<?xml version="1.0" encoding="UTF-8"?>
<FictionBook xmlns="http://www.gribuser.ru/xml/fictionbook/2.0" xmlns:l="http://www.w3.org/1999/xlink"><description><title-info><book-title>Ни шага без меня</book-title><author><first-name>Сабрина</first-name><last-name> Нова</last-name><home-page>https://gigabooks.ru/tag/sabrina-nova</home-page></author><annotation><p>Из моря её вытащили уже влюблённой. Элиф выиграла круиз, в котором не участвовала. Она обычная — бухгалтер из маленькой стамбульской конторы, женщина, на которую не оборачиваются, — и потому не понимает, кому и зачем понадобилась. Третий день у окна стоит серая машина. За спиной живёт чужой взгляд. А потом — яхта, шторм, чёрная вода. И необитаемый остров, где из всех спасённых остались только двое: она и он. Каан Демир умеет всё: добыть огонь из палки, найти воду в песке, вытащить её из паники одним ровным голосом. Он спокоен там, где страшно до смерти. Он держит — и не отпускает. Единственная твёрдая опора посреди воды. И Элиф отдаёт ему всё: страх, доверие, себя. Сама. По своей воле. Ровно так, как он и рассчитал. Потому что остров куплен год назад. Потому что шторм пришёл по расписанию. Потому что два года назад он увидел её на полу книжного магазина, плачущую над стихами, — и с тех пор во всём мире для него не осталось никого, кроме неё. Он говорит себе, что любит и защищает. Не врёт себе лишь в одном: живой она сойдёт с этого острова только с ним. И никогда — без него. Она думает, что учится жить. Она не знает, что снимает последний замок с двери, за которой её ждали. 📚В тексте есть: — dark romance — сталкер и одержимость — властный герой, который всё умеет — похищение и изоляция — она не жертва: героиня берёт всё в свои руки — динамика власти и подчинения — он готов потерять всё ради неё — тайны прошлого и деньги — опасные враги — психологическое напряжение Любые совпадения с реальными событиями, персонажами или обстоятельствами являются случайными и непреднамеренными. Изображения, представленные в этом проекте, были сгенерированы при помощи инструментов на базе искусственного интеллекта. Каждый визуальный элемент создан на основе текстовых описаний с применением современных нейросетевых моделей.</p></annotation><coverpage><image l:href="#cover.jpg"/></coverpage><lang>ru</lang><genre>romany</genre><genre>sovremennye</genre><genre>erotika</genre><date value="2026-11-17">17.11.2026</date></title-info><document-info><author><first-name>FB2 Generator</first-name></author><program-used>FB2 Generator</program-used><date value="2026-11-17 17:12:55">17.11.2026 17:12:55</date><id>ni-saga-bez-menia</id><version>1.0</version></document-info></description><body><title><p>Ни шага без меня</p></title><section><title><p>Глава 1. Серая машина</p></title><p>Первое, что Элиф Йылмаз узнала о любви всей своей жизни, — это то, что у неё серая машина и она третий день стоит на парковке возле работы.</p><p>Тогда, конечно, Элиф так не подумала. Тогда она подумала просто: «Опять эта машина». И ещё подумала, что, наверное, сходит с ума, потому что нормальный человек не запоминает чужие машины на парковке возле конторы, торгующей сантехникой.</p><p>Была пятница, конец сентября, и Стамбул за окном бухгалтерии стоял в той особенной осенней дымке, когда город будто выцветает — Босфор где-то там, за крышами, серый, как оловянная ложка, и чайки кричат так, словно им за это платят. Элиф грела ладони о стакан с растворимым кофе — батарею в их комнате включат только к ноябрю, экономия, — и смотрела вниз, на асфальтовый пятачок между их четырёхэтажкой и трансформаторной будкой.</p><p>Серая машина стояла у будки.</p><p>Не у входа, где паркуются клиенты и где вечная толчея из фур с плиткой и «унитазов оптом». А в стороне, где не паркуется никто, потому что оттуда до дверей идти под открытым небом метров сорок, а в Стамбуле осенью это значит промокнуть.</p><p>Там, где не паркуется никто, третий день стояла чистая, дорогая, ничем не примечательная серая машина. С чуть опущенным стеклом.</p><p>— Йылмаз, ты опять зависла.</p><p>Мелис вошла, не постучав, — они десять лет в одной комнате, какое там стучать, — плюхнулась на соседний стул, развернула шоколадку и отломила половину прежде, чем Элиф успела отказаться.</p><p>— Ешь. Ты зелёная.</p><p>— Я не зелёная.</p><p>— Ты зелёная и смотришь в окно, как будто там показывают кино. — Мелис проследила за её взглядом. — И что там показывают?</p><p>— Машина. — Элиф кивнула вниз. — Серая. У будки. Третий день.</p><p>Мелис перегнулась через стол, прищурилась близоруко.</p><p>— Ну машина. Дорогая какая-то. И что?</p><p>— То, что она третий день. У трансформаторной будки. Куда никто не встаёт.</p><p>— Может, сломалась.</p><p>— Три дня?</p><p>— Может, хозяин запил.</p><p>— И приезжает каждое утро запивать на нашу парковку?</p><p>Мелис засмеялась — тем своим смехом, беззлобным, как тёплая вода, — и ткнула Элиф шоколадкой в плечо.</p><p>— Соболева, — она называла её на русский манер, в шутку, с тех пор как они пересмотрели сто турецких сериалов про русских невест, — у тебя паранойя от недосыпа. Ты последний квартал закрывала в четыре утра. Тебе сейчас в каждом стакане с водой мерещится, что за тобой следят.</p><p>— Я не говорила «следят».</p><p>— А что ты говорила?</p><p>Элиф открыла рот. Закрыла.</p><p>Потому что она действительно ничего такого не говорила. Ни разу. Ни Мелис, ни кому-либо ещё она не сказала того, что чувствовала уже недели три, — потому что это невозможно было сказать вслух, не выставив себя дурой. Как объяснить чувство? Тонкое, как сквозняк из щели в раме. Ощущение чужого взгляда на затылке — в метро, в очереди за симитом, вечером у подъезда, когда возишься с ключами. Оборачиваешься — а сзади никого. Только качается ветка. Только едет мимо машина. Только идёт своей дорогой человек, который на тебя даже не смотрел.</p><p>Ничего. Пустота. И всё равно — взгляд.</p><p>— Ничего я не говорила, — сказала Элиф наконец. — Забей. Правда паранойя.</p><p>— Вот это по-нашему. — Мелис довольно откинулась на стуле. — Слушай, а поехали в пятницу с девочками в Кадыкёй, посидим? Ты сто лет никуда. Живая женщина, между прочим, а сидишь как мумия над ведомостями.</p><p>— У меня отчёт.</p><p>— У тебя всегда отчёт.</p><p>— Потому что я единственная, кто понимает, куда у Османа-бея утекают деньги, — Элиф пожала плечами. — Была бы не единственная — давно бы отдыхала.</p><p>— Вот поэтому ты и одна, — сказала Мелис и тут же прикусила язык. — Ой. Прости. Само вылетело.</p><p>— Да ничего, — сказала Элиф.</p><p>Она давно привыкла. Это была правда, а на правду не обижаются. Ей тридцать один. Она красивая ровно настолько, чтобы не оборачивались на улице, и умная ровно настолько, чтобы это мешало. Она аккуратная, тихая, надёжная — и мужчины, которые с ней знакомились, через месяц-другой уходили с одной и той же формулировкой, будто списывали друг у друга: «С тобой спокойно, Элиф, но…»</p><p>Это «но» она знала наизусть. Оно означало «скучно». Оно означало, что рядом с ней ничего не происходит, потому что она всю жизнь строила себя так, чтобы рядом с ней ничего не происходило, — чтобы её не трогали, не задевали, не били. Она умела становиться незаметной. Она научилась этому в семь лет, а к тридцати одному довела до совершенства. И вот теперь платила за мастерство.</p><p>— А симпатичная, между прочим, — сказала Мелис, будто читая её мысли. — Была бы дура — уже б замуж три раза сходила. Это тебя мозги губят.</p><p>— Спасибо, утешила.</p><p>— Всегда пожалуйста. — Мелис доела шоколадку. — Так поехали в Кадыкёй?</p><p>— Посмотрю по отчёту.</p><p>— То есть нет.</p><p>— То есть посмотрю.</p></section><section><title><p>Глава 2. «Мелтем»</p></title><p>Машина за ней приехала в шесть утра, и это было первое, что оказалось не так.</p><p>Элиф собиралась ехать в аэропорт сама — на метро до Гайреттепе, потом на аэроэкспрессе, она всё рассчитала с вечера, с запасом, как рассчитывала всё. Но накануне тот же приятный женский голос из «отдела специальных гостей» сказал: «Что вы, Элиф-ханым, за вами заедет машина, это входит в приз». И вот в шесть утра, ещё в темноте, у её подъезда в Кадыкёе стоял чёрный седан, и водитель — молодой, вежливый, в тёмном костюме не по погоде — уже держал открытой дверь.</p><p>— Доброе утро, Элиф-ханым. — Он знал её в лицо. — Позвольте чемодан.</p><p>— Я сама, он лёгкий.</p><p>— Как скажете.</p><p>Он и не подумал настаивать — просто отступил на шаг и ждал, пока она сама поставит чемодан в багажник. Элиф отметила это. Она всё отмечала. Вежливость без навязчивости — так ведут себя не таксисты. Так ведут себя люди, которых учили обслуживать тех, кому нельзя перечить.</p><p>Она села назад. В салоне пахло кожей и чем-то дорогим, чего она не могла назвать.</p><p>— Далеко до аэропорта, — сказала она, чтобы не молчать. — Вы из фирмы?</p><p>— Из транспортной службы, — сказал водитель, выруливая на пустую утреннюю улицу. — Нас прикрепляют к гостям.</p><p>— И много гостей?</p><p>— Не знаю, ханым. Мне сказали адрес. Я приехал.</p><p>Ответ был гладкий, как стекло, и не за что было зацепиться. Элиф откинулась на сиденье и стала смотреть, как просыпается город. Босфор в рассветной дымке, рыбаки на Галатском мосту уже с удочками, первые симитчи катят свои тележки. Красиво. Она попыталась просто радоваться — «поживи хоть раз», сказала мать, — но внутри всё равно тикал этот тихий счётчик: машина в шесть утра, водитель, который знает лицо, «прикрепляют к гостям». Слишком дорого для книжного магазина. Слишком продуманно.</p><p>Телефон звякнул. Мелис, в такую рань:</p><p>«Ты проверила что не развод??? Пиши мне каждый день. Если пропадёшь я турецкую полицию подниму и твою мать 😤»</p><p>Элиф улыбнулась, набрала:</p><p>«Еду в аэропорт. Машину прислали, представляешь. Всё официально. Проверила — Demir Kitap реальная сеть, 120 магазинов. Не переживай. Буду писать»</p><p>«120 магазинов и один твой чемодан. Смотри там. Влюбись уже наконец, но не в маньяка»</p><p>«Постараюсь отличить» — написала Элиф и сама засмеялась.</p><p>Она не знала, что это была самая точная шутка в её жизни.</p><subtitle>* * *</subtitle><p>Перелёт был короткий — час сорок до Даламана, — и всю дорогу Элиф просидела у окна, глядя, как под крылом разворачивается Турция, которую она никогда не видела: сначала бурое, складчатое, потом зелёное, а на подлёте — море. Оно появилось внезапно, за грядой гор, и было такого цвета, что Элиф невольно подалась к иллюминатору. Не синее. Не голубое. Бирюзовое, светящееся изнутри, будто под водой кто-то зажёг лампы.</p><p>— Первый раз на юг? — спросила соседка.</p><p>Женщина лет сорока пяти, ухоженная, с кольцами на каждом пальце, в шёлковом платке, который стоил, наверное, как месячная зарплата Элиф.</p><p>— Первый, — призналась Элиф.</p><p>— Оно того стоит, поверьте. — Женщина улыбнулась, показав идеальные зубы. — Я Нилюфер. А вы, случайно, не на «Голубое путешествие»? От книжных?</p><p>Элиф удивилась.</p><p>— Да. А как вы…</p><p>— Так мы с мужем тоже! — Нилюфер радостно всплеснула руками, кольца сверкнули. — Выиграли, представляете? Никогда ничего не выигрывали, а тут — раз, и яхта! Тунджай, — она обернулась к дремлющему через проход грузному мужчине, — Тунджай, это тоже наша, с яхты!</p><p>Тунджай приоткрыл один глаз, кивнул и снова задремал.</p><p>— Вы тоже выиграли? — спросила Элиф. — В том же розыгрыше?</p><p>— Ну конечно! Все, кто на яхте, — победители. — Нилюфер понизила голос, доверительно. — Я вам скажу, я сначала не поверила. Думала, развод. Проверяла-проверяла. А всё чисто! Машину прислали, билеты бизнес-классом. Кто ж на разводе бизнес-классом возит, правда?</p><p>— Правда, — медленно сказала Элиф.</p><p>Правда. И всё же — что-то не складывалось. Она смотрела на счастливое лицо Нилюфер, на её кольца, на её идеальные зубы, и не могла понять, что именно её царапает. Женщина была настоящей. Радость была настоящей. И при этом было в ней что-то… отрепетированное. Как будто Нилюфер уже рассказывала эту историю про «сначала не поверила, а всё чисто» много раз и знала, где сделать паузу.</p><p>«Паранойя, — сказала себе Элиф. — Мелис права. Человек радуется, а ты дебет с кредитом сводишь. Прекрати».</p><p>— А сколько нас всего? — спросила она.</p><p>— Человек восемь, кажется. Или десять. — Нилюфер пожала плечами. — Компания! Весело будет. Вы одна?</p><p>— Одна.</p><p>— Ничего, там познакомитесь. — Нилюфер подмигнула. — На яхтах, знаете, такие романы случаются. Море, звёзды, вино. Ах, молодость.</p><p>Самолёт пошёл на снижение. Бирюза приближалась, дробилась на бухты, на белые точки яхт, и у Элиф на секунду перехватило дыхание — не от снижения, а от красоты, от того, что всё это правда, что через несколько часов она будет там, внизу, на воде.</p></section><section><title><p>Глава 3. Две одиночки</p></title><p>Элиф проснулась от тишины.</p><p>В Стамбуле такой тишины не бывает — там даже ночью гудит: трамвай, чайки, соседи, дальний пароходный гудок с Босфора. А здесь была только вода. Она плескала о борт в ладони от её головы, отделённая лишь тонкой доской, и этот звук — мягкий, ровный, живой — оказался лучшим будильником в её жизни.</p><p>Каюта была крошечной, но всё в ней было из тёплого дерева, и в круглый иллюминатор било солнце, ложась на пол дрожащим золотым кругом. Элиф полежала минуту, не веря. Потом встала, натянула сарафан и вышла на палубу.</p><p>«Мелтем» стояла на якоре в бухте, каких Элиф не видела даже в глянцевых журналах у зубного. Сосны спускались к самой воде по крутым склонам. Вода — прозрачная до дна, до каждого камешка, до каждой рыбки, и цвет её менялся от бирюзового у берега к густому сапфировому на глубине. Ни одного другого судна. Ни одного дома. Только горы, сосны, вода и утро, от которого всё дымилось лёгким золотым паром.</p><p>— Красиво, да? — Селин уже сидела на носу, свесив ноги, с неизменным фотоаппаратом. — Я в пять проснулась и просто сижу. Не могу насмотреться. У меня уже четыреста фотографий, и всё мало.</p><p>— Где мы?</p><p>— Где-то у Кекова, Эркан говорил. — Селин потянулась. — Сегодня весь день тут стоим. Купание, потом какая-то программа, Эркан обещал сюрприз. Ты как спала?</p><p>— Как убитая. — Элиф сама удивилась. — Первый раз за год без снотворного.</p><p>— Море лечит, — авторитетно сказала Селин. — Я после развода сюда сбежала и три дня рыдала, а на четвёртый — как отпустило. Море всё вытягивает. — Она щёлкнула чайку. — Пойдём завтракать, там уже накрыли.</p><p>За завтраком — на палубе, под тентом — стол ломился: сыры, оливки, помидоры, мёд в сотах, свежий хлеб, варенья в стеклянных банках. Гости были шумны и счастливы. Нилюфер рассказывала, как они с Тунджаем однажды были в Дубае, «но там всё искусственное, а тут природа, натуральное всё». Рыза в панаме молча ел и кивал. Пожилая пара кормила друг друга кусочками дыни.</p><p>Каана за столом не было.</p><p>Элиф поймала себя на том, что ищет его глазами, и рассердилась. Но всё-таки нашла: он был на корме, далеко, спиной ко всем, сидел на лежаке с книгой и чашкой кофе. Один. Как вчера. Как будто гости за столом и он были на разных яхтах.</p><p>— Он рано ест, — сказал Эркан, заметив её взгляд, и поставил перед ней чашку. — И один. Капучино, ханым.</p><p>— Спасибо. — Элиф взяла чашку и вдруг сообразила, что не заказывала. — А откуда вы…</p><p>— Что откуда? — Эркан уже отвернулся к Нилюфер, которая требовала ещё мёда.</p><p>— Ничего, — сказала Элиф.</p><p>«Угадал, — сказала она себе. — Половина людей пьёт капучино. Прекрати».</p><p>Она пила кофе и украдкой смотрела на далёкую спину человека на корме. Он не оборачивался. Ни разу за весь завтрак. И почему-то именно это — то, что он ни разу не обернулся, — не давало ей покоя сильнее, чем если бы он смотрел.</p><p>— Что ты на него так пялишься? — шепнула Селин.</p><p>— Я не пялюсь.</p><p>— Пялишься. Второе утро подряд. — Селин ухмыльнулась. — Признайся, зацепил.</p><p>— Ничего не зацепил. Странный он просто. Сидит один, ни с кем.</p><p>— Ну так и ты одна, — резонно сказала Селин. — Два сапога. Может, вас и сведёт судьба. Или Эркан. — Она хихикнула. — На таких яхтах всегда что-нибудь придумывают, чтобы одиночки не скучали.</p><p>Элиф не знала тогда, насколько Селин права. И насколько это будет не судьба.</p><p>Купались до полудня. Эркан спустил лесенку, раздал спасательные жилеты, и гости плюхались в воду с визгом и хохотом. Элиф долго стояла на нижней ступеньке, по пояс в тёплой прозрачной воде, глядя, как далеко просвечивает дно, — и не решалась оттолкнуться. Ей было видно, как глубоко. Как много под тобой пустой, светящейся, синей воды.</p><p>В конце концов она так и не поплыла по-настоящему — повисела в жилете у лесенки, держась за поручень, и вылезла. Каан в это время плавал — она видела издалека: далеко от яхты, спокойными, сильными гребками, легко, как человек, для которого вода не чужая. Он не visел у лесенки, как она. Он уплывал к самому горлу бухты и возвращался, и вода будто держала его сама.</p><p>«Умеет, — подумала Элиф. — Он вообще, кажется, всё умеет».</p><p>Она не знала, насколько окажется права и здесь.</p><p>Сюрприз объявили после обеда, когда солнце чуть сползло с зенита и жара спала.</p><p>Эркан вышел на середину палубы, хлопнул в ладоши, и все притихли.</p><p>— Дамы и господа! По традиции «Мелтема» — маленькое состязание. — Он широко улыбнулся. — Гонка на морских каяках! Вон, видите скалу с деревом посередине бухты? Обогнуть её и вернуться к яхте. Первая пара — приз: ужин на верхней палубе только для двоих, при свечах, отдельно от всех.</p></section><section><title><p>Глава 4. Пока она спит</p></title><p>Вечер выдался таким, каких у Элиф не было, наверное, никогда.</p><p>После ужина никто не захотел расходиться. Пожилая пара, правда, ушла спать — «мы своё оттанцевали, дети, веселитесь», — но остальные остались на палубе, и Рыза, который днём казался таким молчаливым, достал откуда-то маленькую колонку, и над чёрной водой поплыла музыка. Сначала тихая. Потом громче.</p><p>— За чемпионов! — Селин сунула Элиф в руку бокал. — За тебя и твоего молчуна! Вы нас всех сделали!</p><p>— Он не мой, — засмеялась Элиф.</p><p>— Пока не твой. — Селин чокнулась. — Пей. Сегодня можно. Мы в раю, Элиф. В раю пьют.</p><p>И Элиф выпила.</p><p>Вино было холодное, лёгкое, пахло чем-то фруктовым, и после первого бокала палуба качнулась чуть теплее, и звёзды стали ближе, и смех — легче. Нилюфер уговорила-таки Тунджая танцевать, и грузный молчаливый Тунджай оказался на удивление лёгок на ногу, кружил жену под фонарями, и Нилюфер визжала от восторга, и кольца её сверкали. Румяный парень — его звали Онур, выяснилось наконец, — не отходил от Селин, и та милостиво позволяла ему за собой ухаживать, подмигивая Элиф через его плечо.</p><p>— Купаться! — вдруг объявила Селин в середине вечера. — Ночное! Кто со мной?</p><p>— С ума сошла, там темно, — сказала Элиф.</p><p>— В том и кайф! Вода как парное молоко, а сверху звёзды. Эркан, можно?</p><p>— Можно, только в жилетах и у борта, — отозвался Эркан, зажигая по периметру дополнительные фонари. — И далеко не заплывать.</p><p>Через минуту Селин с визгом плюхнулась с кормы, за ней — Онур, за ними ещё двое гостей. Вода вспыхнула под фонарями, и Элиф, стоя на лесенке, вдруг увидела то, от чего у неё перехватило дыхание: там, где двигались руки и ноги плывущих, вода загоралась. Крохотные голубые искры вспыхивали и гасли, обводя каждое движение живым сиянием.</p><p>— Планктон! — крикнула снизу Селин, и вокруг неё разбегались голубые огни. — Светящийся! Элиф, лезь, это волшебство! Ты такого больше нигде не увидишь!</p><p>И Элиф — та Элиф, что боялась глубокой воды, что тридцать один год всё делала правильно и осталась одна, — застегнула жилет и прыгнула.</p><p>Вода приняла её тёплая, как объятие. И вокруг вспыхнуло голубым — от её собственных рук, от её ног, от каждого движения расходились живые искры, и Элиф, повиснув в жилете, водила руками по воде и смеялась, как ребёнок, потому что вокруг зажигались звёзды, и звёзды были над ней, и звёзды были под ней, и она была посередине, между двух звёздных небес, живая, счастливая, не одна.</p><p>— Ну?! — Селин подгребла к ней, вся в голубых искрах. — Стоило бояться?</p><p>— Не стоило, — выдохнула Элиф. — Господи, Селин. Не стоило.</p><p>Она не думала в тот момент о Каане. Почти не думала. Только один раз, вынырнув и запрокинув голову к звёздам, поймала себя на том, что ищет глазами корму — не смотрит ли он. Кормы отсюда было не видно. И она сказала себе, что и не искала вовсе.</p><p>Потом они снова танцевали — уже мокрые, замотавшись в полотенца, на тёплой палубе, под музыку Рызы, и Онур учил Селин каким-то дурацким движениям, и Нилюфер тянула Элиф в круг, и Элиф, впервые за годы разомлевшая от вина, от воды, от чужого тепла, танцевала — плохо, смеясь над собой, и было всё равно, потому что никто не оценивал, никто не уходил с формулировкой «спокойно, но скучно», все просто были рады, что она тут.</p><p>— Знаешь, что в тебе не так, Элиф? — сказала Селин, когда они, запыхавшись, плюхнулись на кормовые подушки перевести дух.</p><p>— Что?</p><p>— Ты всё время ждёшь, что сейчас закончится. — Селин смотрела на неё внимательно, несмотря на вино. — Весь вечер. Танцуешь, а сама будто прикидываешь, когда праздник кончится и ты вернёшься к своей обычной жизни. Я по глазам вижу. Я такая же была, после развода.</p><p>— И как перестала?</p><p>— А никак. Просто однажды решила: буду брать. Дают — беру. Море дают — беру. Звёзды дают — беру. Хорошего мужика дадут — возьму, а плохого — тоже возьму, если красивый. — Селин фыркнула. — Жизнь, Элиф, она не спрашивает, заслужила ты или нет. Она даёт, а мы, дуры, отказываемся, потому что «слишком хорошо, тут подвох». А подвоха, может, и нет. Может, просто повезло. Раз в жизни.</p><p>Элиф молчала, глядя на чёрную блестящую воду.</p><p>— А если подвох всё-таки есть? — тихо спросила она.</p><p>— Тогда разберёшься, когда он вылезет. — Селин зевнула. — А пока — бери. Всё бери. — Она поднялась, потягиваясь. — Ладно, я спать, Онур меня уже глазами съел, надо его помучить неизвестностью. Ты идёшь?</p><p>— Посижу ещё чуть-чуть. — Элиф улыбнулась. — Спасибо, Селин. За вечер. Я правда… давно так не было.</p></section><section><title><p>Глава 5. Дальний берег</p></title><p>Элиф проснулась с ощущением, будто ночью её кто-то держал на руках.</p><p>Это было глупо, и она поняла, что это глупо, ещё не открыв глаз. Просто тепло. Просто чувство, оставшееся от сна, которого она не помнила, — тёплого, надёжного, такого, после которого не хочется просыпаться. Будто кто-то стоял рядом в темноте, и от этого было не страшно, а наоборот, спокойнее, чем когда-либо в жизни.</p><p>Она лежала минуту, ловя остатки этого тепла. Потом открыло глаза, и сон растаял, как всегда тают самые хорошие сны, — оставив только пустое место в груди и лёгкую печаль по тому, чего не было.</p><p>«Приснится же», — подумала Элиф.</p><p>Она села, потянулась. Голова после вчерашнего вина была чуть тяжёлой, но не болела — море, наверное, всё вытягивало, как обещала Селин. За иллюминатором дрожал золотой круг солнца. Каюта была прежней. Сарафан висел на спинке стула — сложенный, ручкой к стене, как она всегда вешала.</p><p>Она посмотрела на него секунду дольше, чем нужно.</p><p>Что-то было не так. Или так. Она не могла понять что. Сарафан висел ровно так, как она его повесила. Слишком ровно, может быть? Она вспомнила, что вчера бросила его засыпая, устало, вполпьяна, — а он висел аккуратно, ручкой к стене, будто его поправила заботливая рука.</p><p>«Ты сама поправила, — сказала себе Элиф. — Ты всегда поправляешь, даже пьяная, даже во сне. Это болезнь. Ты бы и в гробу подушку поправила, чтобы ровно лежала. Прекрати».</p><p>Она прекратила. Умылась в крохотной душевой, натянула купальник и другой сарафан и поднялась на палубу, к солнцу, к морю, к завтраку, к людям.</p><p>Тёплое чувство от несуществующего сна ушло не сразу. Оно таяло весь день, по капле. А потом Элиф и вовсе о нём забыла.</p><p>Она не знала, что это был не сон.</p><p>За завтраком её встретили как свою.</p><p>— Чемпионка проснулась! — Нилюфер подвинулась, освобождая место. — Иди сюда, детка, я тебе мёду отложила, самого лучшего, с сотами. Ты вчера так танцевала! Кто бы подумал, что тихоня.</p><p>— Я ужасно танцевала, — засмеялась Элиф, садясь.</p><p>— Ты танцевала счастливо, — авторитетно поправила Селин, намазывая себе третий кусок хлеба. — А счастливо — это и есть хорошо. Красиво пусть в телевизоре танцуют. Как голова?</p><p>— Живая.</p><p>— Молодец. Значит, вечером можно повторить. — Селин подмигнула. — Эркан обещал сегодня что-то особенное. Программу. Не говорит какую, интригует, зараза.</p><p>Онур, сидевший вплотную к Селин, что-то ей нашептал, и она фыркнула и шлёпнула его по руке, но не отодвинулась. Пожилая пара делилась одним стаканом чая на двоих. Тунджай молча и сосредоточенно ел, как человек, для которого завтрак — это работа. Рыза в панаме читал вслух гороскоп из старого журнала, и все хохотали, потому что всем по гороскопу выпадало «неожиданное романтическое знакомство» и «остерегайтесь воды».</p><p>— Воды! — веселилась Нилюфер. — Мы на яхте! Как нам остерегаться воды, вокруг одна вода!</p><p>— А вот так, — Рыза поднял палец. — Звёзды предупреждают. Мало ли.</p><p>Элиф ела мёд с сотами, пила капучино (Эркан снова принёс без вопросов, и она уже перестала удивляться) и ловила себя на том, что ей хорошо. Просто хорошо. Без задней мысли, без счётчика в голове, без «когда это кончится». Впервые за очень долгое время она была не наблюдателем чужого праздника из очереди к зубному — она была внутри праздника, своей, званой, нужной.</p><p>Каана за столом снова не было. Она посмотрела на корму — он был там, конечно, на своём лежаке, с кофе и книгой, спиной ко всем.</p><p>— Опять твой молчун медитирует, — проследила за её взглядом Селин.</p><p>— Он не мой.</p><p>— Ты это уже говорила. Раз восемь. — Селин ухмыльнулась. — Знаешь примету? Если женщина восемь раз повторила «он не мой» — считай, уже прикидывает фамилию.</p><p>— Селин!</p><p>— Молчу, молчу. — Но глаза у неё смеялись.</p><p>Элиф отвернулась от кормы. Специально. Демонстративно. И налегла на мёд, чтобы не смотреть больше в ту сторону.</p><p>Она продержалась почти четыре минуты.</p><p>После завтрака «Мелтем» снялась с якоря и пошла дальше на восток. Берег тянулся справа — дикий, гористый, поросший соснами, без единого дома, без единой дороги, только скалы да редкие полоски галечных пляжей в устьях ущелий, куда, казалось, не ступала нога человека.</p><p>Часа через полтора Эркан заглушил двигатель в маленькой бухте, зажатой между двумя скалистыми мысами.</p><p>— Дамы и господа! — объявил он. — Утренняя программа. Вон, видите пляж? — Он показал на белую полоску песка в глубине бухты, у подножия сосен. — Дикий. К нему нет дороги — только с воды. Мало кто там бывал вообще. Полчаса на шлюпке довезём, погуляете, искупаетесь в тишине, где нет ни души. Потом обед на яхте. Кто на берег?</p><p>— Все! — заявила Нилюфер. — Дикий пляж! Ах, как романтично!</p><p>Гости загалдели, полезли за шляпами и полотенцами. Шлюпка сделала два рейса. Элиф попала во второй, вместе с Селин, Онуром и — она отметила это, и сердце сделало что-то глупое — Кааном, который спустился в шлюпку последним, молча, в светлой рубашке поверх плавок, с тем же отстранённым выражением.</p></section><section><title><p>Глава 6. Турецкая ночь</p></title><p>Вайфай включили в семь вечера — и Элиф оказалась у экрана телефона первой.</p><p>Эркан объявил об этом буднично, разнося на палубе холодный чай:</p><p>— Дамы и господа, есть связь. Спутниковая, слабая, так что быстро — фото залить, родным написать. Через яхту глушит помаленьку, так что кто хочет отписаться — сейчас самое время.</p><p>Гости кинулись к телефонам. Элиф тоже — торопливо, будто боялась, что связь сейчас отберут (и была права, только не знала, насколько). Сеть поймалась — две палочки, дрожащие. Посыпались уведомления: три пропущенных от Мелис, сообщения.</p><p>«Ты живая???»</p><p>«Элиф ты обещала писать каждый день!!!»</p><p>«Если до завтра не ответишь я звоню твоей маме и в это ваше книжное издательство ехать разбираться 😤😤😤»</p><p>Элиф улыбнулась — тепло, виновато — и быстро застучала по экрану, пока держалась сеть:</p><p>«Живая живая!! Прости, тут связь только вечером ловит, глушь дикая, но ужасно красивая. Море бирюзовое, вечером планктон светится, купались в звёздах. Люди классные. Я загорела и, кажется, разучилась грустить. Не звони маме, всё супер!! Целую 💙»</p><p>Отправилось. Галочка. Она выдохнула.</p><p>И, помедлив, добавила — потому что не сказать Мелис было невозможно, они десять лет всё друг другу:</p><p>«И ещё тут есть один. Молчун. Богатый вроде. Смотрит так, что коленки. Я, кажется, влюбляюсь как школьница, спаси меня»</p><p>Отправилось. Галочка. Мелис тут же начала печатать — Элиф видела «печатает…», сердце ёкнуло в предвкушении Мелисиного разноса, — и в этот момент палочки сети мигнули и погасли. «Нет сети».</p><p>— Всё, глушит, — сказал Эркан, забирая пустой стакан. — Уходим за мыс, там совсем глухо. Успели?</p><p>— Успела, — сказала Элиф, глядя на замерший экран, на недопечатанное Мелисино сообщение, которое так и не пришло.</p><p>— Вот и славно. — Эркан улыбнулся ровно. — Отдыхайте от телефона. Он вам тут ни к чему.</p><p>Он был прав больше, чем ей хотелось. Но Элиф успела написать Мелис, что всё чудесно, — и от этого на душе стало спокойно. Совесть чиста. Мелис знает, что она жива и счастлива. Никто не будет волноваться.</p><p>Никто не будет её искать.</p><p>Именно этого и добивались.</p><p>Программу объявили, когда солнце начало клониться к закату.</p><p>«Мелтем» встала на якорь в широкой мелкой бухте с длинным пустынным пляжем, и на этом пляже, ещё засветло, команда развела костёр — большой, настоящий, из плавника и сухих сосновых веток, — и расставила прямо на песке низкие столики, подушки, циновки, фонари на воткнутых в песок шестах.</p><p>— Турецкая ночь! — торжественно объявил Эркан, когда гости съехали на берег. — По старой традиции. Ужин на песке, у костра, под звёздами. Музыка, танцы, всё как у людей было двести лет назад, до всякого электричества. Садитесь, устраивайтесь. Сегодня гуляем до утра.</p><p>Пляж преобразился с наступлением сумерек. Костёр разгорелся, взметнув искры в темнеющее небо. Фонари зажглись тёплым жёлтым. На циновках расставили угощение — не ресторанное, а простое, настоящее: рыбу, запечённую в фольге на углях, лепёшки, которые пекли тут же, на раскалённом камне, овечий сыр, оливки, помидоры с солью, дыню, арбуз, кувшины с вином и айраном. Пахло дымом, морем, печёной рыбой и разогретой смолой сосен.</p><p>Гости расселись на подушках вокруг костра. Рыза, оказавшийся не только астрологом, но и музыкантом, достал откуда-то саз — длинную турецкую лютню — и заиграл, сначала тихо, потом всё увереннее, старинные протяжные мелодии, от которых у Элиф защемило в груди чем-то древним, дедовским, знакомым помимо памяти.</p><p>— За турецкую ночь! — Нилюфер подняла бокал, кольца сверкнули в свете костра. — За то, что мы все тут собрались, чужие-чужие, а как родные стали! За везение! За море! За… — она всхлипнула растроганно, — за то, что жизнь ещё умеет удивлять, вот!</p><p>— За жизнь! — подхватили все.</p><p>Элиф пила вино, ела рыбу руками, слушала саз, смотрела на огонь — и была счастлива так, что было почти больно. Она не помнила, когда в последний раз ей было так хорошо и так просто. Костёр, звёзды, музыка, тёплые чужие люди, ставшие своими, запах дыма, вкус дымной рыбы, вино на губах. Никаких отчётов. Никакого капающего крана. Никакого одиночества.</p><p>Каан сидел по ту сторону костра.</p><p>Он тоже был здесь — не мог не быть, все были. Но, как всегда, чуть в стороне: не в кругу, а на краю его, там, где свет костра переходил в темноту. Он ел мало, вина почти не пил, слушал саз, глядя в огонь. Пламя дрожало на его лице, выхватывая из темноты то скулу, то тень под бровью, и лицо это было непроницаемым, задумчивым, далёким.</p><p>Иногда он поднимал глаза — и смотрел на неё через костёр, сквозь пляшущее пламя. Не отводя взгляда. Не смущаясь.</p><p>И Элиф каждый раз замирала. И каждый раз первой отводила глаза. И каждый раз чувствовала, как жар костра будто перекидывается ей под кожу.</p><p>— Он на тебя смотрит, — шепнула Селин, придвинувшись, дыша вином и весельем. — Через костёр. Весь вечер. Как волк на луну.</p><p>— Ничего он не смотрит.</p><p>— Элиф. Я фотограф. Я вижу свет и того, на кого он падает. — Селин хихикнула. — Он на тебя смотрит так, будто ты — единственное, что тут горит. Ярче костра. Иди к нему.</p></section><section><title><p>Глава 7. Затишье</p></title><p>Утром между ними было холодно.</p><p>Хотя между ними не было ничего — ни отношений, ни обещаний, ни даже толком разговоров, — Элиф проснулась с той тяжёлой, обиженной ясностью, с какой просыпаются после ссоры. Только ссоры не было. Был костёр, был её зовущий взгляд через пламя, был его порыв встать — и было то, как он поднялся и ушёл в темноту, не оглянувшись. Ушёл от неё. При всех.</p><p>«И правильно, — сказала себе Элиф, застёгивая сарафан резче, чем нужно. — И хорошо, что ушёл. Кто он тебе? Молчун, который два дня сидит на корме и корчит из себя загадку. Ты нафантазировала, дура. Раковину подарил — растаяла. Тридцать один год, а как школьница».</p><p>Она поднялась на палубу нарочно поздно, когда завтрак уже заканчивался, чтобы не сидеть за столом, ловя его взгляды через стол. Каана, впрочем, за столом и не было — он, как всегда, ел рано и один, и его лежак на корме был пуст: он плавал где-то далеко в бухте, чёрная точка среди бирюзы.</p><p>— О, соня! — Селин подвинулась. — А мы гадали, помер ты там или обиделся. Ты вчера так резко спать ушла.</p><p>— Устала.</p><p>— Ага, устала. — Селин прищурилась. — Ты ушла ровно после того, как твой молчун свалил в закат. Я видела. Все видели, между прочим.</p><p>— Он не мой, — сказала Элиф в девятый раз, и на этот раз в голосе прорезалась злость.</p><p>— О-о, — протянула Селин с удовольствием. — Вот теперь верю, что не твой. Раньше ты это ласково говорила. А сейчас — как будто он тебе что должен и не отдал.</p><p>— Селин, отстань, а?</p><p>— Отстаю, отстаю. — Селин подняла руки. — Но скажу одно, и молчу. Мужики этого типа — гордые волки-одиночки — они не подходят первыми. Никогда. Они ждут, чтобы подошли к ним. И если ты будешь сидеть и ждать, пока он спустится с горы, — состаришься. Хочешь его — иди сама. Не хочешь — забудь и веселись с нами. Но обижаться на него за то, что он такой, какой есть, — это глупо. Он не обещал тебе ничего.</p><p>Элиф молчала, ковыряя вилкой сыр.</p><p>Селин была права, и от этого было ещё обиднее.</p><p>Последний полный день на «Мелтеме» тёк медленно и как-то грустно — так течёт всё, что заканчивается. Гости это чувствовали: смеялись чуть тише, фотографировали чуть жаднее, будто впрок. Нилюфер вздыхала, что «завтра уже в реальность, ужас». Пожилая пара весь день сидела в обнимку на носу, глядя на воду. Даже Селин притихла.</p><p>Яхта не спешила. Эркан сказал, что сегодня они пойдут дальше на восток, «в самые дикие места, где красивее всего», и «Мелтем» медленно скользила вдоль пустынного берега, и бухты сменялись бухтами, одна другой безлюднее, и мачт других яхт не было видно уже совсем, и телефон Элиф так и лежал мёртвым камнем на дне сумки.</p><p>Она старалась не думать о Каане. Получалось плохо.</p><p>Он держался ещё дальше, чем обычно, — если это было возможно. Не смотрел на неё. Не оказывался рядом. Сидел на корме, плавал, читал. Будто вчерашнего костра и не было, будто это не он смотрел на неё через пламя «как волк на луну», по выражению Селин. И эта его холодность — после того тепла, после раковины, после руки на её спине — жгла Элиф куда сильнее, чем она себе позволяла признать.</p><p>Стычка вышла ближе к вечеру. Глупая, на пустом месте, как все настоящие стычки.</p><p>Элиф стояла у борта, когда яхта проходила особенно красивое место — отвесную скалу, всю в соснах, отражавшуюся в неподвижной воде. Она хотела снять это на телефон — забыла, что он мёртв, — и полезла в сумку, и в этот момент Каан прошёл мимо по палубе, близко, и она, не рассчитав, качнулась и задела его плечом.</p><p>— Простите, — буркнула она, не глядя.</p><p>— Ничего, — сказал он. Ровно. Прохладно. И пошёл бы дальше.</p><p>Но в Элиф что-то дёрнулось — вся копившаяся за день обида, — и она сказала ему в спину, сама не зная зачем, с плохо скрытой колкостью:</p><p>— Вы всегда так?</p><p>Он остановился. Обернулся.</p><p>— Как?</p><p>— А вот так. — Элиф смотрела на него дерзко, вздёрнув подбородок, хотя внутри всё дрожало. — Поймаете человека на камне. Подарите раковину. Посмотрите так, что земля из-под ног. А потом — раз, и в кусты. В свою темноту, на свою корму. Будто ничего не было. Вы это со всеми так или мне повезло?</p><p>Что-то мелькнуло в его лице. Быстро. Она не поймала — но это было не равнодушие. Скорее — как будто она попала. Слишком точно попала.</p><p>— Я предупреждал, — сказал он наконец, и голос был ровный, чужой, закрытый на замок. — Что приехал молчать. Не стоит принимать вежливость за что-то большее, Элиф. Я поднял вас с камня, потому что вы падали. Я бы поднял любого. Не выдумывайте того, чего нет.</p><p>Это ударило больно. Так больно, что у неё на секунду перехватило горло.</p><p>«Я бы поднял любого». Вот, значит, как.</p><p>— И не думала выдумывать, — сказала она, и голос предательски дрогнул, но она удержала лицо. — Не льстите себе. Мне просто было интересно, из вежливости вы такой сухарь или от природы. Теперь знаю. От природы. Извините, что задела. Плечом.</p><p>И она отвернулась к борту, к скале, к неподвижной воде, — чтобы он не увидел, как заблестели глаза.</p><p>Она услышала, что он не ушёл сразу. Постоял секунду за спиной. Как будто хотел что-то сказать. Как будто слова уже были у него на языке — другие, настоящие.</p></section><section><title><p>Глава 8. Крушение</p></title><p>Элиф проснулась оттого, что мир стоял неправильно.</p><p>Секунду она не могла понять, что не так. Она лежала в темноте своей каюты, и её мягко, но настойчиво вдавливало в стену, потом отпускало, потом снова вдавливало — будто гигантская рука качала колыбель, слишком сильно, слишком резко. С полки с грохотом что-то упало и покатилось по полу. За бортом, в ладони от её головы, вода больше не плескала — вода била. Тяжело, глухо, как кулаком.</p><p>Шторм.</p><p>Элиф села, и её тут же кинуло вбок, она едва успела упереться руками. В иллюминаторе не было ничего — чернота, по которой хлестали струи, и вдруг — вспышка, белая, мертвенная, осветившая на миг вздыбленную воду за стеклом, гораздо ближе и выше, чем должна быть вода. И тут же — удар грома, такой, что задрожали доски.</p><p>Сердце заколотилось. Все её страхи проснулись разом и вцепились в горло: темнота, из которой не выбраться. Глубина под тобой. Некуда деться. Семилетняя Элиф в застрявшем лифте, стены давят, и никто не идёт.</p><p>— Спокойно, — сказала она себе вслух, и голос дрогнул. — Это шторм. Эркан говорил. Летний фронт. Поддует, покапает. Мы в закрытой бухте.</p><p>Но это была не закрытая бухта. Так не качает в затишье. Так качает в открытом море, на большой волне.</p><p>Яхту накренило — сильно, надолго, — и Элиф, вскрикнув, вцепилась в койку. Где-то наверху хлопало, рвалось, свистело. Слышались крики — не весёлые, дневные, а другие, резкие, с чужими нотами. Топот ног по палубе над головой.</p><p>Она натянула первое, что попалось, — сарафан поверх футболки, — и, держась за стены, полезла к двери. Оставаться в этой качающейся темноте, одной, было невыносимее любого шторма наверху. Наверху хотя бы люди. Наверху хотя бы видно.</p><p>Коридор ходил ходуном. Она карабкалась по нему, хватаясь за поручни, к трапу, и почему-то — она поняла это уже потом — все двери других кают были распахнуты. Темны и пусты. Ни Селин. Ни Нилюфер с Тунджаем. Ни пожилой пары. Пусто. Будто все давно ушли.</p><p>Она не успела удивиться. Она карабкалась наверх, к квадрату трапа, за которым бесновалась чернота.</p><p>Массовку сняли за двадцать минут до этого.</p><p>Пока Элиф спала в своей каюте, второй катер — чёрный, без огней — подошёл с подветренного борта, и восемь человек, весь этот весёлый народец, Нилюфер и Тунджай, Селин и Онур, Рыза со своим сазом, пожилая пара, что весь день сидела в обнимку, — молча, деловито, без единого лишнего слова спустились по штормтрапу и растворились в темноте. Хорошие актёры. Отработали смену, получили расчёт, ушли. Никакой пожилой пары, никаких молодожёнов. Наёмные лица, которых Элиф больше никогда не увидит и которые к утру будут пить кофе в Гёчеке, вспоминая, как славно погуляли за чужой счёт.</p><p>На «Мелтеме» осталось трое.</p><p>Каан. Эркан. И она — спящая, ничего не знающая, отпустившая накануне последний свой замок.</p><p>— Все ушли, Каан-бей, — доложил Эркан, мокрый насквозь, перекрикивая ветер. — Катер отошёл. Мы одни. Остров — вон, двести метров под ветром, я держу нос на него. Скажете — роняю мачту.</p><p>Каан стоял на кренящейся палубе, широко расставив ноги, и смотрел в чёрную кипящую воду, за которой во тьме угадывался остров — его остров, купленный год назад через три подставные компании, оборудованный так, чтобы «выживание» было настоящим ровно настолько, чтобы её напугать, и фальшивым ровно настолько, чтобы она ни на секунду не оказалась в подлинной опасности.</p><p>Шторм был почти не страшен. Волна — метра полтора, для такого гулета пустяк. Но в темноте, без опыта, для женщины, которая боится глубины и тьмы, — это будет конец света. Настоящий, до костей. Именно то, что нужно.</p><p>— Она вышла, — сказал Эркан, глянув на трап, откуда показалась карабкающаяся фигурка. — Поднимается.</p><p>— Вижу.</p><p>— Роняю?</p><p>Каан смотрел, как она выбирается на палубу — маленькая, в мокром сразу сарафане, вцепившаяся в поручень, с лицом, белым даже в темноте, полным того чистого, животного ужаса, ради которого всё и затевалось.</p><p>Ему было её жаль. По-настоящему. И это не мешало ему сделать то, что он сделал.</p><p>— Роняй, — сказал Каан.</p><p>Элиф выбралась на палубу — и мир обрушился на неё весь сразу.</p><p>Ветер ударил в лицо мокрой стеной, вырвал воздух из груди. Дождь хлестал горизонтально, иглами. Палуба уходила из-под ног — вставала дыбом, кренилась, — и всё вокруг было чёрным, ревущим, живым, огромным. Волны вставали выше борта, чёрные, с белыми гривами, и обрушивались на палубу, и вода прокатывалась по ней, сбивая с ног. Фонари на мачтах моргали, раскачиваясь бешено, выхватывая из тьмы клочья этого ада.</p><p>— Каан! — закричала Элиф, но ветер сожрал её крик. — Эркан!</p><p>Она увидела их — две фигуры у мачты, борющиеся с чем-то, с какими-то снастями. Каан обернулся — на миг их глаза встретились через воющую тьму, — и он крикнул что-то, махнул рукой: вниз, назад, держись.</p><p>Она сделала шаг к нему, хватаясь за что попало.</p><p>И в этот момент раздался треск.</p><p>Не гром — другой звук. Сухой, оглушительный, страшный треск ломающегося дерева, перекрывший даже рёв шторма. Элиф вскинула голову — и увидела, как в свете качающегося фонаря переламывается мачта. Медленно, как в кошмаре, огромная мачта с обрывками парусов накренилась, повалилась —</p></section><section><title><p>Глава 9. Первое утро</p></title><p>Первым, что почувствовала Элиф, было солнце.</p><p>Оно грело сквозь закрытые веки — тёплое, ласковое, обычное утреннее солнце, — и несколько секунд она лежала в этом тепле, ни о чём не думая, и ей было так хорошо и покойно, будто ничего не случилось. Будто она дома, в Кадыкёе, и сейчас надо вставать на работу, и капает кран.</p><p>Потом она открыла глаза — и всё вернулось.</p><p>Над ней был не потолок. Над ней был провисший обрывок белой парусины, натянутый между двумя соснами, а сквозь него сочился свет. Она лежала на песке, укрытая чем-то — чужой рубашкой? — и всё тело болело так, будто её долго били: плечо, рёбра, ноги в ссадинах. Во рту стоял вкус соли. А в двух шагах, за краем навеса, лежало море.</p><p>Спокойное.</p><p>Гладкое, синее, сияющее под утренним солнцем, тихо дышащее у берега мелкой волной, — море, которое ночью хотело её убить, теперь лежало кротко и красиво, будто и не было ничего. И от этой его безмятежности, от этого спокойного сияния после пережитого ужаса Элиф стало по-настоящему страшно. Как будто море притворялось. Как будто оно всё помнило и просто ждало.</p><p>Она села — резко, и тут же охнула от боли в плече и от головокружения.</p><p>— Тихо. Не вставай сразу.</p><p>Каан.</p><p>Он сидел на корточках чуть поодаль, у сложенного из камней круга, в котором дымился, разгораясь, маленький костёр. Без рубашки — рубашка, поняла Элиф, была на ней, ею её и укрыли. По голому плечу тянулась ссадина, на скуле темнел кровоподтёк. Но он был спокоен. Абсолютно, невозможно спокоен — как будто разводить костёр на диком берегу после кораблекрушения было для него делом привычным, почти будничным.</p><p>— Где мы? — прошептала Элиф. Голос не слушался, горло саднило от солёной воды.</p><p>— На берегу. — Он подбросил в костёр веток. — Живые. Это главное.</p><p>— Я не помню… я помню воду, темноту, тебя, а потом…</p><p>— Ты потеряла сознание на берегу. Сразу, как мы выбрались. — Он говорил ровно, глядя на огонь. — Немудрено. Ты чуть не утонула, наглоталась воды, замёрзла, пережила такое, что мужики седеют. Я перенёс тебя сюда, под сосны, от ветра. Ты проспала всю ночь и половину утра.</p><p>Элиф огляделась. Пляж был небольшой, серпом, зажатый между двумя скалистыми мысами. Сосны сбегали по склону к самой воде. Ни домов. Ни людей. Ни дорог. Ни яхты.</p><p>— «Мелтем», — сказала она, и голос дрогнул. — Где «Мелтем»?</p><p>Каан молчал секунду дольше, чем нужно.</p><p>— Нет «Мелтема», Элиф.</p><p>— Как нет?</p><p>— Утонула. — Он наконец посмотрел на неё, и в глазах его была та серьёзность, от которой становилось не по себе. — Мачта сломалась под ветром, начался пожар в проводке, потом — вода. Я не всё помню, честно. Помню, как вытащил тебя, как спускал в шлюпку, как грёб. Дальше — прибой, камни, и вот мы здесь. — Он кивнул на воду. — К утру её уже не было. Только вон, смотри.</p><p>Элиф посмотрела туда, куда он показал. По всему пляжу, вдоль полосы прибоя, валялись обломки: доски, куски снастей, разбитый ящик, оранжевый спасательный жилет, пластиковая канистра, чей-то раскрытый чемодан с вывалившимися вещами. Всё, что осталось от прекрасного деревянного гулета. Всё, что выбросило море.</p><p>У Элиф задрожали губы.</p><p>— А остальные? — спросила она шёпотом, уже боясь ответа. — Селин? Нилюфер? Капитан? Эркан?</p><p>— Эркан здесь. — Каан кивнул в сторону, и Элиф, обернувшись, увидела чуть поодаль, в тени сосен, лежащего Эркана — бледного, с закрытыми глазами, с ногой, замотанной какой-то тряпкой. — Живой. Ногу повредил сильно, я вправил как мог, но ходить пока не может. Спит, я дал ему отлежаться.</p><p>— А остальные?</p><p>Каан помолчал.</p><p>— Не знаю, Элиф, — сказал он тихо. — Была паника, темнота, все кинулись к шлюпкам. Я видел, как спускали вторую шлюпку, там были люди. Может, их отнесло к другому берегу. Может, их уже подобрали. Я не знаю. Я мог спасти только тебя и Эркана. Больше рук у меня не было.</p><p>— А капитан?</p><p>Он посмотрел ей прямо в глаза.</p><p>— Капитана я не нашёл.</p><p>Элиф закрыла рот ладонью. И заплакала — тихо, беспомощно, — потому что перед глазами встали они все: весёлая Нилюфер с кольцами, Селин с фотоаппаратом, Онур, влюблённый в Селин, пожилая пара, кормившая друг друга дыней, добрый капитан, которого она и в лицо-то толком не запомнила. Были — и, может быть, нет.</p><p>— Это я, — выговорила она сквозь слёзы. — Это из-за меня. Дурацкий круиз, который я даже не выигрывала, я не хотела ехать, а поехала, и все из-за…</p><p>— Прекрати. — Каан оказался рядом мгновенно, опустился перед ней на песок, взял её лицо в ладони — большие, тёплые, шершавые. — Посмотри на меня. Элиф. Ты тут ни при чём. Ты не звала шторм. Ты не ломала мачту. Море — это море. Оно берёт, кого хочет, и никого не спрашивает. Ты не виновата. Слышишь? Не смей себя винить.</p><p>— Но они…</p><p>— Мы не знаем, что с ними. — Он вытер большими пальцами слёзы с её щёк. — Может, они все живы и уже пьют чай на берегу. А вот мы с тобой — точно живы, и нам надо сделать так, чтобы остаться живыми и дальше. Понимаешь? Мёртвыми мы им не поможем. Живыми — может быть.</p></section><section><title><p>Глава 10. Никто не идёт</p></title><p>Паника пришла на третий день — когда прошёл шок и осталась голая правда.</p><p>Первые двое суток Элиф держалась на том, что просто была жива. Каждая мелочь казалась чудом: что она дышит, что светит солнце, что есть вода в канистре и тушёнка из «прибитого» ящика, что рядом человек, который знает, что делать. Она была оглушена спасением и оттого спокойна — так спокоен человек, только что вышедший из-под наркоза, ещё не чувствующий боли.</p><p>А на третий день боль пришла.</p><p>Началось с ерунды. Утром Элиф сидела у остывшего кострища и машинально, по привычке бухгалтера, стала считать. Сколько дней прошло. Сколько может пройти ещё. Что сейчас происходит там, дома.</p><p>И столбик, который сложился, был страшный.</p><p>Сегодня — четверг. Значит, «Мелтем» должна была вернуться в Гёчек ещё вчера, в среду. Значит, уже сутки, как их нет там, где их ждут. Мелис получила её последнее бодрое сообщение — «всё супер, целую» — во вторник вечером и с тех пор молчание. Мелис, которая обещала поднять полицию, если Элиф пропадёт. Мама, которая на «водах», думает, что дочь «продлила круиз». Осман-бей ждёт её на работу в понедельник.</p><p>Никто из них не знает, что яхта утонула. Никто не знает, что она на необитаемом острове. А если и хватятся — где искать? Побережье тянется на сотни километров, островов — тысячи, а «Мелтем» лежит на дне, и никто не видел, где именно.</p><p>Их не ищут.</p><p>Их, может быть, вообще ещё не начали искать.</p><p>— Каан, — позвала Элиф, и голос у неё был странный, чужой. — Сколько мы уже здесь?</p><p>Он возился у навеса, подтягивая ослабший узел.</p><p>— Третий день. А что?</p><p>— А спасатели? — Она встала. — Ты говорил, нас будут искать. Когда? Сколько ждать?</p><p>Он выпрямился, посмотрел на неё — внимательно, оценивающе.</p><p>— Не знаю, Элиф. Честно. — Он не стал врать, и это было хуже вранья. — Круиз зарегистрирован, маршрут в диспетчерской есть. Как поймут, что мы не вышли на связь и не вернулись, поднимут тревогу. Но море большое. Могут искать день. Могут — неделю. Могут…</p><p>— Могут вообще не найти, — закончила за него Элиф.</p><p>Он промолчал. И это молчание было ответом.</p><p>Корабль появился в полдень.</p><p>Элиф увидела его первой — она теперь всё время смотрела на горизонт, не в силах оторваться, как смотрят на дорогу, по которой должен прийти тот, кого ждёшь. И вот там, далеко, на грани воды и неба, возникла точка. Белая. Движущаяся.</p><p>— Корабль! — Элиф вскочила, сердце подпрыгнуло к горлу. — Каан! Корабль! Смотри!</p><p>Он мгновенно оказался рядом, приложил ладонь козырьком.</p><p>— Вижу. Далеко. Идёт вдоль берега.</p><p>— Надо подать сигнал! Костёр! Дым! Скорее! — Элиф уже металась, хватая ветки. — Каан, ну же, они нас не увидят, надо дым, много дыма!</p><p>— Погоди, не суетись…</p><p>— Некогда годить! — Она бросала в кострище всё подряд, руки тряслись. — Спички! Где спички, поджигай! Зелёные ветки давай, зелёные дымят сильнее, я читала! Быстрее!</p><p>Каан молчал секунду — одну лишнюю секунду, которую Элиф в панике не заметила, а читатель бы заметил, — и потом всё-таки поджёг. Костёр занялся, Элиф навалила сверху сырых сосновых веток, и повалил дым — густой, белый, поднимающийся столбом в безветренном полуденном небе.</p><p>— Сюда! — закричала Элиф, замахав руками, подпрыгивая на кромке берега. — Сюда! Мы здесь! Эй! Помогите! ПОМОГИТЕ!</p><p>Голос сорвался. Она кричала в сторону белой точки, махала, прыгала, срывала с себя сарафан, чтобы махать им как флагом, и слёзы текли по лицу, а корабль шёл, шёл вдоль горизонта, ровно, не замедляясь, — и не сворачивал.</p><p>— Он нас не видит, — прошептала Элиф. — Каан, он нас не видит. Почему он нас не видит?! Дым же! Столько дыма!</p><p>— Далеко, — сказал Каан. Спокойно. Слишком спокойно. — Против солнца. С такого расстояния наш дым — как облачко. И у них, скорее всего, автопилот, никто не смотрит на берег.</p><p>— Нет. Нет-нет-нет. — Элиф кинулась к воде, зашла по колено, махала сарафаном, кричала до хрипоты, до боли в горле. — СЮДА! ПОЖАЛУЙСТА! МЫ ЗДЕСЬ! НЕ УХОДИТЕ!</p><p>Корабль дошёл до дальнего мыса. Скользнул за него.</p><p>И исчез.</p><p>Горизонт снова стал пустым. Ровная линия воды и неба, без единой точки. Как будто корабля и не было. Как будто ничего не было и не будет никогда.</p><p>Элиф стояла по колено в воде, с мокрым сарафаном в опущенной руке, и смотрела на пустой горизонт. Дым за спиной редел, оседал. Тишина. Только плеск волны о ноги.</p><p>И вот тогда её накрыло.</p><p>Это началось с дыхания.</p><p>Воздуха вдруг стало не хватать — она вдыхала, но кислород не доходил, будто грудь сдавило обручем. Сердце заколотилось часто, бешено, неровно. Руки и губы онемели, по ним побежали мурашки. Мир качнулся, поплыл, стал нереальным, плоским, как декорация.</p><p>— Я… я не могу дышать, — выговорила Элиф, хватаясь за горло. — Каан. Я не могу… воздуха нет…</p><p>Она выбралась из воды на ватных ногах, рухнула на песок на колени.</p><p>— Мы умрём здесь, — она задыхалась, слова вылетали обрывками, всё быстрее, на грани истерики. — Нас никто не найдёт, никто не знает, где мы, корабль ушёл, они уходят и уходят, и никто, никто не придёт, я не увижу маму, она будет ждать и не дождётся, и Мелис, и я тут сдохну на этом острове, и меня даже не найдут, найдут кости через сто лет, как этот твой затонувший город, я не хочу, я не хочу так, я не хочу…</p><p>Её колотило. Она раскачивалась на коленях, обхватив себя руками, и дышала всё чаще, всё поверхностнее, и перед глазами темнело, и в ушах звенело, и накатывал тот самый детский ужас — стены лифта, темнота, никто не идёт, — только теперь стенами был весь остров, вся эта бесконечная вода вокруг, из которой не выбраться.</p><p>— Элиф.</p><p>Голос Каана. Она едва слышала его сквозь звон.</p><p>— Элиф. Посмотри на меня.</p><p>Он опустился перед ней на колени, взял её лицо в ладони, повернул к себе. Его лицо было близко — спокойное, твёрдое, единственное неподвижное в плывущем мире.</p><p>— Смотри мне в глаза. Только в глаза. Не на горизонт, не на воду. На меня. — Голос был ровный, низкий, как якорь. — У тебя паническая атака. Это не смертельно, хотя ощущается как смерть. Ты не умираешь. Воздуха хватает, просто ты дышишь слишком часто. Сейчас мы это исправим. Со мной. Слышишь?</p></section><section><title><p>Глава 11. Первый огонь</p></title><p>Утром Элиф проснулась другой.</p><p>Она поняла это ещё до того, как открыла глаза, — по тому, как лежала. Не свернувшись в дрожащий комок, как все эти дни, а на спине, вытянувшись, спокойно. Вчерашняя паника выгорела дотла, и на её месте осталось что-то твёрдое, спокойное, злое в хорошем смысле. Решение.</p><p>Она села. Каан уже был на ногах — конечно, он всегда вставал раньше, — сидел у воды, чистил пойманную на рассвете рыбу.</p><p>— Доброе утро, — сказала Элиф. — Начинаем.</p><p>Он обернулся.</p><p>— Что начинаем?</p><p>— Уроки. — Она поднялась, отряхнула песок. — Ты вчера обещал. Научить всему. Я не передумала за ночь. Скорее наоборот. — Она подошла, села рядом на корточки. — С чего начнём?</p><p>Каан смотрел на неё секунду — оценивающе, как смотрел всегда, когда она делала что-то, чего он не ждал. Потом уголок его губ дрогнул.</p><p>— С огня, — сказал он. — Всё начинается с огня. Кто умеет добыть огонь, тот на острове король. Смотри.</p><p>Он отложил рыбу, вытер руки о песок.</p><p>— У нас есть спички, но они кончатся. И зажигалка кончится. Значит, надо уметь без них. — Он подобрал сухую плоскую дощечку, палочку, клочок сухого мха и волокон с расщеплённой коры. — Самый простой способ на нашем острове — огненное сверло. Долго, тяжело, но работает. Смотри руки.</p><p>Он показал. Уперев палочку в лунку на дощечке, зажал её между ладоней и стал вращать — быстро, вниз-вверх, ладони скользили по палочке сверху вниз, снова вверх, снова вниз. Мышцы на его руках и плечах перекатывались. Через минуту из-под палочки пошёл дымок, ещё через минуту — крохотный тлеющий уголёк, который он ссыпал в гнездо из мха, поднёс к губам и раздул. Вспыхнул огонёк.</p><p>— Вот, — сказал он, гася его в песке. — Теперь ты.</p><p>— Я так не смогу.</p><p>— Не начинай, — спокойно сказал Каан. — «Не смогу» — это ты вчерашняя. Сегодняшняя — пробует. Садись.</p><p>И Элиф села.</p><p>Первые полчаса были унизительны.</p><p>Палочка выскальзывала. Ладони съезжали. Дощечка ездила. Она сбивала лунку, роняла палочку, натёрла ладони до красноты — и ни дымка, ни искры, ничего.</p><p>— У меня руки слабые, — пожаловалась она, тряся горящими ладонями. — У тебя вон какие, а у меня бухгалтерские, я всю жизнь только ручку держала.</p><p>— Дело не в силе. — Каан присел рядом. — Дело в ритме и в том, чтобы давить вниз, пока вращаешь. Ты вращаешь, но не давишь. Смотри. Можно?</p><p>Он накрыл её руки своими.</p><p>Просто чтобы показать нажим — его большие ладони легли поверх её, направляя. И Элиф вдруг остро, до мурашек, почувствовала это прикосновение — тепло его кожи, шершавость мозолей, вес его рук. Он был так близко, что она чувствовала запах — соль, дым, кожа, — и на секунду забыла про палочку совсем.</p><p>— Вот так, — говорил он, вращая её руками. — Вниз дави. Чувствуешь? Не отпускай нажим на верхнем ходе. Вниз — сильнее. Ещё. Ещё.</p><p>Пошёл дымок.</p><p>— Идёт! — выдохнула Элиф. — Каан, идёт дым!</p><p>— Не останавливайся! — Он убрал руки. — Теперь сама! Держи ритм! Дави!</p><p>И она держала. Одна, без его рук, стиснув зубы, вращала палочку, давила вниз, и дымок густел, густел, и вот — крохотный оранжевый уголёк затлел в чёрной выемке.</p><p>— Мох! Быстро! — командовал Каан. — Ссыпай в гнездо! Аккуратно! Теперь дуй — мягко, снизу, не задуй!</p><p>Элиф ссыпала уголёк в мох, поднесла к губам, дунула — мягко, снизу, как он сказал, — и мох задымился, покраснел изнутри и вдруг вспыхнул, лизнув ей пальцы живым огнём.</p><p>— Есть! — закричала она, чуть не выронив пылающее гнездо. — Есть огонь! Я сделала! Каан, смотри, я сама сделала огонь!</p><p>Она сидела на песке, держа в горсти маленькое пламя, добытое из палочки и деревяшки собственными натёртыми руками, и лицо у неё сияло такой чистой, полной, детской радостью, какой Каан не видел у неё ни разу — даже в светящейся воде, даже в танце у костра.</p><p>— Я король острова, — объявила она, торжественно перекладывая огонь в кострище. — Ты сам сказал. Кто добыл огонь — тот король. Значит, я теперь тоже король.</p><p>— Королева, — поправил Каан. И смотрел на неё так, что она, поймав этот взгляд, слегка смутилась и склонилась к костру, пряча лицо.</p><p>Она добыла огонь.</p><p>И не заметила, что вместе с огнём добыла ещё кое-что — первую за всю жизнь уверенность, что она не бесполезна, не «спокойно, но скучно», не груз. Что её руки, оказывается, могут больше, чем держать ручку.</p><p>Она взяла — впервые в жизни по-настоящему взяла — что-то в свои руки.</p><p>И ей это понравилось до головокружения.</p><p>К полудню она умела разжигать костёр, чистить рыбу и вязать два узла. К вечеру попросила о большем.</p><p>— Научи меня плавать, — сказала она, когда они сидели у воды. — По-настоящему. Не висеть в жилете, как поплавок, а плавать. Я всю жизнь боялась глубины. Хватит. Раз уж я королева острова — королева не может тонуть на мелководье.</p><p>Каан посмотрел на закатную воду, тихую и тёплую.</p><p>— Хорошо, — сказал он. — Пока светло. Идём.</p><p>Они зашли в воду. Море было парное, розовое от заката, и дно уходило полого. Каан завёл её на глубину — по грудь, потом чуть глубже, где ноги едва доставали.</p><p>— Первое — перестать бояться, что под тобой глубоко, — сказал он. — Помнишь, я говорил в первый день? Плавать — это правильно висеть в воде. Тело само держит, если не паниковать. Ложись на воду. На спину. Я держу.</p><p>Он подставил руки ей под спину. Элиф легла — напряжённо, вцепившись в его предплечья.</p><p>— Расслабься. Я держу, не отпущу. Дыши. Голову назад, уши в воду. Вот. Чувствуешь — вода держит?</p><p>Она чувствовала. И воду, и его руки под лопатками, под поясницей. Держали и вода, и он, и было почти не страшно.</p><p>— Теперь на живот, — сказал он. — Я поддержу под живот, ты гребёшь руками и работаешь ногами. Давай.</p><p>Она перевернулась. Он подставил одну руку ей под живот, поддерживая на плаву, а второй показывал движение рук, и Элиф гребла, брызгаясь, неуклюже, но — держась, не тоня.</p><p>— Хорошо! Ноги! Работай ногами, от бедра! Не сгибай так колени, вытяни! Вот, лучше!</p></section><section><title><p>Глава 12. Его рубашка</p></title><p>Моя одежда сохла на ветке у костра — сарафан, застиранный морем до белёсой сухости, и то, что было под ним. На мне осталась его рубашка.</p><p>Я надела её не думая. Думать начала потом, когда ткань уже легла на плечи и до меня дошло, что она пахнет им — солью, дымом, кожей, тем тёплым, чем пахнет человек, а не средство после бритья. Руки сами закатали рукава, которые доставали мне до середины ладони. Подол доходил до колен. Я стояла в чужой мужской рубашке на пустом берегу, и первым это отметило тело — по коже прошла волна, мелкая, знобкая, — а голова догнала секундой позже и сказала: ты пахнешь им теперь. Ты в нём.</p><p>Я велела голове замолчать. Голова не послушалась. Она у меня редко слушается — это профессиональное.</p><p>Каан сидел по другую сторону костра и точил ножом какую-то деревяшку — колышек для навеса, кажется. Он не смотрел на меня. Он вообще с того урока плавания на меня почти не смотрел — держал глаза на деле, на огне, на воде, на чём угодно, кроме. И это его несмотрение я чувствовала кожей яснее, чем чувствовала бы взгляд. Взгляд — это просто. Взгляд можно выдержать или отвести. А когда человек так старательно не смотрит, весь его отвёрнутый профиль — это и есть взгляд, только вывернутый наизнанку.</p><p>Мы были одни. На острове мы всегда были одни — только раньше это одиночество пугало, а сейчас оно стало тесным, как рубашка на размер меньше.</p><p>— Твоя рубашка, — сказала я. — Я взяла, пока моё сохнет. Ничего?</p><p>Нож замер на одно движение. Одно. Я это заметила — я теперь замечала за ним каждую заминку, с того дня в воде, когда он сбежал от меня на глубину. Он думал, я не понимаю, что делаю с ним. Я не всё понимала. Но заминки считала.</p><p>— Ничего, — сказал он. И снова повёл ножом по дереву. Ровно. — Носи.</p><p>Одно слово. «Носи». Он умел одним словом закрывать тему так, что не подкопаешься. Но между «ничего» и «носи» была та самая пауза в одно движение ножа, и в этой паузе помещалось больше, чем в целом разговоре.</p><p>Море за спиной дышало тихо, слизывало гальку и клало обратно. Небо к ночи опять затягивало — не штормом, а низкой тёплой хмарью, из тех, что не грозят, а просто виснут. Пахло приближающимся дождём, тем особым запахом мокрого камня, который приходит раньше самой воды. Я вдохнула его и подумала, что научилась читать погоду по запаху. Три дня назад не умела. Теперь умею. Каан научил.</p><p>Я много чему научилась за эти дни. И одному — сама, без него: тому, что могу заставить этого спокойного человека замереть на одно движение ножа. Это знание жило теперь во мне отдельно от всего остального, тёплое и наглое, и я его берегла, как берегут монету в кармане — не тратя, но всё время трогая пальцем.</p><p>Дождь пришёл, когда я вешала на камни последние собранные ветки.</p><p>Он не обрушился — просто начался, сразу частый, тёплый, отвесный. Первые капли легли на плечи сквозь тонкий хлопок, и я охнула не от неожиданности, а от температуры: капли были тёплые, а рубашка под ними мгновенно стала холодной. Ткань потемнела, набухла, прилипла. Я кинулась под навес, но десяти шагов хватило — я вымокла по пояс раньше, чем добежала.</p><p>Под навесом я остановилась, отжимая подол, и тут поняла.</p><p>Рубашка облепила меня. Мокрый хлопок стал вторым слоем кожи — холодным, тяжёлым, ничего не скрывающим. Холод стянул кожу на груди, и тело отозвалось само, без спроса, раньше, чем я успела прикрыться руками: соски затвердели под тонкой мокрой тканью, и это было видно, и я это увидела за секунду до того, как поняла, что это видит и он.</p><p>Я подняла глаза.</p><p>Каан смотрел.</p><p>Он больше не точил колышек. Нож лежал в его руке без дела, забытый. Он сидел неподвижно, и весь этот его контроль, вся ровная гладь, которую он держал на лице третий день, — треснула. Он смотрел на меня, на мокрую рубашку, на то, что она не скрывала, и не мог отвести глаз, и — я видела — знал, что не может, и всё равно не мог. Огонь подсвечивал снизу его скулу, оставляя глаза в тени, но и в тени было видно: он смотрит не вежливо. Не так, как поднимают с камня «любого».</p><p>Первым моим движением было закрыться. Скрестить руки, отвернуться, сделать вид. Тридцать один год я так и делала — исчезала, становилась незаметной, извинялась за то, что занимаю место. Рука уже пошла вверх.</p><p>Я её остановила.</p><p>Я стояла и не закрывалась. Я чувствовала холод мокрой ткани на коже и его взгляд поверх этого холода, и внутри у меня, под рёбрами, разжималось что-то тугое, что было сжато всю жизнь. Мне было неловко — щёки горели, и я не знала, куда деть руки, — но под неловкостью, глубже, поднималось другое, тёплое и незнакомое, и оно было сильнее.</p><p>Пусть смотрит, подумала я. И удивилась, что подумала это. Пусть смотрит. Впервые в жизни было на что.</p><p>Я перестал слышать дождь.</p><p>Это глупость, которую я не могу себе объяснить. Я слышу всё — так меня учили, так я выжил: кто первым слышит, тот первым бьёт. Я слышу, как галька осыпается под волной, как потрескивает сырое дерево в огне, как она дышит во сне. А тут — оглох. Остался только один звук, и его не было в мире вообще: то, как мокрая ткань липнет к её коже. Я не мог его слышать. Я его слышал.</p><p>Две тысячи дней я держал себя на цепи. Я смотрел на неё издалека и не позволял себе даже этого — думать о ней так. Я собрал о ней всё, кроме одного, и это одно я оставил нетронутым, как оставляют последнюю черту, за которой перестаёшь быть тем, кто защищает, и делаешься тем, кто просто хочет.</p><p>Сейчас от черты не осталось ничего.</p><p>Я думал, что думаю о ней всё это время. Оказалось, я не думал ни о чём. Оказалось, весь я, целиком, сузился до двух тёмных пятен под мокрым хлопком, до того, как холод стянул её кожу, до того, что будет, если я перейду эти четыре шага мокрого песка. Я знаю, что будет. Я знаю это так же точно, как знаю, где на этом острове вода. Я перейду, и возьму её лицо, и дальше не будет никакого плана, никаких двух лет, никакого острова, купленного через три компании, — будет только она, мокрая, холодная, тёплая внутри, и я, который наконец перестал ждать.</p></section><section><title><p>Глава 13. Сколько понадобится</p></title><p>Утром он вёл себя так, будто вечера не было.</p><p>Это я заметила первым — раньше, чем налила себе воды, раньше, чем поздоровалась. Он снова точил тот же колышек, снова держал глаза на деле, и на тыльной стороне моей руки не осталось ничего, кроме моей собственной кожи. Я потрогала это место большим пальцем. Ничего. Как будто приснилось.</p><p>Мне не приснилось. Я не путаю то, что было, с тем, чего хотела. Это профессиональное — не путать желаемое с фактическим. Но он держал лицо так ровно, что я на секунду усомнилась в собственной памяти, и вот эта секунда меня разозлила.</p><p>— Доброе утро, — сказала я. — Ты вчера целовал мне руку.</p><p>Нож не дрогнул. В этот раз — не дрогнул. Он научился за ночь.</p><p>— Целовал, — сказал он.</p><p>— И всё?</p><p>— И всё. — Он поднял на меня глаза, спокойные, тёмные. — Я сказал, что уберу руки и буду ждать. Я убрал. Я жду.</p><p>— Долго собираешься?</p><p>— Я не собираюсь долго. Я собираюсь столько, сколько понадобится. — Он вернулся к дереву. — Это разные вещи.</p><p>Я села напротив, взяла у него из кучи вторую заготовку и второй нож — я теперь умела вязать навес, и колышки строгать умела, он научил. Мы сидели и строгали, двое, и стружка падала на песок, и я слушала, как он дышит, ровно, и злилась, что ровно.</p><p>— А если я не хочу ждать? — сказала я, не поднимая головы.</p><p>Пауза. Одна. Стружка перестала падать с его стороны.</p><p>— Тогда, — сказал он медленно, — тебе придётся сказать это словами. Не «а если». А прямо.</p><p>— Почему?</p><p>— Потому что я не беру то, что мне не отдали. — Он снова повёл ножом, и стружка пошла. — Никогда. Это единственное моё правило, Элиф. Всё остальное я нарушал.</p><p>Я подняла голову. Он смотрел на дерево, не на меня. Свет с воды бил ему в скулу снизу, оставляя глаза в тени, и от этого лицо казалось разрезанным пополам — светлое и тёмное, и я не знала, какой половине верить.</p><p>— Хорошее правило, — сказала я.</p><p>— Плохое, — сказал он. — Оно дорого мне обходится.</p><p>И больше в то утро мы об этом не говорили.</p><p>Днём мы ловили рыбу — вернее, я училась, а он смотрел и командовал.</p><p>— Не бей сразу, как увидишь. Вода преломляет, рыба не там, где кажется. Целься ниже. Ещё ниже.</p><p>— Я целюсь ниже.</p><p>— Ты целишься туда, где видишь. Целься туда, где она.</p><p>— А как я узнаю, где она, если вижу её там?</p><p>— Никак. — Он стоял чуть позади, по колено в воде, скрестив руки. — Ты промахнёшься раз двадцать. На двадцать первый рука сама поймёт поправку. Голова не поймёт никогда — только рука. Бей.</p><p>Я ударила острогой. Промахнулась. Рыбёшка ушла, вильнув.</p><p>— Опять высоко.</p><p>— Издеваешься.</p><p>— Учу. — В его голосе было что-то, чего я не слышала днём раньше, — тень удовольствия. — Тебе это не нравится.</p><p>— Что мне не нравится?</p><p>— Что рука знает лучше головы. — Он смотрел на воду, не на меня, но говорил про меня, я это слышала. — Ты всю жизнь всё решала головой. Считала, проверяла, знала наперёд. А тут — вода врёт, глаз врёт, и единственное, что не врёт, — рука, которой ты не доверяешь. Тебя это бесит.</p><p>— А тебя бы не бесило?</p><p>— Меня давно бесит. — Он наконец глянул на меня. — Я знаю про руку, которая знает больше головы, лет с шестнадцати. С тех пор и живу с этим. Иногда рука тянется туда, куда голове нельзя. И я двадцать раз промахиваюсь мимо себя. А на двадцать первый…</p><p>Он не договорил. Отвернулся к воде.</p><p>— А на двадцать первый? — спросила я.</p><p>— Бей, — сказал он. — Рыба ушла, пока ты болтаешь.</p><p>Я ударила. И попала — впервые, острога вошла в серебристый бок, рыба забилась на древке, и я закричала от радости, забыв про всё, и он засмеялся, коротко, и на секунду мы были просто двое, поймавшие рыбу, и никакого «сколько понадобится» между нами не стояло.</p><p>Я вытащила острогу с добычей, обернулась к нему — показать, — и поймала.</p><p>Он не смотрел на рыбу. Он смотрел на меня — на то, как я смеюсь, мокрая, с рыбой на палке, — и в его лице не было ни командира, ни инструктора, ни человека с правилом. Было то, что он прятал весь день. Он понял, что я поймала. И не отвернулся. В этот раз — не отвернулся. Выдержал.</p><p>Взгляд, который держит. Я знала теперь, как это называется, — я много чего узнала на этом острове. Кто отведёт первым — проиграл раунд.</p><p>Я не отвела.</p><p>Он — тоже.</p><p>Мы стояли по колено в воде, с бьющейся рыбой между нами, и держали этот взгляд, пока он не стал длиннее всего, что можно списать на случайность. Потом рыба дёрнулась и сорвалась с остроги обратно в воду, и мы оба посмотрели ей вслед, и раунд кончился ничьей.</p><p>— Упустила, — сказал он.</p><p>— Ты меня отвлёк.</p><p>— Я стоял и молчал.</p><p>— Это и отвлекает, — сказала я. — Когда ты стоишь и молчишь.</p><p>Он не ответил. Но я видела — по тому, как он отвернулся к берегу, слишком ровно, — что попала. Острогой мимо, а этим — в цель. Я начинала понимать, как это устроено. Не всё в этом мире протыкается остриём. Кое-что берётся тем, что ты стоишь и молчишь.</p><p>Вечером у нас был свой порядок, сложившийся сам за эти дни.</p><p>Костёр. Рыба на углях. Потом — только мы двое и огонь. Он садился по свою сторону, я по свою, и мы говорили или молчали, и потом я ложилась, а он сторожил — я привыкла засыпать под то, что он не спит.</p><p>В тот вечер я нарушила порядок.</p><p>Я села не по свою сторону костра. Я села рядом с ним — с той стороны, где он, — на песок, близко, так что между нами осталась ладонь пустоты. Я сделала это раньше, чем решила. Тело встало, тело перешло, тело село — а голова догнала уже сидя и сказала: ну вот, теперь поздно вставать обратно, вставать обратно было бы признанием, что ты не собиралась садиться.</p><p>Он не подвинулся. И не придвинулся. Он замер — я почувствовала это боком, всей той стороной, что была к нему, — замер, как замирают, когда не хотят спугнуть.</p><p>— Ты села не туда, — сказал он. Тихо.</p><p>— Я знаю, куда я села.</p><p>Огонь бросал тень его профиля на песок, длинную, и тень доходила до моих колен и лежала на них. Пахло дымом, солью, разогретым за день песком, который к ночи отдавал тепло. Где-то за спиной море клало и брало гальку. Всё было как всегда — и всё сместилось на одну ладонь, на ту ладонь пустоты между нами, в которой теперь помещалось больше, чем во всём остальном острове.</p></section><section><title><p>Глава 14. Первая ночь</p></title><p>День был тяжёлый, и я знала это телом раньше, чем подвела итог.</p><p>Каан распорол себе бок с утра. Промахнулся острогой по рыбе на волне, его снесло на камни в острых ракушках, и когда он вышел из воды, по рёбрам вниз шла рваная полоса, а вода за ним розовела. Он сказал «царапина» и сел разводить огонь. Через час его повело — от потери крови, — и я поняла, что не царапина.</p><p>Весь день я делала то, чему он же меня научил, — только теперь на нём. Кипятила воду. Промывала рану морской солью, от которой он стискивал зубы и не издавал ни звука. Стягивала края, зашивала кое-как рыболовной леской и прокалённой на огне иглой из его набора, и руки у меня не дрожали — я не позволила им дрожать, потому что если бы задрожали мои, у него не осталось бы ничьих. Я держала. Я привыкла держать.</p><p>Я видела то, чего он не говорил: если пойдёт заражение, здесь, без врача, без лекарств, — он умрёт. И я останусь одна. И вот это — не «нас не найдут», а «его не будет» — оказалось страшнее всего, что я передумала за эти дни.</p><p>К вечеру кровь остановилась совсем. Он потерял много, был серый, но жара не было, и рана под свежей повязкой не мокла. Он лежал у костра, а я сидела рядом и считала его вдохи, потому что считать было легче, чем думать.</p><p>— Перестань считать мои вдохи, — сказал он, не открывая глаз. — Я слышу.</p><p>— Не считаю.</p><p>— Считаешь. Бухгалтер. Даже когда я подыхаю, сводишь мне дебет с кредитом. — Он приоткрыл один глаз, и в нём, сером и усталом, мелькнуло что-то живое. — Не подыхаю, кстати. Не смотри так. Нам повезло.</p><p>— Нам всё время везёт. — Столбик у меня в голове сложился сам, как складывался всегда, помимо воли. — Тебе не кажется, что для двух человек на пустом острове мы слишком часто в плюсе?</p><p>Он посмотрел на меня — быстро. Что-то в его лице спряталось раньше, чем я прочитала.</p><p>— Не искушай, — сказал он. — На острове про везение вслух не говорят.</p><p>Костёр мы развели большой — не по нужде, а чтобы не сидеть в темноте после такого дня. Ели молча. Потом молчание перестало быть тяжёлым.</p><p>— Три недели назад я считала унитазы в бухгалтерии, — сказала я. — А сегодня держала человека, пока с него сбивали жар. Это теперь моя обычная жизнь.</p><p>— Ты хорошо держала. Не дёрнулась.</p><p>— Я привыкла держать. Всю жизнь что-нибудь держу. — Я зачерпнула горсть песка и бросила в него — не сильно, от той дурной лёгкости, что приходит, когда худшее позади. Песок осыпал ему плечо.</p><p>Он медленно повернул голову.</p><p>— Ты кинула в меня песком.</p><p>— Констатирую.</p><p>Секунду он смотрел на меня с непонятным лицом. Потом набрал свою горсть. Я взвизгнула, отшатнулась, он осыпал меня всю, и я захохотала, и стала отбиваться, хватать его за руки, а он был сильнее и легко перехватывал мои запястья, и мы возились в песке у костра, как двое, у которых сегодня не умер человек.</p><p>А потом я оказалась на спине.</p><p>Тело поняло раньше меня — оно уже лежало на тёплом песке, а он был сверху, поймав оба моих запястья одной рукой над моей головой. Мы задыхались от возни, и смех кончился разом.</p><p>Огонь горел сбоку. Половина его лица была в свете, половина в тени. Его рука держала мои запястья — не сжимая, вес, а не хватка, — и под этой рукой у меня частил пульс, и он это чувствовал, я знала.</p><p>— Каан.</p><p>— Прости, — сказал он.</p><p>И поцеловал меня.</p><p>Не медленно, как накануне. Этот поцелуй шёл из того, что он держал на цепи весь день, всю неделю. Он вжал меня в песок всем телом, и я почувствовала его всего — тяжесть, жар, твёрдость, которую он не прятал больше, — и мои пойманные руки сжались в кулаки, а бёдра подались ему навстречу раньше головы.</p><p>И тогда он оторвался. Оттолкнулся от песка, встал одним движением, отступил, тяжело дыша. Я осталась лежать, пустая с той стороны, которой он только что был.</p><p>— Прости, — сказал он снова, голосом чужим, сорванным. — Ты устала, день был страшный. Это нервы, облегчение. Я не должен был. — Он отвернулся в темноту. — Я пошёл. Спи.</p><p>И пошёл к воде, спиной, оставив меня на песке с бешеным пульсом и телом, которое ещё держало форму его тяжести.</p><p>Голова заработала сразу — она включалась, когда тело оставляли одно. Сказала: вот и хорошо. Ты его знаешь три недели. Тут всё слишком удобно, слишком везёт, он слишком всё умеет, а ты давно перестала это сводить. Проверь. Тут не сходится баланс, Элиф, — как когда цифра встаёт не на ту строку, и ты ещё не видишь, где ошибка, но уже чувствуешь, что итог поехал.</p><p>Я слушала голову и смотрела в небо.</p><p>А тело помнило вес его руки на запястьях, помнило, как подались бёдра, помнило пустоту с той стороны, где он был. Тело не спорило с головой. Оно её не слушало. Оно уже знало, что я сделаю, задолго до того, как голова закончила перечислять причины не делать.</p><p>Всю жизнь я сдавалась заранее, чтобы не расстроиться, если не выйдет. Уходила первой, чтобы не ушли от меня. Оставалась одна — правильная, никем не выбранная.</p><p>Я встала.</p><p>Пошла к воде, туда, где в темноте, спиной ко мне, стоял человек, который дважды уже отступал, оставляя решение мне. Всё, что нужно было, — прийти самой.</p></section><section><title><p>Глава 15. Утро</p></title><p>Я проснулась от того, что его руки не было.</p><p>Не от холода, не от света — от отсутствия веса на животе. Тело отметило это раньше, чем я открыла глаза: там, где всю ночь лежала его ладонь, теперь лежал только воздух, и живот помнил тяжесть и не понимал, куда она делась. Я полежала так, с закрытыми глазами, пересчитывая себя по частям. Всё было на месте и всё было чужое. Саднило там, где вчера не саднило. Кожа под его рубашкой пахла не только мной.</p><p>Я открыла глаза.</p><p>Он сидел у костра, спиной ко мне. Уже одетый — то есть в тех же плавках и с полотенцем на плечах, — уже при деле: ворошил угли, подкладывал ветки. Спина ровная. Движения точные. Как будто ночи не было. Как будто это не он несколько часов назад приказывал мне дышать.</p><p>— Доброе утро, — сказала я.</p><p>— Доброе. — Он не обернулся. — Вода тёплая, я нагрел. Умойся, станет легче.</p><p>Легче. Значит, он знал, что мне тяжело. Значит, отметил, как я просыпалась, — по звуку, он всё замечал по звуку. И первое, что сказал, — «станет легче». Не «иди сюда». Не моё имя. Инструкция.</p><p>Я села. Рубашка сползла с плеча, я поправила — и поймала себя на том, что поправляю, будто прячусь. От него. После всего.</p><p>— Ты давно встал?Меня продавали в третий раз, и я знала цену всему — рыбе слева, птицам справа, себе. Не знала одного: во что мне обойдётся человек, который купил меня не торгуясь. Герцог с волосами цвета зимы не касается голой рукой почти ничего. Меня коснулся. Сказал, что наложница ему не нужна — нужен тот, кто делает, что велено, и не спрашивает зачем. А потом велел не благодарить: благодарность, сказал он, говорят те, кто боится, а мой страх он не покупал. В его доме два хозяина. Первый владеет мной честно — и потому с ним я знаю правила. Второй обращается со мной как со свободной — и потому опаснее: рядом с ним я перестаю понимать, где кончается мой выбор и начинается его. У меня отняли дом, свободу и будущее. Осталось одно, чего не берут за деньги, — кому отдать сердце. И оба брата пришли за ним. Я умею считать. Сосчитаю, во что мне встанет каждый. Вопрос только — переживу ли я собственный счёт.</p><p>— Перед рассветом.</p><p>— Не спалось?</p><p>Пауза. Одна. Он подкинул веток.</p><p>— Сторожил, — сказал он. — Как всегда.</p><p>Как всегда. Три слова, за которыми он спрятался целиком. Всё нормально, ничего не изменилось, я сторожил, как всегда, спи спокойно, королева острова. И спина ровная, и угли ворошит, и не оборачивается.</p><p>Я умылась тёплой водой. Легче не стало.</p><p>Мы позавтракали в тишине, которая была не такой, как раньше.</p><p>Раньше наше молчание было общим — двое смотрят на одно море. Теперь оно раскололось на два. Я молчала своё, он своё, и между этими молчаниями лежала полоса песка шире, чем весь остров.</p><p>Я украдкой считала его. Так меня учили — не его, жизнь: когда не понимаешь человека, смотри на руки. Руки у него были спокойны. Слишком. Он чистил рыбу ровными движениями, и нож входил куда надо, и ни разу не сорвался, и вот эта его безупречность и была ответом, которого я боялась. Человек, у которого внутри что-то сдвинулось, роняет нож. Человек, который жалеет, суетится. А он был точен, как машина, и это читалось только одним способом.</p><p>Он жалеет. Он взял, что хотел, и утром вернулся к себе — к контролю, к дистанции, к «сторожил, как всегда». А я лежу тут в его рубашке и пересчитываю, саднит у меня или нет.</p><p>«Ну конечно, — сказала голова, и голос у неё был знакомый, мамин почти. — А ты чего ждала? Что миллиардер, который тебя из моря вытащил, наутро будет носить тебя на руках? Ты для него — женщина на острове. Единственная. Была бы другая — была бы другая. Ты просто оказалась под рукой. Не льсти себе, Элиф. Ты это уже слышала. „Не льстите себе". Он сам тебе это сказал на яхте, помнишь?»</p><p>Я помнила.</p><p>— Ты какая-то тихая, — сказал он.</p><p>— Я всегда тихая.</p><p>— Не такая. — Он не поднял глаз от рыбы. — Эта тишина у тебя другая. Обиженная.</p><p>— Я не обижена.</p><p>— Хорошо, — сказал он. И всё. «Хорошо». Не «на что ты обижена». Не «поговори со мной». Просто закрыл тему, как закрывал всё, одним словом, как ключом проворачивал.</p><p>И я разозлилась — на него за это «хорошо», на себя за то, что жду не «хорошо», а чего-то, чего не будет. Старая моя злость, та самая, с яхты, с борта, «не льстите себе». Я знала, что делать с этой злостью. Я делала это всю жизнь. Отвердеть. Стать ровной, как его спина. Показать, что мне тоже всё равно, что я тоже могу «как всегда».</p><p>— Ты прав, — сказала я, и голос вышел ровный, я проследила. — Обиделась. На себя. Расклеилась ночью, как девчонка. Больше не буду. Спасибо, что нагрел воду.</p><p>Он поднял на меня глаза. Первый раз за утро — прямо. И в них что-то было — быстрое, я не поймала, оно спряталось, как всегда у него всё пряталось.</p><p>— Не за что, — сказал он.</p><p>И мы снова замолчали, каждый в своё.</p><p>День мы провели рядом и врозь.</p><p>Делали обычное — вода, дрова, рыба, — и делали слаженно, руки уже знали работу, но между руками теперь была осторожность, которой не было вчера. Мы не касались. Ни разу за весь день — а раньше касались двадцать раз на дню, не замечая: он поправлял мне хватку на остроге, я хваталась за его плечо на скользком, мы передавали друг другу вещи из руки в руку. Теперь — нет. Теперь он клал вещь на песок между нами, и я брала с песка. Теперь на скользком он говорил «левее, там устойчивее», вместо того чтобы подать руку.</p><p>Мы обходили друг друга, как обходят место, где вчера разбили что-то и не все осколки собрали.</p><p>К полудню я не выдержала.</p><p>— Слушай, — сказала я, когда мы сидели в тени, каждый над своим делом: он плёл что-то из волокна, я потрошила рыбу. — Давай проще. Мы взрослые люди. Была ночь. Хорошая. Больше, чем хорошая. Но мы застряли вдвоём на острове неизвестно на сколько, и если мы теперь будем ходить вокруг друг друга на цыпочках и класть рыбу на песок, чтобы не коснуться рук, мы тут свихнёмся оба. Так что давай просто… не делать из этого трагедию. Было и было. Живём дальше. Как раньше.</p></section><section><title><p>Глава 16. Ты меня выбрал</p></title><p>Осторожность держалась ещё день. А сломалась на глупости.</p><p>Мы чинили навес — ночью поднялся ветер и вырвал один угол паруса, — и я полезла подтягивать верёвку к жерди, встала на камень, камень качнулся, и я, уже знакомым за эти дни движением, схватилась за то, что было ближе. Ближе был он.</p><p>Я вцепилась ему в плечо. Он поймал меня за талию. Мы застыли — я на камне, он внизу, его руки на мне, мои пальцы в его плече, — и это было первое прикосновение за два дня, и оно ударило по нам обоих так, что мы оба перестали дышать. Я слышала, как он не дышит. Он слышал, как не дышу я.</p><p>— Держу, — сказал он. Тихо. То самое слово. Из шторма.</p><p>— Знаю, — сказала я.</p><p>И не слезла с камня. И он не убрал рук. Мы стояли в этом «держу», и верёвка болталась забытая, и ветер трепал незакреплённый угол паруса, и нам обоим было плевать на парус.</p><p>— Элиф, — сказал он.</p><p>— Что.</p><p>— Слезай с камня.</p><p>— Зачем.</p><p>— Затем, что если ты не слезешь, я тебя сниму. А если я тебя сниму, то до навеса мы сегодня не доберёмся.</p><p>Я слезла. Сама. Но не отодвинулась. И он не отодвинулся. И парус остался незакреплённым до вечера.</p><p>Разговор случился ночью. Тот самый, после которого нельзя отыграть назад.</p><p>Мы лежали у костра — уже вместе, снова, осторожность кончилась, — но не спали. Я лежала у него на плече, слушала, как бьётся под ухом его сердце, ровно, медленно, и думала, что за две недели узнала на этом острове всё: как добыть огонь, как найти воду, как зашить рану, как не бояться глубины. И только его самого не узнала. Он всё умел про мир и ничего не рассказывал про себя.</p><p>— Расскажи мне что-нибудь, — сказала я. — Про себя. Настоящее. Ты знаешь про меня всё — как я плачу, как я боюсь, как я сдаюсь. А я про тебя ничего.</p><p>— Ты знаешь про меня достаточно.</p><p>— Я знаю, что ты рос в Тарлабаши. Что мать на трёх работах. Что ты поклялся, чтобы не отняли. Это ты сам сказал. — Я приподнялась на локте, посмотрела на него сверху. — Но это фасад, Каан. Красивая бедная история про мальчика, который выбился. Я бухгалтер, я вижу, когда мне показывают отчётность, а не бухгалтерию. Расскажи то, чего не рассказываешь.</p><p>Он молчал долго. Огонь бросал свет на половину его лица.</p><p>— Зачем тебе?</p><p>— Затем, что я, кажется, влюбляюсь в тебя, — сказала я. Просто. Вслух. Я и не собиралась говорить это вслух — тело сказало раньше, чем голова решила, и голова догнала уже в тишине после слов и ужаснулась, но было поздно. — И мне страшно влюбляться в фасад. Я хочу знать, в кого.</p><p>Он повернул голову. Посмотрел на меня. И в его лице что-то сдвинулось — та самая безупречность, ровная гладь, которую он держал два дня, две недели, двадцать лет, — сдвинулась, приоткрылась на волос, и в эту щель я увидела на секунду то, чего он не показывал никому.</p><p>— Не влюбляйся в меня, — сказал он. Тихо. И это прозвучало не как кокетство. Как предупреждение. Как «осторожно, тут глубоко».</p><p>— Поздно, — сказала я.</p><p>— Ты не знаешь, кто я.</p><p>— Так скажи.</p><p>Он молчал. Я видела, как у него дёрнулась мышца на челюсти — раз, коротко, — то, что он не удержал. Как в первый вечер, когда я положила руку ему на лицо. Тело у него врало меньше, чем он сам, — я научилась его читать.</p><p>— Я умею одно, — сказал он наконец. — Получать то, что решил получить. Всегда. Любой ценой. Это не доблесть, Элиф. Это увечье. Я двадцать лет не хотел ничего так, чтобы это стало опасно. Держал себя пустым. А потом… — Он замолчал.</p><p>— А потом?</p><p>— А потом появилась ты, — сказал он.</p><p>И я улыбнулась — глупо, в темноте, потому что это было почти признание, а мне признавались в жизни так редко, что каждое я собирала, как ту раковину.</p><p>— «Появилась», — повторила я, дразня, счастливая. — Прямо появилась. Из воздуха. Судьба свела двух одиночек на яхте, которую утопил шторм. Ты сам это говорил в первое утро.</p><p>— Я солгал.</p><p>Он сказал это тихо. Так тихо, что сначала я подумала — ослышалась. Огонь трещал. Сердце у меня под ухом — нет, я уже не лежала у него на плече, я сидела, я не помнила, как села, — тело подняло меня раньше, чем я поняла зачем.</p><p>— Что? — сказала я.</p><p>— Судьба не сводила. — Он смотрел на меня, и лицо было открыто теперь, всё, до дна, и от этой открытости мне стало холодно в животе. — Тебя не свело со мной случайно, Элиф. Я тебя выбрал.</p><p>Тишина. Долгая. Я слышала своё дыхание со стороны, слышала, как оно сбивается, слышала гальку, огонь, ветер — всё по отдельности, слишком чётко, как бывает, когда цифра не встаёт на строку и весь баланс вдруг едет, а ты ещё не видишь где, но уже знаешь: едет.</p><p>Голова начала считать. Быстро, помимо воли. Приглашение, которого я не просила. Голос в трубке, знавший имя. «Капучино без сахара», которого я не заказывала. Вода в песке, которую он нашёл с первого раза. Консервы в прибитом ящике — целые. Остров, на котором нам слишком везёт. «Ты выбрал». Выбрал — когда? Как выбирают женщину, которую ещё не встретил?</p><p>Тело знало ответ раньше головы. По коже прошёл холод, и волосы на руках встали, и я это заметила — сам холод, само вставание, — прежде чем голова договорила вопрос.</p><p>Но голова договорила другой.</p><p>Потому что рядом с этим холодом, под ним, поверх него было ещё одно, и оно было сильнее. Меня. Выбрали. Меня — ту, которую не выбирал никто и никогда, ту, рядом с которой «спокойно, но скучно», ту, что тридцать один год была удобной, тихой, невидимой. Меня — выбрали. Не потому что оказалась под рукой. Не потому что единственная на острове. Выбрали. Захотели так, что «стало опасно».</p><p>И вот это, эта голодная, огромная, изголодавшаяся по одному-единственному «тебя выбрали» часть меня — она заслонила холод. Она схватила его слова и прижала к груди, как раковину, как ту книжку со стихами, и не дала голове досчитать.</p><p>— Выбрал, — повторила я. Шёпотом. — Ты меня выбрал.</p><p>— Да. — Он смотрел на меня, и в его глазах было что-то, чего я не могла прочитать, — не то мольба, не то ужас, не то и то и другое. — Элиф…</p></section><section><title><p>Глава 17. Не считать</p></title><p>Оказалось, не считать — это работа.</p><p>Я думала, будет как выключить свет: решила не знать — и не знаю. А это было как держать дверь, в которую давят с той стороны. Каждый день давило. Я жила рядом с ящиком, в который убрала несведённую цифру, и ящик не молчал. Он поскрипывал.</p><p>Скрипел он мелочами. Каан вставал раньше меня и уходил к дальнему концу пляжа — «проверить снасти», говорил он, — и возвращался, и снасти были проверены, но соль на его плечах была сухая, а до дальнего конца пляжа по воде не пройдёшь, там глубоко, я знала, он сам меня учил. Значит, он ходил не по воде. Значит, там, за скалой, было что-то, куда он ходил посуху. Куда я не ходила.</p><p>Я не пошла проверять. Я, которая проверяла всё. Я сварила кофе — у нас теперь был кофе, «нашёлся в ящике», ещё одна строчка, которую я не свела, — и не пошла за скалу.</p><p>Вот что такое не считать. Это видеть цифру и класть на неё ладонь.</p><p>— Ты сегодня тихая, — сказал он, вернувшись.</p><p>— Я всегда тихая.</p><p>— Опять эта твоя тишина. — Он сел рядом, взял из моих рук кофе, отпил. — Считаешь.</p><p>— Не считаю, — сказала я. И это была первая настоящая ложь, которую я сказала ему. До этого лгал только он. Теперь мы сравнялись.</p><p>Он посмотрел на меня чуть дольше, чем нужно. Он услышал. Он всё слышал.</p><p>— Хорошо, — сказал он.</p><p>И не спросил, что именно я не считаю. И я не сказала. И мы выпили один кофе на двоих, передавая кружку из рук в руки, и его пальцы касались моих на каждой передаче, и я думала: вот так и живут двое, которые оба что-то прячут. Тихо. Вежливо. Из рук в руки.</p><p>Днём я решила его проверить. Не за скалу пойти — на это я была не готова. А проверить его самого. Разговором.</p><p>— Расскажи, как ты меня увидел, — сказала я. Мы чинили сеть, сидели близко, узлы под пальцами. — В первый раз. Ты сказал — «увидел однажды и понял, что ты моя». Где?</p><p>Пауза. Узел под его пальцами не сбился — я следила, я теперь всегда следила за его руками, тело врёт меньше лица, он сам меня этому научил, сам того не зная.</p><p>— Зачем тебе?</p><p>— Женщины любят такое. — Я старалась говорить легко. — Как он меня впервые увидел. Это же романтично. Где я была? Что делала?</p><p>— В магазине, — сказал он.</p><p>Узел не сбился. Голос ровный. Но он ответил слишком точно и слишком коротко — так отвечают, когда правду говорить нельзя, а лгать не хочется, и тогда говорят маленькую голую правду без единой детали, чтобы не за что было зацепиться. Я знала этот приём. Я сама им пользовалась всю жизнь.</p><p>— В каком магазине?</p><p>— В книжном. — Он поднял на меня глаза. — Ты сидела на полу. Читала. И плакала.</p><p>У меня похолодело под рёбрами — знакомо, коротко, я заметила сам холод.</p><p>Потому что я никому не рассказывала эту историю. Кроме одного раза. На яхте, у костра, за общим столом. И тогда он сидел в тени и сказал: «тот, кто это видел, запомнил вас на всю жизнь». А я списала на красивые слова.</p><p>Он не «увидел меня однажды». Он был там. В тот день. Два года назад. Он видел, как я сижу на полу отдела поэзии и реву над книжкой, — своими глазами, не с чьих-то слов.</p><p>Цифра толкнулась в ящик. Сильно. «Два года, — сказала голова. — Два года назад. „Понял, что ты моя". И что делал два года? Куда девал эти два года? Считай, Элиф. Два года — это не судьба. Два года — это срок. За два года строят».</p><p>Я положила ладонь на цифру.</p><p>— Красивая история, — сказала я. И улыбнулась. — Я тогда над Хикметом плакала. Стихи такие, что ноги не держат.</p><p>— Знаю, — сказал он.</p><p>Он и это знал. Какую книгу. Какие стихи. Через два года — помнил, какие стихи.</p><p>Я улыбалась и вязала узел, и рука не дрожала, я проследила. Я убрала и это в ящик. Ящик уже не закрывался до конца. Но я привалила его плечом и держала.</p><p>— Хикмет, — сказал он тихо, глядя на воду. — «Ты — моя неволя и моя свобода». Ты это место читала.</p><p>Он процитировал. Точно. Строку, над которой я плакала два года назад на полу чужого магазина, где он стоял и смотрел.</p><p>Я перестала вязать.</p><p>— Каан, — сказала я. — Откуда ты…</p><p>— Тихо, — сказал он.</p><p>И положил ладонь мне на затылок — сзади, на шею, под волосы. Не сжал. Просто положил. Вес руки, не хватка. И от этого веса, от этой тёплой тяжёлой ладони на моей шее у меня по спине пошло вниз то самое, тяжёлое, тёплое, гасящее все вопросы, и голова замолчала, и цифра осталась в ящике недосчитанной, потому что тело выбрало его руку, а не правду. Опять.</p><p>Он умел это. Он знал, где у меня выключатель. Он знал про меня всё — вот в чём была страшная правда, которую я не хотела считать: он знал про меня больше, чем знала я сама, а я про него не знала ничего, кроме того, что он решал мне сообщить.</p><p>И это было неравенство, которого не бывает между двумя людьми, которых свёл случай.</p><p>Я знала это.</p><p>И подставила шею под его ладонь.</p><p>Он взял меня в тот день на песке, при свете, и это было не как в первую ночь.</p><p>В первую ночь я пришла к нему сама, дрожа, не зная. Теперь я знала — своё тело, его руки, — и от этого во мне проснулось что-то дерзкое, что-то от той, у костра, что кружилась и звала. Я захотела вести. Хоть раз. Я толкнула его в грудь, опрокинула на песок, села сверху, прижала его запястья — как он мои, — и посмотрела вниз, на него, с вызовом: вот, теперь я держу.</p><p>Он позволил. Секунду. Две. Смотрел на меня снизу спокойно, тёмно, и в этом спокойствии было предупреждение, которое я решила не заметить.</p><p>А потом он двинулся — почти лениво, без усилия, — перевернул нас одним движением, и вот уже я под ним, вдавленная в песок, и мои запястья снова у него, сведённые над головой в одной его руке, и я не поняла, как это случилось, тело не успело отследить.</p><p>— Хорошая попытка, — сказал он мне в шею. — Но ты не ведёшь. Ты только думаешь, что ведёшь. Это разные вещи.</p><p>— А если я хочу вести?</p><p>— Ты не хочешь. — Его свободная рука пошла вниз, по животу, ниже, и я выгнулась ему навстречу раньше, чем возразила. — Ты хочешь думать, что можешь. А хочешь ты, чтобы вёл я. И чтобы ты при этом сопротивлялась. Чтобы каждый раз казалось, что тебя взяли, а не что ты отдала. — Его пальцы нашли меня, влажную, и вошли, и я всхлипнула в его плечо. — Тебе так легче. Взяли — не виновата. Отдала — отвечай.</p></section><section><title><p>Глава 18. Букет</p></title><p>Меня подвело ремесло.</p><p>Не сердце, не ревность, не бабье чутьё — ремесло. Цифры не умеют не считаться, даже когда я приказываю им молчать.</p><p>Оно сложилось само, ночью, когда я не спала. Мы жили на острове девятнадцать дней — я вела счёт узелками на верёвке, привычка, никуда от неё. Всё это время мы ели из «прибитого» ящика. Две банки в день на двоих. Девятнадцать дней — тридцать восемь банок. А в ящике, когда Каан его нашёл, было банок двадцать пять. Я видела. Я всегда вижу, сколько чего.</p><p>Двадцать пять минус тридцать восемь. Отрицательный остаток.</p><p>Такого не бывает. В моей профессии за такое сажают. Отрицательный остаток означает одно: склад пополняли, а в ведомость не вписали.</p><p>Я лежала в темноте, слушала, как дышит спящий рядом человек, и считала банки на пустом острове, где, кроме нас двоих, нет ни души.</p><p>Утром я спросила. Прямо. Я решила спросить прямо — и уже за это собой гордилась.</p><p>— Каан. Сколько банок было в ящике, когда ты его нашёл?</p><p>Он чистил рыбу. Нож не сбился.</p><p>— Не считал.</p><p>— А я считала. — Я села напротив. — Двадцать пять. Может, тридцать. А мы съели за девятнадцать дней тридцать восемь. И ещё осталось.</p><p>Он поднял голову. Посмотрел на меня. И — засмеялся.</p><p>Тихо, коротко, но по-настоящему, я слышала разницу.</p><p>— Ты считала банки, — сказал он.</p><p>— Я всё считаю.</p><p>— Девятнадцать дней на необитаемом острове, женщина, — он покачал головой, — и ты считала банки. — Он отложил нож, вытер руки. — Элиф. Ящиков было два.</p><p>Я моргнула.</p><p>— Два?</p><p>— Два. Второй я выволок в первое же утро, пока ты была без сознания. Разбитый, половина банок в песке, я их вымыл и ссыпал в целый. Ты проснулась — увидела один. — Он пожал плечами. — Я не докладывал тебе о каждом обломке, который выкинуло море. Их там было полберега.</p><p>Он говорил спокойно, глядя мне в глаза, не отводя. Он не суетился. Он не оправдывался. Он объяснил, как объясняют очевидное, и вернулся к рыбе.</p><p>И я почувствовала, как у меня краснеет шея.</p><p>Потому что это было логично. Потому что он и правда собирал обломки, пока я валялась в отключке, — я видела следы, весь берег был перерыт. Потому что человек, который вытащил меня из чёрной воды, разводил мне костры, зашивал себе бок, не вздрагивая, — этот человек не станет таскать мне банки тайком, как вор, на острове, где мы вдвоём.</p><p>Тело поверило раньше головы. Отпустило. Плечи опустились сами, я и не заметила, как их держала.</p><p>А голова — та часть, что складывала столбик, — не отпустила. Она сказала тихо: «Два ящика — это версия. Ты их не видела. Ты видела один».</p><p>И я велела ей замолчать.</p><p>— Прости, — сказала я. — Я идиотка.</p><p>— Ты бухгалтер, — сказал он. — Это хуже. — И, помолчав: — Мне нравится, как ты считаешь. Даже когда считаешь меня.</p><p>Дальше начался конфетно-букетный период. Так я это называла — про себя, посмеиваясь, потому что где тут конфеты и где букеты.</p><p>Букеты у нас были такие.</p><p>Он вставал раньше меня и нагревал воду — каждое утро, все двадцать дней подряд, ни разу не забыв. Я просыпалась, а вода уже тёплая, и на плоском камне лежит вычищенная раковина, чтобы черпать.</p><p>Он сплёл мне из волокна и коры сандалии, потому что я порезала ступню о ракушку. Плёл три вечера. Молча. Примерял на мою ногу, хмурясь, распускал, плёл заново.</p><p>Он никогда — ни разу — не давал мне поднять ничего тяжёлого. Я хваталась за бревно, он отбирал: «оставь». Я тащила канистру, он отбирал: «оставь». Я злилась и говорила, что не инвалид, и он говорил: «я знаю» — и всё равно отбирал.</p><p>Он знал, что я не ем рыбьи головы, и молча отдавал мне хвосты. Знал, что я мёрзну после захода солнца, и клал плащ на песок раньше, чем я начинала мёрзнуть. Знал, что я боюсь темноты, и не давал костру гаснуть до утра — ни одной ночи, ни разу. Я просыпалась среди ночи — костёр горел. Всегда. Он вставал и подкладывал, пока я спала.</p><p>Он опекал меня так, как меня не опекал никто и никогда. Ни мама — у неё не было сил. Ни мужчины — у них не было интереса. Никто в моей жизни не занимался мной так подробно.</p><p>И это было — я не подберу другого слова — счастье.</p><p>Я ходила по этому острову и была счастлива до глупости. Я смеялась вслух над собой, когда ловила себя на этом. Тридцать один год, кораблекрушение, необитаемый остров, а у меня медовый месяц.</p><p>— Ты меня балуешь, — сказала я однажды.</p><p>— Я тебя обеспечиваю.</p><p>— Это одно и то же.</p><p>— Нет. — Он не улыбнулся. — Баловать — это когда сверх нужного. А я даю ровно то, что тебе нужно. Просто раньше тебе никто не давал даже этого, и теперь тебе кажется, что это много.</p><p>Я подумала тогда: как красиво сказано.</p><p>Я не подумала: он сказал «даю». Не «делюсь». Даю.</p><p>Первая ссора вышла не из-за глупости. Из-за спасения.</p><p>На двадцатый день я увидела на горизонте дым. Далеко, у самой кромки, — но дым, а дым значит судно. Я закричала, кинулась к нашему сигнальному костру, стала кидать в него сырые ветки, зелёные, всё, что дымит, махать, звать, — а потом обернулась за помощью и увидела Каана.</p><p>Он стоял. Просто стоял и смотрел на меня. Не бежал за ветками. Не махал. Не радовался.</p><p>— Ну помоги же! — крикнула я. — Дым! Там судно! Разводи большой костёр, у нас мало времени!</p><p>— Оно не свернёт, — сказал он.</p><p>— Ты не знаешь! Помоги!</p><p>— Знаю. — Он не двинулся. — Слишком далеко, против ветра. Наш дым для них — облачко. Я тебе это уже говорил, в первую неделю. Не трать силы.</p><p>Я разводила костёр одна. Одна кидала ветки, одна махала, одна кричала до хрипоты, пока дым на горизонте не ушёл за мыс и не растаял. А он стоял в стороне, спокойный, и смотрел на меня — не на судно. На меня.</p><p>И когда всё кончилось, когда горизонт снова стал пустым, я повернулась к нему, и внутри у меня было не отчаяние. Было другое, новое, холодное.</p><p>— Ты даже не попытался, — сказала я.</p><p>— Это было бесполезно.</p><p>— Ты не попытался, Каан. — Я подошла к нему. — Двадцать дней. Двадцать. И каждый раз, когда я говорю про спасение, у тебя одно и то же лицо. «Бесполезно». «Не свернёт». «Не трать силы». Ты ни разу — ни разу! — не сказал «давай попробуем». Ни разу не построил плот. Не сложил сигнал из камней на скале. Не сделал ничего, чтобы нас нашли. Ты, который умеет всё. Который воду из песка достаёт. Ты не можешь придумать, как подать сигнал?!</p></section><section><title><p>Глава 19. Плот</p></title><p>После истории с кораблём я решила: хватит ждать.</p><p>Если он ждёт «правильный корабль» — пусть ждёт. А я построю плот. Не для того, чтобы уплыть в открытое море, я не сумасшедшая. А чтобы, когда судно снова появится на горизонте, выгрести ему навстречу хоть на пятьсот метров — туда, где нас заметят. Пятьсот метров могли решить всё. Пятьсот метров — это была математика, а математике я верила больше, чем его «терпению».</p><p>Я начала на следующее утро. Стаскивала к дальнему краю пляжа бревна, которые выбросило море, — сама, не прося, пока он ходил за своей скалой. Связывала их лианой и полосами парусины теми узлами, которым он же меня и научил. Руки помнили. Плот выходил кривой, но плот.</p><p>Он увидел на третье бревно.</p><p>— Что это?</p><p>— Плот, — сказала я, не разгибаясь. — Строю.</p><p>Я ждала запрета. Я приготовилась к ссоре, я даже репетировала про себя, что скажу. Но он не запретил.</p><p>— Хорошо, — сказал он. — Только не так.</p><p>И присел рядом.</p><p>— Эти бревна не пойдут. Сосна набухает и тонет через день, ты не доплывёшь и до бухты. Нужен сухостой, лёгкий, вон тот, с той стороны. И вяжешь неправильно — на волне разойдётся, тебя стряхнёт. Смотри.</p><p>И он стал показывать.</p><p>И вот тут началось то, чего я тогда не поняла, а поняла много позже.</p><p>Он не мешал мне строить плот. Он помогал. Он присел рядом, засучил рукава, и мы строили плот вместе — целыми днями, — и он был терпелив, и точен, и знал про плоты всё, как знал всё. Он забраковал мои бревна и принёс правильные. Он перевязал мои узлы. Он объяснил, почему нельзя выходить в отлив и почему нельзя в прилив, почему опасен западный ветер и почему течение здесь идёт не в море, а вдоль берега, кольцом, и вынесет меня не к материку, а обратно на скалы с той стороны.</p><p>— Откуда ты знаешь, куда идёт течение? — спросила я. — Ты же тут первый раз, как и я.</p><p>— Я моряк, — сказал он, не поднимая головы от узла. — Я читаю воду. Вон, видишь пену вдоль того мыса? Она всегда в одну сторону. Это и есть течение. Его видно, если знать, куда смотреть.</p><p>Логично. Он читает воду. Он всё умеет.</p><p>Я не спросила, откуда он знает, что пена «всегда» в одну сторону, — «всегда» значит, он смотрел не один день. Я убрала и это. У меня уже был целый ящик убранного, и он не закрывался, и я перестала пытаться его закрыть — просто складывала сверху и придавливала.</p><p>Плот мы строили две недели.</p><p>Две недели. И к концу этих двух недель я вдруг заметила: плот не готов. Он не готов уже давно. Каждый раз, когда мне казалось, что вот, ещё день — и можно спускать, находилось что-то. То узлы надо перевязать надёжнее — «ты же не хочешь утонуть». То ветер не тот. То он приносил ещё бревно, «для устойчивости», и плот становился тяжелее, и его снова надо было доводить.</p><p>Он не строил мне плот. Он строил мне вечный недостроенный плот. Занятие для рук, чтобы я думала, что берусь за спасение, — и никогда за него не взялась.</p><p>И самое страшное: он делал это так заботливо, так терпеливо, так рядом со мной, плечом к плечу, что я две недели была счастлива. Мы строили плот вместе. Это было как строить дом. Я думала — вот, у нас общее дело, мы команда, он наконец пустил меня в напарники.</p><p>А это была клетка. Просто он строил её вместе со мной, моими руками, и называл плотом.</p><p>Я поняла это в один день. Внезапно, как всегда приходит настоящее.</p><p>Мы сидели над плотом, я держала лиану, он вязал, наши руки почти касались, и он сказал, между делом, любуясь узлом:</p><p>— Красивый выйдет. Жаль пускать.</p><p>— В смысле жаль? — Я подняла голову.</p><p>— В хорошем смысле. — Он не заметил, что сказал. — Столько труда. Такой красивый плот. Спустишь — и уплывёт, поминай как звали.</p><p>И я посмотрела на этот плот — большой, тяжёлый, надёжный, красивый, ни разу за две недели не коснувшийся воды, — и всё поняла.</p><p>— Каан. — Голос вышел ровный. — Когда мы его спустим?</p><p>— Когда будет готов.</p><p>— Он готов.</p><p>— Не совсем. Узлы на корме…</p><p>— Он готов, — повторила я. — Уже неделю. Ты сам знаешь, что готов. Ты его доделываешь и доделываешь, чтобы никогда не доделать. Правда?</p><p>Он перестал вязать. Медленно поднял на меня глаза. И не стал врать — это я в нём уважала даже сейчас, даже понимая: он не врал в лицо, он делал хуже, он давал делать выводы самой.</p><p>— Ты хочешь его спустить, — сказал он. — Прямо сейчас. Одна. Выгрести в открытое море на связке брёвен, ты, которая три недели назад висела в спасжилете у лесенки и боялась глубины.</p><p>— Я хочу знать, что могу.</p><p>— Ты утонешь.</p><p>— Может быть. Но это будет мой выбор.</p><p>— Нет, — сказал он. Тихо. И это «нет» было не как раньше. В нём не было заботы. В нём была голая, холодная стена. — Не будет.</p><p>Мы смотрели друг на друга над красивым плотом, который никогда не поплывёт.</p><p>— Значит, я права, — сказала я. — Ты не дашь мне уйти. Никак. Никогда. Ни на плоту, ни на корабле, ни вплавь. Скажи это прямо, хоть раз. Без «терпения» и «ты утонешь». Прямо: ты меня не отпустишь.</p><p>Он молчал долго. Море шумело. Плот лежал между нами, как приговор.</p><p>— Я тебя не отпущу, — сказал он.</p><p>Наконец. Прямо. Без единой уловки.</p><p>И я, которая две недели готовила себя к этим словам как к удару, — я не почувствовала удара. Я почувствовала, как у меня внутри что-то тёмное и стыдное разжалось от облегчения. Потому что «я тебя не отпущу» — это ведь и то, чего я ждала всю жизнь. Чтобы кто-то держал так крепко, что не вырвешься. Чтобы наконец не пришлось держаться самой.</p><p>Вот в чём был весь ужас. Он предлагал мне клетку — а я тридцать один год мёрзла в открытом поле и мечтала о стенах.</p><p>— Я тебя ненавижу, — сказала я. И заплакала.</p><p>— Знаю, — сказал он и притянул меня к себе. — Это тоже пройдёт.</p><p>Он взял меня в тот вечер прямо там, у недостроенного плота, на песке, и это было не примирение. Это было закрепление.</p><p>Я пыталась злиться — тело помнило, что должно злиться, — толкала его в грудь, говорила «пусти», и он не пускал, он поймал мои запястья и завёл за спину, и держал одной рукой, и я выгибалась и вырывалась, а он ждал, пока я перестану, глядя мне в лицо, и в его глазах было то же «я тебя не отпущу», только теперь без слов, руками.</p></section><section><title><p>Глава 20. Он пришёл первым</p></title><p>Мы поссорились из-за моей матери.</p><p>Точнее, я поссорилась. Он, как всегда, просто стоял и получал.</p><p>Был двадцать шестой день. Я варила бобы, и внутри меня, помимо всего, шёл свой счёт — я считала не банки, я считала её. Двадцать шесть дней мама не знает, где я. Двадцать шесть дней она встаёт, включает телевизор, звонит соседке, ждёт. Или уже не ждёт. Ей могли сказать. Ей наверняка сказали. Я представила, как к её двери приходит человек в форме и говорит: яхта затонула, ваша дочь в списках пропавших, — и как она стоит в дверях, маленькая, в халате, и держится за косяк.</p><p>И у меня из рук выпала ложка.</p><p>— Она думает, что я мертва, — сказала я.</p><p>— Кто?</p><p>— Мама. — Голос дрожал. — Двадцать шесть дней, Каан. Ей сказали, что я утонула. Она сидит там одна и хоронит меня заживо, а я тут… — я задохнулась, — а я тут строю сандалии и смеюсь над скалой, которую мы назвали Верблюдом.</p><p>Он молчал. Ворошил угли.</p><p>И вот это его молчание меня подожгло.</p><p>— Тебе всё равно, — сказала я.</p><p>— Мне не всё равно.</p><p>— Тебе всё равно! — Я вскочила. — Двадцать шесть дней! Ты хоть раз сказал: «Элиф, как там твоя мать»? Хоть раз ты сказал: «давай попробуем что-нибудь»? Хоть раз тебе было плохо от того, что мы здесь?! Ты живёшь тут, как в отпуске! Ты варишь кофе и вяжешь узлы, и у тебя лицо человека, у которого всё идёт по плану!</p><p>Он поднял голову. Медленно.</p><p>— По плану, — повторил он.</p><p>— Да! — Меня несло, и я знала, что несёт, и не могла остановиться, потому что двадцать шесть дней накопились и полезли все разом. — У тебя всегда всё по плану, у тебя на всё есть ответ, ты никогда не паникуешь, ты не тоскуешь, ты не плачешь, ты вообще ничего не чувствуешь! Я тут с ума схожу, а ты спокоен, как… как камень! Тебя вообще хоть что-нибудь трогает?!</p><p>— Элиф.</p><p>— У тебя же никого нет, да? — И вот тут я сказала то, за что мне до сих пор стыдно. — Тебя же там никто не ждёт. Ни матери, ни жены, ни детей — никого. Тебе поэтому и хорошо тут! Тебе всё равно, вернёмся мы или нет, потому что тебе некуда возвращаться!</p><p>Тишина.</p><p>Такая, что я услышала, как за спиной море кладёт гальку.</p><p>Он не двинулся. Не изменился в лице. Но что-то в нём стало другим — как будто в человеке погасили свет и оставили только оболочку. И я поняла, что попала. Не в спор попала — в него.</p><p>— Да, — сказал он очень ровно. — Меня никто не ждёт.</p><p>— Каан, я не…</p><p>— Ты права. — Он встал, отряхнул руки о плавки. — Мне некуда возвращаться. Я это знаю двадцать лет, спасибо, что напомнила.</p><p>И пошёл прочь.</p><p>— Каан!</p><p>Он не обернулся.</p><p>Я осталась одна.</p><p>Первый час я злилась — на себя, на него, на этот остров. Помешивала бобы, которые никто не съест, и говорила себе: он сам виноват, он и правда никогда ничего не чувствует, я имела право сорваться, я живой человек.</p><p>Второй час я плакала.</p><p>А на третий начало темнеть, и я поняла, что такое одиночество.</p><p>Я не была одна двадцать шесть дней. Ни минуты. Он всегда был где-то в поле зрения — у воды, у костра, за спиной. Я привыкла к его звуку: как он дышит, как скрипит песок под его шагом, как он молча садится рядом. Я перестала это замечать, как перестаёшь замечать собственное сердце.</p><p>А теперь его не было, и остров стал другим.</p><p>Пляж вдруг оказался огромным. Скалы — чёрными. Море зашумело громче, злее, будто вспомнило, что оно меня уже один раз топило. Костёр, который я развела сама — своими руками, я, королева острова, — горел жалко и низко, и темнота вокруг него была не темнотой, а стенами. Теми самыми. Лифтовыми.</p><p>Я села к огню, обхватила колени и стала слушать.</p><p>И услышала всё сразу: как трещат ветки в темноте (кто?), как что-то шуршит в кустах (что?), как далеко, за мысом, ухает какая-то птица (или не птица). Тридцать один год я жила одна и не боялась. А тут за три часа без него я превратилась в семилетнюю.</p><p>И самое стыдное — я боялась не темноты.</p><p>Я боялась, что он не придёт.</p><p>Что вот сейчас, впервые, я перегнула — и он не вернётся к этому костру, а уйдёт спать за скалу, и завтра будет вежлив, и всё, что у нас было за эти двадцать шесть дней, кончится. И я останусь на этом острове одна при живом человеке в двухстах метрах — а это, я вдруг поняла, гораздо хуже, чем одна на пустом острове.</p><p>Я сидела и ждала его.</p><p>Я, которая всю жизнь уходила первой, чтобы не ушли от меня, — сидела у своего маленького костра и ждала мужчину.</p><p>И он пришёл.</p><p>Я услышала шаги в темноте — тот самый скрип песка, который я знала лучше собственного пульса, — и у меня всё разжалось внутри так резко, что стало больно.</p><p>Он вышел на свет костра. Постоял. Потом молча сел рядом — не напротив, на свою сторону, а рядом, со мной, плечом почти касаясь.</p><p>И положил на песок между нами то, за чем ходил.</p><p>Ракушку.</p><p>Ту самую, витую, с розовым нутром, которую он дал мне на дальнем пляже в третий день круиза — сто лет назад, в другой жизни. Я думала, она утонула вместе с «Мелтемом», вместе с моей сумкой, вместе со всем.</p><p>— Откуда? — прошептала я.</p><p>— Была в кармане. — Он смотрел в огонь. — В ту ночь. Так и осталась.</p><p>Он носил её в кармане в шторм. Он вытаскивал меня из чёрной воды с этой ракушкой в кармане и не потерял её.</p><p>Я не смогла ничего сказать. Только взяла её в кулак и держала так крепко, что края впились в ладонь.</p><p>— Я сказала гадость, — выговорила я наконец. — Про то, что тебя никто не ждёт. Я не имела права.</p><p>— Ты сказала правду.</p><p>— Я сказала это, чтобы сделать тебе больно.</p><p>— Знаю. — Он подбросил веток в огонь, и пламя поднялось, и темнота отступила на шаг. — Ты умеешь. Ты сегодня очень хорошо это сделала.</p><p>— Прости.</p><p>— Я пришёл, — сказал он. — Это и есть ответ.</p><p>И у меня из глаз опять полились слёзы — уже другие, тихие, — потому что за всю мою жизнь мне никто никогда так не отвечал. Мужчины уходили и не возвращались. Мужчины ждали извинений, дулись, требовали объяснений. А этот ушёл, походил в темноте и вернулся первым — молча, с ракушкой, и сел рядом, и подкинул веток в мой жалкий костёр, чтобы мне не было страшно.</p></section><section><title><p>Глава 21. Как двое подростков</p></title><p>После той ночи у нас началось лето.</p><p>Оно и до этого было лето — календарное, жаркое, — но я говорю про другое. Про то лето, которое бывает в шестнадцать, когда каникулы, и никто не спрашивает, где ты был, и день кажется бесконечным. У меня в шестнадцать такого лета не было: я сидела с учебниками и помогала маме. Мне выдали его в тридцать один, на необитаемом острове, с мужчиной, который меня старше на девять лет и который, кажется, тоже пропустил свою очередь.</p><p>Мы сошли с ума оба. Тихо, счастливо, без свидетелей.</p><p>Началось с рыбалки.</p><p>— Всё, — сказал он утром. — Хватит меня кормить. Учу ловить нормально, а не тыкать острогой в воду наугад.</p><p>— Я, между прочим, попадаю.</p><p>— Ты попадаешь раз в двадцать бросков. Это не рыбалка, это лотерея. — Он бросил мне моток лески. — Сегодня без остроги. Сегодня ловим головой.</p><p>Мы сидели на камнях у горла бухты — там, где течение приносило корм и рыба стояла плотнее, — и он учил меня по-настоящему. Не «бей ниже». А: где рыба стоит утром и где в полдень. Почему в тени она смелее. Как вести приманку, чтобы она шла как раненая, а не как тряпка. Почему нельзя дёргать сразу, когда клюнуло.</p><p>— Она пробует. Понимаешь? Она берёт в рот и держит. Если дёрнешь сейчас — выплюнет и уйдёт. Надо ждать, пока она решит, что это её.</p><p>— А если не решит?</p><p>— Решит, — сказал он. — Все решают. Просто одним нужно две секунды, а другим — две тысячи дней.</p><p>— Сколько-сколько?</p><p>— Я говорю: терпение. — Он смотрел на воду. — Веди ровно.</p><p>Я не поняла тогда, что он сказал. Я поняла это гораздо позже, в другой жизни, и вспомнила именно этот день — камни, солнце, леска, режущая палец, — и вот тогда мне стало холодно. Но в тот день я просто вела леску ровно, как он велел.</p><p>И поймала.</p><p>Она клюнула так, что у меня чуть не вылетело сердце, — леска дёрнулась, палец обожгло, и я заорала:</p><p>— Есть! Каан! Она там! Что делать?!</p><p>— Не тяни! Дай ей уйти в сторону! Води её, води, пусть устанет!</p><p>— Она сильная!</p><p>— Она в панике. Паника быстро кончается. Води.</p><p>Я водила её, кажется, минут пять — стояла на камне, мокрая от брызг, с горящей ладонью, и хохотала, как ненормальная, — и вытащила. Она была большая. Серебристая, тяжёлая, злая. Я держала её обеими руками, а она била хвостом, и я визжала, и уронила её, и мы вдвоём кинулись за ней по мелководью, и он поймал её у самой воды, и мы стояли, оба мокрые, задыхаясь от смеха, и он держал эту рыбу над головой, как трофей.</p><p>— Твоя, — сказал он. — Первая настоящая. Поздравляю, бухгалтер.</p><p>— Я хочу её съесть.</p><p>— Съедим.</p><p>— Нет, ты не понимаешь. — Я ткнула в него пальцем. — Я хочу её приготовить. Сама. Ты не подойдёшь. Ты не будешь говорить «дай покажу». Ты сядешь вон там и будешь ждать, пока женщина тебя накормит.</p><p>Он поднял руки, сдаваясь.</p><p>— Как скажете, миледи.</p><p>И сел вон там. И ждал. И ни разу не подошёл, хотя я видела, как у него дёргалась рука, когда я неправильно клала рыбу на угли.</p><p>Она подгорела с одного бока. Он съел её всю, до последнего кусочка, и сказал, что это лучшее, что он ел за двадцать лет.</p><p>Я знала, что он врёт. Мне было всё равно.</p><p>Дальше нас понесло.</p><p>Мы стали делать глупости. Много глупостей. Каждый день.</p><p>Мы устроили чемпионат по метанию камешков в море — на дальность, потом на количество отскоков, потом «в ту дырку в скале, отсюда, слабо?». Он выигрывал всё, и я жульничала, и он делал вид, что не замечает, а потом делал вид, что заметил, и требовал переигровки, и я говорила «ты меня душишь регламентом».</p><p>Мы дали имена всем камням в бухте. Верблюд. Толстый. Второй Толстый. Осман-бей, потому что похож на моего начальника — такой же круглый и вечно в тени.</p><p>Он научил меня нырять с открытыми глазами. Я боялась соли, а он сказал: «Один раз потерпи, потом привыкнешь», — и я потерпела, и открыла глаза под водой, и увидела дно, солнечные полосы, стайку серебристых рыб, — и вынырнула, задыхаясь, и заорала на весь остров, что там красиво, и снова нырнула. Мы ныряли до синих губ. Он держал меня за руку под водой и показывал: смотри, вон краб, вон морской ёж, не трогай, уколешься.</p><p>Мы плавали наперегонки. Он побеждал, конечно, но однажды я схватила его за ногу и утопила, и он вынырнул, отфыркиваясь, и посмотрел на меня с таким лицом, что я взвизгнула и поплыла к берегу, и он догнал меня на мелководье и окунул с головой, и я его — и мы дурачились в тёплой воде, как двое пятнадцатилетних, и его руки были везде, и мы целовались мокрые, солёные, задыхающиеся, и потом он взял меня прямо там, стоя, по пояс в воде, у берега, при солнце.</p><p>Мы вообще перестали делить время на «день» и «ночь».</p><p>Мы занимались любовью, когда хотелось: утром, когда просыпались; днём, когда возвращались с воды; вечером у костра; ночью, просыпаясь среди сна и находя друг друга в темноте. Иногда медленно, иногда так, что песок оставался на коже до вечера. Я перестала стесняться своего тела — вообще. Совсем. Я, которая тридцать один год гасила свет и куталась в простыню, ходила при нём голая по нашему пляжу и не думала об этом ни секунды. И когда ловила его взгляд — не отводила глаз и не прикрывалась. Мне нравилось, как он смотрит.</p><p>— Ты знаешь, что ты изменилась? — сказал он однажды.</p><p>— Да, — сказала я. — Я обнаглела.</p><p>— Ты расцвела.</p><p>— Это одно и то же.</p><p>Он засмеялся. Он вообще стал часто смеяться — тот, кто в первый день на яхте сказал «я приехал молчать». Я знала, что делаю с ним то же, что он делает со мной, и это знание было слаще всего остального.</p><p>Иногда мы дурачились по-детски, до слёз.</p><p>Однажды я нарисовала на песке «Стамбул» — весь, по памяти: Босфор кривой линией, два берега, мосты, Айя-София кружком, паром, на котором я ездила. Ползала на коленях час, чертила палкой.</p><p>Он пришёл, посмотрел.</p><p>— Не так.</p><p>— Что не так?</p><p>— Ты сдвинула Галатский мост. Он южнее. — Он взял вторую палку и сел рядом. — И Кадыкёй у тебя не там. Кадыкёй вот тут.</p></section><section><title><p>Глава 22. Соль</p></title><p>Тридцатый день начался с драки из-за воды.</p><p>Не из-за той воды, что пить, — из-за той, что мыться. Наша жила давала мало, и мыться приходилось морем, а после моря кожа стягивалась солью, и я ныла. Каждый день ныла. А в то утро он принёс от жилы полкотелка пресной — на весь день, на питьё, — и я, увидев, как он несёт её через пляж, сказала, не подумав:</p><p>— Ой, дай сполоснуться, у меня волосы как проволока.</p><p>Он остановился. Посмотрел на меня. Потом на котелок. Потом снова на меня.</p><p>— Это питьевая, — сказал он. — На день. Обоим.</p><p>— Я чуть-чуть. Полкружки.</p><p>— Полкружки — это полкружки, которых у нас не будет к вечеру.</p><p>— Ты жадный.</p><p>Я сказала это в шутку. Почти в шутку. Но он не улыбнулся, и я тоже перестала улыбаться, потому что за этим «жадный» стояло всё остальное — усталость, соль на коже, тридцать дней без нормального душа, тоска по бутерброду с плавленым сыром, — и оно вдруг полезло наружу мелкой злой волной.</p><p>— Знаешь, что я хочу? — сказала я. — Я хочу помыться. По-человечески. Один раз. Головой в чистую воду. Мне надоело быть солёной. Я вся солёная, волосы солёные, кожа солёная, я себя лизнула вчера случайно — я солёная, Каан!</p><p>— Мы на острове.</p><p>— Я знаю, что мы на острове! Спасибо! — Я села на песок и, к собственному ужасу, почувствовала, что сейчас зареву из-за полкружки воды. — Просто иногда так хочется побыть не робинзоном, а просто чистым человеком, что хоть плачь.</p><p>Он молча поставил котелок. Ушёл.</p><p>«Ну вот, — подумала я. — Опять. Обиделся. Из-за воды. Взрослые люди».</p><p>Его не было полчаса. Я сидела, злилась, репетировала извинение и одновременно репетировала, как не буду извиняться первой на этот раз, пусть теперь он.</p><p>Он вернулся мокрый по грудь и с полной канистрой.</p><p>— Вставай, — сказал он.</p><p>— Куда?</p><p>— Идём. Я тебя помою.</p><p>Он привёл меня в дальний конец бухты, за камни, куда мы не забирались, — там, где скала нависала над водой и с неё, тонкой струйкой, почти неслышно, сочился пресный ручеёк. Не жила — родник, крохотный, я его никогда не видела.</p><p>— Тут есть вода? — Я задрала голову. — Всё это время?</p><p>— Мало. Капает. На питьё не набрать, я пробовал. — Он поставил канистру. — Но помыть голову хватит, если не жадничать. Раздевайся.</p><p>— Каан…</p><p>— Ты хотела помыться. Раздевайся. Я помогу.</p><p>И я разделась, и встала под эту тонкую холодную струйку, и он, зачерпывая из канистры и из ручья, стал лить мне воду на голову — пресную, ледяную, невозможно вкусную для кожи после месяца соли, — и мыть мне волосы. Своими руками. Медленно.</p><p>Я закрыла глаза и застонала — не от чего-то, просто от того, что вода была пресная и его пальцы были в моих волосах, разбирали пряди, массировали кожу головы, смывали месяц соли. Я и не знала, что это может быть так. Никто никогда не мыл мне голову. С детства — никто.</p><p>— Хорошо? — спросил он тихо.</p><p>— Убить тебя мало, — сказала я с закрытыми глазами. — Ты знал, что тут родник, и молчал.</p><p>— Я его берёг. — Его пальцы прошли по затылку, по шее. — На особый случай.</p><p>— И сегодня особый?</p><p>— Ты сказала «хоть плачь». — Он лил воду мне на плечи, и она стекала по спине, и я вздрагивала от холода и от его ладоней. — Я не люблю, когда ты «хоть плачь».</p><p>Вот и всё извинение. Он не сказал «прости». Он привёл меня к спрятанному роднику и мыл мне голову. У него все извинения были такие — не словами, а руками.</p><p>Вода стекала по мне, ледяная сверху, а внизу, там, где были его руки, становилось горячо. Он мыл меня уже не как моют голову. Его ладони прошли по шее, по плечам, вниз, по спине, и я перестала чувствовать холод воды совсем, потому что всё моё тепло собралось туда, где он касался.</p><p>— Каан.</p><p>— М-м.</p><p>— Это уже не мытьё головы.</p><p>— Нет, — согласился он и не убрал рук.</p><p>Он развернул меня к себе, мокрую, дрожащую — от холода, от него, я уже не различала, — и посмотрел так, что у меня подкосились колени.</p><p>— Ты замёрзла, — сказал он.</p><p>— Немного.</p><p>— Сейчас согрею.</p><p>И он прижал меня к себе, всем телом, и его кожа была тёплой после моей ледяной, и я вжалась в него, ища этого тепла, и почувствовала, как он хочет меня — сразу, откровенно, — и это, после ссоры из-за полкружки воды, показалось мне таким смешным и таким правильным, что я засмеялась ему в грудь.</p><p>— Что смешного?</p><p>— Мы поругались из-за воды десять минут назад.</p><p>— И?</p><p>— И вот.</p><p>— И вот, — сказал он. И поднял меня — легко, как всегда, — и я обхватила его ногами, и он вошёл в меня стоя, у скалы, под капающим родником, одним движением, глубоко, и смех у меня оборвался на вдохе.</p><p>Он держал меня на весу — мои спина к прохладному камню, его руки под бёдрами, — и двигался снизу вверх, медленно, тяжело, и каждый толчок отдавался у меня в позвоночнике, и я цеплялась за его плечи, за шею, впивалась ногтями, и он не морщился. Родник капал мне на макушку, тонкая холодная струйка, а внутри всё горело, и этот контраст — лёд сверху, жар внутри — сводил с ума.</p><p>— Открой глаза, — сказал он. — Смотри на меня.</p><p>Я открыла. Он смотрел на меня в упор, не отводя, читая по лицу каждое движение, поправляя ритм под то, что видел, — он всегда знал, что делает, он опережал меня всегда, — и от того, что он смотрел, что видел меня всю, разложенную, беспомощную, насаженную на него у скалы, — я вспыхнула ещё сильнее.</p><p>— Не отворачивайся, — сказал он, когда я хотела зажмуриться. — Я хочу видеть.</p><p>— Не могу…</p><p>— Можешь. Смотри.</p><p>И я смотрела, и он вбивался в меня, держа на весу без усилия, и менял угол, находя то место, от которого у меня перехватывало дыхание и вырывался звук, и он это слышал и бил туда снова, точно, ровно, неотвратимо. Внизу живота стягивалось в тугой узел, всё туже, я стонала уже открыто — здесь некого было будить, весь остров был наш, и я впервые не сдерживалась совсем, кричала в голос, и это его подстегнуло, я почувствовала.</p></section><section><title><p>Глава 23. Тарлабаши</p></title><p>Он рассказал на тридцать первый день. Сам. Я не просила — я научилась не просить, он приходил, только когда его не тянут.</p><p>Мы лежали после полудня в тени под скалой, пережидая жару. Я чертила пальцем у него на груди бессмысленное, он смотрел в небо. И вдруг сказал, без перехода, как будто продолжал вслух то, что думал молча:</p><p>— Мы жили в одной комнате. Втроём. Мать, я и бабка, пока бабка была жива. Тарлабаши, знаешь такой район?</p><p>— Знаю. — Я замерла, боясь спугнуть. — Плохой.</p><p>— Плохой — это мягко. — Он смотрел в небо. — Это дно. Туда стекало всё, что выдавил Стамбул: приезжие, беженцы, кто без документов, кто в бегах. Дома старые, красивые когда-то, а внутри — по десять семей, крысы, проводка, которая горит. Наш горел дважды. Второй раз мы потеряли всё, что было, а было немного.</p><p>Я не двигалась. Слушала.</p><p>— Отца я не помню. Он был, потом его не было. Мать не рассказывала, а я не спрашивал — по её лицу было видно, что спрашивать нельзя. — Он помолчал. — Она работала на трёх работах. С утра убирала в конторах на Истикляль — тех самых красивых конторах, мимо которых мы жили и в которые нам хода не было. Днём мыла посуду в ресторане. Вечером шила на дому, брала заказы. Спала часа четыре. Я просыпался ночью — она шьёт. Просыпался под утро — она уже собирается на уборку.</p><p>Он говорил ровно, без жалости к себе, и от этой ровности у меня щипало в глазах.</p><p>— Я мылся сам с четырёх лет. Холодной водой, во дворе, из-под общего крана. Еду себе грел сам. Уроки делал сам, если делал. Мать приходила и падала, и я знал: её нельзя трогать, ей надо спать, потому что если она не выспится, её уволят, а если её уволят, мы не заплатим за комнату, а если не заплатим — на улицу. Я это понимал лет с пяти. Дети в Тарлабаши рано понимают арифметику.</p><p>— Арифметику, — повторила я тихо.</p><p>— Да. — Он усмехнулся, невесело. — Может, поэтому мне и понравилось, как ты считаешь. Я сам с детства считаю. Сколько до конца месяца. Сколько не хватает. Сколько дней мать протянет на таком сне. Я вырос на вычитании.</p><p>— Я поклялся в двенадцать, — сказал он. — Точно помню день. Мать заболела — простая простуда, но она не могла лечь, потому что лечь — значит не работать, а не работать — значит не есть. И она пошла на уборку с температурой. И упала там, в конторе на Истикляль, между чужими красивыми столами. Её нашли, вызвали не врача — управляющего. Он приехал и первым делом спросил не «жива ли она», а «кто теперь домоет».</p><p>Я тихо втянула воздух.</p><p>— Ей заплатили за тот день половину. За то, что «не домыла». — Он смотрел в небо, и лицо было каменное. — Я стоял рядом — прибежал, когда сказали, что мать упала. Двенадцать лет. И я смотрел на этого управляющего, сытого, в костюме, который решал, платить ли моей матери, лежащей на полу, полный день или половину, — и поклялся. Не отомстить. Мстить глупо. Я поклялся стать таким, чтобы ни один человек в костюме больше никогда не решал, сколько стоит моя жизнь или жизнь того, кто мне дорог. Чтобы у меня было столько своего, что отнять нельзя. Столько, что я сам буду решать, а не за меня.</p><p>— И ты стал, — сказала я.</p><p>— Я стал. — Он повернул голову, посмотрел на меня. — Первый магазин я открыл в двадцать шесть. Знаешь где? На Истикляль. В том самом здании, где мать мыла полы. Я его выкупил целиком. Весь. И на первом этаже, там, где она стояла на коленях с тряпкой, я поставил отдел поэзии.</p><p>У меня перехватило горло.</p><p>Отдел поэзии. Тот самый. Где я сидела на полу и плакала над Хикметом. Где он меня увидел.</p><p>— Она не дожила, — сказал он тихо. — Мать. Умерла в пятьдесят два, на кухне съёмной комнаты, за два года до первого магазина. Сердце. Просто села пить чай и не встала. Я нашёл. Она так и не увидела, что я выбрался. Что всё, ради чего она себя убила, — сработало. Она умерла, думая, что угробилась зря.</p><p>Он замолчал. Море шумело. Я не знала, что сказать, и не говорила ничего — просто взяла его руку и прижала к своей щеке.</p><p>— Вот и всё Тарлабаши, — сказал он. — Теперь ты знаешь, откуда я умею разводить огонь, искать воду и считать дни. Оттуда. Всё оттуда.</p><p>Я долго молчала. Потом сказала:</p><p>— Знаешь, что я думаю?</p><p>— Что.</p><p>— Что ты не выбрался. — Я приподнялась, посмотрела на него сверху. — Ты построил сто двадцать магазинов, восемь домов, у тебя денег на три жизни — а ты всё ещё тот мальчик, который считает, сколько не хватает, и боится, что придёт человек в костюме и отнимет. Ты всё ещё в Тарлабаши, Каан. Просто теперь оно у тебя внутри.</p><p>Он смотрел на меня, и что-то дрогнуло в его лице — я редко это видела, эту трещину.</p><p>— Может быть, — сказал он.</p><p>— И ещё я думаю, — я коснулась его щеки, — что твоя мама не зря. Слышишь? Не зря. Потому что она вырастила человека, который умеет любить так сильно, что это страшно. Такому не научишься на курсах. Этому учит только тот, кто сам любил на разрыв. Она любила тебя на три работы. И ты умеешь так же. Она в тебе, Каан. Живая. Каждый раз, когда ты приносишь мне рыбу или мост мне поправляешь на карте или моешь голову — это она.</p><p>Он смотрел на меня, и я увидела то, чего не видела ни разу за тридцать один день: у него заблестели глаза.</p><p>Не потекли — он бы не позволил. Но заблестели.</p><p>— Не говори так, — сказал он глухо.</p><p>— Почему?</p><p>— Потому что ты не знаешь, что я сделал. — Он отвернулся. — Ты хвалишь человека, которого придумала. А настоящий…</p><p>— Настоящий мыл мне голову вчера, — перебила я. — Настоящий вернулся первым и принёс ракушку. Настоящий сейчас лежит и боится, что я его разлюблю, если узнаю про него правду. Я вижу настоящего, Каан. Я на него смотрю. И он мне нравится больше всех, кого я знала.</p><p>Он закрыл глаза. И я легла ему на грудь, и мы долго лежали молча, и его сердце под моим ухом стучало медленно и тяжело.</p><p>Он взял меня в тот вечер иначе, чем всегда.</p><p>Не было ни приказов, ни хватки, ни «смотри на меня». Он раздевал меня медленно, будто впервые, и целовал каждый сантиметр — не жадно, а так, как читают то, что боятся забыть. Он был тихий и бесконечно бережный, и от этой бережности после всего, что он рассказал, я расплакалась ещё до того, как он вошёл в меня.</p></section><section><title><p>Глава 24. Дом</p></title><p>Утром я объявила, что мы строим дом.</p><p>— У нас есть навес, — сказал Каан.</p><p>— Навес — это навес. А я хочу дом. Со стенами. Чтобы можно было закрыться от ветра и чтобы ты не говорил, что дом строить незачем, потому что нас скоро спасут, — я тебе не верю, нас не спасут, так что строим дом.</p><p>Он посмотрел на меня, и что-то мелькнуло в его лице — быстрое, я не поймала, — а потом он сказал:</p><p>— Хорошо. Строим дом.</p><p>И вот тут я поняла, что что-то не так. Потому что он согласился слишком легко. Раньше на любое «когда вернёмся» он не спорил, а на «нас не спасут» отвечал «спасут». А тут — «строим дом», без единого слова про спасение. Как будто ему самому вдруг захотелось, чтобы дом был. Как будто он тоже перестал верить в возвращение. Или наоборот — знал про него слишком хорошо.</p><p>Я убрала эту мысль. У меня был проект дома, и это было важнее.</p><p>Строить дом оказалось весело до слёз.</p><p>Я была прораб. Я так и заявила: «Ты умеешь всё, но идея моя, значит, я главная, а ты рабочая сила». И он, миллиардер с сотней магазинов, целый день таскал брёвна туда, куда я показывала пальцем, а я стояла, уперев руки в боки, и говорила «нет, левее» и «я же сказала — фасадом к морю».</p><p>— Тут нет фасада, — ворчал он. — Это шалаш.</p><p>— Это дом. У дома есть фасад. Фасад смотрит на море. Неси то бревно.</p><p>— Оно кривое.</p><p>— Оно с характером. Неси.</p><p>Мы спорили из-за каждого бревна. Он был прав по сути — он же строитель, он знает, — но я упиралась из принципа, потому что мне нравилось быть главной, а ему, я видела, нравилось мне поддаваться. Мы оба играли в эту игру и оба знали, что играем, и от этого было ещё смешнее.</p><p>К полудню стены были по пояс. Мы залезли внутрь недостроенных стен, сели на песок и оглядели наше «жилище».</p><p>— Тут будет спальня, — показала я. — Тут — кухня.</p><p>— Кухня и спальня в трёх метрах друг от друга.</p><p>— Это студия. Модно. — Я ткнула в угол. — А тут я посажу что-нибудь. Огород. Внутри дома.</p><p>— Огород внутри дома.</p><p>— Не спорь с прорабом.</p><p>Он засмеялся — по-настоящему, откинув голову, — и я поймала себя на том, что смотрю на него и думаю: я бы правда тут осталась. С ним. В шалаше с огородом внутри. Навсегда. Тридцать один год я мечтала о своей квартире с ремонтом, а оказалось, мне нужен был кривой шалаш на краю света и этот человек, таскающий брёвна туда, куда я показываю.</p><p>— Чего ты? — спросил он, поймав мой взгляд.</p><p>— Ничего. Думаю, какая я счастливая.</p><p>Он перестал смеяться. Посмотрел на меня — долго, тяжело, с чем-то, чего я не поняла.</p><p>— Иди сюда, — сказал он.</p><p>— Мы строим дом.</p><p>— Дом подождёт. Иди сюда, прораб.</p><p>Он повалил меня прямо там, на песок, между недостроенных стен нашего дома, и на этот раз в нём не было ни капли той вчерашней нежности. Вчера он был бережный, будто боялся сломать. Сегодня — наоборот, как будто хотел вбить меня в этот песок, в этот остров, в себя, так, чтобы никакое спасение уже не выковыряло.</p><p>— Ты счастливая, — сказал он, срывая с меня то немногое, что на мне было. — Скажи ещё раз.</p><p>— Счастливая.</p><p>— Ещё.</p><p>— Я счастливая, Каан, я счаст…</p><p>Он закрыл мне рот поцелуем — жёстким, глубоким — и развернул меня лицом вниз, вжав грудью и щекой в песок, задрал бёдра, и я едва успела упереться руками. Его ладонь легла мне на поясницу, придавила, а второй он развёл мне колени шире, без спроса, и я почувствовала его сзади, и выгнулась навстречу раньше, чем подумала.</p><p>— Каан…</p><p>— Молчи. — Он вошёл в меня одним движением, до упора, и я вскрикнула в песок. — Вот так. Ты моя. Скажи.</p><p>— Твоя.</p><p>— Громче.</p><p>— Твоя!</p><p>Он держал меня за бёдра и вбивался — жёстко, глубоко, не сдерживаясь совсем, и каждый толчок вжимал меня в песок и выбивал воздух, и я цеплялась за землю, за камни, за что попало, и стонала в голос, потому что весь остров был наш и можно было орать. Его пальцы впивались мне в бёдра так, что я знала — останутся следы, и мне было плевать, я хотела следов, хотела, чтобы осталось, чтобы завтра болело и напоминало.</p><p>— Ещё, — выдохнула я. — Сильнее, не жалей…</p><p>— Не жалею. — Он намотал мои волосы на кулак, потянул, заставив выгнуть спину, и от этого угол сменился, и он вошёл ещё глубже, и я закричала. — Слышишь себя? Вот так. Никто тебя такой не видел. Только я. И не увидит.</p><p>— Только ты…</p><p>Он отпустил волосы, обхватил меня спереди, нашёл пальцами то место, потёр в такт толчкам, и меня начало стягивать в тугой узел так быстро, что я задохнулась. Он чувствовал — он всегда чувствовал, — ускорил, вжал меня в песок всем весом, и узел лопнул, и меня выгнуло, и я кончила с криком, который ушёл в песок, сжимаясь вокруг него волнами, а он не остановился, он гнал меня через это дальше, не давая отдышаться, пока я не начала всхлипывать от того, что слишком, слишком хорошо, на грани боли.</p><p>И только тогда он кончил сам — вжав меня в землю, замерев, с рваным стоном, которого я раньше от него не слышала, — и я почувствовала его пульсацию глубоко внутри, и как всё его тело на секунду вышло из-под контроля, обмякло на мне, тяжёлое, живое.</p><p>Мы лежали в песке, между стен недостроенного дома, задыхаясь, переплетённые, грязные, счастливые.</p><p>— На бёдрах будут синяки, — сказала я в песок.</p><p>— Знаю.</p><p>— Хорошо, — сказала я. — Пусть.</p><p>Он засмеялся — тихо, устало — и перекатился, забрав меня с собой, чтобы я лежала на нём, а не в песке.</p><p>— Ты ненормальная, — сказал он с нежностью.</p><p>— Это ты меня такой сделал.</p><p>— Нет. — Он убрал мне волосы с лица, песок с щеки. — Ты всегда такой была. Просто тебе тридцать один год никто не давал этого показать. Все хотели тихую. А ты не тихая. Ты вот такая — которой пусть будут синяки.</p><p>Я смотрела на него, лёжа на его груди, и думала, что он единственный, кто это увидел. Тридцать один год меня хотели удобной, а он захотел настоящую. Разглядел настоящую под удобной. И вытащил.</p><p>Я не думала о том, откуда он знал, какая я под удобной, ещё до того, как узнал меня. Я перестала думать об этом. Мне было слишком хорошо, чтобы думать.</p></section><section><title><p>Глава 25. Буря</p></title><p>Гроза пришла на тридцать третий день, под вечер, и была не похожа на ту, что нас сюда бросила. Та была морская, солёная, злая. Эта — небесная. Сухая молния весь день ходила по горизонту, а к ночи небо провалилось, и на остров обрушилась вода — отвесная, тёплая, сплошная стена.</p><p>Наш дом с одной стеной не спас, конечно. Мы забились под скальный навес, в тот угол, где Каан устроил лагерь в первое утро, и смотрели, как остров тонет в воде.</p><p>— Красиво, — сказала я, прижавшись к нему. Мы промокли, пока бежали, и теперь грелись друг о друга под навесом. — Страшно и красиво.</p><p>— Тепло хоть. — Он натянул на нас парусину. — Летняя. К утру пройдёт.</p><p>Молния разодрала небо пополам, и на секунду весь остров вспыхнул белым — море, скалы, наш смешной недостроенный дом, стоящий под ливнем, — и погас. Гром ударил так, что дрогнула скала за спиной.</p><p>Я не испугалась. Вот что странно. Год назад я бы забилась в угол от одной такой молнии — я, которая боится темноты и замкнутого. А тут я сидела под скалой, в грозу, на необитаемом острове, и мне было спокойно, потому что его рука лежала у меня на плече, тяжёлая, тёплая.</p><p>— Знаешь, чего я больше не боюсь? — сказала я.</p><p>— Чего.</p><p>— Ничего. — Я засмеялась. — Совсем ничего. Я тридцать один год боялась всего — темноты, воды, глубины, что меня бросят, что я останусь одна, что не так посмотрю, не то скажу. А тут — гроза, конец света, а мне не страшно. Ты меня вылечил, Каан. Ты меня как-то… разбоял.</p><p>Он молчал. Я подняла голову — он смотрел на грозу, и в свете молний его лицо было странным.</p><p>— Плохо, что не боишься, — сказал он тихо.</p><p>— Почему плохо?</p><p>— Страх бережёт. — Он смотрел на воду. — Кто ничего не боится, тот теряет чутьё. Не разбаивайся до конца, Элиф. Оставь себе немножко. Пригодится.</p><p>— Это ты к чему?</p><p>— Ни к чему, — сказал он и притянул меня ближе. — Спи. Гроза убаюкивает.</p><p>Я не поняла тогда. Я убрала и это — у меня уже был навык. Я прижалась к его тёплому боку под шум ливня, под гром, и уснула, а он не спал, я знала, он сторожил, как всегда.</p><p>К утру гроза прошла, как он и сказал. Небо отмылось до синевы. Остров сверкал, умытый.</p><p>А к полудню я слегла.</p><p>Началось с озноба, хотя жара стояла. Меня трясло, зуб на зуб не попадал, и я куталась в парусину под тем же солнцем, от которого мы прятались вчера. Потом накатил жар — тяжёлый, ватный, — и всё поплыло.</p><p>— Ты вся горишь, — сказал Каан, приложив ладонь мне ко лбу, и я услышала в его голосе то, чего не слышала никогда: тревогу, которую он не смог спрятать. — Когда началось?</p><p>— Ночью, — прошептала я. — Думала, простыла под дождём. Ерунда.</p><p>— Это не ерунда.</p><p>Это была не ерунда. К вечеру жар поднялся так, что я перестала понимать, где я. Меня то трясло, то бросало в пот, ломило кости, и в голове всё путалось — остров, Стамбул, мама, лифт, море, — я не понимала, сплю или брежу, и Каан всё время был рядом, огромный, склонившийся, и лил мне воду на лоб, и что-то говорил, а я не разбирала слов.</p><p>Я помню это урывками.</p><p>Помню, как он держал меня, когда меня выворачивало, и придерживал волосы, и говорил «давай, всё выйдет, легче станет».</p><p>Помню, как менял мокрую тряпку у меня на лбу — бесконечно, всю ночь, я просыпалась в бреду, а он менял.</p><p>Помню, как поил меня из ладони по капле, потому что кружку я не могла удержать.</p><p>Помню его лицо в свете костра — осунувшееся, серое, с глазами, каких я у него не видела. Он смотрел на меня так, будто это он умирал.</p><p>— Не смей, — сказал он один раз, наклонившись близко, и голос у него был чужой, сорванный. — Слышишь меня, Элиф? Не смей. Что угодно, только не это. Я вытащил тебя из моря не для того, чтобы ты сгорела от простуды на моих руках. Держись. Приказываю. Держись.</p><p>— Ты… командуешь… мной… даже сейчас, — выговорила я и, кажется, улыбнулась, и снова провалилась.</p><p>Я не знала тогда, насколько было плохо. Это он знал. Он-то считал — он всегда считал. Он считал мой пульс, мой жар, часы, и знал то, чего не знала я: что на острове, без лекарств, без врача, обычная лихорадка может убить так же надёжно, как море. Что от того, что казалось ерундой, люди умирали и в городах, а тут — тем более.</p><p>Он не спал двое суток.</p><p>Я это узнала потом. Двое суток он не отходил от меня — поил, обтирал, менял тряпки, держал, когда трясло, грел, когда знобило. Он перерыл свой склад — тот, о котором я тогда ещё думала, что это «прибитый ящик», — и нашёл там аптечку, и дал мне что-то, от чего жар к третьему утру начал спадать.</p><p>Я очнулась на третий день, слабая, выжатая, но живая. Голова была ясная — впервые за двое суток. Я лежала под навесом, укрытая всем, что у нас было, и первым, что увидела, был он.</p><p>Он сидел рядом. Спал сидя, привалившись к скале, — впервые за двое суток отключился, не выдержал. И даже во сне его рука лежала у меня на запястье. На пульсе. Он уснул, держа пальцы на моём пульсе, чтобы почувствовать сквозь сон, если тот собьётся.</p><p>Я смотрела на него, спящего, — серого, небритого, с чёрными кругами, осунувшегося за двое суток так, будто болел он, а не я, — и у меня всё переворачивалось внутри от нежности такой силы, что было почти больно.</p><p>Этот человек двое суток держал меня на этом свете голыми руками. Без лекарств почти, без врача, без ничего — одним упрямством, тем самым, о котором говорил в первый день: «я не волшебник, я просто не сдаюсь».</p><p>Он не сдался. За меня.</p><p>Я шевельнула рукой — той, что под его пальцами, — и он мгновенно открыл глаза. Мгновенно, будто и не спал.</p><p>— Жар, — сказал он хрипло, сразу трогая мой лоб. — Спал. Пульс ровный. — Он выдохнул — весь, будто держал этот выдох двое суток. — Слава богу. Слава богу, Элиф.</p><p>— Ты плохо выглядишь, — прошептала я.</p><p>Он засмеялся — надтреснуто, устало — и уронил голову мне на грудь, и я почувствовала, как его трясёт. Не от холода. Его трясло от того, что отпустило. Огромный, сильный, всё умеющий мужчина лежал у меня на груди и трясся от облегчения, что я не умерла, и я гладила его по грязным волосам слабой рукой и говорила «всё, всё, я тут, я живая», как будто это я его спасала, а не он меня.</p></section><section><title><p>Глава 26. Живая</p></title><p>Я выздоравливала быстро — тело у меня, оказывается, было крепче, чем тридцать один год мне внушали.</p><p>Он не давал мне вставать. Первый день после кризиса вообще не выпускал из-под навеса: сам приносил воду, кормил с ложки бульоном из рыбы, который варил долго, до белизны, «чтоб сил набралась». Я ворчала, что не инвалид, а он говорил «полежи», и в этом «полежи» было столько всего, что я не спорила. Я лежала и позволяла за собой ухаживать — впервые в жизни без чувства вины, что кого-то нагружаю.</p><p>Это было ещё одно, чему он меня научил на острове: позволять.</p><p>На второй день я уже сидела. На третий — вышла к воде, слабая, но своя, и мы сидели на нашем камне, свесив ноги, и грелись.</p><p>— Ты меня напугала, — сказал он, глядя на воду.</p><p>— Ты меня тоже. — Я прислонилась к его плечу. — Я в бреду видела всякое. Маму. Лифт. А один раз видела тебя — маленького, во дворе, под краном, как ты рассказывал. Стоишь, моешься холодной водой, а рядом никого. И я во сне так хотела к тебе подойти и укрыть, что проснулась в слезах. Каан во сне. Маленький.</p><p>Он молчал долго. Потом обнял меня одной рукой, крепко.</p><p>— Ты и наяву меня укрываешь, — сказал он тихо. — С того дня, как пришла к костру сама.</p><p>Мы сидели, грелись, и я чувствовала: между нами что-то изменилось после болезни. Стало ещё ближе — если это было возможно. Мы прошли через её край вдвоём. Он держал меня над пропастью двое суток, а я, оказывается, держала его — тем, что не отпустила, не ушла, осталась. Мы теперь были не просто двое влюблённых на острове. Мы были двое, спасшие друг друга. Это другое. Это на всю жизнь.</p><p>— Каан.</p><p>— М-м.</p><p>— Спасибо, что не дал мне умереть.</p><p>— Не благодари. — Он смотрел на воду. — Я не для тебя старался. Я себя спасал. Без тебя мне тут не выжить — я имею в виду не рыбу ловить. Просто — не выжить.</p><p>Я подняла на него глаза. Он сказал это просто, как факт, глядя на море, — и это было самое большое признание в любви, какое он мне сделал. Больше, чем любое «люблю».</p><p>А потом я заметила.</p><p>Не сразу — я была слаба, всё списывала на болезнь. Но на четвёртый день после кризиса, утром, меня замутило. Не от еды — на пустой желудок, от одного запаха рыбы, которую он чистил. Я едва успела отбежать за камни.</p><p>— Опять жар? — Он был рядом мгновенно, трогал лоб. — Лоб холодный. Что болит?</p><p>— Ничего. — Я вытерла рот, отдышалась. — Тошнит просто. От рыбы. Странно, я рыбу люблю.</p><p>Он смотрел на меня внимательно, и я видела, как он считает — он всегда считал, — но что именно, я тогда не поняла.</p><p>— Пройдёт, — сказал он. — Остаток болезни.</p><p>Может быть. Я тоже так подумала. Остаток болезни.</p><p>Но на следующее утро — снова. И на следующее. Всегда утром, всегда на голодный желудок, всегда от запаха. А днём — нормально. И грудь стала… не такая. Тяжелее, что ли. И задержка — но я не считала дни цикла тут, на острове, я вообще потеряла счёт всему, кроме узелков.</p><p>Я села на песок и стала считать. Наконец-то — то, что я умею. Последний раз это было… до круиза. Перед самым отъездом. Значит, прошло… я загибала пальцы, сбивалась, начинала снова… больше месяца. Сильно больше.</p><p>И тошнота по утрам. И грудь. И то, что нас с Кааном ничто не берегло — мы ни разу, ни разу за все эти недели не подумали об этом, какая контрацепция на необитаемом острове, мы вообще ни о чём не думали, кроме друг друга.</p><p>У меня задрожали руки.</p><p>Я сидела на песке нашего острова, слабая после лихорадки, и держала в ладонях цифру, которая на этот раз сошлась совсем в другую сторону.</p><p>Я, кажется, беременна.</p><p>Я не сказала ему сразу. Я носила это в себе целый день, и это было странно, ново, огромно — как будто во мне зажгли маленькую лампу, и я ходила и светилась изнутри, и боялась расплескать.</p><p>Я, тридцать один год, бухгалтер из конторы сантехники, которую никто не выбирал, у которой не было ничего, кроме капающего крана и одиночества, — я, кажется, носила ребёнка. Его ребёнка. Здесь, на краю света, от человека, который вытащил меня из моря и держал над жизнью голыми руками.</p><p>Я гладила себя по животу — незаметно, украдкой, — и внутри разливалось такое тепло, что хотелось смеяться и плакать сразу.</p><p>Вечером я не выдержала.</p><p>Мы лежали у костра, он что-то рассказывал про звёзды — он и звёзды знал, конечно, — и я перебила:</p><p>— Каан. Мне надо тебе кое-что сказать.</p><p>— Говори.</p><p>Я села. Взяла его руку. Он приподнялся, встревоженный — он читал меня по голосу.</p><p>— Только не пугайся, — сказала я. И положила его ладонь себе на живот. — И не считай сразу. Просто послушай.</p><p>Он смотрел на свою руку на моём животе, потом на меня.</p><p>— Я не уверена, — сказала я, и голос дрожал, и я улыбалась, и по щекам текло. — Тут ни теста, ни врача, я не могу проверить. Но, Каан… меня тошнит по утрам. Уже пять дней. И задержка. Большая. И грудь. Я посчитала. Я, конечно, посчитала — я же не могу не считать. — Я засмеялась сквозь слёзы. — И у меня сходится только одно. Я думаю… я почти уверена… у нас будет ребёнок.</p><p>Он не двигался.</p><p>Он смотрел на свою ладонь на моём животе, и лицо у него застыло, и я испугалась — вдруг он не рад, вдруг для него это катастрофа, вдруг сейчас скажет что-то, что всё разрушит.</p><p>А потом я увидела его глаза.</p><p>В них стояли слёзы. Третий раз за месяц — но в этот раз он не прятал. Он смотрел на свою руку на моём животе, и по его лицу текло, открыто, и он не вытирал.</p><p>— Ребёнок, — сказал он. Одними губами, беззвучно почти. — У нас.</p><p>— Может быть. Я не уверена, но…</p><p>— Ребёнок. — Он опустился на колени передо мной, на песок, и обеими руками обнял мой живот, прижался к нему лицом, щекой, и я почувствовала на коже его слёзы. — У меня. Свой. Родной. Мой.</p><p>Он повторял это — «мой, свой, родной», — и это было и про ребёнка, и про меня, и про всё, чего у него не было за сорок три года: ничего своего, ничего родного, только магазины, которые можно отнять. А тут — вот оно. Живое. Внутри меня. Которое нельзя купить и нельзя отнять.</p></section><section><title><p>Глава 27. Признание</p></title><p>Он сказал это утром, буднично, как говорят про погоду.</p><p>— Нас скоро спасут.</p><p>Я как раз варила бульон — меня уже не так мутило от рыбы, если варить долго, — и подняла голову.</p><p>— С чего ты взял?</p><p>— Знаю. — Он смотрел на море. — Скоро. Дня через два. Я это чувствую.</p><p>— Ты «чувствуешь». — Я хмыкнула. — Тридцать пять дней ничего не чувствовал, а тут вдруг…</p><p>— Элиф. — Он повернулся ко мне, и по его лицу я поняла: сейчас будет что-то. Он собирался с чем-то целое утро, я видела, он был не такой. — Сядь. Мне надо тебе рассказать. Пока не поздно. Пока мы ещё тут, вдвоём, и между нами ничего чужого.</p><p>Я села. Внутри стало холодно — предчувствие, тело всегда знает раньше.</p><p>— Помнишь, ты спрашивала, кто я, — начал он. — А я говорил «Тарлабаши, мать, выбрался». Это правда. Но не вся. — Он помолчал. — Я не просто «выбрался», Элиф. Я очень богат. По-настоящему. Не «есть квартира и машина». У меня сеть книжных магазинов. Сто двадцать штук. По всей Турции. «Demir Kitap» — может, слышала.</p><p>Я слышала. Конечно, я слышала. Я в них покупала книги. Я в одном из них плакала над Хикметом на полу.</p><p>— «Demir», — сказала я медленно. — Демир. Ты — Демир?</p><p>— Каан Демир. — Он смотрел мне в глаза. — Основатель и владелец. Восемь домов. Самолёт, которым я не летаю, потому что не люблю высоту. Состояние, которое я даже не считаю, — а я всё считаю, но это не считаю, потому что незачем. Я один из богатейших людей страны, Элиф. Вот кто плёл тебе сандалии и таскал брёвна, куда ты показывала.</p><p>Я сидела и молчала.</p><p>Внутри всё поплыло. Не от радости — от какого-то оседания, как будто из-под меня медленно вынули пол.</p><p>— Почему ты говоришь это сейчас? — спросила я.</p><p>— Потому что, когда нас спасут, ты всё равно узнаешь. — Он говорил ровно, но я видела, чего ему это стоит. — Меня знают в лицо. В новостях напишут: «среди спасённых — миллиардер Каан Демир». И я не хочу, чтобы ты узнала это от журналиста. Я хочу, чтобы ты услышала от меня, здесь, пока мы ещё просто мы. До того, как всё усложнится.</p><p>— «Усложнится», — повторила я.</p><p>— Богатство усложняет всё, — сказал он. — Люди рядом с деньгами меняются. Ты посмотришь на меня и начнёшь думать: а не поэтому ли он меня. А не поэтому ли я его. Между нами встанут деньги, которых на острове не было. Я этого боюсь. Поэтому говорю сейчас, на песке, где мы равны, где ты — королева острова, а я — мужик, который умеет разжечь костёр. Запомни нас такими, Элиф. Что бы там, в мире, ни началось.</p><p>Он говорил красиво. Он всегда говорил красиво. И почти всё, что он сказал, было правдой — я это чувствовала.</p><p>Но было ещё что-то. Под правдой. То, чего он не сказал.</p><p>Потому что моя проклятая голова, которая всё считает, уже сложила простой столбик, пока он говорил.</p><p>Каан Демир. Владелец «Demir Kitap». Магазина на Истикляль, где он меня увидел два года назад. Розыгрыш круиза — от книжной сети. От «Demir Kitap». От него.</p><p>Приглашение прислал он.</p><p>Круиз оплатил он.</p><p>Я «выиграла» розыгрыш его сети — розыгрыш, которого не было в интернете, помнишь, Элиф, ты искала и не нашла.</p><p>Я оказалась на этой яхте — потому что он этого захотел.</p><p>Я сидела на песке, смотрела на человека, который признавался мне в богатстве как в грехе, и понимала, что он признаётся не в том. Что настоящее признание он снова спрятал под красивыми словами про равенство и костёр. Что «богат» — это не тайна. Тайна — то, что он привёл меня на ту яхту сам. А про это он молчал.</p><p>— Ясно, — сказала я. Ровно. Я умела теперь говорить ровно, он научил. — Спасибо, что сказал.</p><p>— Ты как-то… — Он вгляделся в меня. — Ты не рада.</p><p>— Я не знаю, что чувствую, — сказала я честно. Это было чистой правдой. — Дай мне время.</p><p>— Конечно.</p><p>И я встала и ушла к воде — одна, — и он не пошёл за мной. Впервые не пошёл. Понял, что не надо.</p><p>Два дня я ходила как отравленная.</p><p>И самое страшное — я не могла понять, чем.</p><p>Одна часть меня говорила: дура, чего ты? Он богат — это же прекрасно. Он тебя любит, у вас будет ребёнок, а тут ещё выясняется, что он миллиардер, который ради тебя месяц таскал брёвна на необитаемом острове. Любая женщина продала бы душу за такое. Радуйся.</p><p>А другая часть — та, что считает, — сидела в углу и складывала столбик, и столбик был чёрный.</p><p>Розыгрыш от его сети. Приглашение, которого я не просила. Яхта, полная людей, которых я больше нигде и никогда не встречу. Голос в трубке, знавший моё имя. Он на той яхте — единственный, кто «приехал молчать», единственный, кто сразу подошёл ко мне. Он, который знал про меня всё раньше, чем узнал меня. Книжный, где он меня видел два года назад. «Я тебя выбрал. Задолго до яхты».</p><p>Задолго до яхты.</p><p>За два дня этот столбик вырос до неба, и я не могла его свалить. Каждый раз, когда я почти сваливала — говорила себе «совпадение, паранойя, ты устала», — вылезала новая строчка и вставала на место, ровно, как влитая.</p><p>И я поняла, чего не могу понять.</p><p>Я не могла понять — спас он меня или украл.</p><p>Потому что если сложить всё, что я знала, получалось страшное: не было судьбы. Был он. Он привёл меня на ту яхту. А потом — крушение, которого никто не искал, остров, на котором нам слишком везло, склад еды, купленной до конверта («два ящика», Каан, помнишь, ты сказал «два ящика»)…</p><p>Я не додумывала до конца. Я не могла. Мысль подходила к краю — «он всё это подстроил, всё, с самого начала, шторм тоже» — и я отшатывалась, потому что за этим краем была тьма, в которой я не хотела жить. Потому что за этим краем человек, которого я люблю, которому я ношу ребёнка, который двое суток держал меня над смертью, — становился чудовищем.</p><p>И я не знала, что хуже: если он чудовище — или если я схожу с ума от паранойи и клевещу на человека, который меня спас.</p><p>Я не знала. И от незнания меня мутило.</p><p>Меня и без того мутило — токсикоз, утренняя тошнота, беременность. И теперь эти две тошноты слились в одну, и я не могла их разделить. Меня тошнило по утрам от запаха рыбы . И меня тошнило, когда я смотрела на Каана и думала свой чёрный столбик, — не знаю, от предательства или от того же ребёнка. Всё смешалось. Тело мутило, и я не понимала, где кончается «я жду его дитя» и начинается «я боюсь его отца».</p></section><section><title><p>Глава 28. На берегу</p></title><p>Первым человеком, который встретил нас на судне, был мужчина с белым полотенцем.</p><p>Он не спросил, кто мы. Не спросил, сколько людей осталось на острове. Он шагнул к Каану и сказал:</p><p>— Каан-бей. Слава богу.</p><p>Так говорят хозяину, задержавшемуся в дороге. Я знала эту интонацию: Мурат на проходной так встречал Османа-бея, когда тот возвращался из отпуска.</p><p>Каан взял полотенце и завернул в него меня.</p><p>До этого ещё надо было перебраться через борт. Я уже почти забыла, как неловко получилось: мужчина сверху протягивает руку, Каан стоит за моей спиной, а я не могу решить, за что держаться. Металлическая лесенка качалась на воде. На нижней перекладине скользила ступня; я подтянула колено и замерла, чувствуя, как мелко дрожит бедро.</p><p>— На меня посмотри, — сказал Каан.</p><p>Я и посмотрела. На мокрые волосы у лба, на белый след соли возле виска. Он упёрся ногами, взял меня под локоть и подтолкнул ровно настолько, чтобы я смогла перенести вес. Мужчина наверху подхватил за вторую руку. Я ступила на палубу сразу двумя ногами, как ребёнок на последнюю ступеньку, и только тогда заметила, что плачу.</p><p>Каан поднялся следом. У него получилось быстро, с одним коротким выдохом. Он оглянулся на остров, а я потянулась посмотреть через его плечо и не смогла.</p><p>Я ждала этого ухода каждый день. Представляла, как буду махать руками, смеяться, просить у всех телефон. Теперь от острова отделяла полоса воды, и мне хотелось закричать, чтобы нас не увозили так быстро. Там остались костёр, наш настил, кусок верёвки на дереве. Моя чашка, которую я вчера поставила вверх дном, чтобы ночью не заползли муравьи. Можно было прожить без чашки. Я прекрасно это понимала. Но пальцы всё равно сжались, словно следовало попросить вернуться и забрать.</p><p>Каан заметил, куда я смотрю. Не сказал, что купит другую. Просто встал рядом, касаясь плечом, и дал мне ещё несколько секунд.</p><p>Мотор загудел сильнее. Мужчина у борта убрал лесенку, цепь скользнула по металлу. Остров начал уходить в сторону; сначала очень медленно, потом я уже не могла найти глазами наш берег.</p><p>— Врач где?</p><p>— В салоне. Всё готово.</p><p>Меня знобило, хотя день был жаркий. Полотенце оказалось толстым, мягким, с вышитым якорем. Я провела по нему пальцами и чуть не заплакала. За месяц отвыкла от вещей, которые не царапают.</p><p>Я попыталась сама завернуть угол за плечо, но мокрые пальцы не слушались. Каан подхватил ткань. На его руке ещё держалась въевшаяся в кожу грязь; на белом остался серый след. Я зачем-то стала тереть его большим пальцем.</p><p>Палуба под ногами едва заметно ходила. Из открытой двери тянуло прохладой, слышалось ровное гудение. Я остановилась на пороге салона, не решаясь перенести ногу через металлическую планку. Мальчишка в форме протянул одноразовые тапочки. Я посмотрела на свои ступни: полоска засохшей крови сбоку, песок под ногтями. Ему, наверное, было всё равно, но мне вдруг стало стыдно.</p><p>— Сначала сядем, — сказал Каан.</p><p>Я разрешила довести себя до дивана. Кожа под голыми бёдрами оказалась холодной; я вздрогнула, вцепилась в край полотенца. Мальчишка присел, поставил тапочки у моих ног носками ко мне. Так обыденно, будто в этом утре всё ещё могло существовать что-нибудь простое.</p><p>В салоне пахло кофе и чистящим средством. Где-то всё это время мыли столы и складывали полотенца, пока я стояла по колено в воде и орала вслед уходящему кораблю. От этой простой мысли стало обидно до глупости.</p><p>Врач усадил меня на диван. Каан отвечал раньше, чем я успевала открыть рот.</p><p>— Сильный жар. Двое суток. Потом слабость, по утрам тошнота.</p><p>— Я могу сама, — сказала я.</p><p>Они оба посмотрели на меня.</p><p>— Конечно, — ответил врач. — Что беспокоит сейчас?</p><p>Я рассказала. Про беременность сказала последней и вполголоса. Словно за соседней дверью могли услышать и отменить.</p><p>Он записал что-то. Сказал, что на берегу меня осмотрят подробнее.</p><p>— А остальных нашли? — спросила я.</p><p>Ручка остановилась.</p><p>— Этим занимаются, — ответил Каан.</p><p>Я смотрела на врача.</p><p>— Селин. Нилюфер с мужем. Пожилая пара. Вы знаете, сколько их было?</p><p>Он перевёл глаза на Каана, и вот это оказалось хуже ответа.</p><p>— Меня вызвали к вам, — сказал он осторожно. — Других сведений у меня нет.</p><p>Я кивнула так, будто получила ответ. Врач закрыл блокнот, но не убрал в сумку. На его колене остался лежать лист с моим именем. Он спросил, могу ли я выпить ещё воды.</p><p>Я взяла стакан. Край стукнул о зубы; пришлось держать второй рукой. Вода была прохладная, без привкуса дыма и листьев. Я сделала слишком большой глоток и закашлялась.</p><p>Каан положил ладонь между лопатками. Погладил один раз. Я подалась под его руку прежде, чем успела подумать, и от этого стало обиднее: мне страшно, я ещё не поняла почему, а тело уже нашло, к кому прижаться.</p><p>— С ней всё будет нормально? — спросил он.</p><p>Врач посмотрел на меня, потом на него.</p><p>— На берегу посмотрят подробнее. Сейчас ей нужен покой.</p><p>— Ей нужен телефон, — сказала я.</p><p>Каан убрал руку.</p><p>— Сейчас доберёмся.</p><p>— Я могу позвонить отсюда?</p><p>Он достал аппарат из кармана. Я смотрела на него с таким голодным интересом, что стало стыдно: чёрный прямоугольник, поцарапанный угол чехла, сухое стекло. Телефон существовал. Не был потерян в воде. Не лежал на дне рядом с остальными вещами.</p><p>— Связь нестабильная, — сказал Каан. — Ближе к берегу будет лучше.</p><p>Я протянула руку. Не до конца, ладонью вверх. Он посмотрел на неё и отдал.</p><p>На экране не было сети. Я развернула телефон, подняла выше, словно от высоты моих пальцев что-то зависело. Каан не мешал. Врач тем временем застегнул сумку, встал и сказал, где будет, если понадобится.</p><p>Я дождалась, пока дверь за ним закроется.</p><p>— Ты знал, что нас найдут сегодня?</p><p>Каан сидел на краю дивана, чуть наклонившись вперёд. Мои голые пальцы почти касались его ноги.</p><p>— Я надеялся.</p></section><section><title><p>Глава 29. Двое</p></title><p>— Это я, — сказала я.</p><p>В трубке что-то стукнуло.</p><p>— Элиф? Ты почему с его телефона? Что происходит? Почему сама не звонила?</p><p>Я повернулась к окну. За стеклом шёл город: аптека, мужчина с пакетами, женщина поправляет ребёнку куртку. Всё стояло на своих местах. У меня одной вещи поменялись местами и не вставали обратно.</p><p>— Откуда у тебя его номер?</p><p>— Его помощник оставил. Сказал, если что-то срочное. Я потом писала тебе… Элиф, ты где?</p><p>— В машине. Еду в больницу.</p><p>— Что с тобой?</p><p>Каан сидел рядом и не пытался забрать телефон. От этого было ещё страшнее. Будто он уже знал весь разговор до конца.</p><p>— Я перезвоню, — сказала я. — Сама. Хорошо? Только дождись.</p><p>Она согласилась не сразу.</p><p>Сначала велела назвать клинику. Я повернулась к Каану, но не успела спросить — он уже произнёс название. Мелис замолчала, записывая. Я слышала, как у неё щёлкает ручка: щёлк, ещё раз, потом быстрый скрип. Она всегда нажимала несколько раз, прежде чем писать.</p><p>— Ты сейчас не одна? — спросила она.</p><p>— Нет.</p><p>Я сказала это, глядя на его руку на сиденье. Он тоже услышал вопрос. Пальцы медленно согнулись, потом разжались.</p><p>— Когда сможешь, набери сама. С любого телефона. Я не уйду от своего, поняла?</p><p>— Поняла.</p><p>Мелис ещё что-то сказала. Про маму, про то, что надо было раньше. Я не разобрала всё: водитель включил поворотник, и ровные щелчки вдруг стали громче голоса. Попрощалась, не дождавшись конца фразы.</p><p>Вернула Каану телефон экраном вниз. Он взял осторожно, словно я отдавала что-нибудь горячее.</p><p>— Она испугалась, — произнёс он.</p><p>— Сейчас?</p><p>Он посмотрел на меня. Я ждала, что пояснит, и уже знала: опять получу слишком мало, чтобы понять, и слишком много, чтобы успокоиться.</p><p>— Ты давно не звонила.</p><p>Я повернулась к стеклу. Палец нащупал шов новой футболки под мышкой. Всё ещё чуть колол ярлык. Я потянула его ногтем, не смогла оторвать и так и держала, пока машина не остановилась.</p><p>В клинике меня знали у двери.</p><p>Элиф-ханым. Сюда, Элиф-ханым. Осторожно.</p><p>Я всю жизнь ходила по больницам, где сначала надо достать удостоверение, потом назвать фамилию, потом повторить, потому что не расслышали. Здесь меня знали заранее. Каан заговорил с женщиной в белом халате вполголоса, не отпуская моей руки.</p><p>Я попробовала высвободить пальцы.</p><p>Застёжка на его часах зацепила тонкую петлю у моего рукава. Я потянула неловко, и петля затрещала. Каан опустил взгляд, осторожно высвободил ткань. Он разжал сразу. Это чуть не заставило меня заплакать — такое маленькое, привычное движение, и я уже ждала, что не разожмёт. За стеклянной стойкой женщина уже держала приготовленные бумаги; сверху стояло моё имя, напечатанное крупнее остальных строк.</p><p>Я искала глазами стул, на который можно сесть без приглашения. Вдоль стены стояли три — одинаковые, с пустыми сиденьями. Никого с пакетами, со скучающим ребёнком, со своей очередью. Только мы. Мне перестало нравиться, как быстро всё получается.</p><p>Женщина за стойкой протянула планшет с бумагами. Каан взял его первым. Я потянулась, и между нами на мгновение повисла белая папка на зажиме.</p><p>— Здесь нужно расписаться, — сказала женщина мне.</p><p>Мне. Я удержала эту маленькую разницу. Каан передал планшет, но оставил ладонь под нижним краем, помогая держать.</p><p>На первой странице стояли фамилия и имя. Ниже — дата рождения. Я проверила машинально и замерла, когда дошла до телефона. Там был незнакомый номер.</p><p>— Это не мой.</p><p>Женщина наклонилась посмотреть.</p><p>— Контакт сопровождающего. Ваш можем внести отдельно.</p><p>Я назвала свой. Потом вспомнила, что сама не знаю, где мой аппарат и можно ли на него сейчас дозвониться. Замолчала посреди цифр.</p><p>Каан не стал заканчивать за меня. Только убрал руку из-под планшета, и он оказался неожиданно тяжёлым. Я поставила на стойку и продиктовала номер до конца.</p><p>Внизу страницы виднелась короткая строка для подписи. Я вынула ручку из зажима. Писала медленно: пальцы плохо держали гладкий корпус, буквы получились крупнее обычного. Женщина перевернула лист. Я придержала за угол.</p><p>— Я сначала прочту.</p><p>Она сразу отступила от стойки на полшага. Никто не возразил. Я всё равно чувствовала себя так, будто задерживаю целый коридор.</p><p>Каан смотрел в сторону стеклянных дверей. За ними стоял тот мужчина с телефоном, которого я видела у причала. Поднял голову, встретился с ним глазами и отошёл подальше. Я перевернула страницу сама.</p><p>В кабинете врач спросила, допускаю ли я беременность. Я кивнула.</p><p>Каан подошёл ближе к кушетке.</p><p>— Можно мы поговорим без сопровождающих?</p><p>Я сказала это, глядя на врача. Но слышала, как за моей спиной замер он.</p><p>— Я буду за дверью, — ответил Каан.</p><p>Вышел.</p><p>Я ждала спора и осталась с приготовленными словами, которые оказалось некуда деть.</p><p>Ручка двери опустилась снаружи, возвращаясь на место. Я смотрела на неё ещё несколько секунд. Врач тем временем села за стол, подвинула к себе карточку и спросила, как ко мне обращаться.</p><p>— Элиф.</p><p>— Хорошо, Элиф. Сейчас выдохнем. Здесь можно не торопиться.</p><p>Я кивнула. Снять обувь оказалось сложнее, чем ответить. Новые тапочки уже лежали возле кушетки, но я всё равно старалась поставить свои ровно, носками под край, чтобы никому не мешали. Наклонилась, и голову повело. Пришлось остаться так на мгновение, держась за колени.</p><p>Врач встала, но не схватила меня. Пододвинула стул. Я села, выпрямилась и вдруг почувствовала злость — на собственную слабость, на её вежливость, на Каана, который, наверное, сразу понял бы, что я сейчас качнусь.</p><p>— Я обычно не такая, — сказала я.</p><p>— Какая?</p><p>Ответа не нашлось. Сильная? Удобная? Та, которой не надо пододвигать стул?</p><p>Я повела плечом, и ткань футболки прилипла к спине. Врач налила воды в бумажный стаканчик, поставила передо мной и вернулась на своё место. Я разглядывала ровный след от дна на столе, пока переставала дышать так быстро.</p></section><section><title><p>Глава 30. Чужой почерк</p></title><p>Мелис приехала с пакетом мандаринов.</p><p>Не с цветами, не с шариками, которыми меня почему-то уже украсили люди из службы Каана. С обыкновенным сетчатым пакетом, который врезался ей в пальцы.</p><p>Она вошла после позднего рейса, в мятой дорожной куртке, остановилась у двери и сказала:</p><p>— Ты худая.</p><p>И я заплакала.</p><p>Потому что это была Мелис. Десять лет за соседним столом. Половина шоколадки прежде, чем я откажусь. Она положила мандарины на подоконник и обняла так, что папка хрустнула между нами.</p><p>Я уткнулась в дорожную куртку. От воротника пахло самолётом, её шампунем и мандариновой кожурой: один плод лопнул в пакете. Мелис попыталась освободить руку, чтобы снять сумку, но я не отпустила.</p><p>— Ну чего ты, — прошептала она, сама уже всхлипывая. — Сейчас я эту дуру сниму.</p><p>Сумка съехала на пол. Мелис села на край кровати, достала из кармана скомканную салфетку, посмотрела на неё и спрятала обратно. Я засмеялась в её плечо. Слёзы потекли ещё быстрее. За всё время на острове я не представляла, что буду так счастлива увидеть чужую плохо упакованную сумку.</p><p>Каан вышел сам.</p><p>Я смотрела, как дверь закрывается за его спиной. Мелис тоже смотрела. Потом опустила глаза на мои колени, увидела красную полосу на запястье и потянулась было взять руку.</p><p>— Это от сумки, — сказала я. — Ремень.</p><p>Она кивнула слишком быстро. Я поняла, что придётся рассказывать и про это, и про всё остальное, объяснять каждую отметину, как объясняют расхождение в суммах человеку, который ещё не видел исходных бумаг.</p><p>— Подожди, — попросила я.</p><p>Мелис убрала руку. Сняла куртку, повесила на спинку кресла, потом огляделась, и я увидела палату её глазами. Цветы, которых я не выбирала. Новая пижама в пакете. Телефон на зарядке возле тумбочки, чистые тапочки, пустая коробка от чего-то дорогого. Всё было так, будто со мной уже давно хорошо обращаются и поэтому нечего задавать лишние вопросы.</p><p>Она подошла к букету, достала открытку. Прочитала, положила обратно.</p><p>— Это от него?</p><p>— Не знаю.</p><p>Мелис посмотрела внимательнее. Я потянула простыню к коленям, хотя не мёрзла.</p><p>— Я здесь тоже пока ничего не знаю.</p><p>Она отодвинула кресло от цветов, поставила возле кровати. Так близко, что наши колени почти соприкоснулись. У неё на ногте откололся лак, и я зачем-то запомнила именно этот отколотый розовый уголок.</p><p>— Рассказывай, — сказала Мелис.</p><p>— Сначала ты.</p><p>Она достала телефон.</p><p>Сообщения начинались на следующий день после шторма.</p><p>«Всё хорошо, решили задержаться».</p><p>Потом — море. Красивое, чужое, без единого лица.</p><p>«Не пугай маму. Я с ней сама».</p><p>Я листала большим пальцем. Фразы могли быть моими. Запятые на месте. Даже дурацкое «не начинай». Кто-то хорошо меня выучил.</p><p>Я подняла глаза на Мелис, но она смотрела в экран. Ждала, пока я дочитаю. Её волосы выбились из резинки и лежали на вороте тёмными тонкими прядями; одну она всё время убирала за ухо, и та сразу возвращалась.</p><p>Я пролистала выше. Вот наше последнее обычное обсуждение — сколько мне хватит солнцезащитного крема. Вот её голосовое, которое я слушала ещё перед посадкой. Моя короткая сердитая реплика, потому что опаздывала. Её смешной стикер. Потом чужие слова, которым придали ту же форму.</p><p>Я нажала на отправленную фотографию моря. Увеличила двумя пальцами, попробовала найти борт или берег. Голубая вода, белая дорожка света. Ничего, по чему можно было бы сказать, откуда её сняли.</p><p>— Ты сохранила голосовые? — спросила я.</p><p>— Всё сохранила.</p><p>— А он тебе говорил, что мы…</p><p>Я не договорила. Мелис ждала. Пришлось поднять глаза.</p><p>— Что мы вместе?</p><p>— Помощник сказал, вы решили побыть вдвоём. Я решила, ты сама расскажешь, когда захочешь.</p><p>На острове я придумывала, как скажу ей про Каана. С чего начну, как она перебьёт, каким голосом спросит, спали ли мы вместе. Я сама краснела от этой воображаемой сцены. А она уже знала. Только знала то, что придумали без нас обеих.</p><p>— Ты не звонила проверить?</p><p>Мелис покраснела.</p><p>— Звонила. Ты не брала. Потом прислала: «Я впервые счастлива, не порть мне это контролем».</p><p>Я перечитала.</p><p>Чтобы моя подруга перестала искать меня, оказалось достаточно сделать ей больно от моего имени.</p><p>Мелис потянулась забрать телефон, но я удержала. Она отдёрнула руку, потом осторожно положила мне на колено.</p><p>— Я должна была…</p><p>— Не надо.</p><p>— Элиф, я могла позвонить твоей матери. Поехать. Спросить ещё раз.</p><p>— А я могла поднять трубку? Могла сама сказать, что всё это не моё?</p><p>Голос стал громким. Мелис замерла. Я посмотрела на её руку у своего колена и увидела, как пальцы медленно убрались на край кровати.</p><p>— Я не на тебя, — сказала я.</p><p>Она кивнула, не вполне поверив. Я придвинула её ладонь обратно. Кожа у неё была холодная после дороги.</p><p>— Я не знала, что мне нельзя тебе ответить, — выговорила я. — Я думала, ты ждёшь. Мама ждёт. Что там все уже…</p><p>Я не хотела произносить «ищут». Слово стояло слишком близко к тому крику на берегу, когда корабль уходил, а я махала руками. Мелис села ко мне ближе, матрас прогнулся под её весом. Мы обе уставились на телефон. Я видела собственное имя над сообщениями и не могла отвести глаза.</p><p>— Я обиделась, — сказала она. — А потом его помощник позвонил. Так вежливо. Сказал, ты наконец отдыхаешь. Я подумала… может, правда лезу.</p><p>— Я не писала этого.</p><p>Она взяла телефон обратно. Смотрела в экран так, будто теперь буквы должны были выстроиться иначе.</p><p>— Ничего?</p><p>— После сообщения с яхты. Больше ничего.</p><p>Мелис долго молчала.</p><p>— Элиф. А заявление?</p><p>— Какое?</p><p>Она подняла на меня глаза.</p><p>— Ты уволилась.</p><p>Заявление прислали курьером.</p><p>Мелис рассказала, как Осман-бей сначала орал, потом к нему приехал человек с папкой. После этого начальник вышел и сказал, что у меня новая жизнь, что люди имеют право уходить и нечего устраивать драму. Мои расчёты закрыли, вещи со стола сложили в коробку.</p></section></body><binary id="cover.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4AAQSkZJRgABAQEAYABgAAD//gA7Q1JFQVRPUjogZ2QtanBlZyB2MS4wICh1c2luZyBJSkcgSlBFRyB2ODApLCBxdWFsaXR5ID0gODUK/9sAQwAFAwQEBAMFBAQEBQUFBgcMCAcHBwcPCwsJDBEPEhIRDxERExYcFxMUGhURERghGBodHR8fHxMXIiQiHiQcHh8e/9sAQwEFBQUHBgcOCAgOHhQRFB4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4e/8AAEQgCgAG4AwEiAAIRAQMRAf/EAB8AAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAABAgMEBQYHCAkKC//EALUQAAIBAwMCBAMFBQQEAAABfQECAwAEEQUSITFBBhNRYQcicRQygZGhCCNCscEVUtHwJDNicoIJChYXGBkaJSYnKCkqNDU2Nzg5OkNERUZHSElKU1RVVldYWVpjZGVmZ2hpanN0dXZ3eHl6g4SFhoeIiYqSk5SVlpeYmZqio6Slpqeoqaqys7S1tre4ubrCw8TFxsfIycrS09TV1tfY2drh4uPk5ebn6Onq8fLz9PX29/j5+v/EAB8BAAMBAQEBAQEBAQEAAAAAAAABAgMEBQYHCAkKC//EALURAAIBAgQEAwQHBQQEAAECdwABAgMRBAUhMQYSQVEHYXETIjKBCBRCkaGxwQkjM1LwFWJy0QoWJDThJfEXGBkaJicoKSo1Njc4OTpDREVGR0hJSlNUVVZXWFlaY2RlZmdoaWpzdHV2d3h5eoKDhIWGh4iJipKTlJWWl5iZmqKjpKWmp6ipqrKztLW2t7i5usLDxMXGx8jJytLT1NXW19jZ2uLj5OXm5+jp6vLz9PX29/j5+v/aAAwDAQACEQMRAD8Azda+P3jbUbuS202S0t2lfEKRIScZx1r03wb8W7uPQ4bvxpp5togdqzQLk59WH8Ir471S/kW4E8SiN0bIxXYfDz4g3enTSWGqK1zYXW1JgyAkLntnp0r18JVpSk41eux8ViIYmEFVpPbc+47DVNJ8W6OL3S7hLq0lXAZe1TeFtFh0wpBEqqgJOcV4uvijWPBfh6WXQ7WwmhvU82ztEYBo1PUt68mvOvBHxG1/xNr1zoM93qUdxqVyHdklOI1HJA9On866a1PkTpqWj2FQx/tbVHDVbn3BDLAT5SyIzjqARmpuK8S8N6Bc+Gr+bxXpWpXV1bGIJcRXdwSZAvoWOAar/FT4m+R4es9Z0bWbqzhlOyVUhDBT/vcgYPpmvJqYZx1ufRQzOLXv6M90bGKYVHoK8J+FHxmlv0tbHXQ90bqQx2t3CvD4/vD+E/XFe1R3DSq6ofm28VnKjKJ0UcZTrJuLPEvjv8S9a8N6hPplpJZ2EBA23BbLtnrgdK8CsfizrVtq7XcviLUvt5lAVVYGIpkdR9M5q3+1rZSWHi5nfUFuXmy8gByYh2H5V4Rp87i+HlZbsT7VtGu4J2PFq4VYmTlN9T3f4rfGvW/EdsukNKqWe0b/AC+rcdzXlTaqTBJ5cuwHjk9awdSaR7x0hQ/SqJaRGIYEHuDXO4qb52bKjaPLc3YdeltZIXt/kkhbcHHU16t4F+NniWx1NJmnjMIGWiIwrmvHU0rU5UDpZSlScAkYzWrJ4ZNrYmW5neBx1bPH0q/7RjS05tyJ5dCo1K2q6n19oXx20/X/AA9cGCJI9ajOFgd8Kx+vpXN+LPjT4gF9p62VggAcJcImCrHuAen415J8NPDPhowSXmsaw8OxMhFJBcY9RXc+CvEHgK0mu4LnT57hbf54Hl5BOOtJ5vCn7yjoX/ZVStGzqHpc3xPkbV7CI28NvA6hrlJWAZM9hW/4p8WeHdT8G33la0kIZduVPOa8K13xx4K1vVYDd6ckDxvgMhyX9jnrVnWvCtrrGmCe01SCzM7AQRE4U56D61x1+JLSThTtY2hkTlBxVS9zzbxjZ2Gk30s1ndm6aUEsx61wmo3kg01XRjGHc4weor2vxR8LtSsNMW8vbhXh2hTL2Ga8u1fTNHk1NNJhkJ2dCvO6vNjmUa1VzqLU6KeClh4qHY4mKe6EuYgcH1NdQuuXcGn29tdSM45wM9M1m65bSWckqyr5Hlr+7XHNZc4nuLSOUqyjtnvXfUjDExTexaikaGqXFvdyCKMtI2MEk96yS9xaXHB2utJBHcOnmxLjDbRg85robDw9fzXAlu48yYHBoc6eHhZvQZp6HazXtk13L5cs2MBT0Aq9pemWcUbSPMguHPI7CoL2aw0yFYI3KO3+sZOgNYV1JfHzLyEL9mj/AFryFCriG9bJj0R0et66bSFxDPFlvlCr1zWHLrBuLPYElkUf6xu4rI02NLzUVeaZYgpz83Stz+0ltppY5o4Xi29Yh96umnhKdGyirsHIzbSWym1CN384Hd+ddHfXtlZQNK0EZcj5ff3rn52jXc9rJGhxv2v1zTbKe0v1ke+DNMqcAHH45rath/aSTeyEmWLW5tVkOoSgROBhFHc1n3c2oXseFlEiucBR1FUJYysgjST92W45zXX6BBYGaDbBIzJ95x0rSbjhVzbjtc5U6TeJEZWgfA6/LWhpthcTSIkamFwcmQnFelSQw7B5piSFEzytZN5dabBAbh5UYdAqjGK46ea1KyfLAr2WlxdB1u/0MwmHUyFQ52jofWm6v4hv7u9k1C3ndpj1JauY1G7jlcrZHnqwqJZTdWRSDy4cnDHPNdvtK9SK5pPQ4Vg6Kk5curPQPCnjC8tt6ay5liP3STkiuz07xDpWoukdvcpvI6E14PJc2luW3ymWb1ByKrW+rTWt4twkxJVgRzX1OW8R4rDWhPWJ8/j+GMPiG5w0Z9JtUEorz7RfiLFcW6JPtEigDd2NdwdRtTYJe7/3TDJ9q+9wmbYbEx5oS2PhcVleIwk+WpEkIph5NZEWs3FxfiOG0LQOMo2etWbPVLO6uGt1lCzr1QnmuqljqNR2TE8HVirtGk7kxBBxXVeHNM0v+zlurtipc55auWt1TzkMn3c810GqXdtdmOzsjx0AqcWnJcqIozVN8zVz0DVZNE1vQlsxNHtXGMdQawfB/gyR9YFxOAYUYbcjG73qjpejxGeC3e52Sq25hjG72r27w5BbpDHu2qqgDJNfNYzESwVNxg73PqsBhYZlNTqqzRW1PQkm0tofKCgrtGO1YOh2Q01PsyktjuetdDqXxF8HQz3li+uWguLZd0ieYMgV5rD8XPA+qambK31ExTu+1RIu3PpXg0MW5JwbPpsRQowalA9P0q6hgjeM4Bzk1X1DVYlbcpGP51yV1PKzBomBQjIIPWsTxDqdxbWTsp3EDPNdVPCRlUWpz1se6dPVHpOmaxbGQO8qj0BrA+I2v20tnJb+cnzoV+8OSa8c1Dxbcx2ihJcSZycVzN3rdzdybpZpHHoWJr2KOSpVFNvY8Ovn8qtJ04R3Kd/b/wCmy5GPmrsvhxOsGoxLLAGHqRnFcrBG91MSOrGuo0ywmsNjm4CqPTivbxNvZcnc8Km5c6mlse6aTfRSqpAUfSivMdN8YQ2xW3L5C0V8rUy2q5aRPr6WeUFHVny9Bp92VlmuIVGQdm/uazbm51GB9ksYVM4+UVZabUNWQTKzMo+9z0FSN5VqPOml3bfurnqa/PY4hxfvb9j3lSk/Q6jw54qm0oefcSGWcqUjV2JG2sa08QPZ6rc39mWtbrcSHQ8jPWsg3VrcyKFAkZc7QfWrUsVtHE8lwQHKZyvJFbrG1H8bZh9Rgk3FG/c+O/FN1pMWkXutXT6eCSULnnp1x1qG58Q3tzpQ0u+1CUWQOUiLcYrlJIDNGXhkV0UE9agne5ulwsTvt9sYrb2kpbyHTocqtY7PQNWuNG2T6ZfSj+4gbkH19q9D8OfGTxxpGnu8uoMUK4Hmjc31B715BoelzokzXa+Uu3q3atCW9sJQmnm4DMAcOTkGuOpiJfDGVzohSUOhb1zxUPEF3c3OvB7h5GL78/MzVoeGD4UaJTFZtGhXdIxwW/CuOfQriZ/k2RqQSNx5Ndj4EOj6TAZrsm5uMYMf8PFZ1/ZqHuyZ0U1d6lyHw3ompxS3sF4beM9iMEAVha1J4a0yYQW1o9xLH92U9G96k8Ua7/a8kqWcXkbRzGvCkelc42iXm2Kdp0kGM7FfJrGjCUnepPToinFRfuo25vE1vdW8AMvkNFyQnGfrStr1zeIYTZRFcgncOlcc9tdx3nywyKB1OOKme6ZNMcsT5vmffHFdCwVP7BSk3udVPeLGssrOISwwuT3rnF1O9guGuHkKoeMHuKy59UeWAROuSOjd61/D6xaxiyuroQvxtYjgD610Qouim5aoF7zsNv7hEt4pkjUs7Zyvb0rtPBviCZ7Qw6iZCAuIiRz+FafixPD/AIf0Sy0nS7SCe+iQNcXLDJY1zuh+KjZ6kJVtLWRB2fHyn2rz6sI4iDjGJuo8krXO/wDEms+MbzwEtp5E8tizbVZznNeL3Jv7bWVvZYWgMYz8vbFe8eFfiJY6npz2GoxxRxE9FHyqfUVyniqy0q5EyaWwnU5LF+uaxpxjQ92SOirCMo3TOClvLDXbTfeSYuicBieWNZ+uMLBFsmZZyFG3A6Z7VFr2jyWVwJLc553YHauk8Ky6XqzW6X9s7XaOMbFzXRVksPDnjrE41FN2Mew/saCSFDEUlA3ZY8E0611GSWK8kjmkYBsnnqK6S+8OWF/r81tIzwnGfNIwqimSeCIbexRorsXMAfDY4LiuR4yhLWb1ZLg+hxVvqXlmbUJ4RJvG2IHnB9abNf6qfJEsTvDJg7AuARWle2umrqTyjTJo7eFsFM5U1D4okuQ/21H8uIriNf7q16MZwm0ktwSNG8ubOygMcemQtLMANvXHHFY02kzeast1/ocec7GNY9pPcfa1nachlOQxPQ1Pqmoz3WHeTLA5zW1PDzp6R6g0W5NLme4WOznE5c454P41QubaWyvBHKw4OCUOeKbCbxT5yb1z3qSO7yjxTKQrnJ9q6UpR6k2NNrQmWIWaPNbcFgO3tWwzJFcxqTJDAF/1a9SfSoNBvLf+zfsNsQJiMs5OOfatSOQwr51yiK0QAy3Q15WJqS57SNEirrGpu0ypCMoqEsM9q5bV7ySecBgAFGABXRQibVZricFYo1U5kXvWM2jzXOoPFBIHIGTk9q6MK6VOPK9ylIrW1rd+T5kUTOJOAw7VsJoNxcW8YtWCjB3ueBnNa9lcR6FbGAqodsA5FNvvEdmirFHAGJPb1qa2LnLSnElxT2OVTRL+S5eMIDtOC5PFbFlpNvbWzTXUId+gA7e9WFune5aSUZiGOc96iuLwSyARygYOQKxq4irL3ULkK9xp9uIluBBJGzHGF4Fbmma3c6SjxAMYduMSHNYzahL/ABI5qD+0EuGZGU8+/SrpYnEQ2diJ4enUVpq5ej8WXQIigmdYx3HanaTr8P215pg5cPkuDyaqraTNpvl+S6Wt04MbAZ3lCR9ONx7H2qOWaG0RbaG1JXOZCRkkgc5rup5pWg1yNto5p5ZQkmkrHoOs+MFks8WblAEBG481N4R8f2ciCS7ZoZ4xw3rXIaB4S8WeLbc3eh6BfX9qrmMvFEdm/AO3d0BwR+ddHYfBL4nzxeZLocNnGGCnzbqPKkkdQpJxyMnHFdK42qYao5VqsfRtI4ZcK0KkOWMX6no8fxD0kNDfyTDzRz8p5asvxJ8bNRvNMuLK1eS3jBHlyRnDAU2y/Zn8XT7GvNc0e09PKaSU4/75A/Wup079mG02gan4vuZR/EsFmsf6lj/KvEzjxIwFaPI6sV6XZ15dwpLDScrtnzpquuNPO9zI8plPO7Odx96qy3n9qus63LPdqOp4wB0r650/9m74dw7ftg1W/VeqyXIQH/vhRXmX7WHgXwd4E8K6JL4X0aLT7q5vmDzCR3dkVDwSxPHzV4uVcY5di8THC0buUup7FbKakI8xxXw2+IWv6TdnSpb6SSC4+VTMc7B6g/nXT3Os+KZ9SSbSItSvrMziMoIXk357jj1/nXtHwH0G20j4b6DMbK38x7SKaWdYY/MZnyxDEjOBkc+/bFeqNEHwD/CcjjvXmZj4oSy+u6VOndxbV79iXw1GstXoz5kn8D+Nr1Q8Hh26AP8Az1ZYyP8Avoir+l/CLxrcSD7QNOtEIBzJc7j9PlB5r6PAxUH2aJJPMiRY3LbmIXluMc/p+VebX8as3qK0Ixj8rkUuCcDT+JtnkNt8K59L024v9Q1qLNvE0uyKEkHaCepI9PSuKu/EKyI0Sxg+5Ne++OZAngbXFLiMrp85LEEhf3Z5r4x8K6tcXP7qbyy6k/Mnev0vww4tx2e+0lj53aeh85xRkNHBQTwysup3aXG6TINFVrYgAFiAPU0V+5qyR+cOnqearcSw6FILURJbg8AdTXI396ZpsoMKOnNa+q6yFsvs9pGsMW44APNZGmabPqVzsYFFIzkivwnDRVNOdQ/ZEriQRXs2J4rdyp6Mi1du0vViSV4XUEYwevFdDp8DWipCt0nlhcBV61DcTRQjaZ/MYfw96x/tBudoop0os5hre7RPNWGRFPeuk0C7e2tGDsGkI3EkY2imRajeXcyqBtg7EjGKdPc6cHZXlJZe/QGitiJVVyyiT7NLYrXmsvdLMpndV3dqq2FgsoS5eXpkkL1q5eQwCCJbW2VtzdqZdSi3lSNsocfdA5FawqQULRViHCRPPqz+VtUDzOg74qL7fdxR7JFwrL1WqsUIiuvtO8MD0XvRNqWGSIwhcHJB71ooQb91aDSktWX7HVDFDtNuWB64FWYb2O4lhEIa3RDk4rMuL2VcwRTho37gcis9NTuLaQlTk4xnNJ4bmZVz0GDXAW3eVbyJ9zDr14xk1j32nadqlq/2YIkzMdoVuM1z9vrMU1zGb6M7VGCY+Ku20KPdK+jSSyo5JKZ5zXPHCSpbaDVgv/BGq29ssyATHGX2/wAPp/WsSISWcskTAlgRnHYit25129sD5PnTKd2XVj19qa/iN5J9q2FvJAwzJleSfrXZCVdK07Mb5UrmzJpup3+h/wBqW6POY49sg9K5yOzijKfbHkV2GSpFeofCvxFbRR3KX+6Ky8hlWPHDMelcX4k0i+n+0XSLG8aMTGynkD0xWUaq5+VaGk4+4pGWk0dnabba6LszcADpTpdU1XT5VaQKcjJAOaqaDYahdWs6pCGER4yOSfar9ppeofZnkulSIqMrvPzOat8nM72ZlqtzWl1yBLeGa9tQknl/LuXg1naP4rNm0xSOJXZuWUVzWqX1zNMBO7MVzjcaos25icAfStYYOm469Qu1seoaZqVzcXP2yVXeBzhcLnPtVHxDf3090LGIvYxOeM8ce9c1pmuXdrBBb2srIA3IzWzPdT3N2i3yqYgu7f6/WvMlgVTqc7Wg+YgkWZIWt3v1OD8r9s+tMAvrzUAssCzQsg3HHAGO1GszQzhWtYh5WMFUHU1BHe3KRJJbSski5yOmR6H1oipWvGw1G5bn0aCFfOs7QyESMp3AgZAUnqOcZrP0rT9JnnhgmmYl3zI+dqpiuwvfC/inVfCmmajo9rLez3TyebBaxbpE3fdztGeRG2AenoNwzxOraN4g0i5m0/V7OWzltlDSRTqYyN23A56khgfpV4Wsqi5faa9ip0pK2hoa1eaRGY4oZ3YRvj5Bxt9axNUmTUrkyafZlY4xg4OSfc16bpv7Pvj/AFRoRJHpdiHRCPMugxwwyCQm4ge9dh4U/Zt8Qabq27UfEVrDAmA0ltbtOGztIGMqRnJ6j+E+1clTPstwqvKsrrpubU8HVmrpHhGkeU0/2m53Q7RzgYzW9Pd20VikLZkVzn5x617f8QPgl4Z0LwRf+JrvXr6drUIAIokEZJkVC2Mnd1JxuH1rnfgD4O8J+OtV1m11a188wQxfY1aR8qzB9z/JjIyo68DIHU88E88wlfDyxcW3CO+n9dylg58/Izyi+na10kRW8gwT0XqTSaLHfQQCRVZpnGDgEkivs+0+GnhXR9dhEPhLR3sJGC7pI/NMZCDA+fJyWzzz+FdiLSxs7mNINPtrOJV270iVQQWwFAXpk4r5rEcd4aklGnTcr+a/4J2wyxv4mfnvr9nfrOhvra4thIu+MSxMhZemRnqOKn8O2v2ZpJZovMWRwiDGSSc9K9Y/bQ1NYfiTYWkjtMIdKiwD3PmSHJ4968b+3LLZmXftfjaMZ719rg8RUxeEhVStzK5x1KfJNo9d8P8Awc8QeKbXTdVtL7SrKy1JW8lZHcvhSwJIVTgfL1z3HrXYab+zKYWaS98WYYnYFtrIMeTjOTIOP146V658HtPnsPhp4et7tUN4LOJlw+4ouxQBggcYIJHqT6iuv08StbBrlQshYkjOe+a/K814vx9CtOnRkkk2ttXqetSwNJxUmjxyw/Zu8FCFDqN/rF1J3Hmxov8A46pP61p2nwI+G+nsQvhuSb7uBLeudxyc8FuAcc9eOnevWQA8gbdkqMFcdKbcRxSyAtCN8ZBVyvIIz0P4n86+elxVmlS/NVdvLT8jr+qUl9k5PU/D3hbQfCOrWenaDp9jCllcSKIrVQM+WcsD69K/P+9nuhMvliRLZ2ZI5GU7W4AYZPtj8xX6J+NtQk0rw3f6gkUsgt7SaQhIw3RCedwIx9QR/I/nZ4g8Rahq9rbRXl3LNFZtIIIWI2whiCQuAMA1+i+HdaviKNWpUbd2tWzzcfTjFpJH2V+x3bG1+EXmblYTalNINp/2I1/9lr2bOa8l/ZJEQ+CeijO2SZ55ME43YmdeO5xgfmK9cIxX5rxZOUs3rc3dnqYVfukIxRewX37UCjg/KRkEYNQ3V5aWsZkubmKCMdXkcKPzNfP06VSq7Qi2btpbslkZx/qxn19q+Zf24ReXkvg/TMoxluJyoVSDn92uCc+9e3at8SvAWl5N54u0VMdQt2rsP+Ark14b8SPFvhb4k/Gv4e2Hh7UhqVta3mbhlidAPnRjjcBnhDX3fBuXYvCY5YmrSajFSd2n2ZxYupCULJn0loVium6NZ6eoAW2gSFcHOQqgD+VXAaWjFfDYqq6laUn1bO2KskhaQmlpDXOUct8WTt+F3ih+uNKuMD38tq/P3wxrEum3SMq7kB5Ge1ffPxufyvhF4qfGf+JZMv5rj+tfnVbRySSYjyWzX7x4XVp0MDOpB6836Hzmd0oVrQmtLHuQ8U6WbWBhlvMIypHK0V5U901skK7yDxn3or9dfFOYPax8UuHMKu5PZQJbweZPGszuM4H8NX4LnbD5jsVzwAg4x6VrzXWj2sDQKEhnfnOM4rP1e6hW0jXTxC5IwT2r5CU51t1ufQKxgX2ozx3RaIKoxwRQLvySgljwxGSc8k0+1tCiS3dzbDy+cZYVSxDeTsTMIx7jmu+EIWtYdy1/aszN8oARTnA4zVee8t5JS724GewNVpkMEzRBw2O46GnJaS+St1JExgLlN2OCQASM/iK3VGEXcDQ0S8SG5yxYkfdAq9eTybJbsjBbgFhyKNPXT476FmtxECf4u4q54gKtfSiBEELD5MdAK5Jxi53sC10OejvmMitcMWOeuauPeWj+ZtVX3jC7utU75Y9kW4nCnDbBg4rPkdPOLRoQvYE810qMGropwZt27S2So42TMw+ULzWRM8jSuZfvE5NX7B3uiI4Y5TOPu7AST+FXNR8MeJ4rCfU5tD1OOyj2mS5e2cRrkgDLEY5JApqvTjpJ2YvZyMWJGcrtwMnHJroNIsp7Gdbr+0Eh28jY9bHgf4XeKfGPnnw9ZicW+zzmlmSMIWzj7x56HpXodl+zR46uYi9xf6RabTjb5zMT+S4/WvLxue4Gg+SrVUWjSGGqyV4xPN7xNPvkaV42ldf4umazZoh9qR5D5VvznbX0ToP7L4hUHUPGcrEj5kt7PH6s3P5V5b8YNC0jwX4xufCVtJJdLBHHL590w3lmVWK8AAD0+vWuDL+IsFjazo4apzta9TWeDnBXmrGFZahpjWL28F00eTgBlrOmfVNLvMRO8rL97ByuPf2/xr2D9mfQPB/irxBfXNzof2mK3tjJJHPH5iIS+ERTnngdcZJzX09pfhvw/p202Gh6basBjMVqi/yFeHnfGNDKa7oum3I6sPl8qsea58XaHqd9dPCkWj3E00mRiCFiSxHUADn/AD61t+IPhZ481LT4ri00ubZuYyeewiMSqAcnfjt/KvsBoommLGCLeOAdvYHj9RVXxFb3F5pOo2NuCs8lnIsBfmN2ZCBkemSOvrXzcOPqlWvFUqVrvW7udMstUY3mz8/bnwlqTlpS0MgCGR9sgJUbscgHI57fSqdu1hFdrbtaEp/E7jBJrSstV1a11kXl6xhjEjBuNu75jk4HXkEe3SoNV1W21BJpGjRpC3AIxX6vRq1npPVHiTilsV4bLSb3UCYrgxRL8xUirWuxOsJ8gFEdcID396pGxubiMQwwGFSMmQdKm1O5awhS2jlMrKvLkZp1eZyTi7kJH0x+zv4B8M3Xw40TUr3w3p+oaldmd53uGYlkErp90/KABs7c8969e/4RDw5aQrHpWiaVbOJdzNHYoCVByRnb05Iz6fSsb9nq2aD4O+HWdUDy25kOOT8zMeffmu7nAdArDKk4x2/Ed6/As/znFPMKsVNpKT66H1eGoxVOLsVI91nBHFHbHyFG1NhwBgcDn6etfEX7SN5Le/GHW4P7T8xftSQxwFmO3Cqp46ds/jX3NOE8t1m8sR+Xli/QCvgDxpAdZ/aFvoDMkpuNfMW5AcZ8/aOCTx+PTFfTeHjlOrWrSe0Tnx60ivM+77HS7YaZBZ3scU80BVmzltrg5BGeVwenpirkNptmmk8+VvMIIV2yEAGMAdvX8fYVZRTsXLKcADhcUkqynb5MojwwLZXOR3HXjjPNfnOJxU6laXvdX+Z6EV7qPI/2o5xofwQ1CCH5oHMcGxwGLEyKdxJB54Jrz/8AYWtJ20/xLqCRwgs8MccrrlgQHJUD0OR37dK6j9teOX/hVdrtuG2SapGhjxwSUkOc/h0qv+xHpzwfDrU7kzsUl1IhVGMDbGv553d/T61+jYeXsuEZzb1lL9UefJXxaR7xDCwKtLJ5rqeDjAH0HbjippdyqCoBOe5wKVac/Nflam5Suz0z4b/a2ivL7403iyspaO1gUEDAwUDdDz/F/OvMtB0ebUNb0/TY1Ltd3UcC4GeWbA+vWu+/adupLv43+IsS48uSKP8AKFB/SqXwG0eS9+MfhiHzgwF2s7YGcCMF/wD2Wv6XwNR4bKYSf2YX/A+aqR5qzXmfeWnadFY2KwRgDKAFuucDA657ACp41BByM85HPvTosrGqlixAwWPenV/N1etKpWlJ9WfSJaEDQ73IJK/KNuO2O/pUsZJXJGOT3p7Ugz3OaylJtWYzB+If/IieIS3+r/sm63ev+rP/ANevzSflmHvX6W/Ek7fh34jOM40q5P8A5CavzS6SE+9ftXhl/uVX1X5HjZl8aP0D/Z2tZrX4G+F44FiLm2aT95wAGdmA/MivRnQmQsZHwR93PTrzXLfBq2+zfCjwtESSf7Ktyc+6A/1rra/K+IK/PmNb/E/zPVoRtTRFcFEgeR+iKSfTFfmLr2sajqOpXMl3eTzbpGP7yQt396/S3xRcfZPDGq3R6Q2U0mfohNfmKiF7lyW/iJ6V+l+F9OMqVeo11X6nmZnK0ojP3g7kfjXsn7HenNf/ABqspyCyWNrPOx9MoUH6uK8dlGZD7V9H/sMaDBe+I9f1a4jV/skEUUeezOxOf/HK+74krrD5VXm/5X+OhxYZc9VI+vcUtNz8wHHPqah1S4Wy0u7vXOFt4HlJ9Aqk1/MdKk6tRQXVn0jdlcNKu01CxivIlxHKu5ec1YxXMfCiV5Phx4eldgxfToH/ADQGuoFa47DrD4mdJdG0EXdJnDfH1xF8G/FLMeDYOp/EgV+f1gIA+FHz9j619+/tDnHwV8UtjpZf+zrX55NO28lRjNftHhrDmyyf+L9EeFmr/eJHTQadC1yJHxIG6IOpPpRWCt1MqgBnBByDiivvvq9T+Y8g3LfQpr0QywTGcyHMjHsKj8RokbrFbpmGL5N/qa0/BNpLceXHa3siuTiWPttpPHsV5ZzrbzR+QoyEUDGRnrSVR/WOQhnKpPIo2tIxUdieKmlmtGiRY4ArL1Y96pvzinTRtCwVxyRmvR93qVYnsrea+voLO2TfPPIsca5xuYkAD8zXs2ifs3/EK9kWK5m0mz2nLxyXe7Zn2QN6VwXwgsobj4j6FDcxzb21C3EYGAA3mr97rkYz+lfoXHFgBUeURx8KD1Pryef/ANVfAcZ8T18olCFBL3r7nqYLBxrJuR8xyfs0668sL3niGwlQcMY4mwij0JIBPYCt3/hQPhbQ9LvdZv8AX9VufsFvLKwVEiB2KSePmOOK97htI1umuWO6QpsBxggZz/h+Vcl8afJtvhh4nu9uxhpc6kgnkFSOexwSevvXweD4uzLGYqnQlUspNLRd2ejPBUYRcrHyZ8KLDQPEPxP03w/qkEU2lvO/nI0rbpP3bbFJBDAhsdMc8c19N6d8L/h/oKQXsvg3T8RswAa1aYjJBBcMXxtxjPvz3r5i/ZKslv8A42aWWiV/syS3HKbsYQjjng5IIPYivu5vmIxXs8c5pXwGKhRpTaTjrZ26meAoxnTba6mZo9hpFv5dxo9nYQQ7SB9mhVRzjptwMde3pXnP7WV0bX4Iavz/AK6WCPqBx5qsf/Qa9VkhYW0yIWZnB25JG0kdAw5H9K8M/a1E5+F9nb3l2YYLrUIFfcM7FCSMS2AWJBC57dK+U4anPFZtRbne0uvlqdOJhFUnZGV+w0ryeGvEN3ISfMuoYxk5xtRj/wCzV9F+UqrtQ7VJBwAMZz/Wvnj9hx5R4H1KN7ZxFLqDlZQeMrGmQR17ivodqXG8n/bNRLy/IeC/goUCvgj9qW8eb45a/wDNnyzDH+UKCvvVmxG3sM1+efxzEl/8XPE94mCjak8Yywz1wOOvavoPDKCeLrVH0j+pz5m700j6T/Yx054vh/daoIIYhcXjIp24Z0UDGW6kBi+Px9q93y4kUYK8E5AyD07j6/zrh/gR4fl8L/DLRtFuyiXX2YXLQfxx+Z87BvcMxH4V3LjPI4OMA45HT/Cvk+KcUsRmtaa2v+R14SFqSFB3en4GsH4g3keneAvEF9LIYxDps7BgeQfKbBH44roErgv2hJBF8HPExZwgktBHyMj5pEXp688Ht1rgyWKq5hRg9nJfmXX0ptn5/TXUlxcSTZKqThVzwAOBWtp99HcILaeJWb+Htz2qhcWrCaQOpRmb5QmNo9en4VFcqkEoEUwkAGdw4wa/qWMITgoo+RqO8jrjquoLaJarAkkA+VlXqDWfPKm4CKOJ1H4nPfNYtlc3CShIGcyOQABVp7a6FwzqpAONwxXDOgqbs2EEfoH8JIhD8MPDKrjB0yA/iYwT/OuqQjNYXgG2ez8GaPaSEEw2UK8Dj/VrW7x2Oa/mbNqiljasl1k/zPr6StTihswywPtivg3wi8eq/tF2rSrlp/EvmHn/AKeM195SttUtjOAT+Ar4b+BEB1D46aPcvjzXvnnbAwMhXc/TpX3nAcuTB4up2X6M4cdrKCPudOEAoHNOXmgcV+Yzl7z9T0UtD55/bmu0i8CaHaM2DLqDSD6LGR/7OK2/2NYGi+DqSHpcX80i/T5V/wDZa439vK5hW08KW0nPz3L/AKRYr0n9lS3WD4H6GR/y085+n/TV/wDCv0/G3p8H0l/NL9WedD3sWz1MUpGKRevanNX5hSV5pHot2R+dvx8uRcfGXxXIXYAalKgweoVtv9K739jHS5Ln4pNeFC32PTpZV69X2oP/AEM15l8UZBcfEvxHcE7t+qXJB9vMavoL9h7SzHP4j1NlBHlQQqSD/EWYj8gv6V/RefV/qmQzt0gl99kfPUFzV/mfToXAps+4W0jJkOFO0gZIP06U8HNVtVlW30y6uncIkMTSMSewGT+gr+eMPF1KsYrq0fQS0jczfAupHVvD63zOX8y4uMEnkATPge2F2/pW2p56dya4f4Es8vwr0Ccqv760Ej4GCGLE/rkV2wFdmc0vYY2pT7NipPmgmYXxN4+G/iU+mlXP/opq/NeEK0pVhnJr9Jviarv8OPEqRoXY6Vc4A6n901fm1ajdfondpAo/Ov1vw0f+wVfX9Dycy+NH6W+AIfs3gfQ7bGPK0+BPyjWtyq+mRCHT7eIdI4lUfgBU+a/HMwm6mKqSfVs9amrQSOb+Kk3kfDLxPNnG3Srn/wBFNX5z21rbSO7MWLDkAcZr9A/2gJ/s3wY8Uy9M2DJn/eIX+tfnyLrbkwgo3qa/ZPDWDjl85LrL9Dxszf7xIrv+5kYGM7WGPmFfYf7DelG0+H2r6o6bWvL/AGKfUIg/qxr5DsfNe4LysSe1fef7M1h9g+DGiZGHuBLO31aRsH8gK9HxBxXssplTX2ml+pnl0b1j0wcMG7joa5H413x074TeJrtW2Munyxqcd3Gwfqwrrq8k/a51JtP+CmoRqcG9uILb/wAfD/yQ1+NcN0fb5pQh/eX5nt4jSnJnbfC6Hyfhv4bj3ZA0u2xx/wBMlrplrE8BRBPA2gRgAbdMt1I9D5S1uAYrkzaXNjqr/vP8yqfwI88/aPOPgf4p/wCvRf8A0Ylfn5b+QY/nXLZ9a/QH9pQ4+B/ijjrbKP8AyIlfnxbS+S5bYGOeM9q/ZvDVXyuf+L9EeJmmtU7O2WCS0ikW3jIK7QpHIorlrbUJ0uN3nNHkYyO1Ffbyws7nlHs3gPxL4f8AD1rBe2OnwSSSHa5kIJArD+JEsPijUJb22uIWKkAKDjPWuAWC7kk+zWXzK7blC84+tdBZeHXtpluLt/LlUfLCx5J96zkoUZOTlqDqOSs9ivZrpmlw+TNbCe5z9/PA9qoXU1jNqaTuWRk/gxwBVXV7mQXrqjKCpxkVTmk8xhGVKv8AxE+tbwpP4m9wR678GLW21r4neHI7U7ZIrkPPt5yq/MGGQRxgfpxX3In+rFfCv7K0NtdfGnR4sMHiE0gOMjAhf8c5xivuoYxivxnxHusXSp+X6n0OWfw36jdgZgxUZXODjkV59+0bdCy+CfiaQn71usWPXdIq/wAia9ESvIf2vrprf4HamoOPOuII/wDx8H+lfKcN0/a5th4f3l+Z14n3aUmeJ/sUWqS/E2+uETeY9LkGPrIgr7HBr5I/YNh3+J/EVxjmOyjjB/3nz/7LX1zivf8AEao3m3L2S/zMcvX7oZbrtjxt2gsTjOepzXzl+3jI6+EdAwzYe8fK7jjheOOmfmPPWvpAV8w/t9TkaX4VtgOGmuWzn0EX+NcfAac88pP1/IvGO1JnU/sX3EC/CuXe6pJNfyMIwu1QAEXK56jgZ5PPpXuEkjKygJlT39DkcdPTP5e9eU/spWEC/AfRBNCriYzud3/XZsH9BXqMqSGMQrgA9W34IwR049M/56ZcVTjVzis+zf4FYZWpIsE18KPdaPq/xitkOlR6jc3HiORGt5QViaMzZXdj72Sx79FxX3MIo7a1k+dz/FlmJOAPf6V8U/s6aDN4x+M6y3jtJZ2SzzupYjAO4BRzwN75/E19HwJOFDDYvESekV+jOXG6yjE+0IY3KRhY/KUA5jWX7p4wOnp+VXCKI1SNAiKFQDAAGAKbIcMPmxmvzjEVfa1Gz0I6Kw8V5b+1NqSaf8Hr9HVWN3cQ26hs4zu39j6Ia9RFeD/tsXRT4b6ZZKqn7RqQJZmxt2xuePfmva4Sw/t83oxfR3+4xxUuWjI+cdBgTVHEMSxR3S85f7oFbF14Ct18u4uri2MzgkrC3WuL8H3UsV+EO58jB2jkivTr3wzqtwLK7ju0topU+67cgetfvmKdSjU92VkfNRhz9DhLDwfqVproVkCKPmw3ULU1+YkvRECNpYKcc5Jrsb2bTtNu5YnvvtN0IyhkbniuLiVrvxTp9tGoCS3cSLgerjmueGJniG5T6IqMEnZH6BaYjJaRxGIRrGoRBuzlQMA+2fSrEh2JnGeQKbDvMg2BSgUDcD35pJy0n7tAy4wS2O3t/jX86Yr3q8n5n1EPhSKvia4+xeG9TvOnkWksmfTCE/0r4n/ZMaS/+OeltJ92JLhz/wB+mH9a+wviwwi+GXiZ26DSrn8/LbH64r5N/YssnPxfklJ/1WnTNn0JKr/Wv0rhCKhkOMqdbP8AJ/5nn4t3rwR9s0KPlx6UUKa/KXqz1EfJf7dV1Evibw5ay/MEs5Jf++n2/wDsle6/s+W62/wY8MIihQ1n5nH+0xb+tfOf7csqy/E/S4WP+q0xBj6ySGvqP4UW4tvhn4ahC7dul2//AKLU1+qcRKNLhjCw7/8AB/zPLw6viZs6VcghTzwcf4U9m2ozsCABk0mwEqx6qcj9f8ag1ckaVeFZUiIgc72OAvHU+1fmuESlXgvNHoz0iz827y+tNW8aTT6tM1tZz3btLNGm5kDMSeOp5P1+vAr63/YytJYvh9e3zW8aQ3l48qSqArMfukD0UbeOO5+g+PdUjsLSZFKvdXLBzcCQFEUn7u0g5Ixhufbj1+/PgFpUGj/CDw7Z284niNsZkkClQ4kZpAcHkcMK/cOP8QqGTqEftNI8XAx5qt+x3gWuK+OM6WXwm8SXjk5SwlRMMRhnG1Tx7kV2q968j/a7v/sPwP1OPODeTwW4/wC+w/8AJDX5BwzSdbNKMF1kvzPXxDtSkzq/ghEI/hF4WA76ZCfzXP8AWuwxXLfCNQvwu8Lgf9Am27f9M1P9a6vtWGePmzGs/wC8/wAx0dKaRy3xaDj4X+JynX+y7jn/ALZtX59+GtN+0+J9OR+Wnuo0C49XA/rX6B/F19nwr8UtjppVwf8AyG1fBXwukuNR+JPhfT2lcRHVYMKD0JkXJ/HA/Kv1Xw8usrrSXd/keXmCvVSP0cThcUopBTl71+N4iV60n5nsR+E8v/aqn8j4E+IP+mnkR/nKv9Aa+EbMzKof7ONnqRivtr9safyvg1PGOs19DGPzLf8AstfFKyK0AWWQqSccV+7eHkOXKL95P9D5/MXeqTJ+8ZZMAEsM4Ffov4C00aT4J0PTQu029hDGw/2ggz+ua/PXwho327xdpWliUu15ewwjH+04X+tfpKABgAYAGAPQV4vibXtRo0l1bf3WOnK4/FIWvnf9um/8rwV4f00Hm51FpfwjTH/tQV9EV8kft3X/AJvivwzpWeILV5ivoXcD/wBkr5LgCh7XOIPsm/wOzHStSZ9S+Fk8nwzpcQGNlnEuPTCCtTNUtEUJpFonpAgz/wABFXK+Xx7viaj82dNNe6jzj9pllHwP8TZOMwIP/IqV+eo5BPvX6CftQtj4F+Jf+uMf/o5K/PxSNuK/b/DRf8Jcn/ef5I8PM/4pLBC08ojTAJ7mitO/tdOitYmt5JJZGUEnsPaiv0KM1JHlcyNSzS/0O5j1FoiYSc/L901fubp9RvH1iWdV+UlYwcF/YVg/29qElulrJOTAvGz29KsaRDDdXkkcd0Vbb+6BHUmvOqUHfnnuSkYeozPJdPJwNxzgVPBbgL9ouXwWGVGOTWlqnhLV7SYCWIYIznPAFVXWUSC1aNJJFGFOc4FdMa0ZRXI7lnqv7HUP2r40wybQphsppBgewX/2avt4mvjj9ieyZviPq1xLGMRaUygkZwTNEMj39K+xA2eMY9+1fiPiRNSzOKXSKPoctX7q5NFyoPqK8N/bcn8v4RW8H/PbU4x+SSGvcUOc8jg44Oa+c/28rnZ4K8P2v/PW+kk/75TH/s1eLwXTU87op9/0OjG/wWZH7BNqDD4ruuQxe2QEen7w19S184/sHw7fBOv3W3/WX6IP+Ax5/wDZq+ja04+m5Z1Uv0t+SFgdKKQtfKH7eM/mat4XtM8LBNJj6so/pX1eK+Pf26ZjJ490S2VwDFpoPX1lf/Cunw7g5Zwmuif5E492pH0B+zrZrafBbwxGEKk2Qc56nczP/wCzV3xUbgxUEjocciud+E8H2f4Z+GYcEbdJtuD/ANcxXSke9fO55W58yrS/vP8AM3oK1OJm+Kp/s3hjVLjOPKs5ZP8AvlCa+df2JvD5RvEHiOReJAltFnpySz/yT8693+Ks/wBl+GXiefONul3HPofLIH864v8AZQsIrT4OWN0gUPfzyzyYHQg+Xjk+kYP419DllZ4fh7ETT+OSj+pz1I81ePlqerk0Bff8KBkdDTvyr4hs7hFGVB9RXzZ+3E6yaT4YtnYqTPO+AfQR/wCNfSgr5Q/bqvD/AG34bsx/DaSv/wB9Mo/9lr7LgGm55xC3RP8AI48e7UWeO+GpdJtnhmEbM6nJfP8ASuo1TxjaanPAsCt+6XaVJwW+leVQSyREhTjeK02eCxkE7t5krJkY6Kfev3avgoVPiZ82ptKyOgvJ7+OWS7uLJZIJX2pIeea6D4bWa3nj/wAPxTyRxP8AbraTDty4Mi4Ax1POfz9K4Bdc1O8gWEjzATg8ZxXofwEn+0fE7wzYak+947vdDJkkgAFthAHQnJzxjJrgx1N0sNOS3Se3oaUHzTSPuVDhQKBnuc+ntQBQDmv5pqN87Z9XFWRxH7QFx9l+C/imUdfsRQf8CYL/AFr53/YdjaX4hazcN/yx00qPqZE/wr3H9qm5+zfA3Xj/AH/JT85k/wAK8i/YPiEmreKbofwQwJ+bOf6V+oZEpUuE8TNdW/0PMra4qKPq6iiivyqPvM9Q+Iv2yJ/tHxtlgxzDZ26AemVLf+zV9k+FYPsvhnSrUDAhsoYwPoij+lfE/wC0puvf2g9UhVju8+3iGPXy46+6LaPy4EjAwFUAfgK/UONHyZRgafl+iPMwetWbJM4rn/iZdfZfhz4kue8el3LA/wDbNq6CuH+Pdx9l+DXiqb1094/++8L/AFr4LJKaqZjRi+sl+Z3VnaDZ+eEryXd/u43O3QdOTX6ZeErH+yvC2k6WMYtLKGDj/ZQKf5V+c3w704ar480TTmXctzqEMZHsXAP6V+lgAAAHQV+oeKFa1KhRXm/yPNytXcpD17187/t16g0PgTQtNVsfadRMpHqI0I/9nr6IWvkn9vLUPM13wxpgJHl28szAH+84Uf8AoBr4/gCj7TOafld/gdmOlakz6S+FqFfht4ZB/wCgTa/+ilrpu1YPw9VV8BeHwB00y2H/AJCWt6vnc2fNjqsv7z/M2p/AjkfjNx8J/FR/6hNx/wCi2r4Z/Z4gW7+NPhiMjO2+WTH+7839K+4/jX/ySLxX/wBgqcf+OGvjL9le2Enxz0AhfuGZ/wAoXNfqvBElTyHEy/xf+knmY3WvFH310pUORmkFPGAK/Gpu7Z662PCv22HQfCq0jaXaW1NCFx97Eb/418X34KYjRwyjI8wA4fHcZAOK+wf22kubrwrodrZ2U12wu5ZpFiQsVRU5bA5wM9a+Or5kE2yKbzYlA2Nt2nHuOxr+huAoWyan8/zPn8d/FZ6X+zXYjVPjJ4YiZc+Xcm4J7AxoXH6qK+/ce9fIv7G3he/fxVdeJ7mF4LTT7c2yl/lLTNgcZ44UnPpuHrX1wvWvz7xJxUamPhTi/hX4s78ti1Tux2K+Hf2wL03vx4+y5/49be2h+hI3/wDs9fcZr8+/jDc/23+0PqzD5t2sC3X32MEH8hWvhpRviq1btH8x5hK0Uj79sQVs4Qf7g/lU1NUYGB0p1fnmLd68/VnoQ+FHl/7Uxx8C/EfvHEP/ACNHX5/oMsFr7/8A2qB/xY3Xx6iH/wBHJXwxbW9lJwo+eNMsPWv3Lw4moZS7/wAz/JHgZo7VR3h2JnuWjLoQVwFYcc0VduLzSliieJHSZBj5eM+9FfZ1FKb5kjyGy+dA019LFv5m2+ALM+7IPoK5eWO7026KuDFIpqScXVnduGZklU889afBNaXNxJLqkspCR/u1Tqx7CuqEZKN5O6LT1NHTdZv/ACZU+3czKVIJzxWR8st4zLuVhjk1SLFZNyEgg/L7VvaW9tcoZJnMcxQ8hMhn7DqPzqJQjTvKK3NEj6J/YptpDq/iGd1ibyre2jyORgsx9euUH0xX0936V86/sSRyJp/ii4Zw8cr2wQBwduBNnI7dv0r6NIr8C45m3m879l+R9FgFaihV3DqK+Xf295Q8XhO3AJKm5dgPT92K+ohkivBP2o/hr4v+IHiLRD4dtIJYLW1cSSTXCRhWZunJyeFHQVlwRXpYfOI1KslFJPV6dCsanKk0iX9h2DyvhLeSkHMmqydR6Rx172Oh4rzz9n7wZqPgT4eRaFqpgN39oknk8lyy/NjHOB2Ar0MV53FeKhis2rVabum9GaYWDhSSYvc18Q/tpTeb8Zo4P+eVhAp9iSzf1r7e718K/tROl/8AtDXsIblWtox9fLT/ABr6Xw1VswqS7Rf5o58w/hpH2r4VgFn4b0y1ChTFaQoQDnogFaO75gMHnv2FJDEsMKRqOigUIMbuScnPJr4XGzc8RUb7s7aatBHB/tEz/Zvgv4lbP37URfXe6r/Wtn4XaSuhfDzQdICbPs9jEHH+2VBY/ixNY3xrt49W8KRaC67m1HUbS3+Xn5ftEZY57cf54rvLeNI4EVBtAHSvZr13SyWnQ/mnJ/clb9TFLmrN+QpwOgpf0FIeOxP0pDyCK+cSOhj6+PP24JGn+JmkQKu9U0xSee7SP/hX2Jmvi79rq6S5+MU9qBkwWUCAemQW/wDZq+/8OYv+05SXSLODMXalY8u0jQ4S0TTvv3N0z0q3qtlFNugFkwiU8Mv3iaq2F3LFCy3p/cJjJ7itGTWf7QPk2EBYxpgHOPxr9jm63Pc+dZmTbdJskt0jaN5OXJ65rqv2bVe7+OegpJKFCPK4Y9ARE5H8q5bdCwdLtw8g5/etgj2969E/ZXsvN+OFi4YERW87goOD+7I/r+tYZnUUMBWk9+V/kb4ZfvIn2yeacDQwoAr+ZpSu7n1K2PGv2yZ/K+ClxGOs19An4fMx/kK4j9gy2xpfie6x96a3Q/gHP9a6X9tq7WD4Y6fCcfvtTXg+0b/41T/Yai/4oLW7vbjzdRC/gsa/41+pYe9Lgyfm/wBV/kebLXFo+haKVqaK/LKSvNep6beh8I+Po21T9qK7jduJNfSJfwkVf6V93EnaVBxmvhTSEbVP2q4j5ikf8JQzgZ7Ccn+lfdeMKWr9M8QXyUsJS7R/yPNy/Vzl5ghwuK8w/anufI+BviD/AG1hT85kr07NeM/tmXQt/gldoTgz3sEY/Mt/7LXyPCtPnzehH+8jrxMrUmfM/wCzBYLqPxt8Poy7hDK0/wD3wjMP1Ar7+r4w/Ye01bj4kXmpPhhZadJjB5BZlX+RNfZ024R/LgHI5IzX1HiXWVTMYUk/hj/mc2Wq1O5IAa+If20tQ+2fGZbQdLOygix7nc//ALMK+384Ffn3+0VcNq3x78QhAzeXeCAY7eWoQ/8AoJ/Wn4aUk8fVqfyx/NhmErRS7n3b4RBj8K6RH2WxgA/79itcHNVNKi8jS7SHGPLhVPyAFWl718Dj3zYqo/NndBWikcf8bf8AkkXir/sFz/8AoBr5N/ZAt9/xts2I4is7lyf+Abf/AGavq346OU+EHikg/wDMMmH5rXzD+xGrS/Fi9kfkR6XIfzkjH9a/T+FXbhrFS/xfkeZitcTFH2lQKKVe9fknU9ax89/tpeLr7RtA0nw/aSmGDVWm+1tGdrtGu0BQfTLZI74Ar5Am0a+gtZLiVYlRBET++TP7xd6YXOTx1wOO+K+jf28ZN/iTw5BkEx2crlcdMuBn/wAdNfO8bYiPkj73XpxX9IcG0lRyajy9Vd/efN42V6rPpz9hFLxrXxKs7N5ELQ+UrD7rOGLEfUKv5Cvp+NdueScnPPavDf2L7eT/AIVpd6jMxZ7q+ZFY9SkaIo/mR7ACvdO1fjvHFZVc5q26WX3I9nBr90hXZUUsxwAMknoBX54XH2ex+PVtdS3lpqML61FcyS2ziRCGlDkemRnBr7/8UQ3lx4Z1ODT1DXUtpKkILAZcoQvJ98V8j+Ff2YfHcesWl/qd9pFssUyyspmZ2OGBI+VSM/jX0XAGNwmCw+IlXqqN9En6M58dGU5RUUfY9LTIYvLQru3ck9MdTntUmK/NK9nVk0+p6UdIo8q/aqz/AMKQ1zAzkwj/AMipXxBokrR2spltVlaRgVkLfMOufr2r7e/avZV+CGs5OMvAP/IqV8NG5gdo41JjI4DZr9z8PFfKGv7z/JHgZp/FNuaCw1Cy3QiNJUGNpOCDRUWj6Hud7vULhVgVtvytyxor7Cdb2cuVSZ5DNrUoJfEUcUMunx2V6W3eZ0yO1UNW8EwwQg2Wqx3Vx/y0jA6HvWF/buotdrMLmTfjBJPb0qzb3FsLj7RDqTLLjJVh1pxpV6XwysvvLRS1nRZ9PdUZvMfHzBR0PpVWYTQpDG8flqDu4OGPrzVq+1XULiVthbJPRabaadd6iftEmTArAPIxAAJ6DmuyDko/vGaJn13+xTpn2fwLqt8HlZLm9UhugYpHg9D0yx64PAOBxXvrV4J+xTaz2/w1vvMj2xnVHMZz9793GD/Kvd5trSrGV3H69u5r+euM3zZxV1v/AMMfS4N2ookBpwpoWnCvkZM6xaSloqAHd6+Ffieg1L9qq6TOQ+uQRfgGRf6V91GvhSAjUP2tgM53eKd34LP/AICv0zw6jyyxNXtD+vyPOx7+FH3U3WgD3J+pobrQvevzmrK85HelojH12xa/u9O/ckpbXfnkgZJAjcD/AMeYflWmkaRhRGoRV/hA4qYDFJt96ueIlUjGL2QbDVlRpGjDAuoBI9jkA/oaVUCjG4n6muZ0bUI7vx3r1qWkb7GkMBx0UhPMP4/vh+XtXRs5z8g3fjitcXhXh5KL6pP71cUZXJAK+Dv2pjJe/HXXZYnCiPyI+T6QoK+8Rivz0/aC1J5PjL4qOeRqLqP+A/L/AEr9C8MqbeLqzX8v6nnZk/cSOXsdOvNVvY7COWLeehL4raudGstHtvMuLmaG4UcpGcgt9aq6LbwTaYL+5uFtmQ4V0+8T7j8avXw0qRTHcQ3sp2/6zpv96/XKtSbny9DwTl5FkW2+2+aHMr4weSff9a9o/YpPnfFi5by8+XpkpHPcug/rXlM4W4tV+y2ilEGDnjmvb/2IbExePNauHTayabt/EyKf6GvM4hrRhlVdv+VnVhFerFH10xypHT3psZ6/XNB5+lSJzmv5pPpz5q/b0mK+F/DdqGxvu5ZP++UA/wDZq6X9ioS/8KdLSsSG1GUpnpjan9a4f9vm4zL4Vsx98C5kI9j5YFemfsjWxt/gdpJK7fOmnk/8iEf+y1+q41+z4NpJ9X+rPMp+9i2euE4prHCk+gpQKp63cfZtHvbojiGB3/JSf6V+YYNOdeC80elPSLPhT4FhtW/aU0yZznfqM05P0Dv/AEr72f7jfSvhb9kyMXXx40tyCdsdzJ/5Bcf1r7qbpiv0PxKnbF0Ydo/qzgy5e7L1IQz7mXbtwfXqK8D/AG4ZvL+F2nQ7m/e6qnf0jkNe/gYr5v8A275SPCXh23H8d7K//fKAf+zV4vA6Us5or1/Jm2LdqTMz9gvTRjxNqZX5QIIVP13kj9Fr6mcZrwz9izTxafCm4utqZutRch1z86qiAHn33Cvc6njfEe2zqr5WX3IWBjy0kNcZUr6jFfmp441Wa9+IWq6kjsPNv5mTjB2s7HH5E/nX6WHlWX1GM9xXm9j8DfhbZt5g8KwXEucmS4mkck++Wwfyrt4M4jweSxqvEJtytawsZQlWtbod5odw11pFndMmwyQKxBGDnFW0csCD2OKSCKOGJIol2ogwqjoB2ApTxXxmInGpVlKOzZ1rY4r47/8AJHvFP/YNl/lXzz+wlbP/AMJt4gnK8xacE/76kU/+y19EfG//AJJH4o/7B8leL/sO2xF94svG/hS2T8zL/hX6NkdX2XC2K9f8jzq6vion07TqbT6/L7npnxp+3HcCT4laXArZ8vSlz7ZlkNeCQpKI5NrhuccV7H+2TdK/xsnjB3eRY26EehK7v/Zq8aQgAqp3F2r+oOHqfJldBf3UfMYnWsz78/Zn0xdL+CXhyLGHmhedx7vIzD9CK9JPSsbwFp50zwToenEYa20+CFh7rGoP8q2DyxFfztnlf6xmNar3k/zPoaMeWCQtFFFeUk3sahRQ7dOO9CNgYosB5F+142PgXq3vPAP/ACIP8K+D7YAzKGbaPXFfdX7Yv/JEb0Y63cA/8er4d06COS5AlOE71+/eHOmTf9vP8kfP5m71TR0140kaW6lZoU6KD1NFaNvoVntEr30ZjAzgGivrakqMpXdzyGjmI+WA9a6bTNHhtGjv7u5heIJv2DsewNZMVvbQzm1vS0RH8QNajQWDaCkr3Y8zedir1I4revNtJRehoQahqoluGks1W3LHGRwMf4VRW/ZDGlzCHhPzbAcZ6jrTL/yHCPaqc9Cvcn1pIyt7eWkLgwiOLZECgbe4yQDjHDMcZ5wD3xVQpxUS0j7m/ZeutG/4U7pQ052VN0nmeaAHMmcuTjr6DrwBXqJKsyMzRja27k5z/nNeffs8+HI/DPwx0zT/ALfBdO/mMWiPyl97kqM4OR0PoVNehxBhKVVdyfxNnoRx/QV/N/EsoSzStKG12fUYfSmiTGO5/OvJ/iD8evBfgzxJdeHr+LU57+1KiRYIVKjKhhyWHZhXrjAdq/PP9o6Uz/G/xLM3OL0p/wB8gL/SvX4IyTC5tiZxxKuoq/4mWMrypRTifffh3Uo9Z8P6drEMbxxX1rFcoj43KroGAOO+DV+sXwBCbbwJoFs3WHTbdCPTES1tBstivj8wpwp4qpCn8KbsdlNtxVwDV8H/AAjZdS/als5l+dW1m4nz64Lt/Svuu6dY7eSRvuqhJ/KvhX9ltGuv2h9Nn7A3UpP/AGxkr9E4E93LcbP+7+jPOxzvUgj7vooor8wk9Wemthw60jHAzRWN451WPRPBusavIwUWlnJKCTj5gp2/riujCUXXrwprdtIibsmzjfgfONVk8W695zyJe6/OYlPK+WiqiN69FxjPYV6O2BIpJ6du1eVfswW7H4dW2p+Z+8uzMWwDtOJ5QGBzt7dh/SvVWXMig17PE2mZVI/y6fcrGeH1gmPPNfnD8SkXVviX4mn8w+bJqlwQoGc/vWr9HX+Vc1+YWsXMr6/fXW47nuJGznnJYnrX3fhdBv6xJeX6nn5o7JIgWe4szLByNwwwNWbe4u5X8x7xhlCBluwrQt7u2+zwyq8TXKqWZWQYPPrTprPSbpo72OQW8X8UeeS1frPPb4keIQ3l9KiQW4vd2xdzKox+vrX0P+wwZZ73xVcM52LHbRcHGdxk/wAK+btVmgW6do4I4k7KOf1r6g/YPjY6J4puGH37i3T8Qsmf518xxhaGS1nbovzR24GN6yPpZalj+7movfnj1GKkWv5ye59KfIX7dd2f+E50G0HWPTmkP/ApG/8Aia97/Zxge3+CXhhZBgtas/8A31I7f1r5y/bXvFk+L9tbjnydLiQ+xLyN/WvqT4PxNB8LPC8R7aTbHH1jU/1r9U4lSpcMYWHez/Bs8vDa4mbOsWue+Jk/2T4deJLk/wDLPSrpvxETV0K1xHx7ufsvwa8VS+unyJn/AH/l/wDZq/PcjpqeYUYvrJfmd9aVoM+W/wBiW3MvxeuJ+v2fTJpM+nzIv/s1fbZr46/YRtw3jrXbk9I9N2E/70qf/E19iCvrvEmpzZoo9oo5cuVqY2vlv9uyQz3HhLTg6Rk/aZGZ2wAD5YBP5GvqWvkH9u6VpfHHh22XpHpu/H+9Kw/9lrm8PIOecRfZP8h452pHu37M2nPpnwS8PQPgl45Zdw6EPK7DH4EV6TWD8OdPbS/h/wCH9OZdpt9Ot4z9RGoP61vY96+czyv7fMq9TvJ/mdNBWpoO2aQVBqd9ZabaNdX93b2sC9ZJ5Ai/TJ4rj9R+Lfw4sWZZfF+lyFSARBIZiM/7gNc+FyzF4uPNRpuS8kOVWEd2dxUXmo3Ctk9x6f5waeDuj3x4bK5XJxn0qKBXOWkjSMq7BRndkZ4PtkZOPeudQcU79B7nFfHsbfg74nlHVbF8V5R+wnHI3h/xPeOvElzbx59Squcf+PivTf2jbwW3we8RgszK9oyblUkAnp09+M+9eefsSxvZ/DPVbqFDJJcamypuHy5WOPBJ7da/RMui1wpX85L9Dhqf71H0Pomn1XgkeWFHkQxuygshIO0+nFS5xX5xGDU+VnoM+BP2rLoTfHbxBn/lmYY/yhQVwngmxOs+MNH0pV3fa72GHHrucD+tdB+0FcNdfGjxVKW3Y1GVAfZTt/pV39mXTjqXxv8ADcQGRFcG4P8A2zRnH6qK/qKg1hcojN/Zp/lE+amuau/Nn6FLwvAwO1NHXNP7U2v5frS56jl3Z9JFWVjw/wDax+JHiHwBpuix+G7yK2nvXmMrvErkqmwAAMCP4j+VeA+B/i58S9e8f+H7a/8AFGoSWtzqMEbRIwjRwXUMp2gZ4P611v7deoNL440bT0c+Xb6cXK+pd2H/ALIPyryf4Gyk/FXw1AYhIj6nCAmehMi4IJzjBA+vQ1++8OZVhaWRxqSpJycW72V+vU8PEVpSrWufotyyglcdxT6DyoOO35UlfgNX45ep7qPIf2u1Z/g3cIFLD7bAWwO2T/jXyDo2hWk1y259u0kjc+Bj0r7D/anv10/4U308lusgNzAELMwKPvyDhfTH45xXxZr3iHUNU1S6nvLrz5GfmRRgNjgHGPav3Tw+jUeU2W13+h4GY/xDX8SaVaeesNm4ARR8yMGznkdKK5mG7ngkEkMjKR70V91ChUirXPKOuOk2+vQxXt8yWAAw7dA1IdH0HzpxbmZbWJcLK/Rm9etc5Fqdw8K2NzM7Qqc4z0NXNR8V3n2R9LjjgayxgKUx+Oa5vq9VO0ZaAtWLLPbaPbyQxJDK7tuEnUgVh/aYLi+ee5Lxoz7gsagnJPQcjH1p3mQzpFbrGAc5ZmPLe1Nj06V5n85OVJJCsK64RUF7zNYn3B+zkZrn4aaFeKZLvybdV35YkO0z7+vGQG5A7d+ler2nn/aJ2lXarH5Oeorgv2dooIvhJocdvbS2wFupaN12jcVBLAejZznv9MV6HkiZMNgYJI9enP4f1r+ceJKieY1lbqz6egv3cR7qzcAjHcEZzX51/FeeO++L/ihZmCk6vcqpC5581gBX6Kls9q/N/WAdR+LN1JjcbnWXz77pj/jX2fhokvrE30S/U48xekYn6LaXF9n062tcf6mFEH0Ax/SpyeacoAGR+dMR1ddynIr8wxbvWlLzZ6cPhRneLLhbXwvqt0xwIbKZyfTCE5r48/Yvh+0fGJpsf8e1hO+fqVX/ANmr6w+K0/2b4Y+KJ/7mk3X/AKKavmT9h20ST4iazeKflTTWXOP70sf/AMSa/R+FYqlw9jKj66fh/wAE83FO9eCPsU0Cm5pc+1fl0j1EFeSftaasNM+Dt7b7iJNRnjtUAHXnef0Q163kDk9BXzJ+3NdXc2n6NZQNm2tXNxcAOAR5h2RnHXGUcZ9x619XwZhVic3pJ7J3+45cZPkpM9c/Z8sfsXwe8MKybJPsO4jGPvsX/rXeH/WCsD4ZxND8OvDcb/6xdKtg/wBfKWugI5rys8rOpmFaT/mf5mlBWppFXW5/sujXtzn/AFNvJJ/3ypP9K/NS9hNxCyxWwMm7cSOpr9FPiZcfZfh14kuARlNKuSATjnymr8+9L0m7vL6Fly0SvmXnGFr9P8NV7PCVar2uvwX/AATys1naSRzyWlyWKiFyw6jFWBaA2rETuHRSWXHAPpXqOu6tZabpPnxW9krXA2LHsy7IO+6uRtrWS0hk1i0ghntpxtKMc7CfUV+jUsdKortWPG5jj5AgRSHLsfvA9q+xf2HYDa/DjU55Ew1xqjBfcLEh/wDZv1r5Zf7E9stvFAA7S7pHI6D0FfZP7JaLF8Jw4HEuoTOMDsFRf6V8xx3ibZPONt2j0cuV6qZ647FgfugZ6mplOaZGCTgnqePbingV+A2Vz6K58Jftc3Hn/HfU0/54xW8f/kJT/WvtjwXbGz8HaJasBmHT4Izg+kaivhf9o6T7d8f9f9ftccQH0RF/pX31axiG3jiUYVFCgfQYr9P45fs8nwVNdv0R5uC/jTZMvevL/wBqu5W2+A/iNt2GkSGNPcmePP6A16gpxmvIP2uYL29+D82n6faXF1cXV9DGscMZdjjLdAP9mvieF4qWbYe+3MjsxP8ADZ5f+wLbBrzxZc4+7HbRg+mTIT/6CK+r+lfPH7FvhfXfDOj+IG1vR73TnupoPKFzC0ZcKHyQD9RX0FLL8nAAJIA3naP5V6vHdZV85qODutF+BngU40kmPJr4/wD2r4H1349aPpEbRq4srWAKzfeZ5m4HH+3X19ivlbx1Ztq37aulWu3fHDLasMAYxHEJD/n3rr4AkqWKrVX9mDZnjdYpeZ9VwoI4VjAwqjCj2oBp4GKhhDDduA5Y4wff/P8A9evh6r56kpebO2CsrHg37cGom2+GWn2KsVN1qIY89QiN/VhXx1pUErSrcLIAElUMCD9euMdjxnPtX0p+3Xftda14Y0BGCsElmYFsAbyqgnP+6a+e9B0rUYdVM8Los1hdJvXhsEEkHHQgFT6/lX9C8GUFh8jpp7tN/ieDi3euz9K7FUjtIkjXaoUYUHgD0qSQ5kHvSQqEgT2XFQLcxm4kVjja+z6nAP8AUV/P9aLnXqNd2e7F6HCftEG2b4Qaz9pMSrJEUUyHgMVO3A7nPT069q5/9kfTYrT4P2iNab/NvJpWklQZOQFGMZzkADtwD7Z3P2irT7Z8Ldam6/ZbKaUKByTgY/AdfwFZ37J8ty/wb0dZIflLTEybgAT5r9vfj9fYn7Sk5x4Xlyv7f6HE1/tKfkerqhVuGG3cWxj+v1qUjNMldVcKTyQTxzwMf4imyyiKNpG+6oLN9AK+IoqU6sU+53SejPzX+Kt19q+JPiS56+bqly34GVq9V/YmsI7n4sXF1vV/smmSSDAPyszKmOfZjXjeqhNQ1e7uJZ442uLqQl3P3MtySBk459OxxX0P+wlZTx654jvFjiktRCkRmxyG3ZGM84IB/IV/R/EdX2GR1e/Lb77I+dw+tePqfWrMFUsxCgDOScCm5qlqt5BaRxicnEsqxABd2Sx6Y/A1LLdQRWhkd1+UZGDksfQep/xr+coYWrPlai9T6Bysz4u/aputP1L4038d/dzwx2wt4AI4PMyvl7mI+Ycgt07568Vx3wQW0b4xeGCsUMcI1OLYGc7z+8GNxxzjPoOnaqfxKvtR1z4jeItSeMq6Xsm4DlYxv2gZwPYdKr/Ce7tdH+Jnh7UtSuYrW0tr+KaWWTO1VVgSTgGv6Vw2FdDLFQW6hb52PnJy/fX8z9H1bioIGUQtMzKAWb5iecbjgf59a8h8RftE/DOzjK2uszXrAHiC0kOePVtoxXGTftN6JFZfZdM0HVLl2lbDTSRxDaSQCCoOCeCeMAlu1fiNLg3Nq937Jq766HuSxdOPU7P9ri2kuvhbcrGZHZrmCMRjBGd+d2PXqPxr4am3Bt7NuLk5J6k1794v+Na+LfDeoaddaBDEbopGm+8eRlCbmAb7pK5bge59MV5Pd6eL1Xv5RHG75bCZbnAHJYk+/wCNfr3CeDq5Vg/q9dWd7/gjxsZVjUlzROcgk+YBulFNfImKlQp3dhgUV9dzHmSV2ejXvha/1Oy8600xIBaKd8u7HmHP8686u43huGjkBVlOCDX0NewadFY2+nzg28MnLxxybmc/SvOPFWhRSXNxNbWCOifKAr/Op9SP/wBVfPZdmLb5J7GlrHBNcrJEFkT5lGFKjoK7Dwpoet6rZtDp9jJe3B2IRGMhAzBQWPTkkAfU5rE0bSbd/s0t7FdF/tP75VT5fKABJBz97Of05rc0O7sdR1qKxld9PtjIHu7wAv5UOeyjryVwPXA716WJm3FqHQ1gtbH3b8OrSfTfB2kWM9qlvNHZw+chbBVvKQcjHHTGPaukywdSp4ANU9DiCaPaATPMRCgMj9WIA59voOBVvPzFcdga/mLMajqYqcn3Z9VSVoodI+yNpCOFGTX53fDdTqXxV0qJ03efrMO4Z9ZhX6A+JrkWvhvVLljtENnLIT/uoTXwp+z5LIfjFoixxrLayX6SSh03BSu7DZ6jGT+OK/RuALwwGLq22S/BM83Ha1YRPvxB8uKbES27jocVJimoc9v1r8tqS5ptnqpHB/tCzy23wY8USLxusjHj13sqf+zV4b+wja7dX8T3LfwQwp/30zn/ANlr2H9qGVo/gvrESEb53giUFgoJMyHqeB0rzP8AYkZXfxT9mid4Xe3IlYbeQH47jJ3dM9u9fpWU81LhPEPu/wDI82s74mPkfTWKWmyrlNpZgGODg4po8zrvChTyrckivzJRurnpXJSK+G/2rtdttV+L+rWvml3shBZwoBwNoLSHOeockYwfvH0r7Y1HULa2spZ5HGyNSzEdgBkmvzf1rUT4o+I1xqNwD5mpanvyp6B5OfX1r9R8NME/bVsTJaJW/r7jzswn7qj3P0Z8MQi10CwgUY2W0SHn+6gX+QFaXViCaraeYBbxCE/Kw+Xrg45PBqSFw6llzjcVyRjkHBr84x3NUxFSXmzuhpFI5L43zLbfCLxRM3T+zpUP/Aht/rXwXb38a280LStE0q4UnoRX3D+0hcva/BbxG8e3LwJFkgHh5UU/oTXw/Z2unXM+yVpJcY2LGCoIxjPPTp/+qv2Dw9go5ZKU/wCZ/kjxM1fvXM2yvGFvcWM8RuC+VibcfkPqK6/wFpGrQPJeTWUjacADIGXKsPatqaOztLaOHRrW2iuI1G5HAZ2NTJ8Rr6Oa30fyg0Uf+ujRABkd6+uxGIqVouNGG543Mc34i1jRr/UpYo7BbZ0fCiNQAMcdutfXX7MNt5Hwe0jgbZXmkBB6/vXH9BXxxrV7p+s3E92HWC4LkeUqdvXNfZ3wBhOnfCPw9FI8pRrYupOFUbpGbA7nqfXofpXyXHMbZVGO2q/JnrZUrzPRZG2NGME7m28DpwT/AEpfMAwCCDjODUCxSCcSB3wEwyAjY4zweRkEYPQjrznjFsDNfjE0o2a3PfR4/qP7P/g3V/G174q1S91ae6urtroxLIixqS2cfdJI/GvYaTFFdePzfGY+MYYifMoqyFClCF+Vbi0daWivOTcdUaWGgYNNlB8slWwfXFS5qG6baqthj8wHynpk9T7CrUpSepOwgXfgg7T64Gcen6V88eFLLU9V/a01PVWmNxbadAdxB+TJgjXKpk4B3Z6/jXv+o3n2K38wW09wScBIQCx4zzkgYrxL4CeHr1fi34z8VXdldwxPO9rFlDt5kyQGz82NmD1xxX23DV6ODxVV9Y2XzZyYj3pRXme9McAn8ajt33RKclsqDkrgnvnHb6VheJ/E2naDbtNeXVtCqLuYyyhR6Acn1Pv0NctffGf4f2ujxXM3inTxcvGGMSOXZScfKQoOMZ54rwMPkeOxEeanTbT8jeVaC6nzt+2bfzf8Lbt4pYwYreyjjDLwzKSWYZOcH5sZryLw5qVzBr/9owX7wXQmDAsSzSbiSQexHqD1z0Nd38ZfEPh7XPHera6rtqMtyE8lPLYLt8hFTg4IBznOc8Dp1rzHR7qK2ulaSziuMuMGRmAXg+hHqDznoO2c/wBEZPhHRy2nSkrNRSPArzvVbP0+sn82zikIwWUE9e4z3qir+ZfylzJ5Ub+WPkGCcAk56gcYz3J78V8j6v8AtVeMLjKaZo2j2acj50klYHJ7lwD27dq4XWvjj8SdTkuWPiGS2W5OZI7eNUXHHAwMjpjryK/MKHh5j51JSnKMU/meg8fCO2p9d/GS63/DXXrJZjJBcWk8SsYiQn7skgsxHufwx6VV+At/Z+HfhLpFjrV/ZWXlQ742mlWMGN2ZgSScZPJ+hH1PxnP4+8b3d4s8/iDUr3KlWjllMkZBGCChypz9Krz6T4w8QzJcweH9RlV8RobeyfYSTgAYGOSQK+lXBcfqP1KtVSjfmb87GP1xOfOon3FffGXwFZ37xP4gsZIYgTI0LeaRgHkhe3GM88kcVxOsftI/D1rGeKCXUHYxMEjS2ywfHHJbGM46egrwzwx8C/iZqn2dX0GSwgkcK7XMioqg5G4ru3HH68e9cpqfgC4sfFsmgXWqWiTo4iZyrbTL5mwov97GQcjI5qMDwlkUKlo1OaUddGunoKWJrdEcVK25i/djk16f8KvjDrHw20G60/RdL02WW8lMklxch2YYUAAAMAAOT+Nen6F+yTdzqJNU8X28TbuVtrQyDGeCCWH8q6/w5+y54GtkWTVr/Vb+VWICiVIkZcnBKhcj/vqvVzHirInB0q0+ZdVZmVPDVlLmSPAvE3xr+IniKaOV9VFssLBo0ggVFR9uMjOcEZ4P41y1/wCP/Gmoy4u/FGryZ/6e3AH0AIAr3/8Aae8B+EfAngDTE8MaMltJPfEM0krylsRt2ckD8BXjHww8FX/jrXYdM06OInzl84nIWJMHdISOwx0HcgDrXbluLy2rg/rdGmo09dbJbEVlV9pyX1Oesrd5l2+c5duSWBYs31rqrD4XeNtYgWSx8MancIej/Z2RT9C2BX2V8NvhV4S8D2kQ0+wjub9V/eX86BpmPfB/gHsuPfNd2EUDG0V8TmXiNTpVXHCw5l3f+R2UstbV5s+FdI/Zy+J95KGl0a3s4z/FcXkYx+Ckn9K7PS/2VvEcuDf+INJtR3ESSSsPwIUH86+uKMV8/iPEfM6nwKMflf8AM3WW01ufO2h/sr6HbP5moeKL+6OORBbpDz/wItXF/tE/D7S/Bv8AYWneGVuJN0MstxJO6l2yyhckAe9fXy18p/tl3kkfjrSY4nw0emhvxMjj+lehwtxDmWaZioV6l0k3axjjcNSp0rpanjV1ocEk8UN5H+8HLvF/KirWgy3F9cCOeQfOMbgelFfpFTE1KcuVyPD5UZ+r30Bvm1GG+mLRkExs3O6sM3d9cRXF090SC2XUNz9celZzljLsVd7E4+pNd1pGi6Zp9tC2oD99PHlwwztH0r0qkaeGirq5KMa2uJ7jQpHmun3D5YogCS3r/KqGi+S+saWJ7ISM9yrfOxxMpYAA4PHIIOMda6HT9KXULy4tdM2iGKCW4eRQTsjVSTnHTsuemTUnh7TL3X/G2l29lprS3MtzEkUMYbCqpGBznACjr2AJqPbxUJdNDohrJH6A28UsaGIlVRVCnCYy2B8wOTxjH+NTRr79sfjVfRXeXSbeSbZ523E2xSAJBww6noQR1PSrZXLFieT1r+Y8dJrETT7s+qp/Cjm/ilN9l+GniafONulXPP1iYV8afss38ifGDRdPtwyR3Du9yScl9kcjADjgdDjnlQc19b/H64+yfBjxTMOv2Box/wACYL/Wvkf9kn5vjbpTiJ3Mccx+QZIHlMOfbnn6V+qcGxS4exU35/keXi3zYiJ955wM01AVQZO4460p+b1H0oTBQcg84ODmvyOXVnq8x4j+2pd+T8HFh/in1OFB+Cu39Ko/sXQ3L+F9d1G6ESeZfohjiA2s6RLlyeck7s8cZJ9sVf26blY/h9o1oWw02pbwPULGw/8AZhWl+xR/ySSVm4MmoSkdyQEjB9/Sv0+MfZcGXX2n+v8AwDzbXxZ7tKflzVWea2t5FWSRAXKgKW55YKOPTJH51Yk+ZSB6VEbdYrZhDECwUkYOCT9evpX5jT5ep6T0OL+PGsxaF8I/Ed6SvmGxeGIHn5pCEBA9QWBr4N+FcEdx8SfDkMqqyPqduGB6EeYtfWf7aWoR2/wut9NNz5Mt5eAgYz5iopJX/vopXy38DrD+0fin4dgclY2vUJYSFDhfmPzDkdO1fuXA9COGyOpWf2rv7keLjHzVkj9DrGISW6TrLFI0iqTLFgo3AJI5PB46k/U1LZvGITy3+sdeQOzsMDnpVeON4NKVTIpdI8Fl7HHGPYDOMjkVV8LR2X2JtQhknEUpcmORm/dsXbcNp6YbIHHb3r8fqw5lOfmesnZHn37W96lt8GNShDnfLcQRYx1PmBv/AGX9DXxc1zLp0ixALvTKyFXBBIJ6Ef419f8A7SH9qan8N76whtIL9nvoVt/LXMjEhztRRklh8nPcHNfHs9ldTpOhtZUmjJZgIiAPUe3Q1+zcCUI08sUH3b/I8PMvemGmrqk16L+J2gUvzMThRWjLqkNn9pluIBfXLgqLgcD61zn2uYWxs5JZdiH5U3fL+VQxysilD8y46HtX2zo8z1PM5RGkJlMgypJzX6A/Au5lm+G2gxTTQGzSxhWIoysXYxgsDjPIYHjPfpxX59jivpHTf2kdM0Tw7Y6Vp+j390tvZQ22JSkQUpGqllIyeSD19eMY5+Z4uymvmeFjRoRu7no4GrGk25H1lbzK7goMrt4P+fp+tWlNfGF7+1N4tM5mstE0uNim1jMXkzgsQeCMY3Vi3n7Q3xX1mXyrHU7WyYjAS3tI+3fLhiPzr85j4bZjUd5SjFeb/wAj0/7RprofddVb6/tLJS97cwW8f9+WQIP1r899S+JHxP1pGMvivX5QfvJFcuqqOnRSB1xWr/wqX4ka1DNqi6Xrl9ACphlnjO6cEjkAsSOCD6dec12rw6oUbPFYpR/rzaJ+vyn8MT7K1z4qfDzRv+P7xfpCn0iuBKfyTJ/SuO1j9pP4XWGRDqF9fn/p2tGx+b7a8E0X9m/x5ql5P9ps0063Rj5RvJ1VpRkAcIWwcc81578RfAWpeEfGN34fv7izaaH5wyS/KwMe/Azg5xx068V6uX8GcPVanso1XOS1smv0MamNrwV2rH0Zqv7Wnh+Ik6V4Wv7nng3NwkX6ANXF61+1b4rumP8AZfh/SLMdjLvmb+YH6V5L8IvCdt4y+ImleGbu4aOG8uNkrRffEYVmYqSCM4FfXui/s1/DCxdWuLG/1LHa5umA/wDIe2uzMcJwzw+0q1LV6rd/rYinLEYhXTPmbUPjz8S7u4kmj1lLZpBgiG2QDrnuCcdcDtk4rCj8dfEjWbqVD4i127ln4ZEuJDkegUdB9K+5tK+Fnw70rH2Hwdo6sP4pbcTH85NxrqbOwsbJAlnZW1so7QxKg/ICvKlx9lNBcuGwv4JGzwNafxSPzZg0nxBquvxaNdJdm9dgohnDbwWxtGDzyMY9eK7fTPgF8UdQn8uPw68CH7slxMkYx9Ccj8q7DxhM9/8AtkJDC5IOsWiOB6IkY/pX2Qq45PWvV4j4ur5TSoyowX7yN7PoY4bCRqX5nsfEunfswfEGXVGgvZdMt402/vRcbw2QDwBzx746cZr0XS/2S9FWBRqfiq9klyP9RbKigdxyTk+9fSmBuLd/5UodWVSO4zgjBxXw+L8Q82rfA1H0X+Z3QwFKO+p4XpH7L/w8spVe5k1e+wDlZLhUBPGCNigjp61V8c/DDwJ4X8C6teWnha3a4tdPuJZbmdHl3Nt2qwLnAbccjHHB6cV75MzKmVXefTOK8m/adju4Pgz4ivWu2QmONfLjVQrAzKpycbj1zj3q8j4hzPH46nCvWbTaVtuoq2Hp06baRzP7GtlZXvgPUrxLS3hYas4hbylLoAiHG4jJHOOte83VulysEMiK0cbhvmP3SM4I968a/YytBD8G47jPzT6hPJjHbCqP/Qa9trg4wx1RZvVjGTsnYvCU4+yTFCBVCjaBjsK/PLwmw1j486S7yNI9xryNJJ1BJnzkfnX6DahIsVhPIeNkbNn0ABr8+/gBF9t+O/h/+7/aPmkf7uW/pX0/h83HB4ys3ey/RnPjdJxij9CY1woG4nAxk9TTkQDOAB9BQOKdnFfldWblN36npI+af27bxrfSPC0AP3555MeoCxjP6mtP9ivwzBYeDb/xQUzPqNyY4nYc+VHx+GXLE/7orkv29rkvqXhe1J5WGZz9GZQP5V7b+znaCy+C3hm2VWGLMSHIxy7Fz1/3q/U8bXlhOEKMae83b5XbPMhFSxTb6HoIoPFHQ1xnxv8AFN34N+F2s6/p+wXsMax25YZCu7BA2O+M5x7V+Y4HBzxuIhh4bydj0pzUIuT6HZhgelLXyJ+y14t8X+J/i2v9v+ItU1CBbOaXyprlmjDYAHy5x/F6V9dmvW4iyF5JiFQlPmbVzLD11WjzIVa+MP2z7x2+LaRbv9RpsKkemS7f1r7PXvXw9+1swn+NmtqTuMcFug/78of619H4bQTzKbfSP6o5czf7pHnel3CwW++2kLXDnoaKn0LwjNdadb3gvlhlncxqzttRWAyFLHoSKK/Y6nsebc+faOm0XwxFqKW+sSulnMAWkR1+U4HYVz3iSaSBJbia782WRjsCN91a7bxLpM3h+wuIlla/SVf9YTwv0HpXmTaPq0umy3iwkW6EBnPHepwtqn7yUr9gnGzM7T9VurK7+0RSyKWwJAj7fMXIJU+oOOlem+B9V8ceMPHHhuRr6wjt7W/jmtYDJBaQ7t6/woF3McjsWIB64NeTSRNG5VhgivVv2ZLa3uPilplrqEMlw4JazHnmPypFy4IPOBkE/wCcHozNxhhp1EtUmb0F76R9z6LcedYIzReS5yzxcZRm5IOCe5I/Clt57n7V5U0KKrbiHVhxjaACO+cnn9OlRx5kYyx3AwR8yJjKMAQckHnGQNp6YzVGDWLGx02a61S9sbSNZn+YOAuN2Ovc54PQ54x0r+bZYSpVlKcI3b6ep9K6ijucd+1NceR8DfEAJ2iQQxsfQGZK+Yf2TFaP40W6QTyFTbTx+bEh6FSN2TjaB1yQenTmvZP2jPGfhbWfhbqljZeIrC4aSeOKOzinjLfLICZAAdxGM/nXj37N3jHwp4B16913Wbq9RmszbeQlushkZpMnbyMjaq5zjrX61w5ga1Dh6rR5Hzyvpbukjy8ROLxEbH3BKW+wsiuqELg5wQR7djkfzpbWRjZrO6eWWGWUZYZ5yV9V9D3FfNfiT9p3w7l4tL8P6jIgEnku8ywbSVIBwu8ZGT+PNcjrn7T/AIr1C2eLT9J0+yjDqSWLu7Lu+7lduOOCeD1wRXx9LgTNK6s4qKb6s63jqS6nc/tuxf2jpHhyASMgFzKWd12IqhVyQWIBPt34Fdd+x3Yra/CFZYzII7i+mdFdgSADtzx64NfLHxD+K/i7x1FBZ6xcQrbRytMsUKlV3Ek85Jz14B6dqz7P4j+OdL0RNCsPEWo2VgiFRFBOUHLljjHIyT6/zr7yfCtetksMtlNJp3v8zgjiY+2dQ/Q+71S1t32s6nGN7lsJGDnG49s7SB71mav488GaSrNfeKtEh29Va+j3D/gIJNfnfNqOv69AIJr/AFG+lkkLGOSQyZwo2kMTkn73H0xnNdL4c+F/j7UrKae38LasyxpuDPA0XcZwWA3cZ4FeEvDzA4eN8TiPyX4tm/1+ctonZ/ta+P8ARfF/iDTrHQNRi1HT7KB28yMFVWV2G4HI+b5UX8zXD/B7xbonhDxcfEep6RPcNawZtRaybdk2Au5t2cg5OfQkY9K6HT/2efihqBQy6NBZK5xma6jJXgnJCknt9eeldVY/svawkMc2t+I9MtrcAMwgLFicgbfnC+tfX0cZk+BwawSqrlSto7v8DilGtOp7SzFv/wBqnxB5KQab4ds4o1zk3M7ylumOmCOh7nrXMap+0V8QL7S59PW4tLaKeR3dkhLN8zlsZZjxztx6cVyfirwtYaV4y1TwxaSz38trdPbWxVCnmEFlLEYPHCnAOe3Net/Af4BR30sXiPxml1FZqxe2sNpSRwDgNJjlQSRgDk9cgVniMPkWWYb20qaS3Wl2+25rB1artc4GXxR8VvFKR6U13q155zCdbe1g+ZmU4BIjXPUcZ6ce1XU+C/xTudQR28O3QEyKXa6uI0LZGT95s5yTn0r7i0rTdP0u0S006zhtLZB8sUS7VHGOn0AqYwp5wl7jpwTivhKniH7N8uEw6S/rtY6/7PUvikfH8X7O3jWDbIdJsJWfK5e5XA56kZzjp2/CvNfFHgfX9F1E2GpaFNpUskJVWdCUuDn+FjkHJ2gBf8a/Q41n63pGna3p8ljqlol1bSKQ0b9M9Q3sQQMHqKjLvEbERq/7RBNeXQUssja8WfmpDo2oTW7XCQp5KttLmVAAcMQDk8Z2tjPXHHWsxk2vjIbgHg+or0z4y+CZ/AHjDU9D+0SzWksfnWkroPmRmyP90/KQSOpXHQ1wayQyWYgm2oY3ZxLtyTkABTxnt6/1r9lwmKjiaaqwd01dHjzi4uzKtpGzyjEPmgEEjnB9jivUf2bYNLuPilpNhqunWlxFOzLJFcQeYjoFZhkMcZyF4IPT15rzvS5Y7WQ+ZPtDd1r1r9laKz1L43WIJnfyoZZoyvHzKh+8fTBNcOb1nTwdWS6Rb/A0w7/eI+zNA0m10qPMFlaWit0jhgRBEvZfkABA/mTWkCpcBTmpCPamoqqoVVAx6Dt2/LgV/MtfF1K8uacmz6aMEthwGK+L/wBs1Z7b4kzObaOOK4tYmR9o3OAAN2c8nIxkdgfevtGvij9ta4sJfigVV5ZLsWUIbgKiDkgDqWJzntjkc19v4b3lmsv8LOPMNKQ79izRINQ+JP8AaZRzLp9u8mcfLhlZME+vzDH419rDrXy3+wxZWIstcvUleS6KxxvGFbZGCWIzkct8ueCeDX1AprDxDxLq5q4fypL9R4CPLSHf40tFFfC0VepFHa9EfGmhRfbf205iBvVdcuD9Am7n/wAdr7Lr43+CTPqX7XGo3JOVS+1CVvpiQfzIr7Ir9B8QXy1sPT7QR5+AWkn5hXO+KfGnhXwrJs8Q6/p+nSFdyxzTAOV9QoyxH4V0VfD37at1PL8ZJLdpG8uKxgCru45BOcfjXjcIZFSzrGuhWbSSvob4uu6ULo9+1v8AaN+F+nSEW+rXGpHB4trZxz25cKK8k+MP7Qfhrxl4LvfDVnoupAXRjIkmdVHyurYIBJ5xXzUw6c0gFfsmXcE5XgJxqU4tyWzbPHqYypUVmffX7I8HkfA3Rzj/AFsk7/8AkVh/SvWq86/Zst/I+CHhlf79s0n/AH1Ix/rXotfhnE8/aZrXl/ef5nt4ZfuomP45l+z+CNenzjy9NuH/ACjavh39lS2Fz8eNFDLnYZpB7EROa+zfjJKIPhR4olYZA0u4H5xsB/OvkP8AY6h8z422UmMmG1nf/wAcK/8As1ff8Fx9nkGMqLqn+X/BOHGO9eCPumndqbTh0r8lesrnqHyD+3ArTeP9DhOMR6cGx7tI/wDhX0x8LLcWnw08MwAY26VbZ+vlqa+V/wBtOWSb4t2UUZ4j06EH2y8h/rX134Ztms/DemWhG3yLSKPHptQD+lfpnFD9nw9g6d99fw/4J5uH97ETZoHk5rxj9sq7a1+Cs6r1uL+CI/T5m/8AZRXtFeAftzTbPhdplv8A89NWRj9Fik/xr5rg2mqmdUE+9/u1OnGO1GR5l+wysk/xQ1SVsERaRJjI7mWIf419nA18hfsGW5bxN4muz/yzs4o/++nJ/wDZK+uxXr+I81LN+VdIr/Myy5fuR9fDf7Tkuln4u69cR3AmmDRJJCUKlXEYBx1BACjPI5bocV9x+9fnp8arpL/4t+JUafZGurXGPfDlf6Cu7w0oOeJrT6JW/ExzR2ppHK6hOt1LELVGVx6nNFJY381lqJZBE5J27ZBwwor9jblT0itDwbntvhSS31DTp4dWmVrmE/u4mHDD1z9M1B4ql8O/b7a2mQkn5UWPAQE9+M5qrZeI9Ik8PmKz2QzpEd87gFmY9h71wEmorfbvPu/Ie3GYjgksc+vavmaGDnOo27pIqehteM4fC0TPBZzYnRiJ+2Hz2zXNW11q+nXsOraJMYJ0LKGiUZAYFSADnPBI71nw2F7dXhuHt3mjT55dp5I+vr716l8C7vQr7x9pWhX2kx3aTyNFumyQAcEcZAGADzz16V6tWSweHcvjSV36GlJXaRzGqeNviDLauuqeLdYkkmCjy/tTqQgz2BGPxrk/I1G9QeUlzcSkkkYZyefxNfoJafDjwJbTmeLwppZk/vSwLIfzbNdFYafp9ggSxsba2Udoogg/IV8HPxDwVBWo0Nfkj1Vl85byPgDQvhn4+16ZBF4S1fyyAN7WbIpwAM5IA7V2tj+zx8RbhVjXSrK2jYA77m6jAHHopY/pX2sAOop5Ga8jE+JWJnK9KmkvO5qstgt2fHS/sp+JhAJb3X9JiJONsQd/cnLbRwAT+Faus/ALw74D8Dar4g1fXLnUdStLJmW3EKom8/LwGySOcg8dM19Xs23sSe4UZNeV/tPtLH8E/Egjt8x+TGC2/pmZB3+taZZxrmeY4ylQnJJSaTskEsDTpxcux8X+G7i3HjHTms7SC6ge9VYY5odygM2NrDPzEbh1J6Cvu7R/hf8AD+wAkh8I6OWOP9ZbLIRx6vuINfDnwijkHjnw5bzDEF1qluFYoM8TLnBPTmv0VAAGBXq+ImPr4R0Y0ZuN73s9zPLqcal3JGDpfhrQLS4le3023jdZ96qqAKmNhGB0HKqeg5H410G2kC5oKAnkZxX5PXxlbENc03956iglsIQFcHANZGrLAZTIEmmYgoEBJQ9sEHgcn1H5DjZcquNxrK1XUrRNPnkZ4TGmQxkkCBsY3AH8cfUYroy6nWdaNotk1JKKuz5t+DekaR4u/aC1PW2SGH+zrq5ujaync7MXIDYI4w7bupxx0xk/USW8MduYgoAySSDg5JyTkV8zfsd2sf8AwmPjC/kSXzmlSKMHltrs7kkjP9xf0r6akdyoCxtyQOeO/wD+uvp+Oa0/r8aKk7Rivyuc2DV6dyQGjOKjldYYmlc4RBlj6Cvh+9+NXjS9+JsUkfie7bSzqoaKO3jA2xbwAAhxkbeNrHrn615eQcMYjOlUlTkoqHc1rVlStfqfcmabHkoMnOM022bzraOUMrB1BDKeCMdRUUSui7BMykoBll7/AN73J+tfPSpcsnFvY3TueAftp2DPpOg6oj+Xtklhmk8sPxgMo57Zz364r5N/s+eS8NtbW+Q7YRQx249QTzj3r6W/bj1G6W30GxnEn2eSS4lRVfb8yqgBPBBAyx65O7txXzr4V1iSyvd7Y4GQwXLD6V/QvB8KtPJqT30f5nzuOf71lbVdMOm6yba9RWEZwzRNvU/Q969l/Y8W2n+MLSQhlWOwlYAcZOVH9TXk3irXm1W4lKBwHbLmQAkt37eua9e/YitPP+JOpzpJ8sGnMGG0HILp/n8K9DPpyjlFadTR8rIwq5qsUfZMgJxg4weaZDHtfcQnAwMdhxx+lSMwxmhOfav5o5rKx9MPFfEH7aa4+MMi7FAexgffjluCP6V9w7cCvir9t2KJPirbOqYkbTYizZ4I3OAMfgfzr9A8NZWzSX+F/ocGY/wj1H9hvTxF8ONV1FseZdah5eec7URQB+bH86+gQuK8s/ZP09rL4H6KzLtNy0s31BcgfoBXq233rwOL6/ts4ry87fdob4WNqSGgHNPPQmlAxVbVZPJ0y6mJwI4XbP0U14WEjzV4Jd0bTfus+Pf2TUa6+Pmq3zdBbXUh/wCBOo/9mr7GC44zxXx7+xADJ8TdclL5Uac/b1lSvsXFfb+IsrZjGHaKOPL1+6v5iV8D/tT3izfHrXnU7hE0UfXHSJAfyNffOK/O/wDaEnS5+NXiqQJwL+SMc91+XP6V6PhfTvi60/7v6meZu0EcbeRGK3RlRRC/OM5qBrdXG+IsF9CKSNpVBQfMG7GnM7+YikEciv2htpaHhpn6K/BGH7P8I/C0I426ZCfzXd/Wuyrn/hxD9n+H/h2EDG3TLYH6+UtdBX8s51NTx1aS6yf5n1dFWpxR5/8AtF3X2T4J+KJB1a0EY/4E6r/Wvmr9iO2E/wAWbuYjmDTZGX6l0H8ia+gP2r5/I+Beun++YF+v75K8O/YUQv4/1uYnGzTdoP1lT/Cv0rhxOlwpiZ97/kjzsQubFRR9jUUUV+RR1Z6rPiL9qQyXv7QN5Ash/draxAY/2FP9a+3B+Q9K+GvjKWvv2q7mFPmL6raRAeuBGMV9zV+mcbw5MtwMP7v6I83Ba1JyAda+a/29rjZ4X8M23Z7udyP91VH/ALNX0pXyv+3xcRNP4UtMnIS5dh9TGB/6Ca8bgGCnnVPyv+TNsd/BZY/YLhgNn4ruUjIdmtUz6f60n+lfUIr5t/YMgVfB/iK5C4330abvXbHn/wBm/WvpMijj2TlnVX5fkhYD+Cg7V+avxPm8z4j+IpwsiiXUp3AfrzIxr9KGO1ScZwM1+ZWsrHc6xczMx3SXDsxPuxOa+q8L429vL0/U5M2lZJGSXd3HOKK1ZNKnuppXso98aKDnNFfrvtafVnh3PUjoGkQWE0Hh+bz7xnGxpMDk9hzXm2u6Fqulzst9buhz1IretfE8p1KGSK3jSVU2soJAJ9frXXTa3pWr2VvBqMkssQwHjAy5I/8A1189CpiMK7yV0/vHe5zfgtbW00S8GpagYZGQFYgm4v8AQ11f7PBSb41aFaQxbIw8rj3KxPg4rgPF+oQWmoeVpcH2eJScAnlunWuy/ZU3/wDC89HlnZi6x3Bxn/pi4/rU5nBSwFeqtLxf5HRhtasfU+5gKAKAaFOVB45GeDX80y1Z9VcWnV8+/tY/FPxT8P8AU9HsPDV3Db/bYHkmeSFZG4YAY3Agd6+cr34y/E3VZHFx4v1JFIzsgk8pfyTAr7/KOAMVmWGjifaKMZbb3OGtjoUpcrR+hF3c29uu64njiX1dgo4Ge9eO/tN+INGv/g7q9lp+s6bPPKInEa3Sb2USIxwucnjPbtXxzqOravq8by6lqt7dPjOZp2cn8zVfTr6PkXC/IgyfmPNfX5V4f08BWhiHVcpRd9jjq5jzxcUtzrPgNC1x8YfDcDgxwtqcUoyvdWyOccV+g+R3NfCv7NU8dx8Y9Btx5cvLlWI5BVGbj0+7/OvuhlypGBzjqMjg5rwPEqo5YqlB9v1OjLF7kmPU14j+1j8QvEfgTTNEHhu+Szub2SYSMYkc4UJjG4HHLV7avIB9e3evlj9u++eO+8NWSAEGCWUnnP3lGOuMcfoK+d4HwlPE5vCFSKktXZ+h0Y2bhSbR4lr3xZ+Imsxlb7xbqTIc5SOUxqe3RcVylxeXd5BNcXV9NLLuGA7sSc5JPp+uefri2dHa8WJ7cxI0uWKLnC89BUEltHb4hxKxDYJK4UV/QlGlh6StTil6I+e55PqfWv7DiwDwbrd1BbtFvu4onYvu3sqEk9Bj73TnvX0QTnBrwf8AYvhitPhhe9ml1OR1XkkqI4hmvcy+ZI9qbg2ecdK/nzjaXPnFVrb/AIB9Fg9KSM3xnP8AZfCOs3Of9TYTyf8AfMZNfnX8OrBtS8eaOHWQwnUrdZHC7toaQDoeK/QX4sy+R8MfE8u7bjSbkZ9zEwH86+GfgP5y/FXw/awuxWbU7ZbhAmf3YmRs5+or7bw8Tp5Xiai3v+S/4JxY93qwP0B0T/kEWyru8tYlVCxGWXAwTjipV/eLuxj8adFGIYkjUk7FC5PJ49TSmvySrPmqyfdnqJWR8n/tvXSPqujWMU63EmxpGBILqSSNoIHyjgHBPcHnrXz/AGWhXy2U2oSMYEjXgjndkHIr2/8AbSuI0+IukwKcJHpwlwOhZpHyf0A/CvJrvVbpbBNPygt7lMgL97HvX9E8Ne0oZVQjHqrs+bxk/wB6zmdPt4bhz513FbIrIGLAk4LYJAHXHXqK+lP2FbSKPV/E9xtidUjijEuCWYMWPrwPkzXz6NAHkLcmdN+5g0IBLKBjn0556HtzjjP1J+xJpLWmh+IL/Y4huLiKJCehKKxOD/wMdu4rPjLFxjk9az3S/NF4Bc1ZH0SfoT9BS/40hFCrkDJIGckD8f8AGv50Z9ETDkV8Z/trRiX4n2ahMsNOj78EB34xX2YpBFfLP7VEOlzfGLw3Fd+cWuLSKEbRuU5lcDI69x9a+58P6vssylK1/dZx46PNTse+fCayGl/DPw5p6xrH5OnQ5VeisyBiPzNdUDVe2jWKBIo1CxoNqD0HapC6qyqernA/In+lfIY+u8Ri6lTu2zqhHkgkSHNYnj+X7P4C8Qz5x5emXDD6+U1banNch8aJvI+E3iqXOMaTcDPuUIrXJ6aq4+jB9ZL8yaztBnz1+w2kMnifxDdw25jMVhHE5DFi7GQnPt0HHtX1k1fLH7BlsWHiq7zgD7PEB658w5/T9a+pCNgJyT9TX03iBJSziS7JfkYYBfuUP3Yr86/jBbP/AMLM8T6hfWs8Vu2rXKhxGQGbeSoz05BB+mK/ROvgjxd4C8S+KfFl9eaJoWsywy6jKbiVrdmjQySMQUx1UIFyfX8K9zw0qU6Mq7qSSWn6mOZRbUbHmst8C6G3jWJUGBioUYT3MS5JYuBXpOn/AAH+KN3Mnl+HHgVm2hrmaOLn3BbIrmNa8MXvh/xquiXxha7huhBJ5L7lDgjIHfv6V+sQx2FqtqlNSaXR3PGdOa3R+i+gwmDRLCA/8sraNOvooH9Kv02IBYlXHQU4NX8t4yTnWnJ92fUwVopHjf7Ynmt8FbqGFHd5b2BAqrknknp+FeffsN6DqdhqPiG+1DTLq0WS3iSJpoWTd8zE4JAB6D9K+pXRXxu7HI+tJivpsLxR7DJZ5aqfxdb+n+Rzzw3NWVS4tFFFfJUleaR1N6Hwt4tjM/7Udzds4YR+JEwo5JCzAf0r7pr8+dZ1q50X446jq8dsl5I2syzxRIwcv++Yr6190+CfE2n+KNDh1C0f943yyxnG6Nx1UgE4Oe2e9fqvH2ErPC4aUI3jFWv8keXgJrmlfqzdzXiP7Tfwi1j4kT6RfaHd2cU9jHJHLHcuyhgSCCCAeeD19q9tH3iPSlIr87yjNK+UYpYmjuu/mejUpRqx5ZHmH7OPw91T4c+DLrSdXmtJbq4vTcZtnLKF2IoBJA5ypr1BabiiozPMauZYqWJq/FIKdNU4qKItUfytOuZiPljhdj2GMetfnUttbSkuwKk8tnnJ9e3tX6EeKY55vDmpW9soMstnMkeWCgNsOMkkYGe9fnn8RLD+wvEMFlFf2NywtYpJBZzmRY3ZAWVmwPm7kDIGcZNfp3hnC9Kql1a/C55OaK9jT8PWmnarq8Wmtc/2UAuZLi4OxFIGTwM554HrRXLSXNxa3myadJFKg5Rtw5GcZ/Giv0itg6spXhKyPEuS6ZAl3eAPP5Bf+L3rpptFhsLKG7hml86J8M45DZ71D4n0OC2la5011aJ3LKi9UGehqx4U1+zgLw6tLIUVMRALn5u2ayq1Z1oqdN6dhpGJqumSXRe5eZ2kY53Zr0L9j2KWT4z27zB5BFZTN9MhUz+vbmvPNY/tWedmgjZomYt8g4x1/lXs37H0UL/Em+cR+WqaY5+foSZogBz1PP8AhXLm9VwyutfX3X+R14VfvYn16cbSQQcUifcX6U0DcN6A8jpnGfb2pwJ7riv5rZ9OmfHH7d9xv+IWi2//ADz0oN+Jlf8AwrwHRoEmvFSQMQ3y8epr379ta0lvPirbbdpWLS4RjcMjMknbPrXjGnW9rp8omu90oU5UR+tf0vw7ONPKKEFvyo+ZxbtVkbc+h2ejRL9ouY386LOCOV/D1rnBotxLOBaSiaN22hxxg9s5PFXNQ1W41OJFjkZhE/7tNozitvTdHFlYJcTxsZrxiERZOnTqP89K9CNSVKN5vVnLzHVfsk6fJB8a9PllC/uYZ2IPGCYnUfqwr7iXb0Vix9D6V8l/sd6RdQ/Eq71G4ina2bT5Y45Sh2bw8RIz64b9a+uMV+M+ItfnzGOu0V+Z9Dl2lESvkL9uG5LfEDSLdU3hNLBzjpmV/wDCvr7FfG37ZGoSf8LbjiVlxDpkP3vXc5/rWXhzG+aOVtoseYaUjxzRr+fTHaW4hjbaMKklal9dxXVsYjJHGZMMyqeCR04/GhrnRL+w3anJIbkgBfLXGPrVWTQredzPpk4Nsi9XbLGv2mXI5c0tGfPpn2L+zYLyf4cWFzH5VrZuJI1ghT/VspKl9zE7s46EdT16AetuQoUDucV8/fBL4m+AvBnwj0nTNZ8Qww3qGZ5YAskrqWlcgYUHHGDj3z3q5q37SPgWFHl08X+oS7F27YBtU854Yqf8favxjOeH8xx2Y1ZUqT5buztoz6CjiKcKaUmd98f7mOz+DXiW4k6C1CfXcwXH618j/s/21hd/GDwzcQpJ5gvDK6q2QdqMw49eK3viP8eIfGPh3VtAbTLspfFQsrXIRUUShx+7CkE4GM571ifspWN0fjhpICZWCK4lOen+pYD9SK+2yTKK2UZLXhX0laT/AAOKtVjVrx5T7uY/Ix9s0xx8n45px++VwcD9aDGpO4gbsYJ/HNfht1zO57Z8Tftis918WVVACkWnwxpgHB+8x+n3v1rxa4dkmTazAIuACc17N+0nrlhN8aNVWC4ZjCYoJgUGFdECnBycgfhyT9a87t9Nj8R6xvULBAAQXReuPWv6ayOTo5dR9orLlX5Hy2JV6rG6ZdXUmnHZGVXY2XIBDjocfmK+oP2J5bp/Bet+dI7RrqACITwp2DJH14/IV8z6lpA0o+THcFpV5Qg8qO5B9e31Brr/AAf458R+E9PFv4X1LapuS7xsybHfYo3OWUDBGcc/w9O55M/yyeZ4CeHo7yNsG3Tqcz2PumL7oXJOPU1UurvydasrI8i4imPXuuz/AOKr5Y8X/tA+NtqJZT6Zo0iSBZo1jMhHGDnIOBn+L3GMc1kwftA+KbrxPpk81lZo0LvDHDGryZD7Qw+ZyWPAwc4NfmlLw8zBe9NrZ6fkeq8ZBH2Wua8A+NNja6p+0T8O7F7Z3nwkpPmcCOOV3Ixj/ZP+FdZ8H/jHpPjfytKuFmt9VXIYNHhWIUsRkcZwrHHHANP1rRlvP2j/AA3qnBFlol1IT3yW8sf+jK4MlwlfJ8fUjiE4tQlb7mXVmqkFY9PArLup93iixtVf7lrPOw9w0Sj/ANCatZa47T7xLz4w6paISDp+j26njjdJLIx/RVr5vA0fbOrUf2Yt/fp+p0TdrHZBq4D9oqf7P8FPFEmeDZ7D/wACZV/rXenivLP2rZvJ+BWv843+Sn5zIf6Vtw3Tc81oJfzL8yMQ/wB0zgf2E7RofC3iC9cOqzXkaocYDbUOe3+1X0bMrMRhsLnJGOteFfsR+bJ8Kr1pXLbdVkRc/wAKiKI4/Mk/ia92bcWUD7vevU42m5ZzWv0t+ROCVqKBMEZVQueuKdQQB90Y+lL1r5OM5LZnRYQiMKzydFGScdq/P/xBcnUf2jb6aFPOjl15gUxnI8329AK+/poVniaN/unrXwbpMd5ZftIWkkkMkUN14lAwSQJF+0A4469Qfyr9S8O1aliZPfl/zPNx28T72opB0pa/Lq7vUk/M9OOyHGkrzr42fFfSvhfbadLqWm3V8+oeYIVhdVAKbc5J/wB4dAatfBb4gr8R/C1xr0elnToku3t0QzeZu2qpznA/vY/CvTlkWOjgfrzh+77mftoc/J1O8zxTW+p/A0oOahvpfIsp5z0jjZ/yGf6VwYSPNXgvNFz0iz8xPEU4uvEF7dJnMk7u3Ocksc19Yfs7/B+a60Sx8W+LLzUPPn/f2ljFcPEsaEDDuQdxLcHAI4xnOcD51+D/AIc/4Sr4paPo8qGS3nvN9yvrEmXcfiFNfo1GiRoERQqqMAAYAr9p4+z2eAw8MLQdpSW/VLY8jA0VNuTEhjEUSxqOFAA5ycfWiV0ijaSRgqqMkk4AFSV8Y/to+NtVuviAfCdtdzQ6fp0KF4lYgSSuN25h3wGUD0wfU1+YcN5FPPMY6PNZWu2ejXrqjG59kW08VzCs0EiSRt0ZWBB/GpR0rgP2dkaP4K+F1bqbPcf+BOx/rXfngV5eY4VYPF1KCd+VtX9DSnPngmcl8YrxrD4W+JbtX2FNOlXd6bl2/wBa/OW7EbXM0e/znR8JIrfKVGR3GfSvv39pu5+z/A7xM/8AegRPzlQV+fUbnzt5A/AYr9m8M6PJl0595fojx80l76RIAwA+XpRTxIDIDRX6SeKdhHfoLhbxJFEgGNp6EVgajIDduw/iJJ+tQo21t2Ks3B8+NSYwCBgkV58KSpvQsl07Wp7dQk7LJCq7VDA5UZzxz+B+tfQ/7HM8t14s1yeOGJbdIFDMjn5S7rhQpJ4Ow84z718yHcJVKvsZWGDnBB9a+i/2H47j+0tfngk52wQ7PKLAZ8wgscYAGOmec44rw+Kaa/sqtJaO36o7MGr1UfWrHauevNOYg9DUWNsYCjOCPwGfSnA1/OLVj6ZI+P8A9rHVtLtfibqlv9hWe7e1tg87M3+jgLuwq5C8gjk5HpzmvF/+EhRRJFCCI5F2uGx8wypwcAZGVBwc9PWvpr4z/AvxP8QfiPf63BqGnafYyiNUeR2Z2CxoudoX2/vflWNbfsjyyQo0/jKKKTaAyrYl1z3wS4z+VfveVZ/lGFwNGnVrJSUV3fTyPAr4SpUqNpHzvBrEdjIJ7KCNZd+47gGH5GrN/qEeosbg3Twy/wAEaj5T616/4o/Zb8YadZyT6Nqun6w6AkQEGCR/puyufqRXhmq6Hq+lif8AtDT7m28ibyJQ6EeXJzhG9Cdp49j6V9NgsdgceubDVFL+uxwTw1SDtJH0h+xdf6pJ4o1nTrm4neCK185Yy2UV96AnHTJAH5V9VA18k/sJ3U8viXXYJbmZoktV8qJmJVSXG4gdATtX8q+t8V+KeIKUc3lFdkfQ5erURa+I/wBsCxuLj4wXdyGjMYgtoVAbLMSgJwOpxmvtyvK/GnwW0nxZ41vPEuravck3CLGkMcK/ulEezhmzz3zjIOMdKw4JzbD5XjJ1q8rLlsVjaUqtPlifEVndebILBraNlEZjUogQ4JJySByecZPOAB2qrMl3YXHkT+ZAOo3dcfSvuHTP2e/htaLF5+nXmoPF917m8fIHJxhNoxkk4rxr9rnRfCvh7XNE0rTNBt7V57VpDLFKwkI3FQCWJBGR3zX6tlvFuCzPFrD4dN330PGq4CpSjzSPni6uDJkby3PWoIi652EDIwc1f1XRruzzKYmaE8q+OCOxqhCN0qL0+YV9hBx5bxOVanoPhr4P+Ptb02PUdK8N3k0cwVopGARXBGQQWI4xjn3FfTP7Mfwj1PwU9z4h8S+QmqzxeRBAjh/JTOW3EcEnC9OgHvx6f8PoFsvBOg2yx4/4lttk4yFIiQf0z+ddAvFfh3EfG2LxSq4SMUottX62Pdw+BhFqe5K1Y3jbX7Twv4Xv9bvHjWO1hZwJHCh2A+VcnuTx+NW9YuL22sHl0+w+33I4SDzhEGPPVj0/I18eftL+IfiQdUEfiu0bTLGXfHZ2cUm6LAUb23KfmYhsZ9CRgdK8PhXh/wDtXFJzklFPa+r9EdGKrOlB2R4jr2rXeua3e6xfsrXV7O88pAAG5jk8Cum+Hl3c23mGNiLcEBy2ApYn9a53S9JnuJV82OSNGTzV3IQZF3Y+X17/AJGtvWruDcEkiKRyR5ZYgAgJYsSAAMdB+XvX9EyhCUPZrY+eUby5ibWLiC3QsZnRLg72VJFJU8fdkGcA+wB4xjjmGC62W13qVo8i28NskVvlwSZGIDFsdfutw3OADjisa4jtZNO3faP3xm2fMvAQLnPHPJI/KqTW8gRPIVjHnBkx1J9fTp/OtFFRRt70nodRp+pzXePt/k2cyRtA9wV2B42I++QCTg57E9h2FZOrXUkN7vaMJGWDWxQFUKKSFIGc9R3OeTV64gu30WK2ks8TwPlvkOSMeh4GMdMdeaw7yOdP3MkG1gQcsPmAHbPpSUovYqpTmktDe8EeJdY8Na3Z6xpkkcN3EzNHKiqWZW4Kt1GOO4zya+rPg78SD438cWN/dQxfaI9PNlLtYKQ7MXyFz8y/JjIwRuHFfG0FwII/LZFeEMCUP8Td+eo/CtvwP4j1Hwzr9pqGmystzDIrxSZG3oQQwIPr+WfWvEzvJaWY0pNK07NJjo1XTkfpODmvK/hRqK6l8VPiTelg3l3tpZKzN0Ecbqf1/nW/8KfFD+JfB51iYlkRiN5KnOEUsPlAHBJFea/slxpqi+K/FEsYNzd61LiQ9dpAYr9MsM/QV+NYLLJYLB451tHFKP3v/gHqyqKcoJHvbOoOOT9BXjH7Zly1v8FJ1U486/gj/wDQm/8AZa9mwo4JwewrwT9uKbZ8KrCHP+t1VP0jkNcPB1P2mc0F53+4vFO1Jmn+xrvPwhEsp3NLeyMD/shUQf8AoGK9pwcggV5R+yRCI/gToj95JLhif+27j+lesEEVlxZNSzjEeTaHhdKUSnruoLpOi3uqOpZLO3knYA8kIpbH6V8geKv2pPGs15NDpFro9rBn5ZFgZm/HcxGfw/OvqL4vzx23wr8UzTMUX+yblcg85aMgfqa/OO2tlmkCtIE3HAJHFfc+HmTYPFYapXrwUneyucWY15Rkoo9C1b47/FLVMxyeKbm3Vu1tGkOPxRQf1qD4NS3+t/HLwzd6tcS31xLqcTSSTuXZsMDyTyeBXCRW26RwH5TOBtPNek/s1x3Mvxy8NxSjIE7v/wB8xu39K/R8Zh6GEwdV0YKPuvZW6Hm05uc0pO59+UtFFfy5LWbZ9Oux8mft7z7tX8L2pPMdvPJj/eZB/wCymvTP2Nbcw/BG1c/8tr6eT9VX/wBlryX9ud/P+Iuh2u7Hl6SGP1aaT/CvcP2WbY2vwN0BSMbvPbPrmeT+mK/Ws6k6PB9CD3dv1Z5VHXFyZ6ktY/jef7N4L12f/nnptw/5Rsa2AcVynxhm8j4VeKZc4I0m5A+pjYf1r80yin7THUYd5L8z0qrtBs+WP2Kd9x8UrqPJMMFlJcYIHD5CD9HP519nvypXJGe4PIr4/wD2F1c+ONazgIljwcDOWkTv17V9g4r7DxGnfNUu0UceXr92PU5r89v2mpTdfHTxJt5C3Cpn/dRR/Sv0IWvzo+N959p+L3ihtv3tUnAOfRyB/KvT8L6b+s1qi6Rt+JnmTtFI+6vg1B9n+FPheE9V0q3J/GMGuvrD8CxrB4K0OFf4NOgH/kNa2zwK/Pc3qOpj6031k/zO+l8CPJf2s3VPgtqMLEAXE8ERLHAH7wHk/hXwk6yon2dHY+Yd7IvTIyAR68E/nX3L+1tc6XD8KiurrO8El4qokXG6URuybj2XK845/nXxFaT276mJhGLaEPkICXKj2z1r9u8OotZRqt23+R4eZytUuQXEE1tO0NxE8Ui9VYYIorW1aSG+1N/Jcv5jYTiivvo6r3jyOchSJXxxiop98cuPbFOtb94ZwwwB3zzTJ5I5JnMfC54rl5WmbosadMY1lUaXbXayMAzzB8IDkAbgwCgk5z/sjnqD9SfsUQ2kOg65KqOlzJPDFM7kFWZRIVCkdgp/QnJzx8kNM4JUnivsD9h+Tf4A1hioP/EywG4BI8tTz3P/ANf618rxteOT1H6fmd2B1qo+guemcHuKd0pmcPtqTt6Ed6/nd6n0Qhpc4qjJrGlR3wsX1KzW6JwIWnUOT6bc5q6DV1KFWnZzi1cSaewHnrXzh+2l4ehj0Kz8TRIke+X7NeFfl835SY84HOMHr7V9IV4/+1/bpP8ABHUGf/lldQOPrv2/yY19JwbiZ0c3oqL0bs/mYYuKlSdziP2IdLhi0vVdUiO4zpGkhwPkdXkBUH/d2H/gQr6WFfN37DvltYeLZbePy7c3cQjXnAGHx1JPTHevpFq6uPG3nNS/kRgtKQtFJmqeoarpunpvv7+1tF9ZplQfqa+Rp4epWdqcW35HW5Jbl2vjX9uybd8R9JhJyY9JUn8ZpP8ACvpPV/i18N9L4u/GWk59IZvOP5RhjXx7+1B4x0Pxx8SE1Tw/eG8sorKOASmJ48kFieGAPVj2r9O8PMoxeHzB1q1NxjyvVqx5mY1YyppJnnNrqN41ubDz3MUhHyZ4qzdaHeWUglnjKjcMAjrWQoIZWBwQcg11T33+hLFfSvMQoKMp4X2r9gq80LcnU8NH6G6Mlxp/hiyS8eNpYYFDNkKuQBx0HHGOnQd+tX4J454lliZWRuhBr83tY1PWtW/4+dWv75j/AM952c/+PE19D/sO6zqL/wBveGrsu9pCI7qJXYkIxJU4H4A/hX49xBwSsLhauM9rdrW1ujfqe3hcbzyULH1Biue8feFNN8YeFrzR9StIbgPGTAZFz5cuDtcehFdA1IXC7sclRnFfnOCxNTDV41Kbs0z05xUotM/PDUbQWWqRfY1Kqsm1sx/KDyCFDk7gCGHpkc9awdUZJrGdE85miYBMEFChz8xIA7446c16V8fWtT8UtUSyjjhtVY4jQbVQj72F7Atk575z3ryaESFH8plfplFJyR+Pp7V/T+W1XXw8ar6q587y2bRteGvDks0Y1G9hkOmLOiSTDnc3JIXPUEA89OlfVnhX4f8Agg+HbeaB3CvHulLxLIzsAFyGYZC8cDnHavIPA+lavceH9KiggW5tbkS2yImS8W4FTJtxgnbkZJGN31r6e8N3ekadpUOktHEDBGq8jGABjJrzsXjW5pJn1OBwUYUb8tzzLWvDujWeoPc21pGlqyg+SQCuTgccdO+OlebeO9B02ytZZhp8svmoCjsm0qcgk+h4yOa+mI7fRpzI0skZXI2g9c8H+WK8w+I/iyzEr2VvbRsnzITIAFOODyemQTXBSnUjUUk7npVadOcGmrHyVqcIQb1LLuYkgjGMZ4qpY7of35crnIDf/W9K7zxDptldXMkcD2+0zqu+Ns43MBz6gZHNcLdI0MrRt1Vip/CvrKU+eKR8RiKfJUsemeAPF+q+HtI1sWs12tv9hFuHgU7BNJnbuIGB8u/qecccgY+mP2RdO/s/4S5J3NPqE0hbjk4VTyCQRkHBHavm7wXcada/CfVYhpxuNb1S+iW1mIV8pGUeSNc9G78A7gcZPSvrv4FrAvwq0UwbRujZnUEHY245XoM4xjPXj8a/NePKsaeXzjCNuaST+SOjBr95c7Rq+cP27bkJ4Q8O2oP+svpHPttTH/s1fSIGa+Wf29pjt8KW644N1KwJHP8Aqh/Q18LwDDnzqn5X/I7Mc7UWz2D9mi38j4H+GOAN9s78D+9K7f1r0ZWz249a4r4FxpH8IPCyKeRpkJb6sgb+tdmOK8biKV80rv8AvP8AM2w6tTRwH7SNwtp8EvE8pXdutVjAzjl5EXP61+ew3bwwOMHNfef7Wk4g+B2sqRnznhj6/wDTVD/Svg+F9jE4zxiv2Hw3pqOVNrrJ/kjxs0l+9SLrztK6Sxqy7E2yP7etemfsnwNP8d9FYyB/LjuH6/8ATBx/WvKopMtsIcqeoXvXsv7Gtu7/ABrikRNwhsZ2IJ7EBf619Vnj5curv+6/yOPDfxEfbxOBmlpsgzCcFQx6bjgU6v5ca1ufVHxX+2nc+b8X7eHvDpcKH8Wdv619Mfs/QeR8GvDEfQGz3j/gTM3/ALNXyp+15N53x11SIciGG3QfjCjfzY19d/BuD7P8KfC0OMY0m2OPrGpr9a4sThw3hYvf3fyPKwuuJkzq68//AGjbgWvwR8USltubQR5/3pFX+td/jDt715X+1nKsXwI1wM23zHgT/wAiqf6V+f8ADdNTzWhF/wAy/M78S7UpHkv7B8QbWPE92rcCCCPp6s5/pX1hXy/+wXb7bHxVcZU5ltlyPXElfUFe34gTUs5ml0S/IxwCtRQq1+anjtm1D4lazKvWbVJiPoZWr9JriQQwvK3RFLH6Cvzj0S2XUPGlszoWafUFz77pB/jX0fhm/Z0sTV9P1ObMndxR+i+lx+TplrFgDZCq4HsMVZzuU+xpAAAAOgoU4z7nNfl2KlzV5vzZ6cNIpHzt+3RPIngXQ7ZclZNRaRhjI+WNuv8A31XyBbrvbaOGPQV9aftxw/aLPwtbLtiDS3DuM+0Yyfz/AEr5pbw5KCi2cnmyEA4A6HHSv6C4Lqwp5LST63/M+czF3qso2WnzzudrBCozmit240DUbeNZhcQmbGWizhh9aK+qWJjLVM8rlmYcti9rdeTfx7CPvCq92qCQtGW2ds16ndeGv7TtLrU9LdJ1fAYyMNwzngVyWp6SLeYxSWLIyJllY9T6iuKjmEKrsddjj5eDX15+xNIYvh7qAG9jJqTA7QxAxEhyOMe2cnqOOa+Tbi02ko5bf2x0H+NfYv7Glq6fDO5JZhE2ouY5GXBdQE3deg+UA8mvB42qR/sea7tHdl/8U9zRizhck8ZBz+f9KmqOPDS/LgDHTGOfepG4BbsBk1/P1PWvFeaPoH8LPzZ+It9PJ8S9cuI5nVm1WZgykjH71q/RnwzJJN4a0yWZy80lpE8jHqWKDP65r80/EAkuPFF3Mwx5147fmx/xr9MtJh8jSrWHGPLiVfyAFfrPiQlHBYZLz/JHl5e/fkT7v3jLg8AHPrXjX7YjSp8Eb7y5NqNdwIy7c7gWzj25Ar2Ut85GOgArxT9s4k/BsxqQC2ow9TjoHNfBcJRvnFD/ABI7cU/3Mjn/ANhdbk+DNbumEQjlv1XJGCSqL6f7x/8Ar19GMa8J/YttHg+F9zIOEk1GTt1wkf4+te6108bVFUzmrb+ticGrUUFfmv8AES8kvfH+vSyTSHfqE5HzHGPMav0nZlVSzHAAJr8zdTha/wBcvLgOrNJcO2M8nLE19f4XxX+0Sfl+px5o7JIw2LKxBqSM1syadJGQ8to7L3C8mmWlhayX0QWbaGYfIw56iv1p142bPHi7ux3Gk/Ab4panFHNF4YlgjflTPNHGSODnazBu47V02jfs1ePrieWHUbvTbGKGVFLO7uGUrkuuFwVHQ8jkV9g6TYvaKIUuJZ4tgDea5YjrwDnjA46elT2sQS1upfmKF2wWPYKFGOfb26HgV+Q4zxBxsZyjCMVby/4J7McvptXPj7xp8MtE+F9lZT6xr9xqs1/K3kx20KRKAmC3zux6huDtruf2LZLK51PxJcwRFZVihRjuyCpZiO3sawv23pxHdeHkih2idJ53c4IcsYxx1I4UDtx7Vr/sJRE2Pia4V1Ul7ZcH2EnT869rM69TFcMTxVV3lJfqYUoqGKUYn08aXGRTSen1qOSYQxPIwJCgk4+lfiNCDnVil3PclomfBvxhvNLvviLqUuk+c9rJK+5bgcqwdgQCMfL1x9eelcLqel6lBpcV5PD5MDylcArywzzgc44OCffrXqPhj4S+PviBez+I9G0xbfTWuJNl1dS+XGPmJGzOWcA9wCM8VofEvwNfeGdKS21UG9mu1UQGOKVCHBYN/rEVj1j5AwSa/qDDzeFoQgtrI8XDUVXnJM2dN8Qan4V8EaDc2c1pY+ZYm5klkj3E+YxwoH0Vf88Hir74o+Lbq6cSakFhP35lswGYZxjnnHNe/wCu+E/DXiDRbGSaVbZILWGO0lTnYiqAODweteYeKvA2vQkma3eSD+GVV4I9cdR+NeXRrUOZpq+p9U8PV5I8rtoT+D77XNa8H6vr8DyTW1pL5s024DkjBGO/HNeQ6tHealq32e2N7eAH7kkxAYZwB+Xv2r6r8I+D4vDvwhvLG3l3tJAJ5Wx8rSE4PHcDge+M14LDp3k3DzorK6nHzKQGHIz9ODXRhuWEnJGWIpSqpRb9SHSdE0+32NrOjC0codrGcSKTjGCOo+ua4a+0aOfxhNbyq7wRAzSZJyU6nkdP845r1AaXJqEqcsmfTtWF4ms3steSSzk2TQJFDdSn7gB3FgfrlRXXQrttqLODFYRO11oanxEhh8HfCvwidNmlt7+8nvp4SQq+ShfZuRl5JZSo3MSfkGMV9O/s8xNF8GfDQYsd9kJOT/eZm/rVDwxZ/DTxXptvLrOn+Hbq1ggjhsI7y0VHZAg3SBXOVDE/jtB7161pthoenaTbWekW9rBaQxKkMMBxGiDgBcdq8HiLh+tmeAVCEkpc13c8ynPkqu2xRWvkn9uoNceLfDsDMiiPT3kwzAdZMZ9+nSvr4W6mZ/MiKAHgxtuBHr6186/tWfCPxx438Q6frvh62s7y2tLEQNB5winJDuxOGwp4Ycbs+1fMcKcLY3Ks0Vat8KT1+Rri6yqU+VHrvwvjWD4c+HIU/g0u2B/CJR/SukrO8OWMmmaFYWM0ex4baKMjGMbUA/pWiea/NM4hP67VlNPWT/M9CjbkSR4z+2TKE+DTxnrLqEKryOoDt/SvjT7DG1rvdJCSSOE4BHvn+lfX/wC2eZX+GNpBCqEnUUcknBULG5LD6d/bNfIx1GWCyeNJ1YA4DITtb3APPvyO9ftvAMXHJ427s8HMdapjlZIt8ancpwT26d691/Ykt5JPifqUxfZs0pwD6kyxcdD1wRXi0s1tcxo6RbZOd4B47Yx+tfRX7ErNc+MPEV5O7PMtoELMclg8gc5PUnI6mva4or+zymu/7v56GGDjeqkfVx5G33p2aZk9jin5r+Z4+9JI+nPgH9pi5a4+O3iIryUmSP8A75jQf0r7i8AQmDwLoEPTZpluv4iNa+E/jQi33xu8SqHCyNqcqDPfDECvv3SIRBpVnCvSOBE/JQK/VuPJcmVYSku35JHl4F3rTZZx81eKftpT+V8Fni6CfUYEP4B2/pXtu33rwT9t6VE+GWmQOcCTVFJPoBHJ/jXx3BsObOaF+j/I68W7UmZf7CECp4L8QXCj/WX8a/gsf/16+jq8K/Yptkg+F1+0cocPqsnAz8uEQdwOvWvda144mp5zWa8vyFgVaijP8TTLbeG9TuHHyRWkrt9AhNfCvgCye6+IXhK6j077Np17q0ccOZdzSBJV3E85PUDIAHH1r7W+KM/2b4b+JZ8426Vc/wDopq+If2ckmv8A4yeHLdtjrb3fnjfnAUAkgAfTI7V9fwFBwyvFVn0/RM5Me/3kYn6BUU0EnqP8KhScPt2K7bhkfKRx+P8AKvyqUXObfmeotEj5j/bhvli1Pw3AzDZ5E7YQDfkkDJHXHHX8q+foNVT7SM3T7Vb5cjawx09R0x0Jr139tc3x8a6XHcRhlhsAfNBwSrTS7VAzgjA9PrXgcz20sQEKurKOT6mv6N4Xw0YZRQXl+p83jXeqzpRqS3d0sEyO5kb5WH3jRXOQPcGFXjJzEwIPpRXu/VV0ZwnXWnie6sNOSygRSoOc55q/qc02rxQamupL9pPAhzngVylxZ3MEzedGyhDg5FQSXGybK8D0rl+rQcuaG5rFWVifXLx7i4e4uAizFsFBkE5zz6Y4/Wvr/wDZJu3b4VKkZkigguXRVkw25SdzEdwOSOmMY9DXyJpVgt9rFok11b20LSruluATGgz1YAEkfQV9ufs+aXZWXw00saUp+zTebOGlj2yPucgngkdh+AHWvk+Oq1OllfJ1uj0cuV6p6bHt25AxmoNWm+z6VeT5x5UDv+Sk1MvSszxtN9n8Fa7PnHl6dO4/CNjX4lgoueLgl3R7U9IM/OPSf+Jh4itrUn5pbtFBJ9WA/rX6ZLgLgDgV+c/wv06PVfiLokDDypP7Rt8Ltzu/ern8hzX6MR/MgPSv03xOqLloQXn+h5uWr4mBFeB/tuXXk/DLTYsH95qi8HviN69+2+9fOH7dc6jwj4etiP8AWXsrj/gKD/4qvkuCIqWc0b+f5HXjP4TOr/ZGxJ8Jbea3he3ga6kIRm3ZbgMc8d16Y49TXsX8RNeVfspQiH4IaIQP9aZn/wDIrj+leqAVxcUy5s2rv+8/zNMMrUUVdam+z6ReXGceXbyP+Sk/0r8xGaZrt3Qk4Yn6c1+lfj+byPAniCfOPL0y4YfXy2r84dLsmnYypMqHJ53fzr9I8MY8uErTfdfqebmm6QlrqlzDcLKXY7fetLw5M2q+LdKt3C5nu4YyVGCMuBise6thDOyzFlyDtI9a3vhZZrcfEvw7A5yp1O2DfNtODKoOPev0quoKjKXkeRT+JH6K6ba/ZbSFBc+eFTbv67h2571PCoS3G0fxE/rUdokogjEhXO0dCT+p61Z4wAOgr+WsRNutJvufWwWlj5A/bnuP+Kp0GDOdli7j6NIcfy/Suq/YQEi+GvEUmPkN1Ep9zsP+Irnf2tNKvfE3xt0Tw9pivNdz6dHHAgBYu7PIQOOmeMk8Dqa9++CXwyi+Fngqa31HW4GWQ/a7+5bakavtA2oW4CjH3m65PSv3Kll1TH8NU8LDeSWvzueNe2Jcux3AEj/6uMuc9F61zfjTxho/hm3P2sw3V0p+aJZQFiGOd7kEKfaq+sa/quvwS2OgJLaac+F+2SF4/MH+yOJGH0KezsOK5+0+GXhuGUT39q2o3HXddNuUH2T7v6Z9Sa8vBcK4HLmn8c11Z7NCnKrrU0Rh2X7QkccosLXwfdX+mRPh5rSYybFH91SvPtyB6VseJr6fWTZ+JdPttM1XR7q3a3nChopYcfN+/U9AMKrA56k4UCu506wtrS2SKK3iiRRwsa7QBT/7RsLS+jUhQZh5bEDlsDjJ7+n419VDFrlUJFyw/s3zUz5c/wCEiurSJbG0uYpIrRnhUI4kVVDHaA3f5dvNesQQX+saZZQmTb9qUeYxP3U4z/hXmPxV8M2PhzxpIbFEg/tAyXJjVQAsvmyHYqj5QNjx4A/nmpviL4r1KHwxoSadL9njkLxyOh++UIyP5ce/tXnV8P8AvPd2PVw2K/dvmJPGfxM1DT9e1Xwzrt35cUI2R/YyCroMYGQAP8M4PINed6L4zgv1IunVfJZthPy/Lnhcc9P607WpbrWLL7X/AMIjd3Vt5mJL6VcOWJ4G7gKPbFZC6ctxujl8PKgY7iyzEbR36DmvYp0oKHqctarWdrHpN1q1rbaZDeQNuRgApzya8k8Q6xM+sXVhIiOtwwd3dhnkDjB44xwe1bF9IdNtdOjLllhVjyehz+lYvhwR6prUlxcRYLNngZ2jAxkVrg6EYXkeXjcTOb5ep3vhvVj9iRUlhTaAARJyBj6V6h4A8R6lDrdqI9YVCQMGVmdeAcA/KTjJP515pDYOtqsllJb/ACEFnEYbA78V0+iwyGYNLcBkJB2xjbx9e1dzqPqcEYcp9XeGLo3VnG+oErJISV2ghWAPBGfz/Guka2hKbNoxXjXgrxASLbN27E7vIhmJY7wfmUYI6g9cevpXrFrdb/ud+vz7hWtOVzCvGzuP1HybWFPMhLxscZA6HtWIscM0sip5gycjC8j8MnNbl4zPayL1OMishozGrNcSRIhPysTjOSBg9upFeZmOU4TGaVqaZpQm0tDz74y/DWH4h6VY6Td6o1na21z58u2EM8nykBRkjHU+tef6Z+zF4Dt0Rb3Udbu8HLL5yRoxwB0C5HT1r6EW3V5SFlVmYcB8kZ/OqrQ/JJIYiGXhgc4H0OOlfN4zJsdhsP7PK6ril9n/AIJ0Wpzd6iuzy/T/AIJfDLShHLD4YhmaLLf6RNJIGOPRmx39K4b9ka8j1LWPFVydPsbYwmCPdbLjcGMhAPJBwABwB75Ne0+JTqcOk6k9u8DKltKVO0k8IT69T0H5+x8I/YfsJodJ8R3MpZTJeRouMYO1XyD7Dd2PWvlf9ujlGM+vybmuVa+pShT9rDkVj6VIpaTPIHrTLmSKJB5soTcwVecZJIAH5kCvzHC03OtFLud8nZH5z+LGOo/GTVCxw0uuShT15Mxr9Gl2hQEPA4r87NI0W+1Tx7utjHJN/aSPLt5MYM4TJ5xjLr65/OvvnxF4p0Dw3Yedrms2VqyoMh5gu5j2UH3/AJjOK/WvELD1MRTwtKim3rovRHlYCSjKTZu96+cf28FmbwZoGwfu1vZGc5HB2gD69TXb658ffhzpVrFI2sxzzyZzDFlinBILEAgZwP8Avoe9fP37R3xW8N+OrjS49K+2XkVnJKW+0w+WmG27cAHLdG647V5PBvD2YYbMqeIq02oq+rXkbYuvB02kz2b9iuJovhCxbP7zUJXHHGMIP6GvcK+O/Bv7QmmeBvh5pmiaJ4bNxdqjPMZbg+Wjl2yAMFuwwMnjBz1qC6/aZ+IGoM0lpb6PYDt5dsXI/FmP8q6854LzPM8xq4hJRjJ6Xf8AkRQxlOlBLqfSXx+uPsvwc8Ty562Dx49d3y/1r5E/ZX0xtQ+M+ktGMvbCWflgoAEbf1K0ni/4reO/E2my6Vq+vTT2UyZlgigjRHGQcHao7ivPtK1S8067eewnltJ0BKSwvsdc9Rkcke1fX8PcPVsuyyrg5SV531XmrHFiMVGpUUrbH6Pav4l0LRIpH1fWtPtNoJVZ7hIyR2ABNcBrPxu8B2mnQWo8RxRTzwDc0ETzGElOoCKBkHjqPX6/EyyXN3NJd391LJJJjc8hLHtj+VaIimMANuy4EZBZ85bPavMwvh7gqLvUm5P7v8y3mT6HfftG+ONA8WXNklpqdzO9rCg82OABZWK/OzDeCG6YHbkEnt4zGgdQyk++RUlzptzG7jAYKMkim2xMQIZc5r9BwOFp4WjGjT2R59Wq5u7HxpKqHAZQ3eiumi1fR38MQ2Mtp/pCE7pB3oroXM90ccpyues+KLfRItAlk1K3Se5mPySRYwleJ3tvbpqRRQTHnIz3Fdw95Fp989lPJJf2aj5ecrVHxBZ2uoWJvkNvbqpwAH+b8RXzeXqeHfK22md1jmZ7i1W4i8nAGRnecgn/AA9q+9vghPcXHwr8PTXQCyPYxvhRgAEZGBjgc9O1fnej7ZsHoeK/RD4K281t8NtEiuEZZPsFuy5BxsMS4AP13cdvxr5nxGgo5dD/ABHo5bpUbO0Fcv8AF+4Nr8LPE86ttK6ZPz9UI/rXUVwn7Qs/2f4K+KZAcE2RQf8AAmA/rX5NkUFPMaKf8y/M9aq7U2fIP7PWoW83xS0q0m+Vp7mER4HVlmRse33T+VffSHAxjivz4/ZqgM/xx8NqpxsujJ/3yjH+lfoMOlfceJ0VDFUor+W/4nDlfwtktfLf7etxttfCtseCz3Ln8oxX1EK+Yf2uLey8ReOPDekrdiSS3hkMsMQ3OC7LgcdCcfyrxuAI82cQlbZP8joxn8No9W/ZygW0+B/hjPG62Z/rukc/1rtbzXNGsQgvdUtLZnztE0yoTjr94j1r5i1fx7qPhPQtP8LjV10Oztrfy1ESCa4nRQB98Equfm+7yCCDXlusat4f8T6+lqVvY3kO2O5kmaVnYnjeWPPJOT6duM19dW4AqY/G1cRXqcqk29NXuc8cV7KCitT6x+K3xC8HJ4F1uwPiLT2nu7CeGOJJVdmLIygYGcZJ6mvjB9Ia0WTF5EsaO37wsqtLk5BC46Yxxk9/WtHxJotyurvbO6mLTIRDPJFJuV3DHhSTlj8wGPXNZGuWk8MNvlNv2lSYwSMqg/ix/tEnr29c5H2mR5FRyei6VKTabvqclabru7GRadcX6kSXKgKpYtkMFH4HvwB6nFb3wit1t/ij4fvp4WWGG+jkKrxuCnOBk+w6n9eKwLXQdciSS4toWnjCBsI6b8EcEpktj8Kqafr2o2F0lzFcOs6MGSRTgqR0IxXs1aftqcoRe6sYOg6bTaP0A8P/ABD8Maxqb6RbX0cN7GdqQStjzR6xsfvfTrXVG5jS3DuQqjqScV+fPhTW9bGo2sHh5Ea6vJFWVCoLSOcg84yFIJzgjP4CvtyV5L6TRdImEcFzeMnmxwZCxjAMm3PPQNjNfk2ZcCQjiYunL3Xue7hJyqRcpdDQ0vw7oemeIrz4lahGZtVlgSzsgwBKRjPyoD3fJyT/AAj0zUF/bPr15DqGrs0oibdb2xP7mEjowXu3fcRn0wOKS81SXWfH09p5LRadpf8AottzxJLgGVwPY4jHpsb1rV1PFnOEcfeOAa++gvq+HjQj8MFY1wuHjzc7WstS3bxRRwFmwABWLe6rG+q+QrAqO3rUep6rsgZFP45rhLrWVtr2aaSThVry8Ri07KJ61HD/AGpHU+KvFNvpseHkKqueK8cl8cXWv+PbaGL/AI9LYtPMegAjUtg/UgD8a5zx54gu9avjDC5KAYJrpfgt4VF0ZbiQYN4RFvI+7Cp3O35j/wAc96rDw55c0iMRLkjyxOr+Ifhl9W+G63U1xJKZbkz2c07ENvOSWC/7WAOT8saIOpJr5+0rWd1/bWWobFS2kOEfPy9uPr/SvqT4nLJdtZNbEQ6VYuIVTOFY+WQEGM5bHJHQAdckZ+afiToMY1b7ZDGUNwS6lT0f+IZ9O9djrU1X9lLsctKnOVHnj3Ol+IGla3Y6DFNpupKbOcgBLW6wyZGSGjHPUHpxXC2XiOSxspYZFmmlK8Su5bocZ5/Gsd38Qwzx4LSiL7o3ED24pt7Yarc2onlVbdTnIUYZiSTzXZSpQhFRlJWOeriK0tYohe4m1i6Nors0CNukY8n6D60ltNLYa3LdQHbsK7x2wa09BsEtLZ5VXGeFHpWUrN/wkGQpZChMijuB3/DrXXGopScY7HHOm4xUpbnpXgrUBNcwFXA89sthR+RHfvXUWLo+vz/vWiRySuxvlz7en0rifCVkiXTM+SiAyJk98HFbml6gkHnCZT5hlGSeM1yuvJOxrGmmj6K0mwS4ntUunSV7SFo7eOe3UbAMcsowT67vXPvXZaDq6xW/2SNWnmQ4kIBKj6Nzn9a8a8TeK5tOsn8jzYre9RvKlcsJEi2qowT1yys2On9PUPhHaxNoEDxSXMluicSXAwc989+v8q2oYjnlyoyr0FGF2dxFOJEBqneIj2ksMg3ROPm/2feswX8V7qJjtCSqNg7RjmtO9P2doEJ3vNnao68DNeg9UcSjyMwb6abTLNXkk81QdgdDkuMccdif/r1GNWme0+02svy4xIj9G+vvV++FqQ0FzEHicg7W5AI5FcxeD7FG0tr8ygnzFwBvP9761w1JOL0O6MVLc2TcWVzpsjbBskRo5RkgjqCMjn+RrxqbU7L4B+EWto9OutRs7i7lktrjzFQvnBCNx94A4PH8IPfA9E0W+tjeeXcMyRXKbYXdcjfySM9B2696574r6bp3ivTj4WvXt1F2haGSU/6mWM/JJ046491ZhXLi8BRzGj7OstL3fmYVk6esdzxHW/2pPF1y23TdC0rT0LDaZA8hHGDk5A/IDFc7qXxo+J2t2hMniGS0QowVrWBIwO+Mqu7Hbr3HpXA+KNJTSrqaxfcJ7aVoZ0K42Opwy/gQataV4hfTtMlsLUKTcq8czSorqFIXG3I+VuD8w56UU8jwGHinQoRv6HmSxFTrI5xDqOk36XqTSRyq+5ZFPfOavzRajrV35Uk0zBiSFaQtjoOp56AD8KnWOO+uFtZXZtxwCnIrqmuILBTBZ2Y8xETzGC5I2jGcknGTknFehUr8lvd94x5jibrw1q6XsdsbdmLoHU5zlT0NZdzb/ZpHgkjIkU454xXp0cqXumPdWV8EuE+8jnBxXCX1vG9xLNcLKR1D9ia2w1eVRtSJbMuyWL7VG00fmxqwLR7sbh6ZHIq9JFMkUYYJECcgZ+8Pwp+laW+qSFLTAKjLFjwBW5eabokdtHYm4ka4C/vJMdK1qVoRdhJ6GdoVmbi6ImkIjWPkqM1tSxaRYaerqDJNI2G45xXOrLc2FzJb20sjxuQMjqfatzXrLV002zuZLQQxoud+Oc+9RNczuUo31IdSubGOBEktmU5IGODWdJaXUVvE80yraygsvzZNZ15cT3U5e4kLuBjJqNpCE2SOSvYHtWkaWhlNam/YJbagYokaRJTgSMehHrU/iyzsW2tYKFCDGAOvvXOQXUkDEwSFcjBx3rptAaM2ssdzamWTO/eOeKylTnTlzojlfQyvDmmw3l2Y7qURoBkA/wARorc8Qw6VFBFeW8pUvzt7j60VE5TqvmTsQcwmpXkcPkJM3lhs4NaSz6fe2YikldJh95j0P+FUYo4uHH5UosGffJEyAZAwTgknNaSjHfY7LlO7tjbzBS6vnoRX6ReAUkj8HaKJeXGnQIdqEfdQevPfvX52LaKywO4w2Rkfjiv0i0C3jg0q2gtlVbeKJURVGBwOTX5p4l1V9Voxfd/oeplq99mglec/tKpLL8G9bggikmllESKkalmYmVOABzXoqjFOYZr8my3FrB4qnXavytM9WpHni49z5D/ZZ+G3iJPiNbeJ9U0e702x0+Jyr3ELRGV3UoAoYDPUknoMV9d8UgpGr0eIs+nnWJVaSskrJEUKKoxsjF8ceII/Dfhu61JixkRD5aqCWJxycD0GT+FfHHizXf8AhI76bxVpV2ulzJG37gM0spkLFRsJ5JIwxJPUsccmvTv2qvE9/Yx3emCRkXUNscbiXBihVWDoV6ne2M9chR0wK+b9EF/FdKbCBp5yCy4UnbgdfYfp68V+rcEZNHC4VYh/FI5K8+aVjfGn2Oi6c974i1VJtWvELRw+UJXi75JOQpPrgn09RyulyW8erNdeY0mxTsB65PHf2zVTXDf32otLfTBp3PztuLEn3/8ArcVXtlb7aoVyrI3DDrkV+gQi1q2cM5q9kjpbvxNdXFothDAocuxVzjduYbcZ74Bb8T2wAOatbuaK9Ekx8wA4YMM5BPNdbZeFr3WLm3m0C1kcmPcxxx7c/Xd+Ve2eDv2bbvUrGOfWNTtVd0VjHGu1lbHO5uc/hWU8TTirPc2p4arJ8y2Rn/C/wellNpfi+7n0+awkDhre9aRBtc8MGwFJHOBnqB34rhviD4Z0bUdTXXdKtorWyvleaWGIs/2Zt+3lcfKrEjHXkkelfUWheHbrwzDBpkF4k9lbqFSOWFQFwSSA3UdfetG88D+HL7UJtWazihupl2ytEQolXrhxjD8gHJGeK+f+uyp1G0z6Wrho1KSjJHhH7PXhi4tdeN5p+kfvEGFvbhAAuAQyjOQPZuox3BxXWTaz4r8N/FrRtS8SpGLPzpIIJI+kpeN0UEZ4bOOM98gkc1o/EXXrnwVpkS2Fy7R7QJC+C+cD5sgck8k+9eEeKviFrGvbFaV1WNgUOe4OQainVqYipzpfMucKeHiqbe/Q+v8AwffWOr3dnqcUqMgj3M4OCznkk1Z8eaxAGZUbPGCa8y+HWqyRaVAkXKbMjn1rX8UtNKrSBic9a8qWYylSlBb3PQWBiqkai2sZ1/rm4MN55rz/AMb31yZVt1bmb+Va86yi6LbuPeue+I92unWa3fl+YUT5R7sQB/OufCx56ijbc0xElCDkznkaL7SmmRyeVK6iSSQjiJB1Y/yHqSB3r6D+EOl6jfWYtNPt3jSQJCJSuPssAAOWz1kbg7evCk45FeG/BnSote8d6baXatcT390odQuQFGSXc9MKoO1PUc9ePvWwsbTS9IW3srdIYIV+SNBgf/rJ5Jr67CYBWvc+RxuPadl1PBfilqFhF45g8E2gCWmm6I84HUs7yqCxPdvkPPX5j61414riS5sJbZl/fo4kj57+n5V0PjC+N3+0RqxeTaWt/s5OM9Iw4/XFYHie3u50lkVdzRnGf72en8q+czDXGqR9JlsLYSxzGkRI0yLIoYd63tSsbV7I4QDCnpWFp7+Q4aUFeenpW9LOHTBcup9TWVac1NNG0FFxszhtUZba0VV/iOK5fSpmi8Zaaw6faFRvo3B/nXQ+MJVOpRRxf6sDP1ri5LjyNdim/wCeciuPwINfU4KHu83kfN4562Pabm0Ghaj/AGZKAsL/AL61cDhk7p9V/kRUGlW5n1RYrf8AetK4jVP75ZsAfrXU/EEaPeeFLOwu9UtLLUnPnWZlcKWIyAev3T054PIrm/DWs22lapZ3d3/o728mxlPaUA4H54PvWVekkuZE0p8ysema9bW2s/Fjw/pARBYwSnegTgxoc4wOxIP5mvRPiv45k0HboujBBdy4UhBkAkn5cf3j6VyXg/UUiWbxRuiC28DRRyH/AJaSEA9fRRyfqtTfDi0XWvEreLdSs7m9WB2XTrUJuMsvUzMemAQQD/ez021jh6rXuoupBNXZ6v4K0YxWVqrLtkjBa4Zn3ZkPJHv9asyzJqXjAQojSJZAAkDox/8A1VG2qr4c01X1WaFL27b/AFKtlY8/wj8Pzqx4DtQgvdUc7hcSMyHGNqgAAe/evZpzT908uo3rI5nxvcu3iGa1tnx5Khn9g3/6v1rkrvxIkEDqMvb8xOwP3nJxgZ9hnHsaoeIdbSXWfGJZ5FuZJIre3ycbeG6flXK+Ixd6Z8MtHlmlEk2o6wCqDO/YFYABRyecHv1968+q37Q9GmrUrFbx54oS2AWxuIxcoplR0ky6kY2hjwOenXvUa+K4vE06sgCzou3GMfKeDXnOsLJ/bklvIEVo4TITuPKkjqCM5BJH4CtvwJCP7WhmgfYsfysM4GGxj/PvW8GoM5Krc9DivjTYSy61Zas6bW1C2VrhuxmXhifcjYT6kmvN7+JIm8pGD+pFe9eOLK0vvCoW9+Ro70quRym5ScfjtFeH67FFbam0KKdqYHPeu2jUUpWR49am4y1NfwWyQRzSzI3mhdy5H61VOoX0l/M8TEuAWYA9RVvT722t3X7UWMLr82B0rM1d4HuGWy3rHk/MeCRRGnzTbktzG43Tb6Vb8ygDa5+ZB0NdQmi3GpW0P2SORrZn3FNu6uSt1CWzRlCWPRx2rqPAXinUdAvBslaWDo0TdMe3pXR7JxV4blRlBuzOjbwu3g9Dq0uj3P2OUACQ4Kg85J9q5Txhr1tqetySQW1vCCgRXjXAAr2fxH4sTxX4a36NMkcFrCTNDOe59q8vsfCdl4m0+1eyeS2vpZWRg4+Q475rKNFRlzNGslF/Ccx4SjmbXbIuE8uOcHzH+5mvb/7X0W5sJ9O8QJAm6bc00Q+8oGAB7V5jq/w/8V6ZdwaVFHHcbzlTCehHrXp9v8N5l+FKaywW71azuA00YOcKDzn6YpVNXdF04ytax47rlnp8msXNxp8G6zzgL3H1rmbq2U3Bjzk9uK9s8W6t4Hlng0+KFoLmRVWe6QfKD6Yrl/GHhnRbTUU/sK7kvSyhiSCS30rWjJ7M56kGndHmrQeUxV+or0f4R6Ba+JLiSyuLqWBkTduQcEDsa43XlPmCFoWjmDbSCpBrvvhDZa2Gvjp0DyWphxIyD5iccAenWtKusSaXxFLxN4Fv5XuW0uJ5ILYnAxk0V6h4e1a88MWEdp4nJ01Gl37WUksporhkq0XaGxtKlTb1Z87G2aNtwYFD0x2q/p86WapLPEkwRgwR87Wx2ODmmGCZV3RN5ikdPSqkm6YFWGwqO9dMqN9GRzI3vCmpWB8V6W19pK3VksqpPCkrxmbJOCWycEZHTA+Ucda/Q2zfyYVhdNu0fKQAAw9R6fSvzk8DxyL4m00TymOFryEswONuHHPUDue4r7r1r4keD9AsoZdT8RWEZK74/m3mYYAziPOMnHOD3xX5h4hYCtipUqdGDk9dj1sumknc7gGkllSNkVjgu21ffgn+QNeNal+0b8ONOjIik1W/IJP7i0Cjqf75WuN8Q/tSaeNj6d4WvmhUnLS3axsenOAre/Ga+Dw3BWb1nrSsvPQ7ZYykup9NVFcSpEuWIHXAz1PpXyJqX7VniGaG5itdAsYFaIiB1kZpI37MxbIbBAyMc+tcVf8Axm8feIrFdOudXuDcSyvI7QqqrtO3aNqgAYKk7if4h0r2sJ4cY6T5q7UV63M3j6eyJ/2k9duPE/xQvFcnyLDdAhBBXYrtggj3P4dO1cjC2oHRb6SzkWK3jYLcOZCASc7UGOp4J+g96qavcLKko3SvcSzMZJGfJbnj+f61nXGsXsWgrosUm22Mxmcjnc2MZ/Imv2PAYWNChClDaKscU6iTbfUxWZxJ97OK6Dw5aK96m6PAJAJB5FYmnx+ddKmOpr0nQNMijt0lK4btWuNxKowNMtwrrTuj6R+B2m6BoPhN7qVCjSkAiROS56Kp6Y5z+Z6CktPilC3jUaVBHILR8/vT93Axk/qPzFeV+KfE9/Do3hSCGTbH9ucsc9/L2KPydq5Lw3c3a6zcXb6rGW8uS1+ylSGjjyjbuwwW9DnOa+f9m61P2jeqTZ9LJqjU9mlofUXivxLFtbyZFUyLlTnqe5qLR9Sv7m1j2BQoU59zXkz6rcXjxO6ESQxLH8h6++PU0WHirUdDdpZm/cAYwTgCvBvVlJ33PbtShBW2Nr4sWk+uaDe29yqrNCN8Z75FfOSIVQhgQVODX0HD4qi16by7yIR+avyt/eJ7V4d40lXTNZurSC2jD+Yx8xhnv2HT+de1k0p2dJniZu4QSqo9y+GOoLN4esZM8iMIfwGK7fUrkSW+Ao6Z5+leC/BrxIVjk02RvnDb1yeue3516yb3zLbg8n9K+dx9GphsVKL2Z7WCrwxOGjOJVO6a6EfXPSsn4l6Wk+keUwILIAWHXhg3/stdHoVt510JD0Byaf45gibTJNy5wM1pharjVi0TiIc9No2v2a/CMDJpWoNHsaxgeQkdd259oz9f5V9CXXiDQ7qVtOg1W0kuGU5RJQWAxz09q8b+Bz3s3gVf7NuFgljJSSRl3bQGYt/6HWR4KlmXxLcRXsUy3LWUm0kbTuJUE89OC1fdRrSikoo+Jnh4ym3J7HE6fYT658etQnW3kmjivHklAH/LJU25+mMD8RXtI8EaJqDRzJaS26A5kDLwfxrj/C+mXNp4ri8S2rEObGW1ucDr+8EiHr6bwf8AdFdlD46mRDCcFySMAdAO9eXWhRU/3257VJ15QXsdDifjT8ONKtvDdzf6eZ4JkAKqQMOw7+o/GvmmLVruGCVHdlIBwDX1b40tNT8RWavfXnkW45Oz6+9fP3xV0extfEKS2kZa0lCjKj7sg4I/HGfzrCNSm6rhy2R1OhVdFTcryOIvrCTUIUuPP8to4x1PWuY1HTmGW3B5M8YrumiDcOMr6VVtLGO48Q6bbKPllvYYyPXc4FetSm4KyPMxVOMlc73xv4Un1Dwjo04RnudMgEEpzndGy4DfQFR/31Xml7LNaRW1nqEGd7iKOUjIGPuqw/QH6DtX0vr0b2/he6isw29oN7s3PykgYHp/9YV4r420jzLEEJlreeOQH6My/wAyKuENPePPlO7vFnp+hTtq+m6V4T0e0ZfLUwIuTg4PzMf1YmvVoPEWn+FzpvhLQ4IrzUyBD5m8BI2PqfUnkj3ryX4T6hLr3h3UU07T7+WXaUn+ygxS+X2UybHwMhvlUDO3JJ6D0v4faVoZm+3aFb3X9rbAs0+oKcWn94DKqueoyorzYwlCVmdnPCUbs0ddNx4i8Twab5sYS3fa0jAMWc/e2A8k8YHb1r0TVHNh4aGnWK75Am3jt7muIhutE8JW89zZTDUNSJOZmACpk8gev+fpVjTvF9veKsgQnzMJKW4G9s4xn8vxFd2HqwTab1Zw1oOdrbI4rxF/oOvLaeT5r3UmSwXJJOen5Gsf9oyF7Wx0C0tJVjitGaULjkSdVx9Oa63UdPbUfiNosqqGMd4M4YnhVP8Aga8x+P15cQ+OprS7dpbR5P3YBzsAUAn9f0pzV3c1jOyseV6jeanqOpmeZYZrmQIkj7NgJ83eeg9WrqreeDRtbIA8sQws0gOAFKoMfjmq8McQkhnnDKrTJsBX72AcY/75FYer3n27xLdOriRLq8aJB/sh/wD6xrNyuTY3/H7QXXhm/lClAJ4WA6/N0z/49XhOsQbdRZS5bJxz2r33x7pxuvBstnbMVluZ4dpJ4B5bH6V5jqvgbxFaxYewW4cDIeNgRivSwdrO55WLTc7I58CA20dkoXcBndjmoDYSJKokxtzjilu9L1qC6DT2M8RA5BQ4/OiR9QNnl4nVGOAfWuzmRy8pbOnSm3yg+UHIpHsJEtVlX74YZxTLW51K1t0nZCY84BPSo1u7u9vVS0ikkkkOBGi5yfan7RoTppmnpF/9juB5zMtvIQk2D1Fe3afp2jmxsIdI1C2FgkJkkQtiRyR2/PrXgeraJ4hS4hs7jTJ4JZThQwxW7F4H8cppaXS27FFOzIfBWs51L9TenBxWx6RoN4bfWWuNP03UbhYmZpgF3bV59/0r0X4EzxXdjq3+kI1pJI4khkOH56cV5p4K8O/EbRtAuil7bWsMqjfvbJZfQfXmvVdDsdDvdb0q0gsF06/Sz3SGHjzjjGTjrXNOtFOx1wpyaufNnxc8OzaPr9xdxQOtlNMxQ44HNa/wX1iDw/rLaj4g0+RoDbFLVpEyAxr6d8XeAbS/8D3OmagsbTHc8Mh7N1r5n+LUKRxWWl2OsRNdWUe2aIdM57VrCpzaWOepScHzMTWV0rx94kWzjWKzvo0eSSXaFVgOfwr1/wCE91p/gLwZHNcpFdPJcFWkTDDHY14K+pa1plvaXNtp0cszw7PNQfNgjvXQwav/AGR4Gli1rUVjndxLHajuD/8AXpzk2rCpqz5up6h8WLrw58RLHUE0yfzLuxiyXVcKDjpRXl2l+MbC28OXB0W28u5uE2vGg4PufWip5hygpO7POUD2zbf4a0Ly0tJo4jZStNIy/MpGOfaqEsLhgZGODzzUtubmzmXbkKTwwrsu2clkjPvxcWbGCSNoyfWrmn2txqd1aRK5eG3JOxXJBBJJOCf90cegrTnkZryN77ZJDIcPu4IHqK6bQp/AugNcSyXsk8rjCIv3VrGpB7lwkmcPqlrdzatJDZ2hcKcZC5Gaqa3BNDCtvcqYpQcsuO3b+td1qHjbTYLCODQLRLd1bdJI43EmvOdXvpb/AFCW5mcu7Hkk1K0KduhW8pUQOpIOcjBwQa2tH3XDRxKqpjBcRoAWOMAk9+mfrk1kxxM8wiXqQCN3y5HtnrXS6BZiKOSZpN7xDhU5AOMc9s+1Z1ZpQN8NTcp6GRcs73Um7lAcY9P881hXjM0pB/vGui1eYDUfKjDRWrOxTcOcbjlvfkY/Cuf1EYkz7mnQ2NMQiO1lMNyj+h5r1Pw7qMM9miu2GHevJs1bstQubRw0T8ehqMbhPrEbI2y7HrCSd1oz6AvdMsdW0C2gkvUt/s1wk8cjYAUrng5PQ5qh9g0dtRLQ3tsQDztfPNeX2niiS7kVdQuDFBChZEAJDSYwCfpmp9E8RaZao8ASeHei73kYPufncRwMDOMDnvXixyyvSp25r26HvLNMNOe257anhDWodEu/FRvo7HTobdpVkk+fzmBwECg5B4PJ/rXHeOb1pvDikSbXldVI7jOMg/y/GtPSviXpEfgy58PX93BcWUke3a2eR6eorgdW8T6E8KwoZptsvmjAyucjI5xxxWOHw1SU03C1jqrYuio8rmmmd54SLf6OWbftTA3c4IzzXI/E60hi1iIRhXkMZZj6Ak4/rWRL8RdRR8WdnbRRqSUDDJ5+mKzhqV5q17JfXk26ZwQ4xwFGMY9AM114TLqtGs6s9jyswzClWoeygdj8F/DGreIvFsttpPMttZS3TLj7+wDCderMVA+tekabqfnhYx6ZGa1/2IrVTqniXU8cxQwQqR1KlmZsfkpqL4paN/wjnxAa5tU2afqoN3b8fdJJEifg2T9GFcme4SNSPteqN8gxLpv2b2Z1fhVQVV+nFV/GybrKVM8EGpPCc6GALnkiovGUqtbuB3Br5Gg7ySPrZxsjZ/Z11B4tL1fTAxC/Z3mwT6Yz+fFe13tjb3ejmCWVrcPCm6ZBl14z+lfMfwd1r+zPHVrasu+K/WWxde+51yn6qfzr6p00STWML4PMKtj04FfoeBm50o3Pg8yXs6rscha6Ll9T0yA/vGiZonI4LA5X/D8a5vTLe0sJ/OuIwZj1z0z3r1fSrdEvLmUKuWVRkjkdc/pj9K80+I+iyWWsTSruVZ8yoV6c/eH1zz+IrnzSjyxVSK1OrJcVzVHSbtcxvFesK9s8CTD5umD0rz6XT7HXLSey1GRVQIXVwwBjdc4PuKv6zoWqXEb7Xf6/yrgtfs9V0ohGlJEhyy5J/DjtnFfNKTqzu9z658tOFlscnrMcdpqU1ssu8RsVDDofce1X/htbfbviFo8W3dsuRPjt+7Bk/wDZa2NR8Lf2noUd9aOpmhTc4K4MgB/mKvfAXSWf4gGYYb7NZyyZB6ZKp/7NXu4St7RpHz+PpunFy6HsfiJoP7Av4FBL28SxPkYxlVYfoRXkXiWJG0q5fHzPbyvj/cYP/SvW/GjsdElZM5uJFGQOcBgf5AD8a818XWqIbONMKriVSMf3hj+tevI8CG1zrv2fdd0LTvA7afOl7p3nzCeXU4izKJHyBnsB8hGOM4Pfmuyv9D8Z6xI76X4h07ULM/6to5Crn67uBTf2fNOGlfDazh1C382C+iV0byw3mqVBIIx0BYgVq3/gbTIWe88LarLo8rfN5MeWhz3+TIK/gce1cdWjzu7RvCXLsynofwx1h5FfXdUS3hJyyq/mSN7DsPrXXw6Lp9naLpsdnFb2cLrKGLbmd1OQSepNcHZzfEaCfdexb1yAgDblIJxn1H41vX011cPDb3JZGZx5i5PTr6+1VSUIKyiKo6kndyuVfD9tKnj20uFTEUFtJcSjPJJ3KPp94V5L8YLEav4tOsM0nlhcRqHIXPUnH5Z+le5eILjTvD1je39vOss8wSAFzyuATgfXIrxTxDeozIJZEUIASd3tVVbJXM4N3Od1bTj/AGCkzM4SzheRRgjc2QFGe3IH51z+j6T9k0+yuJRGXiDytn06L+ufzrtPFN0raLaaUsmWuZAXC8/Kv+LH9Kzr6KKOa4juo1MEaJAEHG7C5I/76Irm5dbmspXOo8G3Wgm0km1zTm1CCUYRAucP2b8uPxqR9Q8IwTyNZ+HrqF3OewH86paCqaVpccewFX+ZN3pgf1Jpbi7jkfPlxj6LX2eV5TSq0FOa1Z+QcScWYzCY+dGi9EaFj4tt9OVvs/hy2l5zulAOf0pdQ8dJcx4PgrR8nnOP/rVktLEccL+VNMkI64H4V6ayfDrofNf655m/tEl54zkeIRjwTooAzjIz/SsyHxJcWt6Lu38F6LHKnKkJ0P5VdMtv7VFJPaEdvyo/sfD9ilxfmUvtHP8AiDXvEGqa7Dqkum2ivEchMEqaoXt3rt5JKxhht0lXDJHwM+tdPJNa57VG9xbrjGw59DS/sjD9jZcV5jLqzl7N9Yt40ikPnRIwIRycHHY12q+P72GWKe38P2iXES7VkA6D2rOaeIjIANQyXCgcRCk8pw/YpcT5i/tMu+J/id4s1aIW72cSoBklc5/nXD6Vf6nYeJRrqaJYTXAOSsyblNdFLe7cgRD8apyX0oYhYF4prLaMXdI6I8QY6cbSZZ1rxr4j1WKSKbRNLjRyGwkPQj6muF1HQbjUppZru0iZpB37V1kuo3f8NuB+NV31LUP4bcUf2fS5uZo1WdY9x5Yv8Tn9C0EaVu2abDNu67jiitttU1QH5YBRWcsuoSd3EuGcZjFWUl955c16CoimjJToMivQPh34J1Txuyw6bEDHH9+VuFX/ABrnbXwf4svpz5Wj3H2U9XdMA/TNeo+H7648CeHJhpWspFduMyWzAHBHbqa+bcmtj9OUU99jF8V/Avxlp1vJPGIblB/ArYNeSalol1pNw0F/YywupwdwwPzr6SsPjLKunR3PiWFhHs6wHIz7+lcvfeNYfFl2LWPwXJfCd8CfHO09+1Q5t7mkaEeh5LaLaNbGOeFXGMDtgVY8NeCNM1a2lvpNZS0iiY7o5Dzj2/Kuj+JXgrU9LSG50bQNRhhkHzoVyFrzG5mu7SV1mWSJwcMG4NF9CEkpHSan4YxDK+nP9piYhVk4DBecrn/P61ftbUWdpLbsWPlw75eeN5xjH4dT/hWLoFzqsMayWCSlZflTaCee59q6omWGwuPt0EryywLJEqrzMeRznog25zjkgDjOa48Q7aHpYSPU80ug/wBpk3/3jVO4Iki34xW/qGnXfllryLyGUlfLK4PBIwAPcHmsG7bbKy/3RyPeuulJNaGFdNN3KWKQ1PcLt6HjjFRgZBPoK3OJqw0AFScncDwMdaQ0daKoQ6NWY7V5NNqS2la3uEmQAlDnB6H61H3oGTQjNdFY2htdVQqi+UzLHu64LDcv4HtVbwqYYU1We6s5Lm3WxdWZFz5TtgRseRhd2AT7ivRbLwLqo0/w3KuyObU7hYVRuqyxzINvHXC7z9AaxqM3ge2fsm2baf4f8UXRbDMUycezH/Guy+OulDU/hpp+rJHm4sJFm4+8Edtrj8yh/wCA1X+FX2XTr3xfo6R+WY7ezlKgZ2s0W4/q1d1rtrFcaAlhclHtrmzMEhHbcpAPqOp+nFeXiVeDR6uEk6bi0eJeFptsK84pviaYNHKV9KoaI0sEjQzfKyMVI9x1puu3HmRsU445r8/oq1do+/k70kzirfWtQ0PX7fWdOihnurK5jniilBKswbHIBB/iPevqr4f+M/G974dj1HUdL0uVEVkNtAjxSgjGACSwz1GCB0618d65MyJdbTjKE/1r6g+Cl3Df+ANNnmaWedVaNpZZnZhg8bSTlfl29K+3wbkoKzsfH46MZTd1c9gsNUg2pqsGWtZQEnUkZjx3OOhGTn2+lQfEXTWv9Ha5hQPNbDzUOeo7j8u3qBWFp7JZ35mh2j7Qu25LH/WMPuuR0zyR+PsK3NG1FopDYXBxb/8ALs5OTjuje47HuB6jJ9Cb9rBxl1PK5fYVFOJ4dreuTW9swA2/3QORurxXxzq+rXs84Zjsz/CcZr2X4swx6J4lvLYQ+Xbyfvbc8AFSAePYHI/CvAvGOoMZ22vt3KRx06181h8PyVuWSPrauIU8Oprqeh/DO8RNEVZ7lC7KN8Z4I6g/hkV618LPDWn6dJ4g1eDaGuYIoEReQrs5JAP/AAFT7V8yfD3X/ss4gnhWQuV2s38JDZznt1FfW3wkfHhiN5lK/abp5hu4wFwg/DINdOFouGM12OPHV4zwdupR8aW0kEwsgmBFtGB/eIYn9MV5h4xsbi4vYVGdyCMxBRnJY7Rn0Ga9cvGXXClxM8yCZrmdAOOAFWPP/AU6eua5kiHT/GXh+21Wze9tbpTay4j5Jk3hWH+6Xwce9e453PCjG0Tv/hxp66V8P9B0uad3jW0RoZSeMEZCZ9hjFb9zFcbNtuixSdWkA/XNJBDp8lmNNs3he2VAqxhsFcDAwPTGKx7m2vmdVZryKELtFvuO3vzkdTz64qHKxSRmeJtal0OKK4a4ku5ixHDfewG6D6isvw1DqOqPdajJFcPM7BN8nyqoA6L14H866KDTNDsRHea+FjQfNHC25mJJz90dOtcx8QPiRZ2dvNY6Y9vaRbTHgMDIQfb+H8azq2j71y4pz0S+ZleIdZhXUrWzWVHjJZQ3fgcN+QryaVW1LxPcx7m8m2unZwOpAJ6DvwDxVme+j1DWHkhk3ogxu3ZAGR+oAP51zsN/PaX2r6sERYIoXkbB4Z8Y59yTXJGc5blzhGOx0ukNDqvjee/Yn7PYRsozkjC5z+u40XTmbW7cOSGkDM47bmOelM+FMOzw9JdO2JbtjvJH3AMbs/570WbHU9amu42/d78Kfb/6wxWy0OeR0N2/lRW9vPgukWeDxySaqm4tF+9V7VIFkugznnykB/75FUXsoD90E1+l5dCUcLBeR/OXEVWNXMqspdyOW7syMA1Xe4tCOpqf+zIzyBR/ZqdxXZaTPJjKl3Kby2no351GTas/G4Z960f7Igb7xNOTQog67cnceKXLI0VakurMp7a3Zs7jUbaWhORI351tzaSY5NhUqw6g9aje32nHIpqF9ylibfCzE/seTtM9Mk0W425Fyx+tbTRsvKkn61Gwn27Nx2jtR7NG0cVU7mE2jXg58403+yrsf8tc1uFJj/EaXyHPV+fpQqSNPrk+6MdNJuiufNNB0u6X/lpWqYHz/rKPs7/89h+dWqSGsXLuZP2G4/56UVqmJu75oo9kg+tSPZrjQfCkvgm2e58RyJYphRNHOBlvcjrXj2u6HpB1qXRNKmkuJrlCsJkQkyemCetatv4Xi8N+Cn8KtdD7ZIwlknuXzGrZyMe/tVnwHqOt2Wt/Z9U0NtR1WCMDT5bdMoy+56L+Jr82jLndon9CT/dr3kQ+AvgwLbRbqDxffRRW8rFxDt5H/Aqh8Y+J/CHg3w9HBoKHzrY7Y2XuR3rS8c23xb8QXULXumm2ieTyQkPO0MfvHB6VwPxq+HEugRadA175zujNKMY+bvU1FNPRE05Kxzuv/GfxDroXZdmyEEe1UVc7vetXwnrfgprez1rxTaw6peF/3sXlgn8ulU/BXw2lhgt9RvFjlikyXQnJFZ/ifw5fW92L/wDsuS309nxHx96lKq0NU23qfQq6h8P9Y06BvDVna2bp+9I8oAEAH5T9f6V83eNdevLbxff6ls/105hgVTzGEIYYJ7ZYHHqK7rS9PA09LqxIVwmXU9c9xXmvifF0l1rUSHy2uQiSMOMBCrBfqQf++c1wUqzqydz04w9nBOJla/c3UMa3k4ieae3BVHfIjUswAAz2255POea4iRVdSyjjOM9c1cv5TLcFJpnlc5G498nP86bvKR2yhcRgl+edrZxkfkK9ekuVHn1p88jPuFZIwrdQajQ/Lj3p1y5eTJOfU+p9ajkVkOGGDjOK3Rxy3HKo2MSfujp600N7Vd0eyF9rFrp5uI4hcSKm9mwoyR1NU2QqBmncm4wDNXbeCE2l3vZfNQK8ZB684I/8ez+FR2FtLcPJ5LKGiQy8nrj0q9ql+11qjaqwVJbiRpZAkYRQ5OWCgdBzSGkS+HpLfTPEVk+rwu9l5qNcQlciSMMO3fB7d8Yr6H+Ewup/HFrptreQXWj+HbkXFtufc7pcIqLlvVEITjuMdq8X8W6dJqH/AAjUyRZnvNNjmkaMHaqAtGvy54wsJYnvkk9a9j/ZQ1W4Nxp1sF+axS8imBTdlGeBk5/h+ZpPrms5alp2PTPCF/5vx78Vqjqv2ndB8x4JjCdR3+4RXoHiq6gfS0KD94ibfLRtxJHQp/ex7cj3ryXw/Okfxq1DU9yRhdTmBweq+YUzjt613viO5t5bm90+RihIYhWXgsOmMf4fjXjVqiXNc9uhTb5Ty/WAF1m8KyRyB5PMyhyMsNx68g5PQ1mSAyM69K1biOb7Z5k8pm3jaCxG4Fex79xyaqXoWFs44NfE1fcxTR9pQkpUFY808QxNFqjK3Rs16z+zZ4hDaJLpkhG+GQEc9QRg/wDoNeX+PEaO7WTpzlTXQ/s7Mo8XSQufknDJ+LDKn8wK+wwcv3Z8zi9Kh9K3F7G8EikcOpVuexrRW4Enh6KRpTKyf6x1OGBHQn3/AJ1554tudW0cPLZWzXkMhGVIyUPHHUcZB5zx75q1pHiWSa2ijljWCZ124cja3scdQRkfhXX7Xl3OKcOck+J9uninwHqM1vFAdX0X/SAq/eaHjeyj+6QCcdiuOeCfkvVVkuLjO7cAa+tb+zudNmi17RXYxW5xKmcmIHkqf7yHjB+mfU+JfFbwEdIum1/RoSNHvpeYgOLWY9Yv908lT6cdsnCUU5c5vSnJr2b2POLe3t47xBM5Vc43Lwa+zbiGbw14B0jToSQ628dtI5PJO0l/f5mJH418/wDw0+H1vqvinQ4Lu7LyyXCyS26qCCq/Oy5Pspr6N8WyrPfRW7/OFcyA/wCyowD+OTUUakZJyiXiqbUowZV068hjNpLnM1vFl1zgZKscfm36UzxRqzaX4p8HYs1u5LhUhZCQGHmBV3A9iCc/nWXazLcXsrL90Nhfx4A/Wuh1q1tbn4naJeToXjjt5PsyAdJFVsH8Bk/UCuiMrnLJdDY1G88NSyLLDGbhtmU8g4Yev/6u2K5bSYvFKanLNbPqMWl3GQ32qVUEIxjKtxk1nfEXx54Z8IQjybWK+8QSOVjiUlIxJwCzgHHG4ZJz+ecZes6VceIrWH/hJ/HM07ygkRafEEiQjJPJJ4HrxWc6qjubUcPOWyI9f1Pwyl/Ja+INf1Oe4gkBktXk8pGA74X5iPTk5Fef+IvEfgXWbi5ji0a0tkTCxNYgQSgAcMSv3uefmBrofEnwhj1Rrb7B4n06dkjwGu7NtzDGACyvtP5CsvTPgXpHhzUP+Em8X66t1aQ8rBaQCKNj23eo9gOe/vhdTbfMempWtHkOM1e3Tw7aJeWGryXkV+rI0Fwm2WMnAyTnDDBPYVlX9289tbaLp8WXvZhJN6RxJ6n0Lc/8BrtPjZq/grULNLfSI4xcoB5cyAuSfck/rXk2g6udK1GW5ncbyo5DckDoM9uf1NdWHg5x1PJx1qctD1XWdctNL0G60izc+ZHbpCDjGHfg4PrzuqbwpD9laGMKXmlGQMH5V/vEen86840WW91u5Ei201yiOZ3IGBI+fU4GOw5717F8LrmN5rhNQtzb3j/KqMMbcfw/5+vvXfh8JzVEpbHz+YY32WHnKG9i9N5s0pYKFXsKi8qYVq6q0RuyYTkkdKhJZUKvHtJ7MORX6NQiowSR/OGOqSlXlKW7ZQ8ubGQM0xlkHJBq2SRS+VvbBda2scqmimGYetOV5AwYMcjpViSGSI4Uqc0hWSP52IIHtxRYaknsVZ2leUu0jFj1NN92NXY9sky+a21M8n0p90LXzP3Zyo6Z7U+UfPboZ+Yv4gfwpA1v3BFTyvApxwKqXF5aJ1ZR9aLGsIylsg/csxCmlaNSBg1AL+xySZF5qJ9Z05Gx5v6UXj3NlQqPZMnaNl7Zpmz1GagbXdP4xIT+FQTa/bqQEjLcZ5o54dzWOHrP7JcdNv8ADiis9tcVlBEJoo5kafVq3Y9b0r4Pr4rtYr688V3Wo2UpEhVGUKfbIGa920Hw/pmj6fb2lrboqwoEU45wPevnL4C+N7TTr+58M/b18veZYMngZ6qPxr3U6/Js8vDH0Nfl2Eq03G6P6MxMJt6lrXHuCrPEFOehI6V43418IeI9R86TfZ3rSEMiTJyoz0zmvT/t07JhJOfpVrSp4ZJgL1VJ7V1ufPocyjZ3Pn0+FPHNtfxtDpdl5HAMKyfL/Krmo+BvHOu3Cm7ltLS3jIMcAywT+VfRU2mWs+HRlV8cYNZVzpl5AThi47c1MoW2HdvqeB2/wf115iJb+BAxzhRx+HpXi2seHktRr/h29vYojovnSYJwZHAJIX15ycjtj1FfbMguohny3Dfw5Hevln4y6RL9gsNdW4Zn1e/urW6h2byyxzEKOeeRHEpH+yPx4qlNRd0d2HqNppnzHfxzNc7XJaRnOQeoJPOakh/epHbkjfllXcQAMg889hmumktY7bxTczqEvLezDF5FjO0nkKwHGFLbR/wKuVuQ3mblPO4nI/oa7ISujOcbSuUDvilIJIIPODQ8eBnrUtw/mIXcDeO4702NztVfTit0zka1sVxVi6SVHXzRyw3A+vJGfzBqS3/0O/WXIlEMgPAIDYOc89qk11IY9QkS2Zmg3N5e4Y+XccfpTuLl6lnwnq40PW4dSMImEaspQsV3BlKkZHTgnms+WLaTCXRip5KnI596WyRGuoll/wBWWG4gc4zWprulX2lmztLhdpmjacRhfmQbmUqx9gmfxpDOw8CyrZt4jvJW+0S22jfY7HzBuYPIVjUIvqS3Tspb8fbP2WfDMvhnxTrulapJHJdxRq9ztOREwjidcfjK4z6pXmlxpH/COr4W8W6aIrrRpGhe4YqxjjnRjGWYDkofIWQ46Ekd6+htB07+yrTV9btLpLmS6sWNzNG25WYpJIWGOAS+DjoN5HQCspMT3POvDQN54rinCgtc3u5xnqXbp+tej/ERxB4ginXgOgYjvXE+F4o01vTUDgYuI2yR1BbFejfEew+06C94IGElvIUYheCpGQfp2rxK0edNn0dB8lkcFdBJndVXa6yrIOex+U/zzUWvac4t9+zAAqpFOWnt5j/E2167fxlLa6f4beeXGdvyjHJNfL42hL26kfSYCp+7aPBviFESAy87QM8d6rfC6+k07W4buNirRyq3HcDBxVqbVILyO8nu4HeNCQBWX4VnR9QklhhMQJBCkYH+eRX0GCbULM8nMI+/c+qknN5Lm5AWGU4XJz9DnuCCKozaHbh0Zv3W+QFXABC+9J4Mv7S/8NQQzyRjEXlsDksCOAQAPTFbcsC3NsIxIx2rjdtIzXoWTR5t3FnK6Xq17pF+baXJiyVZSpKFSfukHjBB/nXYHT7LWNNYabH59pIMT2rHJUA5wD6jGQeox7VVOifakMcyCRiMbumP8araXpPibRNUjlsI5LiBWzhThto7H1qVTezQpTXR2ZR+F3hW+8PeO9a1K8QvHa2qx2M2MCXzSTuA6bgEII7En2q741vzFqDMr/MUWL6dz+pru9Ynmie3jlgELSKXdOOpPXA6dK8b8S3n2i9uBI/zLK/Hpkms/ZRpLkiXGtKrPmkbHhq6ihImkdjCs8Zdj6A5zW3/AGhaXF+L+CZ7i5sLciIICoR5Awz/AN87vxxXlkmtTwaU8KS4Rzk+ua0fgw+qeIrnW7TzcLEtvFG3cM7SKD77V3N/wEVl7zdkbSUYq7OG0L+w9R8aarrni+yvtYtN5hjmdZGtUPXDMOnXIHocmuk1zRvhxqmoxWmla/f6FIEDgM5ngyfaTP8A46RXpXiS3u/BktpF4OtFntQ5eXTY1JmlHCtIvYjOM5I56Z4FeW+MLz4aT6s0l34WvrDUd2LmG3nktjEfUxjgZ9lHrWUk1KzZ6FGalBOOxZsvBXiK3nWTSPHGj3dunJdlliGMc/31rlPimfE2mtbWOtXzXFkzEwXCsTGxP8j061Xhl0qwJv8Awz4pvrd1ORbXgJ6+kiAfqDWR4n1bUNY8ubURPcXEf/LV5C67f8Kj7Z0SuoXTOZ1QxSSJ9nAjJXLZbhj7DsPasw2cTbjdKGC/d2nJHvW5FC9xCFHlsQMADI/pVS8sZVlRPkOTj73SvQp1lHRHiVaV9SlF4k1nw1LHJpsxe2DD9zKMjHs3UfnX0h4QntvHXgS01azKw3qgYIPzJID8yt6j+nNfLeuxyef5IRgq/KCRiveP2R3kisdbikYm2+1RkL6MykN/6CtexRxDjHU+fr4ZVG1Y9LR7HfG90xS4ZAXDDoe9Z2oXdoLlvNPnDopHGBV3xtbp/bP7sEgRbmIHqSf61jummEg/ZpmPucV9pg5N0oyZ+C57GFPG1KaVlcjkm08xD53D96py3QiJ8sO57cVau7YeV5kdo4jPQ4qsDKpBWNsfSuvmkeLFR3Kj6zcRniBt3bIpYtVu2wszNGmeARVgxzyvyhH4UraVPMc7G49e1L32bc1FbqxEt3G/DSkfUYpGeI/dlJqV9HCjLkk+lVZ9LkB2owAqrT6hGVFvRiPGJpNolIHfJqO402FoyC4/OhNMmUdSfxpyadcs23GPxo5W+hspxjtIozaIrqAkgX15qmmghWkLTxnA7mt1NPnB2s5x9aJNJkkOV5+lHsvI3hjXFW5jnP7NZVJypIOMUxNMkJ+9t9cVuto0pORKR9Kb/Y90Ok5/EUvZeRusav5jJTTHK5840VqrpN0o2i8IHpmijlfYPri/mE+H/wAJrnxHEdS8M+KIBLFLvMbITJGQcjPIr6a8PaH4ti0+BL6W0eaNAGKqeT69a+Lfgv8AFS+8Ea+NREYuYJlCXEZONwzwR7j+tfYvh340eGdTS380tavMgdd5wDn36V+fRpQR+8OtI7e10Ym2xclfM/2RWJe6PeWjiVS7rnsea2LTxTY3UQlt5omQ9GBzmp/7QtLkjddAHsM1fJAlTaOdfU4rRF88SwuTjdIOK1bPWbcQjfIXPr61aubWxvYDBceS4PrzWbLoFvCw+xT7AP4TyBTSSJci0+qWztlSMntivnD9oO1mP/CRRxQK1hbQRXMNwud1rKzBiox03mMDOeCp67hXvrafLG+4qJMelcD8S7FXLR7Hki1iS1sbmFcAOgkJOCSMMVZgOR19hWNaN4m2HqWkfMnj/QYzp1xqOgWU9lbX3l21nEMj7XC8zbZHB5xgw7c+oPpXj95ZzWryW86FZIZGjYHsQcH9a+i/E7R6Rr+meHp55p9O0O8t5Yrlo2UvZx3K7Ufdj50MpUgA/cU4wa84+MGm20Op22qWltcRW2pRm7DTbR8zYZsAdBhkPPOST0IrnjJx0O1+8eVXkLRoS3G7pUdnBJPOsMYLO3QAZzW5qVg3nQ87xPGzpsIduM9QDxyO9ZOmzPa6jDcRHa0bg5zXXCV4nJONpEmpb5rqHEaq5VYWA4yyAKTik1m0u7XU5rK5KtLasYTjp8vpXT+KLBH8V20lozwtPpw1SXCkbWaNp22g9gOPfGaxbk3Ora1c3skrNPfTSyCRY9pZmJ5wMAZJIwKq5D1MxC9tJFNGcMMOjc8EH0P0r2TwhGPHHxC0aeyMYji0iG0uzOuQpkP2aRuOCR5u7n2zjmuF0zRV1fwBc6v5wgfSJ47XD8hxILiUnp1yigduTXof7PT6ba+Lhp9zP9n1K83xD7XGUjuA8RV4yM5BWQMoIIOWzj5cUg2R6tp3hW18K6nYaLGGfR7zVpdNuLef5lVsM8Uqe0kRKsOBuIIxznuNZtV034U31pGkcMkJnszIepjWd4Y1J/iITC59qqWI1W98V2mgXtlL52l3a6mZXPmJIywLFAC68AA5ZiwUttGF+YqOi+J9jBY/D+W2MjPl4Ujz1Zw2cn3OCTUy0gzKMuapGJ5h4dsozrFgXZwzyx5KKScBuwGTmvS9Qm02bT7vSbUzs0i8iUvkfXeAa4PSoUja0uXdxhwPkTJGDn1Fdlc6wkyL5iyzQqdoEqhwMf3WPzDHoc/WvHm1yu59HBao8bYSwahNYyDASb5fYE1sfE+R5BDCWwm7kU7xta+Trdvd26fK7jfUWvobuGNpeDjPrXy+Z1WqsEj6PL17kmY2vtpGn+FobOLS2ZGw0h4LSMTx/OuLs3828klIUAEhFChdg44wB9K6HxfcqmmwQebl1YkjH3emP68VzFs0cU0hQbmxlj0zyP8AOa9XAq1K73Zw5g71Ldj274T3u+1mtmcqoAkwFBOeh69O1eqWkP8Ao8bkH5sYBNeDfCS4/wCJvaJJIyJI4jbHo3H+FfQcqOLiGGP0BA9q9ihqjx63crXbSWnkSLwZOcdsdq4rwr4x1OabVtLvZ3FxZX8wWVgW/dtIxA/4CQw9htFdrrFxJBerJOjtbWzLyE+9kDn3GWx9c1jaZ4esotQutXjiYvOgWVECjr/Fk+hUVpNS6ChyNNSR2WrB7iFDP98p1/E15L4t0f7Rq97Gh2FYzOTnqMf4mvZb6FpLdXK/dQDFcF46t4bC7nlVi2/SO/8AE3mAGqqL3TGhL37HiV9azppUk7AsgJBIHC12f7K7tH4s1mFo2KPbx3BcDgbCyY+p83P4GpJbFtR8E6k9vChUWySnA4B5H+NdR8E9KgsNP1u7VNvnx28GI2ycBWLEEdM7hXFSVpHbWd4m0kA17VNUvfPNvcXbmOzZRzGkWFXI7rmQEj/ZrxD4qaj9qkudJ8ceFllvbSIi3nQkOB/CwfHzIT/9cV9Byi30nX9JskG5pIHT5+SSTu/Uim/EfTdL1rRlsri3jMklzDCZHjBbBZWI9cfdPWrlR5tb6hTxMqS5d0fD0Ok28O2SzjubdiMkmbgH/OKsreXKI0TzxMmMFi4A/OvctR8J2iaxrOl/ZfOFqyMsmwAEBVVuPxWvHfEfhG30fxYsDQKbW6i3R8cDB5H1BH6is1SlN++zSWM5fhRnQNJOQsMobcSNyHI49PWoIdVgtr2e3ayzOij7z4yCAQenoa7e6htILKZbdVSO1tnKKOBwhJNcxrPhufW9RuBZ4S8iUSQoiZaRPukcck8fpWsKML+8crxMlscPqFzE11NcBcM7bjzn8K+hv2V9Jkbwhd3V8Ai3t55qqTyUUAKMfUH9K8FtvDN0dRNpqJLTRSBREBwWOMc+nNfV3wq0iPTPD9pawqDHGvzyf89m/ib/AHQeB9a6ZySskcnxNs1PFdvdrMpgZF3Rk/McZO4/0xWHBbsYi1zPaxSg4ZGbBFbfxIsbieKxFvJt2vITzjrtx/KuP/sa7UMz7p27sWBzX3OX1ZSoxZ+E8U0KMMfUUld3LiarMkUv+lRbEG0IT1qlJrtnEAGZGHtVAacgffdwuI92CRxTv7Ms5GkEESlcE5Y84rvVSotj5t0aMklK5fi8WadAjjy1ZnGMlc4qaHxfay7nWQRlhhtqYyKwDpMa27NuUNuxtA6+9VbhFs7byZFRYz3280e2qLc0jhMPNcqudI2rWsxyrkj1xStcc/JyD3zXIx31usHlrExbGA2eBUkGoXCptjO81UcRfcHltvhOkkuyGwVJ+lEWoLEdzx5HvXLNr0sUx80IvqMU9dStrkgyysFPXFX9YB5dJbo6aXUo5B+7Ma+uarteMXP79R9Kx4/7NlmAjnIYnAB71Yxp8MpHmglTg4bNXGo2w+qKK0T+40PNiCgmQ80G5BG0TA+1Zkmo6ZnYLlA3oTUPm23BjuUz6mrdRAsK+qaNuQAorIGJ75orMW8baAJ4ycdmoo5kS8NPseazaDouuabd3fh+JftOMiJ2A2Z9K5XSdW1HRL5bfUGlOzjaW4x6CuruvA1/Hpz3UccunNKcwfMRvHvisjw3bzWXiW3tvEmjSXdsr/vioOVX1zX51c/oNxb2PYPgd8RYtK1E2l6+NMuSAu5s+Ux/oa+lbSW1u4kuLZ45Ldxldh618jeKvCHhie1uLzwhq8iIOBBIeM+lWvgp4/8AE3gzxDFpfiESyaTIQm5jnyvce1RzJjlGXU+sysgl8qGCY+2a0BBMF80hlPbmq0JM9qLyO5by3UMMc5FcP4z+Keh+HomWWeW5ER2ylDwh9KbqxjuRyuR3O66RuG4rF8a2El7oFz+5ZpIgLiMLw2+M71wfqoH0JrM8K+PdL8QQmTSrtTIoBZSeRWrJq00i4e4LH1quZMyk5RZ5x8WfCq+Jo9Gh05o4bm0m/cEKGXzHjLKncFQsS5yOjCvGfiTpf2qfwxaW48/Sb6driJ3XY1uowZoX4wfKCEZHG0Y/hr6M0xUiaxs2DCWwkaU/N98D5VYnvlWP+RXknxHsj/anhG3gt1S2+3pDcAD5WkCrBKCP4VYDafXPr1wlC52UK7fus8R0rSZLfx2dJeR2Js3hUO2wpnk7iBxtByfofWuNvtPKWEd3DGceaYnUclWI3KD9RnH+6a9Z+OUN5pnjq+1myzZyzwGUpIdrEP8Au3QepwT07c1ynjzSm0i60bXrAh7W8hgmVQMxmWNRnIyckgh/bzCKqLsbzdzM0C582DUNZdmdrOwWz5OdkcltLCeP98p9M11MugDUfhZ4dvtOWCG6Dm1dkU73cySvE+R0B/eqfeNayPh1pkOr6rr2k2yOtnLbSSBG6qFR/LJPch2Q/gav+CL+WDwzdaA4CPx9mJckJO0iOuPZlXjrgq3941pfqYuVtDl/DV7CbDVtA3NANVvLRVLnCIUdgS30D9frXufi3whYyzw30yon23UVeByv+pleUdcEMA0J3EA8PGT1NeWaBoVxr+koGjFrLqHikWyzIATEfKZmA9sup/AV7NJqF7rHhCDTtQhePVNP1C2+3ROMM5EyhSMcfvN2QRxgH0qnqc1Wo1sejfD/AMRTQ6PLDfPu1jTJpNOuwT80jIwKyH13IVYt3LHHaoPilqrX+n2VmrMczl/lPPAx0/4FUnhfTFt7/Wb1/me+uEd+o5CDkDJwMEAD/ZrF8fvHPfafG0+yMKxVo0z8xIzmnVf7lnHg6sqmLSTNLS7BTods8ZEZVvvNkYHA+p/CtC7kmt4VWVsRzSZJcHc/+1ngMOvPB9ag0QwNpsCXMl/cwhDl1hVtnP8AeDcfQ1X1i6WRvKTUprmInPlSrtAPrwxz+leJVXun2UJXditr1tHNayRkYmQeYqjnp0IrkrydjAQ3PpXWO8r2ErCQJsQjkg5/M1xV+6gNzivlsyjerFn0OXS/dyOQ8VbpHVFA+6RgkjP6VlaOGczljwiKM/nUfimd5NR4c8HtxxnpXReE9IkfwdrGrl12W8sEbA8Elt/T8q9rCxtTR5uKd6jNHwxK1tKjQ/KysDmvp7QLpNRSK7xkOisPoQD/AFr5W8NsWvTuYnp1NfSXwwmjm8Pwxow3pmMkHOCOf5EV6mFfvHm11eJreLbyw07T1lvWMMU80cImPKRuxJUvzwu4AZ9SM8cjJuru80OZrryPOhlz9ot1+8eRwn8xV/xnYrfeG7qznTzFlXYRx8x/hPPocH8K5vw7Pqlzo2mr1uraMxtbtJkMMhRznkjGPpjitK9TllsFCF4Ntnd6PqC6j4cF3FDIgWPJRxhgR1Brk/H0qzxab+58zzIZbdu5JJVhgevFdNo8sP8AZ9xHYhmQkhjkkhsnPfnkVieL7YJ4K81yFmtLiN/MPcHK/jyRVX5kcsfcqXPPtK0h4PBupwxusTSllELNg4XPUemS1dZ8A1a58GSBj/rL1kP0QIoqxYaEYdKuxbTNMpYsWJUsMk9wOKv/AARs47Lw3qVtt2rFqkjAeilEP9TWMI+8jqqztE0tXWC48XW0qSKfsvyE+20nH4nj8azPG0iHxXo9o0hwL6HOBkZ39f5flWPdXtzceNktIRhWu0LNnlgGUmqPijV0l+J+k24DMRqCgY9iv+NYOtF/eW6V/uOj0mKP/hNNfheNJFndEyw4GVxj8a85+M3gN2tY9SswQLSUTKNuflPDL9Ohz7V6FoD3MfjjX97ZRTGRwPlOP8c10PieAXelTI4BWRDuX+8MdK7KSvc5a2jsfHV/bzvJcwIMGa0kQH/aKlf51RuNcm0LxBo2qxRLKrQbXUnGQAP/AIo10njS3k0HxNa20isyT3gETgcGI/MP5Y/OuQ8c2Mps9KRWwIJGh64yORn/AMcqZR96xipu1ztNF0mw1yGHVkjaJjLuYSdeOnGfp+VetafrWk6ZaInmyyTbB+6WIjgfpXjvw11Z7o/2bbsgCJhXzgMRkkCu5uSloweRTJL2217GDwOHqxjKW58XnOdZjg6rhBq3pqWvF2v6pr88UUNokMMGdiJyxz3J/wDrVlTQarC0Y/eB2H3iev4Vf07UrQyt5kk0TYxhhS6rfaLL5ReaR5FBGR2r6GlUjSjyxZ+fYmhVxNR1aybkymYWaTZc3RUdyelRyaVZ25Mk2oblI4WNufY1V1C7s5HSMXGUJwxxnFVPtFtLc+SsbMB/FsJBrd12cEMNG7af3kYuUin2KSUHYNV1rE3i7lgPl/xEHPFVbm3CufssCyMxwGK4xTSt/DbuwdhjHzA4ApKs+xU8MotNSE1uysrUCCDUCcDO4Jx+tUIoPmwl95wYYyRjFMnuo1s3keP7RIfR+abp1+0cbLLbrGH/AItmaj20b3Ot0pqnpqWU0q3MnmzMH+pqzFFZm4CNHHEP7x6Vzl7NftKWTJB/uio7O+vUO5oiyqMneMVosTFCeEqtXcjZ1eVS3yIhAGMoOv1rn5JpxlFjI96uWuoiaYlbcZHYVPdX8Vs2+W2VSexNWqlOavc2pwnS93luymLKN0VvJkeQdaeol81UmUKh/ixxU0PiW3ijGYVAPUgilk8W2Mx8p4TgDCjH51cZ01szS1d7wIXt/JGUkJJ7CircOu2MbjdbDn2orRSj3Mf3vWBwdp8QNbK29lqdx9qtVYAb+qD1Brt/H/jPw9b6akvh66W5uZbcJPuHTivIHs9S4ZdMvGU9MRN/hTorbUFBWXS7pSeoeFs/yr4KUeax+zRqOF7FnwX4nuNK1qOV5TJavKDNE33SO5r6d8Yy+BY/C/8AaV1qlqqz2oe3SLBYnHT+VfON78LvFltFb3kdmrx3CeYiq+WA9DXRv4B8d6tbwNbaEyQBANnmgfjWrinuZ88jb03406rbWkllaahdxwgeXEsnzDZ/OvWfgha/Db4k6DcxarZf6faMGnWSQhXJzh/cH8+teBWfwq8aXX/MCaLBxy4Gf1rT074cfEfRbszaXp9zBIRtco+Ny+hwaFCPRESrNOzPsGWf4X+HniuLSHT1uEURhkABUfhWpeJpmvQpdWqwyREfK0Z5rxfQfCC3/hNobhtQ0/UJV/eq0Y4b64xXZ/CPQrjwXHJFcarLd20xyYHHCn2pU1Wv760Cr7Fx91mzceFLwP8AaLa7bev3WbnAPUY9DXI6r4N1TVdVlhbETrA81t6O7MocA/VVOexavaL2aCe3V7eBowuMseKzrq6tVWJlCiWN8gnqM8HH+e1W43MY2W7Pmj41aFFeaXoeoawfKjj1AWt4dvKKwLZIwcgGMHpnHB714/4ubUvDk0PhK5RHgsdTS8s3cZUIytuA7lWwoI7FK+wfiNo0OtaHeGMq8m3zPKKAhyAQ2M9ypdfxFeG+ONBsda8Rab5yTzJpmkRSS3GATJG13FHl8/xKjTBj1JTPesZLldjrp1E1Y5L4JaDJpviLxJebMJZWaWMp7q8oZRIPfcoXHo55qx8YdLtdD8U6XFDEVurG9aVE6LNZZaZCT38siVD6AD1rsfCds0fxG8WQyxmGy8SrdpalRlTJDKQu302jd7cr61z3xutp/FGn2fiuAMlqJWsIIQhI2iB2duO7OCv0VfWrT0sYSn+8sQeF7C607wHZ38kBe+uCmtQxgE+ZOJ8hcDnLxyIvHqPSvQJ9K06/k0rXrPUY57vYZWcRj96uxmIwfViAP7u0YHXPXaXpNvceHdONmYfN05Y3tc42yKEwB06NG34ZB7VB4OttLGq6zBHagW+9ZUDDaYjID5keO3zLv/4H1IxXRClc8qvi1zWTL8UmntBCYppDkDCshz+Ncz4ls4n8RWiOszhFRjsJAxuOeh46V3kuj2zSrJHG0ZAxyK8u8Yo0vjmPRmv5WTaN0S3IiJyu7G4g+vSs8YuWkXky5sWd3pfhuwvftF6fEElncqm2NreR5m7/AH49p3fmD71y+uJZQTwvFrH2905kY2TRc+nDFs9c1U0u11SDULO307Uk08vES6+WjqSBnkqOvB5x1xXPTXF6fELW2qy3FwVkJUuGxnJJI6e/pXjVNYn2sVaW5vPcRahfBIZZfIXLLGqlR0zyTzXN6p8o246DFdRpTOkTb5U2ynarYxjnH+fpXOa5EUeU54BIr5rMo2qQPoMtlpJHnPiFMaieVOfQ16H4aiC/Bm9diB9t1YIMj+FIgRz9Sa881BA+oOucPu6V7zaeF5IvgNpFwRgEm4YY673fB/IrXrYZPk0PPxUkpanmGlx+QWwOqkfU17R8E7p2a4ti7ABBIAD6cH+Yrxd5RbzvGTnaeK9S+B0wOtJu43wNXbh9JHHUV4s9Y1q5ENozyJuAycMMZrJtm0+38NSapcwKQS0iYOG9OCCD2rW1pXuLYwQth5AyLnoSQcfrWHr9m8fhSHSbl5jLNGBJtUEg5BrrnG7ucdN2Vi78MpQ+lSLbEtCzORu+9ndnnHHerPxAhE/hnVbMjLPbOwH+0nzj9VFJ4M0w6Ba2FlKCHIYtlcEljnH5Yq/ewZl+zOPmcFMfXj+tC0jYmT9+5zeg6jK2gT3MwjUmAOsaOuBkDHTpTvgpeNceGdYmKY3ahJznOfkT/GuF1m/utI8KxLPOmwBoMPArDKnHJK12/wABzv8Ahy8u0fvLmZsgYGeB0/CsKb986KukEyjokbT+PlkK+XsctgLwccnH5VwXiTUUT4uaE0b8y35dj27d/wAK9T8MRf8AE9upHHzqjnP/AAEivBvE8+34h6dcpsQJfxNG5JKj59pA/P8AWvNkuV/M7E7/AHH0Rocdudb1W+fhHij2H2GeaNd1GK30fMkg+9sHyMxJz7CquroLXTrOO3VVlvpYxcEnkoo+79OK1dbDXNrJCiqGSJm4/GvWpS908+qryPEP2kfC9wPCNl4issebp12TKmPmER749ic+wz6V5Z4xtkuvCFpduMbUDNj1LDJ/LdXrv7Run6tLoGh3Omq91/ZpluL1AcvLGqAO20jDD5mBB7E8EZrynxIY5PBxtYBwYH8pc5OcYxz6Zq3K7MeWyOZ8AXbWmtRSwYkEeCEI5J7j8v517PBczSSNJJp4aDHOO+K8C8Jzi0u1mJIIyRXtml6zZx2PmSCSSbbtAzlcetezlDi5OLPg+Mac4QjWp/MZetNeyf6KEgX86pW+h3DSNm7C7jnmt+2OnXNis8snkTbjlSe3GOKqanOLeJZLNjcHOPuHFfQOjSWtj85niMXJ/FYhGlKqhZSce3erV54fFqEeGTy2Ybs7s5FYTXOqzvtK+Xn0FUr7UtatYzDJgZ7gcirco9jGnQqydnJF8w3Qu/mu2UKc5NL9u0myuiL4yXMZ+8A2M/jWFbXFxc/I7AMDnfjk0y+04O4l3ytt5wPWsnGo1ojvhRipKNSRoza54fguJBFphMRPBLciqc2s6UyjyLV8A5PzVm3dvPK5YwMwc1Pp+nXq5VbVgG457VHsZy0Z2xVKC5r/AIjH1P7VM4tVkhUjB71DcxXbqFLyvntjFbem+GNRWRi7eSuck1rQaC5lHm3BwOhAreng7x1OermFCEvdZ55dWt1DHvRGjI7k1BFYT3Lb7u62envXp8vh+JnDPJvHo1XLPw3YTAotkJXCnOKp4CI1ntOC21PKJdNEePKlSXPXPamw2DRTKX2E+hr02XwVp7O80qXCLjKBe59KlHgzTHjkB8+G6AyqshbNOOCS2NlnNNrRnnd3a6moHlxooHaiuyu/BF9NAbkTs8bdNp5H1oo9jIunmdDl3X3H0HDolgV2x2tuQO3lDip18M2VxJl7a0TAwP3QrShGqRrtSJDRKNUdf3iwIB3IzX5+m+p+xyS6GePDdmJgBFCFHU08aPBbyiJFYr2w3FWGOqEYiaEeuFojstSkYPNeAADlcVtE55RL8emaeIo3aPcw6jcau24sUYHYF9yc4rP2bIVV2QFe5P3qy5IJjLIs4MakElia6Is5Z1OR2sdU62r48sRP9KIRalv9RulHYCuPs7fTrWVSb2dWBwVRzWpcXOnWxDwzz27Edd2c1tGJk61+hulnnkaMJsX0Jqtd6bbwkSTXAO44JzVC1SxvLfYJ51lblWDHNFpoUEW97y6luY852luhqrE8yl0J72bTIbOa4kuoxFEheR24CqBkk/lXhZtLi+0/xvqB09bYaughtyeDFEYyY09d7NIDjtu9sH1bxBpmm3QsrKKzlSGe6VJNw4KKrOQf97YFPsxrJtrRdU1OeAqyWNjeytI3TzpOdoHsoI59cY5XjOSuXGfImzzbxtGNO+Dmk61p6G31HQ5vmGTvQyZSRDntuZGz3CgjINa9z4dt7rwvFpdok0KwwQ+TMo482IDypCO5BUZ6bgMHtjuda0qz1i9FhIkXkSR51BAOJEGdilemSwHPojDvVPwZDrHheNPDOqWJvreJD9gvgQDJEv8AC4JzuXIGRnjGfU6QilucFa9RXTtY868PajrmmH7DPp8MQhYJLa7yZLdCcArkfPCGJ2kdAcHpx2Onab4m8qZbO2C7z5kjOfvtjHA7cAD8BW/qdrp2talZi40iG8eORs+dGGwhU7sZHHRTkdwK6I301phWkhh2DG1uprpjNRVjza2EVZ87djzue78TwXccV7GUhJClycV6J4MlhstPN0mlzXsjjMsqoMKM4HuScZ+mK5fxbqf266traQp8u6VdpyD2/wAa9G8CiNNDijSR1IJ+Unkc9687E1ZVKttkfRZPgoYahzrVswvE9joWrxC/jsLBbnBMM8sA4fHHzgbhXj3jjSNTsNXs5rqzNs/lYV1kBjOCeAwyCeRXu/iYw2kE1xaT26zkfvIgMCUe/bPvXF3+tJJon2ea2jlhlfIRlyAvOV/A8j07YrzKzinZn0NLmaujz7SrJdT8QWFlkOsGJpQOh74/nXJ3sm9rgON2WJFel+EbC1tNV1IRhluLiRnTnogz8o/z0FeaRoJZGVx1714OdKMY05R7nsZJUlKtUi1sjzu8X/ieMP7uBX1Jra6pZ+BNG8L3qLFHFaInmxj5ZQqrt/LnI9efSvnH7NHP41g0+IGR7i5S3AA5JZgv9a+qvEQ1bV9DmiXSiEtyHiP8Q5xgDHPHavVwS5oNnNjnaokfNesaK9rqe5snB4yO3pXoPwmkWHxHa5/uuP8Ax00/VNNhuUPmg7h7VN8O7RrXxZbRIyEZPfHG05rrpwvqc1SdlY9gMQnVXWQqUYMMVKLee/WLAmUxtw5CnOD3/KoreaGEBHlj56EMK1rS8tUYKjFx/FtU4/PFdsY3R58pOL0OUutI8VTeIlu90dzBC/mLlyp47fp6VvXuz/hIoTMGQFWZTjgYUkY+hqHxZ4gaIw2tm0aC5lERYHn3HGa1pAsumurAjYMZIwfu54/OonBdBqcup4R4/t4mudXtTBHJ5d/J85GAATu9fevUPhXYHS/h5Y28qCNp4muNoGNquSV/8dxXJeN9B+1eJJ7RpiJb+GGWIOOrfcP4kCvS72e3gknsYUYRWtvHGmBx0IA/SuVWg22ddR88YxRztkoS8vpT8x+zSMfyr5j+IUyS6zCsdw8NxFc+Ysi9AQQc/UYr6VsNShC6m74fZbMoGfUgDt6mvkv4h3YXxBMqnGWOSDx3rzJtN2R3U00rs+kBfrbjRtJne4m+xoiPMV3M0gH3iR64JP1rvT5iWL3cQRxIpAX2x1rzPw/fNc6dbxsgEs8iqoDcgNj5snvgnmvTFeP93ZeYQAuMAZyT0FbYOo5xdycXTUZaHnfxeKQ/DTWrhlLSJp0tsBjjcUKsT+ePwr5h8IawqG2spTI8DT+XFv52qwwASenIUfjX1b8VIQdE1dHUhVVwiZ+XgEhiO/Jr5ClsRZXV7pcg2ursEYcEMDxj3PFd0WcbVyprKvpc8ikZSJ2jdR1yDjP4Y/Wu/wDA2pRTvHamRWjmIAcH5c4yBXKajPY3yRxXkw+1XUPmMCMBjkhse4ZckVH4KmuYCLVGjjltnViDySRnDZ7HP55HSuzD1nSqKaPJzTBRxeGnSfVHs6aJL5bSEMqgdX4FTeTrc0KW9qpEajGyNeK7X7bDqWmwTw2W+DyxKce46ClsUgAaZd0SSjAVjjmvtoVE0mfg9SjUo1JQ5tjh4PD+oSh13hWAzjPWprbwRNdSH7RjIxklsYrqtVs5lcJb28g5yzGTg+1SzXk0ViIlsBCzAbj5lbKzV0cinOnL3tDjNR8KWkLGGPEjDqYjnFW9I8M2ghaScpGV/glyDXYaDp13LdARW4jBGc7wc4qxfaIsmoFbqaVCf4gvGafPFOxoqVerT5k3uc1Do1vfxmZhaRJFxtjHGBV6wtdPnZ5LdYlC8FZuw9R70avp1pBeG2jdIMdWPV/wqmunQySjyrqQBQSxKEAelVzRMmqkGouNyG/tfNuWit0cEnAUdfxqlPp01q5EoIYLkjHSujj0q8+W7+226tjjbkZ96ku01O4iaNzA0fQ7MbmH49KrnXQy+rtt8xyscjkYSHfitS11e1t7kBLHYxOAy8tW/pNtpNir3D+dDIUIKNhh+lYVyNFhlabbJeb+VVQU2/nQpqRbw8qFm2rm1ZSQ3oNxbbFkiyWM/SMetYOvXE28Ti/Ny5OAETaFpttq8VoCLfSSJHOVMvTH41Kkd/qe2aeS0t8/dUttwtOKs7lTqOrHl6mD5+opKqRQNGrd2bHFFdTc6dFeoGOo2G1RtD9GOKKrnRlKlPokehWb6xO5SCCTaBnLLinW51AylGtnZz/e4A/OvSY1Bj+ZUiz3FY2q228hoTk544r85eGiup/RqquW6MAi9gh8ycpHk9AaqX1zNICA2zAzx3rYnsftKmFzh6oSadJA2ZG3elFlEzd2c2Gm80OHlYg5xir/AJ0s7/6RE7JjGN3NawiDJtCgfjTPsNvGxklVnzVJ2MJU03qUIBbqN4jMwAwEJFRPqMMbMTYc+jDP5VsrLaKAkMMafU4pyvbGQZijz3IrVVOxnKijP07UL64uQq6UIk/vEgCtS8uxEhSNQsncE1ZFzaZUnyDtOfvVFdT2lw4cxRvJ2q+Zsn2VtjDvLe+vmj2bIWR9wLMSOhB/Qmli0W9guDNLNEsEuCwzwrAAZ+mAPp+PG0+p21tbE4jU1TmuzdYc3AXHYIcU7kOn3KkFi1nd+fMY5I9wL7P8+1WdXvIHmSZomYo25MdAcEZ/ImqzuZ38iOYzE/3EwKq2ttdJc4lspZSPugcYqlIxlBLY0otVnhXDacFY9+jMKXU4bK7tvOuIJ2LDBBWkvLC5uERxZyIdox5kgGKYkOqQ7Vk8qZCMgc5H41auzCUbHOaxBpElitpau0M65Mb4+6fcd6+cvHvxX+Ill4uv9LtfELQWlq3lIscMePcglc819YTaOmpSlri3KEDgxjmvjf48aadF+K+qW8hx522ZB/sHgH9P0rixVNL3j18oqTcvZ390pQ/Ebx81yJJPF2rSru3eXJMWT/vk8fpXovwo8e6t4inv9L8QSRtNbmOaB0TaDk7Wz2zyP1rxeIgyg4rvfBdpFBvnCS+e+MGM4GB29up55rxK7TumfV0oWSZ9E+Ho45NRsb2Q9YmbHqdhBrzfRLTMc0r9i2Pfk16b8JbW4v7dtQu4wqqPLjQdAcHP6H9a8Tutev7HXLy0EQeNLhohjoQCQT9MA15mZ4eUqVNnXlVaPt6iH/COw/tL41adGVyIr1pj7bELg/mBX0/8UNRvNJ8EX89nLHCuwRLMXwwZiFJA+h4Oa+dfhRqsVr8Yre6W3CfaRJEgA5yyELgE+oA/GvUfi3rF7rOh2mjG18vaTJchxgiQHAHuOp/EV7WClaicGNi3XueceD9dlk1RtMviNhUmGT1HXb/h/wDqr03wfos03iBLyCCJooFJckZAyCB/OvnbVUvdLu0t42BKNuRlOCMEcg+xr6V+B/iGDV/CKCNwt6H23I7hgOOPTHP511UdHZnHibON0bt/ZSW7/aZHVQSSFjGKSwuYWkZDcbicY3nmtXV2uWtXhLEFwQWiGPzrkbqxS1vftcc5R9hIVgCM8YGCDXU9DhTbLen6dHc68k8wYSQbmTLdSykDp1711Nmry2E3JYnaSc8dD0/KvNbzW7y1m5iaSFzjdCx/kOg+lei+H72O88JNLA2GwcrzkY+tQ7NM0s1uctq0DXnjzw3KFUqn2h5iRyFiAdf1OPxrpNJZ5tMvLyUYW4kYdf4Rx/MtVXwesF8l7eD5pIC9up9mwWH/AI6tWPEsq6Xpwit0CxpDyijgA5yfzxXn1naHP0O2krz5Eeew3KR3mvvG6eTHYyZwDgEsvX24FfMPiZfO1SeVivmbjgHhc56fyr6N+GVympaxr9qYRIxhk4P8QyBjn+deGeMtK+zeJLjT9uBG/JPJxk4Ge9eVQ1dz06misetfDayudWtrC8nDRGG1R4iuRtOwYPuc8/h6123inxDLo/g+91azdkuYbcyQFgGCuSFQkd/mYcVzfwovIpvCNhpyIN9wyxYJzkKSCP0/Wup8dW7aX4Z1G+YvkgBYll8vzgMkqW9DwO/0p0G43sE3GVro8vh+JqeJtC1BvEsEVve2qo5a33f6Su7HyrztJOMnOACTjjFeGazO73814zBpZJmlZwMbmJyTXaxaZDf+H0vbRdjsN5TqFx1TP9fpXJ6jAsRG9eB/9Y/1rqw2I55WDEYXkSZl6/5dyNPuVYh4gwXHpkEflk0W0rxXS36t++2lZFxgMPw/P6iptctmjiQD7oAYfT/JqvFygr0ec8ycbM+i/g/qsmoeD42be2yRkSPyyAg7gN0YZz06dK7CSaaYhGsYcg5GWrz/APZuuJZvDN9amRQtvdliT6OoP8wT+Nd3qJksWkeOwlkk65jIII9a+ywVROjE/FM+oWxs9LK4t2NPkZP7R81CACEwQv596T7DYtdmRLIyRn++52r9KvWdzqN9AsZS2ijP/PVdzD8KS80rU0vDEsNxPGVyDDHx/OuxTseQ8MpLmSv8jNk1dtNd2tHtI48HEcjnd+FQz+MpktS6aezSg/KWfIps3gO9aJrsCRFY5IkBJFJ/wh175Uca2zyOwyZmfaPy61XPB7nK6WMp3tGyLmkeIXv4/PnsYUlj+ZmyD+nWp5PFdwZ47OXSbV1c4DR/14qla+Frm03JNcLbRH72FycfWpm8PaDasbhb6YTH7vzYLH0FK8GbUliXFOSsGtLrUd2IreFYbXaBsJGMVnz2UkS+azpbsCMM04I+lQeKTCyo1q99NNt4jlBGK5pY9TfCT27RFem7NaQelkcmJjFybaN1NRt5ZDHcaosbudrbuRWpDp2lPbs8uuROF+5ghRXLWei3t2SFhK4Gfu0p0VUib7UZfMQ9GGAa1u1sYR5be/G50EekROvn3uqMD/AsZyAPrSXOkXN1cIsbt5fRXlXHFc7qP2a3txBEU3r1ZXJFZz32oyxLBDLJgHu5OKpSkHLTk9rHc6zoLxskFtaXFxIq8uFwmPaiuejufE0UMapqU8Shed0n+NFPmmXKlRb0bR9JGa8mOJQIh2wetRwvGlzsa8c46ityaxiC4jIJA7Vnz2UEm5NrPn1FfDSiz9/5l1Ks6I1wRGwUHse1SQ6OswLPOWB7VoWmkxpACIxu/vEUs1nMIzsPI74qeUltPYpXGiolrtik8uQdD61nXNhctCRJeMX7KErTtTctcNvZSo688mpHuf8ASGLIu31pNILHJ3fh2SQCTy2Vh3Bot9HW3X980m4/7Vdfe3QWANANzA/dXnNZl/O6p50kATJ+73qXFE2MWPT7ZZcscZ6cVqWkX2XLCJGXGKpmRbo4RuScYx0qeaz2KytNKG7A96al2E4F2SbTnjzPbIAPQVXnvLP5QkRVB3ArOnd4U2xw5PrnNMjuptm1o4UPtVKoRKBsWzWbMGgO098iq95rMdo3MWXz1UZqETziPCxRN6MBUCvdZ/ewCRKpVGYyplxdYtLrAmjcYHfvUU1/bB9saTOoGQQKkgeykXZJEqn6cipLqBERGtXUHHSrU2ZukmU21W5G4W1nyOmTXyd+1PC0/wATkuJkCSPp0W4A55DP/TFfW6XZto8zRI7d9vWvlb9pm5Go/FSCOKMgR2UUbhuucsw/QiubFTbpndltNe2PM/CVjJfaxb2MK75JpFiT6scD9cV9W3/w/jWayk07ZbfZ4lgkVlJEiooAfAH3vXpn8K8F+BdlDN8U9KWeQBEl83J9VBYfqBX2Euo2ULCLaX/2m5NcNGjGrzcx6eOxE6Uo8hWtFt7HTIbe2XZHGuAFXk+pPuetfPaWlhe6jJPsXcWLHJwSx/qTX0XrGrxw6JeOEQFIXZeOpCnH64r5+SyjEo34V5DvXCnnBIH5c15eftR5IroepwzH+JUfUZfaXDb+IoNdtndJLSW32Etkkq2cAdq7n43a3BpRaK1s7iSaFtolLZVnxubOep5XPIrh/EiyQWNvJzseWPAIxu+YYrsPjjuv5dOs42R0jWV5AoPLMVyM/UH6CqwTtROjHQXtVY5aztbPxTpUOo28arJtwysvKt3FWvhm02h+LJ/LVhG8Y89QOBtPUfQE1z3w0v5NI8VTWM88EkN2yh4w2djdAfp2/KvoSLwhDZXIvIPI84j52aPOfYc9K9ejH2kdDyas1CWpbj1G1uosrKiD1ZuBWHqn2PVbtbSO/JI/55x7lHHqawdQgurHVjBOTJGzHyipyFGScfqKvaSlyLmSUSQRxjkIi5cjHr/9atlNvc5ORLVBbeHdAiv/AC73UJ7pwMqnmYwv0HQfjXTeEYrEafdrp9oba12mJZMklyeMjJOPX8qyNI8Lx3msyT3DzRQ7v3zZPzjGTmu0s7SG9Iiti0dskmEQADAXHH+fWq5SJTv1M/wNpiaTp8qwsMT3DyHuQcKMH8Qa5/x1fzjRr25nyF37AsYO7aM88da70rBbpsixsUkA+veuE8UMk/hm9MaeZhyCCcEDPP49cV5WNhalyxPRwbvU5mcX8GIrA+INT1SC9Z91vIjR78qeVOT/AHTxXjXj2/iHi7VhM/7zdv8AY4zzmvSPgRp8a+INWvoBjzLWWNlbrneo+Ye3Neb/ABu0jdrH+jOFQBlbIxuOdzZx68fnXn0OiO+rq2ybwb4vbSNH8OR2wM86XcssygfM4MzDA9TjtXq3xV8b2baZGi2wnt57VSG3H5AyhtwHTp256V87eCnn+0WNkbd90F19qaRjtIGBgfQYYnn+VaVj41lh8J3Gh6jvuZ2RxESuQpYnBz9GPHoBVzpyXNyjpSi5LmNnwPebtKayQYMbFhz2P/6qwPFMSxaj8qqobJAA9+n8xWj4GGLk54BQgnsKv+I7Ay4lKEyRtuC9x7GuClLkrM9SUXUpaHC6q/n24OeSm3P6VnWq4jwTmtjXbYQStsXCkZ+lZNquNw969+MrwujwakLTaZ61+zxqENpd6zBcShEeOKUZXP3Sw/8AZhXrlrqd5eRyy2WnMY84yxxurxT9np0PxFSxkXKXdrJHjPcFX/khr6Rm08WQkSC9aGMnJ+QE19Vl1b9yj8w4gwLlipS2TKFjFfJIr3BjiJ+6iDPFXrbUpomJa5kbIxzUb20U2F+1XMpYZHz4H5Cq0drqUMTfZ7WHGcbsjJ/Guznb3PDVL2TtHUuXWr3coRLa5hzu+bzOmKivNQd8SfO0ajDPHzinSLEsEcd9ahmc4ZYutPgTR7aEpbWFyJAMhd5waFI0alJ3uYmoeIdLntRDLcXDAHI/dmotEu9OvbyOaC3kn8tvmZuNtTpfzz3TRHRd6f38DAH060al9oERS2WUY7iEAgVfOcLozk+Zu69DUvHEl8GWw8tCMCRSM0y5tpSoCMWjzjITJFcpcx6wIQFF3Ov8bE4b8Kl0u61zc0FrbX7k/N++wMfjWibWpHtY87Uom/qulzGzHmyOYgc5B2muav7NBGsDC6nQHOSOM+5rcg/t37KZtTgtEKnGXm4qDWdTle1jjMEMkAXcVjGS30rSE5J3MsRQpVIu2hjaP4cmu52mt9PII4L5BUD1Apw0S0sbo+bDJNLJ8pYr8oqlqPiG+jiMVjbtY+iyNsJHbisqTUdfcrBPe+ZvOMRnJFbc027nA1QpR5bXZtavorR3AjGlXcgIyh3fKRRVo311FGmy/vJGQY2bNwop+1kivq1Kep6VZeIbtWCPcPx1HWuh0nUoZmElxdfN/dxgVyEVzprttEcy59BSwmyS5O1n59RX59TxDTu5H75UoxkrWPSk1W2AwkiMB6U6OY3ETZPGccVwAubcOW8zt6Vp22uNb2oUShQfVK64YuL3OWeFa2OkEKxZC9zmlt7FJm82VeOwrFsdaV3BnnDRHrtFan/CQWQG2Njn0rRVqbMpUakXY0DaxKvyKFx7VS8pp324LFTglhTYdZiYv5xRVAyDnk1ZtdStZH4dAB3z1q+aLMnGSC20qGIl1RQ5Oc471n3llNNLhmDA9DjpW3JeWzoVEyfgc1US5s4JSTLuzTfKxe8ZR0SSOFnZvMYDIANYtyi+dt/1behFdlLewNL5KtkEZJrLfy3uHUwIIzzvbk1nJR6D5ZPcxoLCWTg3D5PQDFWodO2R7XmkbHUA1aZEy4ijQDb3PSqTX9zGhh8navdk7042JkrEN3ZRSxsVSUAHHBqsunTuwwyKp7sOauwSyxgh3lwxzjbT7lyy5VJwfTBrSxk0RRaUUcMsqV8oePLW78T/ABB1m9s/mAvHWA9tq4VTnsMID+NfUWs+bbaPe38d15LQ27vhuuQOP1xXzr4d8R21n4lurNtO+WBFeML1kTlWznvyPzryMyrOCSR9Lw9hFUcpSMH4XRtpXxO0T7fE243JhZR1ywKjH4kV9c2RtTlPK/Ovkbwnc/2z8dNKJiNrGt+km0+qncB/47ivr59zQ5F3Ev61tgW3C5yZzFU61kcr8Up4dO8L3EyhIzKwjHYdcnn6A14TrOq6RpupQQXd80sj229wr52sDkLXunxL0ca14K1a0kuhJIbdpIAp5Ei/MuPqRj6E18iXNkwSeVm8y4tQrZI5kTI/XHFeVm1FSqps9bI8QoYdxitbnZ6r42k1rTIrZLWOOC3kG7uSex/IV23xjmu9U8Srp8LeTBb24wsOAgBG/t1PNeL6dab7+6eCbEctr5qp13FTzj/gJZvoprotO+IUUENrZa3pyPasiwyX8RcTqFwoDA5BUALwME4791hlye4dOKfP7wkun/ZZhG4zuIUP3+mfzr6r+F2t3Gs+DbQ3qOLuOPYzMMeaB8ocfXGD7g189zCN7prTIdSoeKUco6kZBDd+texwtc6L4dsJLRo5JdOjQNGuQzjA3gjv3I6cgV6dJuDujx8RFTjy9TU8WacwX7QIz5mSAQM4rx4399HrLzm9mYmQkxxOcbRwB7dB+Ve7SaimoaWsiHd5kYdSrYyD0ri7rT7KOB3/ALLhJDEH90BnHeumcbu5zUqjirMsy6zdWvg6GZw8RmXzGTeWY9hyeTwB0rt9GvZrfwtFM8awFE/eAHOCFBbn2JIrm9H8O3OoXUWp3o8y3tkBigyBucdCT0P0+lal9cTyaa9lc6lD5k58rYuMoGIUgZ7DOPwocuWNzNqMpWiT+bMINMSSTMhjVpOOrbeR/OsjV7aNNAvp5naPBkztOB95jn29Pxq7q1xLFqdkI22nzwGGOx6/pn86z/HBZfCd2obG6VgeOxP/ANevLxE+ZM9OjHlscz8PrGS18P3N3bW8aSyQOysW25DEEc4Jx+ded+PdEuJRDqMyBlZgpIbd1OGyeO/tXst1LFo/hu6tgAvk2qhu3oB/KsK9sP7W8GXKyWwWUxq6EMNq46AD0HJP1NcdKGtzplU0sfOfigtpSSXly4QGF41B9DwTjvgE157Nq0cl5Elta7EyGkkkbdI3bHoB7D8Sa6f4j391eaOyXKjMMgi3bcFuckkfhXD2nDFvSvQoU1Km7nn1qjVTQ9k8BSQPFLABtcYYuT1XjHHtz+dbGqxkE4wR6gYrhvh5qDrq1vFn5TiIt35wV/HjFeg6gMoBjkcHmvm8UnSrWZ9bhJKpRujhvEMQdSPSuTUBJWWuz1pQWI9q5G5IFxg9zXt4Vt07HjYuNqlzpfhdcfZPiNoU+8puu1hJ7Yf5Dn/vqvrH7JMU51CHe5xtbnFfGWnT/ZtQtrnJBhlWQEdeCD/SvsOK3tmlE1tBuXGRuY9fWvpctn7jR8BxJSXtYtIniMtuZGWWGbb2CVFLrUgg+TR53k9UGBVh57rYVSBGz1UcUonszalZiYnHZWr0uY+bcOxiavLq93MjQSraJgFsxbiKrWmnuitPP4guTITxmPgn6YrfN3bidY8znIznBAqKaXVHLfZrfdHnAJSrUjmlh03d6kWnpBZwyC51kyOemflIFWbCW0MTbdRWYburtVG+s9REatetblGxgMoGKitNFguiILnVrNCTgBBihMuC5WoxRtb2jwW8tlY4UhsZpfNhtQ7ztGyNnJV/mWsPUtJsreM2kWpLMV9FJA/WqUmltHZmWBopNv3ozEcsKtNdyZylF/CXtWutKeAwpC9zubjccis6JYUzHDbKpHVc1Ilx5Vqd1nNCD3jIFNTxPa2Y2SRXLMq4YEAk/Uitoy0OGUIyk5SJLuVJLZENrCsiAEmQZ/KotFu4ftLRyWwuRu+7HHt/Oo7XxDY6nI6CzukwcA7etXI9T8LwQv8AaEnEuMM54IqnU0sQqClLmTRY1cW8rK9pJHaIDyhYAkelFcjq0EF5bebp1ifKZtzzsCxI9qK1jZq9zCtOop2ULnqQs7sqXSeAZGQTVZ7fUkJPmxtj0FVo7ckZS7JoUyRsyteMGIxjNfnDhfofufM+5eNpOIy1xKEQ/wCzzUkSWaHP2lJSvQMaqMweMIt5N5gGM4yKBYqp3xXG6QdSygg1Sj2E59yeVoWcPHAAPZ+KbJqCK6b7N1IboKT7XqAZgqwSDGM4AqGe4vIhxJAyEA7WNDi+hNzUN3Jct+6tSv8AtMtT2yMqEOJN7H74XAFYkUmofaI2iuYZd3Vd2ABWhLd3YjO6W1Rh02tXVC73OedlsX4y0Y3fvGx1NPtbh1kMimTns/SseLV5Y4XQOJSuMbT1pY7+aWLcqEP/AHGOBW6mrWMdex1lvc8eZI0YPrmqk12zSnD/AKVk2l1PtzLCFIOMDmp4/NmcBiAT07VpdNGUlqai3aLt+bLY6ClMkU024g7j27VjrG0c5DE5+tXFkVj1YMPWqUrESSNGK4bGxh8qd6T7XB0aUfhVWJTGfMQrIT1WiR4/Nw1sc+zVspmDiY/xEKS+E742TKZUQOwI+8qkMw/IH8q+YtSvf+Lp2kkt0pUwyh1KooRdhwMgA4yAcc9q+rruyjvLWa3KSIs0ZQk8YBGDXzH490Yy+ItE1OLTLmSG2kWLUbiC2LeTGSUcsw6kAk45rx8xh76fkfWcO1rUpKxzl1q9r4a+Idh4mt8XkcV2GlBIAYHqB7kA4r6wsfsep2sN9bNHLbTIHikjPDqe9fLvxTb4fWWoWmlWt1capYzRYa4t5AZbZ+0o6B8cjacZBPIOCOs+AknjDw7d22maesHiDwzqEm5b23LNFbkKTuYdYmJxlXAyQMZrXBS5YWObN6Ma03I+hks7cqBHgY68V8qfFjwtq3hbXbt2ttmnzu4tpQcrJGTlR7EA8jrX1Og1QwBWijcH04xWb4g0CLX9Jm0vU9NM9vL1BYAqezKc8EVpiqHto6bo8vA4n6vO72Z8W6XK1hId16beRJFa0lT+Eg5Az2I4wen07y+LbqG60i5muYjDKOE+zxFY+T1A/hGc8fgK+iLD4GaLA2qWmpXC3FhMyPaSZxNCRu3A8YIPHHfGRtPXx/46eHLnwlpMHh+K/lurUSLKMqFwCXwvc4G3pnHPSuCeHqQakz3qeNpTTUdWc98J/HX9h31np+sWrX+jQyCRFVgs0XOTsJ4IP908Z6Ec19W6L4q8O+LAb3QLuPUEjXc8bLiaI/7cfUfUDB7E18PWy+VjvivXdI02DUdC0zV4pZrG+tYdsV1aymOYFTjORye3506mL9ja+zJp4P260eqPf43m0jUWtct9jm+aEbCqof4lGegycj2+lRvrbohkcyInmkKTHnd6Y5FeLWHxi8UaYzad4jig8QWUbAedtEVygxwwYfK3HqOfWtrTPih4JL273GpXkUUTBmWW0cyoc57bh2rpo4iL22OPEYacN9z2nx3rZ0DwnDawXcq3sqb5ArcrwMg4rnvh4z3dvpVzqMz+YbmRtrqSWUBmHP1GefSvL/GHxb8C+al1bjXdWKDcsTRrEjnr8zklsfRa3/gJ8Ro/HXie5tIvDEWlrYWTyiVb15slpFGCGHfcxzmqqu/vXM6NPk0sejare3DeK4jAUbdOq7C4+RSgJI+lZ3xr8S2XhrwzaLdM73E7q0cMJyWKkFifQcj8+lR2t1ZXmvyLaWzG4kmMQk3qM5wCR1/hGPoa434+aPJrXiHT1sfKFztO9JW2gxLK2GB745JAGcHIzg15Ln7rfc9FR1SLvgDX9T8T6RrN5rsrS7tQjMaBAEij27tgxzjIGM5J5r0SGyS78LXNj5jIbqNlyPQjH9a868N+XpfhDybeaN/OuHBlTJV1RcFh6/MzDP8As/jSeJNauNM8E2txfXr2CMMQlCS8z7WwoA/PPSlRqcruFSB4B48sZLfUbvT5598i3DJKNhXZINwYc9cGuHlhmtdzGNmUHBxXV6mTNcRI0rPKXZ2ZskknHUnrWPqu9JEgiBGeXwMgj0r1aDtE8uutblzwY0vmy3UMm0xwrMBjurgZ/Akfn7V7BDOt1YQygYV0yW/lxXB/DLRpr/XtL022WMPqRmtxuAA2yLh35PVVLMPdRjPSux0iOW1tms7iMpLA7RyqezA8j8DkfhXh53TUGqiPoMhrKSdNvU57W1xLXKauirICB3rstbAyOPWuS135bdmHX/69dGBqc0ELHwtK5WjGRX2d4NaO58N6Reld/wBpsoZctJjqgNfFlrKCoyetfYHwkuo7r4aaFLtjEgtRGWK5Pykr/SvoculZtHxmewTSkzdnjuRdkiKNIz0zzUEltKqs6lenTb1rQntTchTG7o2OdlJLpk4QKbrPqHGP1r1udHy8qDeqRkWyNPwyvGf9vkVI9veCcRLJKFznKtx+VJcWc1rExxHKCc/M+akh1J0gMj2xO3oEqucy9lbcTypb+4K3sCSLH8p56VZtdH0uRvLtooAy9Szc1C2swzQCP+zp8t95UTk0/ULe+tbJbmz0cqr8ldygn8KnnvsVGEVruVtf0qJ4T5E0iSqPmETYLVzzWeptGyC61BRjghRn88VO9xqqytLcWk8TEEKCPlH1xVlPEOpafaH99aSKThgQwJH9atMwrU4Sd3oZNp4YkulMty+oTlPmO5iAfqBWtFpen2rfudMUO33lJySar2/jNJ7ZkcrAAcZJAFSWXim1gkKNcRSc5yRzWnNPoZRpUEOaGVSRLbWiRjtt5rn9dttGGI5YLZM8kyc4+lbd5renPMZY5riYO3VY+BWcdI0i+v1uI1IKneQ/Bc/Umrg5faM68IvSKMe5lSLSXWznS3gP8Yyqj8KKuarbaZIXOoqI1U/JEHBDH14ordM8utRk5b2+Z6gtiYYCILOEue7VLDpQaFbi4+zZ7gLnFfPfhL4867Akk+t29veafHtWTJWK5Gc8oF4bA55x9a+i9HubDV9LttSsLv7VaXMYkjdT1BGRXyXKuqP13nvsQvptklwG80ISOMUf2HaC53x3BbPU78VpTRRydFC854qNo5B02VSVPsL3yvb6NawyFxEsxPX581KtlbMjKdOVQOANgP8AKkeGcjK7CafAt5Fu5BDDBAPNF4LYHGT3ZAtjtjYC3jUegjxUcGnRiYu1rHj/AHa1sgJsaAsP941FPIksYiERQdiGINXzRM+WRn3FpBKxX7MQF6FRipIbaONlRiI8DgYzVxorZ0Cs86FfRqY0MH8D4x03VLcb3Q7OxHIICAILgEjr8oFKrkKFZ4pAP71TLAjqCWjz7imCJj0kiJ9MUKSE4kZkKksBD+VNaaYDBHXuFNTSRSYz5ULEdgSKF8xifkx/utT5kTYq7dsn3pJG9ADV2I78742Uj0qRXZM5RufTmlWWMDDRsC3ciq5kRKDK9xLGozvc/jXnHirwsLS8ude0CNpTMS15YNlhNk8uno3JJHQ9uevqqFTxu49MVBJHOwG1EPPcVnWoxqxszfDYqphJ80T49+JHh/Rn0y3g0Gxd7+5uszLNGTdCTnKYwO7dAKvfs3eGdd/4Toz22oS2sdiVe9tyjYmibcNvoWyOhHHUdK+mrrQtCuNbttXutNtft9r/AKuYp869vXnGeM9O1a22AS+dAi8/eYDlvrWVHDOk7Nndi8zWIWkbMgTzUOUjlX2xmiSW62ncqr9TV6SS1kztuSjdgDUM8yqjCd0kTttHNdySPE2IrfLruLKf90V4L+1xpytbabdhTmX90cj+4Sf/AGp+le+Ws1vIQFm4+uK8r/amtI7n4fQ3ds/mPa3Slh1O1gR/PFc+JjeGh1YOdqqPkNQPMC+pxXrHg64UeCIoioDxSumepBzn8sGvM/K2ODjFdZ4LuidOvIFJxGRJkH06/wAq+fxesD6zA6SK/ir/AEeaTzo1DEEgHqRgdfyrhbqTZISp6nNdr4uk+0q0qFUOMNk9a4S/yp2kdK6cLH3EYY2XvXGyzeau3Oa94/ZEX7Fo/jDWGO35Le3jb3PmE/zWvnh5GB4r6a0qwj8H/B/SNOwEvb5f7Qvh0IdwNoP0XaMeoNb4ifJTfmcFK9SaTO3+Fpz4hutUuTiNSIbUEcsxwzH8Btz/AL3tWV8SbCbxH4n0vSbTD3EhWIbuAuTIcn24Ndt4e0xdK8NaXvKi4ERlnOOQ7jce/bOPwFZnga0jl8e6tq05LRWS5h7hGK4498bvzFeRGMnaMjuva7K/iRdA8HQWp1SR3sNOhFvBAmPMu5gNxAHpkksegyPUA+X+NfH8/jK0ttKl0S3sY4ZvMiMcxYKMEYYEYPB68d/Wofj7qsl98RDCTiK2gCon90l3zx6nFcvoyq9/GWAKjuRnFdNlHYx5nLcxfEUZi8QJHGPuxBiPQZP+GawNU1G3Zme2PmyY4JHyr7+/8q2PiDLJHrMluq7VeNSSD1GTx+ea5BlKnBr0aL9046kLs9R/ZyL3vxV0VLuV5kWSVlV3PDCJyCD17dK9I+Idh/ZvxM1KEKDBeqt2hHTLZDf+PKx/GvKPgBdLafE/QWZtoe78vPuylQP1r6A+PlmkEuh6wEABeS1dvUMAyj9HrPNaPtcHJroGWVvY4+K7nj+vjbJjrXNeIEQhfl+Vlrs76ye8O5FyPWsvxLpEsmifLCWMeWOPTvXi5bXV4xPpMxpNqTR53YynlW6qcH619Qfs06ut98PnsgA0tjdvGylsEK2HU/mzfka+VtRY2ziTadknPHY969D+BvjH/hGfFMbXEuNNvcQ3g/u8/K4Hfac/gTX1eG9yR8VmNP2tOx9aGe4j3bXKAdh3pRiR9007Sr/dJqWCRZYhLBco8TLuRgQQw9jUT28ancwjz65r1L3PmJaFkXqxrsigjVPpz+dSRNb3UghEiW6k/MT0qCG2UJ812qD1JFUpljWZliuFdY+Wwpp2J5n1Ny6GmadEVe4iJb7rK3OKo2t7a3zEJNuwcBc8CuZ1PUYPN3rvl5wQIidp96u6VLOrGaFUVHGGJTtTsSq15cttDRvNJEsrJHcyBGAJTPFV4NDjSJlaNA2cKDzuFa9xfW9tYxyqBPKCN58ogCsy41nTJZFze+TkZbehwKLyLqRot3ZVutAs3hVo7O2lYnDfLzmrmk6BCbd45UtIEHzEFOce1aejvptxGWXVYhg/dxjcPXNYXjG7v7WOQWEtg6jj/WEmqUpEOlSjHnQy5sI795JNtvHDCNqhFwXFY8mnwJdmSK0mYYycyZBrn2vfE806vtJh5y6jA/DJrT0O9ujDtvlJlONoBzx710WlFXZ5X1inUqW5RurpJhxZ6Uh45cdaK244L+K3Ly6k8Ebn90u0YI/Hmin7RlSw8W7nyhqY1KHyQsDSafAGWJURdyqScFsDnk9etReC/iN4j8I6jPb6ZemDZKRPbdUyOvy9Ce2Rg1z+l+JbW0s1s11GTyGkaR1kUOVGDwD/AEzzTDHaatC10HZIBOy29y8aqw9C/J6+xrxXA+zU3HY+rfhL8XG8b6etvFfLFrMKE3FnsP3Qcb0zyy9Ppn8+1bX9Wt0LSRhs9Mpivj/wbYa14J8QaZ4x03Ube9hsJgkmOA+4HcmPdQeeg45r688O+PtP8ZaQlx4bFneSknzbaaQLJFjuV54/nXNVioK510ajk7Mu2/jCRUBuLQBfY4q/a+K7KQgtFKv5GqdxFCzA3OjRr/ew5FRSw6HGIzLbTWjscDMg5P4msIyizocZHQRa/YSIfnYfUVOuqWTkBbiM/U9K5ZodFGNmsrCR2cAj+dSWum208ZEGp2s3pg1onEzcZHVrPHJzG6MPUGn7h6CuJ8Ry2XhuwF7qd/BbQnHJPJPoB3rzvXPi5JbrK2h6VcSiMqPtF0dicnjjqapK4ua257y5VV3MVUDueBWBrvjTwnok8cOpa7awyP8AdUHccfQV826x448XeJ7pzJfH7NBCzXCfdjiX+8APvfj6U+QS3uhw3VrDDPHLCyG/KhRCSOcg+n170mrBzKWx9H6R438M6rMLfT9XtpZXHyxs2xj7AGt0SPtBeONc9Pmr4l1S90G38R6fZu95J9jdd93CQYtw7gZ5/Oun0D4jeKNE1XyLXWne0QMYY7iQSGXP3MhjwMjGAc9KpIi59YzfvFxuC/RqiaKRiCLjkVxXwo+Idr44sXieE2GrW523No/X/eU91967kvN2iY/UgUK3Uq40pcsn7uRTjrgkGoxHfZJMrID71Ziuiud6uGPX7pqQ3dwiMdqtk5U7a0io9zN8xTjs5Js+dcscejDmkGmxx8JK4HsasG43Hc0QY+y4p8ksCrzDg+lP3US0+pWgsraNv9XG5HUupq0IoQp3RwN7L3qMvG3HlqB6U17SDqiqD6hsUXJcRzXllHHhojFjsFrlfixYW2sfDnWIIy28W5lTjGSnzf0x+NdgoSFApuB04LHNVb6S3a3eKWeFkdSrDPUEYIpTV4tDp+7NM+Ar35ZcD1rqtE0+bRpbiNtjpOMYVuB1yCfWsrxLpbad4pvdJuoDuimdFZe2xiMj24/WtXUbnyreJwxXnlsAkDvnNfPYiVpKJ9dhVpzmJ4mZYixbnP8ATj/D9KyL2xVtNZwMuOprQ1G4FzOV9Qwz6ZGKkvk8mxYbMbjzyOmBx/KtITcFZCnFVL3OY8EadHrHjbR9ImGY7q+hikH+yXAb9M19e6JoUviLxa11qUQ+xW0wcJkYdlPygDPQdT9B614F+zt4bk1f4qLeRRkxaXE9y3HVyNiAe+W3f8BNfWyLBpsEl5PIIIYYuCVwWPfA6ntWuL95xfQ4aL5LlDVLXyLO8vb++WzslPLyZOBjG0YIJJrjPDHxZ0pdbubGTQjBZ3MwW3n3ZkZsZ3SDGAPp09+oyPiJqt94htJYpbqSOCLe8YGOV/ukfj1rib+zFpfPfD5IksjIgI5V3AABIxnv6VxObvobLVHM/EPVE1T4hakyHI3Kv+6doz+pNWtOMRuo7SKYKVTecdgOv864TU78WfiHU555C2bqTbgcthiM/pTdM1m7ke4mty0bzAJvbqq56D0zXZOg2rmMZ3djY8fzW93rMbQOGEcIjbGeCGPH61ydwvzcVpzLiMnOSSCaozDnNa0XoOrGyN/4XzG38daFKB/q9Rt2J/7aLX1d+0APM+HkjhDm1vLeRc8cl9n8nNfJHgdvL8VabKRkR3UTfk4NfZvxiglv/hxqkLxquDA4bGSMTxn+ldlT3sPNPseS1bFQku54jaX8FrpYllASViACw4Fb1rHpGr+GpYpZ0aQpucY7AcD/AD6VzfiwJFZww2oSVZWJZd3zDp1FczqN3dWMGyBp4EcbWIGBXyeEpXs4n22Iq2VpE2l+DdH8Q30mlXlyYghKCSFhhXHQ8jnrn9O9ctqXhrUfCGvSabqmxsf6meM5SVeDkeh5GQeR+RrpfhtFKfExjhkY+b82T+pr1/4naFpkng7yNUjLXEyB7Z1OWjkAID49OmT3AA54r6OnXlGVjwamHhyc9jj/AIM+P5NLlTw/qE5FnK2LeZuRAxONvsp/Q/U49xaEPFvm1ABR/ebAr5Q8N6RcakLezii2zTOscZUZbdnqc9B/hX1Pd6cxjEbB51C7ShPytXtYWrzxPjM3oRo1Lx6gdT0aGV7U3EBf1MuR+Ga0Iri0aNpfM2Hb8nlNwa4LV9EuoMmz0yIMz87zn8qzJ7nWLZlQwtA68EB/lP4V2qNzx+d9Ueo2V9pcivB9qiWbdnbONq1aN7YRTKEu4Gbt5ZGK8ok1+WS1Ed15YYjkyRdfyp+jX+h3H/H7c2K7Tg7XIpOJSqeR6xPNI8ZaJwxPZuRWXcWTXMa74UEhOVHl/erFtvEXh+ztlCSSIM/8s2JyKdr3xG0i2t7YQpczMAR8r89qRbUZ/EW5LO5t/n8rYO+wYrV0RLWbFyZXkEJPyMoO72Jrzu++JWpPJGNO0h/UtMSSR9BRb+MtfZJWfTbK0T7xIQsWP0qkm9jO8KctDtruKwupm82BIvMJPynjP0qWHRQl08NvKskagFDGMZ/E15RqXjfVoLk+ZeoqsvG2A/L+tUYPE3iC4vALa6uJY/8AlpztGK1jTqS2OSeIpKWqPXbyyldCkqTyNngbhzRXCyP4pWRbvT7qby3XiN2B/XFFVyVCZVqcnex8UW1ruceYyAejHGa6XTL+yS1Swtb90bzMbPK3AA4zyeG/KubZ2eMgnlRkD1r0v4NeDU1ORp7m1lkaYAxKq72KgnOF7Djk+gNeXLRH1sTY1uy1WDw5Ib23aJ4mEKxqdpO4bgffgmuc8M6PqjXQkubk6fEjAI0RYSdeBgdvXmvW9Kt/C41+dopHF7NnyLcjMW1Oqjb8o6H8cmn2uo21hqFu8UXnFmZBG0SlNrZG5iB0Ocd6yuaao09Pk1+bRDHJ491COO3jYRrNKx35xj5jgZzjgnjsPXjPH2ma9C1rc3dxNqbfZpJATNuk3B8biMnjkfgKbcxXMmuXEV7qkVnYyS8kkLDFjOSqj0OB7da8t8Ra5LBqrFrrfJCSizW7FkI5GRn8alUoPoU6s11NfRfHmsaBqkk6On2XBP2a4/ehm7ZB7+4xXe+FfHN3rMq6swuLHypEjIhcxpuboq9unrXjyQweIoGUPIt5DEvlMUAWRc87ueMDniq2syanpbSWM8jK8LGMFJQy/KexHB+oolQjLYcK0up79q+qXGrSD+1tTa5gncLE7QNJ5XocHHBrSg0vTLPRpdbm1YyspQBJUyoKnADgE4J7DFeGeAfGus6OzPcomoWpCiNZpCDCQd2UwRjpj05rvfCmtXesyanf+Hry2jmnkUiwupR500pOcIoHzY69qj2bTsX7VM7LTdL1K702WeHbcxoAqSpEI3QFQo3ZOSuc9R1xWhFD9ltleLQ454JLdi88qmQJKpyygDg5Hrxn1rhrrXYbfw8bjXPEU+natFC/+jR2YiZpGbKMxJy449sA8US/Ei7vtAs449Li1C4l3qXKvkIFwVG0jPI3fh3qZ0nJWQ41VHcqeLdL1C6m1CfTWidVkR5nYBBFkYAXgZ68+lcdqllczTW9usu5bVHE0mz5mZT0HXBrsfC09tNo1y2uTyzMHDRxz4ZQxBxgZy2cAVXn0STUtTttasLZdOS6YrPBIpZUI+UyYxgLk9Pas41OT3ZFSg56oxdB13VPCmpWOqWN9KL2Nz87Z+ZOuD7HnIr7R+Fvi7TPGnhODV7YJFKfkuIWkyY3HbH618U+NvJt7lrOJ/tAgUh73y8gvjGAQOV/Cn/CfxhrPha8Op2Oq+R84WWGV/3cy9wR3PvW1uZXM+bldmfoBsikUjdCv4VQ8q3i+eL7RK49M4zXP+A/EA8W6Cmq6fdHcUHmwF8lG9K22F7IArYGDkluMVkzeJO5vZBmCORSeocDFRJHqT480RBj6rmpyp8lSrliP9r/AOtVVb/yZPnt5GHqHPFCt3GyeKxukBDXUpyckKAB+tMaCzDFJ7i5yOvPWnPrCHdshlwP9inRajBIfksSW7llxVKSIcWOjfTwu1CzH1Mec1MkttuBjtkb/gOKI5ww+aBF9MKRURu4mlJwq4HTJyarmRKj2Pn/AOP+gwp8QY9TMPlR3UQnwOPmACMPxwD+NeT+IvIjZkffvyDgjtjn8a+lP2hLSG58Iw6tCpaSzn+Yf7DjB/ULXy9q06yEERgbG5yD/jXgYmnaufTYKpfDmbAFa7UO4CE4YL1IGO/b8qs3comgYABPlbgjGOval0XT3nmwzrFnlGbp/n3qrqAltWkinj2dQBmr5lzWRtFNQbZ9Bfs73Phnwn8LrjxArt9qnldbyRhglkPyovJyMHj1JP0GxrniG48RrBd3G0REgRRgD5VIz1xnnv64FfK+oeINXS0sdOW7lW30+Z5LZCMFd5BOfUHHQ+p9a+h/BlvcarYafa2q5aWFPJX1yCf0AP5VdWDsrnn3SegzxFaqkErxnYHhkXAHTCk/0rE8TXMZW0tWZdszQq3P8CZY/pXX+O9H1PRbW2XUoUUTMEjljYFHPGR6g47EeuO9ebapFDc+MtIs5laS2ACzKpwWUjDfjjNcnK+azNYyTjzI8T1FvPvbiXq0sjSH8STWpokREVXPGfh+bw/4p1HRJVO6zuJIsn+IKcA/j1pNEXCgYr1K1S1OxhQjedyxexrkDHWsefO7k5revGDqCPxrAnGHNY4d6G2IVjS8JsV16yA4zcR89vvCvtn4pPKvgi9SWT/XNFGo9T5ik/opr4p8FoZfFOlxDndeQgj1BcD+tfVvx/1h0OkaVAGAfzLh8H0wqn9WroxVX2eGm/I8+hS9ri4I5HSbSyS5Se9jyinA4zgVB451/QXt5rO10+3LxAu3yg5AHp2psd2z2AhLjcwzkdCcc1esvCui2dpNe6iyCWZMZY8AmvncFO0UfV4mm5OxzvgeC1sWj1ORCsz8iPAwSTnGB9B0pfF+ryajcvetCgx+7jBxuSPPLHHboB+dOvvJMxnhVZ7SzB3FW4Zu34VN8KdGg8T69Pe3qNNp9kwaSRQQJJf4V57Dkn8K9mlGU5WR4eKrxhTa7HWfCvwpFZrDrt3ZyvLLFttwRyF/vfU5/L616L9muRcErG0Sjs0lTxRKpCW1wVOPQAVda0eOJmN4+e5IFe9RiqcbI+OxDeInzSKpgt5IwssZc/3i3NOfw9YSkstvCR/01GTUkt3Ywom++WGTd18wc0+PUA8ICeVMp6MHBrpVRnK6cepnP4X03ePNtoGHXCqMVDqfh6xjt0TT7O1tyH3PN5QLMPTmt6OaDKs5WL134IqpqUGnXEQ36lCd3RGYY/nT9pIiVGNtEctqumRTRu8byNMF/diJRtBHc0jeFoLqyjnuriIyquW2qNx9gBXR21ukYKfabdkxjapAAqvcxKjtLb+RhTjduqlORg6KW5zV5ouk398z2g1KxlAC+WxGw4+tczqGj64l9MlvAtwQ3DH/AOtxXdz3FxJ+9KcgghlHWix817secxCI24kdMe471rGbRjKlFnIL4Je9t45ry4WDJAaNEZzu9ATxU114Ls7PfFJLqNrN1UEL8w9a9Qu57HUSIpIp1Ea5RkQDB9cVjyTK9yBcywXHuWw+KuNdmcsLBnJi8t7W3QQiWSaMYbzDt/lRXQajDo6urA4x1LY4FFX7QwlRknY+CvDGg3986X76ZdPp8UqpPN5ZEak5wpOO+D+Rr0+HXJLbTpr+5nW0WKbZDDDMocohILhQMkLwDnGc5xjJESaxFL4Yntk8QMbYXKrPp8x8qVlZuu1QN2CCOpxu46muX1zVl1jVrXS/DXhyBJGtzHIQrXE0zbSXYkDgbQfl6DB+teXI+sTsFv4utbW/SdluolIICwSBFIJGN2OvBORxXa+HNRsr7Q4UstSEcf2oEmXavlqf4dvGSMdSec+1ea+LdG0nSI4BpurtcXUissqiBljUEY2qzHJz9KxL2/1ZILZA8saQQ+SNrclepBI5wfQ1KVxtnsusg2krXEX2Ke0uN6uxAaRwvzM0mCcZOMFSOAa82v44Ly4eaOzUh2JihL4G33HHHpUmh6zp+naSkAEazsw3tFIcbSM5yRjIzjGexzWjq1zvubeaS+Ezz2yJHNuDkR44XB6YBxjHUcUPQDlNFuZbCaYvGxV12MgcqWyenFaejasttLd2h2RrLayIrOiyLh1xgBgQDgnDdvar3iiLTtNW0WztYo1EA3ESF2Mg+8xOODnHHQe9cde3kl1fm8LkuTyG/rRECbUbeK1j/czKrcZiOQxz3HbHHrVGCZ/MBE3lN1DZOR+Vd34a8LX/AIis9MkfTAXadolbaU85SN5LMcDAGecg4Fc/qejacZ5RpmpxEKSEikyCxHZW6EfWqTTC1i2/jDV5bSxttUn/ALZt7Jj5UV5867CQWQH7wBx68dq6my8V6ZqerWsWk2a+DLJozDcGGaS5SQFi25hISR/CPlxwK8tDmJypUEj17VaRGlkSNAxdsbQvc+lS00rItWe59Caz4E1Ow8HyzabqvhvxLHGoYrp7B503nPmAfewMcN254otPEmmwXNnZ2WUTyY4kNwo++QCxOB83zY5wM15r8KvES+EfEGNU023vLC6HkXcF4jYKHhsEcqwzwy8jt3r1q3+I/hi11r7VZeFf7Zt7F44tPS6kBe2jjQrHHG4GSnLE7gScjNcladN6T0N6NOV7xZmeMPC0+o6FDb39jNZ6jb3cokihhIODhhuXgjII257ZqPwx8LLTWdNSCS3ePUbZmcwhtslwhJYs+5tq7QMe+a7vxn8XLL7NaPpOkWLa08Kre297tmhiC5MaK+QGIU859QO1eN3HxD8ZWniOHXbLULe3YxkLHbgNEisuNuwjAPU4pUa1NNRT0HVpScb2PTfh/rtl4Ka8j0uYwSuDGUMrM5ZQTtJOUwc8EelLp3xn8YR3P9p3uoXMdpHM8DxTLG4dguflAUe3fvXCeGPF3h4xbNZ0a5t7t5HkluIJw6TYC7P3bYCnIYkg856VJ408ZeDp/Bg0zR7XUIJZZmNyjspUHP3lA6DHGPaueq3Gdoam1OPue9ofRPwb+NWleOT9iu7f+zr/AMwxxruykp6jGehI5xXrgcAcqDX53eFY206K4n0zXIoLy3uI7i1fzCuQoPIyMZBx1/xr6a+GHxf1240i3/4STSGvI3BCXdptUsR13ISPzFa2sCdz3VyG/wCWSH6igMVABjQ1iaB4p0PW7ZZrG/jJIyYnO119ip5raVlYZUgilzMYjzsHOYM/Q1HLdRCM77WQ+o21OaWnqxJpHM+Nltda8JalpC2xWS4gZYywx845X9QK+F9euJLee4t5RiVWKld3vX6HGNH+8oOK+LfiNoWnWfxj1HT7iFTAtw7RqCcMoPGcfhXLWST5md2EbfuozPBVhPDp8mpX4KQlAMsCAuBxnHp8ufY1V8VS2TtMtuYn3LkZbk9RwD9frxXS+Ntat5tMh0/T7dlCB4yka+mOMfhk/X2ryS7upBKXKkM/3uMA+9clCk6snNHrV66ow5GRTxF7tYl6lgK+zPgJod3ZaNZ6lfpCInsITaGNicb1+bcD0YAL7cmvkDSwr3CzOOI/n/LtX3x4DgMfg3QUQYA063/9FrXfGKbVzxq8mo3Rz/xnsb/UvDts1lF5/wBkuxcSgDkII3BYDvjPavAtJDt4+02ecNH5lyIgGQhhyF6dc5J4r66+zEnkLj3ry/RdFt7f4/XJimLImny32wjhJXZVcD8H3f8AAqzq0OaamiaWIahys8i/an0Vbb4m22qrGVj1K1DlvWRDtb9Ah/GvJ9Pi8qdlzn8K+pf2rtJ+0eB7LV0X95p91tz/AHUkHJ/NFr5h1HC3sbpwJUD/AI96yxG7ideDleKZFeMBlRzjg1h3UmXxjHNb7pviBx6sfxNc9ejE/wCtPDI1xL0udP8ACiH7R8RfD8G3d5mowAj28xa+gPi5Pb3XxAELS7fslukKtjI3HLn6feA/CvBvgvfWtl8SNDurvaIor2J2yMnAbPHvwK9rjsr7WNZuNSuo28yeZpCD2ZieB9M4/CuXOKj9kqa6muTUlKu6j2SH6JoEt8sMssW0o4KovA+pH4VF8UbiKxtodOtgTdzYVWDEFR6k9q9F0Kaw063aW+zEFXgtwGHc15F4lu113xZcXVkHujJ8lqiLuLAZ4CqPvHp9K58Fh0oq56ONrvoY9nb3N5c6X4O0Tcby9cFpM8KuPmZvTuc9sV9I+HPBFn4b0K302znXyYV5aNsM7d2IrmPgp4Jl8LW9z4h8Q2f/ABPL9cKhO4W8PGFB7E4BP0HvXqsDR3ZLyOkC8fLjk19PhqCjG7R8Tja7qycUY9t9hi/dyCRJT0DVYlMs9oYYZrcAjPzR8/nmrGtWFk0WQhmK906is02doTHNaXTxNt5jckfnmulqxw2sVTpl49qTdWMM+zpIoAbH41z+ooI5FRdMJbODkeWa7KJpGmZGmVl9VPWpdQgt3sgrL5nOMNRzEexR5++niZP+PZo/rcEiooPD++QAyI4H3Q0nQ12K6TarHv8AJlTH9xjz9aTUNDmaMS6dcYx1Vhk1UZXMZ0ZHO/2RNAF8u1sdjYywY5qYaO1vH50cSAH+4KrajZ61DGR9nDY6gDism4uNUi2sbiNUXrHg5H51SlYylDudGAzQhEgBb0EZyagvLN4YSVVreTsOVJ9+lYMPiG4TOZljb2X/AOvSz+LbtpEzO8xUYAK8Yq1VRm6ZK6aosjGDU2Mf90vg/qKoRWmuST/IsIGfvfKSavnxNfSoFfTrQ4OcvgE0ra1PIcLpcLMx6rJjH0qlO5m4WGSaLcI/neddxSkfPlFdSfb0oq09xr6ttisggHq+aKrmM+RH/9k=</binary></FictionBook>
