<?xml version="1.0" encoding="UTF-8"?>
<FictionBook xmlns="http://www.gribuser.ru/xml/fictionbook/2.0" xmlns:l="http://www.w3.org/1999/xlink"><description><title-info><book-title>Сбежавшая от майора</book-title><author><first-name>Мира</first-name><last-name>Ракалова</last-name><home-page>https://gigabooks.ru/tag/mira-rakalova</home-page></author><annotation><p>— Послушай меня, Беззлобов. Свой гештальт мы закрыли. Давай просто разойдёмся красиво, без твоих набегов. — Плохо ты меня знаешь, Громова. Никаких «разойдёмся красиво» не будет. Я считала себя несгибаемой. После неудачного брака я сама подняла бизнес, закрыла сердце на замок и поклялась больше никогда не зависеть от мужчин. Особенно от таких, как он — неугомонный капитан Глеб Беззлобов, который не признаёт чужих границ, блокирует мою машину поперёк дороги и смотрит своими пронзительными голубыми глазами так, словно я уже принадлежу ему. Я строю стены — он ломает их с наглой усмешкой. Я держу оборону — он бьёт точно в цель, заставляя забывать обо всех клятвах и запретах. И чем сильнее я сопротивляюсь, тем яснее понимаю: в этой игре без правил проиграть может каждый из нас. В тексте вас ждут: властный, настойчивый и неугомонный герой в форме; дерзкая, независимая и несгибаемая героиня; острые диалоги, ревность и противостояние характеров; откровенные сцены 18+ и счастливый финал.</p></annotation><coverpage><image l:href="#cover.jpg"/></coverpage><lang>ru</lang><genre>proza</genre><genre>sovremennye</genre><genre>detektivy</genre><genre>sovremennaia-proza</genre><date value="2026-11-18">18.11.2026</date></title-info><document-info><author><first-name>FB2 Generator</first-name></author><program-used>FB2 Generator</program-used><date value="2026-11-18 10:01:01">18.11.2026 10:01:01</date><id>sbezavsaia-ot-maiora</id><version>1.0</version></document-info></description><body><title><p>Сбежавшая от майора</p></title><section><title><p>Глава 1.</p></title><p>КАРИНА</p><p>Городской день рождения гремел так, что закладывало уши. На главной площади установили сцену, откуда лилась бодрая попса, пахло сладкой ватой, жареным мясом и дешёвыми духами из толпы.</p><p>Я стояла чуть поодаль от основного скопления народа, лениво потягивая кофе из бумажного стаканчика, и слушала, как Ленка в десятый раз пересказывает очередную драму со своим новым кавалером.</p><p>— Нет, ты представляешь, Карин? Он мне говорит: «Давай пополам счёт разделим, сейчас время такое, равноправие»! — возмущалась подруга, активно жестикулируя. — Нет, я всё понимаю, но на первом свидании!</p><p>— А ты чего хотела? — я усмехнулась, щурясь от вечернего солнца. — Скажи спасибо, что не попросил за такси скинуться. Мужики нынче экономные пошли. Не парься, Лен, вычеркнула и пошла дальше.</p><p>Я смотрела на людей вокруг с привычным спокойным безразличием. За два года после развода я окончательно избавилась от розовых очков и привычки искать в толпе «того самого». У меня был свой салон, который требовал внимания двадцать четыре на семь, ипотека ещё на двенадцать лет и кредит за машину, который сам себя не закроет. В этой схеме мужчины занимали строго отведённое место: приятный досуг на пару вечеров, без права голоса, без чемоданов в моей прихожей и уж точно без попыток лезть в душу.</p><p>Никто из проходящих мимо мужчин не цеплял взгляд. Обычные лица, суетливые взгляды, дешёвые попытки познакомиться. Я приехала сюда просто выгулять новое пальто, подышать воздухом и на пару часов выбросить из головы счета за расходники и графики мастеров.</p><p>— Глянь направо, — вдруг толкнула меня локтем Ленка, понизив голос. — Вон тот, в форме. С тебя глаз не сводит уже минут пять.</p><p>Я лениво повернула голову в сторону металлического ограждения, за которым дежурили бойцы Росгвардии.</p><p>Высокий, широкий в плечах парень в чёрной форме, разгрузке и балаклаве, закрывающей лицо, стоял в паре десятков метров от нас. Руки сцеплены за спиной, спина прямая, фигура крепкая, подтянутая. Лица не видно совсем — только узкая прорезь для глаз, но даже на таком расстоянии я почувствовала тяжёлый, цепкий и до неприличия уверенный взгляд. Когда наши глаза встретились, он даже не подумал отвернуться — наоборот, прищурился, словно улыбнулся под маской.</p><p>Я хмыкнула и отвернулась обратно к сцене. Парень в маске. По выправке и голосу, который наверняка окажется совсем молодым — обычный самоуверенный служивый, привыкший, что девчонки пищат от одной только формы и загадочности. Неинтересно.</p><p>Но через пару минут краем глаза я заметила движение. Ограждение скрипнуло, и этот самый боец уверенным, размеренным шагом направился прямо к нам.</p><p>— Ого, идёт! — зашептала Ленка, поправляя волосы. — Карин, не включай свою снежную королеву, дай хоть поболтать!</p><p>Он остановился в шаге от нас, чётко приложил руку к берету и отчеканил по всей форме:</p><p>— Здравия желаю. Старший капитан Росгвардии Беззлобов Глеб Владимирович. Проводится выборочная проверка документов в рамках обеспечения общественной безопасности. Будьте добры, ваши паспорта.</p><p>Голос у него оказался низким, бархатным, с лёгкой хрипотцой, но по интонации сразу чувствовалось — молодой. Слишком живой, дерзкий, без той тяжёлой усталости, которая бывает у мужчин постарше.</p><p>Я медленно перевела взгляд с его массивных плеч на наглые, смеющиеся серые глаза в прорези чёрной ткани, в которых не было ни капли служебного рвения.</p><p>— Выборочная проверка? — переспросила я, приподняв бровь. — Вон там, у фонтана, трое парней уже полчаса пиво из пакета пьют и на всю площадь орут. А подозрительными вам показались две трезвые женщины с кофе?</p><p>— Там уже работает наряд, — ничуть не смутившись, парировал он, глядя мне прямо в глаза. — А у вас, гражданка, взгляд слишком независимый. Вдруг вы в розыске. Документы предъявите, пожалуйста.</p><p>Ленка рядом прыснула в кулак, но полезла в сумку за паспортом. Я секунду смотрела на него, оценивая эту беспардонную наглость — даже имени не скрыл, хотя лицо прячет за маской, — потом спокойно достала из сумочки паспорт в строгой чёрной обложке и протянула ему.</p><p>Он взял документ в чёрную тактическую перчатку, раскрыл. Я видела, как его взгляд пробежал по строчкам, задержался на дате рождения, а потом вернулся к моему лицу. Никакого удивления в глазах не мелькнуло — только ещё больше азарта.</p><p>— Громова Карина Александровна, — негромко прочитал он вслух, словно пробуя имя на вкус, и закрыл паспорт. — Прописка местная. Задолженностей перед законом нет.</p><p>Он вернул мне паспорт, но уходить не спешил. Чуть наклонил голову, окинув меня быстрым оценивающим взглядом, и выдал:</p><p>— Знаете, Карина Александровна, по правилам безопасности мне положено взять контактные данные граждан, вызвавших повышенный интерес. Диктуйте номер, чтобы я мог контролировать ваше примерное поведение.</p><p>Я не удержалась и рассмеялась — легко, искренне, глядя в эти наглые серые глаза за чёрной тканью.</p><p>— Мальчик, у меня ипотека и кредиты, ты не потянешь, — ответила я с лёгкой издёвкой, убирая паспорт в сумку. — Ищи себе девочку помладше и попроще.</p><p>Глеб ни на секунду не стушевался. Наоборот, шагнул чуть ближе, понизив голос так, чтобы слышала только я:</p><p>— А я трудностей не боюсь, Карина Александровна, у меня нервы крепкие и выслуга идёт. Да и в кредит меня ещё никто не брал — вдруг понравится?</p><p>— Даже не надейся, — отрезала я с улыбкой, но телефон доставать и не подумала. — Если сильно запала — пробьёшь мой номер по своим каналам. А нет — значит, не очень-то и хотелось.</p><p>В прорези балаклавы вспыхнул откровенный азарт человека, которому только что бросили вызов.</p><p>— Принято, Громова, — тихо бросил он, снова прикладывая руку к берету. — Считай, ориентировка уже в работе. Хорошего вечера.</p><p>Он развернулся и спокойным, уверенным шагом пошёл обратно к ограждению, оставив после себя странное, давно забытое ощущение лёгкого раздражения и внезапного интереса. И почему-то жутко захотелось узнать, как он выглядит без этой чёртовой маски.</p></section><section><title><p>Глава 2.</p></title><p>ГЛЕБ</p><p>Стоять в оцеплении на городском празднике — занятие для терпеливых. Вокруг гремит музыка, толпа гудит, кто-то уже успел накатить для настроения, а твоя задача — держать периметр, следить за порядком и не дёргаться по пустякам.</p><p>К двадцати девяти годам я к такому привык. Служба научила держать лицо, даже когда под балаклавой жарко, а смена тянется шестой час. Да и внимание со стороны давно не сбивало с толку. Я прекрасно знал, как на меня смотрят женщины — что в форме, что на гражданке. Спортивный, широкий в плечах, уверенный в себе, с прямым взглядом. В телефоне всегда хватало номеров тех, кто с радостью скрасит свободный вечер или выходной после дежурства, да и пара постоянных вариантов имелась — без обязательств, мозговыноса и лишних обещаний. Меня такой расклад полностью устраивал: на носу аттестация на очередное звание, служба на первом месте, а лишние привязанности только мешают.</p><p>Девчонки в толпе то и дело стреляли глазами в сторону нашего поста, хихикали, пытались пройти поближе. Я скользил по ним равнодушным взглядом — всё одно и то же, предсказуемо до зевоты.</p><p>Пока в паре десятков метров от ограждения не остановились две женщины.</p><p>Одна — обычная, суетливая, болтала без остановки. А вот вторая заставила меня задержать взгляд.</p><p>Невысокая, ладная, с гордой посадкой головы и длинными тёмными волосами, распущенными по плечам. В чертах лица — яркая, выразительная порода: вроде и русская, но явно где-то в роду пробегали татарские корни — тёмные, чуть раскосые глаза с хитринкой, чёткие скулы, гордый разлёт бровей. Но больше всего зацепило другое. Ей было абсолютно плевать на всё вокруг. Никакой суеты, никаких попыток привлечь внимание. Стояла со стаканчиком кофе, щурилась от солнца и смотрела на эту толпу так, будто знала цену каждому и ни в ком не нуждалась.</p><p>Даже когда наши взгляды встретились, она не отвела глаза и не заулыбалась, как другие. Просто хмыкнула с лёгким снисхождением — мол, видали мы таких, мальчик, проходи мимо — и спокойно отвернулась к сцене.</p><p>Меня аж передёрнуло от внезапного азарта. Привык, что обычно достаточно одного взгляда, чтобы женщина сама сделала полшага навстречу, а тут — глухая стена и ноль интереса.</p><p>Стоять дальше молча я уже не стал. Разминать ноги по периметру по уставу не запрещено, а выборочную проверку документов ещё никто не отменял.</p><p>Когда я подошёл и отчеканил приветствие, она даже бровью не повела. Вблизи оказалась ещё интереснее: от неё пахло дорогим, чуть терпким парфюмом и уверенностью женщины, которая привыкла сама решать, кого подпускать, а кого посылать к чёрту.</p><p>— Выборочная проверка? — переспросила она, глядя прямо в прорезь моей маски. — Вон там, у фонтана, трое парней уже полчаса пиво из пакета пьют и на всю площадь орут. А подозрительными вам показались две трезвые женщины с кофе?</p><p>Я мысленно усмехнулся. Острая на язык. Не теряется, не лебезит перед формой, сразу бьёт в цель.</p><p>Когда она протянула паспорт, я мельком глянул на дату рождения — тридцать два. Старше меня на три года. И, судя по взгляду, с таким багажом за плечами, что любой слабак рядом с ней быстро сдуется. Громова Карина Александровна. Имя под стать характеру — звонкое, твёрдое.</p><p>Я решил проверить, насколько далеко она готова зайти в своей дерзости, и попросил номер. Реакция превзошла все ожидания. Она рассмеялась — легко, без злости, но с такой убийственной иронией, от которой у любого другого мужика самооценка рухнула бы ниже плинтуса:</p><p>— Мальчик, у меня ипотека и кредиты, ты не потянешь. Ищи себе девочку помоложе и попроще.</p><p>Я едва сдержал улыбку под тканью балаклавы. Меня ещё никто так красиво не отшивал. А когда она бросила напоследок: «Если сильно запала — пробьёшь мой номер по своим каналам», — внутри окончательно щёлкнуло. Вызов принят.</p><p>Остаток дежурства прошёл на одном дыхании. Вечером, сдав смену и переодевшись в гражданку, я вышел из части, сел в машину и первым делом набрал старого знакомого из соседнего ведомства, которому пару месяцев назад здорово помог.</p><p>— Здорово, брат. Нужна небольшая услуга, по-тихому, — сказал я, выруливая со стоянки. — Пробей одну гражданку. Громова Карина Александровна. Номер телефона и чем вообще дышит.</p><p>Через пятнадцать минут на телефон прилетело сообщение: номер мобильного и короткая справка — владелица собственной студии красоты в центре города.</p><p>Я откинулся на спинку кресла, глядя на цифры на экране, и усмехнулся. Салон красоты, значит. Ипотека, кредит и характер, об который можно порезаться. Ни одна из моих привычных знакомых даже рядом не стояла с этим огоньком.</p><p>Набирать её сразу вечером я не стал — слишком просто, она именно этого и ждёт, чтобы снова посмеяться и сбросить вызов. Куда интереснее явиться без предупреждения. И без маски.</p></section><section><title><p>Глава 3.</p></title><p>Карина</p><p>Рабочая неделя пролетела так быстро, что к вечеру пятницы я мечтала только об одном — снять каблуки, выключить рабочий телефон и хотя бы пару часов не слышать слов «поставка», «аренда» и «запись перенесли».</p><p>Случайная встреча на городском празднике давно выветрилась из головы. Мало ли самоуверенных парней в форме ходит по городу — поболтали, посмеялись и забыли. Никто никуда не звонил, в салон не приходил, да я и не ждала. У меня хватало своих забот: закрыть зарплату мастерам, оплатить очередной платёж по ипотеке и разобраться с поставщиком краски, который снова сорвал сроки.</p><p>Поэтому, когда Ленка в пятницу вечером позвонила и безапелляционным тоном заявила, что мы с девчонками едем в новый лаунж-бар в центре, я даже сопротивляться не стала.</p><p>Бар оказался уютным и не слишком шумным. Полумрак, приглушённая музыка, мягкие диваны в глубине зала. Людей в этот вечер было немного — помимо нашего столика, заняты были ещё три или четыре в разных концах помещения. Мы заказали лёгкие коктейли, закуски, расслабились, и я впервые за всю неделю почувствовала, как отпускает напряжение в плечах.</p><p>— Ну вот, совсем другое дело, — довольно протянула Ленка, поднимая бокал. — А то ты со своей работой скоро вообще забудешь, как люди отдыхают.</p><p>— Не начинай, — усмехнулась я, делая глоток. — Зато у меня голова не болит, кто за меня счета оплатит.</p><p>Мы болтали о каких-то мелочах, смеялись, пока в какой-то момент тяжёлая входная дверь бара не распахнулась с глухим стуком, перекрывая музыку.</p><p>Разговоры в зале оборвались мгновенно.</p><p>В помещение быстрым, слаженным шагом вошли четверо бойцов в чёрной форме, бронежилетах и балаклавах. Двое сразу встали у выхода, перекрывая дверь, ещё двое прошли в центр зала. Следом за ними вошёл мужчина в штатском с папкой в руках и красным удостоверением наготове.</p><p>— Всем оставаться на своих местах! — громко, чётко скомандовал один из бойцов. Голос прозвучал жёстко, властно, без лишней суеты. — Руки на стол, без резких движений. Проводится оперативно-профилактический рейд, отрабатывается ориентировка на лицо в федеральном розыске. Никому не вставать, помещение не покидать.</p><p>В зале повисла напряжённая тишина. Диджей торопливо выключил музыку. Ленка рядом испуганно ахнула и вцепилась мне в рукав, но я только нахмурилась. Паники не было — скорее раздражение от того, что единственный нормальный вечер недели оказался испорчен.</p><p>— Смартфоны со столов убираем в пакеты, — продолжил тот же боец, кивнув напарнику, который уже пошёл вдоль столиков с прозрачным зип-пакетом в руках. — Временная мера на время проверки, чтобы исключить утечку информации. После завершения всё вернут.</p><p>Посетители не спорили — против людей в форме и экипировке особо не поспоришь. На пол никого не укладывали, грубости не было, но атмосфера в зале стала ледяной. Стало понятно: оперативники ищут конкретного фигуранта и перестраховываются, чтобы никто не успел его предупредить.</p><p>Когда второй боец подошёл к нашему столику, мы молча положили телефоны в пакет.</p><p>— Документы при себе имеются? — спросил он ровно, без эмоций.</p><p>Я полезла в сумочку за паспортом, параллельно поднимая взгляд на старшего группы, который стоял в центре зала, прикрывая оперативника и контролируя обстановку. Высокий, широкий в плечах, в чёрной балаклаве, закрывающей всё лицо до самых глаз. Он медленно обводил взглядом зал, проверяя столики.</p><p>И вдруг его взгляд замер ровно на мне.</p><p>В прорези чёрной маски серые глаза на секунду сузились, а потом в них вспыхнуло такое знакомое, наглое, весёлое узнавание, что у меня внутри всё перевернулось.</p><p>Он не спеша направился прямо к нашему столику. Забрал мой паспорт из рук напарника, раскрыл, даже не глядя на страницу, и тихо, так, чтобы слышала только я, произнёс с той самой бархатной хрипотцой:</p><p>— Надо же, какая встреча, Громова Карина Александровна. А я ведь говорил, что за вами глаз да глаз нужен. Похоже, по моей ориентировке вы всё-таки проходите.</p><p>Я замерла с открытым ртом, глядя в эти наглые серые глаза над чёрной тканью маски.</p><p>Беззлобов.</p><p>Я медленно подняла бровь, переваривая его слова, пока Ленка рядом округлила глаза, переводя взгляд с меня на рослого бойца в балаклаве.</p><p>— Гражданка Громова, — уже громче, официальным тоном произнёс Беззлобов, убирая мой паспорт во внутренний карман разгрузки и делая шаг назад. — Пройдёмте в холл для дополнительного досмотра и сверки данных. Сумочку возьмите с собой.</p><p>— Я? — я фыркнула, поднимаясь с дивана и перекидывая ремешок сумки через плечо. — Товарищ капитан, вы серьёзно? Какая сверка данных?</p><p>— Выполняем законное требование сотрудника, не задерживаем мероприятие, — невозмутимо отчеканил он, кивком указывая на выход из зала.</p><p>Под любопытными и слегка испуганными взглядами подруг я вышла вслед за ним в узкий, слабо освещённый коридор между залом и гардеробом. Тяжёлая дверь за нами приглушила тишину зала. В холле никого не было — двое бойцов дежурили снаружи у входной двери, а здесь пахло только свежим деревом, кофе и прохладой с улицы.</p><p>Глеб развернулся ко мне. В узком пространстве коридора он казался ещё больше — массивный в бронежилете и экипировке, уверенный, источающий ту самую спокойную силу, от которой у обычных людей перехватывает дыхание. Маску он так и не снял: чёрная балаклава по-прежнему закрывала всё лицо, оставляя только узкую прорезь, из которой на меня смотрели наглые, смеющиеся серые глаза.</p><p>Я скрестила руки на груди и прислонилась плечом к стене, не собираясь изображать ни страх, ни смущение.</p><p>— Ну и? Где мой досмотр, товарищ капитан? Или вы меня сюда вывели, чтобы снова поинтересоваться моей кредитной историей?</p><p>— С вашей историей я уже ознакомился, Карина Александровна, — с лёгкой бархатной хрипотцой ответил он, делая полшага ближе и опираясь рукой о стену рядом с моим плечом, перекрывая путь обратно в зал. — Номер у меня есть. Салон твой в центре я тоже знаю. Так что каналы работают исправно, можешь не сомневаться.</p></section><section><title><p>Глава 4.</p></title><p>Глеб</p><p>Когда за Кариной закрылась тяжёлая дверь в зал, я ещё пару секунд стоял в пустом коридоре и смотрел на створку, чувствуя, как внутри закипает холодный, упрямый азарт.</p><p>«Угроз твоих я не боюсь... Мне нужны взрослые, состоявшиеся дядечки — либо вообще никто».</p><p>Решила, что я пошутил. Посмеялась, развернулась и ушла, даже не допустив мысли, что капитан Беззлобов слов на ветер не бросает. Меня ещё ни одна женщина так дерзко не отшивала — и уж тем более не списывала со счетов, даже не увидев лица. Сломить меня таким отказом было невозможно: наоборот, чем жёстче она захлопывала дверь, тем сильнее мне хотелось её открыть.</p><p>Отработав рейд в баре и сдав смену уже ближе к ночи, я вернулся на базу, стянул душную балаклаву и умылся ледяной водой. Усталости не было — голова работала чётко, как на планировании операции.</p><p>По дороге домой телефон пару раз пиликнул сообщениями. Одна из постоянных знакомых интересовалась, свободен ли я завтра вечером, вторая скинула картинку с прозрачным намёком. В любой другой день я бы выбрал простой, понятный вариант без лишних движений. Но сейчас мне было не до них. У меня появилась задача поинтереснее.</p><p>Дома, в своей холостяцкой квартире, я закинул сумку в угол, налил себе крепкого чёрного чая и сел за ноутбук.</p><p>Раз Карина Александровна считает, что мои слова про «маски-шоу» у неё дома — пустая болтовня, придётся доказать обратное. Самоуправством я заниматься не собирался: аттестация на майора на носу, и подставлять себя или парней ради личной прихоти я не стану. Но я слишком хорошо знал, как устроена работа. Если копнуть глубже по окружению любого человека, почти всегда найдётся законный повод для визита.</p><p>Утром в субботу, выспавшись после смены, я набрал того самого знакомого оперативника, через которого пробивал её номер.</p><p>— Здорово ещё раз. Снова по той же гражданке вопрос, — сказал я без предисловий, глядя в окно на серый утренний город. — Громова Карина Александровна. Пробей её ближний круг. С кем живёт, на кого бизнес оформлен, бывшие, родственники. Может, кто из её окружения по вашим базам светится.</p><p>— Тебя что, эта хозяйка салона так зацепила? — хмыкнул в трубку приятель. — Ладно, гляну. Перезвоню через полчаса.</p><p>Я положил телефон на стол и пошёл варить кофе. План был простой: если у неё всё чисто — придумаю другой заход, но отступать не буду. А если найдётся зацепка... Что ж, Карина Александровна сама сказала, что моих угроз не боится.</p><p>Телефон зазвонил ровно через двадцать минут.</p><p>— Слушай сюда, капитан, — голос у опера стал заметно серьёзнее. — Сама Громова чистая, как слеза: ни приводов, ни долгов по приставам, только ипотека да автокредит. А вот её бывший муж... Два года назад развелись. Проходит у нас по спискам как фигурант по делу о крупных финансовых махинациях и обналичивании. Сейчас в бегах, местонахождение не установлено.</p><p>Я замер с кружкой в руке, медленно улыбаясь.</p><p>— Да ты что... И где он по документам числился до развода?</p><p>— Так по её адресу и был прописан, — ответил знакомый. — Выписался только после развода, но по оперативным данным может поддерживать связь с бывшей супругой или хранить у неё документы. Если хочешь, наши как раз по его адресам отработку планируют — можем оформить совместный выезд на проверку. Всё строго по закону и ориентировке.</p><p>Я поставил кружку на стол и посмотрел на часы. Суббота. Самое время напомнить одной слишком самоуверенной женщине, что шутить с капитаном Росгвардии — плохая привычка.</p><p>— Оформляй, — твёрдо сказал я в трубку. — Вечером в семь я с группой буду готов. Адрес скинь.</p><p>Я отключил вызов и откинулся на спинку стула. Ну что, Громова, ты хотела взрослых дядечек и не боялась маски-шоу? Готовься встречать гостей.</p></section><section><title><p>Глава 5.</p></title><p>Карина</p><p>Суббота в салоне выжала из меня все соки. С десяти утра до шести вечера — сплошной поток клиентов, две внеплановые замены мастеров и капризная дама, которой оттенок блонда показался «недостаточно холодным». К моменту, когда я наконец закрыла дверь студии и села в свою машину, хотелось только одного — тишины.</p><p>Добравшись до своей небольшой, но уютной двушки, за которую мне платить ипотеку ещё добрых двенадцать лет, я первым делом скинула каблуки в прихожей и пошла в душ. Горячая вода смыла усталость и чужие разговоры. Я вытерлась, надела свои любимые кружевные трусы и старую белую растянутую футболку, которая доходила едва до середины бедра, собрала влажные тёмные волосы в небрежный пучок на затылке и вышла на кухню.</p><p>Никаких планов на вечер не было. Вчерашний рейд в баре и наглый капитан Беззлобов с его угрозами про «маски-шоу в семь вечера» давно выветрились из головы. Посмеялись — и хватит. Мало ли мужиков любят порисоваться перед женщиной и напустить на себя важности.</p><p>Я достала из холодильника бутылку сухого красного, налила себе полбокала, приглушила верхний свет в гостиной, оставив только тёплую подсветку у телевизора, и забралась с ногами на диван. На часах на стене как раз стукнуло ровно семь.</p><p>Только я сделала первый глоток терпкого вина, как в прихожей резко, требовательно затрезвонил дверной звонок. А следом — громкий, властный стук кулаком в металлическую дверь.</p><p>Я вздрогнула, едва не расплескав бокал. Кого там принесло в субботу вечером? Соседи снизу снова решили, что я их затапливаю?</p><p>Поставив бокал на журнальный столик, я босиком пошла в прихожую, даже не подумав накинуть халат или штаны — уверенная, что за дверью стоит либо курьер, перепутавший квартиру, либо кто-то с лестничной клетки.</p><p>— Иду, иду! Чего так долбить-то? — недовольно бросила я, щёлкая замком и распахивая дверь.</p><p>И замерла на пороге с рукой на ручке.</p><p>На лестничной площадке стояли четверо. Высокие, плечистые, в чёрной экипировке, бронежилетах и тех самых глухих чёрных балаклавах, закрывающих лица до самых глаз. Рядом с ними — мужчина в гражданском с папкой под мышкой.</p><p>Воздух в прихожей мгновенно стал ледяным. Я инстинктивно дёрнула дверь на себя, но тяжёлый армейский ботинок тут же встал в проём, не давая её закрыть.</p><p>— Добрый вечер, — раздался до боли знакомый низкий голос с бархатной хрипотцой. Вперёд шагнул старший группы — самый высокий, с широкими плечами и теми самыми наглыми серыми глазами в прорези чёрной маски. — Росгвардия. Капитан Беззлобов. Я же предупреждал, Карина Александровна: ровно в семь. Вы почему не одеты?</p><p>Я стояла в одной растянутой белой футболке, босиком, с мокрым пучком на голове и смотрела на него во все глаза. От внезапности и абсурдности происходящего у меня даже дар речи на секунду пропал. Он не пошутил. Этот псих действительно притащил сюда целый наряд!</p><p>— Ты... — выдохнула я, чувствуя, как к щекам приливает горячая краска — не то от злости, не то от того, что стою перед четырьмя вооружёнными мужиками практически полуголой. Я тут же скрестила руки на груди, пытаясь хоть как-то прикрыться. — Ты совсем с ума сошёл, Беззлобов?! Какого чёрта вы сюда припёрлись?</p><p>— Всё строго по закону, гражданка Громова, — невозмутимо отчеканил он, хотя в серых глазах над маской плясали откровенные, весёлые черти. Он кивнул на мужчину в штатском. — Отрабатываем адрес возможного пребывания лица, находящегося в федеральном розыске. Вашего бывшего супруга. Оперуполномоченный сейчас предъявит постановление.</p><p>Я перевела ошарашенный взгляд на оперативника, который спокойно протянул мне раскрытое удостоверение и бумагу с печатью.</p><p>— Громова Карина Александровна? — уточнил опер ровным, деловым тоном. — По нашей информации, ваш бывший муж ранее был зарегистрирован по этому адресу и может скрываться здесь либо хранить документы или средства, добытые преступным путём. Проводится обыск.</p><p>Не дожидаясь моего ответа, Беззлобов коротко кивнул своим, и трое бойцов вместе с оперативником плотным строем вломились в мою квартиру.</p><p>— Начинаем осмотр, — чётко скомандовал Глеб. — Гражданка Громова остаётся в коридоре под моим наблюдением, чтобы не мешать следственным действиям.</p><p>И начался настоящий кошмар.</p><p>Я стояла у стены в прихожей, задыхаясь от бессильной злости, и смотрела, как моя уютная, вылизанная до блеска квартира за считаные минуты превращается в руины. Из комнат доносился глухой стук открываемых шкафов и выдвигаемых ящиков. Я видела через открытую дверь спальни, как бойцы в чёрных тактических перчатках без церемоний вываливают на пол мою аккуратно сложенную одежду, сбрасывают с полок косметику, переворачивают матрас и вытряхивают содержимое прикроватных тумбочек прямо на ковёр. На кухне гремела посуда и открывались дверцы гарнитура. Всё, что я обустраивала годами, летело на пол без малейшей жалости.</p><p>У меня внутри всё кипело так, что пальцы сжимались в кулаки до боли в ладонях. И при этом — в одной растянутой футболке и трусах, босиком на холодном полу — я даже не могла пройти в комнату за вещами, потому что путь перекрывал сам Беззлобов.</p><p>Он стоял в шаге от меня, массивный, спокойный, скрестив руки на разгрузке, и даже не смотрел в сторону комнат, где его люди переворачивали мой дом. Его взгляд — тяжёлый, горячий, цепкий — был прикован исключительно ко мне. Он скользил по моим голым ногам, по тонкой хлопковой ткани футболки, облегающей грудь, по вспыхнувшему от ярости лицу.</p><p>Когда в гостиной что-то с глухим звоном упало на пол, я дёрнулась вперёд, но Глеб тут же преградил дорогу, шагнув вплотную. От него пахло холодом улицы, оружейным маслом и мужской силой, от которой в тесной прихожей мгновенно стало нечем дышать.</p><p>Он наклонился так низко, что его балаклава почти коснулась моего виска, и тихо, с наглой, обжигающей хрипотцой спросил прямо на ухо:</p><p>— Ну что, Громова, всё ещё не пойдёшь на кофе?</p></section><section><title><p>Глава 6.</p></title><p>Карина</p><p>Я повернула голову, глядя прямо в его смеющиеся серые глаза над чёрной тканью балаклавы. В тесном коридоре между нами оставалось меньше ладони, и от него исходил такой жар и такая непробиваемая, наглая уверенность, что у меня потемнело в глазах от злости.</p><p>— Ты чёртов псих, Беззлобов! — выдохнула я сквозь стиснутые зубы, чувствуя, как дрожат пальцы от бессилия. — Останови этот погром немедленно! Пойду я на твой дибильный кофе, пойду, лишь бы ты отстал и вывел отсюда своих людей!</p><p>Уголки его глаз мгновенно собрались в довольные морщинки — под маской он усмехнулся так, будто только что взял неприступную крепость.</p><p>— Вот теперь слышу взрослую, разумную женщину, Карина Александровна, — тихо прохрипел он, не спеша отстраняться, и ещё секунду обжигал меня тяжёлым взглядом сверху вниз.</p><p>Потом выпрямился, развернулся к комнатам и громко, чётко скомандовал:</p><p>— Отбой! Проверка окончена, объект по адресу не установлен. На выход!</p><p>Бойцы сработали как часы. Через минуту грохот прекратился, все четверо — трое росгвардейцев и оперативник с папкой — молча вышли из комнат и направились к входной двери, даже не оглядываясь по сторонам. Оперативник на ходу сухо бросил дежурное «Всего доброго, протокол осмотра оформим в отделе» и закрыл за собой дверь на лестничную клетку.</p><p>Но сам Глеб уходить не спешил.</p><p>Прежде чем выйти, он сделал пару шагов в сторону моей открытой спальни, куда бойцы вытряхнули содержимое шкафов и прикроватных тумбочек. Я дёрнулась следом, кутаясь в свою растянутую футболку и мечтая только об одном — захлопнуть за ним замок.</p><p>— Ты чего встал? Уговор был — выметайтесь! — бросила я ему в спину.</p><p>Глеб не ответил. Он остановился у края кровати, опустил взгляд на ковёр, где среди рассыпанных кремов, блокнотов и заколок из прикроватной тумбы на самом видном месте валялся мой розовый вибратор, неспешно наклонился и поднял его двумя пальцами в чёрной тактической перчатке.</p><p>У меня внутри всё оборвалось и тут же вспыхнуло таким огнём, что, казалось, загорелись даже уши. Вот этого позора мне ещё не хватало!</p><p>Глеб повертел игрушку в руке, лениво осмотрел её со всех сторон и медленно повернулся ко мне. В прорези балаклавы плясали откровенные, бесстыжие черти.</p><p>— М-да, Громова, — протянул он с той самой бархатной, издевательской хрипотцой, аккуратно кладя находку на край заправленной кровати. — Не впечатляет. Могу сразу тебя обрадовать: у меня побольше будет, чем твой мини-брелок. Так что не затягивай.</p><p>Я открыла рот, чтобы запустить в него чем-нибудь тяжёлым, но воздух застрял в горле от такой беспардонной наглости.</p><p>А Беззлобов спокойно прошёл мимо меня в прихожую, остановился у самой двери и бросил через плечо:</p><p>— Завтра в семь вечера жду у подъезда. Без опозданий, Карина Александровна. И одеться не забудь — хотя этот вариант мне тоже понравился.</p><p>Дверь за ним мягко щёлкнула замком.</p><p>Я ещё минуту стояла посреди разгромленной прихожей, глядя на закрытую дверь и тяжело дыша. Сердце колотилось где-то в горле, щёки пылали, а в голове крутилась только одна мысль: этот наглый, невыносимый капитан только что объявил мне войну. И проигрывать её я точно не собиралась.</p><p>Если вас зацепила это история, то, пожалуйста, поставьте лайк книге и добавьте в библиотеку. Буду очень признательно. Это мои первые пробы пера. Интересно ли вам продолжение и нужно ли его писать? Мне важен любой отклик. Лайк или коммент или увидеть, что книга добавленна. 🙏Ваша Мира 🩷</p></section><section><title><p>Глава 7.</p></title><p>Глеб</p><p>Спустившись по лестнице в подъезд и выйдя на свежий вечерний воздух, я стянул наконец чёртову балаклаву, запихнул её в карман разгрузки и с наслаждением вдохнул прохладу. Парни уже грузились в служебный микроавтобус, а опер стоял у капота, заполняя бумаги.</p><p>— Ну что, командир, пусто там, — сказал опер, захлопывая папку. — Бывший её явно на дно залёг и сюда носа не кажет. Можем закрывать адрес.</p><p>— Принято, спасибо за содействие, — коротко кивнул я, стараясь сохранять привычное служебное спокойствие, хотя внутри всё ещё гудело от адреналина и совсем не уставного азарта.</p><p>Когда мы вернулись на базу и сдали экипировку, я сел в свою машину, откинулся на подголовник и впервые за весь вечер позволил себе по-настоящему усмехнуться.</p><p>Картинка из её прихожей стояла перед глазами как живая. Карина — в одной растянутой белой футболке, босиком, с растрёпанным влажным пучком на затылке, злая как чертовка. Вспыхнувшие тёмные глаза, гордый подбородок, бессильная ярость от того, что её идеальный, выверенный мир только что перевернули вверх дном. А эта находка в спальне... Я тихо рассмеялся, качая головой. Строит из себя неприступную снежную королеву, которой подавай только солидных дядечек, а сама после работы с бокалом вина и игрушкой из тумбочки расслабляется.</p><p>Я завёл мотор и тронулся с парковки. В двадцать девять лет я повидал немало женщин — красивых, ухоженных, готовых на всё с первого намёка. Но ни одна из них не вызывала такого жгучего желания не просто затащить в постель, а сломать всю её броню, увидеть, какая она настоящая, когда перестанет прятаться за своим сарказмом и независимостью.</p><p>Дома, в своей холостяцкой квартире, я принял горячий душ, поужинал и перед сном заглянул в шкаф, прикидывая, что надеть завтра вечером. Впервые за долгое время мне было не всё равно, как я выгляжу на гражданке. Завтра Карина Александровна наконец увидит меня без маски, без погон и без группы поддержки за спиной. И отступать я не собирался.</p><p>Карина</p><p>Воскресное утро началось с того, что я полтора часа ползала по квартире на коленях, собирая разбросанную одежду, косметику и книги, и мысленно проклинала всю Росгвардию вместе с её отдельным особо наглым представителем.</p><p>«Чёртов псих. Ненормальный. Манипулятор».</p><p>К полудню квартира снова обрела человеческий вид, а я сварила себе крепкий кофе и набрала Ленку, которой ещё вчера вечером в голосовых сообщениях в красках расписала весь этот спектакль.</p><p>— Нет, Карин, я до сих пор в шоке! — затараторила подруга в трубку. — Устроить обыск в субботу вечером, чтобы ты на свидание согласилась?! Да о таком в книжках пишут! И ты реально сегодня в семь пойдёшь?</p><p>— А у меня есть выбор? — фыркнула я, делая глоток кофе. — Этот отморозок ведь не успокоится. Если я не выйду, он завтра с утра в мой салон приедет с проверкой пожарной безопасности или ещё какую-нибудь статью найдёт. Проще один раз сходить, выпить этот чёртов кофе и спокойно, по-взрослому объяснить человеку, что между нами ничего не будет.</p><p>— Ну-ну, объясни, — ехидно протянула Ленка. — Только оденься так, чтобы у него челюсть до колен отвисла. Пусть посмотрит и поймет, что птичка не его полёта-то!</p><p>Совет подруги, как ни странно, попал в точку.</p><p>Ближе к пяти вечера я подошла к шкафу с твёрдым намерением выбрать такой образ, чтобы капитану Беззлобову сразу стало понятно: перед ним не девчонка, которую можно взять на понт формой и наглостью, а взрослая, эффектная женщина, знающая себе цену.</p><p>Никаких вчерашних растянутых футболок и домашней растерянности. Я достала облегающее чёрное платье-миди с открытыми ключицами и разрезом от бедра — строгое, дорогое, без лишней вульгарности, но такое, от которого у мужчин обычно перехватывает дыхание. Выпрямила длинные тёмные волосы, сделала лёгкий, но выразительный макияж с акцентом на глаза, надела туфли на высоком каблуке и брызнула на запястья свой любимый терпкий парфюм с нотами цитруса.</p><p>Оглядев себя в зеркале в прихожей без пяти семь, я довольно прищурилась. Вот теперь другое дело. Никакой паники, полный контроль над ситуацией.</p><p>Взяв сумочку и ключи, я вышла из квартиры и спустилась на первый этаж. Толкнула тяжёлую подъездную дверь и шагнула на крыльцо.</p><p>У тротуара стоял чёрный, чисто вымытый внедорожник. А рядом с ним, прислонившись плечом к водительской двери и скрестив руки на груди, стоял высокий мужчина без всякой маски.</p></section><section><title><p>Глава 8.</p></title><p>Карина</p><p>Я замерла на верхней ступеньке крыльца, на секунду забыв, что собиралась спуститься с самым неприступным и холодным видом.</p><p>Без чёрной балаклавы, шлема и тяжёлого бронежилета он оказался совсем другим. И от этого первого впечатления внутри всё предательски дрогнуло.</p><p>Высокий — около метр девяносто, широкий в плечах, статный, он стоял у чёрного внедорожника с той самой спокойной, хищной грацией человека, который привык владеть пространством вокруг себя. Светло-русые волосы коротко и аккуратно подстрижены, гладко выбритое лицо с чёткими, строгими, почти резкими чертами: волевой подбородок, прямые брови, прямой нос и пронзительные, холодно-голубые глаза, которые при взгляде на меня тут же потеплели и вспыхнули знакомой нагловатой искрой.</p><p>На нём была чёрная кожаная косуха, сидевшая на широких плечах так, словно её шили на заказ, чёрная свободная водолазка и тёмные джинсы свободного кроя. Никаких погон, никакого официоза — передо мной стоял невероятно фактурный, красивый мужчина, от которого за версту веяло силой, характером и уверенностью.</p><p>Не мальчишка. Совсем не мальчишка.</p><p>Глеб оттолкнулся от двери машины, окинул меня медленным, цепким взглядом с ног до головы — от шпилек до открытых ключиц — и уголок его губ дёрнулся в той самой дерзкой усмешке, которую я вчера только угадывала под тканью маски.</p><p>— Добрый вечер, Карина Александровна, — прозвучал знакомый низкий голос с бархатной хрипотцой. Он шагнул навстречу, открывая передо мной пассажирскую дверь. — Выглядишь потрясающе. Я рад, что ты решила не доводить дело до повторного выезда группы.</p><p>Я быстро взяла себя в руки, натянула на лицо привычную маску спокойной иронии и спустилась с крыльца.</p><p>— Не обольщайся, Беззлобов. Я пришла только для того, чтобы закрыть этот вопрос раз и навсегда и спокойно жить дальше.</p><p>— Договорились, — легко согласился он, ничуть не споря, и дождался, пока я устроюсь на сиденье, прежде чем закрыть дверь.</p><p>В салоне машины пахло хорошей кожей, свежим воздухом и терпким мужским парфюмом без лишней сладости. Глеб сел за руль, завёл мотор, и машина плавно тронулась со двора.</p><p>— Куда мы едем? — уточнила я, поправляя подол платья и стараясь не коситься на его профиль. Без маски он производил слишком сильное впечатление, и мне это совсем не нравилось.</p><p>— В одно спокойное место в центре, — ответил он, уверенно ведя внедорожник по вечерним улицам. — Там нормально кормят, тихо, и никто не лезет в чужие разговоры. Обещал же кофе — значит, будет ужин и кофе.</p><p>Ресторан оказался именно таким, как он и сказал: приглушённый тёплый свет, мягкие кожаные диваны в отдельных нишах, ненавязчивая фоновая музыка и минимум случайных зевак. Нас проводили за уединённый столик у панорамного окна с видом на вечерний бульвар.</p><p>Когда официант принял заказ и отошёл, между нами повисла короткая пауза. Глеб откинулся на спинку дивана, положил предплечья на стол и посмотрел на меня прямо, открыто, своими голубыми, пронзительными глазами — так, что отвести взгляд казалось проявлением слабости.</p><p>— Ну? — первой нарушила тишину я, скрестив пальцы на столе. — Добился своего, капитан. Вытащил меня из дома, устроив погром в субботу вечером. Теперь расскажи, в чём смысл всего этого цирка?</p><p>Глеб не стал отводить глаза или оправдываться.</p><p>— Смысл простой, Карина. Ты мне понравилась с первой секунды, ещё там, на площади. А я не из тех, кто разворачивается и уходит, когда ему говорят «не потянешь». Ты сама бросила вызов — я его принял.</p><p>— Красивые слова, — усмехнулась я, хотя сердце внутри стукнуло чуть быстрее. — Только я не девчонка двадцати лет, чтобы вестись на напор и красивые поступки. Мне тридцать два, Глеб. У меня за плечами неудачный брак, свой бизнес, ипотека, кредиты и чёткое понимание, чего я хочу. Мне не нужны интрижки на пару недель и не нужен парень, который живёт на работе и привык командовать.</p><p>Он слушал внимательно, не перебивая, только в голубых глазах мелькнул упрямый огонёк.</p><p>— А с чего ты взяла, что я на пару недель? — спокойно спросил он, подаваясь чуть ближе через стол. — И с чего решила, что знаешь, как я живу? Да, я служу, скоро получаю майора, работа не сахар. Но я крепко стою на ногах, ни от кого не завишу и привык отвечать за свои слова. Ты вчера сказала, что тебе нужны взрослые дядечки. А по-моему, ты просто боишься подпустить к себе кого-то, кем не сможешь вертеть так, как привыкла.</p><p>Я замерла, глядя на него. Бил он точно и без промаха — прямо в ту самую броню, которую я выстраивала последние два года.</p><p>— Слишком много на себя берёшь для первого свидания, Беззлобов, — тихо ответила я, прищурившись.</p><p>— Я всегда беру столько, сколько смогу унести, Громова, — усмехнулся он и поднял бокал с водой, когда официант принёс первые закуски. — Давай для начала просто поедим. А там посмотрим, кто из нас окажется прав.</p></section><section><title><p>Глава 9.</p></title><p>Карина</p><p>Когда принесли горячее, первое острое напряжение за столом немного отпустило. Я решила не превращать вечер в допрос с пристрастием и просто позволила себе поужинать — тем более что мясо здесь готовили действительно отменно, а после вчерашней голодной уборки аппетит разыгрался не на шутку.</p><p>Глеб, заметив, что я больше не смотрю на него как на врага народа, откинулся на спинку дивана и в голубых глазах снова заплясали знакомые весёлые черти.</p><p>— Кстати, Карина Александровна, — негромко начал он, разрезая стейк и бросая на меня быстрый, нагловатый взгляд. — Я вчера так торопился завершить операцию, что даже не успел спросить. Тот розовый... скажем так, спецсредство в тумбочке — это у тебя для самообороны или от одиночества?</p><p>Я поперхнулась водой и мгновенно вспыхнула. Вот же гад! Я уже почти убедила себя, что он забудет об этом позоре, а он с таким невозмутимым лицом выкладывает это прямо за ужином.</p><p>— Беззлобов, ты совсем берега попутал? — прошипела я, оглянувшись по сторонам, хотя соседние столики были далеко и слышать нас никто не мог. — Положи на место и забудь, что видел! Это не твоё дело.</p><p>— Так я и положил, аккуратно, по описи, — с самым серьёзным видом парировал он, но уголок его губ предательски дёрнулся. — Просто переживаю за гражданку. Вдруг батарейки сядут в самый ответственный момент, а рядом никого. Если что — звони, у меня с автономностью проблем нет.</p><p>— Какой же ты наглый, — выдохнула я, не выдержав и всё-таки фыркнув, хотя щёки всё ещё горели. — Наверное, все девчонки в городе от твоих шуток в восторге?</p><p>— Не жалуются, — спокойно согласился он, ничуть не смущаясь. — Но с ними скучно, Громова. Они либо сразу вешаются на шею, либо начинают ныть про цветочки и подарки. А ты вон с порога готова меня сковородкой огреть. С тобой хотя бы не уснёшь.</p><p>— Рада, что развлекла, — съязвила я, но поймала себя на том, что впервые за долгое время мне действительно легко разговаривать с мужчиной. Без фальши, без попыток казаться лучше или мягче, чем я есть на самом деле.</p><p>Остаток ужина прошёл на удивление живо. Глеб не грузил меня служебными байками, но парой точных реплик давал понять, что жизнь знает хорошо: и про бизнес расспросил по делу, и про мою ипотеку пошутил так, что я сама рассмеялась, пообещав в следующий раз прийти на встречу с графиком платежей.</p><p>Когда он расплатился по счёту — даже не дав мне потянуться за сумкой и пресекая любые споры одним коротким взглядом — и довёз меня до дома, на часах было уже около десяти.</p><p>Внедорожник мягко притормозил у моего подъезда. Двигатель глушить Глеб не стал.</p><p>— Спасибо за ужин, капитан, — я расстегнула ремень безопасности и повернулась к нему. — Вечер вышел... неплохим. Но на этом всё, как и договаривались. Вопрос закрыт.</p><p>Глеб повернул ко мне голову. В тусклом свете фонарей его строгие черты лица казались ещё резче, а взгляд голубых глаз — тяжёлым и абсолютно непробиваемым.</p><p>— Не торопись, Карина Александровна. Мы только начали, — спокойно ответил он и достал из кармана телефон. — Давай сверим графики. У меня завтра сутки, во вторник отсыпной, в среду вечером я свободен. У тебя в салоне в среду до скольких?</p><p>Я уставилась на него так, будто он заговорил на иностранном языке.</p><p>— Ты меня вообще слышишь? — возмутилась я, хватаясь за ручку двери. — Я сказала — всё! Никакой среды! У меня запись, клиенты, поставки, да и вообще я не собираюсь с тобой никуда ходить!</p><p>— В среду в восемь вечера я заеду за тобой прямо к салону, — ровно, будто не замечая моего протеста, продолжил Глеб, глядя в экран своего телефона и делая пометку. — Если в восемь не выйдешь — зайду внутрь и заберу при всех клиентах. Мне не сложно, ты уже убедилась.</p><p>— Ты невыносимый баран, Беззлобов! — выпалила я, толкая дверь машины и выскакивая на прохладный вечерний воздух. — Не вздумай приезжать!</p><p>Он опустил стекло со стороны пассажира и проводил меня ленивой, уверенной улыбкой:</p><p>— До среды, Громова. Одевайся теплее.</p><p>Чёрный внедорожник плавно тронулся с места и скрылся за поворотом, а я осталась стоять у подъезда, сжимая ремешок сумочки. Внутри всё кипело от возмущения — и в то же время губы сами собой расползались в предательской улыбке.</p></section><section><title><p>Глава 10.</p></title><p>Глеб</p><p>Суточные дежурства всегда тянулись по-особенному. С утра — развод, проверка экипировки, инструктаж, потом бесконечные выезды, ориентировки, рутина, от которой к вечеру гудят плечи и хочется только одного — скинуть тяжёлый бронежилет и вытянуть ноги.</p><p>Обычно после таких смен голова работала как выключенный радиоприёмник: ни лишних мыслей, ни эмоций. Но в этот раз всё пошло наперекосяк.</p><p>Стоило на минуту присесть в дежурке с кружкой остывшего кофе или встать на светофоре в служебном микроавтобусе, как перед глазами снова всплывала эта невысокая, дерзкая чертовка. В чёрном облегающем платье, с длинными тёмными волосами, распущенными по плечам, с этими тёмными, чуть раскосыми глазами, в которых плясали одновременно злость, ирония и такой живой огонь, что рядом с ней воздух начинал искрить.</p><p>Меня буквально штырило от неё. И чем больше я пытался включить привычную холодную голову, тем сильнее понимал: попал я по-крупному.</p><p>Во вторник, после смены, я заехал в спортзал, отпахал полтора часа на груше до седьмого пота, надеясь выбить из головы это наваждение. Не помогло. Вышел из раздевалки, сел в машину, глянул в телефон — там висело два непрочитанных сообщения от Аньки, с которой мы периодически пересекались последние полгода. Спрашивала, не заехать ли ей вечером с ужином.</p><p>В другой раз я бы даже не задумался — написал «заезжай», расслабился после суток и закрыл вопрос. А сейчас посмотрел на её аватарку и поймал себя на том, что мне даже отвечать лень. Пусто. Пресно. Никакого интереса. Я коротко отписал, что занят, и заблокировал экран.</p><p>В голове крутился только вчерашний вечер в ресторане. То, как Карина смотрела на меня, когда впервые увидела без маски — на секунду растерялась, но тут же спрятала это за своей привычной броней. То, как вспыхнула, когда я подколол её насчёт розовой находки в тумбочке, но не сбежала и не закатила истерику, а отбивалась до последнего. И даже у подъезда, когда я внаглую вписал среду в наше расписание, она шипела, брыкалась, называла меня невыносимым бараном — а в глазах уже не было того ледяного безразличия, что на площади в день города.</p><p>Её зацепило. Пусть она сама себе в этом ни за что не признается, пусть будет упираться руками и ногами, но лёд тронулся.</p><p>Вечером во вторник я стоял у окна в своей квартире с чашкой крепкого чая и честно пытался разложить всё по полочкам. С другими женщинами всё всегда было понятно с первой минуты: слово за слово, взгляд, короткая переписка — и через пару дней она уже в твоей постели. А потом так же легко исчезает, не оставляя после себя ни единого следа.</p><p>Почему меня так сносит от Карины, я и сам до конца не понимал. Ни о какой серьёзной заботе, опеке или семейных планах речи даже не шло — я к этому просто не был готов. На первом месте всегда стояла служба: вечные тревоги, ночные выезды, суточные дежурства, командировки и скорая аттестация на майора. Такой график не каждая девушка вытерпит, да я и не искал никого, кого нужно тянуть на себе и развлекать.</p><p>Но от самой мысли об этой дерзкой, упрямой женщине внутри всё закипало. Хотелось просто пробить её ледяную броню, доказать, что её привычные правила со мной не сработают, и получить её целиком — без всяких отговорок про возраст, ипотеку и «взрослых дядечек». Чистый азарт, против которого у меня не было ни одного аргумента.</p><p>Я посмотрел на настенные часы. До среды вечера оставалось меньше суток.</p><p>Усмехнулся про себя, вспоминая её злой взгляд у подъезда. Уверен на сто процентов: завтра в восемь вечера она либо попытается сбежать из салона пораньше, либо встретит меня на пороге с таким видом, будто готова пристрелить на месте.</p><p>Ну что ж, Громова. Посмотрим, надолго ли хватит твоего упрямства.</p></section><section><title><p>Глава 11.</p></title><p>Карина</p><p>В среду, начиная с четырёх часов дня, я посматривала на часы каждые десять минут, как школьница, которая ждёт звонка с последнего урока, чтобы сбежать с контрольной.</p><p>Сама от себя не ожидала такой паники, но трезвая голова брала верх над эмоциями. Ещё вчера утром, остыв после ужина и прокрутив в голове наш разговор, я разложила всё по полочкам. Слишком хорошо я знала жизнь и слишком дорого мне далась моя нынешняя свобода, чтобы снова ввязываться в заведомо проигрышную историю.</p><p>Беззлобов оказался опасным. Намного опаснее, чем я думала в первую встречу на площади. Высокий, статный, с пронзительными голубыми глазами, жёсткой мужской энергетикой и этой его наглой, спокойной силой. После него мои привычные ухажёры — пузатые бизнесмены за сорок, вечно уставшие, рыхлые, привыкшие откупаться букетами и ресторанами — покажутся жалкой пародией на мужчин. Я знала себя: если позволю себе даже короткую, ни к чему не обязывающую интрижку с Глебом, потом просто не смогу заставить себя смотреть на тех, кто реально способен закрыть мои вопросы, помочь с бизнесом или просто обеспечить спокойную, комфортную жизнь.</p><p>А что может дать мне сам Беззлобов? Кроме безумного, выбивающего почву из-под ног секса и вечного адреналина — ничего. Обычный капитан Росгвардии, живущий от дежурства до тревоги. Становиться девушкой, а тем более женой военного — сидеть у окна, ждать со смены, терпеть его командировки, вечную занятость и командный тон дома — я не собиралась ни за какие коврижки. Мне хватило одного неудачного брака, чтобы раз и навсегда выбрать себя и свой комфорт.</p><p>Поэтому план был простой и железобетонный: уйти из салона в семь, на час раньше, чем он обещал приехать, и поехать ночевать к Ленке. Домой нельзя — этот псих уже доказал, что дорогу к моему подъезду знает отлично, да и устроить очередной спектакль под дверью ему ничего не стоит. Пересижу у подруги пару дней, не отвечу на пару звонков — и его мужской азарт быстро остынет. Переключится на тех, кто смотрит ему в рот с первого взгляда.</p><p>Без пяти семь я уже накидывала пальто в подсобке, суетливо запихивая в сумку косметичку, зарядку и ключи от машины.</p><p>— Карин, ты чего так сорвалась? — удивилась администратор Алина, заглянув ко мне. — У тебя же ещё запись на восемь стояла на коррекцию бровей.</p><p>— Перенеси на пятницу, скажи, что у меня форс-мажор, сделаем скидку, — быстро бросила я, поправляя волосы перед зеркалом и стараясь не выдать волнения. — Если кто-то будет меня спрашивать — меня сегодня не было, уехала ещё в обед. Поняла?</p><p>Алина растерянно моргнула, но кивнула.</p><p>Я выскочила из подсобки, быстрым шагом пересекла пустой зал, толкнула стеклянную входную дверь салона и выдохнула в прохладный вечерний воздух. На часах было ровно семь ноль-ноль. Успела. До машины — двадцать шагов по тротуару, а там по газам — и через полчаса я уже пью вино на кухне у Ленки.</p><p>Я сделала ровно три шага в сторону парковки и замерла как вкопанная.</p><p>У обочины, прямо за моей машиной, перекрывая выезд, стоял знакомый чёрный внедорожник. А на капоте, скрестив руки на груди и засунув ноги в джинсах в удобную стойку, сидел Глеб. В той же чёрной косухе, спокойный, расслабленный, с наглой, всё понимающей усмешкой на гладко выбритом лице.</p><p>Увидев меня, он лениво посмотрел на наручные часы, а потом перевёл тяжёлый взгляд голубых глаз прямо на меня.</p><p>— Ровно семь, Громова, — громко, с бархатной хрипотцой произнёс он на всю улицу. — Не зря я решил приехать на час раньше. Как знал, что побежишь.</p><p>У меня внутри всё оборвалось — и тут же заклокотало от бессильной злости. Этот невыносимый человек просчитал меня на два хода вперёд.</p><p>— Ты что, следишь за мной, Беззлобов?! — прошипела я, подходя ближе и судорожно сжимая в руке ключи от машины. — Убери своё корыто, мне ехать надо!</p><p>Глеб легко спрыгнул с капота, шагнул ко мне, возвышаясь на целую голову, и без церемоний забрал ключи прямо из моих пальцев.</p><p>— Никуда ты сегодня не поедешь на своей машине, Карина Александровна, — спокойно отрезал он, убирая мои ключи себе в карман косухи. — Садись в мою. Сумку-то зачем с собой тащишь? Ночевать куда-то собралась?</p><p>Я вспыхнула, чувствуя, что поймана с поличным, но сдаваться без боя не собиралась.</p><p>— Не твоё дело, куда я собралась! Верни ключи немедленно, иначе я сейчас полицию вызову!</p><p>— Вызывай, — усмехнулся он, открывая передо мной пассажирскую дверь своего внедорожника. — Познакомлю тебя с коллегами. Давай без концертов на улице, Громова. Поехали, поговорим.</p><p>— Вызывай, — усмехнулся он, открывая передо мной пассажирскую дверь своего внедорожника. — Познакомлю тебя с коллегами. Давай без концертов на улице, Громова. Поехали, поговорим.</p><p>Я посмотрела на его непробиваемое лицо, на массивную фигуру, перекрывающую проход, и от бессильной злости выдала главный козырь:</p><p>— Думаешь, на тебя управы нет, Беззлобов? Я завтра же с утра поеду в ваше управление и такую жалобу накатаю твоему начальству за превышение полномочий, преследование и изъятие личного имущества, что ты про своё майорское звание забудешь навсегда!</p><p>На секунду мне показалось, что я попала в цель. Но вместо испуга или хотя бы раздражения Глеб вдруг запрокинул голову и рассмеялся — громко, открыто, по-настоящему весело, так, что прохожий на другой стороне улицы невольно обернулся.</p><p>— Ой, напугала, Карина Александровна, — выдохнул он сквозь смех, вытирая уголок глаза и глядя на меня с откровенным восхищением. — Приходи, конечно. Командир у нас мужик мировой, как узнает, ради какой женщины я всё это затеял, ещё и премию выпишет за проявленную инициативу. Садись давай, жалобщица, пока совсем не замёрзла.</p><p>Я стиснула зубы так, что заныли скулы, бросила злой взгляд на свою запертую машину и поняла: спорить сейчас бесполезно. Он всё равно не отступит, а устраивать цирк прямо перед окнами собственного салона я не могла.</p><p>Пройдя мимо него, я села на пассажирское сиденье и громко хлопнула дверью. Глеб всё ещё ухмылялся, обходя машину и садясь за руль.</p></section><section><title><p>Глава 12.</p></title><p>Глеб</p><p>Внедорожник мягко катил по вечерним улицам в сторону набережной. Карина сидела рядом, отвернувшись к боковому стеклу, с идеально прямой спиной и поджатыми губами. От неё волнами расходилось такое ледяное бешенство, что в салоне, казалось, стало на пару градусов холоднее.</p><p>Я молчал. Давать ей сейчас повод снова зацепиться за шутку было бессмысленно — она и так на взводе.</p><p>Свернув на тихий участок набережной, где не было ни фонарей в упор, ни случайных прохожих — только тёмная гладь реки и огни противоположного берега, — я припарковался у парапета и заглушил двигатель.</p><p>В салоне мгновенно стало тихо. Слышно было только, как остывает мотор и неровно, чуть сбивчиво дышит женщина на соседнем сиденье.</p><p>— Приехали, — спокойно сказал я, поворачиваясь к ней вполоборота и кладя руку на руль. — Выкладывай, Громова. Я слушаю.</p><p>Карина резко повернула голову. В тусклом свете приборной панели её тёмные глаза блестели от злости, скулы заострились, а длинные тёмные волосы упали на плечо. Красивая до чёртиков. Даже когда готова вцепиться мне в глотку.</p><p>— А что тут выкладывать, капитан? — голос у неё звенел от сдерживаемой ярости. — Ты ведёшь себя как танк, которому плевать на чужие границы. Забрал ключи, притащил сюда. Зачем? Чего ты от меня добиваешься, Беззлобов?</p><p>Я смотрел на неё прямо, не отводя взгляда.</p><p>— Я тебе уже сказал. Ты мне интересна. И я привык добиваться того, чего хочу.</p><p>— А я не вещь в магазине, чтобы меня добиваться! — отрезала она, подаваясь вперёд. — Послушай меня внимательно, Глеб. Мы с тобой из разных миров. У меня свой бизнес, кредиты, чёткий план на жизнь. Мне нужен рядом мужчина, на которого я могу опереться в материальном плане, который не пропадает сутками на тревогах и не тащит домой свои армейские замашки. Ты — офицер. У тебя на первом месте служба, звание, выезды. Сегодня ты здесь, завтра тебя подняли по тревоге на неделю, а послезавтра ты уехал в командировку. Мне это не нужно. Я уже наелась нервотрёпки в браке.</p><p>Я слушал её молча. Каждое слово было логичным, выверенным, правильным. Любой нормальный мужик на моём месте после такого расклада просто открыл бы дверь и сказал: «Извини, ошибся адресом».</p><p>Но внутри у меня всё только сильнее сжалось в тугой узел.</p><p>— Закончила? — тихо спросил я, когда она замолчала, переводя дыхание.</p><p>— Закончила.</p><p>— Тогда послушай меня, Карина Александровна, — я наклонился чуть ближе, сокращая расстояние между сиденьями. — Я тебе золотых гор и не обещал. В ЗАГС тебя завтра не тащу и на шею садиться не собираюсь. Но ты сейчас мне сказки рассказываешь не про кредиты и не про мою службу. Ты просто трусишь.</p><p>Она дёрнулась, словно от пощёчины. Глаза вспыхнули тёмным огнём.</p><p>— Я трушу?! Да ты...</p><p>— Трусишь, — твёрдо повторил я, не давая себя перебить. — Привыкла держать мужиков на коротком поводке: захотела — приблизила, надоел — выгнала. Удобно. Безопасно. Никаких рисков. А со мной так не выйдет, и ты это поняла с первой минуты. Вот и бежишь, прикрываясь своими взрослыми расчётами.</p><p>Несколько секунд в машине стояла такая тишина, что звенело в ушах. Карина смотрела на меня тяжело, зло, грудь её часто вздымалась под тонкой тканью водолазки.</p><p>Потом она вдруг усмехнулась — холодно, криво, без единой капли тепла.</p><p>— Хорошая попытка задеть за живое, капитан. Только мимо. Ключи верни.</p><p>Я достал из кармана косухи её ключи от машины и вложил ей в ладонь, на секунду сжав её холодные пальцы в своей руке.</p><p>— Довезу до салона, — ровно сказал я, заводя мотор. — Но разговор не окончен, Громова.</p></section><section><title><p>Глава 13.</p></title><p>Карина</p><p>Всю обратную дорогу до салона я не проронила ни слова. И когда вышла из его внедорожника, села в свою машину и доехала наконец до Ленки — тоже старалась держать лицо, хотя внутри всё тряслось от бешенства.</p><p>Слова Беззлобова крутились в голове как заезженная пластинка. «Ты просто трусишь... Привыкла держать мужиков на коротком поводке».</p><p>Наглый, самоуверенный, непробиваемый тип! Решил, что раскусил меня за два разговора, что может давить на меня своим служебным положением, устраивать маски-шоу в моей квартире, отбирать ключи на улице и читать нотации о том, как я живу!</p><p>Ночью я почти не спала. Ворочалась на диване в гостиной у подруги, смотрела в потолок и с каждой минутой всё яснее понимала: словами этого человека не остановить. Для капитана Росгвардии слова женщины — пустой звук, повод лишний раз ухмыльнуться и пойти напролом. Он уважает только силу и устав.</p><p>Что ж. Раз он решил играть без правил, прикрываясь формой и связями, я отвечу ему его же методами.</p><p>Утром в четверг я проснулась с абсолютно холодной, ясной головой. Выпила крепкий кофе, переоделась в строгий деловой костюм — чёрные брюки, белую рубашку и приталенный пиджак — собрала волосы в гладкий, безупречный хвост и вместо салона поехала прямиком в городское управление Росгвардии.</p><p>На проходной дежурный лениво уточнил цель визита.</p><p>— Мне нужен дежурный по приёму обращений граждан или руководство подразделения вневедомственной охраны и спецподразделений, — спокойным, ледяным тоном ответила я, предъявляя паспорт. — Я хочу подать официальную письменную жалобу на неправомерные действия и преследование со стороны вашего сотрудника. Капитана Беззлобова Глеба Владимировича.</p><p>Дежурный мгновенно переменился в лице, бросил на меня внимательный взгляд и взял трубку внутреннего телефона.</p><p>Через десять минут я уже сидела в кабинете заместителя начальника управления — грузного полковника с усталыми глазами и седыми висками. Я не устраивала истерик и не переходила на эмоции. Выложила всё сухо, чётко и по фактам: необоснованная проверка документов на празднике, вызов из зала в баре без протокола, субботний обыск в квартире, в ходе которого капитан Беззлобов открыто шантажировал меня приглашением на свидание, а также вчерашний инцидент у моего салона красоты, где он заблокировал мой автомобиль и изъял ключи, что легко подтвердят камеры наружного наблюдения.</p><p>Полковник слушал молча, хмурясь всё сильнее с каждой минутой. Когда я закончила и положила на стол подписанное заявление в двух экземплярах, требуя поставить отметку о принятии на моём экземпляре, он тяжело вздохнул.</p><p>— Я вас услышал, Карина Александровна. По изложенным фактам будет проведена служебная проверка. Приносим извинения за поведение сотрудника.</p><p>Я забрала свой экземпляр с входящим номером и печатью, убрала в папку и вышла из здания управления с чувством глубокого, холодного удовлетворения.</p><p>Теперь посмотрим, как ты рассмеёшься, товарищ капитан, когда тебя вызовут на ковёр перед самой аттестацией на майора.</p></section><section><title><p>Глава 14.</p></title><p>Глеб</p><p>В четверг после обеда я сидел в кабинете на базе и заполнял рапорты после выезда, когда на внутреннем телефоне замигала кнопка прямой связи с командиром отряда.</p><p>— Беззлобов, зайди ко мне. Срочно, — голос полковника Воронова прозвучал сухо, без привычных интонаций.</p><p>Я нахмурился, застегнул китель и пошёл по коридору в штабное крыло. Воронов — мужик жёсткий, но справедливый, своих в обиду без дела не даёт, но и разгильдяйства не терпит. Вряд ли речь шла об аттестации — до неё ещё пара недель.</p><p>Постучав и получив разрешение, я вошёл, чётко доложил по уставу и остановился у стола.</p><p>Воронов сидел, откинувшись в кресле, и вертел в руках два листа бумаги с входящим штампом. Посмотрел на меня поверх очков — долго, тяжело, без тени улыбки.</p><p>— Ну рассказывай, герой-любовник, — негромко произнёс полковник, кидая бумагу на край стола. — Сегодня утром в управление приходила гражданка Громова Карина Александровна. В деловом костюме, спокойная как танк. Оставила официальное заявление на три листа. И про праздник, и про бар, и про субботний обыск, и про то, как ты вчера вечером у её салона машину заблокировал и ключи отобрал.</p><p>Я замер, глядя на знакомый размашистый росчерк внизу страницы. На пару секунд у меня даже слова закончились.</p><p>Вот же упрямая дрянь. Она реально пошла и накатала телегу! Не припугнула, не психанула впустую — встала утром, оделась, приехала в управление и влупила официальную жалобу прямо перед моим майорским званием. Внутри всё перевернулось от смеси лёгкого шока, злости и какого-то дикого, почти восхищённого азарта. Такого отпора мне в жизни никто не давал.</p><p>— Кто такая эта гражданка, Беззлобов? — спокойно спросил Воронов, барабаня пальцами по столу. — Зачем ты служебные ресурсы под личные разборки подтягиваешь? По субботнему выезду рапорт есть, всё по ориентировке на её бывшего мужа, тут не подкопаешься. Но остальное? Что за цирк ты устроил?</p><p>Я перевёл дыхание, выпрямился и посмотрел командиру прямо в глаза. Врать Воронову было бессмысленно — он людей насквозь видел за тридцать лет службы. И тут в голове сама собой родилась единственно правильная фраза, от которой у меня самого едва не дёрнулся уголок губ.</p><p>— Видимо, будущая жена, товарищ полковник, — абсолютно серьёзно ответил я. — С характером попалась. По-другому не подпускает.</p><p>В кабинете повисла тишина. Воронов пару секунд смотрел на меня с каменным лицом, потом медленно снял очки, потёр переносицу и тяжело, с подавленным смешком выдохнул:</p><p>— Ну ты и кадр, Беззлобов... Будущая жена, значит. А она об этом в курсе?</p><p>— В процессе доведения информации, товарищ полковник.</p><p>Полковник покачал головой, усмехнулся в усы, но тут же снова нахмурился для порядка:</p><p>— Ладно, Ромео. Заявление я прикрою — сама Громова на личной беседе сказала, что претензий материального характера не имеет, ей просто нужно, чтобы ты от неё отстал. Но если ещё раз используешь личный состав или служебный транспорт для своих ухаживаний — майора увидишь только на пенсии. Понял меня?</p><p>— Так точно, товарищ полковник. Виноват, исправлюсь.</p><p>— Свободен. И разберись со своей «будущей женой» на гражданке, чтобы она сюда больше пороги не обивала.</p><p>Выйдя из кабинета командира, я прикрыл дверь и не выдержал — тихо рассмеялся прямо в пустом коридоре. Громова Карина Александровна. Ну и боец. Решила бить меня моим же оружием, но даже не догадывалась, что только что окончательно подписала себе приговор: теперь я от неё точно не отстану.</p><p>Вечером, ровно в девять, когда салон красоты уже закрылся, а Карина наверняка вернулась домой с чувством выполненного долга, я припарковал свой внедорожник у её подъезда. Без формы, без маски — в той же кожаной косухе и джинсах.</p><p>Поднялся на этаж и позвонил в дверь.</p><p>Замок щёлкнул через минуту. Дверь приоткрылась, и на пороге появилась Карина — в домашних брюках и облегающей майке, с распущенными тёмными волосами. Увидев меня, она на секунду замерла, а потом на её лице расцвела такая довольная, торжествующая усмешка, что у меня аж сердце ёкнуло.</p><p>— Надо же, кто пришёл, — протянула она, опираясь плечом о косяк и скрещивая руки на груди. — Неужели уже разжаловали в рядовые, товарищ капитан? Или пришёл повестку на комиссию показать?</p><p>Я шагнул ближе, перехватывая дверь рукой так, чтобы она не вздумала захлопнуть её перед носом, и наклонился к ней с самой наглой, спокойной улыбкой:</p><p>— Да нет, Карина Александровна. Пришёл поблагодарить. Командир твоё заявление почитал, проникся и сказал, что на такой женщине я теперь просто обязан жениться. Сказал — раз сам не справляюсь, отряд поможет свадьбу организовать. Так что готовь паспорт, Громова, теперь точно не отвертишься.</p></section><section><title><p>Глава 15.</p></title><p>Карина</p><p>Я замерла на пороге, глядя на его наглую, довольную ухмылку, и пару секунд просто не могла подобрать слов. Мой железобетонный план, на который я потратила целое утро, развалился на куски прямо у меня на глазах.</p><p>— Врёшь ты всё, Беззлобов, — выдохнула я, пытаясь потянуть дверь на себя, чтобы закрыть её перед самым его носом. — Не мог ваш полковник такое спустить на тормозах! Я всё по фактам расписала, там на выговор минимум тянет!</p><p>Глеб даже не напрягся — просто упёрся ладонью в край полотна, легко удерживая дверь одной рукой, а второй поднял бумажный пакет, из которого вкусно пахло горячим мясом и специями.</p><p>— Выговор я получил, Карина Александровна. Устный. С занесением в личное дело, как выдающийся случай упрямства, — с абсолютно невозмутимым видом парировал он и без всякого приглашения шагнул в прихожую, оттесняя меня внутрь. — Командир велел решать вопрос исключительно на гражданке. Вот я и пришёл. Без формы, без маски и с ужином. Пустишь на кухню или так и будем в коридоре стоять, соседей радовать?</p><p>Я стиснула зубы так, что заныли скулы. Устраивать скандал на лестничной клетке, чтобы потом весь подъезд обсуждал, какие мужики ко мне по вечерам ломятся, в мои планы точно не входило.</p><p>— На десять минут, Беззлобов, — прошипела я, захлопывая входную дверь и разворачиваясь к нему. — Положил свой пакет и ушёл. У меня нет ни сил, ни желания на твои концерты.</p><p>— Договорились, — легко согласился он, стягивая в прихожей свою кожаную косуху и вешая её на крючок рядом с моим пальто так естественно, словно приходил сюда каждый вечер.</p><p>Без куртки, в чёрной свободной водолазке, он показался в моей небольшой прихожей ещё больше — высокий, под метр девяносто, с широкими плечами и прямой, уверенной осанкой. Когда он прошёл мимо меня на кухню, пахнуло прохладой улицы и терпким мужским парфюмом, от которого у меня против воли сбилось дыхание.</p><p>На кухне Глеб по-хозяйски выложил на стол контейнеры с горячим шашлыком, овощами и лепёшками, нашёл в шкафчике тарелки и повернулся ко мне, прислонившись бедром к столешнице.</p><p>— Садись, Громова. Ты же после работы голодная наверняка.</p><p>Я осталась стоять у дверного косяка, скрестив руки на груди, и посмотрела на него тяжёлым, изучающим взглядом. В голове лихорадочно крутились мысли: как его отвадить? Прямые отказы не работают. Угрозы пожаловаться — тоже. Попытаться сделать вид, что у меня кто-то есть? С его связями он за пятнадцать минут пробьёт любого моего ухажёра и ещё посмеётся.</p><p>— Послушай меня внимательно, Глеб, — начала я спокойно, стараясь вложить в голос весь свой взрослый, ледяной прагматизм. — Ты правда думаешь, что этот напор тебя к чему-то приведёт? Ну притащил ты ужин. Ну посмеялись. Дальше что? Мне тридцать два года. Я не ищу приключений, мне не интересен твой адреналин, и я не собираюсь подстраиваться под твой график. У нас вообще нет точек соприкосновения. Ноль.</p><p>Глеб смотрел на меня своими пронзительными голубыми глазами, и вместо того чтобы разозлиться или начать спорить, вдруг тихо, искренне рассмеялся. От этого смеха — низкого, глубокого, без капли фальши — по моей спине пробежали предательские мурашки.</p><p>— Знаешь, чем ты мне нравишься, Карина Александровна? — спросил он, качая головой и с откровенным удовольствием глядя на моё сердитое лицо. — Другая бы уже давно сдалась или начала в кошки-мышки играть. А ты сидишь и с умным видом пытаешься мне доказать, что я тебе совершенно не интересен — при этом даже дышать через раз начала, когда я мимо прошёл.</p><p>— Много на себя берёшь, капитан! — вспыхнула я, чувствуя, как к щекам приливает предательская краска. — Ничего у меня не сбилось! Просто раздражает твоя непробиваемая наглость!</p><p>— Ну-ну, так я и поверил, — усмехнулся он, делая шаг к выходу с кухни и останавливаясь в полушаге от меня. Возвышался сверху вниз, спокойный, расслабленный, явно получающий огромное удовольствие от моего сопротивления. — Ладно, обещал десять минут — слово держу. Ужин на столе, поешь нормально, не давись одним вином.</p><p>Он вышел в прихожую, накинул косуху и уже у самой двери повернулся ко мне с той самой дерзкой, обезоруживающей улыбкой:</p><p>— Завтра пятница. В восемь вечера заезжаю за тобой. Поедем в одно место, тебе понравится. И даже не думай бежать к подруге или писать очередное заявление — я теперь точно знаю, что тебе нравятся настойчивые. Спокойной ночи, Громова.</p><p>Дверь за ним закрылась, а я ещё минуту стояла посреди прихожей, глядя на пустой порог и сжимая кулаки. Внутри всё кипело от злости на него — и ещё больше на саму себя за то, что этот невыносимый мужик действительно умудрялся выбивать меня из колеи одним своим присутствием.</p><p>Но сдаваться я всё равно не собиралась. До завтрашнего вечера у меня было почти двадцать четыре часа, чтобы придумать, как поставить его в тупик.</p></section><section><title><p>Глава 16.</p></title><p>В пятницу утром я сидела в пустом кабинете своего салона до прихода первых клиентов, пила второй эспрессо подряд и в красках пересказывала Ленке вчерашний вечер.</p><p>Подруга слушала в трубке молча, а когда я дошла до истории с шашлыком, заявлением в управление и фразой полковника про «будущую жену», расхохоталась так, что мне пришлось отодвинуть телефон от уха.</p><p>— Ой, не могу! Карин, да это же готовый сериал! — сквозь смех выдохнула Ленка. — Слушай, а он реально крутой мужик. Не сдулся, не обиделся, не начал ныть, а просто перевернул всё в свою пользу. Я бы на твоём месте давно уже сдалась.</p><p>— Лен, мне не до смеха, — раздражённо ответила я, барабаня ногтями по столу. — Он как танк! Я ему в лоб говорю: «Отстань, ты не мой формат», заявление на него катаю — а ему всё нипочём. Сегодня в восемь вечера снова припрётся. И что мне делать? Охрану у подъезда выставлять?</p><p>В трубке на пару секунд повисла тишина, а потом Ленка заговорила уже серьёзнее, с той самой женской практичностью, за которую я её всегда ценила:</p><p>— Знаешь что, дорогая моя... А ты не думала, почему он так за тобой бегает?</p><p>— Потому что баран упёртый!</p><p>— Не только. У таких мужиков, как твой Беззлобов, срабатывает чистый охотничий инстинкт. Ты для него — неприступная крепость, единственная в городе, кто ему в рот не смотрит и на шею не вешается. Вот его и штырит от азарта. Ты его отшиваешь — а он только сильнее заводится.</p><p>Я нахмурилась, крутя в пальцах ручку. В словах подруги была железная логика.</p><p>— И что ты предлагаешь?</p><p>— Переспи с ним, — спокойно выдала Ленка. — Вот прямо сегодня. Сними напряжение, получи удовольствие — парень он, судя по твоим описаниям, огненный — и поставь жирную точку. Увидишь: как только трофей окажется в руках, весь этот спортивный интерес у него мигом испарится. Такие наглые альфа-самцы быстро остывают, когда добиваются своего. А ты утром спокойно скажешь «спасибо, было неплохо, каждый при своих» — и он сам сольётся.</p><p>Я замерла с чашкой у губ, переваривая услышанное.</p><p>План звучал дерзко, цинично и до смешного просто. Но чем больше я о нём думала, тем сильнее понимала: Ленка права на все сто процентов. Глеб привык добиваться цели. Пока я держу оборону, он будет лезть на стены, ловить меня у салона и придумывать новые поводы. Но стоит один раз убрать запрет, перестать играть в недотрогу и отнестись к этому так, как я всегда относилась к мужчинам после развода — как к чисто физическому развлечению на одну ночь без обязательств и продолжения — его азарт сгорит за считаные часы.</p><p>И, если честно признаться самой себе, где-то глубоко внутри эта мысль отозвалась горячим, предательским толчком. Слишком уж сильно этот голубоглазый капитан выводил меня из равновесия последнюю неделю.</p><p>— А знаешь... в этом что-то есть, — медленно произнесла я, чувствуя, как напряжение в плечах наконец отпускает. — Закрыть гештальт и жить спокойно. Без всяких соплей и обещаний.</p><p>— Вот именно! — поддержала подруга. — Вспомни, кто здесь взрослая, свободная женщина без предрассудков. Возьми инициативу в свои руки, вымотай его так, чтобы сам утром сбежал, и забудь как красивый сон.</p><p>К вечеру я уже была настроена по-боевому. Никакой паники, никаких попыток сбежать через чёрный ход или придумать отговорку. Наоборот — я заранее отпустила последнего клиента в семь, спокойно закрыла салон и поехала домой, чтобы подготовиться так, как умею только я.</p><p>Душ, идеальная укладка — длинные тёмные волосы мягкими волнами легли по плечам — выразительный макияж, комплект дорогого чёрного кружевного белья, от которого у любого мужчины потемнеет в глазах, а сверху — короткое облегающее платье-свитер из тонкого кашемира, подчёркивающее каждый изгиб фигуры, и высокие сапоги на каблуке. Никакой показной вульгарности, но намёк читался с первого взгляда.</p><p>Без пяти восемь в дверь позвонили.</p><p>Я подошла к зеркалу в прихожей, поправила прядь у лица, поймала свой собственный взгляд — спокойный, уверенный, с лёгкой хищной усмешкой — и распахнула дверь.</p><p>Глеб стоял на пороге в своей неизменной чёрной косухе, тёмной водолазке и джинсах. Увидев меня, он на секунду замер — его пронзительные голубые глаза медленно скользнули по мне с ног до головы, задержались на открытых ногах и снова вернулись к лицу. Взгляд мгновенно потемнел, стал тяжёлым, горячим.</p><p>— Добрый вечер, Карина Александровна, — с лёгкой хрипотцой произнёс он, явно не ожидая встретить меня полностью собранной и без привычного колючего выражения на лице. — Неужели решила не воевать сегодня?</p><p>— Решила, что спорить с тобой — пустая трата времени, капитан, — мягко улыбнулась я, накидывая пальто и переступая порог. — Поехали. Посмотрим, чем ты собрался меня удивлять.</p><p>Глеб прищурился, уловив перемену в моём тоне, но спорить не стал — только уголок его губ дёрнулся в довольной, хищной усмешке. Он даже не догадывался, что сегодня правила игры назначаю я.</p></section><section><title><p>Глава 17.</p></title><p>Карина</p><p>Ресторан, куда привёз меня Глеб, оказался совсем не похож на пафосные заведения, куда обычно водили меня мои взрослые ухажёры. Никакой показной роскоши и белых скатертей: приглушённый тёплый свет, кирпичные стены, мягкие кожаные диваны в полумраке и уютный, почти камерный зал, где столики стояли далеко друг от друга.</p><p>Пока мы шли к нашему месту, я чувствовала на себе его тяжёлый, цепкий взгляд. Глеб не сводил с меня глаз, словно пытался просчитать, откуда взялась эта внезапная покорность и мягкая улыбка, но я не давала ему ни единой зацепки.</p><p>Когда официант принёс меню, я намеренно не стала садиться напротив, а опустилась на тот же угловой диванчик, чуть ближе, чем диктовали правила приличия, так, что между нашими коленями оставалось всего несколько сантиметров.</p><p>Глеб приподнял бровь, переведя пронзительный голубой взгляд с моего лица на моё открытое колено под коротким кашемировым платьем, и усмехнулся.</p><p>— Какая-то ты сегодня подозрительно добрая, Громова, — тихо произнёс он, откидываясь на спинку дивана и поворачиваясь ко мне вполоборота. — С чего бы такая резкая смена тактики?</p><p>— А ты против? — я повернула голову, встречаясь с его взглядом в упор, и позволила себе лёгкую, ленивую полуулыбку. — Просто подумала, что спорить с тобой — пустая трата энергии. Ты всё равно упёртый, как стена. Проще расслабиться и посмотреть, на что ты способен на самом деле, капитан.</p><p>Я видела, как у него на скулах едва заметно сыграли желваки. Его привычная наглая самоуверенность на секунду сменилась тем самым хищным, сгустившимся напряжением, от которого воздух вокруг становится плотным.</p><p>Весь ужин я вела эту игру тонко и без спешки — так, как умеет только взрослая женщина, которая точно знает, на какие точки давить. Никакой вульгарности: случайное касание его предплечья, когда тянулась за бокалом с вином, долгий взгляд из-под ресниц, тихий смех над его подколами, когда я наклонялась чуть ближе, позволяя ему уловить тёплый шлейф своего парфюма. Один раз под столом моё колено как бы невзначай прижалось к его ноге — и я не стала отодвигаться, глядя ему прямо в глаза.</p><p>К концу ужина Глеб почти перестал шутить. Он ел машинально, держал спину напряжённой, а в его холодно-голубых глазах разгорелся такой тёмный, тяжёлый огонь, что у меня самой внутри всё сжалось от предвкушения. План работал безотказно — ещё немного, и этот самоуверенный офицер сам не заметит, как окажется на моём крючке.</p><p>Когда мы вышли из ресторана в прохладный ночной воздух и сели в его чёрный внедорожник, в салоне повисла густая, наэлектризованная тишина. Глеб завёл двигатель, но трогаться с парковки не спешил — просто положил широкую ладонь на руль и смотрел вперёд, тяжело, ровно дыша.</p><p>Я отстегнула ремень безопасности, который успела накинуть по привычке, повернулась к нему и положила ладонь ему на затылок, зарываясь пальцами в короткие светло-русые волосы.</p><p>— Чего ждёшь, Беззлобов? — тихо, с лёгкой хрипотцой спросила я у самого его уха, чувствуя, как под пальцами мгновенно напряглись мышцы его шеи. — Или на смелости только в форме хватает?</p><p>Глеб резко повернул голову. На долю секунды в его глазах мелькнул азарт человека, которому снова бросили вызов — а в следующую секунду его сильная рука легла мне на затылок, притягивая к себе без всяких церемоний.</p><p>Его губы накрыли мои жёстко, властно, без осторожных прелюдий. От этого поцелуя у меня мгновенно закружилась голова — в нём не было ни капли робкой вежливости, только горячий напор, вкус терпкого кофе и та самая дикая мужская сила, от которой я так долго пыталась сбежать. Я тихо выдохнула ему в губы и ответила сразу, жадно, обвивая руками его шею и прижимаясь ближе, невзирая на тесноту салона и подлокотник между сиденьями.</p><p>Глеб глухо застонал в поцелуй, перехватил меня за талию одной рукой и легко, словно я ничего не весила, перетянул к себе на колени, упираясь спиной в водительскую дверь. Его ладони — горячие, шершавые, удивительно твёрдые — скользнули по моим бёдрам вверх, задирая подол тонкого платья, сжимая талию, притягивая вплотную так, что я всем телом ощутила, насколько сильно он меня хочет.</p><p>Его губы спустились с моих губ на подбородок, потом ниже — на шею, обжигая кожу горячими, жадными поцелуями, от которых по спине прокатилась волна дрожи, а дыхание окончательно сбилось. Я запустила пальцы под край его чёрной водолазки, касаясь горячей, рельефной кожи на пояснице, и едва сдержала тихий стон, когда его рука накрыла мою грудь поверх тонкого кружева.</p><p>Тормоза слетели у обоих за считаные секунды — ещё немного, и мы бы забыли, что сидим на освещённой парковке в центре города.</p><p>Глеб с трудом оторвался от моей шеи, упёрся лбом в мой висок, тяжело, рвано переводя дыхание. В полумраке салона его глаза блестели тёмным, голодным огнём.</p><p>— Хватит на сегодня спектаклей, Громова, — хрипло, срываясь, выдохнул он мне в губы и бережно, но твёрдо пересадил меня обратно на пассажирское сиденье. — Пристегнись. Едем ко мне.</p><p>Он резко выкрутил руль, вдавил педаль газа, и чёрный внедорожник сорвался с места, унося нас в ночной город. Я откинулась на подголовник, глядя на его напряжённый, строгий профиль и сжимая пальцами край сиденья. План сработал на сто процентов — вот только сердце колотилось так бешено, что становилось страшно, кто из нас двоих на самом деле попал в ловушку.</p></section><section><title><p>Глава 18.</p></title><p>Карина</p><p>Дорога до его дома пролетела как в тумане. Глеб вёл машину быстро, жёстко, одной рукой держа руль, а второй то и дело сжимая моё колено так горячо и властно, что через плотную ткань чулок по коже бежали разряды тока. Я сидела рядом, откинувшись на спинку кресла, и впервые в жизни не пыталась просчитать следующий шаг. Вся моя холодная стратегия «переспать и забыть» сгорела ещё на парковке у ресторана в ту секунду, когда его губы коснулись моих.</p><p>Его холостяцкая берлога оказалась под стать хозяину: просторная квартира в новом доме, сдержанные тёмные тона, идеальный порядок, минимум лишних вещей и никакой показухи.</p><p>Но разглядывать интерьер времени не осталось. Едва за спиной с глухим щелчком закрылась входная дверь, Глеб развернулся, прижал меня спиной к стене в прихожей и снова накрыл мои губы жадным, обжигающим поцелуем.</p><p>— Всё, Громова, твои игры закончились, — хрипло выдохнул он мне в шею, одной рукой расстёгивая молнию на моём пальто и сбрасывая его прямо на пол, а второй стягивая с себя кожаную косуху.</p><p>Я рассмеялась — сбивчиво, задыхаясь от накатившего жара — и вцепилась пальцами в край его чёрной водолазки, стягивая её вверх. Глеб подхватил её и одним резким движением перебросил через голову. В полумраке прихожей его торс — широкий, рельефный, с чёткими кубиками пресса и литыми плечами, натренированными годами службы — заставил меня судорожно втянуть воздух. Рядом с таким мужчиной все мои прошлые состоявшиеся ухажёры действительно казались жалкой пародией.</p><p>Не разрывая поцелуя, Глеб подхватил меня под бёдра, легко оторвал от пола и понёс в спальню. Я обвила его талию ногами, зарываясь пальцами в короткие светло-русые волосы и прижимаясь губами к горячей коже на его плече.</p><p>Он опустил меня на широкую кровать с тёмным бельём, навис сверху, опираясь на локти, и посмотрел сверху вниз своими пронзительными голубыми глазами — в них сейчас не осталось ни капли холода, только тёмный, голодный огонь.</p><p>— Уверена, Карина Александровна? — спросил он низко, срываясь на хрип, хотя по тому, как напряглись его скулы, было ясно: остановиться ему сейчас будет почти невозможно. — Назад дороги не будет.</p><p>— Меньше слов, капитан, — выдохнула я, потянув его за шею на себя. — Покажи, на что способен без формы.</p><p>Уголок его губ дёрнулся в хищной усмешке. Он одним движением стащил с меня короткое кашемировое платье, расправился с сапогами и замер на секунду, окидывая меня тяжёлым, обжигающим взглядом. Чёрный кружевной комплект едва прикрывал тело, и от того, как Глеб смотрел на меня, у меня внутри всё сжалось в тугой, горячий узел.</p><p>Его ладони легли мне на рёбра, скользнули вверх, без церемоний избавляясь от кружева, и накрыли мою грудь — горячие, шершавые пальцы сжали властно, но удивительно точно, дразня соски, отчего я выгнулась на простынях и закусила губу, чтобы не закричать.</p><p>— Не сдерживайся, Громова, — прохрипел он, опускаясь губами к груди, обхватывая один сосок горячим ртом и языком, пока его свободная рука спускалась ниже, по плоскому животу к кружеву трусиков. — Здесь никого нет, кроме нас.</p><p>Когда его пальцы отодвинули тонкую ткань и коснулись моего низа живота, я резко выдохнула и вцепилась ногтями ему в плечи. От его ласк всё внутри буквально плавилось — влаги было столько, что пальцы скользили легко и глубоко, выбивая из меня остатки мыслей и контроля. Я стонала, не узнавая собственный голос, приподнимая бёдра навстречу его движениям, чувствуя, как к животу стремительно подкатывает первая, острая волна разрядки.</p><p>Но Глеб не дал мне кончить от руки. Он резко выпрямился, расстегнул ремень и за считаные секунды избавился от джинсов и белья. Я бросила взгляд вниз — и на секунду перехватило дыхание. Его орган был внушительным, тяжёлым, напряжённым до предела — он ни на слово не соврал в ту субботу в моей спальне.</p><p>— Ну что, впечатляет, или всё ещё по своему мини-брелоку скучаешь? — с наглой, хриплой усмешкой бросил он, наклоняясь надо мной и разводя мои колени в стороны.</p><p>— Заткнись, Беззлобов... — выдохнула я, обхватывая его за шею.</p><p>Он прижал головку к моему влажному входу, на секунду задержался, глядя мне прямо в глаза, и вошёл сразу — глубоко, плотно, до самого основания, заставляя меня громко ахнуть и выгнуться дугой. Ощущение было таким полным, горячим и распирающим, что на мгновение потемнело в глазах.</p><p>Несколько секунд он стоял неподвижно, тяжело дыша мне в висок, давая привыкнуть, а затем начал двигаться — сначала размеренно, глубоко, с силой, от которой сотрясалась кровать, а потом всё быстрее и жёстче. Его широкие ладони крепко сжали мои бедра, вжимая меня в матрас при каждом толчке, не оставляя ни единого шанса отстраниться или перехватить инициативу.</p><p>Здесь командовал только он. Без погон, без устава, на чистом мужском инстинкте.</p><p>Меня накрыло так стремительно и мощно, что я потеряла счёт времени. Секс был настолько жарким и безудержным, что уже через несколько минут тело натянулось как струна, и оглушительный оргазм выбил из меня воздух, заставив вскрикнуть его имя и впиться пальцами в его напряжённую спину.</p><p>Глеб, почувствовав, как меня скрутило судорогой удовольствия, глухо зарычал, ускорился до предела, сделал ещё несколько резких, глубоких толчков и на самом пике со стоном достиг окончания, обрушиваясь всем своим тяжёлым, горячим телом рядом и прижимая меня к себе.</p><p>Несколько минут в комнате было слышно только наше сбившееся, тяжёлое дыхание и глухой стук сердца под его рёбрами, к которым я прижалась щекой.</p><p>Глеб лениво поглаживал моё голое плечо, накрыв нас обоих одеялом. Я прикрыла глаза, стараясь вернуть себе трезвую, холодную голову. Ну вот и всё. Гештальт закрыт. Секс был действительно крышесносным — тут не поспоришь, — но своё дело я сделала. Дождусь, пока он уснёт покрепче, или встану с рассветом, тихо соберусь, вызову такси и уеду, как всегда делала со своими бывшими ухажёрами. Без долгих прощаний, без завтраков в постель и лишних разговоров. Получила удовольствие — и поставила точку.</p></section><section><title><p>Глава 19.</p></title><p>Глеб</p><p>Я проснулся рано — армейская привычка подниматься без будильника на рассвете срабатывала безотказно даже в законный выходной. В спальне стоял серый утренний полумрак, за окном только начинал просыпаться город.</p><p>Рядом, отвернувшись к краю кровати, лежала Карина. Одеяло сползло до поясницы, открывая гладкую, смуглую спину, тонкую талию и рассыпанные по подушке длинные тёмные волосы. Я на секунду задержал взгляд, чувствуя, как внутри поднимается непривычное, тёплое удовлетворение. Ночь выдалась такой, что у меня самого до сих пор гудели мышцы.</p><p>Я притворился, что всё ещё сплю, не меняя ровного дыхания, потому что краем глаза заметил, как она осторожно пошевелилась.</p><p>Карина приподнялась на локте, оглянулась на меня, проверяя, крепко ли я сплю, и бесшумно, как кошка, спустила ноги с кровати. Накинула прямо на голое тело мою чёрную футболку, которая валялась на стуле рядом с вещами, подхватила с пола своё платье, чулки и бельё и на цыпочках направилась к двери в прихожую.</p><p>Я усмехнулся в подушку. Вот же упрямая чертовка. Решила провернуть свой привычный трюк: переспала, поставила галочку и с рассветом слилась по-тихому, пока мужик спит, чтобы потом сделать вид, что ничего не было.</p><p>Я дал ей дойти до прихожей и даже щёлкнуть верхним замком, после чего спокойно поднялся с кровати, натянул спортивные штаны и вышел следом.</p><p>Карина как раз натягивала сапог, стоя на одной ноге у входной двери, когда я прислонился плечом к косяку в коридоре и скрестил руки на груди.</p><p>— И куда это мы собрались в семь утра в субботу, Карина Александровна? — негромко спросил я с лёгкой издёвкой. — Даже кофе не попьёшь?</p><p>Она вздрогнула так, что едва не потеряла равновесие, резко выпрямилась и впилась в меня злым, пойманным взглядом тёмных глаз. Моя футболка доходила ей едва до середины бедра, волосы растрёпаны после ночи, на шее у ключицы алел след от моих губ — выглядела она сейчас так, что хотелось снова затащить её обратно в спальню.</p><p>— Не твоё дело, Беззлобов, — быстро взяв себя в руки, холодно ответила она, поправляя ремешок сумки на плече. — У меня дела с утра. Дверь открой.</p><p>Я не спеша подошёл к ней вплотную, перекрывая выход к двери, и упёрся ладонью в стену прямо над её плечом.</p><p>— Не выйдет, Громова, — спокойно и твёрдо сказал я, глядя ей прямо в глаза. — С твоими пузатыми бизнесменами этот номер, может, и проходил — переспала, сбежала утром и забыла. Со мной так не будет. Ты никуда не пойдёшь, пока мы нормально не позавтракаем и не поговорим.</p><p>— Ты не имеешь права меня здесь держать! — вспыхнула она, упираясь ладонями мне в голую грудь, пытаясь оттолкнуть, но я даже не шелохнулся. — Мы провели ночь, оба получили, что хотели. Всё, точка! Я тебе ничего не должна!</p><p>— А я с тебя долгов и не спрашиваю, — усмехнулся я, перехватывая её запястья одной рукой и прижимая её ближе к себе. — Просто правила теперь назначаю я. Иди умывайся, я пойду сварю кофе. Попробуешь выскочить за дверь, пока я на кухне — догоню прямо по лестнице в одних штанах, мне не привыкать.</p><p>Карина замерла, глядя на меня снизу вверх с такой яростью, что, казалось, сейчас заискрит воздух. Но, оценив мою решимость, поняла: не шучу. Скрипнув зубами, она выдернула руки и быстрым шагом пошла в сторону ванной, бросив через плечо:</p><p>— Ненавижу тебя, Беззлобов!</p><p>— Взаимно, Громова, — крикнул я ей вслед с довольной улыбкой, направляясь на кухню. — Сахар тебе две ложки или без?</p><p>Карина</p><p>Когда я вышла из ванной в его растянутой чёрной футболке, на кухне уже пахло свежесваренным кофе и жареным беконом. Глеб стоял у плиты в одних серых спортивных штанах — высокий, широкий в плечах, с рельефной спиной, по которой так и хотелось снова провести ладонями.</p><p>Я остановилась в дверях, скрестив руки на груди и стараясь вернуть на лицо привычную холодную маску. Тело после этой сумасшедшей ночи приятно ныло, но голова упорно твердила одно: не раскисай, Громова, это просто физика, надо забрать вещи и уехать.</p><p>Глеб обернулся, окинул меня быстрым, довольным взглядом с ног до головы и кивнул на стол:</p><p>— Садись, Карина Александровна. Кофе налил, яичница через минуту будет.</p><p>— Я не голодна, Беззлобов, — ровно ответила я, подходя к столу, но садиться не спеша. — Послушай меня спокойно. Ночь была отличной, тут спорить глупо. Но мы взрослые люди. Свой гештальт мы закрыли. Мне пора на работу, у меня в салоне запись с десяти. Давай просто разойдёмся красиво, без детских удержаний.</p><p>Глеб выключил конфорку, переложил яичницу на две тарелки, поставил их на стол и только после этого повернулся ко мне. В его пронзительных голубых глазах не было ни злости, ни обиды — только та самая непробиваемая, тяжёлая уверенность, от которой у меня внутри всё сжималось.</p><p>— Ты серьёзно думаешь, что после этой ночи я тебя просто отпущу, и ты пойдёшь дальше пить кофе со своими пузатыми бизнесменами? — тихо спросил он, подходя ближе и упираясь руками в край стола по обе стороны от меня. — Плохо ты меня знаешь, Громова. Никаких «разойдёмся красиво» не будет. Садись ешь.</p><p>— Ты не можешь за меня решать! — вспыхнула я, но закончить фразу не успела.</p><p>На тумбочке в прихожей резко, требовательно зазвонил его служебный телефон. Мелодия была громкой, отрывистой — явно не обычный звонок.</p><p>Глеб нахмурился, мгновенно меняясь в лице: вся утренняя расслабленность испарилась за секунду, уступив место жёсткой, собранной концентрации офицера. Он вышел в коридор, снял трубку и коротко отчеканил:</p><p>— Капитан Беззлобов. Слушаю... Понял. Через двадцать минут буду на базе.</p><p>Он сбросил вызов и быстрым шагом направился в спальню. Через три минуты вышел оттуда уже полностью одетый — в тёмных джинсах, чёрной водолазке и косухе, с ключами и документами в руках.</p><p>— Тревога в управлении, нужно срочно прибыть в часть, — бросил он мне на ходу, обуваясь у двери. — Сколько продлится, не знаю — может, пару часов, а может, до вечера.</p></section><section><title><p>Глава 20.</p></title><p>Глеб</p><p>Внедорожник ворвался на парковку перед управлением ровно через восемнадцать минут после звонка. Я заглушил мотор, подхватил папку с документами и быстрым шагом направился к КПП, на ходу застёгивая ворот косухи.</p><p>Внутри всё ещё гудело после ночи с Кариной — непривычное, тяжёлое ощущение, от которого тело казалось одновременно вымотанным и заряженным до предела. А перед глазами до сих пор стояло её растерянное, разъярённое лицо в прихожей в ту секунду, когда ключ дважды провернулся в замке.</p><p>«Открой немедленно, псих!»</p><p>Я усмехнулся про себя, поднимаясь по лестнице в раздевалку, чтобы переодеться в форму. Сам от себя не ожидал такого хода. Всю жизнь я считал, что удерживать женщину силой или запирать дверь — глупость и слабость. Не хочет быть рядом — дверь открыта, скатертью дорога. Но когда Карина утром в моей футболке, с растрёпанными после ночи волосами и следами моих губ на шее снова попыталась включить свою ледяную маску и сбежать, внутри сработал чистый инстинкт: не пущу. Знал ведь, что уйдёт — и снова закроется в своей раковине, выдумает себе сотню оправданий, почему нам не по пути, и попробует вычеркнуть эту ночь из памяти.</p><p>Пусть посидит, остынет, подумает. Ничего с ней в моей квартире за пару часов не случится — холодильник полный, кофе на столе, тепло и безопасно.</p><p>В штабном крыле уже кипела суета. В коридоре толпились командиры групп и старшие офицеры, лица у всех сосредоточенные, жёсткие. Я быстро прошёл в зал совещаний, занял своё место у стены и раскрыл блокнот, переключаясь в рабочий режим.</p><p>— Внимание, товарищи офицеры, — полковник Воронов вошёл в кабинет, бросил на стол красную папку и без лишних предисловий обвёл всех тяжёлым взглядом. — Вводная следующая. По линии уголовного розыска поступила оперативная информация по группе, занимающейся крупным обналичиванием и выводом средств. Фигуранты находятся в федеральном розыске, по предварительным данным — вооружены, готовят отход из области в ближайшие двое суток. Нашему отряду поставлена задача обеспечить силовую поддержку при задержании. Выезд ориентировочно вечером, возможна командировка на два-три дня в соседний район.</p><p>В зале зашуршали ручки, пошли уточняющие вопросы по расстановке сил, вооружению и связи. Я записывал координаты, позывные и порядок действий на автомате — годы службы приучили работать чётко в любой обстановке.</p><p>Но впервые за двадцать девять лет половина моей головы оставалась не здесь, в штабе, а в собственной квартире на восьмом этаже.</p><p>Я смотрел на схему оцепления на доске, а сам думал о том, что она там сейчас делает. Наверняка уже обзвонила свою подругу Ленку, прокляла меня до седьмого колена и перевернула вверх дном всю квартиру в поисках запасных ключей. А потом, когда поймёт, что запасных ключей в прихожей нет, наверняка пойдёт изучать мою берлогу — с тем самым гордым, изучающим прищуром, которым смотрела на меня в первую встречу на площади.</p><p>И тут же в голове щёлкнула вторая, куда менее весёлая мысль.</p><p>Командировка на два-три дня. Выезд уже сегодня вечером.</p><p>Если меня сорвут на задержание прямо с базы и отправят в соседний район без связи, держать Карину взаперти двое суток я, разумеется, не смогу — это уже не упрямство, а реальный арест. Придётся либо вырваться домой на полчаса перед выездом, либо отдать запасной ключ проверенному человеку, чтобы открыл ей дверь, если я не успею вернуться к вечеру.</p><p>— Капитан Беззлобов! — громкий голос полковника Воронова выдернул меня из мыслей. — Вы меня слышите? Ваша группа идёт первой на блокирование основного выхода. Потребуется полная концентрация, это вам не по барам ориентировки отрабатывать.</p><p>Несколько офицеров за столом подавили усмешки — слухи о моём недавнем «выговоре» уже успели расползтись по отряду.</p><p>— Так точно, товарищ полковник, — чётко отчеканил я, выпрямляясь. — Задача ясна, группа будет готова в срок.</p><p>Когда совещание закончилось и офицеры потянулись к выходу готовить личный состав, я задержался у окна в коридоре и достал из кармана мобильный. На экране висело одно непрочитанное сообщение с незнакомого номера — видимо, взяла телефон у своей подруги или нашла способ написать, хотя я свой личный номер ей даже не давал.</p><p>Открыл сообщение. Короткая строчка без приветствия:</p><p>«Если через два часа дверь не откроется, я вызову МЧС, чтобы спилили тебе замок, Беззлобов. Счёт пришлю».</p><p>Я тихо рассмеялся, глядя на экран, и покачал головой. Вот же неукротимая женщина. Даже взаперти не теряет хватки и готова разнести мне дверь за мой же счёт.</p><p>Быстро набрал ответ:</p><p>«МЧС не доедет — я их на посту заверну. Потерпи до вечера, Громова, вечером поговорим. И яичницу поешь, остыла уже».</p><p>Убрал телефон в карман и пошёл в оружейку проверять снаряжение. Нужно было успеть всё организовать до вечера, разобраться с предстоящим выездом и вырваться домой хотя бы на час — потому что отпускать её сейчас, не расставив все точки над «i», я не собирался ни при каких обстоятельствах.</p></section><section><title><p>Глава 21.</p></title><p>Карина</p><p>К шести вечера моё утреннее бешенство перегорело, сменившись холодным, колючим упрямством.</p><p>Весь день в этой идеально вылизанной холостяцкой квартире я провела не в панике и не в слезах у закрытой двери. Сначала позвонила в салон, предупредив администратора Алину, что сегодня меня не будет, потом выслушала восторженные вопли Ленки в трубку, которая наотрез отказалась вызывать МЧС и только смеялась, приговаривая, что «наконец-то нашёлся мужик с яйцами, который поставил тебя на место».</p><p>Обойдя квартиру, я убедилась, что запасных ключей нигде нет, зато невольно разглядела, как живёт капитан Беззлобов. Никакого бардака, никакого дешёвого пафоса: строгая мебель в тёмных тонах, гантели у стены в кабинете, пара книг по тактике, грамоты за стрельбу и идеальный порядок на кухне. Мужчина, который привык полагаться только на себя и держать всё под жёстким контролем.</p><p>Ближе к вечеру я приняла душ, оделась в своё вчерашнее короткое кашемировое платье, поправила макияж, высушила длинные тёмные волосы и убрала всё в сумку, чтобы быть готовой выйти в ту же секунду, как только щёлкнет замок.</p><p>Никакого страха. Никакой растерянности. Я не собиралась выглядеть перед ним ни испуганной пленницей, ни женщиной, которая растаяла после бурной ночи.</p><p>Ровно в семь вечера в замке дважды тяжело провернулся ключ.</p><p>Я не побежала в прихожую и не стала кричать с порога. Осталась стоять у окна в гостиной, скрестив руки на груди и глядя на вечерние огни города.</p><p>Дверь открылась, раздались тяжёлые шаги, а через пару секунд в дверном проёме гостиной появился Глеб.</p><p>Я медленно повернула голову — и на долю секунды сердце внутри предательски споткнулось. Он был в форме: тёмный тактический костюм, разгрузка на широких плечах, берцы. Без балаклавы, но с тем самым жёстким, собранным выражением на строгом лице, от которого воздух в комнате мгновенно становился плотным. От него пахло холодом улицы, порохом и напряжённой работой.</p><p>Глеб окинул меня быстрым, цепким взглядом — от высоких сапог до гордо вздёрнутого подбородка — и в его пронзительных голубых глазах мелькнула знакомая наглая искра.</p><p>— Смотрю, к выходу готова, Карина Александровна, — негромко произнёс он с лёгкой хрипотцой, прислоняясь плечом к косяку. — А яичницу так и не съела. Упрямая ты всё-таки женщина.</p><p>— Оставь свой юмор для подчинённых, Беззлобов, — ровно, с ледяным спокойствием ответила я, не делая ни шага навстречу. — Я просидела в твоей квартире целый день только потому, что не хотела ломать чужую дверь. Сейчас ты отдаёшь мне ключи от моей машины, я вызываю такси и уезжаю. И на этом наши игры заканчиваются.</p><p>Глеб не спешил спорить. Он молча прошёл в комнату, остановился в двух шагах от меня — огромный, массивный в своей экипировке, перекрывающий собой половину пространства — и посмотрел сверху вниз прямо в глаза.</p><p>— Не заканчиваются, Громова, — спокойно и твёрдо сказал он. — Ты вчера сама всё видела и чувствовала. Не пытайся снова натянуть свою броню и сделать вид, что между нами ничего не было. Это не сработает.</p><p>— Было и прошло, — отрезала я, глядя на него снизу вверх и не отводя глаз, хотя от его близости по коже снова побежали мурашки. — Я взрослая женщина, Глеб. Мне не нужны отношения с человеком, который запирает меня в квартире и срывается по тревоге в любой момент. Посмотри на себя: ты даже сейчас приехал в форме и на пять минут, потому что снова куда-то улетаешь по приказу. Я так жить не буду.</p><p>На его скулах едва заметно сыграли желваки. Он промолчал секунду, словно взвешивая мои слова, а потом достал из кармана ключ от квартиры и положил его на журнальный столик.</p><p>— Меня отправляют в командировку в соседний район на пару дней, — сухо, без лишних эмоций произнёс он. — Задержание серьёзное, связи почти не будет. Я заехал только за тем, чтобы открыть дверь и передать тебе ключ.</p><p>Я приподняла бровь, сдерживая внезапный, непонятный укол где-то под рёбрами от слов о серьёзном задержании и отсутствии связи.</p><p>— Зачем мне твой ключ? Я ухожу прямо сейчас.</p><p>— Уходи, — легко согласился Глеб, но в его голубых глазах вспыхнуло такое упрямое, хищное пламя, что у меня перехватило дыхание. — Ключ остаётся на столе. Можешь уехать к себе, можешь вернуться в салон, можешь делать что хочешь. Но когда я вернусь через два дня — мы продолжим этот разговор. И прятаться больше не выйдет, Карина.</p><p>Он шагнул вплотную, не дав мне отступить, перехватил одной рукой за талию, притягивая к холодной ткани разгрузки, и коротко, властно поцеловал в губы — так, что у меня на секунду потемнело в глазах и закружилась голова.</p><p>— Береги себя и не влипай в истории, пока меня нет, — хрипло бросил он у самого моего лица, отпуская и разворачиваясь к выходу.</p><p>Через полминуты входная дверь за ним захлопнулась.</p><p>Я осталась стоять посреди тихой гостиной, вытирая тыльной стороной ладони губы и глядя на одинокий металлический ключ на журнальном столике. Оборону я удержала. Никаких соплей, никаких переживаний за его службу и опасные задержания — взрослый мужик, сам выбрал такую работу, пусть сам и разгребает. Я забрала со стола свой телефон, сунула в сумку и вышла из квартиры, захлопнув дверь. Между нами ничего нет и быть не может — я всё ещё надеялась, что за эти два дня его упрямство выветрится, и он переключится на кого-нибудь попроще.</p></section><section><title><p>Глава 22.</p></title><p>Карина</p><p>Два дня пролетели в привычной, плотной рабочей суете. Я с головой ушла в дела салона: проверяла накладные, разруливала накладки с записью, контролировала мастеров и старательно делала вид, что никакой пятничной ночи и никакого капитана Беззлобова в моей жизни не было.</p><p>Никакой тревоги за него я не испытывала — ещё чего не хватало, переживать за взрослого мужика в бронежилете. Наоборот, в глубине души теплилась слабая надежда: съездит на своё задержание, вымотается, остынет и поймёт, что со мной каши не сваришь. Найдёт себе девочку покладистее, которая будет с восторгом смотреть ему в рот и ждать со смен.</p><p>Но к вечеру второго дня уверенность в том, что Беззлобов просто отстанет, начала стремительно таять.</p><p>Я сидела в кабинете салона, глядя на экран телефона, и в голове против воли всплывали все его прошлые выходки. Рейд в баре. Обыск в субботу вечером, когда мои вещи летели на пол. Заблокированная машина у входа в студию. Запертая дверь его квартиры. Этот ненормальный действительно не понимал слова «нет» и абсолютно не боялся ни начальства, ни скандалов.</p><p>А в сумке на самом дне всё это время лежал тот самый металлический ключ от его квартиры, который я машинально прихватила со стола перед уходом — просто чтобы не оставлять на видном месте.</p><p>Если я сегодня не появлюсь, этот псих завтра с утра либо снова припрётся в салон при всех клиентах, либо устроит очередной спектакль у моего подъезда. Проще самой прийти к нему домой вечером, дождаться возвращения, вернуть ключ и спокойно, без лишних зрителей, поставить окончательную точку.</p><p>В восемь вечера я закрыла салон, заехала по пути в супермаркет — не с пустыми же руками идти, да и сама после работы была голодной — взяла мясо, свежие овощи и бутылку сухого красного, после чего поехала по знакомому адресу.</p><p>Поднявшись на восьмой этаж, я на секунду задержалась перед дверью, перевела дыхание, провернула ключ в замке и вошла в тихую, тёмную квартиру.</p><p>Внутри было пусто и прохладно — значит, он ещё не вернулся.</p><p>Я повесила пальто в прихожей, прошла на кухню, разобрала пакеты и принялась готовить ужин — не ради того, чтобы изображать заботливую хозяйку, а просто чтобы занять руки и не сидеть на диване в ожидании, как провинившаяся школьница. Нарезала салат, поставила на плиту сковороду со стейками, налила себе полбокала вина.</p><p>К десяти вечера мясо было готово, а в прихожей наконец послышался глухой поворот ключа в замке.</p><p>Я выпрямилась у столешницы, скрестив руки на груди и стараясь придать лицу максимально спокойное, независимое выражение. Главное — без слабости. Пришла, поговорили, отдала ключ и уехала.</p><p>Тяжёлая входная дверь открылась, раздались усталые, размеренные шаги, стук поставленной на пол сумки, а через секунду в дверном проёме кухни появился Глеб.</p><p>Он был в тёмном полевом костюме, уставший, с лёгкой двухдневной щетиной на скулах и тёмными тенями под глазами — явно вымотанный за эти двое суток без нормального сна.</p><p>Увидев меня на своей кухне у плиты с бокалом вина в руке, Беззлобов замер на пороге. Усталость с его лица исчезла в одно мгновение, а в пронзительных голубых глазах вспыхнул такой тёмный, хищный и до неприличия довольный огонь, что у меня внутри всё перевернулось.</p><p>— Надо же, какая встреча, Карина Александровна, — хрипло, с бархатной усмешкой произнёс он, прислоняясь плечом к косяку. — А говорила — между нами всё закончено. Соскучилась или испугалась, что я завтра к тебе в салон с оркестром приеду?</p></section></body><binary id="cover.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4AAQSkZJRgABAQEAYABgAAD//gA7Q1JFQVRPUjogZ2QtanBlZyB2MS4wICh1c2luZyBJSkcgSlBFRyB2ODApLCBxdWFsaXR5ID0gODUK/9sAQwAFAwQEBAMFBAQEBQUFBgcMCAcHBwcPCwsJDBEPEhIRDxERExYcFxMUGhURERghGBodHR8fHxMXIiQiHiQcHh8e/9sAQwEFBQUHBgcOCAgOHhQRFB4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4e/8AAEQgBQADcAwEiAAIRAQMRAf/EAB8AAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAABAgMEBQYHCAkKC//EALUQAAIBAwMCBAMFBQQEAAABfQECAwAEEQUSITFBBhNRYQcicRQygZGhCCNCscEVUtHwJDNicoIJChYXGBkaJSYnKCkqNDU2Nzg5OkNERUZHSElKU1RVVldYWVpjZGVmZ2hpanN0dXZ3eHl6g4SFhoeIiYqSk5SVlpeYmZqio6Slpqeoqaqys7S1tre4ubrCw8TFxsfIycrS09TV1tfY2drh4uPk5ebn6Onq8fLz9PX29/j5+v/EAB8BAAMBAQEBAQEBAQEAAAAAAAABAgMEBQYHCAkKC//EALURAAIBAgQEAwQHBQQEAAECdwABAgMRBAUhMQYSQVEHYXETIjKBCBRCkaGxwQkjM1LwFWJy0QoWJDThJfEXGBkaJicoKSo1Njc4OTpDREVGR0hJSlNUVVZXWFlaY2RlZmdoaWpzdHV2d3h5eoKDhIWGh4iJipKTlJWWl5iZmqKjpKWmp6ipqrKztLW2t7i5usLDxMXGx8jJytLT1NXW19jZ2uLj5OXm5+jp6vLz9PX29/j5+v/aAAwDAQACEQMRAD8A+yqSvzd1H9pv44QSqsfjfAK/9Aqz/wDjVRWf7T3xylmKv44yMZ/5BVl/8ZqVNNXRUoOMuVn6UUV+bx/aa+OIbB8bf+Uqz/8AjNXof2j/AI13VsscHjYR3I5G7TLPEntzFxUOqkCg3sfonRX5xw/tM/G2K4xceMdxU4ZG0uzBH5RVqXH7SHxhe3knt/GWFxlR/ZtoSP8AyFUzxEY2NaeHlNXR+hFFfAen/tC/GK4hjQ+MQJWf75061xj0/wBVVmP9oL4uLPGs/i3AY7T/AMS6149/9VWDzCmnZpnRHLqstrH3nRXwHe/H341QxKE8X5cnIb+zbTDD/v1VO6/aO+MiyxRxeMtpY/N/xLLQ8f8AfqqjjactiKmBqU/isfoRRX513n7SXxrSTCeNcD0/suz/APjVZbftP/HHP/I7/wDlKs//AIzXRGopLQ5JRcXZn6U0V+an/DT/AMc/+h4/8pVl/wDGaUftP/HH/od//KVZ/wDxmqciOY/SqivzW/4ae+OR/wCZ3/8AKVZ//GaX/hp3459vG2f+4VZ//GaXOg5vI/Sc0CvzZX9pr46t08af+Uuz/wDjNeg/DD9oP4j6j4X8WyeIfG0A1C1t4pNNZ7K1QhsSbwFEYDZIQcg49s1M6sYLmZpSg6krI+5qQ9a/N+//AGnPjYbyQWnjPEA+7/xK7Mj8zDXoXiP9oL4kRfBrQtZ0/wATeXrE28Xc/wBhtmLkO4HymPaOAvQClOso2v1HGm5p26H2/mjNfmmP2n/jrtB/4Tj/AMpVl/8AGaP+Gn/jr/0PH/lKsv8A4zWlzO5+llBr80m/ag+Oo/5nj/ylWX/xmlj/AGn/AI6u2D45x/3CbL/4zTuVY/Syivgz4f8Axg+P/iyRo7PxoXYIXKrpVmSABkn/AFVYnif9oL466PeG3fxv0OD/AMSuzP8A7Rrnji6cqns09TZ4eooc9tD9DqK/OaD9pT43t5a/8JpksSCf7Lsx6/8ATL2r0i0+PHj3SdNsk8SeLgdQuIFuGU6fbDYrE4XiMc8c++aKmJjDcujhKlVXR8nawuJlPotVtPGZz/u/1q7rgxKB/s1V0lc3JH+x/UVVN/uSKitVNeKGOaPYRgj+LvUZikgmCnj0I6GrS28scaXCDII5q9aeVeRCKRS2f4R6+orhdS2+x1RpJvzC2hh1sLauVi1DpDJjiX0Vj/WqQiubOaW3njeJl+VkcYqe6sJ7NskFk7MB+h9667w82m+KbdNH1m5Sz1JRtsb9+Fb0jlPp6N2rKVVJXWxtSpObs9GYNmu2RHRSYicEE8itWMCdrREiZnWRskHqBmqd3p194e1hrPVLRonjbDo44Yex7j3rejshDp9ve20u+KcsyFR80bc8H864qsluj08P2KckbPsjB4GcHuK466gSTX5lfPyKCMHFeiJDHdx7k/1igq6/1Fcj9jUeL5YGJIMajn8a0wE9ZLyM8xg+RNGXqFktswaWFhuGQGPNZ0VzGchLFHPpjNeo/GLSYrW/0qyt0EamzV2c+4Ukn86PAvgZHtBq6lbeMEtFNlvMJH8WTwuMdQDgHJPHHXQxEZU+ZnkYiEoTsjzVJJSyodJXexwqBcsT9Py/MVuaX4c169QywaNZQW4G5XuZ4og4z/BuYbz7Lmruv3Grw6v9jUSiZ+AkifOc92B5B74Pr2xWdFrmp29x5k0xlCkgsXYjOevBBI6n8a2529kQkurJpNF1WJJWFhYPsbG0SRh2Hsu7J/AGsu6kntbuS2utOigljOGV469u+F2q2mqWsuk39m9/cFQ6wXK70ClSdyALuwRjn5yeMLzmsnxEulX5ubSe3trKW3bYYrgOZJFHAET5OVGP7ynuE9MfatOzQ7PoeTrdtj/UW/8A37rqtF8eajpHh670iLRNDkiuBhpZ7QmQfQhh/KszxPosWmJHeWF2k9tIoLAkl42wDhjtAPU429QCeMGuYup7y4Hk7tsfrmt4xjUWuxk5zgyC6uZkkOxlXJJIC8VqSeI7iXwqmhNah1jYsjkc8nNZAtZjbvPI3CNjBohjZ2wBXQ0nuc/NJESW1wYy6xMUHemFGH3hiuw0fw/qN3p8pi3bCCxxWFqenTWzNHIDuU9xURxEJS5U9TT2M+Xma0MgikU7WBpZgQaj5roRF7HY+EPFl7oZ32sjrxg7Wx1/yaz9f1ebWNS86bqx9awVLLyDip7LLXS5Oa51hqcJuolqbfWJuKhfQ3bZRG0cigHYWJBHBAzW9aXbatGb/UWMs8pzuY5wAAAP0rJtk/0Fmz94SD9DW14atkTR4RJHuYjOc+1ck5JK56dBOyscZrqES7v9nNQaKubon/YP9Kua/t3ZUgjZ2NV/Do3XjD/pmf5iuyD/AHLPPrL9+kdFYybFjVum05B78mtH+zElHn2jbJFGSuev0rNVAJIx6Z/rV2yuninYBsDFePUct4npQSejNPTriCUNY36hZPugv0b2P9DUWqeGrmw3TW6SSWueeMmP0z7e/Srk/wBgv7bNx8kvGHHatvwB4rtdM1YaLrMiT2eRslxlkB7H1X2rB1JKLaW26OpKLXLInh8QaZrfgybS/Fqym9sYi2m6go3SDHSJ/Udcf5Nc14eadre2hRsiR8lex4NesfEvwN4fh8MTa5o+qWLLKu5reOQZHOOPr6VxPhG1gms7RL1VgjiYrHMP75BwG9q5o4iLpuVjro026i1IY4mtVlmtw5USFRv6/wC7WDqNpcjxgbqK2lYNEG2qvoCeK73Uo5bImBk3iZgrL2btkGq/jiEWmgy36LsaG3AUjgqWbb/Wow2JcZ2XU6MZhlKk/LUoG5t/GOuLql6E+x2UaQW0TPgSuijcW4I29eeM8Cr9hr93DrbTtdtLFGoVgEysYBPC88nAPBPXnjrWB4atnlsoY7ZljdVUgHGCcEE49/8AGp7iz1KG4ZWzsICKBISRz69u3T/6x9xUlFWR8o5ubuzUFvb6p4ln1HclvLKziQEj9wpGeT/CAo5IC4AO3GDuw38Kx3esP/ZyeRALaWSHIyUCLuAOO7AgsORlsdKsx6Dew5uY3baQQ4z93jB/n+vuaF1g2EcCdJl3kPjIyysgA/Aj26+tWlYXKU0lRdHD6an2S/ska8tN78+UGbzIs55C48wA/wC1kV0s2u6B4nisJfENvdaNfMmJvMdhBdqMbZA3KBjj5iFGeuRzmXUtBtLybRrO0+yTB7n7QX+UKRMdrBjj5thkjHsAe9M06eDwroMul6juuNLaQ+QzxGTyN2Cj9QVXnkc5+Yd8GJalWKVxH4at5Tb6PrMt1byR7WSWEyLk4KjAUgjKq3J7Djpjt/g/8Ivhv40uXsdTn1W31AwrMi21ygiZcDgAgsD7EnjnPOK88huPD0cr+boNhbzNmSO4tJZAHOT82NzDpj72PwrovhFdJLrl5qg1NoLq0ZHieS4yGBbayJgLyUJACtnO3kYzWE5On73Q0pwU/dZrftLfAHSPAPg/+3/DF9etCjj7VBdurjb6qwUEHnoc59sc/NVhNGshwRzX2D+134w/tH4UaV4emc/2jd3gE6OQGMcQB3ZHuU5wM84AFfJn9goP4hXoYWanFyjt0OOrHlaTWp6v8MvGmm6Hpd0jQ28rTwGIiVQ23PcehrzfxvqUFzqEkkYGD6VWTTHT7r4zUM2js3JbJNY0cBGnVdS+5pUxTlDlsc9KwYmoycVuyaM3YA1E2kMO1emmcbZj7s1Y0zm9SrjaYR1FLZWLRXat1qZP3WOF5SSOghjJjCDniUfzrr/DmnmXR7d2fbleBtzxXMuhOku2NriT5W7j1r1/wb4Xiu/DlpM8207AOtfPY3EKlFN9z6fBU7uy7Hz54jhSK4YIOq5P1p3g6NX1CUMP+WRP6ipfFflf2jciKaOdVHDo2QatfDiLzNZmGM/uCf8Ax4V7N2sO2zx6kU8UkjoYdInnuyI4iyrnkemKqXVm0V+V24+XPSvTvBOsWGjatPDe2MdyHDoA5OM7eCMVzOvxx3GvvIgADRk8CvnYYqcqji1ZHryoJK6OeRG8llPXrXKapMbfVd4YggAiu3MTLG+RXn/ifjUyP9kV6WX+9No4cY3GCZ0Vt4rv7mL7LJKSm3HWvWPAVm134bAhHnln/fQgfMvB5I7ivA9E5uG/3f6ivf8AwbHNbw6MYZpIHkvWRpEPbY3UdxXNmtCEIcsVY7MmrSnNyk7mzDZNeaHHH5ZkWC9GGZjuiRT/ACrH+KzCHTxpuQDdOoYZ4ZF5P67fzr0S1Frbad9mI23DPuJP3ZCx6ivMviCXfxG7AkQ2qNGrZyC/8ZA7cjb/AMBrxcsg62ITeyPXzSr7PDvuyt4VhNvcRSRcxnG5Wycf55rs9Ql0jep1C8s7UvkJ59wkZc/7O4jP4eo9a5zwtcC3syzKpkK7VZgDljwufxxXL6xrdi99NpMdpNNqt0FF1dm2N19mXqsMSD+6OC2Mk5P1+rvdng0KKjTvI9QijgiWSGNQRjaT/dOO/wCn5j2Nc3ruj2l2zOIArld24EFs8A9cg5PHNZ3g1biwvJ9GW5nu7eCBSsrJtYMCSF25OMKxGM5+UD2rdupDgSMiYAJVQFwOOcYJxVLUwqRsc39pn0bVoWupBFaRHepIPOdwwSOnBIz1A6chcbniPXNJuvCE00s0bTsQogLDzVjjhZYicE4OWVuuMKCucECNlt9RszA8as8Q3KRkYPf+lcWvhwT60d7yBBztK4/Wk4oyinJ2SE02y8LaldwWGqpfaezODHNbyxgNGeisjMozjq27POMGvS9U0zwt4U8KR2ukRSG7viqxzzSAvMMq6qgUYySFJYBlGACwJOPM/Guj/ZIkvNMuHSSDOQGxkAcf596ydH1u8mszF5k8SlQkzRxq8jjOdpc/MgJ5wobjPykZrOdF1I26A1Km7M9XvtOs/Gl1P4e1MKmoRW5aymMm4W+CN8asT8zFcYzuA2qc5JrwLWLfVdK1OfTtQWW3uoCFkjbqpxn+RB/Gve/hSWl8y+ukl8qELCrYKhFBCqFyOxC59gOmDXmHxzkeT4ra/wCaiqyXRQAYyAABzj1OTz61y5dU5a0qK2RpmNNOnGotziPtF52mb86DPef89n/OnoBTyte7c8hEZa9eEsJWNQTJfx7d0jDPoa9A8DeHlukXULyFxYK4V5cZVSff/PStX4s6V4ctGX+xLtbm3x8shTb+lcE8dGFVU0jtWEk6fPc8kMlz0MjfjXQ+GbWe4jBILHccnrWNsUuB617f8KfDNtHHC2oSp++G7A7Z/nxRj8WqFJseDw3taljnItIMmkXaSq42gspA710GmeIJ9P0+C1immjCIMjHf1r0vx3oGg2Vun9k3AlSSMGTORtb0ryy5s40ZV3oflHevn4VPrEffPorSh8B5V4sslt9QlSJAi7A2AK2/g3B5/iCf/ZtGb/x9KqeO7qwvNcnl06QvB5SgZGCDjkV0X7O9qLrxJfADkaczY9vNir36k2sHJvseO4x+uR5djfvbRk8Yywr8uJT/AOg1dt7F313AX/lgx/ICuj1XTsfEu5jCkD7Rx/3wKvaZppbxKq4x/o8h6ewr5iVe0Uz6FU9WzzjU7J4ogSuNwIry3xWm3VM56oK948WWJh0yKbOM7uMfWvEfHEQj1VCO8a17GUVFOd0ePm0bRKXh1c3vpwB/48K+r9B8IzS6TYX8VzI32SYztbHG1iQV49OtfK/hZN2qRj1ZRn/ga19iXWut4cE2kG1E0kgBt8uSvuW74BPbr+ZGeduc3GMN2VkklGEmzJ8QX0MmnQWsL4upMZB6wgHlj/T6H0xXAarEssyWirlI+vzZyfzNdFNG8Uks8sjSXEjbnkzyT/L6DoKzBHuk8zbuHTHYipwOHjho6bndif38/e2Kt1FHa6DPcZb/AEfbIcLkkBgcfoKq6fa+F/7divrKyuJpolR/MWUj7UQ4YAY74+Xp0xx1rpdJtoryR7WdAySJsINR+CPCcXgy4u3/ALRe6hfK28RXb5Y5PXv6V6MWjGUGtEdTp1tYvawx31pFb3EiHeY0GCx9enGf5fXMGq6JDBaPIk6mMjBLH9fr71javf8AmZmiVlI5waj/ALQuZrIxyTOu1MEZxUOo47CjRUndlKWxtXbEBcODkbfmH6dfxrntSaW0laOWRX29CUAz+VZ1x4x1LRdbH2OzE+wgH5sDnjkkjH51Jq3jmx1I/ZtU08WM+zO4qPm+hBOfzrSEZtXZi50k7GPf6pNNEIVQys/yhR1JNXdC+GmsXeow3JNtDukMbK8n3XwGOccjgjt3/LX+EdppGsePYEu4w1ulvPLHOWI8qVFyjcdeQBg+tc38UfE2pWXxR1WLS7hrSDR7x7K1SM4H7l2VnPrufe+DnG/HQCs/3s5unT00MpTpU17SornruhaPq/g6MPqaRXK+WSLSCVS1wo+YKWL5C5VT0JwOMGvnr4ka5qviPxfqOoX0It7h5wJI9hDAooQA55yAuD05zwOlWNX8T6hqXh+K1uLyaSa2l2xtM5kcxup3jJ4ADjIHX94eTXP53MzYAyc7VGAPoO1a4HAOhJ1Ju7Z5+MxirJKGxVMNwejgUoiuf+egq3jNP24r0zzy5Za1q9tpjafFeOtu5BdB0Jqney3VyAJLhiAOlOIBpkg465rJUYKXMlqbe3ly8tyikLiVf3h+9Xvfh+5khtbXB/5ZJ3/2RXhMg/eKfTNe9aXaqlnbswwBEmT2HyLXl5sk4KLPWyfWUmWdc1n7HYpc38jwxPu8skffx1x64rhb/wAQzzTiS0EflFRt3kqfyxW98UL5dX1aK102J/7G0eBFV3UgNvG5nHA5YjB9dua44mLA+fH/AAE0suwNOVK4ZhmFSnU5YkXxptLaz8aajFaoEXapbAwM7Rn9c10f7MEXm+KdU4zjS2J9v38PNcf8TtWtNa8U6lf2m/ypOVDjBAwB0rvP2Sl3eM9UXOM6Qy/ncQVpUUlgJKW9gk4/Xk47Hq+rWgf4p3JXk/aBx/2yFbml6Sf+Eijldd263kIPrwKfqNoi/EyQ5+9c9MekQq1q3ijw14YvopNd1e2sNsTZjYlpSG4BEa5YjIPIGK+O5JVGlFH0MqsaavJnHePtJQeGY5tmMNJz6cGvmX4jRhdYTH/PFP617p8Uvi/oN54MksdBWd9QllaNTdRhFiUjmQjJDcZAHXucYwfBDrepHVodRu4bPUXjXaI54Q6EY7gYB69a+myTBV6V5TR4WaY2jUXJFm38OvDeo3d3FemJo7cbWBZTl+QePbjr054zXv1hBLLLLqN7IZLqYFpZG6kgcf4fhXnXw98d6Pq90mn6pCNP1AtiMnmKUnHAJPynrwfbnJAr2G2tF+zhTxnpxXRiubntJWNMAoKn7rMCS2aZmcqAoPH1qpdxrFG2Yn47nOTXQ3flWasScKBxXJ6pqIYMEdB6HGDWUFc720txbO5VZzKJAhLYbPHP0/8A1/yq/wDb1kRnKuvqSwwfTuSDn+f0rz291sRXaqGOecnPXn/61OvdXae1Z45H6AdDgkdDxz9K6FA55YmKdjd1PWLRXIDkY9RgflWJqPiSBVwkoXHX5hzWTaWd3f3IDE4PTqeak1vw09rEXfcfUDnFPki9zCVeo17pyet63BNJJJCjM7/kfb3Hsa59p7+6BgZpGiJztzuI/E856DNdj4O8OS+K/Ew02yjzDEC00hHAUfj/ACr02XwDZ2VhBa+Yr3d3cJb/ACjiPLbRznrzXU6qpxOSOGlV944fwRqkHg+B7i6uo5ruNlJslUszkHeEPBA+ZVDZKsATwa5GGM3k0t1coXkkcyOxbOSxyT+dVJZJLi4luXky8rl3JHUk5Jpyu4GN1VQoKL5+rOHE13UShbRGkba32FmiBIx396uyaMmn6MurXqBGfmOEgcKeQSG4JI5CjIwckjodLTPDF4+ix31vaJd3kjfdm3BEGQDnkZPUbcE5H5cV45bXpNSkbWZMyl9oVBhFOAMAduAB+A9KaqKq+WLNIYf2MeeauS2Go6bJcvJdGNVb+DyuFz1IIbrjPXP0NaEh8O3d15cd59nJAYsFPXdyMDI4HGAPxriZF2sD/eGaGXDFeuK29muhg60WrNHSyabIYnmtLmK7ijGWaBgxUZ6kdQPciqjWs7dM1Fphcxy31tcPDd2xB+XI3LwM5HTBxz6sM44re0q9i1BWL+XHccncCArnsCOxzxkcdOB1La5TLR7HPKskdz5chzggV9JTwoPDYkHX7CMf9+xXzvPGf7QYN8vOfzr6jvdJlfwgUjjeRzp6qqquSx8sYAFeJm8rcvqe1ky+I477Gj/DfxfcSOwkS00wRgdfmDZrzA2sjKh/eD5R3Feu+K0ubTwVqlqLeaI3djp4R2QgMyA7hn8RXlkVreou37QT+I/wrsyyonTbZy5pH97Yg+LdrFB4+1yBfuid8H2rqf2XdRsdJ8Uavf6ndRWlnFpLGSaVsKo8+E/iTjgDk9ua5L4iXsmp+K9Rv5bd7bzRvKy8FRgD/P1rjlkzHtDBIdvUnlv8M5H9KKNF1cP7OXVFYqqoYnnie4/Fr41fbNfvU8HmSIOzL9uI2zdAhKA/6vo3J+blT8prx43N7dyyTzkTTsxZpJ5SXJPUknqayvPY5SCMBQSeecZ/z1pUWdh807j8a7MPgqVCNoo8+vi6lV3kzUMM3QLA57APk/0p8LbdqzQESYBBIzg/59Kz0+0RqFS4fH91uR+VSrfTID9rhDIABlB9e3TH5V1JHNoy/LFBKGcrHIvGMDp+XSvU/hn8TlisU0TXrhyYwI7e7bnjskhPTHTd0x16ZPkqvFKgNswfHO3fyB39z9DxSS4lbcAFP8S47981jWoxqx5ZG9CtKjK6PoPWNWmuCTCflPArl9VuHWN+VJPcN/n/AB/lXMeA/F0lvJHpWpM0lsxxDK7EmLngE91/lW34tulht9yN83OOf8DXlOk6bsz6CGIjXhzROO1zUI1uQu/kcmtrQrqGe3XkFv8AeBrkdL0bV/E+sCw0qzlurmY5VVHQepJ6AdyTW9qfhzVfCF75G4agkMW64ESnMZAyxAzllHPzYHHOBWzUNI31ONqo25W0PQNDktICJrmSGKJTlhluR9Dx/wDrHrWX458eaHc27abZu56qzkFQefXHA4/zjnEGqW+raYsKSkE5BGQMccH9K2fA3w+1vXEvZLbVYbTTLMqskrQb/MZuihcjPvyMfpWc/Z0/eqM3jKU1yQMiwgujpL3Vje/YY7X99Nd2cgbZHkDBAOCS21QCQCxUZGc1c8O/Eu8tYIk1O6F7Nay+fAzqVkdk5CHA28kYznge4wX/ABz0bTtA8YadpmlwxQRixiWcwxiPzmAGXIHGSRn615t5bvdbEVmZiAAoJJPoAK3pRjWhzdDkrYidKXLEVDtAArufh94LXVmg1TW7qKy0tpCkAeQK164xlEyfug/ePfovOSsHhn4YeONeuPItdAu7cKwV5LtDCqe5DfMR7gGt7476HB4d03QdJlWWS0sYfsqNG21RKcM7ZJON7FmPYEEVrOV7Ri9Tnw9NcznNaI9ah0xYoUijjCxxqFVQOAAMAV4f8dEtxrVppkOwTs48zb/D/nniu0+Dd4fDkdtqJ1S8vNDdhBqNpdHe1ixOFlTsFDkKwA4Byc448f8AH+pNqvjG81ldwS7uGljVuqoVDIp7ZCsF4/u1x4XDezqvU9HGYpzo6Kxi6naiGYjG4LjJ96r3CKYUlVSByvI6t3/n+laUlwLma7Dru/f+YSepC9f60unwK9lNDKcbH/d+2Tg/oB+leukeDcy7C4ktryOaI4YZGCflYEYKn2NaV7GsdyLyAMiSctGxyQc++M/X9ahutNmgnKTKpJIAwcjJH/1/0oSbzfNtiuGKGSNSNvI5ZT7YBA9sUctwub2hWi6+DCJFF5CrSQ7m/wBYoyWX6jk+4GevD/X+gH/Q7CRdvFum0k8H5K+KtEkNvqcYhmIkyHi2gjEg5Xj3GR9WFfXHhHWINQ8IW0lqyK8UC/KOoUjjjoOhH/Aa+cz2m1GJ9LlU1KDfUj+KOj3Y+FtpKXluJGHzyhCFTqACen0rwa8sZjNm0ilhQqMqzc7scnrX2D8YFWP4DyAInMcR6f7Yr5SbaTkyr+dXlkfZUrHJjX7adzgPHWrnWvE86MxWytJGijxz5mCRuJ75/QYHckwat4U1ez0m21a+tnjtrkEwE/dI6cfjx+FYhZTKNg+VScZ5yfU1r3OtX93YxWU07NBF9xCcgV7apzhyxp7dTzJ14y5pT3ZkxoBwo5+tSD8qevJ6AGn4rpscLI1yDkMfxFPWZP4lAHtQBSMo9KBpjZLZJP3lu+xuxHHP+c1Pb3JllWG4URTAYWTHyt7Ed+arLlHDIcGnyhZl2PwfTNDRSfctifZwqYuRkrgnjAyTnHT/AD0rsPC802vRW9teQqVtS8rsCAHRFLFCT3wPxGD61wltczGQRSOyTIQ0M6tgqwOQc+v+fpueHdZl+3xC2ZYrnd90KqiMg84BO3bycDgDc4IAAzzYilzx8zvwdX2c9djV1PxXd+FrzQ7jQgkTqftzqx3FuXiCP3yVEhJB5EoHG0V6b8Odctdd8a6XrtqCI5VbzIyeYnwAyk98Z69xjp0ryXxzaRyaTbSEZks4vJWQAgypvYjdnncN2PoB9TkeAfFd94S1lL22UTRZxJCxwHXvg9j7/wA+lebWwf1ij7nxI9R4x069pv3WfUepfBzwPr/iXz0hu9JaQkv/AGdIsYfP+yyso/4CBXWWmkad4Y0W80TSo3jtbdlALtvd27szdyfwHpUXgLXtP1t7W8s5kcEjcoILJlQwDY45DAjGQQQQTmrni12je8K/8tJl/Dmvlq1XESXs6r2PZpwpxfNTW54B+0eN3xHsVzj/AERf5Csb4O61caB4omlsrBb+4m2sYtvzNEm5pFXg5OMNjjOz1xW3+0cf+LmWSADItVH14FWfgjf/APCM+Lmstb02OzGpxFbe7dQd+SCFD9ugG32BIyBX1FCXLhk/I8KVNyxbZ7tp3iGzksJjZXCXNtK++B42BypAOD781wvizwhc+Jtfh1Q37oIoykcLxJLECRjdscFd2D1xn34FdLq9qtlJ+6RViPICjAznJ/OodJ8TrpdxukgWQD+9yK4FXmpcyPVqUITp7HlesfD7WvCPh3XZYrkXllJYy5/hMa7CAOSegAx9Pz8g8UWRSWS5T/VG4DhsfwSRrtP04NfXPjHxzp2seGb3TZLVFjntnhfA7MpBr5R1q+juvDtsjybZYYPsU4PfYcxt9Aoxn616uEqc0jyMXScI7WOegLQy73TBZgxDHaW65HtnmplleObc7fuplIDYxhT/ABdOn+NR2Mi3GY3GGXhuMY7ZPqOBnpU19G0MX2WfIRyShJztb19CD6/yr1InjtFnULlbjTlkbi4jzG428gdCQMeh7+vtWRdTbbgXKtn5xJ+J6j9MVAZjtAY4kUbSOzAUn7vysAZU9R6H/JobFYuSypFbRyW5IkgkDFvqB/LC19A/C3Um/wCER3QuqQC4eDYJOEUgOAeOSCdv45718/6bFHNbXCStiRU+RQMktkn8sK2a9O+Euqyw2Fzb/LLGIicHIQspGD/48p/7Z14+bQc6N10Pfyb+I0+qPrX4vTo/wIIPRlhU/wDfYr5a+yWn95/zr6F+Kkom+BwXJIIiww6EbxzXz7a6NuhU+fOPxrnwDcqd2Y4qLhUaZ4tGpA561MtRg08Gvotj596jycDpTgeM1HTwaYh1FJnPbH402RguCelIaAkHgcn0qMkFiQee47inONw4OGxkVGHZiABiUdf9oUmUkLdL50alOGHT/CpIz9o2ahGhR4SBKUUcehAPXHHHuKiV1TJ7HpU8Di2nGRujmG1lJ43Y/r0/Oi1zSJ27JFrvhsXU8scZQybioBIIAYgjIyp+UgYyOoHHzcPf6RqMlw81rp100AKoCsZcZx0yM8/jWj4XZIJbqOe8khtpfL2+WQGk+cfdYjggc9un0ruIraO0ebUpIvL0t5vIvxbKwWxuFIAkAXrC/YHgByFXhSeFy9i2j1oqOISbNv4CXt/4a8TaTBqJaOPUAsMbBT86NnYrjA+ZWJwew3g/wV794s+fdj+KZD+teTaBdWln4g0+9m2W0VzshdxI7xpcR5KZYnlWHI+8AAjfx16WNW0/VLi4tbS8tpru3bbPBHKGeMg4IIHIwfWvl8ybq1eZRPfwq5Icp478VdCufE/xnt9NtpYoN0O+SWQnEagLk8ck8gADuRyBkjutK8GHTdKXStVmXVrRGDRvMg3KR0IPZh6jFcb8Z7i/0z4l2d3p1wIpzbkrnoenB9qZZ/Gk26iDWtOeCUfxr86n3yK9Smpyw8eU89zhSrS5t2eyo8NxaLFIPujHviuf1jTIpEbaRx6c1w0XxQ0m++W2nBkYgKmMMxPQAdSav6vrr6THYTXVzKVvCVdXHCHaSMce36/nh7Ca3R1xnF9TI8VW09pY3TxnJEbY468V4h4otbq0vp7U78vsJA75Ax+uB+NeseM/FVtJaPGsg5xz6YNcVpZg8TaqYluEt7pImaNmIG4gdBnrx29q9HCJw1ZwYxqrojhYjIGCvujniJBbpx6H/PI+lTnUHktDbTHkfMo9D3qbUtO+x6nPaeb5kqyFWPqQM/1qrc2n+jhgnzgqB+Jb/wCtXqKdzw5rldik/B9h0ojbhgRwRSjnNJjBouQbnh2XyGu2SFXm+ztjJ6HG3P5E/nXXfDrz7nVZ7RIWMOwuq7xgDy3IXkcZy2cdzXCaVdfZ7kknAddpPtkf/Eiuo8BXNw3iRHEmwh2hGzg4MbAY/L9a5MWr0pHr5bK1WHqfQ99deJvFHg3TdMtbuzXTYbdHZ5GzJKU5Ge2cjJ965ddP8RxQQmDRTdRSIHWSOQEEEn/CovDeo3/9lz6bp90iKcvG00eMK2eAM9ua2LNby202yg/4S141SABVVFAAya+eo150VY9zE4WnWneSPmBGycnuMj6U8P7VAGGdmcccn0A4p55G4EhBwPevsLnxMolhW4oDVApNKGzTMrE2/npTXlKMSwyhGKjbkVGXZRgjKelDZSRKzYUbTuj9e6/SkkfzDvU4cHOR0qLJUlojuUjkelICMh179qRokOd90q45J7elW5A0iBVO1gA4PcHtVGLBmJP3Qcn1q9FJ1JHJ600wl7pcfaIC+7eVXePYH7o+oOfzFXk8V63Bdx/Z7x0RYEWJABtcqoALDGG4yOc8H2qlZgPaFCxC7iOD1HBx+lZ84dZQVJ+QkHJ4UdhUTinuiqdWUfhdj1Dwz428SahbSWzXTGKVQFC2cW7qO4Ud+fauNsNf1fQvH/8AadxO8dxHcfO7RgcDg/KMA5Xgj3qfwvDfTqq2YiTa+wPJOiDGOPvEHg4NVPiDabNViuxFHGtxH91DkBlJUj8OB+FefClFVHFrc9idSToxnfVHqnxo1O31PxNoupWxDR3Nl5g2nIGccZ715PeOz6hMrHKnPFaa3rGw0SBvm+zxOoOexbdj9a3vhZoOna/40dNU+e3jIzETgPnJy3sNvT1I7ZBVJRowaXQwrXrVUl1LXwj8HLcSv4lvbfbZwMY7cyYAZ+jOAeu3p9SeQRUPxr16G/urHSrCXIhk8yQr1U4x/U17V4utrm9sRp2hPBawpGIUfbiOID+6B1wPw4rlfDfgzwv4d1CO7kxqWoEb5bm5AfacclV6LyMg9QM81lGreXMz11huWlyLfuee+DfhtqmuQi81N7iC1K7gzDBkGM8D/P8AStjWG8M+GbD7G1lCfKUmIynLE569P1rp/FvivWbxWt/DOlXV0jnYHRSAze5xgCuHv/Alwun3uq+L5xJqMsJktYIZxsQ55DAYJZcg8fLyOTzjSDczKcfYx5Yq77nm1/cLc3st4o2qzs+1ewJI/wDQRmnb0kuYUdtr7l3HsGJ/lg5/P0pkxV5yWXPzyPt7fL2H4KB9KrJ5q7ASVaTBDepYnn8s13o8CTuyG7jCSRoo6oCfqae8RKlR1Q5b8QM/yq29shhe4UFkTIB2/wC0Nv5g1HcDzJLicDh2LDjpl8UEshtU3QXbg4KRBv8Ax9f8a6/wonk6jcxqfOeObzVAXJYoQxyewILflXHQj923u6gjvjmuz+HkjPrjvNjfNGx5Gd3G/p/ur0rHEu1Ns9DK1evE77Sp2iv5yCEXzcBFHUH5hj8D+lXJ9UVIrdPKuGxCBkREjqfSsmDzUu9ysAUVEfHQgLtVgOuNoHPchscVrTavfQyGOKRFQdBsFfNSj5H1FSTUnY+fIRvHTqcn39qnK7RvlIGPuoDTbQbYyV656np9akVfm3cMe5Ir7Cx8JLcbh3GcYFMIYdjU+xiep/CmtHt6iQ0GZEHI/hzQHi7+Yv1GRUqgHgKfxp5iJ6on4E07DTKpRT8yzIPzpzK23O1SD/Epz+narPkIR0iU+61bj0rUGi3rptwyYJ3LA+3j3Aqbo0V+iMiHcWODj1qxuxTbmPypTj6H2PpUQkxQS0bGmyAxOCoJ3qQCeD/9fiq95Iv2mcOBtyDx34p2lIGiCt5n3/NJGCAAO/15qpeyiRpyF+Z+cHtyOlDBLWxveGrgiSfaSoJJRFIBK4yevoQpxnsal8dXC3MUEkcDhFYkFyBwc5G0Z7nPX8Ky/D968OoCQiHa0TgholYY2kdDkelaniK4ubjQIbdlZHlZXWEDbuOeoUDB4OOK5OX96mepGXNh+UsQN53hzRwsaq8DS7iOr7ghB/p+Fd74M0+bRree4CkXZt45JQDggTNgD1+6pJHY5rz7wvHJJo0VvHBK7yzJtc8KDuZduT65XnpXtWmobmHVpZiGWS9Me/gbY4lH8m3frXNXdro6sJSUpKTNDVfFFno+jCe83SYyI40+9IxHAHoOeT7euAfM7jxf4gv3klt4VghkOQkcKkH6Z5P4etU9Y1CTxFrDTcrZQny4U7CP1+p5JPX64rJGqzX+t29vaACFGOFXPKryf0B7Vik4dL9T26GGjXSqVZtRbtFLdv8AyR0sfxOaPT3sJrCGO8jwLdIFKqxyOCM8H/PFc74jvde1O2e9vpFgtoWAbdkPM3dQOy9vpjrWTqFxbp4yeeNJH8t84Q4IIXHJ9OtQas09/ARLOsNvHksCMDPoo/i+vfr3rspJe7K2542Oc6VWpR5r8rav6GfcRL5kkikYw5GDnOXC/wAjVVVxelVOQjHZ7hcn+lXbLy5Y5oQR84UhjxwGBP8An2qvho5ZymC8ankHocn/APVXSmeI9y1JOoTy0fgvGNv+6Nx/8eY1FZx7cgngKshOD1zUZlwlu8ZzKJSxHckhc4/L9auS5TTZEAYFTsYADPlgjHJ6Z+amIp3FpLaXEiTKRtKElRyAf/11ueE51tb0sIdrQtuQkEZI6kn6DGP9qqmqRboZpWdTwrsDwS2f5AN3qOO5eCeO+iAZJcb8jnd/EDnGM9fo1Z1fei0dWDm4VVJHqGnTfaE8uE7MwlAzcAqTlOBzux78bMd6sSaNPKEc6kgJUcBDXHWOo/ZJ4vLYOqKGwGHKtkMOenbtgE5roTqL8Zm7DHy4yMcHoK8OrRlB2Pp3VjJ3PIrRZX2xQq7yN91UXJJ+ldXovgvVr/a0r21oh6+ZJuYD1woP86qeBSkSTSdHLbM98Y/+vXommzKV3AZx717NfESi+WJ87hcJCrrM6Tw18LPDDeG57nUNbeS442JDEEOOe5LdPf1pLf4R+FD84m1OQcsVMy4+nCiqMOu2ED7JNRtAR1VpQMj0qPW/iDcwXf2LRYoZ9ow8zAvuP3sKB1xjrXFS9tdts9SrQw8Yq0Sze/DfwlbIWWxuWwRnddv09eDUmjeGfCdrLk+HrSZj3uWaYE+mHYjr9a55fiBeGYR6rZLGpPLQgqV+qnOfz/Ork3jbQEXIuGkXuiwtuJ9eQB6VcvbPqCp4eOjR6DbR2NrC6aZaWVlHxmO3iSNSfXAUCs5pSshDZb8f8mvPLn4iusymwsB5Ib5jM5yw+gPH610Wma3HqVnHeIpVZB90noehH5iuacaq3NoTo7ROU+MmlLLZi+jjUyqoYvjkr3B/MH8DXlcMXmDeWwgGSSMZ9h6mvYfiFeCbRpIjwTEwHPUFOa8linhjjVuXkHQDgCvTwcm4WZ4eYwSqXXUtrIsMZzsMkg2Ad1X0/wA+lUUZ4XDxsmcY5AYH6g8UeY/n+bcfM2emelOtBFtkmdQ4U8A+tdTOBLqXvDltPLPK32m4gTJD+SCMr3+70Favhm1s4PGNhOh8yFJVdEQ+Y5+boQuecY61naVPd6jcJbparceUcxoy7lQE8/hzn0r1Dwb4Zl0+8iv9QjtgxO3aFI2j0GOM85P4VyVqihqz08LS9rbTYv8AgjwFdW9ismpTtCzEvsWQkIMY6kkf54q98Tb6HRvD7WVjcBHumMbEqMsGyXOfpx7Zrp3u4Ef/AEdwBgDgHP5Zryz4mXE134mgsJCFEIAICj5S3zM3fou38q82EnUnd7Hsyh7OKhDd6GBdTfYPDvBCPc55Y54I5+vy4x6bjVLQQltZT6lOvGwhA3Vhkbj+JKr+J9KNdMt7r8dkoCxRKqnAyAW5IX6k4H4Vk+Ib1BILdcBl4cryBjog9h3Pc5PPBrppR5lZ9d/Q7MXXWExHNH4aS5Y/4ur+8qebLLJLcsX+ZsnYOp69a09B0668QSGNG8q2QfO2MsR6e/1rHt5mlURyPstx19W9gPWui0vR/EHiCPyrGJrawGOCxRSM8dsv069M+ma7uW258o5zm27XbMh7WOzuZIY7iO4UbkDRuGBVgQfx5BqAli0kj8bnAcdeSG/+vXR6p4J1HRZDI7icom8qqkEr3xn0PX0yD345u8RRdlkYmKYkByMEHPQ+hyPyppp7M55wlF+8rERkLRlOV2neuD0OB/8AWrbtoo72yWSPOFXE2Gb+EbQx9lGGPrux3rGmiPlpIVKY4ZfSn6Ze/YLgbkEiHh1PQj6fTP50yUWrWR4mNvcoVdV8p1bIOB1H6n8DRpWxZprKU/uJRgkYBXnORn6n61JrFuskKTxMHAUbJNx5GOFOf4vTrkcdhWTHcvHOjAkHG3rz9R6UWNIPldzr7FSBicpJ5KOuVbhlAyBg46EZ5Pp3GK6/TfEM1vYQQi4VdqAESLyCOD3rzfTro/aIyCW3x/OD7Agj6Y4rore5s0RlMjIQ7EhcAcnI7ehFcNemnLU9ulVXLocjoF/9iEruc4wQPWtq1bVNaO0OIYcgcnCZ+nOf/rjpkVgaDps2p6ikEWVXBZ32k7VHU/574ra1vU4rdRpGl/u4kyJHBBJPQjI68dT3+mK3r6y5Y7meAoRjSeIxH8NaJdW+y/UvfY9GgYrdaoxbtsTGPbvS3NpJaWy39ldpNB03ocMD9OaxrWO18r99K7Eqe+BWp4Hk82a9tpDm1MR356enXtwTXNOM6ceZyv5HrYOthsbWWHhSUG9mm7p9L3evmW4tZguykGqW0cynIDhtpB/TGe5447VFrEllp9w0CaWrZAZHeZ8MPXBrGtbf7TbXDqMyRbWA9RzkVoq51Xw+SSWurAcf7UeP6AH8venKlGDTWi+ZWFx9bGUqlOpZ1ErpuKbaW61XbUjkW/vJCDax20foI9ij9Mn9a27LUF06witUfcEzz0yScms7R52vLLZ1dBg/0/Sm3QhlYW9uPPmJxtQ5x9Tniqne9uh4vPKfvSepFr2sm5tpAx5bgVzTJPkGUsw7APXXReEYTEbnVb4wxAZ+Q4A/Ejk+2Kkgg8JQyNE9vczeksmQv6EfyrWnVhTVlqc9bD1Kkry0MLwbbpc66ryIskcSlnVxuBBIXv8A72fwqrpWnPf6pLFbgrAGJJIBwM10XhmJrdL69hKIYoSrdiQQT/NRVDRb6OwWcsm9n24BxjAznnt1qXVk5ya8jsrUIRwVGMurk/yX6Hc+FbOzsCqQwKGbksy9SOcn26129vMq4RzE/cEY4OPof8mvNLDxNZLFJK0kkfljIj7n6Y6iq7+MvENwrS2trugjJBbymfHrlu9c8qUpO7Kp1lblgvuPQ9Y16OxtpGuHVdvXBz/9avNdIuTqXiq7vGkZj875I6gtgfTg/pWRrGvte2DRMWEpOWXHBNX/AAfdLJp0lnBbFZ1gkkdx952zwPpilUoyp0m7Hfk9SnXzCmqktI6rza6FHxJqVvA0kMC5vGl3tIsmdh/vZHBbrjqFH+0Sa5yOHeDK4Oxf/Hj6VvyeErppjG2oWK3LKX8kyHd0z6f5+lQ6VpV7cXctqfLjFrxJ5jDar/hkn04rspzpwho9jz8fhsbicReVNrmbsvP/AD7nU+APCpMsd5eW6tJ1SNuif/Xr1KLR5HXdsUfRa8htbvVbJptFF25jkIUqrZznpz2BzyO9W7y6vdIRrS3u5YFmjxII3ZQw54I7/wD1zWFSKqNPm3Jp0K9GMn7N+67PyZ6bNbWsjmG4dsryrLxtPqPX/wCv6V418R9LTS9WljjdXLEMNuBkdOg6EY9Mcj0qxctdaDqME0c+ZioZwCcdeVPPI96S0KX0t34g1Yb4oT93qHf+705A449x2zUUn7P31qjepg6let9VmuWXW/RWu2/RHLwXrIv72HORg9gw9/f3ouogr5Rt0Z+4/r/hg8f411rFvEegT3N5G8Xlu7wsAOgXgDvjPX6dfTlNLsrm+kMEb7I1I3O3Crk4H4k4/wDrDJrsp1lJPm0scmPyieHlTdJ80Zq6drX+RWt/OlcWsIZ2lYKqDnJJwAPzrobXRNPW+OnyG6uLhULTSQ4CQ8DsQS2CfUVkxWl7YeIFtoYvNnil+UFchsdD9P6V2sN0tnNc+XbwjUFiea7dCTsYDIGTnv6cdKzxFVxtya3O/Jsto1HJ4nTldndP7l5/kjhrVHi1DyXBDJIAQRgg55zWsZZcnBX3z61iWsc1zcu29U6s7yHAH+NOW4mA4kcZ961nG54nM1006HTae39i+DZLsYFxecLzyFOcD26E/iK5eylBZlY8k5z+Oa6r4iR+RYadboflUFfrgKAa4xTtYNWWFXPBze7Z7HEX+z1oYNbU4pfNq7fzuas9tI0LeW/TrxV6x1d7bR20y0tQk83E0gbLSfhj04/P1qppV0+VJGfxrbuLeIQNewBVKLlv9oU6qVrNHm4XEVaDc6bs2mvv7diG0nTSrLy8b7qTllB4X0BP9KXw8l3a6ktzc2slvbTghm8shCOoA/EDvR4X8ljd6vdKri2UMEPOWbOP5enpS6NJPq2um6uTmONGZ+yqMEAf1/Csqk9JR6I9rLsNyyo1rvnk/dXl1b8io1tcf2pNpVmzBnkMfXAIB6n6Cr39hxwJLJZ3/mPa/fcLtGcEkA5OTx+oqz4XnS617UrhJGR5AzRkdhnPbv0p88V5fKmn6dZvBYqctJIMbz/ePrjrwP8A62U6s+blva2530ctw7oyrcvO5OSile6tta33tsqm4utXltLSaXCoMFz6DJLH3AH6VbsIdN1C4nsrazMe2HdHK0hLHkDcenr06VlXuy0nXTdOkW4unO13Tg5PG0fnz/OtzQltdOiu7hMyx264luGHEj9SF9uPxyKWI92F4/L/ADIyXDqNdU6qTV3zN66W2XprdoqyWa2OiXjecv2kLsdEGcElRjPc4Jz9SO1VbiBdF0uKeaFHu7gY2OoIjHU5B79PpkirNnM2neEZNTEmZJzwGGcMHIz9eCfqBUWrwHWtL0yW1uICFTExdwmwnGc5+n49e9KEpc1ntfV/I7a1Gj7BSox99QTjH1lv621M6aK21fxEIdOHlwykHG3G0BcsQOnY8Vu2d/M+vxaZpsYFhaoRIOgPGCT68n8Tya5q2vbbRdSVoAt7JH8ryKSFPGCF/wAf0p174jT7E9nptilikh/eFX3M/wBT1xW9ShKfupXVv6Z5mBzKjhk6s5KM+a7SW6WqintZvfUXxFpLJr5stPgkYuqlFGeeOTn0zn9a1fCJhtjeW8TeZdxwMS+BtGCMAeoyevt71iyeKdWktVgMwBAwZAMOR7mquiXsul6jHeCMPtyGUkjdkYI/WtJ0qkqThL/hzlp4/B0cwjiaN0m9dLcqfbvbubXhyGRDda/qExCIGALNzJnhh+IOPx9sVU8Mu994oSaQF2LtM3OMkZI/XFQ61q1zrM0NrFEtvBuCRwocgE8ZJ71JcW82mazv0xmDIAF3YJHGO/WmoOzvo3+BlUx9CFalGm3KEHdvrJ9XZ+RvSstrdPqc+2OS6by7XjASMYBfH06D/GrmtIINRfULs/uY9ot0GCWbrj2AOaxrTTdR1ifzL2bysLwzKOg9hU0+jWtlMlvqOqwQTSY8tRnv3PoPfp1rmVC71ep31M9hGM6cIXi2pK+mut2189vJF3xDp9xqN5bzWoUweVzKxCqBknP61nPqOi29o+lT+dNAkm4Sx8eaR1z7VTezeSaWwg1GKQREl4wzAA5xwMY9KyFhMzMUb5AcZPetaeG5YqMnojmxWdxqVZV6VO0pfFfXpsvI2G8UyxXMf2a2SOxiXYtv2ZfUn19//r5oavrs17CttDBFaWoO7yolxk+pPc1FJCqwtt/Gs0it6dGle6R5dfOcZVg4Sno/6suy8tjoZPFd41thLeCO7K7HuVXDsMD9eP8A9VY9lf3VndtcwykOwIfIyHB6gg9RVfFLtwK1jRhBNJbnPWzHE1nGU5tuO3+fr5mhcajc6gyQbIoYQciOFAq59Tjqfc1paXcG2tPKCKQGPJrI0uJjPkdutbUcKMgOKxnNRdkNSlV96TuzR1aMa74Tt7i3+e4twAy9wQMH88A1wxBBIPBrWs7+70HUJEt5d6Zw6kcOO2RWrcal4Z1YmW9tJbS4bq0Z7+pOOc9+KiClh7pK8X2PaxcsPm0Y1HNQrRSTUtpW0TT797nMWsphkyOh61s2r3mqOtnACIc7pCfuqO5Y9h3/AAq20Xg22bcs17cY52nofqMKfyNVNR137Rbmw0+1FnZk5Kg5Z/qfy/LnNW5Ofwx+88/6pTw+taon5Rd7/NaIsrqOn2hn0+NZJrSZVDy52s5Uk7gOgHP3fYc0l5q1vFpz6dpls0UchBlldsyPg/oO2Kr6eqNByAWHWta40v7dY+Zbxqjrz8qgVDjFO7Rp9fr8vLCyVrLTVJ9EZEUE8flz20xWdBzzg5z1B7ccYqS81PWpoik9y4QrtIDAZH4VE8V7E5R4nyPQVOun3K4kkTcey1Wjd2jlhXxFKLhCbSe6uVbSK8tJY7y2kKSocgjqP8aL3UtQvo0tZGCxKchERUUfgAK0Dpt7dfO7GJO4PenNDDaxfKcf1out2rslVasIuEZNJ7mWFvWthayTsbdeViLkqDnPSqsyhW2q5P6V0eh6DrXiY3UlgLO3srTYLq+v7yO1toS2dqmSQgFztbCDLEKxAODiDxV4S1nw5bQXt4LG7065do4NQ0+9iuraR1AJTfGxCuAwOxtrYIOOa1irnPOpZ77aHOsMdarty2a9H0r4XDU9Os74fEf4e2puoUlFvc6yyTRblB2OvlnawzgjPBql8R/hvdeB45RfeK/CmpXkF4bO4sdN1AzXMMg3bt6FBgAqVJz1IFamLdzhlGTgVdSIhAC36Uun2yvcQxyTRQLJIqNLKTsjBONzbQTgZycAn2rS8Q6XfeH9Y1HR9Vg8i/064e2uI9wIDoxBwRwRxwRweKqxjNyfwlC3kNrdQ3C8mKRZMeuDmus1mJRrCzRkNFOgdWB4OABge2MH8awfFei33h3WJdI1MRLewRRPPGjEmFnjVzE2QMSLu2svZgw7V1ml+BvFJ020a+vfDumz7BJa2Gq67bWl3KjqCvySMDGCCCvmbNwIK5BFY1ouWxtQmorU09GQFFYcZrT3RxPeXtpcaNcBrVrDUbS+G+3uLcyK4jl2sHjIdEcMhVgy5B9MnTl1Sz1YaBNp0trrS30VhJZXZ8oxzSSBFD8HA+bOcHIq/wCHdNg0/VfB+hX/AIH0zUtbvLmWDSZBqJjsrtlvZY1GoQ+UTcBZkcAhk3RhFbIFYQoyve9jsnVila17mJ40nuZrC2uJF023ijtV07TrPTo2FrbwF2kZVLMzuWZ3cu7FiW64xjmtbto7KwKKfnWtW9W70rQvDltqcMUNvPAmqQSJLvLQu86/MMDadyNwM8YrT1jwL4l1Ly4ZjoWlX0+1oNO1HXLW2vHVwCu6J3BjJBUhXKkgjAOa0UZuVmZ80OW6ONuMR2Kox5wM/WsqGPzJME4UKST29v14/GtnTdC1jUvF9l4QFu1pq93qMem+TdhojDO8gj2yZGVwx54yPSr3iHwL4j0PSJdYjTTtT0mN1SfUdJvob2CInhRIYmLQ7i2AJAu48AHFXBWOeTucmgDFtzbQFJzjNPf/AFcfsCP1J/rTrK1u9QvbexsLWa7u7iVYoIIULySuxwqqo5JJwAB1rt2+E/isq1taXPh7UtWjL+Zo9jrlrcXy7ASwESOfMYBT8kZZuORWjIOX09jFIkgPG3n9TW8lrvQNEVC+hrnrCQEIAM8evQ1pxyN5a7MqAMYzXFV+I76PwmRr8UqXY84IHK9FOcfX3rNzWlq5DXAx6VHpVpFeXBgkYpkEhh2rppvlgmzlqK82ivcQYkOSBn5uDng81CuVbINT30bQXckG/d5bFM4xnHeq9abkbGlZymICQchutdf4e1NIpEkT8RmuDglMbYPKnqKvwSshDRtxXPVp32OmhUcHc9bS50uaFnNuvmHvnGKzL+9t0XbHEiiuAXVL1M7JSo9Kil1S6K4aUisPYyZ1yxMbWsb2p6ntyCwCjoK566uJJ2yzfL2FUpLpmYlvmPvULSu3U10QpW3OGdW70PbfD9zJo/wkg1KwWJLqw0G81q0keMSeTey6vaWLTAMCNwgUKpx8p+YYbBD9cvJ9Z+FF7qepCGa71DwbBql3IIVQzXkOvtZx3DbQAZRbyPGX6kMSSSc1Vtyf+FHS/wDYkzf+pLbU/P8AxZUf9k7P/qVCt0YvUq/Cn4heOI/C/i63TxbrQh0vw/b/AGCMXr7bbGo2MQ8sZwuI3ZOOzEd6zf2hPFnibVfid4x0PVPEOp3el2fiS9FrZT3LvDFsmkRNqE4GFJAx2NZXwp/5F74gf9i/B/6dtPqv8cjn41+Ov+xk1D/0pkpgN+FFlZax8UfB+j6jbJcWV7rtjb3ET9JI3nRWU+xBIr2LU/CWnnXrTxJLLDrNx4aS3t4LV0+fxGkir/YbrGQPM3qUimjHKpavn5mryL4Hf8lr8B/9jLp3/pTHXu3wf1fwfa3nwfi1TTXn8UQRumkvsDxTJcatexuZc9PIWNmjwc75gcYWncmxxnirwtpdj+0Z4A0Ce5i1yPUbnTG1e7ZhKmpTz3ZNy5bHzozMwBPVNtWPDviPU7jxj8NtGnNrNY+OLr7T4miltIn/ALTkn1i6t5DKSCeI41CgEbCCy7WJNUbEMfjf8Ejx/wAe/h/v/wBPFdnpvg7w5pMnwj8T6j4jcWejyxSJr8Ns8uj3CLrFxMYJH2iW1mw5wZFKMcqSmxmpblJHBWNxLceLvhFdTyF7i4sLATSYG6XyNYuLeLd6lYoo0BPZAO1dIm3/AIXH8H+P+Yxcdh/0HLquS0xifEvwVGPvWcH/AKfryvZPh/pES+Pvh/4lvbFb10vb6w0u1Iz5tw+rXrTTYI5SC3WSQkcq7Q+tFgbPLbG2tr7x98FNPu4I57W7tdIhnidQVkjbU7gMrDuCOorR8L61fXvi74a+GL1obrSvF0Am8QQzW8bHUZrm/uUkmlfG5pAqpsfOUKgqQck5+jn/AIun8B/lP+q0jv8A9ROejwWMfFf4F8H/AI9LP/043VAPUpaNO91+0V8MLy4ZnuJ5fDbSyHkuVW3TcT1Jwo579810/hrVLDSfDvhi00rRtLtddXwXcayl2YTs1SOKa6N3Y3qD5Z4ZLaA43DcrRqA2G45Pw7/yX74VfKf9Z4e7+8Ndzc+Gk0/RvDKS39kdY/4QltOnnilW4stHs5rq7S5vpp42MT/unkiSNGZmdz0ZUDoDidK0ay8K/Fjxd/YNxJ9ktvDV9qOjTbyJIoLmxEkJJyD5iw3ABPZuR0FdLr+pXEPibx/4JtRb2ui+FtG+1aJFBbxo9jc20luUuI5AN4lYly75y+9s54xz3hTU7Hxl8VvGN3bXEGjaTc+HL20sJLtG221pFbrDb+aEDtxHHGGKhuQSM13/AMYdC8PeGfGHxD1i51G/0y/1jRLq3gtdRtwLfUJGaJvMs7lPkkACgNGwV1Jxl+cMDxP4vGKH40+NERFSL/hIL35VAAAMz8ADsM1hfa4vRfyrW+Nx/wCLzeNf+w9ef+jmrk1PFZTgm7msKjirIn1FJFmBkABI4ANTaAcakv8AumodTYtcnNSaL/x/jH900t6TFf8Ae3LHii0kS5W6C/u5VAJ7Kw4P59fxrFPIrs9fZl0WdSnUADcPcf0zXGClh6nPTV+hVeHLP1Ep8bshyD+FJSVuY3J/tTH+Bf1qJ2ZuSaQ0lKyQ22xKKKKYj2D4Za/oWpeEh4V1m4sIZlgudPMF9dNZx3tlLLFcqkd1tdIJormESAyrscSFWI2hWsfErX/D2keDpfDuk3VhLdyafDokNnZXjX0dnYpdfbZXmu9qRzXElyVI8lfLVFYdSK8YNGKAO0+Gl7Z2eh+OI7u7t7d7nQ4YoFkkCmVxqdi5VQfvHajtgdlJ6A1W+M13a33xg8Z31hcw3Vpc6/fTQTwuHjlRrhyrKw4IIIIIrlDU1kUEwaQDaPUUnorgdP8ABu7trH4v+C72+uYbW1tvEFhLNNNIEjiRbhCzMx4CgAkk8AV3PgvWdIg+I3wXvLjVbGG306DF7LJcKqWx/ta+kxIScJ8jo3OPlZT0IrzXWLdDACPQsrCsIc1MJqSuipx5Wey2esaQPjB8IL86rYi00+DQxeT/AGhfLtjHcZcSNnCbRyc4wOtO8GeJ4NM8a/CPy9fgtdPNmljro+0gQ/ZpNavHlhuRnb5bROrMr8bWU9CDXjYHFIeKsk9T03UtNTX/AIRXDahaeVptrCt8/nLttiNbu5SJDn5PkdG5x8rA9DXrFh4+8MaJ8RNEbSvEVq2n2+vjSLGV7pNtvafaludRvmIciMXEzrGjd4I3B9/mfRz+7k/EVaWMn7qjis5VLOxfKdpqviK307Vvht4g0ia2vrvw9o9ncNCJAQs8N9PL5T4+6cbTjrgj1rt9Mu/CEDaR4h0bWtAc+HY5E0W+1TWmtpbKNpJJoku7DyGluJoXmfDW7GNtq5BAIPjMYZeq4rMvFLscdqcZXG4NHoOg+INFuf2g/BWoWt0LfQ9K1TSLVLq7xFmG2aFGnkycIG2NIQSdobGTjNVPif4mu7zwP4D8O2uvPcaZbaCr3FhFd7oYrr7XdZLxg4Emxl6jIVh2NedHhiDT5ONvuMn65qmzM674WXdpZ3PiM3l1Dbibw5fwxGRwu+Ro8KoyeWJ6AcmvRPEvimxufHnxa07/AISC2uNBv9OnntIGule1uLtXg8t4wTtMoAbDL82AccV4XnFAGaYHWfF65tr/AOLXi6+sbmG6tbjWruWGaFw8ciNMxVlYcEEHIIrmM44qTG2NR3pmKzbKC5dpJS7DHtVnRm23wYjopqtP/rDU+l/8ff8AwE0n/DaEnaZ2fjfxBDqnhy1tja29q1vH5YMY5mO7OT74P6CvPl61bu5TPMXJyB8q/QcCoVT5gfSpw1FUocqLrVvayuxSgCH2FQCrbHah4HTFQ+WeM1uY3IqKsLCp7UgjX0oC5Bj2o2+9SyjFQ0Dvceq7m2jqaWSNk+8KdbHbLu9AadcS+YoHpQGxFGu9wucZp5JjyqOwB689abEMSCkc5YUMDq5olbSBu5P2f/2WuTTrXYB+fJx8uNp+lcig5Nc2G6m9fRIeMEc01gBTsEdqME9cGupnLc3PCaq7zKRnofzrrIrKDZnYOa43wpKyX8iDuufyrvIf9UK462kj0MNrEpS2cC/wCsHVraGMFgoro7lsbua5vXZFCkZrOMm3YupFWOdtommvGjjhEpJPyscDHrmmXMRhkaORl3px8pyD+NaWgxgRzy8hhtAIP1z/ACFOvrb7R/ColOScLjP1NdTqJOzOT2d43MmGNpSdgzgZNWLOHzJsHopBPuKmWxkgwdwBPDBT2xzVlECMCvHGKU6ulkKMGnqGq2yRSLIBhGFVljQjNaVzi6tdg4ZBwPWssEKNrHBHBFZRbsXJJMqSknkjrT4H2M5/vIVz6Zpsh+bFNJxXUtjmk7yHH5RgCljyxwGCn3pAAetJIMLxVInqTFJRGXbBQnbkHvUilSMYqtGTjBPAqRWpikTnABIHNIigphjg+tR5yKRQ5+90p2IuxZYwW4Yn61F5OanOFFM3ZosPnZF5TjKqVJPvTHjeM4bafoc1OVY/d5PpSMjIAWAGalotTK6na2faprBxFeRTN0RwfrzSMFanKqhWXHUcfWpaui1LU6xpYkYhmrjzy5YdzmuptYwyJM3JZQTXLDOeDiubDKzaOjEPRHbt8KPiGmlW+qt4XuxY3GlSaxFMXTa1nGsbPL97oBKhwefm6da4rOOw/AV9jav8c/ADfAPw94QsNfJ1SHwudM1CM2M4GW0qeIxbimP+PlbcEjg5U5IDEdzL8cvhJ4i8d6JHpGvWFg8HiOW9uby6ie1juE/saeIXDvIigEO8cADHcfLGARius5bHwZoRxqsPH3jj9K9iXwd4nh8HQ+K5dFuRok2dt4o3Rj5ivOOVG75cnHPHcV7jqHxl+Gt/H8Vfsnju6lHiBZotM0/7BIIZ2bS7aESgmEOrmSN4/mcKAudvO45Xhv4oaNpXw38BeE4tVhtY4rljrV2LR5J7BUvEniaPcChJ25PyvjA4zXLXtfU7aEmloj54u32hsmuY11vvV9zaf8ePhPaeJkebxXvP9mWUJuvsl3KyzRpdiRyTCC5HmIMsozvz2IHP+Hfi78LdH0/wMmoeOjM2i36XMry2FwWihOkyW5jRY4AkYWV1XYmRhdxYsTSjSs9xyq8y2Pj/AMOxb9JYugUFyVx36VP5KoDivszwr8ZPh7e+BPB8mqeJHu72z0q2XxCs9rPJJqYWyuIXt2ZkxMfPl3EOdhJZt3BqzqfxY+Ht/wCG9Ps4/Gv2G9tMPH5drchs/YTEV81oWa3y5ZS8A3YJK/MxIipCLl8QoTaVkj4dlXDmmBM16t+0Trmh+J/jDruveHLhbnTLtoWilWFot5EEaudrgMDvDdRz1rzZoX44qNnYtK6uVAJI5AyqT64FNubMySb0AwwzWvGpCDcMUpVaOZ9CXE9jP7F/xRJz/b3g0f8Ab3c//I9Nb9i74pf9B/wb/wCBdz/8j19+GkxXejksfA3/AAxf8Uv+g94O/wDAu5/+R6B+xf8AFHvr3g7/AMC7n/5Hr75xRigVj4G/4Yv+KI6a94O/8C7n/wCR6P8AhjD4pf8AQe8Hf+Bdz/8AI9ffOKMU7hY+Bx+xj8UgwP8Ab3g7Hp9ruf8A5HqX/hjL4mn/AJjng8f9vlz/APGK+9BRTuJwTPgk/sZfE/tr3g//AMC7n/4xR/wxl8UB/wAx/wAHf+Bdz/8AGK+9R1o70rhyI+Cx+xl8UAcjX/B3/gXc/wDxinTfsa/E54io13wfnt/pdz/8Yr7z70h60XDlR8Cj9i/4p5/5Dvg7/wADLn/4xTl/Yw+KIYFte8HbR1/0y5/+MV98YpRRcqx8Pr+yL8SBYCD+2vCm/wAny8/arjGcY/54dKxU/Yu+KIHOveDgf+vy5/8AjFffNGazhTUL2LnJz3Pgj/hjD4of9B/wd/4F3P8A8Yo/4Yw+KH/Qf8Hf+Bdz/wDGK++KK1uZ8qPhfQv2PPiRY3huJ9c8JNhcLsurj+sHtW1efsr/ABGmt2ij1nwsh5wTcz//ABmvs6ispU1J3ZrCbirI+G7T9kD4jJI8kmt+FGYntdXHT0/1NRaj+yB8Tp1Ij1rwgB6teXA/9oV900UeyiEqkmj4h8Pfsk/EuwtXguNd8JyLuyuy6uDjjnrAPQVef9lT4hn/AJjPhX/wKn/+M19oUVDw8JO7KVaSVj4ml/ZM+Iztka14V/G6uP8A4zUQ/ZI+JA/5jfhP/wACrj/4xX29RT9hEPbSPiT/AIZJ+JH/AEGvCf8A4FXH/wAYo/4ZJ+JH/Qa8J/8AgVcf/GK+26KPYRF7WR//2Q==</binary></FictionBook>
