF89Y32BtofHy57DPrwePasjUVkm1J3cYK4BP0FPHTSppeZFOOrZveAUK+OLfaM/upM/8Aftq57W7crrF6gXhbmQD6BjXV/Dtkfx7C4/1YjcH/AL4P/wBes/xDbH+3L8R8p9plI47bjU0v3lSVipu1GKOftZFgcb8kd6uSXcLRvIM7gOKintQADllYk8FeMcY5z9artE0THuO9atWMYya2CGMXYMjyZI9aoXcXlyhEJOG5JrVsDCrlpByKr3jRPMTjGKhjdjKfjk0lpbve3kVrG0SPK4QNLIEQE+rHgD3NWp4QRlWFbvwz0eC+8UJdamm7StLhfUb8dmihG7Z/wJtqf8CrmxM+SDkOK1sZfijwprPhnX30PXbdLO+QISrSKUwwBDBwduOeufX0rEMfzKu4DccZPAFe5fGW4X4g/Cbwt8SkjjOoW+7TNXCLjDAkox9B1P8A20A7V4bKDnFc9Cs6kLvfqXKNpeRveM/A/iHwjZ2F3rkNpDHqEQmtfLvYpTKhAIYBGJ24I5rN8KeGdY8VaymkaHZtdXjK0m3cFVUUZZmZiAoHqTXq37StvNLp/wAM4YIXnlPha0REQZZiVUAAdya7L9nNNK8K6/rPhBfJuNbXRZrrWLlSCYZQyKtqhH9wMd5HV+P4K86eMlCjzvVmsaScuU+YJUaKRlWRSVJG5TkH6VoeGfDuseJLu5tdGs3upbW0lu5VX+GKNcsfr2A6kkCqSxZGAa9k+C2v2vw1s9L1+9iUy+ItSFrJvXJjsI+Jn/GR1+vkmuvEVZU6fNFXZnFXdjxdCQPuqfrTc+wruPjT4T/4Q/4jappESbbNpPtFng/KYZPmXB9uV+qmuJZelaU6iqQU1swacXZmhB4f1m58MXniSGxZtLs7hLaefssjgkDGc9vwyPUVnRKM9MV9HfDR7KWxuPgZeRxJJq2iNdSSsPmTUXHnKp/3I/Kz7xkd6+e721uLO9ms7mNop4HaORD1VgcEH8RXNhsQ6spRa229ByhypMgYYFIELHjk1KVPpXr37KmhaffeOb7XdVgS4tdBsHvVjdcgyggKcew3Ee4FbYmp7KnzPoTDWVjiH+G3imKyhvNTi0/RYZ13Q/2rqMFm8g9QkjhiPfGKp+IvAnifw7p8Op6np6DTpnCQ3sFxHPBISCQFkjZlJwDxntVPxZruq+J/El9rmsXL3F3dyF2ZicKOyqOygYAHYCkh1a+h8MXHh3zS1hNdx3nlsSQkqI6ZUdsh+fXavpWMY1VZspmj4W8BeI/FOnahqGiwWk1vpsZlvGlvIoTDHgneQ7A7eDz7Vy7LtYruBwcZHQ17T+zvJKfBnxSiQDDeHmDfTbJXI+AdN02xjm8XeI4Vn0vTn229sxwL+7xlIf8AcH3nPZcDqwqVWcZTUumw7aJnOeJPC+teHbbT5tZtPsh1G2F3bRM6mRoj91yoOVB7Zxmr8XgLxDJ4IbxoI7T+xEkMTXH2uLIk/ubN27dz0x056V6F+13fS3njTw9dyhVkm8PW8jBBhQWeQnA7DmtjwZouqeIf2Qr7TNJgFxc/8JP5u0uq/KI48nLED0/OsFiZOlGb0uypRs7HjPhbw5qfiXW7fRNISKW+uCRDHJMkYcgZwCxAzx0zVLxDpF7omvXWiaiIo720mMM6pKsio46jcpIOOhweDXr3wH8C+KdO+K3h2+1LSfJt7e7DSP8AaIm2jaewbJrzz4sAt8VvFzbThtauyP8Av61bRr89Xli9LC5Wo3ZB4x8C+IfCVjp97rkVnDDqMQmtDHeRSmWMgEOAjH5eRyce2ai1HwlrGl+G9O8QagtrBY6khktM3UZllUNtJEYbeBnIyRivefi94XkvvBHgTxVfWcl1ouheFrWS7gibEszMFCJxyiHGWfHyrnHNfP8A4l1rUPEOqyajqMqtIQEjjjXbHDGowkaL0VFHAA7VOGqzrK33hL3bGVWhf6Bq9joGna9d2TRafqTSrazFgQ5jIDjjpgnv7+lQ6Zp9zqOowafaRmS5uJFiiQdWdiAB+Zr6FvG0zxn8IvFfgHTRHJceC3juNLdRg3CRrtnceu5xM3/bRKvE13Ra00vqEI8x83pXeN8LPFSaVYarK+iQWWopvtJp9ZtYlmUYyRukB4yM+mea4NOhr334n+GNX134JfC1tHt47h4rG5EuZ0TGWTH3iM9D0oxFV03GztdijFO9zyrxT4M1rwxDp82p/Yng1ESG1ltL2K5STYQH+aNmHBYVpab8MvFGoeGIPE0R0mPSp5vISe41W3hHmYzsIdxhuOh5xzWZ4s0TVfDEkOi6o+2aNFufJVwyxNMiMRkEjO0JnHpXqGmwTX/7JdvBbQSzyjxaSUjQsQPs7DPFaSm/Zxaau3uJK7aPM/FHgfxP4Xgt7nWtLeG0uRmC7ikSaCX2WSMspPtnNZcTbUC4r22RX8Pfsu6ho3iUNbX2o6qJtJsZxtmCAxFpAh+ZV+WTnHf3rxiOEtnbXVg5yqc3N0diKi2LUCxtEkZ9eGOfl4/+v+lKYAMYJwRxlafbJgYccAjgdTWjYW/nkZIVV6k9q9NK5lYoiLbGY1ZdrEE/KD0BHX8TU9vC27Mv6mtNrW3X/UvuJOSSOlW0W18jMp6dFVeDV8jHGy3ZJEkEkcckiRogHJx941oWt1ZQwMIwBk9AOazL24WVAiDCDoKqg88VsqSe5EsRKL901pNSlE2BzGOgNVzfyBiTGFVvmXjqP8g1TLAdTRfB1EBA4MeR/wB9GtYpJWRhKpKT1Y253F92881XbinESMOas2tjJNlgDhRzxSd5bDsygTk0VovZMRlu3tRU8rKseX6U9r5gaZd6kEFc8mtbwvIsmomGO7bT7afEUzqhb5CwJJUfexgHHtXOWlpcPCbmKNmVTjIHA/zj9KmtrryrkO7YyQMV8NOSlHlR6kbwabR6xd61YaS8unWVzZXqwxBYp4sqkr4+YkEcd/xzW3DeRajpwaLeokwWRjgr9RXkIkt579ESNgrjJYKGDH3zjFek+H7+y020hjlujJvPl5ZlJxgZ/Dmu3AYudOcYTloVO802jQFrs6IG+tcityWnaIoCXkBLE89eldzpOqafqUwDkwmR9sQlwC/0FcIsinVYwI8Ybnnqd1ejja9OtycjurmUYOKbZ1fglhbeK49ijJtZDk9jg0amm/U7o/8ATVv5mk8OSi28Uq5Teq2rhhnB6GtLVbFzdy3BVlErl1BHYk124K0ak0jKpd04tmPFEZFKuij0NR6lowSL93KkhAz8taE0ckiugjRdq4yueaxnku4Bgk7c4PvXbO3UwSMOeFo39aryKec8ZroLe0hmffLJ5Zxk8VSntkE5WJiPQiuNo0tcw5VkBGw11NvPJo3wsuTKCl14juhEueotIGDN/wB9SlR/2zNY8ltIsgOM4rQ1PUNW1i3t4tRvZ7iO3GIUdsrGPRR2HFcdelKo0lsmUjtP2f7y21nR/E3w1v8AaItasmmsi3/LO5jGQR/463/AK8ourGW2uJba5UxzwyNHIjDlWBwQfxrqfC8et6TqJutKuprKZl2LNG2wkHsD1o11pLi+mutTupry7ZsSSlgxZvc9/rXPSoSjWnJbS/M0TvBX6HrnxX1Ww8O+F/BWvJIlx4kHhm2ttLixkWmYxvum9WUcIP72W/hrjP2YNq+N9caZS7vodzlm5JJePmuE1W8vL+SKS6mluGiiWFDI5bYijCqM9AB0FGj61q+ivK+k6jc2LygLI0MhQsAc4OK5p5bJ4aVNbspVo8/N0RlaXpU+o6jb6fYxmW5uJVijQdWZiAB+ZFbXxSuYZ/FDaXbDNlosS6ZbEdGEWQ7/APA5C7/8Cqrpeo6np+pDUdOu5ra7XOJom2uM5zgjp1NVL37Ve3kt5dyNNPM5eSRuSzHqT6muz6vJyUuljLmuj1H4hCPxv8C/DHjJAW1TQidJ1Nu5Qf6tj/44frIa8++Guhw6r4sgN6gfTbFHv7//AK4Qjew/4FgL9WFEGt67aaPJo9rq95Dp8pO+1SQ+W2euV6HpTNE1HVdJS5XT764tFuk8uYROQJE5+VvUe1Y0sNUjGdNd9PQuck2matn8SfENv4zi8UFNMa6W8+1MRpdsrt82Su8R7uRkZznk1tftJ6JZweOYvEmlAf2Z4htkv4GAx8zAbx9ckN/wOuFW0B/hrV1LVvEGpWMVhf6xe3VpFgRQzSl1QDgYB6cccUvqThVhOCt0foHtbxcWcwsI2Dnr7V6Z+zb4n0zw144ubPW5lh03VrU2kkj8IjkgqWPYfeGe27NcQtmT6VG1qyseK68ThFXpuD6mUJuEkzU+IXgDW/B+t3Fre2s0lpvJtbsKTFPGfusG6ZwRkdaoXPhLWIfCcniS6tZbWy+0x28PnIUacsrsSgPVVCcn3FammeLfFuk2aWWm+IdTtLdPuxJcNsX6DOB+FZGq3uq6rc+fquoXV/N2kuJmkIHoCxOKwpUqytGVtOvf5FynFv3T1b9l6wtLrw/8Qba+1GPT7WfRhHNcv0iQ7wWxnnGelebfETXLTXNRt7bSbd7TQtOi8jTbdvvbM5aR/WRz8zH6DoBVSylvreyu7O3upora7VRcRKxCyhTldw74PPNQxQGNwyjkEEfWpeEftHPuHNokegftKwi51/w7Mxxjw/bADrxl6uaZd+T+ytc2yRMP+Kj3lie3lpXAa7q+r6yyNq2o3V80Y2oZ5CxUegzVi21nXf7JGjDVLr+zv+fXzD5XXP3enWuaOBqeyhB7p3NHUjzN+Re+B8L/APC6PDVzjAF5kj0+U1nfFqNf+Fm+JmUddVuT/wCRWp+kXWoaNeC9069ms7kKVWWFtrqD1wRyKq35vdTv3v8AULiW6upDmSWVizOemSTyeldSwUliXU6WsZe092x674/8caj4TufhjqMFulxZ/wDCMxW+oWjfcuoSq7o2HTtkE9CPwPFfF7wPp1gln4x8HyNc+E9WG+A8lrOQ5LQt3GDkDPPBB5GTh67qmt61b28Grald3qW/+oWaQsIxjGFz0GB2pdKvtZsNIm0uDVbyGwnOZbZZT5Uh7krnHTH5VzUcvq0WpJ69fNGspxlfQufDW0l0qz1rxmycaJbYtSen2ubMcRHuuWk9tgqx+z34iTw58W9Jubk/6Dek2V2CPlKSjaCfYNtP4UlgdZt/B9zaXeoXFroryrutnfZFMzZO85GDjaOevIrDkgtdNlTULbUYS8Tq6Nbyh2jYHIPbBz/Kip7OfPGUlroVGlUtFxRa+LPhH/hEfiBqulKhFp55mtPQxPyo+oB2n3Brr/ikgm+E3wz42qLS5wPTmP8Awri9b8Rx+JnC6t4jvdRvI/liW8PRDzgMSe/bj9a1PDfjvxM81rodp4l1azZV2QwrckRhQOAuCPyrG/N7OLavHd99LDdOSvZaMxtU0bW5NCh13UYJo7IyJZW0kyEGUBSfl9VUADPbIFekb30/9lizOm3U0NwfFPzNCxU7fIbjIPsD+Fcd4i8Q634gdYNa1u71IwMfLW4nMmzI5Iz6/wBKhi1fWk0YaJ/adydMByLXzCI85Jzt6ZyTzXoxw9SrCO2juc8nyNmII57iR5Z5nkkbks5LMfqTWhZ2kQUM2Tj04qwLfb3x+FTQQO52xrmvXhSilYwcrlJraVySqk/QVs6XYMsKvMQqZyc1dsowsRDxAcYGDSCDI8veApyeR7dKuFNp3Kul5sz7hB57GPpml8ogcmrcdvslxtzUxgz1Fa86RPsZPUyygB609IGzVySJR2p0CMD061SmiXRaMia5j/tKK0XcpwS+R0Pb/PvXVapaJJpukHbkmzOTn0mlFcXq0vleJVYNg71A/IV6LqDpd6JpUlpC+23iktmY8BnWV2IH0DrSpPVowkveRzctpJjYka/WpViaKHy1clie/ar0SThwrghW61LqGnSlQIzwOScVbcY7HSqcnrYyZUA+UMD9KKS9BgUJG3P8VFZyqpMv2bOdQzv4ffRleOO1e4+1ELCm/wAzbtzuxnGO2ce1cxF4Lu31KNob2DyXf5nkBGwE9eM5xXU2ckbvtB61pBAoAAry3gsPVV117C9tUikmcf4l0C38J34il1ex1KWSLzCLRnZFz0G5lAPrxmuda9eaPcx4wRkHpXrN3p9rqEJhu4Y5o/R1z+XpVW98BaV/YlxBZebHO+WjLSZUEDgHPbqfWuB5NVjG8Hcc8Wr3aMrwxfaNYaVDLczwyKz7UBTc0blT3z0zntTdJ2SSR3AYPtKByP8AeFcjaaTcG9n0q4dI5F6c5G4dOffmtewgXT7+K3uy/lhhuI6qPWuNOVLljbqdiq+1i79Eeo+ALeO78fRRbd/7ljj6An+lb/xEvJbbXLa2kZ/K+z5SNuiDzH4Ht/8AXri/h14k07SvEzarcSExRQMqqBlpDggA1b8UeIT458R6ZcwCZIrWPy2DdFAdmCj25/Wu6lKqsTzr4RxlGOHUb6lyCeOWTaQFz7UalYxSIUR+W6fL1rT+wwjDOB9KZNZoJkZQc56mvalXa3BUL7HKTadLC+1mBPtSLY57V2qaR5yho4i0nqK6LQPAMkUf2/WUaGADKrjnPYt3AzjPevOr5jQho3qaRwczzHTfDt7qN2kNvHhWYL5j8KCenNX7iwt9DvgkqJNJGxDByDnHbHQfjXd+NfFlmmjR6NodnDDFCSfOMY3Zxg4PH515bdTyTgmRiWY5JJpYb2tdOVTRdjKtGNN+6aviHVDrVx9ot7RICV2lIlwOOP6Vzv8AZ7SS/KOtTW4kjYlZGU9sGpXEh6nFd0YRgrRRzuzd2UJtOcAjAYjqM1UaxcMcpitqPzEJyc5pXBbBAptBy22MWKyYZ+T9KU2nt+ldJbW52bygwemeau2Hh+a+cm3KquQGZgQAT0GemaynUjD4nYuFCUtjkPsDNFuCE/hxUtvp/wAgGzOPQV67pnws1m72OtvOsfYnKIo9PU/pW9Z/Du004+ZfXNhCwHCrLzn36/lXkV87wtL7Vztp5bVm7WPCzYYXcUO31xTls1A6V7dqfh3QpkAF9beYmMMoxWXfeA2uVnm09ECqoZUjfO7nH170qOfYWe7sXUyqpHY8jezGelMexDLXsM3ws1qNQZLZArDLSOTkL3IH+NYWoeDrm0XbJ883/PNADgevPP6V208zwlR2jNHK8vrJXsebCwzUbWm08pXYPYGJ2RgQVOCCOlQnTtxyUrvjZq6OZ05J2OUazz/DimmzPpXWHTgOigUh0xG/hxVcovZyOZiswy4ZelNEJVyFXFdU2nCNBgVVa1I/ho5UtgcGjDFuW+8M1dh0qVoUl8l9jnCNtJBNbGn6UbyeKBQN8rhFz0ySBz+ddX48NrHDZ67cXs9lYWtpFFptnDN5DzkD5pGXGR24Bye1eXmWZrBOMUrtnVhcE66beliLwL4FZ9P1S91SBoBFBshWZdm9mBzyTx0/I15v4nuL7TI7jUrUafFHYyBV5jn8zOcYBBA6d8Hn1qT4ieNL+1P2aG+uJY7m1V2eZ3fduYgld5OOFwD1wa81jvLrUUWxeeOKIGSTLHaudvAJ/DAHvXzirV683Uk7J9D0JqlSh7OKuzfufHl3q4nbxEgvmMaJEpwqggjLH8FwAMDkmuVu5pAdxfAPXY3A/OoZbUAj/SYT9CaapkSQW6PgSEKxxnIrohCMNjgnUlPcYsyZEn8QOQale5kkGA5LdqilhNvII5lGSMgg+9OZWt7lXYZXOM1ojO7LlrcCQrNMGmlTgFnPHpXR6X40DzrbzwQxKeAwB4P51zd/aNJOstoQykZYA8gnqKZPYOJvJnGJD904wTW9KrOlLmixOTasz13TZ7G7jzPPDFJ5hj2785PBz2OMEdq1UtBCK8h8Pane2DyxISI51CPgZ6ZwfrzXr/gu4m1kf2clrdSTwnaCYwCwxkHbkkdD6gV7uFzCElaejMnRv8IqpzUkMZLjFW9XiWwlktnRxKhwQVxzUVnqEcc0e60jZMgNknn9a7HWjJaDp0WpakggB6DNRSQEE8VqajPZ2926RSfITlRnJAPQGltYBdDdGwbNZ20udV/smMLYyNtxyastp7GPhTnvxWxdaa0AWT76+oFPt5ZtxB2jPtVLa6Imkm1I8s8RCf5ZHVT5N1IA4XBPI6nqfp2r0Dwdaz3GkXKeacreebhhwpcHp+Qrg/GDeXfTfKTm9lPoOMV6poCeXoF3LbtmYy2ibe+Wjlz/AOginWfLOyPEpcrrQ9WVIAJI1bzYZQCQSBjkcUmoailhIqNEJNwyD6Vk+CN00d4ZjgJcnH5An9TWveWq30ht44i3BO4dqU/NntUat4+6rM5O/k8+Z2VQNxzRXRy6L9mt92OvrRSik1uOdPXU8sVMKKt2lzPG4XzCy+jc1CpXj5l/OrFqmX64r4WGIq0neLsei6UJ6NG1aanECvnKY/fORXR6dNHcQgpKsiHuO1ee6h8s2OuKks765tgWt5GUkYOCa9rC59Ugv3iucFfLac3aLsdNNomnweJor6RN4mcq6gdeMj6jNal54Dv9Vmk1zTwZYrPaJIWOSF55X1+nX+Vcrpmvyw3QkvF88j+LgMK96+Fer2d94c1YafPHIyqu9WGHU59PT3r1cLWwuLbdtd9dzy8dGvhoXXkj59tdIgfXJIbONZfs6NK0TDiRVGWGBjtk8c8Y71qeILpZtTspPCtq1pavahkhDswQl5GIUsTxkkD2Fa/iDSfs3xd1O3t1aN5YQYtpx87wg8dhyxrp9MvfCbafCms28sVwoEbTwMA0WM7hjBB5IPSuSpUhTqXtY9Clh3ONm9jhNE1mWZWnvbu6aQNtaDZwmCPT6/pXqvgOKxv7FnLiSV02oMdz3/z61nn4f6fMbW40TU7fUY7yR2MbPtkHJwT25wOAc5PSvT7fwHN4S8JyXc14ttc7QCCpyinqsZ/v9v5Vw4/F/u7J3bPRw1O3vNmt4G0Xwvo+kXGtandxyTIeY842N2KjueuPxrifihrgu5IrczmKB2z5Q4fHHzMO2c0zVop7G1ivZ5LW2twm63ieXLu59AOrcE5IwPyrznWnnvL15SxJPXJzWGXYD201VmtV1N61V007bsZqFzBO/ltGZQgwGU4OO2ay7lUbCLbIvGNxHNWLTS7w3QkEZYE4GBXRy22m2wYXKiabaPkQn5Sa+gtCG2pwwg576HNtpxMUchCbWXqtR/2dz/8AWrqINThWJY105PlGMsx5os1+1SSF4o4kBJ3IuKzVWoleSNHRpyaSZzZ0eTZvVcipbLQ5J5NhVkHrszk9gB3PtXe2NhEkflfNLK4wsSY475YnpivWPhn4JgNsl/d20ccKncDty0n4nnHv37VwYvNfYxdtypYaEVds828E/CW+1ZEmu4HtLPGN8zhSV9Ao6fnXoK2XhXwfar9ntVuZ41wkrICF9doJ4z17n3rpvGHiBLdWs9OheYrwUixgfVvuj8zXmd1oepazK9zqF1FGq58xIBu2D0aRuAfYA/XvXw+PzStiZ2cj0cJho25mrLsYvjX4oGQPD5sigdMPj/0E5rzTUdR1HXJmNvaXLyP3EL4/+tXdapa+FtEOAbSWcEkrAu4fUyHBP4YrDv8AxWrny7SJYox0BcgH8BisKUU1otTrnPl0Wxz1vo3iaOQbJI4cjLeaTx6dBXQeHz4hsJRMt/j/AHAW/nWcut6pcuFgSTHYKAgP55qveJ4suIT9mdUHfcA2PxAFdnKpbo53No9Uf4p6nBZJDdWBlcJsLMuT+H+TWIPHmiXl4PtenwRsCodpYlLE5z1x6ivM5tD8Qoglu72OJR1Yk/1FYep/aI1Mb6pDMO+U6f1pfVIbrQI13HZHt12NN8TPEbSOOMygnCKpIbPfH86zdU8MXdh8wtm2KmXYDjOcc+ma848Ia7PY3AFrdxxTFTtdG6+3Ne2+GfGEGsabbWOrKWniAiBJ++Peu6lmOJwVvtRQ/ZUsTstTz2aybhsDDVE9ngZK5r0fxJ4cuY4jfRRL9kySoX+HOOv6VyclrJuxivscFj6eJp88WebVwyhLlOee3GCAOKbBZjzUZ49yAgsucZHpntXQvZKEzjn2qfR9El1K9itkVh5jhAwXOPwrqnXjGDb2OZ0W9ix/aXgrwq2nS2aS6pqcx8y1kuPlhbBJYZ6BuGA3dwK+efiZ4t1nWfFTSySSMsEuYIpOow2Rx3r6G+MegaD4Vt9G1NrmC6u7AFliEgyDkckdeT1z+lfMXiDxUWvryawMUMs7hleFVQqD23AZHXoCPfPQfBUaksRWlNtyXdnpYmMKVKPLpcZ4k02e7MN7dM1ugiCLHICJUVQAAQccY6EZ6Guejs5JFeS3DlV6FupqxPbanfxeZ80meWJb9T6VLZWV/p8C3UU8SvkYUtkH2NejTTS3PMq25tEYjebFIfOQrmrtoh88M0+3H/PTgH8a1PFd1puq2VvfWkBtp0Gy4hByqt6j2OM0scmnXHghxJE5vonwHzwV5/kNv5mtznuT/wBk3GrKA1s0coBKtt4JpunWLSxSw3REUqlomWTjBHTP4YpfBviu/sbdtKTY0bcxM4BZP9kN6e1SR/aNcTUwJUDRRfacEgHGQOPzB/CrUr7jaVk0UDYXdtZm+swzrHJsfPOT1H6cVHrerG8CRyxkSR4IbgEUmg6hcWJljnXzIZTsZXPHf/61Z06yXVw7J82Bx9KblZWRFjpLTULdtORJRGDIXOVbpjnn860PDfi3UNMvxdtPM7DGyaNhlPpkVwpRra5IbBKnGOea2rGWKRGZoMR4ySrY/GqhUldIak1sfTHhO8uPifqz2UwhOqGHzElAWMSbUGOh5Jx75P6YGu6Pc6deSW1xC8csbFXBGMEVxPwa1N9KvIZ57uKCW2nzG6nY8kbZ3KccEggHmvpbw3oPhvUtN1CfUtVijkMRkjSX72Sf4TnkZI4+la/WZ0dVql0O+lR9quY8ORcyLXXaVHY2unLcC8UEkAoetWbvw9awLdmS8jVojkAqfmHbHr1zXOLaNNIUQqyDoc161OsqyvF2EoKi7tXNpdY+23ItC6pAMnITAH5VaaLug+U9/UVg2sUtrccw7vwrbluGttMmvpiFhiXcYwPmPtVe0cXZbEypqScpM818ZWLFlmYZD306/TG3/Gu/sj9m8P6teTgiGD7FIxA55jnx0x6VxHjjxLbanDa2GnQSJbwytKrSEb2Z9pbOOwIOOeldXLqVlZ+AvEdlct++urexmiA7CJ2Vs+h+f8q68VU55KUVskfKYe9OrBTfWVvxsUfh4rTaTcupO5p8kk5OdoroFiEeSvX1qr8LIIptIlMShQxEm4scHORnkDHT9K2dSSRYStmoklzgEHioqVYxfKe9g6bnSUkZUokkfliaKqS6kbUmC4BMgOCV9aK1jaSuhysnaR4pGk8bYSYFfR1yfzra0P7Q04Uqwz/d5FZl/HJbXb274EkblHAORke44NehfDDXdK8OzSXep+H7XWUmgKmGdyuw56gqeD/jXwcoTnH3Fc9GFRKVpHKazGY5xkg5HaorcYhz6VufEBrbVbuLXdJ0j+y7K8LLFB5/m4KnBwSAcZ9a3/B/w61TWvDlvqMd3asSDujyTJwxHTHPToCawhsdHK3JtHAMPnzWhoeq32k6nFe6fcPbzp0ZTjPsfUexqPWLdtP1e5091JaGV4n4wflOD9Kjtdo1IFMhA2VVjkgeh4/Wuujh5uSadjmq1IpNM9SsJZ/F3xZhvUhjEtxYJ8iDCrJ9nwR+DV0mvoPBt0mj6zpVhqNpcK0rxzqS28MyFlYfdPygcZ6Vxvw6umtvG1vcKM7Ld8jOMja2R+tdj420zVNY1LQ9UsopLiZYTFax8sTKJnbJOMcZB/L3qsxuq6u/dsa4WV6D73PT/gvF4SjgkupJvJuraPMVvOwzCAo+fOBk/wAvrVfxp4r1fUbme+uLO0bSLUg2iyc+YDu+Y4PBO08dgRxXlnjGc6Tbwabpl1bmeNidQuJAyyTytjIV2G0xgjjnk5PcVyWp+I9e0aZWgmvoYpjiTnfDJ+pVh7c10YTBVX78tjhxOMhGdlvtr+hs+ItZ0TxT4h86/juNOIOE8uUukQPsckjPYY61p+HfCl3JIl1bX1lqEZHSKUcH0+vscGuSi8b2LPt1Hw3plyrgBpFj8plwABtKYC9PStrw3N4TvJgx1q90ad3ZkPk+YqAklBuBDEgcHjrXtU60qcOS2npcwSjzc3Nr5nWz6fdadMbW4ilglUAlZEKnH0NZV1ZCabYY/wAfSpTqmvJfCy3w+IUGVhaSE+YVAJ+VxhugzjJpbLxJ4dkmEWo2t7o8gypZVMqE9Cx6H8Nv404JfZep1yxSskyl/Y87Z29KtadpU8Zyi5kZsIvbPqa6XR7CC/ffYX8F/ubjyWBYZ6ZHY1s2Gnl5vK2ncjBXOOTg8gD3NceJxU6SO6lShUV1ua3wp8JRzMLi6TdGhBfd/G30/u+nr19K7vxh4ms9HtFs7aE3N0w2RWsfBb6+1ULZ5bPT10ywjQTuCWOeF9ya5/xJqOmeD4Jbm6uFudZnU7SFBKD2HRfr+dfBYvHzrTdtjaOHvJc3yX6nOeILtrcNqfii+LMebewt2KofYf7Pqx69uOT554v8YavfgWsax6faIMRxqMIB7L1P+eayPF3jWaW6mWOUPeTNyFyzKPTP97+Vc3a2upX8kbzb/MdsBQdzms6OH+1I65TSdkXIz5s4Qy/amPV5DgfkP6muu8N+FLm9xNcKixeu0An8as+E/DEOmRfb9Vmjd+oEgAVB/Nj+OKdqviy4ndrTR2ZRnHmBcvj/AGR0A/z712pmMnzHU21homiw5unjd8YKAFz+P+RXOeLPGNlptqSNkSsPlRXVnYfRcgD61jL+5ZTIZLzUPvASOXWI/wB4k9WrCutEvNTnmmupyIIzumm6AH+6oHU07kONzkfEXiTWtemYWcQWIHBZhux6e1Q2fhLxTfqZSojjHVmAVR9Sa9ZsPD2l6DpH9t65EtvAg3W9sfvE+p9Sf0rzDxp4s8Q67Oy2Cm2shxFHHkcfhW/tOxDhfcqXXhG9TkanZ+bwRsfv6Vf8P+Ib3TJBaaoALiMZB55APBBrkYLPVzL5kqybx0bGCR6H1rScXMtvEswZpoG+Rj1wfWqlLmVrhCLg7rQ+hNF8fr4os49PuplSdhjepChiMfKf89cVauLMDb5bq/rjsa8rtbWR9Oie0hX7RjdJtfaR+HU12fgG/kllWzuJCr4ICs3KkV0YGt9Wuvsm0pc+ljVktWBJxU+hw376nDBaGSJndQ7RnB25GeR0ravoW8nCKAT3PNM0CG5TVVeMwqQPvyAhY+24nPavbr1faYafoYKk6dRXPM/2lNKtE1abUru5jkEKqkNiGbAOOSzEknt9a+edP0drq5FwyAhmwFCgDJr3L48JdWxsra7vbe6lAMslsrElHbGXf1OAAPTFQaTpum6DZaFNfW4Z5rZ72VWGSh2kR/rggfSvlMLVdKjob4igpz12R57ewQyiPTbVNlpZjY5B/wBfLklmPHQHgewrJv8ARTGC8RYo33l9q6TTIwyjeuJFYh8nnIOD/KtlbRD/APqrp+sez0MlhVUTueNwWcqXksLKQjErgilFtMLVbR+VySD2r16/8PpdRxm3gRXLfMx9PSqmpeA/OUTPdMGAwEQcCumGMujkqZe1seQ+TJazB06rVjQ5JI7mWUsR8mMA4znivRP+FfXUEJnMLtn+Ic/zIxVH/hEpLXFzMpIzlY15J9zzW0cRFmH1SaexyjwuGNxcjBYYA7mn6eYLmQW0iNbbh8rk5BPoa2r+IR3Buby1EsKjHltux+hzW9qOo+ENS8PwEWIt723Tb/osLbce5J5P1NbQqKWxlKi43ucI+i3OZDMSChPLdz9fyq5ptvHbPNDG6y7o9yqTyexH481Zvr+1ubMwFpC38Ejrgj2Iz0rBtP8ARtQ/eSAuDxjoa64uKd0czNOzkliZChJVGwV7kA9a+i/BrS6tpUN1G7zLtAD45I7Zr530Q+Z4ie3kJUIC6kdRx1/WvoH4UQXdh4dXTnglMiTY5z0ZVYAZ7AMBSo1H7RxPTwsbw1PSrbQdGl8LpLe6ni+aQx29sRlmOMhSemM/zrh59Me1nYLGQV+8K39kwnFtcxMoJBUEcqfWvQofDlzfaL/bFxAVZPlkk/56Y4DD6/40nWlhJ3ve52RhGStI8igTMRaRCGbkH0rnfiHdMmnQWobaJpct7he3616Zf6XAlw32g+Xvb745A+teb/GpoYotLisZFky0u8BdpPC4ya9PC4mNSaSOPMKLo0JNM81lt4gYfPcW0coJjlcMQcfQevHHeu5+EtofEs+u2uqqJYZdFmcLj7u0qylT2wR2rgPCt5GPEVtNqUcVzbqCCkkIkGNpx8pIzzjuOlepfs/mR9W1IRcOdFnx/wB8iuiupOjKe1z5yMoqola9jK8C3VxHt0uAbYxbK7jP8Wf8MV11nBdrMWjb5iMZ9KwvAdtbzeNb8XT4WSAkuRyxBUEY7ZJNd7PBZ25D20JZsZ+cYX8s0YycozUEunyPZyZqWGU27eRyN54fllkbcpLsc9c5NFdgNWkkgKfZVjf+9nj8qK4va4ldPxPSlTw0ne58s6xdTXetz3EpQSSSMzbECrkkngDgfQV1F2ZGg02WbaY/KIQxoofds3HcByeccn0rk7mTZNNEiIFZ8nI+Ydeh6jrXXXx8zTNLHkxgCBFLLkdF6n3/ACqMJSi+a3Q8GrOStdl2S5S58N6Rb/8APtLL+sma9F8M6g9poVmi5CbWJx/vtXj73iRxLDHkiOR8FhgsN5Iz6GvW/Bum3F34SsdQNtMYSrjzFQ7eGOefxrgwVKnHFS9ps7/mezGrN0lyb2R5zrUct/4x1CRRl3u5GIHTJYmqf2e5PiGa3nieOdLhlkWQEMCCc5zznjvWlfsBr16W2r/pEgGepOTwB3/xxWpo+mI3iO4kdcA3L4HcZJrSdSFJ3Xc43SlUnbyOn+Htip8Z2kQnghMsOwSSOFVchhmvpzXrfT9C8LwaJaFAXxHA2PmCnhnHfJDHn3r5cv7C5ttaa+n3eRHb5Zm7DJz/AIVlWfjvV4b/AO2Wl9JG0bDahO5BgjHBrmxOGeLnzpm1KapJKex3mt6XOttM5jV9pxyDXLab4Zj1Hzfkmhf0gbG7Ht0NejajaXlrK6tuYNhgW6kEA8/nWfpst9pWoG4i43HJAXAx9K9PDYiSoeZ1V8NCpVTa904U+AZ7eYXBYXCBTmOQmNmz6MAwJ/Cs46FcQyCYpc24Gc+bD5yD/gceT/47Xultd2+sBkv4kQtwpB2gCq50hWR/IaJoRnDqwxxRQzaKfJUVmYYnJFWftaUmjws3moadcpJb3pjYZwYZeR/UfiKvw+J9QYGLUbeG+tnDAC4Qnazcl1OeGzzmu91uysbrXk0i6tIJJVtnk3v1HKnj06GqN14LsJ7XyIrm5gHpu3J+R/xr0OanL3jzpYSpT03MeG58PXOo2k2nxXmiXLuQ0kcrSxAnpt/jHX1Ne4/Duw1Py4bmfUItVt3TEcu0bmYHliSAT6c9h17Hy3w34KvILuOWOO2lEbZ80OflHbCnOT79MZ4r1VtSPhnw0Jz5jXDrkBvvL6AD0r5PiDF+xioxe56uW0KjV2rM2PGvjHSvCljM5kVrvb820Z2+/ufSvmvxPr+seJL2W8Zmhhbku7fd9CR/EfpXQeIgJJZNT16SSaSVd1vaCUqCDzmTjgdTj/EVy9qbzXbplgBigj5+Tgf/AFh7+mOK+Yw0E/eZ6s6apuy3GaHols10q2sMk0jcvLIeW9c+g9v1rrkn0zQIzN+6MuPmkI+b8PasTUdZtNKsms7EIzj/AFk23qfYf0rkGafWr0F3aUj+HPFd25g9DotW1+78QXH2aEyNAf7vylvqew+ldLoekSQW4iISJiPmCdh6k0zQdKh0u1Se4CRsR36L+FXxq7eYtvZoGldtqb+uf7x9KlsaRo2+lxJCkCLiWY/Ih+8QOrN6fzx6VtaHoMd3cxtKu6ztSXQHoz/3vp6D8e9RxQJpGmiW7mBuXGZZW6qvoB71e1XU5tL8Kq7oFubtAVQNwM8KPwHP1U0uctQueZfEOSfxR4ka0g40+1byowBw5/iY/j/nmtHTfCFqlsoZBu78V0vhDREht1llAZhzkiuhe1iVcqoFTKTZ2U6cUcA/hi22HfAh9OKwNV8M2tszSCJuuRzXp95EDnArF1O2MqfQU4SaHUhGSszxhtVvNAvisdvbRISSGK5Y+2T0rrPDviCPU5EeaFYrjgpIhGM/hxVP4iaGt1pchVPnXkV558Pr2a11o2hkJRSMIe49a64ybjc4GuSVlsfUuiXYvYY45YyrqOfRh6isr4iahqGkWlvp2mRlptSLBsLnCxYc59s4H41p+FYDNpsLry8TEoe5BxmsH4n+KJdP1GHStPiEurmykJUrklSxVVGPUjJ/3QPeqxGJcsO4Lqehh4rm5pdDn/hv8O5PFV54o8X+JXluLcXr29jCZCUZlHzN16ZIUf8AAq43x1Jc3vjG6eNWSC3RYo1HIVEGB+v869c8XeO7b4TfD/TvCQhZ9UjtlaWdeVMshZpWGO4YtjPtXi+m6xBqazXyzeZcTghvx61x041OZy6bHDGak3GWl2UNNsHW9cINysS/HYnrXSQWLEBcAk9qXQYF27jw4HJrpYbWSK3+0uPpVTbe51UYpLQztOtUXIYYYfpV23tQbllPFS2s0bnOAfY1cEKlt6qyn/Zas7tbHVpy2LEyW0doqkbsnAFcRr0SSsy+Wu0HOMV0Vy02/k5qhPLbj/Wj5h0BrWM2jnqQizz7xPBbCIB1HlYxux0OK8zhuFg1OVY2IgkQhlzwcHOf516v43EcemOoAXflz9f8mvKL3TpxEL1IznsD0P8AnmvWwbvFng5h7rsVrqI2t2rkgxlvvdhS6zaSRamksKoRIVfCMCACM4z+NQxTzIRH5RlTORuzwPwqzb3s9/b/AGaO2hhwckwxfMV/u5JOO/15zXcpWPN5U1Y7HQbCy8QT29rpsgi1ZiIZWJ/dlSfl9wwPX1GOmOfpLRdZ8vw5pwgWEFYUZiUBLNtHJ/LFeKfDPwejXDoIlWSSMOshH7wEOFz7feJ/4DXtNrpUen232NXleNcCPzGyVHpmlQUZycpnu4anONO66k9vqja1dMZoHkkAzmLqfqAK9G8A+KUhsptIaJp0aNjHGX6nuMn2z+Veay6Vb6cIZjfFXcBgqAkj0q7pFpeW17bvp4meVCHzszg9qMVOlNXi7djSNCUo8s9S349SdZSY9qow3LtFeW/ECyf7JpzSR5dluCPfEea+jJ/DLa1pD6g0YRCpkVerA/xLj0Hb2rxD4xadNaXmkpHLuyLhQoUZOVUY/WujJsYlKNKZ5+a0faYeo4vY8T8I2zjxAoynEMzfMoIwImPQg+np/jXpPwOuPsd/qtxv240W4UfUgVxWgW+zWtrXUMLNbTFT5iZ/1L8HJwM9MHnn1rvfgbYW99Hr/nSMjx6LOyEDI4Un+gr3K0ksK792fM4dJYq0trL9Sr8P2hs9bkutSdLW3lsDIrSuACCVxz616VprW19ZpcwlHiYcMrBh05wf0r5/8VXE6XC2i3Mr20W3ykZvlXKr0H4CvRvg/LMLq+hIfZ5akRr0zk5NbYxKU3JPax1ZPWkqcaclqz0O6i0mziLyq8kjA7QeACaKSWx+2Z3Qlto7iivDc6afvT/E+n5Z/ZgfIzoJbydlORuznFdkiK9jawtIItsIYM5wGwvQZ7+1Yc+mPbXeqpKm2W2fY4znBzgitu+lkvbHSWe9kAt4RHGHJYIvXAxkgck8Vtgqi96x83Xg7JM5qYYnkClsb2wSMEjc3btXsvg3xZrHhnwP5lleyQI1tIqpnKufmByK8iv5Zrm9luLiR5ZnkdpJHOSxLk5Oefzr2nRdKs5/hEpl83z1tZTkc5JZsD+VeZUrxpVZOSvuergqEqkdHsjzaJZdRvjeyHdJJIXL9yxOSTXuXwJ8Grr2vi4vCGt7VxNMGH3vY+uSMVwNj4dutNmsoby0NsZI1kRCOSpAwTnnnrX0Vo1hJ4L8JvfeaVAh82RduNxIGFPr1A56FjXg5jjouKjFX1O2lh3FN31exyv7Q02iQzHTLCygjnSHzJ/L+UMCchcDp68etfNrxW8WlwRvFFDMI5HWQlgxw3A7gk57iuz+IviGebUdQv7lsyywuWA9ec/zrhLcfatItrqTnKEj/voV9BktOai23ujy8wcfdhvY+l7nUbd9OmvpUklSCDcSCCW2Lz7dqg8E3+leJLMaicWyhyjxSAkg9c5Hbmob6BT8N9SuIpioFrMMk+xH86r/AAKt1uPCdyjqrYn5OP8AZFZt03Rk03poe2nUVSKVrNHVanptheSJHbTFVUdQMqf/AK9UZtBnTPlM5QdK62whayz9nVVYjBJGa5bxJ490ez1FNLuLwy3KuwuQiErEADncfy4Ga46Cqc9qWqR01asFbndkeO6ddzXHxSupXYlvOaPk5wAdoFetLY3EnVQK8Z0gNceLNXvoZBuUzzxurdfmyCPzr6HjUFEkMokTAPHRgRXtY6q6ajY8zARU+e/czdLtis6mKIh2OAmfvdeR6Vf8bSWGk6emo6lIjDaEiiXO6ZvRR2Hqfr0rT0tB9t80kEnIABGQv0qLVPC9v4l1mS81Qyixg+RRI+xDnsAOT6cEfj0r4vNqvtqi8j0otU/I8Pawv/Gl4+pXR+yaLA3MxXaCPQf3v/rVS1SZCDp3h+NUs1GGmJIZvUnjkmvUfibrvh7SbFdG02xN80S7UhRgsSH3rx/U7/VnjJ2QWy9tmMj2ycAD8awoXd01ZCnqrjYvD0Sy+ZqE0jp2SJeg/X+laUd1b6PAF0+0itwejHlse5P8hXHT6jEpYSXrTSrzjLNz7mm2trPqEiM0crlzj+6oHrxz+tdiiczd2dCt/NfXGUuA5/vE79p9h0rv/BOlxW0L6lekqigZZzljWL4G8Oq7oZEHlDooGAfpXQ+KJQgTTLU7YogDMVPVv88VzznrY7qNJNXZLCZPEmtL5oxao4kK9gB0H+fWruuXNlqfiVlmuoktrVAvLADcB2/z3qHSorXRtBkvppP384BwT6dMfj/Kq2mr4Shs3Fxp8MkzsWeTnJJ96cVcHFp3R1mnyW0qqltKjrjgqcipL2NkAFeW63opS5a/8Oapc2xB3eVvOAfY+nsafoHjXX4roWmuW7Soox5wGD9fercUWmdxcuUOSM1RuCChJ4qdLmK9hE0RyjDINQXkZaPApwWpTdzlPFex7CUAZJBrx/wZY7/FhbbnbLt/OvXvESbYmGa4fwJZ79fuZF5VZwx/Otb2izlnZtHtvge5aG0W1K7yroQM4PBIP5jNX5PDUDfFBNbukikMGmee5zzGY5Syk/VnXH+4aoeCQv8AaKz9EgfDn6nH9a6vxLqlzBofimd7FLWFIo7a2mj5ef5Mlj9CQPwrlqv3LF+0aVl1Pnf4geLH1rUtVjm0j7bFcK6jbg+WAQQ2SRwSo57ZPXpXj07JBqCS6NOYXQ5e3lGCB7etejSw+WkrQuQ8gK88kgjBFc7LorpFNIqIuV2nIya7sK401Y5MTCUnc1fCfiqPU7mKxuI3inBBc7eGr0m71OJNNmEqhhAAkeOhduB+VeFabbXGn6lAY5Mu0gAwPzr1y60u7Pg77Qz7ZEcSjd/EBUYiK5tDowlSUoWlujf0+AJahJmBMnzNj04/xq809tFb+TCmCO3rXh7fELWtJug5Edwi54etbS/i3DKxmubAxvjO0gbaccLJq6CWOpp2Z6DeNLuJCkY9e9VruAfu0BxuIOcVzth8SbHU3Rbi3EKSPt3k5rbnuIZ41mtp1kU9xQ8POO5SxEJx0PPPietxaTYJYxlc7gOvtmuL1a4nayE+75X6Y+7/AJ/xr13xXC9zpTq6BlA3EEZrx5L14hd2RRXt1kDKpUZU89CRx9O/5V6OEl7ljxsdDllfuZ+mzk3QhkiHX5SFzXZ+C7O1m1RIoUSWGVhEyGEOGOc9eoxjORjpxXN6ZBd32pQQ20cskm7jYgOBnPtXuPwC8LW9h4nC6+Lbz5gZ7eGMgjeOqsDnPynt6de9aYiaVNiwVBympNaHqPgnwqdCtD/adsjzxs0cUkY5eMnIz6H2ya6e3TSp4PPNvMZVP+rxgn3rXkedSTb2kcmO7vx+VRQQ6qLxDItttYZIBIA/KuCE7RPoJaGBqtnd6jtdbMIoPyjGasaLp199oDPuQe1dBL/azXTeT5KIenNeefFTxNqnhW6tre3aGVnTc8rMWEZOeABjn5f1rsw3PX/dwSOetWhRTnNns/gm8WBDZTzKyScqS2cHv+FeTftCaZbQX9hKFWVVM2xSDtO5VwevOKtfD3Xy0GnF8m5ktPtBYdBhgP1zXS/EPw7PrXh+K8DZSF8I5PRGH+P86Kinh68VLXXc86fLKMpx2kvxPkNtLD668JOxdk23juI2I6EdwP8APFdt8G7sWS6jA0m3ztJuwwx1AhY0/UtJmsfE7C1WKW4EM3yuAwwYmB4PGcE4/So/hlo92l5ezavY3FrC1hMkUs0bIm5k28E4HevrPeq4RpLufLRcYYzft+py+tQW0N1DJcqjeZAGByeCYcr0B5yR/jXd/BK/Wz1PUCQgBtlXLZ5+brz9a53xBpE1zeQGK6sFiigjUn7ZESD5agjaGLDB9u1aHw61Tw7o2t3jand7V8kCNY1aX+LnoOPrXZicNKpCWl7hl+Ip0pR5ntc9Y1rxZp2kWv2i6kRVHzKp5LkdgO/WivL/AB1r2g+JZ4jZyaqwi2hUS3ULgHnqRyeO3aiuCGW0FFXt96O+tn9Xnfs07ej/AMjh9K083ug+NLmWVHeERuDnuzNk1k2SXAt4Ylj3jywDhcnsPw61y2h+JrzT01CwjDNFfQiJh5hAADBs4HU8fz9a6TwveQr5t9eXhKLEUWJJOd2PlOADxn6V5GGqeylK+zaNKlpxiUHB8+QMrKQxBBHI+Y10UGq38eoWypcyhIIQI0LZVQRnoeP0rHmEV1OstuX/AHgZpAyY2t5j8D14x6dx2rrYNMjksrUzsx3RKUCLkg5xhicY/WuLEV4xqSO3DU5NJRZ6d8L7m81/xRY3upP9reD95Lv7qnOPp0GPpXsPxg8QWWoeG57OFhFLEiySIzYO3ftGOeef05rmv2e/Cktjoc+rXSLvuCFi9di4/wDZsf8AfNecfEvUJr/xbqRtZCLcHy4v9xQAv6DNfPQcp1XFO0XY9CVnq/iiedfFBEtrma3YoHSE7trBhyB3HFc/azsPDtnCiqqpGwyBycuOtbHj62t0ItIZkllhtf38qr99ySTyeuOnpVFLONPDNhJFDcLJJA7uzoAj4l2goe4/rmvv8BFJKy6HzmKlaXzPfdZ1SPTvgruIVpLssjK3BCGVgTWn8AzDJoN8kAHEqOT/ALydP0rznxTq9gPAJ0l72H7fDIjGAt8yqXOP05/L1rU+DKXm3Uxb3EgAePJWQjcNnSvKxGGUcPPXd3Pdp1nKtGz6Hvhj2rnPT2r5c8UXEMnjbW1nWRHMtz8yc7eGAz7E8Z7Zr3vRdVu9Piktp7XeWbJYOCFrwDWIHuvGGuXMiv8AKbmT5F4B+bGfb+uKzyZOnKaT3Q8yp3UHLuN8AOIodaKjeE065xuGCfk4NfSOhrbz6VYyoN26FAB9AK+aPBF2IrHWIBbxktZTr5gJD4MZ464xx6Z5617P8NvE0UPhqwguYVVIrUKGWXLNheAFPU/jXTm1CdRJxWxll1RQvc9NsLe1jkMxhDN6Z4J9a5Lx14yEME9vYMJJBlFkAG2Nv4goHoD+tXrPWYdUiuLcF4dygD+8FPHbvxXknxGlNvZXKaYBb2Nuxhjbq9xMeW5POB/hXw+KjJ1uSR60YJ/vDjrq9urm8uVN0zsG2lYyCc+4HTqPzq5J4burhYhPbyybjl9wJ2+9T/BnRS0Fxf3ce4LeMW3jOfkUg/mD+VbXi7X5pJZILWZtg/iU4H4CtJScZWR0U4KUVJ9Tn5vDenWZeW4nihC9EJ6/h3/KjSPLubo29nG/k5x5sikbvTAx/wDWqUaNPc263RQSBxuUMd34mt7wlpxW4XzMyMoyfpT9q+pCoK97HVWgTTNLVIzmZhhfUk8U3TNC+1/PMWMYbe5/vGn26pNeCS4ICKcKnc1qXs8xieytsxyMo3t0EansB61kjocXtE8e+NV7r9xMLbRo91tbkBsE4z6DHoP88153JF4s+yuBJbGR24RrbduUZ5LE5HOMDvn2r6RnsYYINrRA+561zOr6DHLPFdW0QjlDbxJHLtIIx0r0aFeMVZo4K+EnLaVjzK3vfEfh66Ww1ZCrSHIMZJQgnng/dxmvVNBtU1K3EckYI7P3rFi8PXWoaqh1F5bhVYMC7Bj7jp3r0DSYordVhhjWONegHWoqtSd0VRg6as3chvLSPSLFUYBVUVwnijxVJbB009fOcdeeK0fjlrc0GnxxxFlM0gQsOoHNePJrjW18ttb2N1L8oYsoRuqhuQGODg9Ccjvg1rRoynqjOtiY03yvQ6OTxT4luInkutDYxAZZwpBFbPwogjeDULsncjAuD6knr+tcxo/jWPUmktAqAqCAMbST6Edq9D8FQxWfhd2HAYZJ9s0Yj3FaxFD3ru56H8NbeO5g1FWJG87AAeuQDUHxCuLq/wDAn7qXIupTtCnjhVU/+PBh+FeX+NfG2ueHLOJvDWpRWM02ROpgRyAF4b5gcYAY16hDYTf2HpOlM+6SOBPOJUA+YV3SHj/aY15+JfLBM6qK5qnL2PCUgYuVbgg4PFVtYGyAxRIWkc4XHrWu8Bn1O6jBxtkIz2PJqfw7pOpy6h/a8dsV0uxctNcuuUXbjPXqRkcdyQO9dUZaXCcehn6R4UFrPaf2ghS7mJZUI52jGD+JyPbaa63xDMl3DHpakCOMbWI/lVV9Tutb1O7164iRGYFLZAMbEydo49Mn8ajtxGvzM2WNaLmmryGopbHmXi7w8Zn8trdoyDksB1rG8M6LfafLKfMheArwkke4MfT/AOvXud3p0N3ArlQZFORms200aylklUoYnPHycD8q3VdQVmcs8IpO6PPIZtOmEVtNoBhYHlok+X8ulbenWAtZUbT3dIScsh6GuytNAWEbNiqoOM45NM1KOG3CRQgEscelT7bsV9WtuYXimRrfw5eliAyxHFeOaJaNqmpJA37sIpaVx0A9TXrHxEmW20B4ZVBmuDswew9ayvCejWtj4ena/aKK5umDlnYAhQegz7fzrqpSdOnJrc5KtL21ZJ7IseCINOjEtzpdzb72UpvB/eFs4wB2HvXZ/s3+FJr/AMZXet3JZ2tEZtzkli8hIUcnrjJrlfC+lQpd3Nzp4zGjFoVAzuPZQe/Tn2r2T4ea3qHhzQbbR9E8LyNI6mSW5vM5mfA3N5ac7RwBzwMetOjhquLTdNaGlTF08LH3t+lj1lLeNVwRzTbj7JZxGa8njtoh1eRgBXmGuatrV7Cg1HxfFaM7DNtalY/LXkn5k3SfUMB1rjfEa+HhflBcXerOTtEzhlIPrlm56f3ff691HJobzqfcv1POq5tVekI/ez2nU/GPhHTULz63C6jvCpkB+hHH614/4tv9J8V6/d6jEup3dtJtCRRW4GCF2535OBx/drDivJLa/QW+mxKgBCyTS7cccfcVc46966e801dXt5Lu41PTklj+ZzY28r9ycfNhfzr2cLhKGCq80Ittrr/wDzK9bEYul70kkmV9D1+80q/s0stKtoRFCLfN5foW25zyo2nOR6V6LceIfGM0cGgz3Gn2hlO2JHhcEgnI5ZcfrXmeo6ZcareR3Alv7+4niZoJDBHCJApOdoDLwM4z2q7o/hnxKHmubuztZVhQMxmuGkJGQO/1Fa4lr3akoq5yw9pJOHO2l5D9Y0/UIru7k1bx75UCWZn8iC5SMSHnCLhj83GMbe4rj77TvDrIC9wt0rRGTfcX00i5zgKQkasD+nvXpOuWcNvpl4l/aLYmKPzGe0Cj5cdiecHI9PqK898G2um+L/EiaU1zqMKvDNKryOpIEaF8Y98Y61lh69ed3KWgquHoRt/N8zmpb3QLOBoDpex2UFZLZT97nIJlLHFW/CF/pQuJ2/4RqTVN8W0x/azHtO4ENmNR2GOneqGuafo9pqiwwwy3SksMyuQOMdhW98NbPT9T8R3VldWwjhgtzIn2WRgc5A5OTxgn0r0pRquL5mZYalTclGMdSo/iQ2hSO28O6ZZyp5ZLSRPI5ZOcnccfNkZGMHFFerf8In4SjXCaNE7DoXkZj+PPNFeXyUXvH8P+Ce17DEraX9fcfHVu1vJbGOO33TqvMm/gj3B6dRW14SsJ9PuJJ7Ob/SFiLsGXJVR14zz+XQ5q1L4WGnaE9zLLJcSmcBTFjA2tjbgcng5J9cDuDVzUrSSxMKtM8Txx5XbkHaRyv0Oa8507txktRypujytlrwvPp0+qPJPuijZyNgUgNznH8q9cvmsrrVdBsLexisRbxpDdl8jzW3E+v90qM9c14zoQkGpwNFxIJFKHjAbPHXjrivc/A9hH4i8Z6RNBLvj3LLcbeCNjEt+arXiZrQcG5M9PB1ouPmfRmtGw8L/Dwm1lwlrEEUnk5Jxz9Cc18u+JdZlsfEH+iCE/aPkbdErBxnJ4Ofb8q9d+L2NSGm6MszRS3c/mOyg52RruI4/3/wBK881bwTr1xZW/iuCx3abb3DPGkjKVjiXqWA6/dweOfxrgwU4Vaim1ZJbFuDhTcU9W9zyHx9f3V5rV/c3TxfaHhG9YwABjgdOOn8qnt7a7h8LWE7xg28kLhW3Alf3o69x7Zx2p3ieO3uNWleM/8s/mB/hwO9Rrc2t94dEVnc24uLG3AmTYySPmUAYbOGOD7YA71+iYJx5U79D5nFXUtV1LXibzLrxddfZgpdmCDI4B2KO/1r1/9nuS4j0zUzLFHcO0sWW29CFNeR2lndyeIZ2WCaeVmVlSJSzHlVHA5711vwunupBqcUTSKI5UY4OPmwf8K58Xh3XpygmehhK/JWUrHudzf6ZBeC3uPKSeQcqwxg9hXznr1wY/EmvsJRGC9woTBIOS3HFdzrGqWNnqCW1/fJFPKu8K2SSOma871NgLrWZD5REgkC7hk53dv89K5cFgFhbtO90dWNxTqRSaKvg+RJWvElLoxiY54IcbT9OuRxXoXg+VobAqoJ2tuQsOxAPH61554f8AL8uaZv4ozHgj1B/+tXUeB/NmmnMc8uI8YjDELnnkj1r0JR0sclCVppHrng0RG4Ess+GlwgVc8+mT7Vw3xMmgk1IaXCGFjpqsFA5Z3IyW9yea6jwpcwWTmV2ZmzuKYGFB7nn8B7E0zxZ4X+02c+vLA++UD5EO4hCckqPU4x9M18JnNNU63Oj6LDy5oWObtdStPDXhGFdQnS2a5cBxj7r98+wyF9gtX9P0OxvbWd3C+c5x5i8jPY4NeefGUwwm0tXTZFYQqXj7biNxB/4FxWJ8DPG2vreXOjXZN1YMHZZGPzx9yAfT09K4o0XUpe0RtDEqnNU2j27TdMew0xLJ5xLsZtsgUj5c8dac0U8KJBp0DM7nAAPQetUfDus3viDxA1jHaPFtUbSf7uf8/lXS65cJZq1jYnzJXGyWUHBx6Cua9zrTuUIpk04fZraQXOpSD99OeVi9h71p2ChNo5J7se5rN0nTRaISx3MeSe9acLbXzjNWmdCXKXby1Z4Q2M4FYskAWQ5ranvf3BHXFc9cXRknCxgsTmui8ehi721NSxiQoTilmkRDgVnyym3RFnl8oOPmb2rMfxL4cDt5N1PPsba7tA4jB/3sYqW7kxhbUy/iWjXFvbPCquFmGQQCOh61w93Bd2sT3cFvbJJtI2uuFBIxlfTjivRvFF7pZgEGPLLAd88+tZgt91tsKh1b1Fd1CpKEfdOOvRjUbTR4v4N8KSSa+b24LpLJJuK5yCC2K9+nittL8MyOfuRx5HbkdK5HS7Jo9ZliTgEqo+uc/wBDWt8QriSDT5LeNc7bV5AmfvlQDt/PFZVZOpUuzGnTjQheJ4rrupHVvHs2keaxWeeLzHVeY0HP8m/SverrxnLPql+IHO6C0cg54DSOqJn/AL6zn2r5a1y/k0fWbq5hBa5aPY77u5XHHuBzntx616loOuXd/wCAtR1EARyXSW4yDzsGcj86rGYZWTW2xngsR70oy33Kepa5aW2oTrG8rxlsq7Yy/v1o0b4gXb2s3hhr5l0yUiYQ9B5itn+RY/UCuN1O2ufNM0qERf3l5P5VU0rRm1G9kNvMHb7wUHBI710U6EOVXMp4mpz3R7Pd+JNCtdLtU8xYnyS7FsDHGOO2OfzqrZvb6hNG2nXH2tWJcleQB1rzK3sr9wrz2s0QLFQroRuUfWvR/hxfWthB9klCIZT8zKm3H1qpw5YWOqliOeVpHZadcebbqHUBl4NQ3TxRtvBwR0pYpoHupBC4ZTyDWVrGQGwwH1rg1bszvlKMVdDbnX2CMjtkZx1qsmp28ANw/wAzfwZ6e9Y9xEMkltx+tEIBljVhlFO7b64rohTRyTqO4kcT6v4iSKZUllb94m4459KuT6KsOtefLaebfyqUQPl146Kq9sn0r0zwl8MdPutFi1XV7a5j1C6ZXt5beUo1uvYY5BznnINd5oHhLRtLuxcxC6u7vBH2i6IdlB67QAAPrjNUqycromEWtWed+A44vBEd02sQrdamIkiijnGfLLjOVHQAcZxyT3FYXirUtX1y4BMzYkJRI4kwvPYKOueB6mvd9W0XTdUj8u/s4p8jAZl+Zfoeorjb74Xyx7ptF1UoysGiWYYKEHIwy+nbivdwOOwsLKS5WeVjMPUneS1OQ8K/DPXb+ziubu6tbSKVdyZbe5H0HH616BpXgDQ9PUTX0k15s7ORtH4YrCSw8f6fOsVnp0iSgZaS1dDC79yYjkD6gL1o1nx1rFmJbDVrIRuCF8wRNC5AI6A7lOeR1FdNaVeq70prl8tzmpKhTVpxdzrodG8M20hg/s62fcc+WU3j8AeK8P8AjLOlj4tvoPL8mGRg8ce3bgeWq9PqDXtUXi3RlhN1HAYJB1+ZGYZGegO79K8E+Lt3BqHiu6vdxZWTcu5WXJATqDg+uPwpZasRCs3NdCsX9VnR/d2S+43fAWpXM+s+GbeFXCQxXMa7jncG3E/ToK9x8M2AN+kd2MRzjyz+P/18V8/fCi68/wAW+HYMhNqzDKnry1fSVqs0QWVst5Tggk9DWed1pqaj0saZdyqg431ucf8AHqyg0+CeBFJD6fuUk8nbhf8ACvmiw1aTQJ4NUsp2hu4ZCpULnKMpD9fUEjFfXHx5t4b3wytyJ08yOJ1+RslgwyPwylfGniswRTyxBiZPlJAAx375+nbv7c65XNKnyva552Ije0utjba/MWtWV+iqN0bZQkru3RkY4z1rsfgBCbjxhqLbV3G1cnA4H7xen51yvimK2tP7EkS7t5Eks4jmOQN8wjUMDg8Ee9dT8D5ynjLUAVBH2VuFAUD94h6CvZxDbpSa0diMCmq8V0ue0XVvCv7uQKQfYUVwnxB8bHRb+3s7S3ilmhfzZtxPA2nA6d85z7UV5NLC4hwTse9Vx+EpTcJPVHzBb6vLZ3luwDmSGVSFRid2CCG/lnFdf4r8QQmzeWdni1W+iDtBhg1qhz8rB1AIZGXBBPBrzq1+16Kq6jexefHlY/3hDYyM7l57461NNqK3jRuDsVhu+bgHnPWtK9FVZ873PHhiLR5ZHeJpst7pmm65Pc29rCP3LszhcumMN7/KR054Oa95/Ze02G71m7vrOaKeOCHyyy56kjPB7Y3V803HiKa78NWWgPZWVutpI04mjCM0xwAAwJz3JJPBwvFexeA9b13w58JZjo9hdwJezyRXV7Bn7u0EYYgquN2Txn6ZrxcZGdSlyVH1/C56tKnRm26fxWPU/i3p0l38QNMsIxFuu8RjJJ2lpCzMD24A/WvPtQ8V+Kbrwtf+HbLUwbAQHzYPJzsG4Hg89++a0fB8Nz4oWee6llSTTtOkVXlmEjfcKqCV646cY61xlqgtLmZPtUG4RfMA/OGTGOP85Fefh8HyzcIG2Ij7OKvrY4LUkuluj9oQGV1JZg2ck1hxWVzDKZGiYqTnjBxXqGj+BvEGr3c91ZW9tebJI4fs9zOI2JIyMDcpPA6/SsrxZpWp6NbkX2kyWbHo3VDwp4P0ZfzFfZYTA/7Op318j5PE46Cr+ybOfu9We4NvFLIllMr4W4WQscKgAypOQM8k+54443/C/jB/Ctjfx/ZUurqcAAbwCrqR19sE/jisQ6NeWmq/Z5Z7O5VIzJIYZPMCKBk7hj26Vrz6JbRww3t1aILW5BMc6xsgcA4OCQDwacKMop+8bQxaTTRc1DxFB4g1GC6ubaS1kkt1BD8g4ZuQe4pb1M2uryBclEbBx0y2OueKwpdO06+naRNWljk2BFdpNwCgYAwecAds11mk+GIm0SWLT9Qgv71wQ5afax9F24I9ec0kpxjZ6m/P7R3MrQvksJI5EBMhUZAAxx+vbrXUeArOcTtc+Y0cZAMeAcMcngjHbNamkeGNVv8AULP+2YotPEccb7TAqgKnH8PByRwSck/jXu/hTw9B9kt54LcWlnBGfnm+eQ5Oc88Ln0FcGKzONHSx10aHLLmk7I4nwn4W1K+8qRrSRVL7y8yhVC9up5/Wu0ubjT9Gh+yOyTTzHM8rfdHBzjPpVTxt45tdOjNho8bXM5OFIYbSf97vXgPjjxPJNqVsPtzTXYlUzyRv8i9io9QM9f6V8bjMdUxs3FbHtUaPIuepp2K/xu02B76S7SbzorliQ2eu3H+NcP8ADO2Z/E6xW0OclEZUXJJfO7p24FN1HXr290WRP3h3O8aLtyqSEZZwTnGOMf7w9K7T4JaNFo8aahMI5JXlD5VSQx7AsOwwc9ssMngiqj+4ouMgb9rUTiezaZBb6PeIkSoLloWkmcHlRgYUfiRVW1T7TePckZAOF/rVW4mnm07Ur5eZ2AZW/wA/SneHb2J7fb0Y8kelecepBWOgRAYiM9PaoRbY6cfhU8EqFOtPadKtDcmjF1RkjzHJIiKOpY4FT6PBblPMiKtxxUep6Ja6zIVvl3QH+Dsa5PUvC2o6Pu/s3ULxrfOQpkLbfz5/WuiCuTH33Y7m5+zyKYpY0kHbcOhrmvECSXttNDpzLB9nTczDv7fpXIXsOu2a+Y0kNyhGd4Jz+VYN94nvrVSkTyxE/eJjOCPTNbxotmkoOKumPhsdQudQNzcyySSg45PA/DpXbSzLDZIG646VyHhrVDqLII9plPBCnjNX9au2lvRpyEGR1O454RR1Y10vR+SPNjUsm5G34Ht2v9RuNRODFGxCg/xHGP51zvxD1LzYL3UfNbybCZkOOrjBTA/Ej+ddH4j1JPB/geWWAiKVoisLOOhPGSO+M5I/xryR9Vn1fwPqxg+SEgxxKBzuKFyzfUru/TpRSp395rRs5KtaztE8f8RTy31/LMzbgrEIMfw9j9a9M8Aan53wvurWP95PYynersc7GIKgD0G0/n7V5aZlJwBzySPTJPFdX8H7qC38S3Fvck+TdWcibM43OMFfxr0cTT/c+mp5mDqONf10O0ub+2/sdZ54CwPXaOlZkNv4fvpIntdQazvCcKyOFLH3zW9DHHJZPbrEh3ruxnkc4weOtYl18P5Li7LpdCFgoIG3AJ9B71x0uVXPWqSk7WVzpLW31vT7ffbakL4AcxTR7gw9M54/KqGoprMqy38GiXEDAb5TE424HfBwateHvC+tWE6tLOzIACecg11MmsRW8Rt94Ib5SB2qZzs7JXLspx97QxPD9/M17DKB8u0+d25xVrWdR+0KLeI8k8kdq5pdUWwvboQhiJzkc9hmi8ulgtnmMoBY5HYimqN5XZk61o2RqyTRQ243Nnb+tTWeo2un6Teaxe4aCCPeEIwXIPyqPTc2B9Ca5C0mvNUx5alIv7xPH/16x/ihqRhWy8NQSZMQFxdHqS5HyL+Ckn/gVbwpXkomM8RyRufVHww+LUXjPwwBbWcUepW8QWe3DcRngbl/2D+nQ112n69rLRri1iIXqFHWvg3wtr+peHNYg1TS52hmiYZK/wAQ7g+oPpX2Z8JfG+heL9AF2HmgvlAW6tvMyYye49V/XtV1MPGkrxVzfCYpVo8r3PSrDUDPGZWs540xnO3NUNR1C6aN/LkmgZW+UBRzVULZ4K299cKO4yav20cwTLX7yZ7SDNcrhGDTsdPLG97GSNQ1QSeYZH3+xwPyrk/ilfXUPhK4uJ7lhI8iRoR6k5I/JTXp6WytCBLKnt8teWfHVDDpWm2UkqCOW53kLHg7QpBPH+9XpYKup14xSsYYrlVJ2OlhvNJ1jSoZLrRrSZJolfDQg4JUe1eC/F2GGz8QTx21vHDEoKxwx9ACqnivoT4e29pdeCtJmwyf6MqYIzyuVP8AKvAPjS6XHjbUIwzIkchCkp1wqelehlta+InBdDgzBQ9hFpFH4Z2guPEGkpPJJDHL5gDqBnHzcjIx2r2bRPCFrLOVg1XU495+8SnT6ba8m+GVtE3jLQIR8yFnRx6jLV6DfePF/wCErk03RdO2pYTvHI07nMjKSjYwfu8nr7V0Y5zU7R7GGBVH2fvrqd74y8GfYPBlzfRajLOyWqD95GN2Cwycg+57V8v+ItC32OpX0fKRSr8+MBck/wCfwr7Ut5X1P4W3U91Ais9jLujHIGMkf0r5P+JSW9po2qQ2tzIn79BtxgTKVJycEj5SOP8AerycBiJyqKL6ir004SstmcVbw/a9K0yOEnzFZ94I9+P0Feh/CCxurjxpqiW1/DayR2hZnldsY3p/dI5+ua4HwszrHZOqA4LHDDg8sP6V6F8HNMl1L4kaubdgkX2VzknAPzp/j6V9VXl7Ok57af5HkYKCnUUX3/zMb4tpcw+LbkXF2lxI3lgyR5wRsGOvpRVv4x2klh41v0k2lEWAgqeOUFFdFCrGdOMr9DDGw9nWlFHg2l3F5fSLY7d6QA8tJgAYwcD0wSK0Nfa1uvDpsICgu7VxlVXPygZ47jr0HpWZaEwzedEpKyZBwcVS8+Q6lc3kfIb5Nx457nArwFi7R5ZdT1+Sxa8OWcU0guJXY4bbIo4wP5jmvUPDfxJuvCVpBpcV20mlNHJ9otJEV0fcw69+ir1z09yK8m0lJ7Sd5ImVt4JIB5xXrfgjU/B0enfadV0BLjUGicLPIQwB28B0ZcE5yMjBwfauOtCnUSTR04OTUrJ2Jvhb8QpdNh1C2TaYrtXQkkAOG6KT29ueM1rfD+8/tHxS99rOpJHFYxmby40DvnnH3tqnoDwTxXm2k6lbRa9e29lpltLbTbt0AUmPI9Mknj655PNM0NLg6/dBZ7tNKkkYAcB9vcYJ9OK6I0adOna2/Y6FXnKSuz6D+KusWHieezvNJuXa5Fsn2p3hERaTJzwOOmK8ivYvELXU1uJLmS2kYgL5oIYZGMqCfQce1aUmo6de6ha2vh+S+m8qFYkV2VpJ8scKQo+9ghcc8jrzXrXhv4R3s/hyx1yeRlku7cTtCPOBXIBwcKQOtXDHwwtHk1S+883EZa6lT2is7nmWh2t5bJHBLp9iZpkAjM8QCrtBAViOg9c8ngmuu8dafcWHw90F7zR7WL7bZTGOSCc/OzNnkZIBGRwPp9MrxF4fvtOvTKN0aoWOPMG4BTg5GcjPb1qzouo+JvEF5baIga8kfd9nikgD8AZOPwH6V0U8wpzTaejOKpllpptbHJX72c0UVjBYiEoGCoHLE5dj3+oFdPZaTbmCCwgCWmo27t5jNGSc5HUj0x+nvWrqXhnxDbXJbUvCikdi9iyAn64z+td/4PtF16xi0nU9PNnbaexeWRJWHk5ABU789lHHHX3NceLxcYrmjNWasd+FwiXxJ6O5tfDbwnqNy0U2uXEl1FEyy28TSb8jrvdsn8vr0rovil4qs9G0k2UZEjEbFhT7uff/AArWnvYLfT1ttOHkxquFZeygY3V4xY7vEvjgRzEi0RmCArwFQbiSe+Tj8zXw+LxTrNpM9zD0LyU5dDD1+4urTS/tl6//ABNb2M4LL/x7xdflHY4NeK+JJnFvNcqeuVX869O+MmpvBJfXgB3yZjhA6hB/if1zXnXiqwz4aBjXdhRntgVeDpuNm+pvi5XVuxitLHqlpp6lpDDH/r1PGWJzkehJyPwr6P8AhZoqXGhRtNEF/cFgF4Gc9P8Ax0V83+Hkks9TSDPyMucYHJ9K+sfhZMsXhuEzhFMkRA39SR7V0Y2F4vyM8E+V3Keln5LuyPdcY+ma5a/a50y9NxDny2OT9a6bTzs13f8AwvI24eg/yai1S2jMk0BXKqxA+navMi9D1NmS6JrMN5CuHw/cVux4cZrzOWwntbgz2zMjegNbmkeJyrJBdgo3Td2NVq9iZanfLGcDb2qtckhGDfNj1o07UIZ4lKyBvxqS8MJjZ9/4YrWMbkNNHnfiqK7dmNukgT2rj7xL2e4W1eFPLOd5I6ivUb91Zsqc4rjvE01ppljLqErrFEoyWY4r0sNzN2M62IcE1crAaf4Z8OmVAiyFc5C8qOnHuegqp4R0yS/vjJekPdzkXEqDpHGCCifjwTXDN4ifV71NQdGext5AlrA3PnSdSzD0Uc4+g7mu102+Xw94F1DxHeybJrxRGpZsHJz0PpyT0PauiVOys92eUq/tL2OQ+L+s3HjDxQdK0ws9ta/uW2AlXB2nj2JPT2Fc547urXw7YR+GtJuEuPJhkN9IuQpuGAUhfULtC8+re1O1zV7bw2jzadLHNqEsfyzIGWG1UgfdB5MhXHzHkD35Hnmos8alRIxQgblY5JOck/jXRRpOVk9kcVarFXtuzOOfP46AYNT2tzNZ3kVzA+142DDtzS7FKgjjNRsPlz6V3NXPO5rM7Pw94t2s0U77Oc9MZ5rptL8UIL6V5pyxY4zntXk6omx2P3guU9z6flTbGaUTiWKRkPfvXNLDRbudlPGzirM97TxRLa2HlrPt3gnrwa4/XPEltARJvZ2ySSvIrzzUtV1N5FhkuG2qMA45rT0LUbdWjF1CkgH3nA+Y/X1pew5FdIt4x1Pd2NO31C+1KRhawSKM4DNx+la1pp11eOkUpLYOST/QVbtdV01IxFb7A3r0P5V0mkpDHarI7AHGcE9awnUkuh00aMXLe5U1O6ttG083MuFSEbtoPXHavGbq+m1DWpr67bM08jO/pknoK6b4l6o17qhsLfLRocvz19BXHXxRbttnQYH4gV14aDS53ucOMrXnyx2RqDk59K3fBninVfCuuw6npdx5bow3Kwyrr3Vh3BrBthutg+fmPb1pgOZNmK6+W5ywm4O6PubwP46sdd0uLWBaxLaynBEB5iPdSD1IzUWu+J7u9Jt7JTbWx/unDt9T/QV8t/DDxjN4VvzvZpNPn4nh6njow9x+tfRVjNbXlrFdW0qzQyqHR16EEZBrsw2DoSfPynrxx05wtc39F8V6hZCO3uCbmIdyf3n59/xrA+Nerxaq2lrZszFS+4MMEZKjFZuo6nHaa5bWqq7OVO7jgFsY+tZ/ihzPd2wO7zVU7QBk5LAYrsp5fRVdVIqzMK+MlKlKPY9H+Hup3I8Aafp6NtKAnPU/ePH0rxn4wLOfEtzJMqKJJHdWzjdgquPrxmui8LatJp+jxTTXjRIgYvnkAZPauf8Aivq+l6lqNtdaaJyPsrPMZQAfNIyenGOn69auhglTqzqLqcuLxkVSp011Nb4bQy6dqfhzVLy3fynaZlYZwwV9pIzx1Paqa3lrH4u8SXcyPvNzKYADwSZhn9O9cN4Vurq31GTU4rsg2YWQwu7bZF3gbePc55rpLiWGe+1S7EfzysSOehZww/QH860xlKE481raWObDV5Jcsn1ufRXhrxjfz/Dyzjgt4BHcPLayKVz/AAE/rXz98QpFu9IvT5jh1xtVRwfmxye1e3fCDTBc/D6yYhj5epPK7ZwMbUXkd/vfzrw3Vra4utXutNhmjjS5m2OZG2oMNwWPYDNfM5bTi8W4xex6WLrctBy+8yfBdrvsrUsQAqOxJ9AzV23wtuZrXxpqMtmAqvbOO5GCy9M/TvV3wdokdsDZi8hupk02fz/s0isqnzDtGTnORz2NQeHtml63dOoASSHaQGyQDt6YA9K+5xWFUsNY+ayvGKeKSW3+RW+MU7X2s3t1JCF/dQK5A4zgY/PFFVfHEnnx6i5RztSPacdBxRXlQ5YRUex7GI96o2chqfgHTtK+Gy6t/aVrdXlwd4aG5UmLPVSo5Bzg5rgtD8PrdaDeXUZgVrR0ilSRypJYt0OMcbOnXkVaup7u08OyR3cciNuXG/v1rO0xJbnT57iW4aMKcIhY8ke1fI4WhVXNeV9ep6VatTduWPQk8MafqGpeIVs4dNmuJixjSCNWD5Hfj+VdB4z8L3Gj2clveTX2n3jSpts54n3SDndz22nHHfPtVTwBqGu2d813ot3cQ3kasDMh+YAjB57DmtvxJ4g8Q6/NFqGoSQTz2socn7NGEkbJOWAXnqcjoa1c5qXKmjSlCHsndHA27z6RdLLbQmTcAwLLj/PWum0fdNquJi8O4GU4I2uSPmwRwB1/Kr17fQ64DBd2UFpLLMsatESFUbh3YnjqPoa7Dx/4Mg0nQk1jTJriJHQ+Sku1jhWIO4jg5xXVHELSDZcMPdNxehzGueDbvTru01G3/wCPSYFopYonUDGCHDEYIOeoJwRzXqXhO/8AEOo3VvpWgeLpPtFxHhY1vHjDjIXA5HOSOK4bTfEUtn4StIdUcsYS+yJjuKbgowCOMfKKp/DzxLFovi/TNWmiaaKGUP5SjIVd4Y/kBXVSq06dLmau2eXifaOpywlZXPSvGmm+MtD08alrdzeXUBfyTLK+8hgx+Uk5I5zXJ6D8Q7vTdWi1KJLWYxY2pLAjKwClcEbfSqvjbUn1fS49Za8CxXNy6lHfLArgliM9DnA+hrFa3tp9KheCNNi/IXROpJzye561g5QlaUbCXPLmjJ3/AMj1/wAM/FrWfEc8lg+gaY0cmUjMEG1mc5xs2kc5Jr0mwmEklvoFrBJudxPfyq5IduWKZPOBnHXk5ryL4cQ3+hJJc6bthlUi3Ro/vBmA/QAk/UCvcfBti3h+0vtX1O5E/wC9Yq4HLkgZ5rxcxrw1Unqd+EozpKyWnTUteM5nsfDNzMCFeUiIEdh0wP1rzrwoPsEVzqq/8+nlxDtvdzkn8Atdl8QJbnVNE8uPiSZ0VEB4y3b9a4DxFqEVncpoFu6lI7fyw/8AekBr5ZdUe9Rjyw1PM/ipNJPNGGyTGyKw+pyfxpljaf2jo7abIQrPHtXd146f0qfxc32jSnuHG5lYPIPp1/z7UkVvPNo8d5ZHMsY3p9QOR+IyPxr06btBGE9ZNnNWWi+TeRTXJwIsiRGPOR0A9c17L4W8SW29bdFQGGMqCxwOFPQenFcVqLQ32jDUI8K0qqVcjADcAqx+uOai8NTk68keFSJIigC9Xy2eT2A/rRUbcXcKKUZaHpGmz7LkyNyGOF9yf/rVrahDm9k7YCj68VzejiSXXreI/MN2T7AV1zYknkbHHAFcTR38xRFrERllyTXP+JtIUwmWEYI54rr1XbmsvXsbDgYyKcRXueb23iS+0WTnc0f93Nbdv8QbK6g5cK/cE1zni6zaQsEj5OeK46e1a1hZWUjFehTpRkrnLUrSps9Q1fxnpNnYNNcahDGvfLjj/GvJPFuvJ4nvY4/tDxafDkQKxwJGOcsw7dwPx9685lj+2+LLmORlC7jnJ4wByf0qS61ctc+XaR+XDGSse7nAr1qVFUloePWxft9JaHRTXVzdaiLKIvHbQE+UignaAe+O5x37mvSPipKLL4c+G4CqtHFbiVlPQuemR3xjNed6G/2iy827LOY1MiqCQJAOzADnBx6cE89K634j3M2sfDTS7yNyfstxJbTsp6EcL+eM1pUj+8ijJQ5ISaPJb9vPcPI7SqJCzFjndnnJqvPF5yGUjLEc0tuz+Xtfkg8+9JbbtjRyffRjmu1I81shUYUAngdTUjQh1LofqKmMYKtnuKhgDwSbSNyMelaKNzNjIoPNT6HFZgVgCVPQ4rdWNYyWV8dWxjtnmsZARknuc1Mo2Gmdbq9hbT6U1w6eVMLeO4Ty0G05UEg88da5qwIE4Qng128ieZZ2kJOA1lHGeO2wCuPeMhSzK4Yd8V0V6UYKLj1SM6dRybT6MukPGQUlCn9Kkn17UPKWP7VIVAxjcRUMk8MkO6SNCazmni2lViLE9MHtXM0a87Ww26uZQGOQC33j3P1NVFTKFs06diznJ6VIDi0CgZLHAFUTuX9Km2277uQOlWkQKWYfxAcVn6f/AKlh71qxkyzpAgyWwD7elawXMiXoWNFsHv7gRoCSDgDaTk9O3149TX0r8LdAu9B8Kx2V8VWZnMhhU5EOQBt6n0ye2Sa5L4S+FE0uyi1u7jja4dd9pG5G1RtJEvXOT/D7c9SAPQ/DX2p9VvJZN0izgGMAHHXHHoOTXq4ahyq8jroQcHdmLrUDN40hkZPkEkXzZweg/wAf0qvdtb6n4kt4LaTzYyuzjPBDc9fpW54iuP7P1CScRxsVI3KyBiAAh+Unoe2RzjNP+G/hz7T4o0yZAkPy/vdzZJbLYIB/4DXZKrCkueXQxqUpyvGHU53Wkhtvh5Pbu5S6EgwmM5G7rXnUdvLeedbyjBhhlYd+gx2969c+Lmi3thDrNmtnJKIJUkNwgPlqN2MdMgEsPxxXAeCI7tbzVY4GWNTps5ldugTAPOM9SAvPdhUUsRCreUXdXMcTSlBRUlZ2MHwxFPJY6ukURYJFG7P5YIGG6bsZHGTwRnbXY+Eomk0TUh9naVgkcjNtJC/MuMntnn9a5Xw/pmrX8t5NptpO1sigTvCWC9OFYAYPQ8fWu/8AA3hnWbu0vpbeFngjiUzANgfeUjPc9e1c2PrKnhk3oLL6bliGtz2/4XW7J8O7EnKqZ3JK/wC/H/ga8msrHT0svFF9cwQm4WWSC3a5BKEnnIABIYAMc+/tz7v4E0W40v4fxrexsvlROxQLk9WJ/p+VeOCIrpPiC2az8tv7SlImkUsVITAUjBxjJ5GK+PoSarzknuz6K0eTTWxwXwXhub7xtZWsZ3eepDIRkMNpOD+OD9QK9K8f6bNo6vqAjLygxwfd+6REp5+ma8z+GWtW/hbxNZa3cj5LRS33c5ymMcc9SKu/Ej4l6v4hLXfmCytriRWEEMm0BtuCc/eIOBx0r7/mm6att1PjY03RxftbdGvvIdcv73UPD16bqJN6xqVkZQm5cooA6ZPGPXrRXP2viG/ktJdIusBZeDncGyrbsn179R3orzZNqTuj2XOE0mmwSJ1XbI7EfXrWhY6dZ3U0VpNDERI4Xc0YYgetbetalpfkyC48D3FrhPvR3LEg/jXCWniYR3wmjsZgI/mUFsHNfMvM41otxi0/l/mes8I6DSkz1P4f+HfD8mv2dtNptqEknSGTGF8xScEHb612vxG+H3hi38IPJb6MIpPPVW8qVwGB3DJG7GeDXkvg3xS8viK0uksZY1jmWTlvQg19C+OXludCv1mDwxJMHBVeqByuff7wNfPYrERhWTvY9GhTckkj508UeAvDloPLMF7G4VGPl3GCrlFJB3KehroZ9V0rUPBFl4Yu4bo/Zd6x3Eqo+Ub+FgCucHnNdpr/AIH1LWNOtL2ySThFVw0D844B6c8DtXPS/DjxMkTSm2Uon3iAwx+YFetgMdhJxj7R6mdajODfJ+Z5rrPhua/tvs0Wt2piWQsySRyIpwMDhVb371R8KeCrqLX4Bd6tbWsBkUfa7e8jBjywBbBYNwpJ4HOBXbXHh/WYmZhZnCnBIcVgalY3Ef7uRGQ+4r6GDw1RNRmvvPFnSnHVxZm/FfwJ/ZF7Lcadr8viKOaYuzQWjKoGFO4kZU5LEcHqpzXO+HhqUNvOqwP5MDL5m/8A5Z5bAYjjjOPzrudEtljdWuGKxjriul0+ynuJV/0f7TBLsDFl3KRkcEH6ULAR5LqepKneeiOp+HUxnh0izXT/ADFmmNxJcO4RUGAGYjGTgLgD1zXpGvXcniDUxplmoMSOgO3jC8k/0+vFQeHvAw2xjTbc23nQILhyPlxjkA9h7VY8T6rY+GrSS3s7yITSsd0qANJ24VR04xya+Kxz/es9yjyytFblP4iaxa+H7RRHMJLuOIpCo6IxGC59wOlfOGqazPFqLzuSerKufmz2b8/z+ldD4r8VXmqX5s9KtQu3IM0g3OcnliT3+mK4vX4RFazESebccgyf32Nc+Ho31kdMm4RO5Szg1vTH8sBluI8sPqOfyqL4d27pZ3Wl3IIntGZee47fpz9KreD74aX9mebiN1AlHZTjr9K6W6hSy8YPNb42XNurcd8ZXP5HH4V0pWVjNu5xcKRi21fTZifLjeQbP9llyPy5rC8C7p78zZ3YVUkPTLZPOPfipE1KSTWNckkK+VkIhHU5z+fSj4YRxxRXd2cSK8uxcHlyvH5DFauPusiEveR65Yyrpyf2lKMNIpSEfXqfy4rq9PbdaqT1PWvPLq6nn0xbqb733lGeB7V3XhafzdMjYnLECuGaO9MuueMYrD1Nc55rZvGK5xWQ8TTMcnNZo0sYyaekspkkXJrifHlgiBzEuO5FeoTx+TB0rg/FqGVZGXpiuilN8yMqkU4tHzZ4kSW21CV4xzKDkj0xVOytZ5ZI4Y42Z2OAAMn8q7bxDo73AlcR/d5U+lZMa/2VbJK7bJpoyWwSGSPPXg9xnj0PvX0NCXtUox3Pn5ULScpbI2rC+tI4haQn7O0ECS+YDkqAynA9zg1uW+sRar9r0WeG3tbTVEDRRRRhPJmXlc467skZ7nFef+F3gvLu/ub4xgSrg787R6dOeKsajb3MV4s8WGjU5R4mDqo/h+ZcjpiumtTVRryM/aT5boh1awns9T2OVZosqCOhHY/571j3Qe2uld8kSD5q7u4vJVia68Q2n2aVxtJjlAllPq6ZypxySeTXJ6ukU9w8qFinYMckf4VUZ3OKpDl1Boy0QxUSoCGR+AaTRpXffbyn7nKn1FXhF5itjAwMkk4FdSlG1zBpvYzL4OLJ1LESqMf7wNZUxJjR16Ywa6OeFmAZuQBxWNdQ7SRjg/zqJ9wR6BZWM62UM8xEflww4JPGGUke/QCuO1jzbXWby1O1zHM6DJxkBiOPaptE1i4VhDeu8saqMEnJ44FP1+Jry4k1ZEKpcTMWXP3STn+v6V14ivGrSpqO8VZmFClOE6kns3dGL5+xGR42XBxzxUU0+wgKAeMc1qRqsimN0UgeozVWQQRRqVX95zxmuXlN9jMkRuWZSvsalsVDyYb+EEimXTM78mlt2EMxzzkYqNgLVrMsVsXIySeB6mvX/gX8P4/E960l7IqJD+8aPYXa4YYJTHoMqWHXkDpmvJtEgNxcruPEf3eO5/yfxxXWeAvEd5oGqXGlTXMtvvlDCaJsNDKuQsin6HH0JralLk1Kp8vN7x9aappxgGmrcPLIZ518x4rbiFA2CzDdkDByPpVvxnJoeg6ksukTvqjXBRnjGV2JyTkjHPbHGM15JoPxI1vVZ103VNRgs5pdscl0YU8s7ejMAvHuQDWz4nHiDQNUSKHxRp8kJQSLcQNhfm5IyFB7n869CNZ1WrPY7/ax2Z6Hc2Hh2bw/cXV3fWNtc3KvLHG8xMiDbgJgcDkd/Wql5DYQaQ95oniGzg1G1hZlSOcHc+MjZzk8njPpXmEGvardzTJc+KEgg8vmT53DZHQDGfxrv9L8PZ0OG5s/iXoi/a/vLLCAeCRyG5HU+lcGJahL35OzOmFWm9onml3feLrnUntr++1SaG5TE/m3JdX6HkfUZ/L0qo+jXiy3SQW87K8JBMYJznA9OhOK2/FFleaPLdWF9relXnkTDaY4BvYFAwYMFzjnpu/Cqv2+JbZb17PSXaOURtGYZ2LDGQxI+XHXjOeK9KjenSvCO541epTqVbOT002MXRtH1KN7u0NleFlYEFYmweeDjHPevXPhb4Xv5fD+o6heJcW5aZYkjMZD7erHGRx0/WvO7XxHZLZq7aBorqXLlf3wfqeM7+noM9K1IPFWnmx8pfDGnwsSCJFmnB49fnOa48c6lWnyz2OrCexpz5obn1KZjYeD4IvtCXTeSiyIWG4ngHk9eTXkWpnXNP0XWbqxWaGK9vpleExE7laJecAE456iuIn8Q+HTB/pGgwOpUY+y6hPGVIP+2Dx+Fc3ca54Tubo50vXrdduFWHVlfn1+ZK8fBYeDqN7/ANep1Vqjpwcb2NDxD4G8R6VogF3prG4uUi2BSH2qdvOVOAevXoCa4rX9K1mXSLO0H2lLbzU+Uk7VOTzgcDGf1r0vSfEfgCaVotQ0/wARlSvVJ1LRn2wf6Gq+o6l8N5dsVrqvim3lR2Y7ow24ELtH3+MYb659q+oeMTjb2f8AX3nhQwjTu6l2cVLZaTp8OnXNpLKbswymYSKpCsdygAfT1orf1S68DtMnl+JNYhAK5860YnGBuOVJ79KK6PrkP5fwIhhJxVuc+gviOvg5vBesyQaBax3QspTFIsKgq204PBr5T1DSbpLHzpbYbTEJY29U4yP1r6D8f3zR+ENV3D/lzc9fVTXk0tyl74Liy20Jp7pnrgba/LKFSp8Uu59xKhCN4pt+pmeERBBcW5UAt1YEdDnp/n1r7AtbJNX+H8NwQH8ywIf1JCj+or5IsNOnsYLR5CFZ40Zc9WGOor6u+Gt/JdeB7dEVUjjypA9MA/8AxVc9eVKU25q6s/vM8QpQpRktGmjzDxXqt23gGyWxuJY5LO5ktZDuOegZf0z+VcNqHirU7XRXtFuppblnGXLnAXByP1Fel6tpH2aw8SaVKpzHMtzF/wABbaSD7q+a8d8UWz7ZSYXWNRkMDz+dXl8KTmvaI6q0nyNwf9PX9TMvfE91HFueZvNzyM/ePPH41i2viW61Kfz7+QbkclV67q5HW7h3vjLG0hC9icEGm2tzNGj3kcGYuEL5PyMckD9D+Ga+ujGhF3jE8Nuo5cspHfjxHBd7reCyl4JKmZljJUn7xAzjjHAJ7817r8ItCtYrS3+1sk8zoJiiIRDCp6FmPJz2HBOPTmvnLwRJqt9rcQjXzI0KhIkTmU5+Xk9PmA5HvX0fqGo23hnQ4dKs5Q928gWYg7mlnIG5j6AYwPQAdB08nMcS7qEDrw1HRs9Lu9Wmu7gabYbCqL87nhVHqR3ryz4gLaXM0un2REcSDdd3R4Yg9EXtk+la/hLXZW0e7u7bBgKhRPjHnORyR7Dj9a8w8capIt1IkbfJGSW/25GOM/QdB9K8CzlUtJ3sd9OmqcW1sVNdks4jFpOlRFJpATMwxlEA5y3OO3T1rk5LD+0dVi0+3G6FGBkPbA65rsdLsZ7rTzbWVt59/cgCWXso927KOufoKmfR7bw7Ym2jlMlzJzNMfvHvx6Cu2OisQ9TnPEIhisrpP4UiK59z2/IVftr2WPw9FqNwvmyR2wRfUkqMfXmuX8Syz63qUWj6YuUZvnZF4zx37Vb8c6n/AGVp0WlWksMa2+Fe4kYBI2AxwOrEdMCtIwk7WM5TOL8TTmK2Gh2Eu++umDSlOTHkgc/gf511HgWGOFZJD/qoyRGvYnqT+Zri7OOxF08mlu14HUq8xJzuJzg89K9C8M2kq2aKy8t8qgdPpXRW0hYyornnc7Ind4c4HBJwfx/+vXT/AA9ffo+G42ZArntViEOnQWCLiRVG4H88fyrW8BPi3vIcfcrzZbHpxRrXExkmbnoaniRdg4rP0z9/dy7eMNit2C2EbEms7FuRlaqwEYU8da5LWbUywMxHBOBXVaqVeXjkVlX6RCHJIAFXEmTueS+Nre20mwMkpwjZL4OCVAyV+rHC/wDAq8X8Q38t0stzKf3ty3zAdAPQDsBwAK9K+OGoi5u4LOM7kwAGHfruH6p+VeWeIoWtvIiYqTyeDX0eVwcIOb3Z4uaT05VsWbBhHYRo5+8Mke3arPhW/bR7l7jadyn92VwTuHQHPb1xVfYixQzIxK+WMk1HCsl2u5eFUnHfv1/lXfLVWOKKcdVua154m1a+uZZ72cXG85CSKGVfopGP0rbtfEtjpmn7V8O6Vc3c0QQy3EW4KxzyF4Ax+v48c9otjp9xef8AEy1CKziiUuryRSOrOOgIjUnHc/StbTItNil86bUbeZlQnfEjL1PAAcD+7nOB179uWs425LOxpTU27Nkthf2Uaq+oeHIbhuSDGghyf+A449qsPrlpJiJPDmnpEz5KEtt/Q5qGSSPUZsReQkaLlzJfRZ/Lg0j6Y0oRYSWJPCoA4P0IPNYb7nRt/wAMXbi80lo3Mmi20II6xSSEfQfMeTWfqreDbXS4F/se9e6nBKsbkjYOm4jnPcAd8HpjmounOl06M3zsFIUbsgHpnP1+nvWVdP508kgyV3FV/wB0HA/lWtOPPL4n95lOSjsl9yNGG08NykyGXU4hFFub5kG/kfKMA4J9TWvYJp+p2EtraWstoqofKaWbzCW/2jgfoK5a3GVJPQnBH0rf8OTJa3BuHP7tSF2dzXfSpJO6ZmlGTs0rGJKnlTvbyHZKjYZSMUk8QcbZ4gT/ALQ5/OtvVoBeW0+oqU86Bwk4HVlP3W/p+IrBkZiu0My59D/St7Hm1abhNooXtvCrblBQ+xNZcxO8knJ9a2Z4Hcf60k+hFZV2oXAP3s88VjNamSNLw7J80qbsFsEfh/8ArqTxDBNLrLyRKWkdVdcdWG0dPcelZNhIYboMDjBrp7797aQzR8yQsDx1KH/6/wDOtYaxaG3Y63w7cnX/AA9AGwt9bqIlfozbQAAfXjHPrxVrSPE+qabLAGYXEEfyssoyCB2Pcf0rmtO1KTTVkmiiDtMAJPfByDx36jPualt7mK9mV4GaSRvmkR/vZPX6/wD166IxVlrYam0fQPgbxdpHi/XpreC2is/NhctHLjO7Z2PfPJ/pXV6hoWhW3wttrw6dC19JdTI02MFhtJ5+mBj6Zr5qsooXYG32rMVPBP3h3FdRo3j/AF3R9LHhKe9E1jJKZbMzRq7QEjDJuIJIIIAPapqRqSsdUaye5Y1WK107xQLa/wDNmslKmQREI2CnUE5A5xWtf3kP2GZPD8l1DYP5hHmz5cgQsApxgHA4HGea57XLzU9QvDDcrHNJOUVZAio3yjAGQK3tFsm0/STp91AFn+0zoAWyQ3ljAyOuM11O3V9Pkc85Nysl1MuLT5ZJzDCnCGMcHnJUYA7n8K+gvh5Z2lx48S2ubWGZdNs1ibdGGUsg+Y9OfnJrznQfC2p3Jk1VLdpLdZljyo/ixkD9K91+D+gGOzu9UeV5p5FWEszZyq5JHtzgfhXz2OxTn7tPsenCh7KMpTOU+OVtptotusOnWK4gZpSlugbJxjt22jn3PrXjOqX2m6ddKTpdhN5Z6/ZE3EZ55IyOM/kK9V+M887X00saFlLPGMeyn+gz+deUt4a1TxBYT6pHCot4g7tLJIFZ8DJAB5PTH1OK6+HqDnJ3etjgzepGNFRl3OS8VWpsNSa60m4k+xzSN5R3cnGCcjtwa5/7ffNeqTcTSAYLDg8d+tdP4ttp7GCygnhEZErgAZxjC8jNYGm22L6ZX/ujH5V9BWgo1HY8qk37NanVeJZvD/8AZ9othpl2lzgieWS6DByMcgBBt/M0VF4rtbdY7T7EzybkPm7hja3oPbGKK6KuIhCVkkZ08PNx1bNXxH8Q9Q1Ozl0+606z2GJ0LKXB+bqfvYzXONrpj0f7AkIKeUYywbBwRV7UIku9a8RzSafp6SDR/N2rCFWP7nzqOze9cwdPWXQVleNQUTfvA5ByBXwj+r2tyWPsHOs38R6Zp99Jr2neHLC1geW4gVkZUQs6r2H+10bAAGPfNe8/A25madtOuYjHE8RKbu555/ImvmLwX4kbR7qwl0tpIbzPl72YbQSNoIx06/yr17wH4yvvDeqRWtzcNLL5hSRXcFAWOTtz7189XpctSL5fdTPRv7ejKN9X+Z6948sLXTtVjvJXCwzxeQ+9gASRt/PBH5e1eb/FbS9HxbQ6TNbxhYitxIzEkSDqCD/nrXfeN9EOv6c0rTs6oouYGXkNgHIH1BB/AV5V8VjDPaWF/BGBNKhFx6tICQW6dzmuWk3Os+VcqfzsFH+HFN3a3PC/Elqvkucx58wyKVHRvf1rLspYFvZ7TUgvMISMovy7sqxI9Mjd9Sfc17TP8PL2z8MC/vliuJ7iPzo4HJz5fG4MMcE5HQ9Aa4T4mWmh+GJYUgtYtR12aQMIZZiLeDP+7gsBjueBX0GHxSn7plOgvjua/wADNsOt3WpXSQKsZZoIyOhC/MR687eO1bAXUdZ1K8muPMXzmkI2gkpGcKcHtwD+dGjeLfCOm6fZQ6fBDe6nKPLuLhQRGgwWcqrNtUYViM54FVPGXxjttZeyh8NeH7S1s7TJ8jcSZZQflJAxuwMnHqQeSBXNPmlUbjE0bUUknc9J0a5OleFHg2qnlLiBF+6M9MHoenbvWdonw2v9Wvo9X12YWmmoPMAIBeUnpgenvWn8OJpdU0WDX9bkEkkf7yRmxtVjyFHGM8ZPoB2zWH8TPiJLMjpbtIbdeyn759Se/sO1edFXqO5vUneKSNXXtc0bSbQ2GkQiG1QkbieCfqOWb25rx3x145tWtJh/pLAEhtqBS59Bzn8ar3kGr6zI11dMUhIyyA4Cr2H49ce1cxDZ29zqcH2tM2ck6xQRhsGVycZ+g555r0KFKN7nJVm7Wib2ieIv7I8GP4jW1UahcFl0+EtkogOHkIx0B4yO+fSvGfFmqXeq6p5lzKzyMe545rttb1GO+8UaxNbyJBpFjF9jtVOcFQuFVR6nbk9vzrkfDtmNT11QSTJLJtTjgA969DCRUOaT6anFi5c1OMYvc7n4badJbQfaVcnf69CK9l8MoI4ft04QJEufugAHsOOprD8KeEJWSO1FxwABgYFdbNoYNqunRu/lIdxYdWb3rzq9ZTlc9PD0HTjZEKyNfakJtx2lssa6HRo0tv7SmjHVOOaZofh2GK0IdsfLxurQtrZY4JYg3yMvTFcbkdsY2GeFwkMTzS/xc1cvdQaTKxLyfeqcUbxoIh0J4q/aRwxgMVzSbCyuY1xZzSj95KVyc4FRDRrdATK7MP8Aaatm9cmXK8D0rMvSXVlD9faqTJlqeGfHKxjtdWg1JIi0BjKK2PlVsnJ/9Brx3UlluovMkHznlR3xXu/xrhZNHjmM7RwxTDzFCk78/wCGCfzrkPDvhGLxRb3msLKsVtA2xHjx8p65ZOoGPpnJ9K9vD42NCivabXPPr4OeJnyw3POFeZdPjt3JEZHODjntWjpYgt41WRJGU9Sj7W/DrS+IdOlsr94mZJIyxMTpkqw9s08BUtUaQ/O3uK9WElNXR5sYOnUal0EujaiUpG77T90MMfr0pskwC7MNgcA5ycU1ovNjJxVZgVODVhJtO5OJpN3y7Fz/ALINI0as25wGPuKmihKQPNu5AyKz4pneZlzjim1pcHNppM6rSPGWu6Jb3UVndLIlxbNbNFdIJkCEY+UNnYRgYK46VzsYfyCr/eVc/WrUkW+NPlzu2r9MkVWmkPk7SvzDEeM9c1EacItuK3KbvuSWEZFkCTy3Jp6XSRRCInBJ5qxfIltwOjLxWUw8x89K3i7CrJRSidT4UcDXY4nTejAiRSeHTB3Kfw/WsvxHaRWWrXFtE2URvlPqp5U/lireizPb6ZqF4DmSOIRpjrlj/gCfwqrczre6ZHLJzcRMYd3r1K/1rVauxzV4J0vxMl13cZxWVqaYw3fODWyxAQMax9WOSPrWdRHmoqzDYwYd+a6WwmE9ikoOSoCmsS9hxFuA+7Vrw3cAF7Zjw3SnRfLOzE0bqkNFtFZbq1vcZXIIOQQavRqdjHOMVBKPPjOfvLzXVUjdCTLtjrsluyTXCeaIzkEHDfn3/Gr2uXNrqdqmp2TkrCwyGGGXPBBH1xXOxDG1PU4zV21ONNvoBwGUAH0OS39KjXZ7FJ3PbvhrZweINNs9VuiXaDhlCMRIycbTjpng10IspJ764nezaBIr2SZlcHIBjWuU/Z71/V7LwreadpLKGe4WcoW6fKoZgDx/dBr2DT9Hv9c0ubUpd4lM4R+MLnYoHbjpWWIxNOnDWR1YWnUq1E3Gy7m74L8YNBax6RbaJDOkDmWGdCQUc52u/rjpXe2N/eeFPCoguZI2KQiVmwch36g++4/lWP4O8Mx20mnWRX91EBPcndnfgHap+rFj7gCpPjdcwHTFsjPtYyKXbbwCc4J/PP418zVmpu8HbWx6tk58rV+p4z8ZNUbULCHUWeSPzpmwozjpj+lQaFr2r23gGO1t9beCLypAIdjHAO7uD647d6PGtq0/g20tkdLhre7k3SJna2WPTP0q/ommongqCIfaC0qMHC5CfeBUY6HoT9TX1WVVIUY2ir9Dw86wqxFlVdktTzXxpPqGrRWdzeXs12Y5HVJJWLEjg45PvWX5ZDvJuUu7R8dzxXrd14Ka78K3+qRyRmO0QN8/ysSwA4HevNbqCFdSnRpIzhU2kNwW7Y/I16laTi05dThwbp1YuNP7J0PjbRNT8JQadfT6fPE8xLILqEbWcY6ZyGHT/CisfSddvrq7k/tFZ7yNYjFEkw34ZyAMZzzx2orgxlanOrdK56eBw9T2K55WYmuQbPGPiiONwwOh4LBcZHyVzN1KkfhobT0iCn65Fbur3NxB4k1yWd1fztKEblUzxhevp0FcfukaxlyPkbaF9ua+XSvb5HrzmrtrzDSGlOrWajnNxH/6EK725+12uqR/bYpobgPmSOXIYdCpwegIxXLW0EMd5blCvmB1IDMB3A/Gu40vwlq+pS6dNeRTqbhliid1IDYwOM9hXPiJwcdWb4eE76I+lfg7rMGr+GorGZg81r8ikn7ysCBkd+4/KqGo+DLWW7k0W7YhfP8AMglI7MemffH5j3rE+GWu6LYeKYLLSvNCxR+TJJIR8/OSeCR945z+Fej+M7KfUrUyRqkU1tg9cDb9a8KXJKipO/MnovI1k3SxDV/dkvxPAfjnfa34OTyFusoiusBLZx79fcV8r67qt9qmtC5u5mlmfuxzwBjH617b+0drC6h4ivbcOp+yrHF8hOGfJ3H8civCpB/xN1XH/LIn8yK93K6cfZ83LZmONnNtQbNPw6JRNcx7WZp4vKG0EnkjOPwBH412Xw08M2s+tXUOvagNMg3MWd1G4KR8oBJABK4wc9+h78hY61e6QGFhHF5zsjLK2SYzhlyFztJw55YHHbnmr+lTPea7YSXrvM6MMmRtwGSBgDsMZ6VvXhUlzcuiIpSipLqfRvi7VbbRfAlnomlMUgWJeSQSQeBnHHQfyrhtF0y68Ray1pOdtpZopkLDIPfBPbp+PNS+LZpdWv1tLVWmkmmjSFVHJAyB/n2rc8R6nYeEPDs0U8sUbEl5lU5aaToQfXHQD2Ga8anDlst2z0L3fkc1481ew02zbzWMenq5XAOJLk+i+gx3rzRL573VE8Q3xNvBDIq20cYxkDk+WOnoN3Tk9TwYvEd7/a8x1PW0Ys//AB62bSY2J2yo6duvXuMcUzxPbzLp0RknEL3BIgi7pCpIyB/CvGF/H616apqKjBbs5+Xep2MDxJqbhxa2mINPRcPCjHa7EgsXP8bEqpJPoMAAAB/wwhnk1qOULuVen1rI1KJnngsNzA5+YdcV6h8MtIWCJZEj4YYU46+9duIcaFJruedT5q1dW6Hs+hyyWmkrIxKzTDAx2X/69atpckEFs8981mxQt5Ea9lXH64/pV61ibOa+ckfSQXKjbSRmGQ1ToVxgrn3qhGSAMVZViVrNmjY6TlselQNd+WSNv60+VXyMH61XaHcSWpiIbi6MnT+dV1ZwST3qdtkYyTjNU5Zg+QB1qibnIfE/TW1Tw5e2yZ37d64POV5x+leG+H9UnsLxZILia0bBhleFyrBD97BHtX0dqPFu59q+bvEQtrfX7yOCVXhE7oCvIUg9P1r1sufPGUJbHBipOM1JMv8AjqJiLWf/AJZRHyjwBglc9gM/dPNc4QrferqWzqnhlosfvApUf76YKj8QF/OuRdjsRh91hkV6eE92PL2OOvrO/ctltny4zSGNWbcc8+lOD+YnTGaGR1A44JwK7GQk3sPGDE0an3HrWTB+7mkD8HPStlQFTI5Oax9cSQTfaIshT1xVdDGuuX3jWvpiun27RjIJx9Tjj9RVNlVDB53DtKGPPAABNOe5jGj2OcDbIeg68GoYopNQ1SOM8Rry561ISk218i1rt55kUUjqFzkqO+3t/Wqlom7HOMUXhF3qjbmAVThQT0xWhEibduOlDdh2cp3EjkeOymVW+Uyx5+uGwf51oT6U8+itqVo4lgdAZ0A5ikEhUE/XB/zjOTFKI5pIpPuyYrovh/dw6Xql3ZXs629nfgxJJI37vcQDtb0zkcnA+Wt03ZM568tzl5SxBDgDHTArJuk8y+ihJwC3P0710Xie1vNJu3int2iDZZDnIdclSQe4ypGfaudsdxMk7feC7R+IOf0z+dS5JvQ8wsXA3ls9G7fWsywl8i7Vu2cVryEOqv3I5Pqax71Alw2OO9RN2dwOujcHkcioBGI5QF/Gm6c4exikH41LKCTuHevRTukzJ7la7Qq5YKSDzxWvYpGdNCFlErsUb/aAQYP55qh5u6MRlcnp+dPj2wXM3YxWhlwe5DEj+YH41jLRl09Wdj8CLy7t/Feg2VtcRwPfzSWnmPgACUBPqOuePSvtTwdBqUOmNpOoxW2FuTJNciTJdmTPAx2BHrXwJ4FuQviDTJFO5bNlP47ufpnivuHw34i0mbUlguNMubR4cyYe9Hy5HQK3rgV4WYXbske3gpr2dn0PTtN0ldPsbm4mmQeb87yYxtAGBj2A4rxr4k3Vrd65cWW86oZnCoLRiRHkgDJAOfTHvXX6p470PULF7eb+1IUkcCXMY2qB2BAPHSuIGo+CLDxJHqNt4omgmtidii23DDE8ZJ5xnv6e1cVKlzTUuV6HVQVuaU5as19S0Wy0f4aW899NZRojl5ZC4bG4jA469a8i1zxDrl/aXFroz2w0xmeJhBuZ4lxtMm4dM84xXZX+neGtY+226+OLSRJgAUmgZVTJzlSowOhHHTNWfBngdbLStWPhnxLpF3bXlo8LMLgAYLqAvPPUEZxzmvSw9OVC8ovUmvTdRWnqjw2XWvEMIjsH1S9khwTGBdMeOmCMnvST+HLy5jtWF6fNfLusi478kEdeteuWXwf8Q2twbh9HXUJjM7Axy5hWIqcEdMvnkc46Vb0zStV03xHpL61p8haOBEkY2IeOEIxwGWPO75UAz155rvq4ipOSjzHmwwdOlTlNLXsjjNGvtcisYVntoGh0qWJ4ZZYFAU52qWYDLAHnBzRXpnjXxtqjzFdD8LRxQyRA7mtNrSAE8Fe3OcZ/rRXJisO4VLRSaNsJXlWoxnNNP0PBTqemX9/dyz6ZeSG6tvIP+nAbOnzDEYyeOhyPY1Lb2GiLam3FlqGzjlrxCeD/ANcq9KPwR8T2thLPNZ28floWKPOm4gfiaydE8Ha1cSLDFpeS33Tv7evSvJrYmnB/8OehQpOavcwtK0LRr7UIHayvV2kEA3SkZB/3K9WufDPiS5021g02ynurAANAJrkAQdc5yAF5HtWbcRWfgizjkXT4NT1k4LB5P9Hgz2Hdz+Q+tbV78UdZt/CttHNp9szTKzKSmUHLDjgAfhXjV6jqyVlodsOeHw2+Zn+F/DsWkatPNd31rFOqF3jt7gzFQDnHyKR+ua9DfxnbjTJrr7U6Pbw/vHMXylQO43Z7fzr52/tzUXvLq4EzrM/zFkcqSOhUEduf0q3rOsLD4Yu7q6mknkuIxEqu2SWYgfyz+dVUwU576Fc1Kb11MnVPBsOuz6pqMfi3Sp5mG9oHZonB4OckbMe+7HvXmHi/w5qei6tbx3ds8aujMkmPklTjlWHDD3FVo9XurbVknhkCEMGwTwceo713lz4rs30KxVwLqJ5WF3p0gDQ7iOGQjmJuuCPpyMivQpSq4e3VGNVU6ydtzy+yilS6uUlPKgY+uKm0P7QZ7hk5cuVj9CQM5z0rq9a0K2jQa5p8sk2k3UTeXI6/PDIOscnYMAevQjkdwM3wdpplu7e3Nw9usriabYDu8s/O2D67c/54r0IYiMoNnH7GcZXPcdMNp4V8Owa7fkC7uLcMoJ2+XHgknkZBOSMcdPwrxjxZrF3repy6vqJKIOLeFudn+19a7DxrrKS28N5ekPEkf+iWgbCn0ZvYcYHf6dfPdL07VPFOpSGOPJY7mJ4SNe5PoK5sLSSTqVDeo5NqMVdsl8IaTJdfa/EWpuIrCyG4M3JZ8jAA78449cVR8WXTNdC5uJA0gjG4bsiJe0Y+nP1JNdn4uuo4NNi0yykI0vSzsRm4+03AHzOfVVJ49888YryrW5pLq4WzVsgnLH3rpwidWTrS+RjjZKjT9nDfq+7Lfgywn1nXjM2AhOCT719CeELGG2QIozsAwcV5z8MtAdDGY0PIGCRya9n0jTjBbqvVh941w4+tzzsb5dQcYc73ZrQEGHcOwxVqPG0YqjsdFAzikNyUbBryz1L2N21i3MAe9aEcGBxzWNpd0rMBkH8a3SQkW49hSEUbkCIkk5rHvL1skLTru9NzO8cB4U4J7VNa2G9SxHNIq6W5nxxSzDcalSzx/DWR4q8feEfDIMFxfi7uV4MFr87A+hOcL+Jryjxd8adZu5Gg0KCLTYf7zgSyke5Pyj6YP1rtpYOrU2RwVsdTp7ndfFPXV8O+H5mR8XU37qFR1JPf8K+b3jaOZ42LfMvncnPIPzD8jWtqeo6lfz/adVv7m6kPJaSQtgnsM9Kzbv5WjuOqZI/MV7mFw/sI2PGr4p15qXY6HwtIS0sIORsDL9QcHH5j8qytUjFndy2wGImfcoHG0Nzx+ZH4U7w84guoyxx5TlXPbaeCfyJNbXiaxYWkVwyrvVjDIc8HjK8exEn5itXJRqWO6/tKSZiwxE428ipzEyscDPoaLIsg2t0HQ1ZcLuyDnNdQ4JWuiB0WRB8xjk69OKp3A+V7WdfvLhG6Z5q3O20g9aECXCFJe/T2oTFNKW25zzQtBYMrnCxSAj3FXdKuNsd1JGCzN8owPSq+uI8VtIpOdvAyO2c1FpMq21gWLYJ5FDPOhJxnbsXLe1VIvMkPzH1qxZt5ivKDhE7+tUWe4uyoYZLDI9q2Hgit7IQggN3osdMEm7rYy5vnkYitrw/HZ3cU1lqAzDMoGehVgchh9BuH41kiJ/SnWzPBMDjr/Q5rRPoYSjc6T4gWWqab4UttK1EeYLLL2VyCP3tvKeF/4Cwzj/bNcTAgjRIRzjO4+rd/8Pwr2vUWtPE3wwubG7kWG+0gLeWErjCyRMwDwbj/ABbsFR324FeMsNrg+lcmH5oOUJdHp6HLjFFyUo9vxGsvy/Q4rL1Mf6R17CtliDGxPQVk3SBy0h9On+f8811NN7HHdI0vD0pktnjJyeorUjG5MHtWB4bk23wUnhuDXQKf3pA6V24d80DOejKsv7pskcZFL4jzazmVFwLiyiB57/dP/oFWxbLcTpEWUF+B+lM8cOl5Dpk1uu2N95b2C7eP1P50q60LpFfw8JoGWUjazSKQPof8/lX1fZQ+FpPA1lb6/LfW988sdw9w0DhTGQAVDbTn5eh9TXyp4eSW81q2t0G4ySqoX8a/QvxCLdtLs/C91brcRx2cUDjd8u5VAA/n+dfPZlifY2R62Ag5uyR4FrepeDrG5ZtFmuIY5SNgEhBRVwA395mIB9BzWXp82l62twlzdXVmyhdl4ytMoUBi25Cec4HI6Y6c17I/gvwRd32jpJpSLLLakyBCcMfu8+4xXEeLPhVoukazqtykU/2ZrGaWJRMwCvj5eQecVrh8xpNKOqZdfCTTbSTPKE1FrGa7S5FvOqKxVxF3xwflI49ev9Do6I2sanDdyWcF4kccfRYnZJSSoCgAAgkNu5OMVh2Vrm9u4vtci7IHcFkD5KgkDpxnpVrw5H4oaHWLjStT2JY2bXUpDNGSgKAgYPXn8lr6GTtG+h5EZclS92jp/DmoeINM32ia3LpsiN5ywvM0LMSOnz4GTjpuzXa+FPi54utp7WwurxrmIsVlS7h3Fx7Mev4V4M13Nd25mu4LllMm0yBtwZsE4z+Fdb4X8SwaXp4s7BbV4DMJpIrmEsZDjvuJA6/wgHgUKlSkk5RCWKr+00d15n0XZfErSLzzrbUfC1nLcR5IWFxGzgAZI9Tz6/jRXluheIbSfxDDqOkWNnKYkWK6t5CZQI3IDNGzANjoCDypHBIorR4NvWELo6KGJpTj+8nyvsfQlxcTXttNawANJJGyqCe5HFcx4i16x0XQVtoZYEdYhBcTqwySByB3xnPPet2K6FlopuDGsd1cMFjOfuoeCfrzj86+dviDczSK7LlY3nljj5JBKkcZ/GvyunTdSdm9z6nl5E5JaL8TU1LxBYaneKWuYHUSDP7wc1P4u13w7f8Ah+Kyt7SWzngXAJO9ZH3HoO3XOe2K8Uuje28sSiBFUyLk/Q16fFour67oramtqos4G+ZgflVj1/lXtLDQhbUxVec72RkaZNbWs8czzyKwG4b1zgjp/WsD4o6zayajYWemgx2gfzec5b5uCRk4OO1dLNYw/ZEjfzty55zkZ7fhXlfjq587xEUQkJCojXnrjvWtOKc030IbcYNmJrkMQmmhU5Mblc+4NGj3z2kBY7WAIJ3KGGOexobfNeSuefMOTn1rLmEkU5t5h8jkg+1dfKnHlZzObi+dH0h8MNW8D33ge58Nam00V3q6lED/AOpWRh+7cEDcCHA/BjXN6dpNnpN/qeoalte2crDZhf8Al5Tggr6qRt5/+vXF+ByJrm1uZPMMOm+VK7p/EV5C/jj9K97fS7LULK58QaiI8WB3WVsRgLbuNwGO+Bg47An8PBqXw1Tlb0Z7FH99Hm2PJ9P8N3fiLUW1DVlaG3LErED0HpV3xXeWWiaZHollE1q8oLSmP70MQPLE+pIwB+PatnXvFcKwT3q24NpbZaVi3BxjgD15H4kV4ze6hf6hcT3d821rhvMkK8BR0A+gGABXpUITxEkpfCjOtOnRi2vifUTxVrTuixK4RIl8q1iHRB6/1J7k1S8O2lluhe5uVDyNlnfIBx6E1iSt/aN5JM2RBGCR7CtS1tpLvJlXCjgD0HYf59a9VwUY8qPnJ1nUndn0z4FsbA6TBLaTQSblGTG4bH5V3NnbIVA9a+QrNZYP9VJID/eVsEfStLTPif4v0mW4stM1qcwiT935iLKVwADgsCQOOn1ryauXybumepDM4xVnE+qr2y2knFYuoW5VS2M4r59vPHPjW8QyX/iS9T1CSbMf984rmtU1i5uSftWpXl43/TWZm/mamOWS7lSzSPRH0OddtNMuf9JvYYQOpkkA/rT/ABL8WPCFppSwQaxHNcuCHWFWfA+oGP1r5jabcBhEHviowmcdq2jlsVuznnms/so92/4XRoGnRGK00q+u5M/ekKxK3/oR/SuY8bfFfXdf037FHHHpluxPmLA7F3GPuluOPYAV55Y26jbNIuT1APUD1/lUjoZGyW49MV1UsDSg72OWrj601ZsqOGkbcWqexjVJ/NYbxGN23pnHb88UOuGx1q1BblbZZXaLa/JXd8wGSOR+BrrSONMgk2SrhxtYdepqtc25SFomHUfL9a2ZIoyoIBGe2elU5MKwVhuU9aLjvYraUA8kc/XzF+b/AHhwf6V6tqHh261bwTZX1oiP9riJL+Zx5sbFSDxwxKE9SMMK8jgYQPJCpztlV1PqrHB/mDXtPwe8Ratb+GNR0K2t9Nu1hk+1RfaQ5YBgFfaVYY5VTznrXDmDnGKqQ6Hu4C1SPJ3POLXTrgxE7X+Vdx+QnAyBnI46kDr3FUZZDE5WRSp9G4P612+iavFf+MY/Dt1oioJL97ctJMTAzZZRngEKCQev8IpJ3sdGR5dZje1iSbyxDJbeYpIHQjJ/2q3jiW1qjFz1scNNIBjd3pkEnzZx0rrLjVPBl+zRC40yIk5GbZoj+J2gfrT10bw+1u32e4013zlVh1EMx/4DvP8AKtI19LtE+0V7I5HUY1uI1JGVPD/SufvLV7aT7GQSd3yn1B6GvUG8L2S2xuX+3Ih5JVxjP0KmsbxB4XuIfDc2vwTrcQWtxHG3y4dVZCRnnkcH06Vp7eLi2c8488vM57TkEPzt87j8qknLTsCznjjBqlBepIm5SfpV+ILLattOCRitEa0ppxsiOeeKBQiPuYdSBUc7eZErgYxUH2QBtsrMfQ1LMixxlQOPrWiv2Icm07o7DwpczXWi3FqDuzGYh7dCp/BgD9a5LV7Q2tweCFcBgMdARnH4dPqDWz4E1R7O9McbbGbBz6Ad/wBRWl8V7KS2xdRpG0BuGiBUYVS37zjH8JYyEfjWlSanSi+qdv8AI86rTtJ67q5wd052CJPmLcEeuelQ3K4VRkHdzx/n/OKswbI0aQ/eK4Htnqfx6VUlJMm706Crdo07dWcN7yKunt5d1G2cYbNdc6qGV05DDNcbDxLj3rqoZhJbxMB0FGFkldMuoi5CoRJrl+PKTI98ZP8ASqF46HwxaNj5o7pkH0K5rQgAk0+5BHDDd+bKn8zWReyhdLEZHyicEf8AfLVpXd2VS0R1Hw6vh4f1G28TyW8N19luIyscgJR2Bzg4r6q0XxLqeq3lhfWTW2bkrKhlY9GGeQDkda+M01bzLeGCG2bywBuUvwSCef1NfRXwgu7tfD+nSoUAimCx7wDleCAeOQMkc+ledWw8Ztzlqetg6ziuRHsemLJD4r061u9Ttrg28bM4RcBWLE4G7Of0p/xnmgh0tgoWTzk2EBlBAwcnOK5yx1G5fxYL6GNXCvgpHHtIH0A7ZrU+K0922mo4ZIGwCDvyD1445ryqeE5a8ND1pTumz50vYIYWmaNCAyFMFq1vh3bM8es2pJzc2ZiHGRguhOfyrI1uO5N65mKkE8lWzXQeB7oWV6XjTcHTBJ4OPw4r7fB0Y1JJS2PjswrSpXklqrnK+JNNl0yVrNGDoWD5HTOCP61ea6tpPh6bGWBTcPqaSZx/CIyv861PHJa6uklCKp7471S0a2S5iSCQZAkD/iK2xuHjz2RlgJznFOe9jVvvDk3hTxfq0Gg3EkZjgKwGRt5+dBk/XniipvFmuJFr9zKt3H5uzKkZ5wODjr2Hainh3Tp04xbd/U1rUHKrJp6XPR/iBreoL4te2hurhbO3cQoqHAAXj9Tk/jWInhD7FA+va6by6s7df3Fr5gzNNuP7vgcL3J649zXoGjeEPtuqnUfEAFmVkaRRI6hmPqF5P54rpfH2s+H20UskMWoG3jIIZ1jUHBOT3y3UepHqK/HPauKuj7zmV4wSuu58vavoGra1fC7XSGtmkYeWEjZVX3BYn9TXoug2/izSvBaaTA0v2aYFpmGGBIZhjr7frVSw+It1Zzebp2l6Zp0UbA+YELt9MuSSa620+J2q6voSXbx3MdqkxQz2xCksf4WzwOAT+Fd0K1aTTa2I9nCPw6rzOb0H7Vp/hzVIL/RpLqeWF8XTg4iODjB9M4r5/wBS0i7u9Qa4aHarHJJYDHPocetfSPjbx5rkHh+7uNM1O4aVYwItkrHOSBnr1rx+9+KPjKB7mBtdluGjfBS4RJgR153AjjNdadRybirXIkoSSTX4/wDAMCLwPqcOn3V+RFcW8OwF4JEkClhkbsNlfx78VzGqW8U7zWqWRQlgIwW3Nn645/AV6ho/xYvXic3dno0zSI0biPSoUeVTjhmUDjr27U3T/G3hDWLuJr3whbI9tmWSS1nkRieAPvFh6cY+lQq1eLfNETp0qi3sZngXQ7m0SHSzHKYYcmZ1GA8rcnHqAMV6b4/aW20rw3LZxNJHcxi3lQfxYzGVz2+Xj8a6KzTwLqOhD7HcX+nTSrhmZkkKH0zxx159qveHvD+lReHnil1+C5SyndYGdDgM3GDt3d8jIrxsXjG53a1R6mHpQp0rbL0Pnrx/Yvpd0vhGNy8NiwmunA/1spHy/gPvY9x6V5z4rmeKFNNTmWU7jj0NfTXxC8Aec4ubfWtGubqaBHZWulid3ChXID46kNXlmofC3xUko1jUtGvNkhxE8cfmIqgf3lJFe5l+MhCklLc87McO6ivB7/l2PNtP08wxC2wAnDSn+8fT+v5VrqEtlCjpW1/YE9vGqSQOjc9V6moX0G6MxFwphT++6kAV6KxcJdTwnhZQ2RjuxeOeZV4iQufwGf6GszRVWG0WVk3zN8xJrSvBLawXdq2BG8TjBOMnY3+NZttORAm0Y49a6ItS2MJaE1xHdXGCRtX3qA2ccfMkoOem2mTzzOcCq/lysckE1aViLlsmGLG0CpdPKtd7dheJfvAd/b/PvVNLdyOSBW7a2f2W1aLafNA3Px0PQD8yB+dJtDimyNgrOdg4/wA/pTHCr0FSqmflBx70102nHWhMGisUyrN1IHHvV1IIiGZJHYrhVDLggAY9TTtOjtn1G3W7lMUG8s7hdxAVS3Tv92moEWMGLJIUDJHJOOafMSkMLvH17jFNmCov7xScjjFWJSN2cDJ7GqdzLtIfuSDVXFIywhbU4g5GZcx5J9Rx+uK7Pwhf3FhqMLRDBuYzFjP3sjKj8WC1yd6AJLZ/4knUkegzzXQaJtW8tWY4+z3IIP8AuPwf0FTNc0Wj0cDJpuxoeKoJLTW/tUiYa8iW4KjsclT+JKE/jWDNb+bKHyxUAgKWyBn0ruvi5ZtZa7b2QwVhE0W8dG2spH8z+dcYTtDLVUY8qTO6SUtzJs0jXzEnjViG4yOgqhd2cDXDIE2Z7rxV+YlbnKc5JqpPKftQJ5rZs4aqSVmjZ0fRdSvNAlfSFLeVNtmLShdilARjPXO2T8qzLbxD4g04z6DcXs01ndOIriFjuD4JA685GTj611XhHXNPsIr7T72OdvPltbgFFyAkYmVwe/Pmr+VcP4inik1Ge9tGIje4kMfrtJyP51xqClKUWjKo3D4XsQabCqzSh2UhGxkdK0xJtJEQwvas3TphBBwB8/UnvWjbRGQ5zgCupaBQlpZF60uV+yyJPHuYkFD6dc1Cs0bKysBgjp2qOfdM+2IDHqBT0t40IZyTRzy6HTK+xNpz21lP55hckjadjY6kHofpXW2GorrPhPUNEvZUmkKpJBvGGLo3AP8AwFpOh5ziuHmYNI237oPFSQO6OsgJBXpVxm3ddznnCEmnYp6jaXMDbpoZEBJHzKRyOtU3T5d1d1pmoRX0EujXL74LmNlTd/A+DtI+hxXA3DuJRGo5H3vY1vNHn1qCp2tsU1BS5UHrmtzTXJtFB7E1jSDEq+ueT61pabny9oPLHA/Gopu0jCWxs6rKbfw/ChOJZpUYn1AyT+pX8qz5yiWj+aMM0+9B+H/16v8AimKQ6Zp1w4+Xe+0568gEf+Oj86r+I4lktNPKcOys7foB/Ktal022ODTVl0K+lp513FC648w4Ar6R8IWDaTb2el3cFyQCA8ahhznnp71886PGwgEsi8SKwXnkEHr+gr3DwTqw1DQILp5x9ojAQ7lzyParoJybR1UGopNnoGjwQya9Iv2G7Uq5wmWIz/OpvicyT6SLRLeaIgDl0Yr3/vY/lWNo99qzTNdLJGrjhiAcEfh0qPWbzVpw8r3AIVckbjz+dSqEnVXkem68eRvueaXURiYKsxI9M5Fb3g+JBIZDcBXxg4NZ2pFmmaX5Bnt5Yq/pV/ZaRE11dyLEhG0E+te7g7Rnds+WzBNqyRH4niDXGI5N4PejSyLOMSSyIqg8ktgUkl/Zarf7beRJJNvGzoRWb4ss7iXSdqQzsEkBLRrkKecZ9qeLqQu5JmuCjJRtYwPiXZ3DasNRQfJKoVGB64HP8xRVqbR54rS2nuL+D7RNIFeLY7eUgAwxYZBHJ4GSMGivNjSlLWwqmKXMeteJvGF/ZWcjfb0kWVwZPmyc4PtmsDT/ABP5TS3rxySpcIVdHOY2BIyGHfgHHccEcjNcVoGpR3epL/arCWMkfu9xXfz0yOn/ANepdS8zzWiiDHEnAAyMV8PPLo04o+tjjXUloeh+IvCtjqOkPqPhi8eaKMAy28xCTLkZG1f4+A3I5wOgrm9Ih1GLQ2XcwtxIc4PVu/8ASrVxqd7dWFtZ79sdvt27QByucE4HXnvXc6FrNn/wiEthqljDfr5gcAsY5cnAJDgeg/izW0aU6CTSuHPGtLex5N4k8UNotklhFCGu7hDuZnJCRkkdOgJ55rzlrlmmkdpN0jtuJ9a7Txra2134ivktoJIWjfMCSOCTHjjnjn8K4q6t289lxtK9Rit6SV2+pU00kr6F/SZbO3uEkknlgA+8yDdn8MitHw7Z25sF1CEybry7ZnjK/dSMDGP+BtiuQu1LQYbhkbBP96ur8Pz+RZ27DiNYVyPRjkk/rSqUldyRnCp7yVtjptc1lbKy3qgLHGI885/yPSuy8A+JU0zxdZaBq7lrfVLUrcEfdjkkJKlfT5gR+IrxyGaXUPE1vIoZoxNnaT/CvIGfwrc1O/J8RX8rOMx3KxKpPOIxsBHryDXmYrDRlaDR6+GrOV5Xsr2Oq+LOh6jo+ivf3N1JJcQzvZx5YksD8wbJ7EOcfSuT8H+KNd0S3ja31G6tmDKqGOUrgDPp9T+de/6Vp1h8TvhhDJqlyq6jYSNudeTKFXgnJHzYzk/j648N8WHSVS1trCymCwhkLs+QzAHJxjjOR+VcOFqXfsZq7T3Ix8m/3idjutB+I97q7GPxTb6fqUCPt3XSETAf764b8DkV2/iJfhrr+hwJaagNJvY/kdpIy69W+8y4JHOM7T0FfNS6hInA2ovYCkfV7oLtEr9Q2TzyO9ehUy9t3iedHHJKzPQ/F3w51a2s31YWkN7pm7K3Vq4kjIB7sucfQ4NcDc6XbxQLbQA5j+Vg2CcA9a3PCXjrX9CnSXTr+eBSSrAHKP6qR0P056118XiTwJ4u8uLW9LGjarKMHUNPiHlM2cfvIeAOMZKY+hoU61B6rQpQo1/h0ueL3sa25GR3INVTdIBjH616/wDE/wCFdx4a02xvoLuHUbO+VmW5hJMXbA3euSTg+nTqK8mv9NeFTlTxXoYfGxqnn18K6eqG2NyPt0DnnY+/B6HHOP0rXuL3zLd5i2ZHkXe3rkMT+vNYtpayRzBwSRjBH4ip7m3kjcHbxXS2mzmScVqWYp2DZxSvMWxWcZGHenxOzZ4zindIW5owfa2lIskkeQwS5CJuO0oVP6NTmjeAESAiRTjB7VBpsE99ehI4nk2RlmKjO0ZHJ9q6GDQL29vWWXCwRnEs8h/dp6ZIrOVeEd2XGlOWyMGPzZpOOamg0+a5u4IWj+/KqY9csK9AsrjwLoulPaz2F7qWovIrJcFxDCq45AHJIz3OM+1dD4U8Q/D67aT+1fCKxxQxblkt7t1dCCOeSQTXPLGSSuo6HRHCRbSctTwLVBLBCMqUbcvUciumuB5FjJMh+YzS5/76au7uvA+neKNYbVfC1+00McytNbTJsmjUHJYAcOoHUjBHORjmuMv7QoXjlzh3kIyeu5jj+dbwxKqR0R24fCulfW9zrPipc+dNBO3LG6uSx9OI64CWTBzjrXReOL1bm6dd3S4nKj/gSiuRyu0spyOxqsJUbpJs2rJRloQynLTAEAE9e9Z0zZmX35q5M4WJ85yxyOKocCUSEgKvJrrvc8ys07GglwsYvLrIDRokQGfvDlm/9BH51kXqKLd9pHCjd9c1LessNgibslzvPHXOD/LbVGQ/6GzHq5zUU9bvuc9WW6DT0aWVEX7xPFdMVMcKJnkjn2rntOjePbN0Ociug80XCh0YAH72a0NMJZRbe45JBE4wMZpszbwAnJojt4WbEshPpjtVgwjcVjUuB0xTSuzq1a1KsKLArPKwO/36VmXV5I8hVM4BxWiIZZWO9ePTNSjT4Wh+Uf8A6625JNaGFTVe6ZtnOxnRi7IQQQQasa1CEuDdxkeVcqXAHZskMD+WfoRUN9bmDBA4NSTS50l4ZOPKIkB9jhWH6g/hSjLllaRzTgpwafQwp/8Aj5H1rX8NRedfgHlE3Mw9gP8AHFYj7iVdu5rofDpYTSlOSFJI9QASR+lKErSucKjfQ27qaG+8Oz+YButJSi+ygAk/XKgfjXPeIS6X8Xl5KpCoHPuf8a2PCEYuV1Oyf5i8an9cfzIrNnYPqE0TnOzCr+AGf1r08SuelTl5W+45MLpUqrz/ADI9KvmRQrNxnP0Neq/CZRPeywRsDA4Dj58AHr/U15LcW2XLRHB9K6j4d6nLYXjWju0aOAxIPY8Efka46VSVNpvod1O0nZnuWpX4sdJubywtrW8IVhtwTgj8a8tsdW1SRzIZJbhpCAWYk+v+NbOp2V79luGtY5nsojslZFO0bgT8x7Z2n8jWR4VvdV07U/tem+Yi2QE0pVdwA3BQSMEYywHPriurEYmE2nT0YKNT7SPQfDlrcXvhrULYaLNd3EqptlUcxbXXJxjPOcdutZ/jHwhqL3QsI9PuIzaAPIpHnBN/K5ZQMZA7jtV668Y6vrV5NI891ZKQDhWYx4xyBjAH5d60/h/rWnaTrl7fX5u/s1xOiRy20+JkA3c4zg5yM5rfC0Kjq3qO6OXMca1hf3Mfe8zz6Gw1PSLZYobZPlJO6ONWf825/Cr2gt401eGWC2jvWjXpFnYrc9v4a9/l0yw8UKLfSG07XBKZWjDoLa6jJLNncowfxXHQVyuv+D7LTL6NJJtY0KQ7Ri5t98RbaN2HjPTdnt0r0FgqM5Jdd7Hh0s7lFWqKyN7wLomk3fg2w0fxDpOkvq0CsJY2uxHdKS8hXP8Ae42nr0xRXjWq67rGma7MCTcwQ3DRGYH5CMnaR35we1FddoQ0U2vk/wDM8mtga1abnBuz9P8AI5rwrb2YWPVGmt554J1YWciE70xnJxxjIwRnPPFdTNbf2hd3WoRQpFFLKWCxjCrnsB2FU/BPg+9vrs2UCMrSKSpIwo44HHTJ4+pFejeD/BPiOO8e3lheMRZFxLN8qYxyGY8cj1r8mx+OV7RZ+v4TDKO5EPDlr9ggnSGbLIvmHcCAcckADp/hU39mi2sjc7SEQcqQSTwST0xj/wCtXuXhbRfD8oS1lmiuH+zESGHhD05yOvQdsVxfxI8S6d4T0tpLPTbBpnbEQkJk4AJOc8Z6VzLH1Gk11NoRpzk4pbHznqXhzUHhn1rUFa3lZmkjhx8/PIz6f/XrmBot5eyyXL28w25d3CE7a7/xZ8TvGMCJqC3sGmxXqsEjt4FicjOCwIAP45rkl+KnimztLiIeItTIm67rliRg54PUfhXVSliJx5kiqkqUXZnLa/otzEFcg7SOTnNRWE3mu6A5jEaBfchAP6VrzeP9TvraVLmO3uzMu2Rp4ELsPTeAG/XtWNbzQbY7qNVt3fcpiB+UMGyME9OveuuLqWtURxy5L3iy94fkWLWoHPVThfqTWfb3kv8Aa8111b7RI2M99zf41AlwY79Gx0cj61FdMqatfQ9ALhyvuCcj+dauCc231Rp7XlppLue7aHrFvZfCh7+0unTUzfLIFtjsKHHUsRgHHOF/nVsap4B8bW32ecjQdUaNW8503RXMhXDE7B+7JbvjGPQ5zyvwrhk8RaXf+FLWPzJ50F1Cg+8zxAhlX3KMx99ori2ivNN1ySJcpJAxGO4r5/6ovazWzvdHdVxbtF9Op0PjDwHq3h6VYL+ykQScxSqu6OUeqsOCPpXBzwXH2koymvVvD/j/AMZ6lemwtt+sLKd5sZLUTxufXYQRn3HPvXpOj/C1PEdoZdb8IS+FrhxkXFrdZDfWB9xH03CutYydFJTOGdClUd4ny7Kbq0DBCRuGCD0P4UASOiBYzGzHcDHnA9Rj/PSvrHSP2ePCETfavEPiSa4TPEZjFsMehJLZ/AiuqX4efD7QSl/Z6Bp83kgFZJg1y59CASQv1pTzGHRXM6WGfNZM+bPhvcfEH+0Fh0mwu73TpECTJMm+2kQdn3YUfiQQemDXqviT4TeFNS0+Y2U9xbXbIr+TENywsBlgCw3MvPHQ4/E12ln4i1RNULzrbvYfw2xhXygPpj6c1t3ep6FcxHUFtVt2wPmhch1YfpXn1cRJzUoaHr0aCh7s1c8U8HeAPDGhbxf6c2p3xAAlu3DxIf8AZjAA/Bt1W/Evgbw9r0IWXSltJVOUlslWIj14A2n8RXqmo6PpfiGFJtLnSOUn94knyc+3b8M1yup6drehOxuLdpIx90Ac4rWNefxX1KjRptcqjp+J5TN8E3E4eLWLf7OT83mxOHUd+gIJ/KsTWvAv9jRTj7Bq14MDZLbQqUU55JALHGMjnb/SvbtH1mO9Qr5UgOSNrAgj61eSwW/cxRttz1XNV9eqJ+8xPLabWisfNWk6ppWhfb4J9LuZXuLN4ik8+1QTjGUC5yD71l3Piu9uLOOyeYraxtuWCNQsYP8AuivZ/i/4GfVtOLwJ/wATG3z5Z28yL3Q/h09/rXz1cwNC+x0KsOoIxj2r1sMqdZc9jwsXGpRly30HXN5JcPlmJA4FKt/LBC8YY/vBjOfeqmcE8VFcyKCBXocsWrHnubTuek/DDVNQg1q1OjF5L6N2niROp2IzEY7jAIPsSO9ehfGfTbAeKtHaxtUtYjKrTwJ92PDDeo+mGHtg14v8NNXm0nWZdRt5HinghIhkVsFHZgAR+tey+C7i38RpcRSXbnUIPOudjEu7K6FXIJz0dg2PQv6c+Vil7K8kfR5fUc6Ki/61PJvHDILm2U/Ixi3P/tEs3+FYUpRVGDkEZJ9P881ueNLUrq00DktJEwQ5+mf5lq5m7BU+WR8wGDXdgv4KMMQ3GTbKdzIT8uc02GEzOqds7mH+yP8AEnFMKlpOeg61dDNBp8l2oAd8bB6dl/qa6pycVoeV8TuZOqy/ab3YD8kZ2n3Peq96fkUDgdAKdCuG55NR3eGYAfw9a0irI45Nu7Zo2TrLaAlzuTAwaeu5ZBjvVDSSRM2CRx2rThIVORmmzppS5kmPEjeta+lORbmSTgA1jBN8qALnJ6VrTnyo1iCkKO/qaE7anZS6suLFFIoO4rx296SSAxjbG33j0aqsUUgUENjIz1p5Y7G3P2yOa0jiJLRmk4JraxPZRLJNJa3kW3zkPltnow5yDWLLYzRajJazDcrRkK3Yg9D+f8qnTUWVgQxwDmtObWrK6sIrYxBJkf8A1rdCpPIPoO/X19auc1K1jBQVrXOFvpAXCjotbGnXS22n3cmcMyqFP1Zcj8gazdVspbSZlkHRiuQcg49COKkkMi6OyDo8yn/vlT/8UKiWrPJScW0zp/CjNDqJ4x5qlfxDKaxb6TydYu8rkee//oRrb8Iyi4Nq56qTu/Ac/wA6xtWXOr3YdcfvCR+PNetiX+4gkcVJe/JiqRNtkBx7VMkjW9vLOrYfaFX/AL6H9AagRfs8ecde1XNJ8m4m8ubJBQgfXPB/WuKW1up0w0Z7/wCHrPxNqHw+H2bS9VlsdStYZCIbRnRnQDD5A9myQe5rnrfwn4mghmaLw7rgV2w5jtpV3jBBBwOmCR+NX/hx8W/GeheA7HRNPGnG3sQ0SedCzOBuJ5O4etSy/HPxs0jEjTAw+6VtyCD/AN9VyTlJXVkeipLSTZ6Bb/C83vgux1LTLW60m/u7qRZLS5ikxFFtJVWyMggjG7GPm9q8+0fwN4iGrXUtzYara28YKwgWjPufHHpwT3/Q1eP7Qnj6WBYGGlMo6lrYkn/x6oj8evHGANumD6QN/wDFV0U8dWiknFaeb/yPNlgruTdR+95LQZpWn+NLVvt1to2tw3JfO2OBw3H0FesJrPxR8KaNHd6hp48R2U6qzrKrSurADK8fMuD6jFeNX/x08ZTXSjGnHP3v3B5/8eqWT46/EKC0ksoF0ry3ILFrYk8Z6fN70546s2m7FLLcPUi4yV/M9G+HPgmz8U2Oqa7qtrFHeCWRm026WWHam4NuV+BnqozxjrRXj918YPGD3ACpp6+u2Fh+fzUVLqVqj5ue1zdU8PSShGOx9K2HheDw7qFkohkudQmfDbjsjRgM9eC34ED61zPxM1fVl1eWK9uI5du7KxtmOMkYwB0yK7DS/C+s39rPPdAvKTvikVs5BHGD6dPeuZ8YadOulf2akW24lKtdSdSQv3V56c5J9ePSvziEoyneZ9dFRj7sXdoxfCWtXl9bzad9rSGdUK72JAdSQMA+tch8RdXs7HUXGqzpO1sPKigU43kfez3A7evFP8Xagvh/TXljDi4DFIzJ1LHnp2xzXi2t3t1qdy8zu0krnLMxJLH1r3sPSjJJHLUnya9R3ijWrvxDqDXV2ygqoSNEGFjQdFUdgKyLnTGmj3qPwqGKJ2Z9gld1GSy80tjJqMV2BGpPruFenCCgrI4JS5neWrM5Q9rIY3+V1OCKVLpnZ4nOf+WifUdf0rX1yIXkjS+WqyKoDBR1Nc9co8KiTHKnIqo6mNRuD02NBZmZN7cuoABz6dP8Kn1dQ2oW92p3LcxqCfRlAH8ttO0KKW8tpWjjIhZMM7cKMc4yeM13Xwy+HWt+L2mt7aIRWMUgZr6T/UxnoQCPvHBIwMngdKwrVo0vel0OmlBzjZdSP4Pab4kuvFmnweGYJJb8S7gUbaFX+JmPZQM5NfVF58MPCsmstq+rrFf6g8H+kQpJ5dvu5LNxhjnPcj8sAcpYaDo3w9ijsNGJ+1NDi7vW/wBbKTg49l4HA/HJ5qw2uIyuqyYDjBH+frXzmJre3nzQXzPVpYdqNpv5Ha6Ve+G9Ag+z6ZFZ2WRjybOBYxn1OOv1NabX2n3IEl3qjxKfvKkmD+Jrz3RbGG6uTdzy7IVGTVHVLVJpJBauyRKcDJ61j7Jy3Zt7KMfh0O21688O6dKs1jDLd3bcoWckL7k/4Vzc07yaidRKLCzf88iRtPrnrWTZzJbc30uT2Oc4rds2tpPmjlUn+761tGmuppBKKsilqHiWxtCsWpQpKCQDKmEbHr6H8Rn3rotPsbLVrYS6XdR3CsMlQcOv4f4E1y3ibRdP1O3MUhMTueCoGM+/oK4bTdYvfB/iOeykt7lYQvDFs5HZh/s/rQ4LoX5nrBsrnSjK0WVz/CR3qC28TyXeNPuCqBTnZIuR+Ht7g1n23jKTW7BY7d7a4CNhw/JPpz1Hf/CpLnSI9XsmFq4sr2L5o9wOwnP3c9Rn8aiW1jRL+Zh4u0aW40x9X0O4l02ZDt8yPDhW6jIIwwI7EfyryjwR8W9Xs/EsuneMkiby5DDLNFFtaJw2MkDgrng4/XpXumiwSpZrBdJ+7kALkHKt6FSOD9RXzz+0L4POlePJ79CWi1BFm3LwCwAVv5A/jToeznJ05/JmGKlUppTg9vyPoOea21zSzcIUkYJvikU5DA9we4r5z+NXhPyJrjxDaxBULZulVe543/icA/XPrVj4FeNLjRdei0DUrtzp1yPKhDn5YXJJ/AMT+ePevftd8KLqkMsDRxvbSQnzUb+JCCCMVtQqVMJV5XqjKao4ujdqx8Nu4Dc+tVZMk5Jrp/GvhwaN4kvNLeNg1rK0e7d94A8H6EYP41zk1hsy5O76GvpoTUldHylSDi7Mv6C2xJZQMh5FA/DJr0Twfqs2iTnWLYlJIpI1RyOmST/NRXB+Ho/PghQr1DvjPqQB/KujjctpEqdAXkZQemAAoP5hvzrHFRU4crPVwk3SimjsvHZ8M+IbI+KdPSPTby6OZ7RHzEJD35ztDckduccYGfNb7SLlfnaJo2I3bWHUHofxoe7kDlF+6O3YjHIP5V1Phm+bToy01sNQ0qYiGSBm+aEk5yh/hPA56HHIPFTCLow0ZvJxrKxw7adJHKnmDarkhz6KMZ/PIFUtak3zi3jb5Iuv1I/p0r0/xzosGmWf2+zuPtGn3C/6NIV2sSOqsM8NuJyM9geleaWWl3l9qKWlvG008zhUVRlmYkAAD3Jq6NdVHe+xwYmHL7sUYqDEhHpUS8uxPUmtK/srqzuLuCeJo5beQxyIRyrDsappbuCDmu1SVrnmTi46MYcxuGHerMd2SQGGMnFNnQkZI69KYAXTdj5h1qrjpt20NfTgfmmI+UdDWhJcB8M6/QZqhp7hY9hHDVYFuJAVZ2+gppo9OnJqK5RLu9dIikWAccYqvIZvKVV+Vm5Y1fhSFGWNI1LMcAn1qPV7q306QhV3yf3SeKaceoTV03JmebVdmMSM3r6Uz7E56AD60iareTMTBbgE8Z7VJEdWlfe5jQercCrTj0ORe98Opp6Ctp9nmh1C6tHt8gNC6tkN0yOOD78VW8S6alnDHFayrNalmaNwc4yFypPcjjn3qk1qk/DyRQynLGQPwfXI/wAP1qeC3v1s5obiNvsrYaOUZKMwO35T/wACNbxs3sZ1U/ZuLLXw8Vn1Ce2DhdsbSYPfHb8s1W1vaNWkbbhcKzc9yoqpps72GvJKXZFzhscU7xG7LqBVOQqhSfXAx/StJSfslHsefGKvdFSaZ5n+QZA96ajzK2QOaktpjgAQEZ71Yf8AdRGSeRVB6DvXPZ9Stj0L4M+LdHstbuIPElhFc29xbGJWeMN5bZGHx3I5Gfc16pq3h7TIftAi0iyKfZjKs0kAHy7chgQD+dfMNnqUdveLKgPy5wf0r13wF4tuNT0i60q4vJmK2zeSu84C4wRj0Gc/nWmHoudW19zohi40qfvq5zDWKR3UjJI4Dg4GelKbRf7zVo30PltGcY6/0qA0/q6i2iOa50Hw50yG5guPOsEu3EgxuTcw9cH8q+j/AIfeAPCd94Ln1C+hi068G4efOiPtUqBggrjueRg14J8M2t/sV7JLMUCODwuc9ffiup8eeO5oNAtdGspj9muJvMlSN2y4AwMkHGMjp9KzxmFnWpQ9np3OvDVYQUm3r0OZ8ReHlsb+9j+xhxBMyAJGuSQcHjGelFc5N4nlsrtpfJmCoCQC2457fh0or18Jh6MaSU6uvojxsbWnOq3CGh9r+H9TGhqpuLuJ3kjOIoiWUAZ5J788cVjNrlvqepziSRba6nUqu6MMpPIUYPPOMcZNYvhB2tfE8lzeK4gJIAQ/dXtn1Fcz8fr610QtPpbpbTzgrhvvLgZLgds5AB+vpX5DCm6tRU5O6WyPvZQhCcm1rbc4f46wXU99bx3+o2MYCNLLKOoLHABUc5+U8Y715tf3mk6Vokc+mWX2vUZPmQzrlNvK7ljLHHK9Du69ulZWqa1c6zdSW8SvLKPmdyck+5PrWXaaFquu6l9ntbkIqc3M5JEMC+rt/QZJr6Shh1CK53ax59XEOT9xXK93q2rzPkmRFHRETao+gHArOuZdQS4LC5uFz2Zcf1r1fQfDdpaac1noCRXMk6Zn1vVPliRe/lIQc+vAOOOeRjpfh3pWgXF5IzNe6mLdi8t3IdjTkdfLH/LNPVz83oR2qrjY002Ong5T+KR5p4V8B+JNQ0yTXNUnh0bRYSBLeXuQDz0RANzt7AenSpdf0zw7paPeizkksodqouoE+fMSO8cTKIs+hZyB1rqPiF8RZ/El/BJbQ21tpmmkxabbwphA2MGc9yQOFz05PU1yPhixbxN4wtdKunaW0tz5kuf4n+9+fvUwdSS9rU0XkFopKEdW+523wf8AhpP42SLxH4unNn4dgbNrp0Pyed7D+6nTJHJ6Cvdr/XbLTNMW2061itbW3TbBDGgVEA4ACjisObUILHSbawhxHDAgVUXoPWuY1W9a7kO3hT1HrXi1nVxNTX4eiPXpYenh43fxFTX9Xur+ZpN7M7nLMao2LX8UvmbgAvJycCr9rHEhLSNwK5zxTqTXBNpCwROd2B1FdtKl9lGNap1Z1GneLLeYPbwTKpHDIW4zVDU/FBEjwDcH+teaa/q1vodq0qBZrkrlYs4GPU+1cIfEetG4Nyt/IC/OCAVU+gBFd1HBX948+vmKg7M9tvNRuZFMslwERBkljgAVXs/E2oW0wltLzzY/Tdkf/WryGbWL3UgY725kkU9ifl/LpUAhkgYPG7pnoysQa6Pqa6mDzF7pH1P4O8R2+q3AFxIYpuPlc8//AFxW18QdIt9T0kPbOv2yIYRvUdwfavk3T7vVra6juYL6dZIzuUlicH8a+g/hH44tNcijtNTGy/hUlomHD/7Snv8ATtXm4rCez9+J6WDzCNZ8ktDgNK8VReGNdWG4tbqJhKI7gMuCnPXHU4/lX0x4fntNU0uK4gdWV1DI6tkEHoQa80+LngWPxFoU/iPSbZRe28e6ZU/5axj1X+8O3r09Mct8B/FElvOPDsk5ZCN0O89u6j+YH1rGrBTpe0jutzaE5U63spPR7Hr/AIbubnQvGlzoE7efpF45urYN0Vif3gHoQxz9GHWuk+IXgjTfGmmeWC7vBkxujYkjzwcDuOmadqOl2w0lLqPJntXEoYcHGPm/QmtK4imk0OY2M8sd3JA3ktHkEPt+Xn64ryZXjKxtX+Hmiz5U+Jfwy1TwbexyzymaCXPlTJwCe4I7Hp61638EPiK39hy6Pryefd2cBltpWcCSeJRlkGeCwHOMjIHqOdnX5Na8ZaBp2ieMNFl0ovKrG+kuIYzvAOMxvg4xnO3n69K5Gf4R6va3sVzBrukhI3DLJFJKwQ/wncFwPUZIrtSq1LRkcMXT5b3PKvjNrGm+K/GMuq6TYTWUJQRlZWBZiM/McdOCBjnp1rhNT07Zb/LIpcZ3qAflPpn/AAr6h1P4S6VPAdVluZQzn97Fa2uY1kAG4j5lwpPIHYHHY1xsHw/0WLVIjPLNOofDiRkiDjPPBJ9R3r06cqsbe7ZI5atOnPqeOaVZNaW0DMMKYEye2Tljz/wKtLWrdYLOyWN+ZEj38dN2XI/WvYPEnhbwrZXMqWNvJOixhWWXWIQQFAH3Qmf1qzcaN4OfS4Xl0jT5JnRWjSXVX3dxt2gj/DGK6HUu4uTRpyqnFxSPCY9EvY42uHgYRj+IggH8fyq5oltc/wBs29qyssE8ixzEDOFJ4OPbg/hXs76t4dn0MaVLodhst3LQRrqbuiEn5jtZzycCuj+Enhm71VmvE0bRfKU7UIhifLdNwyTwOfxx6GqquahdyT9DOFVXaUWvU4fw94bn8SeDr3TRGZVs4o7u3zghT0YHPYoxP4CvMPiBoC6B4knt4ruG5eF8Ca3fcmR6N3+tfWni+e/8BabciztrKabUAE8qO0VVCY5zgDvj9a8F1nUbqe8djoNuYw4d1jtostkjIyyHFefgabdR3lZPoXiaqcLxWp4trSz4Mlxu3SleT+dJDp0soVFXf6dq9e8Y3ujajLFb2Ph+G2lyrlSYsAfimKxH1Ax3UT2+mWJeIg7fssR6e6qK+llheWPuSTPnFi3OXvwaMPX/AIf67oej21/qmnT2sNwu+Iyxldw9s/h+dcXcWTRyu64w+V285GO/619B+IPFF14strd9XOmFIg4w63eAWIJ+4MDp0FcvL4Z0AzSB59K2soI+yveLnPbLxMBj3q8NluMcLzsGIzLCQlyxueWxQtFFG7fxCtWBGkgwBW3Fa+FmJhdNUhKN8v75HBH4Riu00vwv4dk8E3OpCXV3v1lCQhLRWjIxnJIbk/h/OssRTnRV2j0cLWhUdkeR6hJNZZRRiY9COorCChp8Tbpp2PAJ716nc/DTxLqtvDq1haXcsFzKYYy1lKuWHYEKR+tYsXhpLLYiiGW7f7wJ24/77xU0lKbtFajq6u8nZHO2dtPGRPOobb91cgKo+lSXKQz5DyuW7AHj/P4VtXGjX8x8qaLKg8eW6sM/gatTeHLrSIvtF2PKQgHJXtjP9a15WtGjaFnH3fhOXh0zT59wke7RlzsCxg7vXOSCPyrdsNLuY9O2aNqNrfROoL20oKnPpzxn3z9KiaBZG3CP8AORVeKG/tZxNEGjPfng+3vXVTnC1mc86MkrwZieILOSCeSQxvGUcK8bjDxN2U+vsRwadqyjzo3ByWjBPHfJr0Gy1zRtWsvs/jO0uc+V5MdxBgnj7u72HvnoK5HxRpn2LUEWB/Pt5kzBKpyCuBjntRNqHunBUpuOtjB+1RQKflG8jA74qku2SbdNOjegzV5tKJYtPIEWmpHawnEMBlb1YVm79TFj7W3gmUuYVc5wNpxn866X4YWTp4xVI4y0BtLh2Vx0xExx+eDXNSpfSAuWC+1aHhnV9X0SZryzk2ytG0Z+UNlWBDDn1BxWtOXLNOwcqe56FrUOFifPY8Y+lZmKk0nX4da0kRuvlXMZJYdqs3ESquRXW9XcG7G18OVb7JqDAZVJAWPoOleweFdC8O614dvLfULxxcRW73CwmKPcpUDIDk98Djj3rzP4aWsbaRfSGPcBIM8kY6/4UeINY1fRUmfTLkWsZLQyxwpgYbqNxyTx796jE4adXCrkdmjrweKp0alpq9/K5zvi3TbV7sta281o0DqwJfJH5dOeaKpPeSLbTfaDJLISdm1s5PHX2orKFOKjab1LqWlK6Vj1g/HV/NEkP9nswGF8yEg4HQHbjNcv458Y2nja6+06rb2ok8vyx9luGjGMk9GyOpNeQJMwzznmmvITXmRwOHg7qJcsbUkrNnpp0DRb+BIrNNRsQQA/lPHKXA7Z2KfzNdF4lsdAaws9G0m4k0+yjCmVHtsmUnG4swYnJ6Zx0J714issi5KSMp9QatJrGpo2UvrgAdhIamWDhJplwxkorRHrbeFNS8T6rbWMetWK2Tsq+XEJF2r06Ff6103jzwl4i8OeE59F0yzgC3aLFG0csYYRcdSDuJPP5n1rynwZ468S6TcpcW+qOpT5mLxo/wAo5P3lPYVd8RfGfxZrN48moPZ3CkkhfJC7fTkYryq2Wzq1koP3UehDMIqOq3MaTwj4gjskD6FqUIAwSbV8fnitP4W2UlheGWWNklllk4ZSD97A6/Sq+h/E28a5PnaXaJtGS6My/wBa3rH4yLbOpksrksp+6t0QB+YNd1XDTlTai7nNSxMPaJs7O7juJYPm7e1Z0t1FbRkMcle1dDZ/HPwbqlsy3Ph071T53NvC5B79hXG+IPH3gi/mdBpMALkkErJGf/HDivJp0KqlyyjY9N4uD2ZR1LV3bpnmuY13VYrG0a4kc7j931J9K0r3UvC1w+yAmMnus5Gf++gTWTqHh6w1W7ikTVJAqjiPYH/qK9KnR5Xdo4qtVy0TOCEtxf3U0s+SzEg89BVRIggCuM4r0my8N6LYu808t3czEEBVCxIAff5jUkGkRKrnT9N0pSuMF/3rN/39yM/TFdid9jhnSb9Ti10O8EwFtby3H/XOMk47cVbOh6rLLErWbQZIP+kMIj+TEGu6t9V8ViB4Bp0t6gVkYSsZVKkYwI1O1fYgZHY1Lomga5qepIRYJbv/AKxwYtoA+hB/IetC5rNsiUUmki18MPAdnqniSwstTuCIJZALh44i5QfkRitbx34Q0/QvElvZ6Lc3PmRzFRNFFtYnd8vJbjj2rs/g5Z6XZ61qxuW2ahBtNtA0gjE5DZbAJGcYBAzzmo/H/icHVVS90aXTw8ZdmUNGznGcnbj86645XTlFVJXbOCWaThVdOGlil4c8ZeMNKlfRzp0DzTRuFlvV2AjaecAgE+nOM1yWhaadI1aO4tbHTRNGc52l2HUfeOSPwxVbUdf0y7uUuI7MB1GCyytn+ddhJ4h8KzrZS6YTo26NVlgLFl3Y5O8Asc88N+Brir4eFFtQjuelh61TEWlOWx7z4HnGqaJbm4VoftCbXWRCBvUdieoxWt4Q+wypNbRSOwi3RjcpB+UkDAPUEAHI4rzzwv43sLmx+zpq6WMkYLQytCrgccqoOMZ454rY8PanerZ3bS+KLG8aQEiWO4G5PwPH4Zr5OrSfPzNHt3lOLTZ594s07XbS/caVpSxwxktmS3jkONxxwwLDI/GrHhdvGs2owX5lkiAIBCnZnr1A6D8K29O1zxZbo3n2h1O0uH2rI6iTbtJ6ZyBnPPHYV1Vr4vvLXT3gm0+D5MYjFt5Q68554rWpOslZvccYKOyTLVlpF1q7TR3kUSR3I/efZmyvcg4z1HqPcHrmsm4+Dz7ZH86UO2eVjBz7csK7nRNU8RajHGywJZ2hXOd6kj2Hy8/hXRG6u2g8lwxJX767gc+vSsIUabTc5O/3f5nPUxlam+WKR8/XnwnvEnacJO0cbZJdYl3fj53H4Vk+KPh663y/ZIblLYRp5n76NxuI5xlxgV79d6VqzxjbewzAtnbNCX/mDWVf+C47yUTy2NuHU8CJmiPvyo/T9ahwmlomawxkX/Ekjy3w58I7RWF5qFvevCArKpth8xP+0jnjrn26c4I39N8LWum3wvpdRubqdgdtnbgBV2/wlUJwAOwAxiuk8W2mpW9vua/mC28eBHCdoYdvr/hXG2WlapZ6q2r2lpZySyR745LvUCE5XkBQASwzjqaUvaPa5vGpzK7aOI+IUF/rF3c3ct+IlLYdtjlI+MAYUHaOgFefwW+rQXpg0y/FzIq5CwSkP1xwDg55r07xXfanexX13cy6e01xKkV49uHlz3RRgYHKZ/4D3rhZvCQt5F1O/S4ljkzJHhfL+YfwtuYHuOhzXqYPmjHS5y11F6sw9HHiIahLL9gW+lgw8iTQCbvjnIOP/rVo2V5pV5q5OtaHFBuIGLRGhYHPOc8Dufu1pXGowS6lc67dPHFdyOkgM1yqruzydqNuHtkmusbxf4We0hutcisLuZkAeS2tQjsQOSHY8f8AfPHbpX1uVfWVK046HzWZxw7XuvXyN3wv8O/CHiXwzeHTRqVxLE25ogVWRQfQHhv0J9K8p8V+FINJcwWkmVVxn7SgZRwcZwSVP+SK9o8MfEHRrDwvdnw1odtAdu5vNkMkjDnrx29OleSyajDqd3eXdxYSy/aJC0ro5OGySTnIAzn2FfSVG3F8yVum1z5bCU5QqvV+e5wtxYJLKHlt4QkHyySWylhjI5KkkqPwFLpeoOALOykVNxJzIp9OgGcZ49MmvQPD9ulla63dWXh6W7vryHyYEjDuIVI+Zs45/An6+uFZeBZ5LmOO+UoCclIl3zDA5AA4B+pFfNZpLD4dKXPr2PrcsdatVa5NF1H/APCS+JrLR4tMt9Sla3t3bEcMpCKx4OOSp78Yx+dc14bGgvrO3xA93EsjE5Vd2z5T1xye3QV6xovhebRNVTX/ABDPBaWSrk2rxjzZ0HAiYdshQCxx68mvML6CyW1uZZBEHeRTGpflBht3Q/SvNy7Fw9q5wV7nfmGEc4WbaIv7HhCm40y8ublB86J5LHGOq8Z6ZH51bEWv31humspHXdhpDDg/KvcjsAprA0pla9REy7n7qgZ3HPTHevQ7HxXqWk3kulQtZtYrGqRosUZAJwzAnHzAEsPevflUcldaWOGnSirRep0/wY07TLrVorbWdOtpYZEO4SwebkjkcE5/I0/4y6D4di8Q29paaPZWET5YmKy8rJyOp3cfrXe/BzWrbVvEgWXSLC2kCBVeBNo691+6enpW18T/AA+l34minMFi0axj5XAAwcnOOvavBljJKvz1Foj1fZcq9nF6s+etT+GehnSI57OaPzWBIjtrra35Pn9BXE6p4U0+C3SO4h1a3fcdrMFc56khcKDwPWvYvFOh6QNVje2vra0k2l9sLyMmRjCnKnGfXPGK858Q3Goxaq2mLeGNQSqpJhkY9gQeCD26/rX0WGnhsTB23PIxyxGHtfbqcRqXhiykkVrLVp5FOMme1CYz/uu9VW8KXkTlba5sJj7zGMn/AL7AH610Qa0vbs2dzbfYbgErvjb92W9wc4/D8qTVdOuNMkaJ2wydU3A/r3rRYG8eY8760ubla1MO68F+IoVUtpF9Pk4zbxeao/FMisk2NxBdmC6tWTHDBl5H4V0djfXRvWlgmeJ1fKxROwz645rstb+IXiG6mM13JDcTbEU+ZGCuAoAyBjJwO+a5VTtI6XKyuefeH5odO1+0nu4VnsUlUXAUEHYSATxzwCa+hX8NfD6Vdr3EC/WRq8s0vUfDmpAtqWjpbXBXImiQAMf91dmPxJrs4JWu0WPTorS8+XGIpisjY/2ZAoz9GNKtl9aq7wlb5muGx1Gimpr70bEEnhPQy0dm1jcoxy6MznJyfQitVte+G99ZG31LRNL2uS5dXc5IAGSM1zVp4aF7mS7lk00btoFzbsD0GfYjnqCaXUfASiB5kv454+zRxE/1qJYCtCPvtnUsfSk700jSvb34SASJCmmxbhjBSXH6GivMdY0K0gl+a4mb6R//AF6Kz+qPuzT6+/5Ynm7SQkAFHU49j/hUQaE5Jm2em5Tz+Wa0LzWtVmjC3kUEyjvJbgH8xiqYurZlbz9Nhbjjy2KYPr3oqSSONRd9RYvLfIWeIn03Y/nTzCIyPMPUZHHUVWJ09+Vt54yOm1wR/Kui8E6X4evNVja/1u4sUQGQmWzMq/KCxBCn0FctWfJFyOmlS5nY3tY0Sx0z4YxaxBd28lzf3htvIBPmxBAGfIzjHzIB35NeeWUElzciKNSzM2OBmuo8daa9k9lDBrVhqEMhluVZAU27mClSHAwcxmneA9V1HRfEkGp2kVrNJb5YIRHICcHqpyMfQZrhpzmqDnBXe5vVgp1VBuyMPUoJdJSaxYsJN/zg44K5H9TWHI2CK63xxqcep69qF39g8uKeeRonMZUqpORx0zjGccemK5ySxk4Yo2xlLIx43DH1rajVTgnLczq0nze7sQ20zxSCSM4Ir1r4W+G/BnxCuLfTbvXbjStVKYVHtlaKQ84AbeME/TvXj06EYAHSrmgXs1hfpcQSNHIrAgqcEYqcVSdWHu7oeHqezlqtGfTkv7LMdxcMR4ukiA6L/Z4Y/wDowVlat+zRZ6baXN9e/EV7a2t0LyyPpuFVR1JPm9K9v+Afi6TWvhxpN9fTGS5YPFKxPPyOyg+/AFJ8cref/hWni+ReF/su5BI54Mbf0NeJSxdeLUG9zvnSg7ysfPOk/CHwvdqsdp8a9IlkcgKvlqpY+2Zq6u5/Zx8XW8W/RvHWk3ZK7kS6tpIiw+ql6+XLVXceWvJAzXvn7M/xO1ay8TWXhDUrl3s7nK2ruSTDIBkKMn7rAEY9SK9WpOvSXMnc5aUKdWVtjmPF+gfEbwFEx8SaX5cDSFY7qIiSBz6b16H/AGWw3tWLp3jS/VtskKFe+xyp/rX6CzJZ6noUiXdrbXNvcqY7m3mjDxyD0ZTwRXxB+0Z4DtvAnjILpkZTS79DLaqTnyyDho898Egj2Ze+a7cHjlVfI9zOpRcb36BoXjpoVxKlwoxjIkB/nV+H4iwgSRGSYQkY8p4FZDx3XPNeX6dIkk8cE1ylujHBldSQo9SFBP5CvUfB/wACNW8X6X/afh7x54Xv4N219hnDRt/dZTGCp+or1auNjRikzh+rOtK6VxbPXvCV4v8ApUtgWJztFk0Z/NQBWkbXwPqiRQx33kyDjdFdqp/EMCatn9l3xokZkk8SeG1VASzM864AHX/V1lp+z3rT7ifiF4KwDgH7ZIc/+Q68+eMpTd3I6VScFZI2LTwPZw2TNaeKHK8sFeIOOv8AeDf0obR9VXT3tLbXtNdCMJHIHyCeepXFGnfs2eNZrQTW/jLw6yN9ySCadgT9RHXJ/FLS/F3wu1ux0O98SfbriS1W7EkLuybS7KBhwOcof0rjdGnXnaMtUdUKzhHVHTL4c8T2hh8h4QG5P2e9QlffGQa17S58S6fpkpurLWZ3cglmmcjjplVbHHNeUWXxJ8SpOrG9jO0AY8lcH9KuXPxP126Xyrmfr/cO0GoqZbNo1hjIM9Pm8c+Ksx28Q1SFI2JUKzouOO5HP1JqS4+IfiKGQhZ9SXZ90mZ81zvgbRdb8XkzeHPF+im4jUGa3a8nWWIZxll8vp7jI967O2+EXxKkklnk8X+H5kIAKO8gA565KdeK8yWAiuqOlVkt0M0f4peIjbgXN1ex+WR8zzPhxnpz3/EVb1T4oamuBBfX4fJySpAI4wPvn3ri/G8Vx4Rlk0jU/E2m3t8FG+2tGaQw7uRuYIADjBweelcrL4jvLe3xcQpyc71III/pWX1byK54HpVz4+v724+zXF5eTqw4CnGP0/nWRca7rCzCKzurwLtO6Nd3ykjHGMH8sVj+EPC93461HytC8TaFBqezd9kuZpY5iPUAoQ3/AAEmusg+BXxOjuWmuNc0XA6YuZRgjv8A6uqjShBX2JlX1szh9Ri126hmlmie5QIBlvMAHQDgtiqkek6611HbbJI4ixO18rycAn07D8hWr8Q9Au/BkqaTqniDRHu2TebK2nmlkA6jcNmFz23EZri5tckRgscFvGqqFGAeevPX3r3MG6btdHm1ueV7SRuz+ENS+zvPeX0MSbt3/HzHxwTyN2e1XV0aRBYxnUrfbgZDXQOBkjJVVPoe9cFe61PIoUKgx6KMfy96veHp59YnSwfX9P0joqy30kiRfTcqsFH1wOa9OpW5VeCsedChJ39pK57PplpoltououdRiZzHJGPKSQ4ORzyvH596w9Iu/BcNsouda1C7ukZsQm3DA59NxI/SrNh+zt8UZjJIfEGjmORdyeTqEmGB6dE5z6964v4q/Cnxx4E0Vdc8Q6xpstqZ1gSOO6kkdnYMQMFABwpOSR0rnq4hV4xg6n3Dw1CNGpKSj956n428b6BK2nafo9rNPZMh+aTfGmcgZYKVHX8Otc7f+ONfjZIbPWLKxSMMvyGNWbKHCkDkjAAGc4yK8O07U2huRM6Bj2zz+lbVn4iImd/tMac7uLRM/ntrKnlFFrV39Trq5rUUdEehXWi+MtSsZLmX7TdDG4eWruSM8YyAD1/Ssi+8NyadpqXOrxyxuSoWOeN1U56/dXjHH8Q612/wz8FeMvGfg9NZ0jULNbWSZlUyymF1ZDg52IRj6HvW54o+EfxEksftF5qugQwRDc7S30uwKBkknZxXZSeBo+5zJWPMqYjGVXfl0PLtM1ax0y/Ro7C0iTGS1tvDf99Fjn8QalgPhS61CK5nk1C0XP7wxhH3c9skY4471yOtLHDeSW66haXqrwJrYOIz9NyqSPfGKxyxI+8v/fYrapyVleDOvDzqR+JH0Z8LfFui6Dfahc2V6JFVitvJKgQhSeoznt9Kj+JPji4vp47q31NgjYOEl4JHcj8vyrw7w81y85j3BV4zluv5V7h8Yvh/HoXwp8OX9vAiX1sQmpsq5ZzJ8wLED+Bspn3FeNUo0o11zPc9KOJcY6LXucPqvjC/aI7NWkBTldj8gkc81yWpX8lxrEWoXk7OXCuWb+8Bjk/gKgigRY2aS5Qsf4MkfrzVuztopbIxRzJBOGGxhF5mAepy3ccYxivew0KdKN7Hj4yrWrOyL1jps97KlxNNb29lKwd7qUAZ9l/ib6Ad+fWqXie5tbvVpvsYdIVCxp5hyxCqFDH64z7ZrSh8NRXbKbrXbppAMFltdxP1JkrQPhDwrEp+1a3cqB0V5YIwfzJNdFbNKcFyrU4qOV1Zz55P8ThGs5LgoqR5JPVV5J9c1s3On3dnEIb1nKnDeWx46dP1r1L4d/8ACt9O8RafNf68XNtMjoJrlJFAVgcFQpyPYVo/GDxP8OvEHiu4u/t8cq8LuVZEBwABxgV4lPG1KlXSLse1PB01Dlk1e3c8xudX8IRXFkq+EJUVY98givnG8ntypwOCePXrWlb+LPD1pZkwaTc2VwRgmG4OxucjcrAk9u4zjNStq/wytriNo7bz2VAoIWZjj8WAom8VeBguRojuo6qbRGH/AI8TX0dPEvrY+elgYxldSf3nVeAPEd09k9zaky28x5DDKnjoR0P416J4X1rwtqWox6fqmnR2c9x8kc9sSgY/7SjjPuK8h0v4neG9OtfIsvD8sULNkiNY4lJ47KDWvp/x6g0y3cab4XWO4cbTLNeb2A9Fwgx+tdX1hThbr5GGJoKesIu52XxW8FrpVwrfabG9glf5UYAuPYnqP69qK8a8S/FvUr+/muf7MtlaYjOZGPQYFFL22HslPV99iqdPEuOjt+J5fqLm5szxtIOQMdaxs4VVPYVsxakJDh0I9MVk3igSll4ViSK+bqpPU+kiWsxHSYpAiiQMVYjv/nNQ2z7ickpkY471HCx8gxeh3Cruk6a92ryPkRLwSOpPYVyzsots31k1YhawkuzhXZIwSWkbgDNaGgeGtVv9ZeDTrP7RtGXYfdRf7zHoo9ya7jwX4VttQin1TW5zbaPb5VQrANcSgbjHHnjgcluccdcgGj4n8SxeYtrYQJaafFgraw8JnJ5Pdmxj5jk15brSlJ06aOt4dKKnIv6t4IvNB0+xudX8QPb29xbh0S0jMob5iOuRGfqGrb0LUvhrf6V/Z3iB9SumtbZo4HgsYYSpDbsna5yeo+bPFea+JfFF5qdvbRXd1POlupWOMniMcdK5sXD7coMKexrJYGtVglWevkU8VTpu1NHoM3g/w94j1Z7bwvrEU7uT5VrfEW0wIH/fDk9Bhs1wWp6RdabqNxZTwNDLDKyOjDBUg4Ix+FMWaWIifJyOnOK7/S3Hi7RLv7fL/wATe0gaa2nZdzTwgfNGzeqjlSeykHtjVxnh1rK6Mko1norM+g/2VEVfhpprNgj7ROevT941egfHXcPhj4y8skqdGuXBHoYmrg/2X9PktPhXbySuCDeTYHU/e9K9C+NP+k/BnxWqD99/Y91+P7pq8WUk6ya7/qdNa6gkux+clhfzWdysy7WA6hlByPxrtfhOW1b4teGUt0Ic6pC52dQquGJ/BQa5bQvDPiDXbn7No+i6hfzE4CW1s8hP5Cvqn9lv4Fat4Y1lvF3jIw2V4kLR2dkHDPFu4MjkcDgkY9Cc4r6LGVacKTd9zzKDbkk9kfSvh62VdIbzCTG245PcY/8A118uftw31usnhzSIirzxCe4k5yUV9ir+exvyr2D4rfG3wf8ADyzFn541K/ZW+z2lo6tk46ueigk+/f0r4S8X+MtZ8U+I7/W9Ul3zXkm4oD8sagYVF9ABgV5uWUajqKotkdNd6NvqVZ3+7xX0T+wOf+Kl8VRPIxQ2sDbc8Z3vz9a+axK0igmvpb9gSES+J/FL4+7a2/H/AAN69bNJ/wCzSOShpM+qvGEMa+EdWj2gg2FwDn/rk1fmHG8SkjCn8K/UDxsN/hDWFHU2E+P+/TV+WUO7HzHPNcGS7yfoOq9jt/Anj7xN4N1OO88O6lLblXDSQ5zFMAc7XToQfzHYivVP2oNe03xifB3i6zUIb/RykkWeYnSZ9yfgzHnuOe9eMQaDP/wgE/i1g6QpqaafGCnDsYnkYhs9tqjGP4uvFVG1a+l061sJZd9vavI8QPVS+3dz6fIOPr617apQ9r7VLUhybVmWW4bA7VTnmIIwc03z2Ix61XmbLV0zmrGZ7P8AslaXcX3xDvdZSR4oNP0+QykNgOXICqfyZv8AgNfZWkqj2hX7wzzXx14WmbwR+z3NeI3k6p4ovgICPveQhP6YV/8Av4K+vfAVwmp6Da6lHwl5axygDn7wB/rXyOYVL1Xbb/I9iiuWgrnwx8eLa80L4y+JY/NfM92bpGzyVlUSAfhux+Fcw2t3DQJtdkdTyR0NezftvaGbPxto+vRqBHfWTQOf+mkTk5J91kQfhXz9nivfwyVSjFvsedVk6c2kejfBXUxJ8XvC9w7eVMNSiG5RwwLYP6E19+nzZVMitj2r85/gp8/xj8IRno+sWwP08wV+lVuhEYzXhZrSUaq8zaFR8l3ufnZ8Xr6SP4u+LRPMWlOqzLucbjtVsKM+wGKwW1SVMBoYm99i/wCFXvjyn/F6PFxz/wAxe4/9DNcnDIycqfrXuYenH2cfRHO6kmaNzflx9xR9KpteSBSqhRkY6A1E7hqgaRQcGuia90hu7P0G/Zg1OWf4QeGIby68yc2sgjDdSiSsuB/ugqPyrR/aB0CTxL8LtasILcT3aQG5tlxz5kfzDHuQCv8AwKvG/A3ilPC3gP4QatJN5VnLdT290T0McrOpJ+h2t/wEV9STwJPtk3AqRkEd818VLmp1lNdG/wAzrna5+XzyyQRjCH8GqI3csgwq8jtmu8+MfhlfDPxE1/SpIpUtobkvbH1jf50GfYMB+FM/Z68Jf8JX8VNMtZIy9hav9ru/Ty4+QD7M21fxr6t4qPsXVeyOZ022kfYHwlih8J/DzRfDZRF1G0s0lvE7rLKWdgfoxYfhXMftU63dL8FdRaJ5F8y4t45BnG5TKuR9KT4RaqninxP4x1RJN0D6qI4D1/dIm1fzAz9SapftYWYt/gxqhAAzdWo/8iCvl8M3UxKcurPWq0qcKL9D49lv3dt3loKYb+cdAg/CqoyaMp/HX2sG4qyPGuep/s2aFqHi/wCKFhbtOBY2H+m3gKjDIn3VP1cqPxNfavi/RLfxF4G1LSrg7TeQPCH/AOebEHD/APAWw31Ar5X+CN9H8MPhZe/EC9VfP1nUYbGzjbndCr/vCPXjzP8AvgV9b6TcR6jpoltTuSVA6t/eB6H8a+Yx1Zqu5dtEehTp3pXPzbvzq2nalcaffSTR3VtK0UyFj8rKSCPzFILu4wczy/8AfZr1X9rjwudB+Jf9sQwlbXWIvNyBgCZMLIPxG1vqx9K8iSXafuIc+1fSYep7WmpHn1I8smiyLgsMPKzfU04Rzyf6u3lceqoT/SpLOad3KRQkk+9bNvJJGpBCyMOiICc/jmtW6a6kKMmY9tFexygrbTIfVht/U1ox2d+6M7QFif8Apoh/rWrYadrs4EltpBYHozxYX/x44rpLfwZ46vbJHFnaW8XsbdD+ODmsJ4zDU5XlJfejWGGqzTVrnER6VqLSKFSBf96U5/QGr39h3wUNJLCB6gFh/IV1c/gbWrRBJf6xawp3xO5x9AFrEvtMt4n2m6M7D+IjNaRzDDTXu6kTy+tHfQzE04RjMurRoPaMf1apjaaZId0uqtwOoUfyANRz2yluT09qrzW6RjOWau2ni4W2Oaph5LqWpbLw6CXOqSSE+gf/AOIFFY1yYlOGljU+jMBRWv1mH8qMfYT7mPECWAHFXYLUXT+Wzqg/vHtUunzW0UTFmDv6EVBJcObwleAx61xOOlj00UZYXWfyerZxx0r0T4WaK+u30dnGYY5JZFtoi+QoJ6ufp/M1ytqUFyv7sHgnmvW/htZrZWusTpCILuz06aZUKlWDNGy8D23g15eZXhSaW56GEjrd7HKfFLU4YtXGm2RK6ZYL5FpHyMoOsh/2nOWP1x0Arze7ndpewFb+tzmSZ2kfLVizQB08zd17Yq8JQdOCv1Mq7vIrwxmZ2wucDNKsUQeUyOEeIfIrA8nONvTr3/CkdQsJAA5OPyqNmzGVZjvPUnmulow0sRtc7vkwDtOScYOTj/D+dejfBe9sp/G2i29zFiI3MayndncC+GBGOhUkYry6ZChBJB3DPB6Vu+FNRGkTG/58zy2WHnGCRgt+GTj3x6GuLF0lKm0kaYeo4T12Pt34biytfCFlFppZrYTSuCQAXG8gdz6V0nxB1y90f4X6/rmlyrFe2FjLPCzKGAZVJ5BGCMZrzT9nO5luvhdpk0spdPOnXqCD+8OP611vxOka3+EHjC38stHJo91g9h+7J+vp/nk/MQpOMlF9/wBT1a754Oa9T5ig/aa+KUMof+07Fx3Q2UYB/IV6R8Pv2l9P1a7t7TxlYrYy7wFu7YnyiSf41zkD3B/CvkpTRX0dXLqM42sePTxc4O6SP0Y1TwB4D8XIbnVvC2kahNcJu81IxHIVPIYSphj9c14L8cv2YH0PT7rxJ4Aubm/soFMlxps43zxIOrRsB84HoRn3NbX7HvjK/wBY8L3OhXMrSSaRNG0Tk8+U5JC/gVb86+rbcpLCkijaWXPFeJSxVbBVvZt3SOnExjJRnHqflCsmwYxnPvX1H+wE6L4h8Vugz/o1vnn/AGpK84/a/wDBVl4M+Lkp0uJYbDV7cX8cS/djdmZZFHoNykgdgwFegf8ABPs/8TvxafS3th/49JXsZnUUsG5ry/M46f8AEsfXevm3Oj3wuyVt3t5BK4GSilTk/lmvibT/AAH+ztceIYVm+KurMkz8p9jaBfoXaMgD3NfZnimXPhXV+OljOevfy2r8sI5nDZ9K87KL1lK0rFVOVaM+xv2uvDnhzwn8A/C+l+E4IY9JGrI0Jik8wSboZmMm/ncT1znv6Yr5KhAOcmvQL3xnPrH7O1t4WvbgyS6T4jjktgxyVhkt5ztHsHB/76FeeK2K+iwseWFn3Mh78Yq74c0i717X7DRbBN1ze3CQRD3ZgAT7c1QkYV71+xh4fspvGOoeNtXGNM8NWT3DOw+USMrYJ+iCQ/UCqr1PZ02xGT+1Rd2uneMdE8GWEzLaeHdOigAH99lUkH32iP8AHNfSn7KetjXfhXpshbc1pG9o3P8Acckf+Ola+F/H2vXXijxhqmvXZPm311JOR/d3MTj8On4V9Q/sJa4n9i6/ohbL27xXKjvtcFW4+qD868LG0HDDKXVf0zsp1nJtPqaX7cGktfeBbfVY03HT72Ms3pHIrIf/AB7ZXxrvOOlfot8eNEj174WeJNO2ZlksJJE93ixKo/76jWvzmfgkeldOTVuehbsZYle8mdn8DTn4z+Df+wzbf+jBX6Y7CU2rX5m/AY/8Xu8Fn/qM2/8A6GK/TB7lI1z1rlzhpTi2RG7jofHnxN1f4DW3xL8QweJfDviV9Re/kS7ntrpTGZM8sFLAgVt6N8AvhP4/0JtY8DeKdThhxjfvWYRN/deNlVgf+BV8+ftBnd8avFzYxnVZj/49XSfsneN7zw18WNO04St9h1hvsU8WeGJB2H6hsc+hNdE4VaVBTpSd0ioOLdpFb4xfBzxb8N5DcX0ceoaSzbU1C1B8sHsHB5RvY8HsTXl7Nk1+qus2Fjq+gXGm6laxXVndxNFPDIuVdCOQa/Mj4teGG8G/EbW/DhZ2js7orCX+80TAPGx9yjKa1wWP+sq0t0ZzVlc9b+L7vbfsq/Cx425eWf8AD5nr6t+A/iceLfg1oGrlt1yLUQXPPPmx/IxP1K5/Gvkz40Op/ZS+FO3nDzn/AMeeu7/4J/8Ai8ywa94PuZf9UVv7VCein5JQPofLP4muDHUVPDOcVqm/zHCo5Ssy3+3BoawaVpviNExJLKLSZwvU4ZlyfXG78q5H4OXq/D/9nXxZ46YbdR1iQafpznsBwSD9S5+sVfS/x58Jjxv8MdY0aFFku2i8+0HfzozuUA9ATgr/AMCr5Z/ay1C28OeHvCvws0uQGDR7NZ7tlP35WBAJ9zmRv+B1z4OftaUaF+uvodMnvLyPRP2KGOoeFddvZGUOdRUkL0+5/wDXrrf2yH8v4JajxnN5bD/x+uN/YFYt4O8QZ+6l+n/oFdh+2W4PwN1Fx/z+W3/owVikoZhyruiqk+en8j4fjdQMMPxq5ZaVfalqlpYWMJmnvJkghUd3YgAfmay1JOcDP419LfsceE7bWvEdxrt35cg0lN8Ee75vOYEKcfTcR7gV9LisT7GFzkp0+c5P9qjWIdJ1Hw/8N9LcGw8M2KLIBxvncAlj74AbPq5r6Q/ZZ8WJ4h+Funs75nsgbOUE8gp90/8AfBX8q+a/G/we+KXiTxhq2szeGpZJrq7klfN3BhQTkAZfoBgfhXsP7Lfgrxv4C1O/tfEOjyW+nXsYYEzRsFmT7p+VieQSPyrwMY6bwyal7yO2ipJyg9jpP2tfCg8SfC27u4kzdaPJ9sjIHJQcSD6bSW/4AK+JoULMBjOK/TG5tY7uwubWdPOiuEaOVWPDKwII/IkV84t+zxDYCW1i1rT7iVmOFkbyyB2HPfFLA5sqFLkmUsL7WW9j58t7i2hjVEAyBhiAeTk1cttRxcR+WkkhJxgYH9a9Tv8A4Ia7p6MkmiTzoOVeB1cH/vkmqlt8J9Ts1aS6067QkgKGQgE8967JZnR5TeGDne0WmcnL4u+wW6Oml3MrLndunAU/TCn+dTwfG3XLdAlroulqoBA83fJj/wAeAq3rfhRtNlnCxtscAbWwSxGPTqMg4NczZ6HZSTtcPaoqkf6sZwvQZwxopww2JV5q4qkK9N2TsTar8RfEmqP58sOnRMRjCW+QB9GJFUotS17U2I+0pvbp5Fuif+gqK07/AEZ4jbvaQwSK2W2xYJUD1Hb1reTxfY6JprWsM7PcZz+7yAp+nbBrugqcVy04nNUU2/fkcFcLrrMXmnvZcDLM4bH41mpN9puo7ZJSWdgo4OMmu3vNYiOlCBy8ty4KswGFwRwfr1rhtNdba/SZEBKMCM+xNdtJt7o5KsEram/beDJLiJy19aRyK+1Y2Ztzc4yMAjH40VFceIbv7SZoYok53AMN2D+lFdNjG0e5zktnJEPvI30NRkO33v8AGmeZKMfvX6dzmnLNKO4P4VWhaNHQ5JpL3ywysSjEbvZSa9O+E/iDz/HEFlfuNuqxy2M80n96WMqpP0cr+VeT6ffvbXCzjG5CCPwroUvs6lDeogSPIaIj0B/mCCPrmuStT9q3F9juoSajoM8YabdadfXNtcQNFKkjRyKwwVZTgisGKVsLGeV7e1e0fEFI/iJ4dXxXoo36jaxomt2ijLKeAtyuOqNwG/utnPXNeK6hBLaTmKZSpHB+tZ4erf3JboVRczuJcwOgLetUXkyGXHPrW9b39rfW6WN0yW8ozsuCCVPs/oPcZ9/UUNc0e80258ueIgModHXlXU9GUjgj3HFX7T3uV6GcoaaGO/GKRWy2Ke6MOSKS3jLSgAVUndHOfX/7N08n/CqNNV2ynmz8Y6fvWrtPilcLJ8J/FcMeXxo110Hbym/z/wDX68X8BtPubL4Y6St1GYt4kkGeu1pGIP4jB/Gus+IyE/DbxUluGd20a6G0dT+6Y8+vSvl2r1fn+p70l+4+R8FFSOtIeKsSDOK6D4e+Ctb8c+IodF0S1MsznMkrAiOBO7u3YD8z0GTX005xhHmlsfPWbdke6fsNaXdKniHWhGfJkeG2i3DhmXczfiNy19g20qwQJG3UCuQ+GHgvTPAvhOx0HSiWigT95IwwZZDyzn0yT07DA7Uz4q+P9A+H3he51jW5kEyqRaWoP7y5k7Io/LJ6Ac18LiKs8XiW6S3Z6c5JUoweyPln9vLVoL74paZYxMhex0tVmx1V3kdsH/gO0/jWp+wWrDVfFjhgNsFtwe/zSV8/+Ltd1HxR4m1DxDqsvmXl/O00hHQZ6KPYDAHsBX0d+wxo18lt4m1h4ilnN5EEUjDAdl3lsfQMv519Fj6bpZc4Pey/M5MMr1kz6Q8VXTjQL8etpN3/AOmbV+ZJ4r9M9QtxPplzZjBlmgkjTPTLKQM+2TX556n8PfHGm30tpe+EtbjljYqcWMjA47ggYI9wSK5OHdIzv5HRj6aUlY5tXKjHau3+HXhuHVdD8SeJNSty2maLYElmYhTczHyoFyDyQzb8eiEd61fAHwJ+I/i/UI4YtAu9KtC37y81KJoI0XuQG+Zz7KD+HWvav2k/DWjfC/8AZv07wfozgvd6tCbiYgb7lwjs0jY6cqoA7AAV71XFwpzjCOrZxRXU+UJ3wcV9O3zj4Z/sa29sAsOreMZ/McdH8lufy8pFGP8Apqa8U+H3w51/xV4x0XTn0u+jsL2SOSa5MDiNLYkFpN2MY25we5wK9X/bITxD4l+IGnaL4f8ADmr3Wj6NYJHGYLKV4/MfBbBUEHCiNeP7pqMRWi6kabfmDTtdnzlz1PU17d+xlq/9m/FsWrSYF/YzQAHuVxIP/QCPxrz3/hXfjdunhPXT9NNm/wDia3fhp4Z8a6B8TPD183hbxBCsGowmVjp0ygRlgHydvTaWpYzlqYeUb9DSlFxmmz781J47q28wqrR4wR/eHp9K/MzxhpsmieKtW0eQfNZXs1v7nY5XP6V+lUbL5TWrttYHGa+Kf2mPB+rz/GTVbzSNJvLq1vLeO9MkEDOq4jAlYkDAAZGJJrwchrNVJRk9zrxNN8qscL8Cj/xejwf7atAf/HxX6KNeS3EG1Dj15r8+vgLo2pXHxk8Mm0haRoL1biQgcIkfzMT6DA/lX3itwtvyx2hgDmjPWp1IpPoPA07xdz4J/aBH/F5vFbf3tTlP60fs76bLqXxs8KQxLkx6jHO3sseXb9FNb/xd8GeK9a+M3iN7Lw3rF1Hd6i8kEkVlIyuh5DAgcgjFe6/sx/Bq+8GalJ4p8S2yRaiYjFZWhOWiDfed8dCR8oHXBOcZr1cRi6dLDWfb9DjjRlOZ9ImYRwgNztr86f2r9Vg1f4/eKLm1x5cc0VuSP78UKRv+TKw/CvqX49fHHSvAumXWmaRdwX/iN0aNIYyHS0bBG+U9AR2TrnqAK+Eb2ea8u5bq5leWaZ2kkdzksxOSSfUnmuPJcPUi3VmrJ7BiLbI93+L/APyal8Lk/wCm1xz+MlcL+zp4nbwj8WdF1Qvtt3m+z3OTx5UnyMT9M5/CvTfjLoGoWP7LvgJLm2kD2sm+dduDF5quyhvT7wH1rwTw/KLXUUnZfu9Oe9ehGCnh5RfW/wCZKjyVEz9RGcnagPU46Zr86v2hdYj174p67qUUvmRvcskZ7CNflQfkor6lb4qJF+z+PFEs228a1NkpJ+Y3JymR74UvXxHqEkl3fvKWLF2JJNeTkmFaqSnPpodmMXLDlXU+tf2DGaPwJ4hbbw2oIAc+kY/xrrf2wXMnwM1NR8uLu2Pr/wAtRVH9jrSZLD4VO88Rj+2X7yRk/wAShVGR7ZzU/wC1hDe3HwU1sQQvKEeCVivJCrMuTj0GfwriVXnzPmW1zR0lCg15Hw4HYuGZicepr6i0fUJfhf8As2WF1BIbTWvE8/2gSRPsljjHKkEEHGwL9DKa8K+FPgjUPGvi/S9Lihf7LNcr9rlUH9zCpBkYnt8ucepIHevXP215bu18SaDp6weVpcWnZtlUfICHIZRxjgLHwOxHrXvYxxr1YUU/U5KKcE5/ceYXHxS8d+c7p4w187uoOpTYH/j1afg34s+M7XxPp9zqXivWri1iuo5JYXvpCkihgSpGeQQCMe9ecW8YkbD8hjT5o1ibC11SwNGUXHlIjWmnc/Uiwvba8sY7uzlSaCVFkjdTkMrDIP4g180/tYDV9G8Q2Piizu57e3ni+zyiNiF81futx/eXj/gBruf2TvE6ax8GbCCecS3OlO1nLnrtHzR/htbb/wABrV/aE8NP4t+HmoaXEoMskXm2pPaZPmQe2cFfoxr5WnCNHEck9dbHo01JrmgfJ+l/EHXZtVhuo9Yu7Wcf8tIZSu4/7WDzX0V4C+OM0WjumuuZ5l2rG5XIbJGS3tjPNfFyeZbT7WBRgcMpHI+tdfbakzaQZFvEimjwQhYkycgbcDvznLY4B74Fezisujp7PQVLFKV/aq59Xajq3w88aXPk3klrpt++QokTarN/vjAP44/GuH8e/DvULRPs9rp8jRBMrNApdSCSQW7r+WOOvWvFNA8Q3P2secXmzxsIz6j+tex/Cj4m6rpcn2R5f7Q0zy23WkxzJGoH/LMnp9OhrzqmHq4d80Wd1OrGrHY84vtH13w9f+XewTxRgE4I4Yex9DntWDrNvHJd3N0sPkxSNuQZztyT+f8A9avqnVLBPGOiLf2F1HONg8oMCUkx/wAs5I/4HA9Pwry7Vfh/JqFtcLYLHaajEx3WM0y5YEZ3REnJHsfzNdWEzJSnaorMyxGCtH3WeLWztLeRKeUwR9eKopGftA9yP611eqaNe6Def2fd2jQ3CStvWSLawJGO/P4Vz8cLqwYjsBjv3r6GNaMpaHlTpPksxt3HFFFEFMuWjDNuA5OSOMduO9FQ3X3FJ64wT68n/GiupJHOZi4PUU0rgkU5Fw2aWTa2NvXuaqxSRGBWhb3Ma2ItJGIBfejH+Bj1/A8VRC1BJIxOD2rKcTSMuU6Tw14i1TwxrcOraZcvDcwkgd1dTwVYdGUjgg8V3ktj4T+Jd75/huWLQ9ekG6XSLuULb3THqbeVuFJP/LNz9D2ryBboBfLdcr256UhcJh0fPoRwRXHVoKb5lo+5cayOo8YeC9b8O3DxanYT2kqnBSSMqf1pPBniy/8ADha1uLW21TTGbL2V5H5kXuV6FD7qQa0vD3xY8TWGnx6TqVxFrWmLwtpqcYuY1Hopb5k/4CRWjP4m+GWrx51HwdqGmysPmbS7/wCUH2SYN/6GKwnKoly1Ycy7ovmgpc0GXdWj+E/i9Bd2mrT+C79/9Zb3du1za7v9mSP51X/eU49aTw78IPEf2lb/AMMal4K8VbCGjEeoCRR9UcKCfY5FcnfWvwxnYi38R+JLIk/6u40aKQj/AIEk/P5VRm0bwPBcrJb+OdWPoyaHtP6zis7NR5U3803+RlVm27nt9zH+00W8lNG0hFChRsmsdoA7AeZgD2xVyw8MftP6irNJq2laarY5Z7Y4/wC/aPXiEXib+yyf7N8deM3wOBC5tR+Ymf8AlVeX4m+Ow7+V488VCMn5VbV5iQPcgjJ/CoWGqPWKj9xDrS6t/efRPg79lq1ubiS/8aeJzczuxlmg0+IRqWJyTvI6ewRceteqW+q/Cn4WaM2nwaxoGiRIcvCtwGmc+rKC0jt7kE18F6n4r8R6mCNQ13U77IwftN3JL/6EaxiOSe5qZ5bVxD/fVNOy0J9ty/Cj6++JP7VWiWVtLZeBdNk1K6wQt7doYYF/2gn32/HbXyv4x8VeIPGWty6z4k1Oe/vJON8h4Reyqo4VR6Disk0Y6V24bA0cN/DREpym7ss6XMlpdw3DwxTeU4cJKgZWI7EHgj2716ZD8ffiTaW4ttP1i3srZF2xwwWECog9ANnAryuiuipRhU+NXDma2PT5f2gPiocY8S7f+3KD/wCIqa2/aK+LscQRfFXA/wCnGD/4ivKlPXilArOOEox2ikDnN7s9Z/4aO+LwOT4oX/wBg/8AiK5fx98SPGHxAhtovE2prepaOXiUQRxgMRgk7VGeBXGnitbw1HE98glfarEZ46Cj2FOHvJaji23Y+x/Dnimx+H/wH8L61qssywf2VbeVbqfmnlaIMEUe+SSTwACa8P1/9onx/d6rJPpL2Oj2+cRxRW6SkD3aQHJ+gA9q574t+P08V3FhptoW/szQ7WOwsUJxlI1Vd5Hq+0H6YHauAXB5rkw2X09alRXb/A6K2IlKKinoj12L9oz4oIuP7ai+os4R/wCy1mXfx/8AinNNvbxKeOxtYTj/AMcrzcoo6VDIoxwK6/qlD+VHP7SR6t4f/aF+INhfifU7231aI8PDcQIgI9igBB9Ov0NfQ+jeM9I+I3wn17UdDciY6fcW9xauf3kErQthT6g9iOvsQQPh3bzXoPwS8bf8IP4shvJBJJp14ptr+FT9+Nv4seqn5h9CO5rixeXU5LmpKzR00cTP4W7lPwL8SvE/hCye30K6tbPzPvyLZxGRxnOC7KWI9s8VrXXx0+JMuQviEc/9OcH/AMRXA6jarDI20ggHGR0NZ7cV1/VaDd3BNmEqs4uyZ6TbfHf4qWykQ+KXXPXFpBz/AOOVm6/8W/iRr9u1vqXi/U3gddrxxSeSrD0IjCgj2NcOaVetWsLRTuor7iJTcndsVUY5xWv4a1W40HUV1Gzgs5LmPBia4tkmEbA5DBXBGfes1XVQAeKeGHc4rolBSVmKx6LffHD4kX9vNa32tW11bTLtkhl0+3ZHX0IKYIrgb+6kvLuS4aOCEuclIYgiA+yjgVX47UZqI0adP4FYvmk92a8/iLUJvDUPh6edjYRXL3SRg/8ALRlVSfyUfrVXRryHTL+G9+zxXTREkJLGHQn3B61Qbk5oDDOD0o9lFJpdQU5J3PUX+PnxESKOG01hLSKJQkccVlAFRRwABs4FUn+O3xPljaKbxGskbAhleygII9xsrztsHvURHpXP9Qw6+whutUfU9N0T4yeJ9H06Wy0dtO0wSNvka0063jLt6sFQA1R1r4xeNteTyNcvrPVbUZxDdafA6g+o+TIP0rz8Cm9MmiODoxlzcquHtqlrXLNzP507yBEj3HO1RgD6VCsc88yRQo0srnCooyWPoKbnNW7GWW0mW5iYpKhyjDqp9R710tkJ3Prv9krwT4g8M+D9S1DX7OfTxfTRPDDIMSFFDgsVPTJYYz6V7bfyRXOlJbockHrX5zp4t8T227yNf1KPJyCly6kfiDXQaL8ZfiLpYVYvEt3cKva723H6yAkdexrw62VynNzvuelTxsIJJ9Dv/wBp34cXGgas/i/TbbfpF85NwypkQTk8g+gY8g9M5HpnxSKeTcGDZFez6J+0f4guY307xJ4b0rWrGZCk8IJiEikYIYMHUg9+K5rxHqHwyuLF7rT9F1XRJ2BK2cd0t1EG9mYKwH4muulKpTgo1Fe3Ywly1pOUWefCeRZN2a6LSdTdFAjco2OoPWuSd8uW9avQTFI1IH611zgpKzMITcXdHufwu8fX+gXO2Ft8UpAkhkOUYZ/z7ivR/ire2PiTT7S/t8RRsPLZEPNrJgEFvZuoPfnp2+YtG1aVGKbtmSCDknkZx/OvQPAfjF7LUA14iXNvIDHPC/3ZIz1X+RB6ggEV4GKwFp88T28LilypM6JNYsL29h0bxzFJI0QCW9+gzLEoPyq399PY8jt6HjfFugz6bqjBYswsoaKVTlJEyQGU9x/9cdQa7vxj4bhuLqKfT5TcW00Hn2kxXhohncrY43pjn256Yq18MpvDep2N/wCHdfvdqlWazmkBzBJgdhng7RnHoPSuihiUktNUFagnpfQ8HvIiq4IxzRXS+P8AR5tH1KaxuoTHLE2OuQw7MD3B6g980V78Kykrnkzp8rscSI93zZxmhofLuZEPBQ4NOsXBXDjOTkVpXcCJdXKk5BmbBA966ktRRg2jImwoBqhJ1z61o3fMhPvVKYZ+asp6szmV1CtIC4yo64619EfBj4D+D/id4XOuWHjLVLZoJjBc20lghMbgBuGD4YEEc4HfivndhX2P+wYBH8PtcBb72q5/8hJXm5hVlRp88GKC5nY8v+PXwU8IfCvRbS9vPFmr6he37OlnbR2MaqSm3czuX+UDcvYnnp1I8Dt5IluYjceZ5O794YwCwX2zxmvrj/goIjSWHg9gOFe9J/EQV80fDTwhqHjnxpp/hvTlxJdP+9lK5EMQ5dz7AfmcDvU4au54f2kxSjY+gfhz+zD4U8d+CtO8U6d451WG1voy6xzadHvQhirKcPjIIIrzf9on4c+E/hld2+gWXiHUtW1doRK6PaLFFGhJAJIYkk4PH0Oa+4/AKaPpvhu30TRIhHYaYTZQ4IIPlfI3Pc7gwJ7kGvjj9upf+L3IwPD6Tbt/489cWDx0sRVcOi+8p03BXZleAfgBqXiXwRYeOrzxXo2j+HpreSa5mvC++DZIyEbcbSPlzncOuMVW0jwd8D7rVl06X4qawjO3lreNonl2pJOOpcsB7sAPWsz4i+PZrn4Q+CfAOmXDLZ2ttJd6gqtw8zTybEYD+6oDY/2wewrzIcIR/er0aaqSTcnY527n0L8R/wBljxZ4f0l9Z8Mapb+KLJE8wxQxmO424ySqZYN9A2T2FeAdCQa/Rz9labUJvgF4Vk1PcZ/srKu7r5YkYR/+OBT+NfC3x4TTYvjJ4si0dUWyXU5ggj4UHd84Htu3VlhMVKpKUJLVFSRxtbPg638OXmu29l4nv7/T7KaRUa5tIVlMWTjcVYjIHsc9eDWKKWEf6RGf9sfzrul8IJn2GP2NND/6H3UP/Ben/wAXXkWp+APgZp+pXNlcfGLVknt5WilUeHJThlODznnkGvv+DHkxn1QH9K/KrxkzHxdrJY5P9oT8/wDbRq8zA4ipXcrvYb0PoP4Z/s9fDz4kW97P4T+J+pX0di6pOX0UxbS2SuN7DP3T0rH+P/wO8J/CPw7aX1x4u1XUdQvndbK0SzRA+zBdmbccKNy9ASSR7kej/wDBOx1Tw/4w3d7m1/8AQZKpf8FGJA6eB41HT7ec/wDgPWn1iTxHsbkpnif7PPw88O/FLxM/h2/17UNG1MQPPCY7ZJopgp+ZclgVYA575weRxn2jxZ+zB4T8FaBc+Idb+ImoW2m2xQSOmlq5G5go4DknkivO/wBhwqPjzaZOMWNyf/HK+oP2xnb/AIZ58RY4/eWn/pTHSr15wrRhF7lR0dz538Ifs++EPHttfz/D34pRald23zPbXunNAyZ6bvmLAEjG4KRXl/xK8AeKPhzq407xNYiAuC0M8bb4Z1HdG79RkHBGRkCt79k/V77Svj94ea1mZVvWktZ0zw8bITg+vIU/UCvrf9rfRtP134E67JdwhrjTlS8tXxzHIrjofdSy/wDAqVXGOjWjSfUaWjZ8KeF9H1LxLrFtpGjWkl5e3LhIooxksT/IDqSele86x8CvCXw68HjxL8VPEt0r5CRabpSqZJZSCQiu/U464AAwea9H/YW8DW2jeA5vGF/Cv9pawxFuxXmO2UlQB/vMCT6gLXkf7eXiSbVPi1baAr/6Lo1igCA8ebKN7N9dvlj8Kv6y61X2cHtuLmMzwXb/AAF8Y65D4fnsvFPhWa7kEdtey6hFcRFz0V8p8uTxnpzyRS/Hj9nnxJ8NdPOt2U/9uaGhHm3UUe2S3ycAyJzgdtwJHrjIrwvJDBlJBByCO1fpd8EvEsHjr4KaHf6wqXn2uw+zXqyfMszLmKTcD/e2kn608TiPq1pdGKzlsfnx4bl0Ca7itPE0moQ2LsFM9kqvImTgna2Nwx7ivqGP9j7wzMu7/hMtV4/6do6+efjb4XXwf8WNV8PQRn7FbyiS0b+9A43Jz3IBwT6g1+iyX0Q+8WzgEiuLH4yVHkcHub8jqb9D8zPE1h4Q0/x3PpVle6xc6NazvDLdMkaSybSQXROgGRkAnnjOK+mtL/ZG8I6lplrqVr421eSC6hSaJjaoMoyhlOM8cGvk/wATHb4m1Rs5zeS/+hmv0u+G0hHw68NjHTSrUf8AkJa0zHFzw6i4vczpx57n56+ONM8E6J44udC0+81m8sbG6kt7m7eONXkKNtJjX0yDjJ546V9GaL+yZ4S1vRbHV7Dxxq5tb23S4hLWUYJR1DDI3cHBFfLnxBTHj7xFz/zFLkf+RWr9FvhVcMvws8JZOP8AiSWn/olaWPxlTDQjJPcunDnPgP4ueH/DHhHxfe+G/D2ralqkunzmC7uLmFIk3rkMqBSSQDxkkd+O9chA8QuI/tAcxZ+bZjdj2zXS/G0Y+MHi/wD7DN1/6NauQHzEAV60JXimY3Pqb4Yfs2+EfH/gnT/FWneNNYhtrxWxFJYR7kZWKspw+DypwR1GPpXiPxn8K6R4H8d33hfSr7Ub2SxYJcT3cKRBmKhhsVSeMN1J59K+6fgHYWfhX4eaV4OLgalptjDPfR90knLyEH33bv0r5p/bx8OJYeP9L8UQRkQavamKVh086EgE/wDfDR/XFeNg8wlVxLpt6dDWVNxV2fPQauu+Fnw88T/EfxB/ZPh60QhAGuLqVtsNuh/ic479gMk84HBrkdPhmu7+3tLaNpZppBHGg6szHAA/Gv0k+GXhbR/hh8M49PhgRDZ27XOoTgfNPKF3SOT6cYA7ACuvH41YZJJavYmEeY+W/iR8J/hT8NY4LPxn421y91aSMO9npFlGWRT/ABHzGwAe2SCfSo9D+AXhz4h+HLjXPhV49N/JbkLLYata+TLGxGQrMpOM44OCD68GvFfGviC+8V+K9S8Q6i5a5v7hpmyc7QT8qj2UYA9gK9G/ZE8VS+GfjXpVs0rLZaznT7hAeGL/AOrP1DhefQn1qpyrQouV9UrkbyOL8QeENd8Iatc6b4n02bT7u2GXjkAOR2ZSOGU9iMivT/gb8OPBvxYe5srfxBqOjarZQiSe2azSVHXOC6NvHAJGQQMZHXrX0V+1H4MtvGPwxv5oYl/tbSomurRwMM6Ly8ZPoVBx/tAe+fB/2C49nxA8QXOcbdIK/TMsZ/pXEsf7bDSrR3idUadpKPc2/H37N/gbwfpMeo+JPiRd6fayTiBZBpHmZcgsBhXJ6K35Vynhr4SfCDWtcg0jTvjDcSXU7BYo5dIMIkboAC7AZ9BnJr2X9tO4aT4YWgU/d1aJj/35mr4oErrciQMQyHKkHBB9QavBTq4mjzc1mTVgqbs0ej/HH4e2/wAMfHS6Da6nLqUb2iXImeIRnLFhtwCf7v61vfC/9n/xd8QLWLWZp7fQtFkG5bu6Us0q+sacbh7kqPeuu+DttH8bviHpWreKIWubfRNHij1EHpcSRuyoGPfcGUn6PXsv7WPi5/CXwXvYdMZLe51Nk02AoNvlowJcADoNisoxjGR6VNTGzjONFfEwa5Y3Pmi/8JfAzS9Z/sO48feJbuRJDHNqNrp8f2RX6H+IsR7qCPTNdH4t/Zy1aw0Ma14T1a38TaaY/OQRJsmaMjIZVBYOCOflOfavnhSR2r7K/Yl8UXGo+BL7w/dyGV9IuQYCf4YZckL9Ayuf+BV04qVSjFTTuFBKbsz5NMcltNtkGMHFX7e7eMhkbBH617Z+2J4EtNF1u28WaRbCK01R2S7jQfKlwPm3D03jJx6qT3r5/hJMigmt4SjWgpDblTkfSfwGaTXNF1DRZLgAIPtVo8j/AOrlAAZR3wwIBHTv2rjvFWgzaHr5eGXG6Q7SzY2nPOc9Pxqr8HvFMfh7XVuGgklV2UJApBEmThlbPOChcZHcivZPjdpFjqHhSz1q0tmE7P8Av5FYFWQqCh+p55+tfPSm8PjLPaR79OUalE8cuJT4r0n7NMV/tOwgLWpHWaIElkP+0M5X2yPQUVzkdxcadrMNxaTPFNHICjqcFW7Givbacdjz1FS3OcigEMuxhn0PYj1rotXtGO282grLCsgwMbjgBif+BA1Fptot7ZZT70HJ/wB3t+RP6+1dNBpVxf8AhW7iXaXtVLopPLISBgfiT+dejVq8kkTRpuUXY8ydS7MB61VmBU4rYnt2jkYbSCDgg9QRWdPCfvHir500cU4NPUostfWn7Fk5g8C6wAeuo/8AtJK+UHXBxX07+yPJ5fgfVefvaif/AEWleZmq/cM3wVNSq2ZZ/bhuBJoPhZWOf3t4P0grl/Bhi+CvwNuvGcqqnjDxOiw6arffghPKtg+37w9v9WDXp/xY8Gjxlr3hKbUAo0LSPtl5qbucJtAhKofY7Wz/ALKtXy78dfHk3jzxtJeR7k0yzU2+nxdAsQP3sdix5+mB2rgwsXWhGktlq/8AIeJXs22/kfXP7LV60vwR0CaWR5JGNwzs5JLMbiXJJPc14B+3C5f4x25P/QHt/wD0KSvZ/wBmiUwfBDw6o5ytwf8AyYlrxX9tU7vitYN66Jbn/wAfkrLBLlxs16jrw/cRmeEOMnNeu+CNK+A41LTR4g8U+Ip2whni+xiC2L4G4F1LOUz3wpx3FeX6rpt7pd2La/gMMpijlCk5ykiK6H6FWU/jVFhzXvVKbqRsm16HmXs7n6D/ABSf4g3PgNLb4VTaPYWn2URxCJysvlbQFEDj5F4xg5HbBr4E1O0vrHUrmz1OCaC9hkKTxTKVdGB5DA85r7K/Ym1m81j4WXWn3zvKml6g0Nszdo2VX2/gSfzrgf28dB0+w8S+HdetYViudRtpobnaMbzCU2sfU4kxn0UDtXi5bVdGvPDT+86q3LKKmj5sJxRCcTp9R/Ok3ZpqcSqf9oV709Ys5lufq1a3mxUhYZcBVxn0GM1+XXjgkeMtayP+Yhcf+jGr9Ikld9WaPOP3p5/4FX5veOx/xW2ue2o3A/8AIjV4GSSvKcTqxdJU1G3U+ov2BLjyPDXixjwDeWoP/fuSoP8AgoFIJ7fwNITuJW/z/wCS9Vv2HVdvDHicJx/pttn/AL9yUn7eAcaf4IRz1N/j/wAl6UZ2zVryH7GKwyn1OC/YqPl/HWzfGdtjcn/xyvpr9qhr3V/gl4h0/TLS4vLl/szLHDGXY4uYs4AGenP4V8vfselk+MkTg4xp1zkeo2ivpj47atqWifCrWNU0q8msrqHyNk8L7XTM8anB9wSPxrLM5S+vU+Xy/MdGkpUZNnjf7Hvws8QL8QofGOv6Td6bY6bFIbUXULRvNM6lAVU87QpY7sYzjHfHS/tnfFnTT4cl+H3h29hvrq7kX+0pYWDJDGrBhHkcbywGcHgAg9ePnHxB4/8AG+rGa31HxZrVxbv8rRPePsI9CM4P5VybnNep9TlVqqtV6bI5OZxjyo/SX4T3EWnfCjwnFDhE/sWzbHqTChJ/Mk18SftN3DXnx38Uzsc5niQfRYY1H6AV9X/s7a1B4u+D2gmKQGTT4fsFwF6q8XygH/gGw/jXy3+1dpkmlfHLWo3HyTxW80Z9QYUUn81b8q83K04Y6pF+f5nXXUfZRaPLGHSvtz9kW9mPwNs7bORHf3KKPUblb+bGviMmvuj9lTS5YPgjosgjwbh5pj+MrAfoorqzx/7Ol3YYJR5/ePFf2yo47Px7otwBiW603Eg7/LK+P519dPO6XXJ618V/tc65DrPxeexjIYaTbRWbkdPMy0jD8DJtPupr7IVZJLsE/wAEgH5GvIxsHGhQTOuhJSnUsfm74qP/ABU+qY/5/Jf/AEM1+i/gvUDD4I8PRA5CaVagf9+Ur86fFX/Iz6p/1+S/+hmv0H8JRlfB+hbh10y1P/kFK7s8+Gmc+XQTlK58DfEgn/hYfiPP/QWuv/RzV98/D3UBD8NfCcajGNEs+M/9MEr4E+I3zfEHxGf+ordf+jWr73+H1qo+HHhhmH/MGs//AEQlLOv4VMrAKPNK58L/ABtf/i7/AIt466vcn/yI1aH7PPhuPxX8XtC026jD2UU/2q7B+6YogXIPsSAv41S+N6hfi/4s/wCwtcf+jDXe/BBR4R+Dfj34iT4jnuYBommMR8xkkx5hH03If+AH0r2KkmqFlu7L7zzbe/Y7f4HfFB9Z/aO8TrPPm019pFszngCHmIY941x9a9C/as0NfFHwfv5o4vMutJYX8R7hV4kH02Fm/wCAivi3wZrk/hzxXpevW4zLYXUc6jP3trAlfoQCPxr9DljstV0o5K3NjfW//AZIpF/qrfrXz2ZUvqeJhWitNPwPTwf76lKm9z4f/ZqsIL/43+Go7ld0cM73P4xRtIP1QV9qfFvV2/4VN4qmgfGNIusH/ti1fFngWJ/AX7Q+n2eoSeVFY6t9jkkc4HlOTHvPttYH6V9mfEbTJH+HHiWyETF5dJukAAzljEwx+daZtNfWKVR7O35iwcE6NRPdH55oMjFdB8N2eL4h+HJYiRJHqtsy49RKtc+vArrfg3aPqHxV8M24+6NShd+Oiq4Yn8ga+krNRotvsefRXNNI/QO/1KOWaSCRQyMSjAnqOhr5W/Y4b7L8S/FdlHgxx2Lj5TwQtxGo/nX0N4v1CHRvDOreIbiRFgtLWS5JbpkAlV9yW2qPcivmT9jKeRfHPiCQnltLJb3zPHXyGEi/qtaXoe7iIwWIpxieu/tgXCH4V23/AGFIh/5Cmr4zblia+sf2tpZW+F0G58htXhGMf9Mpq+Ta93JY2wyODMdK1j68/Yxhi03wTqGoD5WvL7y3b2jQEf8Aow1kfty6tJLpPhjT1fKNPPKfqqqB/wChmof2OtUa/wBD1nQPMHmwXMdyieoddrH6Aoo/EUftp2LL4Y8OTleY7yaNj7uikf8AoBrzYQksyXN3f5HVKMHhLo+YwK+hv2JLiaLxX4jiDYhOmK7D3EyAfoxr54BzX0R+yHbz/wBo67dqAI/s0ULH6yBgP/Hf0r3MwfLRZw4GHNXSPTf2pQt38JNReUf8e8sMiDP8RlRM/k5r48t3ZJ1Ix+IzX1L+1Xq62Pw2XTZH/fajdRxoncqhDsfwKp+dfKyc5rPLl+6ub5i4+2sjbsZSlyki8FTkV9KfBzVT4g0C88MXjEwzWYWJm5VJAoYEe4Kt+Zr5ktBhgPSvW/hZrjaBq1rchlClYicjOcMf6E1yZpR5o3W6OjL6ru4nO+L9Kl0jXJIL6F1MUpWVPuk4POD/AFor1L456O+o+PLQRxEido0kK9CMLg49SDRVYXGQlSi5uzOl4WfM+RaHgnhu5mW83o2ChDY7Ec5BHcf417L4b01LzRRNaiQ2Tx7byLAZo42yCfX5Sdw9cV4Xo9z9mvlk7HKtyRkHgivTfhj4qk8O+IV80CaBsLLEGBV0IIxn6H9a7MyjJxfKc2BqJbmJ410e702+uLS6UiaJwGIPDYBGffIOQa4+7RvLywxX1R498L2mr6UuuW1u90qQEK0ZBLxFTt3D+9Hx7lcdMcfO3iDSHhkliRxvjbBRuGOSfu+vT261z4DHRqqz3NMXhpR94491+bNfTP7KdrcL4Bv5niZY5dSfy2YYDARxgkeozx+dfOMYFvdI0sYZVbJU969Bk+NPjW2s47LSr6zsLWNAkcMOnW4VAOgAKcV1Y2lOvT5InLhpxoz55HsP7SniS+0z4cjS7NHSPU5DBcTA9EADbP8AgWfyUjvXx7N8jYr0rUvix441HTZ9O1HVLa8tZvvxTadbMp9Dgx8Eeo5FcVo92um6pHf+RbXDxnKx3EKyoT7qwIP4ilgsPKhS5epljq0a9S8T7B/Z8aSL4KeGFeJ0JhmbDDBwbiUg/iCD+NeNftfB7v4n6dcLGyxHR4FRyOGKvIDg/Wuen+NXxBMSx2+uJAigKqJY2+1QOgA2cADtWXrnxF8V69pn2LWr+G+gzkCSzhBU+qsEBU8diK5qOBrQrOq7am08RRnQVPXQ9S+LfwzvvFvw78H+LfC8Ivb+30O1tby2iA3zqkQAZP7zqdyleuAMdMV4LZ+GfEV7qo0u20HU5Lzdt8kWr7wfdcZH41paV4t8R6IynR9YvbHHaGYhT9V6H8a6qH47fFGG3EA8RqwHQtZQE/8AoGK6+XE09FZ/gcUnRk9Lo+p/gX4btfhT8KI4fEF5aWc2577UpXkCxxMwGFz3woUe5BxXyp+0j8SoviT47F3pxkGjafD9nsd/BcZy0hHbce3oFzg1yXi7xj4q8WOreItevdQCNuSN32xqfUIuFB9wKwMVz4PLnSqyr1HeTIq1bpQitERmpbC3uL6/gsbSF57i4kWOKNBlnYnAAHuTSYrd8JeJdX8LXjX+hXCWl6RtFx5SO6DvtLA7fqK9KSlytRMkrvU/RmaEwam8hYE7ywI6da/N/wAe29zbeNNbiu4WhuF1GcSIwwVPmNxXXP8AGf4oPjPjC94P9yP/AOJrlPFXiDXvFN2l3r2oNf3KAgSvEiuR6EqAT0GM5x2rysuy+thZycrO514irGskl0Ppj9hOCdPCHia5aJxDLfQIjkYDMsbbgPpuX86i/b1tJf7H8G3UMRe3jmvIpJB0V3EBUfiEbH+6a8Y0/wCLfj/TdLg0zTNcNhaQLiOG2tokRfwC1Fq/xS8e61pb6XrHiCS/spFxJDNbwsre+NnX0PUdqSwNVYx19LCdSKpKmdb+xTZT3XxlMiQs8MOmzmZwOEB2qCT9SBX0b+1HA6fBLxJFbxvJsW3YhRkhRPESfoBzXx94c+I/i/wtYfYvDeqDS4icuYLePc59WYqS2MnGScVfb40fFB95k8X3j7hgho48Ef8AfNGKy+rWxEaqa0JhUjGLieduGZjjmmMjAZIrTubqa+u5ry4EZmmbc5SMICT7LgCkMcfdc17HQy5Lnov7NPxYPw08STwap5s2haltF0qctC652yqO+MkEdx7gV6/+094Dk+I/hvTviF4Hkj1yW2iMci2TeY1xAcsCoHJZGLZXG7DdMjFfJ9xGm4gA/ic1qeF/FviXwtIZPDuuahpjMQXFvMVV8dMr0P4g1x1cJeoq1PSS/EfNaPKavgH4aeMfGWvQaXp+h6hCrSBbi5ntnSG2HdnYgDj06noBmvrj4mfEXw58DPA1r4b0u5jvNXhsUt9Ps9wZkZVAEswH3V/ixwWPA4yR8p6n8afipqNsbW68a6iI26+SEhb/AL6RQf1ribmW4u5HuZ5JJXLfPJIxYknPUnv1rKthXWnF1Xougo1Go2Q64nvNW1t7uczXV5eXG92xveSRmyenUkn9a/Ta8WK1vWb+EyZzj3Nfmv4W8Qan4Z1NdS0mSKG7UfJK0KOyH1UsDtPuMGuwufjV8TbhNreLLtcekcf/AMTXPmWAqYnlULKxrh6qpN36lHxD8OfHj+KtTKeDPEEg+2S4aPTpXU/MeQwXBHuK+8fDsSReFtHt542img0+3ikjYYZWWJQQR2IIr4bi+MPxLUg/8JbeHA/55xj/ANlqN/jB8TDIG/4S28/79x//ABNRjcBicXGK0Vi6NaFPoVvGvgXxvd+PteNv4P1+VJNTuHR49OmZWUysQQQuCMd6+8vBdlNZeA/DlldwvFPBpNrFLHIuGR1hUMpHYggjFfC6/F/4oqxKeL75MnJAjjx/6DVofGj4peXt/wCEwvPxhi/+Ip43L8TioRi2lbz/AOAKjWjSMf4y2d9e/HHxLp0NpK91PrM6QxIhZpC0hKbQOu4EY9civTf2mNDvfAfwg+HngdUKwBZ7q/aPkPdfKSM/7PmyAHuMV57B8TfGcOtLrr6nDNq6RmKK9eygMsanGQDs9uv19TUmtfFXxvrtjJYa5q8epWj9YbizgZfqPk4PuORXW6NeTg3a0fP/AIBnZWep5qBivtz9mvX5tf8AhDpzXBJn0x209yepVACn5I6D8K+LpY0LnArv9D+KvjfQNFi0jQtUg02yjH+qhsbfDHgbmJQkscDJJJNTmmBnjKPJDc0wlX2E+Y639rzw2bPxnZeJLe3Pk6jbiK4kUcebHwMn1KFP++T6V7X+zn8W9N8d+GYPD+uXFvH4js4hHNHKeb1AMCRB3OB8y9c5PQ18yaz8WvH2q2jWepa1DeWz/ein061dT9QYyK4GFpre5WeGRo5EOVZWwwPqCOlc7y2c8MqNZq8dmtR1MRFVXOn1Oy+N/gW88B+OL6yFrINJmmZ9On2/I8ROQuf7yj5T9M9CK9R/Y6+H+oXPiGbxvqFq8OnWkTw2byAqJ5WG1mX1VV3cjuR6HHAab8bfiRY2f2Ntbiv4OMC/tIp2GP8AaZdx/E1Q8X/Fv4heKbQ2WqeI5hZsNrW9tGkEbD0YRgbh7NmtqtDE1qPsZW10b/4FjGM4QnzI9K/at+Ktjq6nwH4XvEurCGbfqF1E2Y5nU/LGp/iVTyT0LAY+7k0P2Nlb/hKPEbAcf2Wq5PTJnjwP0P5GvDNua9L8L/FnVvCmjLpnhjT9LsIzgzObYvJO+Mb3YnJPt0GeMVbwHLhvYUzSjXbre1m9j1/9q0yzfDGBI0Y7NWhZsc4HlTDP5kV8rAV6jefGbxRqVhPY6nFpd3bXCFJYntflYe4z+I9DzXm9zseVnijEasSQoJIHtzzW+Dw0qFPkeo8XWjWqc8Trfgv45k+H3jW31sI0tqy+RdxL1eJiM47ZBAYZ7qK+qfjDolh8WvhRNc+GbuG8bC3lhIjgZlUHKHPRipZcHGCQTXxJsJwK63wH488UeCZmk0DUntlcYkiKh45PTKsCDWGLy5VZxrQdpIrDYhRThPZnLrZXMeoGwmhkjuVfy3iZCGVs4KkHkHPGK+ufgj4fbwF8PJ9Q8Qyw6c1y4uroTts8iMDCB89DyTjr8wHXivGX+OnjAXhvksPDv28jH2x9NVpx9GJ4/KuO8V+NfFfiuQNr+tXF2AdyxYCRKfUIoCg++M0VqNbEWjLRF4etToNzWr6G58a/Hb+PfFpvIFaPS7VPJsozwdueXI/vMefpgdq4qEfPj1pI0L1cjh45OK7KdONKCjHoc8pOUnJ9S1aJ86ivStJs0e4hSQrHCBGpbudqAFevQHP51xWg6bHdXsMctxsjOS7KCcADP9K9MgstKj8IXN8dXWS8FwVt4AhUyA7S7e2MjrjrXl4+rqlE9TAUnrNnpvxa1JdAg0DWY7eC4e3WJpM52yjYAMkdR8h/OiuP+IF7Nc/CTSLm6OXeIR7vUpJIf5GiuHA4ONSneS6nZicRKEkkz5wBIYVv6RN9wNKUlQ/uyO/qP5VmSCISEweYFK4+Y4J9qI5pIZA8bFCpBBB545FfTVIcyseJCXI7n0/8DvG2iQ2qwXt5LFdeYu+CYgwuuME56q3TnnqQaX4x/D3yTL4h0YNNZyFThAD5ZOe4PTpjr9emfCdE1RJo2mE+y4c/vMfxEk5P44yfxr234e/EiXTbM6fqTpe6bLhJLWYjKqepU/rz618xXwtShV5obM92lV9sr3uzwLxBpz/aJGMezqSPeufntZYshsZHYHNfUHjj4aabqmnP4g8NXTXVqcyPGVy0YPqOvHfjj+Xhms6O9neSQyR7gvsQfwr1cHilUVupw4nC2d+hw7imsnI5rYvLH5sx9xnawwaoSRtG5UrgivUi09jy5w5WQLGD1pzJipYixOM4qXzLgdHb862SbRPKUGUVEyD0rS86cf8ALVqVbq6XpOw+lTJMTVjJZPwppFbQ1PUoxtjvJVH1pDrmsrwupTgf71Zy5uiE0jGC5pRW2nibX41wurXQ+j0DxX4l/h1q8H0eovNdBaGQqipEGK1k8XeJ1zjW7z8Xp6eLvEvfWbo/VhTvPsV7pQ0+xuL64FvaW81xMRkJEhZiB14Faa+E/Ejnaugarn/rzkP9KYPFniNTuTV7lTgjKtjgjB/TIrHlvbknJlfPc7jzS5qnUd49joU8DeL3zt8La459Bp8v/wATVtfAPjR2wnhDXSf+wfL/APE1yf8Aad+nK3twp9pDVi18Ua/auDbazqERH9y4YfyNRL2lvdauClFbo7O2+F3jyd41XwtqqlmCjdaOBk++Kg+IHw88T+EdT/s3U9LuRcrGrsI181cMAeGXIrKtviN40gdCnifWE2nIxeSdfzqDxX411/xPqf8AaOtapcXlyUCF5Gydo6CsILFc3vtWNnUpdC94i+HPjnRXto9S8LapHJcQLcRrHCZfkbOM7M7TwflOCO4rJj8FeMJnxD4V1yT/AHbCX/4ml8TeMPEPiBrc6pq97dm3hWCNpp2cqgzhck9OTWdb6xqcBHk393GfVZ2B/Q1v7/U55NX0PQfCXwj8Wj/ida/4P10aXbxvK0K27JJOy4CxgY3DczKM46biM4roNK8E/EyfwxfajDpWl6ZZrJ5kWly2ESNIqBgT5bIxfGSAZDuPOCe/D6J8SfEUSf2ZrXiHWbrR54Xt5YWunkEYbo6qWwSrBXA/2ccZrr9H8T+OLHwPdaVpniXQ7jSCdgumv7dHjSQOWH71hIueSAVyOcc1yVPbaXsb0XQatLoZlx8MfEetaKuvaJ4T1AKySLd2tvbvtjkTb8yBudrBlIUZ5D44HHH3HgbxlbZMvhTXY8f3rCX/AOJrc1P4gappemweH/DPiXUY7eIyNdz288kS3Ur4BIGQdgVVUZ54Y4G7A5O51rVbgnztSu3z13TMT/Ot6Uamt9uhlNx6GrongXxrrF79i0/wxq00+xn2m2ZPlAyeWwPwzk9q3dG+FPjXVPDT65ZeHNQntopvIfbD8+/AONh+YjkZIGBmuX8O+KNb0C/+36Xqt7Z3exk82GdlbaRgjPpV6w+IHjCw0OTRbPxBqENhJMJmhSdgN4GM+vQfoPSrl7W+6CMorc0Zvhz41i6+FNaH/bjJ/hVSTwL4yXP/ABSutnHpYS//ABNZk/ivxDP/AK7WdQkJ7tcuf61U/tfU3bL6hdtn1mb/ABqkqndDlKD2Rrf8If4u/wChV1z/AMAJf/iaY3hHxYPveF9bUepsJf8A4mssX13j/j5n/wC/hqWLVbyIqwnkLKQVLMWwR7GtEpkXQs9pJaSvb3MMkM8ZIkjkUqyH0IPINVfLJBII4robnx/4quJ2nm1XzJGJLM1tESxPckryah/4TjxOVI/tPr6QRf8AxNDdR9F947owCuajda3m8a+JyMf2q3/fpP8A4moG8WeImbcdUkyf9lf8KXNPql9//AE2mYjjFNxmtuTxVr8hy+oyE/7q/wCFNk8R63KNr37sPdV/wpXn2FZMx8U5BWmut6rz/pbf98j/AAoGqai/+smyfXaP8KtKXVDsigBUiLV4Xl4SGEpP/ARQstxI2C+78K0imwsiqseBx3pCh78VcZiPvNmlVd3eqcQsUlQt0FXLeyd2AIAz61IgijTcyksfuipTcOikbvvVm4mkUuonlRxt+75HrSqCzAetNjy7YArf8MaLc6rqltY2kXmXEz4A9PUn2AyfwrGbUVdsqEXJ2RvaTasNKSONDufjhwvyj75ye/Qf8Cqve6nFdatBp0EZjt44hbxhWwMn+Mk5ySxDH2OOBWpq1za2GmT2kDKztlIpydo2gkk+/c9cdPSuK8OTo+sLNdZYZA2gZLHoB/LNeZTpqanN7HoSm4csEexePYBafBvw7FM+yQrJuUnJBMj5x69KKy/jdfuqaboojWOOzs4l8tCQqMQHIx7EkUU8ui1Ru+rDG1I+0seeTR6RaeGikiTHVPtIILx7FWPadytknkHaQcdzWNeWN0IY7jyT5cyeYrdRjcRz6cqeuK9N8a/DzUtCe3iuYHcSqBvKk5bjGT3zjHbvwK5TX7KXTLuS0j82JwQskanC9OR17Z712U8TCfwvcdTCuPxbI5ayL2s4c5GOtdXbag7tChIGSQWx1HYH6VzN+k0M5SZcHtVudzFACDh0OK0qRUrXOalNwbSPTfCvirVtBuo306+kQghvLJyrj3FelTjwR8QbBzK0Gg68yAESD9zOw7qRwv4d+3U185WtzJHGj78Z7Vp2Oss3AkYOf4G5FefUwut47ndDEc1lI2/HPgPWtBmP2y1Kxkbo5F+ZXX1BHBFef3FlI0hXB4r2bQPi5q9lpi6Jf2drqWljP7idd2z3X0IqDWdP8AayGn0y5m0eU8jzjviP075z1rpo1Zx0mZVqcKjvA8WkgMR+6QaaWI6V3ureB9XjV5raGHUoOoe0kDnHb5etclqml6hYzMl5Z3FtIpwUljKMPwNehCrE5J0XEzmweopoFWliOFDjA9TzTJVOcAZGM5FXzIwcSs6jBNV8VYkVu4xULKalsiSIJF6YpIV3SBelSlSaiZTmoIaPUtU+Elr4esbDU/F/jjSNJtb+2juLaCOGSe6kVkVv9UAMY3YJ3Y96ZoXgn4ZeIr4aZpXxQks9QkO2FdT0gwRSN2HmCQgfj+VcR4g1LWvGXjNL2VJry+vZEt7a3TLFRwscSD2GAB3+prJudMv1u3gaxuUlU4aNomDKfQgiuT2dVR96eoPXY7X4q/Cnxl8N50/t6zWSxlfZFf2pMkDn0JwCpxzhgDwcZrjdIs01DUYbOS/s7AStt8+6LiJD/tFVYge+Metfcn7OF9D8Rv2en8P+M4WuzbtJpdx52S0iKFaN8n+JVZQD6pnrXxP420SXwz4x1jw7O2+TTb2W2L9N4ViA34jB/GssPi/bSlCXxRE0+p6V4y/Z08b+E/C914l13VvDdrplsoZ5ftcjbsnChQI8kkkACvI9AsRqmrQ2TX1rYiRtvn3RcRIT03FVYge+K+7/ANroNP8As23UEKl38yzIAGT/AKxO1fB62moQTRxfYrnO7n903+FGFxPt6fNIluzseueNf2dvGng/wtdeJNd1jwzb6fageY32uUnJOAABFkkk9BXj9vEJp0jaeOAMwBkkztXPc4BOPoDX3b+2Ern9ny/L/wDPe0x/38X/ABr4QUGlgMTPEU3KXexUlyux7NJ+zV46i0FdfuNc8JQ6Q0Kzi9k1Fli8tgCrbjHjBBH51m6L8DdX1zUk0zSPHPgC+u5PuQwa1udvoAmTX0b4i+f9jGOED/mWbbH/AHyhr410bSdYn0u/1qytrhI9JjS4uLgAr5eZFRcHsxZhjvwfSpwuIqV+a7WjsEo2SM/xHpF5oXiHUdD1AILvT7mS2m8ttyl0YqcHuOK9P8CfAXxp428Pxa34a1Lw/c2EjFGDXbo8bjGUYFOCMj8+OK8z17UrvW9YutX1CTzLy7kMs8n99z1P1Jyfxr7F/YTOPhdquf8AoNSf+iYqMdXnhqXOtwhHmdjwGx/Z+8b6peXUWg6j4W1u4tf9dBY6zE8inODlTjHPHNefeJ9D1nw1rM+j69plzp19AcPDOhVvYj1B7EcGuv8AAGsatpX7Q9hcaTLIt2fEJhAT/lojzbHQ+oKkg173+37baT/wivh2+KxrqwvXhRsAMYChZh7gME+hPvR9aca0KU/tCUdGzwv4a/BzxP8AEPTnvfDGpaFcCHaLiKS6dJYC2cBlKd8HkZBwea0dS+BevadqsmlX/jDwJaXsZw0M+uLG6nqAQVyOK9H/AOCf5Md34ykc4ISyx+c9eTftNgy/HbxSznP+kpj/AL9JUxxFSeKlQTtZXKcfcUiv8UfhR4n+Hel6bqWuz6XPbai5SB7K5MoOFDZyVHGDwa2vh98CvF3jrw+uueG9U8P3NqXMbh7qRHjcAEqymPIOCK4S98Uapd+CLPwlcytNY2V41za7mz5W9cMg/wBkkA+xz619V/sNSFfhnq4H/QXf/wBExU8ZiKuGoOfVMdOPM7Hyb4n0t9B1250iW9srya1cxyyWkheMOCQVDEDOCOo4rvvhx8E/F3xB8Pf234cu9GltllMMiy3LI8bjB2sNnoQeCetchFoOqeKPiZc6DpcBmvr7U5Yox2++csfQAZJPoDX3T8DotA8PaHe+C/DZE0Hh+ZbW7ugf+Pi7Kh5m/AkDrxjHapxmPnQprl1f6Dpw5nY+DvHnhu68H+IptCv7/Trq+tmKXCWcrSCFx1VmKgZ9gTjBzip/AXgnxV46v3sfCujXGpSx8ysmFjiH+27YVeh6kVU+JDMfiN4myc/8Te6/9GtX138Bpksv2SdQuPCYCax/Z9+zmEfvPtYD7en8W3y8e22tq+KlRpxlu2RFXPBdM+Afje/1qXRYL3w02pwoXls01iF5owMAlkUkjBI/MVzvxP8Ahn4g+HUkEHiS50tLqdPMjtoLrzJSnI3YA4XIIyTzjjvXf/sNTv8A8LlvXbLO2jzFiTkk+bDT/wBuNzJ8Y7QkD/kDQ/8Ao2aoWJqfWVRb6XGlePMeDLzmpFOKRFqWNcMDmvUSJRPHHlQc/pU/lAdVxSQsQDjjIp6NuJBNapXNEhEXnAFW0hEYy3BPt1pquI1GEJp8UdxMcnjNbxhcYwxoX4AOfUVLIMIFKhR3x3qXbHEmAct6VSmlJOXJJNKaUVqFxzbQRg5pojy24nPtU1pF5zBQOT0rf0PQ5dSvRb20fmHGXzwAvck9APc1x1a0YK7LVNydkUdJtFfkhunGBnJ9K7eES+F7KaPYYb66hCSs2d0MLclAM5BYcHoQOO5x12naNpvw/tE1C5ntLvWZVzZq3MUAPSTDdTnhS3GRnoAa808RX0908uoSyIWkJYu7BmLEMexJOfU9Ce3WvH9v9anb7P5nf7J0I67mHq1wVj+zB9zA4NdB8M9FtrzxDZwXBcssyTy4A2pCnzOSfoD2rmrAPdTLK3OCDivT/DptNM8MXGo28BN/qSiztwF5MW4b2x6lsKD/ALJrfFScKXJHdkUYqdTmZi/EW/TVvEU14clp5i7DPABJwKK5/wAVTxRSpHHKJJMEy4H3TnGPyAorXDUbUkkRXl77PrX4aa/pniiC5g8YCKYxpshL/NMV6fNtAz6gkd81yOs/D/w/rmuXcugatFNLbDDWN1iIKNw5DpkMOMHpgkV554Ft9W+I8y6dpkkv2+0tnlgkiwmVXJ2kgDHJAB7ZxzWdpnivUfDV1c2l1Eouo2KtKchsHIII75GeMA+vt5X1SrTuonvRnT5uZysnb0+7oZnjDwxeW2p3M1zpbWcDSGON1+aIleBhx8pPUk+prn/Ejazqt7c6hqkslxcOVzIy44xwOK9GTWVg1iC806S5s4r9SbmGOQqu7OQGHTGeuc1peLPEum3vhuSx1PQbKS+tTxJaRiFmQ44yp25Bbup4rth7RRTaOKvQg2+V7nkdlb/aNOcxqWKDJIHT/PFZM1vcQSA4OOx9a7aX/hH7eC4WK8vrO4kI3IQsyAZ5G5CoI/4DWVqVgtzMfs2p6VMSBhVkaI9P+miqD+ddcHrY5KlNWu9zDh1CVMpKM8cVIL/LMQSAxyR2rcm8PTvZxn7MWklDbRGRJxnG4Fc5Gc/kaxpND1CJysltMn+9Gw/mK1UYvYylGadkPhu7hCDFMVX0FW5PFmtvmOa9lmHbzG3fzqg1rPAUZEwQc8Kc8Vb87cSZbONmwRkJtwfXjj86bh5Di2utitcalcXQ/eQ22FHeMDP4jBqv9ot0Zl8uHkY4Df41q31mktvH5azAsAfmTjkeuaz30tFZmkvrZABn5icn8BRZGclJu6KTkMMC3iwCeRu5/Wq0iuCSUX8qsyeRE5TzRJ7qDj9apXN8z/IgwB3JyatGE2raiScjnr61UnIB+XmkkkY8kkmmQXUltcxXCFd8bh13KCMg5HB60GTZoeE9XGieLtH1vyDcHTr2G6EQbbv2Orbc++MV6Nd/tDfFSfVJbuDX4rKFj+7tYLSIpGMdAXVmP4k0/WfAHhzxu0Ou/DLXNJjubiJXu/Dl3ci2mtpiMusLSEB0ByBzx6noJ/C/7PHjC41KJvF1xp3hnSAwM9zPexOxTvsCMRnHQsQK4qlTDv3p7iSk9j6R/Zh8R+J/Ffw3m8Q+KdRa+uLi/kW2cxImIVCrwEUD74fn2r42+Nuq22t/GDxRqFmd1vLqMqxsDkMEOzcCOx25/GvoP4r/ABi8K+CfBS+BPhteR30sdsLWO4hOYrVMYLB+jyHJORkAnJOeK+WdE0271bVLfTrJYzPO+1TJKsaD3ZmIAHuTXBl+Fcak67VubZGlWScUkfef7QXivWvCPwSudY8P3z2F/ELVUnVVYgNIgPDAjoa+TLL4+/F8zgz+Nrth2Bt4f/iK+kf2kLrSNf8AgxqGk6RruiX18rW7iCHUYS7KkiM20bueATivjHStMuNW1e30+wWLzpHAzJKsajkclmIAHuTVZbTSoS5lrdirWclY+1/2ubg3XwFvyxyftFqSf+2q18QCJQPWvtT9pC+0jXvg5qml6Nr+i396HgkEEOows7BJATgbuTjJx7V8a2lvLdXEdvAu+WRgqrkDJ+p4oyWLjQafdlV+VyvE+2bfV9Q0f9lu11PTblra8tvDlvJDKqhijeWnOGBB69xXzTe/GjxXrPg3xB4S8UaiNRttRhiNu7QIrxSJNG3GwDIKq3X2xjnP0nq9vo95+ztH4Ng8V+GY9ZOhQWoR9Vh2CVY1BXcGPcEZHFfOel/AnWL6eNbzxr4FsUz+9kfWkYqPXAHNRl8acVPn35r3FVmpJW7HlHlA8g8djjrX2N+xAwi+F2pZP3tZkP8A5BhrwD496X4Z8La3pHg7wrqMOq22n2Aku9QjkVxcXUrEu2VJGNqxgAHjGOuSffv2RZtM8L/DOeHxDrOj2E15qL3MMU2oRK/lmONQSpbIyVPB7YrXNf3uG06sKEkqmp5C3j3wR4M8e3+seH/h5JLrUN3OFu7/AFczLG5dgSqLGoHfvkdjXAfEnxt4g+IPiA6x4iuFkdV2QQxrtihT+6oz+ZOSfWofHunz6f401iK4ML772WSN4ZVkjkRnJDKykgg1iNtFehSw1OLVS2ttzPy6H0h+w2Sk/i7aeq2f85q8r/aOXPxw8T/9fEf/AKKSvYv2Lo7LQrDxFqWvatpWmxX/ANmFqtzfRRvJs8zcdpbIHzryRzXlX7SFvt+L2t6lBdWd3ZX8iTW09rcpMjqI0B5UnBBGMGvNox/4UqkujX+Rq5p0lHseYPHX11+xRJ5Pw11Xn72rOf8AyDFXyWcGvrn9lVLDwv8ADyZfEOsaRYS3l81xFDNfRCQR7EUFl3fLkqeDzj61rnMW8M0t9CsK1GomzzO3li+Fng/VfHlwdvi/xHJNHocGButbdmy0x9Dggj/gI6E4739iK6mbwHr0sjMzvq5ZmYkliYkJJJ69a+fPjL4pvfGXxG1HU7uMwRo5gtoCwbyYlJ2jIJBzkk4JGScV9EfsoR6f4X8BXq+ItW0jTTfX5uIori/iWQx+WihipbK5IPBrjxtJxwbctZO1/wDIunJOqrbI+WfiAfM8feIWAxnVLk/+RWr2H9jvQ/GWp+Lbq70XXLrStBtdp1IptdLlj92IK2VLEZ+bGVHTkivOvGHhzUb74p6vpdmLWWa61GeWKQXUYhaNpSQ/mbtu3BBzmvp6bUPD3wO+AEltpOvaTqGtCM5NpcJI0l5LgbtoOdqcc4+6g711Y6p+4VOCu5aGFNJO7exP4K17wOv7RmtaL4a8N2EF9a6bL9u1ODKGSXzI98YQfJwSNzYzuU/j4x+2TI9x8XLeRsf8gmEf+RZaT9kSPyvHWp+JNUu7Szs5LCWF7i7ukjLytLGQPnOSeGJI6d+op/7WaRXXjiy1iwvLG9sZLBLcS21ykuJFeQlSFJIOCD/k1yYaj7HHKN7pR38zd+9Qb63PF0jJ6U7a38NSxA4z60jRPuyADmvpkjlGLv7nFWYMnjPNEUBA+cdam2IE2qMVcVYpFgOIk5yfTFDXLuoOAvsKrO0hGAc1JCpkbBOPwrT2lthospIGUEc0+K1WZwoCgd+wqeztd21cxxI38cnQ/THJq/bSC0BRTuc9GXr/APWqJvmRpFEa2/2KYCVFRgR8pGWJB6Yrt/CtxDo2jz399KUilOI7VBhZ3XkK5HUA4J9BxxmuX0+z/wBJLTFTP1TeQqxAAlmb6AZ/Oq+t65JcTMtuStuqmNFOBxnOSB0LEAn8ugFeTXhKo+TodVOSprUt+IfE95fSSTXN07TSSb5HJJZm7YA6YGBXNafbXGqXJJlCQpyWc4BPYD3NPtoXvZ2LvtA+8+0kAV6p8PfhxJ4iA+wXlrGixq7+bJtKZJBJz2GMkjNRVqU8NHltqVTpvES12Rzng7w+97eNaCAbApaZgDkLke/JPQe5rQ8Tv9ngeEIi/Z0SKJFfIjx0HHU+5/8Ar12njrVPDXgvSY/Dvhe6+23YcG8v/wDlm7YIwPYc4/8Ar14nrWoyySDMpZmG5j6sehP4Vy4fnxFS8tEb1JQo07RMvUJjLcNITknvRVdjkkmivejGyseVLV3N2yvtX8Lati3lu7C6gfYxjLRuhzyDjBBzmpYNU8ySWS5HnTTlg4kXI56nOeG6VkT3P2hzLc5Ysc5LEljnqc9+vPWogIwhZGxg469ajkvq9zp9ryfC9DsdVvYiDaaXdzTW67S0m0rhjxgjtn69q6jwTeW9vApuraK6QApPuGG2kEFc/Qn/ACK870Fbo3SrArGSXCgAE55HYV09vcRWmrwPq8EtnHFKrXMcQAZFyQRtz1xnqOO9ZTTirM6aVRv3mI+ii51pVuZxFbmQKZvv4Q9GA4yABzUfjbRoPD+vTWFrfWN2bd9nnwOHjcEDG01uf6NPtewYzW0u7oxLbT1XHHQ/MPpXKeKbGS1umhkV3ION7EKD/nmopSV7M1qwtG8SjLcSXN291dSM8rMWyegJ5PHbmrcN9fwxt9mupouMHa5FYt6j2kds7zwv9oi8wKjhig3EYb0PGcehB71Db6jNv24HPc9R3rsp2tZnB7RdTcj1HUyrLLqd7gjHM7f40211GaEss008y8cSOSDVMutwR5XJHUelVriUJ0NWkkOUna5cutRGX3Ku9j2HQVl3EyspPIqvPL5jl89sVA7lhyelS2jmlUuLBIvnoJnYRk4Yp97HfFfQfgH9m3SvGnhaw8Saf41vYLO+j8yMSaWu4YJUgjzexBFfOTsAa/Qz9lhP+LB+Fm9YJf8A0fJXj5rXqUoRlTdtSbrqj5C1PwZ8JLLU7qxn+KerJPbStDKB4cZgGUlTz5vPINdBefBHwdffDLWfG/hX4ljW4dKtnmkgXTfKbcBnY4aTcmexK/TNeQ+PcJ498QKf+gnc/wDo1qf4U8U6l4eh1e1spG+yatp8tjdw7sK6OOCfdWwR+I7mtVCo4pqd/uMyjpOlatqrSwaPpt7qEyruMdrA0rAdM4UE4rUk8EfEGRFU+DfEzhTn/kFzn/2WsG1urqzuI7mzuJLeeNg0csbFWQjuCOQfpX6I/sy+Pl+JPwuhvLx8avZj7FqBB5ZwoxJ/wIc/XNPFVnRSaWgj8+dTsb7Tro2uo2VzZXCjLQ3ERjdfqp5q3pvhbxPrOnNeaL4b1jUowdu+0spJVB9MqDU/xL8NX/gvx3rHhrVHkeezumAlckmZD8ySf8CUhvxr1n9jGS60XxF4n8c311JbeHtB0h31DB4nZuY0HqflJHvgd61lU9zmiI8X1Tw74h0JEm1vQdV0xZCVQ3dnJDuPXgsBk+1WNL8JeKtWtRd6V4b1i/gbpLbWUsqenVVI7Gj4j+MtY8d+L77xHrNxJJLcSExRsxKwR/wxoOygf4nmvbv2KbgaDqur+MNUu5YdLVrbRliVsefc3M6BeO+wAsfQGpnWdOHMxJ3PEX8EeNbKCa6vvB/iC2t413SSy6bMqoo6kkqABVfTYLy/uUtdPtbi6uZDhIYIjI7fRRya+0v2+7O7m+Emm3ttPKkFpqqfaI1bCsHRlVmHfDYA/wB6vhdJZI3WSGR45EYMrqcFSO496qjUU48yC50R+H3j55GdPBHiUhf+oVPz/wCO1la1pmq6Hd/ZNU0+8sLhl3eVdQNE+PXawBx1r77/AGP/AIkz/ED4aNZavc/aNc0VxbXLs3zzRkZjlPqSMqT3KE96+Lv2iPDN/wCE/jH4j06/eWYS3j3VvPKxZpYpDuViT1ODtPuprOFdSm4NaoTZg6H4a8R6/aPcaLoGr6mIjy1pZyTAcdCVBANR654d8SaRCkuv6Dqulxu21GvLOSFWPUgFgMnFevfsUWs9n8RdS8aT3j2mg+H9Knn1OQfdZWQhUI/AuPeOvLvix441T4g+ONR8RalPKyTTN9lgZ8rbw5+RFHbAxk9zk960VS8+WxPMOh8GeN7iCOe18H+IriCRdySRaZMysPUELg1U1LRdc07UIdO1DRdSs72fHk289rIkkmTgYUjJyeK+0f2BJLiX4KXYmkd0j1qZIgzE7R5URIHoMsTj1Jr5J/aGup5vjj4xMkruV1adFLEnCq5AH0AAH4VFPESnOUOxV9LmZN4F+IEjh28EeJwB1P8AZU/A/wC+arWOh61e3stjpWiane3MRIlgt7V3kj7fMqgkc+tfoT4vubiD9mTUbqGeRLgeFGfzgx37vsvXPrz1r4p/ZNkl/wCGhvCxWR13SzA7TjI8l+D7VEMW5QlNdBXOau/CPjDTrZ73UvCevWdtEMvLPp8qIo9SxUACs6x0zW/EN3JFpWlahqLIMutpbPMUz0yFBxnFfXX/AAUKu7iPwB4dto55Ehm1JzIisQrlYztyO+Mmvm39mu5nh+OvhDyJpIfM1KON9jEbkY4KnHYjiro4j21PnHJ2djFf4f8AjqNdw8F+I/8AwWTf/E0kngjx1dQ8eDvEjEdv7Mm/+Jr7J/bh8Ta74Y8A6HN4e1e/0u4n1Mxu9ncNEzr5TnBK9RnFfNXwu+OfxC8IeKob7VfEWp6xpLSKt5aX07Tq6E87SxJRsZII9Ocjis6dadSHMkNHnWi6fquq3i6fZWN3c3SgjyYYWkk46/KOa1j4L8cOXin8I+I2RRlQ2mzH/wBlqi966+N/7QsZ2Qtf+bDIjEMMyZVgexr7m/aY1PUtH+Dms6npN/dWF5AYDHPbytG65njU4IPoSKxxWMdCdOCV3I3p0+dN32PiOHwN455KeDvERHr/AGZN/wDE1n3Frc2NxJZ31tNa3MTbZIpkKMh9CDyDXa+HvjN8R9G1O3vB4q1PUI43Bktr64aeKVe6lW6Z9RgjtWlFop+MP7QF3Fo8zQWmpz/a5ZcbvIgChnJ7ZH3QP7xArq9tOm26qSVr3ISXQ4LTLK9v5xbafZXN5OfuxW8TSOfoBzWvceDfGVratd3XhLX7eBRlpJdOmVQPqVxXvv7Ruq2Hwn8G6Z4E8BQLpE2po0l5cQnFw8KgKC0g5Jdi3PopAwDXgvw38feI/BPiW31jT9Su2jDj7VbNKTHcJn5gwzjpnB6g8iqoYqden7SnHTpfqXKNnYwXkfI5/OnI3Ar6p+Ofwu0Txh4Uk8c+GYorfUBbC8fyEAW9hKhiSo/jCnOR1xg5OMfKqp5UnXNVg8dDFQvHpui503B2ZaitvNXdjB7+9aEdi1qPOJExPAGflH171SiuGVcKMfjVyO4c5zzXakONhJBNu8xn3N3IP8vSnW7PJKAOPU+lX7OD7WrIMiXjamCc5OK0bbRLuGQ27W7LJv2ZkYKCc44J4qKtVR0ubU4OWqIkgAs3eGRme6yqlh0QH5j+JAH/AAE+tR6joD2tvAZGMRuOVTuR6nnjvXTyQ6Xp1x9mkuvNZVCokA3cDgnOccnJ696gn8S2VlcrKul2zShSBJOd7H3/AM5rzXVn9hXR1OlFR95mv4M8GadPYtJdahHp9vGgeeac7SxzyqIOWPTjr646BPE3jKy0u3m0rw2nkWT4DylgXlI9cfXOO3FcPq/ie6vMh22AjGEY4/Wucu7rzMYJ9/c1hHBSqy56r+RM8ZyLlpqxr6lqfnhpHbDenXJx1rnpHZ23Gno4bOSB9TS3MhEe1fubt2O+frXpUqagrI4Z1HN3ZA5DKQDRVaRienFFb3M2yzYzDeA6g56e1XIU8oNJsZk+6HPK59M1Se1Kz5XgADipYp93ySluCOa1S5WWtNC/aajLbXaXNtNJBIjBlZGwQQcjB7VYubq5u72S8uZ3mnlYtJI5JZiTkkk9TVeKDKiWMZHcUssoSRk6bRnPrXQ4qSuxuUonSeEdUfRdQhunwyMQwRhlSAf/AKxrq/iXNaeMGXW9GtpIv3arPGpyCwzyO/5//WrzGyKXE8YmkaNM5LBdxH4cV0XhrxFLo0ktttLW8vLknJQ/3hXj4rDPnVWG514fEWXJLY5q9tzG7RuuCKpmAg8V6De6ba6qrahaGMSk7pIycB/cVx+o2z28zIVyB0963oz5lczq07ald7qOC3AAJkOQaz/MmfOWJ5zyelSzwtIM7s49qiJMY44rVyOacmyGUMMZ/CoZWIHWp3ZmxntVeYZAqGYtkDsa/Qr9lq4K/APwqCf+WEv/AKPkr883Xmvuz9mq++z/AAU8OQucbYJMfQzSGvCzt/uV6nThKftZNHz1r3xhfT/HGrxXfgPwNqNrHqEySRy6LGruokYE+YOdxxncc89q91/4Uz8L/iz8NLXxP4P06Pw/e38Bkt5bZdqJICVaOSP7pAYEHaAeMj3+NfH5X/hPfEO05/4mlz/6Navtn9kEXum/BLTReIUW4mmmgB4Pllzg/jgn6Gs8dJYWlGrDRmdOm6jaR8Q6/pt5omt3uj6jF5N5ZTvBOn911YqR+Yr1X9kn4hP4J+KMFjcylNK1zbaXGT8schP7qT2wx2/Rz6Vyfx71qz134w+JdUsCrW8t4VVl+6xRVRiPXJUnNcKSQyspIIPBHavVlFYijZ9UYN8srH17+3Z4F/tbSrL4gaZEDcWAW1vwoyWiZsRt7kM236MPSvOPizcL8Ovgf4c+FcDiPV9UxrPiEIfmUsf3ULe4wMjt5YPevc/g98QNP8X/AAf/ALe1iZHOmxNHqqzAMA0SAlyD13KA3TufSvjH4h+Jrvxj4z1PxJfE+dezlwpOfLToiD2VQB+FeVl06026VRfA/wDhjor04xtKL3MM4Nez/Fi5fwF8OPAPgOyfytSRf+Eh1YLwRcyn9yG/2lQEEfSuQ+AnhiLxb8UtJ0+7Vf7NtmN7qLP9xbaL5n3einAX/gVZ3xZ8XT+OfiLrfiaZWCXlyxgU9UhHyxr+CBfxzXqStUnyvpqcrdj73+M9rH48/Zw1mWFDK15oy6hAAerIomXH/fOPxr83x0Nffn7MPiJ9b+BmiQXeJBaxvYupPBWNioU/8A2/nXxB420FvD/jLWNCAP8AoN5LCCT1UMdp/EYNefldb36lF/ZNqtFwtLudp+zB8QG+H3xVsby4mKaVqBFlf/3VRiNrn/dbB+m71r6E/bh8Dr4k8IW3jXToN97ovyXGOTJbMeT/AMBY5+jNXxhLbyxLudcA19w/AH4gWvi/4QxLrkkLyaTbtZ6r9pAZXiVTh3B6q0eM56kNU5pKdCUa8PRlUKXtG4M8U8f3UHw3/Zv0T4f2ZaHXfFuNX1rgblgz+6jJ6j7q8f7D+prwDbXWfFPxZc+OvH2qeI59ypcS7baI/wDLKBeI1/75Az7knvXMFRivVw8Wo3e7OfkPuL9hC5S3+CN6H763Of8AyFDXyZ8ezu+NfjFsYzrFz/6MNfTP7Gbufg3OiD/mMT5P/bOGvmH46f8AJYvFhPU6rPk/8DNeZg5t4yqmb1aajSjI+7vHMyf8MwX8YPP/AAibAf8AgLXxj+ydhf2gvCxPaWY/+QJK+sPF5lP7PupA8bfC0g+v+i18k/svFx8dvDRQZxJNn/vxJWWGquVCs/UqrRUJwS62PoH/AIKEzJJ4L8MBT/zEZP8A0XXzn+zk2Pjn4OPpqsP8698/buYy+D/Dit21CQ/+Q6+fP2fyR8Z/CZU4P9pxc/jW+XVG8EpPszOvT5avKfYX7Yx8HS+C9Ek8Y3GtxWq6iTCdLjidzJ5bfe8wgbcZ6V86fE6P4bTfBzSJPAE17NIdYb+0WvwBclxEdgYL8oXBbbt45PU5r1j9uiGVvhxoZLE51cdf+uUlfI1rJebfsdr5shnkXEKZO9xkLgDqfmIH1p5anOhGTfVjqrlm0WtPXdqdp7TIf/HhX3Z+1a6P8CfEjbsfLb/+lMVfFGteHNS8M+NItC1JSL+H7O88YH+rd1RyhPcruAPuD6V9fftOvM/wW8QQ/NysHbr/AKRFXNmUk69C3f8AyOrDU+aE35HxFX0Z+xGsVtqviTUioM0cdvCp/wBljIWH5ov5V85lWXqDXsX7KGuxab4/n0m4k2Jq1v5URPTzlO5M/UbgPdhXoZnFzws0uxnhXH20ebYvftkXzXvxXtsgbYtKhVPoXkb+ZrxuHmvZv2vNPmh8UaPrLKfLuLVrUtjgPG5PJ+kg/I145pcFxf3kVpawtLPK4SNF5LMTgAD61WW1EsJG3RDxVP2deUT7c+EV7M3wt8NrIQynTo1II7AYx+QFfF+syIut3scI/dxzuqntgEivrvxNqdt8NvhPE9xNH59hYR2tsn/PW4CBVA9sgsfYE18Yphsl/mJOST3NcmTx96dRbNnZmEoqNOC3S1NK3mCnPSrUV5KG3K3zetZO4gccVbt8soCjJNe9znnps3NKN/qN+kEDM8rnCruxmtq3vfNuXuFiHmWyF9x5Ic8J26hjnHoKxbW1lKlkUsI+pxxW5Naw2WmxJI4VrlvtEoDAuMDCD2+8x9ww9K46s1fc7aakkYlul1F5s48xkHLEDIH41kXNzLLMzbuM8VualcS28AkhDxJKpyM/eHQj9K50sD2reCMKztoNd26Fs0xjRndJiiX5GAGCc8EGqMB8kTx4LAjIzyKiuXZwuTz0pRI7/IACCQDmp9TkVnGIo1GONg25/Cmk2XbTQzpeuKKepUqSw+goq7GNjS2+aQ8cnLcnHakliQSMzElgMj3qjaSFZNoYrk9q1iBcgrGTuVehHWtU7nRFqautyqs8jRhYmIUHJFX0j+0QKFiJcDqKqRj7GyGQAnnginyyAxtLEShIxgHiq5rFavRiQCaGR9y5xkdOaFuWLltg4OMMoP8AOq0MjMw559KmbJQso61UvehYwWhds9Ru7aRWibKL95c4GKvm4TUbLZJtZh3HUVzjGRep60sTsrbkYqfUVzqKi9DWNVrc0nge1V3PzrjsOayGR2OTWoLtpBh/zppWPIc4A9RVOKexMmnsZnlFRlqryjtWldoWHyHIqi8ZA5qJKzMmhdIt9Pmv411Sa4gtQfneBA8mPYEgZ/GvfNG+Ofgrw5odno2l6HrgtLKFYow/lFjjqSQ3UnJP1r58cYqtIua46+GhW+NXLpYidBtw6npx8S/BifxTc69f+EvFF49xcNcNaPfRLb7mYsRhQGK5PTd09a3fiJ+0ZrOs6M+g+FNJTw7p7R+SXEu+by8AbUwAsYxxwCfQivDmXmlVM1jLB05NOSvba5n7aSTsRivaPgN8JdL8faDrUmran9iuwIxYrEVeWPkl5GjyCV6KOnf0ryCBUjbc/PoO1OnuJZTy5ArWrCcocsHZhTcYu8lc9r+MOueH/AfgGP4TeCb5bxppfP1u9UgmRsjEZI4Byq5A6BQDnJrwqn7S1ATPHSpoUFSja92935hOd2fTcL/DP4XfDuK6ntL19T8VaHCk9rbTkyyRvEN5BJ/doWbk85IGAcEDxpNa+GfJPgXWgO2NeB/9oVzmvave63exXV9JveK2itowPupHEgRVA7cLn6knvWeI885xWVHB6Nzk7vzYTnz20se+fC348+GfBOlLoNh4Q1SDTGuGmd21JbiRWYKDgFFzwo4yKj/aJtPB2p+G7L4neGJWnuNW1BIJ2LnYCITkFP4X+Rc/XPfNeEYrRg1C6PhyXQWkJs5LqO62/wB11R0yPqH5/wB0elS8BGFVVYb9fM0VeXI4PX9D1L4HfDjTviq+rrrOrHTFtLZRapAymVpWP39h5MahSDjGSw5FXvinqGhfDT4fy/Czwlqn9oajeymTWrxQF+XgeXwTgkADbk4AOfvV4wm5HDIzIw6FTzTUTca1eCcqnNKV4roHPp5vqQRR/LQyY96vrCSvy1KukX81hLfx2krWkMixyzBTsR2yVUnsTtb8jXY7dWZch7F8M/j1ovgHwpD4e0rwReTRI7SyTS6qu6WRsZY4iwOABgdgPrXL+JPiD8Ndf8QXWt6j8KpXvLuQyzuNfmUO55JwFAGT6V5s8DhiPSm+Qf4q41gqUZucd35scpSaSbPofUP2mdNv/DkugXHw/wA6dLamzeH+1iMxFNhXIjz93jOc1w/hP4j/AA+8K+IbbXdG+Gc0N9bb/KkbXpHCllKngqQeGNeX+Tx979KPKwT836VEcuowTSvr5sHUm2m3sfVd/wCJ/Bfxy8Gai9zb3NvqOhWc9+LCSXByImwwI++mcdMHOM4B5+dvhT4l0bwX4xtvEeo6Jd6tNYuJbSKK8ECCQZ+Z/kYsBwQBjkc56VneG9XvNB1I31kwWRoJbdwejRyxtG6n6qx/HFUmijYfdow2BjQUoL4WVWquo1J7nv8A47/aH8JeONPt9O8V/DFtQtoJvPhT+3JItr4K5zGik8E96yfCnxl+F3hLVYtV0L4K29vfQnMc8msSTsh9V81W2n3HPvXiTQR+lN8hK1jhKcY8q2Mm3J3Z1l/41sta+KV54x1vSJ7m3ur5rtrKK6CNjdlY9+w8AADgDIHavVPGv7RmleLfD17oupeC7gW10gVimpgMpBDAg+X1BUH8K8A8hKTy1qamBo1GnJbbGkK1Slfle5YvbyKZ2EUJSPPygtkge5xyadpGozabfR3duSksZDIwOCpHpVXy1xSba6eRNWZKnKLuetXvxnTX/DbaB468Oxa7akhkuIpjBco4zh92CCwB64Ge+c1l+EPHHgjwfqI1TQPCOo3epoCIJdU1BGSDPcKka5PuT9Mda84K80qR+lc/1OlZpKyfS+hp9ZqOXNJ3Z1Xj/wAdeIvG2orea5dhljz5FvENsMIPXauevuSTx16Vz8DYzxnNQomasQL14renTjTjyxVkQ5OTuyUEkcCtnT4WjxgfOw/QiqenQqzbtw/GtrTEt/PUHdKWbAXtRN2NqcdUdl4B0N7m3vtYuIwmnWcRM9w5GyM9MKD99zkhR6kE1y3i7UbeXWZmsZfPgEhMbsm35ew29gBxitXWtaRLEaTaEMnBnYHAyOiD2B5+uPSuWmaFdzk+YSMKq9j61yUKTc3UmdlSrZcsSC7mPk+W7sZMksD0qgVYEk8Zqd5UkTLdaEheaIshGF9a9CKsjid5Mpq75NNJ/eZIP4ip54vKG58AGqhYmMgsxBII5ptWJehfa+Hlr5YWMjqB3qs0pmkwahWMuQBTpECDIqrC52RXL+W+1Tmiq83LmipbsZSk2yysZf5l71fs98RUjnbyarB8IPlH4VJJIChZBjPWtDenJRdzRvbmC4hHBDiqDswO3PykcVXQ4/GpQdye4o5rjdRyd2KG2/iMU6KRhnoc+tQM2ad5g7VSmQ3csFtwxgD6UwZVvWkVgc4pN478U211FckL+1PjkOeDj1qDNIWKkEVF0Fyy8y4xjrUMzqVqMnJrV8PeHNS8RXMFrpptWnnmEEMUlzHG0jnsoYjP16UpSE2YbVEyitWDRL+61/T9Etfs093qEkcdt5dyjI7O21QWBwDu45Ix3o17w/qmkW0N3dRQvazSyQxzwzpKhkjxvQlScMNynBwcMD0IqJEXMjCf3aXdEP8Alm3/AH3/APWretfB2uXTmCKGE3otzc/YvPT7QYtm/d5ec52/Nt+9jnGOabo3hyS50rUNYvfMi02xCJNNGVLRyybvK+QkFlJUg45A59irA2YYaHujn/gY/wAKUm2/55S/9/R/8TWv4u8PS6HfWi7JY7bULZLyxM7L5jwOSFdgp+XOCcf/AK6U+EdbXVdc0ySCJbnQ4pJb9fPQiMIyo2DnDYZgOM1IrmSrWXe3nP8A22H/AMTUqvp/e1uT/wBvC/8AxFT6dol7eWbXwMENmsvk/aJ5VjRpMZ2Ln7xxycZwCCcA1at/CeuTeK7XwwtoBqd3LHFBG0qhZDJgoQ+dpVgwIYHBBBzQXzFVX0c/8uN8P+3xf/jdSo+hjO7T9SIPYX6D/wBpVo6p4etjoV5rehte3FjY3gtrmW4CIEMmfJRcHLN8khJHGMdM1z0QMkixqBliAMnAzQ4p7jUzWFx4bH3tJ1X8NSjH/tCpY7vwwOujas3/AHFI/wD4xR4g8I67oYvX1C3iVLC8NldmK4jl8if5vkfYTtJ2Ngng7WxnBpsnhrU4NLstQmazjhvrWS7tQ91GrSxo7oxCk5zujcY6kjjNHs4/0xcxcS/8IjroGrD/ALisf/yPWha6h4GVg0vh/Wmz0A1aP/5Hrm9H0q41NZJI57K3iidEaS5uUiG587QNxyc7TyOBjnFS3uhavZ+JZPDctjJ/a0U7QPbggkOuc85xgYJLZxjnOOal0ovv941Ox2tnq/w5V1d/DutkA8qdWjGR9RBXWXmu2sccWpaLdWVr4GX/AEe6sZot5RmwTFLFuzLK+3Kvu5253Jt+XySbRL+DSv7TAgntBN5DywTLIscmCdrFehIBIzw2DgnBxXXQ9TnGkzGNDFqsrR2Z85fndWCHIzxgt1PvXNWwcZ21ZssTJHcX2r/DKSWaS08Ma5HAzfIv9qRjA+hiYj6bm+prBu9Q8EF8w+HtZA/7C0fP/kvWJq1jcaXqd1pt4oW5tZngmUMGCupwRkcHkHkUzXdN1DQ9Wn0vVbV7W8gbbJE3VTgH+RFbU8PGKtd/eZ1KnNuaD3fhYnI0TWB/3FY//kemfafDHbRtW/8ABpH/APGKl/4RPWH1WHS1ihN1NYDUEXzlwYDB54bOcD9382OvbrxWdpmmXWoQ3FxEI47a2C+fPK4VI92doz3Y4OFGScE4wDjb2UTO9y59p8L/APQF1b/waR//ABimNceHei6TqgH/AGEYz/7RqprOn3Ok3a212It7RpKpilWRWRgGUhlJHII9x3qj5gp+zj/TGpWNYzaD203Uv/A9P/jNQvLo4+7YXw+t4n/xqqlsrXFxHBGBvkYKuTjknFaWseH9S0p9Qj1BIoXsL1rGZfOUkzISHVcH59uOSuQMjJ5GWoqIORRdtOPKWlyD6m4U/wDslRs9oOkEw/7aj/4mtK28MazcXeg20UETSa+dunAzoPMPmmLB5+X51I+bHT0qG30S9urDVLy2SN4NLiE12/mKNqGRYwQM/N8zqOPWnoLmM4tbn/llJ/38H+FNzGOiuP8AgX/1qvaloWp6bY6Ve30Agg1aBrizZnGXjDshYgHIG5WAzjOM9Ku+JvCuq+Hp7u31I2Sz2cwguIY7uN3Rzn+FSSRxyRwMj1FIRh5T+4fzp6bDwBirK6TqDaDJrgtn/s+O6W0eb+ESsrMF+u1Sapp3p2AsKi9xUyhQAAKm0LSrrVZPLt5bKI71RftN3HDuZugG8jP16DvjNM1KxudN1G507UIXtry1laGeFxhkdThlP0IIqS0yS3y7bSeK0ZdQFpamOAASuuC3cD2rFFyY8CPr61EXJYsTkmoaT3L52iy87FOpNQtM3Hp6VA7c5oDZ7VaRLm2TqxkbAWtGzkNvna3zEcVmW8gViTV2EKHDN26D1rVRRcG46kV+++YtIxIAAWqbEMNq8AVZuv30hO3AHtVMIyygYzSaJk9bksLvC2DzSSThxgKKjmb56jqXK2iIuPkQBckg/Sim8etFS2Imc9KXPBXsetIaYTiqZKZJjaBTo5MSD5QfrUSMSwBpxDiUDFCWpaZbZRtyiocdeKbHcbc/uID9YxQow+6o5iA4wOtVKOly3orl+LU2VcfYrE+5gFW4tdaNf+QRozHsWs1NYsfOfYZp2cDFT7OMlqHMzoB4rk4U+H/Dpx3/ALOX/GiXxO8iY/sHw+vutgorngMmnMpQc0vYw7E3JtQvWvHVjbWsG0YxBEEB+tb3wjvLaw+JegXt7PDbW0F4kss0rhERRySSa5k9aYwp8qSsiWjf+G72Vh8SPDd1ezw29tb6razTSyuFVESVWZiemAATUfirxHcXWNFjgsodLtL+e6SG3LMssshAZ2ZmYtlUQDBxgcDkk4LrmmlcUWJaPUf7W0uD41j4lw6pa/2U2pf2wYfOX7RnPmfZfKzvzu/d7sbMc5xWV4J13R4fAXjJdYaKSaW4sJ7Wx3AG5ZHmyuCc7AWUtjnaMcZyOEAppHNLlEdf8SNSGsTeGLg38F3cDRYo7lllUlJfOlYq2OAQGHHbPauq13xDpU3jT4ntBLpf2e/tLv7FcpIA1yWuYnUK2eSVBOOvFeTkUKuaLBY6/wA2z1/4Z6Rolvd2drqekX91LJFczJCtzFOIiJA7kLuUxlSCc4KkZ5x0mjeItHX4tfD9mvYPsOgrYWt3qEjbY2MUpeRwWxlV3FQT1CD1Ary9RQwzTsOx213rGnzeAPE+j2c0UVst/YNZQvIokmC/aPNlxnliXQnGcDaOiiuDtl3XMQ3KPnHLEAdfU04igR+9LlBI734v+LHvvFfivTtFWwXR9S1p76Se1ZnN4VaTymZmZhgCRjhcDLcjgYXXJodS8D+EtNtrnQS1vo00V3JcXUYmtm+3TzYClt24oV4CnO/HeuDxUfl7j1xQFjZ8JW8pu/tttcaOLiCRdtvqTRiJ1Oct+8+RtuBxnPzcA812I13w4/xn13UDqMjaVqtveWv29w7+VJcW7RtKMjeYxIxIz82z3rzhU2jrmjFOwanX21zF4f8ABviHRZ7m2ubrVntooYradJlRYpDIZSykgdAoHXDtkDvfstZsbHRfAMe/TZntrydrkSsGa3DXCkE8/KMZPPpXBCmkc0WGzs9VuNOuvitrmqPcW89jDqF3eqVmRVnAdnjVWOQdx29AeM8HFHxHvdO1zRfDuv2ku28Np/Z99by3KSzgwYWKVsBchoyi5x1jOeozxwoosDPW4PEWmL48sFNxpP2dfCCWbXRkUlZv7JMOwvnAPmfJ/wDW5rlfD93ZX/wz1Pwk1zbWepf2rDqVu1xII0uFWKSNozI2FVl3hhuIBy3OcA8e1IadriSJdQie2uPIkuIp2QAFopN6g46Buhx7ZHoTV/SdYtbDQ9Y06fQ9PvptQjjSG7nB82yKvuLRYOAWHBz2/HOVilAosMn0UqNXs9zKg89MszYAGepJ4Ar0r42aj4d8T6jrGsaZeWNte6dq11EYI5f3d/bSTySR3MXJBf5sOo65VsfeA8tCgUMKTVxWPVfCOvaZZ6j8KGurjSni06bfeyzSKWtR/aEsh3HPy/Iytz61geAbzSbbS/GsOsXEYin06NYoVkUNdSLeQSCNTnoQhyRnAyeeAeJIpMUuULHcfEXWYtX8L+CmN1bz3kGnTxXSRuv7hjeTuiEA/IAjJgHgAgdqzfi/eWt/8TvEN9Y3MVza3F68kU0ThldTjkEcVzW2kdOM0+UR6R4dv9DGh6j4IvLiKNb7SPNF419H9nW+UfaI8jbw3/LuTv43HivNBQF5xTgtCQzrfhxounXtzNquoarokAsSjW9pqF8sAupD0Bzz5YxliOT90YyWXJ8V3N7eeKNTu9S1G31G8nupJbi6t33RyyMxLMpwARk8EcelZOMkVJjihjRo6XqP2KIp9gsLjLFt08Ac/TJ7VdfxQ2MLoeg/+AC/41z7vgjik3cVk6cW7sbZvHxQ466FoB+tgtQTeIGkB/4k+jJ/uWaisRzmhTQqULgmai6qWbH2DTh7i2FSG/Q/8u1sPpEKyd3tTga0ikilNl2e7y3Cp07LiqjyMc9Bn0FI5wM1Gz+1U2JzY00hozSMazbJEY0VG7UVNyHI/9k=</binary></FictionBook>
