<?xml version="1.0" encoding="UTF-8"?>
<FictionBook xmlns="http://www.gribuser.ru/xml/fictionbook/2.0" xmlns:l="http://www.w3.org/1999/xlink"><description><title-info><book-title>Восхождение. Третье Кольцо</book-title><author><first-name>Полина</first-name><last-name>Чиркова</last-name><home-page>https://gigabooks.ru/tag/polina-cirkova</home-page></author><annotation><p>Человек. Археолог. Червь. Бог.</p><p>Одна нелепая смерть – и одна заключённая сделка в надежде вернуться обратно. Теперь ты не человек, а дхоул: червь-пожиратель миров, низшая форма в божественной лестнице мира Колец и Богов. Чтобы выжить, тебе необходимо пожирать, расти и подчинять.</p><p>Тебе придётся выстроить собственный Культ и стать молодым Богом. Но сможешь ли ты остаться собой, когда твоё новое тело меняется, а человеческие воспоминания постепенно тают на задворках сознания?</p><p>Сможешь ли ты преодолеть трудности и пройти по пути Восхождения, чтобы вернуться домой?</p><p>И сможешь ли ты понять истинную цену власти, когда на кону будет собственная жизнь?</p></annotation><coverpage><image l:href="#cover.jpg"/></coverpage><lang>ru</lang><sequence name="Восхождение"/><genre>priklyucheniya</genre><genre>fantastika</genre><genre>litrpg</genre><genre>postapokalipsis</genre><date value="2026-11-16">16.11.2026</date></title-info><document-info><author><first-name>FB2 Generator</first-name></author><program-used>FB2 Generator</program-used><date value="2026-11-16 10:41:52">16.11.2026 10:41:52</date><id>vosxozdenie-trete-kolco</id><version>1.0</version></document-info></description><body><title><p>Восхождение. Третье Кольцо</p></title><section><title><p>Глава 1</p></title><p>Останки деревни притаились в белоснежном безмолвии. «Буханка», натужно ревя двигателем, наконец преодолела последний участок глубокого снега и подъехала к чернеющему на светлом фоне остову одного из разрушенных домов. Больше всего он походил на гнилой зуб, торчавший из челюсти окружающей равнины, и Константин невесело усмехнулся, натягивая на пальцы перчатки и первым вылезая из автомобиля, так как сидел у самой двери. В лицо сразу впился мороз, и он поспешил поднять шарф, оглядывая снежную пустыню вокруг. От такого простора захватывало дух, и где-то глубоко внутри что-то сжалось — слишком непривычная картина открывалась.</p><p>Если смотреть примерно на север, то можно было разглядеть глыбу ледника, которая и стала объектом их исследовательской экспедиции. Пока Константин оглядывался, из железного нутра транспорта вылезли ещё три человека — вот и весь состав; большего их Институт позволить себе не мог.</p><p>— Костя, пошли, нам нужно отыскать этого… единственного жителя, а ребята пока приготовят что-нибудь перекусить, — голос у руководителя был громкий и зычный, он гулко разнёсся в морозном воздухе, и молодой мужчина вздрогнул от неожиданности.</p><p>— Да, Михаил Юрьевич, — кивнул в ответ Константин и последовал за своим руководителем, который первым начал пробираться через сугробы.</p><p>Деревня, вернее, то, что от неё осталось, выглядела жалко. Она располагалась довольно далеко от обжитых человеком мест, и, честно говоря, оглядывая царившую вокруг пустоту, Константин совсем не мог представить, чем здесь можно было заниматься. Кругом только снег и никаких признаков жизни! От одного взгляда на это место внутри застывала тоска. Казалось, что если они замрут хотя бы на мгновение, то превратятся в ледяные глыбы, другом которых будет только пронизывающий ледяной ветер.</p><p>— Михаил Юрьевич, кого мы здесь ищем?</p><p>— Тут живёт один старик, последний житель этой деревни, — пыхтел в ответ руководитель, пробираясь по снегу. — Его сын навещает раз в несколько месяцев, привозит припасы и пытается уговорить отца переехать в нормальный посёлок, ну тот, что мы проезжали часа четыре назад. Отец у него очень упёртый и переезжать отказывается. — Михаил Юрьевич остановился, тяжело дыша и вертя головой. — Вон, видишь? — он показал вперёд, и Константин посмотрел, но ничего кроме очередного большого сугроба не увидел.</p><p>Он уже хотел переспросить, когда разглядел тонкую ниточку белёсого дымка, который терялся на фоне снега и светлого неба. Зрелище было завораживающим, особенно учитывая, что их окружала пустота, и присутствие здесь человека, да ещё и живущего постоянно, выглядело очень странно.</p><p>— Сын старика сказал, что произошло землетрясение, и он приехал проведать отца. Последствия землетрясения он увидел у ледника, куда пошёл его искать. Часть льда обрушилась и открыла вход в некий храм, высеченный прямо в скальной породе. Этот мужчина сделал несколько фотографий и написал письмо в наш Институт. Но он предупредил, что отец у него не совсем… в дружбе с головой.</p><p>— А почему он с нами не поехал? — поинтересовался Константин, следом за руководителем пробираясь к единственному обитаемому здесь жилью.</p><p>— Сломал ногу, поскользнувшись. Я заезжал к нему в больницу, и он мне объяснил, как сюда доехать. Сам понимаешь, время терять в нашем положении глупо — наверняка другие желающие исследовать появятся. А так у нас есть шанс изучить что-то уникальное! — в голосе руководителя слышалось плохо скрываемое нетерпение, и в этом Константин его прекрасно понимал.</p><p>Их Институт переживал нелёгкие времена, и на кафедре уже поговаривали о возможном закрытии. Михаил Юрьевич совершенно не радовался этим разговорам. Он отдал Институту почти всю свою сознательную жизнь, фактически помог его создать и вывести на мировой уровень, а теперь… Спонсоры отворачивались, и последние экспедиции за археологическими находками не приносили успеха. Это был их последний шанс!</p><p>А Константин… У него была какая-то чуйка на интересные находки, это Михаил Юрьевич быстро понял и никуда не отпускал молодого специалиста, отмечая его ценность, его умение адаптироваться, докапываться до сути и талант к давно забытым языкам! Вот и в эту экспедицию руководитель взял его, надеясь, что навыки Кости здесь очень пригодятся. Тем более что остальные участники поездки не проявляли никакого рвения, тогда как Костя явно пытался выслужиться перед Михаилом Юрьевичем, что последнему очень льстило.</p><p>Пробравшись к дому, Костя отметил, что на дом это строение походило мало. Скорее, это была хижина, собранная из почерневших обломков. Снег вокруг был убран, лопата прислонена к стене. А ещё возле строения пахнуло чем-то кислым, и от этого запаха Костя закашлялся.</p><p>Почти сразу раздались шаги, дверь хижины с громким скрипом отворилась, и на пороге показался старик в сдвинутой набок шапке-ушанке и старом тулупе, покрытом тёмными пятнами непонятного происхождения. Редкая белая борода торчала неопрятными клоками, а глаза на худом лице с впалыми щеками горели странным лихорадочным огнём. Одного взгляда, брошенного на старика, хватало для понимания, что он не в себе. Вот только чем он болен?</p><p>Костя вздрогнул и благоразумно не стал подходить ближе, тем более что в левой руке у старика виднелся маленький, уже начинающий ржаветь, топорик для разделки мяса.</p><p>А вот Михаил Юрьевич, казалось, совсем не впечатлился грозным видом старика. Он шагнул вперёд, дружелюбно улыбаясь.</p><p>— Добрый день! — как можно спокойнее проговорил он.</p><p>Старик нахмурился, настороженно разглядывая незваных гостей.</p><p>— Вы кто такие? — хрипло спросил он, сжимая топорик крепче. По крайней мере, Константин видел, как побелели костяшки его пальцев — или это было от холода?</p><p>— Мы экспедиционная группа, приехали исследовать обрушение льда, о котором вы сигнализировали ранее.</p><p>— Я ни о чём не сигнализировал. Какое обрушение льда? Здесь ничего такого нет. Убирайтесь отсюда! Возвращайтесь туда, откуда приехали, и не суйтесь куда не надо! — лицо старика побледнело, черты заострились, а глаза заблестели ярче.</p><p>Он медленно двинулся на Михаила Юрьевича, впившись в него взглядом. С его губ срывались ругательства вперемешку с непонятными завываниями, и руководитель экспедиции быстро понял, что лучше не связываться со стариком, явно растерявшим остатки разума. К счастью, им удалось быстро выбраться обратно, по уже проложенной ими тропе. Михаил Юрьевич тихо ругался себе под нос, оглядываясь на его фигуру, застывшую в угрожающей позе у них за спинами:</p><p>— Вот чёрт! Он совсем из ума выжил, ещё с топором на нас кинется!</p><p>— И что делать будем? — спросил Костя озадаченно. Его немного обескуражило поведение старика, но, наверное, это всё от одиночества.</p><p>— Я надеялся, что он точнее подскажет, куда ехать. Но, судя по тому, что там есть нечто вроде дороги, просто поедем вперёд, — раздражённо ответил руководитель экспедиции, и молодой археолог решил не донимать его лишними вопросами.</p><p>Когда они вернулись к машине, где остальные участники экспедиции приготовили обед на скорую руку, Михаил Юрьевич не стал упоминать, что со стариком не удалось нормально поговорить. Он просто сказал, что не застали его дома, но дорога различима, так что они спокойно проедут к тому месту, о котором им рассказал сын местного жителя. Костя промолчал, никак не прокомментировав слова руководителя — может, так действительно лучше? Но зачем Михаил Юрьевич солгал? Странно, конечно, но руководителю виднее.</p><p>А сам Константин вспоминал фотографии. Несмотря на плохое качество, каменные своды храма были на них хорошо различимы. Даже на снимках чувствовалась странная величественность этого строения, хотя было совершенно непонятно, кто его там построил. Единственная деревня уже давно вымерла, а других крупных поселений в тех местах никогда не было — слишком далеко и трудно добираться. Так что исследовать эту постройку хотелось ещё сильнее.</p><p>— Ты чего задумался? — голос Тани заставил Костю вздрогнуть. Он моргнул, нехотя выныривая из собственных мыслей. Миска с тёплым супом приятно согревала руки, и он поторопился взяться за ложку.</p><p>Единственная женщина в их экспедиции — Татьяна Птицына — была невысокой, крепко сбитой брюнеткой. Весь Институт знал, что она как кошка влюблена в Михаила Юрьевича, да вот только он совершенно не обращал на неё внимания как на женщину, несмотря на все уловки и хитрости, что применяла Татьяна для его обольщения. Со временем она смирилась с тем, что не может конкурировать с наукой, и просто старалась быть рядом с любимым мужчиной.</p><p>Константину она не слишком нравилась — слишком хитрая и себе на уме, поэтому он старался с ней не общаться без нужды. А сейчас она подсела к нему совсем близко, нарушая личные границы, и с улыбкой заглядывала в лицо. Чего ей было нужно? К счастью, их диалог не продолжился — Михаил Юрьевич велел всем поторопиться с едой и загружаться обратно в машину. Им нужно было добраться до места назначения и разбить лагерь. На лице Тани отразилось разочарование, но она не стала настаивать.</p><p>Костя поторопился доесть свой суп, быстро протёр миску снегом и первым запрыгнул в автомобиль. Остальные тоже задерживаться не стали, хотя и не проявляли должного воодушевления. Ещё бы — их завезли в такую глушь, где нет ни мобильных сетей, ни нормальных поселений, а связь только спутниковая.</p><p>«Буханка» натужно взревела двигателем и весьма бодро продолжила прокладывать путь по снегу, под слоем которого угадывалось некое подобие дороги. Пришлось проезжать мимо хижины старика, и тот что-то кричал им, размахивая рукой с зажатым топором, но Михаил Юрьевич даже не притормозил, игнорируя его и направляя машину в нужную сторону. Вряд ли её кто-то чистил, но по ней изредка кто-то ездил, оставляя едва видимые следы. Неожиданно начался небольшой уклон, и вскоре автомобиль ехал между двух глыб льда, постепенно спускаясь всё ниже. А с равнины-то этого не было видно!</p><p>Слева и справа медленно поднимались ледяные стены, и вскоре «буханка» выехала на берег сурового северного моря. Нагромождение льдов мешало разглядеть воду, что была дальше, а вот дорога свернула и повела вдоль ледника. Храм они увидели неожиданно.</p><p>В этом месте действительно откололась огромная глыба льда, обнажив скалу, которая многие века была надёжно спрятана под ним. Толщина льда была впечатляющей, и он переливался в холодных солнечных лучах. Машина, ревя двигателем и буксуя в снегу, подъехала ближе, и сквозь окна все участники экспедиции наконец увидели то, ради чего сюда ехали. Стоило «буханке» остановиться, как Константин первым выскочил из него, с восхищением разглядывая вырезанный прямо в скале храм.</p><p>Неизвестные зодчие проявили удивительное мастерство, тщательно и скрупулёзно откалывая куски камня, придавая скале нужный вид. Стены вздымались ввысь, теряясь где-то под слоем оставшегося льда; вход зиял тёмной пастью, оскалившейся остатками витиеватых барельефов; а над входом виднелась замысловатая резьба. Константин напрягал глаза, пытаясь понять, что там изображено. Храм выглядел мрачно и торжественно, как ему и подобало.</p><p>Интересно, с чего был сделан вывод, что это храм?</p><p>— Михаил Юрьевич, а с чего был сделан вывод, что это храм? — озвучил свой вопрос Константин, доставая из машины очередную сумку.</p><p>Остальные торопились обустроить лагерь и начать исследование — азарт захватил всех! Руководитель экспедиции работал наравне со всеми, не отлынивал, и этим тоже снискал уважение подчинённых, которым было с чем сравнивать.</p><p>— Предположение такое сделал я, и поэтому так и стали называть. Иного строения, по моему мнению, здесь и не могло быть. Впрочем, когда мы датируем его постройку, можно будет сказать точно. Но видишь, сколько барельефов раскрошилось от времени? И произошло это задолго до того, как здесь образовался ледник. А это…</p><p>— Много тысяч лет назад! — распахнул глаза от удивления Костя, сообразив, что именно руководитель имеет в виду. — Но разве это возможно?</p><p>— Наша задача — это выяснить, — солидно ответил Михаил Юрьевич.</p><p>Лагерь поставили быстро, после чего руководитель экспедиции, взяв с собой Константина и научное оборудование для замеров и первых проб воздуха и каменных пород, первым отправился в чёрный зев неизвестного строения. Остальные были слегка недовольны, но понимали желание Михаила Юрьевича быть первопроходцем. Оба археолога облачились в специальные костюмы и респираторы, хотя вероятность того, что с воздухом будет что-то не так, была достаточно низка. Константин взял фотоаппарат, чтобы зафиксировать все их находки.</p><p>К чернеющему входу он поднимался с непонятным томлением в душе. Было предчувствие чего-то грандиозного, великолепного, и Косте с трудом удавалось сдерживать радостную дрожь в руках. Михаил Юрьевич шёл впереди и первым вступил под резной свод неизвестного храма.</p><p>Небольшой каменный коридор с каменными же скамьями слева и справа вёл в весьма большую залу. Она была пуста, если не считать пьедестала прямо по центру, и всё вокруг было покрыто пылью и каменной крошкой. Едва слышный треск раздался, когда люди вошли в залу, и Михаил Юрьевич озадаченно нахмурился, поднимая фонарь и разглядывая потолок:</p><p>— Нужно будет придумать какие-нибудь подпорки, а то, видимо, всё может обрушиться, учитывая, сколько вокруг льда. Это становится весьма опасным предприятием, — в его голосе слышался неприкрытый азарт.</p><p>Разумеется, дальнейшее исследование они продолжили без лишнего шума — Костя тщательно всё фотографировал, Михаил Юрьевич вёл записи и делал наброски. Им предстояло много исследовательской работы в этом месте, но важно было зафиксировать впечатления. Потом нужно будет отправлять данные в Институт, чтобы добиться достаточного финансирования этих исследований, да и людей понадобится ещё больше.</p><p>— Видимо, это было место проведения ритуалов, — проговорил негромко руководитель, исследуя алтарь в центре залы. Алтарь окружали колонны, покрытые рунами, и они явно не подпирали свод нося, по всей видимости, ритуальное значение.</p><p>— Мне кажется, что это место довольно долго было на открытом воздухе, и его точно затапливало водой, прежде чем вход был заблокирован льдом, — проговорил Костя, разглядывая колонны.</p><p>На одной из сторон залы Костя увидел ещё один проход и его неудержимо потянуло именно туда, как всегда бывало перед важной находкой. Внутри всё напряглось, а в голове слегка зазвенело, и он без всяких колебаний шагнул в маленькую комнату.</p><p>Здесь было ещё больше пыли, чем в главной зале, и следы на полу отпечатывались очень чётко. Несмотря на широкий и яркий луч фонаря, от этого места по телу Кости прошла непонятная дрожь. Слабые ростки страха пустили корни где-то в глубине души, но он постарался отмахнуться от них — что может быть в этом тёмном месте? В центре комнатушки тоже оказался пьедестал, а на нём лежало нечто вроде книги.</p><p>Костя подошёл ближе и, смахнув пыль, увидел символы, нанесённые на тонкие каменные скрижали. Сердце радостно встрепенулось в груди, и он, аккуратно поставив лампу рядом с каменной книгой, склонился над ней, натягивая перчатки. Он вглядывался в руны, отметив, что на них почти не было пыли – они были хорошо читаемы. Их смысл ускользал от него, но в то же время они казались ему смутно знакомыми. Он шевелил губами, пытаясь вспомнить — какой же это язык? Наверняка это один из тех древних языков, которые давно уже забыты. Пожалуй, ему нужно чуть больше времени, но он разгадает, что же скрыто в этих рунах.</p><p>— Костя? Ты чего тут застрял? — Михаил Юрьевич заглянул в комнатушку и, увидев, что молодой археолог даже головы не поднял, чтобы ответить ему, тоже зашёл в помещение. Маленькое пространство мгновенно вызвало чувство тесноты, и археолог поморщился. — Кость, давай ты сейчас не будешь ерундой заниматься, у нас на это будет ещё время. Поддерживаю твою страсть к древним языкам, но сейчас нам уже пора на выход. Обсудить всё и составить отчёт для Института. Пойдём!</p><p>— Сейчас, Михаил Юрьевич, буквально пару минут! Я посмотрю, сделаю фотографии и догоню вас, — Костя с трудом оторвал взгляд от надписей на «страницах» и криво улыбнулся руководителю, чем заслужил неодобрительный взгляд. Но спорить Михаил Юрьевич не стал и вышел из комнатушки, планируя потом сделать Косте выговор. Слишком уж тот строил из себя специалиста по языкам!</p><p>Костя же не в силах был оторваться от витиеватых рун чужого языка. Впрочем, его опытный взгляд сразу уцепился за знакомые изгибы, и теперь мозг лихорадочно работал, обрабатывая информацию. Вот здесь похоже на шумерскую письменность… А от этого символа явно веет арабским, или это всё-таки иврит? Складывалось ощущение, что кто-то писал на нескольких древних языках одновременно, и молодой археолог пытался разгадать, что же именно здесь было изображено.</p><p>Водя пальцем по символам, он медленно проговаривал знакомые буквы, пытаясь сложить их в понятное слово или фразу. Что-то про… Восхождение? Что это значит?</p><p>Увлечённый своим делом, Константин не обратил внимания на то, как под толстым слоем пыли у его ног медленно разгорается тусклое зеленоватое свечение, которое по мере его попыток разобраться становилось всё ярче. Словно то, что он читал, активировало это свечение.</p><p>— Восхождение… Продолжится… Не понимаю, что дальше, — пробубнил себе под нос Костя, и тут же над его головой раздался громкий треск. Археолог испуганно вскинул голову и отшатнулся назад, вступая прямо в самый центр странного светящегося рисунка на полу.</p><p>Последнее, что увидел Константин, подняв голову на треск — это огромную каменную плиту, летевшую прямо на него. Но боль почему-то не пришла. Вокруг сгустилась темнота, которую разгоняло только слабое свечение причудливого рисунка откуда-то снизу.</p></section><section><title><p>Глава 2</p></title><p>Константин с недоумением попытался повертеть головой, пошевелить руками и ногами, но не почувствовал своего тела. Точнее, он не ощущал никакого движения, хотя команды из мозга, казалось, шли. Костя захотел крикнуть, но звука не последовало. Словно он оказался в полном небытии, и паника захлестнула его разум.</p><p>Он не мог понять, сколько бился в этой темноте. Мысли вихрем кружились в его голове. Где он? Куда попал? Что произошло? Почему он не может разглядеть свечение у своих ног — единственное, что хоть немного разгоняет тьму вокруг?</p><p>Через некоторое время его разум немного успокоился и затих, окутанный тьмой, словно потратил все силы на приступ истерики. Он постарался мыслить рационально, взять себя в руки, но было трудно дышать и что-то словно сдавливало ему грудь, которой не было. Он снова попытался закричать, но ничего не вышло. У него больше не было органов, что позволили бы ему издавать звуки.</p><p>Костя начал восстанавливать в памяти последние события, и мешанина из мыслей постепенно начала приходить в порядок. Итак, они приехали в древний, давно заброшенный храм и первыми вошли туда с Михаилом Юрьевичем. И там…</p><p>Точно! Каменная странная книга с языком, который был жуткой помесью шумерского, арабского и иврита. И в строках, высеченных на каменной скрижали, говорилось о восхождении, которое продолжится.</p><p>Но что имелось в виду? Какое восхождение? Куда оно продолжится? При каких условиях это произойдет? И связано ли это с тем, что теперь Константин находится в этой пустоте, с едва заметным свечением откуда-то снизу, но даже не может посмотреть, откуда оно исходит? Может, его убило обрушившимся потолком, и теперь он… Где? Чувства времени здесь, разумеется, не было — лишь тьма. Молодой археолог сосредоточился на своих мыслях, от скуки обдумывая все возможные варианты, вплоть до суда, что могла замыслить против него какая-нибудь всемогущая высшая сущность.</p><p>Он не знал, как долго вокруг ничего не менялось. Ему мерещилось, что тьма не только вокруг него, но она уже начала проникать внутрь, заползая в самое его существо. Странное ощущение, но, быть может, ему просто кажется?</p><p>А потом что-то изменилось. Поначалу он не обратил внимания, но в правом нижнем углу его поля зрения появились буквы. Их было почти не видно на фоне свечения снизу, наверное, поэтому он увидел их только тогда, когда они мигнули несколько раз: «Загрузка интерфейса…». Константин недоумённо читал и перечитывал эти слова, пытаясь понять, что они означают. Долго ему размышлять не пришлось.</p><p>Тьма вокруг вдруг сгустилась, стала плотной и вязкой. Было ощущение, что он застрял в вязкой массе, но, по крайней мере, он неожиданно начал чувствовать своё тело. Ему даже удалось пошевелить пальцами рук, хотя они сгибались с большим трудом.</p><p>«Завершено. Загрузка вторичных модулей… Загрузка систем… Взаимодействие… Завершено» — замелькали буквы справа внизу. Костя даже не успевал их читать, отвлекаясь на собственные ощущения. Тело сковало холодом, а потом опалило сильным жаром, горло на пару мгновений сдавило, но он смог нормально вдохнуть. Тьма вокруг вдруг начала стремительно светлеть, превращаясь в клочья белёсого тумана, что окружал Константина со всех сторон. Молодой археолог мог двигаться уже более свободно, но не решался, ведь чувство того, что он где-то висит, никак не проходило. А потом туман рассеялся в один миг, и он оказался в космосе! Паника сдавила его, словно та самая плита, что рухнула ему на голову. Перед глазами на миг потемнело, и ему понадобилось некоторое время, чтобы прийти в себя.</p><p>Константин оглядывался, заворожённый картиной, что была вокруг него. Чёрный бархат пространства был словно пришпилен далёкими яркими звёздами к невидимой доске. Они смотрели с холодным любопытством, стоило отвести от них взгляд, а ещё они так и манили прикоснуться к себе кончиками пальцев.</p><p>Забывшись, Костя даже потянулся к ним рукой, но быстро стряхнул с себя это странное наваждение, после чего повернулся в другую сторону.</p><p>Полотно туманности раскинулось широко, закручиваясь в спирали. Она была фиолетовой, с золотистой каймой по краям и в центре завихрений, которых Костя насчитал три штуки. Зрелище было… пленяющим! Конечно, он кое-что читал про космос, видел фотографии и рисунки, но то, что он созерцал сейчас, не шло ни в какое сравнение. Он был очарован и, приглядевшись, готов был поклясться, что видит движение в центре спиралей — словно вещество туманности медленно втягивалось куда-то вглубь.</p><p>Пока он любовался космическим величием, вокруг него вновь что-то неуловимо изменилось. Не сразу, но он заметил тёмное облако, что стремительно приближалось к нему. И заметил он его только благодаря тому, что оно заслонило собой серебристые гвозди звёзд. Он не слишком понимал, что это такое, но не испытывал страха, продолжая парить в космическом пространстве. Между тем облако приблизилось и застыло перед ним, постоянно… шевелясь. Оно клубилось, то уплотняясь, то, наоборот, становясь почти прозрачным — настолько, что при должном напряжении можно было разглядеть звёзды за ним.</p><p>Скосив глаза, Костя попытался разглядеть, не появилось ли что-нибудь в правом нижнем углу, но там ничего не было. А потом в его голове раздался голос, который заставил его внутренности вздрогнуть и сжаться. Словно в его черепе был огромный зал, и голос эхом отскакивал от стен, метался в пространстве и раздавался одновременно со всех сторон:</p><p>— Ты смог пройти. Это большая редкость. Другие… ломаются.</p><p>— Кто ты? — спросил Константин, не совсем уверенный, как у него это получилось — вслух или мысленно? Из-за эха, гулявшего в его голове, он даже собственных мыслей не слышал!</p><p>— Имя? Их у меня много, и вряд ли ты выговоришь нормально хоть одно. Зови меня Азатот — так как я центр всего, — просто ответило существо.</p><p>— И… э… Азатот? — от этого странного, царапающего слух имени по нематериальному телу Константина прошла непонятная дрожь. В памяти всплыли обрывки каких-то древних текстов – имя было Константину знакомо. Но оно принадлежало какому-то божку давно забытого культа.</p><p>Он смог кое-как справиться с собой, хотя сердце, которого у него не было, глухо колотилось в груди. Интересно, как это существо мыслит и говорит с ним, если оно в таком виде? И, кажется, он уже привык к звучанию чужого голоса в своей голове, потому что ощущался он не так гулко и болезненно.</p><p>— Где я нахожусь и зачем я здесь? — задал он следующие вопросы, поняв, что Азатот не торопится продолжать разговор и словно ожидает их от него. Недоумение внутри смешивалось с любопытством. Вообще, Косте казалось, что это просто какой-то чудовищный сон, ведь такого не может быть на самом деле. Или, быть может, он сейчас лежит в коме, придавленный той плитой? И остальные члены экспедиции сидят рядом с ним или везут его медленно к ближайшей больнице, где ему смогут помочь. Ведь он не ощущает своего тела, а всё вокруг выглядит настолько… фантастически, что в реальность верится с трудом.</p><p>— Сейчас мы находимся вне Колец. Здесь нет никого, и никого не бывает. Третье Кольцо спит слишком долго. Или ленится, но это их не оправдывает. Восхождение замерло, и ты должен его начать. Расшевелить Кольцо.</p><p>— Восхождение? Что это такое? — спросил Костя, когда чужой голос перестал эхом звучать в его голове.</p><p>— Это то, что делает этот мир живым. Третье Кольцо — обитель слабых и трусливых, и они слишком давно уже даже не стараются получить больше, чем имеют. Только Восхождение даёт возможность этому миру развиваться, — Азатот вещал чересчур обширными понятиями, суть которых Константин не слишком понимал. — А ты должен устроить там значительный переполох. Посеять смуту — если твоему пониманию так будет удобнее.</p><p>— Я должен? — с удивлением переспросил молодой археолог. Он окончательно потерялся в своих мыслях, но всё ещё пытался верить в то, что это просто игра его воображения. Тьма перед ним колыхнулась, и он почувствовал холод, который пробежался по его спине. Словно его могли раздавить в любой момент, словно насекомое.</p><p>— Разумеется, иначе тебя бы здесь не было. Увы, все мои попытки расшевелить Третье Кольцо другими методами не увенчались успехом. К счастью, активировался один из старых порталов, который бездействовал очень долгое время, и ты попал сюда.</p><p>Константин обдумывал чужие слова, чувствуя на себе пристальное внимание. И это внимание было очень неприятным: археолог чувствовал себя букашкой под лупой, которую рассматривают, бесстрастно подсчитывая количество лапок.</p><p>— Что-то я не понимаю, почему я что-то должен делать. Верни меня обратно! — возмущение поднималось горячей волной откуда-то изнутри, и Константин вполне справедливо, по его мнению, пытался добиться своего. А в следующий миг его голову затопила ослепляющая боль, и молодой археолог скорчился в темноте безграничного космоса, и звёзды с любопытством поглядывали на этого глупца, осмелившегося спорить с самим богом! Константин корчился от боли, и ему казалось, что это продлилось бесконечно долго. Он бы заплакал, если бы мог.</p><p>А потом наступило неожиданное облегчение, и он с трудом сфокусировал взгляд на тёмном, клубящемся облаке, которое терпеливо ожидало его возвращения:</p><p>— Ну что, вернулся? Тебе хватило, или повторить? — высокомерно спросило существо, которому было весьма скучно доносить простые истины своего мира. — Невзирая на твоё поведение, я готов предложить тебе сделку.</p><p>— Сделку? — Голос Константина прозвучал хрипло; по внутренностям до сих пор проходила отголосками недавняя боль. Мысли в голове никак не хотели формироваться нормально. Существовали только бесконечное полотно космоса и это странное существо.</p><p>— Ваш вид никогда не отличался хорошим слухом, верно? — чужой смех заметался в голове у Константина, и тот вздрогнул, памятуя о пережитой боли. Страх сжался внутри него горьким комком, и молодой археолог судорожно вдохнул… Ну или ему показалось, что он это сделал.</p><p>— Я считаю, что каждое деяние должно быть вознаграждено. А мне необходимо, чтобы Третье Кольцо вновь начало выполнять свою функцию и вспомнило о своём месте. Моей благодарностью будет возвращение тебя домой с некоторым количеством золота, которое ваш вид так любит. Богатства тебе хватит, чтобы твоя жалкая жизнь была достаточно счастливой для твоего уровня.</p><p>— Почему я? И в чём заключается это… «расшевеление»? — растерянно спросил Константин, пытаясь привести мысли в порядок. В это всё совершенно не верилось! Это действительно просто последствия того, что ему на голову рухнула плита, и его разум придумывает причудливые образы, лишь бы не возвращаться в реальность.</p><p>— Неужели ваш мозг настолько примитивен, что для любой ситуации стремится придумать самое нелепое объяснение из всех возможных? — с презрением спросила сущность, и тёмное облако словно начало уплотняться, становясь непроглядным и… пугающим. — Разве та боль, что ты испытал, не показала тебе реальность окружающего? Впрочем, твоему примитивному разуму, скорее всего, действительно неудобно находиться в таких условиях. Насчёт расшевелить… Это наша с тобой сделка. Не могу отрицать, что ты попал сюда случайно, благодаря странному стечению обстоятельств, но Система положительно восприняла твоё появление. А это значит, что ты можешь осуществить мой план.</p><p>— Но зачем тебе я, если ты можешь это сделать сам?</p><p>— Первое Кольцо не может напрямую вмешиваться в остальные Кольца. Таковы правила Системы. Я самый могущественный на всех Кольцах, но правила не позволят мне этого сделать, — голос Азатота гулом отдавался в разуме Константина.</p><p>— Что за Система? — Константин решил, что если уж он и сошёл с ума и ему придётся что-то делать здесь, то лучше разузнать как можно больше. В его душе укоренился страх по отношению к этому существу, которое за один раз смогло преподать ему столь болезненный урок. Но, с другой стороны, он не мог перестать задавать вопросы. Боль была слишком реальной, чтобы относится ко всему этому, как к простому сну.</p><p>Но и принять мысль, что всё вокруг реально, разум Кости не мог.</p><p>— Система, — тьма колыхнулась, словно раздумывая, как ответить. — Как бы объяснить это твоему ничтожному восприятию. Свод правил, высокие стены. Клетка, если тебе будет угодно, которая держит здесь всех, — голос Азатота стал скучающим. Ему явно претила мысль объяснять такие простые вещи иномирцу, но он понимал, что это необходимо.</p><p>— И как нам заключить сделку, чтобы ты меня не обманул? Я понятия не имею, кто или что ты. И до сих пор не понимаю, почему ты сам не можешь заняться тем, что хочешь поручить мне. Так же как и не понимаю, почему именно я удостоился этой сомнительной чести, — собравшись с духом, выдал Константин.</p><p>— Как я и говорил ранее, обитатели Первого Кольца не могут напрямую вмешиваться в Третье. Дело в балансе, но тебе пока не стоит знать об этом. А ты… Ты иномирец и только появился здесь. Твой разум в некоторых моментах слаб, но в то же время он гибок. Ваш вид всегда показывал уникальную способность к приспособляемости и изобретательности, так что всё сложилось так, как должно было сложиться. Насчёт условия сделки: как я и говорил ранее. Я обязуюсь вернуть тебя домой, снабдив таким количеством золота или иных драгоценностей, чтобы хватило до конца твоей жизни.</p><p>Перед Константином неожиданно развернулась прозрачная табличка, которая становилась почти невидимой, если смотреть сквозь неё, и проявлялась, если фокусироваться на ней:</p><p>«Вам предлагают сделку. При выполнении вы получите: возвращение домой, определённое количество золота или иных драгоценностей. Вы должны выполнить поручение: расшевелить Третье Кольцо. Принять сделку?»</p><p>Константин вчитывался в буквы, переваривая увиденное. Значит, Система фиксирует такого рода сделки и отслеживает их выполнение? Расшевелить Третье Кольцо… Он понятия не имеет, что для этого нужно сделать, но это позволит ему вернуться домой! Что может быть заманчивее?</p><p>Азатот хранил молчание, но Константин неожиданно всем своим нутром почувствовал его… нетерпение? Тому явно хотелось, чтобы сделка была принята, и молодой археолог уже начал догадываться, что всё может быть очень даже непросто. Хотя нет – он был уверен в том, что всё окажется намного сложнее, чем есть на самом деле. Особенно с учётом того, что у него нет абсолютно никакой информации об этом новом, для него, мире.</p><p>— А что будет, если я не соглашусь на сделку? — неожиданно спросил молодой археолог, взглянув на тёмную сущность, которая уже сжалась в плотный чёрный шар.</p><p>— Откажешься? — тьма сжалась и запульсировала. — Будет новая боль, а потом тишина. Потом боль и снова тишина, сколько ты выдержишь, корчась здесь от проклятья?</p><p>— Проклятья?</p><p>— Возможности бога безграничны, если у него хватает на это власти. Конечно, вряд ли ты сможешь выбраться из Третьего Кольца, но твоя задача и не состоит в этом. Ты должен их расшевелить, иначе баланс пошатнётся, и это будет угрожать не только этому миру, но и всем остальным.</p><p>— Всем остальным? — с удивлением переспросил Константин.</p><p>— Разумеется. Ты думаешь, что сущность вроде меня будет довольствоваться только одним маленьким мирком? — со снисходительной иронией спросил Азатот, и Константину показалось, что он даже тяжело вздохнул, оценивая ограниченность иномирца.</p><p>А вот сам молодой археолог вновь уставился на табличку. Что ж, если приходится выбирать между бесконечной болью и возможностью вернуться домой, то выбор очевиден. Он потянулся к кнопке, но внутри у него что-то надломилось. Пошло едва ощутимой трещиной, прошивая всё его существо насквозь — то ли воля, то ли совесть. Он принимал сделку от существа, которое только что пытало его. Как же Константину сейчас хотелось проснуться от этого липкого кошмара! Он коснулся кнопки «принять» и вдруг почувствовал облегчение. И от этого ему стало тошно.</p><p>— Правильный выбор, — в тоне Азатота послышалась нотка удовольствия.</p><p>Для самого Константина ровно ничего не изменилось в окружающем мире, и он продолжал рассматривать плотный шар из чёрной субстанции, что висел перед ним.</p><p>— И… что дальше? — осторожно спросил молодой археолог.</p><p>— Я подбираю тебе подходящее вместилище. Твой нынешний вид совершенно не годится для Пути Восхождения, да и весьма непрезентабелен, стоит это признать, — отозвался Азатот.</p><p>Космос вокруг вдруг запульсировал — не визуально, а на уровне внутреннего ощущения, почти на уровне души. По крайней мере, иначе это чувство Константин охарактеризовать не мог. Пульсация проникала откуда-то извне и растекалась по всему его существу, и молодой археолог хотел что-то сказать, но не смог. Пульсация становилась всё сильнее и ритмичнее, и от этого чувства у него захватывало дух.</p><p>— Выполни условия нашей сделки, — по тону Азатота слышалось, что особых надежд на Константина он не возлагает.</p><p>После этих слов пульсация стала невыносимой, и космос вокруг стремительно начал темнеть, словно кто-то резко выключил свет. Константин хотел закричать, но не смог, и его сознание померкло. Ощущение длилось одно мгновение, после чего мир вокруг посветлел и вновь наполнился болью.</p><p>Но совсем не такой, какую заставил испытать Азатот; теперь у него болело всё тело, словно он сильно ударился, упав с приличной высоты. А ещё вокруг была земля, что словно стискивала его, и Константин тяжело заворочался, приходя в себя.</p></section><section><title><p>Глава 3</p></title><p>Константин сначала действительно решил, что очнулся, придавленный плитой в храме. Но довольно быстро понял, что ощущает себя необычно — он не мог пошевелить руками и ногами в привычном смысле, но осязал своё тело. Он находился словно в каменном кармане, и каждое движение отзывалось глухим шорохом. Первым, что обрушилось на его сознание, стала паника. Он зашевелился активнее, пытаясь выбраться из ловушки, в которой, как он думал, оказался. Земля вокруг осыпалась от каждого движения, и вскоре он почувствовал, что давит головой куда-то, где было свободное пространство.</p><p>Обрадовавшись, он рванулся туда, где была свобода, и наконец оказался на относительно открытом пространстве. Но тут же сообразил, что не может двигаться в привычном понимании. Оглядев себя — для этого ему пришлось хорошенько извернуться — он увидел желеобразное вытянутое тело, которое состояло словно из нескольких сегментов. Тошнота подкатила к горлу, которого не было. Он сделал несколько конвульсивных движений, словно пытаясь сбросить с себя это отвратительное вместилище, но ничего не вышло.</p><p>Ему понадобилось некоторое время, чтобы прийти в себя. В итоге он пришёл к неутешительному выводу: божество, с которым он заключил сделку, видимо, решило над ним хорошенько посмеяться, поместив его в это тел. Однако, его не захлестнула паника, только разочарование — он предпочёл бы оказаться в существе, у которого есть руки и ноги. Да и он до сих пор считал всё происходящее причудливым сном. А если он во сне, то почему бы не исследовать новый для него мир и не попробовать выиграть заключённую сделку? Мозг старался найти рациональное объяснение всему происходящему и придумывал достаточные оправдания, чтобы не сойти с ума. Версия о том, что это всего лишь безумный сон, порождённый его ушибленным разумом, вполне устраивала Константина.</p><p>— И кто я теперь? — постарался проговорить он вслух. Вот только слов он не слышал в привычном понимании, только непонятный скрежещущий звук. От него по телу прошла непонятная дрожь — видимо, к этому ему тоже придётся привыкать. Но в чьём теле он оказался? И по какой причине? На его риторический мысленный вопрос, обращённый к земляной стене, неожиданно откликнулась Система, о которой Константин уже умудрился забыть. Перед глазами всплыла надпись:</p><p>«Отныне вы — дхоул, Роющий Норы Ужас. Вам доступна возможность рытья породы; при этом вы будете поглощать всё, что встретите на своём пути. Однако ваша кожа слишком тонка, и вы не переносите солнечный свет, предпочитая жить в подземной темноте. Дхоулы — малая независимая раса, которая редко обладает не только разумом, но и способностью к Возвышению. Теперь вы обрели разум, поэтому ваше Восхождение началось. Если желаете вписать своё имя — внесите символы в соответствующее окно. В ином случае имя будет сформировано автоматически».</p><p>Константин несколько раз перечитал табличку, переваривая увиденное.</p><p>Значит, он — некое существо, что может рыть норы? С учётом того, что он похож на червя — молодой археолог осмотрел себя ещё раз, насколько мог — было неудивительно, что он только и может, что рыть норы. Но что делать дальше? Система требовала задать имя, и Константин попытался ввести своё, но оно просто стёрлось, и появилось новое сообщение:</p><p>«Данное имя не подходит! Введите подходящее имя!»</p><p>Подходящее имя? Что это значит? Откуда ему знать, какое имя подходящее? Константин некоторое время экспериментировал, вводя разные имена, которые он знал, но ничего не выходило. Система, видимо, поняла, что он не в состоянии задать нормальное имя, и в итоге выдала:</p><p>«Количество попыток исчерпано. Новое имя сформировано автоматически. Отныне вы — Йингаагг'мос, Роющий Норы Ужас! Восхождение — сложный и опасный путь, на котором вы встретите множество препятствий. Но не забывайте: чем выше вы поднимаетесь в Восхождении, тем больше силы и власти обретаете».</p><p>Константин не смог с первого раза запомнить своё новое имя, но, к счастью, оно теперь отображалось в левом верхнем углу. Когда он немного освоился, то обнаружил, что сообщения от Системы можно перемещать в любой угол обзора, уменьшить или сделать менее видимыми. И для этого требовалось просто немного концентрации и простая мысль. Всё это ему напоминало в некоем роде игру, но он никогда не проявлял к ним особого интереса, может быть, поэтому соображал с таким трудом?</p><p>— Где я нахожусь? — спросил он, оглядываясь. Скорее всего, можно было ограничиться и мысленной командой, но ему хотелось привыкнуть к звучанию собственного голоса. Что-то ему подсказывало, что голос ему сильно пригодится. Это было странно — издавать щелчки, жужжание и хлюпанье, но в итоге понимать, что именно говоришь. И дело было даже не в том, что он слышал слова в своей голове. Ротовой аппарат ощущался непривычно, но он не сразу обратил на это внимание — тонкий гибкий язык и рот круглой формы, усаженный несколькими рядами крепких зубов.</p><p>«Вы находитесь в буферной зоне. Здесь вы можете попробовать свои силы и научиться лучше управляться с телом. Совет: не следует затягивать, так как другие дхоулы готовятся пожрать эту планету».</p><p>— Ну, сожрут и сожрут, мне-то что? — подумал Константин. Если бы мог, он пожал бы плечами, но вместо этого только пошевелил своим телом, после чего огляделся. Он находился в каменном мешке — со всех сторон его окружали стены из камня и земли, а в том месте, откуда он выполз, растекалась лужа тёмной, почти чёрной жидкости. С учётом того, что здесь не было источников света, он удивительно хорошо видел в темноте. Пространства было достаточно для того, чтобы он попробовал ползать, но выходило не слишком хорошо — он пытался уследить за всем своим телом одновременно, и в итоге просто перекатывался с бока на бок, отчего чувствовал себя неловко.</p><p>Занятый попытками научиться ползать, он не сразу обратил внимание на сообщение от Системы, которое настойчиво мигало в правом углу обзора:</p><p>«В случае если вы не остановите подобных себе, они поглотят планету и лишат вас возможности создать свой Культ. Это необходимое условие для продолжения Возвышения. Рекомендация: разобраться с червями до того, как они разрушат планету».</p><p>Константин замер, припоминая, не говорил ли Азатот что-то о Культе, или ему это только показалось?</p><p>— Что такое Культ? — спросил он, но Система выдала снова:</p><p>«Рекомендация: разобраться с червями до того, как они разрушат планету».</p><p>И отказывалась как-то реагировать на другие запросы. Константин злился, не понимая, что от него хочет Система, и даже начал весьма бодро ползать по каменному мешку, совершенно забыв о необходимости отслеживать движения собственного тела. Тут, видимо, сыграли свою роль инстинкты, что принадлежали этому телу, так что Костя порядочно удивился, заметив этот факт. Но ему нужно было выбираться из этого подземного мешка! Что там писала Система? У него есть возможность рытья породы? Интересно, каким образом?</p><p>Константин почти уткнулся головой в стену, пристально разглядывая её. Что ему нужно сделать? Как рыть породу?</p><p>Пока Константин сосредоточился на своих мыслях, тело вновь начало действовать, подчиняясь инстинктам — рот словно открылся сам по себе, а потом просто вгрызся в смесь камня и земли. Рот не чувствовал вкуса, только то, как под его многочисленными зубами крошится порода. Он впивался в землю, словно в мягкое тесто, не ощущая ни малейшего дискомфорта. Впрочем, он вообще ничего не чувствовал, кроме того, что в его тело попадает огромное количество тела этой планеты, а после всё это куда-то бесследно исчезало. Чувства насыщения не было. Остановившись и оглянувшись назад, Константин увидел только ровный ход, и ничего более. Как-то это всё было необычно, но ему было интересно выбраться отсюда и осмотреть то место… или планету, на которой он оказался. Поэтому он начал рыть вверх, всё явственнее чувствуя удовлетворение от того, что пожирал землю.</p><p>Когда он выбрался на поверхность, вокруг царила ночь. В один прекрасный момент он вдруг схватил пастью пустоту и замер, настороженно прислушиваясь. Свежий воздух ощущался… словно он уже привык к спёртости внизу, и теперь ему подсознательно хотелось забраться обратно в прорытую нору. Тёмный купол неба развернулся над головой, и звёзды мерцали, равнодушно смотря на червя, что робко высовывался из норы.</p><p>Он аккуратно выполз, оказавшись среди густой сочной растительности, которая так и манила её съесть, но он сдержал порыв. Его задачей было найти других червей, ведь, судя по сообщению от Системы, они здесь были. Интересно, сколько червей нужно, чтобы уничтожить одну единственную планету?</p><p>«Достаточно одного дхоула, так как они поглощают материю непрерывно и столь же непрерывно растут. У одного дхоула это занимает порядочное количество времени, но он способен пожрать целую планету».</p><p>Система совершенно точно подслушивала его мысли! Но, с другой стороны, если достаточно одного червя, значит, процесс уже начался. Но пока Константин абсолютно не мог представить масштаб проблем, который может принести один червяк вроде него. Судя по тому, что он видел, он был весьма невелик.</p><p>— Сколько здесь ещё червей? — поинтересовался он.</p><p>«Трое. У них наблюдаются зачатки разума, но они неспособны к сложной мыслительной деятельности».</p><p>— И как черви… то есть дхоулы попадают на планеты? Их заносит космическим ветром? — Константин мысленно ухмыльнулся, ожидая ответа от Системы.</p><p>«Разумеется. Когда они в личиночной стадии, дхоулы очень малы и легко переносятся космическим ветром. Для них большой удачей попасть на обитаемую планету, так как обычно они довольствуются безжизненными обломками, что в изобилии есть на просторах Космоса. И часто погибают, не получая достаточного количества пищи, коей является всё — органическое и неорганическое».</p><p>— То есть если я не буду есть, то я умру? — Константин замер, переваривая услышанное.</p><p>«Подтверждено. Для дхоула важно постоянно питаться. Однако вы встали на путь Возвышения, и с учётом будущих изменений потребность в пище будет меняться вместе с вами».</p><p>— И что за изменения меня ожидают, когда я продолжу двигаться… по пути Возвышения?</p><p>«Информация заблокирована. Для дальнейшего прогресса рекомендовано избавиться от червей, которые находятся на этой планете».</p><p>И вот опять вернулись к тому, с чего начинали. Константин сделал вывод, что Система не просто так ставит ограничения, и ему действительно стоит двигаться в том направлении, которое ему указывают. Это лучше, чем ожидать непонятно чего. Тем более… ему хотелось вернуться домой, да ещё с богатствами, которые позволят ему утвердиться в мире археологии. Эти мысли его изрядно взбодрили, и он прислушался, надеясь уловить звуки других червей.</p><p>Если планета большая, то они вообще неизвестно где могут быть. О способе их устранения он уже думал и рассчитывал, что это будет легко — судя по тому телу, что было у него самого, он просто их сожрёт, вот и всё. Он старался держаться бодрее, убеждая себя, что ничего сложного в устранении остальных не будет. Но ему всё больше казалось, что он попал в какой-то сюрреалистичный сон, от которого никак не может очнуться. Он ползал по густым зарослям, пытаясь придумать способ узнать, где остальные черви, чтобы побыстрее разобраться с этим.</p><p>Ему было интересно, что будет дальше, и что за Культ, в конце концов, ему нужно будет создать? Система молчала, никак не реагируя на его риторические вопросы, и наконец он услышал звук, который абсолютно не вписывался в ночную тишину этой планеты. Равномерный спокойный хруст, который ему был хорошо знаком — ведь когда он прокапывал себе путь к поверхности, он сам такой издавал! Судя по всему, другой червь тоже выбрался на поверхность и теперь лакомился растительностью. Константин направился в ту сторону.</p><p>Внутри всё подрагивало от предвкушения — конечно же, ему было интересно познакомиться с представителем собственного вида, да и вообще посмотреть на то, как он сам выглядит со стороны. Он не знал, сколько полз в сторону хруста; все остальные звуки словно поблекли на его фоне. Может быть, это врождённая способность — слышать своих? Ну или что-то вроде того, потому что Система продолжала хранить невозмутимое молчание на все его попытки задать вопросы.</p><p>Странно, но он довольно быстро наткнулся на червя, и только увидев его, в полной мере осознал, насколько тот отвратителен! Крупное белёсое тело, которое никогда не видело солнечного света; округлая голова, большую часть которой занимал рот, усаженный острыми зубами — вот и всё. Тело действительно состояло из хитиновых сегментов, которые словно шевелились сами по себе, когда червь что-то проглатывал. И, судя по всему, этот питался очень хорошо — он был крупнее, чем Константин, и один взгляд на него вызвал внутри неприятное ощущение.</p><p>Но Константин по-прежнему не видел никаких проблем, чтобы разобраться с червём, ведь тот даже не шелохнулся, когда Константин подполз ближе. Молодой археолог некоторое время медлил, пытаясь заставить себя напасть, но всё никак не мог решиться на это — ведь это живое существо, да ещё и крупнее него самого? Как он должен это сделать? Да и никогда в его жизни не было такого, чтобы он намеренно отнимал жизнь другого существа, да и неразумного тоже, если не считать мелких букашек. Неужели ему действительно придётся это сделать? Может, есть ещё какой-то способ избежать этого? Тем более это не единственный дхоул, есть ещё. Константин колебался и следил за червём, пытаясь найти в себе решимость поступить именно так, как требовала от него Система.</p><p>Наверное, он бы так ни на что и не решился — духу ему элементарно не хватало, — но второй червь вдруг перестал поглощать растительность, оставляя за собой явственный след, и медленно повернулся к Константину. Может, услышал его присутствие или почувствовал? В любом случае червь вдруг раззявил пасть ещё больше и, издавая скрежещущий невнятный звук, пополз прямо на молодого археолога.</p><p>Константин к такому повороту был совершенно не готов и растерялся окончательно. Тем более он искренне не понимал, почему червь решил на него напасть. Но тут всплыло сообщение от Системы, которой надоело молчать, видимо:</p><p>«Данный дхоул видит в вас угрозу. Он чувствует ваш разум. Кроме того, он хочет поглотить эту планету в гордом одиночестве, а не делиться с собратьями — ведь тогда он сможет набрать достаточно массы и размера для того, чтобы пожрать ещё и соседнюю планету, например».</p><p>Сообщение появилось в самый неподходящий момент! Константин как можно быстрее уползал в сторону от своего более крупного противника и понимал, что тот так просто не отстанет. Не обладая достаточным разумом, дхоул жил исключительно инстинктами, поэтому, видимо, и расценил Константина как угрозу.</p><p>Дхоул подобрался и сделал короткий выпад, метя в основание головы, но благодаря более малым размерам Константину удалось увернуться, и зубы, которые были способны всё перемолоть, только скользнули по его телу, причинив лёгкую боль. Уползать вечно от соперника было невозможно, и Константин принял решение дать отпор, тем более что это и было его изначальной целью. Развернувшись, Константин сам бросился на противника, и за счёт неожиданности и маневренности дхоул увернуться от него не смог. Константин прокусил кажущуюся нежной шкуру, и ему в пасть хлынула отвратительная вонючая жижа, которая заставила его отпрянуть назад. Его колотило от страха и злости одновременно.</p><p>А вот его противник не был обременён моралью и только гневно извернулся, сразу делая новый бросок. Он прекрасно понимал на инстинктивном уровне, что если не устранит конкурента, то у него не будет шанса вырасти и продолжать то, для чего он был рождён.</p><p>Когда рядом с Константином с громким шлепком упала туша второго червя — он попытался раздавить противника — до молодого мужчины начало доходить, что это всё не игра. И его вполне себе могут размазать по земле, если он не окажется проворнее и зубастее.</p><p>Первый укус был уже сделан, и он вновь бросился на другого дхоула, снова впиваясь в его тело своими челюстями. В голове Константина билась мысль о том, что он не хочет этого делать, но всё равно продолжал нападать. Кажется, второй червь пару раз умудрился зацепить его, но всё было кончено довольно быстро.</p><p>Константин пришёл в себя, сидя на чужих останках и наблюдая за тем, как плоть дхоула медленно растворяется, словно эта планета не могла терпеть его мёртвое присутствие. В голове не было ни одной мысли — Константин чувствовал себя слабым и окончательно обессилевшим. Ещё он чувствовал брезгливость к самому себе — как он вообще мог решиться на такое? А ведь здесь ещё два червя есть, с которыми нужно разобраться.</p><p>Оглядев себя, он пополз к ближайшей растительности — неожиданно сильный голод вцепился в его внутренности и начал их выкручивать, заставляя его действовать по уже известному сценарию. Одновременно он старался не думать об останках за своей спиной, от которых весьма скоро совсем ничего не останется. Константин чувствовал подавленность и горечь — как же ему дальше теперь жить?</p><p>«Удача! Вы уничтожили своего первого червя. Эти противники не считаются сильными, пока они не наберут впечатляющей массы, но для существа столь же слабого, коим вы являетесь, — это хорошее достижение! Осталось уничтожить червей: 2. После уничтожения червей откроется доступ к созданию Культа. Рекомендация: стоит поспешить, пока черви не сожрали ещё больше планеты».</p><p>Сообщение от Системы заставило Константина вздрогнуть. Значит, ещё два червя? Дрожь прошла по его новому телу, к которому он почти привык, но которое всё равно вызывало непринятие где-то на задворках его сознания. Он перечитал сообщение несколько раз, после чего перевёл взгляд в темноту, в которой можно было расслышать отдалённый, едва уловимый хруст. Собравшись с силами, он пополз дальше. Потому что другого выхода у него не было.</p></section><section><title><p>Глава 4</p></title><p>Конечно, от мыслей ему было никак не избавиться. Он всю жизнь осознавал себя человеком, неспособным на убийство. Но можно ли его теперь считать таковым? Или он человек, который просто заперт в теле червя?</p><p>К счастью, человеческий разум достаточно гибок и способен приспосабливаться к различным условиям. Вот и Константин смог немного переключиться, когда наткнулся на деревню, расположившуюся на небольшой прогалине в лесном массиве.</p><p>Он даже сначала не понял, что это именно деревня. Ему показалось, что это гнёзда каких-то существ, но, приглядевшись, смог разобрать подробности: шарообразные домики были построены на высоких сваях, а под ними были разбиты огороды. В дальнем конце этих строений на земле горел неяркий костёр, и рядом с ним виднелась неясная фигура — видимо, страж нёс свою ночную вахту. Первым порывом Константина было направиться туда, познакомиться с людьми, попросить у них помощи. Но он быстро взял себя в руки.</p><p>Наверное, они посчитают его чудовищем, и он не получит никаких подсказок от Системы, пока не разберётся с текущим делом. Да и обитатели этого места могли оказаться не совсем людьми — растительность вокруг была хоть и привычных для него оттенков, но всё равно отличалась от той, что видел Константин ранее. Он всё ещё никак не мог поверить в то, что находится в другом мире, в котором царят свои правила и законы.</p><p>Но как учёный, нет, даже как исследователь, он уже начал ощущать внутри жажду познания. Она была ещё совсем слабая, тем более он был больше занят собственными переживаниями, но этот интерес точно никуда не собирался деваться. Константин ещё некоторое время понаблюдал за деревней, чувствуя сильное желание… попробовать эти дома на вкус. Вздрогнув от собственных мыслей, он развернулся и пополз обратно, по пути поедая сочную растительность. Итак…</p><p>Оставалось ещё два червя, с которыми нужно было разобраться. Вот этим вопросом он и решил заняться.</p><p>Странно, но он настолько смог отгородиться от мыслей о первом убийстве, что его почти не беспокоило то, что ему предстоит совершить то же самое ещё с двумя червями. И это было страшнее всего. Не боль или отвращение, а его появляющаяся привычка. Он быстро привыкал к реалиям нового мира, в которых смерть — это обычное дело. Словно каждый укус, что он совершал, каждое движение здесь — стирало частицу того, кем он был раньше.</p><p>Вновь слишком занятый своими мыслями, он не обратил внимания на тонкую полоску света, что медленно разгоралась на горизонте. И когда луч солнца коснулся его тела, ему показалось, что его насквозь проткнули раскалённым прутом. Он даже сначала не понял, что дело в солнце, и метнулся в сторону, оглядываясь и едва сдерживая болезненный крик — всё равно глотка существа, в котором он воплотился, не была способна издавать нормальные звуки. И только когда второй луч коснулся его тела, он понял, что именно несёт эту боль. К счастью, он быстро сообразил, что необходимо убраться с солнца, и довольно сноровисто проел себе ход под землю, где и укрылся.</p><p>«Напоминание: кожа дхоула чрезвычайно восприимчива к ультрафиолету. Пока они не наберут достаточной массы, им не рекомендуется находиться на солнце или под другими источниками света соответствующего спектра».</p><p>— А раньше ты мне об этом сообщить не могла? — возмутился Константин, терпеливо дожидаясь, когда боль в теле утихнет.</p><p>К слову, от ранений после битвы с тем червем не осталось ни следа — и всё благодаря тому, что он ел. Значит, это помогает быстрее заживлять раны. Странно, что боль, хоть и воспринималась остро, но довольно быстро проходила, словно его разум намеренно стирал о ней воспоминания, чтобы он мог действовать дальше. Или, быть может, это была особенность именно этого тела? Система на этот счёт хранила молчание. В правом верхнем углу обзора, если приглядеться, можно было увидеть надпись: «Убийство двух червей в процессе…» — видимо, какие-то задания здесь всё же отображались.</p><p>Некоторое время он провёл, поглощая землю, камни под землёй, а также мелкую органику, одновременно тщательно прислушиваясь.</p><p>Наконец он различил знакомый звук, обозначавший червя, и направился в ту сторону, вгрызаясь в планетарную твердь всё глубже и глубже. Иногда ему казалось, что каждое его движение челюстями заставляет планету едва различимо стонать. В такие моменты он замирал, но слышно было только, как осыпается порода в прогрызенном им ходе. Больше ничего.</p><p>Наверное, его разум играет с ним злую шутку, и не более того. Да и в таких обстоятельствах это было немудрено. Звук становился всё ближе, и Константин влетел в червя совершенно неожиданно, не сориентировавшись, что цель была совсем близко. Он прогрыз ему основание головы и понял это, только услышав хлюпанье и почувствовав судорожные движения чужого тела.</p><p>В этот раз всё случилось быстро, и, хотя внутренности скрутились в ледяной комок от неприятного предчувствия, всё закончилось прозаично. Раз — и нет никого, только сам Константин оказался заляпан чужими внутренностями.</p><p>«Ещё один червь уничтожен! Вы на пути к успеху! Остался всего лишь один представитель рода дхоулов на этой планете. Рекомендация: необходимо поторопиться, пока последний червь не проел слишком много ходов в планете».</p><p>Интересно, почему Система его так торопит? Конечно, если планету сожрут другие черви, то его задание станет невыполнимым. С неожиданной ясностью Константин осознал, в каком невыгодном положении оказался.</p><p>Система твердит о некоем Культе, который ему понадобится для выполнения той сделки, что ему навязало существо в космической пустоте. Знать бы сейчас об этом больше — быть может, у него появилось бы больше мотивации стремиться к уничтожению последнего червя! Он обследовал останки, которые исчезали достаточно быстро, и отметил ту самую жижу, что встречал и ранее. Наверное, это была их кровь. Но тогда получается, тот червь, в котором он оказался, от чего-то пострадал, что и позволило Константину попасть в него — не без помощи Азатота, или как там его звали?</p><p>В то место, где у него в человеческом теле были виски, ввинтилась лёгкая боль, которая почти сразу затухла. Словно напоминание или лёгкий отголосок того ужаса, что он испытал ранее. От этого воспоминания его внутренности скрутились в ледяной комок, а само тело червя инстинктивно съёжилось, словно пытаясь спрятаться. Константин убедил себя, что просто устал, но желания поспать он не чувствовал. Интересно, почему?</p><p>«Любое существо, вставшее на путь Возвышения, не нуждается в привычном понимании отдыха. Оно должно следовать догмам, заложенным в само основание этого мира».</p><p>Он заметил, что уже начал привыкать к этим неожиданным сообщениям, которые не делали всё более ясным, но несли в себе хотя бы крупицу информации. Что ж, ему следовало отправляться на поиски третьего червя, а заодно хорошенько подкрепиться по дороге. Чем он и занялся, тщательно прислушиваясь, пытаясь выяснить местоположение последнего противника.</p><p>К счастью, его поиски не заняли много времени. По какому-то причудливому стечению обстоятельств, и третий червь был не слишком далеко, хотя его передвижения были весьма хаотичны. Его поразило, что он уже совсем не испытывал дискомфорта от долгого пребывания под землёй. Он и раньше не испытывал неудобств в замкнутых пространствах, а сейчас и подавно. Быть может, дело было в том, что он был в теле червя — существа, для которого такая жизнь была естественной.</p><p>Кстати, на планете он не выносит солнечного света, а как быть, когда он окажется в открытом космосе? Ему не будет вредить свет звезды?</p><p>«Уточнение: при наращивании массы дхоулы укрепляют свою шкуру, за счёт чего исчезает уязвимость перед определённым спектром световых волн».</p><p>Сообщение от Системы подтвердило догадки Константина, и он почувствовал смутное удовлетворение. Конечно, до полного понимания местных законов было ещё далеко, но и эта малость его обрадовала.</p><p>Третий червь обнаружился на поверхности, и к удивлению Константина, он не занимался бессмысленным поеданием. Судя по звукам, которые издавал червь, он находился в пещере. Рыть проход в убежище червя Константин не стал, и он предпочёл дождаться захода местного светила, чтобы изучить обстановку. Большая пещера оказалась отличным укрытием – густа заросшая растительностью, она была почти незаметна, если специально не приглядываться. И у пещеры виднелось строение, напоминающее примитивную хижину, что порядком удивило Константина. Кто в своём уме будет жить рядом с чудовищем?</p><p>Он замер в кустах, внимательно рассматривая хижину, возле которой копошилось существо, облачённое в лохмотья. При одном только взгляде на него возникали ассоциации с насекомым, отчего становилось неприятно, но Константин не концентрировался на этих ощущениях — его больше интересовал червь, который скрывался в пещере. Поэтому он дождался, когда существо скроется в своей хижине — даже не стал его разглядывать, решив отложить этот вопрос на потом. Попадаться на глаза местному жителю совершенно не хотелось, хотя Константин и чувствовал к нему интерес. Но всё это — потом! Сейчас нужно было сосредоточиться на деле и избавиться от третьего червя. А там уже и Система даст больше информации, и он сможет действовать дальше, тем более что у него была цель, о которой не стоило забывать.</p><p>Стараясь двигаться как можно тише, он протиснулся в узкий лаз, ведущий в пещеру. Ему пришлось проползти метров пять — он не хотел прогрызать себе проход побольше, чтобы не вспугнуть противника. Червя он обнаружил в дальней части пещеры. Тот лежал, свернувшись клубком, и его тело было покрыто причудливыми костяными наростами, которые порядочно озадачили Константина — прежде он такого не видел. Два предыдущих червя были такими же, как и он, разве что размерами отличались. А что с этим не так?</p><p>«Данному червю, невзирая на недопустимо низкий уровень разума, удалось основать свой собственный Культ. Число его почитателей равняется одной единице, что позволило ему направить избыток энергии не в рост, а в укрепление своего тела».</p><p>Так вот как влияет Культ! Не тот ли это абориген, что поселился у пещеры? Но почему этот червь свернулся клубком и никак не реагирует на присутствие Константина?</p><p>«Червь находится в стадии метаморфозы. Он перераспределяет ресурсы, чтобы очнуться уже в новом виде. Не исключено, что он при пробуждении сожрёт своего первого и единственного последователя — это не редкость, когда коэффициент разумности слишком низок, чтобы существо могло критически оценивать открывшиеся возможности и строить долгосрочные планы».</p><p>Судя по сообщениям Системы, медлить было нельзя. Константин, поколебавшись всего лишь пару мгновений, бросился на червя. Он попытался вонзить зубы в чужой панцирь, но, к его удивлению, этого не получилось. Его зубы заскрежетали по панцирю, всего лишь царапая его, но не нанося никакого урона. Противник слабо зашевелился, словно пребывая где-то не здесь, и не в состоянии оказать серьёзный отпор внезапно напавшему дхоулу.</p><p>Обескураженный Константин отступил было, но после снова ринулся на вяло шевелящегося червя. Оставшимися у этого тела инстинктами он понимал, что червь начал проходить некий путь. И сейчас он беззащитен, и его можно легко устранить. В этот раз Константин наметил удар прямо в сочленение — там броня была тоньше всего. Чужое Восхождение закончилось, только начавшись. Победа была горькой, и снова вызвала приступ тошноты внутри, но Константин быстро справился с нею, отметая посторонние мысли куда-то на окраину сознания. Вряд ли червь был достаточно разумным для того, чтобы понять, что произошло.</p><p>«Йингаагг'мос уничтожил всех конкурентов! Теперь вы единственный представитель Независимой Малой расы на этой планете. Открыт доступ к созданию Культа. Вы должны иметь хотя бы одного последователя для формирования первичных Убеждений. Отыщите деревню местных обитателей и впечатлите их любым доступным для вас способом! Внимание: вы должны рассчитывать своё воздействие, иначе ваша попытка не увенчается успехом».</p><p>Константин медленно прочитал сообщение, чувствуя непривычную для него радость, что заполнила всё его существо. Чувство торжества растекалось по его жилам и было на удивление приятным. Он не мог припомнить, чтобы в своей прежней жизни испытывал нечто подобное.</p><p>Когда сообщение немного поблекло, в висках запульсировало. Константину даже показалось, что на долю секунды он расслышал далёкий и нестройный хор чужих голосов, словно огромная толпа говорила одновременно. Но странное ощущение исчезло так же быстро, как и появилось. В левом нижнем углу обзора появилась иконка с непонятным символом. При мысленном нажатии на неё перед ним разворачивалась простая табличка, в которой, судя по всему, должны были быть перечислены последователи. Это было меню Культа, о чём ему услужливо сообщила Система. Пока оно выглядело пустым и унылым. Значит, ему нужно было впечатлить туда какую-нибудь деревню аборигенов?</p><p>Он сразу вспомнил те шарообразные дома и одинокую фигуру ночного сторожа у костра. Что ж, первый представитель местного народа был прямо за стенами пещеры. Быть может, стоит начать именно с него?</p><p>Выглянув в лаз, Константин убедился, что уже начинает светать, и решил дождаться вечера. Борясь с приступами голода, он съел все камни и мох, что смог найти, но саму пещеру разрушать не стал. Она была… комфортной. Хорошее убежище.</p><p>Устроившись в противоположном от входа конце пещеры, Константин решил занять разум размышлениями. Может, Система выдаст что-то ещё? А всё-таки, почему этот мир так сильно смахивает на игру? Жаль, что в прошлой жизни он посвящал так много времени учёбе, а игры его никогда особо не привлекали — он считал это пустой тратой времени. А сейчас эти знания могли бы ему пригодиться для понимания здешних правил.</p><p>«Данная структура была создана для облегчения взаимодействия как самих Богов с их Культами, так и для взаимодействия Колец между собой. Сохранение космического баланса — важная задача, которая лежит на плечах всех, кто движется по пути Восхождения».</p><p>— А что будет, если баланс будет нарушен? Очень сильно?</p><p>«Последствия будут катастрофичны не только для этого мира», — ответ Системы был лаконичен. Как бы Константин ни старался переформулировать вопрос, другого ответа он не получил и оставил эти попытки.</p><p>— Ладно, тогда скажи мне, сколько всего Богов? Сколько Колец?</p><p>«Третье Кольцо — самое низшее. Отсюда ведут род все Боги и расы. Здесь царит вечный хаос, и подсчитать точное количество молодых Богов не представляется возможным — их число меняется с каждым мгновением. В последние несколько столетий активность упала до критических значений, рост и темп продвижения по пути Восхождения существенно снизился. Их также называют Младшими богами. Статус: нестабильный.</p><p>Второе Кольцо — его ещё называют Серединным. Оно является скрепляющим звеном между Первым и Третьим Кольцами. Именно оно отвечает за космический баланс почти в полной мере. Есть пять главных Богов Второго Кольца, которых называют Великими Древними. Вид их зачастую сводит с ума богов Третьего Кольца. Статус: стабильный.</p><p>Первое Кольцо — основа этого мира. Его конец и его начало. В нём также главенствуют пять богов, которые давно условились, кто за что отвечает. Они не могут воздействовать напрямую на Второе и Третье Кольца, но достаточно изворотливы и хитры, чтобы добиваться желаемого другими способами. Их называют Внешними богами. Статус: стабильный.</p><p>Пока это вся доступная вам информация на данном этапе Восхождения».</p><p>Константин был впечатлён объёмом полученных данных. Он даже не рассчитывал, что Система так расщедрится! Конечно, большую часть информации он пока толком не понял, но это был уже огромный шаг вперёд. Для удобства он мысленно представил Кольца как районы города: он оказался на Третьем Кольце — эдаком неблагополучном районе, из которого выбраться было сложной задачей. Но шансы были. И, похоже, Азатот не просто так послал его сюда — у него просто не было другого выхода, кроме как вселить Константина в тело червя. Хотя мог бы и что-нибудь получше подобрать!</p><p>Пока он был занят общением с Системой, день за стенами пещеры промелькнул почти незаметно. Когда отсветы солнца перестали проникать внутрь, голова у Константина уже раскалывалась от обилия новой информации. Конечно, упрямая Система продолжала его ограничивать, твердя, что нужно двигаться дальше по пути Восхождения, но ситуация хоть немного прояснилась.</p><p>Заметив, что уже стемнело, Константин решительно пополз к выходу из пещеры — пришло время пробовать свои силы во «впечатлении» местных аборигенов. И первый из них как раз находился у костра и смотрел в сторону пещеры. Теперь у Константина был шанс рассмотреть его получше.</p><p>Существо и вправду больше напоминало насекомое, чем человека: тело цилиндрической формы; конусовидная голова с жвалами и большими фасеточными глазами, которые с немым удивлением взирали на червя, медленно выползающего из пещеры; тонкие длинные ноги, гнущиеся в обратную сторону, и такие же длинные руки, сжимающие кривую палку. Словно кузнечик, вставший на задние лапки. От него исходил… запах страха.</p><p>По крайней мере, Константин не мог подобрать другого слова, чтобы описать свои ощущения. Он медленно приподнял переднюю часть своего тела над землёй и открыл пасть, надеясь, что этого будет достаточно, чтобы «впечатлить» это необычное создание.</p><p>В данный момент самому себе он напоминал персонажа из дешевого фильма ужасов. Существ замерло, а после попятилось, издавая жалкие щёлкающие звуки. Страх от него стал ощущаться сильнее, словно исходя волной. Поняло ли существо, что предыдущего хозяина больше нет? Скорее всего да, ведь оно начало излучать что-то ещё, то, что пока невозможно было разобрать из-за страха.</p><p>Но хватило ли этого для… «впечатления»? Вот в чём был вопрос, с которым Константину предстояло разобраться.</p></section><section><title><p>Глава 5</p></title><p>Повисла пауза, во время которой Константин чувствовал себя очень неуютно, но он не позволял этому чувству просачиваться наружу. На самом деле это ощущалось довольно необычно — он словно подсознательно понимал, как себя нужно вести.</p><p>Абориген несколько долгих мгновений разглядывал грозное существо, демонстрирующее ему свою мощь, вспоминая, что раньше поразивший его червь был не так уж велик, а теперь с трудом протиснулся через пещерный лаз.</p><p>Наконец он упал на землю, причудливо сложив ноги, и поклонился, вытянув руки в молитвенном жесте.</p><p>«Поздравляем! Вы приобрели первого последователя своего Культа. Это существо восхищено вашей мощью и угрозой, что вы транслируете. Уточнение: не забывайте, что для разных существ подходят разные методы впечатления. Для слаборазвитых существ вполне хватит демонстрации силы, но для более развитых представителей различных цивилизаций этого может быть недостаточно. Практикуйтесь в иных методах, ищите различные способы взаимодействия со своим Культом. Вы можете влиять на все сферы их жизни, что даёт вам неограниченный потенциал для развития и наращивания его мощи».</p><p>Пиктограмма в правом нижнем углу сменилась цифрой «1». При открытии меню можно было увидеть одну строчку непонятных символов, которые, видимо, обозначали этого единственного представителя Культа.</p><p>Пока Константин был занят разглядыванием немного изменившегося интерфейса, абориген принёс ему корзину, наполненную сними и оранжевыми фруктами весьма впечатляющих размеров. Подношение? Константин с удовольствием его принял, хотя по-прежнему не ощущал вкуса. Что ж, он продвигается вполне неплохо. Теперь ему необходимо выяснить, где находится ближайшая деревня. Судя по всему, этот отшельник — кто-то вроде изгнанника или сторожа.</p><p>«Внимание! Открыт доступ к ментальным практикам. Любой бог этого мира имеет возможность общаться с представителями своего Культа даже на большом расстоянии. Кроме общения доступны различные методы воздействия. Ментальная энергия — важная составляющая жизни, не стоит относиться к ней с пренебрежением. Также не забывайте, что ровно так же, как и вы можете воздействовать, на вас могут воздействовать точно так же».</p><p>Константин несколько раз перечитал это сообщение, пока до него дошёл смысл. Вот это да! Чего он точно не ожидал, так это такого. Он задумчиво посмотрел на аборигена, который суетливо собирал в корзину плоды с ближайших деревьев. И как осуществить это самое воздействие? Если ментально, значит, силой мысли?</p><p>Помня о том, что раньше его тело подчинялось инстинктам, когда Константин рыл норы, он расслабился и мысленно потянулся к аборигену, прислушиваясь к собственным ощущениям. Сначала ничего не произошло. Он постарался сосредоточиться сильнее — и вдруг его словно ударило чем-то тяжёлым по затылку. Перед глазами всё поплыло и посерело, но он усилием воли сдержался, не отступил, и мир вокруг начал постепенно преображаться.</p><p>С его сознанием произошло нечто странное — одновременно он ощущал себя в своём теле, на месте, пожирающим очередную корзину с фруктами; но в то же время он словно отделился от самого себя и видел мир совершенно по-другому: он приобрёл серые, приглушённые тона и, если поднять взгляд — высоко над головой виднелись яркие, пульсирующие точки.</p><p>Пространство вокруг тоже было усеяно яркими всполохами, некоторые из которых двигались. Самым близким и ярким был как раз всполох, обозначающий аборигена. Это был его разум, который пульсировал и сжимался от восторга и суеверного ужаса. Мощь червя его настолько впечатлила, что он был готов на всё, лишь бы не навлечь на себя его гнев.</p><p>Константин сосредоточился на чужом разуме и теперь получал даже смазанные картинки, среди которых увидел и большую деревню с множеством домиков-ульев. Но зацепиться за этот образ не успел, и перед ним замелькали другие, менее интересные.</p><p>Чужой разум заметался, и Константин, не понимая, как не навредить, отступил. Но одно уяснил точно — где-то относительно недалеко была большая деревня. Новые способности его порядком испугали, но, насколько он понимал, от них теперь напрямую зависел успех выполнения его задания.</p><p>Расшевелить Третье Кольцо… С учётом всех открывшихся обстоятельств это не выглядело особо сложным, но, быть может, он просто себя обманывает? Константин постарался не концентрироваться на собственных негативных эмоциях, а сосредоточился на удовлетворении, которое ощущал от своего успеха. Да, это был именно успех! Вернувшись в своё обычное состояние, Константин почувствовал непривычную тяжесть во всём теле.</p><p>«Ментальные практики являются весьма энергозатратным занятием. С учётом того, что ваше тело ещё слабое, невзирая на избыточное поглощение материи, у него недостаточный запас энергии. Если вы будете часто пользоваться ментальной практикой, то будете уязвимы для физического воздействия».</p><p>— Погоди, но я ведь так много поглотил, и у меня есть один… Культист. Почему я не могу отрастить себе броню, как тот червь?</p><p>«Для вашего развития этого недостаточно. У каждого молодого Бога свои этапы Восхождения. Кому-то необходимо больше представителей Культа, кому-то — меньше. Потенциал Бога зависит от размера и силы его Культа. От вас требуется не только создать его, но и контролировать, и развивать. Культ — словно единое живое существо, которое верно служит своему повелителю в случае удовлетворения его потребностей».</p><p>Косте на мгновение показалось, что в его голове возник строгий голос учительницы, настолько сообщение звучало назидательно и слегка свысока. Ему, пришельцу, приходилось осваивать всё с нуля.</p><p>Пока Константин был занят собой, абориген сидел у дерева, под которым собирал фрукты, обхватив голову тонкими руками, и со священным ужасом разглядывал огромного — для него — червя, застывшего в напряжённой позе. Конечно, он почувствовал прикосновение могущественного разума к своему, и это причинило ему мучительную боль, но он всё равно испытывал восторг. Ведь прежде он не видел никого сильнее!</p><p>Константин же, оглядевшись, решил двигаться к деревне. В его памяти чётко вырисовался нужный маршрут — он просто знал, куда ему ползти. Уже не обращая внимания на своего первого культиста, он направился в нужную сторону.</p><p>Абориген подскочил на ноги, заволновался и, не понимая, куда отправился червь, бросился следом за своим новоявленным хозяином. «В прошлый раз он себя так не вёл, да и вообще из пещеры почти не высовывался! Что с ним произошло? И с виду он сильно изменился…» — мелькало в его простом сознании. Он никак не мог уяснить, что это абсолютно другой червь.</p><p>Константин, пока полз, думал о том, что ради выполнения странного задания Азатота он поступился своим главным принципом — не убий. Он мог сколько угодно успокаивать себя тем, что это неразумные существа, но чувство вины прочно угнездилось где-то в глубине сознания и настойчиво грызло его. Видимо, теперь это надолго. Ему стоило просто не думать об этом. Да и ощущение иррациональности происходящего помогало ему держать себя в руках, даже если физических рук у него не было.</p><p>На мельтешащего рядом аборигена он внимания не обращал, только следил, чтобы не раздавить — представитель этого странного народа «кузнечиков» выглядел весьма хрупким.</p><p>Деревня действительно оказалась большой и располагалась на открытой местности. Константин замер на опушке леса, рассматривая множество огоньков, рассыпанных впереди. Домики были такие же шарообразные, какие он видел ранее, и было их не меньше сотни. Некоторые были построены выше, другие ниже, а в центре деревни высился большой дом, возведённый выше всех, от макушки которого к другим домикам тянулись разноцветные толстые верёвки.</p><p>Мучительный приступ голода, скрутивший его внутренности, заставил Константина вздрогнуть и сжаться. Этого ещё не хватало! В таком состоянии ему точно нельзя приближаться к деревне — всё может очень плохо закончиться. Он вернулся обратно в лес, где принялся поглощать растительность, заодно наблюдая за аборигеном, который близко не подходил, но следил за действиями червя. Возможно, переживал за деревню? Интересно, можно ли будет наладить с ними какую-то коммуникацию или придётся пользоваться ментальными практиками?</p><p>Пока Константин пытался утолить свой ненасытный голод (вернее, заглушить его на время, чтобы он хоть немного угомонился и не мешал), пожирая очередное дерево, он решил действовать точно так же, как и с уже покорённым аборигеном, хотя Система и весьма прозрачно намекнула, что на разных существ нужно воздействовать по-разному.</p><p>Поев, Константин пополз обратно и, уже не задерживаясь на опушке, направился к деревне. Двигался он достаточно медленно, поэтому абориген смог его обогнать. Бег у него был странный — то ли он мчался большими прыжками, судорожно перебирая длинными тонкими ножками, то ли действительно бежал, при этом подпрыгивая. При этом его первый последователь издавал очень громкие звуки, и Костя сделал вывод, что он звал соплеменников.</p><p>Сначала те, кто охранял сон деревни, всполошились и с угрозой двинулись навстречу прибежавшему сородичу. Явно его отсюда выгнали, но тот не собирался просто уходить — возбуждённо размахивал руками и показывал за спину.</p><p>Когда стражи заметили, на что именно он указывает, в деревне поднялся самый настоящий переполох — будто объявили тревогу. Во всяком случае, именно так выглядела суета, которая началась. Константин никуда не торопился, давая им возможность всем выйти на улицу. Ведь в его интересах было, чтобы как можно больше местных обитателей увидели его «величие»!</p><p>Странная мысль — почему он подумал именно «величие»? Оказавшись рядом с деревней и убедившись, что аборигены застыли угрожающей, настороженной массой, ощетинившейся копьями в сторону червя, он медленно поднялся на хвост, распахивая пасть. Если бы была возможность — он бы взревел, но мог только издавать леденящий душу скрежет, потирая зубы друг о друга. У этого тела было мало полезных органов, и оставалось надеяться, что он сможет обзавестись ими впоследствии.</p><p>Аборигены застыли, испытывая самый настоящий ужас перед существом, которое возвышалось над их головами. Оно не нападало, а их собрат, которого они действительно изгнали, опустился на колени и поклонялся этому грозному созданию! Один за другим они бросали своё жалкое оружие и принимали такую же позу. Ведь это существо не тронуло изгнанника, да и его мощь впечатляла. Наверное, если бы они узнали, что он убил других червей, их восхищение было бы во много раз больше!</p><p>Сам Константин смотрел на счётчик адептов, который очень быстро рос, и чувствовал странное волнение, даже восторг, который растекался по всему его существу и постепенно трансформировался в опьяняющую эйфорию, от которой даже кончик хвоста онемел. Ему казалось, что он стал настолько всесильным, что мог бы с лёгкостью проглотить всю эту планету целиком! Наконец-то у него была мощь, с помощью которой он мог расправиться со всеми противниками разом и захватить всё Третье Кольцо!</p><p>«Поздравляем! Достигнута первая ступень Восхождения! У вас накоплены очки изменений, в ближайший цикл отдыха изменения будут применены. Улучшена ментальная практика для взаимодействия с Культом. Для более подробной информации сделайте соответствующий запрос».</p><p>Сообщение от Системы только подстегнуло странную, противоестественную эйфорию Константина. Ментальная практика — вот что ему сейчас нужно! Он перешёл в нужный режим и с удовольствием увидел скопление всполохов разумов, которые шелестели на границе слуха и пестрели самыми разнообразными образами. А ещё от них исходил запах ужаса и восхищения одновременно, и этот запах был Константину чрезвычайно приятен. Полностью не отдавая отчёт своим действиям, он потянулся к ним, словно дитя, тянущее руки к россыпи ярких цветов. Разумеется, он не хотел ничего плохого, ему просто хотелось коснуться их, ощутить их целиком и полностью. Но… что-то пошло явно не так.</p><p>Сквозь эйфорию пробилось странное чувство. Он даже не сразу понял, что именно это было, пока оно не превратилось в волну боли, которая заставила его разум корчиться в муках. Эйфория быстро схлынула. Константин не понимал, что происходит. Ему казалось, что он где-то застрял и тщетно пытается выбраться из хаоса ярких вспышек, его окружавших. А в голове стоял громкий гул, издаваемый множеством кричащих в агонии голосов. От такого мощного удара по сознанию Константин ненадолго отключился.</p><p>«Внимание! Погибло 90% представителей Культа. Ваша ментальная практика оказалась слишком сильной, и слабый разум ваших последователей не выдержал её. Рекомендация: выберите Жреца, который поможет доносить вашу волю до остальных. Он должен быть одним из самых сильных представителей, чтобы выдерживать общение с вами. Будьте бдительны — если вы снова перестараетесь, то потеряете возможность создания Культа окончательно».</p><p>Мысли в голове Константина с трудом ворочались, пытаясь обработать информацию, которая едва видимо светилась, закрывая обзор. Все внутренности словно были скручены в тугую пружину, а боль медленно отступала, освобождая разум от своих безжалостных тисков. Что он натворил? Смахнув сообщение, он уставился на груду тел — всё, что осталось от деревни.</p><p>Несколько фигур шевелились, поднимаясь на ноги. Он на автомате попытался посчитать их — всего двадцать аборигенов пережили «знакомство» со своим новым повелителем. Они испуганно оглядывались и скрещивали тонкие руки напротив груди, и их смятение можно было понять. А сам Константин был не в состоянии соображать внятно — ему хотелось скрыться куда подальше. Он чувствовал опустошённость и общую слабость. Как он мог допустить такое?</p><p>Вырваться из вихря самобичевания ему не дал один из аборигенов — тот самый, его первый последователь. Он робко приблизился к червю, который лежал без движения, и, снова склонившись в почтительной позе, положил перед ним несколько фруктов. Константин обратил на него внимание, удивляясь тому, как спокойно абориген реагирует на гибель своих сородичей. Система что-то писала про Жреца… Но как выбрать нужного?</p><p>«Проведите оценку ментальной устойчивости. Все, кто выжил после вашего воздействия, — потенциальные Жрецы, благодаря своей устойчивости. Жрец должен быть безусловно предан вам и верен тем принципам, что вы собираетесь внушать Культу».</p><p>Подсказка от Системы появилась как нельзя вовремя. Стараясь не думать о содеянном и продолжая испытывать слабость, Константин съел подношение, одновременно разворачивая окно со своими последователями.</p><p>Цифра выглядела удручающе. Слабость, наверное, была связана с потерей такого количества адептов? Он смог мысленно выделить каждого выжившего, и их причудливые, непривычные для человеческого языка имена вспыхивали над их головами.</p><p>Хотя, на взгляд червя они все были одинаковыми, тот, что был рядом, явно чего-то ожидал. Выбрав его, Константин подумал о ментальной устойчивости. Рядом с именем выбранного аборигена появилась цифра «83%». Весьма высокий процент.</p><p>«Он и станет Жрецом». Константин мысленно вдохнул, выдохнул и пожелал, чтобы выбранный абориген стал Жрецом. Напротив его имени в списке появился особый символ, а сам абориген вздрогнул всем телом, отшатнулся назад и вновь склонился в почтительной позе.</p><p>— Я… я слышу вас, Гос… ин! — его тонкий голосок возник в голове у Константина, заставив червя в недоумении уставиться на своего первого Жреца. В мешанине щелчков и скрежета проступали слова. Сначала обрывочные, но, постепенно, они становились яснее.</p><p>— Это… есть. Я… достоин. Господин!</p><p>«Поздравляем! Вы сделали свой выбор и назначили первого Жреца. Вы имеете с ним прямой контакт и можете передавать ему свою волю, а также слушать его советы. Рекомендация: его советы будут очень полезны для становления Культа, не игнорируйте их. Также он даст рекомендации по подбору других Жрецов. Вы защищены от него, но у вас двусторонний канал связи, который позволяет общаться, пока у вас не появится нужных органов».</p><p>Константин старался не смотреть на гору тел бывших адептов, которые оставшиеся в живых стаскивали в кучу. Почему они так спокойны? Видимо, этот вопрос он неосознанно адресовал своему Жрецу, потому что тот встрепенулся:</p><p>— Господин, быть поглощённым вами — величайшая честь для нас! Мы понимаем необходимость этой жертвы, ведь вы так ослабели за последнее время! — пропищал он, с обожанием таращась на червя. Теперь речь Жреца в общем была понятной, если не вслушиваться в щёлкающие звуки, что проскальзывали между словами.</p><p>Вот как они это восприняли? Как необходимую жертву?</p><p>Константин затравленно взглянул на останки аборигенов и вновь почувствовал мучительный голод, скрутивший его внутренности. Неужели ему придётся это сделать?</p></section><section><title><p>Глава 6</p></title><p>Константин постарался максимально абстрагироваться от происходящего. Он прекрасно понимал, что не сможет не думать об этом, но Жрец настойчиво твердил о необходимости поглощения «излишнего ресурса» — именно так он назвал тела своих собратьев. Это циничное отношение ко всему происходящему потрясло Костю до глубины души. Он искренне недоумевал, но смог удержаться от лишних вопросов на эту тему.</p><p>Ему было неприятно, мерзко и тошно, хотя никакого вкуса он, разумеется, не почувствовал.</p><p>Жрец молчал, с восторгом наблюдая за действиями своего господина. Его примитивный разум не видел в этом ничего предосудительного — такова была норма их странного и непривычного для Кости мира. Зато господин наберётся сил, и Культ начнёт наращивать свою мощь!</p><p>На самом деле Жрец был счастлив открывающимся возможностям. К сожалению, их раса была настолько незначительной и слабой, что молодые Боги редко обращали на них внимание. А если и уделяли им время, то обычно это ничем хорошим не заканчивалось — их даже не считали достойными стать частью Культа. Они служили лишь пищей. Но теперь выпал шанс показать себя! Стать достойными представителями Культа и привести молодого Бога к величию! Поэтому Жрец сделает всё возможное, чтобы его раса возвысилась и помогла Богу осознать свою силу.</p><p>Константин, между тем, обратил внимание, что, несмотря на моральное смятение, он чувствует себя намного лучше физически. У него явно прибавилось сил. Никаких новых показателей не появилось, но, наверное, это было связано с поглощением такого количества бывших адептов?</p><p>«Поглощение большого количества некогда живых организмов даёт ощутимый прирост мощи. Чем больше поглощено, тем значительнее эффект. Это открывает возможности для развития разнообразных способностей, особенно при поддержке большого и активного Культа, который обеспечивает постоянный приток силы».</p><p>Так как вы не продвинулись по Восхождению дальше второй ступени, вам доступны две способности», — Система, как обычно, проявила себя внезапным сообщением, но Константин уже начинал привыкать к этому.</p><p>— Так, это я понял. Но какие способности? Могу ли я их выбирать? — поинтересовался он, с радостью переключая внимание на что-то другое. Оставшиеся в живых обитатели деревни вернулись к своим делам. Жрец тоже не тревожил хозяина, занятого, безусловно, важными вопросами.</p><p>«Как правило, способности открываются те, что изначально заложены в вашей природе. Но бывают исключения — когда другой Бог может обучить умению, вам не присущему. Однако Боги неохотно делятся знаниями, опасаясь конкуренции. Второй способ получить способность — поглотить тело другого Бога, особенно ту его часть, где сосредоточен разум».</p><p>— Тут что, все всех едят при любом удобном случае? — с горькой иронией спросил Константин. — Ладно, какие у меня появились навыки?</p><p>«Первый навык: Космический прыжок. Позволяет перемещаться с планеты на планету для захвата новых территорий и привлечения в Культ других рас. Второй навык: Ментальная устойчивость. На вас немного сложнее повлиять другим молодым Богам. Но помните — это не защитит от существ сильнее вас».</p><p>Космический прыжок? Константин медленно поднял взгляд, вглядываясь в стремительно темнеющее небо, на котором уже вспыхивали первые огоньки далёких и неизвестных ему звёзд. За всё время на этой планете он не особо обращал внимание на местное небо. А сейчас был искренне восхищён. Благодаря отсутствию светового загрязнения, он мог в полной мере насладиться тёмным бархатом, звёздами и далёкими разноцветными туманностями. В своём мире он почти никогда не находил времени, чтобы просто полюбоваться звёздным небом, а здесь оно очаровывало и приковывало взгляд.</p><p>Ладно, с этим он разберётся позже. Сначала нужно решить вопросы Культа, укрепить его позиции на этой планете. Раз уж начал с них, логичнее заняться их обустройством, чтобы никто извне не мог пошатнуть его зарождающееся могущество.</p><p>Константин даже удивился той разумной и холодной мысли, что пришла ему в голову. Рефлексия по поводу его новой жизни словно отошла на задний план. Но это было правильно — он живёт здесь и сейчас, пусть даже в уродливом теле, и должен позаботиться о себе и своём Культе. Интересно, чем ему ещё заниматься, кроме постройки грандиозных планов?</p><p>«Вам доступна Медитация. Она необходима для отдыха и для поиска рас на соседних обитаемых планетах, которых вы можете привлечь в свой Культ. Также во время медитации ваше тело изменяется согласно вашему показателю мощи».</p><p>— Вот ведь! Почему ты не сообщила об этом раньше? — обратился к Системе Константин. Если бы он мог, то поджал бы губы от досады. Вот чем был занят тот червь в пещере! Хотя вряд ли тот понимал, что «медитирует»; Система тогда писала, что он «отдыхает для распределения мощи».</p><p>И как впасть в эту медитацию? Система хранила молчание, видимо, считая, что он должен разобраться сам. Что ж, он так и сделает. Может, это сродни медитации из его родного мира? Он решил вернуться в пещеру, где ему будет комфортно пребывать в другом состоянии, в случае чего. Тем более он не знал, сколько это займёт времени, так что рисковать не стоило. Возвращаться на место своего «подвига» было немного неуютно, но он был сосредоточен на новом деле.</p><p>Оказавшись в пещере, Константин устроился поудобнее и закрыл глаза (если можно было так сказать). Мир вокруг потемнел, и только мерцающий огонёк единственного костра остался перед его взором. Константин постарался очистить разум, и перед его мысленным взором начали возникать странные разноцветные линии, которые ветвились и тянулись, казалось, во все стороны одновременно.</p><p>От их мельтешения рябило в глазах, но постепенно они складывались в общую картину, которую Константин пока не мог осознать. Сквозь хитросплетение линий проступали плотные сгустки концентрированной энергии. Зрелище было настолько странным и противоестественным, что Константин поначалу даже испугался, но не потерял концентрации. И как с этим управляться? Подсказок не было — видимо, и это предстояло освоить самостоятельно. Быть может, это было очередным испытанием на пригодность?</p><p>Время за изучением цветных линий пролетело незаметно. Он никуда не мог «дотянуться», но кое-что начал понимать. Например, он сам был одним из таких сгустков, и рядом с ним вилась тонкая, бледная линия. Она словно была обёрнута вокруг него и, наверное, обозначала его Культ или расу, которая в него входила. Он попробовал прикоснуться к ней и дотянуться до других линий, но в ответ получил лишь лёгкий шум под сводами собственного черепа, отдаленный напоминающий мешанину из чужих голосов.</p><p>Константин почувствовал, что задержался слишком долго, и прервал медитацию. Вокруг уже был день, суетились жители деревни, а прямо перед ним стояли корзины с подношениями. Жрец явно обрадовался, что червь зашевелился, и бросился к нему, радостно вскидывая тонкие руки:</p><p>— Господин! Наконец-то вы вернулись! Надеюсь, ваше путешествие было удачным. Тем более что ваше тело изменилось! — Жрец с почтительным восторгом уставился на Константина, и тот в недоумении оглядел себя.</p><p>Действительно, тело изменилось — подобно тому червю, у него появилась хитиновая броня. Крепкие щитки прикрывали его уязвимое тело. А ещё Константин сообразил, что сейчас день, но солнечный свет не причиняет ему вреда.</p><p>«Приобретённая броня даёт защиту от вредного спектра излучения, благодаря чему вы можете находиться на поверхности», — услужливо подсказала Система то, о чём он уже догадался. Впрочем, стоило ему неловко повернуться, и солнечному лучу попасть в щель между щитков, как чувство пронзающего ожога заставил его замереть, испытывая знакомый приступ боли. Пришлось оставаться на месте и лишний раз не шевелиться.</p><p>Голод вновь впился в его внутренности, но тут помог Жрец, скармливая господину собранные корзины, так что неприятное ощущение удалось довольно быстро унять.</p><p>— Расскажи мне о деревне. Вижу суматоху, но никто ничем конкретным не занят. Чем вы питаетесь? — оценив взглядом опустевшую деревню, задал вопрос Константин. Он старался не концентрироваться на собственных мыслях, чувствуя, как внутри зарождается отвращение к самому себе. Ему было противно смотреть на изменения своего тела. Но… нет, он не позволит лишним мыслям завладеть разумом! Он будет действовать по плану: наладит быт Культа на этой планете, привлечёт сторонников, а потом отправится исследовать окрестные миры.</p><p>Жрец, обрадованный вниманием, старался рассказать обо всём как можно подробнее. Константин быстро понял, что местная цивилизация находится в примитивном состоянии. Разумеется, у них были общие знания об устройстве мира, но особыми технологиями они не обладали, и впечатлить их было несложно.</p><p>Вскоре в деревню стали прибывать жители из окрестных поселений — явно заинтересовавшись слухами о черве, взявшем их под своё покровительство.</p><p>Уже к вечеру Культ Константина значительно вырос. Многие пожелали переселиться в полупустую деревню, чтобы быть ближе к нему, и Жрецу даже пришлось устроить нечто вроде отбора, чтобы поселить здесь самых полезных представителей. Было очевидно, что Константин обоснуется здесь надолго, что вызывало у Жреца гордость и чувство превосходства. Особое удовольствие ему доставляли беседы, где он рассказывал о своей расе, её особенностях и о мире, в котором они живут. Разумеется, он упомянул, что их раса чаще служила кормом для молодых Богов.</p><p>Слышать это Константину было неприятно, но он привыкал дистанцироваться от негативных чувств — иначе они не дадут ему спокойно жить.</p><p>— Первым делом нужно построить больше домов и укрепить деревню. Также наладить поставки еды для тех, кто будет постоянно проводить ритуалы, — сказал Константин Жрецу.</p><p>О необходимости ритуалов ему сообщила Система:</p><p>«Ритуалы — необходимая часть жизни Культа. Они поддерживают и направляют адептов, а также дают им возможность развивать свою цивилизацию в нужном вам направлении», — гласила краткая справка.</p><p>Система словно издевалась, выдавая информацию крошечными порциями. Это раздражало, но поделать ничего было нельзя — какие бы запросы Константин ни отправлял, она на них не реагировала и не открывала доступ к общей базе данных.</p><p>Быть может, дело в том, что он находится в самом начале пути Восхождения? Но в чём смысл ограничивать молодого Бога, если нужно, наоборот, ускорить его развитие? И тут возникал закономерный вопрос: а нужно ли кому-то помогать молодым Богам? Но ведь, с другой стороны, он действовал по поручению одного из сильных Богов, мог бы и подсобить немного в этом вопросе. Или всё-таки существовала какая-то условность в плане того, что одно Кольцо не могло напрямую влиять на другое Кольцо? От этих вопросов пухла голова, тем более что ответов на них всё никак не находилось.</p><p>Подобные размышления не мешали Константину заниматься обустройством деревни с помощью Жреца.</p><p>К его удивлению, деревня менялась на глазах. Время здесь текло непривычно для него, и ему пришлось привыкать к этому. Дни мелькали один за другим, сливаясь в единый временной промежуток, за который маленькая жизнь планеты успевала меняться словно сама по себе.</p><p>Вокруг него соорудили навес, чтобы местное светило не доставляло беспокойства. Также начали разработку полезных ископаемых, обнаруженных неподалёку, — они послужат для строительства более основательных зданий, в частности храмов и алтарей. Известие о том, что молодой Бог принял их в свой Культ и не занимается массовым уничтожением, быстро расползалось по планете.</p><p>Глядя на этих причудливых существ, к которым он уже начал привыкать, Константин думал, что их поклонение действительно напоминало болезнь. Но он не испытывал неудобств; дискомфорт вызывали лишь изменения в его теле. Наверное, оттого, что он всё ещё оставался червём, а не человекоподобным существом. К счастью, его мысли были заняты организацией деревни, которая должна была стать столицей его Культа на этой планете.</p><p>Он быстро понял, что эти человекоподобные кузнечики не дают большого прироста мощи. Да, он смог достичь третьей ступени, но дальше мощь начала накапливаться очень медленно, несмотря на постоянный приток новых последователей. Его медитация тоже изменилась — теперь в хитросплетении линий он видел очертания планеты, которую всё плотнее окутывали нити, тянущиеся от него самого. Это означало, что вскоре вся планета будет под его контролем.</p><p>Ещё странным было то, что он почти не ощущал течения времени здесь. День сменялся ночью, а ночь сменялась днём, но для него это было словно… Словно прошёл час и не более того. Его разум зацепился за этот факт, но беспокоящим он не стал — ну и что с того?</p><p>Тем более Система пояснила, что Боги живут тысячелетиями, поэтому время они ощущают совершенно по-другому. Хотя, конечно, Константин, прочитав это сообщение, почувствовал себя немного дико — ведь он был человеком, а не местным Богом, которым это было привычно. Но он довольно быстро пришёл к выводу, что ничего страшного в этом нет — раз он оказался в этом мире, значит ему нужно подстраиваться под него.</p><p>Его единственный Жрец проводил вечера у его укрытия, охотно рассказывая легенды, которые будоражили умы его расы много поколений. Их раса славилась плодовитостью и быстрым ростом, что и обеспечивало им выживание в этом мире.</p><p>— Что ты можешь рассказать о легендах твоего народа? Которые связаны с другими Богами? — однажды поинтересовался Константин. Ему хотелось переключиться, пусть даже придётся слушать примитивную речь. Вдруг Жрец поведает что-то интересное?</p><p>Тот, обрадованный вниманием, принялся рассказывать всё, что помнил. Как археолог, Костя с интересом слушал, но поначалу не мог выцепить ничего ценного — обычный набор баек, что было удивительно, учитывая осведомлённость «кузнечиков» о Богах и устройстве мира.</p><p>— А ещё когда-то очень давно на нашей планете оказался один молодой Бог. Он был сильно изранен и готовился к смерти — даже поглощение нашей расы уже не могло спасти его. На пороге гибели он рассказал, что в этот… сектор его привело желание обладать одним артеф… — тут Жрец споткнулся, словно не уверенный в произношении.</p><p>— Артефактом? — подсказал Константин, пожирая очередную корзину с фруктами. Вечный голод за последние дни немного утих, возможно, из-за постоянного поглощения пищи. Или тело снова изменилось? По крайней мере, Система пока не сообщала о новых навыках, или иных изменениях. Впрочем, стоило отметить, что Система вообще была весьма странной, и редко давала какую-то информацию самостоятельно.</p><p>— Да! Артефа-ктом, — почти по слогам повторил Жрец. — Он говорил, что этот арте-факт поможет ему бороться с влиянием других богов и привести свою силу в порядок! Он был в виде камня, но он тщательно спрятан. Не знаю, почему Божество подумало, что тот может быть здесь, мы пытались помочь ему, искали, но так ничего и не нашли. Наша планета находится на окраине системы, и вряд ли здесь может быть что-то интересующее Богов. В том числе и эти… арте-факты. — Жрец пожал плечами и принялся рассказывать легенду о каком-то местном монстре. Всё-таки познания его расы о Богах оказались весьма скудны, и крупицы информации, что получал Константин были малозначительными. Для того, чтобы узнать больше, ему нужно уходить с этой планеты, разумеется после того как он подготовит её к этому.</p><p>А ещё Константин серьёзно задумался. Насколько правдива была эта легенда? Жрец рассказал о ней вскользь, как о малоизвестном и неинтересном факте. Но вряд ли это была выдумка — слишком уж плоско и непритязательно она звучала. А значит… Реликвия, способная помочь избегать ментального воздействия других Богов… Константин невольно вспомнил боль, которую причинил ему Азатот, и его разум испуганно сжался. Он больше никогда не хотел испытывать ничего подобного! Если Азатот мог так поступить, то и другие будут не прочь воздействовать на него. Вряд ли «Ментальная устойчивость» защитит от кого-то по-настоящему сильного, как раньше и писала ему Система.</p><p>Что ж, ему придётся выяснить всё об этом артефакте. Но всему своё время. Сначала — укрепление власти, потом — поиски. Ему совершенно не хотелось оказаться беззащитным при встрече с другими молодыми Богами.</p></section><section><title><p>Глава 7</p></title><p>Константин поочерёдно появлялся то в одной, то в другой деревне, радуя последователей своим присутствием и стимулируя их работать усерднее. Константин вполне себе привык перемещаться под землёй, ведь там не было никаких преград. Он указал жителям на несколько обширных залежей камня, железа и драгоценных пород, из которых пожелал возвести стены главного храма. Разумеется, он должен был расположиться в той самой, первой покорённой им деревне, которая к тому времени уже значительно разрослась, превратившись в настоящий административный и духовный центр зарождающейся империи.</p><p>Улицы теперь были прямее и шире, появились площади для собраний и даже что-то вроде рыночных рядов, где обменивались товарами из отдалённых регионов планеты.</p><p>Поскольку Культ становился всё больше, охватывая почти всю планету (оставалось всего несколько непокорённых деревень в горных регионах), Константину пришлось назначить ещё двух Жрецов. Главным оставался Уль — так червь назвал своего первого Жреца, чем вызвал у того настоящий восторг и слёзы благодарности. Преданность Уля стала безоговорочной, фанатичной, и он со всем рвением относился к своим обязанностям, видя в этом высший смысл своего существования.</p><p>Пришлось решать и организационные вопросы: какими должны быть церемониальные одежды Жрецов и Служителей? Каким будет знак их молодого Бога, который будут наносить на одежды, оружие, алтари и даже детские колыбели?</p><p>Поначалу эти вопросы ввели его в ступор. Цвета и символ? Откуда ему знать? Он был археологом, а не дизайнером или герольдом! Но смятения он не показал, а в памяти неожиданно вспыхнул символ, который он видел на входе в тот проклятый храм, с помощью которого он попал сюда. Он почти сразу придумал свой символ, пытаясь изобразить его на песке перед Жрецом. Плавная изгибающаяся линия в форме латинской «S» с двумя «хвостами» в нижней части и маленьким шариком-«головой» в верхней. Всё просто и понятно, да и сохраняло его образ… червя. Уль, внимательно изучив символ, повторил его — у него, обладающего ловкими руками, получилось куда лучше и изящнее.</p><p>— Господин, это потрясающе! Воплощает вашу суть, как и должно быть. А какие цвета будут в наших церемониальных одеждах? — спросил Уль, и в его фасеточных глазах плясали отсветы нетерпеливого ожидания.</p><p>«Поздравляем! Вы задали символ Культа. Теперь он будет нанесён на все важные церемониальные предметы, врата храмов и ваши алтари. Последователи смогут оставлять вам просьбы через эти символы, а вы вольны их выполнять или игнорировать. Выполнение просьб даст бонус к приросту мощи, предварительно незначительно потратив её», — сообщение Системы возникло перед ним, а на иконке Культа появился этот самый символ. Сама иконка поблекла, видимо, из-за того, что цвета он пока не выбрал.</p><p>«Ого, я и не думал, что это так важно», — удивился Константин, разглядывая Жреца. Он попытался вспомнить, какие цвета ему нравились раньше, но, к своему ужасу и недоумению, память ничего не выдала. Он был абсолютно уверен, что носил одежду предпочитаемого цвета там, дома, но… странно, он не мог вспомнить, какой именно. Зелёный? Синий? Красный? Воспоминания уплывали, как дым, оставляя после себя лишь чувство пустоты и лёгкой паники.</p><p>Уль стоял, переминаясь с ноги на ногу, в нетерпении ожидая ответа, и Йингаагг'мос, наконец, вынырнул из пугающих размышлений:</p><p>— Фиолетовый и жёлтый. Но пусть оба цвета не будут слишком яркими, — проговорил он, сам не зная, почему выбрал именно их. Когда он думал о них, в памяти вспыхивали смутные, почти мистические образы, связанные с космосом: бескрайние фиолетовые туманности, пронизанные золотистыми нитями звёздной пыли. И самое страшное, что Константин не понимал, кому именно принадлежат эти воспоминания — ему самому, либо тому, чьё тело он занял.</p><p>Уль издал радостный, стрекочущий звук и тут же пулей помчался раздавать указания ткачам.</p><p>Ткачи, к слову, кардинально отличались от своих стройных собратьев-«кузнечиков». Создавалось впечатление, будто кого-то прихлопнули огромной ладонью: они перемещались на четырёх мощных лапах, а их верхние конечности стали ещё длиннее, с неожиданно изящными и ловкими пальцами, идеально приспособленными для тонкой работы. Голова с мощными жвалами намекала, что ткачи предпочитают мясную пищу, что и было правдой — Константин видел, как втроём они за несколько минут разбирали тушу огромного местного травоядного, словно это был не организм, а конструктор. И работали они с потрясающей скоростью — через одно путешествие солнца по местному небосводу Уль уже щеголял в новых одеждах.</p><p>Стены первого Храма росли медленнее, чем хотелось, но торопить строителей не имело смысла — они были слабыми, хотя и невероятно выносливыми. Константин с удивлением осознал нетерпение, что внезапно ощутил. Ему нравилась сама идея Храма, нравилось всеобщее поклонение, нравилось то раболепное обожание, с которым на него взирали «кузнечики».</p><p>Эти новые, чуждые ему чувства его одновременно и манили, и напрягали — он не понимал, почему ощущает всё именно так. Но, с другой стороны, почему он должен от этого отстраняться? Почему бы просто не наслаждаться положением бога? Он поймал себя на привычной уже мысли — найти в окружающем его хаосе крупицу хоть чего-то привычного для него. Или частичку его собственного «я»… но усилием воли он отогнал эти мысли.</p><p>Между тем жизнь в деревне — хотя теперь это поселение смело можно было назвать протогородом — била ключом. Почти все трудились на великой стройке, отдавая все силы новому Храму. Одновременно Константин изучал подсказки Системы и с растущим удивлением осознавал, насколько всё в этом мире сложно и многогранно. Ему было недостаточно просто принимать поклонение: необходимо было выстроить и упорядочить жизнь последователей, создать устойчивую структуру, которая могла бы функционировать автономно, чтобы она не рухнула в его отсутствие.</p><p>Путешествие… Сама эта мысль будоражила его, вызывая сладкое, щекочущее нервы предвкушение. Он даже не мог представить, как это будет — покинуть планету, воспользовавшись «Космическим прыжком». Что он увидит? Другие миры, другие расы, другие звёзды? Но он не позволял себе глубоко погружаться в фантазии, понимая, что сначала нужно закрепиться здесь.</p><p>Храм продолжал расти на глазах, и вскоре Константин в полной мере смог оценить его монументальную, давящую мощь. Он был сложен из тщательно отполированных каменных блоков, отливавших на солнце таинственным зеленоватым цветом. От него веяло не просто торжественностью, а древней, почти зловещей мрачностью, и не только червь был восхищён — «кузнечики» со всей планеты массово стекались в город, чтобы увидеть и это чудо, и его хозяина.</p><p>Оказавшись внутри впервые, Константин оценил просторные, высокие залы, которые пока ещё хранили гулкое прохладное молчание, но шорох сотен чужих ног уже начинал наполнять это пространство жизнью. Он знал, что вскоре здесь будут проводиться ритуалы и жертвоприношения для поддержания его, молодого Бога, сил. И Константин всё никак не мог смириться с этой мыслью, не мог до конца осознать, что он — действительно Бог. Самый настоящий, пусть пока и не всемогущий, но способный творить малые чудеса для своих последователей, чувствовать их веру и направлять их волю.</p><p>«Кузнечиков» неизменно впечатляло всё, что делал Йингаагг'мос, и он довольно быстро к этому привык, начав даже принимать как должное. Однако он старался не забывать предостережения Системы: не со всеми расами будет так просто. Его уверенность в этом подкреплял Уль, который в минуты откровений охотно рассказывал:</p><p>— Раньше Молодые Боги никогда не принимали нас в свой Культ. Мы казались им слишком незначительными, слишком слабыми, чтобы тратить на нас силы. Мы и вправду слабы, — странно, но Жрец говорил о собственной расе с каким-то смиренным, почти философским спокойствием. Поколениями они смирялись со своей участью пушечного мяса и расходного материала, и это стало их привычным, почти комфортным укладом жизни. — И все мы безмерно счастливы, что наконец-то можем послужить вам, о Йингаагг'мос. И я, как ваш Верховный Жрец, надеюсь, что вы преодолеете все трудности и вознесётесь, как вам и полагается по праву сильного.</p><p>— Трудности? — оторвавшись от трапезы, поинтересовался Константин, методично перемалывая очередную корзину с подношением — на этот раз это было нечто, напоминавшее вяленое мясо со специями.</p><p>— Молодые Боги… они весьма уязвимы на первых порах, — с осторожностью, почти шёпотом, начал Жрец, с опаской поглядывая на массивного червя. Но тот лишь равномерно работал челюстями, и «кузнечик» продолжил смелее: — По крайней мере, так гласят предания. Они вечно борются между собой, пожирают друг друга, пытаясь укрепить позиции своего Культа. Культ — это всё для молодого Бога.</p><p>Речь Жреца почти дословно перекликалась с сообщениями Системы. Он настойчиво, как заезженная пластинка, подчёркивал, что каждому Богу нужен Культ, что это не просто преимущество, а обязательное условие Восхождения! Но разве это не делает самого Бога уязвимым? Стоит внести сомнение, гнильцу в стройное тело Культа — подкупить жрецов, посеять панику, уничтожить ключевых последователей — и всё неминуемо начнёт рушиться, увлекая на дно и само божество, как бы не была крепка уже сложившаяся структура.</p><p>«Со временем показатель накопленной мощи стабилизируется и становится постоянным. То есть даже при значительной потере последователей, или даже при почти полном отмирании Культа, ваш личный резерв мощи не снизится, но и рост его прекратится. Этот буфер даёт вам время на восстановление Культа и налаживание молитв и ритуалов», — услужливо пояснила Система, словно читая его мысли.</p><p>Червь машинально кивнул, с глухим раздражением прислушиваясь к скрежещущему, поскрипывающему звуку, что доносился с его собственной спины. Это тёрлись друг о друга края его бронированные щитки, рождая в Константине острое чувство тошноты. Он ненавидел это тело хотя бы за то, что оно менялось помимо его воли. Оно было автомобилем, в которым он оказался случайным пассажиром, и осознание этого факта вызывало в нём весьма противоречивые желания. Но в тот же момент он осознавал, что это отвращение — которое не было столь острым раньше — словно пришло откуда-то извне.</p><p>«Зафиксирована попытка ментального воздействия. Не исключено влияние более сильного Бога-конкурента. Помните: ментальные воздействия — основное оружие в борьбе за влияние. Противник может пытаться подорвать вашу уверенность, посеять сомнения или усилить уже существующие страхи. Возможно, рост вашего Культа уже привлёк нежелательное внимание обитателей соседних планет. Рекомендация: соблюдайте предельную осторожность и укрепляйте ментальную защиту», — Система, словно поймав его на слабости, дала ясное и недвусмысленное подтверждение его худшим подозрениям.</p><p>Вот оно что! Значит, это не просто его нервы или тоска по дому. Это — атака.</p><p>Константин сразу вспомнил легенду о том самом артефакте, камне, который якобы может защитить от ментального влияния, что так невзначай обронил Уль. Возможно, это не просто сказка? Возможно, действительно стоит начать активные поиски? Но на этой планете, среди этих примитивных «кузнечиков», ему вряд ли сообщат что-то новое или существенное.</p><p>А это означало, что настало время двигаться дальше, расширять сферу влияния и искать новые знания и новых последователей на соседних планетах. Связь с уже устоявшимся Культом он будет поддерживать через ментальные каналы — для этого, собственно, и были назначены Жрецы, которые могли как чётко слышать его директивы, так и транслировать ему информацию о происходящем в его отсутствие.</p><p>Любуясь своим почти достроенным Храмом, Йингаагг'мос сделал глубокий вдох (насколько это было возможно для его тела) и попытался очистить разум, мысленно выстроив ту самую защитную стену, о которой читал когда-то в книжках по популярной психологии. В прошлой жизни этот приём иногда помогал справиться с паникой перед экзаменами. И сейчас он сработал — стало немного легче, острее восприятие, чётче мысли. Чувство отвращения к себе никуда не делось, но теперь его было проще отодвинуть на второй план, признать его существование, но не позволять ему управлять своими действиями.</p><p>«Ментальные практики… — размышлял он. — По сути, это же просто телепатия, внушение и психологическое воздействие, верно?» Ему было гораздо комфортнее мыслить старыми, земными понятиями, чем слепо принимать правила этого безумного мира.</p><p>Интересно, что именно имела в виду Система, написав про «соблюдение осторожности»? Сидеть тише воды, ниже травы? Не высовываться с планеты? Но это было невозможно и прямо противоречило его целям — ему необходимо было двигаться вперёд, расширять Культ, искать союзников и ресурсы. Эта мысль, несмотря на всю её опасность, неожиданно добавила ему решимости и того самого азарта, которого так не хватало в его прежней, размеренной жизни учёного. Осталось совсем немного — дождаться, когда на всех ключевых точках планеты будут достроены и освящены храмы и алтари, создав устойчивую сеть, и тогда можно будет отправляться в путь.</p><p>— Вскоре вы отправитесь расширять границы нашего Культа, верно? — голос Верховного Жреца вновь выдернул его из глубины размышлений. Червь медленно повернул свою массивную голову к Улю и заметил, что тот заинтересованно блестит своими сложными глазами, в которых читалась не только преданность, но и жгучее любопытство. — Прошу прощения за мою неслыханную дерзость, о Повелитель, но… Я бы отдал всё, чтобы узреть это собственными глазами! Увидеть другие планеты, иные расы, великие космические стройки… Для вас, возносящегося, это наверняка станет чередой величайших открытий! Быть может, вам даже удастся лицезреть сияние Второго Кольца! — говорил Уль с неподдельным, почти детским благоговением, и это рождало в глубинах сознания червя новую, едкую волну раздражения. Как этот… насекомое смеет восхищаться ещё кем-то или чем-то, кроме него, Йингаагг'моса? Разве его величия недостаточно?</p><p>Уль, обладавший поразительной чуткостью к настроению своего божества, мгновенно почувствовал эту тонкую вибрацию недовольства и поторопился исправить оплошность, его стрекот стал ещё более подобострастным:</p><p>— Но, конечно же, величайшей честью и смыслом моего ничтожного существования является лишь служение вам, мой господин. И моё желание увидеть иные миры продиктовано лишь жаждой помочь вам захватить их, привлечь заблудшие души в наш великий Культ, даруя вам ещё больше мощи и величия! — он почти просипел эти слова, склонившись в низком поклоне.</p><p>Константин почувствовал, как раздражение отступает, сменяясь странным, тёплым удовлетворением.</p><p>«Хорошо, — подумал он. — Он знает своё место».</p><p>Какие противоречивые и пугающие ощущения он испытывал! С одной стороны, ему, человеку, была противна эта рабская лесть, а с другой — его новая, божественная природа жадно впитывала её, как иссохшая земля — воду. И эта внутренняя борьба мешалась с навязчивым, гнетущим отвращением к собственной тварной сущности. А поверх всего этого лежала ясная, холодная потребность, наконец, покинуть эту уютную колыбель и ринуться на поиски новых миров для своего Культа. Это желание, чужое и одновременно своё, рождало в нём нервный трепет и щемящее предвкушение, которых он никогда не знал в своей прошлой, человеческой жизни.</p><p>— Похвальное рвение, — снисходительно произнёс он, обращаясь к распростёртому Улю. — Возможно, со временем, когда империя окрепнет, я возьму тебя с собой в одно из таких путешествий. Но первый бросок в неизвестность я должен совершить в одиночестве.</p><p>— Вы… возьмёте меня? — голос Жреца дрогнул от переполнявших его чувств. — Это… я не могу даже выразить… это была бы честь, перед которой меркнут все легенды моих предков! — он был явно и глубоко взволнован, но сумел сохранить подобие самообладания. — И… и когда к нашему великому Культу станут присоединяться иные расы, вам, о Повелитель, надлежит будет назначить среди них и новых Жрецов, дабы мы, ваши слуги, могли слаженно взаимодействовать во имя вашего величия.</p><p>«Между всеми Жрецами единого Культа формируется нерушимая ментальная связь, прекращающаяся лишь с физической гибелью самого Жреца. Поскольку вы уже назначили Верховного Жреца, вам следует с удвоенным вниманием относиться к вопросам его личной безопасности. Верховный Жрец обладает привилегированной, прямой связью с вами, тогда как Младшие Жрецы воспринимают лишь общий вектор вашей воли, её отголоски», — сообщение Системы на этот раз было особенно пространным и насыщенным информацией.</p><p>— Я могу назначить для тебя помощников в дальнейшем, — задумчиво проговорил червь.</p><p>— Да, господин. Я буду чувствовать связь с другими Жрецами. Не только тех, кого вы назначите мне в помощь, но и тех, кого вы назначите на других планетах. Мы будем слышать друг друга, даже если вы будете далеко. И, если позволите… ваше растущее величие будет менять и нас. Разве это не будет настоящим чудом?</p><p>Значит, его влияние простирается так далеко, что он может буквально лепить свой Культ, как гончар — глину, придавая ему наиболее эффективную и удобную для себя форму?</p><p>— А если я захочу назначить другого Верховного Жреца? — задумчиво проговорил червь.</p><p>Уль дрогнул и склонил голову:</p><p>— Тогда все знания, что смогу накопить я, или моя династия — исчезнут. Новый Верховный Жрец будет обладать только общими познаниями о Культе, — ответ Жреца прозвучал едва слышно. Константин в ответ вздохнул — Уль показывал себя только с хорошей стороны. Необходимости в его замене не было… по крайней мере пока что.</p><p>Йингаагг'мос с новым, более пристальным интересом взглянул на своего Верховного Жреца, осознавая всю полноту его ответственности и уязвимости. В Уле теперь была сосредоточена вся оперативная власть и координация Культа. Потерять его из-за небрежности было бы не просто ошибкой, а преступлением. Наверняка, он мог бы назначить другого, но к каким последствиям привела бы такая рокировка? Разумеется, проверять это вживую у него не было ни малейшего желания. Он уже начинал понимать суровую логику этого мира: он не прощал ошибок, безжалостно карая за малейшую оплошность.</p><p>А ещё Константин с внезапной остротой осознал, что уже давно, слишком давно не погружался в медитацию. Это упущение нужно было срочно исправить. Пусть он и не понимал до конца, как должно развиваться его тело в соответствии с «показателем мощи», но он точно знал, что без новых знаний и умений его путешествие может закончиться, едва успев начаться.</p><p>Верховный Жрец что-то ещё трещал о новых поставках мрамора для облицовки, но червь его уже почти не слушал, его взгляд был прикован к величественному фасаду Храма. Константин считал себя существом весьма внушительных размеров, но Храм всё равно подавлял его своим масштабом, своими строгими, отточенными линиями.</p><p>— Я желаю осмотреть своё новое святилище изнутри, — объявил он Жрецу и, неспешно развернувшись, направился к огромному, зияющему проёму. Толпы последователей почтительно расступались, образуя живой коридор, и с восторгом, смешанным со страхом, взирали на Йингаагг'моса, который с чувством глубокого удовлетворения вполз под сень исполинских сводов своего земного дома.</p><p>Специально для него в стене Храма был сооружён отдельный, достаточно широкий проход, ведущий в святая святых — пространство прямо за главным алтарём. Именно здесь, в этом полумраке, освещённом лишь тусклым светом светящихся грибов, он и расположился на возвышении, с которого мог, оставаясь невидимым для большинства, наблюдать за будущими ритуалами и толпами поклоняющихся.</p><p>Устроившись поудобнее и ощутив, как холод камня приятно остужает его брюхо, Йингаагг'мос медленно закрыл глаза и начал отрешаться от внешнего мира, погружаясь в медитацию. Но вместо привычной цветной картинки его внезапно встретила тьма. Она была плотной, осязаемой, и обволокла его, стискивая, и когда он попытался отступить — у него ничего не получилось. Что-то пристально вглядывалось в него, проникало через сегменты его брони, забиралось в нежную плоть, изучало его. Сердце, которого у него не было в привычном понимании, глухо заколотилось где-то глубоко внутри. Древний липкий страх медленно растекался по его телу, и он рванулся всем телом, желая закричать.</p><p>Тьма отступила, и его сознание прояснилось — он всё так же лежал на каменном полу его собственного храма. Бездна ушла, оставив после себя почти первобытный ужас. Одно он понимал — что его путешествие только началось. И оно будет страшнее, чем он мог себе представить до этого.</p></section><section><title><p>Глава 8</p></title><p>Немного придя в себя, он неуверенно, но всё же повторно рискнул погрузится в медитацию, тщательно стараясь освободиться от липкого ощущения страха. Медленно погружаясь в медитативное состояние, Константин пытался разобраться в собственных ощущениях и понять уже определённо, что именно изменилось. Да, он давно этим не занимался, слишком занятый своим Храмом, но теперь готов был уделить этому время.</p><p>На первый взгляд всё вокруг было как обычно, хотя и с небольшими изменениями — теперь вся планета принадлежала ему, и он это прекрасно понимал и видел. Но когда он перестал концентрироваться на своём детище — при этом он чувствовал странную, нетипичную для него гордость — всё вокруг словно было подёрнуто тёмной вуалью, сквозь которую с трудом можно было разглядеть маленькие точки далёких звёзд. Это было нетипично — в прошлую медитацию такого не было! Однако ответ нашёлся довольно быстро — где-то на грани восприятия что-то шевельнулось, и это движение напомнило Константину об испытанной боли. Он внутренне содрогнулся, но не спешил покидать это место.</p><p>Во-первых, он понимал что его… благодетель может хотеть встречи с ним. По какой причине — вот это уже был совершенно другой вопрос. Во-вторых, он чувствовал, что не может покинуть это место, просто потому что ему так хотелось. Его нефизическое тело словно оплетала эта самая тёмная вуаль, сковывая движения и будто требуя его покорности.</p><p>— Долго ты сюда собирался, — голос Азатота вновь гремел отовсюду, заставляя мозг Йингаагг'моса испуганно съеживаться в ненадёжной костяной защите черепа. Вряд ли она могла спасти его от этого существа, ведь так?</p><p>— Твоё непочтение вызывает раздражительность. Почему ты так медленно продвигаешься? Неужели оковы твоей новой плоти мешают тебе? Быть может, лишить тебя её? — Азатот действительно говорил раздражённо, и его тон напомнил Константину тон родителя, ребёнок которого очень сильно накосячил.</p><p>— Нет, я… разбирался со всем. Некоторые вещи сложно понять, — он не хотел оправдываться, но именно это ему сейчас и приходилось делать. С учётом ужаса, который ему внушал Азатот, его мысли звучали довольно связно, по крайней мере пока что.</p><p>— Разбирался? Ваш разум весьма гибок, и способен довольно быстро обучаться. Тем более такого рода Система уже знакома вам, в чём твоя проблема? Да ещё ты выбрал для основы своего Культа кормовую расу, которая хороша только для еды, а не для того, чтобы восходить, — Азатот продолжал его отчитывать, и страх в глубине естества Константина немного улёгся, успокоился, спрятался до поры до времени. Но вместо него на поверхность теперь проступало раздражение, которое вызывалось словами Азатота. Да он… что, не понимает, в какие условия поставил своего протеже?</p><p>Невзирая на огромное количество поглощаемой пищи, Константин всё равно чувствует себя уставшим и раздражённым, такое ощущение, что из него просто все силы кто-то высасывает! И, несмотря на растущую мощь, он чувствует, что остаётся всё таким же слабым и беспомощным. А ещё его внешний вид… Лучше бы Азатот поместил его в тело какого-нибудь жука, которые теперь составляют основу его Культа!</p><p>Злость вспухала внутри, словно болезненный нарыв, и Константин от неожиданности вздрогнул всем своим существом. Злость, обида и раздражение были столь яркими и оглушающими, что он даже немного растерялся. Словно сейчас с него содрали всю шелуху, и он предстал перед божественной сущностью в том первозданном виде, в котором его произвели на свет.</p><p>И Азатот это явственно чувствовал, потому что замолк, и тишина стиснула своими космическими объятиями жалкого червя. А потом раздался смех. Сначала тихий, он нарастал с каждым мгновением и вскоре стал настолько оглушительным, что Константин съежился, вот только рук у него здесь не было, чтобы заткнуть свои уши.</p><p>Отсмеявшись, Азатот словно придвинулся ближе, и его голос зазвучал намного ближе, хоть и не так оглушительно — но в ушах у Константина всё так же звенело:</p><p>— Ты, маленькая букашка, осмеливаешься транслировать эмоции подобного плана в сторону меня? Ты весьма смелый, раз до сих пор считаешь это позволительным. Запомни — темп твоего Восхождения меня не устраивает, начни уже продвигаться вперёд. Твои старания на этой планете, конечно, заслуживают положительного комментария, но времени не так много. Ты не должен растрачивать столь драгоценный ресурс на такую ерунду. Запускай процесс присоединения планеты к Культу и двигайся дальше. Не забывай про нашу сделку, если рассчитываешь на щедрую награду от меня. А теперь свободен.</p><p>Присутствие Азатота начало ослабевать, и постепенно ощущение его присутствия сошло на него. Константин чувствовал мелкую дрожь своего существа — до чего же эта сущность была жуткой и пугающей! Но, не стоило отрицать того, что он был частично прав.</p><p>Почему-то только Азатот не учитывал тот момент, что Константину непривычно взаимодействовать с новым для себя миром, и сначала ему необходимо было разобраться в основании, а потом уже действовать дальше. Однако мысль о том, что он действительно медлит, была правильной — червь не хотел признаваться, но он побаивался идти на следующую планету. Да у него будет поддержка Культа, но он понятия не имел, как действовать! Нужно ведь будет выяснять, чем впечатлить и завлечь новых сторонников в Культ, да и вообще… Невзирая на такого рода раздирающие мысли, Константин неожиданно почувствовал себя приободрённым.</p><p>В реальность он вернулся, думая о том самом камне, который защищает от ментального воздействия других Богов. Но как проверить, правдивы ли эти слухи? Сколько истины в этих легендах? Возможно, действительно пришло время двигаться дальше. Расширять свой Культ, влияние и найти необходимое. Стоять на одном месте и снова встретиться с Азатотом ему совершенно не хотелось.</p><p>Конечно, он не думал о том, что ему придётся сражаться с Азатотом — Йингаагг'мос осознавал, что ему понадобится ещё очень много мощи, чтобы стать достойным конкурентом этому сильному божеству. Первое Кольцо — прибежище самых сильных. Интересно всё же узнать о том, как был создан этот мир? Но Константин не мог быть уверенным, что Азатот именно с Первого Кольца.</p><p>— Вы вернулись! — Уль предстал перед своим хозяином, угодливо складывая руки. В храме было пусто и тихо и по скупому свету, что сочился откуда-то сверху от спутника, червь без труда догадался о том, что сейчас глубокая ночь. Сколько он отсутствовал в этот раз?</p><p>— Вы выглядите уставшим. Как ваше путешествие?</p><p>— Всё нормально, — пробасил Константин, прислушиваясь к себе.</p><p>Какие изменение претерпело его тело на этот раз, а самое главное — когда он привыкнет к этому? Судя по ощущениям, у него словно выросло что-то внутри, да и само тело стало менее неповоротливым, а под брюхом он ощутил какие-то лапки, что ли? К сожалению, места было слишком мало, чтобы развернуться и хорошенько себя осмотреть. А ещё, что было очень важным — он не чувствовал всепоглощающего голода, что владел им ранее! Может быть ему помогли в этом новые органы, что выросли внутри, судя по ощущениям?</p><p>— Вам нужно передохнуть и привести себя в порядок, господин. Не стоит являться перед служителями вашего Культа в ослабленном виде, — Уль говорил подобострастно, но твёрдо. Явно не хотел разозлить червя, но считал необходимым донести до него информацию. — Но вы выглядите немного по—другому, — нотка восхищения в тоне Уля немного ослабила недовольство Константина. Он осознавал важность слов своего Жреца, но чувствовал недовольство от того, что тот осмелился ему указывать на это.</p><p>Червь заворочался, после чего пополз к выходу из храма — ему хотелось ощутить себя и понять, что изменилось. Первое, что он заметил: тот противный звук от трущихся друг об друга щитков пропал, они словно стали мягче и пластичнее. Маленькие лапки, которые теперь располагались под его брюхом, выглядели сущей насмешкой — они быстро уставали, и ему приходилось переходить на более привычный способ передвижения. Обычно он подтягивал заднюю часть и подталкивал переднюю, передвигаясь волнообразно. Пошевелив вновь приобретёнными маленькими лапками, Йингаагг'мос пришёл к выводу, что конечности ему понадобятся намного лучше, чем у него есть сейчас. Видимо, при следующей медитации что-то изменится вновь, но теперь ему нужно было отправляться дальше. К следующей планете, которую он сможет присоединить к своему Культу, и которая даст ему необходимые ресурсы для собственного роста.</p><p>«Внимание! Вы достигли пределов мощи на данной ступени развития Культа. Вам необходимо заняться его развитием, в противном случае другие Боги могут забрать то, чего вы уже достигли», — Система, как обычно, прислала сообщение в тот самый момент, когда он был занят размышлениями. В её манере было подтверждать очевидные факты, и только подкреплять размышления Константина. Что ж, привлекать чужое внимание он тоже не горел особым желанием, поэтому отправился на поиски места получше.</p><p>Он нашёл удобную полянку посреди чужеродного леса, отдав мысленный приказ Улю позаботиться о главном Храме и о последователях.</p><p>Жрец отозвался, заверив червя в том, то всё будет в порядке и он всё проконтролирует, и что он с нетерпением ожидает новых последователей, для привлечения их к работе.</p><p>Константин не знал, как правильно пользоваться способностью, небольшой значок которой он видел на периферии своего зрения справа.</p><p>Он мысленно назвал её, но ничего не произошло, после этого он поднял взгляд к тёмному небу над головой. Подсказок от Системы не было, поэтому он попробовал мысленно нажать на способность, словно она была кнопкой. Всё внутри скрутилось в тугой узел странных ощущений, резко пахнуло чем-то свежим, а потом… Потом он увидел планету. Не в медитации, как это было ранее, а прямо перед собой.</p><p>Она плыла в космическом пространстве — огромный зелёный шар с кляксами океанов, морей и светлыми венами рек. Константин точно знал — это колыбель его Культа, даже немного похожая на его родную планету, но всё равно… другая. Но от этого не менее прекрасная! Чудесная жемчужина на тёмном бархате космического пространства. Константин мысленно встряхнулся, сбрасывая с себя накатившее на него странное чувство. Он никогда прежде не ощущал ничего подобного, а теперь ещё и в полной мере осознавал, как мелка эта единственная «жемчужина» в его коллекции!</p><p>И теперь он явственно ощутил желание… величия? Власти? Это ощущение робко нарастало внутри, становясь всё крепче и осознаннее, ведь больше власти — и он станет меняться дальше. Он откроет новые способности, хотя эта часть этого мира казалась ему совсем незначительной. Словно его просто пытались известить о том, что у него есть, но ничего особенного в этом не было. Похоже, все молодые Боги имеют примерно один набор способностей, иначе их борьба за власть была бы слишком нечестной.</p><p>Размышляя, Йингаагг'мос оглядывался, после чего прыгнул к ближайшей планете, которая висела светлом шаром на периферии зрения. Расстояния между планетами были огромными, но для него это было словно сделать пару шагов — и вот, голубоватый шар висит перед ним. Эта планета отличалась — да, здесь было много воды, но большая часть суши была покрыта горами. Наверное, когда-то здесь были континенты, которые долгое время встречались под действием геологических сложных процессов, и только благодаря этому вся суша этой планеты была изрезана многочисленными горными цепями. Их было настолько много, что ровного места было очень мало — никаких обширных равнин. Только глубокие низины или бугристые горные пики, что тянулись к небу, напоминая причудливые зубы неизвестного существа.</p><p>Йингаагг'мос, пока рассматривал планету, словно каким-то внутренним чутьем — благодаря органу, что вырос внутри — вдруг понял, что эта планета населена разумными существами. Прямо в атмосфере, к которой он приблизился, пульсировало сознание этой планеты — они были немного более развиты, чем «кузнечики» что уже ему служили, и обустроили себе жилища в глубинах многочисленных гор, освоившись за много лет собственной эволюции с таким своим существованием.</p><p>Константину было привычнее думать о том, что он делает именно шаги, а не перемещается с помощью своего «Космического прыжка», но без всякого труда приблизился к поверхности планеты. Он прямо чувствовал копошение живых существ под поверхностью этой планеты! Это было странное, удивительное чувство, природу которого он не совсем осознавал.</p><p>«С увеличением дальности космического прыжка, вы получили способность «Обнаружение жизни». Данная способность позволяет обнаруживать присутствие разумных существ в общем информационном поле той или иной планеты. Чем информационное поле интенсивнее — тем более развита цивилизация на данной планете», — услужливо подсказала Система. С учётом появления каких-то новых органов внутри — это была понятная способность и, кстати, очень полезная. К слову, при взгляде на горные образования, пасть Константина наполнилась тягучей горькой слюной, а его внутренности сжались от чувства голода. Такое жгучее желание он не испытывал уже давно, а теперь оно словно вернулось, да ещё и с удвоенной силой!</p><p>Наверное, он потратил силы на эти «шаги», вот и захотелось… перекусить. Йингаагг'мос не стал откладывать дело в долгий ящик, и с жадностью впился острыми зубами в ближайшую к нему гору. Разумеется, камень не устоял под напором голодного дхоула, который поддавшись своим первичным инстинктам принялся делать то, что у него получалось лучше всего — рыть нору, попутно пожирая всё, что попадало ему в пасть.</p><p>Константин смог остановиться только тогда, когда голод, закручивающий его внутренности в причудливый клубок болезненных ощущений, наконец утих. Он пришёл в себя посреди огромной пещеры, в которой камни всё ещё мелко подрагивали после опустошительного явления червя. Оглядевшись, он понял, что добрался до поселения, которое располагалось прямо посреди этой пещеры. Сверху свисали острые клыки сталактитов, и словно обитатели этого поселения совершенно и не переживали о том, что они могут обрушится на их головы.</p><p>Довольно беспечно — так подумал Йингаагг'мос, оглядываясь. Дома были похожи на грибы — с толстыми «ножками» и овальными крышами, что походили на шляпки. Вот только в том месте, где в пещере, из-под земли, появился червь, аккуратные домики были сломаны. Судя по всему, поселение пострадало весьма сильно.</p><p>Константин мысленно вздохнул — он не рассчитывал появиться здесь именно так, но, быть может, это поможет ему в установлении власти на этом куске бугристого камня.</p><p>Небольшая группка созданий — местных обитателей — сбилась в кучу, и с ужасом взирала на существо, подобных которому они прежде не видели.</p><p>Йингаагг'мос видел, как их разум пульсирует от страха и ужаса, который топорщился во все стороны острыми, царапающими иглами. Червь дрогнул — Константину было даже немного жаль этих существ, ведь он вторгся в их привычную среду обитания. Но теперь ему необходимо было наладить с ними контакт.</p><p>Следуя внутреннему порыву, он потянулся к этим разумам. Загрохотал в их сознании своим самым грозным голосом, на который был только способен, но помнил — сильно давить нельзя, иначе они не выживут. А раз он попал в это поселение, то и начнёт именно с него. То, что он мог так воздействовать на чужое сознание — казалось очень любопытным занятием, хотя Константин и чувствовал некое внутреннее неудобство из-за этого. Жаль, что здесь нельзя было воздействовать более мирным путём. Пусть он ещё толком не понимал законы этого нового для него мира, но ему хотелось бы иметь возможность привлекать в свой Культ не только благодаря силе и угрозе, но и мирным способом.</p><p>Существа, слишком напуганные его появлением — они напомнили ему какую-то помесь краба с каким-то ещё насекомым — не стали ему сопротивляться, а просто покорились его воле. Но желания служить ему они не выказывали, вместо этого показали, что давно страдают от голода. Стадо животных, которые обеспечивали их шкурами и мясом, куда-то ушло, а несколько проходов были завалены, отрезая их от возможности добраться до них. Им нужно заполучить своё стадо обратно, и тогда они смогут служить червю. Весьма странное условие, но Константин не стал с ним спорить.</p><p>Стадо он без всякого труда отыскал в соседней пещере и проложил к нему новый путь, с удовольствием поглощая камень на своём пути. Но теперь его сознание оставалось при нём, поэтому больше никаких разрушений он не нанёс. Горы здесь изобиловали залежами различных драгоценных и полудрагоценных камней, и после того, как местные обитатели убедились в том, что их источник мяса и шкур снова с ними, стали немного более благосклонны к червю, ведь Константин вполне успешно заложил в их разумы мысль о том, что он не имеет никакого отношения к катастрофе, что произошла с их поселением.</p><p>— Мы никогда не видели подобных тебе, — говорил староста этого поселения — весь белый от старости. Передвигался он с трудом переставляя нижние конечности и тяжело опираясь на свои руки-клешни. Белёсые глаза, которые располагались на длинных стебельках, таращились куда-то в сторону. Но, как понял Константин, — они все плохо видели, привыкнув существовать во тьме, которую слегка разгонял флуоресцентный мох, что рос в пещере в изобилии.</p><p>— Мы чувствуем твою силу, и благодарны тебе за то, что ты вернул нам стадо, благодаря которому сможем выжить. Что ты просишь взамен?</p><p>— Вы присоединитесь к моему Культу, и станете поклоняться мне, — спокойно ответил Константин, чувствуя странный восторг. Он понимал — эти будут принадлежать ему, а спустя короткий промежуток времени и вся планета присоединиться к его Культу. Ещё одна ступень к его будущему величию, и выполнению сделки, что они заключили с Азатотом.</p><p>— Я выберу верховного Жреца здесь сам. А вам необходимо начать строить мой Храм, и указать, где ещё есть поселения, я сам их навещу, — проговорил Йингаагг'мос. Где-то на границе его сознания продолжал пульсировать голос Азатота, напоминая червю об их последнем разговоре. К счастью, он медленно затихал, словно на время удовлетворился.</p></section><section><title><p>Глава 9</p></title><p>Да, на этой планете действовать было сложнее, чем на предыдущей, но Константин осознавал, что это не те трудности, с которыми ему придётся столкнуться. К счастью, как только он выбрал местного Жреца, его сразу же взял в обработку Уль, и дела пошли немного лучше. Верховный Жрец выразил своё искреннее восхищение действиями своего Бога, и был очень рад тому, что Культ продолжал свой рост. Не такими быстрыми темпами, как им всем бы хотелось, но главное, что они начали много работать над защитными ритуалами.</p><p>— Приношу свои извинения за то, что я принял такое решение, но я не хотел отрывать вас от более важных дел. К сожалению, мы слишком слабая раса, и я понимаю, что без вашего личного присутствия у нас может случиться… — трещал Уль, споткнувшись в конце, пытаясь донести свои опасения до своего господина. Но Константин совсем не сердился — наоборот, он радовался тому, что Культ в какой-то мере автономен, и его пристальное внимание не требуется. От него требовалась только начальная организация, а дальше Жрецы действовали самостоятельно и обращались к нему по важным вопросам.</p><p>Кстати, несколько просьб от почитателей уже было — они высвечивались на экране его Культа, и с ними можно было ознакомиться, а после уже принять решение — снизойти или проигнорировать. Поначалу Константин сомневался в том, что нужно этим вообще заниматься, но, хорошенько всё обдумав, пришёл к выводу, что — да, нужно. Иначе как ему ещё подпитывать веру своих последователей в себя?</p><p>Раньше мысль о том, что ему кто-то будет поклоняться, рождала в его душе целый вихрь противоречивых эмоций, но теперь он воспринимал это всё более благосклонно. Также он старался не забывать о том, что любой его культист — это в первую очередь живое существо со своими желаниями и мыслями. И надо помнить, что общий настрой состоит из отдельно взятых элементов.</p><p>Вспомнить хотя бы толпы людей, например, на концертах, которые скапливались в мире Константина. У них всегда есть несколько заводил, которые и задают общий тон настроения. У Константина в Культе этими заводилами были Жрецы, но даже они не смогут справиться с общим недовольством или проявлением массовой агрессии. Привычные для червя социальные аспекты работали даже в этих обществах, и пусть Константин никогда не примерял на себя роль лидера, ему всё равно удавалось ориентироваться во всей этой причудливой системе.</p><p>При воспоминании о его прошлой жизни, Константин отметил, что ему с каждым разом всё сложнее вызывать в памяти знакомые образы. Это заставляло задаваться его вопросом — а не исчезнет ли он сам, когда исчезнут его воспоминания? Что вообще делает человека человеком с учётом того, что внешне человек не походит на самого себя? Если он в другом теле?</p><p>— Господин? — голос Жреца заставил его вздрогнуть и вынырнуть из раздумий. Среди этих «крабов» Константин выбрал особь среднего возраста, который не выказывал раболепного поведения, но отнёсся к нему с глубоким почтением. Кандидат, как выяснился. оказался весьма неплохим и бодро руководил возведением Храма, не упуская возможности посоветоваться и со старостой, показывая, что мнение того до сих пор ценится. Даже если обстоятельства изменились, как ни крути.</p><p>— Вот, мы постарались создать карту, по которой вы сможете найти остальные поселения, — проговорил Жрец раскладывая перед Константином каменные таблички. Они, наверное, потратили бездну времени, чтобы так подробно указать все известные им поселения, среди которых были даже те, от которых давно уже не было слышно абсолютно ничего. Быть может, горы поглотили их — здесь до появления червя был весьма странный Культ поклонения некоему древнему существу, что жило в глубине горы. На самом деле Константин проверил — разумеется, никакого древнего существа здесь не было, так что фантазии местных жителей остались только фантазиями.</p><p>Немного изучив таблички и примитивную карту, он быстро понял, что ему на руку будут местные верования. Раз они верят в древнее существо, живущее в глубине планеты, то существо вполне себе может явиться с требованием дани, например.</p><p>Уль одобрил план господина, восхитившись его изобретательностью, что червю очень польстило. Нет, Константин старался немного абстрагироваться от этих эмоций — одна из его частей считала их не слишком правильными, но… он не мог припомнить такого отношения к себе в прошлой его жизни. Там ему приходилось бороться, и он получал в ответ лишь недовольство и презрение. Ему никак не удавалось заслужить признание, которое он так жаждал. Воспоминания нахлынули неожиданно, словно в его памяти прорвало плотину — он до сих пор болезненно вспоминал об отношении к нему Михаила Юрьевича, но он не позволил себе слишком уж ударяться в рефлексию. У него было слишком много дел, и он решительно отодвинул воспоминания куда подальше.</p><p>Нити его Культа медленно, но верно опутывали эту планету, но он оттягивал момент погружения в медитацию. Его страшила возможность новой встречи с Азатотом, но, глядя на новый Храм, что возвели в его честь, и наблюдая за тем, как суетятся эти маленькие существа, он всё больше уверялся в мысли о том, что ему просто необходимо двигаться дальше. Мощь его возросла, и нужно было позволить телу измениться, поэтому он устроился в своём Храме, дождавшись, пока избранный им Жрец не выгнал всех поклоняющихся и не затворил двери. Уль беспокойно ворочался где-то на краю сознания — их связь стала крепкой и прочной, и они чувствовали друг друга, что было оправдано — сам Константин предпочитал знать, что там твориться с его Верховным Жрецом. Сам он мог закрываться от Жреца, чем и воспользовался сейчас, скользнув в медитативное состояние.</p><p>Горная планета превращалась в ещё одно убежище Культа, и он с интересом рассмотрел уже возникшую связь между двумя планетами. Тонкие нити тянулись сквозь пространство, и со временем они станут толще и крепче — это он откуда-то знал. Вот так, значит, формируется связь между планетами, что принадлежат одному Культу? Нужно будет потом поподробнее изучить этот вопрос.</p><p>Пока он осматривался, подмечая одновременно, куда ему можно будет отправится дальше, на краю сознания клубилось чёрное облако. Словно часть Азатота до сих пор здесь присутствовала, безмолвно напоминая о заключённой сделке. Это было очень неприятное и нервирующую напоминание, тем более в памяти вспыхивало воспоминание о той боли, что ему пришлось пережить при первой встрече с Азатотом. Аж под пластинами на спине пробегали неприятные мурашки, и хотелось спрятаться куда-нибудь в глубину планеты.</p><p>Оглядевшись, Константин уловил, что вокруг тоже всё меняется. Нити змеились и тянулись во все стороны. Некоторых было больше, цвета принадлежали не ему — видимо каким-то другим молодым Богам. Интересно, как выглядят они? И как будет, в итоге, выглядеть он сам? Не стоило задерживаться здесь слишком долго, тем более с его планетами сейчас всё было в порядке. А вот ему самому нужно было двигаться дальше.</p><p>Вернувшись, он вновь ощутил изменения, которые случились в его теле. Внутри вновь что-то неуловимо изменилось, что-то исчезло, а что-то наоборот — выросло. Тело снаружи, судя по ощущениям, тоже изменилось. Интересно, если рассматривать все эти метаморфозы с биологической точки зрения, то как это всё можно обосновать? Как мощь может влиять на строение его тела, и какую форму в итоге оно примет? К чему может стремиться червь, который был создан только для поглощения материи? Тем более, судя по всему, черви разумом не обладают от слова совсем, за редким исключением.</p><p>Придя в себя в своём новом Храме, Константин даже испытал нечто похожее на дискомфорт. Храм там, на его первой планете, нравился ему намного больше, чем этот, но он никоим образом не показал свое отношение. Хотя, может быть, дело было в его привязанности именно к тому месту, так как оно было его первым? Людям ведь свойственны такие мелочи, верно?</p><p>Уль вполне неплохо справлялся с удаленным доступом, раздавая указаниям новым культистам, поэтому Константин не стал откладывать следующее путешествие в дальний ящик.</p><p>Освободившись от оков медитации, которая больше походила на вычурный сон, он дал себе немного времени, чтобы прийти в себя и привести свои мысли в порядок. В его разуме звучал уже ставший привычным шум — шёпот тысячи, нет, миллионов разумов местных обитателей. Убедившись, что всё стабильно — храм стоит прочно, возводятся другие нужные постройки, а ритуалы производятся как нужно, он закрыл глаза, готовясь к новому прыжку.</p><p>К сожалению, в этой системе больше не было обитаемых планет. Те, что захватил под свой контроль Константин, были второй и третьей по счёту от их светил. В его памяти едва заметным миражом дрожали воспоминания о теплом шаре его родной звёзды, но местная на привычное солнце была совсем не похожа. Словно она было меньше и бледнее, чем то, что он видел до этого, и он не стал приближаться к звезде близко — Система предупредила его о том, что он может пострадать, если не будет соблюдать осторожность.</p><p>— Интересно, как я вообще могу находиться в космосе без всякого ущерба? — спросил сам у себя Константин, разглядывая пятую планету местной звёздной системы.</p><p>Планета была похожа на обычный камень, который по прихоти космических сил совершал свой бесконечный полет среди пространства. Его поверхность была испещрена кратерами и длинными рытвинами, которые больше походили на следы от исполинских когтей. Конечно, вопрос Константина был риторическим, но Система неожиданно решила на него отреагировать:</p><p>«Любое существо, которое вступило на путь Восхождения получает возможность свободно находиться в Космическом пространстве. Космические ветра и излучения не страшны, так как на молодого Бога действует особая защита. Кислород и питание не требуется, но необходима поддержка Культа для того, чтобы безболезненно находиться в космосе», — читая сообщение, Константин только мысленно качал головой. Его не отпускала мысль о том, что он попал в какую-то причудливую игру, которая существовала по своим законам, всячески оправдывая возможные вопросы «особой защитой», к примеру. Однако… Он ведь чувствует боль, да и не лишён других эмоций, поэтому предполагать, что он находится в каком-то сне – уже было глупо.</p><p>Дальнейшее исследование этой звёздной системы убедило его в том, что здесь только две обитаемые планеты. Значит, пришло время двигаться дальше, но для начала он связался с Улем, который с радостью отозвался на зов своего господина. С огромным удовольствием Жрец сообщил о том, что ритуалы начинают действовать, так что планеты можно оставить без присмотра. Да и Культ ещё слишком мал, чтобы привлечь внимание кого-то по-настоящему опасного, поэтому пусть Йингаагг'мос продолжает свои дела по развитию Культа, и ни о чём беспокоится.</p><p>— Я и не думал беспокоиться, — несколько высокомерно ответил своему Жрецу червь, и тот сразу начал бормотать извинения за своё недостойное поведение.</p><p>А всё-таки как же удивительно быть в открытом космосе! Раньше Константин о таком только мог мечтать, а теперь он перемещается здесь, словно гуляет по лужайке у собственного дома. Стремясь к соседней звёздной системе, он вновь поймал себя на том, что его воспоминания подёрнуты светлой дымкой, и ему с трудом удаётся выуживать из памяти что-то из своего прошлого. Это его несколько напрягало, поэтому он постарался вспомнить дом, в котором он жил, институт, в котором работал. Или это место называлось как-то по-другому? Червь постарался избавиться от этих мыслей – почему они продолжают упрямо лезть ему в голову? У него есть заботы поважнее.</p><p>Звезда в этой системе была маленькой и злой. Длинные протуберанцы вещества вытягивались со сторон её полюсов, закручиваясь в причудливые спирали, словно забывчивый художник кистью делал набросок, но так его и не закончил. Константин даже замер, любуясь этим причудливым зрелищем и гадая, какие силы влияли на эту звезду. Её цвет был холодный и пронзительный, и вызывал только желание отвернуться и поискать светило помягче.</p><p>Планет здесь было всего лишь две, и они мчались с поразительной скоростью — вторая дальше от звезды, очень большая, и первая, немного меньше, очень близко к звезде.</p><p>А ещё Константина вдруг затопило ощущение чьего-то присутствия. Раньше он испытывал подобное чувство, но оно было настолько слабым и незначительным, что он даже не обращал на это толком внимания. Но теперь… Теперь оно было настолько сильным, что Константин невольно дрогнул, но тут же успокоился, понимая, что это не Азатот. Ведь тот говорил, что не может напрямую присутствовать на Третьем Кольце, так что… Константин, видимо, наконец, встретился с другим молодым Богом! Это было несколько волнительно, и червь так же понимал, что, скорее всего, к нему отнесуться весьма враждебно, но готов ли он к бою?</p><p>Внутри всё поджималось и вибрировало от предвкушения скорой встречи, ведь он до сих пор не встречал подобных себе. Конечно, он прекрасно понимал, что они все разные, и вряд ли это будет червь, подобный ему. Он не стал провоцировать другое существо и не двинулся ближе к планетам, которые, видимо, принадлежат его Культу. Но продолжал находиться в пределах системы, не торопясь покидать её.</p><p>«Внимание! Вы пересекли границу чужого Культа. Оцените мощь вашего противника и примите нужное решение. Рекомендация: конфликты на вашем уровне развития крайне нежелательны. Показатели мощи другого Бога могут быть намного выше, даже учитывая небольшие, пока что, границы его Культа. Взаимодействие крайне не рекомендовано», — предупреждение от Системы окрасилось красным цветом, что говорило о том, что это сообщение действительно важное. Такого прежде Константин ни разу не видел, но границ звёздной системы всё равно не покидал, терпеливо дожидаясь, когда Молодой Бог покажется ему.</p><p>— Я хочу поговорить, — требовательно обратился он к тому давлению, что ощущал со стороны. Он почти физически ощущал, как его… щиты? Словно прогибаются, но сил у невидимого противника не хватает, чтобы сломать их и забраться в чужой разум. Точно, у него же повысилась ментальная защита от чужих посягательств, вот только даже если это существо может так давить на него, что будет, если он встретиться с кем-то более сильным? То есть не как с Азатотом, а лицом к лицу? Он не позволил своим мыслям потечь в этом направлении.</p><p>Между тем пространство вокруг словно дрогнуло и исказилось прямо перед червём. Ему пришлось напрячь зрение, чтобы удержать зрительный фокус на одном конкретном месте — создавалось ощущение, что ткань реальности дрогнула и слегка сдвинулась, как штора, для того чтобы пропустить существо, которое пряталось за ней. Константин с любопытством наблюдал за существом, которое медленно проявилось, на достаточном расстоянии чтобы его невозможно было атаковать. Разумный подход к делу, а вот Константин, в свою очередь, с восхищением рассматривал огромную… медузу? Да, наверное, этому существу ближе всего подходило именно это описание.</p><p>Верхняя часть существа была куполообразной, светлой, и если приглядеться, то можно было разглядеть тёмные узлы под кажущейся тонкой оболочкой. По краям купола бежала линия такой же полупрозрачной бахромы. Глубже, из сердцевины туловища, тянулись длинные, тонкие, словно волоски, щупальца, которые едва заметно светились и плавно шевелились, не давая существу уплыть, повинуясь космическому ветру. Цвет создания был светлым, дымным, словно кто-то выдохнул дым от табака в банку, только вдоль щупалец виднелась голубая окантовка.</p><p>Йингаагг'мос внутренне дрогнул, не в силах скрывать своё восхищение, а вот «медуза», словно уловив его настроение, даже отплыла от него подальше. Видимо, существо совсем не ожидало такого проявления чувств от другого молодого Бога, с которым у них должен быть конфликт. А потом в голове Константина зазвучал, без всякого сомнения, женский голос:</p><p>— Приветствую. Меня зовут Грехал`са, о чём ты хотел поговорить? — она говорила мягко и мелодично, а вот Константин даже не нашёлся с ответом сразу. Наверное, для него было совершенно неожиданным тот факт, что другой Молодой Бог мог оказаться женщиной, ну, или… самкой? Как правильно здесь применить половое деление? И уместно ли оно для них?</p><p>— Я свидетельствую своё почтение, моё имя Кон… Йингаагг'мос, — Константин смог взять себя в руки, разумеется, мысленно, ведь его нелепые лапки только и смогли, что поджаться. Он понимал, что его поверхностные эмоции могут легко ощущаться этой, без всякого сомнения, прекрасной космической медузой, но стоило быть осмотрительным. И совсем не стоило забывать о том, в каком именно мире он оказался.</p><p>Неожиданная мысль посетила его разум, и Константин мысленно усмехнулся — а что, стоит попробовать? Судя по всему, уровень мощи у них примерно одинаковый, но они оба не достигли новой ступени Восхождения. Насколько он уже смог разобраться — накопленная мощь это одно, а вот ступень Восхождения — это совершенно другое. Хотя, вроде как, Система писала об обратном? Нужно будет потом разобраться с этим.</p><p>— Наши Культы молоды и ещё толком не окрепли, — начал говорить он, тщательно взвешивая каждое слово. — И я бы хотел предложить тебе объединиться, чтобы совместно развивать наши Культы, — он понимал, что рискует. Ведь Система предупреждала его о том, что Молодой Бог мог оказаться сильнее, но он не чувствовал в медузе острой агрессии.</p><p>Предложение было простым и прямолинейным, и космическая медуза начала излучать беспокойную растерянность — чужие эмоции он ощущал на самой грани собственных чувств, словно дуновение лёгкого ветерка. Вот только как Грехал`са отреагирует на его странное предложение? Медуха сохраняла молчание, но её щупальца едва заметно дрогнули, показывая её колебание. Это был его шанс!</p></section><section><title><p>Глава 10</p></title><p>Повисло молчание, липкое и тягучее. Грехал`са медленно шевелила щупальцами, обдумывая неожиданное предложение. Союзы в этом мире были не то, чтобы редкостью — о них говорили мало и тихо, словно о сокровенном ритуале. Её Культ был слаб, и сил его поддерживать становилось всё меньше. А этот странный червь выглядел уверенно. Возможно, риск был оправдан.</p><p>Константин же терпеливо ожидал ответа. На самом деле он сам не понимал, что заставило его сделать такое предложение. Пусть он ещё не до конца осознавал правила этого странного мира, но сейчас с кристальной ясностью понимал, что его предложение из ряда вон выходящее. Но забирать свои слова назад и затевать ссору с «медузой» он совершенно не собирался. Возможно, в нём говорила какая-то толика неуверенности в собственных силах, или сказывалось то, что он был человеком — а люди всегда предпочитают искать себе союзников, даже в такой враждебной обстановке.</p><p>— Твоё предложение звучит… интересно, — наконец заговорила Грехал`са, и Константин почувствовал её настороженность, зато ментальное давление ослабло, и от этого факта он испытал облегчение. Медуза говорила осторожно, тщательно обдумывая каждое слово — ещё не хватало, чтобы этот чужак воспользовался своим предложением и захватил её Культ! — Прежде я не слышала о возможности договоров между двумя молодыми Богами. На каких условиях ты хочешь заключить союз? Как мы будем делить захваченные нами миры? — медуза начала задавать червю правильные вопросы.</p><p>— Такие договоры возможны, просто мало кто пользуется этим, — уверенно заявил Константин. Тем более Система молчала, никак не подтверждая его слова, но и не опровергая их. Можно ли это было расценивать, как хороший знак?</p><p>— А насчёт миров… Я предпочту те, где больше скалистой поверхности. Какие нравятся тебе? — поинтересовался Константин.</p><p>— Там, где много воды. Но я не вижу выгоды в твоём предложении. Честно говоря, оно вызывает опасение. Знаешь ли ты, что Молодые Боги не заключают союзов? Или твой разум поражён какой-то скверной? — спектр эмоций медузы стал трудно различим. Они так переплетались между собой, что Константину приходилось прикладывать усилия, чтобы выделить хотя бы её базовые чувства. Наверное, его ментальные способности были ещё слишком слабы, потому что щупальца медузы закрутились, тесно сплетаясь между собой.</p><p>— Смею тебя уверить в том, что я абсолютно здоров, но я столь же ясно осознаю свою и твою беспомощность перед нашим Кольцом. Многие миры опустошены, другие заняты прогнившими Культами и умирающими Богами, которые сильнее, если мы будем действовать в одиночку. Наше с тобой Восхождение должно продолжиться, и действуя совместно, мы сделаем его успешным, — Йингаагг'мос говорил твёрдо и уверенно, настаивая на своём предложении союза.</p><p>Грехал`са расплела свои щупальца, и края её капюшона заволновались. Она больше не могла скрывать своё волнение, тогда как остальные эмоции она смогла спрятать поглубже, скрывая их от червя. Но, кажется, слова Константина пришлись ей по нутру, нервная пульсация медузы, которую ощущал червь, стала намного тише.</p><p>— Что ж, я не вижу веских поводов отказаться, но мы должны обговорить все пункты нашего союза, чтобы исключить возможности… неожиданностей с обеих сторон, — после весьма продолжительного молчания проговорила медуза.</p><p>— Разумеется, — согласился Константин, и они приступили к обсуждению. Если о мирах они договорились достаточно быстро — планеты с большим количеством воды отходят медузе, а более скалистые — червю, то в остальном им пришлось обсуждать чуть ли не каждый нюанс. Но здесь выручила Система, которая сразу откликнулась, когда Константин попросил её зарегистрировать все пункты, о которых договаривались Молодые Боги, а после проверить договор и выдать им готовый вариант. Судя по тому, что медуза примолкла в этот момент, она видела то же самое, что и червь.</p><p>Впервые Константин задумался о том, способны ли узреть другие Боги то же самое, что видит он, да и своего жгучего желания заиметь медузу в союзниках он не слишком понимал. Возможно, это было действительно ужасное чувство одиночества, невзирая на то, что ему поклонялись уже две планеты? Но ответ здесь лежал на поверхности — он нуждался в равном себе, с кем можно было обсудить более глобальные вещи. Всё-таки разум Культа ограничен планетой, на которой они находились, а ведь червь собрался путешествовать и брать под контроль ещё больше миров.</p><p>— Хорошо, такой вариант меня устраивает, — наконец сказала Грехал`са, прочитав итоговый вариант союза между ними. Они отметили в нём множество нюансов, и каждый постарался максимально защитить свой Культ от союзника, что было оправдано, как ни крути. Конечно, червь ещё не понимал всех тонкостей этого мира, но никоим образом старался не выказывать своей неосведомленности. Грехал`са родилась здесь, и понятие этого мира и его особенностей пульсировало в самой её сущности, а вот сам он…</p><p>— Не думала, что дхоулы могут развиваться, — неожиданно сказала она. Её капюшон перестал нервно колыхаться, и теперь она выказывала полное спокойствие, однако держась от него на приличном расстоянии. — Во всяком случае, никогда не слышала о червях твоего вида, что они смогли встать на ступень Восхождения.</p><p>— Ровно так же я не слышал о представителях твоего вида, что встали на путь Восхождения, — вернул Константин укол обратно медузе. Её щупальца заколебались, но он и без них ощущал её возмущение. — Давай заключим договор и обсудим наши дальнейшие планы.</p><p>Грехал`са выразила своё согласие, и перед взором Константина сразу же возникло сообщение от Системы:</p><p>«Внимание! Вы заключили договор о союзе с другим Молодым Богом! Ниже приведены пункты, которые должны соблюдать обе стороны, в противном случае будет применено наказание, соизмеримое нарушению условия заключённого Договора», — далее шёл перечень пунктов договорённостей двух Богов, а внизу была просто кнопка с надписью: «Принять».</p><p>Константин, ещё раз всё перечитав, нажал на кнопку и прислушался к себе — изменится ли что-то? Видимо, Грехал`са читала немного дольше, и приняла позднее, чем это сделал червь, потому как интерфейс перед его взором неожиданно вздрогнул. Справа, на краю обзора, появилась иконка со значком чужого Культа — в виде конуса с тремя лучами, выходящими из его нижней части, и, когда Константин развернул чужую статистику, понял, что она весьма урезанная.</p><p>Доступа к чужим Жрецам, разумеется, у него не было, зато был показатель мощи второго молодого Бога, и червь оказался прав — медуза даже была немного слабее, чем он. Видимо, культистов либо меньше, либо раса ещё более слабая, чем у него. Впрочем, теперь их совместная мощь выглядела весьма приятной. Но будет ли это влиять на его собственное развитие?</p><p>Система немедленно отреагировала на заданный мысленно вопрос:</p><p>«Находясь в союзных отношениях, Молодые Боги используют для определения собственного уровня совместный показатель мощи. Однако не стоит забывать о том, что в случае прекращения союза по той или иной причине, суммарная мощь не будет учтена. Необходимо будет набирать мощь для того, чтобы вернуться к личным показателям», — ну, это было весьма логично, как ни крути. Но у Константина складывалось чёткое ощущение того, что этот союз ещё принесёт ему массу впечатлений, а вот каких именно — он узнает потом. Он был рад тому, что его посетила такая идея, да и сама Грехал`са была желанным для него собеседником.</p><p>Он давно нуждался в равном ему, и вот, наконец, он появился! Вернее, она.</p><p>Медуза, видимо, занималась тем же, что и он — изучала его показатели мощи, и после весьма продолжительного молчания она обратилась к нему:</p><p>— Мы действительно стали сильнее. Я сомневалась в логичности этого союза, но теперь вижу выгоду в нём. Предлагаю двинуться в ближайшую обитаемую систему и осмотреть планеты. Потом мы их разделим и возьмём под свой контроль.</p><p>— Да, хорошая идея. Кстати, что у тебя за способность, которая позволяет так элегантно прятаться? Прежде я такого не видел, — польстил союзнице Йингаагг'мос.</p><p>Медуза шевельнула своими щупальцами и явно хорошо продумала свой ответ, перед тем как заговорить:</p><p>— Это называется карман реальности. Позволяет скрыться от противников, но долго я там находиться не могу.</p><p>— Какая замечательная способность! Это особенность твоего вида, я полагаю?</p><p>Их вежливый разговор продолжался, пока они перемещались в соседнюю звёздную систему. Они оба разговаривали осторожно, но поделились способностями друг друга — обоим было любопытно узнать об особенностях чужого вида. Тем более медуза не раз упоминала о том, что союзы в этом мире весьма редкая и необычная штука.</p><p>Жрец Уль же, поняв, что у них заключён союз с другим Культом, осторожно предостерёг своего молодого Бога:</p><p>— Будьте внимательны, и не рассказывайте ей слишком многого. Заключение союза — это ещё не гарантия того, что она не захочет захватить власть, и не найдёт какую-нибудь лазейку для этого. Хотя и не могу сказать, что это такая уж дурная затея. Мы нуждаемся в усилении Культа, пусть даже и таком, — сообщил Жрец, и Константин чувствовал его напряжение. А ещё удивлялся тому, насколько внятно Уль стал звучать, словно его разум начал развиваться, больше не скованный условностями его хилой черепной коробки. Но он Старший Жрец, и на нём лежит очень много ответственности, так что ничего такого Константин в этом не видел, даже наоборот — то что он слышал означало, что он когда-то не ошибся в своём выборе. Остальные Жрецы поддерживали Уля и одобряли его слова.</p><p>Звёздная система оказалась самой обычной — маленькое Солнце, пять планет, которые совершали свой бесконечный полёт в космическом пространстве, подставляя оранжевому светилу то один бок, то другой. При пристальном изучении Боги обнаружили, что из всех планет обитаема только одна — с умеренным количеством суши и жидкостей. Также они увидели, что на этой планете есть какие-то остатки чужого Культа, которые доживал последние дни. Храмы чужого Бога оказались почти все разрушены, а культисты бестолково бродили вокруг них, словно не в состоянии найти себе достойное занятие.</p><p>Грехал`са презрительно поджала свои щупальца:</p><p>— Вот что бывает с теми, кто решил сразу прыгнуть слишком далеко. Посмотри, в каком состоянии Культ — они едва живы и шевелятся. А ещё он настолько строго их контролировал, что когда они остались без его покровительства, стали не в состоянии даже принять самостоятельно пищу! Нет никого, кто бы им сказал о том, как это сделать, — её даже передёрнуло, и Константин ощущал в ней весьма спутанный клубок эмоций, из-за чего в нём даже немного поутихло чувство дикого голода, который он начал испытывать, стоило им только приблизиться к этой планете.</p><p>— Если мы покорим их, нам придётся учить их самостоятельности.</p><p>— Не слишком лёгкая задача, — проворчала Богиня. — Но мы будет действовать... совместно, так что не думаю, что это займёт много времени. У меня есть толковый Жрец, который справится с этой задачей. Но планета эта здесь единственная, что будем делать?</p><p>— Разделим её пополам. Насколько я вижу, обитаемые берега и глубины материков примерно одинаковые.</p><p>Медуза, обдумав предложение Константина, согласилась с ним, тем более она точно также могла осмотреть всё, как и он сам. Сама Богиня пока не могла понять, как ей относиться к этому союзу. От природы она была аккуратным и осторожным существом, с врождённой склонностью к недоверию. Но, глядя на то, как червь вгрызается в землю, утоляя свой голод и начиная покорение этой планеты, а ещё видя их суммарный показатель мощи, она уже склонялась к тому, что всё не так плохо. Но, разумеется, доверять ему совершенно не стоило, он вёл себя слишком странно, а опыт общения с другими Богами у неё уже был.</p><p>С этой планетой они управились удивительно легко. Оба Культа образовались одновременно, и стены Храмов вознеслись так синхронно, что Константин даже удивился. Один из Жрецов взял на себя контроль над новыми культистами, и по его указаниям они довольно быстро привели свои поселения в порядок. Также обоим Культам были выданы распоряжения — помогать своим соседям и сохранять нейтральные отношения, без захвата чужих территорий.</p><p>Назначив местного Жреца, Константин немного пообщался с ним, выяснив, что воспоминания у предыдущем Боге у того весьма смазаны и обрывочны. Словно как только он покинул их, они начали забывать про него. Это было… неприятно, ведь если Йингаагг'мос исчезнет, то его тоже забудут, верно? А это означало, что ему нужно всеми силами не допустить этого.</p><p>Но местный Жрец всё-таки смог поведать ему кое-что интересное — предыдущий Бог отправился на поиски некоего артефакта, который должен был подарить ему избавление от ментального проклятья, павшим на него по воле одного из Древних Богов, обитателя Второго Кольца. При каких обстоятельствах это произошло культист, разумеется, не знал, но рассказывал это с благоговением и ужасом. И снова этот таинственный артефакт!</p><p>Константин, лёжа в своём новом Храме, размышлял о нём. Слишком уж часто про него упоминали, пусть даже вот так, легендами и вскользь, но не подтверждало ли это его существование? Защита от ментального воздействия было бы великолепным дополнением к его растущей мощи. Погружаясь в медитацию в этот раз, он всем своим существом ощущал пульсацию Космоса, которая словно щекотала основы его разума, и нельзя было сказать, что это было приятно. Пусть у него и была защита, которую смогла помять Грехал`са, но ведь она слабый Молодой Бог, что будет, если он встретится с Древним? От одной этой мысли мурашки пробегали, но вероятность этого ведь была довольно мала. По крайней мере, насколько понимал Константин — они находились где-то на окраине Второго Кольца, и именно поэтому не привлекали особого внимания кого-нибудь сильнее.</p><p>Совершенно иной мир, который находился в ментальном пространстве, снова изменился. Нити тянулись и переплетались, но теперь он явственно ощущал не только те, что принадлежали ему, но и те, что принадлежали Молодой Богине. Словно зуд под фрагментами панциря — ненавязчивый, но постоянно напоминающий о себе. С некоторым удивлением Йингаагг`моса отметил, что его нити выглядят прочнее и надёжнее — его связь с Культом была сильной и крепкой, благодаря его микроконтролю и тому, что он постоянно был в контакте со Старшими Жрецами. Но он всё равно ощущал чужое присутствие, которое напоминало ему о сделке, и оно сразу начало давить на его разум. Почему Азатот всё ещё недоволен? Константин ведь хорошо продвинулся, намного лучше, чем это было раньше. Находиться здесь было неприятно, и даже болезненно по прошествии некоторого времени, поэтому он поспешил покинуть чертоги медитации, хотя и был доволен увиденным результатом.</p><p>Как обычно, он проснулся в своём новом храме, чувствуя некоторые изменения в своём теле. Вновь что-то выросло, а что-то исчезло, тело немного уменьшилось и обрело более утончённую форму. Теперь это Константина не пугало — наоборот, ему было интересно, сколько медитаций ему ещё придётся пройти, чтобы обрести окончательному форму? Или изменения будут бесконечными, подстраивая его под мир, внутри которого он находится?</p><p>— Ты вернулся? Нам пора двигаться дальше, здесь мы сделали всё, что было необходимо, — спокойный голос медузы отвлёк его от изучающего взгляда на самого себя, и червь шевельнулся в своём Храме.</p><p>Да, она права, настало время двигаться дальше. Угроза, что он чувствовал в медитации, была слишком реальной, чтобы игнорировать её.</p></section><section><title><p>Глава 11</p></title><p>Действуя сообща, они довольно быстро продвигались. Разумеется, сложности тоже были — например, они наткнулись на чужой, но весьма ослабленный Культ, Молодой Бог которого походил на невнятную кляксу, которая умела плеваться кислотой. По несчастью, на эту «кляксу» первым наткнулся дхоул и получил плевок кислотой, от которого по его телу прошла такая боль, что он на время перестал ориентироваться в пространстве.</p><p>Нет, с болью от Азатота её нельзя было сравнить, но из-за внезапности Йингаагг`мос растерялся. Тут на помощь пришла медуза, которая ударила противника ментальной атакой — червь почувствовал, как лапки под его брюхом поджались, когда мимо пролетело что-то тяжелое, но невидимое, а после Грехал`са обвила чужого молодого Бога своими щупальцами. Невзирая на его странную форму, она смогла стиснуть его и, кажется, начала сразу же пожирать.</p><p>Придя в себя, Константин смотрел на это с некоторым отвращением, но чувствовал и… восторг? Восхищение? То, как она поглощала этого молодого божка, стискивая его щупальцами… это было эстетически приятно.</p><p>Константин вздрогнул, сам испугавшись таких мыслей. Да что с ним такое происходит? Ему нравится то, как это странное медузообразное существо кого-то пожирает? Что в этом прекрасного? Это, наоборот, должно быть отвратительно! Это не укладывалось в его голове, поэтому он решил пока оставить Грехал`су в одиночестве, дав ей в полной мере насладиться своей трапезой.</p><p>Но, пожалуй, впервые он посмотрел внутрь себя и то, что он там увидел ему не совсем понравилось. Он ведь человек! Пусть и запертый в теле чуждого человеческому разуму создания, но он всё равно остаётся человеком! Ему не должны нравится такие вещи. Мысли неожиданно спутались, словно клубок ниток, который долго гоняла по полу кошка. И он пока не мог выпутаться из него. Что значит для него самого потерять человечность? И в чём она вообще заключается? Это странно звучало, когда он проговорил мысленно.</p><p>Но, с другой стороны — ему нравится тот путь, по которому он идёт. Нравится ощущать вкус власти, нравится осознание того, что он сильнее большинства Молодых Богов, что обитают здесь. Нравится, как его собственный Культ пульсирует в подкорке его разума, произнося очередную молитву, или творя очередной защитный ритуал. Ему было приятно выполнять небольшие просьбы своих последователей, которые тратили совсем малую часть его мощи, ведь потом выполнение этих просьб приносило ему намного больше.</p><p>— О чём размышляешь? — поинтересовалась Грехал`са, почти бесшумно приблизившись к нему.</p><p>— О том, что слишком часто я слышу слухи про странный артефакт. И о том, что я хочу попытаться отыскать его, — ответил Константин, загоняя свои мысли в подкорку собственного разума. Инстинкты ему подсказывали, что не стоит показывать свою слабость Молодой Богине, иначе это может обернуться нехорошими последствиями. Этот мир жил по своим правилам и законам, и ведь не зря союзы здесь заключались очень редко.</p><p>А вот Грехал`Са, услышав, что хочет сделать Йингаагг'мос, неожиданно рассмеялась. Её смех звучал подобно дождю из алмазов – он резал слух, но был приятен:</p><p>— Никогда не думала, что тебя можно завлечь такими сказками! Про этот артефакт легенды существуют уже множество циклов, да и ты сам прекрасно видел, что становится с теми, кто верит им, — медуза говорила с пренебрежением, но Константина царапнула недосказанность, которую он различил в тоне Грехал`Сы. Спорить с союзницей он не стал, но у него сложилось чёткое ощущение, что она явно не договаривает.</p><p>— Тем более, если бы этот артефакт существовал на самом деле, его уже давно бы нашли, ты так не думаешь? – медуза с некоторым ехидством посмотрела на своего союзника, после чего отправилась в свой Храм, оставив его в одиночестве.</p><p>— Господин? – Старший Жрец появился в его сознании, желая поговорить. Его советы зачастую помогали самому Йингаагг'мосу принимать правильные решения, которые помогали развитию и укреплению Культа.</p><p>— Я здесь. Что-то случилось?</p><p>— Я прощу прощения, но я услышал часть вашего разговора и почувствовал ваше некоторое волнение. Пожалуйста, не доверяйте ей, господин. Боги хитры и коварны, а у вашей союзницы могут быть и свои планы по поводу вашего союза.</p><p>— Что у тебя вызывает опасения? – задумчиво поинтересовался Константин. Уль говорил с осторожностью, боясь навлечь гнев своего молодого Бога, но и предостеречь его он тоже считал необходимостью. Для Старшего Жреца его Культ был тем, чем он жил, и Бог был тем существом, ради которого он без всякого сомнения отдаст свою жизнь. Поэтому он и считал себя в праве хотя бы попробовать донести свои опасения. К чести Йингаагг'моса он всегда прислушивался к Улю, даже если имел совершенно другое мнение по той или иной ситуации. Но имея взгляд со стороны, он мог принять правильное решение, для это Жрецы и были нужны.</p><p>— Ваша союзница слишком скрытая. Ранее она предлагала вам обменяться некоторыми ритуалами, но я не вижу причины для этого. Наоборот, это может быть опасно, с учётом того, сколько времени мы тратим на разработку и проведение именно защитных ритуалов. Возможно, она хочет узнать что-то, что ослабит нас, чтобы ударить исподтишка. Я прошу вас быть с ней осмотрительнее и осторожнее.</p><p>— Я тебя услышал, — Константин не сказал своему Жрецу, что мысли у него были схожие. Особенно на фоне того, как Грехал`са пыталась убедить его в том, что никакого артефакта не существует. Слишком упорно она это делала, и в её словах слышалась тонкая, почти неосязаемая нить лжи. Подумав об этом, Константин внезапно испытал приступ гнева, от которого стиснуло дыхательные пути. Маленькая лживая тварь! Да кто она такая, чтобы спорить с ним, и пытаться его в чём-то переубедить?!</p><p>С приступом гнева он справился достаточно быстро. После него он чувствовал себя несколько опустошённым, но мыслей о разрыве союза не допускал. Нужно было внимательнее следить за медузой, и подумать о более сильной защите, пока они занимаются расширениями Культов.</p><p>Но то, что нравилось червю особенно – их беседы. Медуза всегда говорила осторожно, взвешивая каждое слово, но с огромным удовольствием рассказывала про Третье Кольцо. Оказалось, что её вид имеет что-то вроде генетической памяти, которая передаётся из поколения в поколение, позволяя использовать те знания, что ранее принадлежали её предкам. Не каждому существу её вида была дарована возможность начать Восхождение, если не сказать больше — она вообще была первой, кто смог начать этот сложный путь. Но благодаря знаниям, что сидели в глубине её разума, она смогла основать Культ. Именно благодаря такой своей особенности она продержалась так долго, хотя ей и не хватало опыта и силы, чтобы бороться с другими Молодыми Богами.</p><p>А картина мира для Йингаагг'моса становилась всё более ясной. Третье Кольцо — просто обыкновенная помойка, в которую выкинули все неугодные расы и позволили периодически появляться Молодым Богам, которые всеми силами пытались нарастить мощь и дотянуться до Второго Кольца, получить доступ к нему. Интересно, какая там жизнь? Чем отличаются те Боги, кроме показателя мощи?</p><p>И Константину выпал шанс узнать об этом чуточку больше, когда они с медузой оказались на окраине одной из систем. Здесь была единственная звезда, которая медленно погибала, и огромная каменная планета, на которой не было признаков жизни. Но Йингаагг'мос всё равно захотел посетить её, быть может из-за сообщения Системы, которое гласило, что данная планета — реликварий, но отказалась пояснить, что это означает.</p><p>— Почему ты хочешь потратить время на эту ерунду? – с раздражением спросила Грехал`са. В последнее время её настроение оставляло желать лучшего, да ещё и на её куполе образовывались расплывчатые тёмные пятна, которые медленно плыли по нему. Пояснять что-либо по этому поводу медуза отказалась, сказав, что само пройдёт, просто нужно немного времени. Быть может, это была какая-то болезнь? Но это точно влияло на её настроение.</p><p>— Мне интересно, что означает статус этой планеты, да и перекусить я совсем не против, мы довольно долго путешествуем в поисках обитаемых планет, — ответил Константин, не обращая внимания на чужое недовольство. — Мне нужно немного времени.</p><p>— Ладно, я займусь пока своими делами. Но постарайся не задерживаться на этой ерунде! — медуза, недовольно закрутив щупальца, исчезла, нырнув в пространственный карман, а червь направился к планете.</p><p>К слову, изменения, по крайней мере внешние, в его теле почти прекратились. Но теперь вместо неповоротливого габаритного червя он стал более подвижным, больше походил на какую-то причудливую смесь бронированной сколопендры и жука. Нельзя сказать, что его это устраивало полностью, но это было лучше, чем до этого. По крайней мере теперь у него был рот, а не пасть, пусть и со жвалами, и ноги, на которых он довольно сноровисто перемещался по твёрдой поверхности. И чувство голода стало нормальным, а не всепоглощающим, как это было ранее.</p><p>Эта планета действительно оказалось очень странной. Кто-то славно потрудился, чтобы высечь из мёртвого камня многочисленные статуи и фрески. Константин с интересом разглядывал существ, которые выглядели почти как живые.</p><p>— Так вот что такое реликварий. Здесь просто кто-то устроил своеобразный музей, и не более того, — разочарованно протянул он, планируя полакомиться местным камнем, но тут же получил сообщение от Системы:</p><p>«Планета-реликварий — одно из немногих мест, которые нельзя уничтожать. Они должны быть разрушены только естественным путём. В случае нарушения этого правила, будет наложено соответствующее Проклятье. Пожалуйста, не нарушайте целостность реликвария», — сообщение было лаконичным, а прочитав про Проклятье, он внутренне дрогнул. Раз есть здесь ничего нельзя, он действительно просто посмотрит, что создал неизвестный творец, тем более его работы действительно восхищали своей детализированностью.</p><p>Константин без труда догадался о том, что здесь собраны все существа и боги, что обитали в этом мире. Червь даже отыскал статую Дхоула, который, даже увековеченный в камне, продолжал вгрызаться в планетарную плоть, показывая свою истинную природу. Как зачарованный, Константин перемещался среди скульптур, изучая разнообразные расы, которые населяли этот мир.</p><p>Довольно быстро он понял, что даже здесь всё разделено согласно Кольцам, и свой осмотр он начал именно с Третьего Кольца, так что неудивительно, что многое ему казалось знакомым. Стоило ему остановиться возле какой-либо скульптуры, как Система выдавала небольшую справку—описание увековеченного в камне существа. И Константину стало гораздо интереснее, когда он добрался до существ, что населяли Второе Кольцо.</p><p>Различия сразу были видны – огромные фигуры Богов, что правили Вторым Кольцом сразу бросались в глаза, и здесь явно была изображена риутальная сцена. Но разум Кости пока не мог её осознать, поэтому он просто с любопытством разглядывал Богов, стараясь их запомнить.</p><p>Первым было изображено человекообразное чудовище с рыбьей головой, и длинными руками, которые почти касались земли. Пальцы венчались длинными когтями, его кожа была покрыта чешуёй, да и весь его облик сочетал в себе черты рыбы и амфибии и на мгновение Константину показалось, что он почувствовал морской ветер, пропитанный солью и гнилыми водорослями. «Отец Дагон» — написала Система, и Константин дрогнул. Это существо даже в камне внушало почти противоестественный ужас.</p><p>Вторая фигура была ещё более жуткой и сочетала в себе черты осьминога, дракона и гротескной пародии на человеческое тело. И даже в камне чувствовалась энергия, что исходила от этого существа. Быть может, он хорошо умел воздействовать разумом? «Ктулху, Великий Спящий» — уточнила Система.</p><p>Третья фигура была неясной. Длинные одежды скрывали его высокую тощую фигуру, а глубокий капюшон не давал возможности разглядеть его истинного лица. Но он был слишком высоким и худым, но тоже чем-то напоминал человеческое строение. «Хастур, Неназванный» — вновь написала Система имя и титул существа.</p><p>Четвёртая фигура напоминала колоссальную массу щупалец, которые застыли в безумном танце. Как бы Константин не старался, но не смог разглядеть глаз или рта, или иных привычных органов. «Жар, Великий Старейшина» — очередное имя и титул, что вспыхнули перед взором Константина.</p><p>И, наконец, пятая фигура, последняя в пантеоне, что жили на Втором Кольце. Исполинский великан, часть тела которого словно состояла из острых осколков льда, с длинными перепончатыми руками, у которых было несколько локтей. «Итакуа, Ледяной Ветер» — последнее имя и титул, что заставили всё внутри Константина болезненно вздрогнуть. Эти существа внушали страх и трепет только своим образом, что запечатлел неизвестный скульптор, каковы же они на самом деле?</p><p>Червь был впечатлён, и это было самое слабое описание того, что он чувствовал на самом деле. Но что было самое интересное – почти все Боги Второго Кольца обладали человекоподобными чертами, почему так? Просто удобная форма? Сам бы Константин не отказался от возможности отрастить пару рук для собственного удобства, хотя уже вполне приноровился к своему странному телу.</p><p>Общая экспозиция этих скульптур говорила о том, что они словно проводят какое-то собрание. Быть может, обсуждают, как разделят Второе Кольцо и будут им править? Или что-то ещё, не менее важное? Разглядывая композицию, Константин не сразу обратил внимание на маленькую фигурку, которая, скрючившись, словно убегала, пытаясь укрыться от пронзительного взгляд божеств. Заинтересовавшись, Константин подошёл ближе, с интересом изучая существо, что было запечатлено убегавшим. Большее всего оно походило на многорукую, весьма уродливую крысу, и в своих лапах оно сжимало какой-то камень. Скульптору удалось изобразить алчное и радостное выражение на морде этого существа. «Зектесс, Проклятый Вор» — выдала Система.</p><p>— И что же он украл? – поинтересовался Константин, внимательно изучая причудливый камень в лапах существа.</p><p>«Артефакт, что скрыл его помыслы от Великих Древних. Пропажу обнаружили быстро, но самого Зектесса поймать не смогли, только Прокляли. Где он, доподлинно неизвестно», — кратко ответила Система, словно с неохотой выдавая нужную Константину информацию. Артефакт! Он сразу понял, о чём идёт речь — ведь он неоднократно слышал о нём легенды раньше. Значит, он действительно существует? Но куда он делся дальше?</p><p>Константин возбуждённо принялся перемещаться вдоль скульптур, больше не обращая на них внимания. Он существует! Возможно, что Зектесс погиб от Проклятья, ну или артефакт отобрал кто-то более сильный. Гул, что звучал на краю сознания Константина, неожиданно начал нарастать, и червь замер, словно подавился собственными мыслями. Гул этот нёс с собой злобное недовольство, грозное напоминание о заключенной сделке. И ещё этот гул напоминал ему о некогда испытанной боли, отчего всё внутри вздрогнуло и сжалось, а самому червю захотелось забиться куда-нибудь подальше, лишь бы спрятаться от внимания могущественного божества. Азатот напоминал про сделку и требовал двигаться дальше.</p><p>Оставалось надеяться, что ему недоступны абсолютно все помыслы Константина, который теперь задумывался о том, где же ему отыскать нужный артефакт. Жаль, что скульптура не может поведать ему о пути Зектесса, но что, если обратить внимание на те легенды, что он собрал?</p><p>Дождавшись, когда гул немного утихнет, Константин не стал больше тратить времени на исследование реликвария. Он обязательно вернётся сюда позже, но он уже узнал всё, что ему было необходимо. По крайней мере артефакт не был выдумкой, а в условиях того, что все божества здесь в той или иной степени владели ментальной силой, то он точно ему пригодится! Осталось только понять, как можно его отыскать, если это до сих пор возможно.</p><p>Встревоженный Уль появился в его сознании, и звучал Верховный Жрец с ноткой тревоги, что Йингаагг'мосу сразу не понравилось:</p><p>— Господин, вы можете вернуться к сердцу Культа? Нам нужно поговорить, но я не хочу делать это, пользуясь нашей связью.</p><p>— Скоро буду, приготовьте подношения.</p><p>Константин приготовился к прыжку на первую планету, цитадель его Культа. Он замер на мгновение, разглядывая панель управления — на первый взгляд всё было в порядке. Но Уль не стал бы тревожить его без причины, а тем более просить возвращаться. Значит, случилось что-то серьёзное.</p></section><section><title><p>Глава 12</p></title><p>Сердце Культа. Ему понравилось, как это прозвучало в мыслях, тем более что та, первая планета, действительно была Сердцем. Тем местом, с которого всё началось, и в котором продолжалось, тем более главный Жрец, что управлял Культом, жил именно там. Но что его могло встревожить настолько, что он позвал своего молодого Бога? Это не могло не насторожить Константина.</p><p>— Мне нужно посетить на одну из планет, — обратился Йингаагг'мос к своей союзнице, когда вернулся обратно в космос. Медуза плыла на тёмном пространстве, и он невольно залюбовался грациозностью её движений. Она была действительно красивым существом, но червь не мог позволить обмануть себя этим.</p><p>— И зачем тебе туда надо? – с ленцой отозвалась Грехал`са, но Йингаагг'мос слышал едва заметную лживость в её вопросе. Возможно, она действительно что-то скрывает, прячет свои истинные намерения глубоко внутри?</p><p>К слову, обратив внимание на её Культ и последователей, червь убедился в том, что Грехал`са предпочитает действовать исподтишка. Даже завоёвывая планеты, она никогда не являлась в своём ужасающем величии. Она действовала тайно, через слухи и сплетни, насаждая в разумы то, что ей было нужно. Но в тоже время она была агрессивна достаточно, чтобы давать отпор другим молодым божкам, что иногда попадались им на пути. Благодаря поддержке червя она не опасалась получить сильные повреждения, ловко вонзая в жертву свои стрекательные щупальца. Не связан ли призыв Верховного Жреца именно с ней?</p><p>К удовольствию Константина, у него было достаточно защиты, чтобы скрывать свои истинные мысли от медузы, но и она отвечала ему тем же. Они могли чувствовать только поверхность того, что жило в их разуме. И сейчас червь излучал лёгкую обеспокоенность, но не более того. Ровно как и медуза излучала спокойное равнодушие, что было довольно ожидаемо в такой ситуации.</p><p>— Ничего особенного, нужно немного скорректировать вектор Ритуалов. Я вернусь быстрее, чем ты думаешь, так что займись тем же, — спокойно ответил Константин.</p><p>Медуза едва заметно шевельнула своими щупальцами, начав излучать приятную эмоцию. Червь мог бы сравнить это с тем, что нечто мягкое проскользнуло прямо под его панцирь, и словно согрело его изнутри.</p><p>— Хорошо, — проговорила союзница, и странное ощущение исчезло, а червь шевельнулся в своей броне, пытаясь избавиться от этого воспоминания. Это было странным и походило на… заигрывание? Почему эти глупые мысли лезут ему в голову? Больше Константин задерживаться не стал, а отправился на свою первую планету.</p><p>К его удивлению, за время отсутствия она сильно изменилась. Впрочем, чего он ещё ожидал? Ведь планеты живут и развиваются, тем более находясь под его властью. Константин с любопытством рассматривал множество поселений, которые постепенно разрослись в весьма большие города. И центром каждого города был Храм, остроконечный шпиль которого устремлялся в небо, словно норовя его проткнуть, на манер булавки, что пригвождает бабочку. Между городов виднелись многочисленные фермы и мастерские. А на дорогах можно было разглядеть и колёсный транспорт, который сноровисто доставлял продукцию или ехал за ней. Да уж, он такого не ожидал, развитие цивилизации! И почему его вообще это так удивляет?</p><p>Однако, развитие не было таким уж и сильным, если так подумать. Но вся жизнь целой расы подчинена подпитке и помощи своему Молодому Богу, наверное, не стоит ожидать слишком многого. Но это всё равно было восхитительно! Впервые Константин наблюдал нечто подобное, и его переполняло чувство гордости от того, что именно он к этому причастен. Что благодаря ему раса насекомоподобных созданий получила возможность развиться и закрепиться в этом странном и нестабильном мире.</p><p>Столица выглядела огромной. Исполинский Храм, который порядком увеличился в размерах с того момента, когда Константин его в последний раз видел, поражал своими размерами. Монументальное сооружение было создано с огромной любовью и благоговением, и Йингаагг'мос мог гордиться тем, что создали его культисты. Прибыв на планету, он не стал скрываться, чувствуя общий фон восхищения, которое почувствовал, просто показавшись над Храмом.</p><p>Вот только даже в таком общем благостном фоне он чувствовал нотки неясной тревоги. Внутри Культа что-то происходило, но что именно? Почему Уль так обеспокоился и попросил его личного присутствия? Йингаагг'мос чувствовал нотки гнили, что распространялись в его собственном Культе, и это его начало злить. Но не стоило отдаваться эмоциям, необходимо было во всём сначала разобраться.</p><p>Главный зал Храма, что предназначался ему и только ему, был наполнен подношениями и словами молитв, которые всё ещё слышались в его стенах. Шепотки змеились по полированному камню, оседая на броне дхоула, и он чувствовал себя очень странно, но ему это определённо нравилось. Подношения же были разнообразными, и что больше всего ему понравилось – среди них было мясо и камни, ими он и занялся с большим удовольствием, дожидаясь, когда Верховный Жрец придёт к нему. Уль, разумеется, засвидетельствовал своё почтение, но терпеливо дождался, пока Молодой Бог не насытится. И только после этого пришёл к нему, с почтительным восхищением рассматривая своего Бога.</p><p>— Господин, вы так изменились. От вас чувствуется мощь, мне радостно видеть то, как Культ благоприятно влияет на вас, — проговорил Жрец с неприкрытым восхищением. Йингаагг'мос пошевелился, с достоинством принимая чужое восхищение, ведь по-другому и быть не могло.</p><p>— Ты тоже изменился, — отметил Константин, пристально разглядывая Жреца, что стоял перед ним. Наряженный в церемониальные одежды, он словно стал выше и шире в плечах, а его тело было совершенно не таким, каким дхоул его запомнил.</p><p>— Разумеется, господин. Ведь прошло немало времени с тех пор, как вы были здесь в последний раз. Знания были переданы мне, как прямому потомку первого Жреца, и я с огромным почтением принял его имя, и его ответственность.</p><p>Константину понадобилось некоторое время, чтобы осознать то, что ему сообщил Уль. Он не сразу понял о чём идёт речь, а когда, наконец, в его голове всё сложилось, он был шокирован. С другой стороны – а чего он ожидал? Для него, если мыслить, как человек, прошло не так много времени, возможно, всего несколько месяцев. А вот если смотреть со стороны обычного последователя Культа – минули годы, если не больше. Червь шевельнулся, сдерживая бушевавшие внутри эмоции, ему понадобилось некоторое время, чтобы свыкнуться с этим. Но почему он даже не заметил, что Уль уже не тот, что раньше?</p><p>«Среди Жрецов, которых вы назначаете, существует преемственность. Если вы не смещаете назначенного Жреца, то его династия продолжает служение, принимая все знания и память своего предка. В случае смены династии все полученные знания утрачиваются, и Жрецы начинают новый путь, снова начиная накапливать свои знания», — услужливо подсказала Система. Вот это было вообще неожиданно.</p><p>То есть, если по какой-либо причине, будь то гибель или предательство, Константин назначит нового Жреца, то верхушка Культа изрядно пострадает, и влияние им придётся накапливать заново? Не хотелось бы оказываться в таком положении, ведь в плане управлением Культа Константин опирался именно на Жрецов. Впрочем, он не стал заострять на этом внимание, а устроился поудобнее:</p><p>— Ты достойный преемник, я доволен твоим служением. А теперь расскажи мне, что происходит здесь, почему ты призвал меня обратно? — Йингаагг'мос говорил спокойно, но Жрец буквально залучился радостью, получив его похвалу. Но, разумеется, продлилось это недолго.</p><p>Жрец принял серьёзный вид, и огляделся, словно пытаясь убедиться, что никто не собирается их подслушивать в покоях молодого божества:</p><p>— Господин, в настоящий момент в Культе присутствуют странные веяния. Безусловно, никто не оспаривает вашу власть, но некоторые группы культистов словно намеренно снижают интенсивность своих молитв и мало участвуют в общих ритуалах, — Жрец звучал твёрдо и уверенно. Перед тем как призвать червя обратно, он несколько раз проверил информацию и убедился в том, что в Культе начали происходить какие-то странные вещи. Ничего острого или опасного, но складывалось ощущение, что в их полноводную реку из молитв и верного служения, вливался прогнивший ручеёк. И это было то, о чём Йингаагг'мос был обязан знать. Ведь ему доступно куда больше, чем обычному Жрецу!</p><p>Константин внимательно слушал Жреца, который рассказывал ему о том, что происходит в Культе. И многое его удивляло, хотя бы потому, что он привык следить за своим Культом через панель, а не через Жреца. Да, с помощью своей накопленной мощи он выполнял мелкие просьбы, если у него было время этим заниматься. Они выводились в отдельной вкладке и обычно их было очень много, так что он иногда тыкал в некоторые без разбора, даже особо не вникая.</p><p>Уль, между тем, рассказывал о том, что на улицах городов начали появляться странные пророки, которые городили всяческую ересь. Нет, они не оскорбляли и не принижали мощь и величие Йингаагг'моса, но вещали о том, что в мире достаточно других Богов, и не стоит поклоняться всего лишь одному из них. Можно поклоняться нескольким, а то и вовсе выбрать себе другое божество!</p><p>— Конечно, мало кто их слушает, но некоторых последователей они себе находят. Особо рьяные культисты, что поклоняются вам, во время сжигания подношений даже осмелились сжечь нескольких пророков, но они продолжают появляться. Они доставляют не очень много беспокойства, но… — Уль поднял взгляд на своего господина, который замер безмолвной глыбой. Но Жрец знал, что червь внимательно его слушает. — За последний цикл сгорело несколько обширных полей, что должны были дать щедрый урожай, произошло это здесь. Несколько городов начали испытывать голод, и пришлось оказывать им помощь. Жрец с одной из планет передал, что несколько озёр с питательной рыбой и водорослями были отравлены. Умысла не нашли, но города вновь нуждались в пище, благо, что запасы позволяли их обеспечить. И попытки подорвать пищевое производство были зафиксированы и на других планетах нашего Культа. Доподлинно не установлено, намеренные это диверсии, или нет, — Уль замолк, силясь донести до своего божества свои подозрения. Слишком многие в Культе не придавали происходящему совершенно никакого значения, и это было не очень хорошо, но даже Старший Жрец никак не мог повлиять на это.</p><p>— Думаешь, что это действительно намеренный саботаж, вернее саботажи, а не просто какое-то стечение обстоятельств? — задумчиво спросил Константин. Если брать все эти случаи по отдельности, то вроде ничего страшного. Но если смотреть на них в целом, как на общую картину, то червь был склонен согласиться со своим Жрецом на этот счёт.</p><p>— Верно. Когда вы образовали союз с Сиятельной, через некоторое время…</p><p>— Сиятельной? — перебил Константин Жреца, с удивлением развернувшись к нему. Они вот так называют Грехал`са? — По какой причине вы её так зовёте?</p><p>— Несколько её культистов прибыли на наши планеты, и они называли её именно так. Поэтому и мы стали называть её так же, — несколько растерялся Уль от вопроса червя. Тот издал невнятное щёлкание, но трудно было угадать его настроение, поэтому Жрец, немного подождав, продолжил: — Я склонен связывать всё происходящее с её культистами.</p><p>— В договоре, что мы заключили, есть пункт о том, что она не должна вредить мне, ровно так же, как и я ей. В том числе и нашим Культам, — с одной стороны, Константина даже возмутили подозрения Уля. Но в тот же момент Йингаагг'мос подумал о том, что эта хитрая желеобразная красавица вполне себе способна на любую подлость. Она была достаточно хитра и скрытна, чтобы попытаться обойти пункты договора. Но ведь прямых доказательств нет, и если бы они были, то последовала бы немедленная расплата за это, ведь так?</p><p>Уль же обдумывал то, что сказал червь. И понимал — если это указано в договоре, значит, союзница пытается найти способ обмануть всех. И не исполнять договор, повернув ситуацию в свою сторону. А ещё Жреца страшило то, что он мог поневоле навлечь гнев своего господина, ведь осмелился обвинить его союзницу в том, к чему она может быть непричастна!</p><p>Константин почувствовал, как его кольнул страх, что излучал Жрец, поэтому поспешил его немного успокоить:</p><p>— Я не сержусь за твои подозрения, хотя нужно было высказывать их с большим почтением к нашему божественному союзу. Но я ценю твою внимательность и прозорливость, — говорить о том, что сам червь начал чувствовать от своей союзницы некоторую угрозу, он, разумеется, не стал. — Что ты предлагаешь сделать? — дал он возможность высказаться Жрецу.</p><p>— Мы продолжим избавляться от пророков, и я отдам распоряжение о том, чтобы за теми, кто не произносит молитвы и не проводит ритуалы, с должным рвением пристально наблюдали. Пока нет прямой угрозы мы ничего предпринять не можем. Но я сплету больше защиты для Жрецов Культа, и буду докладывать вам обо всех происшествиях, которые будут значимы.</p><p>— Хорошо, пусть будет так.</p><p>— Господин, будет ли мне дозволено узнать об артефакте? Смогли ли вы отыскать упоминания о нём? – Уль благоговейно смотрел на червя. Он до сих пор ощущал внутренний трепет — ведь только первый Жрец имел честь напрямую общаться с их божеством. А теперь и он сам удостоился такого внимания! Пусть и не по совсем хорошему поводу, но ему будет о чём рассказать своим отпрыскам.</p><p>— Упоминания я отыскал, но следов, где можно отыскать его пока нет, — с достоинством ответил Константин. Его грела мысль о том, что артефакт существует, но огорчало то, что других следов пока отыскать не удалось.</p><p>Жрец ещё немного поговорил с червём, пользуясь такой редкой возможностью, вывалив на него ворох разнообразной информации. Константин всё не мог привыкнуть к мысли о том, что Культ развивается и живёт, повинуясь его воле, и, стоило признаться, он довольно давно уже не обращал на уже подчинённые планеты должного внимания. Там, где для него прошло не так много времени, пролетали годы и то, что Культ живёт почти самостоятельно, было удивительным. Стоит почаще обращать внимание и являть свою волю для укрепления своих позиций.</p><p>Ситуация с Грехал`сой тоже была неяснй. Йингаагг'мос действительно чувствовал что-то непонятное в её действиях, но прямых доказательств не было. Но подозрения уже медленно прорастали в его разуме, всё глубже пуская свои корни. Да, доказательств пока что нет, но он, со своей стороны, должен быть готов к любым неожиданностям. Другие культисты на его планетах были малочислены и, на первый взгляд, никакой угрозы не представляли. Но если они есть, значит, и он может отправить своих представителей в чужие миры, так?</p><p>Мысль была простой и понятной, странно, что она не пришла ему в голову раньше. Хотя, учитывая то, что он следил за Культом только через панель доступа, и особо не интересовался его состоянием… А ведь это могло плохо обернуться в итоге. Он слишком увлёкся расширением своего Культа, пытаясь добиться быстрого результата, и совсем забыл следить за текущими делами в Культе. Казнить себя за это он, разумеется, не стал, а взял на заметку и побеседовал со Жрецом, обсуждая детали и нюансы.</p><p>Ещё он покопался в панели управления Культом, наконец обратив внимание на настройки и пользуясь подсказками Системы, которая словно обрадовалась его вниманию к этому вопросу и щедро сыпала сообщениями.</p><p>Йингаагг'мос решил, что очень подробной ему статистики не надо, всё-таки у него есть Жрецы, которые приглядывают за всем. Поэтому он сделал так, чтобы ему выдавалась сводка по каждой планете Культа, и если на них происходило что-то требующее его внимания, то ему должно было приходить оповещение. Настроенные планеты в интерфейсе подсвечивались зелёным, и в случае масштабной угрозы они поменяют свой цвет, сигнализируя об опасности.</p><p>Всё-таки у интерфейса был богатый функционал, а Константин не находил времени, чтобы полноценно им заниматься, тоже досадная ошибка с его стороны.</p><p>Он не торопился возвращаться к своей союзнице. Для начала он приказал Улю отобрать тех последователей, которые должны отправиться на чужие планеты. Наблюдать и действовать максимально осторожно, ведь это просто визит вежливости, хотя медуза наверняка догадается о том, что визитёры прибыли несколько с иными целями. Йингаагг'мос ещё раз изучил договор, заключённый между ними, стараясь найти лазейки, которыми могла воспользоваться союзница. А перед тем, как покинуть планету и отправиться на дальнейшее расширение Культа, он решил погрузиться в медитацию. Он избегал её довольно длительное время, но понимал, что ему придётся этим заняться. Вот только там ощущалось давящее присутствие Азатота, и его недовольные вибрации Константин ощущал даже в реальном мире.</p><p>Предупредив Уля о том, что вскоре покинет планету, Йингаагг'мос поудобнее устроился на полу в своём Храме.</p></section><section><title><p>Глава 13</p></title><p>Погрузившись в медитацию, Йингаагг'мос ощутил себя так, словно он превратился в до предела натянутую струну. Одно неверное движение – и она лопнет, больно хлестнув того, кто её держит. Привычного окружения в медитации не возникло, вместо этого его со всех сторон стиснуло нечто тёмное, плотное. Словно космос решил сжать его в смертоносных объятиях, но червь без всякого труда догадался, что это дело рук, если они у него есть, Азатота.</p><p>— Да что тебе надо? – прорычал Йингаагг'мос, чувствуя, как по его телу разливается напряжение, а внутри нарастает злость. Он ведь продвигается! Пусть осталась неосвоенной ещё большая часть Третьего Кольца, но он продвигается вперёд!</p><p>— Ты слишком медлителен, — прошелестел бесплотный голос, в котором слышалось равнодушие. А может, Азатоту просто нравится его мучить? Словно Константин — подопытный, хотя, наверное, по сути, так оно и было. Тьма сжимала его всё сильнее, и он пытался сопротивляться её давлению.</p><p>— Ты заключил бестолковый союз, — вновь заговорил Азатот, но теперь в его тоне слышалось раздражение. — Я дал тебе простое задание, неужели так сложно выполнить его? Ты тратишь слишком много времени на бесполезные вещи. Ты — жалкий червь, который начал мнить о себе слишком много!</p><p>Голос Азатота громыхал в сознании Константина, становясь всё громче и громче, и заставляя разум молодого Бога корчится в муках. Но, невзирая на боль, он совершенно не хотел оправдываться перед Азатотом, тем более в условиях их сделки не было оговорено никаких сроков! Йингаагг'мос не слышал самого себя, только грохот чужого голоса в своём сознании, и всем своим существом желал, чтобы эта мука наконец закончилась. Но ещё у него было понимание того, что Азатот не уничтожит его, по крайней мере точно не сейчас. Сделка ещё требовала быть выполненной, и, как уже мог убедиться Константин — несоблюдение условий заключённых договорённостей могло грозить неприятностями обеим сторонам. Проверять это ему сейчас, разумеется, совершенно не хотелось, поэтому он ждал, когда гнев божества хотя бы немного успокоится.</p><p>Так и произошло — боль постепенно начала проходить, хотя тьма продолжала сдавливать его со всех сторон. Неужели Внешний Бог что-то почувствовал? Но Константин больше заботился о том, что наконец испытал долгожданное облегчение. Мука, казалось, длилась бесконечно.</p><p>— Теперь мы можем поговорить нормально? – прохрипел червь, поджимая лапы. Он не надеялся разглядеть что-либо в этой непроглядной, вязкой тьме, в которой он даже и собственных мыслей слышать нормально не мог. Ответом ему была тишина, но он знал — Азатот его слышит и слушает.</p><p>— Условия сделки я выполняю и продвигаюсь вперёд. Понимаю, что тебе нужно быстрее, но не забывай о том, что я вообще не до конца со всем разобрался! Так что поумерь пыл и придержи своё недовольство! — Константину хотелось, чтобы голос его звучал грозно, да вот только он сам слышал, что походит он больше на писк испуганной мыши. Но червю так надоело, что Азатот постоянно давит на него, пытается подгонять! У него вообще в Культе что-то непонятное творится, у него нет времени на разборки с божеством, которое о себе шибко много возомнило.</p><p>— Осмелел… — прошелестела тьма с толикой ехидства в тоне. Но перестала давить на него, словно Азатот был удовлетворён вспышкой злости, которую спровоцировал. А спустя несколько мгновений тьма и вовсе исчезла, оставляя червя парить и разглядывать планеты и нити. Константин ещё некоторое время провёл потрясённый тем, что его так легко оставили в покое. Он высказал всё, что у него накипело, особо не задумываясь о последствиях и их… не было?</p><p>— Это как-то странно, — дурная привычка разговаривать с самим собой всё так же осталась. Иногда ему отвечала Система, но чаще — нет. Его это не огорчало, но хотя бы создавало иллюзию того, что он не один. — Помучил и исчез, разве он не должен был сделать что-то ещё? — снова пробормотал сам себе Константин.</p><p>Но особо много времени тратить на досужие размышления о странном поведении Азатота у него не было ни времени, ни желания. Его больше занимала проблема, о которой ему поведал Жрец. Йингаагг'мос пристальнее взглянул на планеты, что были ему подчинены. Вроде всё было в порядке, но стоило ему лишь ненадолго задержать взгляд, как он заметил маленькие чёрные пятнышки, что были на нитях, опутывающих планеты. Признак ли это гнили, что начала медленно проникать в его Культ?</p><p>И действительно ли это дел щупалец Грехал`сы? Несмотря на то, что он задавался таким риторическим вопросом, он понимал, что, скорее всего, его подозрения верны. Она вела себя скрытно, о своих планах не распространялась, хотя в плане союзницы была весьма… удобной. К сожалению, условия их договора необходимо было выполнить, отказа от него без падения Проклятья не избежать.</p><p>А вот с этим Йингаагг'мос точно не желал связываться! Он слышал слухи, что от Проклятия так просто не избавишься, и чем хуже проступок, тем и Проклятье может оказаться негативнее. Конечно, червь пока с ними не сталкивался напрямую, но видел некоторые последствия их действий. Могла вымереть целая планета, заразившись какой-то болезнью через своё божество.</p><p>Да и Жрецы тоже кое-что рассказывали про это, и Йингаагг'мос старался не нарушать договорённостей. Кажется, он всё быстрее учился на чужих ошибках, и не повторял гибельные поступки своих менее удачливых собратьев. Но Грехал`са… какая-то его часть, что осталась с ним с тех самых времён, когда он был человеком, отчаянно не желала верить в предательство медузы. Да, она чрезмерно осторожна, в некоторых моментах кровожадна, но она такая же, как и он. И Константин даже надеялся, что она испытывает к нему такую же симпатию, как и он к ней. Может, не стоило ему столь безоговорочно доверять этому прекрасному созданию? Ведь недаром здесь почти никто не заключает никаких союзов.</p><p>На самом деле такие размышления были весьма мучительными для Константина. Оставаясь человеком, что был завёрнут в плоть и хитин чужеродного, немыслимого для него существа, он желал найти опору и поддержку. Вполне естественное желание для живого существа.</p><p>Йингаагг'мос, вернувшись из медитации, был весьма спокоен. Да, скорее всего союзница плетёт против него интриги, но он может подготовиться к возможному удару. Договор сковывает их обоих, поэтому никто не должен нарушать условий, но ведь и червь может начать действовать её методами. Проверив себя после медитации, Константин понял, что вновь изменилось что-то внутри, но снаружи он остался таким же, разве что лапы стали немного длиннее, и стало удобнее на них перемещаться. Что ж, ему уже было необходимо возвращаться, и не забывать при этом приглядывать за своей союзницей.</p><p>Занятый своими размышлениями, он отправился в обратный путь. Конечно, его беспокоило то странное происшествие, что было во время медитации. Почему Азатот ничего не сказал и не сделал больше? В чём был смысл его поступка вообще? Он и так регулярно давит на своего протеже, а червь настолько отвлёкся на разборки со своей союзницей, что даже забыл про своего покровителя. В общем, ситуация сложилась весьма странная.</p><p>Грехал`са дожидалась его в той же солнечной системе, в которой они расстались. Изящно выскользнув из кармана, в котором она пряталась, Грехал`са обратилась к червю, и её щупальца были напряжённо скручены:</p><p>— Тебя долго не было. Случилось нечто важное с твоим Культом? Всё в порядке?</p><p>— Да, всё замечательно, всего лишь появилась пара проповедников, которые вызвали тревогу у моего Жреца, и он попросил моего личного присутствия, чтобы напомнить всем, кому они действительно служат, — с нарочитой небрежностью ответил червь.</p><p>— И что же ты с ними сделал? – тщательно скрывая свою личную заинтересованность в этом вопросе осведомилась медуза.</p><p>Червь же, направляясь к соседней системе только вильнул хвостом:</p><p>— Их будут сжигать вместе с подношениями, и использовать в ритуалах.</p><p>— Ты довольно категоричен, разве не лучше обратить их в свою сторону? Заставить поклоняться? – поинтересовалась медуза, шевеля щупальцами и паря в космическом пространстве рядом с червём.</p><p>— Они не стоят таких усилий, да и ритуалы направлены немного на другое. Пусть послужат топливам, и ведь послужат же, так или иначе, — ответил червь, наблюдая за реакцией медузы. Разумеется, та никоим образом не выдавала своих истинных мыслей, да и эмоции она контролировала. Но он заметил, как дрожь пробежала по её капюшону, как щупальца слегка нервно шевельнулись. Или он параноик, или она действительно выказывает признаки того, что готовит против него что-то. Но что именно? Откуда ему ожидать удара? Насколько глубоко она протянула свои щупальца и тихо проникла в укромные уголки его Культа? Конечно, Уль сделает всё, что они придумали, и даже немного больше, но вовремя ли это всё?</p><p>Далее два Молодых Бога продолжили беседу о более насущных вещах. И только когда они оказались в соседней звёздной системе, Грехал`са призналась, что она захватила одну планету без него, полностью подчинив себе мир.</p><p>— А как же наш договор? – поинтересовался он, не позволяя злости захватить его разум и наделать ошибок, о которых он потом пожалеет.</p><p>— О, там так много воды, и всего лишь несколько скал. Тем более тебя так долго не было, что я решила заняться этим самостоятельно, — тон медузы звучал виновато, но за ним угадывалось превосходство. Она смогла обмануть его, и, кажется, чрезвычайно этим гордилась. Червь оглядел планету — действительно, на ней было очень много воды, но так называемые скалы были весьма впечатляющим куском материка. Стоит ли спорить с Грехал`са по этому поводу? Нет, определённо нет, и вместо этого Константин, добавив в свой тон как можно больше гордости за чужой успех проговорил:</p><p>— У тебя получилось замечательно! Когда мы достигнем наших целей, ты вполне будешь способна самостоятельно идти по Третьему Кольцу и захватывать миры.</p><p>Медуза скрутила щупальца, поневоле демонстрируя своё замешательство — она явно ожидала совсем другой реакции от червя. А ещё по её капюшону вновь прошли тёмные волны — он уже видел это ранее, и пока не мог понять, что они означают. Спрашивать у медузы об этом он не хотел, ведь она вряд ли ему расскажет правду, слишком скрытная. Она всегда выдавала информацию, всё хорошенько обдумав. Да и её Культ был точно таким же — скрытным и прячущимся в осклизлых пещерах где-то в глубинах океанов и морей.</p><p>Видимо, Система посчитала такое решение медузы приемлемым, раз не было зафиксировано нарушения договора.</p><p>И вот где искать обман? Несовершенность Системы? Эта мысль, словно раскалённая игла, пронзила его разум, заставив его вздрогнуть от боли. Медуза находилась рядом, и словно уловила что-то, потому что начала транслировать лёгкую обеспокоенность:</p><p>— Я бы не хотела, чтобы ты воспринимал мой поступок настолько серьёзно. Но в этой системе находится ещё одна обитаемая планета, там много земли и мало воды. Забирай её, я не буду претендовать, — проговорила она.</p><p>Червь только сдержанно поблагодарил союзницу — словно ему объедки кинули — и направился к этой планете. При ближайшем рассмотрении она оказалась весьма холодным аграрным миром, в котором копошились маленькие существа, больше похожие на тлю. Они тщетно пытались вырастить урожай, чтобы прокормиться, но, увы, у них мало что получалось. Скудные природные богатства этой планетки тоже не делали её привлекательнее, но деваться было некуда.</p><p>Константин понимал, что в эту планету придётся вложить много труда, чтобы она потом приносила достойное количество мощи. Но стоит ли она того? Поразмышляв немного и подумав о том, что пока контактировать с медузой у него всё равно никакого желания, он всё-таки решил захватить планету. А когда будет назначен Жрец, он уже более тщательно подумает о её развитии, ну или наоборот.</p><p>На самом деле всё оказалось очень просто. Стоило червю показать себя этим маленьким существам во всей своей красе, как они сразу начали ему поклоняться. Их примитивный разум бился в экстазе, от которого Константину становилось дурно, ведь он привык к более развитым существам. Они даже не были способны на внятную речь! Но он, по какой-то непонятной даже для самого себя причине, принялся за их развитие. Словно это был вызов для него самого — справится ли он с этой задачей?</p><p>Маленькие существа исполняли все его указания, и жадно впитывали крупицы знаний, что он им давал. Йингаагг'мос понимал, что нельзя давать им сразу слишком много, поэтому чувствовал себя ребёнком, которому доверили весьма ценную игрушку. Пусть медуза обижается сколько хочет, но он точно доведёт на этой планете своё дело до конца!</p><p>Для маленьких существ мелькнули годы, для самого молодого Бога прошло всего лишь пару дней, когда Жрец смог обратиться к нему осмысленно. Нет, конечно, он и раньше мог передавать смутные образы, которые отражали желания маленькой расы, но не более того. Да и самому Йингаагг'мосу приходилось общаться с ним весьма примитивно. Так что он мог действительно гордиться собой, когда Жрец залопотал на языке, который его раса смогла освоить. Впрочем, поначалу, кроме неуёмного восхищения ничего толкового не было. Мощи тратилось действительно очень мало на них, да и червь не забывал быть на связи с Улем, чтобы отслеживать дела в Культе.</p><p>Но всё притихло, словно неведомый, но подозреваемый противник затаился, ожидая более подходящего момента. Чужие проповедники всё так же появлялись на планетах подвластных Йингаагг'мосу, и их всё так же устраняли привычным способом. Вот только защитные ритуалы стали глубже, продуманнее, и были направлены не только на защиту их божества, но и самих культистов, так повелел сделать червь, и Уль не стал с ним спорить.</p><p>— Господин, — писк отвлёк Йингаагг'моса от его размышлений и анализа ситуации. Жрец, по всей видимости, уже некоторое время пытался привлечь его внимание: — Господин, я так счастлив, что вы явились к нам и позволили нашей расе начать процветать. Пусть мы и не можем принести вам достойного количества восхищения, но мы будем стараться изо всех сил. А ещё я хочу вам кое-что рассказать, возможно это поможет вам в дальнейшем продвижении.</p><p>— Говори, — спокойно ответил червь, предполагая, что у маленького создания вряд ли окажутся какие-то ценные знания. Но он почти закончил налаживать жизнь на этой планете и вскоре покинет её, так почему бы не уважить Жреца?</p><p>— Раньше моего разума не хватало, чтобы осмыслить одну историю, которую мы передаём из уст в уста. Но теперь я понимаю, как это может быть важно для вас. Когда-то давно, когда наша планета была горячее, а мы намного крупнее, сюда прибыло существо, которые предки описывали весьма странно, — Жрец положил перед Молодым Богом каменную скрижаль и тот, хорошенько приглядевшись к маленькому рисунку, что был изображён на ней, с удивлением отметил знакомые «крысиные» черты. Всё внутри поджалось, и он весь обратился в слух, а Жрец продолжил: — Оно было прожорливо, и во лбу у него горел странный камень. Это существо искало возможность спрятаться, ведь за ним шла погоня, и он хотел укрыться в ядре нашей планеты. Но его задумка не удалась, и вместо того, чтобы спрятаться, он только почти потушил ядро планеты, лишив нас хорошего будущего, — Жрец звучал очень печально, но, проговорив последние слова, застрекотал: — Но благодаря господину теперь мы выживем! Мы будем надёжной опорой!</p><p>Но червь его уже почти не слушал, чувствуя, как под хитиновой бронёй на его теле пробежали мурашки. Неужели это жалкое маленькое существо говорит о том, что он так долго искал?! О том самом артефакте, который украл Зектесс?! Он пристальнее вгляделся в каменную скрижаль с примитивным изображением существа, и только убеждался в том, что его догадки верны. Это был тот самый Проклятый Вор!</p><p>— Ты… знаешь куда он отправился дальше? — спросил Йингаагг'мос, внутренне вибрируя от предвкушения. Конечно, надежды уже было мало на то, что Жрец сможет указать ему путь. Эти маленькие существа были слишком примитивны, раз даже не обладали развитой речью. Но, интересно, как Зектесс смог остудить ядро планеты? Или это была работа артефакта? Жрец молчал непозволительно долго, и его маленькие глазки бегали, словно он пытался вспомнить что-то важное. Червь начал чувствовать нарастающее раздражение.</p></section><section><title><p>Глава 14</p></title><p>— Господин, подождите немного, — после весьма продолжительного размышления Жрец вдруг встрепенулся, после чего исчез в туннелях Храма. Да, это место было возведено в честь червя, но не было столь же грандиозно, как другие его храмы. Впрочем, от столь примитивных существ иного ждать не приходилось, поэтому Йингаагг'мос старался смотреть на эту постройку под другим углом. Его покои были весьма просторны, много света, да и изящные шпили постройки, которые устремились ввысь, что-то ему смутно напоминали, вот только что? Кстати, он никогда не испытывал неудобства, находясь в покоях любых своих храмов, даже если они казались ему слишком маленькими. Удивительно, но он всегда мог разместиться с большим комфортом, словно само здание подстраивалась под него. Он ожидал сообщения от Системы, но та хранила гордое молчание. Она уже стала неотъемлемой частью этого мира, да и он вроде более или менее привык. Червь в нетерпении пошевелился, ожидая возвращения Жреца.</p><p>Вернулся он с ещё несколькими скрижалями, аккуратно разложив их перед Йингаагг'мосом. Ветхие каменные таблички грозились рассыпаться в любой момент от старости, хотя изображение Зектесса сохранилось лучше.</p><p>— Их хранили в разных условиях. Но вот это — древняя звёздная карта, которую он нарисовал, прежде чем уйти. К сожалению, я не ведаю, зачем он это сделал.</p><p>— Он оставил для кого-то путь, — задумчиво проговорил червь, разглядывая изображения звёзд и планет. Действительно выглядела как весьма подробная карта того места, в которую собирался отправиться Вор. И сейчас было неважно, для кого именно он её оставил, главное, что она была! А это означало, что Йингаагг'мос может последовать за ним!</p><p>Всё внутри дрогнуло от предвкушения, но он не позволил себе потерять концентрацию, а, наоборот, сосредоточился ещё сильнее, запоминая путь. Он не мог позволить кому-то ещё увидеть эти каменные скрижали, поэтому когда карта врезалась в его сознание, он приказал уничтожить их. Жрец, услышав приказ, дрогнул, но поспешил его выполнить, хотя и не хотел расставаться с таким прекрасным артефактом. Ведь он столько поколений хранился, но, видимо, теперь, когда он передал все знания, его время прошло.</p><p>Йингаагг'мос не мог не отметить, с какой печалью Жрец раскрошил древние скрижали. Это действительно было так важно для этого маленького существа? Немного подумав, он потребовал принести ему новые скрижали, и когда его требование исполнили думал не слишком долго. Пусть это будет его дар им, почему бы и нет? Нужно быть снисходительным к своему Культу, даже в таких мелочах.</p><p>Немного подумав, под восхищённый взгляд Жреца, он когтем начертил на скрижалях планеты, что принадлежали его Культу, придумывая им собственные имена. Раньше он как-то не задумывался об этом, а если названия ему говорили Жрецы, то пропускал их мимо ушей. Он чувствовал странную вибрацию внутри, словно пространство вокруг вздрогнуло от его действий.</p><p>«Поздравляем! Вы дали собственные имена планетам, что находятся под вашим контролем. Культ получает способность Единство. В случае угрозы даже без вашего распоряжения члены Культа сплотятся, чтобы дать отпор. Их ментальная устойчивость повысилась, и чужому Богу сложнее на них повлиять», — Йингаагг'мос испытывал удовлетворение, читая сообщение от Системы. И вновь он нашёл верное решение, действуя наобум.</p><p>— Храни их, — велел он Жрецу, готовясь отправиться в путь, на поиски нужного артефакта. Он поможет ему расширить и утвердить свою власть, привести хаос Третьего Кольца в порядок, который будет нужен именно ему. Позволив себе ещё немного насладиться восхищением, что даровали ему эти маленькие несуразные существа, Йингаагг'мос покинул планету. Он запомнил путь, который оставил Зектесс, и без всякого труда сориентировался по звёздам.</p><p>Перед тем, как отправиться в путь, он, разумеется, связался с Улем. Жрец звучал несколько тревожно:</p><p>— Мы усилили подготовку защитных ритуалов. Такое ощущение, что Культ поразила какая-то скверна. Пока мы можем справляться с её последствиями, да и ритуалы срабатывают. Вы что-нибудь выяснили, господин? Это происки нашей союзницы?</p><p>— Скорее всего, она действует в обход договора, пакостит изнутри. Ты сделал то, что я просил?</p><p>— Да, господин. Наши культисты были отправлены на её планеты, но я не могу прогнозировать, сколько их среди нас.</p><p>Йингаагг'мос думал о том, что сам позволил этой ситуации произойти. Решился на союз, который грозит обернуться против него самого, а его Культ серьёзно пострадает.</p><p>— Уль, я нашёл местоположение артефакта, — проговорил червь, рассматривая космическое пространство. Она была где-то рядом, выжидала, спрятавшись от его взгляда. Женщина, пусть даже и в таком обличье, осталась женщиной. В памяти Йингаагг'моса всколыхнулось воспоминание, больше походящее на обрывок старинной фотографии, которая уже давно выцвела, и на ней почти ничего невозможно уже разглядеть. Червь чуть шевельнулся, выскребая этот обрывок воспоминания из своего сознания. Ему там не место, да и самому Йингаагг'мосу он без надобности.</p><p>— Господин, тогда вам немедленно следует отправиться за этим артефактом! Он позволит вам очистить Культ от влияния вашей союзницы, и защитит вас самого! — Уль звучал радостно, словно именно он смог обнаружить артефакт.</p><p>— Не знаю, что меня там ждёт, и куда именно Вор спрятал артефакт, — задумчиво сказал червь.</p><p>— Думаю, что это не должно быть сложно. Я займусь нашими новыми последователями, хотя они такие маленькие… для вас они и вовсе крошечные, да? — Уль звучал весьма воодушевлённо.</p><p>— Постараюсь вернуться быстрее. Держи всё под контролем, — ответил червь.</p><p>Уль застрекотал согласно, искренне радуясь успехам своего молодого божества. А Йингаагг'мос думал о том, как бы не позволить медузе последовать за ним. Есть же вероятность того, что она тоже захочет завладеть артефактом, который должен принадлежать только ему? Интересно, как Вор смог украсть его у богов, что обитали на Втором Кольце? Обязательно нужно будет вернуться на Реликварий и изучить изображения тех, кто обитает на Первом Кольце. Очень интересно увидеть, как на самом деле выглядит Азатот, если у него есть такая форма.</p><p>Путь, что оставил Вор, вел к некой червоточине. Как именно ещё это можно было назвать Йингаагг'мос не знал, просто это название отпечаталось в его разуме, и он принял существование этих «переходов» как само собой разумеющееся. Будь он учёным, там, в прошлой жизни, наверняка он изучил бы это явление. Червоточины бывали разные, и были способны переместить его на разные расстояния, но Йингаагг'мос никогда не пользовался ими. Он не обращал на них внимания, словно они были не слишком комфортным способом перемещения для него. Да и медуза тоже обходила их стороной, вскользь сказав о том, что червоточины коварны именно тем, что могут привести совсем не туда, куда тебе надо. Но что гораздо опаснее — это то, что Грехал`са может последовать за ним, а, значит, нужно каким-то образом сбить её со следа. Но как отвлечь её внимание?</p><p>— Как долго ты с ними возился. Чем тебя заинтересовали эти букашки? — медуза, разумеется, оказалась рядом, как только он покинул атмосферу планеты и просто плыл в космическом пространстве, размышляя.</p><p>Червь даже не вздрогнул — он ожидал, что она появится, заодно разглядывая окружающие звёзды. Где-то вдалеке, среди разноцветных туманностей, можно было заметить тени других молодых Богов, которые благоразумно не приближались к ним. Нет ничего хуже, чем быть сожранным другим божеством, ведь тогда он заберёт всё, что тебе принадлежит. Не самый лучший сценарий развития событий, и это действительно удавалось сделать редко. Ранее медуза рассказывала, что у многих молодых Богов есть особая железа. Когда они получают сильные ранение, их тело начинает растворять кислота, чтобы противнику досталось как можно меньше. Причудливо и пугающе, но, отчасти, Йингаагг'мос понимал такие их действия.</p><p>— Они оказались весьма забавными. И мне было интересно, насколько сильно я могу их развить, понадобилось не очень много времени на самом деле. Они довольно мирные и спокойные, — добавив в свой тон побольше самодовольства, ответил червь. Безусловно, он гордился своими успехами, но сейчас он хотел сыграть определённую роль для медузы. Она должна была ему поверить! Иначе от неё не будет возможности избавиться в ближайшее время. Договор ведь действует, и у него было чувство, что именно по этой причине медуза ещё ничего не предприняла.</p><p>— Разве такие нужны? Мирные и спокойные? — с презрением проговорила Грехал`са. Её культисты больше всего походили на закованных в панцири крабов, которые, казалось, ожидали удара постоянно. Да, были и другие существа, но они прятались в городах-крепостях, так как не обладали нужном количеством брони, по мнению медузы. А ведь сама она никакой видимой защитой не обладала, кроме жалящих щупальцев.</p><p>Йингаагг'мосу так и хотелось спросить у неё, что она задумала на самом деле, но сейчас ему конфликт точно был не нужен. Зато у него возникла идея, как её можно отвлечь, а ему воспользоваться возможностью и уйти через червоточину.</p><p>— Такие тоже нужны. Они обеспечивают надёжный тыл, заботятся о потомстве и делают много чего ещё на благо Культа. Если не будет тех, на кого можно опереться, то Культ долго не проживёт, — спокойно отозвался Йингаагг'мос.</p><p>— Ты городишь какую—то чушь! Культ должен расти за счёт захватываемых планет, а не за счёт того, что на планетах рождается потомство, — сохраняя презрение в своём тоне ответила медуза.</p><p>Червь в ответ только слегка шевельнул конечностями — смысла с ней спорить он не видел. У неё было своё собственное представление об этом мире и о жизни в нём. А вот червь считал по-другому. Сила была в единстве, в преданности и в основательности. Чем глубже Культ пустит корни, чем больше у культистов будет потомков, что воспитываются в почитании божества, тем лучше. Они с медузой больше не стали обсуждать эту тему, а отправились дальше. Червь решил проследовать по части пути, что был отмечен на карте Вора, но не достигать червоточины. Наверняка им встретятся планеты, среди среди окажется та, что может заинтересовать Грехал`су. И пока она будет занята подчинением планеты, червь сможет уйти.</p><p>Да, план не был идеален, но из-за договора ничего другого ему в голову пока не приходило. Возможно, в этом было виновато происхождение червя, не физическое — а ментальное. Если у медузы существовало что-то вроде коллективной памяти, как и у большинства существ, что обитали здесь, то у него такого доступа не было.</p><p>Тем более что пример Уля показал ему, насколько важна преемственность. Распространено ли такое между дхоулами или нет, червь не знал. Каждый раз, прибывая на новую планету, он тщательно проверял её на наличие червей, понимая, что они могут сожрать то, что ему принадлежит, с огромной скоростью. Но, к своему удивлению, не находил никого, даже совсем маленьких личинок. Они редки настолько, что только Йингаагг'мосу повезло выжить и развиться? Или он просто не замечает их присутствия вокруг себя?</p><p>— О, ты опять погружён в размышления, — союзница звучала намного дружелюбнее, и червь неохотно вынырнул из своих размышлений, обратив на неё своё внимание.</p><p>— Я размышлял о нашем союзе и о том, как всё удачно для нас складывается. Но, по условиям договора, как только мы достигнем определённой мощи, мы перестанем быть союзниками. Что будет тогда?</p><p>— Ты же сам прекрасно знаешь ответ на этот вопрос. Мы сразу вцепимся друг в друга, чтобы забрать у бывшего союзника всё, что ему принадлежит, — проговорила медуза спокойно. Хотя, с одной стороны, червь ей… нравился.</p><p>Это было странное, непривычное чувство для её вида, ведь для них даже размножение было борьбой за выживание, но Йингаагг'мос существенно отличался от других. Его ментальная броня напоминала панцирь, сквозь который ей всё никак не получалось проникнуть. Она хотела прикоснуться щупальцами к его плоти, но так, чтобы не причинять боли. Ей нравилось его спокойствие, хотя она и не понимала, почему он так возится с этими мелкими народцами, в которые вкладывает так много сил и времени. Какой толк от тех, кто не может принести существенной пользы для Культа? Вот этот его альтруизм она оценивала негативно. И мысль о том, что придётся с ним разобраться, была ей неприятна. Но она старалась отторгнуть их, как нечто неправильное и нелогичное. Она станет хозяйкой Третьего Кольца! Пока у неё есть достаточно мощи, чтобы поддерживать своё существование, она ни перед чем не остановится!</p><p>У неё уже получилось запустить свои щупальца в чужой Культ, и она подозревала, что червь об этом знает. Но напрягало её больше то, что он не предпринимал никаких активных действий. Неужели у него существовал ещё более хитрый план, чем у неё?</p><p>Но пока они оба скованы договором, они ничего не могли сделать. Никто из них, и, с одной стороны, это радовало медузу.</p><p>— Это наверняка будет славная битва. Хотя и жаль будет терять такую союзницу, — с достоинством ответил Йингаагг'мос. Медуза, кажется, удивилась такому ответу. Наверное, она ожидала совершенно других слов, но червь не стал обращать на это внимания.</p><p>Занятые разговором, они оказались у планеты, поверхность которой была почти полностью покрыта океаном. То тут, то там можно было разглядеть плошки больших и малых островов, которые словно создавали причудливый узор на зеленоватой поверхности. А ещё от планеты не слишком приятно… пахло? По крайней мере именно так Йингаагг'мос воспринимал эту планету.</p><p>— Ну что, разделим? — спросила медуза, поджимая щупальца от предвкушения. А вот червь понимал — впервые ему не нравится планета настолько сильно, что он готов просто отдать её Грехал`се, и даже ничего не требовать взамен. Да, разумная жизнь здесь была, и, быть может, с неё был бы толк, но… нет, он не мог объяснить это странное тревожное чувство, да и разбираться с этим у него времени не было. Следовало отправляться за артефактом, и пока медуза будет занята этой планетой — чем не шанс добыть нужное ему?</p><p>— Маленькая суша, как я здесь буду кормиться? Но с учётом того, что ты уже захватила подобную планету, думаю я вправе претендовать даже на такие маленькие кусочки суши, — сказал он. Но когда они немного приблизились к планете, стало понятно, что жизнь здесь существует только в океане.</p><p>И червь разочарованно шевельнул пластинами брони на своих боках, поджимая лапы:</p><p>— М-да, повезло тебе в этот раз. Надеюсь, следующая планета будет целиком из камня и без воды, — заворчал Йингаагг'мос.</p><p>А вот медуза неприкрыто радовалась тому, что она снова будет куда в большем плюсе, чем её союзник.</p><p>— О, не расстраивайся, тебе обязательно повезёт в следующий раз, — снисходительно ответила она, после чего, не размениваясь на долгое сочувствие, устремилась к планете.</p><p>Йингаагг'мос, картинно повздыхав, отправился ровно в противоположную сторону, немного выждав. Путь его теперь лежал в сторону червоточины, и пока медуза будет занята, он спокойно займётся своими делами. А всё-таки интересно, как Вору удалось спрятать артефакт? Если Йингаагг'мос правильно понимал карту, что оставил Вор, его целью была луна у какой-то планеты. И вряд ли он оставил такую ценность на поверхности. Да ещё и само место находилось где-то на окраине Третьего Кольца, за которым начиналась черная бездна непроглядного космоса.</p><p>Следуя в нужную сторону, червь не обратил внимание на то, что медуза так и не нырнула в океан на поверхности планеты — вместо этого она поднялась обратно за пределы атмосферы и скрылась в пространственном кармане.</p></section><section><title><p>Глава 15</p></title><p>Интересно, откуда вообще берутся эти червоточины? Словно существуют какие-то космические черви, которые прогрызают ходы сквозь космическое пространство. Вот только множество факторов влияют на эти ходы, поэтому они и не пользуются популярностью. Со временем червоточины истончались и исчезали, чтобы появиться в совершенно других местах. Интересное явление, как ни крути, и если бы у Йингаагг'моса был совершенно другой склад ума, он бы обязательно изучил бы это.</p><p>Но теперь червя, который никогда не пользовался такого рода переходами, интересовало только одно — достаточно ли стабильна эта червоточина, чтобы привести его туда, куда стремился Вор? И интересно было, откуда у последнего вообще была информация об этой червоточине? Спросить, возможно, и удастся, если Вор до сих пор жив, в чём червь сильно сомневался.</p><p>— Уль, я не знаю куда иду, поэтому мобилизируй всю силу Культа и ожидайте моего возвращения, — обратился он к Жрецу, который сразу откликнулся на его призыв.</p><p>— Понял, мой господин. Мы будем ожидать вашего возвращения, — ответил Уль, и в его тоне не было ни капли сомнений в своём Молодом Боге. И это польстило Йингаагг'мосу — ведь это означало, что он вырастил крепкий, истинно верующий в него Культ.</p><p>Червоточина напоминала просто зияющий провал, ну или чёрную дыру, которая просто была. Йингаагг'мос не стал колебаться или долго раздумывать, а просто «нырнул» в червоточину, не мучая себя излишними размышлениями. Время было драгоценным ресурсом, если оно не уделялось Культу. Тьма стиснула его в своих объятиях, и появилось ощущение, что он куда-то несётся с огромной скоростью.</p><subtitle>* * *</subtitle><p>— Мерзкий червяк! — Грехал`са гневно скручивала щупальца в жгуты, с яростью рассматривая червоточину, где исчез Йингаагг'мос. Да как он посмел?! Куда он направился?! Почему не сказал ей?! Неужели он о чём-то догадался? Но в этом случае он вряд ли бы оставил Культ без присмотра и отправился бы в такую даль.</p><p>О, Грехал`са прекрасно знала, что ищет червь, тем более они разговаривали об артефакте раньше. И она сама посетила планету-реликварий, без труда отыскав и статуи Богов Второго кольца и Вора, что украл у них артефакт. Но у нее не было карты, чтобы отыскать украденное Вором сокровище. Не было понимания, где искать его, поэтому она запускала щупальца в чужой Культ все глубже и глубже, и была уверена в том, что червь тоже его ищет. По крайней мере всё об этом говорило, и теперь она была вознаграждена за своё ожидание.</p><p>Йингаагг'мос мало что знал о своей союзнице, и она не собиралась рассказывать ему большего, разумеется. Ведь это сделает её ещё более уязвимой, чем она была до этого. Чего червь не знал, так это о Проклятии, что было на неё наложено. Оно медленно подтачивало силы медузы, и она искала способ избавится от него. Когда-то она привлекла внимание одного из Богов Второго Кольца, разрушив то, к чему нельзя было прикасаться её щупальцам. Именно поэтому она была так слаба, когда встретилась с Йингаагг'мосом, и, поначалу, это было единственной причиной, по которой она согласилась на союз с ним. Потом появилась симпатия и зависть. Червю играюче удавалось завоёвывать планеты, он уделял много внимания своему Культу, и даже немного заботился о чужом Культе, понимая необходимость здорового союза. Вот только чужой Культ, как и его хозяйка оказались прогнившими изнутри, и то, что они до сих пор могли существовать — было результатом паразитизма на другом Культе.</p><p>Возможно, если бы Система была более благосклонна к червю, она бы указала ему на это. Быть может, если бы он сам был более внимателен, он обратил бы внимание на гниль самой медузы. Но теперь червь отправился в червоточину, за заветным артефактом и Грехал`са должна была сделать всё, чтобы отобрать его! Судя по тому, что связь с Йингаагг'мосом стала едва ощутимой, то он находился очень далеко от владений своего Культа. Интересно, он знает о том, что нельзя удаляться слишком далеко?</p><p>Медуза довольно поджала щупальца, отдавая короткие, но понятные приказы своим Жрецам. Внутри неё всё подрагивало от предвкушения собственного триумфа. Симпатия, что она испытывала к этому червю, мгновенно затихла, рассыпалась невесомой пылью.</p><p>Всё, что было важно в этом мире — это власть, и не более того. А этот глупец, что оставил Культ без присмотра, дорого заплатит за свою ошибку. Грехал`са не знала о том, что червь предпринял некоторые действия перед тем, как отправиться в путь. Подозревая свою союзницу в подлости, он постарался обезопасить свой Культ. Да, это не исключит нападения извне, но со слабыми Молодыми Богами Культ может справиться самостоятельно.</p><p>— Я разрываю ранее заключённый договор, — проговорила медуза, протягивая щупальца к червоточине. Сможет ли это спасти её от проклятья? Возможно. Но либо она будет действовать сейчас, либо никогда! Боль обожгла её внутренности прямо перед тем, как Грехал`cа нырнула в червоточину. А её Культ начал действовать.</p><p>На всех планетах, что принадлежали Йингаагг'мосу начали возникать поначалу мелкие локальные конфликты. Но они вспыхивали мгновенно, и начинали распространяться по городам, словно лесные пожары. Культ червя не был готов к столь масштабным действиям, но смог дать достойный отпор тем, кто решил нарушить перемирие. Ведь не только медуза внедряла своих культистов, точно так же действовал Йингаагг'мос. Конфликт разгорелся с ужасающей скоростью и небывалой силой. Культ медузы был медлителен, но силен, а вот Культ червя был хорошо защищен.</p><p>Третье Кольцо содрогнулось.</p><p>Без своих молодых Богов Культы оказались равными по силе. Грехал`са планировала, что сможет воспользоваться внезапностью, но её план оказался не слишком удачным. Культ червя ответил решительным отпором, вгрызаясь в соперника и не собираясь сдаваться без боя.</p><p>Эхо конфликта растекалось по Третьему Кольцу подобно заразе. Если ранее Третье Кольцо вспыхивало одиночными конфликтами, то теперь оно пылало почти целиком. Молодые Боги и их Культы, что были слабее воспользовались возможностью, чтобы напасть на планеты, что были дальше от сосредоточения основных сил. В погоне за лёгкой мощью, они совершенно не учли то, что они были всё равно слабее. Даже если нападали исподтишка.</p><p>Йингаагг'мос чувствовал, как нити, что связывали его с Культом мелко вибрировали. Конечно, червь предполагал, что конфликт начнётся сразу же, как он нырнёт в червоточину. Поэтому ему нужно было поспешить и отыскать артефакт как можно быстрее.</p><p>Это место воспринималось странно. За время, что Йингаагг'мос провёл на Третьем Кольце, он привык к постоянному своеобразному шуму, если можно его так было назвать. Тысячи и тысячи голосов шептались в темноте космоса, сплетая в единый фон. Это было настолько обычным шумом, что теперь червь ощущал себя неуютно.</p><p>В этой системе было… тихо. Странно, до тошноты тихо. Только ближе к выходу из червоточины можно было услышать знакомый шепоток. Сам переход не оставил никаких впечатлений — он добрался сюда всего за одно мгновение, хотя готовился совершенно к другому. Хитросплетение шепотков, которые просачивались в его разум исподтишка, и позволяли чувствовать и свой Культ, и остальных существ, стали обыденными. Словно ток лимфы в его жилах, словно несуразные лапы, которыми он научился пользоваться. И теперь, без этого въевшегося в разум фона он ощущал себя так, словно его оставили без брони. Лишили чего-то важного. Константин внутренне вздрогнул, но почти сразу сконцентрировался на более важном деле. Ментальный щит, что он нарастил позволял ему чувствовать себя пусть и некомфортно, но более уверенно. Пусть и ненадолго.</p><p>В центре этой странной системы находилась большая голубая звезда. Она медленно, но отчётливо пульсировала, и даже находясь на приличном расстоянии от неё, червь ощущал жар, исходящий от неё. Возможно, когда-то эта звезда была маленькой и тёплой, и благодаря ей на планетах была жизнь. Но со старостью звезда разбухла, и скорее всего поглотила планеты, что были к ней ближе. А те, что остались на её орбите, были беспощадно выжжены. Та, что дарила жизнь, её же и забрала. Молодой Бог почувствовал странную жалость. Хотя это произошло много тысячелетий назад, внутри червя возникло странное сосущее ощущение потери. Но он не мог позволить себе слишком сильно погружаться в размышления. Его Культ нуждался в его защите и помощи, так что ему было необходимо поторопиться.</p><p>Вспоминая указания Вора, он двинулся к планете, у которой была единственная луна. Изрытая кратерами и глубокими трещинами, она производила впечатление того, что скоро просто развалится.</p><p>Жар звёзды здесь становился сильнее, и это был ещё один повод поторопиться. Может быть, Вор выбрал эту систему из-за её особенностей? Но почему он оставил артефакт здесь, и куда он делся потом? Почему он им не воспользовался? Что ему помешало?</p><p>Йингаагг'мос понимал, что вряд ли получит ответ на свои вопросы. Ему очень хотелось поскорее раздобыть артефакт и покинуть эту странную систему. Приблизившись к луне, он потратил немного времени, рассматривая её, а после опустился к поверхности. Бросив взгляд на планету, он почувствовал странное — словно он уже где-то видел её. Конечно, воды на ней уже не было, как и атмосферы, но в её рельефе он угадывал странно знакомые ему очертания. Вот только почему-то никак не мог вспомнить где именно их видел. Это казалось ему важным, но, быть может, она просто похожа на одну из планет, что он видел до этого?</p><p>Вгрызаясь в истерзанную плоть луны, он продолжал думать об этом. А ещё о том, что он понятия не имеет, как сейчас выглядит артефакт. А если его давно здесь нет? Хотя, если так подумать, то он первый, кто проник сюда. А если звезда в этой системе продолжит наращивать массу, то скоро она поглотит все планеты, и артефакт, скорее всего просто исчезнет.</p><p>А ещё он вдруг понял, что то, что двигало им раньше — беспощадный голод, уже давно не терзает его. Когда он медитировал, его тело менялось, пусть большей частью и внутренне. Внешне его изменения почти не происходили, разве что различался цвет узора на его броне. По крайней мере ему об этом говорили Жрецы.</p><p>Пожирая лунную твердь, Йинг вскоре услышал оглушительный треск. Луна просто раскололась пополам, словно скорлупа, что должна была скрывать ценное ядро. Вот только ядра не было, зато был артефакт! Зря червь сомневался в том, что не сможет понять, что это именно он.</p><p>Он был в виде шестигранного камня, грани которого были покрыты причудливыми, неизвестными червю рунами. Оправа из неизвестного сплава поблёскивала в мертвенно-бледном свете звезды. Йингаагг'мос потянулся к артефакту, и тот словно сам лёг в его конечности. И как только червь коснулся граней оправы, ему стало на удивление спокойно. Да, это была та самая, нужная ему вещь. И она была… прекрасна!</p><p>— Ты — жалкий червяк! — раздался крик на всю звёздную систему. Йингаагг'мос дрогнул от неожиданности и, крепко сжав артефакт, обернулся. Он предполагал, что она пойдёт следом. Да, это была Грехал`са, но её внешний вид был ужасен. Было такое ощущение, что в нежное тело медузы впилась какая-то неизвестная хворь. Она искажала и корёжила её тело, но Грехал`са была не готова сдаться. Её щупальца дрожали, и червь почти физически ощущал волны ненависти, что испускала его бывшая союзница.</p><p>— Он должен принадлежать мне! Ты его недостоин!</p><p>— Но именно я нашёл его. И он теперь принадлежит мне, — спокойно ответил Йингаагг'мос. Он видел, в каком состоянии была медуза, но жалости почти не испытывал.</p><p>Жалость — это плохое чувство, которое в этом мире не должно приживаться. Жалость делает молодого Бога слабым и беспомощным. Да и к тому же медуза спровоцировала большой конфликт. И теперь ему стоит поспешить вернуться обратно, пока его Культ не пал от происков этой… этого существа. Лёгкое, почти неощутимое чувство жалости окончательно скрылось, когда всё нутро Йингаагг'мос затопила злость и презрение к этому существу.</p><p>— Ты должен отдать артефакт мне! Зачем он тебе нужен? — медуза замерла на расстоянии одного броска от червя. Пусть внутри неё всё и кипело от ярости, но она надеялась на благоразумие червя. Проклятие корёжило и трепало её внутренности, но она не собиралась сдаваться. Те, кто находятся на самой грани смерти, способны на многое. И Грехал`са собиралась это доказать. Если червь не отдаст ей артефакт, то она силой его заберёт!</p><p>— Видимо затем же, зачем и тебе. И отдавать я его не намерен, — Йингаагг'мос крепче сжал артефакт. Эта вещь принадлежит ему. Она станет его пропуском к ещё больше власти, чем у него есть сейчас. И он никому его не отдаст.</p><p>Грехал`са издала мученический стон, от которого лапы Йингаагг'моса рефлекторно поджались. В этом стоне было столько боли и отчаяния, что внутри Константина шевельнулись уже подзабытые чувства — жалость и сострадание. Они ведь были союзниками… пока медуза не нарушила заключённый между ними договор. Пусть и отдалённо, почти на грани сознания, но он чувствовал, как Культ свирепствует и борется. И это сделала она.</p><p>— Разве ты достойна сострадания? Ты планировала захват моего Культа, и скорее всего ударила бы со спины, когда тебе подвернулся бы удачный момент, — проговорил червь, маленькими коготками своих лап покрепче вцепляясь в артефакт. — Мои Жрецы предупредили меня о том, что ты делаешь. Как проникаешь в мой Культ, а потом и вовсе творишь диверсии, в надежде подорвать основы моего Культа. Ты слаба, и пока не появился я, сидела в своём маленьком мирке.</p><p>— Ты сам мне предложил союз! И теперь пришло время пожинать плоды твоих действий, — Грехал`са словно подобралась, готовясь к атаке. Она копила все свои силы, понимая, что этот бой будет, возможно, последним. Но у неё есть несколько козырей под щупальцем, о которых этот глупый червяк даже не подозревает.</p><p>— Ты… никто не передал тебе знаний об этом артефакте. Ты не знаешь его истинной мощи, и никогда не сможешь постичь своим умишком. А значит ты должен расплатиться за своё невежество!</p><p>— Грехал`са, остановись! Мы ещё можем продолжить действовать вместе. Власти хватит на нас обоих, Третье Кольцо — настолько обширное, что мы с тобой даже и половины не подчинили! — предпринял последнюю попытку остановить союзницу Йингаагг'мос. Возможно в нём ещё говорили остатки той симпатии, почти влечения, что он испытывал к этому некогда прекрасному существу. Пусть сейчас её и скорчило от проклятия, которое пало после нарушения договора. Но червю казалось, что было что-то ещё, то, что заставило медузу себя так вести.</p><p>Медуза застыла всего на мгновение, а после без всякого предупреждения бросилась на червя.</p><subtitle>* * *</subtitle><p>Во мраке космоса, там, где проходила незримая граница между Третьим и Вторыми Кольцами, наметилось некое движение. Мрак дрогнул, словно кто-то двигался сквозь него, и вдруг вспыхнули две яркие, алые звезды. Их взор был обращён в сторону Второго Кольца, а обладатель этих звёзд явно прислушивался к какофонии, что оттуда раздавалась. Да, без всякого сомнения, две алых звезды были чьими-то глазами, которые теперь старались разглядеть, что происходит на Третьем Кольце. Почему оно не упорядочивается и не затихает, а наоборот, разгорается новыми всполохами? Что такое там происходит? И почему местные молодые Боги не вмешиваются?</p><p>Обладатель алых глаз шевельнулся в космическом пространстве. Да, для него Третье Кольцо полыхало, словно новорождённая звезда, разбрызгивая вокруг вытянутые протуберанцы всполохов. И он знал — если прикоснуться к ним, разум будет гудеть от многоголосого гневного хора. А может быть не только гнева? Но наполненного болью, страхом и ужасом? Пока он мог только наблюдать, но был уверен — остальные правители Второго Кольца вскоре тоже заинтересуются тем, что происходит на Третьем.</p></section><section><title><p>Глава 16</p></title><p>Когда-то давно на Втором Кольце смогли достичь баланса. Великие Древние, что были равны друг другу по мощи, разделили Второе Кольцо, постаравшись соблюсти нужный баланс. Именно поэтому Кольцо находилось в стабильности вот уже многие тысячелетия. Но эхо конфликта Третьего Кольца начало вносить некий дисбаланс в уже устоявшийся порядок. Какой же силы был этот конфликт, раз его волны смогли добраться до Второго Кольца?</p><p>Великие Древние могли дотягиваться до иных реальностей, по тем или иным причинам взаимодействуя с расами, что не жили на Кольцах. Вселенная была безгранична и многогранна, хоть и по мнению Древних именно Кольца были её основой.</p><p>— Возможно, эхо конфликта достигает не только нас. Но действует и на другие плоскости пространства. Что в таком случае может случиться с нашими сновидцами и Культами там? — проговорил Итакуа, Ледяной Ветер.</p><p>Встреча Великих Древних была неизбежна, хотя они и предпочитали держаться в своих областях Второго Кольца. Но в этот раз того требовали обстоятельства. Для встречи была выбрана безжизненная планета, которая не представляла интереса абсолютно ни для кого, и была на самой границе владений.</p><p>— Ты полагаешь, что на Первом Кольце об этом не знают? Ты ошибаешься, — прошелестел Хастур, Незванный.</p><p>— Я не удивлюсь, что кто-то из Внешних намеренно спровоцировал этот конфликт. Дал возможность двум молодым Богам окрепнуть настолько, что они накопили достаточно власти и теперь борются за господство над Третьим Кольцом, — Дагон презрительно прищурился.</p><p>— И теперь подумайте о том, кто из нас лишился милости внешних, — Ктулху лениво лежал на груде камней. Из всех он меньше всего тревожился за своё положение на Втором Кольце – в нём была слишком крепка уверенность в своих силах. Баланс был пусть и хрупким, но он существовал. Они контролировали всё, кроме третьей силы. Извне.</p><p>— Что ты хочешь этим сказать? — масса щупалец Жар шевельнулась. Было невозможно понять, откуда именно он говорит — ведь у него не было рта в привычном понимании этого слова.</p><p>— Я говорю ровно то, что нас ждёт. Когда молодой Бог возвысится над Третьим Кольцом, он сможет добраться и до Второго. И раз ему позволили это сделать Внешние Боги, значит, он продолжит Возвышение. Значит, он может занять место любого из нас. Но чью милость мы потеряли? Почему они хотят сдвинуть достигнутый баланс? В их воле вмешаться в этот конфликт и погасить его. Они единственные, кто может, пусть и не напрямую, но влиять на всё, что происходит на остальных Кольцах.</p><p>Повисла вязкая тишина. Только ментальный шум смешивался, выдавая тревогу всех присутствующих Древних.</p><p>— Кто-то из них нарушил правила, судя по всему, — вновь зашелестел Хастур. Незванный держался чуть в стороне от остальных Богов, словно подчёркивая свою независимость.</p><p>— Только пусть сунется! — внезапно загремел Итакуа. Ледяной великан был готов прямо сейчас бросится в бой, чтобы отстоять своё место. Всё вокруг загудело, а в воздухе повисли миллиарды маленьких острых льдинок.</p><p>Ктулху же чуть повернул голову. Его взгляд устремился в сторону Третьего Кольца, и глаза его могли видеть, что было недоступно другим взглядам. Космос там пестрел разноцветными всполохами, и больше преобладали багряные оттенки. Конфликт… хотя нет, это была самая настоящая война, которая заставляла Третье Кольцо мелко вибрировать и покрываться тонкими, едва заметными трещинами.</p><p>Разумеется, и раньше случалось нечто подобное. Но никогда никто из молодых Богов не становился настолько сильным, что заставлял Третье Кольцо полыхать! Вернее, два Бога. Как такое вообще стало возможным?</p><p>Система тоже хранила молчание. Она равнодушно взирала на всё происходящее, не давая никаких комментариев, и только могла выдать краткую сводку по силам, что бушевали на последнем Кольце. Разумеется, Боги Второго Кольца не ожидали ничего хорошего от происходящего. Они слишком привыкли к спокойной и размеренной жизни, которая ничем не нарушалась, изредка щёлкая по носу не в меру ретивых молодых Богов, или насылая на них Проклятия по собственной прихоти. А теперь было абсолютно неясно, чем это закончится.</p><p>— Кто из Внешних к этому причастен? — спросил Итакуа, обращая свой взгляд в другую сторону, туда, где было Первое Кольцо. Сейчас оно хранило молчание, и было закрыто от всех остальных.</p><p>Конечно, если найдётся тот, кому будет по силам приблизится к нему и бросить вызов Старшим Богам, то он сможет пройти. Но на то они и были Старшими Богами — установив баланс, они скрылись от посторонних глаз. И сейчас их молчание казалось весьма странным. Разве их не должно беспокоить то, что происходит на Третьем Кольце? Ведь это прямая угроза для баланса, что соблюдается многие тысячи лет!</p><p>Но сомнения одолевали Древних, ведь столько времени всё было спокойно. Стоит ли действительно беспокоится об этом? Привыкшие к стабильности и привычному образу жизни, Древние не хотели допускать мысли о том, что что-то может пойти не так. Да и ведь Система не позволит никому нарушать баланс, так что, что сейчас происходило на Третьем Кольце — точно не заслуживало их внимания. С этим были солидарны почти все.</p><p>— Кто бы это не был, вряд ли нам что-то действительно грозит. молодые Боги перегрызуться между собой, и на этом всё закончится, — проговорил Жар, после чего исчез. Видимо, посчитал, что разговор окончен, и больше не стоит его внимания. Другие Боги были такого же мнения, и вскоре на безжизненной планете остался только один Хастур. Алые рубины его глаз сверкнули во тьме капюшона. И взгляд его был обращён в сторону Третьего Кольца. Что ж, он будет ждать.</p><subtitle>* * *</subtitle><p>Первый удар щупалец Грехал`сы червь почти не почувствовал. Его броня была крепкой и толстой, пусть и состояла из множества более мелких пластинок. Но он понимал — этот бой не будет простым. Медуза, которая чувствовала свою близкую кончину, сражалась отчаянно и зло. Но Йингаагг'мос не желал причинять ей боль!</p><p>Пусть она предала его, пусть вгрызлась в его Культ изнутри, но… Она ведь стала его союзницей, его единственным близким существом в этом диком и до сих пор не слишком понятном мире. Кстати, если медуза нарушила договор, то почему ему не пришло никакого сообщения от Системы?</p><p>Но сейчас ему было не до того. Он защищался от хлёстких ударов щупалец, которые сочились непонятной жижей. А ещё он чувствовал, как Грехал`са давит на него. Не физически, а ментально, и артефакт, что он крепко сжимал в своих лапах, никак не помогал ему. Или, быть может, это тоже было особенностью этой странной системы? Именно поэтому медуза уверенно продавливала его ментальные щиты. Он буквально физически ощущал давление на свой разум. Словно кто-то обхватил ладонями его череп и медленно, но верно начал его сдавливать.</p><p>Йингаагг'мос почувствовал глухое раздражение, которое поднималось откуда-то изнутри. Если он хочет выжить, то ему придётся дать ей отпор, хочет он этого или нет. Осознание было ярким, словно вспышка — сейчас борьба будет не за мощь, власть или Культ, сейчас будет драка за его собственную жизнь! Почему-то он раньше не ощущал это столь ярко и остро, для него этот мир был игрой, до некоторого времени.</p><p>Осознание пришло вместе с хлёстким ударом щупальца, что пришёлся по его голове и трещиной в ментальном щите. Грехал`са издала ликующий вопль, от которого у червя заложило слуховые каналы. Свободной лапой ему удалось ухватить одно из щупалец и хорошенько дёрнуть за него.</p><p>Медуза смогла начать просачиваться к чужому разуму, тянуть к нему тонкие ниточки своего воздействия. Давление усилилось, и червю показалось, что в черепе даже что-то хрустнуло. Его тонкая связь с Культом завибрировала сильнее, натягиваясь до предела. Ещё немного — и лопнет, и он потеряет свой Культ! Потеряет то, во что вложил такое количество сил и труда! Раздражение начало трансформироваться в злость, и он не замечал, что медуза медленно, но верно оттесняет его к звёзде. Жар опалял спину червя всё сильнее и сильнее, грозясь начать расплавлять его броню.</p><p>Червь никак не мог понять, откуда у медузы столько силы. Безусловно, она была хороша в ментальном плане, но почему она настолько сильна именно сейчас? Может — это он сейчас ослаблен из-за контакта с артефактом? Но ведь он здесь не действует, или всё-таки он имеет негативные эффекты? Червь тщетно пытался воззвать к Системе, чтобы получить от неё хоть какую-то подсказку. Интерфейс был серым, никакие кнопки и панели не были доступны, а число членов Культа медленно, но неукротимо сокращалось. У него было всего несколько мгновений, чтобы всё это увидеть и осознать. Грехал`са усиливала напор, и червь понимал, что не сможет вечно защищаться. Тем более она медленно, но верно смещала его в сторону звезды, и жар вскоре грозился стать невыносимым.</p><p>Неожиданно в его памяти всплыло воспоминание. А ему ведь казалось, что он давно всё забыл — свою прошлую жизнь. Она была погребена под новыми воспоминаниями и впечатлениями, да и времени обернуться назад у него просто не было. Тогда он был совсем ещё мальчишкой, и он поругался со своим другом. Сейчас уже было и не вспомнить, по какой причине у них вышла ссора. Но Йингаагг'мос неожиданно вспомнил то удушающее ощущение ярости, что захлестнуло его из-за несправедливости. Его друг не должен был с ним так поступать! Как и Грехал`са не должна была предавать его. Ему плевать на законы этого мира, она просто не должна была этого делать!</p><p>Медуза, пульсируя ответной яростью, вновь попыталась ударить его щупальцем, чтобы постараться повредить участок между сегментами брони и обнажить плоть молодого Бога. Одновременно она усиливала ментальный напор, вкладывая в это все свои силы. Ей казалось, что победа близка. Ведь червь почти не сопротивляется, только обороняется от её ударов, а это означало, что скоро она получит то, что нужно ей! Ослеплённая болью Проклятья, яростью и неистовым желанием овладеть артефактом, она атаковала снова и снова, отталкивая червя к звезде. Сердце это странной системы пульсировало и опаляло червя жаром, да и медузу тоже.</p><p>Червь, в ответ на очередную атаку ударил. Наконец он перестал размышлять и пытаться добиться того, что Грехал`са начнёт думать и вернётся в обычное состояние. Вот так — напрямую — Йингаагг'мос ещё ни разу не бил. Можно сказать, что до этого ему везло, но теперь… этот артефакт принадлежит ему! Он добыл его, оставив свой Культ, понадеявшись, что вернётся обратно. Чувствуя, как его ментальная броня трещит под чужим напором, а жар звезды позади становится нестерпимым — он ударил снова.</p><p>Одно из щупалец медузы оторвалось, и Грехал`са издала громкий крик. Не только голосом — словно она кричала на всех уровнях восприятия, отчего внутри червя всё сжалось и скрутилось в тугой комок. Она била в ответ, а Йингаагг'мос чувствовал, как его броня сгорает от жара звезды.</p><p>Боль ослепляла, как и ярость, что бушевала в нём в ответ. Уворачиваясь от очередного удара медузы, он повернулся к звезде боком, как раз тем, где он держал нижними конечностями артефакт.</p><p>А потом всё сплелось в причудливый комок странных ощущений. Какофония чужой ярости, страха и ненависти; чужой крик и ментальный шум; собственная ярость и невыносимый жар, который впивался в тело острыми, пронзающими насквозь, иглами. Мысли спутались, и невозможно стало вычленить хоть одну. Сознание мутилось, расползалось по тёмному покрывалу окружающего космоса, и вдруг червя пронзила единственная чёткая и ясная мысль — неужели это его конец? Он не сможет спасти свой Культ, он не сможет вернуться… домой?</p><p>Силы катастрофически заканчивались, и последнее, что он сделал — ударил медузу прямо в её купол. Туда, где под едва прозрачной плотью билось чужое сердце, если оно было у этого существа. Грехал`са просто не успела увернуться и уйти с линии удара. Её нежное тело, которое не было защищено достойным образом, дрогнуло и застыло. Щупальца, что остались целыми и успели вонзиться в тело Йингаагг'моса дрогнули и обмякли. Удар оказался смертельным. Ментальное давление исчезло, и червь, теряя последние остатки сознания от невыразимой боли, что терзала его тело, рванулся вперёд, прочь от звезды, что хотела сожрать его.</p><p>А потом сознание покинуло его, оставляя его в спасительной тьме, в которой не было боли. В ней не было ничего вообще.</p></section><section><title><p>Глава 17. Финал</p></title><p>Пробуждение было болезненным. Червь с трудом выдирался из липкой тьмы, что стиснула его со всех сторон, словно его положили в гроб. Все тело было наполнено болью, которая пульсировала в каждом уголке тело. Мысли в голове мешались, и Константин с трудом ворочал мозгами, пытаясь понять, что произошло. Плита… на него упала плита и придавила его. Наверняка многие кости сломаны, а дышать ему трудно именно из-за того, что он сдавлен камнями. Сознание немного прояснилось, но от боли хотелось рыдать и звать на помощь. Он честно попытался открыть рот и позвать кого-нибудь, но из этой затеи ничего не вышло.</p><p>Ищут ли его? Смогут ли ему помочь? Они ведь забрались так далеко от цивилизации, и вряд ли хоть кто-то сможет прийти ему на помощь. Но, может быть, они смогут хотя бы разгрести завалы, и достанут его. Они ведь на машине, в машине есть аптечка.</p><p>Мысли путались, сплетаясь в клубок, жалили сознание, заставляя его ещё больше корчиться в приступе непонимания. Нет, он ведь не под плитами — но где он? Что произошло? Кто он такой? Сознание Константина постепенно мутилось и ему казалось, что в этой липкой темноте он находится не один. Есть ещё кто-то — тот, у кого совершенно другое имя. Тот, кто…</p><p>Внезапно перед глазами вспыхнули интерфейс. Система один за одним выдавала какие-то тексты, но червь всё никак не мог уцепиться хотя бы за один, чтобы полностью прочитать его.</p><p>«Критические повреждения… нарушения договора… нарушение… нарушение… Молодой Бог не погиб. Вам следует… нарушение…». Йингаагг'мос не мог понять — кажется ли ему это, или у Системы действительно произошёл какой-то сбой?</p><p>«Активация протокола облегчения», — новое сообщение от Системы было непонятным, но боль неожиданно начала успокаиваться. Сознание Йингаагг'моса начало восстанавливаться, и воспоминание о том, что его придавило плитой там, в другой жизни, отошло на задний план — туда, где ему было самое место.</p><p>Взгляд тоже прояснился — он обнаружил себя на расстоянии от звезды, которая пульсировала в рваном ритме и сменила спектр своего излучения. Теперь она была алого цвета, с золотистыми протуберанцами, что скользили вокруг неё. Словно она была рассержена тем, что она не смогла поглотить свою добычу. Какая глупая мысль!</p><p>Каждое движение причиняло боль, и червь скрутился, оценивая состояние своего тела. Всё выглядело настолько плохо, что вряд ли он сможет выжить. Если бы он мог нырнуть в медитацию то, возможно, у него хватило бы сил пережить этот ужасный момент. Звезда сплавила части его тела, превратив в невнятное месиво, в котором, к его удивлению, до сих пор угадывался артефакт. Ментальные щиты были в плачевном состоянии, а те места, до которых не добралась звезда, были сильно повреждены от ударов щупалец медузы. Его броня хорошо продержалась, но он слишком долго защищался, когда как нужно было драться. Драться за собственную жизнь в первую очередь, а не пытаться уговорить обезумевшую бывшую союзницу.</p><p>Интерфейс, что дрожал перед его взглядом, постепенно стабилизировался. Йингаагг'мос смог немного осмотреться — и обнаружил тело Грехал`сы, что было неподалёку. Она больше не страдала от проклятья и замолкла навеки. Жалость шевельнулась в глубине естества червя — но сейчас ему было впору жалеть именно самого себя, а не её. И ему совершенно не хотелось думать о том, что было бы, если бы они смогли договориться.</p><p>У него не хватало сил, чтобы просто пошевелиться. Плывя в безбрежной черноте и любуясь пульсацией звезды в центре этой странной системы, он мог только размышлять. Он оглянулся на путь, который прошёл. Оценил усилия, что потратил, стремя получить артефакт, который мог бы защитить его. И вспомнил свой Культ, развитию которого не уделял достаточного внимания, если вдумываться в это.</p><p>Артефакт… он чувствовал его присутствие в своём теле, но его важность словно стала меньше. Столько усилий, и что? В итоге он не получил совершенно ничего, кроме мёртвой звёздной системы с яростно пульсирующей звездой. Тишины, которая пробегалась по его нервам испуганной дрожью. И его Культ, который сейчас жадно пожирает останки чужого Культа и восстанавливает свои границы. Вот только что будет с Культом, когда его не станет? Когда окончательно прервётся их связь?</p><p>У Йингаагг'моса больше не было сил бороться. Так и наступит его конец? Когда он не завершил Восхождение? Когда он остался здесь, совершенно один? Червь попробовал пошевелиться, и тело мигом отозвалось болью. Если бы он мог добраться до червоточины, то вернулся бы в земли Культа, и они помогли бы ему восстановится. Странно, но плашка с мощью в интерфейсе была серая, и ничего больше не показывала. Да и вообще интерфейс выглядел несколько… сломанным? Что-то пошло не так? Но почему?</p><p>Его сознание оставалось стабильным, что тоже его удивляло. Ведь ему положено угаснуть, подобно звезде, что растеряла все свои силы, а ведь он продолжает жить.</p><p>И вскоре он понял почему. Даже в этой системе он почувствовал его. Азатот протискивался сюда сквозь слои реальности, и Йингаагг'мос был уверен — он слышит, как трещит пространство вокруг. Но даже столь могущественному созданию, как Азатот, понадобилось много сил, чтобы проникнуть в эту систему. И то, скорее всего, он не присутствовал здесь в полном смысле этого слова.</p><p>— Ты ещё жив? Это похвально, — пророкотал Азатот, клубясь прямо перед Йингаагг'мосом тёмным облаком. Как оно могло быть темнее окружающего космоса было неизвестно, но так и было.</p><p>— Зачем ты здесь? — прохрипел червь, с трудом заставляя мысли в своей голове шевелиться и складываться в нужные слова. По-прежнему их разговор был мысленным, но червь сейчас всё равно выталкивал слова через рот. Ему было важно почувствовать себя живым, пока это было возможно.</p><p>— Я здесь, чтобы засвидетельствовать своё почтение и… восхищение. Ты оказался весьма способным. Твой восхождение по Третьему Кольцу было восхитительным. Разумеется, ты наделал много ошибок и сейчас то положение, в котором ты оказался — их последствия. Но ты до сих пор жив. Я не предполагал, что так может получится.</p><p>— Для тебя стало неожиданностью, что я до сих пор жив? — спросил червь.</p><p>— Именно. Раньше ни одному молодому Богу не удавалось зайти так далеко. И даже отыскать этот артефакт не могли. Они нападали на след, но у них ничего не получалось. Я сделал правильный выбор, предложив сделку именно тебе, — Азатот излучал удовольствие. И это по-настоящему пугало Йингаагг'моса, ведь он знал, каким на самом деле может быть Азатот.</p><p>— И если… всё прошло по твоему плану… ты ведь можешь вернуть меня… домой? — червь дрогнул всем телом, вспоминая далёкую прежнюю жизнь. Теперь она ему казалось частью какого-то сна, далёкого и такого манящего. Вернуться домой. Почему-то при этой мысли он не чувствовал радости или чего-то подобного. Почему он ничего не чувствует?</p><p>— Сделка завершена, ведь так? — проговорил Йингаагг'мос, стараясь не смотреть на клубящееся облако тьмы перед ним. Иначе его начинало мутить, а это чувство ему не нравилось.</p><p>Азатот хранил молчание, не отвечая на чужой вопрос. Система тоже не подавала никаких признаков жизни, словно кроме интерфейса её здесь вообще не было.</p><p>Сколько тянулось это молчание? Быть может, целую вечность? Червь не задавал больше вопросов, ожидая ответа от Азатота, и тот, наконец, заговорил:</p><p>— Верно. Ты выполнил условия сделки, и я могу вернуть тебя домой.</p><p>— Но? — спросил червь, не понимая, почему Азатот тянет. В чём дело?</p><p>Хотя Йингаагг'мос понимал — он не хочет возвращения домой. А как же его Культ? Без влияния молодого Бога, что его основал, Культ раздерут на части довольно быстро. Все эти маленькие планеты, что он покорял, либо вымрут, либо будут служить другому Богу. Сама мысль об этом была отвратительной. Но, с другой стороны, возвращение домой. В реальный мир, в котором не было Колец и Богов. Не было изнуряющей борьбы за власть, хотя… не совсем, наверное. Противоречивые чувства бушевали в черве, и он не знал, как будет поступить правильно. С одной стороны, он выполнил условия сделки, может ли он просить у Азатота другой награды?</p><p>И действительно ли он хочет остаться здесь? И если тот мир, из его прошлой жизни, реален, то каков этот?</p><p>— Я хочу предложить тебе новую сделку, — ответил Азатот, и клубящийся чёрный туман внезапно сжался, уплотняясь, и приобретая сферическую форму.</p><p>— Новую сделку? — червь ожидал услышать всё, что угодно, но только не это. Даже с учётом весьма неожиданной похвалы от Азатота. — О какой сделке ты говоришь, когда я в таком состоянии? Я не смогу ничего сделать, — раздражение поднялось внутри.</p><p>— Ты всё ещё весьма глуп, даже после пройденного пути, — язвительно отозвался Азатот. Чёрная сфера пульсировала, но что именно она излучала, было понять невозможно. Эта система была мертва, во всех смыслах этого слова. Наверняка, если бы Азатот мог, он снова начал бы давить на Йингаагг'моса, но здесь у него не было власти.</p><p>— И какого рода сделку ты хочешь предложить мне теперь? — не стал реагировать на чужие слова червь. Новая сделка? Всё внутри предвкушающе встрепенулось. Но ведь ему нужно вернуться домой. Домой! В его настоящий дом, который ему предназначен!</p><p>— Ты так хорошо справился с Третьим Кольцом, что теперь тебе открыта дорога на Второе. Ты можешь занять место любого Древнего, тем самым внося ещё больший дисбаланс в строение Колец.</p><p>— Но зачем тебе это?</p><p>— Это не твоего ума дела. Я дам тебе возможность хорошенько всё обдумать. Без всякого сомнения, теперь всё Третье Кольцо подчиняется именно тебе. Какова власть на вкус, а? — после чего сфера резко скакнула к червю. Йингаагг'мос попытался защититься, совершенно рефлекторно, но сфера не нанесла ему урона. Зато буквально толкнула его в червоточину, которая немедленно втянула его в себя, словно только этого и ждала.</p><subtitle>* * *</subtitle><p>— Господин! Господин! — голос Уля настойчиво ввинчивался в слуховые каналы Йингаагг'моса. Он дрогнул всем телом, и открыл глаза, коротко окидывая взглядом то место, в котором оказался. Вокруг была успокаивающая прохлада смутно знакомого камня. Один из его Храмов?</p><p>Судя по фигуре Уля, что скрючился перед ним в раболепной позе, это было именно так. Но как он здесь оказался? Последнее, что помнил червь — как сфера толкает его в червоточину.</p><p>— Вы очнулись, господин! Я так счастлив! Несколько дней назад вы появились здесь, истекая кровью, и всё никак не приходили в себя, — Жрец взволнованно дёргал руками, но в его глазах горело неприкрытое восхищение.</p><p>— Как… Культ? — спросил Йингаагг'мос, чувствуя, как язык с трудом шевелится среди челюстей. Кажется, один из ударов медузы задел и его лицо — если можно было его таковым назвать — и что-то повредил. Но он мог говорить — это уже было хорошо.</p><p>— Всё в порядке, мой господин. Несколько циклов назад мы окончательно всё стабилизировали. Последние волнения успокоились окончательно с вашим появлением, — Уль перестал излучать тревожность.</p><p>А вот червь с удовольствием прислушался к ровному ментальному шуму, что он теперь ощущал. Словно прибой, который накатывает на берег, на мгновение затихает, а потом накатывает вновь.</p><p>— Многие ощущают ваше возвращение. Честно говоря, связь была такой хрупкой, что мы… я думал, что она прервётся. — Уль излучал стыд. И червь даже мог его понять. Он обратил внимание на интерфейс, который выглядел всё так же странно. Большая часть иконок были серыми и больше не реагировали на его мысленные команды. Но что это могло означать? Он уже преодолел Третье Кольцо? Именно поэтому интерфейс ведёт себя так странно?</p><p>— Но теперь вы здесь. Вы добыли артефакт, который желали? — продолжил спрашивать Уль. И его забота не ощущалось чем-то навязчивым. Червь мысленно потянулся, пытаясь рассмотреть, что же там находится глубже внутри Жреца. Страх остаться без своего божества, без всякого сомнения. Да, это было приятно. Ещё лучше было осознавать себя в собственном храме и чувствовать мощь своего Культа. И теперь эта мощь была направлена на лечение его ран. Затягивались они медленно, словно нехотя, но и боли он сильной не испытывал. Скорее какой-то зуд, из-за которого хотелось почесаться, но червь понимал — лучше потерпеть.</p><p>— Да, я нашёл то, что искал, — а ведь артефакт был здесь. Он его чувствовал, как часть своего собственного тела, да и тело приняло его. Что ж, он добыл то, что хотел. Но что ему делать дальше?</p><p>Уль вскоре оставил его в одиночестве. Йингаагг'мосу было необходимо время, чтобы прийти в себя и зарастить раны. Странно, но он не мог больше погрузиться в медитацию. Интерфейс всё ещё оставался сломанным, и не реагировал на его попытки хоть что-нибудь сделать. Изменение правил окружающего мира его немного напрягало. А ещё он понимал, что вскоре вернётся Азатот. Новая сделка, значит, и что же он хочет предложить? Отправиться на Второе Кольцо, про это он говорил? Мысли о возвращении в родной мир постепенно затухали где-то на окраине сознания. Червь сознательно игнорировал их, не чувствуя потребности в собственном возвращении.</p><p>Он дотянулся до ближайшего подноса, который ломился от еды, и принялся за трапезу. Ему нужно топливо для восстановления, хотя, к своему удивлению, он вдруг ощутил вкус еды. Раньше такого не было. Словно теперь ему стало доступно немного больше, чем было до этого.</p><p>А ещё новая сделка, которую предлагал Азатот. И Второе Кольцо. Возможность получить ещё больше власти, укрепить свой Культ, сделать его сильнее. И это для червя звучало интересно.</p><p>Мысли о родном мире окончательно поблёкли, пока он жадно пожирал подношения, методично уничтожая еду. Возможно, она была не так уж и нужна, но он чувствовал, как тело регенерирует быстрее. Без медитации он не сможет избавится от уродливых шрамов, которые теперь покрывали его тело, но, с другой стороны, перед кем ему красоваться? Здесь, в Третьем Кольце, он достиг своего максимума, и теперь ему предстояло двинуться дальше. Осталось только дождаться Азатота и заключить с ним новую сделку.</p><p>И тот не заставил себя долго ждать. Как только раны червя зажили достаточно, чтобы он перестал почти постоянно дремать, в Храм вдруг просочился холод космической бездны. Свечи, что горели, потухли, и тень легла на пол, словно что-то исполинское заслонило звёзды, что светили в проёмы на крыше. Йингаагг'мос не дрогнул — он ждал, когда Азатот, ну или одно из его воплощений, появится здесь.</p><p>— Ты принял решение? — зашелестел голос другого Бога, сплетаясь с тенями, что прятались среди холодного камня и пустых блюд подношений. Йингаагг'мос молчал, словно раздумывал над чужим вопросом. Но он уже принял решение, и теперь его просто требовалось озвучить. Вернуться домой… в слабое двуногое тело, вновь заниматься археологией. А если вспомнить обстоятельства, как он попал сюда — возможно, то тело пострадало намного больше, чем он может себе представлять.</p><p>— Да, я принял решение, — червь замолк, перекатывая мысли в своей голове. Он чувствовал нетерпение Азатота, и, неожиданно, Йингаагг'мос чувствовал неожиданное удовлетворение от того, что заставляет божество ждать. Словно сейчас — он главный в их странном союзе, и только он может принять финальное решение. Это ли не власть? Не это ли её прекрасное ощущение.</p><p>— Я согласен принять условия твоей сделки. Я отправлюсь на Второе Кольцо.</p></section></body><binary id="cover.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4AAQSkZJRgABAQEAYABgAAD//gA7Q1JFQVRPUjogZ2QtanBlZyB2MS4wICh1c2luZyBJSkcgSlBFRyB2ODApLCBxdWFsaXR5ID0gODUK/9sAQwAFAwQEBAMFBAQEBQUFBgcMCAcHBwcPCwsJDBEPEhIRDxERExYcFxMUGhURERghGBodHR8fHxMXIiQiHiQcHh8e/9sAQwEFBQUHBgcOCAgOHhQRFB4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4e/8AAEQgBegEJAwEiAAIRAQMRAf/EAB8AAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAABAgMEBQYHCAkKC//EALUQAAIBAwMCBAMFBQQEAAABfQECAwAEEQUSITFBBhNRYQcicRQygZGhCCNCscEVUtHwJDNicoIJChYXGBkaJSYnKCkqNDU2Nzg5OkNERUZHSElKU1RVVldYWVpjZGVmZ2hpanN0dXZ3eHl6g4SFhoeIiYqSk5SVlpeYmZqio6Slpqeoqaqys7S1tre4ubrCw8TFxsfIycrS09TV1tfY2drh4uPk5ebn6Onq8fLz9PX29/j5+v/EAB8BAAMBAQEBAQEBAQEAAAAAAAABAgMEBQYHCAkKC//EALURAAIBAgQEAwQHBQQEAAECdwABAgMRBAUhMQYSQVEHYXETIjKBCBRCkaGxwQkjM1LwFWJy0QoWJDThJfEXGBkaJicoKSo1Njc4OTpDREVGR0hJSlNUVVZXWFlaY2RlZmdoaWpzdHV2d3h5eoKDhIWGh4iJipKTlJWWl5iZmqKjpKWmp6ipqrKztLW2t7i5usLDxMXGx8jJytLT1NXW19jZ2uLj5OXm5+jp6vLz9PX29/j5+v/aAAwDAQACEQMRAD8A+OeHZifXp2pCCOjEDuBSZ2Er3p4G5W5AwM800gFRGMTkc4ouY3VI8jqM0QPgkdiOatXaq+npJuO6Ntp+mBTYmzP59vyrWsp/tkP2OX5pAuIyT1wOn19KyCMUquyMGQkMDkEdjSuBYt3a2uGjkLxq2Y5Mdcd600+0aQ8ktjMXRkCyccMp6fhkisq4na5cM6gP3I6GrmlyJL5lnc3E0aSoEUqRgkEFQ3tn8jimgBbeW+DzyMxZlJX3x2/Ws+NtjcAHFbcN5JpNvLZyW+4u26JycFfX6/8A1qxtm1CGQknoR2osBq2khi33UqF4JG8lyjjnPJHqOCa9U8O3a+I/DdyNY3XL6dapNaXLD5vJYlGB+jhTn/aJ7ivHrCZIpx5ys8XdB3/yK7X4YatfW2qx2/nxyaYZkiuoZiOYZGCH5e/3vzA9quLs7kzV0dql/p2u2drpc8p3wKESBsI5JPzHJwD3wO/FYPxG8OxWdjam2cuoQAbvlkkBz8wHP0IrN1yHbrEoQ7Z4ZmRjuxhlPB/So/EOq6nqMaWd5dS3QgbMJdvmTPJ56+n5Vu5XRglZnGyMyttPBBqGbLNmpJd7SFm5zTcDpWLRsmQkYq1Y2wlZpJAfKjxvOOueg/H+QNQsorU1DdaadZ2SNh3QTycdS3I/TFHKVzFNxI588FAgIX0znOOOuMCr+m28kzMFj+Uq2Gx3HX9DWZGJWYKR2ArqNBnlstPcSBcO/G49sYJ/lTSJbMO9tLnbLI/3Ymwcn9azy5ZSD3ro9evLOaxEduD52fnKjIz/APqxWCkRlbaPzpiTK7LgV1Xw2NlZaudavGkc2cbGGGNfmZ2RgGz0AUDJJ74rO1qKyit7JLWR5JDFuuNwxtfJ6c88YOfUmu90XR7TT/hZbXV+qW/9pyyXT+ZhZp4ohhUiHJ2sd2SQBn8KmRSdzhfEN7Nf3r385KJeMJMMMnoRk/iCB6CsCeRWkPlrhe1X9RuHu5WmcgBFVVUHIx05/wA9abZW8Vy0m4HgDCg9/Ws2iinaBGl+dd/ouafeoq3DKAFUYwB9KfLE1nqG0JuOAQp9xmnrDJeSGYtgFsyHH3R64+lNIGyzpOlS3kiR7GYA5lK9lGf8KfqksVnapZW6Ymb95NJ6k9AO2AP1JqzDrUcVw6wLst3Uh8nO8dvSsS6kaaZpG43MSF7CjoLUiZmfOSSansRCs6vdK7RLyyqdpP41HCBvqWXaDtH3e596SWlxkLH5s+tFKB+6LtwM4X3NNy3vSYyabMygMfnUYBqvtZTgjFdBrOl+TEl7aK0lrM2BIOVB/u56g+xrLjYAiCdD5ZOMsOlW0TcseGvD+t+JNROnaBpV5qd4ImkMNtEXYIMZYgdhkfmK6PVvAPjnRNJl1HXvCWs6fYoAs9xcWjJHkkKpLHockD34rq/2SZ77Tf2g9AtIbmSKK786K4VGwJovKdwp9RuRTj1Ar0vxv4g1rXv2ePi3/bOpXN99i8XG0tfObPkwrcRbUX0UZ6UkgPn+T4aePP8AhHD4jXwpqsmjiLzheLbsYzHjO/pnbjnOMVmeF/CPibxU9wvhvQtQ1Y2wUzi0gMhj3Z25x0ztOPoa+5ofEGsD9oDT/CAvHGhP4IFy1kEHlmTdt3dM9Bj6cVwX7FEmmaB4J1XW7rcqa14gt9LhwP4wvyDPcZko5Rnybpui6tf2t9c2Om3dzFp6eZdyQxFxbpn7z4+6vB5PHFWoPDHiWRdNddA1LbqjmPTm+zPi7bjiPj5+o6Z619BfCnw/cWeu/Hnw1bxESixuLSBAOu6SVUH5EV6j8SfD72Xjn4IaFpMDzR6Teum2PtHAkW9voApJqkhOR8fz+H9ZuNHmupdK1Uy6Gxi1NHtnAtEySpfj5CTuBBxzj1p0nhfXtV0e41/w/oGrXOh2gbz71YT5a7RuYs3QYDDP1r6j8UeG9b0zwv8AHm+1LTpbW01i4SbT5X+7cIGILDnOOR19a1Pgfptmn7OuleDrtdt54n03VJlXbwRkg575wyEfQ0xJnxBNCvmrHDuckdh39K6nQvDPi638UHRh4W1E6mqCWSzazfzUjyCJduMhQQDk8e/NYqRg3trtADo4BUEnJVhz+P8ASvvBPD2tn9ojV/FMNjO2kT+DxbRXKj5JJdylUUg8kgE4/wARTSBux8h+MbLVnur7WUsLh9PF0Y3vFhPlmYgEqW/vHIIHU54FWI/CPie7ni0u28Nat/bBh89rI2rCYRZx5mwjO0n27V718OvDU2u/Cm00a+gZA/jWCW8R+sYhUNKGHYjy2U/Wu3jt7uf9qzUdQt42NvH4UjWR1bhGeRtnPvtbH0NUtjM+Lta8H+KtM1a10vUfDmq2l9dybba3ltWV5iegUHlueOM9qz4vDPiKa7v4Y9D1FptPRnvY/sz5tlAyTJx8g4P3sdK+vvFLa1Fpnwet/GDn/hJP+EpQt5rjzRGrONxx148rPvjNc3+0rIPAngjxVBFhdW8ea68sjj7wsoguBn34/wC+2pN2A8M8M/CzxTrvg3UfFEGkX4srW38+3kFq7C5AOGCY645JOMcHmqNh4H8XeLdHttW8P+HNT1GCBTazyW9szgOg46D+7t+nevrrw/4g1bTviV8JPCtpetBot74V824tVVQsjrDlSe+QVGP/AK9cz8O9L8d2/wAEdWHgqG4t9WuPGck1mYnCq9sJQrtzxsBRgQewNIdj5OttB1ga+mhrp122rPL5IsfKYT+Z2XYec+2Km8T6TrugaidK13TrzTbpVD+RcxlG2nocGvqfVbKw1j9ujT5LZoZTp2nC4vGRshJo4WGH/wBobkH5Vwf7ZYtdY13wj4ysN4tNZ0b92XAydjk8477ZB+VAjwzTLeOciFzsBcEsBn8hxmtNdLazeRZcZAycen+TVXREWO5WaQdOgro9F0jVvF+qSwWEUcUNv+8uppZBHHDGP4mJ7Dk8An2oGX/hp4Dk1zUl1C8tnXS7Q/aJmkQhJQBu8sEdS2MdQMZJrn/iL4ku9Z1Wed7gTytlF8s/uoIwTiNB0AAAH/666n4neP8AVVtI/C+k3P2HR7OHylgRhvn+Y/vXwBhmAB2jgBh3NeSgvIyx7vmYgL+JqZGkVYWJTJIsYXJJqy/2nS5o5IyFZxnBGQQD/iKXUbJ9Pjjn2EEt8pJ9KrXN1LPdfaLg+YxGPTjsKgbY2aV7iSSaeTMpO7GP88e1WbgxwWscEK7XdQZWz1B7VClsVG6T77dqlvgDdOcd/wBO1WkTcpdKMZqRgA2AKRxtOKlqxSGodpzUkUb3EgRB2yfYUtrEZpNin5u3HWrlyjWdu1uFxLIw3t6AdqdtBFe8aNIVgREIJyW/i4qr5tSTtndyvHAx+tV91QUdNpeo3enriIgxMdsiON8LjtuB/rWheW2nanAWtIXtLgnAgdsxsTk/Kx5GewOfrXKRXciPlcEe9aVjqlmQY722ZVI+/ESDxzjAxVqRMkeo/sww3B+PvhVZ4SHhlm2n1/cS12Gs7v8Ahnf4z9f+R3k7f9PENeVeHdWilugtneT+dyvzy7GIYY+Vxyrdgc4OcHFZfi7SL7TTObSW+SyuTumiMpdXbg4bbwTnnn6imLY+0rfw7qcnxo074iDyP+EaTwQLc3nnLjfnf0znG07s9MA14vZ6mvgz9nP4ZTt+7N94oOpsM4JWOY4P/fOyvn4eIvEcWif2N/b2qjSyCrWP2yQQEemzO3H4VnXF1dzQRQz3M80cK7YlkkZhGPRQeAKYH3b4QtYNA/aS+Kd/cAC0k0i01F8j+ALlj+aE1yU+t6nqL/ATWvPnin1bU7p5yrbdyyzAsnupBwR3FfIv9r6qyyK+pXreZEIn3XDncg6KeeVHOAeBk0sV/qMS24j1C7QWzb7fZMy+Ux6leflJwOmOlAmfX2v6rqk/hz48JeaneXVvp97EltFLIXWBN3IRScKOBwMdK7Vtb8C+GfiN8PvCJsdVg1ZNL8nSG83EVvFMmNsuWyzN5WM4PODnmvhy3v7xrGaD7ZcoLgnz2Ep/e57P6j65qK9vbo63Fcz3NzNOAgMpnPmHt8pJ/Knawlud5r3h+30v4xalp7ps+y6rOhMnC7Qz4P1xwPYA969p/ZnvfFlt4g1rS9Q13VLvTrXR52topZ2aOGRSpGwEnBUHGe3avH/DMRvdVkur6bz5muIppppXYzOCOWLEkHgDJ5PJ5wK6LxLql9q89ta6VeXFq8kbjdBM0ZYZwQSpGQcdO+RWiV0Z1ZWkegfBTxJf2f7LvjLWZGaS+N5dLA45ZpZI41EnufmJz9a7izu7uP8AanuLC3kuEgk8HRu8asQjFWIUkdyNxwT0yfWvlK+SbSdeisLbUZ0sov3ZgEhKswHzEjOOcY6dK59tU1OO/Nyuo3XmhAiutw24JnhSc5xx93pmnygpXPRfAdzrur/Hfwtc6zqN3f3KatbgvcTNIRhs7RuJx9K9f/aA07/hO/CPiyLywdY8F6s08S4+ZrKVVJ+oHP8A37FfNMOt376lDfPcyCeJgyyK2GUjuCOhrVm1i4urnet7cRzSKEkZZW/ejgcnOTx2PFHKHMfVXhzw3qWo+PvhX41sVil0TT/CzwXNx5qja5iwBjOTy3bptbOMVynwz/4TXXvgnqg8E6hcyalD4zkFrKswVY7cSKxAJOPLwxJXnPPHNfOk+t+ILW1n0my13UrfTnJ3WkV1IsTA9QUB289+Oay7XVtb0iFrXT9Y1CzhZixjt7p403HgnCkDPFJqw+c+znm8Mad8ZfiL4nuYJJbjSPDdt9smtuAiFHMidR+8bYmM9BjkZryL4/N4d1n9njwVrvhO0u4NJ07UJLC3ium3SwhlbKscnug79MV4JbXV07Tx/ap/9IYNP+9b96fV+fm69TT9RuZzYC1iuZfs2QWhLsUJHQ4ztzyanYZBpEFzeX8dtCy+Y5wNxwo9yewrq/Fd9pejaXB4Y0y+lvY1xLeXUWESeTbwoGB8oYkAnJ+8ehAqwtvbeC/DttLc4nvNWhW5KOSPIUKSm3BJZiWPJ24xjuTXnlw8l9cqTlYz8oB6KMcewGAKktIglE1zKzgiRyc8HP69aG8hLUszr5xIwgXG0+5q8ty2jyyRW/2ecsuN5G4K3qOxxn/OKg0zS7u9mTy4TJ5g/wBYeFGTjPPXmlyt7FcyS1Kc8s04V5ZWkIGFBbOBW9oelyQvDfSBGmVg6o6AqMHqR0P0Nej6H8MrS10mO+urg+QW3STSoBtUdAO+c54pLg6F81vbyOSGO6QoBuQDGR6ZP5VoqdtzGVW+iPNrmFnuH7Dd/n2rNumAkPtW/rzIZHMXllA20YPJrnrnaOh3YpNWCOoqhGiEh6n7n9apnk5JqwqyzOsaAuzHAUD5j+FdFDp9n4dIk1OWKe+KBhbKhbyCRkbjwN3TjPGeeeKzauapmZp0b2Ss7kLJMueAxeMH+RI/Gqd3dRru8kbpGPLsc7foKt3l6JXUsuIhucggBpGPXgds8D2HrWM5zUyKGZzRil24OKXaagY4DBp6j060kLLuwwqZl2FWRuDkHB9aaQEls9xADIVZkDKzFeCAD616Z8OvFPh6O8aw1dDb29xEIvMdw0HJ/j6lV+mdp5rznSZoxKbe5naIYOxiu5M9wwz0PHI5BxXSeGrG01y/jtJLqCKR8DBBVx0AKf3segOSPpVCsanxM8I2+h6iuoWRN3oV4c2l0HD4I+9GxXgspzz3HNcR9gEh/c3COR2b5T/hXqmmvb6Np0/hDxDbWxhkIubeVZt1tcjgEq+D5Uhx1yBkAMME54LxJp0/h/xBcWZgnh2HMTSAByp5UgjjpjkcVokSzAmt5oJTFNE0bDswqW1tjOxVTjAz0rp9HudMv0NhqyOqsVEcok5j7cfT9e/rWfr2g3ehau1pMHkQk+TMi/LMn95TyPqO2DnpTIepBBbfuc7elV7yP/RxIB9w4Y/Xp/n3rTsbkSQ+U5yD1rcXwvLe2ErwAlGHykdxzmmlcSkdJ4Rk+0+A7jUIT/pQgaFo1ORhADuAJJBwTnIxwceg5/QdTNrqsN1I29FcKwI4GWJwPrVr4L6/H4e8R3Gl6p/qZd4YP91flZSwH97axxkgHvWNrmkXOl67d6TNhntpSnmL92RequvqGBDA+hFXHQipq7mh42tY4dTt9TsmJ8wmTyuwB5/wB9ea52e3lwZCuARuHuSen5mus0aKa90K/trg+YYYgUAPX1OfXFZ89s8trDLkKQxG0+3p+HPtVmdzFsIZdrqFyRyfataytGkuI0YdCrbh+HSp4bOaOIbV/dzx7mHYkH/GtXw5aEXMJbJywHA6c0JXBsr+INOW2v5FZcEVy+oQlpgSuegH1r0rxnbgarctgcD19q5CeNY1ZmAf5SFGOQSRyP1/OhocWYjWiRW+9ujMMcemc1p/D3So7/xXCt0kb21qGnnV+Q0aqTjHfJwMe/UdahuIAyKoYgAY55rvfh5p7Wnw68Uavb2374mGJZcEMIQS8qq2MZIVeOM+vFZtGqd3Y838a341rxDLdzSNJPJIyuxG1EUfKiKP4VVQoA/wrGu7uYs9pEEbc+0vGTudcdARxjmrV86wWLvsSX7UcKd3KjPp3yPWtPw9pi20IubiNTI/zZP8APb61KVxudiPSvDgeFZr9m5PEIbgKPX8/wA67fRrS107TheSW0Y35S2TsNpwTj1zWM8roRxjkEe4/wAK6K8mS+h+3GJo7K29sgMeQo7dK2iktjGUmzS8S+IL2XwNFFcSBRK4WOMAcqoxnA+leV3TlidrFW9Qa19d1We+ZoIScN78k9APp1ptpoV1NbyOXiht0O17iU7IwcDPJ7jqR2FKTuOETlrkeY4hjXHXHNRW2mXE29z+7gQ4eZgdi9e/fpXQ3V9oemNONMSbUJgSsU8i7ExgfOFxu5544x3rAurue4GC52H7o7H1zWUjVG5Bqlj4ckEmgCOe8Iz9rmQO6E4yFAJUD8CcdSM4rm764murqS5uJGklmcu7E9SeaaBg0MM0irlfkng4pojc9q6ixtNAs7KZtRujPd7VaOOHJQE9AWHU4wePWsa4t5HnMgjOXGQDxj/61Q4lXKLLsHNM3n0q1dReShZznJwBVTcvvUMq5I0Lr1WkRmRuRVtNrfK0gGemaY8LqxDRgn+Yq+VITZEHVjgGnxKWyUOJRjZjrnPY9qZ5OT8nZaktSiSsHYKQOM0wudp4X8aavp2qob+68y0nHl3a3UJkVhjBLIByQMc9+/aut8ZWtr4i8KWFlprlrqz3y2UIbzYjFjdJEj5OQuCyjg4JUjcteWCeSIJvZZo2GVBOVHBB4/z0rv8A4QalHa3E1oNTt7K482KW2ius+RN8wWRCf4SQVIJOAQCMY5oW556hIYYrrrLxJZ3tlb6Tr1kHtFi8rzIHMbq4DbZR1AfkBuMMByM810PxO0NNW19NQ0mytbFZSYJowwTbOoyUYZxuwRhhgPwepNeeiNsNCY8kHJJ69hQk2Zt2djei0XR5PNl0/wASWWQ42Q3atC5BPrgoSO5zjHPHSuv0LWL/AEBJ1ngjjgnVoy6OskRBz8quCw7cHOa8ySNh1GK3dCvbnS5kEpf7FdDbcw7srJGeNwHZgQSD1BWtImcmP8SAG/GoWygXMZyWBxu9DxXU6/e23izw7Y65ZkNfWttHa38CxndsTISTI4IAIQ5xgbfrXK3cJjvJ7WdyWhdo9w4BKnFavhi6u/DOqfbtPbeWRluLfI2TDHzAZyM49sdjQ97iUlazG6DfJY293GY1Zpk4ck5U+316VpaNHFf27GLJ8rEioOmMirV7p9hrI+0+HLe9kdU3S2TxAvCuSeMctjPfn6jBqL4diXTvE6rMGWKVXjaMqcsrZU49CCM//rq0yWi/f6DewWkd5HGCgDHgjCd+/wBal8K2Ekmv28TLwZl/PPSul8QWzyaNCY2V0ZvujqOCefz/AEp/geyM+v2bjBZZkJPQDntWiSIbMjx9ZPBqlwFT92/P51x72G88r8vc+g6/0r1r4oWYTxJIOWKx8gj3NcTdWTJA5BJyMc1LQ7nBzxksiIjDJ5JJPfk9K9E1vULa2+AOsJZrIJI9Zt4BMh25VoTkcYOCVPr24HNYVpphm1GCPZwCS3HYV1txpNwPhJ4s0lGWaNGs7tYtpO9YpDv5HT74yRzgGomtC6btI8EiQT63awTJgBgGGeuP6V101u67S6hIt2zcRkA//qrlbCYQa7aXEowrEA+2a7jSYbWe/SW9yLaNgZADyR6VNMqe5g+IrhlugsBCxINqjHXGMk+vNQTatc3Fuqea+Mcrn5V4xwPoB+VbvjOfTrlDPArI+cRgDCj0GAK5Dy2pyvfQUXc3/C9n9suZJpbj7NZ20Zmu5VXcyRggHaO7HICjuT25qp4q1+TVpYrOziNnp1uGS3tw5IAJyc9ixPJPf8BVlpWsfBaWSOyTanP50pHH7lCVVfX72846ceo4wJ42iSJhIGST5uO4BI/xqGzROxLY6W9xFJKXVVUcepOM4HaprDSra51WK1knYRscMwHIFLpzO6nYMKozjNaugrbRztNOgaQkhRj7px1pIG7IvWfgi1urxIbaRnjLNy/QDoPz/nWD470Sz0BYEW4e5uLtBMHMZjWOPPAUdyePpjFdtqfiW30LwxL9hvIU1UhfK4VinfBznt+pFcj4dju/FviNZdakuL4RLvdiQAB/Cg4woLEfhk+pFSt0JhcxvD2gTXULahMoWCMbl3cBvUk9Aowfriq89zGtzK8cqkdPNPAwPQfoK7DXtWjvWuNJuJrdLeFTL5dnwrBRgR7+pAPXA54A61yiact1I0G7ylK+Y8Kr8y4BA/n/AJ6Vk3c3SMK9umuZixHA6CofwqxdiISMEBUD+91NV8j2rFlGnPDaShmS4ZHKbgCuQSO2R3qBryZkXJHyAD600SGNxgA7Tnnoa24rTStR0x3tI5Y7xBnbuyDXRuZ37mXBN52VKKp7kcUxlRywPBI61CQ8UjIwZGHBB4qSHlgD1pBcmRyYlh25cAjPY1atV3szu3zoPmXPY9T+lVSGDK6Ehl6EUqhHQyF/3xbG0cZ/KgVz134c6xbeJoE8IaxcM0N3bRWsd35XNuUbCFhu52E/f5O1mBwDkcJr2mXeja5eaZegpdWkzQygHqwOMj1Hf6Ung7xFc+GvElprVhGGa2cqyMAyurKUKsD1GGIr0L4tWNt4h0jTfiNpxiV7tY7XVIIgPknRSgkVc5AZYxwwHJ4yDxcZWFy3PPLHZJMqyA4JwxUV0EmlPNCsiRAMkZYOP4l7H9ax9ORovLuV+6xPHfjHUdutel2Wo6ff2cCQolvcImxyTxIO+fTP+FarUylucRLb/aJWkIySxY/U1MImMIGwEgYOe3vXW6ppGEW9so/3TEhl7of8DzzVOO0jQq23vz/UU7EEWhJuWPeWJA2q4OCPStITXcl8l1I7STQsCrucsfXLdTn3NXNN02NndFbdG/3OOQff6VvQ+G7q7RrhIyGiXecj7wHpTSGdRJa2N54UeaOBkDDewA5Rs4qr8PbPdrlttGf36/zAq74W1YW+gXekXEIPnh1LnGQWxjHHUEfrWr4IsHi1+2wuF8wEn096sgX4m6OZfElyypvBz+tcfqenw26BWTJIz9K9m+JFl5fiEttDbwOo6ZrgdSsGkvcqvWkmJ9jlvCGhG7kuZBD+7RcM+M7SWAA/HB/KpbnVbK11uILEDpcUMltfbCB5quCrEA8ZXII9xXT2d5d6Jp09hpyQNJcyneHXcVC8D9TXC61pgtkjRpjheGIXG9jyT+HT8KJK6sVszxT4peHl8M+L73S4pluLWJhcWdwvSSGQBkb8AwBHqCK0NIuBPpP2xmOwjLKDj5hxXXfESzt9S+Fn22Uuuo6Pe+RCzDJkhlDOEBxkAYc+gwOBnI8+8HZl0qaFj8kcgIH1Fc6dnY1ltcbqIklmLEY3Dp6D0qsHghjk3oXkZAsbK23Y24HceueOMcda1RY3l7cNDa28k5wSQq5wB1J9APU1nahazW7iKcKpHPBycelWyEP1+TfpmjNknFowweq4mk4/r+NYi7C+X5A7etbUdxDPpv8AZkuA6SmS2kdvl5HzIx7A4GPfOeuRmNp12svltC4Y9OMj8+lZtGqZO15bpZ+XGgVieCKoPIZWLF2LdTzTr62WKQhnEmABx90nH61c8IeHdT8Ua9b6PpEJlupjwx+6ijqzHso9aVykrlbRtMudV1eCztLd7iWWRVEaoXLHPtzXs3iuysPBnhB9E0y6sbO9bc+qySq0knTBRccAAHnJ5Y4GRmugkbwz8LdEeHw/cWl/fRZhm1faQ5nwCwiPTAHHB7kdmJ8I8R6tJIbaytGlMY/eSyXALszkljnuMMSeACTk96TkVGJSu7rTLeJDpMDpMT8zzKDhV6tkcZPt06e9Z8epXVkbgQSDzLnAfcPmUD0PUfyqkZVLYR3cp0LcbfemyW42iQsW+XOfXk1maFU5J3MetHy+pp3DEDFO8oVFhly2s2uZAIep9qvQ28thM6y+YkgGRgVXK3dg65jeNs8Oeh+lNvby4uZfMlYlz1JOSa2MXqS6mv2mY3O/Jbqcfe+vvVaLCnnmkWSQdansZoVukedHZP4toByO4wev50xE8Ko4yjAn0qwkJIztVXXLbsf5+lR6va2sdyZ9Mud8LcA8qR9QeRU+kxLE8cjszqcEr6fhTVmIrlfKGZXfa7fMFHX0P1rtfh3qtpA8uk3unyXcGoOIHkjm2yeWQRtAPBIbaw3HqoHGTmi+mLdWiS2siuekqquCMe2Pesya0n0+5UskpCnKZHQ5zTlFrYTkdRfaS+k3zQMwdQTscD5XXt0JB/AnmrVtbExiSJgpPUZ5z/n1/WrXh7xBBr9pBpWuTRQTW6sILwIPlXaTtbAJYFgOT0z71tT6DdWkqtNEJIm/5bRHfG/I6MOPTg/3hxVxZEkV01K60yyZpkK2glT7SrLuITPzEdzjqR6CuvTw/bXWlR31hMJYpMnfG4K4PT+R/wDrVV12fS7b4f341ZM3CwMliwUb2duAvuOec9PbvpfBaG7tfBdmbkEWs29SuOdu48j6c1tchjrLRJbbY3G0enTB7j2r03wRZ5sHtp1wYxgN3I9KzP7PeORCBmNzgMoyGH9K6zS1ddHY2uQQy+YD7Zw3rxz+dJsEcW2iGK/njK8BuAR27V2HhvTz/alssWPlbnjr/wDXqe50uZw9w2WaTBJPp2rpPD8Kf2jbtjlmUn+VKUkolRV3Yd48smkvTMemzjj0ArjBYxwJPdGEkoo5PGSa9Z8V2SzuG7+U2T9BXF6lZP8AZFhUfebP1OOKyhNNFShZnB2umpumv3AAU4TPv3rjtYtZdRvFt4IDKc7Qo/h5NesXWnOx+zRJ8w+XgcMSOcj2H61yPijwPdrbNPp3iK/0e427XMBV1de+R1/EEGtOcm1jyj433VtpHgGTQ2WOa9vLiGWTcSDCqqwQ498uBzgDnHIrgPBHh27/ALF3tsjLZmcuwAVe2T9MHHvXotx8NbOW/bUdY1O71ecnINw2FP4ZyfpnFQazpbCH7OgWONf4QOtJRd7g5Jqxjtc2lh4H1GPTPMe5uJ1huZGBVliC7hjuAzdv9nmvN9RWSWct95zXcSaRcvP5cUUrbuqoMgn3qE6NYacjXGoymacj93BERgHsWboB9Mn6UNAmcV/ZMp5lIQe/Wopzb2y7VHmEdNp61tapPPcyEfdTJ+VeAKf4V8H634q1mLStCsHnuH5YnhI1/vOx4VR61D0NIu5zVhpeq69q0GnadavcXdw22KJO5/wwOte06f4f0D4c+GLi21a7S/1K5tDJqFtZTZlYBx+6BBG1V/iJxuJwvCk1etdHh+G9k0enfY21y6Bhm1C4nZUVAW84pleIx8oZxyx3KGJIrxvxnrc0r39tZXpk059gkeMKjSkf3sEk88nBxk9OBWcjVJIzvF2sarqAsY/LjstPjTdaWqYTaGJO888k8ncTn6DFYzWErWpmeaQzyHcOflJPvnqa1td0i8t9KM0yARiPdvPUcDHPvnAFU28RtJpQtDZILojaJg3AGMFsf3vfPeoLWhBYxRtpxl81Rzh89fessXMwhEKlQORnFDwbH8xjmMMM8dR60uoBA5dXDMSc4qWMiVQnzDrS+Z7VDvbuaTc1K4HU+HdckgdbedYpY24ZJVDI/sVPFdLqHg631uxe/wDDcIS6U5ks1fcjL2KZ5B9jnnpivOY3ZCCK7v4beIBY6rAszsoDAq6Ehh+Oa1uZNHIzRS28zwTxPHJGxDo6lWXHXI9fapIxGWCglc9yOK+nPiL4D034k+C5de8PoreJbCLzHVBzexAZZCO7gZIPcAg/w4+Y9jwymN1w1Mk0Y9LkeEzRsjoDg7Tnn+dTwWsyrhV3ydgO/wCFUrVgG+YkD2rXsVeTiJ87AWwSOgHP6VSEW9ILw/vHiIfthcE/hXUpZQ6panzFRi3HPykn0/8A1Gq3hrVLaJfs1wQ8BAyMcgg9h0P416XoN34eu9DudNa2gjklKuk5G1oyM8DqvfnjtWqIaPL5vBt9FbefbYeHIGdwK/mDwfY4rofD2kfESKzdtIS5MXBPlzqdrAYHyk9QM8YPX3roIvD2oWcjGzZZkOCSOh5/I1v6U11aPna9u643YBXae1NJPchuSOO0zwT4g1rUo28S3UyRA5KyNl8egHRe1etaRpz6ckNvFblLaNQqx9AoHpWjpmo+dEF1Oz8xywKzrwwx34yCPauw8Kz2Eshtr6JXjk6E84o0Wwk29zM0WLLBCm+Ir8y45U11uiaTGibsZhb7w7jPY1YbQ1s7oT2UgHcHPOK6HSFEF0Q8I2Ec4H61lOdjopwIRZW/2ZYgBlBuRvUen1qxpGnxLIrMmDvzj8c/lWg1jHvBj+4Tn6VdggEeMGsJTbNVFIZfRCSPmsq90+CK0klIxxgD0reYAjmq09ujYLruAOamLsU0jiZbNYLlSuZABnJ6kmuZ8So8wJmQ9cqo5Jr0LUrVhKXiiYD+6OlVIdAS5Blvvu+/JreE0jGUTxSTSbq/kdYbd2A4wFz9KLnwrY2Fsl/qd8yzAkiFeWOPX0Fe23U+k6VpzW9pCPMdcYVcn8TXknisXN9cvI5jiz0UHJx64FbRk2YyijzvWIbiS1uDpVmYYl/1jDkn2J6c88dK8y1G2CO3mMW9dpxn617HqVpetZNaiVjD1UAnAP06fnTfBHw5gv5Dq/iFZk0iMsQi5V7ghSTz0CDGSxwMd805TSQoq7sjzjwF8O5PEJbUdbnk0XQbdQ8+qSw/JFwdo5IySRjjPUcV0PjXxBY+EvAk2heFYrzTdPlcxy3pJinvG4dlDuOQMAkKAMnHHBM/xW+NNzc6He6BYSWllppkFtZ29iBMYYo8EuZO5bhQF6cnPSvnvVtVmuWhh8wm1ErMFlBYJvK7mAzxnAz9BXM5Nm9lEn8Yaw/iC2tgj3MnkxLbRGaZpZZNv8IGSACT90DjHfrWO+2a1Glizkt7oD94X4VMDk469PbvSWrQaVrEc0yF4iCG2nkA/wAQpNUvIhfLeWLhlC4O9SM+30pDTuQK9yZ4bK8vpZ7ZCfKR2bYCB0welUtXiENyGUbTnpt2/pRfTvcuZJESMjso5/OqrLI2MK5+tFiiS7uTJFtCKB3qtGobOWAwPzrUsYYbR0ubxFlX+GE/xdsn0AqzHFpr3DzTsViHCRpxn6nmly3DnSMEqe1GPatC7jhiTejFixPB7VRzRyIfMdp4dt9D1CA2c0ZTepwx6oecEH/PWsCGCS11DbG5IRvlbGM/h2qTSYm8/wAxJVUg9q68DT7iNHneE+YPmJ9ua0smYtnsH7POv32mNaT3SsluZDGWPoGAzjr171yH7UHgy38P+P21HTrcR2GsR/bIAowEc8SL7fNzjsGqfwP4i0W3vTBNdT+QUwBv4BHTtXqfxTg8P6v8OLC/1maRrfT59kLKfnAk4I9xkLWiiRznyrbxKq4PzVZjVF/56LkgHA6iu28z4eo4IOpfkv8AhUts3gO42xrFqCl2A+dwAPrxRyIXtPI4qCZlfk1uaXLdA4Em1Scgfl/hWyn/AAha3e1bK+kAOM+YuT+GK6vQpvBsWPM0u5bHTcwH+NVawOVyp4XvL2NC8d0/DfMpIz0z0Pbr/nFer+GNalltnW+s1L7VKuAQSemD29+1ZvhzVvD8LqItLRO2dqjPb09q9E0PxZ4fjeNRDt2jj92uM/XFFib3H6fJo11APtVhdxuf4owMn/P9a2bfRo1cmzaaVCN2duPw9M10el+K9FkhLKYyD/sf/WratPEOjyqWVo8eu3FRKTXQ1hGL3KOhWkzQIHU8eoIroII5BH5bruA6E9qS31KylGY2UD2FTrdwu21WGa5ZXZ0xRMi8AYwMU80ikGlPWpBi01hxTqKAK8qEqcDFZmree8ezJGOgBrYZlTljVa4urZFLNg1S3JaOE1WyuTE3zP8A8BFcnqNiYnP+jyM/8WRmvTb/AFvTVRg8LcdKxpLmzu5Mw2ZcD9K6Yya3MZJM4PT/AA5c3cjS388FpYxxebcSs4+RB2yeAa8w+NvxTLOdA0V4b7TbCAwiMy7klZj1YDCuBhcAcckEkZB9D/aC8TaNoWkRaWljHPcOj74drBVLDAZzxkjkhfYE+/yzq91bxAmKKHzj1wAQc5O7p+VQ/eY4pQRyWpXheZ5JtrmReAmF2n1wB1rJmluZVERbcGOFUEE5J7HGa7XQPDx1hhLNstrMsd8wGSOMjAOM84r0HQYPDPh+JU07TbSS8WLa1zMQ7ue55yF+gAx0q1TuQ6iR4ZaeH9UuF3xWLpHzln+Xke3Wnjw/OJcTtKoXqFU17ZqnigRuxEVvGzdCqBR/KuP1TxHezSHcsfPXBBJPbpWippEc76HH2Wg4g842w25yC5yRVC6sXVy4jMadBnv6AV0p1qY3vkzpbQd3LjhR/j7Vlaz4htSsiW5Sd8YQ7MBT3b8qiSXQuN3uc7cnbJsIJIGSAMnmmoGI5Uj61saJJays5uxErOuEJbG336dfSjU5rS0b/Q5zOP77jn8ulZlbmDcQzL8zjqMj6VXwfSrVzM0gOZGYt2qv5M391/yoNY7E6BkG9eVzWjZyxhcOM56VFoslqJWguwQGX5X/ALrds/yqa9tlDR3EAPlSglR2GDg4pLQhmhoc5h1IF06HB57d69h8ceJDcfCEaUqqoZ429+HGP5V4xZxkKGNdH4h1Yf8ACKWGnHa0jTiRzjooUjB/MGtUzNHNgA9M/lViCRQ2TxVW2uZbS6ivIm2kN+Vd143sdLvvD+j+I9OSC3urgeRqUMJwnnBQRIF/hLDII6ZH1oTuEjL0e4sJLlRMsoOAF28/zru/EA0K3gtH0WWQmWMeYr8bHHBGB1HTnPrXC+HbGCW9gDjIUgkeoHWu51DRrXyg9mzRsy79mc5XPX9OtaIyJbO6kjRHjt0xgHLevfqelbmlXEgUPJOqISRtTrx7elcGdfsbRlCzNLMhyFi55+vStbTvEWsXFwLm38O27RDnNy5UP9Rx7HAptj1Pb/BOpWKwsbm3mumUYGHPy/lXSaRd+czLGjJk8cHKj05rzXw54o16e2S3u4NHsY2XYVtS8eRnucfoK6ax8TQW0Jig2+aePk+4fqfX2qJIqLXU9e0PT7uZVWSbnqRnAFdNbsbcpCSJHHGR0z6ZryPQr3VHm3vdGKI43PnhR/XrXWR+JYYVWGzI83GDITkn0J/+tWE4nTTmj0JJmU/vBj0q1GwZcjmuMsr2eTYcrIXPJ/u+v9a6e3uFDpErh/lGSKxsabl+o5JAp5pJpPLXOay7++XPHIHUe1FhFm+MgBZORjNcvrE67GypDn+dXbjUZYwGD5TGRVW8ure9iVZgqsRkP2z6GtYRM5vQ5TULqNsgyr9G60zR9bms71Wt8yLtZiq9chc98dcVH4jsJo3ZTH7g54Poc1yWpv8AYdO1Ca/eWG1FnKsjxsQ6qy7SykdTgnH41u1oc6dmeC/FzxPdajr1zPdXy3KLIyxbCCvXDcDvkdT1GD0rA+HGgweINWNxrEcv9lRbi+1gplcdEz2HPP5VzXi3UWn1C5ZLUWgM7/uA2QhBwRXqvhGG00rwXaMlwY7s7WeFgSfmUEtnpjJx+FEYlzmbOsQ6a3lw6ZEtqgwojLZVR2wa5PWtHvbcFmjLRseHXoa3LrU7WS3ea6SJdoAbacM2eMjORxxxxXNah4uvdPVbXTC5tyfMKScqWxjP5VpsczXMzBvrK48szOQFDbRxyah1Cxt1sYZnnS2Zzhn6nae/AyOP510OhNFrF1P/AGl9nicozoyArHnsuB396oeI4bS9YwQxolvCxCeVIWG08/xcnPqadx2fQ8+vl8iV41kMignDZzn3pkWkXF1pVzfoY/LtsbwzgEknsOp6c46d62dV0WOGH7RFKBGSQM4JbHuO9YV79oVSisyqOwXAP0xXPJanREzhMR1UfhUMjgtkVoafY3GpXQt7eNztRpG2qW2qBljgew/MgVn3Plec5gBEeflDHJA9yOM1m3Y0ijSsrGLcst1MkKDG4t2zyOPpirPn6L/z8Sf9+zWHLO7lcuW2j5fbv+fvUG8+gqOZmljZgtGkmEa7UZhxk8E16t4R8J2uueGE0+cRwXKgtG7d2xkrzx78eprkLmyilZTDbvbiRFlieVsb+ORg44POPXI6Gul8I65f21kdPMxhcfLE5AO36H+tbIxkrGX4g8L3miywxzRsPNTeprCvdPurs+ZawvJHGNvA798V7L4sVvFngjzYJ/J1vTVLSxseJoyfvK39P/rV4/C0mnXayTZ3YzjOOQfUdwR2q7kWfQZDYpDCEuGX5xlUxkitXSXs0sltJYjIN5cHceD9M4rH1e++2ahJclcM+MjOe1SaTcKlyA4+U9eapJENt7nsfhSLw+NEaG202Am6fZvnYF064JbjHfkcCvMPEusXep6tPo+lXMslqMxIyjhwDjC47E8D+9x61U8R+IJDpx0uzZ8SArLgYG30H1rQ8D6fBDbRm8uhZS3DZikkO1eN3IPoDgAnuSewo5leyElZ3OwtvCC+GtMindE+0YU3E2BmMnPyg9vr+Xu7SNVIvSqKrSL0LnABpdM8V2Js20bxFJIQd0Uzrg4IBwSR3yOvvWfENO/drZTiKZGAba5ZZFzkEZ5z0oE2zr9UtdXt7WG4u42CSDcpH3VHt61f8OTwwxrNOwURtjJOcn0x3/zmsrU9RvTDDaaqWCxKPJAOSwIyvfAB68e9SrBFFHb273Aa9uBhIFTKxAnqT6kc4HtVMR2V/wCNXuoRa2+IkXHPBZj9e3+Fbvgu8mv7/wAu5YqDjGTntXnlvazaZL/pVsySkjy45F+6M8H3B7Dp3Nd14BKy3UcAPzScu2OgzyKmSNoOx7fHYRafpsV61wQjAAduMc4H4VN4Vv0Nzh5d6nJAz04ODXOyX8niTVINPsZV8m1TaHz8pIHJ/TrVjwxItvrUsDnO3A+p3Y/lmsZQNlUTO/1ubybcHPU4rj7y8H2hCmTHtKsfU+tanjO88mzhUj7yg/jXISa1Emn3NrJGN8g3BsY6en50oQ6ilI3NLv7aK/8AJnbdGwKkN0ArP8WW8mmuJoXb7PIcc/N2zjntXHXF+W+cEEAdzzW7Y+ILbV9OGj3z/vWGYJDyCQD8v8xWkY6mc5aGZaeJXiwJdjoG+4Txg+x9Kv6ybHV9CuIIUSUSqwRJecMQQAB7/ka47xLpF5pkHnykbDnaVGQw9awNL8ZC3b7BeoWhxtWUACRcHjJ4zj3+lbWME7Hy942jmh8RamlxH5UwupC6ZzsJY/Lkeh4r03wrcw3/AIXsJkHBhC4z0I4P8qy/jho1v/adxr1htaO4cPP5Z3DLY5Axnk5Jz3OKwPhhrMFvcSaLfyMsczZtnzgK54K/8C4/Ee9Z3szSXw3Ov1e0aK2eWe4EEROAoBZ5COThVB6Zzk4HIGc1ycstnctst5Czrzt2kHH0PNdpqVmWil3MCV6Y+ua4bxHA1ld6XqEWUkeZlJxjcBjB/Uj/APVTbIjqMv38q12K7FjwQMjA9KwZ5J0zJFuU/wCzya3bxhMB5h2SE4J/xrpNA8PWjae17cujqQeM/K3Gcj19DQykjz2WSQWwW4Z23Nnikso2u8PFuZVbDr1YDHXA9hV7xLN57eVHbxRhM9Bzz/n8qztK1K7s2aGFgEK4YYxkfzrKTNUiPUNYvIba5020YW0U7gzMnDOFBABPUDk5A6nrnArnmHl/7WfyrZ1Flkld41+du9ZMoI4I5FS0aJkW1tu7aMU38BT+ScDNLt/2azLuWrbV7xVhje6uSkakKBIeFIwwB9Mdq6fw5qlpCzW+oXEk1rJIqbg2GTI+VwcEA46jgetcOcZqaKR0B2MVz1waakDVz3TwlFGHlSz1GK9hRTtwSrKueVkTOR17Eiuf+J0SW7wJJbrDcD7uPu47g+p6c1xeia2lmYZolnju948yRXyGUdzx94fjn612dx8QpZkX7XJb6iqJjM1oHwcEBlZskH1B7jvWiZlJWOMgimuZhDawS3Ep6LEm41e1SdNKtI7QRxnUCD5gjbcIh/dJ6FvYE47nPFO1nxrqWoQyQM5kjcbSroAi+6oBjOO5yfpWLpVhNfS8FEjQZlZmwAvc0+Yz5VuXvD9g+o6ioLogOcvI3yrgEkn6Afnirmu3yzXrpbO32eNRFCvUKqjA/EgZPvmkF/Fp+jyW9gqrK+Fmk67xnOAD2BIHvgcVRh03UJ4fOEPynoGOCfoOppoLFhpt12V2r8/P7s5ArT0+S7uJiI42cxje+ONqjqaq6Bpk32iO5v4B5K/KY5eCwOeexArTSS3vNSGnaOqwSlQVJnVVJGeFLEAt6c59KtMlxN+DxIkFssUzJPcRn5ZXG4xjH3R2PXv+lWNE102WqwakGeWVXDbZTkFvU+3Q4rlb7SdV0mCCXWbG7s/tQ327TRELMuTlg3Q4PXBPUVoaA9tHOj3IOOQo7g+tCdw5T1ixvtR8WaklxcMZLqUgHI57D8vSu3kEPh7Syu1lvJGxjsM9vXAHX61zfgJbOysV1KR8qzAoMYOAffqM81m+KvE51bVZr8uTk7QpPIA7/jVpXJejseleDNYkgE1zC5UFSCd3U11Phm6k1DxEgt+S0qgn2Gea8m8MarbLpU0bAyM0bc7sYOM59/8A69dR8O9ffTtUiUcOzD5mHJz0/CpaKjKzuev/ABIkMNrbKTn5Rg+4rzqVo76+jhDNh5ArYPc4Oa9E8UTJeWFtE5Q+eAQW6/exXkniln0e5vII5SH+Qh0bIHPXP4Y/CiMdAlPU0/FVnB4b1GRDMHjmhxgHg5xXIPfy29ws8U7YiOUb0NV9W186tbxyXVxmWH7zMfwP8qxLq5M2mSusbuqY3OqEYU9D7c8Z98U7E7nfa/4rh1Oyjgu5QYWTK7egJ64/GvKfEUsUVyGjkEkJ+6w9yaqNLcXaMkEpDQ/OQDzjPJA749PSsPxbY3NvZC5kkljEi7gobhyehI9s8cU7hYs380UsbrIA6OpSVD0cHt+X+NcDr2gGK7Z9OR3tzzsB3Mh7jHUjPfmprS9uhcrGs2FznaT1rdhuEt023HEhX5cdvXB/KpauO9jIsPGGvWlusM8NvqGBtV7lG3A88k5Bb0weOKhitNS1C/8A7T1cMkijEceCo/AHoB2rootQbe3z7c4LKemPU1NDLHqe2JEPnFtuO/sB+tKwOVznfKyyneBg9/X1rs7CeWx8PrIszLGAVVSvysep+tRaVpF/bPGs1iqfaXGGePcQM4IB7ZzzTvHIl0vUvskdxHJFF8gi6hcAZyOnOf8APFA0zP1a30bVNCDfYBZ3EKbjcIxKsfRge305FcHdNFFA0EEWXZSpYjoK7XWJjY+GY5ZEikimkIMSN8wJP3vw6VyflW1tr0VhrEhsnRg9wsqEGJRyQR/ewM4+g6nFZTNIpPY5s7kIzVaZSzk1a1fVRqd9JKkIiiGVjjHAVe341ABuUt6UFbEMKASDecCr+LeqjkBc9+1Q739qkd2eg/8ACKIunmW4tFnQ9ZFG1lI9cVmat4PVokutKmdo2wGjkQ/KfYgfz/Wum8PeJX1vQJILua3injYAxxkKXz0OMjJ9smpdC1CGyvb6CdQf3hSRS4AdQcZA/WtEooyvJHncfhrXGZvJsJZgo3Zjw3H59fbrUb6TewzmG5j+zn72JflIz7da9G0/XrKO6mntBmEAhom/p6Ve8TnQ/FMccWkCJb+O3BMTj5yepwwPOO4NS0Vdvc4RfDkMWmR6gbhLxHO1oo2wVB4BLEZHvxWdqk93C7WtwGt44wAIASF+vJ5Pucmux8KaDPNK1tl1kTLgOPlUd/x9uldJ8RvAEtpolnqFrCbqIRrGzE7iDgnI9Rtx9DSSGeR2R82Qh+QFJx7+tWJbm4WVRBLIsqAfdbp9K1E0mO3uEtry6FqrjlyuRgjOTjtXPXTYmIQ5A6H1Ham2Isve3O4h5ZHcNtZmbn8T/Wo9QstR0+8EF7AYJGVXXecBlPIYHoVPYjINVQu+TqBn1NTgSTeWhdyEXavPQZJ/LJPA9/WmncDt/Dfim/TTRoOtTSapoAO4WU02Vt2wQHhyD5ZGeccHGCCKox3UtzfFY2RSuVVVTAGMnP6k5rOXT7y3sI75gsaMCVyRkkYzx+I9qqxTXELlwdpOcfQ9aqOgtz03S9ZlXT/JSVmRflPzcE54OO2OarpeKZFIlQ5PXNcjZ6o8Fi6qMlz83qalsr5wrBie3etOYzaPTtG1fy7S8w7GLy9gIHViw4/ED9K67wpqH2vVYX3qvloiAeoG3A/TP4V5iJnh8P2w+QPO/muMgnjAX9M5/Wuv+G8jzXyTsckSLg+2eaaJbse3fEPV5LTSdHKvy0TYO70f/D+VcNr+qotyBcTbwylJFY8tknH5Ej860fi1erLo1hsAIXlWHUDPI+ma8716YXtzGVkBL4bJ75q0iOa5FcJK0ixxDJOVP1P+RTXvNV0L5kDw+ahUlhxIh6gjuDxW/pOl3MNib8oskKtjB6E1zfj/AFltQuPLWPZnAC9h7fQUmUcnf6vJpsy3ELBmVw2D7HOKueKfEtjr3hmONrG5tplmMsMzXCsCMANHjHrggc9a5DWYso7B1Dr0B6k96ZoVwn/HrcxNLaNLlthwwb1Hv0/Ks7lBpXFyLp0ysecc9TjFLf3BfMqscKQdpOfb/Cu28c6P4V8D2qaYL+TXNeuolnPlkLb2SvyFJHLyAYyAdoz09eLtZIyQ20OjIytnjbnvzzSuUovqatnHFc6DLfC5RLhHVI4cEvKTxgDuOOvuKseFdVk0jXd6wK14h/dBgGVZBnBIPXBHSmaZoM00KTRXIguJXATB+YnucD/PNemfDn4N6xBfL4l1q4bRtK01ReSXUkXznb8/yjuQBn/E0nKw1BvY9Dge81rTrdb7w7LBdSJHIjspi3HHTHp71wPxM8KW8Gto95cQJcvl5IUJby1C4yT9ePwrR8bftDWNzeNJ4Z0q7mjiBBe7RV8wgYDZBJXqeMA/SvMNJ8Taj4i8UTzavNEGniJREQ4yCDjkk9M0uYqUbG14TtdOiNxqus3cdvZ6c5kga4jJhkdSMkjOSQCpAHLFl968L8R6pLqviHUtRBnxdSsT5xy5UnPzH1PBNehfEi01i+u7K0uGC6TaRFbWKJSEVmbczNz94nv6ADtXKWvhy4vL54bSHdzlm7DPrWc1d3NKdlE5qwhZ5GXgVt2ZtvJ+zTRYyciReo/DuK159Ks4rXyoFKzx7jOWcEN6bR9O3OazNI0qfV/EcEbq6QD5ifRR7+5pDH6hodw+nQ3QCrE5bY3c4PNVf+EW1b/n3b8q7nUtStYLIwR7n8r5ME9SKxf7Zvf79BNzg0ikkkWONWZm6AVflmu4rpBKHiKKFyT1GAMn2OOtUhKQwK8YqU3Ez/fkaQ+rkn+dUOSN3TGml1JREMtJ1C8jP/16ksvOsdWEqytBIjhoieBkE1m+H53tb8SMuVxgjPP/AOuut1XTI7mH7bbSmVJfndcfNGaLXIOrTW7RmaKD/Rrhx8yHoQTnIravtc1F/CD20chjaLMsEjkYGBgjn2NeN6ZNv1fbPqMVvcr/AKrzywjY/wB0tzt9iePUjrXomtabc6jpsE5lMFygEbwAbRzzyOgJ6gjKkcgkUJDZzmravN4j00/aIraO7tAojdfl3oc5BGOSDz+JrGttFe60mWZB86EZOO3Wuq8JWUH9qRte2aywF/LHHAY5Xn9atal4b+z3Bh0x5ZVkYl07BR6etVyiueawWkp3FYXcg4zjjPp71oWLT2MbvGqsXjaP5kHCnuMjg+h6ivWNH+H1zJaC9EYtwV4hLD5yPr06frXL6rot3YX8QktYk84nMDHI6+vaqS1JmzjPtblSrKHJQBc9hnNIiK0wkZQwHVT0J/A16XL8LtSuLFr7TrVpJMYFsoO7Ptnr+Brjp/D2q2ZmW5sLiNoX2SDyydrehqmZptGQkRyQvIU1oxWzKTtcNn0+mauaBDa/2mg1BJHt1yXRDgnAOOoPf/8AVWtZ2wbUk3KqxyNkqh6A9qEglIryDPkfuygRVUD2/wD15rvPBVytlqdvgA7mA4Yemf51oeKNG0dLO3h0+ZZt0aMQo4V+pA+n9ag0PRx9qtPMBDcscfXFapGTZ0PxDvPM06zhJwMbj+Brh5pm8yJxn5TjBOc11nxLiaH7CkRJUxEMSf4gQT+HNcVEha4EZb5d3HHTNXYm511z4ku4dMNgkgA2gsQ2cnsT/LivPr3UJLiZ0cAksSD6f1robmykmhB3FdvyjHpXPapp8sKksc/hUSRZiaq0UzGRIdikYxvzyBz+v86h0zUk07VILqCBLqSGRZUhkXMZYdAw74OOOh6VM9syYy3UZ6e2azb+1aMl1GCDWTRalc67wF4ch8eeLJ7bVbm5S5uIJDbyRAANMAPkI/3QcD2x6Vf8QfD6+0iZrS3jnlCHKu8e1mU9DtOce/oa53wPqN5pchktJWgnD70kX7wI9O4613Y8ZavMjRSztMyy8PL1we/1IoSLUjY+FfgfV4dRsNTmuBBBGyy+ZIMgKDyCPQjH51654u1qXVotQsdPuFlhSFohEOjBgVbA9cE47ZxXnnhbX9ageOK3zNNOBHHGed2SP5c16Zpvhma212W7tn+ySTfM0apkE46kdMZzWU1qaRkeAzfDi/vNKexsLNrctMS7Ovz7Tj+I9uK0dC8BxaJDcXUjiaSFAhkCkc4w2M9O1exavdR2GuxyeWX/AHZeWOCMsS20naoxkn2964L4ieIodFtYkeylTUZIvOe1dgTE7AFVY9N3rjpgVKZT1PLfEl8xuBb3DqCzFUj6BB6sM9DkdaveHdIk1DQdRWyZbe7lQR28v8B6g8jngZAPPevOtd+36hfvdz7pbieQkDGBz29gK9W8Ntb+HfDMVvLL5ssKbPlPWQkkgewzTbuLYw5PBx0u3iF62y0QbFYYLSnB688fjWPd6hNb6W8MMfkR4+9jlvpW1JdXWqXEs0rFlQEgP0AHqegrz3W/EttfX8Swo624k/eE8Db0GB19T+QxSbsUMuHkYgKGbccAD1pfsF1/z1sP/AxaujxBolrDcRxQtNNnbAwHy4x972ycAd8c4rk/tOr/APPD/wAhipHYz9vlyMMqwHANTKm4ZBwai6noBU6s0bbcDkY5qmKTuS2pEXU8joa6rw1emN0hnGU7N3FU7BrC7sUhvrUedb9GDgGZD79Mjtn6VuW1rB4burfVkQahYkg+VKMMAezc9PcUEnI+KdIurC/knkCvBMxaN0PGD0Bq34f8W67osaQW19LJZhTE9pOd8LoTkxlT0HcEYIPIwea6O0uLXXvNsZlHl5JVUxuA7EZ9K6zS/hf4bvrWC+im1EujIJbZSAH6ZbJBOM5yP1qyeZvcwvCmuJpt212LZ5bWZC3kyNk4PTJxyRwM98e9egaPqNjrNwkVnbra+WBIQT8xA7g/0qfxN8O4mMF1Y/JEBgoRwo7c/nV/TfD2g+HvDy6r4luvsdqkymOc8kvg/IAASQeT+FUiWSeILp/7NS8tL4TQwsu5CcfTnsa5rVvEjzeRJLYQiaDLRBl3Lz3I9e4rtV020nT+0tIWOexvFALhw4I7Mcd+n41x3irSbjTbPyrwiNw3Ct1xk4/SqTQpIx9b8VatNdDy7o2scQGFhcgMe54OP6V1ngnxtqU9kbK+j82IREA7ASSBySD6AcmvNREDMC4JXvgVu6RqEmn3ZkdD5bxvGVPA2HII/nTIuavijQ7PUriPW9NtmhW6X95HgEBhgHkY5b6VrWPw+N9pLX2meaJFTlGIyWA5AxyetdJ4E1O1ktYbRtPWTn5VboRg5Jz1APSus8axW+l2dsmmExS7syJGpx83FWkQ5XPH7HSdZslaS6tJkSNtvIyN3vW9YSrJC/lKUdSo57jOSP0rSXWr+SRo7uOF4HyGjK9QeoJ+vI7irOkaWWicLswzArzyRzW0VdGUmYviqOS7ihXcG2blBbj/AD0rmorcKwAOAQCxx0rvdc08fY4hggnJI9MmsObSWebbEmT/AEq7GfMUrZE3GPiRPUjk1qS+GINRRF88QSyHGxQWZh6ADv7Vs6R4Uu5U8yKNZRAoeTso9vc+1bOipLp11d3AQIxtWxIRxE2M4B7HHH41k2nsawfc8w8Q+BdT0LUmtorYTOUBVtok8oE43ED5dyjPXgH3FZ+pWmm6e/8Aoenh587FkkLSSSY43kH5Rn0AFd9q3ia9Ph24sQxJuJDhwxDAZ9uSPauK0+ZoLwNcQidl5UkdDWbiaOaRjDwbcRz29zEztcSIzyrjjb2x9M1atLZbe5USxfMww49Se9egeHZ5da1i3sYrYRPI20OB8gB5/rXd6r4I0rU2sTDiK6glVJwE+V8nk59fc1DmkaRi5K6KPgfwXeWotdTuJ1tLiGFWK9QmTk5b6VX174mTXnjBfDnh63Ed1cSqgujyQuOuMcHHOa3/AIr61Z+HPAl3bWUgASJYVCNySTjqc8Z6+1eDeBtD8QWPimz1eNHZ2lV5N/Lyq/Xj1I/SsJSbZ0Rioo94v7dtMvm1W9uPlGAhJy0hHceorwvxokJ1u6W4mM00hLDIKtuPJyM5B56V1PijWNUn8Rvq00TyWVvOUgiZ+Cy528c5AOCfpXA6tbSNqc3iHWHFvbyM7vM5O0tjO1c9SxBAFSMy4NMutRvY4LeEfuVJHt75+tb8Xh+6uGzqFw8dtHnfPIdqRt1xk9eCP8Olc/qer6efCAu9EN7Dfz7QGcYbzS3yhADyAA+T0ORXGX/iTxH4yjXTLqVpJ2uN8rJ8kXlgYAYL8u0HJ6fmcUAT/EfX7S5vF0bRp2ksbfKMU489/Xj7wx0PT0Hc8ZbmJpVMsnlqO+0nB9cCu0j8L39rav8A2TZ395M3DXEcG7nsAAMIMe+Tn6Vb0H4Sa5cxtdam1vpcPBXz5A7sO+FB6jvkigrY4uS9g2CCwtTwf9a+C7Ed8etN+zan/wA87v8A8er1jSvD+geGYHdWW+vW4eUKQo+mTwPU5qP+2Lf/AJ5Rf99j/Ggdzy3U7dIrtkUjAqCSN2G5SSBTtzSAM5ya3fDqNKpii2qxUgM2MAEYNMy2MfTruaEldnmR4IdCOCDngntWxb6jJAzW8im5spkJWN3OQxHOPfNZ81qUllExbcv3h0zitGx0++ubeEwwhxuAXaeU570AR2MTtqB+wuwdTgH+P9O/uK98+G+p6rp+kS22svG+87TLIm1o+OA31/nXlnh7RzpOt2ov/ka4Yjcp5BHFemeLLDUGubGwiDNaygbkDFmdhgkt6de9NAdDda5e2MJihl86M9UbtxXA+ObaXxDEln58kVxav59s4f5AxA4I/r1FaOq6vFpt2beK5Vo0JBUjcoHYD3rMutWtLubzrfMFxGvKt/y09OfWtEjNux0vwQ0zVtIvbprl4jHeBc20bHYHBzv6ADjPTrkV3HxJ0C31HT2v3vVjmt4SpXAIJz8uPTrXm+k+IW0+Vo1kmjQ4y3fp/wDXrtvBuqpcu9lestzY3ClGeTg7SOBnsf6iiwua55jpujzyzyZQOY8McHpnHU16JrXhBX06MNBHFehAUc9G45H1/TrWisHh+xuXl0SZgUDR3KuQwYA/+PEe3at638R22v6PPp3lB7qGHKSsvp0q0Q0eYacl9ot+zMskc6tllb+fuDXfPrr6tpotbkbbhANrY4Yj1NcteWt+VVrhZCIzsDN7VZsopwwbaUJ9a6Kepzy3NSaw89FMUfKDYR6471qaZAYioUfcGB7df8a0PDFhFKm5mJJ9a2IdLRnKxtyT6Vd0iDG1GxeSGMSfOFX5Wx2rOstIllul8ohS3c9BXbCECPYcNTHsSkLEfKpGMAZP4VPMgcXe5zepXTadpT2Ed5IZJJd5KEqMAYBHfn+lctfXWpXdt5G53Hcnk120uhS3E24IzM3rya0k8M3y2yrZQGByuWkxgEnqcn+lTeEVcpRm9jyCW1ZcxXHmBgOVAxjuCfzqxoekvcTFBCWkYYUYzgV6pB8OySJbq7UnOW4LZ/HpVhNH0DRmBlvQH7AuMkfQc1lKojWNKXU5/wAP+VpE0UUFvEZY0LeYRyH56fTNb+i3VyltfHUo4Xs5m3lwcHPQ5IqWG4sjfLsjRSBuUdAoPc9xWbrOq6VFo2rO17BHFbRNLcXDyKqJgfKM57nA4B68ZrCTudlNWVjN1CLSp47uC1f7VAEBZpVDhF6d+rc4HfJAHJrzXw9410uTx1e+HrJxALRmCXl1MvlyBcBsMT1ByByeBXk/jXxlqOrNdXbau0NvLGIrSxtXKR7VJzK49Tk4B+b5j0AGeEtZ9qPJM37tcZI6j8O9ZlNn174mksZ7yeGwi/tCewO2WNPkhiG3c7SPjaox2GSTx2NeO+LrvX/iPq6aLoVk8ekRzAxsgLJkDaZSTwBjPA+pyTUWh/FeTSNDh0yTw5Yah5UQR3uHIWa34Kjyxgbsd+QeuM5J6+3+NcV9LNa+H/CcUTLbjbLcFSq84+YLtULzxye9OwXOeg+GPjK7ivLOy01be1Z2SG4uJViCRgBTzywDAcKq5OTk4yD33hb4e+GvDmhRQ6leaYrr80rRBkjkYDqxZtxOTgcj2Ark5/H+s3iXIvtQUQzKqeRZStGqbc5wQ2RuyMgDp35rj7SZ11cSaaRcX12cYAMpIx2XBxgAcnHHfuUB6vqnibSrKxNlYiFJCH2+TFuWMnOGxxwBj8+teI+K/HmpxTJHbXLXgYEmS5hVR+CADv1JyDXWXtpFY6jPpcksl3qHlLNNzxg9CR6DBO32GeBmvN/GOpaWgLabKJ72aZlkuSA22NflAUHpk5OepAFS3YtItnUNW1OBJ+GilTLCNcgZPQngDHpxim/Z77/npN/32KwLDXJbSwig2iVoX3Jv5UjJOMfjVP8Ate9/56f+PN/jQmgaOr1XwpLpSrKHSeInGMfNWt4T06OeYwRAx3PPDDg+o+uK3YdXTzVhk2yQvwyMOo+tW9FuvCUuopDZ38aXBHCtn5T0wCRj8K0MrmLqngu+tVe5k+bzG+RRyTVrwbY3VpeNZZNsJMEsy4O30FerWcqTW0kPmo7oBwBk4qhPHpUrm8mBFwibAR0HuPSgZpaZ4QsJbky3MCTKECqZBnHckflXn/jG41PRvGes3EcspEU6xxTkklVdBt9MgZxXaWGvzRuIlYkL0z2qDx3q8i6Yon0v7TPtVlbj7wbIB9etCE2eRSyLcXfkvMQx27iOgbHJPtmtx9LuLGxjnnaPy2IEilsOueh91x0Nc35E0t8qLGTI5+4vPJ9K6nQl1CwjurC4sPtFtNhZopoySCM7WVhyrD8vrWsTJq7LVlYJLHsjG09m610uk2s9tDJGsqgbfunvU2g+Gob/AEV59KjuILm3UlxI+4SjrxjoabpovfJlmSDz44/vH0FMmRWdZ4WJMbYfqMen/wCutjRL5LaUOkUZyMHI7Uuky211L5ckgQk455xXa6Z4YsGuYI5JY2kf5kJBCt9D0rRJIycirZeRqNtPbPI4R2Gxm6LiujsNNtDawxybZpAPlYHnFaWjeDoLc7p5flPbOM10en6ZpVntIDuQ2QWPNQ6lnZFRpOWrMfTdIWNd0JwPTFbui6NOk/myYA61bl1PT7I7AFQ9gBlvyHNPi1lJY2lAKxg4DNxmolUk1obRpRW5YOk23meY5GPp0olt7BASUGB68ZqprGpW32Dczld+NuDz/wDWFcRfeKpLBZEvVhtTK223V5QGb/vrOSfQdPxrJXfxM0UYx2R3s9/a20OYo0GO22sO61248zP2hIl7jG4r9D06c15M3i3UdUvZxCzTrEpKrywYr94k5ACjvkg8YrnvE3xJ0jQJWsrK51C8muJVM7bgsS8kNtKnJ2jP3TtzgZPNXdCvc9U1jxZcRTSxLFcjGPnk2og/4EcYH515p8RvFk2j6lbeXMn2mbh4oJUZkXHUuAQCenOT34xW7b+EbDxx4Xhv9O8Q213p8zHzHtLUiUlGP7soSCpGckscnjtjPFan8NPEEl4yaXH9hsUkeMTzSxiaUA8fIx+UcZ796TKeh1epa7pWnaNDr2o3lzc7ULy2mwPEo5HzOCQzZHAXJPsMkeEfFDxXeeMI21SOf+z9GidVt7EAKDMc5Py9TgAliSAcAV663wx1LULQQar4ghu0UjeizbtmBgKSMnOMdMUaj4O8N2WmvE9pHewxfcDfIIWA4wM56gU1G5PMlsfN1lpbSqskjMIUxklevsBWrpmjJqF/FBMWt7IsVaSNCOOgGTnnJH5167HYaJaR7YrF3lP3cKMD0O7BP5HsKv2OnR6hbvDHYxCMEkxuAyZPrkdaOQn2iPnjX1E2sX15DM+37QyRn/YU4UfgABx6cVc0ea6WzMbqoyQVYcFwM5B7AdPQ16D8QdFsvD1mrzWVuZZGDR28aop2ZxvZscZOceuD6Zqn4EuNK13xRdQWmhmfTrOIzFw26QKo56/3mwBgdDk4xUtWLi29jM8K+G9X8T65BZ2jGFbiT5ppGwFU8kgdWwD2zmvadcTw18N/Bc9l4dgtrnXFURQpJgzyTOoOWHYYXcc4AUdhXOWeoXdnqbahb6vZxT3QMb2UUYzuQhmRWJ+WJURVye2ScdK8v8Q+ONSt7i9ntLuxmvNVWRriZUEkkKPxt3kYyyhenQYXis5M1SKfiW/1LStJWNLwC71dTcXl2zg3My5wBxnanHHOTk44HPCKafOzSyb3dncgDLHJNRAVJRPEynPmZVOhIHbr+uKXzoP+fOP/AL7b/Go4k8wMmcHHFM8t/wC4/wCVAHpdm32mzEtpI6yLjzI5Dzgf3TWTK1kmq7tQhuLZmOS9vIPmPqMg1Da3zwRMyIMnjmqV3NJeMCzYC9AT0zWpgex6bqeYEmtrvc0aKFBbDsPXHfNdfYzxXFl9ojZLiQoAwbANfPlkuqWk8M0UcqspyhBzivTPDc9zfWsMsaTySSHyWt4ch2k7bVGc59u9MEzWur2KPUzHHmMjoD2rpNPEep2qwahbSEoBskHVfcGuG+JtxrXg++sdN17T4obwqJvJuFLSLE4JUNsPHP1K8epxR8C+LNSkTzLvUbWKJSqYlJCv15BVevTgkcHoaBnpmoaD4ckWBL2PdOq74zHhJSoOCfU4yPbmtjSrrTYFS2YPO3mb4mkIJGOi88kVwOveANe1K6/4T/TvEE0WlIqxtdyrujttxChEdCA6ktghRkDJbnFamgi5ngkOrzWxNt8jy2k6yLIw6lRncp9sZ9M1VyJQfQ9ItLnTraR5GTZJIwz5WQM+49aGimuY91paQ+UejMoQAe5wBisXw/JNqF6lj4b05tYvC20iNhJtOcEux4UDuTgVl3/i2GXzILrUhE0TYnRGJAIJGCRz1FHNYTjc3rPw/pVmxub2YSyk4Vbdc9O248Z59K6C11O3slRbSxjQAZUudzf/AFj9K4C38UafNeJbLLcOGj8xnhjZ0UYzhnGccds57cVP4mudX0ax07U30o6dZ3s/k21xcf8ALbjPyISDtxznjPajnYRppO56EmuTyXGHYc9xn5T69M/lWbqt88+pLZpqxW5Ybki8wRAeucdTjsTmvNNV8d/2eYYzcN9rU/v0h6YOfQ8dfX8M1a8CS654g1KRvDHh9Li6KbZIXCvGpOcymQjKnPPJIPQVNy0rnp9jAZJ42thLL5mMmANg/wDAzjP/AH1UniLWLbRSouZpLScxlo9gV3fqOCVIz64z7ZqLwPrIGjpJqmoWLSTAAQxuFCnHu3A/+vV7xFpem6osVylxZxQK+ZZ450BYf3N/X9R/guZlcqOLtr3xpq00RsbG+2jIDSHy2ZSOjHKitnVbbTrO+th4o1W0W4ER2JHF5si4xnnnaOnU8n1rfg1XwpHYXFlYavBaxRN5cjWUgLBsdS2OSM/nXE+J7bwroGjzeJv+EZ1C80gyIs+oXFwdrSOcDbkgyc5JIBAz1zxS3Eef/GT4kyGf/hHfDsqLpTxhZURd3mNjHzYGMDI+UcE8c15jbabqXiDU4kFtIGwMySfKgQevpwRwOnQV7obrw1rECy2mgw2ts8fEiq4Vcd8Z4z7A56da4vU0uYL64sDDc20iHy1g+ykSbm4UFeDznjI596tIlvsWvBdle+FUnTTdXkxI4dgzEKGAwCFGOccZJFdNq2pW5torrVdde4l+6IGnCmM4PJxljnOOtcJrlrr+n+IDoF7Yzf2lFGjPb4AMYZQ/OPu4VgSO3NYevDVtM06PUbiezRZyESJJdznPIOAD25x1x1xVbGerPS5dc0tbdEh1CP5Yy3yK2yP1woAX8zyayG1jwmuG1CW/nkb7gjYHf+n+JrjfCek+K/GuqLpPh/Trm7kOCyxqdkYJxucnCge5NcpqupNY67JYxRPMtqzRs6jad4Yg44IGDxx7U+ZBynulrf8AhLT7Xzfstw6xEHM0uXx2AXt+IFTnxCF0i88U6jLDY6Da5kNvEwEsuPuoOn3jwPUZ9M15j4buft/iuDTXihlKr5qefJvjZsg4kb7qqMkk8k4xySBWN8Sg980Ms+ovqFtC7NdR28xaN5QcAqpACrt4B5PU+xmc2ti4wXUh17xxd+KNNvdU8QyK0qT7bGyQARICPlDdyqjsT9epro/gh4ZtNJWTxT4lnFvZ3EDyFGYRxxW4wS7HgFmxhUUE4yccivL4RBJc7UtJxbqp3hm5c55Abp7D6VH4o8S6p4lu986iG0jURw2duCIokHRQO/1PfmspXNo6HQ+M/GkOoXeoHT5Gt7Vw0FpFDEq/I5BkZm65IXbjuCeg4PnwPJqQRv8A3G/KpbWzuZ5fLjgk3HoCpGai1x3K33qQMQpUd69S0n4deIF8BXXiOfw35FhbFTNqNxIAmWcKqRgjB6jOMn1I6Vyd/YQ2sDM5iMrMdu4jtzkD0HHb9KVh3OYUlXDDtV37X7L+VV7uRJHG3oB1qHipGdlsspJP9FnOwdpeCPbjiopI4yc7Rmsq3kIkOPWtO0imnk2xIzD1xXSmYH3P+xlq6+I/hN9j1CxtpZNIu2tI5XiVi0ZAdQeOo3Y+gFbnw6+Kug+LPi9rfgjSPDQtH0OOUz30iohd0kVCqADIXknJOfauT/YSt3tfh9rccmCf7UDcf9ckqn+y3o8rfGv4oeITCy28Wpz2KNjhnM28j8Noz9RSktWBlfFK2Nz+3D4VZokeKOC18wOARyZOMGvT/jr8S/D3wm/sK41XwxHf2mqTSws9tHGHhKhSCFYYYHce46V4lqviiy139uHT/scplhhvobFHVhtJiQhj7jcGArY/4KNceHvBf/X/AHH/AKAlA0j0v9radH/Zp125tQ0KtFbSRBflKAzIRx0HXtWh+zlrMPi/4IaBr2q6bZteC2aGd2gUmVomKb+nUhQT75rG/alRm/ZW1RFUszWlkAB1J8yKpv2RIZIP2ctKglXa6G7BGf8Apo1IDo/gN8QdI+JGganq+j6ONKhtb9rTyjt3uFVSHbaMc5PHPTrXjH7Hurwv468Y+FriFJ1luri9VJUVvJYTbTjOeoYZHsPWj9gG/l/4q7SZLVooTNFcQsc/PhnVjz16rXGfs0X2k+HfjzJcPNJ9q1XUbqxYl8J85Yqo9SXVeabWoj0b4j3xt/2stB0GImCzmWwkaFIR5bsJCPmAHHA6/hW5+2XA1zpXhG3SVYnbVHIYrkgCM5x+f/16r/EPRp5f2wPCF1/pBWbT0lyjYT9w7li3rj5fzFcp+2x4ga88beGPCtjJuls4Zby4C848whVBHY4Un8RQO57Tqep6f4O+Ctv4oOi2t+1hpdrI0LKqmTIjB+Yg4PJOTmtf4YeKtJ8b+C18QaRpjadDMzxtEyICGXg8rwRz1rjvi8B/wypehyqA6Dagseg4i5pv7JE9vN8E4XtJRPCt5cosgXYG2kKSB25FIWxxP7Hmp3N1NqOk3UME1pKss0UmwEbo5FU49chwD0+6K0fGGoGD9q7SfD6RoLG7jtZTB5YKcK3JH4AflXi/7Gfi5dG+M76Tdusdrqb3VvE79TKxDKM+5QD6kV7j8VtPex/as+HuqtaB4tTja188fwPEJGI9clWHQjv1oY7mZ+11ZMmv+B006CKH95ctLswgZQI+oGM/Suz/AGr4C/wjWBVQ/wDEztVRcccE8Y/CsH9qTQ5vEfxF+GWkwE/vNQmZwvUqpiY/gACT7A079snxVZ6V4U0TQ2V5ry+1FZkt4/vskQP5AlgMn0NPohIt/B7wiLnX4b/VX+0jTbdJo4v4BK+dhK9MqFY9ByQewrr/AAt4t8L+MPiRqukxaEH1Lw8zouoTRI2cNsYI3JHJPWsv9mqW+ufCmo3epWKWNw96E8lCSEQRIVHJJJ+YknjJJ4FeZfsiavLqfxb+ICER7IZJOdxLFmuDuz7cDH40r3Gef/tYeP8AVLT9omLT7UmCx0a1SKQRkDeJQsjuSR1/1YGf7g9a+qIfEehwfCaLx5qOkQPbJpQ1CeOCBCT8gY7c4HJ6ZNfGP7Vtrp837SfiabVgzWltBbuY0k2NMxiQKgODjJ9ugNfTupc/saTkZC/8IkMD0HlU2FkdF+z/APEfSfid4a1DW9J0YaRHBem38glS5ARWDNtAGTuPHOPWvGv2J9fS+8UeN/B9xaQS21vdyX0MkiBijGUo45Hf5T9QfWvN/wBkb4yeHfhf4f8AFEPiV7lluWgmsbe3j3PM6hlYA8AdV5J/Ouk/YCuVvvi141v1iZEubQzKpPIDT5wfzpCsbnjYLD+314dso1jW2kt4Q8QUBWHkseRjHUD8qu/t++IZ9C8KeH9A0q2gthqd008s8UYDEQlSqjA6FmB/AVH41tpJP2+9AuSRsitoPxzC4qD/AIKBwCa/8ELthbH2o/vFyOsfbvTGkev+HNVh8Xfs3r4mu9NtEur3w7PJLthUfvBE6sRx3IJrzf8A4J9adGPhdrX2y0hdm1c7d8ascGJPUV33wxTy/wBlSDBRgNAuwCqbR0l6DAx+Vcp+wdby23w21VJ5d8jamrHnO3MS/L1PNJjR5v4X+ItxcftrXEM1nbtaXl2+hG2EYKJChOxumM713f8AAjXvvx8+JPh34UaJY3l34WGq3OoO8VrBDEijcoBO9iMgcjoDXyf4FkgH7ZKL9lZpX8WS/vN5wP3jHp3r2H/goHby3Wk+C4YplhLXlyDI3RV2Jk0WA7L9q3UIdR/ZV1LUrYLHDeW1lMioMBVeRGAHtzX53Xl7cXARZGAVF2gDivqD4nfGfw3cfsy6Z8MlN5da+1lBBK4h2xRCKQbSSeSSqLjA79a+ZZNOkWwW8aRAjMVA75rORcdDOopxAzRipKOq00WIZxJKgxyCwOPpx3rTi1f/AEiOC3t2lGMjaNhB9QBk1nQxpayNHBC7uOWBXc3tj6e+BVpNZe3bENmjuwLN+9zg+hIHp7it27GKR9nfsJPNJ8P9de5haKQ6pyuQR/qk6e1dZY6j4a8ReCvFPhjwJ4ifQNZgvbpL9lRTcRTtI3mSFSeQx4DjkDgYIxXG/sEahLe/DjX7q5bkavjjoAIkryf4U6gtt+0P8S7hGxuluQnuDcDFXGPM7CeiMn4W6JqHgn9o7wp4ZvIbeR21FZZLyPLtMGBwdx5HI6GvUf8AgoZEs+i+Cw8mxRfXGSFJP3E7V5T488VReGv2gvD+uXSyMIXtZWJkwoXzDuJ45wM16z+37CNR8PeC5LYech1GQBl5BV0Ug/QgUTVpWEnpc6j9qLUg/wAALjT1lKb7a0zjGfvJ6/St79k6OCL9n3T4oXkaNWugC7BmPzseSPrXh/7TfiL/AIoq20hHy11NFEFz1CAEn8MD869Z/Y41HzPgjcWMssbzWV5MjbG3AK6hl5+pI/CnUhy6ILnzB8LviF4j8DS6xqmkRWy3F5bSWcckrEeTlwQ+3uRt4HA5yazfh/oWq6t4lsmti0+sXd4jwyHKlZmkyHwO4PPUAAVr/DfQ7e+1F7Se0laYXbtNI5G1VVsgd2JPTtjNeifso6NcXvx0lv7sL9ltIbqe3QDgscIG98b/AMKVtLhc+p31LQ7LxToOi6tLBceJZ7GVracwDcyoE84hv4AxAOM87T6V8Y/FqDVLL45+J01uyvNcurmTzbWS3kESvCR8oJwSFAGMDP3TXtfxZ1hrf9pjQDG522mmogPoJGlBH5EVxvxI1C2/4TTTdZvZYYLcxvDNM7bQqr8wJPpy1ONO8bhza2PVvjWd37I+pn/qXLY/+Ox1z/7HGoR2P7NVo7ttY3d3t/77q94l1aw8UfsdarcadcrdQJo724dc/P5LgZwfVV3fQivOPAWvDwp+zpG8xijEMdzLiPAXliFIxxyQKIR5tB3seYfADwPY+OvFeqaXYSNLrcJe6inlkaOGzXeR5uBzIwYrgDGSR0GTX2VqeseGtJ1fwZ4M8T60db8UvcLJZyeWqzF1Vszuo4RSMj3z35I+Wv8AgnhI03xW8QzSEsx0dicn1mSux+JM32f9vvw5IeFFnCT/AN+ZKz3HLQ988f8Aifwd4X8beHX8QusGoXUFzBplxKf3aMTHvQ5+6zDaAenUcZr5r+POmXWm+Mrz4ga5ro1OzU4ty6DdZnI8tAqjBUc+hJ64zkJ+27qp1LVPBmTu8u9k/Ux/4VS/aJnluPhpqLu3HmRcf8DFbRguV3JvZo9y/Yy1h9f+F2oas8ry+drM+HddrNhI+SMnH5mvKv2KrhIPix8TZJOArt/6UPXffsBYHwIbGf8AkLXH8krx39m/UW034gfEaRTgvO6j3/fvWUIOTsOTtqcJ+1deC4+P2uXB43xQHr6RgV9r+Cb3RtP/AGbdHv8AxHCs+jxeHonvYmj8wPF5Y3Ar/Fx2r4g+L2mXfiL43XdtbRF5pY4unIUbB8x9hX2Pqca237Ir2zuSYvC4jz3JEeKqcbaeYJ3Vzwr43+Ifhz4t8J2ej/CnwjptvPc3Ia81KTTFtPs8S84V2A6nqR2HvXo37KvgSDwR4puMX/225vNIZ52jXEYKyx4C+o+Y8968Fg0xvFjabpP/AAkWUtI0dbGJGLRjPLyyZwSM8A/TAr3v9lFrZ/EF5HHfXt9cx2MwuJ7tw7lvNi4HoowcD8aJQaV2JM9H1rxD8OLf4wWmj3+jxyeLm2GG8NgGKfISv73tgZH6V4r+2fe6ffeIPC8l2z+VbLcbVjcbmJKcDPHarnxO1n7D+1fFbpBvDQ20jTFsBAIjwPXJArz79pC8a/1HSLuaRRFE0zc5JwNvQDqaqNP3bibsz6N+Hkol/ZYWSNfLR9DvGVOu0ES9+9edfsSXz6d8J9aeW4Mjf2mCpJ4UeUnT0x6V6B8N3UfspwGTdGDoF1944IJEvBFeT/BGCfw18IbGCZWiudRka6MZ6hWAVc/gAfxop0+dtBKVjhPhd9lk/adN0Yi1xJ4nYq2M7QZCTn0z+dfVHx38U/DDwtZ6VN8S9Pgu4J5JUsvNsftIVgF34GDjII59q+NvhHcTN+1dp0Us37s+ISQuRgsS39K9f/4KPyKfDvg9O4u7gkf8ASs2rOxofO/7RHjXwz4s8fyT+CtHtNN0K3jEVuYLVYXuD1aRxjPJ4APQAV5vcXM06qskjMqjCrngCut0vwVPceAdV8W3BaG3tgq2o/57MXAY/wC6ASPrXFms5prctNdBDS0U2syjt9Ejs77SCsd2lpfAkZ2MQfUEDtjuPeotd8Ny2Vn9pTVo7hEGHVl2H+oP481iaXqV5ppLW8ihWySGHWpNT1m+1GExSFdjHLYHXHStOa5J9MfssfEzwz8Pvgjrc2u6lFBNNq7NDbKwaWb90n3V649zgc9ayfDXjf4YTeI7/W9MZ9J1HUXLXDXZYByzbjzkjr6YrwvStDvLqBVZYoo5fmDFV3/h3rpLPSdL023kgkiJl2bgzfO7gckAYxjitqc+QzlG5N+0Te2tz42tbi1mguomsY9rxuGB5avTfh/8UtI8Y/Duw8PeN5kF94fw8E88mwSRopCt7lQcEdxivn7UhFLeGOVhDhtoDLjae/A/wqazEGNkjB27MzHp6Ad6HO8+YLe7Y7jxn460zxL4il1C7s3ubCAGG3jZiCe7Nu7Z610f7PXxKtfAurX9rMJIdJ1gDzTyfLlXOx/pg4J989q8oaa2ReGcqepZQAv0HX866TQZvD1vJa/2tNcTuyFw8eH8lM9QOfm9iRihSc5XZMtrHslj4o+G2maheXOm6lDA13IZJSBIckkk4yOBk9K0v2aPFOm6B4o1rW9Y1WK102OyuCjyjaBmVCAvGScDIXk9a8mh8T6AkhtrTSpLqBRt867UMxHc5AwprP8AEHjnSvsMun6faRzApkHH7tW/9m7dOKupNXsxQiz1DxX8QNM8XfFqTxNALiPTYooo1mmjxuKNksAOcc/Wsj4p+IvCXiTw+bW01mGW8t5BLHBggy9ivI714c939oVpbiaV5lZflzsBU/T2zTvDVzaPqpgvRHFFcEASn/lmwztOfTOAcVn7aysi1T1ue9/B74m6doum3PhTVyyeHdch2yxSyZFpPsEcgJxwp4ByBjg1xnx38Y6fHplv4I8M4j0y3A8x43LKwBOEDdwDyT64rPn8PSmWLygJFki/0kqwdi+7cGb/AICfvDgjrgisTSCIFutFuLWCVlYqiuAS2f4euTwOCO3FCqNRsh21O+/YX8S22gfGSS3umRV1PTpbaMsergrIo/HYRXa/GjUkt/2udD164mWOA6ereY7BQAqSg818wQT3eha+LmxleC5s5w8LkYZSDlTXpnxO8Vad8QPD2nalel7TXLZhHJEIyyzI3Uow4wCM4PqaVN2QprU0PjN4y0nxp4p0HT9ImkvGtr4bpQuI2LMowp6npXVftH6jFa+A0sWP7y8ukCj1C8n+n51458OpPD+jeMl1LW7xltdPBmiURlmlcdFHYHPNQ/Ejxbe+N/E32p4zDbp+7tYBzsXOST6seprX2t4tvcTh7ySPvvTJPB/wb+C0UllG9hYC2S+mUys5eWSNSwXcc5JAwvSvAPBviL4cT6vdXXhjfp11qjb5o7ksGkYsTxuJXqT371xPx6+I9x42vNO0GyeQaNpUESDnH2iZUAZiPQYIH4nvXmt/Nb2ywyNLmdSpjjTg5zn8KmnU9m9iZRbVj2T46RHSVtNZ0rdDqN9OLeeQMcsgTgD+7jHbmvU/E/xd8C6D8H/DvhHXbs30txo8EF5bWrbnVTGA24g8duM7q+ffGnjNtZ8CaTFqMiprNpPiZVYNvXZhW47nvXAaLp8epXUk2pXRZIhuc7huY+nPOPenVqLm0HGN1Y+ivAOr/DiySaHwxPBYrOd7JMxR2HbO/wDGtP8AZj8VaZ4T1jxTq2ualDa2yQyiMseWJlUgADkkj09K8UkvrCyskWGyRogNiq/CEeu7nP1/Wq7axbLZsjJG0YGSiHbGeOcZIz3HNDrcySYclj0Lxt42j1n4ynx9FG1tocUSxM1wAsj4UqCo98+vSpfGWueH/EHiDwjdWl5DdWokuC6AbmBKDCMvXJPGD1zXkMF7da9OthdEJAis0LKnEBAwOnUEgfjVqPT7HTb2Nbq7MQh/ekKQZW5+XaR05ye+OPrTU9LEuJ9RXvxm8GeEfgnpGg3N097dXFjJGbKAfvNrO4+ftHx26j0rzTwT8YLPW9Rnh8QqmlmSULZhR+5jjAAVM9uQeTxVjUPA2n+KdKt7/Tj9t1xLaMTWKuheLJPzNkc9ssc/T08x8afD/wAVaZbyTahZTuIvvIkYEaj1G3qPerp8y+EWj3NP4bala2f7VGmahc3UEdnDrjytM7gIqgtk7umK9X+OPxZ+EvjnW4tL1n7RqUNjIxhu41fyQxwGxtOW6DnGK+Tpo2RirDkVDjGa5+flbdjVRUj6S+Ius+F7r4QahYeHdSsZIIo40ihifDAB142nn9K+bCKXpQo3Z5xgfrUVanO9iqcOTQQDIJyBim07BGMijFZWNDoNL8PXOoXJ+UeUOrg4XGM5ye3vW1/Zmi2UDb7uMXA/uDIA78tjn3wfao4Zr66tfJs/LQP2ZtpI9K5XUxMt5JHLIszqcFkORWmiIu3ue9fAXTPhx4zjk8MavqGraXqV7dfZ7FbFNvnrsLtudkOCdp6noa5b9oTw98PPCurQ6H4O1rWb7ULGea31SLUGJWFlxtCHYobJLZx6Cqn7LO//AIXz4TQFV/0ts5PJHlvxXsnwv06w1L9q34oW+r6fbX9n9mvPMiuIg6H97GDnIOCQSM9eadwPlGS46GPhh3rXudYhnsbSOSyhjntovLEiZVpRkkFvoMD1PPNfTnhvxBB8YvhL460/WvBGjaRDotibrSHsrfaYiFcoAT3BRQSMBgSCKo+FLn/hVXwF8Ka5oHh/Rb3XPENzM1/c6nAXPlruwi9CBhQAM46nGTRqwPl2K1uLqVidqrnLOxwqj3rb0aTT7b90lvFfuyYZpY8KD32nrxxzwfpX0V8Y9Q074b/FbT/Emg6LpdrNrWirJdafc2Alt45XbJbGQFY7V5AxwTjrXYfFvxgdG8J+GHsdG8NhfEGlmS5D2ABDPGuShBBT7xx1wcelUlYnc+PdS16V9Ol0oW0MabgC8Y2kqD0x/jmq9jpeo3kLT2to8qhCQYyCcd8LnJPt16mvpH4s6bo2kfAP4dumnW6xfvlkmMSlzxkbmAXOegJ/KvNfgVa6Z4q+LfhrwxcWNv8A2dPctJciNAvnCONpAp9ASvOOoyO9ZyLR5deySJutpI2ilRsPvGGyBjBHWqa8HIr7QsPE+mfFjWviN4B8QeFNIttP0O1u2s7uCDbJb+S5jRt3rxu4wOCMEE18ZQJ5koTcFycZOcD8qkZ9TXHwzXRPi54O8JeG77UJotb0yO71Ga7dZGjhBJkwQFwNoxzk5Irw/wCLf9jaT8V9Wh8NyXcmm2tyYo5p3DPLtwHYFQBjcDjA6AV9n/FPzvDvw61nx7pEbT67b+GYdPgZetvEzZaTPXq27/tmPevAv2cV0uy8C+NviVqGi2ur6p4bs44rGK6UMgZtx3EH+LO0ZHOAcYPNaIm55B4lvxe22LmK2eeNFQSRgAnptPHqKyrDVpLSzaFhvUH5OcYFfR3j5dO+K37PS+P7/RtO0XxFZ6i1qZLCHYtyqj7h6kggggEnDDg/Niub/Zus20G48ZeJ7nS4Jk07wvc3EKXkAkQyKUK5Ddvl7EHBxTA8NmhkvbjzoRuEnzO3ZD3zViwQWsyTWwMpU/NKRhce1fU/xAuz4r+HHwm1+fTdKsbnVNUE12lnbLHG5DhcAc9h3Jrh/wBq4WGn/GnVba0SC1xb242RIqKCYx0AwMmlYVzyO882QttdkXqWcFAT3PrWd9mjsrTz/MLSNIFV0f5x6kDt+de8fs4xx6h8OviqdRitrgQaMDGzxqfLPl3HK5GVPTnjp7VofC+x0mb9mzx7cWdlb3E0NxCFKxq7xk7M4Yj5T1JwaYI8K0qwsriYRXKLAoBYF2Jdj6sex9hVG8v7WC/E1osRjt5GESbcZ7Hnvnivo34K6fp/h/wN4w+IUmg2WpavpZih0+O7XdFCWxlgv975lyeDgEAjkml8bD4d8c/AzRfiVqGlWGm61FqjWFy+nxmNLhBuBB7nlQRnJHzc4pMFqfPNxr9zMQ4jQODncxLH8AeKzmnlmZnmcu7dWJqKdlM7lFCqTwB2FN3Yqb2KsdRNrsEHh6Gx0m3lt545S8tyzgmYYAA244wQT36isqPWLkwyxXH+kJIBxI5yCOcggis8PgdKEXKswIAAzz3p87Cx33wt1prXxLazLPcRSO5SaVZePLbgjkZ7+ta7a9ql/qhZ5nSaCRo2kHqDjj17AiuD8M6l9mv7eOQSGASKXEf3vvDJFd7LZx+eksUabHy6S7Tggnj39sYyK6qVVpWMKkU2VtX0ZPEBESWdvbagw/dyQEiJwM5Dg8LnjBGADweCCMG6+H3iO2z5tlKuOWJTgD61ft/EEbP5U0ggdCRwAT7gj/P51ma5q+pxXQniupCB8qurEZUdMj/Oamo4t6lQ2OfvtPuLWQo8bYHRiMA/Snx2O+2EyPjIOQexFdBoV/aaqRY6gUtZHOI7hF4Un1Ucbc+nT36Vh6hBd2d9NZyOsjJKVbaeC2efr0rCyNLlOOLLnLfcP6Vc3p/zy/8AHajcskZYImPaovtj+lKyGS2OtXdpKGXayj+HGBUV/fTXNxJKU8vf2X/HvVJh3qSOeRY3jB+R8bl7HFRco9M/ZZG74++EjuA23bHk9f3T17l8HJGH7WPxRiU4T7NeNj3EsdfN3wj8Rr4M8f6P4sNp9u/s6cv9lWTy2l3Ky4DYIHUdq97/AGY/ETeJ/wBofxn4kaxFn9u025uRbud5T99EdpIADdOuKpMko/s4Xd1c/Dr4pxzT3DbNBcKzH5QdkvINdbp/ijwx4Q/Zv+Huv+LLK81WaD7QbCyQjy7iXc5zKSPujAPv6GvOPEnxx0W18Eazongv4dWXhm911Smo3UMwaM5BDbAAOuSB0wCeM1mfD34y6BY+AIfBPj7wRbeJtLsZWnsG80I8LEk7cEHjluQRwSCCMVfMJIk+MN34o1zWI7nxfp0dvq2uaetzpkfnoqeQxwmMMccAkKTk9SMnnuf2htRutH8D/DS3mtY5I20EJOG/gfy4eeB256V458bPGGtfEDxKNdurOGwt4LZLexsYzkW8K5KrnjLck5wB2GMCr3xP+K9v430PwrozaMbUaJpws5pXnDm4YKo3D5RtHy5xz254pc4WPfdQ8dah4W/Z98AX9pbaRcSXsDq8GoQecsgG44HPB/mDVKTw/o2kftYfDvWdD0+HS013THvri1t1CxrKYJckAcDIxnAHIz1Jrz/RPjb4Si8AeHfC/iL4dHXV0OPbbzNqHlqzZOW2hfQ4wSa53xf8WfEGt/FLSPiHY21rZNo4SPT7JWLxxxLnMZPBIO5s4xweMYqXqFjvfGGtPquq+Lvhn8GNElF1eT3V14m1e4mWOaYLIfMRNxG2JWYrxyQSAOSx+cprKJoPPl3wLgAME+UN7jtntivdPEfx70QaLrV94P8AhxbaD4j12J4NT1UXIk27h8+0BR8xJzk4GcEhiK8Ytr5rvS3s5SqnbtOB1HZqpK43ofbmr6vbH4vaH4G1QK2neKPBZtGQjgyKXI49SnmD6kV5B4A0abw18DvjVot0rJNYSx20oJycqWGQPQ4BH1riPiT8WLnxH468JeLdJ0iXT7nwzbwxiN7gSecY33ZyFHBHBHPFdDH+0Dp6ePNe1efwckugeJLeOHU9KnuBLudF2mQNtA+6cFSvXPIpiL1vdNpn7GjX1vKrtH4lV48DgkFTg1jeA9UvovgT8SfFuqMI01RrfRrKPohZmLSqo9lYZ+lZHxU+MOi+IdA0jwb4X8JW2h+EbG7W7ubJJcvdOCTtLADAILc8nJzngCsH4u/FGPxfpOmeGfD/AIbt/C3hbS2aWDTbeUuXlbOZHYgZOCccfxEnOalysOx634xuGi+CvwNaNlXfqYBCjAx5gr0Pxp46u7j9paP4a6l4d8O6p4dvBDFO11ZBp/3kW4fOTz8w4GOn51816t8VrPUfAngDw22jSxP4Su/tDy/aARdDcGwBt+X8Sa9A1X9o7wfceLD4ys/hRbnxSqbYL+51JnEZC7Qdu0DheOMH3oVgaNn4caJZ+HIf2hdDsARaWdhJFACdxCBLnaCfYcfhXN/BsSQfslfE6ZSUb7TCyNyD/wAs/wDGue+GnxptfDeo+MbnxJ4ffxGPFQUXqJceQDkyGQH5TkN5mBjGAK73wJ8Yvhxevb/DrTfhW9lo/iS9gt7uIakzIS7ooJ43HHXAIp3QrMwfhlqN3N+yX8TZ3mk81by2G/PPLx1BqpL/ALDGmM2ST4nY/wDo2nS+PNM+EXxU8f8Ag3/hGLbV/Bd7eGCbS2cjYF+6VLZzwSCD14ORiuW+MvxbsfGHhrTPB3hbwxB4Z8MadKZ0tI5N7SSkMMscAADcxxySWJJPGJbGkeR5pUPNOYqAAoBPcmmZ9qncosKAQKd5BLBARj1arohghsYpWjSRmBJ2yHI9KoyzZlMmed2dvYVSSJZcijktLmO5C42kNgHtXZ2/jdP7Eh07ULHepQlJI2w8YLZ9xj8M1xaveRQpdeWTExKhmGVJ9P1qpNLJLIXkctn17VfNbYmx1F1Y295cAWTyQ3SEbUuCgWQHORuGBnnv1FU9Yt7zT28i/tyq84yMqfcH/wCvis5bsyxBJD0GAe4rZl1W51fw62kTuJJbU+ZAW5JTB3hffoQPrQ2CVjAWQwzJNa5V0YMCD0I6GppLs3VzLcSO3mO5kYg9z1NUlYr0NFTzFWLlxdQTKY1gVPRgxz+pxVfZF/z2/wDHDTSrFcgVHtf+7UtgkMznrQBTTTlqSi3aXBh71veHfGPiHwtqk2q+GNVl027ubdraZ40UsYyQdp3A8EhffiuYp9MC/b3Ma5+0PuUpz7mq8T2wk3vggNkKRnNVW+4aiouB0p1KWWLaQpixyG7g1j3Ij83MYAHtTl/1a1Wk++aVwsamm7WjEbHAqzKYoVIjzgjoTmqNn92p5v8AV1aAr+YDNhv9W/Df41ctfLs5WJHmA4xxwazm+9Vpf9Sv1p3E0WL6+ig2hR+8IzhT0+tY7yNJIZHPA6Ckuv8AWv8A7x/nUf8ACahyYJDnKqMAcmmIu480snUfSnxfeFIZMFgjgztVpOgBPWooo9x3MQFXlvWnN1pW/wCPd/r/AFpgRwNGJBuXH41a0vUrvTNTtdTsJPs93aTLNbyoBmN1IKkA8HBAPNZ1WI/9U/4fzpgXfEOq6p4g1a61zV7p7u+vJTJPO4AZ2PUkAAfkKoPtA4Oakm/1IqrSYBQKKKSAtW5ZVOclTxiomRlOHBB96sx9I/rTtW6p9Kp7CREb26+xLZecxtw/meWTxuxjNQk5plPFTcYqY6k4FTJJJE6SxMNynKt3FQN/qzTovuVSEak2mBYEvgf3MgyRnJVvT/69ZplPYKv0rci/5Av/AGzP9a59+ooYEglal83/AGh+VRDpRSuM/9k=</binary></FictionBook>
