<?xml version="1.0" encoding="UTF-8"?>
<FictionBook xmlns="http://www.gribuser.ru/xml/fictionbook/2.0" xmlns:l="http://www.w3.org/1999/xlink"><description><title-info><book-title>Долг корсара. Книга 3. Форт Генри Моргана</book-title><author><first-name>Игорь</first-name><last-name>Нокс</last-name><home-page>https://gigabooks.ru/tag/igor-noks</home-page></author><annotation><p>«Карибы» — виртуальный мир, в котором лязг стали и залпы пушек звучат так же часто, как звон монет. Золотой век пиратства: пока одни строят колонии, исследуют джунгли и идут на врага парусным флотом, другие грабят все, что попадется под руку.</p><p>Поиски таинственного манускрипта с чертежами чудо-пушек уже подходят к концу, и с каждым днем капитан Рудра и его команда наращивают силы. Но чем ближе турнир «Форт Генри Моргана», тем больше неожиданных проблем путают все карты. Словно сама судьба привела Рудру к развилке, на которой нужно принять роковое решение.</p></annotation><coverpage><image l:href="#cover.jpg"/></coverpage><lang>ru</lang><sequence name="Долг корсара"/><genre>trillery</genre><genre>priklyucheniya</genre><genre>boevik</genre><genre>morskie</genre><date value="2026-11-17">17.11.2026</date></title-info><document-info><author><first-name>FB2 Generator</first-name></author><program-used>FB2 Generator</program-used><date value="2026-11-17 16:08:54">17.11.2026 16:08:54</date><id>dolg-korsara-kniga-3-fort-genri-morgana</id><version>1.0</version></document-info></description><body><title><p>Долг корсара. Книга 3. Форт Генри Моргана</p></title><section><title><p>Вместо пролога</p></title><p>Вместо пролога</p><p>Сэр Генри Морган смотрел на одинокий баркас со стены форта. Обычно моряки всячески избегали это место, но суденышко упрямо шло к острову. Единственный парус трепыхался на переменчивом ветру, а находящийся в баркасе человек работал веслами.</p><p>— Что ему нужно, черт возьми? — спросил Морган скорее самого себя, нежели своих старых корсаров.</p><p>Он в очередной раз попытался вспомнить, когда впервые здесь оказался. Ничего. Пусто. Как и всегда — воспоминания роились, перемешивались, но обрывались на последних днях, проведенных в славном Порт-Ройяле. Иногда Моргану и вовсе казалось, что все это ему снится. Странный остров с фортом невероятных размеров. Странная жизнь…</p><p>Рассказывали, что столицу Ямайки сотрясло мощное землетрясение. К тому моменту Морган уже четыре года как считался мертвецом — ему даже камень могильный поставили. Правду знал лишь узкий круг старых приятелей. Бывший адмирал флибустьеров стал затворником, ведущим размеренный образ жизни. Поэтому когда Порт-Ройял в одночасье ушел на дно, никто не спохватился о рыжем старике, оказавшемся в эпицентре событий.</p><p>Рассказывали, что потерявшего сознание Моргана вытащил из воды некий человек, представившийся Ричардом Норманом. Пока старый пират и вице-губернатор Ямайки дрых и бредил, Норман доставил его сюда, на остров, и передал в руки буканьеров, строго чтящих пиратский кодекс. Большинство из них некогда ходило с Морганом в походы — Маракайбо, Пуэрто-Принсипе, Панама… Великие набеги до сих пор отдавались в ушах залпами картечи и звоном сабель.</p><p>Буканьеры выходили своего адмирала, которого до этого считали ушедшим в рундук Дэви Джонса. Но Генри Морган был жив — живее всех живых. Придя в себя, он разузнал, что остров словно специально был возведен для того, чтобы выдерживать осады. Два пресных озера с чистой водой, пастбище коз, кур и коров, бастионы, рвы, равелины… И пусть здесь не было полюбившихся ему плантаций сахарного тростника, он уже и не мечтал о другой жизни. Он вообще уже должен быть мертв.</p><p>Еще большим было удивление Моргана, когда он спросил, как называется этот остров. Буканьеры ответили, что назвали его в память о великом адмирале, под командованием которого они ходили много лет. Они называли его Фортом Генри Моргана. Тогда он спросил, кто построил этот великолепный форт.</p><p>Для этого пришлось вспомнить, что в разгар своей пиратской карьеры Морган вместе с компаньонами подумывал о предприятии, именуемом Флибустьерской Империей. Наивным мечтам не суждено было сбыться — флибустьеры разошлись, как в море корабли. Теперь же выяснилось, что не все пиастры были оставлены в ямайских кабаках. Якобы идейные пираты вложились в постройку гигантского бастионного форта в виде пятиконечной звезды, планировка которого идеально накладывалась на здешнюю землю. Спустя годы тут обосновалась безымянная колония буканьеров.</p><p>Морган не помнил, сколько времени уже провел на острове. Казалось, не прошло и дня. Но в памяти неохотно всплывали отрывки жизни — однообразной, смутной, цикличной. Может, прошел месяц? Полгода? Год? Он часто задавал этот вопрос сам себе, но в ответ получал лишь глухой шум прибоя, словно подносил к уху ракушку. Как будто кто-то хорошенько покопался в его голове и выудил часть воспоминаний. Возможно, это всего лишь последствия травмы головы? Или выпивка дает о себе знать? Или это жизнь после смерти, в которой он вынужден проживать один и тот же день, гуляя по своим мрачным владениям? Тогда почему баркас появился только сегодня?</p><p>Судно гулко скрипнуло, налетев на клочок каменного берега, и уперлось бушпритом в основание стены. Гулявшие по камням чайки вспорхнули ввысь и закружили в небе. Со стены скинули веревочный трап. Даже если незнакомец окажется безумцем, которой сам не знает, куда заплыл, его как минимум следует выслушать. Через минуту на стену забрался чернобородый старик с деревянным протезом. Костылей при нем не нашлось — даже запыхавшись, он уверенно встал на обе ноги и поправил мятую треуголку, которая сползла ему на лоб.</p><p>— Назовись, — хладнокровно сказал Морган, пытаясь заглянуть незнакомцу в лицо.</p><p>— Так, значит, слухи не врут, — хриплым баритоном ответит тот. — Ну здравствуй, старый чертяк. Ты меня не узнал?</p><p>Морган замер, отчаянно всматриваясь в покрытую густой растительностью физиономию.</p><p>— Бродар? — осторожно спросил он, не веря собственным глазам.</p><p>— Я слышал, кэп, что тебе не помешают лишние руки, — устало кивнул Бродар Смит и сделал шаг вперед.</p><p>Морган ущипнул себя, пытаясь проснуться.</p></section><section><title><p>Глава 1 Ричард Норман</p></title><p>Глава 1 Ричард Норман</p><p>В таверне пахло специями и вином. Гонтовая крыша зияла огромной дырой, в которой время от времени со свистом проносились снаряды.</p><p>— Ты — Ричард Норман? — недоверчиво спросила Аннели, наводя револьвер на развалившегося за столом человека.</p><p>Его лицо мне показалось смутно знакомым.</p><p>— Хм, — тот уставился на нее пронзительным взглядом. — А ты, стало быть, строитель?</p><p>— Нет.</p><p>— Тогда какого морского дьявола ты из себя строишь? — скривился он. — Садитесь, господа! Не думаю, что вы проделали такой путь, чтобы просто меня убить.</p><p>Я сел напротив Нормана. В конце концов, он был безоружен и не выглядел враждебно. Его беззаботное поведение казалось скорее абсурдным, когда над зданием проносились снаряды, а с улицы раздавались крики и грохот выстрелов. Аннели присела рядом, впрочем, оружие убирать не стала.</p><p>— Ты ждал нас? — переспросил я, пытаясь вспомнить, где мог его видеть.</p><p>— Совру, если отвечу, что нет. — Норман в очередной раз потянулся к бутылке вина. — Вообще-то я просто не успел свалить отсюда. Вот если бы посыльный явился на день раньше, черта с два вы бы меня застали. Увы, он предупредил меня лишь под вечер, когда я, э-э-э… — Он покосился на бутылку. — Был не в духе, чтобы сматываться.</p><p>— Значит, ты сбежишь отсюда при первой же возможности, — подытожила Аннели. — И доверять тебе тоже не стоит.</p><p>— Если бы я хотел вашего доверия, сеньорита, то ни за что бы не озвучил то, что только что рассказал. Из твоих же слов получается, что соврать — лучший способ втереться в доверие. Занятый парадокс!</p><p>— Ты знаешь, по какому делу мы тебя искали? И кто сдал нас?</p><p>Единственный, кто знал о том, что мы ищем Нормана, был Долговязый Шенли. Неужели он или кто-то из его людей решил при первой же возможности все разболтать? Этого я никак не мог понять. Однако Норман знал, что мы придем. На совпадение не похоже.</p><p>— Мне больше интересно, чего вам нужно, — ушел от ответа контрабандист. — Я, знаете ли, деловой человек, который дорожит своим временем.</p><p>По хмурой физиономии Аннели и ее раздутым ноздрям я почувствовал, что сейчас она скажет какую-нибудь грубость. Еще не улеглись воспоминания, как она разделалась с губернатором Гаваны. И потому я решил вмешаться:</p><p>— Хочу сразу кое-что прояснить, чтобы не было недопониманий…</p><p>— Я тоже! — воскликнул он, устремляя указательный палец кверху. — Эсмеральда! Эй, Эсмеральда! Угости этих благородных донов чем-нибудь за счет заведения.</p><p>Я огляделся, но в таверне было пусто. Аннели тоже напряглась — такое имя она получила в Гаване для прикрытия. Однако вскоре появилась служанка с подносом. Оказалось, в углу помещения находилась лестница в подвал, из которого и появилась девушка. Она расставила перед нами бокалы, налила в них красную жидкость из бутыли, которую затем поставила на стол, а сама удалилась.</p><p>— Прошу меня простить. — Норман лихорадочно схватил принесенную бутылку и хлебнул прямо из горла. — Хм… Гм! — Он перевел взгляд на свою недопитую бутылку. — Это что же получается, я все это время уксус пил? Тьфу, чертова винодельня! Вот ведь краснощекие ублюдки! Я гарантирую им безопасную контрабанду, а они…</p><p>— Кто — они? — спросил я скорее из вежливости.</p><p>На секунду Норман задумался.</p><p>— Есть тут один барон Хакобо. Ну, знаете, наверное, такое бывает, когда вино начинает кислить, постепенно превращаясь в уксус. А меня, знаете ли, бывает заносит, и я не могу отличить одно от другого. Вот ведь старый дурак!</p><p>— И все-таки…</p><p>— Прошу прощения, — затих Норман. — Итак, за встречу.</p><p>— Мы не будем…</p><p>— Но-но-но! — не дал договорить он. — Не беспокойтесь, все за счет заведения. Я не в том возрасте, чтобы вытягивать с дорогих гостей каждый шиллинг.</p><p>— Ты со всеми так любезничаешь? — съязвила Аннели, теряя терпение. — Знаешь, кто мы такие?</p><p>— Насколько я понял, вы точно не строители, — с абсолютно серьезным видом ответил он. — Думаю, надо все-таки выпить.</p><p>Перед глазами всплыло сообщение от Аннели:</p><p>Что-то не так. Думаю, он просто тянет время.</p><p>— Уважаемый Ричард, — начал я и тут же был оборван.</p><p>— Можно просто Рик, друг мой. Кстати, могу я узнать ваши имена?</p><p>— … Нам кажется, что ты просто тянешь время, — договорил я.</p><p>— Ну, с этим не поспоришь. — Норман не выдержал и вновь припал к бутылке. — Честно говоря, я занимаюсь этим всю сознательную жизнь. Считаете, у меня хорошо выходит?</p><p>— Он невыносим. — Аннели закатила глаза и тяжело вздохнула.</p><p>— Ты не том положении, Рик, чтобы устраивать клоунаду на ровном месте. Мы пришли серьезно поговорить.</p><p>— Вообще-то я всегда в том положении. — В голосе прозвучали нотки обиды. — Что вы вообще обо мне знаете, чтобы в чем-то обвинять!</p><p>— Что ты служил под началом Генри Моргана, — ответил я, не веря сам себе. — Ходил на десятипушечном фрегате «Лили». Держал чертежи манускрипта Сигизмунда. Делал остановку на Саоне. Штурмовал Маракайбо, возглавлял охрану крепости Сан-Лоренсо, пока Морган шел на Панаму. Потом вместе с Морганом и другими флибустьерами имел плантацию на Ямайке, пока однажды бесследно не исчез, став контрабандистом.</p><p>— Ни за что не поверю, что такой скверный шут прожил такую жизнь, — тихо заметила Аннели.</p><p>Пока я озвучивал факты, прочитанные ранее не один десяток раз (и потому заученные почти наизусть), Норман слушал с невозмутимым лицом, лишенным всяких эмоций. Затем он убрал ноги со стола, медленно поставил бутылку и внимательно заглянул мне в глаза.</p><p>— Кишки кальмарьи! Давно я не слышал старых баек. — Он достал сигару из внутреннего кармана куртки и поднес ее к свече, что горела на блюдечке в углу стола. — Моя нынешняя жизнь слабо сочетается с… прошлым. Обычно я не допускаю, чтобы эти слухи плодились, как мухи на гальюне, но подозреваю, что сегодня не тот день.</p><p>С этими словами Норман окинул взглядом проломленную крышу, над которой все еще проносились снаряды, и задумчиво затянулся сигарой.</p><p>— Однако, — продолжил он, — вы пришли ко мне с некоей целью. Чего вообще можно ожидать от господ, которые предпочли переворошить половину Гаваны, чтобы добиться встречи со мной? Лестно, конечно, но… Раз по-человечески выпить у нас не получается, то с удовольствием выслушаю вашу дивную и наверняка увлекательную историю.</p><p>Про себя я отметил, что контрабандист откуда-то знает о наших приключениях в Гаване. Слишком это странно…</p><p>— Не будет никакой истории, — отрезала Аннели. — Нам нужны чертежи из манускрипта Сигизмунда. И ты нам их отдашь.</p><p>На мгновенье Норман замер, словно обрабатывая услышанное, после чего вытянул большой палец вверх и широко улыбнулся.</p><p>— Отличная шутка! Вижу, вы в теме, господа! — Завидев, что наши взгляды остаются серьезными, он помрачнел. — Надеюсь, вы это не серьезно, конечно же. От ваших разговоров у меня нахлынула приятная ностальгия по временам адмирала Моргана, но это не повод ковыряться в старой брехне.</p><p>— Это не брехня, — сказал я. — Мы действительно ищем чертежи.</p><p>Норман тяжело вздохнул.</p><p>— Думаю, лучше нам все же, как говорится, наложить сплесень на грота-брас, господа. Признаться, я ожидал от вас намного большего. Сожалею, но никаких чертежей у меня нет. С чего вы вообще взяли, что они были рабочими, будь я проклят?</p><p>— Джордан Бланк… — начал я.</p><p>— Этот здоровяк еще не отдал концы? Ха! Да пусть кит его сожрет с кишками. Это он вас надоумил, да? Бланк, верно, был пьян и всего лишь пошутил над молодыми морскими волчатами.</p><p>В словах Нормана читалось сильное отторжение. Вообще-то логично, что непись, которого днем с огнем не сыщешь, окажется крепким орешком — попробуй такого «раскусить». Но чем больше мы общались с контрабандистом, тем чаще я забывал, что имею дело с искусственным интеллектом, а не живым человеком.</p><p>— Бродар Смит перед смертью рассказал мне о чертежах все, что знал, и рассказал о тебе, — нашел новый контраргумент я.</p><p>— Что, черт возьми? — глаза Нормана вылупились из орбит. — Это… невозможно. Бродар…</p><p>Вместо того, чтобы спросить подробности или хотя бы просто что-то ответить, контрабандист нервно затушил сигару, неряшливо встал из-за стола, прихватив бутылку. Пьяной походкой он дошел до барной стойки, где взял фетровую шляпу с зеленым пером и сказал:</p><p>— Мое почтение, господа, но мне пора сниматься с якоря. — Сказано это было таким тоном, словно никто сейчас не штурмовал Картахену, в пух и прах уничтожая дивный испанский город.</p><p>Дойти до выхода, разумеется, у Нормана не получилось. Аннели яростно пнула стол, за которым мы сидели, и тот с грохотом обрушился в сторону контрабандиста. Бокалы с вином разбились — как и почти полная бутылка, которую ранее принесла служанка.</p><p>— Куда ты собрался, кретин⁈ — заорала она. — Ты что, не понял, что мы пришли сюда отнюдь не на разговоры, тупая ты пьяница? Стой на месте.</p><p>Норман замер, рассматривая разлитое по полу вино, но страха как будто не испытывал. Слегка пошатываясь, он удивленно пожал плечами, словно вообще не был причастен ко всему происходящему.</p><p>— Гм! Я не в том положении, чтобы указывать, у кого в гостях вы находитесь. Однако я бы рекомендовал впредь больше не наносить оскорбления этом дому, поскольку…</p><p>— Да закрой ты свой рот! — приблизившись, Аннели вмазала контрабандисту с левой, после чего довершила дело пинком в пах. Тот скорчился, но бутылку из рук не выпустил.</p><p>Пиратка с силой усадила Нормана за один из стульев и уперла револьвер ему в щеку.</p><p>— Не захотел по-хорошему? Поверь, самое время начать говорить по существу.</p><p>— Миерда! — выругался контрабандист, сплевывая.</p><p>— Я потратила слишком много времени, чтобы тебя найти! — продолжила Аннели. — Манускрипты. Где они?</p><p>— Кишки кальмарьи! А дно морское вы увидеть не хотите ли?</p><p>Пиратка выхватила из рук Нормана почти допитую бутылку и с размаху бросила ее под ноги.</p><p>— Слушай, — закипала она, — ты, возможно, не заметил, но город горит. Порт разрушен, испанские корабли ушли на дно. Пираты не оставят от Картахены ни одного живого места.</p><p>— Пираты? — Норман искренне удивился, высоко поднимая брови. Решительно невозможно было понять, строит он из себя дурачка или действительно по пьяни не соображает, что стряслось с Картахеной. — Вы уверены? Я, знаете ли, и сам своего рода пират! Поверьте, я первым был бы в курсе, случись чего.</p><p>В этот момент здание сотряс грохот. Остатки крыши рухнули вниз, посыпалась штукатурка, поднялись комья пыли. За секунду до того, как нас накрыла волна обломков, я обхватил Аннели руками и изо всех сил ринулся с ней под ближайший стол.</p><p>Возможно, ущерб был не особо критичный, но тело сработало на инстинктах: я привык, что после близкого разрыва снаряда не происходит ничего хорошего. В нашем случае ядро лишь проломило остатки крыши, гонтовые пластины которой попадали вниз. Одна из них обрушилась мне на ногу, здоровье упало на семь процентов. Больно, но пустяки. Даже не перелом.</p><p>В помещении стало заметно светлее, а вот клубы пыли заставили нас закашлять.</p><p>Как только стало ясно, что мы живы, Аннели, чихнув, выскользнула из-под моего тела и мигом вскочила на ноги — вероятно, опасалась, что Норман мог погибнуть или улизнуть. Ни того, ни другого не произошло: контрабандист все так же сидел на стуле и покуривал сигару. Где он раздобыл огонь, пока помещение сотрясало от удара, оставалось только гадать.</p><p>— Дуракам везет, — резюмировала пиратка, вновь приближаясь к контрабандисту. — Вернемся к нашим манускриптам.</p><p>— Если бы я мог к ним вернуться, то сделал бы это еще двадцать лет назад. — Норман вновь выглядел гордым и невозмутимым. Ни рухнувшая крыша, ни недавние удары Аннели не пошатнули его чувство собственной важности. — Чудо-пушки… Признаюсь, это была любопытная затея, но часть чертежей ушло на дно морское — от остальных нет никакого проку. Вы даже не сумеете их разобрать, если только не знаете османский язык, в чем я сильно сомневаюсь.</p><p>— Где эти «остальные»? — спросила напарница.</p><p>— Гром и молния, ты серьезно? — не унимался Норман. — Если я чего-то не знаю, лучше бы тебе все рассказать, сеньорита.</p><p>— Она уже сказала, — решил вмешаться я, ибо Аннели вновь была готова вмазать контрабандисту. — Джордан Бланк хранит ту часть чертежей, которая, судя по всему, считается остальными утерянной. Ему нужны другие части.</p><p>Помолчав, Норман ответил:</p><p>— Англичашки, значит. Черт бы вас всех побрал. Вот кто вы на самом деле такие. Цепные псы войны Бланка…</p><p>— Где чертежи? — повторила Аннели.</p><p>— Якорь в вашу бухту, это и правда все, ради чего вы меня искали? — в словах Нормана звучало разочарование. — Смешно! Дам я вам все, что знаю. Но никак не ожидал, что вы окажетесь столь мелочными господами. Я — то думал, вы хотели провести со мной какую — нибудь гениальную аферу, а на деле… И как только Бланк умудрился запудрить ваши головы этой шелухой? Это же абсолютно бесполезные и устаревшие бумаги, место которым — в уборной.</p><p>— Так где они? — спросил я.</p><p>Норман задумчиво уставился в пол.</p><p>— Если почесать голову, то можно вспомнить, что когда наша пиратская братия распалась, мы спрятали остатки чертежей на одном острове. Место, где мы их закопали, приметное, а копали глубоко. Наверняка они все еще там, гниют себе. Если дадите бумагу, набросаю маршрут. — Тут он с надеждой ободрился. — Но, может, все-таки лучше выпьем, а?</p></section><section><title><p>Глава 2 В Картахене</p></title><p>Глава 2 В Картахене</p><p>Пока мы находились в «Восходящем солнце», на улице тоже успело кое-что произойти. Выйдя наружу, я увидел трупы. Илюха, Клещ, Лоран с Лизеттой. Даже игуана Ильи лежала обезглавленной. Возле нее стоял тот самый воин, которого мы повстречали перед тем, как зайти внутрь. Лошадь его была мертва, как и трое офицеров, а сам он истекал кровью, но, тем не менее, оставался жив, держа в руке большой меч — помесь цвайхендера и фламберга. На вид испанцу было немало. Седая бородка, острые скулы, морщинистое лицо. На нас он посмотрел спокойно, едва заметно кивнул — даже как будто одобрительно. Словно нашел новую добычу.</p><p>Вид павших соратников сбил меня с толку. Мне еще ни разу не доводилось заглядывать в эти мертвые глаза Илюхи. Клещ, всегда такой брутальный и самодовольный, сейчас лежал мертвым грузом. Кругом стояла кровь и дурной запах. На некоторые из трупов тяжело было смотреть — вспоротые животы, вывалившиеся органы, перерубленные конечности.</p><p>Вслед за мной выходил Норман, за ним — Аннели. Острый взгляд ее скользнул от трупов к мечнику. Недолго думая, она открыла огонь из револьвера. Не знаю, спасло ли испанца то, что он стоял далеко от нас, или его не подвела реакция, но он ушел от пуль. Просто прыгнул вперед, успевая при этом вынести меч, и за пару секунд скрылся за дверью рядом стоящего дома.</p><p>— Следи за ним, — сказала мне пиратка, намекая на Нормана, а сама двинулась за мечником.</p><p>— Стой, — мотнул головой я, схватив ее за руку. — Слишком опасно. Посмотри, что он сделал с ними. Мы сейчас не в том положении, чтобы рисковать.</p><p>Аннели все-таки попыталась двинуться, но я изо всей силы дернул ее за руку, оттаскивая обратно к двери таверны. Другой рукой я приглашающе подтолкнул туда Нормана, и мы вновь оказались внутри.</p><p>— Может, у тебя все-таки есть где-нибудь бумага и перо? — спросил я контрабандиста. — Как насчет твоего подвала?</p><p>— Хм! — Он немного заколебался, но отправился в сторону лестницы в подвал. — Прошу не пугаться моего творческого беспорядка, друзья.</p><p>— Давай без фокусов, — сказала Аннели, держа в руке револьвер.</p><p>Подвальное помещение представляло из себя небольшой погреб с маленькой кухней, дубовыми бочками, полками посуды. Из освещения — лишь один фонарь плюс свет, падающий из комнаты таверны. Норман подошел к стене, покрытой деревом. Постучал по ней с определенными интервалами, и вскоре стена «отъехала». Изнутри нас встречала та самая служанка, что приносила вино. Мы проследовали внутрь, и она закрыла за нами замаскированную дверь.</p><p>Теперь мы шли по коридору со множеством ответвлений, и пространство вокруг нас изменилось до неузнаваемости. Кругом были куртизанки — обнаженные или приодетые, разговаривающие или помалкивающие. Целый притон. Комнатки некоторых из них были огорожены шелковыми шторками. С потолка свисали диковинные подсвечники на цепях. В воздухе стоял аромат трав и масел.</p><p>Здесь было шумно, но спокойно. Девушки смеялись, общались, курили трубки. Похоже, война в городе вообще никак не сказалась на здешнюю жизнь. Тяжело было отвести взгляд от столь пестрого сборища дам. Пышные формы, татуированные тела, экзотические одеяния — или их почти полное отсутствие… При этом вели они себя далеко не как рабыни. Их хищные взгляды свидетельствовали скорее о том, что это мы с Аннели рискуем стать их жертвами. Женщины хищно поглядывали на нас, приманивая.</p><p>— Эй, малышка, — одна из куртизанок буквально выпрыгнула перед Аннели, нежно обнимая ее за талию. — Не хочешь передохнуть? Научишь меня пользоваться… оружием, а я сделаю тебе…</p><p>Пиратка в мгновенье уткнула револьвер ей в рот, но вмешался Норман. Сказав что-то на испанском, обнаженная девушка отринула в одну из комнат. Контрабандист посмотрел на нас осуждающе.</p><p>— Прошу прощения. — Он демонстративно снял шляпу и надел ее обратно. — Но такова специфика моей берлоги. Сеньориты привыкли делать клиентам хорошо, так что если вы действительно пожелаете…</p><p>— Двигай давай, — огрызнулась пиратка, и мы отправились дальше.</p><p>Хорошо устроился Норман, ничего не скажешь. Так бы мы и ушли, не узнав об этом гареме.</p><p>Контрабандист уверенной походкой вел нас до конца коридора, время от времени снимая шляпу перед очередной барышней и что-то ей приветствующее говоря. Большинство его слов звучали на испанском, так что понимали мы мало. Прихватив фонарь, Норман завернул в еще одну дверь. Это был узкий и душный кабинет с убогим столиком и тумбочкой — почти каморка. Контрабандист поставил лампу, и под освещение попали флаги, висящие на стене. Испания, Англия, Франция и…</p><p>— Голландия, — сказала Аннели, проследив за моим взглядом.</p><p>На столе лежали какие-то печати, чернильница и пустые свитки.</p><p>— Если вы действительно хотите туда отправиться, то должны кое-что знать.</p><subtitle>* * *</subtitle><p>Картахена превратилась в руины. Пожары утихали, перестали летать снаряды. Испанцы покинули город, хотя на окраинах, по слухам, еще продолжались набеги. Наш пиратский конгломерат обзавелся десятком новых кораблей — тех, что не ушли на дно, не сгорели и успели вырваться в море. Впрочем, потери тоже получились нешуточные. «Пираты Икс» попрощались с двумя фрегатами, Севилья Скарп потеряла весь свой авангард, а мы лишились двух шхун. «Рапира» тоже свое получила — фок-мачта треснула у самого основания, от носовой фигуры ничего не осталось, семь пушек вышло из строя.</p><p>Пожалуй, время после битвы идеально подходило для ответного удара. Пока мы будем зализывать раны, испанцы из других городов придут на помощь пострадавшим. Правда, теперь уже мы находимся в выигрышном положении: можем активизировать прибережные форты, выставить корабли в проливах, потому что знаем о появлении врага. Но…</p><p>Совет пиратства принял решение уходить, пока сюда не явились все кланы Испании.</p><p>— Вот же зараза! — ругался Арчи, когда услышал о том, что нужно убираться. — Сорок! Сорок, мать вашу, высокопоставленных донов, за которых можно состричь выкуп. И мы просто уйдем!</p><p>— Не здесь, — покачал головой Коварный Котэ, выедая мякоть из разрубленного кокоса. — Слишком велик риск.</p><p>Он смотрел на толпу богато одетых пленников, стоявших на коленях посреди площади.</p><p>— Вообще-то выкуп — стандартная процедура при захвате городов. — Арчи ходил взад-вперед, расставив руки на поясе. — Негласное правило, которому следуют с самого основания «Карибов».</p><p>— Остепенись, приятель, — буркнул Тангризнир, нося на руках своего муравьеда, словно ребенка. — Я лучше соглашусь провести время на изолированном Нассау, чем на обгаженной Картахене. А в том, что нас просто так отсюда не выпустят, можно не сомневаться.</p><p>— Возьмем сеньоров с собой и продадим позже в установленном месте, — подытожил Котэ.</p><p>— Они упадут в цене!</p><p>— Зато мы будем целы.</p><p>— По последним подсчетам наш общий доход составляет шестьсот восемьдесят тысяч песо. Этого мало? — усмехнулся Тангр.</p><p>— Могло быть и больше, если бы два галеона «Серебряного флота» не пустились ко дну! Дели эту сумму на всех. К тому же еще не посчитаны потери. Они наверняка будут сопоставимы.</p><p>— Ты, Арчи, хочешь все и сразу, — сказал головоруб. — Твою кровь отравил азарт денег.</p><p>— Тебе просто не довелось терять два отличных фрегата, на которых…</p><p>— В свое время нам с братом довелось потерять больше, — прервал его Тангризнир. — И я не меньше твоего хотел бы урвать еще больший кусок испанского пирога, но лучше подумай над тем, как сохранить то, что у нас есть.</p><p>Мы с Аннели и Норманом сидели поодаль от остальных — под навесом дома. Не привлекали лишнего внимания. Когда контрабандист закончил рисовать карту и координаты, мы дождались подкрепления Илюхи и уже с корсарами покинули здание. О притоне пока никто из наших не знал, и, похоже, на интуитивном уровне ни я, ни Аннели не посчитали эту информацию стоящей к распространению. Сегодня пираты сильнейших кланов и без того показали себя во всей красе, разрушив город. Куртизанок можно и поберечь.</p><p>Многие пираты молча наблюдали за разговором Арчи, Тангра и Котэ. А совсем рядом, на козырьке одной из крыш, разместился Фельдмаршал. Он интенсивно размахивал крыльями и поднимал свой огромный хохолок, яростно выкрикивая что-то невразумительное. Делал он это столь претенциозно, словно выступал с трибуны, вещая политические лозунги. И длилось это не пять и не десять минут — гораздо дольше. Так что каким-то чудным образом у моего питомца появились свои слушатели. По большей части ими оказались питомцы других пиратов: бойцовский пес, большой пеликан, два ягуара и четыре обезьяны, пород которых я не знал. Корсары тоже присоединялись к слушаниям — но скорее с целью посмеяться над происходящим. Что поделать — умел Фельдмаршал заводить толпу.</p><p>К слову, за последнее время попугай заметно подрос. Размах крыла у него получался, как моя рука от локтя до кисти, а то и больше. Черные толстые когти не сильно уступали в длине человеческим пальцам, а про мощный клюв и выглядывающий из него черный язык я вообще молчу — им он весело разгрызал практически все, что привлекало его внимание.</p><p>По всей Картахене рыскали захватчики. Формально добычу должны были сгружать в доках, где квартирмейстеры оценивали и фиксировали ее стоимость, чтобы затем поделить. Но я не сомневался, что многие корсары набивали собственные карманы. Ну правда ведь — ни от кого не убудет, если несколько жемчужин, сережек и ожерелий пройдет «мимо кассы». Только вот рассуждал так каждый второй, и это рождало массу ситуаций, когда уже между приватирами разгорались стычки.</p><p>Поэтому ни Илюхи, ни Клеща долго не было на центральной площади — они то и дело отправлялись на разборки, чтобы умять конфликты. После такого доставалось и нашим — пиратам выворачивали карманы, а самых буйных боцман Моал и вовсе тряс вверх ногами. Разумеется, некоторые все равно находили способ сохранить добычу, но тут уже работает пиратское «кто успел, тот и съел».</p><p>Норман храпел, привалившись к стене дома. Аннели разглядывала небрежно нарисованную карту. Я смотрел на физиономию спящего контрабандиста, и казалось, что она мне смутно знакома. Может, видел его портрет, когда искал в Сети информацию? Или он фигурировал в тех самых видениях, что я лицезрел на Саоне? Не разобрать.</p><p>Котэ был уже в курсе, что мы нашли Нормана, но не подавал виду. Какой-то пьяница вызывает куда меньше вопросов у посторонних, чем легендарный флибустьер, капер, наемник и криминальный торговец. А вообще… Укуси меня Нептун, как говорит Илюха, но поверить не могу, что наша «легенда» оказалась вот таким вот… Раздолбаем? И этот пьяница был уважаемым человеком Торреса? Перед ним расстилался Шенли Цуань с его «Проклятым дублоном»? «Сахарная империя Маркеса» воздвигалась под его началом? Что-то тут было не так.</p><p>С другой стороны, чему вообще удивляться после знакомства с Бродаром Смитом? В этом мире любой неигровой персонаж может быть столько же причудливым, сколько и опасным. И смертным. Внезапно смертным.</p><p>Когда мы получили от Нормана координаты, то квест «Чертежи чудо-пушек» обновился и у меня, и у Аннели. Будь это не Норман, а кто-то другой — ну не смог бы он просто взять и переназначить цель нашего задания. И все же меня брало любопытство, как такой легкомысленный пьянчуга до сих пор жив. Если он лидер «Серебряной крови», его наверняка не раз пытались убить. А на деле — ни охраны, ни мер предосторожности… Или это наш квест услужливо «подстраивает» поведение контрабандиста, чтобы нам было удобнее? Короче, вопросов много, но по большей части они были бесполезными. Нужно отправляться за манускриптом.</p><p>После пиратского нашествия Картахена — вернее, то, что от нее осталось, — казалась покрытым пылью карточным домиком, который вот-вот окончательно рухнет. К вечеру корабли вставали с якорей. Кого не успели привести в нормальный вид, брали на буксир. Добычу старались грузить поровну, чтобы в случае внезапной беды уцелела хотя бы часть. Иронично, но большая часть дохода состоялась благодаря испанским галеонам, которые удалось захватить. Именно их трюмы кишели пиастрами, цельным серебром, табаком, шелком.</p><p>— Вот ты где! — застал меня Илюха неподалеку от причала. — Я тебя повсюду ищу.</p><p>— Ну как, утихомирили народ? — спросил я.</p><p>— Ай, — махнул он рукой. — Стаей попугаев и то проще управлять, чем нашими олухами. Пока придерживаешь одних, наглеют другие. И это я не только про «Пришествие дна» говорю, хотя сегодня тот редкий день, когда наши боцманы хорошенько воспользовались плетками. Все с ума посходили! Этот город мог бы вместить больше пиратов, чем есть сейчас. По хорошему, работы для грабежа хватило бы на неделю, вот народ и обезумел. А вы, вижу, без дела не сидели. — Он вильнул взглядом в сторону Аннели, которая разговаривала со своим старпомом неподалеку.</p><p>— Да, узнали, что нам нужно. Котэ уже в курсе. Кстати, я попросил его о небольшом одолжении.</p><p>— Оставить тебе бочонок картахенского рома?</p><p>— Нет. Точнее, и это тоже, но надо бы проследить за этим Норманом. Сейчас он все еще дрыхнет на городской площади, но… что-то мне стало интересно, куда он двинется дальше. Вдруг он нам еще понадобится.</p><p>— Котэ дал добро? — недоверчиво почесал голову Илюха.</p><p>— Да, он даже сам настоял на этом. Сказал, что выделил пару человек для слежки. Позже они вернутся своим ходом.</p><p>— Ну и славно. Давай-ка потом в реале расскажешь уже в подробностях, что там вы разузнали. Раз твой манускрипт — теперь еще и наши заботы, надо держать друг друга в курсе.</p><p>— А ты расскажешь, что за демон вас там убил у таверны.</p><p>— Нептун меня разрази, сам не знаю, как он это сделал! Я думаю, этот старикан нас отравил чем-то. И Пушка моего — тоже. Мы атаковали одновременно, но двигался он чертовски быстро. Такие пируэты с двуручниками не делают. Слишком… Короче, смухлевал он знатно. Не знаю как, но мы просто не поспевали за его движениями. Я думаю, он поджег какую-нибудь траву, чтобы нас одурманить.</p><p>— Будь это так, он бы и сам… одурманился, — усмехнулся я.</p><p>Слишком хорошо я помнил бывшего одноклассника. Не признавать ошибок и поражений было в его стиле. Может, с тех пор он и возмужал, и стал со-основателем серьезного клана, но некоторые черты в людях не искоренить.</p><p>— Значит, у него противоядие было! — Илюха обернулся по сторонам, и, уяснив, что нас никто не слушает, продолжил: — Вадим, я ж не первый день на «Карибах». Если я говорю, что он не в честном бою нас положил, значит, так оно и есть. Поверь старому морскому волку.</p><p>— Капитан, вот вы где! — запыхавшись, подбежал ко мне Менестрелиус. — Этот ваш Фельдмуршл!..</p></section><section><title><p>Глава 3 Остров затонувших кораблей</p></title><p>Глава 3 Остров затонувших кораблей</p><p>Боцман никогда не называл моего попугая по имени. У него вообще с ним сложились своеобразные отношения. Однажды Фельдмаршал прокусил Менестрелиусу ухо — и это не считая многочисленных пакостей, которые питомец устраивал на борту. То незаметно канат перегрызет, то нагадит кому-нибудь на голову, то начнет клевать лафет пушки. А уж если он случайно проберется в капитанскую каюту — все, как говорится, сушите весла. Если квартирмейстер Лилит относилась к попугаю снисходительно, то Менестрелиус вечно надеялся перевоспитать его в порядочного джентльмена удачи.</p><p>Но в этот раз инцидент произошел не на «Рапире». Правда, экипаж моего корабля к произошедшему все равно был причастен, хоть и сильно косвенно. Дело в том, что во время морских похождений команда учила Фельдмаршала стрелять из пушек: подносить в клюве зажженный фитиль к затравочному отверстию и ждать «бабах», как называл это сам пернатый. Первые разы он шугался выстрелов и долго кружил вокруг палубы, а потом еще столько же орал, сотрясая крыльями и вздымая хохолок, пытаясь поделиться с пиратами своей бурей эмоций. Со временем он привык к тому, что орудия ничего, кроме как громыхать, и не умеют, но самостоятельно никогда не рвался пострелять.</p><p>Почему именно сегодня, спустя полдня после штурма Картахены, мой питомец решил, что пришло время повторить «бабах»? В Картахене пушек было много. Еще утром многие из них давали залпы, а когда город захватили пираты, никто, разумеется, не озаботился тем, чтобы потушить все пальники, так что попугай где-то раздобыл тлеющий фитиль. Видимо, испробовав все встретившиеся орудия и не получив результата, усердный Фельдмаршал не сдался и продолжил искать подходящую цель. Может, конечно, ему кто-то подсказал, но целью стал приоткрытый бочонок с порохом, качество которого как раз в это время оценивали корсары Севильи Скарп. Никто из них даже не успел ничего понять. В одно мгновенье белый дьявол спикировал в бочонок с фитилем в клюве — в следующее на земле валялись кровавые ошметки десятков тел.</p><p>На взрыв сбежались многие, и Менестрелиус стал одним из первых, кто узнал причину несчастья. Люди Скарп еще не идентифицировали птицу и вообще подозревали, что это была чайка. А на «Рапире» тем временем появился отреспаунившийся Фельдмаршал. Вахтенные потом рассказывали, что тот только и делал, что ходил по палубе и зловеще смеялся.</p><p>— Пока они не догадались, что это поработал ваш Фельдшнобель, предлагаю сниматься с якоря. На записи в реале все равно будет видно, как это случилось.</p><p>Так или иначе, но все пиратские корабли должны были покинуть город в ближайшие два часа. Выходка попугая лишь подтолкнула нас к тому, чтобы сделать это первыми, а заодно прихватить с собой фрегат с Аннели.</p><p>Весь путь до острова матросы занимались починкой. Я порадовал своих людей суммой в восемьдесят пиастров на человека, и команда взбодрилась. И это не считая того, что ранее мы получили компенсацию в виде захваченных в Картахене пушек, хлопчатобумажной парусины и запасов пороха. Еще немалый процент прибыли ушел в казну клана и брига, так что суммарно рейд принес нам много хорошего.</p><p>Пока наши корабли шли по намеченному маршруту, у меня появилась возможность развеяться в реале. Дома делать было абсолютно нечего — в конце концов, пока я на «Карибах», в квартире ничего не менялось. Последние пару месяцев я словно «выпал» из этого мира. И даже когда подворачивались случаи проводить время в реальности, то просто не знал, чем себя занять. Даже еду я теперь привык заказывать на дом, а с пылью кое-как справлялся робот-пылесос.</p><p>В общем, неудивительно, что я стал чаще видеться с Илюхой. По крайней мере, с ним можно было обсудить виртуал. А когда в магазине напротив дома еще и акция на «Хугарден», то жить сразу как-то легче становится. В последнюю такую встречу за незаметно ушедшим ящиком пива мы обсудили и манускрипт Сигизмунда, поиском которого я занимался уже с месяц, и захват Картахены.</p><p>По рассказам Илюхи, Арчи был недоволен тем, что мы не слишком тщательно «обшмонали» город, а Севилья Скарп и вовсе обвинила береговое барство в том, что ее клан подставили. Котэ тактично намекал, что люди пиратки сами виноваты, что ослушались плана и пошли в бой раньше времени, вследствие чего весь авангард Скарп был потоплен. В отличие от Котэ, Тангризнир был куда менее разборчив в выражениях, за что едва не поплатился глазом. В ярости от услышанного Севилья Скарп метнула нож, но намеренно промахнулась — знала, что головорубы не останутся без ответа. Все это происходило в одном из соборов Картахены во время дележки добычи, а я об этом узнал лишь со слов Илюхи. Прав был Менестрелиус, предлагая нам сразу поднимать паруса. Севилья Скарп и до того была на взводе, а после взрыва и вовсе была готова объявить войну всему живому.</p><p>Судя по всему, «Пришествию дна» стоило радоваться не самым большим потерям. Да и Аннели не чувствовала себя плохо. И это неудивительно — ее корсары всегда были острожными и чуткими. Они понесли численные потери в самом городе, но корабль остался цел, ни разу не попав под сильный огонь.</p><p>— Эта Аннели… — начал Илюха, переключившись с темы Картахены. — Ты слишком много времени проводишь с ней.</p><p>Он проговорил это с таким авторитетом в голосе, прямо как сантехник, называющий причину поломки стиральной машины.</p><p>— Это плохо? — спросил я.</p><p>— Как сказать! Котэ считает, что хорошо. Ну, ты его знаешь: обрастание связями, совместные усилия, вот эта вот вся байда. Я-то о другом. На «Карибах» зачетных пираток — хоть трезубцем ешь. Ты же выбрал самую…</p><p>— Безбашенную?</p><p>— Самая безбашенная — это Кровавая Анна из «Поплывших». О ее «подвигах» я тебе расскажу позже. А вот Аннели — скорее стервозный холерик, готовый убивать из-за неверного чиха. Ну и по что ты такую выбрал?</p><p>— А ты сам, Илюх, не задумывался, почему она бывает такая импульсивная?</p><p>— Не особо. Характер такой. И толку?</p><p>— А я вот задумывался. И знаешь, чем больше я с ней общаюсь наедине, тем чаще вижу, что она вполне адекватная девушка. Просто что-то у нее… какие-то проблемы в жизни, что ли.</p><p>— Ясно, — выдохнул он и допил остаток пива из бутылки. — В общем, как наиграешься в женского психолога, маякуй. После убийства губернатора Гаваны о тебе в клане начали чаще спрашивать. И я не про экипаж «Сбоку заходи», а про остальные наши команды. Так что я бы тебя кое с кем при случае познакомил.</p><p>К словам товарища я прислушивался не сильно. Спорить совершенно не хотелось, хотя новость о том, что моя скромная персона вызывает интерес, конечно же, без внимания не оставалась.</p><p>Путь до острова был спокойным. Большая часть экипажа отдыхала после масштабного штурма Картахены, но вахтенным на корабле всегда находилось, чем заняться. А потом на горизонте наконец появилась земля.</p><p>Если бы меня спросили, какое место на «Карибах» не стоит посещать, в первую очередь я бы назвал этот остров. Правда, названия ему так никто и не дал — во всяком случае, информации об этом не нашлось. Норман предупреждал, что чертежи намеренно прятали там, куда не доберется цивилизация. На тот момент флибустьеры еще лелеяли надежды, что однажды вернутся…</p><p>Место действительно вышло надежным. Во-первых, остров находился посреди группы мангровых лесов, причем довольно буйных. Это значит, что на корабле к нему не подобраться. Время от времени путь к острову открывала песчаная коса, выползающая из моря. И это уже вторая проблема — отмели. Еще издалека мы заприметили десятки затонувших кораблей, чьи скелеты вырастали прямо из воды. Осевшие бушприты, накренившиеся мачты, упавшие на бок остовы корпусов. Какой-то парусник даже врос в деревья и теперь как бы возвышался над поверхностью моря. Словно когда-то он умел летать, просто однажды решил приземлиться здесь. С годами буйная растительность пронзила его корнями и стволами, поэтому борт его отливал кустами, корнями и мхом. А две уцелевшие мачты стали сигналом для моряков, обходивших это место стороной.</p><p>Аннели хотела взять Нормана с собой, но ее переубедил Котэ. Вряд ли от присутствия контрабандиста это место преобразится. А вот какую-нибудь пакость от него словить — запросто. К тому же Норман даже не помнил, где конкретно располагаются мангровые острова, и отметил их приблизительными точками. Нас немного выручали мачты фрегата Аннели. Их топы находятся достаточно высоко, чтобы лицезреть, где можно подобраться к нужному острову. Но, опять же, очень приблизительно — в плотную на кораблях подойти не получалось, пришлось спускать лодки. Пока основной состав будет сплавляться к берегу, вахтенные матросы будут корректировать наш путь, поглядывая с высоты грот-мачты.</p><p>Зато сам остров Норман расписал гораздо лучше. Клад находился рядом с гигантским валуном, не увидеть который, по словам контрабандиста, «просто невозможно». Почти центр острова, значит. Осталось только добраться.</p><p>Мы с Аннели уселись в вельбот, на котором мне уже доводилось с ней сплавляться. На носу разместился Фельдмаршал. По плечам пиратки бегала маленькая, словно игрушечная, обезьянка. Время от времени она что-то пронзительно пищала, глядя на Фельдмаршала, но попугай почему-то намеренно ее игнорировал. Его гораздо больше интересовали рыбы, показывающиеся в воде.</p><p>С наших кораблей спустили весь имеющийся арсенал лодок, и общей группой мы отправились к мангровым лесам. Все были при оружии, но небольшая доля экипажа все-таки осталась на кораблях. Оставлять их пустыми совершенно не хотелось.</p><p>Море здесь было тихим, едва ли не мертвым. Может, сегодня просто попалась такая погода, но стояла почти безветренная тишина, а небо заволокло серой дымкой, и солнце выглядывало лишь изредка. Рядом с манграми вода приобретала то зеленый, то золотой оттенок. Она была настолько прозрачной, что можно было разглядеть плавающих рыбок. По сторонам от нас возвышались мириады корней, вырастающих прямо из воды. Выше они превращались в деревья — иногда вполне обычные, которым, казалось бы, не свойственно расти на воде, а иногда в причудливые кусты. На мангровых деревьях посиживали пеликаны, вороны и птицы с огромными ярко-красными мешками под клювами. Казалось, будто эти птицы несут огромные надувные красные шары. Время от времени они расправляли крылья и издавали звуки, напоминающие звон будильника или домофона. Если бы Лилит была сейчас в виртуале, то наверняка бы уже давно сказала, как они называются. Но квартирмейстер отсутствовала, а я довольствовался компанией Аннели и ее молчаливых корсаров.</p><p>— Фрегаты, — протянул старпом Файб с соседней лодки, идущей рядом. Его было не узнать в соломенной шляпе с длинными полями, низко посаженной на голову. — Прекрасные птицы.</p><p>Я неспроста сказал о том, что никому не посоветую посещать это место. Несмотря на обманчивую красоту, подступы к острову представляли из себя лабиринты, в которых запросто можно потеряться. Между манграми часто были натянуты паутины, кругом стоял рой комаров и тропических мух. Деревья со всех сторон свешивались к воде, образуя что-то вроде арочной аллеи. С деревьев свисали ветки и лианы, заставляя нас пригибаться. Дно тоже было обманчивым: то и дело мы рисковали сесть на мель, а потому лодки аккуратно следовали друг за другом.</p><p>Однако мангровый лес оказался сущей ерундой перед тем, что мы встретили на самом острове. Джунгли, и притом джунгли неприятные. Землю устилали сухие, темно-коричневые, а порой даже красные опавшие листья и корни. Путь преграждали лианы, кусты, бамбуковые рощи и… Нет, не перечислить все то многообразие, что встречало нас почти у самой кромки берега. А потому, прежде чем высадиться, мы долго петляли вдоль береговой линии, пытаясь найти хотя бы маленькую бухточку.</p><p>— Капитан! — нашего вельбота едва не коснулась шлюпка Лилит.</p><p>— Рад тебя видеть, — поприветствовал я квартирмейстера. — И рад, что вовремя догнала нас, а то в этих манграх можно и заблудиться.</p><p>Но, похоже, Лилит была озабочена чем-то другим.</p><p>— Капитан, знаете ли вы, что за репутация у этого острова? Зачем мы здесь?</p><p>— Здесь координаты вещицы, которую мы должны забрать.</p><p>— И все же… вы уверены, что оно того стоит?</p><p>Конечно же, я не ставил своих людей в известность насчет манускрипта. Во-первых, такова была наша договоренность с Котэ — в конце концов, его люди тоже ничего не знали. Достаточно кому-нибудь один раз по пьяни обмолвиться о чудо-пушках, и любой наш шаг может стать под наблюдением. Тем не менее, куда бы мы ни отправлялись, я всегда объяснял своим людям хотя бы примерные мотивы. Экипаж «Рапиры» воспринял это так, будто мы идем выполнять очередной квест на сокровища, причем совместно с кланом Аннели. После разгрома Картахены народ был воодушевлен, а потому даже не задавал лишних вопросов.</p><p>— А в чем дело, Лилит? — ответил наконец я. — Плохая репутация у острова, при подступах к которому видны десятки гниющих кораблей? Скажу тебе честно, я не удивлен.</p><p>— Мы проштудировали немало карт, прежде чем сюда отправиться, — вмешалась Аннели, посадив свою обезьянку на ладонь. — У этого острова даже названия нет. О какой «плохой репутации» ты говоришь, девочка?</p><p>Лилит, похоже, восприняла обращение пиратки в штыки. Сузила глаза так, словно возжелала прожечь ими Аннели насквозь.</p><p>— Очень странно, что вы не удосужились спросить хотя бы ваших береговых братьев. Тех, что ходят с топорами на черных парусах. — Лилит, разумеется, говорила о головорубах. — Они называют это место Нагльфаром…</p><p>— Кто она такая, чтобы нам указывать? — спросила меня Аннели, скорчив кислую гримасу.</p><p>— Все нормально, — махнул я. — Это моя квартирмейстер. Продолжай, Лилит.</p><p>— На заре своей пиратской карьеры головорубы уверяли, что это одно из немногих мест, которое лучше обходить стороной.</p><p>— Хм. Слишком сомнительно слышать такое от головорубов. Эти ребята идут в любое пекло, и мне доводилось лично в этом удостовериться. Где они такое сказали?</p><p>— Год назад в одной из таверн Нассау. Тогда они были гораздо менее известны, но их рассказ о Нагльфаре кто-то адаптировал в ролик, и он хорошо разошелся по Сети.</p><p>Разговор с Лилит закончился ничем. Я лишь ответил, что выбора у нас все равно нет, да и старая байка головорубов похожа на вымысел, придуманный специально для того, чтобы отвадить всех интересующихся. Или даже наоборот — после такого рассказа остров наоборот должен был привлечь внимание всяких искателей приключений. Но ничего подобного — никакой информации о нем в Сети не мелькало, никаких пройденных квестов, интересных фактов, видеороликов. Никому до него не было дела.</p><p>С идущего вдалеке ялика закричали о том, что наконец-то нашли удобный подступ к земле, и наша растянувшаяся флотилия устремилась в ту сторону. Аннели вертела в руках карту, пытаясь сообразить, в какой точке мы теперь находимся. Мой боцман Менестрелиус прощупывал приближающийся берег в подзорную трубу. Лилит настороженно поглядывала вверх, на деревья.</p><p>Все предвкушали что-то очень интересное. Я — не исключение.</p></section><section><title><p>Глава 4 Призрак прошлого</p></title><p>Глава 4 Призрак прошлого</p><p>По приблизительным оценкам, экипаж фрегата Аннели составлял под двести человек. Это, конечно же, не значит, что все они находились в виртуале одновременно, но цифра все равно немаленькая. «Рапира» держала в себе сто десять человек. Суммарно народу сейчас набиралось изрядно, поэтому в небольшой бухте лодки размещали плотно, едва ли не друг на друге. Часть людей осталась здесь — следить за имуществом. Итого около сотни человек двинулось за мной и Аннели.</p><p>Под ногами хрустели сухие пальмовые листья, из земли лезли покрытые мхом корни, перед лицом кружилась мошкара. Менестрелиус быстро сообразил выставить впереди четверых рубак, которые саблями и мачете прорубали дорогу. Нет, нельзя сказать, чтобы путь совсем был непроходимым, просто время от времени движение сильно замедлялось из-за кустов и свисающих лиан.</p><p>— В карте сориентировалась? — спросил я шагающую рядом со мной Аннели. — Разобралась, где мы?</p><p>— Не особо, — ответила она, в тысячный раз вглядываясь в рисунок острова. — Но это и не важно. Мы идем в центр, а это главное.</p><p>По прошествии пары сотни шагов местность изменилась. Трава стала мельче, кончилась труднопроходимая сельва. Зато мы то резко взбирались вверх, то спускались по почти отвесным склонам. Да и в целом остров получался холмистый. С мачты корабля это было заметно не так сильно из-за густой зелени, покрывавшей всю видимую землю, но теперь мы видели отнюдь немаленькие горы и холмы.</p><p>А потом впереди показались колья с насаженными на них черепами. Сперва я подумал, что мне почудилось, но Аннели насторожилась не меньше моего. Ее правая рука уже лежала на револьвере. Остальные корсары начали оглядываться по сторонам и перешептываться.</p><p>— Дурноватые знаки, — протянул старик Файб.</p><p>— Ну, это тут давно, — почесал затылок Менестрелиус, встав рядом. Два боцмана очень забавно смотрелись вместе. — Черепушки чистые.</p><p>— А даже если и нет, — с нотками злобы проговорила Аннели, — нас должно это остановить? Мы сюда отдыхать явились? Ускоряемся.</p><p>Пиратка первой сделала шаг вперед, и наше движение возобновилось. Вслед за кольями дали о себе знать выпирающие из травы кости. Они торчали в земле в таких количествах, словно это были грибы после дождя. Иногда с деревьев свисали трупы — эти были посвежее и оттого выглядели куда неприятнее, особенно когда перед тобой лишь половина туловища, а вместо ног тянется засохший гной.</p><p>Я знал, что мистики на «Карибах» не было. Ну, или почти не было — видения на Саоне иначе не назовешь, да и другие игроки изредка отзываются о некоторых приключившихся с ними загадочных событиях. И все-таки ни монстров, ни кракенов, ни кораблей-призраков в виртуале не встречалось. Ходили версии, что разработчики готовятся добавить мистику в любой момент, и облик «Карибов» может измениться до неузнаваемости. Но Илюха заверял, что до турнира никаких глобальных обновлений не выйдет — сейчас все силы устремлены исключительно на «Форт Генри Моргана».</p><p>В общем, свисающие с деревьев гниющие тела пусть и выглядели мрачно — и даже, если по правде, сильно сбивали с толку — но оставались всего лишь трупами.</p><p>— По-моему, головорубы все-таки страшнее, — заметил я вслух, и Аннели это искренне рассмешило.</p><p>Мы достигли последних высоких деревьев, за ними открывался плавный подъем в гору. Фельдмаршал, который давно где-то запропастился, возвращался с воплями. Сначала его крики были слышны в кронах деревьев, а затем он кубарем свалился мне на плечо.</p><p>— Полундра! Полундра! — свирепствовал он, высоко поднимая хохолок и размахивая крыльями.</p><p>Попугай не затыкался, но произносимые им далее слова, похоже, были на каком-то очень древнем, известном только ему одному языке. Не успел Фельдмаршал успокоиться, как раздался протяжный гул. Первая ассоциация: так звучит горн времен викингов. Разве что звук был тоном повыше, но источник явно находился где-то далеко. А затем в нас посыпались стрелы…</p><p>Они летели словно из ниоткуда — со свистом впивались в землю и в пиратов. Это были звуки, напоминающие тяжелые капли дождя. Я инстинктивно отступил назад, и тут же резкая боль пронзила мою ягодицу. Здоровье упало на 18 процентов.</p><p>— В рассыпную! — рявкнула Аннели, перекатываясь за дерево.</p><p>Корсары начали валиться один за другим. Кто-то открыл огонь, но стрелять было не в кого. Стрелы выпускали с большого расстояния, раз они успевали набрать высоту и падали почти вертикально вниз. Я двинулся за пираткой, но боль в заднице словно лишила меня управления. Правая нога подкосилась, но я устоял и, прихрамывая, добрался до Аннели.</p><p>Дерево было достаточно широким, чтобы укрыться от линии огня, однако его покрывал слой длинный острых колючек, так что привалиться у нас возможности не было. Пришлось просто лечь сразу за деревом, наблюдая за происходящим. Другие бойцы тоже попрятались за деревьями, а те, что не успели, получали одну стрелу за другой.</p><p>— Аннели, — сказал я громче, чем рассчитывал. — Кажется, меня задели.</p><p>Даже как-то неудобно было это произносить, но вариантов не оставалось. Пиратка окинула взглядом мое тело, остановившись на ягодицах.</p><p>— Да ты шутишь? У тебя стрела в жопе!</p><p>— Звучит грустно. Извини, но я должен спросить, насколько глу…</p><p>— Заткнись и не дергайся!</p><p>Мне повезло: неизвестный враг не использовал металлические наконечники. Мне повезло вдвойне: стрела прошла по касательной, хоть и застряла под кожей. Пиратка дернула за древко, и то поддалось. Краем взгляда я заметил, как кто-то из корсаров метнул в нашу сторону пузырек с жидкостью. Аннели поймала его на лету, открыла и вылила по месту раны. Спирт?</p><p>— Надеюсь, это все не зря, — подытожила пиратка. — Только попробуй теперь умереть от стрелы.</p><p>Обязательно попробую, хотел ответить я. Но потом.</p><p>Для начала нужно было вообще понять, кто нас атаковал. Игроки с луками — редкость. Если только это не оголтелые энтузиасты вроде Нэхуэля с Анаканой. Местные аборигены? Слишком организованная встреча. Уверен, они специально дождались, когда мы дойдем именно до этого места. Кругом — возвышенности, стрелять в котлован всегда удобнее. Местность впереди хорошо простреливалась, так что рваться дальше не было смысла. А вот сзади — сплошные деревья и гигантские валуны. Я скомандовал своим людям отступать. Аннели поступила так же.</p><p>Выждав удачный момент, мы двинулись назад. За считанные минуты с момента атаки наши люди рассеялись по местности — увы, ни о каком плотном строе не могло быть и речи. Вообще-то кучность нам сейчас была и ни к чему. Однако проблему осложняло то, что враг мог напасть с любой стороны (или вновь запустить по нам рой стрел), и координировать разбежавшихся корсаров крайне сложно, если не знаешь местности.</p><p>Мы бежали больше наугад — туда, откуда пришли. Впереди раздались выстрелы. Один, второй, третий. Стреляли кучно — явно не просто так.</p><p>— Сабли наголо! — зарычал где-то впереди Менестрелиус.</p><p>А затем мы увидели противников. Да, это были индейцы. Но индейцы странные. Их тела были полностью покрыты то черным, то серым, то красным цветом. Если же цвет кожи был классическим медным, то по телу расходились цветные загогулинки, спиральки и рисунки. Головы были утыканы таким количеством перьев, что издалека казались непропорционально большими. Кроме того, на большинстве были не то деревянные, не то костяные маски. Одежды на аборигенах тоже было порядочно — на таин не похожи. А жаль — с моим умением можно было бы найти общий язык.</p><p>— Карибы! — закричал бежавший неподалеку Файб, доставая саблю из-за пояса.</p><p>Корсары стреляли метко, но за первыми рядами индейцев бежали другие. И бежали быстро, со всех сторон, с копьями, томагавками и костяными ножами. Я увидел, как появившийся из листвы противник снимал скальп с только что убитого пирата. Аннели размозжила его голову выстрелом из револьвера.</p><p>Двигались индейцы с демонической проворностью. Пиратке пришлось сделать сразу три выстрела, чтобы убить еще одного приближающегося кариба. Только пуля в лоб остановила его бег. Я тем временем взялся за любимые пистолеты королевы Анны и один за другим разрядил их в индейцев. Затем потянулся за ятаганами.</p><p>Парадоксально: враг без металлического клинка в руке вызывает больше опасений. Каждый из нас привык иметь дело с такими же как мы игроками или неписями. Нет, вариативность холодного оружия на «Карибах» нешуточная, и все же скрещивать металл с металлом как-то привычнее. Карибы же, судя по технике боя, прекрасно знали, что из себя представляют наши шпаги и сабли. Они выставляли против них деревянные или бамбуковые копья, метали томагавки, кидали камни. Словом, чувствовали себя уверенно, а действовали яростно.</p><p>Я скинул с себя жюстокор, поскольку кое-что замыслил, а увесистый костюм только мешал. Дело в том, что мы оказались на линии, где карибы вылезали из-за толщи кустов и сразу же вступали в стычки с корсарами. Навык «Танцующий с ветром» сейчас подходил идеально. Активировав его, я ринулся вдоль линии сражения.</p><p>Ноги словно сами несли меня вперед. Я вытянул руки с ятаганами по сторонам, и те наносили раны индейцам, попадавшимся на моем пути. Одни получали порезы на спине или с боков, другие — те, что еще только вступали в бой, — чаще обнаруживали кровь в области живота и грудной клетки. Но срабатывало подобное лишь с теми, кто не успевал заранее заметить несущегося сломя голову пирата, то есть меня.</p><p>Очередной кариб упер копье в землю, направив острие на меня. Еще один шаг — и я не жилец. Просто взять и оббежать это место не было возможности, рядом и так находились другие индейцы. Я притормозил, сделав восходящий рубящий удар по копью. Вторым клинком выставил защиту, потому что еще один индеец замахнулся дубинкой. Удар пришелся на мое плечо, а выставленный в качестве блока ятаган погасил энергию замаха, встретившись с рукоятью дубины.</p><p>Индейцы нечленораздельно рычали, и это злило меня еще сильнее. Что мы, черт возьми, такого сделали, чтобы встречать нас войной? Откуда столько ярости в их поведении? В десяти шагах от меня кариб костяным мечом отрезал голову одному из наших. В следующее мгновенье тело упало, а голова продолжила висеть в руках дикаря.</p><p>Черт, отвлекся! Пары секунд хватило, чтобы получить дубиной по лбу. Меня отбросило назад, взгляд заволокло тьмой, и я невольно активировал «Один на палубе». Пусть в глазах все еще было темно, руки сами выставляли защиту. А в мыслях стоял образ отрезанной головы. Насколько же это было пренебрежительно и гадко… Нет, так дело не пойдет. Пока я жив — не позволю, чтобы с моими людьми так обращались. Да и корсары Аннели этого не заслуживают.</p><p>Рядом со мной сражалась Фрингилья. Юная пиратка отобрала у одного из индейцев копье и продолжала им размахивать — движения ее были уверенными и действенными. Одного противника она встретила боковым ударом по ногам, другому разбила нос задней частью копья, третьего… Я не видел, как произошла ее встреча с третьим, поскольку сам уклонялся от костяного меча, которым едва не вспороли мою шею. А когда нападавший на меня кариб пропустил клинок в печень, Фрингилья уже доставала копье из проткнутой глазницы противника.</p><p>Корсары Аннели тоже были рядом. Я бы даже сказал, что они держались получше моих людей — реже погибали или получали ранения. Но никто сейчас не делил пиратов на «своих» и «чужих». Мы все были единым целым. В голове еще не утихли сцены на Саоне — помню, с какой осторожностью и подозрением клан Аннели смотрел на головорубов, ожидая подвоха. Ныне такого не было. Бойцы помогали друг другу, сменяли позиции, делились оружием и боеприпасами.</p><p>Уклоняясь от новой атаки, я отпрыгнул в бок. Плечо врезалось в подбородок очередного противника — удобно, что индейцы были преимущественно невысокого роста. Оказавшись у него за спиной, я вонзил оба ятагана в спину и при этом издал яростный рык. Лезвия показались из живота индейца, в то время как сзади вошли в плоть по самые рукоятки. При этом я еще умудрился приподнять тело врага над землей.</p><p>Вытащив ятаганы, я инстинктивно сделал перекат — еще с войны на Саоне усвоил, что стоять на месте в гуще боя не стоит. Рубанул кому-то по обратной стороне колена, вновь откатился и встретил бегущего на меня кариба вытянутыми клинками.</p><p>— Сомкнуть круг! — заорал я так, чтобы услышали все, кто был поблизости. — Сомкнуть круг!</p><p>Пока я доставал ятаганы из тела очередного врага, то краем взгляда заметил индейца с занесенным на меня копьем. Времени не оставалось даже чтобы просто уклониться.</p><p>— Сомкнуть круг! — повторил за мной внезапно появившийся Фельдмаршал, со скоростью орла врезаясь в руку атакующего меня кариба.</p><p>Направление удара сместилось, а в следующий момент питомец уже держал в клюве откусанный палец индейца. Тот выпустил из рук копье и попытался прихлопнуть Фельдмаршала второй рукой, но не тут-то было. Попугай вспорхнул к его лицу, сдернул когтями деревянную маску и вместе с ней полетел ввысь.</p><p>«Сомкнуть круг! Сомкнуть круг!» — продолжал орать он.</p><p>И вскоре это подействовало. Мои бойцы или корсары Аннели — неважно, все мы сейчас были в одних условиях — становились друг к другу спинами или плечами. Спустя минуту в лесу стояли построения из десяти-пятнадцати бойцов, образовавших круги. Время от времени строй разрывался — по кому-то попадали камнями, кого-то поражали копьем или брошенными ножами и томагавками, но в целом наши люди держались вместе. Теперь к ним не могли зайти со спины или сбоку — только фронтальная атака, только честный бой.</p><p>Но даже так карибы представляли серьезную опасность. На меня вышел противник с плоской дубиной, нашпигованной не то камнями, не то иглами — сложно было разглядеть в движении. Он занес оружие для вертикального нисходящего удара. Я юркнул в сторону, выставляя вверх клинок для защиты, но опоздал. Ятаган выбило из руки. Попытался сходу уколоть противника вторым клинком, но тот двинул мне локтем в нос, после чего вновь замахнулся дубиной — на сей раз не увернуться.</p><p>Помощь пришла от внезапно появившегося Янычара, с которым я уже был знакомом во время наших похождений на Саоне. Он налетел на кариба сбоку, устремляя тесак четко в шею, и налету довершил дело ударом колена в ребра — абориген свалился</p><p>— Где Аннели? — спросил я, поднимая ятаган.</p><p>— Там, — мотнул головой он, подразумевая широкий круг бойцов позади меня.</p><p>Просто взять и внимательно оглядеться сейчас было затруднительно. В любую секунду мог прилететь очередной камень или выбежать индеец. Впрочем, особо и выбегать никому не нужно было — присутствующих врагов и так было порядочно. Почти весь огнестрел наших бойцов был уже израсходован, на перезарядку времени не было, а наступающие индейцы едва ли давали передохнуть.</p><p>Яначар был рядом, и мы неплохо сработались. Противники уже побаивались бежать на убой, так что у нас была возможность учитывать местоположение друг друга и в случае чего помогать.</p><p>— А где подкрепление? Где остальные наши? — выкрикнул я, добивая очередного кариба.</p><p>— Шутишь? — печально протянул он, принимая на себя атаку нового противника и отправляя его в вечный сон рубящим ударом. — Респаун где? На кораблях. Корабли где? Далеко!</p><p>— Все гораздо хуже, — подала голос Лилит, находившаяся где-то за нашими спинами. — Все лодки здесь, у берега. Людям даже не на чем добраться. Они ждут, пока вахтенные с острова доберутся до них вместе с партией шлюпок.</p><p>Черт! Только сейчас до меня дошло, что лодки остались на берегу, а люди респаунятся на кораблях. Не то чтобы это было для меня открытием — просто привык, что обычно возрожденные бойцы сразу отчаливают с кораблей на лодках, но сейчас дела обстояли крайне печально. Не знаю, как много пиратов стояло на ногах дальше по лесу, но с таким расстоянием отреспаунившиеся доберутся до нас очень нескоро.</p><p>Количество противников сложно было оценить даже приблизительно. Сейчас живых карибов было видно меньше, чем вначале боя. Тем не менее, это не все. И нападали на нас не те лучники, что открыли огонь ранее — те стреляли с другой стороны. Значит, сюда может сбежаться еще множество индейцев.</p><p>Они нападали стихийно. То кучно, то по одному. Но теперь наши потери заметно снизились — в большинстве случаев враги даже не успевали нанести удары, как получали уколы и широкие рубящие удары. К тому же между образованными нами построениями появились пустые зоны, куда не добирались индейцы. Там наши бойцы успевали перезарядить оружие или перебинтоваться. И все же приходилось несладко.</p><p>Не выдержим мы при таком натиске, понял я. Никакие построения сейчас не спасут от летящих в нас булыжников, томагавков и костяных ножей. От разъяренных карибов с палицами и дубинами наперевес. От врагов, решивших нападать организованными кучами. Наши потери невосполнимы.</p><p>— Менестрелиус! — позвал я нашего боцмана, который также держал позицию где-то неподалеку.</p><p>Хоть и не сразу, но он откликнулся.</p><p>— Петарды при тебе? Сможешь их поджечь прямо тут?</p><p>Речь шла о связке петард с сухой травой. Впервые я видел ее действие в первый день на «Карибах», когда Клещ устроил дымовуху во время абордажа. Позже узнал, что приобрести такую не составляет труда — были бы деньги.</p><p>Прежде чем боцман поджег петарды, я распорядился своим людям двигаться в сторону берега и написал об этом же Аннели. Поначалу все шло неплохо: как только связка петард начала испускать едкий дым, мы ринулись бежать.</p><p>Наверное, карибы расценили наш поступок как бегство. Наверное, так оно и было. На берегу, по крайней мере, мы можем раньше дождаться подкрепления. Только вот до воды оставалось еще прилично — дистанцию даже примерно не прикинуть. И вся обреченность ситуации дала о себе знать в тот момент, когда наши первые ряды внезапно угодили в ямы с кольями…</p><p>Ловушки были слишком широкими, чтобы их перепрыгнуть, а иногда и вовсе были замаскированы сушеными листьями пальм. Поэтому приходилось бежать осторожно, выдерживать дистанцию перед друг другом, оглядываться.</p><p>Я бежал рядом с Аннели, время от времени поглядывая по сторонам. Нас не преследовали — то ли испугались петард, то ли нашлись другие причины. Но останавливаться тоже сейчас было глупо, враг мог появиться откуда угодно, а наши люди рассеялись по огромной территории…</p><p>Впереди вдруг показались индейцы с длинными трубками. Одни припали на колено, другие стояли. И все целились в нас.</p><p>В следующее мгновенье рой дротиков устремился в нашу сторону — так синхронно, будто дрогнуло само пространство. Все произошло слишком быстро.</p><subtitle>* * *</subtitle><p>Что чувствует капитан, когда пробуждается лежащим на гамаке? Недоумение. Все-таки если респаун происходит на «Рапире», я возрождаюсь в капитанской каюте на небольшой кровати. Так почему же я в кубрике?</p><p>Нет, для кубрика слишком светло. Глаза еще не открылись — не знаю, почему. Да и качка была непривычной, словно корабль прыгает на волнах очень быстро, как игрушечный. И этот запах… Все знали, что наш кок любит экспериментировать с едой (чем, в конце концов, еще заниматься корабельному повару во время долгих плаваний?), но в этот раз явно что-то пережарили. И почему я не могу пошевелить руками? И ногами…</p><p>Глаза открылись, и мир перевернулся с ног на голову. Пожалуй, даже буквально — ноги и руки мои были привязаны к бревну, которое тащили карибы. Конечностей я не чувствовал, судя по всему, из-за того, что действие усыпляющих дротиков еще не прошло полностью.</p><p>Рядом волокли других наших людей. Некоторые из них еще спали, другие во всю вертели головой. Кто-то сделал логаут, и индейцы искренне удивлялись, когда обнаруживали, что бревна, которые они несут, стали пустыми.</p><p>Мозг упорно не хотел что-то соображать. Система мигала пропущенными сообщениями от моих людей — пираты спрашивали примерно одно и то же: что делать? Логаут сейчас наверняка воспримется как выход во время боя, а это — штрафы. К тому же респаун делу не поможет, зато сейчас мы можем узнать, куда тащат нас эти дикари. Или уже притащили? Ну да, запах стал еще сильнее, показались деревянные постройки. Трава под головой сменилась… человеческими костями.</p><p>Они были выложены ровно и ухожено, словно средневековые мостовые. С небольшим интервалом между друг другом, зато ровно и симметрично, походя на лестницу. И это было не единственным, что заставило всех нас напрячься пуще прежнего. Кости и черепа были повсюду. Колья с насаженными головами, украшения жилищ и даже кустов… Я всегда думал, что это самые банальные варианты декора — но, черт возьми, они странным образом работали. Особенно когда задумываешься, что каждая черепушка кому-то принадлежала.</p><p>Нас разместили неподалеку от огромного кострища. Стянули веревки с бревен, но руки и ноги остались крепко в них зафиксированы. По сторонам от нас встали карибы с копьями. Я попытался сесть, но тело с трудом слушалось. Взялся связанными руками за веревку, обвивающую ноги, и потянулся за нее. Затем осмотрелся: рядом были Аннели, Коуб, Менестрелиус, Файб и множество других бойцов. Получается, каким составом мы пали от дротиков, таким нас и притащили сюда. Выходило, что нас здесь всего человек тридцать. Но где же остальные?</p><p>К кострищу медленно приближался высокий человек, разительно отличающийся от остальных индейцев. Двухметровый, полноватый, с длиннющей бородой, завивающейся на концах в тонкие косички с мелкими бусинками. Одежда на нем была скорее цивилизованная, нежели индейская: выцветшая вязаная жилетка, затянутые один на другой кушаки, кожаные наручи, просторные штаны. На груди у него висел череп какой-то птицы. Образ довершал плащ, увешанный перьями, цветными нитями и различными мелкими украшениями. Незнакомец был светлокожим, явно не принадлежал к роду карибов, однако индейцы смотрели на него с превеликим почтением. Так смотрят только на вождей.</p><p>Он опирался на толстую самодельную трость, но приближался к нам уверенно, прощупывал взглядом наши лица.</p><p>Когда он посмотрел мне в глаза, я вдруг понял, что узнаю его. Это был постаревший Финнан Хорингтон. Флибустьер, который убил Олоннэ.</p></section><section><title><p>Глава 5 Драки, драки, драки</p></title><p>Глава 5 Драки, драки, драки</p><p>Долго не мог сопоставить, что здесь делает старый пират. К тому же так странно выряженный… Я уже видел его в своих виденьях на Саоне — часть из них даже подавалась как будто от его лица. Финнан выжил после выстрела в грудь. Год пробыл на острове, дожидаясь встречи с великим и ужасным адмиралом Олоннэ, которого в итоге убил ударом топора в сердце. А после… Если не изменяет память, даже покойный Бродар Смит больше ничего о нем не слышал. Ведь после бойни часть пещеры, где был убит Олоннэ, рухнула. Выходит, Финнан все-таки выжил. И не просто выжил, но и переключился на довольно странный образ жизни, раз стоит сейчас здесь перед нами в роли вождя племени каннибалов. Впрочем, это пока мои домыслы. С нетерпением хотелось услышать, что скажет он сам.</p><p>Я огляделся, насколько это было возможным. Судя по всему, мы находились на краю индейской деревушки. Вдали открывались такие виды, словно мы были… высоко. Не какая-то заоблачная вершина, конечно, но поселение могло занимать одну из высочайших точек острова. В небе медленно парили орлы, наворачивая круги. Где-то далеко, почти на горизонте, проглядывались мачты кораблей. Рядом виднелся пологий склон соседней горы. С других сторон можно было рассмотреть лишь постройки карибов или высокие деревья.</p><p>Некоторые из наших суетились, подумывая о том, как бы незаметно избавиться от веревок. Зря думали, потому что сделать это было практически невозможно: за нашими спинами столпились карибы с копьями, и любое резкое движение могло стать последним. Даже если кто-то незаметно вытащит нож и перережет веревки, он не сможет впоследствии что-либо предпринять — бежать некуда, да и разумного в этом мало.</p><p>Не знаю, как у других, а у меня появление старого пирата вызвало облегчение. Словно я уже знал заранее, что ничего плохого здесь и сейчас не может случиться — как в старых голливудских фильмах. Индейцы окажутся не такими и плохими, а Финнан дружелюбно выложит все карты на стол и наконец объяснит нам, что творится на этом острове. Отличный расклад, не правда ли?</p><p>Он остановился шагах в десяти от нас, недалеко от кострища. Затем сказал что-то на карибском — ни слова не разобрать. Смотрел в это время на нас, но речь предназначалась явно индейцам. Двое карибов, на лицах которых висели деревянные маски, приблизились к нашей «кучке», выдернули ближайшего пирата и поволокли его к Финнану.</p><p>Это был Парсик — муж Лилит. Сама квартирмейстер погибла раньше — с нами сейчас ее не было. Парсика поставили на ноги, развязали. Великан снял с себя плащ и швырнул его в руки индейцам. Отбросил трость, принялся наматывать бинты на костяшки рук, затем приглашающе кивнул нашему Парсику, принимая боевую стойку. Кулачный бой, значит?</p><p>Но Парсик не был рукопашным бойцом. На «Рапире» он занимался парусами, во время боя — максимум стрелял, не более. Против двухметрового Финнана ему ничего не противопоставить. Парсик посмотрел в нашу сторону, ожидая увидеть поддержку. Однако, если честно, никто не знал, что тут можно было сделать.</p><p>«Поговори с ним, — экстренно написал я сообщение матросу. — Он понимает нашу речь».</p><p>— Мы пришли с миром, — начал Парсик, поднимая руки кверху и делая шаг назад. — Я не собираюсь драться. Мы можем договориться.</p><p>Финнан замер на мгновенье, а после ответил с яростью в глазах:</p><p>— Я разделаюсь с тобой. С каждым из вас. Я скормлюим ваши тела.</p><p>Сразу после сказанного он бросился вперед и одним ударом в челюсть отправил Парсика в нокаут. Несколько пиратов дернулись, зашептались, выкрикнули проклятия. Мне тоже стало не по себе — слишком нечестно, слишком грубо, слишком бесцеремонно. Более того, Финнан приблизился к обмякшему Парсику и мощно врезал каблуком сапога ему в лицо, стаптывая в землю. Готов труп.</p><p>— Его тело послужит им едой, — выкрикнул великан. — Как и ваши собственные!</p><p>Он двигался к нам, взгляд его метал молнии, кулаки сжимались и разжимались. Пока тело Парсика утаскивали куда-то карибы, выбор Финнана выпал на одного из корсаров Аннели. Процедура повторилась, и спустя минуту они сошлись в рукопашной схватке. Место драки в некоторых местах окружили индейцы, посматривающие за тем, чтобы боец внезапно не решил сбежать.</p><p>На сей раз великан получил отпор — корсар уворачивался, отпрыгивал, отбивался встречными ударами. Даже прописал смачную «двоечку», довершая ударом колена в живот.</p><p>Но Финнан был непробиваемым. Он технично выставлял для защиты плечи и навязывал дистанцию. Даже удары в щеки или грудь выдерживал с необычайным спокойствием! В конечном итоге корсар вымотался, а великан, выждав момент, бросился на него всем телом, погребая под собой. Итог был предсказуемый…</p><p>Потом были другие. Кто-то норовил выцарапать Финнану глаза или вырвать бороду, кто-то рассчитывал подобрать с земли попавшиеся под руку камни или палки, другие просто бегали по «рингу», надеясь загонять гиганта. Но счет оставался на его стороне.</p><p>У меня складывалось ощущение, что ему проигрывали уже не потому, что были слабее, а просто от безнадеги. Я видел корсаров Аннели в деле и помнил, какой отпор они давали при первой встрече с головорубами. Сейчас они просто боялись. Среди моей команды тоже хватало бравых бойцов. Они, как и я, пережили десятки сражений, и в морском бою нередко приходится работать кулаками. Однако устрашающий вид Финнана и мрачная атмосфера этого места делали свое дело. Никто уже и не надеялся на победу.</p><p>Тела погибших уносили карибы. По условиям виртуала, они должны пропасть в течение десяти минут, но не удивлюсь, если допустимы сюжетные исключения из правил — в конце концов, остров кишел костями и черепами, откуда-то же они должны браться.</p><p>Людей оставалось все меньше и меньше. Аннели лихорадочно бегала глазами по небу, явно либо набирая, либо читая сообщения. Похоже, она надеялась, что сюда явятся возрожденные бойцы, но я в этом сомневался. Если вспомнить, как много противников мы встретили и как много их сейчас даже здесь… Нет, это затянется на часы.</p><p>Очередной корсар пропустил удар в печень, после чего колено Финнана встретилось с его лицом, выбивая брызги крови.</p><p>— Нужно заставить его запыхаться, — тихо проговорил я, пока гигант шел в нашу сторону за свежим мясом. — Загонять, чтобы он подвыдохся.</p><p>Выпал пал на Коура. Я не раз отмечал, что в холодном бою этот боец чувствует себя не хуже меня, пусть это и касалось сражений на клинках. Бой начался резво: Финнан замахнулся боковым ударом, но пират увернулся с небольшим выпадом в сторону, встречно попадая левым кулаком в живот. Вслед за первым ударом он врезал гиганту в скулу, только вот инерции удара оказалось недостаточно, чтобы выбить противника из равновесия.</p><p>В следующую секунду Финнан уже выполнял серию атак, и только натренированная проворность позволяла Коуру выдерживать поединок. Или не проворность — скорее техничность. В том-то и дело, что пират не торопился отступать даже несмотря на то, что я весьма однозначно порекомендовал заставить Финнана побегать. Нет, Коур просто расчетливо и отработанно встречал каждый удар гиганта, будто находился на тренировке. Время от времени ему хорошенько прилетало, но большая часть приходилась на вовремя выставленные плечи, а парочка ударов по лицу лишь добавила ему румянца.</p><p>Только вот исключительно боксерскими приемами дело не ограничивалось. Финнан был готов растерзать нашего бойца голыми руками — что угодно, лишь бы не дать ему жить. Коур же, как назло, танцевал на лезвии бритвы, рискуя упустить очередную атаку.</p><p>— Зря хмуритесь, кэп, — пробурчал Менестрелиус. — Малыш все делает правильно.</p><p>Пожалуй, боцман говорил дело. Во-первых, нет смысла выдерживать дистанцию, когда противник крупнее тебя. Это ему удобно, что ты не можешь дотянуться до цели — его-то руки длиннее, а голова выше. Разумнее сразу сокращать дистанцию, переходя в максимально близкий бой. Примерно этого Коур и добивался. Он не строил из себя вечно отпрыгивающего кузнечика, а выматывал противника более тонко. Заставлял работать руками, выставлять защиту, резво переставлять ноги… Пока случайно не запнулся и не испытал весь вес рухнувшего на него Финнана.</p><p>Раунд был закончен столь же внезапно, как и начался.</p><p>— Надеюсь, вы знаете, что делать дальше, кэп, — громко проговорил Менестрелиус, всеми силами давая понять, что хочет быть следующим. Он задергал руками, придвинулся поближе к полю драки, пристально заглянул в глаза Финнана.</p><p>— Уже не терпится покормить своим телом местных? Давай-давай! — прорычал гигант, приглашая боцмана.</p><p>Стоило индейцам развязать Менестрелиуса и поставить на ноги, как он начал заваливаться обратно на землю. Сделал вид, словно тело затекло после веревок. Полностью он не упал, лишь придерживал себя руками, но карибы не посчитали нужным помогать ему встать. Финнан тоже не обрадовался случившемуся. Он дернулся с места, словно бык, намереваясь в прыжке придавить Менестрелиуса коленом, но тот вовремя среагировал.</p><p>Будто легкоатлет на низком старте, боцман ринулся вперед, успевая и уклониться, и ударить локтем по ребрам противника. И тут же вдарил корпусом, вынося вперед плечо. Не то чтобы прием был эффективным, но гигант совсем не ожидал такого маневра, а потому замешкался, вынужденно отступая и выставляя руки перед лицом для защиты. Боцман же теперь лупил, не переставая. Двоечка, левый хук, правый хук, апперкот, пинок в промежность.</p><p>Финнан выглядел титаном, но даже титаны имеют предел. Сейчас он был достигнут. Боцман резко увернулся от бокового удара, оказываясь за спиной гиганта, и вцепился ему в шею, начав душить. Тут он сплоховал: будучи матерым пиратом, Финнан наверняка не раз оказывался в таком положении, и потому среагировал мгновенно. Уперев в сжимающую его руку подбородок, левой рукой он придержал захват головы, поддаваясь вперед, затем задействовал правую руку и повернулся вполоборота. Ударил коленом и довершил дело резким боданием головой по лицу боцмана.</p><p>Менестрелиус покачнулся, из носа у него текла кровь. Разъяренный Финнан сделал боковой удар — слишком резкий, слишком яростный. Его одного могло бы хватить, чтобы положить любого из нас. Но боцман вовремя подсел, а уже в следующее мгновенье выносил кулак снизу вверх, попадая по подбородку. Бойцы оказались прижаты друг к другу вплотную. Вероятно, помня о мощном лбе гиганта, а может, просто на инстинктах, Менестрелиус без раздумий вынес локоть вверх, попадая по носу Финнана, сразу же повторил маневр, ударяя сильнее. Когда гигант инстинктивно отступил, боцман замахнулся с левой, вынуждая противника вновь отступить. Затем еще. И еще. Пока Финнан не упал.</p><p>Похоже, этого не ожидал никто. Большинство карибов прятало свои лица под масками, но я почему-то был уверен, что в этот момент у них разинулись рты. Еще не затих грохот, с которым гигант рухнул на землю, а Менестрелиус уже пинал его, не сбавляя хватки. По голове, по ребрам, по ногам. По спине.</p><p>Индейцы смотрели смирно. Не дергались, не намеревались бежать спасать вождя. Меня это скорее напрягало, нежели наоборот — не похоже, что они так просто готовы попрощаться с вождем. Не в их это духе.</p><p>Боцман тем временем продолжал избивать Финнана.</p><p>— Мне не нужна твоя смерть, — запыхавшись, сказал он. — И твоих людей тоже. Ты сдаешься?</p><p>В этот момент гигант взмахнул рукой, попадая Менестрелиусу в пах. Тот резко скорчился, и гигант воспользовался этим, ухватившись руками за его плечи и поднимаясь на ноги. Ударил головой, вновь провоцируя у боцмана фонтан брызг из носа.</p><p>Дерущиеся держали друг за друга за плечи, не расцеплялись. Менестрелиус проскользнул локтем по лицу Финнана, вкладывая корпус. От полученного удара голова гиганта ушла в сторону, и боцман врезал другим локтем снизу вверх — по подбородку.</p><p>Гигант отступил, тряся головой. Менестрелиус, оказавшись у него за спиной, схватился за волосы, оттаскивая их на себя. В этот момент Финнан сам взмахнул локтем, попадая по лбу боцмана, да так смачно, что тот упал. Тогда гигант оперся на него коленом и принялся молотить по лицу. Удар, второй, третий.</p><p>Вскоре на лице боцмана не осталось живого места.</p><p>— Можешь собой гордиться, — прорычал Финнан, замахиваясь для очередного, скорее всего финального удара.</p><p>В этот момент в руке Менестрелиуса сверкнул маленький нож, который он секундой ранее достал из кармана штанов. И вонзил его в ногу гиганта, пока тот бил по лицу.</p><p>С боцманом было покончено, жизни его иссякли. Однако он сделал больше, чем ожидал любой из нас. И показал, как близка может быть победа.</p><p>Финнан заметил воткнутый в ногу нож лишь когда вставал. Яростно вытащил его, словно отогнал надоедливую муху, а затем вонзил в сердце Менестрелиуса.</p><p>— Ты следующий, — бросил он хмурый взгляд на меня.</p></section><section><title><p>Глава 6 Я обязательно выживу</p></title><p>Глава 6 Я обязательно выживу</p><p>Финнан выглядел побитым, но ни разу не уставшим. Лицо и руки источали ссадины и кровоподтеки, жилетка порвалась в нескольких местах, левая штанина пропиталась кровью. При этом гигант хрустел костяшками пальцев, разминал шею и интенсивно расхаживал взад-вперед в ожидании того, пока меня тащили по земле и развязывали.</p><p>В общем, если смотреть здраво, то шансов одолеть противника у меня совсем немного. Едва ли я просто возьму и продемонстрирую такие результаты, которых не смогли добиться ни корсары Аннели, ни Менестрелиус с Коуром. Хотя не скажу, что я сильно им уступаю — на удивление характеристики ятаганов, которых при мне сейчас не было, продолжали работать. А пятнадцать очков ловкости и пять силы — вполне себе показатель.</p><p>И все же несколько козырей у меня было запасено. Теперь каждое мое действие могло стать решающим.</p><p>— Финнан Хорингтон, — сходу начал я, пока гигант не успел приблизиться. Он остановился, продолжая держать боевую стойку. — Вот уж не думал, что встречу тебя живым.</p><p>— Вот уж не думал, что кто-то назовет здесь мое настоящее имя. Что не помешает тебе сдохнуть так же, как и всем до тебя.</p><p>Вместо того, чтобы пойти прямо на меня, гигант двинулся по кругу. То ли ожидал подвоха, то ли хотел дать мне время высказаться.</p><p>— Не обольщайся, — огрызнулся я. Меня уже изрядно подбешивала его злая самоуверенность. — Жаль, что Бродар Смит мертв. Он бы…</p><p>— Ты, верно, решил меня разозлить? — начал приближаться Финнан.</p><p>Я медленно отступал — почти незаметно. Не потому, что опасался драки — сейчас было не до страха. А потому, что только сохраняя дистанцию, я мог вести диалог.</p><p>— Если бы я хотел разозлить тебя, то припомнил бы, как ты убил Франсуа Олоннэ. Как он застрелил тебя вместе со всеми. Как ты дожидался его в течение года. Как вонзил сердце ему…</p><p>— У тебя это получилось, задница кальмарья, — прорычал он и пошел в атаку.</p><p>Финнан рассчитывал снести меня инерцией тела. В конце концов, с его габаритами это оправдано — даже если я успею нанести ему один точный удар, это никак не остановит гиганта. И потому мне не осталось ничего иного, как уйти кувырком в сторону и сразу же встать на позицию.</p><p>Реакция Финнана не подводила. Ударь он на четверть секунды раньше, и я бы не успел сделать «нырок», целясь встречным ударом ему в печень. Противник отбился локтем, а другую руку занес для апперкота.</p><p>Я защищался, но напор здоровяка был ошеломительным. Нельзя было просто взять и сократить дистанцию до предела, как это делал Коур — потому что это не тот риск, на который можно сейчас пойти. Но было кое-что другое…</p><p>Дело в том, что я уже давно не изучал новых навыков — хватало того, что предоставляли ятаганы и их очки характеристик, в то время как свободные очки умений продолжали копиться. Кто-нибудь скажет: глупая идея расходовать их на кулачные приемы, когда можно вложиться в клинковые. Увы, сейчас на кону стояло многое — быть может, второй раз Финнана будет уже не встретить. И если какие-то приемы могут спасти мне жизнь, или хотя бы продлить ее, то почему бы и нет.</p><p>Справедливости ради, Менестрелиус тоже использовал готовые навыки — другое дело, что он и сам по себе отлично боксировал. Но я замыслил нечто еще более радикальное, чем просто активация парочки ударов или бросков…</p><p>Есть такая функция в разделе активации навыков — «Автоподбор навыков». Чтобы воспользоваться ей, нужно расстаться с целыми двадцатью очками, зато в течение пяти минут система сама будет «покупать» те навыки, которые оптимальны прямо здесь и сейчас — в момент времени. Обычно дело укладывается гораздо быстрее, нежели пять минут — число свободных очков не бесконечно, а хорошие приемы стоят недешево.</p><p>Есть, правда, нюанс. Подобранные системой навыки будут полезны здесь и сейчас — однако возможно и такое, что больше они никогда не понадобятся. Как если мушкетер в качестве исключения берет в руки бамбуковую палку, начинает ей драться, приобретает для нее множество приемов, но потом, возвращаясь к родному мушкету, ни один из этих навыков нельзя будет применить.</p><p>У меня ситуация не столь абсурдная, поскольку клинки во время боя действительно можно потерять, а чужие не всегда легко подобрать. При этом классические нырки, защиты, двоечки, хуки и апперкоты составляют основную часть кулачного боя. Они требуют долгой отточки, но выполняются без специальных навыков.</p><p>Как бы то ни было, я активировал автоподбор навыков, когда почувствовал, что Финнан начинает меня оттеснять. С полминуты ничего не происходило, бой шел в таком же русле, что и ранее. А затем я спросил:</p><p>— Как нога?</p><p>Гигант решил, что я намереваюсь ударить по больному месту. По правде сказать, мысль об этом действительно витала в голове. Мига, за который Финнан отвлекся на раненую ногу, хватило, чтобы попасть ему по лицу. Костяшки заболели так, словно я ударил стену. Противник же припал на колено — может, удар был действительно точечно метким, а может, просто сказалось то, что у здоровяка в этот момент ноги были расставлены слишком широко.</p><p>И вот эта моя маленькая победа, похоже, разозлила его не на шутку. Чего я и добивался.</p><p>— Как нужно было облажаться с племенем Таино, чтобы стать изгоем и поселиться среди карибов? — довершил я, пока Финнан поднимался на ноги. — Ведь так? Если я ошибаюсь, то поправь меня.</p><p>— Ага, — прокряхтел он, делая вид, что сохраняет спокойствие. — Сейчас поправлю.</p><p>Если бы последующие движения гиганта измеряли полицейским радаром, то показатель превысил бы скорость света. Финнан обрушил на меня безумно резкую серию ударов, от которых свистел ветер, и тут дал о себе знать автоподбор навыков. Решительно не было времени в них вчитываться, но я знал одно: пока старый пират изливает на меня свой гнев, вкладывая всю силу, система временно оберегает меня. И потому от кулаков я уворачивался, от ног — отпрыгивал, а затем сам подначивал противника.</p><p>Активирован навык:</p><p>Нырок с ударом задним коленом</p><p>20 энергии</p><p>Вы сгибаете ноги в коленях под прямым углом, избегая удара, а затем выносите заднее колено вперед, отводя руки вниз.</p><p>Откат: 20 секунд</p><p>Стоимость: 15 очков</p><p>Гигант получил коленом по ребрам, а я продолжал наседать.</p><p>Активирован навык:</p><p>Боковой удар с разворота</p><p>12 энергии</p><p>Совершая разворот, вы переносите вес тела на заднюю ногу, поднимаете ведущее колено, затем выпрямляете ногу</p><p>Откат: 15 секунд</p><p>Стоимость: 15 очков</p><p>Еще несколько миллиметров, и каблук моего сапога угодил бы Финнану прямо в грудь, однако тот перехватил мою ногу, резко поднимая ее кверху. Я инстинктивно дергаю ее на себя, но хватка крепкая, гигант упрямо держит ее с обратной стороны колена, заваливаясь вслед за мной. Система успевает помочь мне налету нанести удар локтем в ухо противника.</p><p>Но удивительно не это. Незадолго до того, как мое падающее тело должно коснуться земли, руки хватаются за корпус Финнана, и я подобно обезьянке успеваю оказаться сбоку, держась одной рукой за вражескую жилетку в области спины, а другой делая удар в живот. В следующее мгновенье я уже нависаю над распластавшимся гигантом — за его спиной. Очередной маневр добавляется в мою копилку приемов, а я молочу руками по его черепу, по шее и по спине, упираю колено в спину.</p><p>У него все же хватает сил, чтобы несмотря на мое давление начать подниматься. Теперь уже он заносит локоть, и система находит единственным спасением сделать перекат назад.</p><p>Мы встаем одновременно. Он — с пыхтением и сопением, я — с диким азартом. Сейчас самое время продолжить разговор, наладить контакт, но вместо этого меня рвет в атаку. Слишком окрылен легкой победой в предыдущем «раунде», слишком дорожу благом системы, которое не продлится бесконечно.</p><p>Делаю ложный замах, двигаюсь «маятником», чтобы не нарваться на встречные удары. И тут Финнан берет меня за корпус, совершая вольный бросок. На сей раз избежать падения не удалось, бросок был слишком резкий. Все, на что сподобилась система, — это сразу же откатиться в сторону, завершая маневр кувырком назад.</p><p>Начинаю с прямого удара, затем выношу передний локоть, делаю апперкот задней рукой и ухожу в уже отработанный нырок с последующим ударом заднего колена. Не все идет гладко — Финнан отлично защищается, понемногу отступает, точнее уходит в сторону, навязывая дистанцию. Но я вижу в его глазах усталость. И удивление — странное такое, с нотками страха. Гигант явно не понимает, почему я до сих пор жив, ведь даже боцман, что был до меня, атаковал сильнее, но слил бой.</p><p>После очередного обмена кулаками я слегка подсел на заднюю ногу. Финнан был вынужден растянуть руку в длинном ударе, который я твердо встретил ладонью левой руки. Тогда противник начал замахиваться другой рукой, но не успел: все та же моя левая рука уже впечаталась ему в лицо, после чего продолжила движение, пока локоть не столкнулся со скулой.</p><p>Гиганта отбросило, а совершенный прием отметился как приобретенный. Соблазн добить валяющегося противника был велик, но сперва я жаждал все-таки переговорить. Нельзя откладывать это до бесконечности.</p><p>— Ну и везунчик же ты, — сказал наконец он, поднимаясь.</p><p>— Даже не буду спорить, — отозвался я, демонстративно расстегивая рубаху и доставая из-под нее медальон. — Узнаешь?</p><p>Расстояние между нами — шагов пять. Тем не менее, Финнан сразу заметил неладное. Глаза сощурились, руки слегка опустились из положения стойки.</p><p>— Какого дьявола? — протянул он, не веря глазам.</p><p>— Амулет Олоннэ, — озвучил я то, что он наверняка произнес мысленно в этот момент. — Он ему все равно уже не нужен, ведь так, Финнан?</p><p>Гигант не мог решить, что делать дальше. Судя по всему, передышку он предпочитал очередной атаке. К тому же наконец-то нашлось нечто, что смогло его впечатлить. Но и хватку он не ослаблял, медленно описывал около меня круг.</p><p>Честно говоря, сам я тоже изрядно выдохся. Только сейчас посмотрел статус здоровья: шестьдесят девять процентов. Энергия истратилась на две трети, но потихоньку восполнялась, пока мы просто ходили.</p><p>— Ты служил в команде Олоннэ. Нес рундук на Саоне, слушал их разговор с Пьером. — Я говорил коротко, рублено, ожидал внезапной атаки. — Одного из плененных испанцев укусила змея — из-за него уронили пушку. — Я громко топнул дважды. — Адмирал тогда попросил, чтобы ты заменил его. Они с Ле Пикаром тогда обсуждали чертежи османских пушек. Потом пещера. Огромная. Просторная. Тоннели. Сокровищница. Там-то тебя и застрелили. — Я вновь топнул дважды.</p><p>Финнан замер, как камень. Он больше никуда не шел. Не приближался и не удалялся, не заходил сбоку. Лишь продолжал держать боевую стойку. Грудь его высоко вздымалась. По лбу стекала капля пота. Из разбитых губ — кровь.</p><p>— Ты сговорился с Ле Пикаром. Спустя год вы прикончили Олоннэ, но ценой бойни с корсарами Бродара Смита. — Я вновь топнул дважды. — Тогда часть пещеры обвалилась. Я прав, Финнан?</p><p>— Ясно, — ответил он так, словно решил головоломку. — Вуду? Сантерия? Али шаман какой напел? — спрашивал он на полном серьезе.</p><p>— Нет. — Я расстегнул рубаху посильнее, открывая вид на шрамы ягуара. — Семис.</p><p>На сей раз пришло время удивляться стоявшим по сторонам карибам. Некоторые из них приспустили маски, другие зашептались друг с другом, третьи судорожно взялись за копья. И тут я прокричал то, что смог заранее выудить у Нэхуэля во время переписки, пока ждал своей очереди:</p><p>— Утурунку! Баджунку! Макори! — На этом моменте я ткнул пальцем себе в грудь, глядя в лица карибов. — Ксибипиио парана карибе! Ана кариба роте? — Последнее было вопросом, а не утверждением. — Ана гуатиао!</p><p>— А ну хорош, — грозно, но как-то мягкотело ответил Финнан, озираясь по сторонам. Индейцы недоуменно отступили. — Если ты думаешь, что они…</p><p>Его речь прервали крики. Разносились они издали, но для меня в них угадывался голос Фельдмаршала. Я даже не смог разобрать, что он кричал — но кричал он по обычаю буйно и возбужденно.</p><p>Карибы начали переговариваться друг с другом. Часть из них бросилась в сторону поселения с копьями наперевес. Что их так напрягло, сам так и не понял. Но, похоже, за крики Фельдмаршала они приняли приближающихся чужаков, и потому встрепенулись.</p><p>— Пора с тобой кончать, тысяча медуз мне в суп! — бросился на меня Финнан.</p><p>Вот уж не ожидал, что он пойдет на такое. Ведь пару минут назад гигант едва не лишился сознания, а теперь вновь бежит вставать на те же грабли? На этот раз я даже не планировал далеко отскакивать — хватит и стандартного нырка. Вот только…</p><p>Время действия автоподбора навыков прекратилось. Мне удалось увернуться от первой атаки, пнуть по икре во время второй. Но затем Финнан смачно заехал в висок. Меня повело в сторону. Он схатил меня за затылок обеими руками и потянул вниз, пока его колено не столкнулось с моим подбородком. Мир перед глазами померкнул.</p><p>Я даже не ощутил, как приземлился на землю. Не ощутил, были ли глаза открыты или закрыты — перед взглядом мельтешили вспышки, голова шла кругом.</p><p>— А вот теперь — не повезло, — сквозь некий звуковой барьер эхом донесся до меня голос Финнана.</p><p>Сразу после этого пелена спала, глаза открылись. Гигант высился надо мной, замахиваясь сапогом, чтобы ударом по лицу отправить меня на респаун.</p><p>Но не успел. На спину ему внезапно запрыгнула Аннели, обхватив его корпус ногами, а предплечья пиратки плотно взяли замок на шее врага. Она увела Финнана в партер — они завалились назад, пропали из моего поля зрения. А у меня вдруг появились силы и желание продолжать.</p><p>Пока я вставал на ноги, то попытался сообразить, что вообще происходит. Аннели и Финнан успели подняться. Оставшиеся карибы не решились сейчас останавливать Аннели — иначе бы ни осталось никого, кто сторожил бы оставшихся двух пленных. К тому же мои слова подействовали на них точно гипноз, на это я и рассчитывал. Складывалось ощущение, что им самим уже было интересно, чем все это кончится.</p><p>Но как пиратка оказалась здесь? Среди двух связанных корсаров ютилась обезьянка. Хм, пока Фельдмаршал отвлекал стражников, кое-кто незаметно разрезал веревки. Занятно. Вдвойне занятно, что Аннели решилась на это именно сейчас — не захотела допустить моей смерти.</p><p>Финнан увидел, что я вставал.</p><p>— Все еще на что-то рассчитываете? Ну-ну, крысы сухопутные!</p><p>Пиратка накинулась на него с бешеной серией ударов. Гигант вовремя выставлял руки для защиты, но вот увороты… Как принято говорить, «в тайминги не укладывался». Аннели все время меняла дисклокацию, вынуждая соперника открываться фронтально. Профессиональный ММА-боец вроде какого-нибудь Сильвы Андерсона, пожалуй, легко бы увернулся от любого из поставленных ударов. Но побитый и замотавшийся Финнан не поспевал. А пиратка усиливала напор — чаще переходила на ноги, ускорялась.</p><p>Но чего у гиганта было не отнять, так это работающих мозгов. Он никогда не видел наши современные смешанные единоборства, но точно знал, что его преимущество — в весе. И потому просто пытался завалиться на Аннели. В итоге Финнан врезал ей в нос своим лбом, а затем перехватил пучок светлых волос, оттягивая вверх. Не успев среагировать — точнее, просто не дотянувшись до врага лица — Аннели получила удар в грудь, затем в щеку. Гигант собрался сделать греко-римский бросок, но вмешался я.</p><p>Пнул носком сапога по его обратной стороне колена, уходя на разворот. Пнул по спине, затем развел руки в стороны и синхронно заехал ими Финнану по ушам, после чего довершил дело коленом о позвоночник. Из носа гиганта хлынул новый поток крови. Пиратка высвободилась, а Финнан осел на колени, опуская руки.</p><p>Аннели тут же пнула его в грудь, потом смачно ударила кулаком в скулу и собралась продолжить, но жестом я остановил ее. Пиратка недоверчиво хмыкнула, будучи наготове. Осмотрелась по сторонам, но опасности со стороны карибов не наблюдалось, и отошла на пару шагов.</p><p>— Не знаю, Финнан, зачем все это, но мы тебе не враги. Тебе не интересно, откуда я знаю о твоей жизни? И что мы здесь делаем?</p><p>Разговаривать со спины — не комильфо. Я обошел гиганта и заглянул ему в глаза. В них была вселенская усталость, да и на лицо не посмотреть без содрогания. Финнан уставился в одну точку, рот его был приоткрыт, из него плавно опускалась вязкая капля крови.</p><p>— Молчишь? — нетерпеливо рыкнул я. — Ну тогда слушай. Выступая против меня, ты выступаешь против своих старых соратников. Бродар Смит погиб, помогая мне. Джордан Бланк поручил найти то, что должно быть здесь.</p><p>Губы здоровяка медленно растянулись в улыбке. Наивной такой, простодушной — может, даже безумной.</p><p>— Какие же вы все идиоты. Если ты не лжешь, то кто-то из них знатно облажался. Гарпун мне в ногу, какой бес тогда заставил вас явиться сюда?</p><p>Финнан рухнул на землю, уставился взглядом в небо. На наши оклики он не реагировал — просто балдел, словно сильно напился. Вообще-то если посчитать число ударов, которые он сегодня получил в голову, эффект должен быть не хуже выпивки. Другой бы на его месте давно бы отъехал в сундук Дейви Джонса.</p><p>Но потом старый пират заморгал, огляделся, с кряхтением поднялся.</p><p>— Вас где-то развели, — сказал он.</p><p>Об этом я уже догадывался. До схватки я думал в основном о том, как можно заставить такого врага заговорить. Во время — как не убиться самому. А вот сейчас перед глазами стояли воспоминания о том, как легко Ричард Норман давал нам координаты. Как легкомысленно отправлял нас на столь гиблое дело. Нет, он мог, конечно, не знать, что случилось с этим островом за последние лет… тридцать? Только что-то подсказывало мне, что контрабандист знает гораздо больше, чем хочет показать.</p><p>— Ричард Норман, да? — спросил я Финнана, который медленно поковылял к своей трости.</p><p>— Присядем, — сказал он, указывая на свободные чурбаки недалеко от кострища.</p><p>Ни я, ни Аннели не откликнулись на предложение, предпочитая стоять. Зато сам Финнан плюхнулся, вытирая лицо жилеткой, затем подозвал на карибском оставшихся индейцев. Те притащили полный кувшин, и гигант хлебнул из него, после чего продолжил.</p><p>— Не надейтесь, что я извинюсь за павших. Такова участь всех, кто приходит на эту землю. И не надейтесь, будто я считаю, что вы попали сюда незаслуженно. И не смейте укоризненно пенять, мол, какой я жестокий и бесчеловечный, раз позволяю местным кушать людей. На то воля моя, и не вам меня судить, вот и все тут. Еще давно мы с Норманом договорились о сделке. По ее условиям он присылает на этот остров всякое отребье, которое нужно проучить, запугать, уничтожить — по обстоятельствам. В обмен я получаю от него интересующие меня вещи и продовольствие. Но вы не такие, как все, — сплюнул он. — Как тебя звать? — уставился он на меня.</p><p>— Рудра.</p><p>— Рудра, — кивнул Финнан. — Я сразу понял, что ты за главного. А ты?</p><p>— Аннели.</p><p>— А я Финнан Хорингтон. Собственно, вы это и так знали, судя по всему. Признаюсь, я впечатлен, Рудра. Я много чертовщины повидал за жизнь и знаю, что ничему доверять нельзя — иногда даже собственным ушам. Но сказанное тобой задело мои душевные раны. Вдвойне удивлен, что Смит откинулся так поздно. Ему следовало это сделать на дюжину лет раньше, а он, значит, протянул, дрянь морская. Будь моя воля…</p><p>— Чертежи, — надавила Аннели, делая вид, что ей неинтересен этот разговор.</p><p>— Ты не поняла? — горько усмехнулся Финнан. — Тут никогда не было никаких бумажек. Норман вас надул, как прокручивал это сотни раз до этого. Не знаю, какого дьявола он так с вами. Да и мне следовало бы вас прихлопнуть, однако вы смогли меня поразить. И моих карибов тоже.</p><p>— Зачем все это, Финнан? — спросил я. — Не с кем больше подраться?</p><p>— Ну, может и так. Я всю жизнь отдал разбою. Ничему другому так и не научился — по крайней мере настолько хорошо. Иногда мне кажется, что жизнь моя давно закончилась, и все происходящее — дурман, не выпускающий меня с этого острова. Здесь месяцами ничего не происходит, а размеренная жизнь… Как болото с желтой лихорадкой. Хоть старайся, вертись, крутись — и все равно в трясине.</p><p>— Ты знаешь, где могут быть чертежи?</p><p>— И Норман, — злобно вставила Аннели. — Я повешу его за…</p><p>— Ни того, ни другого не знаю. Что-то глубоко внутри меня подсказывает, что если вы все еще живы — значит, ответы на оба вопроса найдете сами. Я лишь скажу моим людям проводить вас. Заслужили, чертяки.</p><p>— И на том спасибо, — сказал я, и повисла долгая тишина. Тогда я продолжил: — Только понять не могу, откуда в тебе столько милосердия? Почему не решил нас добить?</p><p>— Думаешь, стоит? — изогнул он бровь. — Знаешь, Рудра. Я должен благодарить вас. Эта кровь, — вытер он губы, — эти раны, эти гематомы… На миг вы заставили почувствовать меня живым.</p><subtitle>* * *</subtitle><p>Лодки одна за другой отчаливали от берега. Там, на кораблях, уже кипела работа — была дана команда готовиться к отплытию.</p><p>— Ну, нам пора, — сказал я Финнану, намереваясь толкнуть оставшуюся шлюпку.</p><p>— Не торопи события, — проворчал он. — Подойди.</p><p>Гигант запустил пятерню в мою бороду — не такую здоровую, как отросла на нем самом. Своими пухлыми пальцами он умудрился за пару минут связать мне тонкую косичку, да еще и продеть в нее пару бусинок. На мои попытки отказаться от такого дара Финнан вполне серьезно дал понять, что лучше предпочтет убить нас прямо сейчас, чем просто отпустить.</p><p>— Так ты будешь выглядеть более грозно, — закончил он. — Теперь ты.</p><p>Выскочило уведомление:</p><p>Внимание! Развит скрытый навык «сложная дипломатия»</p><p>Награда:</p><p>+5 к Интеллекту</p><p>+100 к репутации с Финнаном Хорингтоном (информация скрыта)</p><p>Энергия восстановлена.</p><p>Тем временем Финнан переключился на Аннели и продел несколько бусинок на ее светлые волосы. Похоже, нас обоих это веселило — с каким серьезным лицом здоровяк занимался такими пустяковыми, в общем-то, делами.</p><p>— Не могу пожелать вам наведаться сюда повторно. Сами знаете, карибы могут сделать все, что угодно. И потому не смею говорить «до встречи».</p><p>— Может, с нами? — предложил я. — Повидаешь Нормана. Вместе надаем ему по щам. Развеешься.</p><p>— Нет, — обреченно ответил Финнан. — Мое место здесь. Я сам обрек себя. Здесь то, что я заслужил, и другому не бывать. Желаю вам никогда не превратиться в то, во что превратился я.</p><p>Говорить было больше нечего. Мы отчалили.</p><p>— Вот же съехала у него крыша, — задумчиво сказала Аннели с улыбкой на лице. Несмотря на все, «презент» ей, судя по всему, понравился.</p><p>Впечатления о Финнане у меня сложились противоречивые. Он занимался аморальными вещами, убивал путников, поощрял среди индейцев каннибализм — пусть конкретно мы и не были тому свидетелями. Однако оглядываясь сейчас назад, я видел не монстра, а вполне понятного человека с непростой судьбой. И потому мне не хотелось сплетничать о нем с Аннели. Было в этом что-то… предательское? Он — всего лишь непись? Возможно. Но в нем я видел гораздо больше живого и настоящего, чем в некоторых вроде бы «живых» людях.</p><p>Мы преодолели лабиринт мангровых лесов и вернулись на корабли. Фельдмаршал весело летал над палубой, исторгая хохот — в общем, ничего нового. На шканцах столпился народ — что-то обсуждали.</p><p>— Да, — печально говорил Менестрелиус, отвечая на какой-то вопрос Лилит. — Парсик дрался как демон. Не меньше, чем любой из нас. Но видела бы ты того амбала — понятия не имею, на каких стероидах он сидит.</p><p>— Если бы не Парсик, — вставил слово Коур, — я бы не выдержал и десяти секунд. На меня-то этот здоровяк вышел уже сильно побитым и усталым. Поэтому я продержался почти столько же, как Парсик.</p><p>— Ну а вы, кэп? — заметил меня Менестрелиус и явно намекал подыграть. — Вы-то хоть побили рекорд Парсика?</p><p>— Увы, — отрицательно покачал головой я. — Меня спасла Аннели.</p><p>— Судя по вашим рассказам, у нее это уже входит в привычку, — заметил кто-то из матросов.</p><p>— Ладно, — подытожил боцман. — А ну все за работу! Шустрее, шустрее! Кэп, какие будут указания?</p><p>— Надо наведать одного веселого контрабандиста, — ответил я, непроизвольно хрустя костяшками.</p></section><section><title><p>Глава 7 Гваделупа</p></title><p>Глава 7 Гваделупа</p><p>Море кипит боями. Мимо нас проплывают обломки, фрагменты мачт, бочки. Корабли сходятся в пушечных баталиях и абордажах, прощупывают воды, оценочно приближаются к нам как хищные рыбы. Если бы не первоклассный фрегат Аннели, нашу «Рапиру» давно сожрали местные пираньи. Не акулы — эти не побрезгают и пираткой; ни уровень корабля, ни клан им не помеха.</p><p>Но сейчас море кишело мелкими парусниками, готовыми нападать стаями. Не проходило и часа, как где-нибудь на горизонте громыхали пушки, а силуэты мачт спутывались воедино. Если же встречались торговые суда, то почти всегда с большими конвоями — по одиночке в этих водах не выжить.</p><p>— Странно, что почти не видно испанцев, — заметил Адриан, в очередной раз заглядывая в окно каюты.</p><p>— Ничего странного, — ухмыльнулась Лилит, заполняя бортовой журнал. — Подветренные острова делят французы с британцами. И, разумеется, тут разгуливает всякое отребье вроде…</p><p>— Нас? — подшутил Адриан, но быстро опомнился. После трех выпитых бутылок рома он был навеселе.</p><p>— Нас это отребье как раз не трогает, — вмешался я, почесывая хохолок Фельдмаршала. — Мелкие каперы, независимые пираты…</p><p>— Островов много, и каждую вылезающую над водой горсть земли кто-то жаждет занять, — вставил Менестрелиус. — Все как обычно. Ну что, еще партеечку? — Он перекидывал из одной руки в другую колоду потрепанных карт.</p><p>— Пожалуй, с меня хватит, — устало выдохнул Адриан, с содроганием поглядывая на четыре бутылки, стоящие на столе. Одну из них пришлось залпом выпить мне, три других старпому. — Вот уж никогда не думал, что играть на выпивание будет так мучительно.</p><p>Адриан пропустил всю заварушку с карибами, но ему живописно донесли ситуацию остальные. Так уж выходило, что всегда кто-то из команды отсутствовал — и это хорошо, потому что во время, когда нет меня самого, «Рапире» нужна замена.</p><p>— Попроси у кока заварить тебе йерба мате, — сказала Лилит. — Ту самую индейскую траву, что в качестве презента оставил нам Нэхуэль. Отрезвляет.</p><p>В ответ Адриан лишь махнул рукой, пошатываясь идя к выходу.</p><p>На палубе тем временем командовал шкипер. На Николаса еще никто не жаловался — как-никак, сказывался его опыт в «Бочке пороха». В то же время он казался каким-то нелюдимым и молчаливым, предпочитал находиться в стороне от любого веселья. Даже выпить он соглашался лишь тогда, когда его настойчиво просили составить компанию. Но и сам шкипер ни на что не жаловался. Может, привыкал к новой команде.</p><p>Матросы весело распевали шанти — морские песни, которые задавали отличный ритм для работы. А я тем наслаждался компанией ребят в каюте. За последнее время они стали почти родными… И это при том, что по-настоящему я не знал ни одного из них. Но, как говорил Илюха, именно на «Карибах» — в боевых условиях и командной работе — раскрывается характер каждого.</p><p>А корабли тем временем несли нас к берегам Гваделупы. Именно здесь, согласно информации одного из людей Котэ, остановился Ричард Норман. Ответа на вопрос «когда он успел?» не знал никто — говорили, что контрабандист просто покинул Картахену сразу же, как отчалили пираты.</p><p>Гваделупа встречала нас высоченными мысами. Отвесные склоны гор, в какой-то момент перетекающие в отлогие, тянулись на долгие километры. Казалось, если на них взобраться, окажешься где-то на уровне облаков. Идеальные наблюдательные посты — по крайней мере, в ясную погоду.</p><p>Время от времени мы замечали небольшие форты и смотровые вышки. Сама же французская колония под названием Бас-Тер показалась лишь часом позже. Не знаю, как обстояли дела с этим местом в реальности, но в виртуале французы плотно оккупировали остров. И поражала здесь не гавань, вбирающая в себя свыше сотни кораблей и растянувшаяся на пару миль, а город. В традициях итальянского Ренессанса он возвышался по склону и уходил далеко за его пределы. Этакое нагромождение муравейников — один на другом.</p><p>«Рапиру» пришвартовали следом за фрегатом Аннели. Портовый агент уже выжидал нас на причале, а вахтенные на ближайших суднах оценивающе посматривали на наши корабли. Я заранее прикидывал, как мы будем действовать. Брать ли с собой команду? Тащить толпу пиратов через город, в котором мы никого не знаем, не лучшее решение. Что вообще это даст? Возможность утроить пальбу, сражение, захват? Не то место. Если мы наделаем грязи, едва ли нам позволят просто так отсюда уйти. Слишком все строго. Нам с Аннели уже не привыкать действовать скрытно — легче затеряться в толпе. Однако подстраховка тоже не помешает.</p><p>— Коур, Фрингилья, Адриан — беру вас с собой, — объявил я, готовясь спуститься на причал по трапу. — Остальным — слушаться боцмана. Лилит, с тебя расплатиться портовому агенту и подыскать, куда можно сбагрить груз в трюме. Команде ходить в город не возбраняется, но в случае сигнала все должны быть готовы к отплытию. Или к тому, чтобы явиться в назначенное место.</p><p>Аннели была уже наготове. Она тоже взяла с собой нескольких корсаров. Их лица я помнил — когда-то именно с ними пиратка вытащила меня из Санто-Доминго.</p><p>— Кэп! — окликнул меня Менестрелиус. — Ваш Фельдшпудель хочет с вами.</p><p>Попугай вспорхнул с руки боцмана и приземлился мне на плечо. Я хотел уже возмутиться, но добродушные глазки попугая моментально заставили меня передумать. Питомец действительно был рад отправиться со мной. Если будет надо — просто заставлю его улететь. А прогулка ему не помешает.</p><p>— Взял четверку своих лучших бойцов? — кивнула мне Аннели.</p><p>— Тройку, — поправил ее я.</p><p>— Тогда кто-то из них лишний, — усмехнулась пиратка, окидывая взглядом Адриана, Коура и Фрингилью.</p><p>— А! Ты посчитала еще и Фельдмаршала? Спорить не буду, боец из него тот еще. В битве при Нассау он это не раз доказал.</p><p>— Вот и отлично. — Аннели поравнялась со мной, идя рядом. — Если твой папуг раздерет когтями лицо Нормана, я готова купить ему хоть целый склад зерна. Делай что хочешь, но на этот раз я не дам этому пьянице отвертеться. Куда нам?</p><p>— Может, ты удивишься, но место все то же. — Я в очередной раз перепроверил последние сообщения от Котэ. Ошибки быть не могло. — Таверна «Восходящее солнце».</p><p>— Наверняка бордель, — фыркнула Аннели.</p><p>Пристань кончилась, выпустила нас в городской поток, и мы продолжили путь молча. Говорить в таком шуме желания не было, потому что создавалось ощущение, словно находимся на базаре.</p><p>В каком-то смысле так оно было: рядом с доками торговали морскими побрякушками и корабельными причиндалами. Несколько кучеров приглашающе зазывали прокатиться по городу на бричках и каретах, кто-то даже обещал обзорную экскурсию. Матросы загружали товары в телеги и повозки. Другие, напротив, крепили ящики к сей-талям, чтобы поместить их в лодки или корабли.</p><p>Фрингилья от нас отстала, а через минуту бесцеремонно догнала с порубленным кокосом в руке и вставленной в него бамбуковой трубочкой. В растянувшихся рыбных лавках предлагали омаров, здоровенных марлинов с острым носом, дорадо и барракуд. И при всем при этом портовые улицы не выглядели слишком уж сумасбродно. Наверняка для продажи нужна лицензия, а значит, торговлей занимались не кто попало. Просто приток гостей на остров позволял делать бизнес практически «не отходя от моря».</p><p>Давно я не бывал во французских городах — а если не считать бандитский Порт-о-Пренс, то и не был вовсе. Сходу и не скажешь, что в городах Гваделупы такого особенного. Синяя солдатская форма? Непривычно, но это точно не главное отличие. Порядок? Да уж: после развратного Нассау и разрушенной Картахены колония казалась идеалом законопослушности — даже несмотря на шумиху. Но мне ли не знать, что под внешней оберткой может таиться что угодно? Гавана это хорошо показала, а ведь мы копнули там лишь верхушку айсберга. Сговоры и интриги, контрабанда с участием губернатора, криминал в руках аристократов…</p><p>— Насколько хорошо велась слежка за Норманом? — заговорила Аннели, когда мы свернули с шумной улицы на более узкую. — К чему готовиться?</p><p>— Котэ оставил на Картахене своего человека, — начал я пересказывать пиратке то, что узнал сам. — Тот держался на расстоянии, но из виду контрабандиста не выпускал. Когда пираты отчалили, Норман сел на борт зашедшего в бухту грузового флейта, на котором нашлись игроки. Агент подкупил их, пообещав награду за передачу сведений, где сойдет Норман.</p><p>— Какой уровень профессионализма! — ответила Аннели. — Шпионаж высшей пробы. Думаю, твой Фельдмаршал мог бы справиться не хуже. И с чего тогда…</p><p>— Это еще не все, — прервал я поток сарказма. — Не знаю, почему они практикуют такой подход, но, видимо, есть причины.</p><p>— Просто твой Котэ слишком прагматичен, чтобы отправлять топового бойца таскаться на дряхлом паруснике. Проще заплатить.</p><p>— Не без этого, — кивнул я. — Тем не менее, уже заранее было известно, где сойдет Норман, и потому в Гваделупе его встречал специально нанятый человек. Нет смысла таскаться по всем «Карибам», когда в любом крупном городе можно нанять профессионалов.</p><p>Для Аннели, возможно, это было как раз непривычно. Ведь по сути-то ее клан никогда не был частью чего-то большего, кроме собственного корабля. Она не налаживала связей с другими кланами, не занималась крупной торговлей — и просто никому не доверяла. В то же время «Пришествие дна» шло по иному пути.</p><p>— Допустим, — продолжила Аннели. — Его местоположение не утеряно? Сунувшись в притон, мы не спугнем эту пьянь?</p><p>— Нас встретят. И да, Аннели, чтобы ты знала: на сей раз и я не прочь сходу начистить ему морду. Главное, не перестараться.</p><p>Городские улицы вели нас в гору. Вид отсюда открывался завораживающий, но уже быстро темнело. Бас-Тер отливал огнями, распластавшись по всему побережью. С высоты склона противоположные части города сейчас походили на скопления светлячков, поднимающихся снизу вверх.</p><p>Другой особенностью колонии стало большое количество неписей. Или корректнее сказать — малое количество игроков? Не знаю. Но разница ощутима: местные жители ведут себя тише, одеваются аутентичнее, разговаривают почтительнее. Словно окунаешься в настоящую эпоху Ренессанса.</p><p>— Он на втором этаже, — хмуро произнесла незнакомка, внезапно вышедшая из темноты нам навстречу. На ней был коричневый балахон, не по размеру большой. Кромка капюшона доходила до самых глаз, но в отсутствии хорошего освещения мы не видели и их. — По лестнице наверх, дальше двери по правую сторону. Он ваш.</p><p>С этими словами она растворилась в темноте.</p><p>Я огляделся. Как-то мы упустили момент, когда приблизились к таверне… Несколько фонарей освещали округу. Двухэтажное каменное здание с вывеской «Восходящего солнца» расположилось в самом начале переулка. Вход просторный, двери массивные. Черный ход наверняка выводит во внутренний двор, до которого отсюда никак не добраться, с какой стороны не заходи.</p><p>— Ждите здесь, — сказал я своим людям, пересаживая Фельдмаршала на плечо Адриана. — Следите за входом и за теми, кто будет входить и выходить.</p><p>— Мои ребята займутся крышами, — бросила Аннели. — Еще неизвестно, как оттуда придется уходить, так что прикинем любые варианты.</p><p>— Согласен, — ответил я. — А сама готова? Тогда пошли.</p><p>Заходить в очередной норманский бордель, даже будь он стилизован под таверну — сущий пустяк по сравнению с резиденцией губернатора или покоями Шенли Цуаня. Поэтому подходили мы уверенно, нам не привыкать. Это Норман должен удивляться нашему появлению. Но вышло наоборот.</p><p>Длинные комфортабельные столы с дорогими диванами. Дорогие зеленые обои с заковыристым узором. Большой бильярдный стол с золотой отделкой — и игроки, напоминающие королевских мушкетеров. Официантки в фартуках разносили еду и напитки. При звуки открывшихся дверей посетители повернули головы к нам, но удостоили лишь короткого взгляда. Словно по одежде было видно, что нет в нас ничего аристократичного, а значит, мы не представляем для них интереса.</p><p>Нас поприветствовал официант в черном сюртуке и шляпе-цилиндре, но Аннели уже поднималась на второй этаж — лестница встретилась почти сразу. Наверху столов уже не было, вместо них всюду стояли двери. Вероятно, здесь уже снимали целые банкетные залы. Наш «банкет» намечался за ближайшими дверьми по правую руку.</p><p>Аннели замахнулась ногой, чтобы открыть ею дверь, но я остановил ее за плечо.</p><p>— Сперва надо убедиться, — прошептал я и дернул за ручку двери.</p><p>В комнате сидел Норман. Он почти не изменился с прошлой встречи: все та же шляпа с зеленым пером, бардовая жилетка поверх белой рубахи. Напротив контрабандиста — какой-то дворянин в пышном золотистом дублете. А по бокам от входа стояли двое стражников с синими плащами. Они моментально хватились за небольшие пистолеты, стоило нам сделать шаг в комнату, и направили их на наши головы.</p><p>— О! — воскликнул Ричард Норман, завидев наши физиономии. — У! Вы вернулись?.. Уже вернулись? Все нормально, это мои ребята. — Он махнул рукой гвардейцам, но те посмотрели на второго сидящего за столом человека. Тот едва заметно кивнул, и тогда оружие убрали, разрешая нам пройти.</p><p>Аннели, похоже, уже была готова убивать всех подряд, но держала себя в руках.</p><p>— Не стесняйтесь, проходите! — продолжил Норман, а затем, положив руку на грудь, обратился к человеку напротив. — Прошу меня извинить, они, верно, совсем замотались и не знали, что я буду с вами. Господа, рад вам представить: Габриэль-Матьё де Кльё, губернатор острова Гваделупа собственной персоной!</p><p>Де Кльё посмотрел на нас брезгливо — во всяком случае, мне так показалось — но ничего не сказал. Он и не заметил, что мы не стали ему кланяться в знак приветствия или как-либо иначе показывать свое почтение. Напротив, на щеках губернатора играли желваки, словно ему не терпелось со всем этим покончить. Ему на нас вообще было плевать.</p><p>— И только попробуйте в этот раз отказаться со мной выпить! — как ни в чем не бывало продолжил Норман. — Присаживайтесь-присаживайтесь. Вы никак не помешаете нашему разговору, даже наоборот. Габриэль, сейчас я тебе их представлю и объясню, почему они здесь тоже нужны.</p><p>А мы с Аннели так и не проронили ни слова, только недоуменно переглянулись. Даже друг другу сообщений не отправили, чтобы обсудить план действий — в голову попросту ничего не лезло. Дать подзатыльник Норману — сразу застрелят гвардейцы. Начать с них? Рискованно и безрассудно. К тому же если это губернатор, охраны здесь должно быть больше — просто она не на виду. Надо выкручиваться из ситуации как угодно, пока Аннели не успела нахамить или сломать кому-нибудь нос. Она ведь может.</p><p>— Доброго вечера, — приспустил я край треуголки и прошел к столу. — Мы вообще-то к господину Ричар…</p><p>— Не утруждайся в оправданиях, мой друг, — продолжил контрабандист. — Садитесь же.</p><p>Я сел рядом с Норманом, который уже расставлял нам чистые бокалы под вино, Аннели — ближе к губернатору.</p><p>— Ну, сперва за встречу. Ничто в этом мире не происходит случайно. До дна, друзья мои.</p><p>Мы символически чокнулись бокалами и пригубили вино. Атмосфера стояла какая-то напряженная. Губернатор не выглядел дружелюбно, про нас и говорить нечего. Один только Норман играл тамаду.</p><p>— Хотелось бы сперва все-таки прояснить насчет кофе, — холодным и безразличным тоном проговорил де Кльё, нетерпеливо глядя на Нормана. — Нужно наладить поставки по всем Малым Антильским островам.</p><p>— Кофе, да, — кивнул тот. — Все будет сделано. Но сперва вот чего мы проясним-ка. — Под конец фразы голос Нормана изменился, стал ниже и серьезнее.</p><p>Когда он договаривал эти слова, я начал кое-о-чем догадываться. Мы облажались. Полностью. Тело пронзило странным судорогами. Закололо кончики пальцев. Ноги уже не слушались. Рот онемел так, словно вкололи сильную анестезию. Ни говорить, ни двигаться я уже не мог — даже взгляд слегка помутнел. Краем глаза я наблюдал, что с Аннели происходит все то же самое. Мы оба, словно зомби, нависли над столом в неестественных позах.</p><p>— Они парализованы, — проговорил Норман. Его тон сменился с веселого на строгий. — Яд будет действовать достаточно долго, чтобы бросить их в карцер. Это преступники, Габриэль. Особо опасные и давно разыскиваемые Французской короной.</p></section><section><title><p>Глава 8 Водолазный колокол</p></title><p>Глава 8 Водолазный колокол</p><p>Не знаю, как чертов Норман провернул отравление. Нет, с вином-то все понятно — он разливал его по бокал, он и подсыпал нам какую-нибудь хитрую отраву. Но ситуация была паршивой. Любой сильный яд блокирует возможность отправлять сообщения — в свое время я в этом вдоволь убедился на Саоне, когда индейцы снимали вахтенных с галеона. Сейчас же это работало против нас.</p><p>Все было как в тумане. Я едва видел и слышал, как меня несут вперед ногами. Как закидывают в кузов брички, как везут по ночному городу, как тащат в какой-то подвал, волокут по извилистым коридорам и наконец бросают за решетку. И лишь тогда меня наконец отпускает — и то не мгновенно.</p><p>Судя по всему, Аннели оклемалась чуть раньше. Она нервно расхаживала взад-вперед, отмеряя шаги от решетки до противоположной стены камеры. На руках у нас висели кандалы, и каждое движение пиратки сопровождалось скрежетом толстой цепи.</p><p>— Доброе утро, — прошипела она, когда я прислонился спиной к стене и, глубоко выдохнув, запустил в волосы пятерню пальцев. Голова все еще кружилась, зрение тоже возвращалось не сразу.</p><p>— Мы его упустили? — сонно спросил я, цепляясь за воспоминания.</p><p>— Не совсем. Мои люди выследили его, но толку-то?</p><p>Я попытался встать. Подошел к решетке, окинул взглядом коридор. Двое солдат неторопливо разгуливали по нему. В других камерах никого не было видно, хотя тюрьма, судя по всему, длинная — пленных могут держать и на расстоянии друг от друга. Вот только каких еще пленных? К чему нам вообще… вот это вот все?</p><p>— Почему не логаут? — недоумевая спросил я.</p><p>— Решила предварительно обсудить это с тобой.</p><p>— Вот как? Ценю. — Я прогулялся по камере, вновь прижался спиной к стене и лениво сполз вниз. — И все же делать нам тут нечего. Время работает не в нашу пользу, и к тому же обычно меня спасаешь ты, а на сей раз ты и сама со мной за решеткой. Ничего не выйдет.</p><p>— Не все так просто, — ответила она, устало усевшись рядом. — Я уже написала тем людям, что выслеживали для нас Нормана. Без них у нас все равно мало что получится, так что ждем.</p><p>— И много они запросили? — спросил я. Ни одна гильдия шпионов и воров не будет работать бесплатно, тем более наводить шум вроде вытаскивания заключенных из местной тюрьмы.</p><p>— Порядочно. Но манускрипт стоит больше.</p><p>Я не стал говорить, что пока он не стоит ничего. Вместо этого наконец посмотрел личку. Адриан засыпал меня потоком сообщений, на которые не было сил отвечать. Мои ребята увидели, как нас выносят из здания, и догадались последовать за бричкой, в то время как Норман остался под наблюдением корсаров Аннели. Во всяком случае, мне хотелось так думать, но пока мы тут — все это не столь важно, для начала нужно как-то отсюда выбраться.</p><p>Только вот вместо эффективного спасения к нам явилась… обезьянка Аннели! Натуральный комок шерсти, который можно уместить в ладони, шмыгнул между прутьев и добрался до пиратки. В зубах у карликовой игрунки — а именно такой породы, судя по всему, был питомец — висела связка ключей.</p><p>— Ну привет, Изабель, — улыбнулась ей Аннели. — А ты сегодня с подарочком!</p><p>Пиратка взяла в руки ключи, оценивающе взглянула на них, затем сказала:</p><p>— Кандалы давай сюда.</p><p>Мне не привыкать. Уже через считанные секунды с моих рук пал тяжкий груз, и теперь я сам проделал аналогичную процедуру с замком у Аннели. Второй ключ наверняка предназначался от двери камеры. И как только эта обезьянка умудрилась их добыть? Или ей кто-то помог? Почему бы тогда не помочь и нам сразу? Мы безоружны, а в коридорах стражники — пасть от пистолетной пули будет глупо.</p><p>Словно ответом на мои размышления эхом донесся голос. Голос Фельдмаршала. Он повторял команды Менестрелиуса, как делал это много раз на корабле. Но солдаты этого, конечно же, не знали. Вероятно, они решили, что дело срочное, и двинулись на голос. Путь был свободен — но только до первого поворота.</p><p>Мы осторожно отворили дверь, вышли в коридор. Впереди побежала обезьянка, словно это был котенок с хвостом раза в два длиннее, чем по идее должен бы быть.</p><p>— У тебя есть оружие? — спросил я, проверяя собственный пояс. Ни пистолетов, ни ятаганов. Надо бы завести привычку носить с собой еще хоть что-нибудь на такие случаи.</p><p>— Кое-что есть. — Аннели тоже обшмонала собственную одежду, но достала лишь мельчайший тычковый ножик откуда-то из штанов. Да и ножом это с трудом можно было назвать — так, лезвие длинною с палец. — Но тебе не дам.</p><p>— А мне и не надо. — Я заприметил швабру, прислоненную к стене рядом с висящем факелом. Так себе оружие, но пусть будет хоть что-то.</p><p>За поворотом было пусто. Еще один длинный коридор, изредка освещаемый сальными свечами. Но на сей раз в камерах хватало людей. Разумеется, все неписи. Безумного вида старик, бормочущий что-то себе под нос. Молоденькая девушка с внушительным бюстом, жалобно стонущая у прутьев. Безрукий голый человек индейской внешности с бельмом на глазу и страшными шрамами. Полноватый мужчина в дорогом камзоле, что интенсивно расхаживал по камере, теребя кольцо с бриллиантом на пальце.</p><p>— Бьюсь об заклад, что разговор с каждым из них сулит цепочку местных квестов, — проговорил я.</p><p>— Как и везде, — ответила Аннели, вышагивая за Изабеллой.</p><p>— Тогда сломаем немного систему.</p><p>Ну а что? Ключ все равно остался у меня. И неудивительно, что он подходил сразу ко всем камерам. Изготавливать замок под каждую дверь — задача нетривиальная даже для реального мира. На здешних «Карибах» экономически, конечно, ситуация была получше — и ресурсов, и рабочей силы хватало. Но едва ли кому-то захочется таскать тяжеленые связки ключей, а потом каждый раз подолгу искать нужный. Тем более что неписи не менее ленивы и инертны, чем игроки.</p><p>Так вот и вышло, что спустя пару минут все камеры были открыты. Набиралась очень разношерстная компания на человек пятнадцать.</p><p>Аннели осталась ждать меня, хотя я подозревал, что она последует дальше. Пленники тем временем что-то тихо бормотали — понимали, что шуметь не стоит, рассыпались в благодарностях и предложениях, но больше тратить на них время я не планировал.</p><p>— И толку? — спросила меня пиратка, когда мы двинулись дальше.</p><p>— Пуль на всех не хватит. Смекаешь?</p><p>— Тогда нам следует пустить их первыми.</p><p>Но сделать этого мы не успели. На повороте обезьянка остановилась, резко повернула голову к нам почти на сто восемьдесят градусов — тело при этом не двигалось — и пронзительно-тонко пискнула.</p><p>Идут, поняли мы. Я вскинул руку, чтобы следующие за нами арестанты остановились. Все замерли в ожидании.</p><p>Но никто к нам не шел. Раздались выстрелы, за ними послышались крики и шум. Мы выглянули из-за угла: на лестнице, что вела вверх, стояли двое солдат. Их оттесняли вниз, а точнее, это делала Фрингилья, размахивающая длинным гарпуном, словно это было копье. И где только она его раздобыла? Переглянувшись, мы с Аннели кинулись вперед. Пока моя напарница обхватила противника за шею и прочертила на ней порез лезвием, я просто впечатался в спину второго стражника, и тот распластался на лестнице. Фрингилья довершила дело, мощно вонзив острие горпуна ему в плечо.</p><p>Однако настоящие проблемы были у Адриана и Коура. Они стояли в тройке метров от Фрингильи, но их тоже теснили к нам, и ребята отступали к лестнице. Коридор не позволял разместиться больше трем противникам в ряд, но французских солдат было много. Первые трое делали осторожные выпады длинными рапирами, стоявшие за ними — пребывали в готовности заменить их.</p><p>Значит, попытки моих ребят спасти нас не остались без внимания, и в тюрьму пришла подмога. Не знаю, скольких пираты успели убить ранее, но сейчас солдат было слишком много.</p><p>— Ну и где там наши наемники? — спросил я Аннели, понимая, что лезть на передовую нет никакого смысла. Нас просто заколят.</p><p>— Обещали быть здесь… прямо сейчас. — Она демонстративно поднесла руку к глазам, словно хотела посмотреть на часы.</p><p>В этот момент аккурат за нашими спинами громыхнул взрыв. Стена за углом обрушилась, раздавив обломками нескольких спасенных неписей. Все заволокло пылью и дымом, вызывающими кашель. Из дыры в стене показалась женщина с факелом в руках. На ней висел большой балахон с капюшоном до глаз, а рот закрывал черный платок. Та самая, что шпионила за Норманом.</p><p>За ней показались двое мужчин, чьи головы были обвязаны черными платками подобно арафаткам. В руках у них были увесистые пистолеты. Или это… Присмотревшись, я обнаружил, что в каждом оружии было сразу четыре ствола.</p><p>— Живы? — Незнакомка окинула взглядом придавленные трупы неписей, затем посмотрела на тех, кто не попал под обрушение — они в ужасе отступали, заливаясь кашлем. — Тогда поторапливаемся.</p><p>— Адриан, Коур! — крикнул я, пока выжившие неписи выбирались из здания — Сюда!</p><p>Через проем в стене мы вышли на улицу, где стояла ночь. Луна, едва проглядывающаяся сквозь облака, почти не давала освещения. Рядом стояли какие-то деревянные амбары, но было пустынно.</p><p>Мои бойцы выбрались наружу последними, и сразу после этого наемники направили пистоли на пролом. Когда в нем показались стражники, поочередно прогремели выстрелы.</p><p>Мы тем временем уже бежали мимо амбаров, пока не добрались до обрушенного деревянного забора. За ним нас ждали лошади, которых за поводья держали еще пятеро наемников в черных платках.</p><p>Все проходило в спешке. Я еще не успел толком осознать, чем таким мощным наемники умудрились взорвать крепкую тюремную стену, как они уже запрыгивали на лошадей и приглашали нас сделать то же самое.</p><p>— У кого проблемы с конной ездой — запрыгивайте вторыми, — дала указание наемница-главарь. Я так и не знал ее имени.</p><p>Получалось, что нас, пиратов, было всего пятеро. Я забрался к Аннели, Фрингилья и Коур — к наемникам, а Адриан выбрал себе собственную лошадь. Остальные арестанты тем временем разбегались во все стороны. Дело происходило уже на городской улице, но посторонних не наблюдалось. Неподалеку высилась темная фигура форта, нависающего над морем. Вниз по дороге тянулись дома, освещаемые редкими фонарями. Мы находились очень, очень высоко. Выше, чем было «Восходящее солнце». Но и здесь, судя по всему, Бас-Тер не кончался. Он просто был менее людным.</p><p>— Куда путь держим? — спросил я Аннели, когда мы выдвинулись.</p><p>— К Норману, куда же еще.</p><p>Но стоило нам двинуться вдоль забора, как за поворотом показалась толпа солдат. Те самые, что оцепили вход в тюрьму. Наемники на скаку открыли огонь, заставляя стражников рассыпаться по местности. Кто-то взмахнул сверху клинком, и голова одного из солдат отделилась от тела, подлетев. Она бешено закрутилась словно мяч и разбрызнула струи крови. Фрингилья вонзила гарпун в грудь другого стражника, и его тело так и повисло на острие, продолжая некоторое время волочиться по земле. Нам с Аннели атаковать было нечем, но дым от выстрелов и так создал завесу, к тому же солдаты опасались оказаться под копытами. Выстрелить никто из них не успел, а спустя пару секунд нас уже там не было.</p><p>Время от времени я придерживался за талию Аннели — скорость была нешуточной, а повороты частыми. Если раньше на Саоне пиратка ворчала, чтобы я не жался к ней близко, то сейчас она была, похоже, не против. Или просто была погружена в свои мысли.</p><p>Ко мне на плечо приземлился Фельдмаршал, которого, судя по всему, абсолютно не напрягало движение галопом. Словно почуяв появление попугая, хвостатая Изабель взобралась по рубашке Аннели и выглянула из-за ее плеча, что-то пискнув.</p><p>Ночная Гваделупа обдавала нас влагой. Если вечером я списывал это на просто жаркий денек, то теперь уже не сомневался, что дело в особенностях местного климата. Нечто подобное я испытывал в пещерах Саоны — влага, словно находишься в бане. При этом тебе даже не обязательно должно быть жарко, скорее возникает ощущение, что у тебя температура, и на всем твоем теле образуются капельки влаги.</p><p>Дорога была неровной. То мы двигались вниз по склону, и мне казалось, что лошадь вот-вот нас опрокинет. То, напротив, путь вел вверх, и мне приходилось крепко держаться за пояс пиратки, чтобы не рухнуть назад. При резких поворотах Фельдмаршар раскрывал крылья, чтобы удержать равновесие, хотя с таким сильным хватом он мог вообще просто повиснуть — не свалится.</p><p>Мы пронеслись мимо виноградников и выбрались к большим воротам, открывающим вход на плантации. Что на них выращивают, пока было неясно — отсюда просматривалась лишь мельница и несколько деревянных домов. Между ними стояла повозка с лошадьми, в большом кузове которой что-то было накрыто чехлом.</p><p>К воротам вышел человек с фонарем в руке. Форма не похожа на французскую: широкополая шляпа, бесцветный дублет, толстый кушак на поясе. Он хотел что-то сказать, но из рук наемницы взметнулась тонкая цепь, которая спустя мгновенье обвила шею, и тот непроизвольно дернулся, хватаясь за горло. Не успели мы всем строем пересечь ворота, как навстречу нам выдвинулись силуэты других людей. Стражники? Освещения было слишком мало, а факелы наемников не доставали так далеко.</p><p>Получалось, что мы первыми открыли огонь — похоже, оставаться в тишине в планы не входило. Отварились двери соседнего здания, затем еще одного. Люди на лошадях — слишком удобные мишени, и потому нам пришлось незамедлительно спрыгивать и рассредоточиться по местности. Наемники побросали факелы в разные стороны — преимущественно туда, откуда выходили противники, то есть к зданиям. А затем…</p><p>Возникло впечатление, что нанятые нами бойцы пуль в принципе не боятся. Главная наемница уверенно шла к местным — сейчас я уже точно убедился, что это были не солдаты. Больше похожи на простых работяг или тех же контрабандистов — рубахи, жилетки, широкополые шляпы или платки. Впрочем, оружие при них все же имелось. Они начали стрелять из пистолетов, но музыка играла недолго: наемники уворачивались, скрывались во тьме, затем снова появлялись — но уже вонзая клинки в их тела. Складывалось впечатление, что эти ребята слишком дорожили своим временем и потому не считали нужным подолгу где-то задерживаться.</p><p>Я успел поднять пистолет с одного из убитых местных. Хлопнул по карманам, нашел натруску и мешочек с пулями. Но в зарядке, похоже, уже не было нужды. Наемники бесцеремонно вламывались в дома, вспарывали животы и шеи, стреляли, обыскивали помещения. Бесперебойно звучал звук бьющихся стекол, выломленных дверей, пистолетных выстрелов и время от времени ржание напуганных лошадей. Бойцы вихрем обыскивали здания, словно саранча, поглощающая поляну. Никто и ни что не могло их остановить.</p><p>— Кэп, — подал голос Адриан, поднося мне шпагу. — Может пригодиться.</p><p>— Спасибо, — ответил я. — Уже не факт, что пригодится. Сам видишь, как эти ребята делают свою работу.</p><p>Похоже, даже Аннели была слегка удивлена такой напористости. Вообще-то ее корсары наверняка могли провернуть такое дело ничуть ни хуже — да и мы сами могли бы. Может, были бы чуть осторожнее, может, не среагировали бы так молниеносно, ведь для нас эти территории незнакомы. Да и сподручных средств у нас обычно меньше, а наемники то и дело выхватывали из карманов метательные ножи и цепи. В общем, сейчас нам оставалось только стеречь лошадей и наслаждаться неутихающими громыханиями.</p><p>— А Фрингилья где? — спросил я, когда огляделся по сторонам.</p><p>— Она пошла с ними, — ответил Коур, кивая вперед. Они возвращались.</p><p>Ну да, действительно. Наемники возвращались почти всей шайкой, а наша блондинка с длиннющим гарпуном отлично вписывалась в компанию забрызганных кровью головорезов. Главарь вела Нормана, скрутив его руки за спину. Состояние у него явно было подавленное, от былого шутовства не осталось и следа. Он встретился глазами с нашими взглядами.</p><p>— А, — кисло ухмыльнулся он, опуская взгляд. — Вас хоть в пасть к морскому дьяволу засылай, все равно достанете.</p><p>— Рада, что ты это понимаешь, — ответила Аннели.</p><p>— Принимай работу, — оборвала ее наемница. — Если нет средств при себе, доставим его тебе на корабль. Но ты знаешь условия.</p><p>— Деньги есть, — быстро проговорила пиратка.</p><p>Из темноты вышел Янычар, потряхивая мешочек со звенящим содержимым. Похоже, он изначально ждал нас здесь, как и другие бойцы Аннели. Просто их не было видно.</p><p>— Я заплачу вам больше, если прямо сейчас вы избавитесь от них, — вдруг хмуро проговорил Норман.</p><p>Наемница, готовая принять награду, замерла. Она покосила взгляд на контрабандиста.</p><p>— Я избавлю вас от любых проблем, если вы это сделаете, — продолжал он. — У меня большие связи. Я подкину вам работенку, которую вы оцените.</p><p>Повисла тишина, не предвещающая ничего хорошего.</p><p>— Давайте не будем менять коней на переправе, — заговорил я.</p><p>— Мы не на переправе, да и коней у тебя нет, — огрызнулась наемница.</p><p>Неужели автопереводчик «Карибов» не смог адекватно донести этот афоризм?</p><p>— Это выражение такое, — объяснил я. — Спасибо за работу. Вы берете награду, мы берем его.</p><p>Я демонстративно сделал шаг к Норману, но наемница выставила вперед ладонь. Судя по всему, она о чем-то размышляла — или, что еще вероятнее, вела переписку. И это напрягало.</p><p>— Этот пьяница нам тоже много чего обещал, — рявкнула Аннели, теряя терпение. — Будь добра, сдержи условия, если хоть немного дорожишь своей репутацией.</p><p>— Это угроза?</p><p>— Это здравый смысл.</p><p>Внимание! Получено задание: спасти Ричарда Нормана и избавиться от его преследователей.</p><p>Награда: 4000 опыта ;1200 пиастров.</p><p>Внимание! Задание отменено.</p><p>Уведомление о задании исчезло так же быстро, как и появилось. Затем вернулось снова, но уже в таком виде:</p><p>Внимание! Получено задание:?????????????????????????????</p><p>*Информация недоступна*</p><p>?????????????????????????</p><p>Было очевидно, что квест пришел не только мне. Видимо, система напрочь отказывалась предлагать нам избавиться от самих себя. Но вот остальным…</p><p>— Извините, — проговорила наемница, выхватив из-за пояса пистолет и взведя курок. — Условия изменились.</p><p>— Я повышаю ставки. — Аннели отчеканила эта так быстро и четко, что никто не успел и шелохнуться. — Также отмечу, что мы здесь не одни, часть моих людей давно находится неподалеку. Мое предложение действует, пока он жив. Его дряхлая наградка — тоже. Застрелишь нас, и мои люди застрелят его. В итоге вы не получите ничего.</p><p>— Ты блефуешь, — помолчав, ответила наемница. — Твои люди не застрелят Нормана, потому что он нужен вам живым. Даже самый меткий снайпер «Карибов» не решится стрелять с дистанции свыше пятидесяти метров. А именно на такой дистанции в округе никого нет.</p><p>— Раз так, — вновь заговорил Норман, — то я тоже повышаю ставку. А еще в качестве дополнительного презента вы получите элитную коллекцию вин барона Хакобо. М-м, этот виноградный привкус. Более того…</p><p>— Вот тут он точно врет, — вмешался я. — Вино барона Хакобо скисло еще в Картахене, и Норман лично его пробовал при нас. Что, конечно же, не помешает этот уксус кому-нибудь сбыть.</p><p>Сейчас я задумался — а ведь если бы мы согласились выпить с контрабандистом еще там, в Картахене, то наверняка бы слегли с аналогичным отравлением. Уверен, он бы нашел способ.</p><p>— Сейчас это уже неважно, — отрезала Аннели, делая шаг назад и озираясь по сторонам. — Сюда движутся. Тащите Нормана в укрытие.</p><p>Все осторожно оглянулись. Некоторые из наемников напряглись, ожидая от нас подвоха. Лишь далеко за воротами — даже дальше, за виноградниками — мигали движущиеся огоньки. Значить это могло что угодно, но вот нарастающий звук копыт не предвещал ничего хорошего.</p><p>— Нет нужды меня прятать, — успокаивающе произнес Норман. Он явно не опасался гостей, кем бы те ни были. — Никто меня не тронет. Максимум попробуют арестовать, но поверьте, я выкручусь, на этой земле у меня неприкосновенность.</p><p>А затем раздались выстрелы — тоже где-то там, далеко. И утихать они как будто не собирались.</p><p>— Это вмешались твои люди? — Наемница устремила взгляд на Аннели.</p><p>— Нет. — Пиратка усмехнулась. — Я полагала, ты будешь дальновиднее. Неужели решила, что только вы получили задание о спасении Нормана? Смешно. Теперь сюда ринутся со всего Бас-Тера и будут грызться друг с другом ради присвоения квеста.</p><p>А я добавил:</p><p>— И я бы не советовал надеяться, что если вы избавитесь от нас, система не предложит спасти Нормана кому-нибудь еще, только уже от вас.</p><p>— Ладно, — раздраженно бросила она, озираясь огни факелов. — Отходим в здания! Уведите лошадей подальше.</p><p>— Нет-нет, — запротестовал Норман. — Доверьтесь бравому вояке, я сам встречу любых гостей и…</p><p>— Пасть заткни! — рявкнула наемница, надавив коленом ему на спину.</p><p>Спустя минуту мы уже находились внутри домов, которые совсем недавно сокрушили наемники. В основном это были маленькие винодельни и небогатые жилые дома. Собрали все оружие, что имелось у убитых. Выбрали удобные позиции, чтобы в случае чего встретить сопротивление. Всех лошадей увели за дома, на плантацию.</p><p>— Почему бы нам просто не уйти через поля, пока здесь никого нет? — Адриан задал резонный вопрос, который, по правде говоря, и у меня крутился на языке.</p><p>— Некуда, — ответила наемница, подталкивая Нормана внутрь центрального здания, в котором собиралась основная группа. — По левую руку от плантаций — обрыв перед морем. Прямо — военный кордон, с которым лучше не связываться. Направо — кордон поменьше, зато дорога оттуда идет в самую глубь острова. Здесь серьезно относятся к возможным побегам рабов.</p><p>Похоже, для наемников встретить нежеланных гостей казалось чем-то очевидным, а потому они и не сильно-то напрягались. Зажгли в здании несколько свечей, раскрыли дверцы окон, принялись заряжать мушкеты.</p><p>— Если твое предложение в силе, что ты предложишь? — спросила наемница Нормана, когда тот устало развалился на одном из свободных стульев.</p><p>— Сперва найди мне выпить, — махнул он рукой.</p><p>— Ах ты дрянь, — выругалась Аннели, направив на наемницу подобранный где-то пистолет. — Даже сейчас пытаешься выклянчить у него квестик и надеешься избавиться от нас⁈</p><p>— Будешь указывать мне, что делать? — ответила та. Ее бойцы уже нацелились на Аннели. — Я всегда рассматриваю все возможные варианты. Есть среди них и такой, где ты подыхаешь с пулей в башке.</p><p>— Если это случится, «Пришествие дна» объявит вам войну, — заговорил я, желая поскорее погасить разгорающийся конфликт.</p><p>— Да? Пора бояться?</p><p>— Не знаю. — Я пожал плечами. — Но если ты хоть пальцем тронешь Аннели, вам этого не избежать. Сама посуди: губернатора Гаваны мы убили. На Нассау разгромили флот «Армады», после чего основательно сожгли Картахену. Насколько Бас-Тер крепче?</p><p>— Бас-Тер — не мы, — фыркнула наемница, хотя в ее стальном голосе уже заиграли нотки сомнения.</p><p>— Головорубы — тоже не мы, а меж тем я гарантирую, что они будут с нами. Ты видела, что они оставляют после себя? Наивно надеешься, что вас они не тронут? Не найдут? Ну-ну. Чтобы вас не нашли головорубы, вам придется прятаться подобно мышам, все время оглядываясь. В общем, думайте сами.</p><p>Додумать они не успели. Через ворота пронеслись всадники, тормозя лошадей. Те заходили кругами, заржали. Где-то вдалеке еще громыхали выстрелы, но здесь и сейчас перед нами точно была слаженная команда. Открытые никнеймы явственно говорили о том, что это игроки, а вот одежда свидетельствовала о том, что перед нами представители французских войск, а не какие-нибудь местные бандиты.</p><p>Огонь по ним начался без предупреждения. Точнее, между собой наемники наверняка переписывались, но нас в известность не ставили. Громыхнули мушкеты. Солдаты начали сваливаться с лошадей так быстро, словно заранее сговорились.</p><p>Пока одни наемники делали выстрелы, другие подносили новые заряженные ружья, и таким образом темп стрельбы почти не стихал. Выжившие солдаты, спасаясь от непрекращаемого града пуль, попытались рассредоточиться по местности. В ответ они закинули какую-то взрывную смесь, но кто-то подстрелил ее в воздухе, и та не долетела до окна, воспламенив землю.</p><p>— Слушай. — Я подобрался к Норману, пока все были увлечены стрельбой. — Сегодня ты либо навсегда подохнешь вместе с нами, либо мы вместе выберемся отсюда.</p><p>— Тогда тебе стоит знать, почему я здесь. — Контрабандист говорил это с такой гордостью, словно именно он был сегодняшним гвоздем программы. В некоторым смысле так оно и было. — Дело было так. Когда-то мы с Габриэлем вместе занимались кофейными плантациями, но…</p><p>— Нет, давай к сути. — Слушать очередную болтовню не было времени. — Ты отправишься с нами за чертовыми манускриптами, а свои дела доделаешь потом.</p><p>— Нет никаких дел, видишь ли. Если вы захотите добыть чертежи, вам придется раздобыть то же, чего раздобыл и я: водолазный колокол и команду туземцев, способных нырять на большие глубины. Как видишь, колокол я уже нашел.</p><p>— И где он?</p><p>— Стоит в повозке. Стоял, во всяком случае. Как бы ему не сгореть там вместе с лошадками, а то, верно, становится слишком жарко…</p><p>Я призадумался. Колокол, индейцы, нырять… Выходит, манускрипт где-то в море. Только вот что здесь забыл Норман?</p><p>— Хочешь сказать, ты ждал нас?</p><p>— Вас? Сто акул мне в суп, но я и не надеялся снова вас увидеть. Вы разворошили мои старые раны, и я решил, что и сам смогу достать чертежи. Судя по всему, не судьба. Хотя кто знает? Сейчас вы помрете, меня спасут местные бравые солдаты, после чего я…</p><p>— Ты помрешь с нами, — повторил я угрюмо. — Без вариантов, Норман. Либо предлагай, как нам действовать дальше.</p><p>— Во-о-т! Уже лучше. — Норман заметно взбодрился. — Никак не можете обойтись без старика, а?</p><p>— Да кому ты нужен, — донеслось ворчание Аннели сквозь выстрелы. Пиратка была рядом и время от времени стреляла по врагам, осторожно выглядывая из окна.</p><p>— В городе нам делать больше нечего, — невозмутимо продолжил он, встав со стула. — Скажем так, я позаимствовал колокол не совсем легально, и Габриэль будет недоволен, когда об этом узнает. А если не узнает он, то точно узнают другие. И вообще-то я уже договорился с рабовладельцами, но пришли вы и все испортили…</p><p>Все это время Аннели лишь имитировала занятость стрельбой. На самом же деле она пристально следила за главой наемников, чтобы в случае чего вовремя среагировать. Наш разговор она тоже слушала. А после сказала:</p><p>— Так, значит, двигаем отсюда вместе с твоим колоколом?</p><p>— Верно! — ответил Норман. — Очень даже верно.</p><p>Заметив нашу активность, наемница тоже приблизилась. Выстрелы все равно были уже редкие, и движению по дому они не мешали. Но первым заговорил я.</p><p>— Как к тебе обращаться?</p><p>— Евгения, — помедлив, ответила наемница, а затем сказала: — Почти все зачистили. Пока сюда не прискакали другие игроки, вернемся в город чуть иной дорогой. Пора выдвигаться.</p><p>— Планы поменялись, — отрезала Аннели. — В город нам больше не нужно. Верно я говорю, господин Норман?</p><p>— Более чем.</p><p>— Смеетесь? — фыркнула наемница. — Если пересечете плантации, то нарветесь на кордон в виде вояк-игроков. Это бессмысленно.</p><p>— Поэтому вы отправитесь с нами, — сказал я. — Наш контрабандист, скажем мягко, взял кое-что без разрешения у губернатора. Путь в Бас-Тер нам заказан, даже если мы проникнем туда без стычек. Но куда вероятнее, что за нами «уже выехали» ребята посерьезнее. Возможно, со своим квестом — отловить некоего старого контрабандиста. Так что пора выдвигаться.</p><p>Через минуту мы уже вовсю готовились к отправлению. Повозка Нормана уцелела, а вот одну из его лошадей зацепило не то осколками, не то пулей — она лежала мертвой, вдобавок еще и попала под колеса. На то, чтобы запрягать еще одну лошадь, времени не было, поэтому решили обойтись двумя. Наемники и наши бойцы оседлали лошадей, а мы с Аннели и Норманом запрыгнули в сам открытый кузов.</p><p>— Кэп, — обратился ко мне Адриан, вручая четыре мушкета. — Возьми, могут пригодиться.</p><p>— Из меня стрелок — так себе, но клади в кузов.</p><p>Пока мы экстренно готовились к отъезду, с противоположной стороны зданий ожили редкие выжившие. Когда они двинулись к нам, сработали спрятавшиеся в ночи корсары Аннели. Стреляя из темноты, они положили приближающихся солдат одного за другим.</p><p>— Двигаем! — распорядилась Евгения, и наша процессия начала набирать ход.</p><p>Колокол, укрытый чехлом, был огромен. Под ним легко можно было бы уместиться всем нам троим. Под «кучерством» Нормана лошади натяжно двинулись за наемниками, но до галопа нам было далеко.</p><p>Эти плантации были совсем не похожи на тростниковые. Им больше подходило определение грядок или кустов. Табак? Кофе? Какао? В ночи было не разобрать.</p><p>— Заглянем сюда, — ткнул пальцем Норман на разместившиеся посреди плантации бараки. Контрабандист где-то уже успел обзавестись сигарой, а может, просто достал ее из куртки и поджег, так что теперь он пускал кольца дыма.</p><p>Наемница недовольно выругалась, но дала команду тормозить. Из хлипких зданий показались рабы. Норман проговорил что-то на неизвестном языке, напоминающем карибский, и три фигуры двинулись к повозке. Контрабандист указал им разместиться в кузове рядом с нами, и только вблизи я увидел, что это были индейцы.</p><p>А среди зданий, от которых мы отдалились шагов на двести, показались новые всадники с факелами в руках. Загремели выстрелы, и новоприбывшие начали заваливаться на землю. Корсары работали.</p><p>Только вот солдат появлялось много — всех не перестреляешь. Не десяток и даже не два, намного больше. Засада свалила первые ряды, к тому же остальные рассеялись по местности, открывая ответный огонь.</p><p>Нас тем временем поджидали другие сложности. Две лошади тащили повозку не слишком быстро, а нам предстояло прорваться с плантации. Наемники ускорили движение, вырываясь вперед.</p><p>Две постовые вышки, небольшая казарма, деревянные ворота. Нас заметили еще на подступах. Однако солдаты не привыкли, что из центра плантации просто так могут выскакивать преступники, и потому лишь вальяжно вышли нас встретить.</p><p>Честно говоря, сам я вряд ли решился бы совершать такой «прорыв». Слишком много слепых мест, из которых могут прилететь пули. Слишком много казарм, из которых может высыпать рота мушкетеров. С другой стороны, в нашей ситуации этот чертов колокол кроме как через ворота не протащить. Да и наемники Евгении были спецами для подобных дел. Не успев спрыгнуть с лошадей, они на ходу принялись вырезать стражников. В темноте я слабо видел, чем они действовали. Ножи, мини-арбалеты, духовые трубки — непонятно. Но вахтенные падали один за другим, роняя факелы.</p><p>К моменту, когда наша повозка приблизилась к воротам, двинулись отворять. Выстрелов наемники не делали специально, чтобы не поднимать шум. Лишь когда с вышек донеслись крики, кто-то прицельно подстрелил кричавших. И вот теперь точно стоило поторопиться.</p><p>Зачищать кордон в планы не входило. Солдат здесь должно быть много, просто пока нас выручала ночь — большинство постовых либо спало, либо не успело сходу сообразить, что стряслось.</p><p>— Всем не двигаться! — донесся крик перед самыми воротами. — Одно неверное движение, и мы откроем огонь!</p><p>В темноте я не сразу различил, как к воротам высыпал целый отряд мушкетеров. Человек десять, не меньше. Первый ряд припал на колено, другие целились стоя. Наемники замерли — видимо, обсуждали план действий. От такого кучного огня не уйти.</p><p>— Привет, парни! — неожиданно миролюбиво ответил Норман с повозки, помахав солдатам рукой. — Это я, майор Рик Норман. Как насчет того, если вы сейчас перестреляете друг друга?</p><p>Повисла пауза. Но пауза недолгая. В полутьме было едва видно, как мушкетеры переглянулись, медленно выпрямились, а затем и впрямь открыли огонь друг по другу. Затрещала серенада выстрелов, поднялся дым. Нижний ряд почти полностью пал первым, а оставшиеся выжившие схватились друг с другом в рукопашном бою. Наемники, недолго думая, довершили дело пятеркой метких выстрелов.</p><p>Зрелище было странным. Для нас — но не для Нормана, который уже подгонял нас быстрее убраться отсюда. Как нутром чуял — с игроками, в отличие от неписей, такой финт системы не прокатит. Или прокатит?..</p><p>— Это че, блин, было? — первой выразила удивление Фрингилья, запрыгивая на лошадь к Адриану неподалеку от повозки. — Он их загипнотизировал? Или это глюк?</p><p>— Он высокопоставленный непись, — попытался проговорить Адриан так, чтобы Норман не услышал. — Видимо, у него есть какое-то особое «влияние» на окружающий мир. Нам же квесты он попытался выдать. Чем неписи хуже?</p><p>И это было правдой. Даже наемники, хоть среагировали как надо, пребывали в некотором удивлении, поглядывая на контрабандиста. Словно он обзавелся нечто таким, о чем сам не смыслит, но умело использует в своих целях.</p><p>Тяжелые деревянные двери ворот еще не успели полностью раскрыться, как Норман погнал лошадей прямо на них. Остальные тоже вновь оседлали лошадей, и вскоре мы уже неслись по темной дороге, ведущей в горы.</p><p>Вслед по нам загромыхали пули, вспучивая землю перед повозкой. Одна из них угодила в лошадь, на которой скакала Фрингилья с Адрианом. Обронив пену, животное запнулось и повалилось вбок. Пиратка чудом успела выпрыгнуть и едва не угодила под колеса повозки, если бы не Аннели, мощным рывком протянувшая ей руку. Фрингилья забросила в повозку свой гарпун и начала перелезать в нее сама, уперев ногу в кузов, а вот Адриану повезло меньше…</p><p>Падение он пережил, но догнать нас не мог ни при каком желании. Я хотел было дать команду остановиться, чтобы подобрать старпома, но увидел на дороге другое. Пулю пустили не стражники кордона. Это кавалерия настигала нас. Вытянувшись длинным строем, сейчас она представляла из себя змейку, состоящую из огненных шариков. Дорога немного петляла, и ряды всадников петляли вместе с ней.</p><p>— Карабинеры, — злобно проговорила Аннели так, чтобы слышали скачущие наемники.</p><p>Французы хорошо видели нас — движущиеся первыми наемники держали факелы, чтобы можно было различить дорогу. На мгновенье я задумался, что можно было бы погасить весь огонь и убраться в сторону… Да только мы не знали, куда здесь можно было свернуть.</p><p>Выстрелы продолжились. Индейцы, почувствовав неладное, легли под чехол колокола. Аннели взялась за мушкет. Несколько наемников чуть отстало, чтобы наскоку дать ответные выстрелы.</p><p>— Кто такие карабинеры? — спросил я у пиратки. До карабинов на «Карибах» дело не могло дойти, и потому название было немного неясно. — Клан?</p><p>— Кавалерия с огнестрелом, — ответила Аннели. — Раньше карабинами называли любое конное оружие, оттого и термин. Как рейтары, только без доспехов. Несколько минут назад они перестреляли моих корсаров у домов в два счета.</p><p>И легко перестреляют нас, стало быть. Подозреваю, именно они перебили остальные движущиеся к нам компании, откликнувшиеся на квест. Вот только хотели ли они спасти Нормана? Для столь элитных представителей закона откликаться на такой квест… Все может быть, конечно, но что-то мне подсказывало, что Нормана они преследовали отнюдь не ради спасения — даже если это были игроки.</p><p>Выстрелы продолжились, и еще одна лошадь попала под раздачу. Аннели начала стрелять в ответ.</p><p>— Присоединяйся, — сказала она.</p><p>— Только пули расходовать. Ты давай стреляй, на мне перезарядка.</p><p>— Хм, разумно.</p><p>Французы приближались слишком быстро. Встречные выстрелы активно сокращали их ряды — это хорошо было заметно по отсветам факелов, исчезающих из виду или падающих на землю. Остальных, впрочем, это как будто нисколько не беспокоило. Они продолжали мчать, сокращая дистанцию.</p><p>Я наспех перезарядил первый мушкет, на ходу вспоминая порядок действий. Ко мне подключилась Фрингилья, взяв другой разряженный мушкет. Времени на шомпол не было, поэтому я просто стучал прикладом о днище повозки. Бумажные патроны заряжать было легче, не считая того, что у меня с трудом получалось их скусывать, как это делали опытные мушкетеры.</p><p>Еще две лошади наемников вышло из строя, и французы подступали все ближе. Темп стрельбы у них изрядно замедлился, но им ничего не мешало взять нас голыми руками — просто за счет количественного превосходства.</p><p>Евгения швырнула на дорогу подожжённую бутылку, и та разразилась пламенем, встретившись с землей. Часть карабинеров успела прошмыгнуть, у других же зафыркали лошади, встав на дыбы. Но остановит ли их это? Вовсе нет, небольшая задержка.</p><p>— Патроны кончаются! — выругалась Фрингилья, вручая Аннели очередной мушкет.</p><p>— Снимите тряпье с края повозки, — выкрикнул нам Норман, продолжавший гнать лошадей.</p><p>Переглянувшись, мы с пираткой с двух сторон потянули за чехол. Под ним оказалась пушка. Небольшая позолоченная карронада со статусом готовности к бою. Вот так сюрприз!</p><p>— Это ты от нас собирался отстреливаться? — усмехнулась Аннели, оглядываясь на нас, но контрабандист не ответил. — Или тоже решил спереть у друга — губернатора?</p><p>Дорога была неровной. Повозка шаталась и стучала — быть может, именно поэтому Аннели все чаще промазывала. Французы тем временем подбирались ближе. В руках некоторые теперь держали не пистолеты и короткие мушкеты, а сабли и палаши.</p><p>— Нужен фитиль и огниво! — крикнул я.</p><p>— Ну так возьми, — самодовольно хохотнул Норман, протягивая мне недокуренную сигару.</p><p>Я хмыкнул, в очередной раз осматривая пушку. Несмотря на статус готовности, внешне она была декоративной: множество объемных орнаментов и закорючек, непривычный золотой цвет. Выстрел будет только один — не хочется промазать, когда на кону стоит столь многое. Первым делом подпер клин так, чтобы дуло смотрело не слишком высоко. Затем подозвал Фрингилью, чтобы вместе перетащить орудие чуть ближе к краю, где сейчас отстреливалась Аннели. Она очень удачно закрывала нас или, вернее, пушку, так что приближающие французы вряд ли что-либо подозревали. Достреляв, пиратка на карачках отползла назад, поравнявшись со мной плечом.</p><p>Я поднес сигару к затравочному отверстию, сразу после чего инстинктивно заткнул уши. Пушка издала рев огня и дыма, и перед глазами замелькали уведомления о подбитых врагах — даже уровень поднялся! Выстрел был произведен картечью, так что радиус поражения впечатлял. Все первые ряды свалились.</p><p>Карронада была без колес, и потому отдача пришлась в саму повозку, которая чуть было не ударила по лошадям. Вот только противники все равно настигали нас. Для них пять или шесть убитых пушкой солдат — небольшая досада, и только лишь.</p><p>В дело подключились наемники. На тех лошадях, где скакали сразу двое, задние бойцы открывали огонь или брали в руки клинки. Нас самих, впрочем, уже тоже готовились порубить приближающиеся французы. Первой среагировала Фрингилья. Девушка встретила замахнувшегося всадника взмахом гарпуна. Отбив атаку, она врезала французу противоположным концом древка по лицу, и сразу кинулась в другую сторону повозки, чтобы вонзить острие в другого противника.</p><p>Подключилась Аннели. Клинка у нее не было, зато ей было достаточно поднять разряженный мушкет, чтобы метнуть его, словно копье, в следующего карабинера.</p><p>Из задних рядов французов отделился боец с пикой в руке. Выставив ее вперед, словно на рыцарском турнире, он надеялся проткнуть одну из пираток. Они обе были заняты другими противниками и, вероятно, даже не заметили несущуюся смерть.</p><p>Я хотел вмешаться, но не успел. Спасло чудо — иначе и не скажешь. Просто сверху, с одной из нависающих над дорогой пальм свалился здоровенный кокос, угодивший в голову пикинера. Он рухнул с лошади, и та некоторое время продолжила по инерции скакать, а затем начала снижать скорость. Только тогда я заметил, как над той самой пальмой вспорхнул кто-то, похожий на Фельдмаршала. Ну да, логично — кокосы, конечно, падают и сами по себе, но чтобы так удачно — тут без помощи не обойтись.</p><p>Евгения вновь метнула зажигательную смесь, и на сей раз бутылка впечаталась в одного из всадников. Его тело мгновенно вспыхнуло огнем, а лошадь судорожно встала на дыбы. После этого наемница сошлась с другим скачущим карабинером на шпагах. Отразив пару уколов, выпущенных скорее наотмашь, нежели точечно, она рубанула по его ноге. Затем переключилась на еще одного противника, неожиданно метнув тому в лицо какую-то пыль. Француз закашлял и схватился за глаза.</p><p>И тут очередной вражеский выстрел едва не скосил саму Евгению. Пуля попала ей в плечо. Словно почуяв в наемнице особую опасность, еще один француз из задних рядов выстрелил — и выстрелил удачно, попал в спину. Удивительно, но Евгения еще держалась, продолжая отгонять саблей других карабинеров. Лишь когда следующая пуля угодила в ее лошадь, наемница вытянулась в длинном прыжке. Она ухватилась за край повозки, и Аннели мгновенно подала ей руку. Евгения промчалась через весь кузов и запрыгнула к одному из своих наемников.</p><p>Тем временем Фрингилья продолжала убойно махать гарпуном, устраняя одного противника за другим. Если Аннели скорее просто отбивалась мушкетом — штыка на нем не было — то моя пиратка неистово билась, вонзая гарпун в тела карабинеров. До тех самых пор, пока чья-то пуля не прошла сквозь ее горло. Фрингилья рухнула на колени у самого края повозки, испуская длинную кровавую слюну.</p><p>Гарпун она не выпустила из рук даже сейчас. Вместо этого в предсмертной секунде пиратка повалилась на дорогу, под самые копыта лошадей, и выставила впереди себя гарпун перпендикулярно дороге. Этого хватило, чтобы лошади приближающихся всадников запнулись, повлекая за собой следующие ряды кавалерии.</p><p>Маленькая передышка для нас — большая проблема для французов. Оглянувшись, я насчитал три лошади наемников, на одной из них сидел Коур. Негусто, учитывая, что в начале их было как минимум раза в четыре больше. Без Фрингильи отстаивать тыл было проблематично. Меня или Аннели могут подстрелить следующими — или просто заколют клинками.</p><p>— Помогай, — обратился я к Аннели, указывая на пушку. В разряженном виде толку от нее не было, а вот помехи на дороге она вполне могла создать. Главное, вовремя скинуть.</p><p>— Нет-нет, — подал голос Норман. — Немного подождите. Совсем немного. Еще чуть-чуть. Ага!</p><p>Дорога изменилась. Вместо привычного стрекота насекомых задул влажный ветер, темные силуэты деревьев сменились на ночное небо и луну, откуда-то снизу донесся шум воды. Черт возьми, да мы же на мосту! Причем широком — повозка вошла сюда без труда. Мост деревянный, веревочный, но бревна скроены так плотно, что копыта лошадей никуда не проваливаются и нигде не застревают.</p><p>— Давай! — скомандовал я, и двумя пинками мы отправили пушку под копыта французских карабинеров. Сколько мы ни старались, карронада упала параллельно дороге, а не перпендикулярно, как это вышло с гарпуном Фрингильи. Однако даже так это вызвало неразбериху и новые падения.</p><p>А затем над нами мелькнул силуэт. Им оказался Фельдмаршал, спикировавший на самого близкого к нам француза. Полет получился столь стремительным, что питомец угодил тому клювом в глаз, и боец рухнул назад, хватаясь за лицо, а попугай вновь вспорхнул в небо.</p><p>На сей раз падение пришлось как нельзя кстати, особенно в довершение к предыдущему. Лошади повалились как домино, другие встали на дыбы, а кто-то даже полетел с моста в пропасть, перемахнув через ненадежные веревочные перила. Образовалась целая пробка.</p><p>Мы продолжали движение, а французы… Французы встали на середине. Даже переступив через падших товарищей, они явно не горели желанием продолжать погоню. Ну а мы были этому очень даже не против.</p></section><section><title><p>Глава 9 Наконец-то в море!</p></title><p>Глава 9 Наконец-то в море!</p><p>— Как думаешь, почему они все же отстали?</p><p>Аннели лежала в повозке, заложив руки за голову и устремив взгляд на ночное небо, усыпанное звездами. Здесь, в горах Гваделупы, космос казался куда более близким и объемным, нежели обычно. Звезд горело столько, что не хватило бы и всей ночи, чтобы их сосчитать. Облака давно рассеялись, словно специально освободив для нас вид на ночное полотно.</p><p>— Можно сказать, они не отстали, а стратегически отступили, — после долгой паузы ответил я. — Они потеряли не меньше нашего. К тому же город далеко, подмоги не будет. Побоялись влипнуть в новые проблемы.</p><p>Я лежал рядом с Аннели в аналогичной позе. Оставшиеся наемники скакали впереди, освещая путь. Трое индейцев так и не вылезли из-под чехла, да оно и к лучшему.</p><p>После прекращения преследования мы первым делом отправили сообщения своим командам, чтобы те снимались с якоря и двигались к указанным координатам в небольшую бухту. По крайней мере, именно туда планировал выбраться Норман, чтобы отчалить с острова.</p><p>В деревьях не переставали трещать насекомые. Вместе с ними оттуда порой раздавались самые причудливые и диковинные звуки. Время от времени мы проезжали мимо водопадов или обширных видов с высоты гор, но эти зрелища нам наскучили за первый час. И теперь ничего не оставалось, как просто лечь на днище повозки, забыться обо всем на свете и уставиться в звездное небо.</p><p>Ночь и правда выдалась достаточно тяжелой, чтобы отдохнуть. С самого побега из тюрьмы приходилось быть в непрерывном напряжении и готовности к бою. Постоянные выстрелы и физические нагрузки тоже дают о себе знать — энергия-то, конечно, восстановится, а вот психологическое напряжение… С ним, увы, несколько сложнее. Какое-то время мы просто болтали по пустякам, потому что ни о чем другом болтать не хотелось. Даже на этот чертов манускрипт хотелось плюнуть — хотя бы на время.</p><p>— Давно было интересно, — переключился я на очередную тему. — Твоя команда. Неожиданно дисциплинированная, беспрекословно выполняющая любые твои приказы. Я подобное видел в британском флоте, но среди пиратов… Интересно, как ты добилась такой слаженности?</p><p>— Тебя действительно так сильно это удивляет? — спросила Аннели усмехнувшись. — Или просто из приличия спрашиваешь?</p><p>— Понимаешь, когда я попал на твой фрегат впервые, еще перед Саоной, мне виделось в этом нечто колдовское, что ли… Корсары молчат, не спешат поддерживать разговор, зато легко приносят себя в жертву, чтобы спасти тебя. Слушай, да даже в «Пришествии дна» такого нет! Уж насколько там опытные бойцы, но без тщеславия не обойдется. Не во время боя — так потом обязательно будут друг другу кости перемывать. Шутить, подкалывать, критиковать — я ведь насмотрелся. Про свою «Рапиру» я вообще молчу, часть команды до сих пор еще нужно по-человечески воспитывать. Так что давай колись.</p><p>— Сам напросился, — пожала плечами пиратка. — Сперва ответь себе, кто твои люди? Кто люди твоих соклановцев? Друзья? Одногруппники? Одноклассники? Случайные знакомые, подписавшие контракт? Незнакомцы, отличившиеся на «Карибах» и ставшие в последствии друзьями? Мои люди совсем другой когорты, — тяжело вздохнула она.</p><p>— Если они тебе не друзья и даже не нанятые…</p><p>— Они из интерната для слабослышащих. Большинство из них, если точнее.</p><p>— Это вообще как? — попытался я осмыслить услышанное. — Они же говорят, пусть и мало. И уж точно слышат! Иначе какие бы были из них бойцы…</p><p>— А вот так. Уже давно установлено, что виртуал позволяет им ощущать мир иначе. Многим из них сейчас семнадцать-восемнадцать лет, и они давно освоились. Руководство детдома нас поддержало еще на заре карьеры — во-первых, они получают часть дохода с моего клана. Во-вторых… многим из ребят и не хочется другой жизни.</p><p>Ну и новости. Я, конечно, всегда подозревал, что немногословность экипажа Аннели имеет свои причины. Но чтобы вот…</p><p>— Есть у меня и другие. Без отклонений, но тоже из интерната. Как ты мог заметить, народу в команде немало, но каждый для меня что-то значит в реале.</p><p>— А ты сама? Как попала сюда? Выходит, ты и тоже из?..</p><p>— Нет, — прервала меня пиратка. — У меня есть семья.</p><p>Слова прозвучали так, словно Аннели пыталась убедить в этом саму себя. Или что это для нее — не повод для гордости. Не знаю точно, но грусть и злость в ее словах явно что-то скрывали. Только вот лезть глубже в личную жизнь мне не хотелось — пиратка и так впервые открылась мне, пусть и самую малость. Надавлю слишком сильно, и покажусь слишком навязчивым. Зная вспыльчивый характер Аннели, лучше действовать поэтапно. Захочет — сама расскажет о себе. Со своей стороны я лишь могу показать ей, что мне можно доверять.</p><p>— Ты молодец, — сказал наконец я после долгого молчания. Другие слова долго не лезли в голову. — Действительно молодец. Сплотила их вокруг себя. Они в тебя верят. Знаешь, даже скажу, что они не выглядят на свой юный возраст.</p><p>— Это-то как раз очевидно, — усмехнулась Аннели. — «Карибы» открывают много возможностей для преображения своего тела. Не придется ждать, когда начнет расти густая борода и мышечная масса.</p><p>— И да, и нет. Я про другое. Если ты успела насмотреться на наших раздолбаев, то, наверное, знаешь, что там разница между двадцатилетним и пятидесятилетним не так заметна. Люди ищут здесь не только деньги и прокачку. Они идут отрываться, и они получают свое.</p><p>— А для моих это работа.</p><p>— Видимо, именно поэтому они стали первоклассными бойцами. Немногословность делает их… брутальнее, что ли. А Файб?</p><p>— Мой дядя. Он много помогал мне с организацией клана, когда я только начинала. И, надеюсь, тебе не нужно напоминать, что всю эту информацию не стоит передавать в третьи руки?</p><p>— Не нужно. Чтобы распускать слухи и сплетни, я выбрал не тот класс, — попытался пошутить я. — Кстати, раз уж на то пошло, могу тоже о себе что-нибудь поведать. Чтобы честно было, так сказать.</p><p>— Начинай. Может, я как раз смогу уснуть.</p><p>— Да что тут рассказывать. Вырос я в поселке городского типа…</p><p>Не помню, когда конкретно меня начало клонить в сон. Видимо, сказывались последние сутки, проведенные в виртуале. А ночная атмосфера теплой Гваделупы и монотонный звук цокающих лошадей лишь довершали дело. Аннели была права — ничего в моей биографии не было экстраординарного и незаурядного. Тут, конечно, дело не в том, о чем ты рассказываешь — а как. Даже самую банальную историю можно подать интересно. Но сегодня… сейчас уже не было сил у нас обоих — ни слушать, ни говорить. В какой-то момент я просто закрыл глаза и, раскинув руки, сам не заметил, как положил ладонь поверх ладони Аннели. Так и уснули.</p><p>На рассвете нас разбудил резкий голос Нормана.</p><p>— Подъем, голубки, мы на месте!</p><p>Раскрыв глаза, я увидел перед собой лицо Аннели. Проснулся, лежа на правом боку, Аннели — на левом. Наши лбы находились совсем близко. Похоже, после крика Нормана мы уставились друг на друга одновременно и оба пытались вспомнить, чем закончилась сегодняшняя ночь.</p><p>Начинался рассвет. Мы прибыли в крошечную бухту, закрываемую громадными отвесными горами. На якоре стояли наши корабли, на берегу — полубаркас и ял. Солнце еще только мелькнуло на горизонте, но небо — и деревья, и море — уже были видны очень ясно, словно утро давно наступило.</p><p>Мы неохотно вылезли из повозки. Коур устало поприветствовал нас кивком. Евгения спрыгнула с лошади и немного прошлась, прихрамывала на одну ногу. После серьезного ранения в спину она вообще не должна была остаться жива — ну или по крайней мере сохранить такую подвижность. Но я подозревал, что под плащом наемница носила броню или некую хитроумную одежду с останавливающим действием. Однако даже так досталось ей немало.</p><p>Норман сдернул длинный холщовый чехол, и нашему виду открылся колокол. Увесистая металлическая штуковина, обитая железом. Два окошечка-иллюминатора, сверху — толстая металлическая цепь, снизу — два шланга, выходящие изнутри.</p><p>С полубаркас к нам двинулся Янычар с мешочком в руке. Или не мешочком — а скорее уже мешком вроде тех, в которых крутят бочонки лото.</p><p>— Принимай награду, — обратилась Аннели к Евгении. — Все как договаривались, со всеми надбавками. Можешь пересчитать.</p><p>Наемница кивнула, и ее боец принял мешок из рук Янычара. Он запустил пятерню внутрь, пошарил ей среди монет и одобрительно показал большой палец. Я слышал о таких — с навыком мгновенного подсчета денег.</p><p>— Принимается, — ответила Евгения и, помолчав, продолжила. — И да, насчет Нормана. Можешь думать про меня что хочешь — какая я меркантильная, подлая. Только вот ничего ты не знаешь. Если бы у меня была возможность переменить сторону и заработать на порядок больше — я бы ей воспользовалась. И тем не менее я рада, что наша помощь пришлась вам к стати. Надеюсь, все это не зря.</p><p>Аннели на это ничего не ответила. Вместо этого посмотрела на своих людей, двинувшихся выгружать колокол на полубаркас. А ведь их сейчас больше — и все при оружии. Достаточно сделать три метких выстрела, и наемники будут мертвы, а мешок с пиастрами вернется к своей хозяйке. Так удобно. Так по-пиратски…</p><p>Все это так однозначно прокручивалось в моей голове, словно я читал мысли Аннели. Хотя внешне по ней еще ничего нельзя было сказать. Но вот чуяло мое сердце…</p><p>— Спасибо за помощь, — решил вмешаться я. Очень не хотелось выдерживать долгое молчание. Я подошел ближе, загородив собой линию возможной атаки со стороны корсаров. — Можете забрать повозку. Нам она уже не понадобится, пора в путь.</p><p>— Нам тоже, — ответила Евгения, запустив руку за пояс. — Лучше передай той блондинке с гарпуном вот это.</p><p>Наемница вручила мне два маленьких мешочка. По ощущениям, в них были не то какие-то порошки, не то что-то напоминающее песок или гальку.</p><p>— Думаю, разберется. Она отлично дралась, а потому заслужила. Если однажды ей надоест трястись по морю, мы будем рады видеть ее в наших рядах.</p><p>Вот уж неожиданно, что Фрингилья удостоилась такого внимания. Хотя то, что проделывала пиратка с гарпуном ночью, стало еще более неожиданным. Отчасти именно благодаря ей мы уцелели.</p><p>На этой ноте мы и попрощались с наемниками, которые оседлали лошадей и ринулись в обратный путь. Аннели подозрительно смотрела им вслед, и ее можно понять: расстаться с приличной суммой вместо того, чтобы вернуть ее себе, а заодно отомстить за попытку Евгении сменить сторону. И если бы я не вмешался, не получил от нее маленький презент для Фрингильи…</p><p>— Сколько я тебе должен? — обратился я к Аннели, решив хоть как-то скрасить ее тоску.</p><p>— Ты? Мне?</p><p>— Ага. Наемникам ты платила, а отдувались они за нас двоих. Как ты, кстати, вообще на них вышла?</p><p>— Сохранила ее контакт, когда она встретила нас впервые. Кто же знал, что она окажется такой сучкой. И платила я за себя, кстати. А ты если что и должен, так это получить от меня сапогом под зад. Думала уже пристрелить их, а ты весь обзор закрыл и их поторопил.</p><p>— Евгению можно понять. Легкие деньги…</p><p>— Понять⁈ Она была готова обломать нам весь квест. Ей было плевать на наши планы. На свою репутацию.</p><p>— Если бы ты пристрелила ее, то заняла бы ее место. Сделала бы ровно то, что презираешь. Я, может, крамольную вещь скажу, но она мне кое-кого напомнила. Знаешь, как-то раз меня спасли из плена Санто-Доминго, а как пришла награда за квестик, так решили застрелить. Никого не напоминает?</p><p>— Да пошел ты! — выкрикнула Аннели, взбив сапогом песок, и направилась к полубаркасу, в который под руководством Нормана погружали водолазный колокол. Ну вот, обиделась… Оттого они с Евгенией и невзлюбили друг друга, что были похожи. Обе готовы на все ради личной выгоды. За таким рьяным желанием добиваться своего обычно стоит нечто большее. Что-то очень личное.</p><p>Норман и индейцы вместе с колоколом отправлялись на фрегат Аннели, и я решил к ним присоединиться. Лишней пары глаз, чтобы присмотреть за этим хитрецом, не помешает.</p><p>— Куда курс держим? — спросил я Нормана, когда мы забрались по трапу на борт фрегата, а экипаж принялся крепить колокол к сей-талям.</p><p>— Антигуа… — мечтательно протянул Норман. — Держим курс на Антигуа. И налейте наконец старику выпить!</p><subtitle>* * *</subtitle><p>Каждый раз, когда я начинаю думать, что знаю Карибское море как свои пять пальцев, «Карибы» жестко ставят меня на место. Удивительная по своей величественности и климату Гваделупа была тому примером. Вот и остров Антигуа впечатлял своими рифами, красивыми берегами и длинными белоснежными берегами. На пути к нему мы миновали несколько маленьких островков и песчаных кос, вырастающих прямо из моря. Мне вспомнились Багамы, на которых подобное тоже не редкость. А еще по пути нам встретился косяк дельфинов, высоко выпрыгивающих из воды, и пара крупных скатов, плавающих по мелководью.</p><p>— Были времена, когда мы вместе с Габриэлем вычесывали Антигуа от карибов, — говорил Норман, всматриваясь в береговую линию. В руках он по обычаю держал бутылку с пойлом. — Славные были деньки…</p><p>— Ты же англичанин, — ответил ему я, почесывая затылок Фельдмаршала, сидящего у меня на пальце. — И вообще пират.</p><p>— Времена были разные. Даже, назовем это так, под протекторатом Моргана мы часто исполняли волю Британской короны. На Антигуа карибы озверели настолько, что вырезали местного губернатора и изнасиловали несколько сотен женщин. Странно, что ты об этом не слышал. Пришлось заручаться помощью французов, и это были славные деньки. А потом Габриэль свихнулся на кофе, якорь ему в бухту!</p><p>— А ты из матерого командира превратился в подпольного торгаша.</p><p>— И благодаря этому остался жив.</p><p>— Пока жив, — уточнила подошедшая к нам Аннели. — Попробуешь хотя бы еще раз провести нас — я оставлю тебя без ноги.</p><p>— Ну, хоть не без выпивки, и то хорошо.</p><p>— Лучше расскажи, как манускрипт попал сюда и где мы его искать будем.</p><p>— Как известно, Антигуа — это не только британские колонии. Славный Вададли… Остров изрезан бухтами, в которых и сейчас, и ранее останавливались джентльмены удачи. Дело было уже после захвата Панамы, когда Морган погрузился в различную бюрократическую волокиту, а нас временно распустил на вольные хлеба. Вон там… — Он показал рукой на просторную бухту, к которой мы приближались. — … мы снимались с якоря, когда на нас вышли британские конвойные фрегаты. Тогда-то и затонула моя «Лили»… Поднимать что-либо со дна времени тогда не было, а потом я уже и не думал возвращаться за этим барахлом. Лишь когда вы заговорили о Бланке, о других страницах манускрипта… Тогда-то и захотелось тряхнуть старыми костями. Ну, не в одиночку, так с вами, что ж поделать!</p><p>По пути на Антигуа наконец выдалась возможность вернуться в реал. Однако ветер был напористый, и при средней скорости в двенадцать узлов наши корабли преодолели расстояние за полдня.</p><p>Место, к которому вел нас Норман, представляло из себя витиеватую бухту, заслоняемую высокими склонами с обильной растительностью. Витиеватую — потому что берега здесь закруглялись очень неровно, а дно не внушало доверия. Это было тем редким случаем, где подход к берегу не был излишне пологим. Никакой бирюзовой воды и отсвечивающего в лучах солнца песчаного дна: море было темным, чувствовалась глубина. Местами виднелись водоросли и ветки, попадавшие со склонов. Солнце сюда пока еще пробивалось — еще немного, и его загородят возвышающиеся по сторонам деревья.</p><p>— Измерить глубину! — распорядился Файб, когда Норман дал понять, что мы на месте.</p><p>— В этом нет нужды, — остановил его контрабандист, всматриваясь в воду. — Якорь здесь не бросить. Только ближе к берегу, а это нам не подходит. Ложимся в дрейф, господа.</p><p>— Ты здесь не капитан, — хмуро вмешалась Аннели с подзорной трубой в руке. Она неторопливо осматривала берег, до которого оставалось шагов двести.</p><p>— Ни в коем случае. Я давно получил звание майора. И все же лучше слушаться старика Нормана. Однажды мы тут уже хорошенько встряли…</p><p>— Чего вы вообще тут забыли? — спросила его пиратка.</p><p>— Обычно мы бросали якорь у самого берега и занимались дележкой награбленного. Ну, или конфискованного, смотря как посмотреть. Времена стали непростые, и после временного ареста Моргана британский флот перестал считать нас каперами. Да и какое тогда было дело? Мы натворили столько дерьма, что даже королевские патенты всего цивилизованного мира не спасли бы нас от виселиц. Вот и попытались тут нас взять тепленькими.</p><p>Пока на фрегате занялись работой, «Рапира» легла в дрейф рядом. Норман принялся объяснять что-то индейцам, а экипаж Аннели настраивал кран-блок с сей-талями, чтобы погрузить водолазный колокол.</p><p>— Человек на суше! — раздался крик одного из матросов.</p><p>На побережье действительно кто-то вышел. Как следует рассмотреть его можно было с помощью трубки, а отсюда лишь было заметно, что он приветливо махал нам рукой.</p><p>— Игрок, сороковой уровень, — отрапортовал Файб. — Лишние глаза сейчас не к добру, конечно.</p><p>Тем не менее, особой проблемы это не составляло. По рассказам, сейчас Антигуа часто пользовалось популярностью у британцев и пиратов, так что ничего удивительного. Никаких лодок на берегу не было, а ближайшие населенные бухты далеко.</p><p>— Рудра. — Аннели хлопнула меня по плечу. — Давай ко мне, надо поговорить.</p><p>Спустя минуту мы прошли в ее каюту. Пиратка подошла к окну, задумчиво посмотрела в море. Так и не повернувшись, сказала:</p><p>— Хотела с тобой посоветоваться. Что думаешь насчет этого всего?</p><p>— Насчет этого места? Подводной вылазки? Пока все выглядит без подвоха. Ты ведь опасаешься, что Норман опять нас дурит?</p><p>— Может. Сам помнишь — он неписями как марионетками вертит при желании. Да и игроками тоже. Тихое место еще ничего не значит.</p><p>Она развернулась и присела в кресло, закинув ногу на ногу. По столу забегала игрунка.</p><p>— Если бы я знала, на что придется пойти ради этого манускрипта, сходу бы на него плюнула. Может, ты и прав, что надо было пристрелить тебя тогда.</p><p>— Я такого не говорил.</p><p>— Припоминал, — уточнила она, пряча револьвер в шкафчик стола. — Теперь у меня нет пути назад. Слишком много времени на все это убито. Если сегодня Норман не доставит нам чертежи, я прикажу отрезать ему ногу. На одной он от нас уже не ускачет, а остатки разума, надеюсь, сохранит.</p><p>— Звучит убедительно. Только сейчас делу это не поможет.</p><p>— Потому я и позвала тебя.</p><p>— А почему не своего старпома, если не секрет?</p><p>— Я знаю заранее все, что он скажет, — скривилась Аннели. — Вопрос манускрипта — в первую очередь твой и мой. Знаешь, что это за место? Я не про Антигуа, а этот кратер. Подобные дыры есть на Багамах и недалеко от Юкатана, только те глубже. Не знаю, действительно ли здесь затонул корабль с манускриптом, и способно ли что-нибудь из груза сохраниться. — С этими словами она сняла с себя жилетку и закатала рубашку, оголив живот. — Но я точно хочу убедиться во всем сама, и потому иду погружаться. И ты идешь со мной.</p></section><section><title><p>Глава 10 «Лили»</p></title><p>Глава 10 «Лили»</p><p>В каюте я сбросил свой костюм, оставив на себе лишь одни штаны, закатанные под бриджи, и висящий на шее медальон Олоннэ. Индейцы индейцами, но наше присутствие под водой не будет лишним. Вдруг там окажется еще что-нибудь ценное, а карибы это проигнорируют, а то и вовсе перепрячут по хитрому распоряжению Нормана? На самом деле в голову приходило еще очень много поводов, чтобы оправдать наше простое желание покупаться на глубине.</p><p>Когда мы вышли на палубу, то обнаружили паренька, который ранее махал нам с берега. Будучи насквозь мокрым, он залезал на корабль по трапу.</p><p>— Вечер в бухту! — запыхтев ответил он, ловя хмурые взгляды корсаров. — Вы уж извиняйте, что я к вам без приглашения. Просто редко кого здесь вижу, а тут оп — и такие махины останавливаются. Я все ждал, когда вы высаживаться будете, а вы, значит…</p><p>С этими словами он посмотрел на колокол, висящий на кране.</p><p>— Занимаемся ловлей медуз, — сухо ответил подоспевший Файб. — А ты кто будешь?</p><p>— Да я так, — махнул он рукой. — Охотимся с ребятами на игуан. «Ноотропы» мы, может, слышали?</p><p>Аннели посмотрела на него таким взглядом, словно собиралась прожечь на месте. При ней не было ее любимого револьвера, не было и шпаги. Не дожидаясь конфликта, я тут же написал Аннели:</p><p>Если ты решишь его убить или оскорбить, он может нажаловаться своим. Любые разборки нам сейчас ни к чему.</p><p>— У нас сейчас нет времени на болтовню, — сказала в итоге она. — Не мешай, пожалуйста.</p><p>— А, да без проблем! — усмехнулся парень, вальяжно двинувшись вдоль шкафута. Что-то в его лихорадочном взгляде мне показалось ненормальным. — Я ж просто потусить заглянул! Не мешать.</p><p>— Ладно, давайте к делу. Быстрее начнем, быстрее закончим.</p><p>Норман отдал последние указания индейцам, готовым к заныриванию. Матросы принялись медленно опускать колокол, стараясь, чтобы его полость не качалась — нельзя терять лишний воздух.</p><p>— Вы, значит, тоже решили приобщиться к делу? — усмехнулся контрабандист. — Тогда слушайте. Внутри мест на три человека. Обычно когда народу работает больше — часть отдыхает, остальные, как нетрудно догадаться, заняты делом. Один из краснокожих будет доставлять барахло наверх, двое других копошить дно. Эти карибы на редкость приспособлены к подобным глубинам — скажем так, их этому одно время насильно обучали. А вот вы… На такой случай там есть шланги со шлемами. Воздуха там немного, так что стоит поторопиться. Вопросы будут, мои морские волки?</p><p>— Ты не сказал самого главного, — заметила Аннели. — Где искать?</p><p>— «Лили», — вздохнул Норман. — Ее ни с чем не перепутать. Чертежи, если не даст соврать морской дьявол, были в каюте. В запечатанных бутылках, а те — не то в бочке, не то в рундуке или ящике. Не факт, что там вообще что-нибудь осталось, но вы же у нас такие настойчивые. Карамба, да мне самому интересно, что там осталось, черт возьми!</p><p>На расстоянии между колоколом и фрегатом расположили лишь одну шлюпку. На нее и будут сгружать добычу. Излишне баламутить воду сейчас было ни к чему, тем более важно было сохранить как можно больше солнечных лучей.</p><p>Аннели двинулась первой: не побоялась высоты, прыгнула рыбкой прямо с фальшборта.</p><p>— Дьявол, ты тоже собрался нырять отсюда? Проверь, как затянуты штаны, парень. Я знаю столько случаев…</p><p>Остальное я уже не услышал, совершая прыжок. Плавал я неплохо — в себе не сомневался. Только вот борт фрегата Аннели и впрямь был высокий. Возможно, в реальном мире встреча с водой вышла бы не самой удачной, но здесь тело словно само изогнулось вовремя. Прохладное море приятно взбодрило, а вот глаза из-за быстрой скорости отказывались смотреть вперед — соленая вода больно резала, заставляя зажмуриться. Однако вскоре мое движение замедлилось, и я осторожно раскрыл глаза.</p><p>До дна было еще далеко, но целью пока был колокол, опущенный не слишком низко. Аннели уже достигла его глубины и, помахав мне рукой, ушла внутрь. Пока я добирался туда брассом, заметил несколько косяков рыб, радующих глаз яркими расцветками. С каждой секундой дно, до того туманное и темное, приобретало рельефные черты и как будто даже светлело. А вот уши закладывало, голова сдавливалась, словно ее зажимают в тиски — типичное влияние подводного давления. Для того-то, собственно, нам и нужен колокол, чтобы выдержать перепады. К нему я и подплыл. Внутри него было темновато, спасали разве что два широких иллюминаторных окна. Когда я стал вылезать, чтобы сесть на скамью, Аннели выжимала свои волосы над водой.</p><p>— Ну как ощущения? — улыбнулась она.</p><p>Я не сразу понял, о чем речь. Лишь развалившись на узкой скамье и отдышавшись, осознал, что мы вроде бы и под водой, а дышим воздухом. Где-то у самого нижнего края колокола вода подрагивала, не решаясь подняться выше. Необычно.</p><p>— Не сразу умещается в голове. — Я засмотрелся на ее мокрую рубашку, неприлично облепившую грудь, и слова начали застревать в горле. — Такое… нужно осознать. Кругом вода, вода… А мы дышим воздухом. Этакая подводная лодка на двоих.</p><p>— На троих, — уточнила она. — Ну что, услышат?</p><p>Аннели изо всей силы три раза ударила кулаком по поверхности, и спустя мгновенье наш колокол продолжил опускаться.</p><p>— А ныряльщики? — опомнился я. — Сами доплывут?</p><p>— На то они и ныряльщики.</p><p>Индейцы залезли под колокол и, немного отдышавшись, двинулись на дно. Лишь один остался дожидаться внутри. Ну а мы накинули на голову то, что Норман назвал шлемами… На самом деле это были просто стальные конусы с подведенным внутрь шлангом. Один его конец оставался в колоколе, откуда и будет поступать воздух. Принцип работал все тот же: в «шлеме» оставался воздух, который не способна вытолкнуть вода. То же самое, что надеть на голову перевернутую вниз бочку и не давать ей всплыть.</p><p>Чувствовал я себя нелепо: тяжелая голова тащила тело на дно. Все время возникало ощущение, что вот-вот, и шлем перевернется, наклонится, и тогда его заполнит вода. Судя по неуверенным движениям пиратки, ее обуревали те же опасения. Такой метод предполагал, что люди будут натурально «ходить» по дну, а не плыть вперед головой. И это сильно обрубало наши возможности.</p><p>Первым делом мы увидели не корабль. Коралловые рифы. Ну, или нечто, что принято обычно ими называть. При нынешней освещенности нельзя сказать, что они переливались всеми цветами радуги, и все же вид был чарующий.</p><p>Корабль заметили не сразу. Его останки оказались далековато от места, где нас высадили — на пределе длины шлангов. Но даже отсюда было видно, что от былого фрегата осталось очень мало. Все поросло водорослями и кораллами. Обломки мачт походили скорее на пещерные сталактиты, покрытые илом. Борт ощутимо просел, почти наполовину зарылся в песок. И я уж молчу про многочисленные дыры и водоросли, из-за которых корабль вообще было сложно узнать невооруженным глазом.</p><p>Индейцы нас быстро опередили. Движениями, напоминающими грацию дельфинов, они приблизились к остову и принялись осторожно оплывать его со всех сторон. В руках они держали длинные палки с двузубцами на концах. Самым неприятным было бы вызвать со дна обилие песка, и обученные карибы это хорошо знали, а потому действовали осторожно. А нам лишь оставалось зависнуть и взирать на все с небольшой высоты, непрерывно поддерживая себя ногами и время от времени руками — ведь цилиндры нещадно тянули на дно. Спустя минуту Аннели попыталась «встать», но тут же поранила ногу чем-то, что таилось под слоем водорослей. Алая кровь пульсировала из раны, плавно рассеиваясь в воде.</p><p>Делать нечего: пришлось возвращаться в колокол.</p><p>— Надо сместиться, — проговорил я, когда мы залезли на скамьи. Рядом молча ожидал третий индеец. — Пусть помалу верпуют корабль вперед.</p><p>— Шутишь? — Аннели смахнула ладонью капли воды, стекавшие с волос по лицу. — Мы в этих хреновинах сами на медуз похожи. Бесполезно.</p><p>— Что с ногой? — Я посмотрел на ее пятку с длинным кровавым порезом.</p><p>— Пройдет. Всего пять процентов здоровья сожрало. Морская вода быстро залечивает.</p><p>Замельтешили индейцы. Один из них поплыл наверх с небольшим бочонком, двое других время от времени заплывали в колокол отдышаться. Ну а мы… мы решили тоже не терять времени даром. И поплыли без шлемов.</p><p>Аннели двигалась первой, любуясь местными красотами, а мне оставалос лишь любовался ее фигурой. Наши запасы воздуха были сильно ограничены, но когда мы плыли в полную силу, то добирались до останков «Лили» гораздо быстрее. Сперва бегло исследовали открытую палубу — точнее, ее остатки. Ничего дельного на ней не было, зато у нас успело сложиться понимание, как расположен корабль и какими путями можно проникнуть на нижнюю палубу и в кают-компанию.</p><p>На весь путь туда и обратно уходило около полутора минут — на большее не хватало дыхалки. Но такими небольшими подходами мы подбирались к цели. Только вот большинство затонувших сокровищ представляло из себя сгнивший мусор. Бочки и ящики зачастую были дырявые, а то и вовсе распавшиеся на множество обломков. Обломков вообще внутри было много, лишь пушечные ядра сохраняли свежий вид. Все остальное — клинки, корабельные инструменты, канаты, пистолеты — проржавели и загнили настолько, что даже не возникало желания к ним прикоснуться.</p><p>А еще мы встретили кости. Не только человеческие — один из индейцев достал из трюма козий или коровий череп. Я посчитал находку по-своему ценной и потому указал жестами, чтобы ее тоже подняли наверх. Сами мы тоже немного покопошились в том, до чего смогли дотянуться. Один из сундуков в каюте был законопачен смолой. Аннели достала нож и надавила им на места стыка, не сразу, но сундук все же поддался. Как-никак, он здесь должен был простоять несколько десятков лет.</p><p>Мы едва не пожалели, что открыли его здесь: первым из него всплыли какие-то бумаги. Я судорожно бросился ловить их, затем вчитался в увиденное, но это явно были не чертежи. Ну нельзя же назвать чертежами портреты обнаженных женщин, насколько я знаю? Судя по тому, насколько они уцелели — сундук каким-то чудом и впрямь оставался неподвластным воде. Впрочем, остальному его содержимому она не сильно бы помешала: пиастры, кольца, браслеты, серьги и кулоны — богатств хватало.</p><p>Глаза заблестели от золота и серебра. Мы переглянулись, и в следующее мгновенье уже вместе копались в сундуке, выбирая что-нибудь поинтереснее и едва не отнимая друг у друга. С монетами могут справиться и индейцы, а вот кольца… Я понадевал на руки все, что нашел. Наспех натянул на предплечье первые попавшиеся браслеты, натянул кольца. Руки так и тянулись захапать побольше, и в то же время воздух был на исходе.</p><p>Я первым дернул Аннели, увлекая в колокол. Сердце стучало в груди все громче, и эти удары пульсировали в голове, заглушая остальные звуки. Вздохнуть хотелось сильно — невыносимо сильно, но делать этого, конечно же, нельзя. С брасса я переходил ногами на баттерфляй — так было быстрее, но сложнее. Краем глаза заметил, как Аннели начала выпускать пузырьки воздуха. Видимо, от бессилия. Какими бы не были наши уровни, навыки, характеристики, под водой мы словно были слеплены из одного теста. Запас воздуха был примерно одинаков.</p><p>На колокол мы смотрели, как свет в конце тоннеля. Он манил воздухом, и когда до цели оставалось всего ничего, я и сам опустошил грудь — не было больше сил держать что-либо в себе, а выдохом я создавал ложное ощущение того, что дышу.</p><p>Оказавшись под колоколом, мы жадно вдохнули. Даже забираться на скамьи не нашлось сил, достаточно было просто держать голову над водой и дышать. Лишь минутой позже мы наконец полезли наверх. Аннели, поскользнувшись, едва не нырнула в воду, но я успел ухватить ее за руку. Она крепко сжала ее в ответ и разместилась поудобнее. Мы принялись пересчитывать все, что насобирали, выкладывая драгоценности на скамью. Почти каждое кольцо любо обладало характеристиками либо содержало в себе драгоценный камень, то есть дорого стоило. Увы, от того, что я нацепил их на почти все пальцы, толку было мало — большинство работало по принципу «одно кольцо на человека». Вероятно, это ограничение можно отключить, но на данный момент шиковать с кольцами я точно не мог.</p><p>А выбор был любопытный. Кольца-кастеты, с иглами, пластинами и жалами представляли еще и ценность в бою. Часть из них мне не подходили по уровню, а вот среди остальных… Нужно было выбрать одно.</p><p>Боевое кольцо буканьера</p><p>Класс: легкое</p><p>Прочность: слабая</p><p>Требуемый уровень: 35</p><p>Дополнительные характеристики</p><p>Ловкость: +1</p><p>Сила: +3</p><p>Интеллект: +2</p><p>Специальные навыки:</p><p>«Блеск смерти»</p><p>10 энергии</p><p>Во время боя вы изворачиваете руку под таким углом, чтобы противник заметил блеск вашего кольца. На мгновенье он будет сбит с толку — воспользуйтесь этим с умом.</p><p>Откат: 4 минуты</p><p>Описание: Плоское пиратское кольцо, которое когда-то носил буканьер из флотилии Генри Моргана. Не слишком яркое и торжественное, зато нагоняющее страх.</p><p>Кольцо и правда было не самым приметным. Серебристого цвета, его лицевая сторона представляла из себя плоскость, на которой проглядывался череп, а в нем — блестящая глазница. Причем блеск ее был подобен черной жемчужине.</p><p>— Посмотри, может, что-нибудь заинтересует, — обратился я к Аннели, вручая ей оставшиеся кольца.</p><p>Из браслетов я присмотрел тот, что назывался «Бивень». Он давал лишь одну характеристику удачи и не содержал никакого описания, но и смотрелся не очень претензионно. Напяливать на себя тонны золота я все равно не собирался.</p><p>Тем временем пиратка, разбирая добычу, случайно уронила со скамьи несколько колец. Те плюхнулись в воду. Я нырнул вслед за ними, поскольку Аннели и без того держала в руках кучу аналогичного барахла и рисковала рассыпать еще и его, если бы прыгнула. Четыре тонущих кольца нашлись быстро, хотя пришлось вылавливать их почти до самого дна.</p><p>— Возвращаю награбленное, — проговорил я, протягивая Аннели кольца из воды.</p><p>— Угу, спасибо, — только и нашла что сказать она, продолжая вчитываться в описания тех предметов, что держала в руках.</p><p>Не удержавшись от шутки, я надел одно из колец ей на палец ноги, после чего вернулся на скамью.</p><p>— Может, так нога заживет лучше.</p><p>— Я знаешь, что думаю? — сказала она, проигнорировав мой поступок. — Если манускрипт в одном из промазанных смолой сундуков… Закрытыми их тащить на корабль тяжело — не поднять толком. Открывать… значит намочить внутренности. Похоже, придется протягивать трос и поднимать сундуки нетронутыми. Или заказывать услуги игроков с морскими петами.</p><p>— Что-то ты невнимательная, — усмехнулся я. — Ночью не выспалась, что ли? Норман сказал, что чертежи были в запечатанных бутылках. Способ хранения, конечно, странный.</p><p>— Может, как раз предусмотрительность от пожаров и крушений. Так, значит, вскрываем все, до чего дотянемся? Тогда погнали, пока в этом куполе не кончился чертов воздух.</p><p>Спустя минуту мы были уже у «Лили». Пиратка предварительно запихнула все ненужные кольца, серьги и браслеты в карманы штанов и сейчас плыла первой. Хотя один из индейцев уже осматривал каюту, дел там оставалось прилично. Часть палубы и переборок отсутствовали, и многие из сохранившихся вещей, по-видимому, давно провалились в крюйт-камеру или, вернее, то, что от нее осталось.</p><p>Но частые дыры в борту сейчас играли на руку — сюда хотя бы немного попадал свет. Мы вскрывали все попавшиеся нам на пути рундуки, правда, на сей раз мы даже не решались в них копаться, чтобы успеть открыть побольше. Дыхалки все равно не хватало, чтобы успеть обследовать тут все.</p><p>А вот следующий заплыв изменил все.</p></section><section><title><p>Глава 11 Ноотропы</p></title><p>Глава 11 Ноотропы</p><p>Чтобы не терять времени, мы договорились разделиться. Общаться под водой, разумеется, можно только жестами, зато чат решал множество проблем. И потому когда мы в очередной раз подплывали к кораблю, уже заранее списывались насчет того, кто чем займется.</p><p>Аннели вскрывала сундуки в одном углу каюты, я двинулся в противоположную сторону, обыскивал бочки, полки стола, встречал даже бутылки — но в основном все это был разбитый мусор. Мы не сразу заметили индейца, который выплывал из проемов, ведущих в крюйт-камеру. В одной руке он по обыкновению держал двузубец, в другой большую бутыль, в которых нередко держат макеты парусных кораблей. Вот только в той были пожелтевшие бумаги.</p><p>Мы ринулись к нему одновременно. Кариб, недолго думая, вновь уплыл в трюм, оставляя нас любоваться находкой. Сверток был стянут тонкой пеньковой веревкой, но сам по себе был внушительно объемным. Такой и не сразу из бутылки вытащишь — в горлышко не пролезет. Стоит ли говорить, что в ценности бумаг мы не сомневались? По крайней мере, их нужно было проверить.</p><p>Не успели мы покинуть каюту, как индеец принес с глубин еще три аналогичных бутылки со сверстками. Решили захватить и их, разумеется. От борта корабля мы отталкивались ногами — уже приноровились к тому, что это сокращает нам время движения. Разве что грести с бутылками в руках не так удобно, но сейчас все мысли были не об этом.</p><p>Вот только, как говорится, напасть приходит оттуда, откуда не ждали. Я не успел среагировать, когда на дне что-то зашевелилось. Мгновеньем позже в мою руку впилось нечто длинное и здоровое — лишь немногим позже я прочитал, что это была мурена. Морская тварь накрепко впилась мне в бицепс, словно змея. Все ее длинное туловище изгибалось, словно она пыталась оторвать мне руку. Мышцы налились жгучей, сковывающей болью, напоминающей укус осы. Десятков ос.</p><p>Я дергался в ответ, но в руках были бутылки. Неосторожное действие, и они могли либо разбиться, либо упасть на заросшее кораллами дно. Мурена дергалась, провоцируя из раны обилие крови. Я чувствовал, что Аннели закружилась рядом, пыталась что-то сделать. Но то ли боялась переключить внимания монстра на себя, то ли опасалась за бутылки. В какой-то момент в моей руке оказался ее нож — она осторожно вложила его мне, забрав бутыль. Удар, второй, третий. Аннели довершила дело другим ножом, который только сейчас смогла вытащить из кармана штанов. Мурена обмякла, но пасть так и не раскрыла — клыки впились слишком глубоко. Пришлось действовать вдвоем, размыкая челюсти.</p><p>Во время нападения я невольно выпустил воздух из легких, и уже сейчас чувствовал его сильную нехватку. Но бутылки все же подобрал, вариантов не оставалось. Даже если не дотяну — хотя бы оставлю их ближе к колоколу, где меньше вероятности их потерять.</p><p>Плыл я медленно, в глазах темнело, а рана саднила, пульсировала так, будто уродливые зубы мурены продолжали впиваться под кожу. Сорок семь процентов здоровья сняло как рукой. Аннели не торопилась плыть вперед: подтягивала меня за вторую руку, умудряясь при этом держать свои две бутылки. Путь, составлявший шагов двадцать, для меня сейчас был длинною в вечность. Глаза закрылись, грудь распирало от желания сделать вдох… Хотя бы один. Хотя бы совсем небольшой. И я его сделал.</p><p>Тут же пожалел об этом, опомнился, закашлял. Пиратка силой вытолкнула меня в колокол, и мой страшный кашель продолжился уже там, в воздушном пространстве.</p><p>Приходил в себя я долго. Аннели от души постучала мне по спине, помогая выкашлять воду. Подтолкнула, давая возможность забраться на скамьи — но предварительно, конечно же, осторожно расставила там бутылки.</p><p>— Ну что там? — тяжело спросил я, присаживаясь рядом. Даже головой вертеть было лень, лишь бы отдышаться. — Видно что-нибудь?</p><p>Она молчала, пристально вертя бутылки.</p><p>— Это оно… — проговорила Аннели шепотом, почти неслышно. Зрачки ее были расширены. — Это оно, черт возьми! — прокричала она так, что у меня едва не заложило уши.</p><p>Затем медленно перевела взгляд с бутылки на меня.</p><p>— Ну… — Я даже не знал, что сказать. Пиратку распирало от радости явно больше, чем меня. Возможно, атака мурены так сильно меня подкосила. — Жаль, что мы не прихватили еще одну бутылку, только уже с чем-нибудь крепким. Сейчас я бы осушил ее залпом, по такому-то поводу.</p><p>— И без меня? Вот наглец! А что с раной? — волнительно спросила она, рассматриваешь мою руку, по которой стекала струйка крови. Зубы мурены оставили серьезные укусы, но думать о них мне категорически не хотелось.</p><p>— Да пройдет, — отмахнулся я. — Морская вода лечит, все дела…</p><p>Аннели ухмыльнулась. А затем неожиданно резко впилась губами в мои губы… Настолько резко, что я даже не успел осознать. Но, разумеется, не был этому против. Руками она схватилась за мою голову, я в ответ приобнял ее за талию. В этот момент все звуки будто отключились, пространство замерло, все мысли вылетели из головы.</p><p>Последние мои отношения закончились несколько месяцев назад — незадолго до того, как Илюха подтянул меня в «Карибы». Последующие недели получились столь насыщенными, что о возможной второй половинке я если и думал, то просто умозрительно: в реале почти не бываю, а здесь… Черт его знает, что здесь вообще возможно. Но сейчас меня обуревала гамма чувств, мало с чем сравнимая. Может, конечно, водолазный колокол — не самое романтическое место для страстного и долгого поцелуя, но, с другой стороны, много ли еще мест, где мы могли побыть по-настоящему одни?</p><p>Сперва Аннели перекинула ноги через мои, почти присев на мое колено. Позднее она уже полноценно оседлала мои колени, прижавшись ко мне грудью. Обняла меня за шею, уперлась коленями в мои бедра, обдавая меня горячим дыханием.</p><p>Не помню, сколько это длилось. Много. Меньше, чем хотелось бы, но достаточно, чтобы каждый из индейцев успел заплыть к нам отдышаться и вернуться на глубину. В колоколе становилось жарче, иллюминаторы запотели — заканчивался кислород. Но остановило нас не это.</p><p>— Вот дерьмо, — Аннели отстранилась, облизывая мокрые губы. — Наверху какая-то хрень.</p><p>Не успела она это договорить, как колокол дернулся и начал подниматься. Пиратка подтянула к себе один из шлемов со шлангом, перевернула, и все бутылки мы сложили туда — не хватало еще, чтобы от качки они случайно попадали в воду.</p><p>— Что там?</p><p>Аннели не отвечала. Она лихорадочно бегала глазами, наверняка или нашептывала сообщения, либо читала встречные. Никакого шума сверху не доносилось, так что вариант нападения можно было отмести. Что же тогда? Я набросал сообщение Адриану с просьбой донести обстановку, но к тому моменту пришло время «всплывать» нам самим. Оказавшись у трапа, мы сложили бутылки в шлюпку, которую планировали поднять на судно, и полезли вверх.</p><p>Первое, что мы увидели — это мертвый паренек. Тот самый, что забрался на фрегат до того, как мы погрузились на дно. Если точнее, он был обезглавлен.</p><p>— Я не удержался… — виновато процедил вооруженный Файб, стоящий неподалеку.</p><p>Сабля на поясе была чистой, но редкие брызги крови свидетельствовали о том, что это дело рук старпома. Удивительно — чертовски осторожный Файб, казалось, сам и мухи не обидит. Поворчит, отругает, замечание сделает, еще раз поворчит — но отрубать голову? Это ж как надо было надоесть?</p><p>— А в чем, собственно, про… — Я не договорил.</p><p>Проблема была не в убитом пареньке. Проблема была в том, что творилось на суше. Со всех сторон к морю приближались люди. Десятки, если не сотни. Некоторые из них несли лодки, другие налегке. Они шли разрозненно — не как строй солдат, скорее, как сбежавшиеся на зов проходимцы.</p><p>— «Ноотропы», — кисло проговорил Файб. — Фрики, отшельники и анархисты, погружающиеся в виртуал на веществах. Иногда запрещенных, иногда самолично синтезированных. И благодаря этому…</p><p>— Я в курсе, кто это, — оборвала его Аннели. — Что им тут нужно?</p><p>— А знал бы кто. Но, вероятно, они не очень рады, что мы грохнули этого кретина из их клана. Он им наверняка и нажаловался.</p><p>— Мстить из-за такого? — усмехнулась пиратка. — Или они, как этот, поболтать хотят? — А затем перевела взгляд на Нормана, стоящего неподалеку: — Твоих рук дело?</p><p>— Хотел бы гордо сказать «да», да вот…</p><p>Контрабандист не договорил, поскольку Аннели в одно мгновенье ринулась к нему и схватила за рубаху.</p><p>— Если это очередная твоя подлянка, я прямо сейчас лишу тебя глаза.</p><p>— Да утонуть мне в этом море! — Контрабандист в миг потерял присущее ему самодовольство и теперь испуганно отпихивал пиратку. — Я в этих окрестностях не был дюжину лет! Откуда мне знать, что за шавки здесь осели?</p><p>Пиратка ослабила хватку и отошла назад, но продолжила угрожающе смотреть на Нормана.</p><p>Тем временем на фрегат затащили нагруженную шлюпку. Бутылки с бумагами Аннели распорядилась отнести к ней в каюту. Ко мне подошел один из корсаров, предлагая забинтовать рану. Одного взгляда хватило, чтобы понять, что у него были развиты навыки лекаря.</p><p>— Вот же… — Норман увидел козий череп, который корсары достали из шлюпки, и трогательно продолжил: — Княжна… Дьявол, вы нашли Княжну! Была у нас на «Лили» козочка. Эх, как невовремя тогда все случилось. Если позволите, я бы забрал ее себе в память.</p><p>Увы, о Нормане быстро все забыли. Пока меня бинтовали, я писал своему экипажу о полной боевой готовности. На фрегате тоже началась движуха, к тому же следовало успеть поставить водолазный колокол. Мне самому стоило бы перебраться на «Рапиру», ибо неизвестно, что ждало нас дальше. Но с Аннели мы… мягко говоря, не закончили. И речь не о том, что было под водой — нужно было выяснить, точно ли мы нашли те чертежи. Вдруг это не все? В общем, такие решения следовало принимать сообща, только вот сейчас было совсем не до этого.</p><p>— Дайте им предупредительный с носа, — распорядилась Аннели, накидывая кожаную жилетку поверх мокрой рубахи. В сапоги она уже облачилась.</p><p>Когда прогремел пушечный залп, ноотропы как по команде ринулись в воду. Это было смешно: со всех сторон бухты сброд спускался в море, нырял, двигался вплавь. Расстояние до кораблей — метров двести. Неужели они наивно думают, что мы испугаемся и не дадим им отпор? Прогнать хотят?</p><p>Но больше было похоже, что ноотропы вообще не думают. Минутой ранее я отправил сообщение Лилит, которая, как правило, была самой осведомленной. И теперь пришел ответ.</p><p>Лилит: Все верно, кэп. Это пираты, но, как вы и сказали, ноотропы прославились тем, что принципиально нарушают правила погружения на «Карибы»: подключаются в нетрезвом виде. Обычно таких система выбрасывает, не давая синхронизироваться. Но эти психи пошли дальше и каким-то образом научились обходить блокировку. Некоторых из-за этого уже судили в реале, но большинство с точки зрения закона умудряются оставаться чистенькими. Как именно, никто не знает. Но неоднократно отмечали, что ноотропы принимают не только и не столько запрещенные вещества, сколько… как раз различные ноотропы. Или совмещают.</p><p>Рудра: А зачем они это делают? Нравится быть под кайфом? Виртуал усиливает ощущения?</p><p>Лилит: Если бы. Они как-то это используют здесь. Расширение создания на «Карибах» создает что-то вроде помех… багов.</p><p>Я бы спросил что-нибудь еще, но ситуация несколько накалялась. Среди плывущих можно было заметить отдельных ноотропов на каноэ. И постепенно в них залезали рядом плывущие игроки.</p><p>— Орудийные порты открыть! — распорядилась Аннели, когда фрегат встал бортом перпендикулярно основному движению нападающих. Основному — потому что бухта изворачивалась дугой, и часть ноотропов приближалось с боков. — Пли!</p><p>Я жалел, что находился сейчас не на «Рапире». Там хозяйничали Менестрелиус с Адрианом, готовясь скомандовать пли. С другой стороны, сейчас мое присутствие мало что решало.</p><p>Борт разразился дымом, и десятки снарядов взметнулись в ноотропов. Одного ядра хватало, чтобы разносить в щепки каноэ — независимо от того, сколько человек в нем находилось. Спустя полминуты море покрылось красными пятнами, которые расширялись, перетекали по волнам и постепенно соединялись.</p><p>На «Рапире» поступили аналогично. Пушки исторгали пламя и дым, а плывущие ноотропы получали смертельные ранения, теряли конечности и головы. Но — не все. Если поначалу казалось, что залпы орудий выкашивают ряды врагов подчистую, то теперь стало нагляднее: артиллерия сильно мазала. И проблема была не в орудийных расчетах — уж на корабле Аннели я знал, насколько слаженно работает команда. Сейчас был тот случай, когда выражение «из пушки по воробьям» принимало обратный смысл. Когда стреляешь по кораблю, попасть в целом несложно. Но когда целей десятки, и все они мелкие… Промахов будет больше, как ни старайся.</p><p>И все равно оставалось загадкой, на что надеялись ноотропы. Ведь когда первые ряды плывущих — и гребущих на каноэ — приблизились, в дело вступили стрелки. Мушкет — это вам не пушка. Пусть они и не обладают идеальной точностью, но опытные корсары шестидесятых уровней без особого труда попадут с расстояния пятидесяти метров. Даже на «Рапире» с этим справлялись.</p><p>— Это как? — Один из стрелков на юте пристально смотрел на каноэ, в которое только что выстрелил. Ноотропы в нем продолжали гребсти к кораблю.</p><p>А затем я и сам увидел, чему удивился корсар. Нападающие… «моргали». Исчезали на мгновенье, а затем появлялись уже на немного другом месте, чем были секундой ранее. Происходило такое не чаще раза в десять секунд, и большинство не спасали даже такие финты. Но некоторые, как на том каноэ, все же подобрались к борту. На лицах у них были безумные улыбки.</p><p>Артиллерия перешла на картечь — расстояние теперь позволяло стрелять без попыток прицелиться. Дробь оставляла на воде рябь и мелкие брызги. Ноотропы шли на убой. Ну, или плыли…</p><p>Впрочем, живых оставалось еще много. Они плыли прямо по трупам своих соратников, по кроваво-красной воде. Даже залпы картечи не останавливали наступление полностью. Особенно это касалось носовых и кормовых пушек, чья площадь поражения была слишком ограничена.</p><p>— Аннели, — обратился я. Пиратка расхаживала по шканцам, время от времени раздавая приказы. Сперва она по привычке дернулась, окинув меня недовольным взглядом, но потом несколько остыла. — Вроде это пушечное мясо до нас пока не добирается, но, может, ну их? Самое ценное мы со дна подняли. Если окажется, что это не все — вернемся в другой раз уже вместе с эскадрой «Пришествия дна» и все спокойно обследуем. Эти наркоманы все равно дно не обыщут без колокола, даже если догадаются, что мы искали что-то ценное.</p><p>— Предлагаешь уходить? — она задумчиво вскинула бровь.</p><p>— Я думал, ты и сама это уже планировала. Просто решил, что ждать сейчас нечего.</p><p>Отбиваться до последнего нас и вправду никто не заставлял. Без лодок трудно было отверповать корабли, но на этот случай у нас был ветер и штурвал. Аннели, сильно сжав мою руку и посмотрев мне в глаза, распорядилась уходить из бухты, я продублировал приказ на «Рапиру».</p><p>Маневры не очень позитивно сказывались на стрельбе. Некоторые из ноотропов временно попадали в слепые зоны, где их не доставали снаряды, а мушкетеры не поспевали достреливать каждого — тем более что противники попадались «с багами», словно заранее знающими, когда в них решат засадить пулю.</p><p>К моменту, когда фрегат на распущенных парусах и лавировании кливерами начал набирать ход, заходя на поворот, ноотропы закарабкались по борту. «Рапире» пока доставалось меньше — бриг быстрее сумел развернуться и сейчас уже находился впереди.</p><p>Враги лезли как муравьи. Или, может, обезьяны. Их не сильно волновало, что им не выжить, они просто механически продолжали наступление с улыбками на лице. Корсары пустили в ход пистолеты и сабли, сам я тоже взялся за ятаганы в ожидании противников, хотя рука от укуса изрядно болела. Люди Аннели держали оборону первоклассно: Файб, находясь на вантах, раздавал баффы и приказы; стрелки на марсах не прекращали пальбу, а рукопашники встречали карабкающихся психов уколами шпаг и рубящими ударами сабель и абордажных топоров.</p><p>И все же без жертв не обходилось. Ноотропы лезли напролом, они были изворотливы и бодры. Их безумный смех, рычание и неразборчивые оскорбления вымораживали, заставляли усомниться в том, что это игроки, а не местные дикари. Первый встреченный мной противник намеревался замахнуться ножом, но использованный мной прием «Препарадо» прервал его жизнь быстрее. Сразу после этого я черканул кончиком ятагана по подбородку забирающегося ноотропа. Лезвие должно было рассечь кожу, но вместо этого прошло словно сквозь него. Второй клинок пришелся ему в грудь, когда он попытался прокувыркнуться на палубу прямо с фальшборта. Не успел.</p><p>Враги имели при себе даги, короткие пики, метательные ножи, кинжалы. Все то, что смогли унести с собой вплавь или на каноэ. Когда я оглянулся на берег, то несколько удивился тому, что он был все так же густ людьми… Ноотропы словно не кончались. Мы точно лишили жизни не одну сотню, но в море заходили новые. Для себя я сделал вывод, что их респауны расположены близко к берегу, вот они и бегут по второму кругу. А некоторые, возможно, даже по третьему.</p><p>Наполненные ветром паруса уносили нас из бухты, и враг отстал. Не знаю, как на идущей впереди «Рапире», а команда Аннели, похоже, была только рада такому фарму: многие успели поднять новые уровни, я не исключение. И не припомнить было сходу, когда в последний раз удавалось одержать такую легкую победу…</p><p>Стоило об этом подумать, как «Рапира» подпрыгула. По крайней мере, именно так казалось с квартердека фрегата Аннели. Немногим позже большая волна дошла и до нас, заставляя схватиться за поручни, чтобы устоять на палубе.</p><p>— Киты! — закричал впередсмотрящий.</p><p>Один, второй, третий. Десятки. Большие черно-белые киты шли нам навстречу, то заныривая в воду, то мощно выпрыгивая вверх. Они шли не поперек и не мимо нас — киты целенаправленно двигались на корабли. И «Рапире» уже доставалось.</p></section><section><title><p>Глава 12 Китовое побоище</p></title><p>Глава 12 Китовое побоище</p><p>«Рапира» непроизвольно шаталась, словно неваляшка. Мачты сильно наклонялись из стороны в сторону, словно киль налетел на… Даже сравнить не с чем. Это определенно были киты, и им самим должно было доставаться немало. И все же они упрямо лезли к бригу.</p><p>— Пять румбов влево! — заорала Аннели, осознав всю опасность. — По китам — огонь из всех орудий!</p><p>Все это было очень странно. Горбатые киты неоднократно нам встречались раньше, однако в большинстве случаев они сами избегали столкновений, уходили глубже под воду или меняли курс. Китобойные охотники сейчас пустили бы слюнки, а вот нам было не до веселья. Некоторые из млекопитающих громко фыркали, испуская фонтаны воды. Небо было чистым, но сверху заморосило как при обильном дожде, причем этот дождь не торопился кончаться. Вся палуба фрегата стала сырой, взмокли даже нижние паруса.</p><p>Рулевой в последний момент успел выкрутить штурвал так, чтобы фрегат не напоролся на китов. На «Рапире» открыли огонь из мушкетов: стреляли, по сути, под самый борт. Даже отсюда я заметил, как Менестрелиус лично занялся подожжённым бочонком, набитым порохом. Тот взорвался уже в воде вплотную к киту, и вода там тут же окрасилась в красный.</p><p>Корсары Аннели тоже во всю палили по китам. Мушкетная пуля едва ли остановит одну такую тварь, но хотя бы отпугнуть — почему нет? Да и вариантов у нас не было. Разве что минутой позднее в ход пошли пушки. Стреляли осторожно, пороха в корму сыпали меньше нормы, а клинья подпирали максимально высоко, чтобы дула орудий смотрели как можно ниже.</p><p>Это было нечто. Киты заструили из дыхал кровавыми фонтанами, и обычный дождь сменился на неприятно-красный, с редкими ошметками мяса. Дело было не только в пушках: одни метали гарпуны, другие попадали из порохового оружия аккурат тогда, когда туши высовывались из воды.</p><p>Один из китов высоко подпрыгнул из воды и на пике высоты ударился о борт «Рапиры». Словами не передать, как морщилось мое лицо в это мгновенье — фальшборт на шкафуте был в миг проломлен, пушки на верхней палубе наверняка проломились под весом млекопитающего. Бриг сильно качнуло, в следующий миг на кита уже налетела Фрингилья с гарпуном и другие пираты. Вскоре его туша сползла в воду, а на палубе осталась лужа бурой крови.</p><p>Неожиданно море затихло. В нем, впрочем, еще хватало выживших китов, которые выдавали себя поднимаемыми время от времени плавниками или фонтанчиками, но все вели себя тихо. Вблизи кораблей плавали лишь мертвые тушки.</p><p>— За кормой!</p><p>Крик матроса заставил обернуться. Со стороны бухты нас настигали ноотропы. И нет, не вплавь, хуже. Противники двигались за счет приближающихся акул. Одни лежали прямо на плавниках, другие разместились в каноэ, которых за веревки на большой скорости тащили хищники. Я вспомнил, как на Нассау нам помогали дельфины, запряженные ремнями. Тут был аналогичный случай, только в острых плавниках явственно угадывались хищники.</p><p>Стоит ли говорить, что встреча с китами у нас вышла вовсе не случайной? Ноотропы заранее все спланировали, чтобы мы не могли улизнуть. Вероятно, на суше или в бухте у нас как раз было больше преимуществ — много китов туда не заплывет, да и сами нападающие несли большие потери. Но здесь…</p><p>Теперь все море для нас становилось враждебным. Куда ни двинься, со дна может выпрыгнуть огромный китяра, а ноотропы настигнут корабль на акулах. Экипаж замер в нерешительности. Ситуация была слишком нестандартной, чтобы можно было сходу найти хитрое решение.</p><p>— Огонь по целям! — выкрикнул я, хотя не должен был. Это не мои люди, и Аннели — даже несмотря на произошедшее в колоколе — все же оставалась для меня несколько чужим человеком. Но все замерли, а нужно было действовать!</p><p>И это сработало. Корсары опомнились, с новой силой принялись перезаряжать мушкеты, готовить пушки. А я продолжал раздумывать и приходил к мрачному выводу, что ноотропы не такие кретины, какими хотели показаться. Слишком хорошо все продумано. И это — пугало.</p><p>Я уже даже не брался гадать, как им так сильно повезло с морскими питомцами. Повлияло их использование багов системы? Или это тот случай, когда «места знать надо»? Но что я подметил — киты продолжали курсировать рядом с «Рапирой», и на фрегат нападать на решались. Словно знали, что высокий борт не даст им возможности нанести серьезный ущерб, а вот расшибиться самим — запросто.</p><p>— Нужно сблизиться, — обратился я к Аннели, когда мысли улеглись. — Киты прыгают на «Рапиру», потому что борта брига ниже. Мы можем заслонить хотя бы один.</p><p>Пиратка кивнула, отдав приказ. Стрельба продолжалась. Ноотропы падали, киты и акулы испускали брызги крови. Пока все надежды оставались на крепкий ветер, который позволит нам разогнаться.</p><p>Мертвые киты представляли опасность тем, что если их ошметки забьют перо руля, корабль потеряет управление. Но мы хотя бы продвигались вперед. Ноотропы вновь карабкались по бортам кораблей. Иногда акулы, подобно китам, выпрыгивали из воды, и противники умудрялись в этом полете зацепиться за борт. И если бы это было все…</p><p>По правому борту в полумиле тянулся берег Антигуа. И когда он оборвался, за ним показались люгеры. Шесть легких кораблей с косыми парусами. Сперва я воспринял это за благую весть: любой адекватный клан мог если не помочь нам, то хотя бы отпугнуть ноотропов. Много ли кто не захочет запастись халявным китовым жиром, чтобы хорошо его сбыть? Но люгеры тоже принадлежали им…</p><p>Легкие скоростным суда неслись наперерез нашему пути. Скорость они набрали недурственную, двигаясь галсами. И пока акулы и киты вставляли палки в колеса, экипажи люгеров наверняка готовились к бою.</p><p>— Приплыли… — охреневающе подытожил Файб, вперившись в подзорную трубу.</p><p>— Норман, — обратился я к контрабандисту, который за последний час не сказал ни слова. Происходящее ему явно не нравилось, но он пытался делать вид, что все в норме. Или что это не его война. — Ты можешь повлиять на них?</p><p>— Повлиять! — подчеркнул он слово. — Прости, парень, но я не управляю морскими стихиями и не повелеваю рыбам, куда им плыть.</p><p>— На ноотропов. Тех, кто на нас нападает.</p><p>— Что верно, то верно. Старина Рик всегда находил язык даже с самыми конфликтными господами. Опять не можете без меня, да? — горделиво усмехнулся он, как делал это уже не раз.</p><p>Я хотел только одного — чтобы контрабандист, пусть даже неосознанно, отправил им какой-нибудь квест, отправляющий их в другое место. Что угодно! Как это срабатывало с французскими солдатами.</p><p>Увы, в последующие минуты ничего не менялось. Норман приветливо махал приближающимся судам. Он, кажется, на самом деле не понимал, что от него хотят. Ну не объяснять же ему про выдачу квестов, про то, что он — непись… Даже если попытаться, они ничего не поймет — проверено. Так что шанс на мирное решение конфликта становился все более мизерным.</p><p>Пока я доставал Нормана, Аннели распорядилась выстроить фрегат позади «Рапиры»: встречать люгеры лучше двумя бортами. Мой бриг, конечно, снова становился более уязвимым для китов, но лучше так, чем не дать должный отпор кораблям. Возможно, у нас будет только один залп, люгеры слишком быстро и маневренны, попытаются уйти с линии огня.</p><p>Если точнее, они на эту линию и не нарывались. Они шли на опережение и, выйдя на расстояние пушечного залпа, поочередно открыли огонь. Снаряди полетели в «Рапиру» со стороны носа. Калибр был небольшой, и все же ядра летели убийственные. Одно из них проломило носовую фигуру, другое оцарапало бушприт. По сторонам от брига вода вспучивалась, поднимая маленькие фонтаны брызг. И все же часть снарядов угодила на палубу.</p><p>Корабли ноотропов так и оставались на расстоянии недосягаемости. Аннели, сообразив, что стоять позади «Рапиры», когда стреляют по ней спереди, бессмысленно, распорядилась вновь поравняться бортами. Но не успели матросы выполнить этот маневр… Как люгеры вновь оказались на шаг впереди. Теперь они делали залп сбоку, атакуя бриг, и фрегат вновь не мог выстрелить. На «Рапире» дали ответный залп, но снаряды упали чуть раньше целей. А ведь один полноценный залп фрегата мог бы смять эти кораблики так, как когда-то галеон «Эльдорадо» снес нанятый мной люгер.</p><p>— Изготовиться к повороту! — закричала капитан, перехватывая штурвал из рук рулевого. — Якорь с подветренной стороны готовь! Марсели по команде убрать! На опердеке и мильдеке по правому борту — к залпу по целям готовсь!</p><p>В этих командах я узнавал старую-добрую Аннели. Все было выполнено настолько четко и синхронно, насколько это вообще возможно. Воспользовавшись инерцией движения, фрегат резко свернул на девяносто градусов, одновременно с этим на нем убрали большую часть парусного вооружения. Палуба сильно накренилась на один борт, затем на противоположный… И вот тогда-то раздался залп. В то самое мгновенье, когда дула пушек смотрели в воду, палуба сотряслась от выстрелов. Преследовавшие нас киты и акулы получили такую дозу чугуна, что, казалось, в воздух поднялось целое облако, туман крови. Традиционно заморосило и на корабле. Даже оставленные паруса — например, кливеры — наполнились вкраплениями красного, росчерками безумного художника. Борта корабля тоже теперь отдавали багровыми цветом.</p><p>Стратегически весь наш маневр выкашивал ряды морских существ и совсем немного ноотропов, но никак не избавлял от люгеров. Да и выживших китов и акул, стоит признать, еще оставалось прилично. Но!</p><p>Экипажи люгера словно с цепи сорвались. Геноцид рыб их явно разозлил: теперь они уже забыли про дистанцию, про осторожность. И просто поперли на нас напрямую.</p><p>— Рудра. — Аннели поймала меня тогда, когда раздала все указания о подготовке к бою. Теперь мы вновь догоняли «Рапиру», чтобы во время абордажа быть рядом. — Они сразу просекли, что твой бриг более уязвим. Кит сломал фальшборт и, судя по всему, часть переборок. На люгерах стреляли туда же.</p><p>— Они как стая волков, — кивнул я. — Пытаются сперва разделаться с наиболее слабым, а потом примутся за тебя.</p><p>— Именно. Я бы этих тварей давно выкосила, но у них хорошая… инфраструктура. Пока одни атакуют, другие вновь идут к нам с респауна. Пока мы не уйдем слишком далеко, они будут настигать нас до бесконечности.</p><p>— И это печально, мягко говоря. Ты… есть варианты?</p><p>— Сам подумай.</p><p>Я уже догадывался, и мне это не нравилось. Хотелось отчаянно искать альтернативы.</p><p>— Можно снова спрятать бутылки где-нибудь на дне, а потом вернуться за ними…</p><p>— Смеешься? Эти наркоманы содержат подразделение китов и акул. Где гарантии, что они это не подберут тут же? Мы не можем так рисковать. Но можем рассеять внимание.</p><p>— Не ходи вокруг да около, — не выдержал я. — Так и скажи, что предлагаешь скормить им мой корабль, а самим уйти.</p><p>— Да, — честно ответила она, глядя мне в глаза. — Если бы не манускрипт, еще можно было бы подумать. Но сейчас…</p><p>Если бы ситуация не была столь напряженной, такого вопроса априори бы не поднялось. Аннели привыкла стоять за себя, и просить помощи или делать встречные предложения ей всегда дается с трудом, я это давно подметил. Еще более наглядно ситуацию показывала картина, творящаяся за бортом. Выжившие киты и акулы пополнялись новыми рядами, и многих из них верхом оседлали ноотропы. Каноэ на веревках тоже появлялись — в общем, ощущение было такое, словно клан «Ноотропов» за сегодня почти не понес потерь. Да, вероятно, многие из-за смертей потеряли уровень-другой, вот только, видимо, на такие потери они были готовы ради захвата наших кораблей. Победа все спишет.</p><p>— Ты уверена, что это поможет? — задумчиво спросил я.</p><p>— Смотря как обставить.</p><p>— Подорвать порох в трюме?</p><p>— А вот это как раз чушь. Твоей «Рапире» придется стоять до последнего. И люди должны это понимать. Просто скажи им.</p><p>— Нет, — вздохнул я. — Не могу так. Из меня, конечно, всегда был хреновый капитан, но отправлять их на верную гибель… Оставь меня с ними. Сделаем все, что можем.</p><p>— А манускрипт? — Она подняла бровь.</p><p>— Ну, встретимся после респауна. Или нагоним тебя к Барбадосу.</p><p>— Твои люди могут не слишком доверять мне. Твой клан. Ты. У меня будут все возможности выполнить квест единолично.</p><p>— Да, будут, — устало согласился я, вытянув руки к релингу. — Делай что знаешь. Но лучше так, чем я в очередной раз оставлю «Рапиру». Часть команды, часть корабля.</p><p>Аннели нервно закусила губу и о чем-то задумалась. Люгеры грозно приближались. На одном из бушпритов можно было разглядеть ноотропа, весело размахивающего абордажной кошкой. На «Рапире» сделали бортовой залп, но снаряды пришлись лишь на малую часть люгеров.</p><p>— Вели пройти рядом с кормой, — сказал я. — Я переберусь по вантам.</p><p>Аннели молча кивнула, продолжая задумчиво смотреть на люгеры. Они уверенно шли к «Рапире» для абордажа.</p><p>— Хватайся! — За время, пока я отвлекся на собственные мысли, Аннели подтянула распущенный бакштаг и приглашающе обхватила меня за пояс.</p><p>— Ты куда собралась? — удивился я.</p><p>— Туда же, куда и ты. Не хочу, чтобы ты думал о том, что я вас кину и выполню квест одна.</p><p>Отвечать я не стал. Но в душе, конечно же, потеплело. Пропала та обреченность, с которой я возвращался на родную посудину. Фрегат как раз подошел близко к «Рапире», и мы оттолкнулись от фальшборта, отправляясь на канате к моим ребятам.</p><p>И наше появление их воодушевило. Не успел я поприветствовать экипаж, как Аннели заорала:</p><p>— Всем покинуть бак! Залечь в укрытия! Сейчас будет жарко.</p><p>Вот оно что. Фрегат Аннели, обойдя нас по левому борту, готовился дать свой залп. Необязательно по бригу — но люгеры уже вот-вот «воткнутся» в нас носами, абордажные кошки уже пошли в ход. Так что залп будет сразу по всем.</p><p>Так и вышло: в момент, когда бушприты ноотропов вперились в «Рапиру», на фрегате прогремел огонь. Десятки орудий извергали пламя, и люгеры захрустели, сотрясаемые крупнокалиберными снарядами. Два корабля вмиг обронили невысокие мачты, на остальных неплохо расчистились палубы. Нас тоже задело, но не так сильно, как можно было предполагать. Все-таки канониры Аннели знали свое дело и не открывали огонь по союзникам, если на то не было нужды.</p><p>Пока все укрывались от возможного удара, один лишь Менестрелиус проигнорировал слова Аннели. То ли намеренно не считал нужным слушать не-капитана, то ли даже не услышал: он натягивал болт на скорпионе и целился по врагу. Особенность этого болта была в том, что на конце он ветвился, образуя что-то вроде трезубца. Уже после пушечного залпа боцман выстрелил, и болт сразил троих ноотропов, вонзаясь в мачту одного из люгеров. Между ним и скорпионом теперь был протянут канат. Противники наверняка захотят им воспользоваться, а Менестрелиус не откажет себе в удовольствии вовремя отцепить конец каната, чтобы отправить нападающих в воду.</p><p>Ноотропы думали, что фрегат сейчас зайдет с фланга, чтобы продолжить расстреливать люгеры. И потому жадно понеслись на абордаж. Тут, на «Рапире», их не сметут ядра. Наивные.</p><p>Подрывать собственный корабль в планы пока не входило, зато фрегат незаметно повернулся к нам кормой, удаляясь. С кормы продолжили делать прощальные залпы, а мы ринулись встречать врагов.</p><p>Все было кристально ясно. Есть «Рапира» и есть враг. Пушки уже не помогут — точнее, на батарейной палубе еще продолжали стрелять картечью, которая весьма кстати поражала ноотропов на тех люгерах, которые не успели приблизиться к нам вплотную. И все же дело переходило в рукопашную схватку.</p><p>Лилит притащила на шканцы ящик с бутылками рома. Народ принялся разбирать их, чтобы принять временную дозу дополнительных удачи и энергии, и я не был исключением.</p><p>— Стоим до конца! — Чокнувшись с соратниками, я выкрикнул фразу, в которой, если честно, не видел особого смысла.</p><p>Слишком очевидно, слишком пафосно. Возможно, бойцам сейчас и нужен был этот пафос. Я был с командой, я в нее верил, они верили в меня. И в себя.</p><p>— А мы будем стоять с вами. — Голос, раздавшийся из-за спины, был знакомым.</p><p>— Янычар? — Удивляло меня даже не то, что боец Аннели тоже перебрался на бриг. Он был с группой корсаров. Все они были сырыми, то есть спрыгнули с фрегата уже поздно и доибрались вплавь. — Значит, решили присоединиться к пиршеству?</p><p>— И, похоже, очень вовремя, — подбодрил он меня.</p><p>И бой завертелся. Первых залетающих на борт ноотропов Менестрелиус встретил выстрелом из мушкетона. Следом за ним это сделал Коур, но на сей раз пара противников «моргнула», и следов картечи на их телах не было. Зато их встретили сабли моих людей.</p><p>Менестрелиус, понимая расклад ситуации, распорядился бросить в воду якоря в нужный момент так, чтобы те свалились на китов. Аннели открыла огонь из револьвера, застреляли картечью вертлюжные орудия. На марсах нескончаемо трещали мушкеты. А ноотропы лезли, лезли, лезли…</p><p>Зазвенела сталь клинков. Один из противников направил пистолет мне в грудь, на ходу вонзая кинжал в горло одного из наших. Лишь в последний момент я сообразил метнуть ятаган с помощью навыка, и ноотроп остался без руки с пистолетом, хоть и успел нажать на спуск. Пока я добирался до улетевшего оружия, на пути устранил еще одного врага, а затем попал в самую гущу боя. Заработали навыки, руки с ятаганами завращались, тело бешено двигалось по палубе.</p><p>Бой был долгим — настолько, что энергия приблизилась к минимальному порогу. Кто-то из ноотропов натравлял нас на здорового пеликана, который своим длинным клювом умудрялся не раз хорошенько «клюнуть» пиратов.</p><p>Но кончилось все совсем не так, как можно было ожидать. В какой-то момент из воды вновь выпрыгнул кит — и приземлился всем своим весом на палубу, сотрясая корабль. Полопались бакштаги грот-мачты, снасти полетели вниз, а сама мачта начала безвольно раскачиваться. Под китом полегло человек десять, палуба местами проломилась. Фрингилья, уже по традиции, ринулась колоть его гарпуном, и очень зря: еще один кит плюхнулся рядом, погребая ее под собой. «Рапира» трещала, кренилась, больно скрипела. Грот-мачта с грохотом рухнула, заставляя корабль качаться так сильно, что еще немного, и он бы перевернулся на бок. Вслед за китами запрыгали акулы. Ноотропы продолжали наступать.</p><p>Мы бились до последнего. Исколотые, раненые, вымокшие в китовой и человеческой крови и высушенные на жарком дневном солнце. Враги, как мне кажется, уже давно догадались, что упустили второй корабль. Возможно даже, что часть из них, оседлав морских питомцев, отправилась его догонять. Но люгеры уже никуда не могли деться. На большинстве из них поломались мачты, какие-то и вовсе получили неслабые пробоины. И ноотропы срывали на нас всю злость.</p><p>Они, заразы, оказались невероятно живучими: в среднем каждая десятая нанесенная им рана… не появлялась, хотя должна была. Вот так просто — рубите вы человеку руку, клинок проходит сквозь нее, но не наносит никакого вреда. И ноотропы этим умело пользовались.</p><p>Наконец они заполонили «Рапиру» настолько, что наша скромная кучка выживших как-то как само собой разумеющееся оказалась на шкафуте — зажата так, что не сдать и шаг. Рядом были Аннели, Янычар, Менестрелиус и другие мои люди. Сил уже не оставалось. Десятки захватчиков окружали нас, лыбясь до ушей. Трупы соратников под нашими ногами исчезали один за другим, и мы проваливались ниже.</p><p>Может, эти ребята и были мастерами использовать баги «Карибов», но что им точно было не в силах — так это успеть затушить фитиль, который сейчас догорал в крюйт-камере.</p></section><section><title><p>Глава 13 Пасть дьявола</p></title><p>Глава 13 Пасть дьявола</p><p>Респаун забросил нас на берег неизвестной рыбацкой деревушки. Настроение было паршивым, и мертвая зыбь на море вкупе с тоскливым писком чаек только подстегивали уныние. Мы появлялись прямо на берегу, «Рапира» стояла на приколе неподалеку, но я не сразу узнал собственный корабль. От былого величия не осталось и следа. Обшивки бортов больше не имелось, как и краски, носовая фигура в виде черного скелета с копьем в руках исчезла.</p><p>Раньше, когда бриг несколько раз терпел крушения в первую неделю моего пребывания на «Карибах», я не слишком сильно волновался за его вид. Для меня это еще был чужой, незнакомый корабль — и не было уверенности, что он со мной надолго. Ну, или я с ним.</p><p>Вероятно, сыграло роль то, что ноотропы разрушали «Рапиру» очень планомерно. Если бы крушение было быстрым — сейчас бриг мог бы сохранить часть «нажитого». Но, увы, шансов на это почти не оставалось. В любом случае, лучше так, чем отдать корабль ноотропам.</p><p>На других пирсах чуть дальше по берегу стояли другие суда. В основном шхуны, грузовые флейты, канонерки. Вдоль берега бухты тянулись простенькие деревянные лачуги. За ними проглядывался дым от костров, едва доносились звуки гитары и смеха. Видимо, это было ближайшей точкой респауна, которую система сочла для нас безопасной. Хотя нельзя сказать, что местный контингент вызывал доверие — рыбаки на причале подозрительно поглядывали на нас, перенося с лодок на берег заполненные рыбные сети.</p><p>— Да уж, — протянул я, оглядывая «Рапиру». — Сильно нас потрепало.</p><p>Другим ответить было нечего. Те, кто погиб в последних рядах подобно мне, неуверенно оглядывали все вокруг. Часть экипажа явно отреспаунилась раньше — кто-то показался из деревушки, другие шли к кораблю.</p><p>Спустя пару минут нас поприветствовала Лилит с отрядом помощников.</p><p>— Капитан, — коротко кивнула квартирмейстер. — Мы торопимся?</p><p>— Смотря куда. — Я перевел взгляд на стоявшую рядом Аннели. Зрачки той бегали, как при наборе или чтении сообщений. — А что, у нас еще какие-то проблемы?</p><p>— Сейчас ребята заглянули на «Рапиру». Трюм почти полностью пуст. Четырнадцать базовых чугунных орудий. Банники, пыжи, вода, порох, картузы — всего хватит на считанные залпы, если мы встрянем в бой. Запасной парусины нет, рангоут тоже почти весь без замены. Канатная кладовая пустеет.</p><p>— Корабельная казна?</p><p>— Восемьсот сорок пиастров. Еще немного мелочи, сохранившейся у экипажа.</p><p>— Что у местных? — Я указал на здания, со стороны которых прибыли Лилит с группой пиратов.</p><p>— Место здесь дряхлое, ресурсов немного. И все же закупиться бы не помешало. Но погрузка займет время, сами знаете. Потому и спрашиваю, надолго ли мы тут.</p><p>К этому моменту Аннели закончила переписку и вмешалась в разговор:</p><p>— Закупайтесь. Мой корабль подойдет сюда только к ночи. Уйдем на рассвете.</p><p>Я передал Лилит свой собственный кошель, в котором тоже сохранились кое-какие средства, и дал ей полную волю в закупке припасов. За «Рапиру» было грустно, но, с другой стороны, манускрипт вроде бы оставался с нами — если, конечно, мы забрали все чертежи. Никаких других бутылок после нас индейцы не успели найти, но сомнения, конечно же, роились. Уже просто не верилось, что нет никакого подвоха.</p><p>Плюсов от произошедшего тоже хватало. Я заработал сорок седьмой уровень, хотя вместе со смертью и потерял большую часть последующего прогресса. Очки умений рукопашного боя накопились в таком количестве, что можно было смело открыть несколько новых приемов. Но делать этого я, конечно же, пока не буду — лучше взвешу, что мне может пригодиться в будущем, и буду активировать навыки с осторожностью. Я и так очень много потратил на кулачные приемы, когда дрался с Финнаном. Еще бы доразобраться с персональными навыками ятаганов…</p><p>Некоторые «нафармили» порядком больше, подолгу выкашивая ряды врагов. В конце концов, с горем пополам и порядочными вливаниями серебра «Рапиру» можно восстановить, а вот открытые уровни не купишь нигде. Хоть что-то позитивное во всем произошедшем.</p><p>Часть команды сделала логаут, остальные принялись за работу. Хотя наша квартирмейстер ворчала, когда пираты называли это работой, но как иначе назвать коллективное распитие рома? Причем в таких количествах, что после приема спиртного потребуется отдельное время на отдых?</p><p>И все-таки народ заслужил развеяться. Разбился корабль — надо залечить горе. Подняли уровни и очки навыков — надо отметить. Сидим до следующего утра в забытой бухте Антигуа? Тогда вообще без вариантов.</p><p>— Я здесь уже бывала однажды, — сказала подошедшая ко мне Аннели, когда я спустился к причалу с бутылкой в руках. Фельдмаршал так и не объявился, и сейчас мне его почему-то не хватало.</p><p>— Терпела крушение возле Антигуа?</p><p>— Выполняла небольшой квест на клад. На самом деле места тут красивые.</p><p>— Ну, если убрать мою развалюху, вид на море и правда открывается прелестный.</p><p>— Я не об этом. Чем тут без дела торчать, предлагаю смотаться до одного места, пока не стемнело.</p><p>Возражать я не стал. Тем более что произошедшее между нами ранее… требовалось обсудить, что ли? Или как раз не требовалось. Пока Аннели делала вид, будто ничего не произошло, и, возможно, это выглядело наиболее разумным. Мы состоим в разных кланах и в каком-то смысле — потенциальные противники. С другой стороны, квест на чудо-пушки мы еще не выполнили, а до его окончания можем считаться полноправными союзниками.</p><p>Можно было бы, конечно, прямо сейчас написать Илюхе и сообщить наше местоположение. «Пришествие дна» могло бы полноценно «подстраховать» наш дальнейший путь к Джордану Бланку на Барбадос. Но что-то мне подсказывало, что это сейчас ни к чему. Не буду ни своих дергать, ни показывать пиратке, что я ей не доверяю. В конце концов, она добровольно отправилась со мной на «Рапиру», чтобы я не волновался за возможное предательство.</p><p>Мы уселись в шлюпку, продели весла в уключины и двинулись вдоль берега. Чуть дальше из воды вырастали десятки мангровых деревьев — целый лабиринт зелени, напомнивший мне об острове, на котором живет Финнан Хорингтон с карибами. Только здешние «кусты» выглядели более яркими и живыми, с обилием птиц и жужжащих насекомых.</p><p>До поры до времени…</p><p>— Нам точно сюда? — спросил я, когда Аннели повела лодку в самую гущу. Мы плыли через этакий естественный тоннель, который создавали мангры.</p><p>— Это кратчайший путь, мы уже близко.</p><p>Ветви окружили нас, образуя что-то вроде длинной арки. Сквозь них с трудом проглядывалось солнце, кругом было темно. Иногда бесконечные ветви проходили так низко, что нам пришлось пригибаться, едва ли не целиком ложиться в шлюпку. Весла то и дело задевали мангры, но кое-как мы все-таки преодолели лабиринт и вышли на свободу.</p><p>Вид отсюда открывался совсем другой, нежели в бухте. Теперь я даже не был уверен, что мы зареспаунились на самом Антигуа, а не на одном из многочисленных придаточных островков. Вдалеке виднелись невысокие горы — или, вернее, покрытые зеленью холмы. Но местами проглядывался и ровный горизонт моря. Или Атлантического океана? Без карты сориентироваться было трудно.</p><p>— На месте, — сообщила Аннели, отпуская весла.</p><p>По левому борту громоздился скалистый берег. Метров десять в высоту. Весь рельефный, острый, слоеный, словно боковая сторона стопки блинов. По такому не то что не вскарабкаться — даже просто не повиснуть: либо порежешься, либо просто не допрыгнешь. Если пиратка хотела полюбоваться видами с этого берега, то выбрала явно неудачный путь, нужно было заходить с суши.</p><p>— Плыви за мной.</p><p>Она технично выпрыгнула, и мне ничего не оставалось, как нырять следом, поскольку лодку перевернуло от прыжка. Хотел бы я спросить, как мы потом будем ее здесь искать, унесет ведь… Но, похоже, этот вопрос сейчас был неактуален.</p><p>Глаза быстро привыкли к воде. Видимость была идеальная, дно — прозрачное. Но плыли мы не на дно. Просто под скальным берегом открывалось что-то вроде прохода в подземную пещеру. Верхняя часть тоннеля оставалась над водой — совсем немного, но этого хватало, чтобы высунуть голову. Вот только Аннели было интереснее плыть почти по самому дну, а мне, разумеется, было интересно плыть за ней вплотную. Лучи солнца отражались от стен начинающейся пещеры и создавали красивое освещение. Мимо нас то и дело проплывали рыбы, иногда настолько близко, что так и хотелось их потрогать. На дне показалась морская звезда, разместившаяся в песчаной ямочке.</p><p>Но настоящее удивление у меня вызвал вид этого места, когда мы всплыли на поверхность и забрались на невысокие каменные отложения. Отсюда казалось, что сама вода светится ярко-голубым светом. Я знал, что это иллюзия, просто солнечные лучи так отражаются от воды и поверхностей. Но здесь, в пещере, куда само солнце вообще никак не проникало, это создавало фантастические оттенки и освещало всю пещеру.</p><p>Если бы еще кромка воды переставала создавать рябь… Но нет. Даже спустя минуту после того, как мы уселись на поверхности, вода продолжала колыхаться, словно ветер на побережье усиленно загонял ее сюда. Так оно, в общем-то, и было.</p><p>— Красиво, черт возьми.</p><p>— Я не сомневалась, что тебе понравится. Вслушайся. Это ветер насвистывает.</p><p>Легкий, едва слышный свист создавал мелодию, напоминающую веселый свист попугайчиков.</p><p>— За красоту приходится платить, — сказала Аннели, принявшись снимать с себя сапоги и выливать из них воду. — Это пасть дьявола. Есть лишь промежутки времени, когда сюда можно попасть. В остальное время уровень воды здесь повышается, создается давление, пока вода с огромной силой не выбрызгивает наружу. А в другое время, как сейчас, все ровно наоборот. Наступит момент, и вода ринется сюда со штормовой силой, разом заполняя пещеру целиком. Убийственная штука.</p><p>— О как. Это получается, ты нам смертный приговор подписала, когда притащила сюда.</p><p>— А ты против? Время есть, не держу. Можешь плыть обратно.</p><p>— Предпочту провести время с тобой, — ответил я, положив ладонь на ее колено. — Шлюпку все равно уже волнами унесло, наверное.</p><p>— Ты спрашивал обо мне, — переключила тему она. — Хотел знать, кто я. Думаешь, наверное, как мне повезло. Собрала вокруг себя послушную команду ребят из интерната, нашла время на «Карибы», обзавелась кораблем, прокачалась, прокачала команду. Веселуха, в общем, да?</p><p>— Веселуха? Ты не часто кажешься сильно веселой… Ну, если только не пристрелишь какого-нибудь испанского губернатора.</p><p>— Два года назад вместе с родителями я отправилась в путешествие. В Гватемалу. Мой отец был фотографом, и подобного рода поездка сулила круглую сумму. Это был далеко не первый подобный случай, мы регулярно посещали разные уголки мира, когда была возможность. Только в этот раз все кончилось так «замечательно», как никогда до этого. У нас было что-то вроде экскурсии. Мы ночевали в палатках в сельве, когда полчище неведомой хрени умудрилось перекусать нас. — Голос Аннели стал тише и злее. — Я до сих пор не знаю, что произошло. Местные пауки, комары, кто-то еще. Под утро мы все распухли и чесались. Мне не передать и львиную долю того, что я тогда чувствовала. Наш проводник послал сообщение, и местные успели нас вытащить. У всех у нас оказался какой-то местный вирус. В итоге выжила одна лишь я.</p><p>На этом моменте она замолчала, уставившись в одну точку.</p><p>— Соболезную, — сказал я, не находя силы сказать что-либо другое. Да и нечего тут было говорить.</p><p>— Нейтропный вирусный паралич. Он начался с ног. Сперва мне с трудом давалось ходить, но лишь позже стало ясно, что дело ухудшается. Медленно, но верно. Я осталась у бабушки. Родительское наследство пришлось пустить на лечение, вот только делу это не помогло. Врачи даже не смогли установить, кто занес вирус — в Гватемале неизученных существ сотни. Лишь выяснили, что покусали меня исключительно в ногу, потому и повезло, в отличие от родителей. Остатки средств я отчаянно спустила на капсулу.</p><p>— Чтобы заработать больше, — договорил я, и лишь спустя минуту добавил: — Охренеть.</p><p>Аннели рассказывала все это с горечью, но не пустила слезы. То ли слишком хорошо сдерживалась, боясь показать слабость, то ли «выплакала» случившееся столько раз, что уже не находилось слез.</p><p>— Есть шанс, — продолжила она. — Паралич прогрессирует. Уже позднее я узнала, что несколько клиник готово провести лечение. Обещают хоть и не сразу, но чуть ли не целиком восстановить ноги. Протезирование нервной системы, новые технологии электростимуляции. Вирус будут убивать прямо внутри клеток. Уже десятки человек излечились по такой программе, но стоит это столько, что выгоднее сразу отрубить себе ноги и купить протезы. Но это не мой путь.</p><p>— Вот на что ты хочешь потратить…</p><p>— Да, хочу, — оборвала она меня. — Когда я одержу победу в турнире, часть приза отдам на интернат. Я ничто без своей команды. Призового фонда хватит с лихвой и на это.</p><p>— А если не выиграешь?</p><p>— Тогда умру. — Она легкомысленно пожала плечами. — Устранить вирус могут только при комплексном лечении. Просто остановить болезнь — это не мой случай. Не берутся. Я не знаю, сколько есть времени. Может, полгода. Может, больше. Но другой возможности у меня, вероятно, уже не будет.</p><p>Я не знал, что сказать. Не знал, как это осмыслить. Не понимал, как такое вообще возможно. Или понимал, но отказывался верить, что девчонка, с которой я путешествовал на протяжении последнего месяца, таила в себе такое. А ведь с самого начала было ясно, что что-то с ней так. Импульсивная, злая, грубая? Да другие на ее месте давно бы сдались. Или и вовсе не пытались бы. Но для Аннели была слишком дорога победа.</p><p>Осознать масштабы проблемы так быстро не получалось. Куча мелких вопросов роилась в голове, но сейчас я понимал, что все они не имеют значения. Возможно, весь я не имею значения. И единственное, чем я мог помочь здесь и сейчас — это крепко взять ее за руку, продолжая смотреть на светящуюся воду.</p><p>Выхода отсюда не было. Мы молчали. Пещера заполнялась водой.</p></section><section><title><p>Глава 14 Во власти стихии</p></title><p>Глава 14 Во власти стихии</p><p>На респауне Аннели уже не было — вышла из виртуала. Если днем над Антигуа не стояло ни облачка, то на закате к берегу неслись сизые тучи. Проводить ночь здесь я не видел смысла.</p><p>В реале настроение было не лучшим. По хорошему, нужно было бы от души проспаться, но не получалось. Я все прокручивал в голове слова, сказанные Аннели. Пытался понять, представить, даже усомниться. Для меня новость о ее болезни была равносильна грому среди ясного неба. Я всегда подозревал, что она несет в себе какую-то тайну, но чтобы вот так…</p><p>Не жалеет ли она, что поделилась со мной этим? С другой стороны, ей наверняка не с кем это разделить. Самое обидное, что помочь я едва ли мог. Более того, я представляю другой клан, и не в моих интересах желать ей победы на «Форте Генри Моргана». Вот только сейчас это значило не желать ей жизни.</p><p>Несколько часов кряду я шерстил информацию в Сети, пытаясь найти хоть что-то о прошлом Аннели, о нейровирусах Латинской Америки, об истории ее клана. Ничего толкового. Ничего такого, чего я не знал ранее. И уснул с мыслями о том, что даже если на турнире победит «Пришествие дна», это оставляет хоть какой-то шанс на… назовем это «сотрудничество», позволяющее отстегнуть небольшую часть приза Аннели. А вот если победят какие-нибудь испанцы… Тут даже думать нечего.</p><p>Утро на «Карибах» встречало холодным ветром, затянутым небом и накрапывающим дождем. Вполне вероятно, что уже через час будет печь солнце — погода в Карибском море переменчивая. За ночь «Рапиру» оснастили всем необходимым — всем, что нашлось в этой богом забытой деревушке. С удивлением я узнал, что некоторые мои люди за ночь обзавелись питомцами. Коур обзавелся полосатой кошкой породы оцелот, рулевой заполучил капуцина, а у Лилит появился черно — желтый тукан, который был рад составить компанию Фельдмаршалу. Как объясняла команда, ночью, после немалого количества спиртного, многие почувствовали тягу к приключениям и двинулись в глубь острова на выполнение мелких квестов. Также у пары матросов еще ранее появились хомяк и собака. Животным выделили место в трюме — во время перемещений не стоит превращаться палубу в зверинец, исключение составят лишь птицы.</p><p>И теперь экипаж готовился к путешествию, времени на раскачку больше не было.</p><p>Отчаливать пришлось в дождь. Мокрые паруса становились невероятно тяжелыми, для корабля со слабыми реями это и вовсе могло обернуться сломанной мачтой, так что бриг вели осторожно. Корабль Аннели ждал нас в нескольких милях от бухты, и пока я предложил ей посетить мою каюту.</p><p>Внешне пиратка не подавала виду, что вчера поделилась со мной чем-то откровенным. Она-то носила это в себе месяцами, это только для меня услышанное стало шоком.</p><p>— Много думал о том, что ты вчера рассказала… — начал я, доставая из серванта бутылку портвейна. Хотел было разлить по стоящим на столе кружкам, но в последний момент передумал и отставил бутылку на стол. — Много кто еще об этом знает?</p><p>— Никто, кто стал бы распространяться об этом. — Аннели уселась на соседнем стуле и задумчиво посмотрела в окно.</p><p>Я вновь потянулся к портвейну — и вновь одернул себя. То ли меня уже тошнило от алкоголя, то ли просто момент был каким-то неподходящим. Есть вопросы, которые стоит произносить не за распитием спиртного.</p><p>— Наверное, тебе не понравится мой вопрос, но к чему такая скрытность? Ты могла бы попробовать собрать сумму через донат или что-то в этом роде.</p><p>— Или получить уйму новых проблем и клеймо инвалида. С чего ты взял, что у скрытной и необщительной пиратки будет больше поклонников, нежели недоброжелателей? Что кто-нибудь не решит сделать еще хуже?</p><p>— Значит, ты все уже давно решила, — сделал вывод я. — Ну, за меня можешь не беспокоиться. Я никому не расскажу.</p><p>— Знаю, — ответила она. — Потому и поделилась.</p><p>Подвесной фонарь протяжно покачивался на цепи, создавая в каюте движущиеся тени. По окнам стекали крупные капли дождя. Мы долго молчали.</p><p>Почувствовав, что время, проводимое с Аннели наедине, так или иначе однажды закончится, и мы уже можем никогда не увидеться, я не удержался и подошел сзади, молча обнял ее, сидящую на стуле. Она, казалось, никак на это не отреагировала. Тогда я медленно поцеловал ее в шею.</p><p>Дальше было что-то еще. Обнимки и поцелуи, выпитый портвейн, долгие разговоры обо всем на свете и созерцание вспышек молний далеко в небе за окном. Не помню, в какой момент мы оказались в постели — ночь пролетала так быстро и так бурно, словно это была галлюцинация, лихорадочный сон, у которого не было начала и не будет конца. Весь день и всю ночь погода была скверной, и на «Рапире» находились лишь те, кто был на вахте, поэтому мое появление на палубе все равно не требовалось, и каюта была заперта.</p><p>В обычное время капитанская кровать в каюте использовалась мной только для респауна — я появлялся в ней, когда заходил в виртуал. В этот раз впервые ее пришлось использовать по назначению. До самого рассвета мы с Аннели наслаждались друг другом, словно оба чувствовали, что другого шанса может уже не быть. Хотя кто нам запретит? Что помешает? Сейчас об этом думать не хотелось, но интуиция штука такая…</p><p>На рассвете мы вышли на корму, чтобы полюбоваться первыми лучами солнца. Вот только солнце почти не пробивалось сквозь густые тучи, и лишь холодный дождь не переставал бить по нам. Вымокшие насквозь и налюбовавшиеся туманными видами горизонта, мы вернулись в каюту. Сохнуть, греться, пить чай…</p><p>К полудню на «Рапире» все же появилось оживление. После нападения китов на корабле стали находить множество зубов — и это несмотря на то, что респаун «очистил» бриг не просто от всего лишнего, но отчасти и от нужного. А вот зубы и фрагменты костей по какой-то странной причине то и дело находили, причем порой в неожиданных местах, включая трюм, камбуз, кубрик…</p><p>Вспоминая о том, как ценили подобные артефакты настоящие китобои, наши пираты тоже решили заняться трофеями. На зубах принялись выводить рисунки. Кто-то использовал для рисования табачный сок, другие кропотливо проделывали в них дырки и протягивали цепочки или веревки.</p><p>Дождь то переставал идти, то начинался с новой силой. Погода никак не желала налаживаться, будто намеренно тормозила нас и не хотела подпускать к Джордану Бланку, человеку, которому мы планировали отдать манускрипты и тем самым завершить наш квест-долгострой.</p><p>Днем мы перебрались на фрегат Аннели; проверили состояние Нормана. Контрабандист, как и почти всегда, был пьян, но никаких фокусов больше не выкидывал — и на том спасибо. Разве что после компании хмурых и молчаливых корсаров он почти умолял переправить его на мою «Рапиру». Я, так и быть, просьбу выполнил, а заодно решил пристроить козий череп над своей капитанской каютой. Команда все равно не находила себе другого занятия, как украшать корабль китовыми и кашалотовыми клыками и костями, так что еще один аксессуар был очень в тему.</p><p>Еще утром я сообщил Илюхе и Котэ, что манускрипты наконец-то у нас. Во-первых, в случае очередной внезапной проблемы помощь «Пришествия дна» была бы кстати, рисковать больше не хотелось, и потому лучше было бы держать связь. Ну а во-вторых… Я пока даже слабо представлял, как сильно обладание чудо-пушками может изменить расклад сил. К такому стоит готовиться заранее.</p><p>Под напором ветра наши корабли продолжали огибать Малые Антильские острова. Неистовые атлантические валы накатывали на левый борт, вызывая неприятную качку, но спасения от них не было. Мы с Аннели почти не отрывались друг от друга, кроме тех случаев, когда решали выйти в реал. Команда — и моя, и ее — наверняка уже давно заподозрили, что между нами что-то есть, но внешне виду не подавали.</p><p>В последующие часы океан разбушевался пуще прежнего. Большую часть парусов пришлось выбрать, что заметно снижало скорость. Мачты сильно кренились, а гигантские брызги бились о палубу, оставляя после себя шипящую пену. В период, когда корабль качало так сильно, что на открытой палубе без надобности лучше было бы не появляться, я решил наконец-то заняться своим игровым профилем.</p><p>Рудра</p><p>Уровень: 47</p><p>Фракция: пират, корсар (действует каперская грамота Английской Короны)</p><p>Клан: «Пришествие дна»</p><p>Личные репутации:</p><p>Англия: 830 единиц (уважение)</p><p>Франция: −685 единиц (недоверие)</p><p>Испания: −8016 единиц (ненависть)</p><p>Личный флот: Бриг «Рапира» (18-й уровень, 20 орудий)</p><p>Личный питомец: белохохлый какаду Фельдмаршал (5-й уровень)</p><p>Характеристики:</p><p>Сила: 14</p><p>Ловкость: 18</p><p>Интеллект: 7</p><p>Восприятие: 7</p><p>Удача: 18</p><p>Особенности:</p><p>«Карманная батарея»: Возможность носить на один пистолет больше от базового снаряжения (текущее число: 3). Штраф: невозможность пользоваться длинноствольным огнестрельным оружием.</p><p>«Пушки и только пушки»: +5 к Силе. Штраф: блокировка Навигации.</p><p>Умения: Рукопашный бой, Артиллерия</p><p>Навыки:</p><p>Рукопашный бой (45)</p><p>Свободных очков умений: 52</p><p>[Посмотреть навыки]</p><p>Артиллерия (1)</p><p>Свободных очков умений: 105</p><p>«Твердая палуба I»</p><p>35 энергии</p><p>Требуется: заряженная пушка любого типа; любая дистанция</p><p>Выстрел производится с особой точностью, практически не нарушаемой качкой корабля или ветром</p><p>Откат: 10 минут; перезарядка</p><p>Матрос (0)</p><p>Свободных очков умений: 30</p><p>Активные квесты:</p><p>Чертежи чудо-пушек</p><p>Доступные квесты: 2</p><p>Тайны:</p><p>Скрытый навык «дровосек» (+2 к Силе)</p><p>Скрытый навык «ночное зрение» (+1 к Восприятию)</p><p>Скрытый навык «сложная дипломатия» (+5 к Интеллекту)</p><p>Навык «язык араваков»</p><p>Скрытый квест «Чертежи чудо-пушек» (активен)</p><p>Репутация Джордана Бланка: 100 (информация скрыта)</p><p>Репутация Бродара Смита: 100 (информация скрыта)</p><p>Репутация Финнана Хорингтона: 100 (информация скрыта)</p><p>Снаряжение/одежда:</p><p>Пиратская треуголка</p><p>Белая рубашка плотная</p><p>Древний пиратский медальон Олоннэ</p><p>Бусины Финнана Хорингтона</p><p>Боевое кольцо буканьера</p><p>Браслет «Бивень»</p><p>Капитанский синий жюстокор</p><p>Бардовый легкий камзол</p><p>Штаны офицера</p><p>Кожаные сапоги со средними голенищами</p><p>Легкие пистолеты с нарезами (2)</p><p>Ятаганы (2)</p><p>Финансы: 0 пиастров</p><p>Забавно: я шел на «Карибы» на роль пушкаря, для которого навык Восприятия основополагающий. Сейчас он — самый низкий наравне с Интеллектом. Нелогично. Кто-нибудь даже скажет непрофессионально, да только мне-то что? Канониров натаскивают долгими и упорными тренировками и боями, а характеристики… В арсенале клана можно найти предметы, который легко поднимут Восприятие. Разве что нынче я вообще сомневался, что от меня кому-то еще нужна стрельба из пушек. Нужно будет обсудить этот вопрос при встрече с Котэ и Илюхой.</p><p>Я не сразу вспомнил, как и когда получил очки характеристик. Ятаганы дали мне пять к Силе и пятнадцать к Ловкости, медальон Олоннэ — пять к Удаче, еще единицу к ней давал браслет. Количество свободных очков рукопашного боя и артиллерии радовали, и сейчас был как нельзя лучший момент, чтобы наконец с ними разобраться.</p><p>По тридцать очков рукопашки я спустил на активацию «Десперадо» и «Полумесяц Востока». Ранее эти навыки, предлагаемые ятаганами, оставались засекреченными, но в какой-то момент, по-видимому, у них появился доступ, чем я и воспользовался. Наверное, они стали доступны по достижению какого-то уровня, хотя описания у них так и не появилось — ну, ничего, увидим их в деле.</p><p>Затем в копилку моих приемов добавилось несколько новеньких, не требовавших большого числа очков. Остаток я оставил на прозапас — вдруг придется воспользоваться автоподбором навыков, как это было во время драки с Финнаном.</p><p>С артиллерией выходило чуть сложнее. Я привык пользоваться навыками, которые предлагаются самими орудиями, вот только они каждый раз могут быть разные, а персональные навыки можно и отточить. И потому взял три новых «полезности», которые добавили в коллекцию к «Твердой палубе».</p><p>— Ты закончил?</p><p>Лежащая рядом со мной Аннели, похоже, заметила, что мои зрачки перестали лихорадочно бегать. Она локтем упиралась в кровать, подперев рукой голову, а пальцами другой руки водила по моим шрамам на груди, оставшимся от схватки с ягуаром. Впрочем, как мы ранее выяснили, укус мурены тоже оставил следы на моем теле, которые не исчезали после респаунов.</p><p>— Угу, — расслабленно ответил я. — Если верить системе, за последние полчаса я обучился десятку новых приемов рукопашного боя и тройке артиллеристского.</p><p>— Первый раз вижу, чтобы простое лежание в кровати делало кого-то насколько сильнее…</p><p>— Ну, допустим, не простое, — улыбаясь ответил я и повернулся к ней, положив руку ей на спину. — Ведь я лежу с тобой…</p><p>С этими словами я поцеловал ее в губы, заваливаясь сверху, и на последующий час мы вновь были слишком заняты друг другом, чтобы покидать каюту. Да и зачем ее вообще покидать, если корабль и так беспощадно кренило? За последние сутки уже трое матросов вылетело в море. Так что гулять в такую погоду по палубе — только держась за что-либо. Даже внутри каюты это осложняло перемещение. А иногда и даже в рамках одной кровати…</p><p>И не столь важно, где мы находились — в каюте фрегата или брига. Единственное существенное различие составляли лишь Фельдмаршал и Изабель, которых мы заперли на «Рапире». В такую погоду ни попугаю, ни маленькой обезьянке не стоило мерзнуть под дождем и брызгами волн, и потому они бесновались в помещении.</p><p>К вечеру мы все-таки выбрались на корму, тем более что дождь подзатих. И вид нам открывался просто фантастический: вдалеке солнечные лучи просачивались сквозь облака, освещая оранжево-золотистым свечением и море, и небо. И ровно там же гуляли три смерча. Их длинные воронки, соединяющие воду и небо, то попадали под сияние вечерних лучей, то уходили от него, становясь темными. Смерчи были слишком далеко, чтобы беспокоиться, и все же ветер не утихал, напоминая, что он истинный хозяин этих и любых других вод. Как говорил классик, стихиями нельзя повелевать, но зато с ними можно сражаться.</p></section><section><title><p>Глава 15 По старой дружбе</p></title><p>Глава 15 По старой дружбе</p><p>О том, что Барбадос близко, свидетельствовала не земля на горизонте. Об этом говорили конвойные корабли, сопровождающие грузовые суда. Море, до того пустое и хмурое, сейчас просто кишело британцами. В гавани их было еще больше, и мы с трудом нашли, где причалить к пирсу.</p><p>Пристань была усеяна рабами-грузчиками. Бочки, ящики, сундуки. Можно было не гадать, что внутри — Барбадос славился плантациями тростникового сахара, и очень многие торговые корабли забирали его именно отсюда. В иных случаях это был ром, который в больших количествах производили здесь же, сразу поблизости от плантаций тростника.</p><p>Я вспоминал, как впервые оказался на острове. Огромный линейный корабль клана «Отцы моря» тогда еле влез на причал. Сейчас тоже можно было заметить суда этого клана. Не такие большие, конечно, но тоже внушающие силу. С тех пор Бриджтаун почти не изменился, впрочем, сам городок нас не интересовал — мы шли по его окраине.</p><p>Свою команду я оставил в гавани, взял только Фельдмаршала и Ричарда Нормана. Дал поручение Лилит разузнать, какие корабельные товары мы можем здесь прикупить, и для начала нужно было продать часть добытого под водой.</p><p>Аннели прихватила десяток своих бойцов, которые внимательно следили за идущим с нами контрабандистом. Чтобы никто из местных случайно не узнал его, шляпу Норману натянули по самые глаза. Еще несколько корсаров пошли за нами на расстоянии — на случай, если мы попадаем в неприятности.</p><p>Можно ли назвать то, что встретилось нам дальше, неприятностями? Как посмотреть.</p><p>Незадолго до подхода к месту, где я некогда колол для Бланка дрова, за деревьями послышался свист, а потом крики:</p><p>— Это они.</p><p>Когда навстречу вышли вооруженные люди, я едва не дернул обратно, схватив Аннели за руку. Слишком ценными были манускрипты, чтобы рисковать. И только клановая принадлежность заставила нас успокоиться. «Пришествие дна».</p><p>— Вы, блин, издеваетесь? — заговорил я, поднимая руку вверх в знак того, что это свои и корсары Аннели могут расслабиться. — Мы чуть огонь не открыли. Хоть бы на причале встретили, раз уж здесь ошиваетесь.</p><p>В ответ — тишина. Все больше пиратов выходило нам навстречу. Одни лица были мне знакомы, других я точно видел впервые. Один из пиратов вышел вместе с ягуаром, которые издал низкий протяжный рык. Аннели немного напряглась, замедляясь, я же продолжил расслабленно идти вперед, пока не наткнулся на образовавшуюся стену людей.</p><p>— Привет. Стой.</p><p>В мою грудь уперлась выставленная татуированная рука. Это был Моал, боцман с корабля «Сбоку заходи». Он все так же носил на поясе несколько ремней, из которых поблескивали драгоценны камни. Серая майка на торсе сменилась черным распахнутым мундиром с высоким воротником, накинутым прямо на голое тело. Ни во взгляде, ни в голосе не читалось никаких эмоций.</p><p>— Это еще почему? Ты меня часом ни с кем не перепутал?</p><p>В ответ Моал задумчиво наклонил голову и изогнул бровь, рассматривая меня долгим взглядом.</p><p>— Рудра же? Значит, не спутал. Начальство сказало ждать, значит, ждем.</p><p>Моал невзлюбил меня еще тогда, когда я впервые ступил на борт фрегата Илюхи. Тогда я был серьезной помехой, попал в команду «не по уставу», и пусть на Нассау боцман извинился, в душе он, видимо, продолжал тихо презирать меня.</p><p>— Привет твоему начальству, Моал, — ответил в итоге я. — Рад, что ты трепетно исполняешь его указания и ждешь. А нас ждут свои дела.</p><p>Я двинулся вперед, но мощная рука боцмана не шелохнулась. Закрались подозрения, что никакое «начальство» здесь не присутствовало, и все это походило на самоуправство. Это побудило меня незамедлительно отправить сообщение Илюхе с вопросом, где он и что происходит на Барбадосе.</p><p>— Да ты никак сам забылся, паренек? — гаркнул Моал. — Я тебе чего сейчас сказал? Или ты решил, что субординация…</p><p>— Мне твоя субординация до одного места, — ответил я, закипая. — Ты не мой боцман, чтобы мне указывать. Можешь только очень вежливо попросить. Правда, сейчас тебе и это не поможет. Ты знаешь, зачем я здесь? Мои дела в сотню раз важнее этого ребячества, что ты сейчас устроил.</p><p>— Ты че несешь, крысеныш? — Моал был готов сорваться с места. — Я те че, отчитываться буду? Мне что сказано от кланлида, я то и делаю. И другие делают. И ты будешь делать, дерьмо сухопутное.</p><p>— Нет. — Я сделал шаг назад. — С дерьмом ты попутал. Если не ошибаюсь, это ведь ты в воде кверху пузом лежишь, потому что плавать не умеешь, но и вода не дает утонуть?</p><p>Тут Моал совсем озверел. Остальные пираты тоже начали что-то рявкать, однако я делал вид, что не слышу их. Боцман же сплюнул, бесцеремонно вытащил пистолет у одного из рядом стоящих и, громко выругавшись, произнес:</p><p>— Будет тебе дуэль, падла.</p><p>Он вышел из толпы, обошел меня сбоку. Фельдмаршал, заподозрив неладное, вспорхнул с моего плеча и приземлился к Аннели, которая вместе со своими корсарами и Норманом держалась на расстоянии. Определенно, ей очень не нравилось происходящее, но пока это были мои разборки — она не встревала.</p><p>— Бери пистолет, — Моал перешагивал с ноги на ногу в нетерпении застрелить меня. Я стоял неподвижно, глядя ему в глаза. — Че стоишь, зассал, что ли? Боишься, что ручонка прицелиться не сумеет? Ну так бери клинок. Или петуха своего вместо себя выставишь?</p><p>Реплику оценили пираты, засмеявшиеся во все горло.</p><p>— Моал, ты вроде такой большой, а такой наивный. Ты на «Карибах» за два года настолько владеть оружием надрюкался, что было бы странно делать вид, будто я сражаюсь лучше.</p><p>— То-то и оно! — Он самодовольно ткнул в меня пальцем и хотел что-то победоносно сказать, но не успел.</p><p>— … Поэтому я вызываю тебя на кулачный бой.</p><p>Боцман замер на полуслове. Не испугался — изумился. Пираты вновь засмеялись, Моал же даже не стал ничего говорить. Он едва сдерживал улыбку, ползущую по его лицу.</p><p>— Как скажете, капитан, — крикнул он, наигранно снимая с головы бикорн и делая поклон. — Приступайте, капитан. Бейте меня, капитан!</p><p>Он демонстративно отбросил пистолет и скинул с себя мундир, оставшись голым по пояс.</p><p>Я тоже снял с себя жюстокор. Вместо того, чтобы пафосно оставлять его на земле, повесил на низкую ветку ближайшего дерева. И пошел на боцмана.</p><p>Все это время я действовал интуитивно — разум словно сам находил решения, как вывести из себя Моала и заставить его играть на моей территории. В его картине мира пистолет или хотя бы фехтовальная дуэль давали мне мизерный шанс на случайную победу, а кулачный бой — нет. Якобы я сам подписал себе смертный приговор.</p><p>Уже спустя пару минут он явно изменил свое мнение. Драка получалась хаотичной и неоднозначной, но точно не такой, где Моал был бы однозначным победителем. После боя с Финнаном боцман казался мне уменьшенной его копией. И там, где обезумевший пират мог сломать мне кости, Моал тормозил, промахивался, осторожничал. Надо отдать должное, дрался он технично. Если в начале думал поддаться мне, чтобы дать команде еще раз меня высмеять, то уже через пару смачных ударов он собрался во всю силу.</p><p>Я не давал возможности увести меня в партер — а это был самый простой для Моала способ победить. На двух ногах я пользовался десятками навыков, которые активировал еще во время боя с Финнаном. Причем мне не приходилось их специально вспоминать — тело делало все само согласно мышечной памяти. Моал выдыхался, я тем временем продолжал наносить удары.</p><p>Между делом воспользовался «боевым» кольцом, найденным под водой, и боцман зажмурился от увиденного серебряного блика. Момент идеально подходил, чтобы лбом ударить по его носу — для этого мне даже не нужны навыки системы. Затем — удар коленом в подбородок, и еще один. Локоть сам напросился, чтобы впечатать им по челюсти. Снова колено в подбородок, потом в грудь.</p><p>Моал упал лицом в землю. Я забрался на него сзади, оттянул голову назад и, черпанув земли с травой, запихнул ее ему в рот. Этот жест вызвал недовольство у пиратов — поднялся гомон, кто-то дернулся ко мне.</p><p>— Кодекс! Правила! — выкрикнул я, выставляя раскрытую ладонь. — Начальство сказало ждать, значит, ждете, так ведь?</p><p>Затем поднялся, вытерев кровь на руках о штаны Моала. Пнул его по ребрам, убедившись, что сейчас он не в состоянии встать или атаковать.</p><p>— Кошку сюда!</p><p>Моя реплика утонула в бормотании недовольных пиратов. В глазах практически каждого я читал желание разорвать меня на куски. И вообще-то им это дастся легко, однако выступить против приятеля Бласта никто не решался — вдруг потом прилетит? А оно прилетит, можно не сомневаться.</p><p>— Думаете, Бласт не узнает? — продолжил я.</p><p>А потом задумался… Кто же, в самом деле, будет хранить боцмановскую плеть у себя? Достаточно было сунуть руку в карман его мундира, что я и сделал, предварительно потоптавшись на нем.</p><p>Первый удар кошки пришелся на спину Моала, когда тот, восполнив немного энергии, попытался встать. Не успел. Все девять концов плети «ошпарили» его спину, оставив после себя красные следы.</p><p>Еще один удар. Кожа рвется, и детализированные татуировки на ней расползаются, медленно движутся и темнеют. Еще раз. И еще.</p><p>Я вспоминал, как сам Моал проворачивал подобное со своей командой. Происходило это редко и было скорее этакой символичной данью памяти реальным корабельным законам. Провинился или проиграл на спор — подставляй спину, отрабатывай на потеху остальным. Моал обычно обходился руганью или приказами, но явно чувствовал наслаждение от порок.</p><p>Сейчас мне начало казаться, что наслаждение испытывали его люди, когда смотрели на окровавленную спину. Они презрительно относились ко мне и к моим действиям, но в душе любопытствовали, кайфовали от того, что самодовольный боцман получает то, что так любит давать другим.</p><p>Когда спина Моала превратилась в сплошное месиво, сюда выбежала еще одна большая группа со «Сбоку заходи». Появившийся среди них Илюха вмиг бросился на меня, заваливая на землю — не враждебно, просто успокаивающе, словно спасая от пули.</p><p>— Ты что за херню творишь? — с нотками обиды проговорил он, когда мы оба поднялись.</p><p>— То, что заслужил ваш боцман, — невозмутимо ответил я. Моала подняли под руки и увели в сторону. — Он угрожал мне и не давал нам пройти.</p><p>— Ох, укуси меня Нептун! — сотрясено схватился Илюха за голову. — Ну можно же было спокойно все решить! Но так отмудохать нашего Моала — ну ты выдал! — усмехнулся Илюха. — Он что, в стельку пьян был? С твоим уровнем как-то лихо.</p><p>— Вот сам у него и спросишь, как так вышло. А нам с Аннели пора к Бланку.</p><p>— За этим мы и тут, — раздался голос Коварного Котэ.</p><p>Он неприметно появился среди остальных; речь его, как и всегда, была не столь громкой, сколько заставляющей умолкнуть всех остальных.</p><p>— Если за этим, то пока только мешаете, — буркнул я, накидывая на себя жюстокор.</p><p>— Манускрипты у тебя? — Котэ проигнорировал и произошедшее с Моалом, и мое возмущение, словно ни до того, ни до другого ему не было никакого дела.</p><p>— У нас. — Взглядом я показал на Аннели.</p><p>— Можно взглянуть? — спросил он так спокойно и безмятежно, как только можно. И все же в вопросе читалось напряжение. Не доверяет?</p><p>— Ты еще и спрашиваешь? — ответил я. — Не можно, а нужно — вы с Бластом как-никак лидеры клана. Сейчас придем к Бланку и вместе с ним все посмотрим.</p><p>— Нет, не так. Взглянуть сейчас. — Котэ кивнул, и несколько бойцов навело ружья в сторону Аннели. — С Бланком мы сами договоримся. Манускрипты у тебя? Достань их.</p><p>— Так, стоп, — сказал я. — Оружие лучше опустить — нет повода для беспокойства. Я гарантирую.</p><p>Тем временем Аннели и ее корсары ответно подняли стволы. Лишь Норман стоял неподвижно — сегодня его очень настоятельно попросили не шуметь и не делать глупостей, так что контрабандист, казалось, дремлет, стоя на ногах.</p><p>— Значит, так, — продолжил я, когда мою просьбу проигнорировали, и направился к Аннели. — Как и договаривались, мы с ней сделали все вместе. Прибыли сюда тоже вместе. Квест выполним тоже вместе — я и она. К чему все эти напряги?</p><p>— К тому, что ставки слишком высоки, братан, — заговорил приблизившийся Илюха. Но вплотную к нам с Аннели подходить не стал — остановился в десяти шагах, где и Котэ. — Поставить производство пушек на поток не проблема. Но сейчас мы все же перестрахуемся.</p><p>— Идите перестрахуйтесь в каком-нибудь другом укромном месте, — брызнула Аннели. — Если решили получить награду за квест вместо нас, так бы и сказали.</p><p>Я задумался: так ли это? И почему Моал просил нас подождать, пока Котэ с Илюхой и частью команды находились… где-то у Бланка? Пытались наспех взять квест на этот же манускрипт, чтобы тут же его выполнить? Или что-то узнавали, проверяли обстановку? Сейчас нельзя ни в чем быть уверенным.</p><p>— Дело не в награде, — сказал Котэ. — Многие наши планы переигрались, и сейчас у нас…</p><p>— Если твои люди не уберут стволы, — оборвала его Аннели, — то им в спину прилетит много свинца.</p><p>— В таком случае бухта будет перекрыта «Отцами моря», и даже если ты сделаешь логаут, твой корабль все равно вывернут наизнанку, — ответил он, выдерживая долгий взгляд. — Достань чертежи и выложи их на землю, вопрос будет исчерпан.</p><p>— Ничего подобного не будет, — настоял я. — Слово надо держать. Бласт, хоть ты-то меня послушай, — обратился я к Илюхе. — Если до остальных не доходит, то скажу иначе. Из предосторожности мы не стали брать с собой все манускрипты. Одну из бумаг мы и вовсе упрятали там, где ее никто не найдет. Все, что было на ней изображено, тщательно запомнили, и в случае надобности сможем воспроизвести.</p><p>— Бред, — незамедлительно ответил Котэ. — Система не примет поделку, только оригинал.</p><p>— Ты в этом уверен? — злобно спросила Аннели. — Ну так давай проверим, раз так.</p><p>— Повторю еще раз, — проговорил я. — Нет нужды накалять конфликт на пустом месте. К Бланку мы идем вдвоем, и вы нам не мешаете. Это не предложение, а утверждение. И ты, Котэ, сейчас ничего не решаешь. Или в следующий раз я вашего Моала до смерти кошкой высеку на ваших глазах.</p><p>— Рудра прав, — виновато пробурчал Илюха, глядя под ноги. — Просто сопроводим их и все увидим лично.</p><p>— Я уже все сказал. — Котэ был непреклонен. Наверное, ждал, когда мы сдадимся. Надеялся увидеть блеф и к своей радости обнаружить, что все чертежи находятся в карманах Аннели. Так оно, в общем-то и было, но я все равно не позволю их получить.</p><p>И тут неожиданно вмешался стоящий рядом Норман:</p><p>— Если возьмете к старине Бланку, могу сейчас взболтнуть чего дельного…</p><p>Он пробормотал это так тихо и едва разборчиво, что даже мне сперва подумалось, что я ослышался. Но нет, контрабандист явно предлагал свое участие. Это побудило меня сдернуть с него шляпу.</p><p>— Доброго денька, господа! — Норман «включился» в разговор так рьяно, словно был роботом, которого только что активировали, нажав на кнопку. — С кем имею честь вести разговор? А! Освободители Картахены, точно-точно. Думаю, после вас город зацвел. Вы, верно, решили совершить то же и с Бриджтауном?</p><p>— Бриджтаун, господин Норман, британский, а потому трогать мы его не будем, — отозвался Илюха.</p><p>— Как знать! — усмехнулся контрабандист. — В любом случае, без моего присутствия старина Джордан Бланк и пальцем не шевельнет. Думаете, благодаря кому достопочтенные Рудра и Аннели собрали бумажки? Так что, парни, мы пойдем, тем более что вас сейчас ждут другие дела.</p><p>Норман гордо зашагал вперед, зазывая нас последовать за ним. Пираты из «Пришествия дна» дернулись, с новой силой нацеливая на всех нас ружья. А затем вдруг они хором вскрикнули, хватаясь за головы.</p><p>Одни уронили мушкеты на землю, другие просто протирали глаза и виски так, словно ослепли. Спустя несколько секунд все пропало, но никто не мог понять, что произошло. Я — тем более, потому что уж точно не испытывал никаких проблем.</p><p>Похоже, контрабандист засыпал их уведомлениями и квестами, заслонившими все поле зрения. Сомневаюсь, что ему под силу копаться в чужих головах и эмпатически насылать боль, а значит, только системные сообщения могли выбить их из колеи.</p><p>В это время со стороны города донеслось цоканье копыт, после чего меж деревьев показались солдаты в красной британской форме.</p><p>— Говорю же, у вас дела, — развел руками Норман, проходя мимо Котэ и Илюхи. Он обернулся, помахал рукой спешившимся солдатам.</p><p>Пираты напряглись, не понимая, что нужно англичанам. Одни поднимали выроненные мушкеты, другие, наоборот, осторожно опускали их, дабы ненароком не нацелиться на солдат и не создать новых проблем.</p><p>— Господин Бласт, — зачитал подошедший офицер раскрытый свиток. — Господин… Котэ. Мы не ошиблись?</p><p>— Не ошиблись, — почти прошипел от злости Котэ, не отводя глаз от нас с Аннели. Как будто это были наши проделки.</p><p>— Вам придется пройти с нами. Вам и вашей команде. Приказ.</p><p>Глава 16. До дна</p><p>В Карибском море всегда работал закон джунглей. Без проявления силы не заставишь с собой считаться. Покажешь слабину — и другие запомнят, что ты уязвим. А если сильно уязвим, значит, и ненадежен.</p><p>Вся история человечества строилась на власти сильного. Если раньше проблемы решали дубинкой, то потом ей на смену пришли деньги и… интеллект? Но даже сейчас далеко не все можно решить деньгами, а интеллект… Может, это в первую очередь инструмент распределения силы? Не совершай глупостей, реагируй на опасность разумно и вовремя, не повторяй ошибок, смотри наперед — все то, что позволяет сохранить свое выживание среди аналогичных особей. Эволюционный инструмент, ставший основой нашего существования.</p><p>Кто-нибудь другой скажет, что интеллект — это еще одна разновидность силы, более современная и коварная, незримая для тех, кто в своем развитии остался на уровне дубинки. Однажды я уже совершил серьезную ошибку: исполнял роль капитана корабля, не блистая умом и харизмой. Не проявлял должного внимания к команде, оставил их на длительное время одних. Неудивительно, что в итоге команда начала тяготеть к более амбициозному зародившемуся лидеру. И только наработанный опыт позволил мне исправиться, показав своим людям, что я не дам идти против моей воли и захватывать власть.</p><p>Сегодня в ситуации с «Пришествием дна» все получилось аналогично, только я сразу решил избежать ошибок — не давал слабины. Вот только не совершил ли я при этом ошибок другого рода? Пока мы шли к Бланку, эти мысли не покидали моей головы. Не распрощался ли я с кланом, когда выступил против их лидеров? Не дал ли повод усомниться во мне?</p><p>Но каждый раз, когда в голове крутились эти вопросы, они приводили меня в бешенство. Я отчетливо — вот стопроцентно — видел косяк со стороны Котэ и Илюхи — нарушить слово, да к тому же еще и выполнить квест вместо нас. Это, черт возьми, не я подрывал доверие, а они! И в случае дальнейших разборок пусть сами объясняются, что за ерунду они творят.</p><p>Ну и еще, конечно, меня волновало, что подумает Аннели. Очень не хотелось, чтобы она почувствовала себя обманутой сразу после того, как раскрылась мне. С моей стороны было бы просто мерзостью пойти сегодня на поводу у Котэ.</p><p>Ричард Норман привел нас к двухэтажному обветшалому дому. Перед крыльцом деловито разгуливал петух. Когда мы стали подходить к дверям, петух атаковал, раскрыв крылья. Мы попробовали обойти его, но он продолжил чуть ли не в прыжке идти в бой.</p><p>Фельдмаршал, который до сих пор сидел на плече Аннели, с интересом рассматривал его. Тогда пиратка отозвала своих людей отойти подальше, чтобы лишний раз не пугать птицу.</p><p>— Давай-ка договорись с этим охранником, — сказал я питомцу, подталкивая его полететь вперед.</p><p>Попугай сел на землю и замер, поднял лапку. Потом очень медленно ее опустил, изучая реакцию петуха, который продолжал разгуливать возле крыльца. Сделал еще шаг, и тогда петух взъерепенился, прыгнул вперед. Испугавшийся Фельдмаршал ту же взлетел, вереща, и начал кружить вокруг дома.</p><p>— Фред! — Голос донесся откуда-то сбоку. Между деревьями показался Джордан Бланк, ведя за поводья лошадь. — Оставь гостей в покое!</p><p>На голове у него была коричневая шляпа с загнутым полем, тело покрывала такая же коричневая рубаха, местами испачканная и как будто даже порванная, и серые штаны с медными пуговицами на боковых швах.</p><p>Петух, завидев хозяина, немного успокоился и даже курлыкнул.</p><p>Минутой позже, когда Бланк завел лошадь в конюшню неподалеку, вышел к нам.</p><p>— Кит вас всех сожри с кишками! Вы привели ко мне этого пердуна, да еще и живым?</p><p>— Я сам удивлен, что ты еще не подох, Джордан! — ответил ему Норман, вскидывая руки. — А ты у бриташек ошиваешься, значит.</p><p>— Ошивался последние лет двадцать ты, майор, — понизил тон Бланк. — Я и не скрывался.</p><p>С этими словами он дружески приобнял Нормана.</p><p>— Приветствую, Джордан, — начал я. — Мы пришли по поводу чертежей, которые ты просил найти.</p><p>— Кит вас… — Он вытер пот со лба рукой в перчатке, метясь взглядом между мной и Аннели. — Неужто? Нашли?</p><p>— А ты думаешь ради чего здесь я? — гордо заголосил Норман. — Память не пропьешь. Вместе с этими уважаемыми джентльменами мы перерыли то самое место…</p><p>— Нет никаких «мы», — встряла Аннели. — Норман до последнего не хотел искать манускрипты. Нам пришлось неоднократно на него надавить, чтобы он перестал врать и пытать улизнуть.</p><p>— Ну-ка давайте в дом, — махнул рукой Блан. — Эти — с вами? — Он указал на корсаров, ждавших вдали.</p><p>— Да. Они подождут.</p><p>Мы прошли внутрь. Внутренности здания больше походили на склад, нежели на жилое помещение. Все было завалено ящиками, чехлами, коробками. Бланк усадил нас за стол, поставил на середину кувшин, после чего раздал деревянные литровые кружки.</p><p>И тогда я начал рассказ. О том, как мы вместе с Аннели побывали на острове Саона, как я общался с Бродаром Смитом, как выяснял детали о манускрипте. Показал медальон Олоннэ в качестве доказательства того, что побывал в той самой пещере, где он погиб. Рассказал, как мы искали Нормана, как выуживали у него координаты чертежей, как побывали в гостях у Финнана…</p><p>— Да вы, я гляжу, пособирали самых отъявленных морских волков нашего братства! — хмыкнул Бланк. — А ты, старый чертяга, совсем из ума выжил. Какие такие дела можно вести с губернатором Гаваны?</p><p>— Можно, и еще какие, — торжественно выпалил Норман, в очередной раз наливая в кружку неизвестный напиток. Я за это время еще не успел выпить ни разу. — Я, знаешь ли, уже давно уважаемый в политических кругах человек. Не найдется ни одного крупного карибского города, в котором бы не фигурировала моя торговая компания. Даже здесь, на Барбадосе.</p><p>— Ты всегда ты был хитрым ублюдком, но я уважал тебя, как отъявленного вояку. Что с тобой стало? Политика портит людей, кит тебя сожри.</p><p>— Сказал пират пирату, — усмехнулся контрабандист. — Морскому дьяволу все едино: ниже дна не осядешь.</p><p>— Ладно, — сказал Бланк. — Давайте уже к делу. Если вы нашли что-то дельное, то не томите.</p><p>И тогда Аннели достала все бумаги, по одной разложила на столе. Бланк кинулся их смотреть: заставил нас встать и отойти, чтобы освободить ему место. Он вертел их и так, и сяк, жадно вчитываясь в содержание. Спустя пару минут он сходил за какой-то своей книгой, раскрыл ее и начал что-то сверять с теми бумагами, которые мы доставили.</p><p>— Ну и дела. Не думал, что доживу до этого дня, — сказал он с придыханием.</p><p>— Все страницы на месте? — уточнила Аннели.</p><p>— Это ровно то, что нужно.</p><p>С этими словами он налил в наши кружки свой напиток из кувшина, вручил их нам.</p><p>— Что ж. Кит нас всех сожри, но договор есть договор. Я ваш должник, мои волчата. До дна.</p><p>Мы не чокались. Просто пили, и прохладная кислая жидкость не на шутку взбадривала — как и тогда, когда я восстанавливался после колки дров. А затем пришло уведомление.</p><p>Внимание! Задание «„Чертежи чудо-пушек“» выполнено!</p><p>Получены награды:</p><p>130000 опыта</p><p>Возможность производить особый вид артиллерийских орудий у Джордана Бланка</p><p>+100 к репутации Ричарда Нормана (информация недоступна)</p><p>+1000 к репутации Флибустьерской Империи (информация недоступна)</p><p>Меня засыпали системные сообщения, сообщающие о поднятии уровня. Один, второй, третий… Десять… Лишь на шестьдесят первом уровне прогресс решил остановиться. Захватило приятное чувство эйфории, словно я становился сильнее и энергичнее прямо здесь и сейчас, что отчасти и было правдой.</p><p>Мы с Аннели переглянулись. По ее глазам легко читалось, что она получила все то же самое — ну, разве что уровней повысила не так много, поскольку чем дальше, тем больше опыта требуется на каждый.</p><p>С поднятием уровней приходили уведомления о новых возможностях, но вчитываться пока не стал. Вместо этого обнял Аннели за талию и весело поцеловал в щеку.</p><p>Все это время Бланк возбужденно расхаживал вокруг стола. Он собрал манускрипты и унес их в другую комнату, затем выпроводил всех нас на улицу. Настроение у пирата было отменное.</p><p>— Значится, мы так поступим. Отливать орудия мои парни начнут завтра. Сперва понадобится изготовить отливочные формы, сердечники, получить нужные сплавы. Ну а дальше… дальше, кит нас всех сожри, будем отрываться.</p><p>Бланк говорил еще много, но суть была одна: уже спустя неделю можно было получить первые экземпляры.</p><p>— А этот прохиндей останется у меня, ребята, — проговорил Джордан, хлопая по плечу Нормана. — Нам с ним есть, что обсудить.</p><p>— Он сбежит при первой же возможности, — сказала Аннели.</p><p>— От кого угодно, но не от меня. Да, Рик?</p><p>— Вздор, — презрительно ответил Норман, окидывая нас недовольным взглядом. — Ричард Норман никогда не сбегает. Он идет по своим делам, а их у него…</p><p>— От меня если и дернет, то потом сам вернется, — продолжил Бланк. — Есть у меня для него предложение, которое его сухопутную торговую компанию наверняка заинтересует.</p><p>— Джордан, — сказал я. — Еще в тот раз хотел спросить. Что за напиток ты все время наливаешь?</p><p>— О-о, морской волчара распробовал вкус жизни, а? — засмеялся он. — Я смешиваю аравакские травы йерба мате, подливаю кашири и ром. Иногда капаю анасовый или кокосовый сок, чтобы не было слишком кисло. А что я болтаю? Лучше дам вам бутылочку с собой.</p><p>Все то время, пока мы находились в гостях у Бланка, Фельдмаршал оставался снаружи. За это время он, видимо, все же нашел подход к боевому петуху Фреду, и теперь всячески его дразнил, подкрадываясь и затем с воплем улетая.</p><p>На самом деле хотелось остаться здесь на подольше. Отдыхать у Бланка, попивая его гремучую смесь. Обниматься с Аннели. Дышать приятным влажным воздухом, а может, и того более, смотреть с обрыва на Карибское море, которое тут было совсем рядом. Но — увы. Всех нас ждали дела. Некоторые из них не сулили ничего хорошего, но куда деваться? Турнир был уже на носу.</p></section><section><title><p>Глава 17 Цугцванг</p></title><p>Глава 17 Цугцванг</p><p>Иногда между плохим решением и очень плохим не видно грани. Куда ни ступи — впереди неприятности. Персональная проблема вагонетки, где на всех рельсах — только ты. А выбор делать приходится как назло быстро. В шахматах это называется цугцванг — при любом ходе только хуже.</p><p>Как бы я ни хотел на все плюнуть и сейчас отлеживаться в каюте с Аннели, нужно было решать вопрос с кланом. От серьезного разговора никуда не деться, и лучше расставить все точки над «и» побыстрее. И потому я единолично направился туда, где мы договорились с Илюхой о встрече — в какой-то местной таверне. Пираты из «Пришествия дна» уже явно решили все вопросы с местными стражниками, но встречать меня у Бланка не решились — видимо, не хотели второй раз искать неприятности в лице Аннели или хитрого Нормана.</p><p>На подходе к Бриджтауну меня встретил хмурый Илюха со скрещенными на груди руками. Кафтан его был распахнут, взгляд нетерпеливо блуждал, губы слегка кривились.</p><p>— Еще раз здравствуй, — тихо проговорил я. — Что злой такой, стреляться со мной собрался?</p><p>— Не с тобой точно, — двинувшись, он рукой показал следовать с ним. — Ну и наломал же ты дров, Вадим.</p><p>— Это я давно. Еще когда в первый раз у Бланка побывал. Насчет квеста спросить не хочешь?</p><p>— Да у тебя на лице все написано, — пробурчал Илюха. — И на уровнях.</p><p>— А что тогда сердитый такой? Насчет пушек, как и договаривались, я все…</p><p>— Не сейчас, — оборвал он меня. — И не мне. Лучше ты меня послушай. Пока ты… а я забыл, где ты там пропадал после Картахены, но неважно. Короче, пока тебя не было, у нас в клане произошла куча внезапных перестановок.</p><p>— В хорошую сторону?</p><p>— А вот попробуй пойми. После прорыва блокады Нассау и захвата Картахены акции «Пришествия дна» выросли так, как никогда ранее. Мы поднялись на несколько позиций в общем рейтинге, и многие… обратили на нас внимание, которого мы ранее не удостаивались.</p><p>— Но ведь в этом во всем участвовал не только твой клан.</p><p>— Ага. «Пираты Икс» тоже дали жару, как и без того популярные «Головорубы», да и в целом пиратская фракция неожиданно много собрала вокруг себя обсуждений и повышенного интереса. Мой отец, как ты знаешь, спонсирует «Пришествие дна». Спонсировал, если точнее…</p><p>— О черт. Что случилось?</p><p>— Да не, все пучком! — отмахнулся Илюха. — С точки зрения бизнеса он все правильно сделал: продал свой пакет акций, урвал куш. Мы сейчас на подъеме — один неверный шаг, и наш корабль удачи потянет обратно ко дну. Кто знает, что будет завтра? Испанцы теперь готовы на любые жертвы, чтобы найти нашу базу и утопить нас в крови.</p><p>— А турнир?</p><p>— А в том и дело, что турнир — штука непредсказуемая. Иногда лучше вовремя выйти из игры, чем ставить на все деньги. Я, в общем, к тому, что отец у меня как раз вышел из состава учредителей. А те, кто пришли на его место… Имеют немного иные взгляды на политику клана. Начали что-то задвигать, пытаются навязать свою волю. Естественно, нравится это далеко не всем, ребята на взводе — мы все в подвешенном состоянии.</p><p>— Ну-ка поясни, — попросил я. — В клане же два управленца, ты, от имени отца, и Котэ. Почему раньше никто в ваши дела не лез, а теперь вот такое происходит?</p><p>— У нас прописаны доли владения с контрольными пакетами акций. Отец не смог бы продать свои акции так дорого, не будь это контрольным пакетом — пятьдесят процентов плюс одна акция. Это дает новым собственникам возможность управления. Новые спонсоры вступили в дело как-то слишком радикально. Разумеется, мы с долей Котэ можем немного сопротивляться, но последнее слово все равно за ними, и из-за этого все в клане нервничают.</p><p>— И это повод нарушать договоренности, данные Аннели?</p><p>— Это ты не у меня спрашивай. Нам вон туда.</p><p>Перед входом в кабак толпились илюхины соклановцы — с некоторыми я сегодня уже «повстречался». Не дожидаясь, пока мы приблизимся, они как по команде зашли внутрь. Когда мы сами дошли до дверей, из таверны повалил народ, да так рьяно, что пришлось стоять и ждать, пока все выйдут. Я не сомневался, что это постарались соклановцы — хоти не хоти, а против них здесь мало кто решится выступить. Изнутри даже раздалась пара выстрелов — видимо, вариантов остаться для чужаков не предусматривалось. Всех насильно вышвыривали на улицу.</p><p>Спустя пару минут мы уже сидели за сдвинутыми вместе столами. Под строгие взгляды и жесткие речи из таверны вытурили даже бармена и официанток — остались только представители «Пришествия дна». Котэ сел напротив. Повисла тишина.</p><p>— К делу, — тихо начал он, глядя в пустоту. Или не в пустоту, а на меня? Для него, возможно, разница была невелика. — Ты. — Посмотрел он мне в глаза. — Осознаешь, что пошел против своего клана?</p><p>— Если в термин «свой клан» ты вкладываешь одного единственного Моала, тогда разумеется. Он не оставлял выбора. А осознаешь ли ты, что этот полоумный боцман препятствовал мне при завершении важного квеста? Причем важного для всего клана.</p><p>— Дьявол с Моалом, плевать я хотел на ваши разборки, — с вызовом ответил Котэ. — Не юли. Ты знаешь, о чем я. Можешь ли ты гарантировать, что такое не повторится вновь?</p><p>— Повторится, — честно ответил я. — Я не нарушаю договоренности, инициатором которых сам выступаю. Или мы все-таки о разном? Тогда изволь пояснить, что не должно повторяться вновь. Моя вина в том, что я держу свое слово перед другими?</p><p>Внешне Котэ был почти спокоен, но я чувствовал, как в нем бурлила злость.</p><p>— При других обстоятельствах я бы без разговоров подвесил тебя у ближайшего столба. Но поскольку у меня нет ни времени, ни желания заниматься твоим воспитанием, слушай сюда.</p><p>Это был первый раз, когда Котэ говорил настолько агрессивно. Слова звучали спокойно и негромко, и все равно пробирали — хотя бояться было нечего.</p><p>— Первое, — начал он. — «Карибы» не то место, где слово имеет цену. Здесь все друг другу лгут, это в порядке вещей. Вопрос только в том, насколько люди в определенные периоды времени могут быть друг другу полезны. С нашей стороны было бы кощунством не подстраховаться от выходок со стороны Аннели. Что помешало бы ей перерезать тебе глотку в паре метров от Бланка? Думаешь, она вся такая блаженная и немеркантильная, готовая держать слово? Такие, как она, идут на любые ухищрения, чтобы в конце присунуть нож в спину.</p><p>— У нее уже была такая возможность ранее. И не раз. Она не стала.</p><p>— Не перебивай, — чуть повысил голос Котэ. — Мы редко видим ситуацию объективно. Обычно нам зрима лишь грань — субъективная точка зрения. Ты мог просто не видеть и не знать, а у нее были причинытогда не предавать тебя — чтобы сделать это потом. Дальновиднее стоит быть. И раз уж мы заговорили о честности — знаешь ли, да! Да, по возможности я бы опрокинул ее и не выполнил бы договоренности по чудо-пушкам. Затоптал бы ее в грязь. На одного конкурента меньше — нам же лучше. А что в этом неправильного, черт возьми? Либо ты забираешься на вершину пищевой цепочки, либо жрут тебя. К чему игра в благородство?</p><p>— Сам сказал про субъективность, — ответил я. — Не будь категоричным, смотри дальновиднее. Союзник сейчас — потенциальный союзник на турнире.</p><p>— Даже слушать не буду эту чушь, уж прости. Ты лезешь в то, в чем еще не разобрался. Из этого вытекает следующий момент — он же последний на повестке дня. Субординация. Ты путаешь берега, приятель. Если ты капитан, это не значит, что теперь ты заведуешь всем кланом. Не тебе решать, как мы поступаем. Не тебе решать, с кем заключать союзы. Не тебе решать, черт возьми, кто получит награды за чудо-пушки. Ты — наемный персонал, непись с расширенным набором голосовых команд, а не кланлид. Если я захочу…</p><p>— Слушай, Котэ, не перебарщивай, — напористо вмешался в разговор Илюха. Говорил он это не очень серьезным тоном, зато громко, и это хорошо разряжало обстановку. — Я Рудру привел в клан не для того, чтобы палубу драить. Ты, сейчас, конечно, на него злишься, есть за что. Но он красава же, Нептун вас укуси! Чуваки, он нас обеспечит лучшими орудиями на «Карибах», а мы сидим и кости друг другу перетираем! Ну-ка давайте отметим это дело!</p><p>Под громогласные возгласы народ принялся чокаться и пить. Котэ не присоединился к общему празднованию. И я понимал его. У самого руки чесались встать и врезать ему — даже причины искать не надо, вот просто душа так хотела. Тем не менее, я не мог даже просто изложить свою позицию — дать контраргументы на каждый из его доводов. Говорить можно было много, но момент был упущен… Теперь, если бы к теме вернулся я, все посчитают именно меня злопамятным и негативно настроенным, поэтому пришлось сдержаться и сделать вид, что мелкий конфликт действительно замят.</p><p>Чуть позже я вышел на улицу — находиться в таверне как-то совсем не было настроения. Встал рядом с выходом, прислонившись к стене. Состояние было такое, что невольно хотелось прикурить, хоть я этим и не увлекался.</p><p>Неожиданно вслед за мной на улицу вышел Котэ. Он постоял рядом, окидывая взглядом улицу. Почти пусто. Раскурил трубку, посмотрел на меня.</p><p>— Везет тебе, — сказал он не столько мне, сколько себе под нос. — Если бы не Бласт, никому бы ты из наших на хрен не сдался.</p><p>— А я спорю, что ли? Если хочешь попросить меня из клана, то говори прямо.</p><p>— Я всегда говорю прямо. Нет, размечтался. Ты нам еще нужен. Будешь? — Он протянул мне трубку.</p><p>— Не откажусь, — принял ее я. — Но знаешь, что скажу? Когда я привез вам двадцать тысяч пиастров с Саоны, ты сказал, что это всего лишь очередная добыча. Когда я привез по твоей просьбе индейцев…</p><p>— Я поблагодарил тебя и дал взамен информацию о Нормане.</p><p>— Когда я притащил на Нассау «Армаду», это спровоцировало жаркую схватку, из которой мы вышли победителями. На Картахене…</p><p>— Хвалиться решил? — ухмыльнулся Котэ, принимая трубку обратно. — Сто чертей, я не буду отрицать, что ты много где себя проявил. Этого хочешь, да? Чтоб я дифирамбы пел?</p><p>— Чтобы не забывал, — ответил я. — Ибо если все же забудешь, то тогда и впрямь найми вместо меня непися. Я тебе даже помогу.</p><p>— Я понимаю, к чему ты ведешь. Что я переборщил, на место поставить тебя хотел. Но нет. Меня тоже пойми — грань переступать не стоит, особенно в наше неспокойное время. Ты не одиночка, который волен делать все, что заблагорассудится. Давай так: заминаем все недопонимание, которое у нас сложилось. Не потому, что я тебя так сильно уважаю. А потому что пушки Бланка нам и правда катастрофически нужны, и именно ты их для нас добыл. Это я ценю — осуждаю лишь методы. Впереди у нас у всех много работы.</p><p>— Бласт говорил, в «Пришествии дна» сейчас раскол.</p><p>— Бласт любит говорить, не подумав, — с нотками злости проговорил Котэ, нервно оглядываясь. — Нет никакого раскола. Так, некоторые перестановки и нововведения. И они, к слову, стали причиной, по которой мы решили дополнительно подстраховаться с твоим квестом. В любом случае, дальше нам придется как-то со-существовать. Если в клане приняли какое-то решение, его, возможно, и есть шанс оспорить, но уж точно не препятствовать выполнению. Так что изволь играть по моим правилам. Что скажешь?</p><p>— Я за, если ты будешь действительно готов меня слушать. И да, если с Моалом такое повторится — я снова раздеру ему спину на глазах у всех. Будь он хоть боцман, хоть основатель клана — за его выходки он поплатится.</p><p>— Как я уже говорил, мне плевать, — ответил Котэ. — Хочешь — решай такие вопросы с Бластом, это с его корабля человек. Ах, да. Что с «Рапирой»? Ты с ней со дна морского всплыл, что ли?</p><p>— Если коротко, она успела потонуть. И если бы не Аннели со своим кораблем, сегодня меня бы здесь с манускриптами не было.</p><p>— Что-то уровни совсем не впечатляют — когда она была на Нассау, уровней было больше. Сильно досталось, надо заметить. Поступим так: отсюда двигаем на базу, там твоя команда пойдет под реформирование. Зачислим вас в более крупный «Фердинанд».</p><p>А вот это прозвучало очень неожиданно — и больно.</p><p>— Э-э… Как бы тебе сказать, Котэ. Мои люди не поймут.</p><p>— Придется. Это временное решение — в связи с «Фортом Генри Моргана». Впереди у нас тренировки, отработка маневров и уже конкретный план действий. Твой бриг спокойно постоит на острове, не заржавеет.</p><p>Вот тут Котэ попал в самое уязвимое… Не знаю, умышленно или нет, и все же ничего более болезненного для меня нельзя было придумать. Лишиться «Рапиры» — значит лишиться свободы. Лишиться возможности вновь быть вместе с Аннели… До самого турнира? Нет, быть такого не может. Время, конечно, летит быстро, однако сейчас я даже представить не мог расклад, который предложил Котэ. И ведь если снова начну упираться и спорить — точно доиграюсь. Не время для возражений.</p><p>Чувствую, мне с Илюхой придется очень, очень многое обсудить.</p><p>И надо что-нибудь придумать. «Рапиру», какой бы она ни была, я так просто не отдам.</p></section><section><title><p>Глава 18 Разговоры</p></title><p>Глава 18 Разговоры</p><p>Наступили сложные времена. Сложные во всех смыслах. Времени до турнира оставалось всего ничего, и впереди не наблюдалось никакой ясности… По поводу всего. Я очень сильно хотел помочь Аннели — но что для этого можно сделать? О том, чтобы бросить «Пришествие дна» не было и речи — сразу по куче причин. Самая разумная из них — у ребят и правда много шансов на выигрыш. Сильные игроки, прокачанные корабли, большой опыт. Объединить их с Аннели? Да, это первым приходит в голову. Но… Слишком много «но». Чтобы сформировать план действий, эти «но» нужно поубавить. Не говоря о том, что кто я вообще такой, чтобы «объединять» кланы было в моих силах — пусть даже чисто номинально?</p><p>Первым делом после разговора с Котэ я отправился к Аннели. Разъяснил ей все честно — и про напряженность в клане, и про то, что сегодняшний прецендент улажен. Рассказал и про то, что «Рапиру» временно хотят отправить почивать на ремонте, а команду расформировать.</p><p>— Звучит, конечно, не очень весело, — сказала она по итогу. — Но чего ты еще ждал, сам-то подумай? Тем более от них.</p><p>— Ничего не ждал. Откуда мне было знать, что у нас с тобой все так завертится… И что у тебя окажется не все так просто в жизни, мягко говоря. Ты же понимаешь, что я-то об этом перестать думать не могу?</p><p>— Потому и не хотела говорить. Видишь ли, мы с тобой — клановые враги, как бы нам ни хотелось обратно.</p><p>— Но мы точно встретимся через неделю у Бланка…</p><p>И пришел еще к одной навязчивой мысли. К плану. К надежде.</p><p>Время, проведенное с Аннели, все равно не могло тянуться вместе. Когда «Рапира» стала готовиться к отплытию вместе с остальной эскадрой клана, я вышел в реал. И задумался: а ведь Котэ по-своему прав. Он подозрительный, осторожный, циничный — значит, именно таким его сделала жизнь. И «Карибы». Будь его взгляды, стратегии и тактики хотя бы в половину неправильные — «Пришествие дна» не добилось бы таких высот. С точки зрения голой математики и рациональности, Котэ делает все верно. Хапает выгоду там, где это возможно. Опасается подстав и форс-мажоров. Идет на смелые идеи и предложения, если видит в них перспективу. К слову, именно он «подтолкнул» меня к поискам манускрипта, выяснив о Нормане, и дал возможность мне путешествовать обособленно от клана. Поддержал мою идею атаковать Картахену. Но везде преследовал свои, сугубо экономические выводы. Так его недоверие можно — и нужно — понять, разве что не брать в расчет, что на меня как человека ему, вероятно, на самом деле более чем плевать.</p><p>Чтобы не зарываться в сомнениях, я предложил Аннели созвониться уже в реальном мире. Шаг рискованный: практикуется такое нечасто. И все же стоило убедиться в том, что пиратка мне рассказывала. Вдруг никакой болезни нет, и это лишь «уловка» с целью переманить меня или обдурить? Мысль мерзкая, но лучше один раз проверить, чем тысячу раз вертеть в голове.</p><p>Аннели согласилась. И на созвон, и на созвон с видеосвязью. Внутри мне даже хотелось, чтобы ее слова оказались ложью. Я бы выдохнул и усмехнулся, как ловко она меня обманула — пусть бы это и стоило возможного разрыва отношений. Увы.</p><p>В реальности внешность ее была почти такой же. Отличалась лишь длинна волос и небольшие щечки — в остальном все как на «Карибах». И инвалидная коляска… Если точнее, во время звонков Аннели, а в реальном мире просто Анна, чаще всего лежала на кровати, но, не омрачая ситуацию излишними подробностями, я успел убедиться, что в ее буднях хватает проблем с передвижением. Мы общались много, вспоминали наши совместные похождения. Приключения на Гаване, Саоне, в Гваделупе… А иногда мы наоборот зарывались в наше реальное прошлое, рассказывали истории. Как ни странно, нам хватало, о чем поговорить.</p><p>Однако все это было не единственным, что заботило меня в реале. Я вытащил Илюху на разговор, как только появилась такая возможность.</p><p>— Начнем вот с чего, — заговорил я, когда мы встретились в кальянной. — Что за фигня тогда произошла на Барбадосе? От Котэ, как я понимаю, ничего не добьешься, так что спрашиваю у тебя. Почему Моал и его люди такое себе позволили? Повторюсь, в следующий раз я сдеру с него не меньше.</p><p>— Видишь ли, Вадим. На момент, когда это все произошло, я еще не знал, что у вас там было. Да, боцман повел себя нагло, но ему и правда такое распоряжение дали — не пускать никого. Если же ты в целом о человеке спрашиваешь, то тоже пойми: в клане самое ценное — это как он справляется со своей работой. А Моал, как и многие другие, настоящий профи своего дела. Толку от добродушного и всего такого правильного человека, если он ни черта не умеет? Так что, уж извини, очень часто приходится мириться… с некоторыми недостатками характера. А иначе никаких людей не напасешься.</p><p>— Значит, Моал всегда так себя ведет, и тебя это не удивляет. Будем считать, что ты меня услышал.</p><p>— А чего ж не услышать-то? Думаешь, меня в «Пришествии дна» все устраивает? Думаешь, под нашим флагом сплошь образцовые ребята ходят? Да у нас в последнее время трындец как много неразберих, в том числе в управлении. Но…. Давят на меня. На многих давят. Не время сейчас для чисток и перемен, короче.</p><p>— Тем не менее, Илюх, мне плевать, какой он ценный боцман, но за языком пусть следит. Поговори там с ними как-то, что ли. А то как все на Нассау меня встречают — так герой, убивший губернатора. А на Барбадосе словно враг, а не свой.</p><p>— Ага, — затянулся Илюха. — Подумай, почему так? Что изменилось? Ну, кроме того, что у нас после реформаций народ на нервах.</p><p>— Что тут думать, — усмехнулся я. — Аннели.</p><p>— Угу, — согласился Илюха. — Все свои при делах, а ты где-то там с девкой странствуешь, которая до этого к себе чужаков на пушечный выстрел не подпускала.</p><p>— Вот о ней я бы хотел поговорить с тобой более подробно, но сперва вот еще что. Ты ведь с самого начала решил меня капитаном поставить. С первого же дня.</p><p>— Клещ говорил, да? Согласись, вышло-то здорово! А если бы ты скромничал, то до сих пор бы батарейную палубу подметал.</p><p>— Так вот, раз уж ты возложил на меня такие большие надежды, и не только ты… Будь добр, поговори с Котэ и остальными так, чтобы «Рапиру» не выводили из строя. Ни я, ни моя команда не втянутся за пару недель в новый строй. На нашем бриге нам всем спокойнее и увереннее.</p><p>— «Рапиру»? — удивился он, округлив глаза. — Дряхлый бриг? Я думал, вы там все от счастья прыгаете, что вас на фрегат зачисляют. Ну да, состав там чуть ли не в два раза больше, но зато как там все обустроено!</p><p>— Мы можем вернуть бригу былой вид. Просто дай мне возможность. Вам ведь на турнире максимальная эффективность нужна, а не слепое следование плану?</p><p>— Хммм. — Илюха задумался. — Я пониманию твои чувства. Меня самого жутко бесило, когда у нас состав бесцеремонно меняли, потому что «так эффективнее будет». А то, что народ уже друг к другу привык, сработался, что людям интереснее в своей компании достигать высот… Всем плевать.</p><p>— Раз это старая беда, тогда тем более прошу помочь. Мне хватит пиастров, что вернуть «Рапире» былое величие.</p><p>— Знал бы ты, как я на самом деле устал от всей этой клановой заварухи. Когда-то я думал, что буду ходить под черным флагом и грабить караваны, а на деле половину времени решаю организационные и экономические вопросы. Или не решаю… Как ни странно, решают почему-то чаще всего другие. Однако… Ладно, ты и так у нас настрадался. Если так просишь — разберусь. Как-никак, я все еще совладелец клана, укуси меня Нептун. Будет тебе твой бриг.</p><p>— Вот и славно. Спасибо. А теперь про Аннели…</p><p>Я рассказал ему почти все, что знал сам. Осторожно, выбирая формулировки. Ненавязчиво, планомерно. Про болезнь, про завязавшиеся у нас отношения, про ее прошлое и настоящее, про ее цели и угрозы жизни. Все это при условии, что Илюха никому не расскажет то, что узнает сегодня. В конце концов, если он сам затащил меня на «Карибы» «как на самого верного», то ведь немного же я хочу, когда прошу об обратном?</p><p>— Во дела… — грустно проговорил он, выдыхая кальянный дым, когда я закончил рассказ. Он помолчал с минуту, потом сказал. — Знаешь, Вадим. Херня ситуации даже не в том, что у нее все так плохо. Херня в том…</p><p>— Что плохо теперь и у меня?</p><p>— Не знаю. Возможно. Я тебе сразу скажу — мы не благотворительная организация. Чисто теоретически, забегая очень далеко на перспективу — можно было бы подсыпать деньжат в знак союзничества. Вот только для этого нужен более веский повод с нашей стороны. А время, как я понимаю, тикает.</p><p>— Угу, — только и оставалось сказать мне.</p><p>— Я, наверное, опять чушь скажу, — после долгой паузы сказал Илья. — Надо верить в лучшее. Вдруг все как-то само… разрулится. Деньги накопятся, здоровье в гору пойдет.</p><p>— Часто в «Пришествии дна» все само разруливается, Илюх? Хотя ты-то, может, и любишь все оставлять на самотек.</p><p>— Не люблю, а приходится, — проворчал он. — Я вроде и глава, а свободы у меня негусто, скажем так. Но при чем тут это! Я про то, что загибаться в депрессиях сейчас не выход. Тебе — особенно. Ты нам нужен.</p><p>— Понимаю. И все же вот что хочу спросить. Если вдруг будет проклевываться хоть какая-то возможность поддержки — могу на тебя рассчитывать?</p></section><section><title><p>Глава 19 Переговоры?</p></title><p>Глава 19 Переговоры?</p><p>Дни пролетали слишком быстро, чтобы воспоминания цеплялись хоть за что-то. Попрощавшись с Аннели еще на Барбадосе, я все последующие дни мысленно был с ней — в воспоминаниях, в фантазиях и мечтах. А звонки в реале лишь подстегивали дело. Да и, честно сказать, на «Карибах» начались суровые трудовые будни, в которых романтика тропиков сменилась на жесткие и монотонные тренировки.</p><p>Вместе с другими кораблями «Пришествия дна» мы отрабатывали маневры, оттачивали меткость стрельбы и скорость реакций у корабельных команд, учились работать в связке. «Рапира» осталась в деле: Илюха даже распорядился, чтобы клановые плотники вернули ей прежний вид, хотя я был готов потратиться на ремонт из капитанской казны.</p><p>Морскими тренировками дела не ограничились. На острове мы участвовали в спаррингах, марш-бросках, отыгрывали захваты зданий и укреплений. Команды кораблей намеренно перемешивали, чтобы мы учились действовать при любых составах. Против нас выставляли неписей, причем таких шустрых, что позавидовали бы многие игроки. Их скорость реакции была моментальной — это приучало нас не лезть на рожон и несколько раз подумать, прежде чем действовать. С каждым разом «думалось» все быстрее. Игроки с «Рапиры» зачастую выступали самым слабым звеном, и естественно, что на них часто посматривали пренебрежительно — мол, да что эти вообще могут, пусть лучше вообще не мешаются.</p><p>На Сабу прибыла Оливия фон Штерне. Она хоть и не состояла в клане, но была не прочь провести занятия — тем более, если ей за это платят. На каждого игрока, обладающего умением рукопашного боя, выделялось всего тридцать минут времени. Но и они были очень ценны…</p><p>— Парные ятаганы? Что за чушь! — фыркнула она, когда мы снова встретились. — Однако не в моих силах влиять на мироустройство «Карибов». В реальном мире подобные комплекты оружия никчемны, но здесь, с наличием характеристик и приемов, наши тела открывают возможности для даже таких причудливых вариантов. Что ж, покажите, чему вы научились с нашей последней встречи.</p><p>Мы скрестили клинки. В прошлый раз Оливия показал себя божеством, которое невозможно не то что победить, а даже ранить. В этот раз я заставил ее несказанно попотеть. По крайней мере, ей уже не удавалось меня обескуражить и вывести из равновесия. Руки уверенно держали ятаганы, а тело реагировало на каждое действие. Пару раз доходило до инерционных ударов локтями и головами.</p><p>— Впечатляющий прогресс, — сказала она по итогу. — С защитой у вас все хорошо. Даже там, где вы рискуете потерять оружие, вы изворачиваетесь и ныряете, не боясь «телесных контактов». Учились кулачным боям, я права?</p><p>— Ну… Можно и так сказать. Это была вынужденная мера.</p><p>— По вам чувствуется. Однако вы порой слишком рьяно ведетесь на провокации и финты. Не всегда оступившийся открытый противник означает, что можно делать финальный рывок. Особенно, если вы уже уставший.</p><p>На этом «аудит» завершился, и я был рад, что смог добиться похвалы от фон Штерне.</p><p>Тренировки вымучивали: слишком много времени требовалось, чтобы успеть пройти испытания на суше, затем экстренно отчалить в море, отработать маневры и стрельбища, а затем экстренно дислоцироваться на сушу. Важны были не отдельно отыгранные эпизоды, а все вместе — с дислоцированием с суши на воду и обратно, притом быстро. Ничего сверхъестественного — почти все в той или иной мере приходилось делать раньше, но сейчас многие действия нужно было отработать до автоматизма.</p><p>По прошествии недели «Рапира» первой направилась встречать «чудо-пушки» от Джордана Бланка. Аннели тоже подоспела к этому времени.</p><p>Орудия ждали нас подле обрыва, открывающего вид на море. Одни из пушек еще издалека выглядели причудливо и громоздко, другие — наоборот, походили на рядовые среднекалиберные кулеврины.</p><p>— Я наконец-то расшифровал все, что мне не хватало для отливки орудий, — говорил Бланк, прохаживая с нами по рядам уже готовых изделий. — Кит меня сожри, не понимаю, как османцы так хитро прознали об эффективной отливке железа. Когда то же самое пытались делать в Европе, орудия получались хрупкими — приходилось делать их тяжелее бронзовых. Здесь же… О хрупкости можно временно забыть.</p><p>— А что с ядрами? — спросил я, обнаружив не совсем типичные снаряды возле некоторых пушек.</p><p>— Долгое время османцы ценили камень. Если речь идет о пробитии стен или иных преград, каменные осколки наносят больше урона. Они создают вибрации, пробивают объект обширно, а не точечно. Конечно, камни приходится для этого дела обтесать и подгонять под размеры, но результат знатный, хе-хе.</p><p>Я очень абстрактно представлял, как каменные снаряды могут превосходить чугунные и железные ядра. Но точно помнил: стандартные ядра неоднократно застревали в крепостных стенах или бортах кораблей. Иногда, чтобы сломить укрепление, приходилось бы отправлять десятки, а то и сотни снарядов в одно и то же место.</p><p>Бланк пытался сказать, что крупнокалиберная каменная дробь помимо удара создает вибрации, которые быстрее заставляют стену «сломаться». Впрочем, здесь хватало и бронзовых, и других моделей. Особенно впечатляли «многоканальные чертовки». Представьте, как если ствол пушки обвязать еще восьмью стволами поменьше — итого девять дул готовы выпустить снаряды. Любой канонир первым делом задумается, как же долго придется перезаряжать такую махину. Однако созданные ремесленниками Бланка образцы не зря именовали «чудо-пушками». Качественные сплавы, правильное расположение каналов и камор делало орудия максимально надежными. Зато какой урон принесут эти чертовки! Точечный выстрел — и сразу девять ядер ударят в практически одно место.</p><p>В целом, увиденное нами говорило о том, что Бланк может продолжать готовить пушки уже более индивидуально. Достаточно лишь указать калибр, желаемый вес и некоторые другие характеристики. Корабли можно было усыпать орудиями так, чтобы те вставали на свои позиции как влитые. Оставалось лишь рассчитать, какие корабли и как сильно нужно нагрузить — ведь это всегда баланс между скоростью и огневой мощью. А тот факт, что новые орудия получилась более легкими, позволял укомплектовать корабли немного более плотно.</p><p>Отливка орудий продолжалась изо дня в день, и наши тренировки продолжались уже с обновленной артиллерией. В «Пришествии дна» особенно чутко отнеслись к дарам Бланка и расставили охрану везде, где только можно, чтобы образцы никто не смог не просто украсть, но и даже увидеть. Аннели тоже принимала орудия максимально скрытно.</p><p>Была и другая важная деталь в преддверии турнира. Котэ вызвал меня на разговор, который знатно удивил. Он хотел — или правильнее сказать «ненавязчиво повелевал»? — чтобы я собрал за одним столом его, Аннели и головорубов. Меня они послушают, к тому же за спрос денег не берут, как говорится. А вот дальнейшее… будет зависеть уже от переговоров. На которых я, разумеется, тоже решил участвовать, хотя Котэ и был против. Но Аннели выставила условия так, что без моего присутствия дело не состоится.</p><p>Что это было за встреча? Самое банальное предложение о «коллаборации» на турнире. Мы собрались на малюсеньком островке посреди Карибского моря, где стоял только один обветшалый дом. Некогда это была таверна, которая теперь покрылась слоем пыли и песка. Доски в помещении подсгнили, бутылки за барной стойкой выцвели, слились со стеной. От наводнений здание спасало то, что оно стояло на возвышенности, созданной будто под его габариты. Тем не менее, дожди и ураганы брали свое, таверна была готова вот-вот сложиться, как карточный домик. И да, это было идеальным местом, чтобы говорить без лишних глаз и ушей. Ни Нассау, ни Порт-Ройял или Тортуга не подходили для подобных переговоров. Только так. Только здесь.</p><p>— Можно не сомневаться, что каждый из нас, — говорил Котэ, подразумевая кланы, — будет рваться в «Форт Генри Моргана» до победного конца. Сразу обозначу, что я не питаю иллюзий на этот счет. Каждый будет действовать так, как ему выгодно. Однако! — Он поднял палец вверх. — На самом старте мы все находимся в одном положении. В окружении врагов. Десятков, сотен кораблей, каждый из которых по возможности нас потопит.</p><p>— Это известно, — хмыкнул Тангризнир, покуривая сигару.</p><p>— Никто из нас не уступит победу, — продолжил Котэ. — Зато можно повысить шансы на выживаемость на начальном этапе.</p><p>— Мы поняли, к чему ты клонишь, — сказал брат Тангризнира, Тагиост. — Объединиться, чтобы пройти естественный отбор. Переждать бурю, чтобы дожить до финала. А ты что скажешь? — Он посмотрел на Аннели.</p><p>Пиратка в этот день была особенно мрачной. Я знал причину. Она сидела рядом со мной, но не имела возможности обнять, взять за руку. Она смотрела в глаза Котэ и видела там человека, которого, как я ей хотелось, я должен был предать. Или не я, а она сама — просто потому, что победу она не отдаст. Вот почему эти томящие разговоры разжигали в ней нетерпение поскорее все решить.</p><p>— Предложение разумное, — сказала она, выдержав паузу. Аннели уже несколько дней знала о замыслах Котэ через меня, поэтому уже все для себя решила. — Нужно понять, при каких условиях мы можем быть друг другу наиболее полезны. И как не допустить того, чтобы наш союз в итоге нас же не угробил из-за чьего-нибудь предательства.</p><p>— А мне интересно вот чего, — проговорил Тангризнир так, словно обращался скорее к самому себе. — Почему мы. Почему такой состав.</p><p>— Потому что я не представляю, кто еще пойдет на такое безумие, — нетерпеливо сказал Котэ и, похоже, попал в яблочко: во взгляде головорубов мелькнуло одобрение. — Теперь к остальным вопросам. Предлагаю скооперироваться на море. Суша останется территорией вражды.</p><p>— Пффф! — сходу подал звуки Тангр. — Идеальные условия для тех, кто уступает нам флотом и потому не хочет получить морской нокаут.</p><p>— Есть большие опасения, — продолжил Котэ, — что до самого острова мы можем и вовсе не добраться. Если мне захочется собачиться с кем-нибудь на море, я без проблем выберу любой другой клан. Моя идея в том, чтобы выжить.</p><p>— Разумно, — более сдержано сказал Тагиост.</p><p>— Если угодно, мы можем расторгнуть союз по сигналу, — ответил Котэ. — Достаточно будет отойти друг от друга на расстояние пушечного залпа.</p><p>— А если расстрелять вас в упор, выждав момент, нам будет выгоднее? — спросил Тагризнир. — Променять шанс на какое-то слово, что не покинет стен этой таверны?</p><p>— Турнир будет смотреть весь мир, — вмешался я. — Если один из нас поступит подло, потом это узнают все. И вместо того, чтобы показать на весь мир твердость берегового братства, все будут знать, с кем не стоит связываться и кому нельзя верить. На Нассау ты сам воспевал идею взаимопомощи и крепкого плеча собратьев.</p><p>— Это были вынужденные обстоятельства, Рудра, — вздохнул Тангризнир. — Я говорил то, что помогало нам выбраться из передряги. Слова ничего не значат. Никому нельзя верить. И ты это знаешь, так что не морочь мне голову. Тем не менее, есть и обратная сторона медали. Слишком много гальюнных червей рвется в «Форт Генри Моргана», и мы хотим не дать им даже мизерного шанса выждать момент и прийти на пир чистенькими.</p><p>— И вместе с тем вы готовы стрелять по корме, когда вздумается? — усмехнулся Котэ.</p><p>— Ага, — подмигнул Тангризнир.</p><p>— Тогда я отказываюсь, — вмешалась Аннели. — Может, и правда разумнее будет подождать, пока вы друг друга потопите.</p><p>Головорубы рыкнули от недовольства. Но я-то знал, что пиратка намеренно их провоцирует. Пусть слова для них ничего не значат, но сами они не любят ими разбрасываться.</p><p>— Тангр прав, — поддержал его второй головоруб. — Слова ничего не значат. Значат поступки. В отличие от многих, Аннели и Рудра не раз показали, что на них можно положиться. Положим, до определенного момента мы и правда можем обусловиться держаться вместе.</p><p>— На всякий случай подчеркну, — сказал Котэ. — Вариант, при котором на турнире останемся только мы, очень маловероятен. Почти ничтожно мал. Противников слишком много. Если одному из нас захочется пойти на всех войной — ради бога, целей будет выше крыши. Так что вопрос о верности я рассматриваю исключительно с точки зрения практичности и выгоды.</p><p>— Мы тоже, — согласился Тангризнир.</p><p>— Значит, мыслим мы в одном направлении. Осталось наметить детали.</p></section><section><title><p>Глава 20 Форт Генри Моргана</p></title><p>Глава 20 Форт Генри Моргана</p><p>Интернет пестрил анонсным видео, в котором показывается вид сверху злосчастного форта. Остров-крепость, неприступная пятиугольная звезда, которую нужно будет захватывать на турнире. Илюха шутит, что это останки гигантского Патрика из «Спанч Боба».</p><p>В ролике вид острова сменяется на крупный план Генри Моргана — рыжебородого старика в красном платке, стоящего на стене форта. Он смотрит прямо на зрителя, призывая сразиться с ним и его командой флибустьеров.</p><p>Ролик уже несколько недель мусолят в Сети, обсуждая локацию. Каждый кадр, каждая деталь проанализирована до мелочей. Кланы строят теории о том, как лучше брать подобное сооружение — и «Пришествие дна» не исключение. Отдельно я вел разговоры со своей командой, поскольку предстояло нам… очень многое. Уже вовсю утверждались тактики, которые наш клан будет использовать во время турнира. Раскидывались свободные очки характеристик, тратились очки навыков, подбирались оружие и одежда для каждого игрока. В преддверии нужно было ничего не забыть. Все учесть. Все обдумать. И все же дни неслись неминуемо быстро. Время пришло.</p><p>За день до турнира начались подготовительные процедуры. Электронные подписи и регистрации для участия уже остались позади, но оставались открытыми технические детали. Сотрудники «Карибов» должны были удостовериться в работе каждой капсулы, в стабильности работы Сети. Большинство участников «Пришествия дна» погружалось на этот раз в виртуал в охраняемых коттеджах за городом. Некоторые же, вроде меня, выходили в «Карибы» у себя дома, и представители «Карибов» приезжали даже ко мне. На этом проверки не кончались: уже при заходе в виртуал нужно было «отсигналить» системе, что все в норме. От частных случаев, конечно, никто не застрахован — у кого-то наверняка вырубится электричество, случатся проблемы со здоровьем или вмешается кто-то со стороны. Ведь участников турнира — больше двадцати тысячи человек! И все же организаторы стремились минимизировать число проблем и сбоев. Слишком огромные деньги вбуханы в это дело. И весь мир будет на это глазеть так, как когда-то следили за первым выходом человека в космос или высадкой на Луне. И вот по прошествии почти века человечество обратилось не к далеким звездам, а внутрь себя. В несуществующий мир в декорациях прошлого. Вестимо, мы еще слишком мало познали самих себя, природу своего сознания. А оттого следить за человеческими драмами готов весь мир.</p><subtitle>* * *</subtitle><p>Корабли стояли сразу на позициях — своим ходом никто не смог бы добраться до турнирной локации. Для остальных ее все еще как будто бы и не было. Расположение кланов было в рандомном порядке — корабли стояли на безопасных расстояниях. Форт находился где-то далеко впереди. Настолько далеко, что сейчас он казался точкой на горизонте. Гораздо ближе были вражеские суда… Выходило, что все вместе корабли образовывали огромный круг, центром которого, разумеется, был сам форт-остров.</p><p>Всего минута. Ровно столько отдавалось игрокам, чтобы сориентироваться. Занять позицию на судне, заняться парусами, выбрать тактику, раздавать команды и сигналы другим. По окончанию минуты абсолютно все корабли должны будут тронуться — ветер позволял. Варианты могли быть разными: можно дернуть напрямую к форту в надежде добраться туда самым первым; можно сходу пойти войной на ближайших соперников; можно выбрать и другой путь. Мы уже знали что делать, и потому не теряли времени даром. По прошествии минуты все корабли тронулись под свежераспущенными парусами, но лишь для того, чтобы чуть позднее заложить вираж и дружно развернуться, уходя в обратном направлении. Да, подальше от форта. Подальше от соперников.</p><p>Со стороны могло показаться, что наши корабли выстраиваются в линию — то ли для обороны, то ли для возможной атаки. По крайней мере, французский клан, что на старте стоял от нас по правый борт, не решился приближаться. Кто был по левый борт, я не знал — вид закрывали другие клановые корабли.</p><p>Что ж, свой первый маневр мы осуществили так, как задумывалось. Правилами не возбранялось «отплыть» подальше — граница локации, по-видимому, находилась еще далеко. Впрочем, цели совсем скрыться на горизонте у нас тоже не было. Просто переждать, проанализировать обстановку, построиться. Уже позднее выяснилось, что так поступили не мы одни. Пока одни кланы неслись в бой или к форту, некоторые предпочитали не лезть на рожон и отойти подальше.</p><p>Я стоял на палубе «Рапиры» и напряженно смотрел на работу экипажа. Хотя сейчас никакой спешки не было, от людей требовалось идеального выполнения приказов. Слишком долго мы к этому шли. Слишком упорно тренировались. Каждый находился на своем месте, каждый был в максимальной готовности — удобной и дорогой одежде, с лучшим снаряжением.</p><p>Целым кланом дрейфовать на месте, впрочем, тоже не стоило. Сейчас самое важное — не показать слабины. Даже средний по силе клан, увидев покоящиеся на волнах корабли, может почувствовать наживу и решить напасть. Пусть мы отобьемся, но каждый бой будет стоить нам погибших бойцов, которых уже никак не восполнить. Поэтому мы начали группироваться, выстраивая корабли в фигуру, напоминающую ромб. Первым шел «Сбоку заходи», за ним по сторонам — корветы «Месть Коварного Котэ» и «Дельфин», еще дальше по сторонам — «Рапира» и шхуна «Сирена». Получалось, что с этой шхуной мы образовывали срединные грани ромба, а сзади всей колонны шли три корабля, у которых были наилучшие навыки управления ветром — иными словами, они подгоняли всех остальных. Такое построение нельзя было назвать идеальным для боя, оно выполняло другие функции — возможность оптимально двигаться всей колонной и, в случае чего, мобильно менять позиции.</p><p>Небо вполовину было заполнено облаками, и солнце то било по палубе, то скрывалось. Эхом уже приносило звуки артиллерийски[перестрелок, завертевшихся далеко впереди. Даже на расстоянии в мили проглядывался сизый дым, испускаемый пушками. Где-то уже полыхал корабль, поднимая в небо полосы черного дыма.</p><p>Минуты, проводимые в спокойствии, одновременно и съедали от нетерпения, и успокаивали. Глядя, как некоторые кланы бездумно несутся в пекло боя, мне вспоминались подростковые соревнования по легкой атлетике: на старте некоторые особенно «зеленые» бегуны несутся впереди, а по прошествии нескольких сотен метров сдуваются, и вот тогда-то многие более опытные участники выходят вперед.</p><p>Но вот на флагманском корабле заиграли флажками — это был знак к тому, что наша цель наконец обнаружена и мы меняем курс. Ветер словно и не менялся, вместе поворотом задних кораблей паруса всей эскадры продолжили ловить ветер. Спустя полчаса мы достигли цели, поравнявшись с кораблем Аннели на расстоянии пушечного выстрела. Убедившись, что с ее стороны не идет огня, приблизились чуть ближе, и вскоре фрегат пиратки сам поровнялся с нами.</p><p>Я облегченно выдохнул: часть плана мы успешно осилили, Аннели была рядом, а наш флот стал порядком сильнее. А вот головорубов не было видно на горизонте. Пиратских кланов вообще почти не встречалось… Возможно, стартовые позиции специально были выстроены так, чтобы кланы одной фракции стояли подальше друг от друга. Иначе получилось бы, что большинство первых боев завязывалось бы между кланами одной фракции, а это, мягко говоря, выглядит не очень аутентично.</p><p>С помощью сигналов-флажков мы обусловились взять курс по окружности от форта — головорубы могли показаться где-то дальше, да и вблизи острова сейчас уже шла мясорубка. Кораблей, обстреливающих бастионы, было так много, что нет-нет да и проскакивала мысль: а вдруг уже в ближайшее время кто-то прорвется через укрепления, и даже на всех скоростях мы не успеем побороться за победу? Вероятно, некоторые участники именно так и думали, а потому сами попадали под обстрел с бастионов. В «Пришествие дна» давно все просчитали: стены форта были слишком прочными и высокими — такие не взять за пару часов. К тому же за первой линией куртин — так называют наклонные стены бастионных фортов — идут не менее высокие равелины, которые уже не достать с кораблей. Тут скорее вставал вопрос о том, сможет ли сегодня вообще хоть кто-то взять такой форт?..</p><p>Наша мирная морская прогулка продлилась не очень долго. Проходящая мимо британская эскадра начала выстраивать линейные корабли в полукруг. На что они надеялись, не очень понятно. Может, посчитали нас уже потрепанными?</p><p>Сперва мы шли прямо как ни в чем не бывало. Затем — свернули левее так, чтобы наш авангард поравнялся с первыми вражескими кораблями. Фигура ромба в считанные минуты вытянулась в подобие линии, и левый борт впередиидущих кораблей извергнулся пушечными выстрелами. Ветер переменился ровно тогда, когда нам это было удобно: задающие направление ветра корабли поочередной разворачивались, уходя от нашей колонны направо. Так наши левые борта начали смотреть выше, а вражеские — наоборот наклонились к воде. Иными словами, тактика, отработанная на Нассау, сейчас работала превосходно — и даже отсутствие знаменитого корабля Арчи неплохо компенсировалось тремя кораблями клана.</p><p>Вражеским судам не доставало самую малость, чтобы их снаряды достигали цели. Времени на то, чтобы перегруппироваться, у них тоже не оставалось — «Сбоку заходи» и другие наши корабли вовсю дырявили двухдечные суда. Пушки, отлитые мастерами Джордана Бланка, и правда делали какие-то чудеса: вражеские борта дырявились так, словно корабли взрывались изнутри. Такие выстрелы не оставляли и шанса на «ответку».</p><p>Изначально британцы, наверное, думали, что мы пойдем прорезать линию — и они возьмут нас на абордаж. Может, даже обзаведутся парочкой новых кораблей. Не тут-то было. Когда «Рапира» проходила мимо британцев, от флота оставались одни обломки, догорающие и идущие ко дну уродливые остатки того, что можно было назвать кораблем.</p><p>Чудо-пушки блестяще показывали себя в действии, а остатки вражеской эскадры, завидев масштаб проблемы, экстренно пытались ретироваться. Это была победа без единой жертвы. Если только, конечно, не брать во внимание потраченные снаряды. Все только начиналось…</p></section><section><title><p>Глава 21 Морской бой</p></title><p>Глава 21 Морской бой</p><p>Не проходило и пары секунд, чтобы откуда-нибудь не доносилось звуков пушечных выстрелов. На долгие мили тянулись бои, и главная жарища, конечно же, разворачивалась перед самыми стенами форта. Даже подзорная труба высочайшего класса не могла дать хороший обзор — слишком много различных посудин закрывало обзор. Но было ясно, что игроки упорно лезли к цели: обстреливали укрепления, высаживались на лодки. Сплошное пушечное мясо, не иначе: если тебя не зашибут ядром, то подстрелят из ружья. Если пронесет и тут, то заколют, когда ты попытаешься взобраться на стену. Если чудом пронесет тебя и там… Что ж, долго ли ты протянешь на территории, занимаемой кровожадными флибустьерами Генри Моргана? А их там немало — минимум несколько сотен.</p><p>Для нас же оставалось важным не нарваться на перестрелку, в которой мы могли бы понести серьезные потери. И в то же время не терять времени даром. Несколько кораблей отделилось от эскадры, чтобы высматривать головорубов — возможно, они будут видны с других ракурсов. Но стоило кому-то оторваться достаточно далеко от нашего флота, как другие кланы, словно стаи волков, тут же приближались. Иногда мы обменивались парой предупредительных залпов, иногда противники были более напористы и словно пробовали нас на вкус.</p><p>Головорубы объявились тогда, когда многие в «Пришествии дна» уже решили, что северные пираты либо решили действовать самостоятельно, либо пошли ко дну. Но нет: «Полуфлейт» и «Полуфрегат» яростно рассекали море. Оба корабля были потрепаны со всех сторон. А на хвосте виднелись галеоны и корветы клана «Эльдорадо»…</p><p>— Похоже, не всем сегодня повезло начать турнир в спокойствии, — задумчиво проговорил Менестрелиус, рассматривая головорубов в трубку.</p><p>— Зато они гарантированно направили свою мощь не на нас, — сказал Адриан.</p><p>— А вот и нет, — ответил я. — Очень наивно так полагать, Адриан. Они не станут бодаться с нами. Это море полно подонков и их недругов. Судя по всему, именно с такими они и ввязались в бой.</p><p>В движениях кораблей чудилось нечто такое, словно головорубы неохотно двигались к нам. Словно в других обстоятельствах они бы предпочли погибнуть в бою, но не отступать перед натиском испанского клана. Как много они потеряли? Сейчас нельзя было сказать даже примерно, но это и не главное. Теперь наш общий флот становился еще более мощным. И желающих испытать нас в бою станет еще меньше — если только не брать в расчет «Эльдорадо», которые упрямо преследовали головорубов. И все же они сбавили в скорости, когда увидели наш флот. Впрочем, у испанцев, похоже, хватало и другой работы. Авангард их флота направился к острову. Будучи кланом номер один, «Эльдорадо» превосходило всех по числу участников и кораблей. И, в отличие от многих, они имели реальные шансы первыми прорваться через форт, причем так, что никто не зайдет к ним в тыл из-за большого числа галеонов.</p><p>Мы шли к форту зигзагами, обходя опасные воды. Трижды пришлось столкнуться с врагом. Перестрелка с французами закончилась обменом парой залпов — мудрый противник смекнул, что наши ядра слишком больно «кусаются». А вот пиратский клан «Бочка пороха» отчего-то решил биться до конца. Шхуны, люгеры, фрегаты, бригантины — все шло на нас полным курсом, да так быстро, что мы не успели перегруппироваться. Но этого и не требовалось: фрегат Аннели втопил залп из всех орудий, и сразу два вражеский парусника пошли ко дну. Причем это были не просто рядовые пробоины — посудины в считанные секунды превратились в сито.</p><p>Хорошо, что другие наши корабли закрыли это зрелище от остальных судов «Бочки». Те после увиденного точно бы переменили курс, пока не слишком поздно. Ведь их ждала та же участь, только уже от кораблей «Пришествия дна». На сей раз, правда, враги успели пройтись по нам парой залпов — зацепило даже «Рапиру». И, тем не менее, еще одна партия отправилась ко дну.</p><p>А ведь я бы даже не вспомнил об этой «Бочке», если бы не шкипер Николас. Именно из того клана он перешел к нам. Именно в том клане рулила Бочка, которая пыталась выдать нас с Аннели «Армаде», когда мы были на Нассау.</p><p>— Они надеются взять нас на абордаж, — ухмыльнулся Николас, стоя неподалеку от штурвала.</p><p>— Нас всех? — спросил я. — Им не кажется, что нас, мягко говоря, многовато?</p><p>— Обычно у них это работает, — пожал плечами шкипер. — Они ходят на быстрых кораблях, и так же быстро идут на абордаж. Может показаться, что такие суда вмещают не так и много народу, в этом и хитрость. Они делают ставку на ближний бой.</p><p>— Тем веселее сейчас будет! — оскалился я, не скрывая злорадства.</p><p>Я ведь умолчал, что на турнире заблокирована возможность отправлять сообщения? почему так сложно было найти головорубов, а теперь — решить, как поступать дальше. Дело в том, что на «Сбоку заходи» уже несколько минут движением флажков давали понять, что мы перестарались — суда «Бочки пороха» лучше захватить, а не бездумно топить. Но понять шифр было сложно, поэтому какое-то время враги продолжали идти ко дну. И лишь когда у них остались фрегат и две шхуны, до всех дошло, что артиллерией достаточно лишь убрать противников с палубы, а затем идти на захват. Аккурат тогда выжившие решили спешно ретироваться. Какие наивные!</p><p>Да, корабли «Бочки» быстры. Тогда-то и пришло время для «Рапиры», шхуны «Сирена» и корвета «Месть Коварного Котэ». Втроем мы отправились в погоню, попутно атакуя противника носовыми орудиями и мортирами. Чудо-пушки несли сплошное разрушение: даже малокалиберные снаряды проделывали в корме врага зияющие дыры… В общем, одна из шхун как-то слишком быстро разрушилась — хотя мы всего лишь хотели сломать реи и смести экипаж. Черт возьми, мы столько тренировались атаковать врагов, но никто и подумать не мог, что проблемой будет перестараться. Небольшие каменные снаряды, которые функционально походили скорее на картечь, заставляли корпусы кораблей сотрясаться, борт — рушиться, а мачты — падать.</p><p>То ли завидев неладное, то ли просто от нетерпения к нам присоединился «Полуфрегат» головорубов. Несмотря на огромный размер, судно весьма быстро разгонялось до пятнадцати-двадцати узлов. И оставшиеся фрегат и шхуну в большей степени захватили именно головорубы: на шхуну залетели бойцы, расчищая палубу, а с фрегатом провернули уже отработанный некогда бросок «якоря на палубу». Застряв в фальшборте, он заставил корабль резко повернуться, словно маленькую собачку дернули за металлический поводок. Дезориентированный экипаж фрегата затем обстреляли из карронад и фальконетов.</p><p>Следующий час ушел на рутинную дележку добычи. Угрюмые головорубы претендовали на оба корабля, ведь их собственные «Полуфрегат» и «Полуфлейт» выглядели скверно. Даже получив время на восстановление, они мало что могли исправить: залатали пробоины, обновили ходячий такелаж. Но вот обшивку корпуса или, например, поломанные орудия так просто не обновить. Захваченные корабли согласились отдать им, но в обмен «Пришествие дна» и Аннели получили приличный запас снаряжения и огнестрельного оружия.</p><p>Ну а третья наша стычка — или даже целое стычище! — случилось уже вблизи к земле. Очень уж удачно нам попался испанский корабль-гигант «Сантисима Тринидат», который только что потопил последние корабли британских «Отцов моря» — тех самых, что некогда «подвозили» меня до Барбадоса. Это был четырехпалубный, мать его, галеон… или линейный корабль? Больше ста двадцати орудий, толстая бортовая обшивка, о количестве экипажа можно было только гадать. Невероятно здоровая плавучая крепость. И — невероятно неповоротливая и медленная. Судя по всему, «Отцы моря» пытались захватить эту махину, пока та обстреливала стену форта. Но испанцы дали отпор, потопив нападавших.</p><p>«Сантисима Тринидат» легко доставал снарядами верхушку стены форта. Артиллерийские позиции куртины, достающие до корабля, уже были выворочены и снесены. Сама куртина принимала на себя залп за залпом, осыпаясь и дрожа.</p><p>Корабль Аннели первым открыл осторожный огонь. Это была не столько атака, сколько стандартное пристреливание: нужно было вообще понять, достанут ли пушки среднего калибра цель, или нужно подходить ближе. Доставали. Частично. Вот только подходить к «Сантисиме» мы могли со стороны его носа или кормы.</p><p>Проблема была в том, что никто толком не мог выбрать тактику. Атаковать испанскую Годзиллу, чтобы… что? Ну потонет он перед самым фортом, нам-то что? Атаковать, чтобы заставить испанцев уйти, уступив нам место? Уйдет он, придут другие. Кстати, насчет других — они не особо ждали ухода «Сантисимы». Уже сейчас пара эскадр брала курс в нашу сторону. Тогда, спрашивается, зачем мы вообще сюда явились? Ну, во-первых, потому что к острову двигаться все равно уже нужно, во-вторых, потому что именно здесь появился первый видимый намек на то, что стена форта вскоре может обрушиться. И теперь, судя по всему, это стали понимать не одни мы…</p><p>И если кто-то назовет нас гиенами, что осторожно плетутся в хвосте «Сантисимы», то приближающиеся враги станут гиенами уже в отношении нас. Неудачный заход к форту. Придется пробовать по новой.</p><p>И вот уйти, как назло, быстро не получалось. Корабли-ветрогоны сейчас не работали — близость земли и наличие мощного сопротивления галеона не позволяли хоть сколько-нибудь управлять ветром. Сзади уже приближались пиратские шхуны и бриги. Спереди пройти мешал борт «Сантисимы Тринидат», который прошьет всякого, кто выйдет на линию огня. Значит, уходить придется под острым углом, почти навстречу приближающимся врагам. Легким кораблям развороты дались относительно быстро, в то время как большие посудины еще не дошли и до половины маневра, не говоря о том, чтобы набрать скорость.</p><p>Итак, сзади — «Сантисима», спереди — мелкие вражеские посудины.</p><p>Началась суета. Шхуна, корветы и моя «Рапира» выстроились в линию, закрывая разворачивающиеся корабли. Идущие навстречу противники не стали налетать на линию огня наших бортов, а технично свернули прямо под нос. Я велел поворачивать корабль бортом, и экипаж незамедлительно выполнил маневр. Вот только теперь получалась, что противников встречала одна «Рапира», а остальные суда стояли уже за ней…</p><p>— К огню из всех орудий готовсь! — прокричал я, хотя команда и так была во всеоружии. — Пли!</p><p>Загромыхали пушки. Бриг закачался, а едкий артиллерийский дым закрыл обзор. Меж тем Николас не прекращал раздавать команды маневровым: кораблю нужно было придать хотя бы минимальное движение. Я в очередной раз отметил, насколько нам повезло со шкипером. В народе бытует мнение, что шкипер — это что-то вроде смотрителя пристани. Однако во времена парусной эпохи это был один из старших унтер-офицеров, которого по регламенту обходил только штурман. И сейчас явственно было видно, как на Николасе держалась вся работа парусов.</p><p>Когда дым развеялся, два изрядно потрепанных люгера уходили в сторону. Наши пушки не замолкали — корабли неизвестного пиратского клана продолжали приближаться. И если первый ряд посудин не выдержал урона и ушел, то следующий несся на нас на всех парусах. В итоге они тоже ощутили действие наших пушек, но уйти уже не могли — да и не было смысла… Шхуна и небольшая бригантинка уперлись в нас носом.</p><p>Вот он, первый рукопашный бой на турнире. Не с противными испанцами или французами, а с братьями по фракции. Не в героическом сражении за победу, а в бессмысленной по своей сути заварушке…</p><p>Я распорядился, чтобы нижняя батарейная палуба продолжала стрелять. На верху же было не до этого, противник уже во всю лез к нам. Пестро разодетые пираты, что называется, «с порога» показали силу. Нас пока выручали только мушкеты и пистолеты, но в клинковом бою противники явно одерживали верх. Подмога подоспел с других кораблей «Пришествия дна». Они еще не успели перестроиться, зато народ вовсю перебирался на «Рапиру». Последующие минут десять кипела битва, полем боя для которой стала вся палуба брига. Сперва я подметил, что многие из противников носили арабские одеяния, а затем… Якорь мне в глотку, это ведь тот араб, что некогда обманул нас! Позвал нападать на французский корабль, а потом нас же перестрелял и забрал выкуп. Как же его звали, кажется, Сулейман? Я видел его там, на носу еще одной приблизившейся к нам шхуны.</p><p>— Это тот араб, — прокричал я своим ребятам, участвуя в бою, — что обманул нас! Это его клан!</p><p>Многие, вероятно, даже не понимали, о чем речь. Во многом экипаж «Рапиры» собирался в последующие дни и недели после того, как Сулейман себя проявил. И тем не менее, нашелся не один десяток бойцов, которые с новыми силами ринулись в бой, а заодно поддержали мои реплики, повторяя их. Спустя минуту уже все наши кричали о «тех самых арабах», и кажущийся до этого депрессивный бой разгорелся с новыми силами. Ну, словно до этого вы били безвольную боксерскую грушу, а теперь она превратилась в вашего треклятого врага. Пусть вы и узнали о его существовании с минуту назад…</p><p>В итоге враг был вытеснен с «Рапиры», а наши соседние корабли продолжили давать залпы, отгоняя прибывающих врагов. И, словно этого было мало, развернувшийся наконец «Полуфрегат» головорубов пошел напролом. Шхуны, попав под киль, трещали, их мачты качались, путались и падали.</p><p>Уходить тоже нужно уметь вовремя. Эх, а ведь можно было обойтись вообще без боя, а значит и без потерь. Вот только горевать об упущенном поздно — лучше потратить силы на то, чтобы не наделать новых ошибок. Мы экстренно уходили всей эскадрой, но натиск новоприбывших кораблей не утихал. Что же их здесь так манило? Видимо, вид гигантского «Сантисимы Тринидат», атакующего форт, обещал скорое обрушение стены или, как минимум, много наживы. Мы же тем временем уносили ноги — точнее паруса — обратно в море, поскольку ничего кроме гибели в этом месте не сыскать. Получалось, что мы сейчас защищали «Сантисиму» от остальных нападавших.</p><p>Пушки делали свое дело. Вот уж чего, а снарядов сейчас было не жалко, разве что перезарядки требовали времени, а значит артиллерийский шквал гремел не совсем уж непрерывно. В суматохе отступления было уже не до построений — корабли «Пришествия дна» и Аннели неслись от форта, следом пытались двинуться головорубы.</p><p>Небольшие новоприбывшие посудины — те, что еще были целы или только приближались — поняли, что пытаться брать нас на абордаж слишком рискованно. Ну а что еще тут можно подумать, когда по левый борт от нас шли ко дну уже десятки шхун, бригов и люгеров? Целый лес проломившихся мачт, догорающих парусов и корабельных деталей.</p><p>Проблема пришла оттуда, откуда уже не ждали. Пока мы разбирались с налетевшими пиратами араба (и прочими налетчиками — уже было не разобрать, из одного они клана или из разных), «Сантисима Тринидат» повернулся левым бортом к нам. И хотя мы уже уходили, орудия верхних палуб вполне могли нас достать. Около шестидесяти крупнокалиберных пушек исторгли пламя…</p></section><section><title><p>Глава 22 Брешь</p></title><p>Глава 22 Брешь</p><p>Свист ядер пугал — и в тоже время был до родного привычен. Слишком много раз мы его слышали — каждый из нас. Сейчас получить повреждения корабля оказалось бы намного плачевнее, чем обычно… и в то же время внутри сидело ощущение, словно именно этого не хватало всех последних часов. Встряски. Порванных снастей, разлетающихся щепок, брызг крови и оторванных конечностей. Как ни странно, одного залпа «Сантисимы» хватило, чтобы устроить все это. Однако ущерб получился скорее косметическим — мы успели уйти достаточно далеко, так что конкретно «Рапира» приняла лишь четыре снаряда, а идущие впереди корабли и вовсе ни одного.</p><p>Другое дело — головорубы… Будучи последними, их корабли приняли на себя наибольший урон. По крайней мере, это можно было казать о «Полуфлейте», у которого грот-мачта отломилась у самого основания. Корабль и до этого был уже серьезно покоцан, а теперь… Нет, ему уже не уйти, даже если «Сантисима», как и предполагается, будет перезаряжать орудия больше десяти минут. У «Полуфрегата» имелась другая проблема: парой минут ранее он ворвался в стан пиратских кораблей араба, чем вызвал у врагов нешуточный переполох. И неостановимо прибывающие парусники выбирали именно головорубов. Ведь если остальные наши корабли шли практически в линию, прикрывая друг друга, то «Полуфрегат» неохотно петлял среди тонущих посудин. Удобная жирная мишень.</p><p>Хотелось двинуться спасать союзников… Но спасать было попросту нечего. Один корабль, потеряв мачту, находился слишком близко к «Сантисиме». На второй, будто гиены, налетали вражеские корабли, окружая его. У головорубов, конечно, оставались захваченные фрегат и шхуна, которые шли в нашей колонне, и, хоть и получили ущерб, все же оставались наплаву.</p><p>Шанс на то, что мы ринемся спасать «Полуфрегат», падал с каждой секундой. Достаточно было всего лишь выкрутить несколько румбов влево, дать залп, чтобы вспугнуть неприятелей… Но нет. Флагманские корабли «Пришествия дна» шли вперед, а для самодеятельности сейчас было не время, да и что сделает одна «Рапира»? Попадет под раздачу точно так же, как головорубы.</p><p>Вот так мы и уходили, печально глядя на захватываемые корабли. Котэ просто не хотел помогать — уже не видел в этом смысла. Какой прок от слабого союзника? Или, если точнее, слабых кораблей, готовых вот-вот пойти ко дну. А это значит, что у «Пришествия дна» появился свой план, для которого уже не требовалось наличие сверхсильной эскадры.</p><p>Сначала это были лишь мои догадки, и спустя полчаса они подтвердились. Мы шли вдоль стен форта — на большом расстоянии, конечно же. Парадоксально, но теперь нашей целью было не найти место, где форт уже штурмуют, а ровно наоборот — место, где не было никого. Кругом полыхали, тонули, искрились посудины, проигравшие очередной бой. Баталии не утихали. По логике самые бездумные и неорганизованные кланы должны были вылететь первыми, и все равно складывалось впечатление, что на всем море творилась какая-то необузданная вакханалия.</p><p>Когда флагманские корабли завернули к форту, соклановцы быстро дали понять: союзникам пришло время расходиться. Оставшиеся на двух захваченных кораблях головорубы без остановок двинулись дальше, а вот фрегат Аннели какое-то время шел рядом с остальными кораблями, и потом все-таки затормозил.</p><p>Что ж, все шло одновременно не так, как я задумывал, но и плюсов хватало: например, мы были еще целы. И после всего увиденного лучшим решением было укрыться подальше от хищных кланов — и множество тонущих или полыхающих кораблей неплохо заслоняли нас от чужих взоров. Мы двигались в одно из немногих мест форта, где до нас не доставали пушки угловых бастионов. Это не отменяло артиллерии с куртины, но и не грозило нам очень уж серьезным уроном.</p><p>И тогда мы принялись выполнять уже хорошо отработанный маневр «треугольник». Задачей было стрелять из пушек по одному месту. На «Сбоку заходи» выстрелили сигнальные салюты, и стена форта, точнее отдельный ее участок, окрасился всеми цветами радуги. В последующие полчаса туда целились все орудийные расчеты. Подойти на расстояние залпа, повернуть бортом, открыть огонь. В ход шли преимущественно каменные снаряды, сейчас именно они создавали нужный для обрушения стены ущерб… И получалось достаточно быстро. На куртине тоже не прохлаждались — защитники форта стреляли по каждому, кто входил в зону досягаемости. На «Рапире» мы лишились пятерых человек, к тому же появилась работа для плотников по заделке пробоин и замене некоторых составляющих снастей.</p><p>В какой-то момент стена не выдержала и посыпалась, словно горный массив. Поскольку куртины фортов строились под наклоном, укрепление именно сыпалось в нашу сторону, а не рушилось, как это могло бы быть с вертикальной стеной. Наши снаряды продолжали разрыхлять условную «брешь». Но куртина на этом не кончалась — в месте обрушения просто появилось подобие «горки», настолько уж объемными были стены. Образовавшийся проход составлял в ширину метров тридцать, хотя можно ли это назвать проходом? Но, во всяком случае, по этой груде камней можно было попытаться подняться — уже прогресс!</p><p>Каменная пыль от обрушения поднялась высоко вверх, однако со всех сторон форта сотрясались такие баталии, что едва ли кто-то обратил на это внимания. И ныне мы не просто так торопились штурмовать — наверняка мы не уже не первые, кто проделал разрушения в стенах форта. Теперь путь для нас был открыт.</p><p>Десятки яликов, вельботов и шлюпок двинулись к берегу. Корабли при этом никто не бросал: наоборот, их выстраивали так, чтобы в случае приближения со стороны моря противников можно было дать отпор. Сперва экипаж «Рапиры» в полном составе оставался на волнах. Не сомневаюсь, что многие соклановцы были бы рады пустить нас сейчас первыми на штурм — в качестве пушечного мяса. Тем не менее, на суше проку от нас будет меньше, чем от самых прокачанных игроков «Пришествия дна». С куда большей вероятностью нас предпочтут натравить на вражеский клан, если такое столкновение случится. А вот разбираться с отстаивающими защиту форта неписями Котэ и Илюха предпочли с минимум потерь. К слову, в суматохе обрушения части стены местные флибустьеры явно отступили — выстрелы по нашим кораблям замолкли. И пираты «Пришествия» уже взбирались по развалинам. До поры до времени все было тихо, но когда первые ряды пиратов поднялись до самого верха, с боков — то есть с краев уцелевших стен — загромыхали карронады. Брызги картечи с двух сторон ударили по обломкам, и даже издалека было видно, как накалилась там атмосфера. С моря казалось, что идущие на захват были зажаты в тиски. Вот только гора обломков прослужила нашим пиратам неплохой защитой от картечи: большинство успело спрятаться за крупными фрагментами упавшей стены. При этом пушечная дробь подняла новый столб пыли, за которой теперь вообще почти ничего не было видно. Нашим это играло только на руку.</p><p>Спустя время бойцы объявились уже на стенах форта. В подзорную трубу можно было разглядеть, как на открытых галереях идут клинковые бои и мушкетные перестрелки. Вскоре они прекратились — защитники форта, по-видимому, отступили. Теперь пришло время устраивать полноценную высадку. С берега все лодки отправились обратно — принимать новые ряды бойцов. На кораблях, где еще остались мелкие посудины для высадки, тоже закипела работа. Все шло отлично, пока вдали не показались идущие прямиком к нам корабли…</p></section><section><title><p>Глава 23 Морской дьявол смотрит</p></title><p>Глава 23 Морской дьявол смотрит</p><p>Неудивительно, что обвал стены все-таки заметили — горящие и пошедшие ко дну еще до нашего прибытия корабли перестали заслонять горизонт. Это вам не «Сантисима» или десятки мощных галеонов «Эльдорадо». Пиратов на «Карибах» априори боятся меньше — исключения вроде «Головорубов» не в счет, ведь гораздо чаще игроки сталкиваются с мелкими пиратскими кланами, а названия известных… всех и не упомнишь. А если даже и упомнишь, почему какое-то «Пришествие дна» должно внушать страх?</p><p>В общем, двигались к нам очень уж рьяно, причем сразу из разных мест. Значит, придется разрываться на два фронта: одни пойдут дальше продираться через укрепления форта, другие будут отстреливаться от врага в тылу. Причем все наши корабли рискуют пойти ко дну — выйти отсюда им уже не дадут. Но и покидать это место было бы большой ошибкой.</p><p>— Адриан, — обратился я к старпому, когда пришло время высаживать с «Рапиры» часть экипажа. — Корабль остается на тебе и Лилит.</p><p>— А как же Менестрелиус? — вопросительно посмотрел он на боцмана, командующего в это время установкой своего любимого «скорпиона».</p><p>И правильно спрашивал. Никто лучше Менестрелиуса не командовал экипажем во время боя. Но…</p><p>— Он нужен мне на суше, Адриан. У тебя будет достаточно состава, чтобы управлять «Рапирой» в полной мере. Прошу: не подведи. Сражайтесь до последнего, следите за ветром, реагируйте на сигналы и маневры. Покажите всему миру, во что превратилась «Рапира» за последние месяцы.</p><p>Покидать корабль было тревожно и грустно. На этот раз, вполне возможно, я действительно прощался с ним навсегда. Лучшие бойцы уходили со мной, на борту оставались лучшие моряки, маневровые и пушкари. Обычно на корабле активна только одна «смена». На турнире же мы находились полным составом, поэтому на бриге оставалось достаточное число людей, чтобы управлять кораблем и идти в бой.</p><p>И вот мы скользили по волнам навстречу неизвестности. В некоторых соседних лодках доставляли пушки и снаряды — на флоте не сильно убудет, а вот нам еще придется штурмовать последующие укрепления. Стоило нам добраться до суши, как шлюпки с управляющими уходили обратно — за новыми партиями бойцов.</p><p>— Ну как у вас обстановочка? — обратился ко мне Илюха, хлопнув по плечу. Его команда уже вовсю взбиралась по развалинам наверх.</p><p>— Порядок, — задумчиво ответил я, окидывая взглядом корабли.</p><p>— И то хорошо, — кивнул он. Сегодня Бласт был сильно мрачнее обычного, и все же старался держаться как ни в чем не бывало. — План таков: ты со своими людьми берешь левые батареи. — Он указал рукой на куртину. — Пока есть время, пристреляйтесь так, чтобы артиллерия прикрывала нашу эскадру. Как понимаешь, важно, чтобы никто случайно не попал по своим же.</p><p>— А вы куда? — спросил я.</p><p>— Дальше по правой стене прорвался какой-то другой клан. Они пока далеко, так что будем готовиться их встретить. Еще одна большая группа двинется дальше по левой части — надо захватить бастион.</p><p>— Не лучше ли будет идти всем вглубь острова? — удивился я. — Чем быстрее мы возьмем следующие укрепления, тем быстрее отпадет нужда защищать тыл и разбивать команды по длине стен.</p><p>— Вад… Рудра, сейчас уже ничего не обсуждается. Я доношу тебе инфу, которая уже утверждена. Объяснять тоже времени нет, поднимешься — сам думай, почему так!</p><p>В ногах у Илюхи появилась игуана. Хотя как «в ногах» — тварь была размером чуть ли не по пояс.</p><p>— А вот и Пушок! Давай, за дело!</p><p>С этими словами Илюха двинулся наверх, догоняя свою команду, а его питомец побежал следом, Подниматься было уже легче, чем это делали «первопроходцы». По всей высоте горы обломков натянули тросы, позволяющие идти более уверенно. Впрочем, острые углы камней все равно неприятно царапали сапоги, оставляя на них белые следы. К концу «взбирания» почти у всех обувь была в белой пыли, а порой и штаны. Вот уж не позавидовал бы я тем, кому сейчас придется затаскивать наверх пушки… Конечно, их поднимут через установленные сей-тали и канатные блоки, однако по обломкам орудия все равно придется протаскивать людям.</p><p>Верхняя галерея куртины радовала простором. Черт возьми, прямо какая-то Китайская стена получается! Широко настолько, что легко разъедутся две машины. Пол был залит кровью, но трупов не осталось — их уже успели скинуть вниз. Пушки стояли на приличном расстоянии друг от друга, чаще парами. В основном стандартные полевые кулеврины из чугуна, реже из стали. Что ж, приступим…</p><p>На каждое орудие приходилось по три-четыре выстрела, чтобы скорректировать траекторию снарядов. С моря могло показаться, что форт продолжает атаковать корабли «Пришествия дна», и противники, наверное, уже потирали ручки в ожидании того, как все пиратские суда отправятся на дно у самых берегов.</p><p>Если с открытой галереей куртины разобрались быстро, то вот этажом ниже еще предстояло немало работы. Доставленные с кораблей пушки размещали по большей части именно здесь — сверху по нашим могут открыть мушкетный огонь с равелинов, которые находились за стенами. Там шныряло множество местных флибустьеров. Стрелять далековато, но при плотном количестве людей наших ранят. Так что акцент делался на нижнюю, закрытую галерею. Орудийные расчеты расставляли орудия даже без лафетов — просто укладывали их в бойницы, придерживая за цапфы и подстилая пыжи под казенную часть.</p><p>Народу сюда все прибывало и прибывало. А вот если двигаться дальше вдоль стены… где-то на расстоянии полмили фортом не занимался вообще никто. Похоже, местные флибустьеры-неписи давно рассредоточились по другим местам — там, где подобные нам кланы пытались проломить стены. Либо вообще всей армией отступили на следующие рубежи. Суть в том, что коридор был пуст, и я распорядился продолжить занимать его орудиями. Сверху, по словам Илюхи, уже должна была пройти группа соклановцев, но как далеко она ушла, неизвестно, к тому же нижняя галерея пустовала — и тогда мы с моими людьми двинулись вперед.</p><p>Теперь я понимал, почему мы не могли на все забить и пойти штурмовать следующие укрепления — на них флибустьеров-защитников было много. Между равелинами и куртинами протянулась полоса земли — вероятно, это должен быть ров. Оказаться там зажатыми в тисках… гибель без вариантов, даже несмотря на кажущуюся просторность.</p><p>На море тем временем разгорелся бой. Наши корабли выстроились в две линии в формате «шашек». Противников было сразу несколько — и британцы, и испанцы. Пока они были слишком далеко, чтобы пушки форта могли оказать поддержку, только если решатся на абордаж, артиллерия вступит в дело.</p><p>— По четыре расчета на каждое орудие, — давал указания я, двигаясь дальше. — Готовьте наводку под самые стены — враги будут пытаться зайти к нашим сбоку.</p><p>Галерея заполнялась бойцами. Пушки нужно было зарядить и пристрелить, а подле некоторых даже не имелось пороха — похоже, местные флибустьеры постарались унести его с собой. Ничего, наши все равно притащат свои орудия, просто на это уйдет больше времени. А оно… Черт, да со временем вообще была беда! Потому что стена длинная, и есть куча желающих ее либо прострелить, либо пройти под ней без потерь.</p><p>Но можно и конкретизировать: в нашу сторону шел флот «Эльдорадо». Почему сейчас, почему сюда, почему флот — не знаю. Но все бойцы, глядящие в бойницы, в один голос кричали о том, что к форту стекается намного, намного больше новых кораблей.</p><p>— Хренотека какая-то, — выругался Менестрелиус, глядя в трубку. — Там не просто «Эльдорадо». Там «Эльдорадо», к которому примкнули десятки кораблей других кланов. Поснимали свои флаги, подняли флаг клана.</p><p>— Значит, их захватили и пристроили к эскадре.</p><p>— Не только. К испанцам примкнули несколько небольших кланов — причем сразу полным составом. Их не захватывали. Их… купили.</p><p>— Похоже на договорняк. Вряд ли их соблазнили переменить сторону прямо на турнире. Скорее все было обговорено заранее.</p><p>— Что ж, кэп, нам от этого не лучше. И без того самый многочисленный клан стал… еще более самым многочисленным. Рано ваше начальство попрощалось с Аннели и головорубами. Очень рано. Они бы нам и сейчас пригодились.</p><p>Я почти перешел на бег. Если поначалу за мной шли десятки людей — и еще столько же вскоре к ним подтянутся, то теперь нас осталось не так уж и много.</p><p>Коридор куртины завернул влево, когда мы достигли бастиона. Один из пяти «углов» форта. Самые неуязвимые места. Этажом выше, по открытому воздуху здесь уже давно должны были пронестись соклановцы, вот только пушки бастиона пустовали.</p><p>— Менестрелиус, это будет на тебе. Попроси прислать сюда еще людей. Обстреливайте любые посудины, что сунутся на пушечный залп. Особое внимание сейчас на левую куртину — враги обязательно попробуют прошмыгнуть вдоль нее к носам наших кораблей. Насчет калибров…</p><p>Я не договорил… Пистолетные выстрелы загромыхали сразу отовсюду, причем стреляли намеренно либо мимо, либо нам по ногам. Наши тут же схватились за клинки и пистолеты, принимая бой с таинственно напавшим на нас врагом. Спустя секунду я уже уворачивался от летевшего на меня абордажного топора, а затем прочертил ятаганом порез на шее врага.</p><p>Одежда нападавших не говорила о них ничего. В такой в равной степени можно встретить как британских контрабандистов, так и элитных наемников. Перед нами же, вестимо, были те самые флибустьеры, что охраняли форт.</p><p>Понятия не имею, откуда они выпрыгнули. Похоже, просторный закуток бастиона идеально подходил для подобной засады. И как на зло основная масса наших бойцов осталась на куртине, не дойдя до бастиона! Противники сражались хорошо: без лишних понтов, присущих многим игрокам, зато с отточенной техникой и необычной… интуицией? Поразительно, но мне не получалось уколоть флибустьеров даже со спины — они не видели некоторых атак, но инстинктивно двигались так, что все уколы и замахи проходили мимо. Поначалу эта «особенность» просто неприятно удивила, а спустя пару минут началась настоящая паника. Нас побеждали немыслимо легко. Как обидно будет умереть при таких обстоятельствах! И все из-за того, что я не удосужился прихватить с собой побольше людей.</p><p>Я даже не заметил момент, в который нас обезоружили. Не убили — хотя трупов тоже хватало — а именно вырубили, заломили руки, прижали к полу или стенам. Что за…</p><p>— Довольно, парни, — донесся голос из коридора. С каждой секундой оттуда нарастал звук цоканья.</p><p>Я пытался придумать, как дать сейчас отпор, но в голову ничего не приходило. Что сделают эти флибустьеры? Будут держать нас в плену до окончания турнира? Сбросят с куртины?</p><p>— Это он.</p><p>Еще до того, как повернуть взгляд на человека, вышедшего из коридора, я обратил внимание на знакомые хриплые интонации. А в следующую секунду видел живого Бродара Смита, опирающегося на трость! Чернобородый старик вышел не один — рядом с ним стоял еще один пират в рыжем платке и выцветшем сюртуке.</p><p>— Бродар?.. Какого… Ты жив?</p><p>— Тысяча медуз мне в суп, Дохляк. Живее всех живых, мертвее всех мертвых. Ну, кроме разве что достопочтенного Генри Моргана, стоящего перед вами. Снимайте шляпы перед легендой!</p><p>Мы были не в том положении — флибустьеры не ослабляли хватку, держа над нами клинки. Морган едва заметно кивнул, глядя мне в глаза. В его взгляде не промелькнуло и намека на дружелюбие.</p><p>Смит отпил из фляги и, хрипло прокашлявшись, сказал:</p><p>— Дохляк, покуда мы еще живы, выйди-ка на разговор. Твои люди потерпят, я уверен.</p><p>Меня тут же отпустили, но прежде чем двинуться хоть куда-то, я подобрал свою треуголку. Кто-то уже успел по ней потоптаться. Отряхнув, шагнул в сторону Моргана и Смита. Они снова отошли обратно в коридор, и там… Этот день не переставал меня удивлять.</p><p>Здоровяк Финнан Хорингтон. Пьяница и балабол Ричард Норман. Лысый мастер на все руки Джордан Бланк, изготовивший нам чудо-пушки. Все они стояли тут, дожидаясь меня…</p><p>— Кит нас всех сожри с кишками, — заговорил Бланк. — Здорово, волчара.</p><p>— И снова привет, капитан Рудра, — уставился в пол Финнан, почесывая затылок. — Будь моя воля…</p><p>— Не будем томиться в приветах, — громогласно скомандовал Морган, оборвав всех, и встал напротив меня. — Рад слышать и видеть, что дела берегового братства живут даже после моего ухода. И очень не рад, что столько швали слетелось на этот форт в столь злосчастный день. Ты и твои люди — не исключение.</p><p>— И да, и нет, — невозмутимо ответил я. — Мы взобрались сюда лишь потому, что это единственная возможность не пойти на дно. Не мы их — они нас. А слабый пират — мертвый пират.</p><p>— Бродар так и говорил, — кивнул Морган. — Люди, которых ты сейчас видишь вокруг себя, мне очень дороги. Я не видел их много лет, пока они не решили заявиться ко мне на остров. Каким-то морским чертом так вышло, что каждый из них отдает тебе почтение. Я склонен им верить. Если они тебе тоже не безразличны, то у нас к тебе деловое предложение.</p><p>— Всенепременно так и никак иначе, — горделиво пробасил Норман, поднимая палец кверху, а затем отпил из бутылки. — Чума и мор! Оно опять кислит.</p><p>— Дохляк, — гораздо более серьезным тоном проговорил Смит. — Помоги бравым старикам удержать этот форт. И пусть мы все давно одной ногой в могиле, предлагаем твоим людям свою помощь — в ответ на вашу помощь. Дела по всем фронтам уже слишком плохи. Помогите отвоевать это место и не допустить, чтобы оно попало в лапы сухопутных крыс. Я прав, Морган?</p><p>— Да, — кивнул тот. — Наши люди в твоем распоряжении, Рудра. Но не подведи. Морской дьявол смотрит.</p></section><section><title><p>Глава 24 Стало жарче</p></title><p>Глава 24 Стало жарче</p><p>Флибустьерская империя. Мифическая идея старых пиратов о государстве… Нет, не так. Пираты противопоставляли само понятие государства, грезя о некоем антиподе. Это, впрочем, не означало, что любое присущее цивилизованному миру явление нужно было порицать и выворачивать наизнанку. Просто они хотели видеть мир свободным. Можно долго спорить о том, к чему может привести такая свобода, но сейчас все это неважно.</p><p>А важно то, что я наконец понял, что за очки Флибустьерской империи мне начислялись за квесты, выполненные по цепочке Бланка. Начисляться они должны были не мне одному — Аннели, например, во многом шла тем же путем, что и я. И все же сейчас именно я стоял перед ветеранами карибских вод. Сущими дьяволами, не только прошедшими ад, но и побывавшими его инициаторами. Очков репутации оказалось достаточно, чтобы получить вот такой сюрприз — возможность задобрить защитников форта. Очень вовремя, учитывая приближающийся флот «Эльдорадо».</p><p>Самым важным сейчас было как можно быстрее донести информацию до соклановцев, что флибустьеры теперь с нами… Или мы с ними. Недоступность отправки сообщений очень напрягала, но деваться некуда — пришлось отправлять «гонцов» во все стороны. Весть, которую они будут разносить, будет звучать до невозможного абсурдно, так что придется ждать реакции со стороны самих флибустьеров.</p><p>— Было бы неплохо, если ваши люди перестанут убивать наших на середине куртины, — обратился я к Моргану, в очередной раз посматривая в трубку. С бастиона вид на стену открывался лучше, чем с нее самой.</p><p>— Это не наши люди, — возразил Морган. — Наши отступили за равелины, поскольку кое-где штурмуют уже и их.</p><p>Значит, все еще хуже. Нападают другие кланы. При всем желании минимизировать потери личного состава, бессмысленных бойнь не избежать.</p><p>— Кэп! — прокричал боцман, выглядывавший с бастиона на море. — У самого берега!</p><p>Теперь туда смотрели уже все, кто был рядом. По волнам к берегу подбирались люди, сидящие на странных лодках, напоминающих сапы, каяки или доски для серфинга, только эти были темные. Спустя несколько секунд я понял, что еще ничего не понял… Это были не лодки, это были…</p><p>— Кайманы, — пояснил Менестрелиус.</p><p>Люди сидели верхом, держась за подобие упряжек. Отряд был уже на камнях, но не слезал с рептилий — сиделось на них, судя по всему, удобно, к тому же кайманы неплохо передвигались по суше. Таким путем они смогут зайти в тыл нашим кораблям и сделать какую-нибудь пакость.</p><p>— Огонь из всех орудий! — распорядился я, хотя осознавал, что сказано это было поздновато. Стрелять надо на опережение — ближе к месту, где стена обвалилась. — Передайте дальше по стене!</p><p>Пушки, увы, не могли позволить стрелять так низко, тут понадобится кучная стрельба из мушкетов.</p><p>Очень жаль, что здесь не было лошадей — передвигаться по форту приходилось на приличные расстояния. Что ж, значит бег. Морган и его морские волки все равно уже отправились по своим делам, так что конкретно сейчас меня ничего не держало на бастионе. Разве что было жаль думать, если я вижу легендарных пиратов в последний раз. Даже мысленное «прощание» с «Рапирой» не вызвало столько грусти.</p><p>Но хватит думать о плохом. Оно, плохое, и без наших дум свершится, если захочет. Наша задача — сделать все возможное, чтобы плохое не допустить. Вот почему я несся со всех ног к началу — туда, где мы взобрались на стену, к пролому. Фельдмаршал парил вверху — выхватывал сильные дуновения ветра и замирал. Встречный ветер как бы оставлял его на одном месте, что попугаю определенно нравилось. Замечая, что отстает, он усиленно махал крыльями, и когда обгонял меня, снова «замирал», отдаваясь дуновению ветра. В общем, всеми силами пародировал чаек и орлов.</p><p>Когда я добежал до обрыва стены, это место изменилось если не до неузнаваемости, то близко к тому. Пушки трепыхались, исторгая облака и снопы огня. Расчеты метались, закладывая снаряды, обслуживая орудия и таская порох. И вот уже казавшаяся широкой галерея ощущалась местами тесноватой. Этажом ниже должно было происходить все то же самое — пушек оттуда громыхало еще больше.</p><p>Наши корабли сдавали: враги подбирались слишком близко. И тогда они сдвинулись еще ближе к берегу, выстроившись практически в одну линию. От кораблей текли дорожки лодок — в форт продолжали грузить припасы и пушки. А фортовая артиллерия едва доставала корабли противника, но и этого пока хватало, чтобы серьезно их сдерживать.</p><p>Об отряде на кайманах уже предупредили — стрелки выцеливали их в мушкеты, другие же готовились скинуть несколько бомб.</p><p>— Это правда? — Котэ нашел меня быстрее, чем о нем подумал. Надо отдать должное, ребята работали слаженно: чтобы позвать руководство, достаточно было вывесить сигнал с помощью флагов — так быстрее сигнал дойдет до руководства. И вот они здесь — Котэ, Бласт и несколько других военачальников «Пришествия дна».</p><p>Пришлось разжевывать все подробно — от того, как произошла встреча с Морганом до рассказа об очках Флибустьерской империи.</p><p>— Чудесно, — сухо резюмировал Котэ с таким видом, словно все это было какой-то незначительной ерундой, и у него отняли бесценные минуты времени, вызвав сюда. — Что по входам в равелины?</p><p>— Два моста уже заблокированы, — начал рассказывать я то, что узнал от Моргана. — Их взорвали и перекрыли, чтобы не проникли враги. А северный и западный еще целы, но если ситуация будет под угрозой, перекроют и их.</p><p>— Что со рвом? — спросил смуглый мужчина в пиратском бикорне. Он был капитаном одного из кораблей.</p><p>— Установлены шланги и механизмы затопления, но очень вероятно, что такую площадь быстро не заполнить водой.</p><p>— Значит, работаем дальше. Часть пробирается к северному мосту, остальные пройдут к восточному.</p><p>— Слишком длинные маршруты, — сказал я, окидывая взглядом дальние бастионы. — Не хватит людей, чтобы все это удержать.</p><p>— Это мы сами решим, — холодно огрызнулся Котэ, будучи явно недовольный тем, что я участвую в разговоре. — На что еще нам подмога местных, как не на удержание?</p><p>— Проблема в том, что куда бы мы ни двинулись, пойдут за нами, — вмешалась крупная женщина в красном кафтане. Она тоже руководила одним из экипажей. — Рудра прав в том, что распыляться будет сложно. Но ровно потому, что эта брешь — возможность взойти на куртину кому угодно. Например, штурмующим форт «Эльдорадо». Мы ее не удержим.</p><p>На какое-то время все замолчали. Это было странно, учитывая, что вокруг нас суматоха продолжалась, пушки громыхали, мушкеты трещали.</p><p>— Максимально отводим войска с кораблей. Отрабатываем тактику закрытия рубежа — всей эскадрой. Все, что получится унести… Уносим на стены. Что не успеваем — в зону рва.</p><p>Котэ подразумевал план, не единожды отрабатываемый нами. Но из всех он был самым «теоретическим». А суть была в том, что все — абсолютно все наши корабли — нужно было освободить и… взорвать. Не только для того, чтобы они не достались врагу — сейчас силы на море нам были уже ни к чему. А чтобы задеть взрывами нападающий флот — другие корабли или высаживающихся солдат.</p><p>— Подрываем заход на стену, — продолжал Котэ. — Таким образом, чтобы «горка» расчистилась, и высоту нельзя было одолеть.</p><p>Процессы быстро пришли в исполнение. С кораблей ускорили высадку. Пушек на них оставляли по минимуму, экипажа тоже — по итогу останутся только те, кто вовремя подожгут пороховые погребы. Возможно, парочку из них успеют, распустив паруса, направить на противника — но все это песок в глаза. Оттягивание неизбежного: на форт прорвутся другие. Наша задача — успеть раньше них. И мне… мне придется в этом поучаствовать по-своему. Вдвойне по-своему.</p><p>Я на ходу призывал своих людей. Многие из них весь последний час занимались пушками. Если не стреляли, то таскали снаряды, работали банниками, засыпали порох. Теперь с «Рапиры» подтянутся оставшиеся матросы и пушкари, так что здешний состав можно было отводить почти в полном объеме.</p><p>И вот вновь мы идем по стенам — на этот раз большой командой под сотню человек. Рядом с некоторыми двигались питомцы. Мы пересекли бастион, на котором случилась встреча с Морганом, и двинулись дальше. Сознание продолжало находиться в режиме многозадачности: помимо того, чтобы действовать самому, нужно было то и дело раздавать команды канонирам и гонцам. Пол под ногами задрожал, когда позади раздался взрыв — это подорвали «горку», образовавшуюся после пролома стены. Взрывчатки заложили со стороны рва, и так что теперь брешь не давала возможности взобраться на куртины. Правда, и те из наших, кто не успел подняться с кораблей, теперь смогут проникнуть только в ров.</p><p>До западного моста было еще далеко, а проблемы уже нависали. Навстречу по стене двигался другой клан. Перестрелки начались еще с расстояния. Сближаться с врагом здесь было самоубийством — рукопашка станет билетом в один конец. А посему приходилось распределять стрелков и перетаскивать в сторону противника ближайшие пушки. Но даже так площадь поражения выходила очень скудной…</p><p>Вмешались наши друзья-флибустьеры. Находясь на высоких равелинах за рвом, они открыли артиллерийский огонь по врагу почти под прямым углом. И если от нас можно было укрываться за небольшими изгибами граней куртины и наваленным преградам, то от огня с равелинов… Это был шквал, напоминающий шторм. Масса секундного залпа была столь велика, что куртина задрожала. Огонь велся только по верхам, но столь мощно, что фрагменты куртины все равно отлетали. Порой вместе с ними отлетали и тела — одних подбрасывало вверх, других в сторону моря.</p><p>Когда шквал закончился, я не нашел ничего другого, кроме как показать большой палец артиллеристам на равелине. Секундой позднее мой жест повторили все мои люди. И поскольку наша команда тянулась по куртине длинным рядом, выставленные вверх пальцы поднимались этакой волной.</p><p>— Время не тянем! — гаркнул неоткуда взявшийся Моал. Он и часть команды Илюхи продирались сквозь наши ряды. — Капитан Рудра, — обратился он персонально ко мне, пытаясь скрыть неприязнь. — Остаетесь здесь на пушках. К мосту идем мы.</p><p>Я возражать не стал. Не потому, что был готов уступить проникновение на территорию равелинов, а потому что уже примерно представлял, что будет впереди. Флибустьеры Моргана помогли выкосить одного врага, но там дальше по стене — таких может встретиться еще немало. Слишком уж во многих местах форт пустовал, что позволяло на него взбираться даже без особых брешей.</p><p>Мы занялись местными пушками, размечая обстановку. Но не успели мы толком что-то предпринять, как… Дальнейшее случилось слишком неожиданно. Очередной грохот был мощнее всего, что мне доводилось сегодня слышать. В считанных метрах от меня куртина рухнула, по наклонной уходя к морю. Вверх поднялись клубы пыли, каменная крошка брызнула во все стороны.</p><p>Стену взорвали. Но не корабельной артиллерией — или не только ей. У основания куртины чьи — то саперы заложили взрывчатку, чем и спровоцировали все действо. Нас чудом не задело, а вот где-то две третьих отряда Моала рухнули вниз.</p><p>Потребовалась минута, чтобы прийти в себя. Проход по стене перекрыт. Путь единственный — территория, предназначенная для рва. Будет сложно, но если мы не двинемся сейчас — мы не достигнем западного моста уже никогда. А подобное в мои планы не входило.</p></section><section><title><p>Глава 25 Планы поменялись</p></title><p>Глава 25 Планы поменялись</p><p>Координация клановых сил — главная проблема на турнире. Без привычной нам переписки отдавать команды на расстоянии было сложно. Поэтому насколько бы идеальным и мудрым ни было командование, насколько бы тщательно не отрабатывались тактики, насколько бы четко не был обговорен план — в итоге все превращается в хаос. Число непредвиденных обстоятельств и скрытых факторов столь велико, что даже сильный искусственный интеллект не сможет спрогнозировать ситуацию. Очень уж много кланов участвовало на турнире. И очень уж рьяно все лезли к цели.</p><p>Кстати, о цели… до моста оставалось еще далеко, а мы уже успели вступить в пару стычек. Одна произошла прямо на территории рва, во второй флибустьеры помогли залпами картечи — снесли врагов, забравшихся на куртину.</p><p>— Кэп, — обратился ко мне Коур, когда мы шли дальше по рву. — Нас зовут местные.</p><p>Они не просто звали. Они сбрасывали нам с равелина веревочные лестницы. Но зачем? Пушки мы таким способом не поднимем, да и есть же мост… Махали флибустьеры сильно, а вот их крики долетали обрывочно. Нас явно поторапливали. Я огляделся: поблизости на стенах не наблюдалось противников. Надо действовать.</p><p>Пять лестниц — не слишком много, чтобы дать быстро забраться сотне человек. Нас было даже больше — одни соклановцы нас нагнали, других догнали мы. Например, к нам присоединились выжившие из отряда Моала, и возражать против моего лидерства не стали — как-никак, моих людей здесь было большинство, а мои люди слушались меня. Примыкающие команды были неполными, но это не мешало идти нам общим строем. В общем, когда народ начал обильно лезть по лестницам, с дальних рубежей куртины о нас все же прознали. Флибустьеры Моргана вдарили артиллерией, давая знать, что равелин ни на йоту не пуст.</p><p>— Спасибо, — отдышавшись, сказал я пригласившим нас флибустьерам.</p><p>Я забрался одним из первых, и причин тому было множество. Больше, чем у других. Больше, чем у кого бы то ни было. Здесь, на равелине, вид был еще лучше. Внешняя стена форта просматривалась гораздо дальше, и увиденное мне ни черта не нравилось. Очень много боев. Очень много проломов стен.</p><p>Равелины во многом повторяли пятиконечную форму куртин. Те же пять бастионов упирались в аналогичные бастионы внешней стены. Пушки, бойницы — все как полагается. А далеко ли до центра острова? Дальше тянулись здания — фермерские угодья да военные казармы. Территория приличная. Но цель… цель ближе.</p><p>Успели мы вовремя. Хотя успели ли? В некоторых местах бреши делали уже в равелинах. Атакующие просто разворачивали пушки на куртинах и направляли их на равелины. Стрелять приходилось долго — стены прочные, сопротивление флибустьеров неслабое. И тем не менее враги наступали.</p><p>— Что с обстановкой? — обратился я к ближайшему флибустьеру — худому усатому дедку с золотым зубом.</p><p>— Там, — махнул он рукой в центр острова, — уже берут. Нападают на наших уже. Там всё.</p><p>Что ж, информативно.</p><p>Значит, мыуже поздно.</p><p>Флаг может повесить кто-то другой, если защитников форта успеют перестрелять.</p><p>Я выждал ровно столько, сколько требовалось, чтобы на эту «сторону» взобралось достаточное количество моих бойцов. Остальные догонят нас по ходу дела, ждать больше нельзя.</p><p>Надо отдать должное, местность здесь была приятная. Если бы не забитый порохом и гарью нос, можно было бы прочувствовать запах луговых цветов. Неподалеку кучно росли сосны, а где-то дальше расположилось озеро. Приятное Генри Морган выбрал место, чтобы проводить старость.</p><p>Первый неприятель напрашивался на наше сближение сам собой. Британский клан выстроился в шеренги мушкетеров, чтобы вести огонь по находившимся в казарме флибустьерам. Видимо, идти в ближний бой они не решались, а вот выкосить с расстояния — самое то. И все бы ничего, но сзади подкрались мы. Холмистая местность и наличие деревьев до поры до времени скрывали нас настолько, что даже если бы кто и повернулся назад, не увидел бы ничего подозрительного.</p><p>В момент, когда солдаты сделали очередной залп, залп сделали и мы. После чего, обнажив клинки, ринулись в ближний бой. Ятаганы в моих руках наконец испили вражеской крови. Британцы были слишком ошеломлены и не успели толком понять, что происходит. Стрелять разряженными мушкетами они не могли, штыки были примкнуты далеко не у всех, но главное — первым делом мы выкосили командование.</p><p>Не мешкая, я приказал двигаться дальше. Уже проглядывалась башня с флагштоком — пока еще далеко. Чем больше впереди появлялось зданий, тем чаще громче доносились выстрелы и звон сабель.</p><p>— Менестрелиус, — обратился я к боцману, который шел рядом. — Что-нибудь удалось нашим выяснить?</p><p>— Команда Адриана пала. Они успели покинуть «Рапиру», но их прижали где-то на стенах. На случай, если кто-то из выживших все же объявится, их высматривают у равелинов. Будут отправлять к нам. Аналогично с остальными соклановцами.</p><p>— А другие? Дальние рубежи? — я подразумевал ударные команды Котэ, Илюхи и других, что шли к северному мосту.</p><p>— Там какое-то месиво. Ничего конкретного не выяснено, в общем. Но не думаю, что они так бы просто полегли в мясорубке.</p><p>Значит, действуем в одиночку. Это и хорошо и плохо… Во всяком случае, мы к таком были готовы в полной мере, и сейчас каждый чувствовал себя на своем месте — по крайней мере, я говорю о выжившем экипаже «Рапиры».</p><p>Вернулся Фельдмаршал: сев мне на руку, он растопырил крылья и, держась когтями за мой жюстокор, интенсивно замахал в направлении, из которого прилетел. Это жест мы уже практиковали не раз — это означало, что попугай предлагал двигаться левее. Но зачем? Нет, интуиции питомца я доверял, но не могу назвать его блистательным стратегом, который мог бы сделать вывод, как лучше пробираться к цели. И все же к мнению прислушался — распорядился свернуть налево.</p><p>Мы петляли между деревянными зданиями, ожидая засады. Засады пока не было. Перестрелки обильно велись где-то впереди, ближе к башне, и мне это не нравилось. Но нарваться на мощный клан и попасть под пули не хотелось еще сильнее. Получалось, что центр острова все еще удерживали флибустьеры Моргана. Их окружали другие кланы. А мы приближались к их тылам.</p><p>В первом ряду со мной вышагивали Менестрелиус, Коур, Фрингилья и еще несколько лучших бойцов. И все мы одновременно замерли, когда из-за угла показались люди. Руки сами собой потянулись к пистолетам, но хватило мига, чтобы я поднял руку вверх и прокричал:</p><p>— Не стрелять!</p><p>Потому что перед нами стояли люди Аннели. И они не рвались атаковать, хотя напряглись не меньше нашего. Их было меньше: всего несколько десятков. Побитые, с синяками и ранами. У некоторых корсаров белые рубашки превратились в серое порванное тряпье. Неслабо им досталось.</p><p>— Не стрелять! — повторил я, чувствуя шевеления за спиной.</p><p>— Че? — возмутился один из соклановцев, что примкнул к нам из команды Моала. — Ты чего болтаешь? У нас вообще-т союз с ними еще на море закончился. Мы ни к кому не…</p><p>— Планы поменялись, — отрезал я. — Ситуация сложная, и на не помешает совместная помощь.</p><p>— Шутишь, что ли? — выдал еще один пират.</p><p>Что ж, я пытался. Оглянувшись, устало посмотрел в глаза нашим.</p><p>— План «Фельдмаршал»! — прокричал я.</p><p>— План «Фельдмаршал»! — пробасил за мной боцман.</p><p>Команда «Рапиры» все поняла. Три, два, один.</p><p>Выстрелы.</p><p>Люди Моала падают, получив пули в головы. Все так, как мы и отрабатывали.</p><p>Очень не хотелось этого делать, каждый соклановец был ценен. Но здесь и сейчас вопрос решался только так. Они могли бы доложить другим, где находится клан Аннели, и в ответ на это «Пришествие дна» может предпринять что угодно. Не время сейчас для проблем и подозрений.</p><p>— Ну привет, — хмуро сказал я, проделав несколько шагов навстречу Аннели. Очень хотелось ее обнять или хотя бы взять за руку, но мы держали дистанцию. Сейчас не время.</p><p>— «Эльдорадо» уже там. — Она кивнула в сторону центра острова. — Напрямик идти бесполезно, там человек пятьсот.</p><p>— Мы объединились с местными флибустьерами Моргана, — сказал я. — Квесты помогли.</p><p>— Я подозревала. Ваших видели вместе с ними на пушках.</p><p>— Планы?</p><p>— Заходить с двух сторон. Мы пойдем левее. Вы, видимо, правее.</p><p>— Вместе никак?</p><p>— Вместе есть шанс сдохнуть в одном поле. Порознь есть шанс пробраться хоть где-то.</p><p>— А если обойти подальше, не встречаясь с «Эльдорадо»?</p><p>— Тогда либо встретишься с кем-то еще, либо ни черта не успеешь и башню возьмут.</p><p>— Логично. Что ж, тогда действуем.</p><p>На этом и разошлись.</p><p>Время поджимало, и я на ходу произнес речь:</p><p>— План такой: находим уязвимые места в стане врага и максимально быстро пробиваемся туда, вперед. Флибустьеры Моргана должны будут нас отличить, тем более что у испанцев форма совсем иная.</p><p>Парой минут позже мы уже осторожно подкрадывались к позициям «Эльдорадо». Сперва я не мог понять, как они вообще успели оказаться впереди нам. А все дело в том, что испанцы, разумеется, решили штурмовать форт не только в одном месте — большое количество кораблей позволяло растянуться им на километры. Логично, учитывая, что плотность огня с моря все равно никак не увеличить. Может, там, где стояли суда «Пришествия дна», где на куртинах стреляли наши чудо-пушки — может, там и правда противники не смогли прорваться. Что не мешало появлению проломов гораздо дальше вдоль стен форта.</p><p>Перестрелки гремели всюду, и похоже, что даже могущественное «Эльдорадо» вело бои сразу с несколькими врагами. Кланы высыпали с боков и шли в общую заваруху в надежде, что вот им-то сейчас точно повезет. В итоге все взяли шагов за двести от основных — последних — позиций флибустьеров. Все потому, что у них даже тут были пушки. Залпы дробью из карронад и миньонов делали свое дело. У нападающих не было ни артиллерии — хотя кто-нибудь уж точно додумается ее притащить с равелинов, если не уже. И не было ковалерии — отдельные питомцы игроков не в счет.</p><p>Боцман дал команду, и дюжина наших бойцов взяла в руки духовые трубки — я уже и вспомнить не мог, когда они ими обзавелись, но тренировались пользоваться неоднократно. Случай был подходящим. Бесшумные ядовитые дротики понеслись в ближайших к нам солдат. Увы, не все долетели в цель — безотказно попадают только индейцы и спецы. Ну а затем мы вывалили всей толпой, потому что я уже горел от нетерпения. Иногда действовать решительно и безотказно действеннее, чем высчитывать каждую деталь.</p><p>Мы шли практически на убой. Испанцы валились от пистолетных и мушкетных пуль, только вот на дальних позициях быстро заметили неладное. И здесь уже пришло время стрелять по нам. К тому же прямо по курсу нам попадались испанские солдаты, шедшие к передовым позициям. Тут в дело уже вступало холодное оружие, и противник, как правило, не успевал давать отпор. Выстрелы продолжались. Я шел в середине колонны, и чувствовал, как люди валятся вокруг меня. Останавливаться было нельзя. Словно почувствовав неладное, ускорил шаг до бега. И еще быстрее.</p><p>Суматоха была страшная. Пули вспучивали землю впереди, свистели над головами, убивали наших. Нас, наверное, посчитали самоубийцами, несущимися на врага. Вот только пример наш показывал, что если взять и побежать… можно и правда добежать. И когда мы почти достигли казарменные позиции флибустьеров, в «Эльдорадо» тоже решили бежать за нами, опасаясь, что башня достанется нам.</p><p>Первые насыпи и пушки уже остались позади, но нужно было бежать дальше. Рассчитывать нужно на конец колонны, чтобы в безопасности могли быть все. Каково же было мое удивление, когда я оглянулся… От нашей первоначальной мощи осталась немного больше трети.</p><p>— На позиции! — крикнул я, и бойцы принялись помогать флибустьерам. Испанцы явно не учли, что по ним, в отличие от нас, будут стрелять с передовой. Так что их попытки повторить наш бег через полосу препятствий быстро стал плачевным.</p><p>Я отобрал самых сильных людей, чтобы они пошли со мной. Башня оставалась в нескольких сотнях шагов. На плечо сел запозднившийся Фельдмаршал. В клюве он держал свернутый флаг. Флаг, который я собирался повестить на флагштоке.</p><p>Разумеется, это был флаг клана Аннели.</p></section><section><title><p>Глава 26 Предатель</p></title><p>Глава 26 Предатель</p><p>Многое, если не все, было обговорено заранее. Вся моя команда знала о том, что я на самом деле хочу сделать. Знали, что, возможно, придется вступать в конфронтацию даже с соклановцами. Но знали умеренно — без лишних подробностей и долгих объяснений.</p><p>Мы мчали к башне, и звуки сражений доносились сразу со всех сторон. Довольно близко.</p><p>— Вон там, — Менестрелиус показал на бегу рукой. — Наши прорвались.</p><p>И правда. Команда Коварного Котэ все-таки прорвалась через северный мост к равелинами. Они были еще далеко, гораздо дальше нас, но двигались туда же, куда и мы. Видно их было только в подзорную трубку и только потому, что сейчас мы находились на как бы небольшом земляном возвышении.</p><p>— Сюда! — окликнул нас один из флибустьеров из ближайшего дома, и мы сбавили бег.</p><p>— Некогда, — отмахнулся я и хотел было двинуться дальше.</p><p>— Быстрее! Это чертовски важно!</p><p>Что такого важного может быть тут, на безопасной территории? Но флибустьерам Моргана я был склонен верить, сегодня они неоднократно выручили нас.</p><p>Как я ошибся.</p><p>Стоило нам ступить за угол дома, как из окон повыпрыгивали неизвестные, устремляя на нас сабли. Стоп, почему неизвестные? Это же головорубы! Их было меньше, но свое дело они исполнили превосходно: взяли в заложники меня и еще нескольких людей. Оперативно.</p><p>— Якорь мне в глотку, — начал я. — Вы-то тут что забыли?</p><p>— Забыли? — дал о себе знать Тангризнир с перебинтованной рукой. Вид у всех головорубов был крайне измученный. — Может, это вы про нас забыли, когда делали ноги от «Сантисимы»?</p><p>— Тангр, — сказал я, собираясь с мыслями. — Ты прекрасно знаешь, что не я управлял флотом. Не я выдавал приказы. Если бы моя «Рапира» сунулась на помощь, то потонула бы там же. Все решали Котэ и Бласт. Или только Котэ.</p><p>— Как знал, что этому твоему Котэ не стоит верить. Оставил нас дохнуть, хотя достаточно было лишь отогнать крыс.</p><p>Сейчас я смог насчитать число головорубов. Их было всего одиннадцать.</p><p>— Как вы попали сюда? Тоже квесты помогли?</p><p>— Мы сделали немало для истинных джентльменов удачи. Думаешь, Рудра, я из доброты душевной дам возможность твоему клану осчастливиться?</p><p>Тангризнир метал молнии. Судя по всему, они выжили за счет того, что часть экипажа пересела на захваченные корабли. Потом они наверняка с потом и кровью пробирались сюда, но сейчас болтать об этом было не в наших интересах.</p><p>— Если тебе нужен Котэ, я дам тебе возможность решить с ним все недосказанности.</p><p>— Я, конечно же, должен тебе верить.</p><p>— Не должен. Но должен знать, что персонально мои планы — и моей команды — поменялись.</p><p>Я осторожно достал флаг и развернул его. Флаг Клана Аннели.</p><p>Спустя минуту мы уже вновь бежали к центральной башне. Мы, в смысле — мои люди. Тангризнир был чертовски зол на сегодняшний день, но что-то в нем еще осталось такого… настоящего? Онпонимал меня. У них уже не было с собой своего флага, к тому же мои люди перестреляли бы головорубов плотным огнем, так что противостоять нам шансы были очень сомнительные. А вот информация о том, что сюда несутся другие соклановцы «Пришествия дна», сказала о многом.</p><p>Круглая высокая башня стала заветной целью. Из часа в час она не менялась — разве что становилась больше и ближе. Теперь же был близок вход. Как назло, из-за задержки головорубов мы добрались до маленькой площади перед башней аккурат тогда, когда сюда же высыпали соклановцы. И им, и нам до башни оставалось одинаковое расстояние. Мы быстро сближались друг с другом. Лидеров среди них пока не было видно.</p><p>Я резко взмахнул им рукой, продолжая вышагивать к башне. Но чем ближе я подходил, тем больше мне не нравилось происходящее. Каким-то чертом среди соклановцев шел Моал. Значит, он все-таки выжил в том обрушении. Но как перебежал «на другой лагерь»? Наверное, по равелинам.</p><p>Он и все, кто шел с ним смотрели на нас пренебрежительно.</p><p>— Че пришли? — усмехнулся один из пиратов. — Защищайте западные подступы, пока флаг не повесили.</p><p>— У меня распоряжение, — невозмутимо ответил я. — А вот для вас работенка есть — помогите флибустьерам Моргана чуть южнее. Их «Эльдорадо» вот-вот сломает.</p><p>— Плевать, — ответил кто-то еще. — Все, дело сделано. Скоро пировать будем!</p><p>Искалеченный Моал молчал, но посматривал на нас, и особенно на меня, крайне злобно.</p><p>— Где мои люди? — наконец просипел он, словно долго готовился спросить это.</p><p>— Погибли, как и многие другие.</p><p>— Ты, значит, не помер, а мои померли? Твои ребятишки бодро идут тут, а моих ты профукал? Что за фарс такой? Хочешь сказать, ни одного моего не осталось?</p><p>Я устало закатил глаза.</p><p>— Может осталось. А может и нет. А может пошел ты?</p><p>Моал традиционно вскипел. Но не успел он сделать и шага, как я достал в кармане жюстокора маленький пистоль и выстрелил ему в лицо. Правда, попал лишь в горло — от волнения поторопился с выстрелом.</p><p>— Он сам напросился, — громко сказал я, чуть остановившись. — Однажды я уже разбил ему лицо, когда он перечил старшему по званию. Он был предупрежден.</p><p>Похоже, соклановцев это не особо впечатлило. Многие смолчали, но нашлись единицы тех, кто решительно не хотел закрывать глаза на произошедшее. В боях составы смешались — вероятно, сейчас в толпе были не только рядовые бойцы, но и игроки чином постарше, вроде тех же квартирмейстеров и боцманов. Кто-то хотел выстрелить мне в спину, и в этот момент среагировала Фрингилья, вонзившая стрелку гарпун в голову за миг до выстрела. Его рука с пистолетом так и застыла в приподнятом положении.</p><p>Все встрепенулись, но мои люди уже знали, как действовать. Они были решительнее. Бой вскипел прямо тут, в нескольких десятков шагов от башни. Я вскинул ятаганы, чтобы защититься от укола шпаги, а затем рубанул кому-то по предплечью, ныряя в сторону.</p><p>Сражение — сражением, а башня ждет. Я перешел на бег, и несколько моих ребят присоединилось рядом. А спустя несколько секунд было покончено с последним. То ли на звуки стрельбы откликнулись другие, то ли они и так неслись сюда со всех ног, но теперь на площадь высыпало намного больше народу.</p><p>Я хотел было побежать дальше, но слишком уж яростно прокричали прибывшие.</p><p>— Сюда! — сказал мне один из «офицеров» клана. Я виделся с ним лишь в особняке на Сабе.</p><p>— Я флаг вешать, — ответил я, делая еще шаг.</p><p>— Какой флаг? У тебя его нет.</p><p>Атмосфера накалялась, я прямо чувствовал это. И тем не менее, назад возвращаться я не стал — Котэ, Илюха и еще несколько бойцов сами побежали ко мне.</p><p>— Рудра, что стряслось? — испуганно спросил Илюха. — Почему наша разведывательная группа там мертвая валяется?</p><p>Из трупов обильно сочилась кровь. Не скрыть, что умерли они минуту назад, не больше. Да и что тут скрывать?</p><p>— Моал напал на меня, — ответил я. — Попытался пристрелить за то, что я его людей сюда не привел. Мои заступились. Чтобы не накалять конфликт, я решил заняться башней, чтобы никто не воспользовался нашей неразберихой. Враг нынче может прибежать откуда угодно.</p><p>Дослушав, Котэ свистнул, и сюда двинулись остальные бойцы. Несмотря на странный случай с убитыми их товарищами, они оставались нетерпеливо-радостными — башня была под носом. Башня была окружена. Другие командиры отдали приказы о том, чтобы бойцы распределились по защищающим позициям — отправились помогать флибустьерам отбиваться.</p><p>— У кого флаг? — невзначай спросил я.</p><p>— А что, повесить хочешь? — весело спросил Илюха. — Вообще-то Рудра заслужил. Он нам и пушки подогнал, и флибустьеров задобрил.</p><p>— И наших положил, — добавил Котэ. — Я сам займусь.</p><p>— Стой, — тут же сказал я. — Там опасно.</p><p>— Везде опасно.</p><p>— Башня на прицеле, — я мотнул головой в сторону. — И мы все — тоже.</p><p>В этот момент вдалеке громыхнул мушкет, и в следующий миг пуля ударила Котэ в бок. Он тут же подсел на колено, взгляд устремил на башню, затем вдаль, затем на меня.</p><p>— Доброго дня, — донесся хриплый голос из-за спины Котэ. К нему приближался большой человек в черных одеяниях и с большой шляпой на голове. К нему приближался Тангризнир.</p><p>В это же время изо всех ближайших зданий высыпали остальные головорубы. Мои люди тут же переформировались, отступая, а остальные соклановцы инстинктивно приняли бой. Одного моего взгляда на Менестрелиуса хватило, чтобы он дал остальным команду к бою.</p><p>Котэ вскочил как резанный, вращая шпагой. Еще не видя Тангризнира, он уже несся к нему навстречу, очерчивая клинком воздух. Несмотря на рану, он был слишком хорош. Головоруб устало перехватил саблю в своей руке и дернулся на встречу. Между ними началась схватка.</p><p>Между всеми остальными тоже началось невиданное доселе побоище.</p><p>— Это что такое? — сабля Илюхи уткнулась в мою шею быстрее, чем я успел положить руки на ятаганы.</p><p>Этим вопросом он не ограничился и протяжно выматерился.</p><p>— Бласт, это часть плана.</p><p>— Какого, Нептун меня укуси, плана? — потрясенно говорил он. Рука с саблей у него дрожала так сильно, что на моей шее уже появились капельки крови. Илюха очень, очень волновался. — Если ты не отзовешь своих людей, их же сейчас перекромсают. С какого дьявола они на стороне головорубов? Что за бред вообще?</p><p>Соклановец из «Пришествия дна» хотел помочь своему — замахнулся на меня палашом.</p><p>— ЭТОТ — МОЙ!!! — прорычал Илюха так громко, что позавидовал бы, пожалуй, даже Тангризнир.</p><p>Бой Котэ и Тангризнира ушел с периферии моего взгляда — парочка сражалась вдали от всех. Как и планировалось, моих людей подвалило: те, что помогали на позициях флибустьеров Моргана, побежали сюда сразу же, как их «заменили» соклановцы, которых парой минут ранее отправили командиры. Те, должно быть, и не подозревают, какое рубилово происходит в самом центре форта. А вот мои — подозревали. Потому что были к этому готовы. Своих от чужих они отличали — этого было сейчас вполне достаточно.</p><p>Какой-то боец нацелился на меня пистолетом — видимо, со стороны севера тоже продолжали прибывать соклановцы, которые вдвойне не понимали, что происходит. Илюха не дал ему это сделать — выстрелил в него сам, попав в висок. Я воспользовался моментом и, отступив, тут же взмахнул ятаганами.</p><p>— Вот уж от тебя! Не! О! Жи! Дал! — кричал Илюха между тактами, раз за разом насылая на меня то рубящие, то колющие удары. Надо признать, они былислишком профессиональными. Всех накопленных мной приемов и характеристик (включая характеристики, наложенные оружием и одеждой) едва хватало, чтобы успевать отбиваться. Пару раз я все-таки сдал и получил рану на бедре и на плече. У самого входа в башню схватились Илюхина игуана и муравьед Тангризнира. В небе громко кричал Фельдмаршал, улетая от здоровенного орла.</p><p>Бой с Илюхой продолжался в той же степени, в которой продолжался наш с ним разговор.</p><p>— Так надо, — ответил я, отбиваясь. — Вы все этого заслужили.</p><p>Не помню, сколько времени велся бой. В яростном гневе Илюха умудрился убить еще трех своих же, лишая их возможности убить меня. Пару раз и мне удавалось по счастливой случайности наносить смертельные раны ближайшим противникам.</p><p>Фрингилья продолжала размахивать своим гарпуном, хотя сама выглядела так, словно ее непрерывно рубили топорами. Пару раз она пускала в воздух какие — то порошки — похоже, те самые, что подарила ей наемница Евгения в Гваделупе. Воздух тут же становился плотным и вызывал у врагов кашель, и Фрингилья превосходно этим пользовалась. Менестрелиус успевал между делом поджигать бомбы и стрелять из многодульных пистолетов. Хватало и тех, кто быстро погибал. Воистину выручали нас две вещи. Первая — немалая часть соклановцев отдувалась на позициях флибустьеров Моргана, думая, что наши вот-вот повесят флаг. Вторая — головорубы, хоть их и было всего одиннадцать, навели невероятную суету. С самого момента поражения на море они копили ярость, чтобы выплеснуть ее сейчас на тех, кто решил их бросить.</p><p>Когда один из соклановцев попытался прошмыгнуть в дверь башни, пуля неизвестного стрелка поразила его в затылок. Но идею подхватил кто-то еще, правда, на этот раз и муравьед, и игуана яростно набросились на него — слишком бесцеремонно он пытался через них перешагнуть. Илюха щадил меня, это чувствовалось. Но ведь его и понять, наверное, можно? Собственно, даже во время боя он успел прожужжать мне все уши.</p><p>— Ты был мне как брат! Я привел тебя в клан! В семью! Ты должен был гордо нести наш флаг, а не плевать в него!</p><p>Он чуть ли не ревел от обиды и непонимания. Или делал вид…</p><p>— Довольствуйтесь! — раздался крик Тангризнира.</p><p>На лице головоруба не было живого места. Нос был сломан, щека — как будто проткнута, зубы — выбиты. Головоруб стоял на коленях, умирая. Но улыбался, захлебываясь в крови. В руке он держал отрезанную голову Котэ…</p><p>От виденного некоторые даже перестали сражаться. Другие, напротив, с еще большим напором стали мстить за главу клана.</p><p>За фигурой Тангризнира неожиданно появился Клещ с тесаками в руках. Вместе с ним на место прибыло еще несколько бойцов — среди них я узнал близнецов Лорана и Лизетту. Клещ быстро перерезал головорубу горло, и голова Котэ скатилась по земле.</p><p>Клещ и его бойцы резво двинулись дальше, оценивая обстановку. И это было чертовски плохо — они представляли нешуточную силу, а число наших рядело. И тут раздались выстрелы. Выстрелы, которые я ни с чем не мог спутать.</p><p>Появившаяся откуда-то сзади Аннели разрядила барабан в группу Клеща, и четверо его людей получили ранения или сразу рухнули навзничь. Вместе с пираткой в бой вступил ее помощник Янычар, старпом Файб и несколько корсаров. Их помощь пришлась очень кстати, но их было мало. А соклановцев… На самом деле я уже не понимал, сколько осталось и их. Оно бы и к лучшему, но ведь в «Пришествии дна» состоят отнюдь не дурачки. И кто-то уже успел созвать всех оборонявших позиции обратно, сюда. Их появление, словно волна цунами, сметала всех. Наши гибли слишком быстро… Менестрелиус попытался остановить толпу бомбами, но пуля попала ему прямо в сердце. Взрыв все же прогремел, задев человек пять, но теперь мы лишились боцмана.</p><p>Аннели тоже каким-то образом оказалась мертва — я не видел момент убийства, зато подробно разглядел ее тело и кровавую рану на животе. Клещ было ринулся ко мне, чтобы помочь Илюхе, но вмешался Янычар. Он атаковал Клеща его же оружием: двумя тесаками.</p><p>Мы с Илюхой сближались к башне, под которой уже не было дерущихся зверей, зато было множество трупов. Где-то рядом прогремел взрыв, после чего двое рванули в башню. Этого я уже никак не мог допустить…</p><p>Рванул следом. Илюха имел возможность проткнуть меня в спину, но то ли не успел, то ли не стал. Я слышал, как он погнался за мной, когда я влетал в дверной проем. Внутри была винтовая лестница. Длинная, с высокими ступеньками. Стоило мне начать подниматься, как из моего жюстокора выпрыгнула Изабель — игрунка Аннели. Ей, в отличие от меня, проще было двигаться длиннющими прыжками, и очень быстро она исчезла из видимости. Сзади топал Илюха, почти догоняя меня.</p><p>Башня была высокой, а лестница резкой. Дыхалка сбилась. Мышцы в бедрах налились тяжестью, какой я не испытывал, даже когда взбирался по веревочной лестнице. Сзади доносилось дыхание Илюхи, сверху — топот двух других. Или не двух? Одного я встретил с простреленной головой — я знал, чья это работа. Как знал и о том, что в башне стоят отнюдь не маленькие окна. Все дело в том, что Тагиост — брат-близнец Тангризнира — не только остался жив, поскольку не лез в бой, но и нашел себе укромное местечко для стрельбы. Именно он ранил Котэ, именно он поглядывал за проходом к башне. Именно он подгадал и убил сейчас бежавшего. Мушкетная прицельная стрельба всегда была его коньком, и сегодня он сработал на славу. Оставался второй бежавший.</p><p>Тут уже сработала Изабель. Я не видел происходящего, но слышал, как истошно выругался человек сверху, после чего покатился по лестнице вниз. Не умер — игрунка пыталась перегрызть ему шею и справилась с этим удачно, но игрок все равно оставался жив, даже после падения. Я был готов рубануть по нему ятаганом, но игрунка все сделала сама. Он закрыл от нее шею руками, но не учел, что она, например, может одним прыжком взяться за глаз…</p><p>И вот проблемы устранены, но бежать еще далеко. Сзади плетется Илюха. Он сильнее и быстрее меня, хотя моя одежда и ятаганы добавляют мне немало очков ловкости. Без них он бы давно меня догнал.</p><p>Лестница все не кончалась, а я уже не бежал по ней, а шел. Шел и пыхтел, опираясь на перила. Спина покрылась потом, тело горело в одежде. Это, черт возьми, не башня, а маяк какой-то! Сперва понастроят, а нам потом забираться.</p><p>Это было странное ощущение. Время словно замедлилось, как и замедлялись мои движения. Я думал о турнире, о клане, о предательстве. И о том, что нахожусь на пороге великого свершения. Сумеет ли Илюха меня остановить? Получится ли все у меня? Не совершаю ли я ошибки? Если прямо сейчас я передумаю и вывешу флаг своего клана, на нездоровую стычку в целом закроют глаза — куш покроет любые нервы. Может, конечно, на этом мое своевольство в «Пришествии дна» подойдет к концу, но победа все спишет. Вот только жить спокойно я уже не смогу, зная, что не поступил так, как требовало сердце.</p><p>Лестница неожиданно закончилась, выводя в пустое помещение с окнами. И у противоположной стены — еще одна лестница. Уже пряма и короткая — на крышу. Бегом туда.</p><p>Ничего лишнего: круглая плоская крыша с зубцами-бойницами. Посередине — флагшток с высоким шестом. Стоп, насчет «ничего лишнего» я ошибся. Прислонившись к зубцам стоял человек, поглядывающий вниз. Черт! Значит, кто-то еще из «Пришествия дна» сюда просочился?</p><p>Одежда на нем была матово-черная, отливающая блеском. И вонь…</p><p>Вылетевший снизу Илюха первым делом бросился на меня. Я отпрыгнул, выставляя ятаган. Но взглядом смотрел на незнакомца.</p><p>Он повернулся.</p><p>— Шта? — изумился Илюха, щуря глаза.</p><p>Перед нами стоял Ромуальдо. Офицер «Эльдорадо», которого я встречал на Саоне. Тот, которого жена Нэхуэля пригвоздила стрелами к дереву. Тот, что однажды уже проводил со мной поединок, пытаясь высмеять.</p><p>Вопросов было море. Ясно было только одно — он явился сюда без флага, иначе бы давно его повесил, и турнир бы закончился. Очевидно было и то, что «Эльдорадо» еще не прорвалось к центру острова. А его горелая и вонючая одежда свидетельствовала о том, что и сам Ромуальдо чудом выжил и заранее проник сюда, не имея возможности вернуться к своим. Насколько заранее — сказать сложно. Но точно не просто так. Задержать любого, кто сюда явится, до прихода его клана. Другого ему просто не оставалось, судя по всему.</p><p>— Интересная встреча, — улыбнулся он так широко, что вот-вот был готов рассмеяться. Мы с Илюхой переглянулись. — Я тебя помню. — Он оценил меня сверху донизу. — Тогда, на Саоне. Ты так отчаянно дрался со мной один на один, и так отчаянно пытался удрать. Как же тебя… Рудра, точно!</p><p>— Ты забыл упомянуть, как мы встретились повторно. Как мы пригвоздили тебя к дереву.</p><p>— И правда, — задумчиво сказал он, делая шаг вперед. — Я тогда пообещал, что найду тебя. Вот так ирония! И правда нашел!</p><p>В его глазах горело безумие. Он смеялся, но смеялся немного нервопатично, словно сходил с ума. В прошлый раз я помню его в дорогом и пышном костюме, довольно неформальном для армии «Эльдорадо». Сейчас же от его нарядов осталось очень немного. Плащ обгорел, остался разве что шарф.</p><p>Мы с Илюхой вновь переглянулись. Время работало на нас — успевали отдышаться после лестницы. А вот Ромуальдо наверняка думал, что время работает на него. Чем дольше он протянет, тем вероятнее приход «Эльдорадо». У них достаточно пушечного мяса, чтобы брать любые позиции числом — даже если придется хоронить целые роты в одном поле.</p><p>Но ждать было больше и нечего. Испанец сам схватился за рапиру, приглашающе поклоняясь. Второй рукой он взялся дагу.</p><p>Что бы мы ни думали с Илюхой о нашем конфликте, сейчас враг был един. Первым напал я. Левым ятаганом схлестнулся с лезвием рапиры и попытался увести ее в сторону. Ромуальдо, конечно же, тут же контратаковал колющим, и мне пришлось отбиваться правым клинком.</p><p>Я вспомнил, как мы с Аннели сражались с инквизитором в Гаване. Там я использовал прием препарадо, но тем самым принес себя в жертву. Сейчас не тот случай, чтобы подставляться. Второго шанса уже не будет. Я торопился, но не мог рисковать. И потому поумерил пыл, делал шаги помельче.</p><p>По Ромуальдо нельзя было сказать, заметил ли он, какого прогресса я добился. Во всяком случае, он молчал. Не отшучивался, не хвалил и не бросался оскорблениями. Сосредоточился на бое.</p><p>Подключился Илюха. Он предварительно подходил очень медленно, оценивал врага. И все же испанец нашел силы прочертить в воздухе дугу, отбиваясь и от моих ударов, и от снисходящего удара саблей Илюхи.</p><p>Я тут же кольнул, но противник отпрыгнул еще до того, как я сделал скрестный шаг. Он все это уже проходил. Знал наперед. Илюха был жестче. Он заставлял Ромуальдо отпрыгивать, приседать, менять позицию. Тот, впрочем, не терялся, и переключался на меня, чтобы высвобождать себя места для отступления. Так рапира прочертила мне порез на предплечье, почти у самого запястья. Затем был «росчерк» по груди, порвавший мне всю одежду. Спустя полминуты очередной взмах рапиры нанес мне длинную рану на руке. Потом был укол в ключицу, от которого я едва успел отпрыгнуть, хотя кончик лезвия все равно оставил рану. Илюха тоже получил пару ранений, зато наносил их и сам.</p><p>Мы петляли по кругу. Время от времени от соприкосновений клинков вылетали искры. Зубцы бойниц здесь были низкие — где-то по пояс или чуть выше. Я то и дело опасался, что испанец сможет заманить меня к краю, а затем столкнет. И в то же время в голове крутилась мысль сделать то же с ним самим. Вот только как?..</p><p>В какой-то момент Ромуальдо взял в руки шарф, и, быстро натянув его, поймал им лезвие сабли Илюхи. Затем дернул в сторону и, оказавшись ближе, пнул в грудь. Следом он резанул рапирой, но попал лишь по руке — слишком близко был я, замахивающийся обоими ятаганами. Один из них он остановил, а второй все — таки рубанул ему по плечу. Ромуальдо испустил не то стон, не то рык, а я, окрыленный успехом, атаковал ниже. Он защитился дагой, после чего нырнул в сторону и ткнул рапирой Илюхе в грудь. Проткнуть не успел — я продолжал напирать. Но и неглубокий укол в ребра наносил серьезный урон. Илюха свалился на колени, в руке у него появился маленький нож. В следующую секунду он уже летел в Ромуальдо. Тот увернулся, зато успел рубануть Илюхе по колену.</p><p>Мне это не нравилось. Все происходящее мне совсем не нравилось. И я не знал, как действовать.</p><p>— Бласт, — задыхаясь, прокричал я. — Если я убью его, повесишь флаг за меня?</p><p>— Пошел ты! — рыкнул он и вновь злобно шагнул в атаку.</p><p>Я словил момент и атаковал почти синхронно. Илюха получил укол подмышку, а дагой испанец резанул пальцы, которыми я держал левый клинок. Если бы не боль, у меня был мизерный шанс заехать ему вторым ятаганом… Но лишь самым кончиком резанул ему по предплечью.</p><p>Дала о себе знать Изабель. С зубцов башни она бесшумно прыгнула испанцу на голову, и он молниеносно отступил, резко присел и уперся затылком к зубцам, заставляя ее увернуться. Теперь она уже была спереди, и он, видя игрунку, в один удар резанул по ней дагой. Изабель бесчувственно свалилась.</p><p>Кровь сочилась… из меня всего. Илюха едва стоял на ногах. Ромуальдо тоже был окровавлен и хромал. Очередная моя атака обернулась тем, что он выхватил мой правый ятаган и двинул мне в лицо корзинчатым эфесом своей рапиры.</p><p>Я упал.</p><p>Открыл глаза на моменте, когда Ромуальдо упер клинок в грудь лежащего Илюхи. Я едва видел, из носа хлестала кровь. Лоб, похоже, тоже сочился кровью. Испанец посмотрел на пустующий флагшток и улыбнулся — впервые за долгое время.</p><p>— Знаете, господа, чем золото похоже на дерьмо?</p><p>— Нептун тебя сожри, — выругался Илюха, заливаясь ужасным кашлем.</p><p>— Ха! Не знаете! Тем, что привлекает му…</p><p>Затылок Ромуальдо взорвался кровью. Безжизненное тело простояло еще не более секунды, после чего перемахнуло через зубцы на улицу. Выходит, Тагиост до сих пор работал. И сейчас его выстрел спас нас. Спас меня.</p><p>Тело пребывало в таком шоке — да и сознание тоже — что из головы вылетели все мысли. Я кое-как поднялся, подобрал ятаганы и поковылял к Илюхе.</p><p>— Ты как? — спросил я.</p><p>— Хочу тебя убить, — ответил он, продолжая кашлять. Из груди у него текла кровь, но он все еще дышал.</p><p>— Сейчас убью тебя, — продолжал он. — Убью предателя. Ты ведь предатель. Слышишь, да? Щас я тебя быстренько…</p><p>И ведь начал подниматься. Точнее, пытался сесть, но захлебывался в собственном кашле. Рапира Ромуальдо основательно задела его легкие, от таких ран уже не оправляются. Я хотел что-то сказать, однако все это было бессмысленно. Поступки говорят за нас больше, чем любые слова — но только тогда, когда эти самые поступки совершены до конца.</p><p>Предатель… Еще недавно это слово по отношению ко мне вызвало бы обиду и неприязнь. А сейчас я готов был смеяться и кивать. Пират, ставший предателем. Какой ужас. Даже если не вспоминать попытки «Пришествия дна» опрокинуть Аннели с чудо-пушками, а головорубов с помощью на турнире, предательство на «Карибах» было таким же нормальным явлением, как жаркое солнце и соленая морская вода. В любом случае, мне не нужны были оправдания для того, что я совершал. Я делал единственно правильный выбор, потому что имел возможность спасти жизнь человека, который мне дорог. Потому что другие на это не пойдут.</p><p>Если бы мое мнение что-нибудь по-настоящему значило, можно было бы помочь Аннели от лица «Пришествия дна». Вот только я лишком много с ними обжигался, чтобы полагаться на волю случая.</p><p>— Это был твой долг, — прохрипел он. — Быть с нами до конца…</p><p>Я остановился и снова посмотрел на пытающегося подняться Илюху.</p><p>— Знаешь, я недавно Сабатини перечитывал, — сказал я. — Вспомнилась фраза капитана Блада. Он как-то сказал, что главный и основополагающий долг каждого человека — это долг перед самим собой. Перед собственной честью и совесть, а не перед должностью. Какие бы слова ни были сказаны, какие бы планы ни были обсуждены… Извини, Бласт, но сегодня я не могу остаться верным тому, что ты называешь долгом по отношению к клану. Потому что тогда бы мне пришлось пойти против собственного долга. А я так не могу.</p><p>Я двинулся к флагштоку, параллельно доставая флаг из внутреннего кармана. Сделал последний шаг, посмотрел на небо. И взялся за работу.</p></section><section><title><p>Эпилог</p></title><p>Эпилог</p><p>Аэропорт Ла-Романы кишел белокожими туристами. Получив багаж, из небольшого по площади здания они перлись к ряду выстроенных белых автобусов. Разыскивали своего туроператора или, что вероятнее, уже конкретный номер автобуса, который повезет их по отелям. Все поскорее хотели тронуться: раньше выедем — раньше будем в отеле. За двенадцать часов полета отоспались и насиделись все вдоволь, а день только начинался — кому сейчас не хочется поскорее покупаться.</p><p>Но был среди общего потока один турист, который не торопился на автобус. Он не суетился поскорее поймать свой багаж с конвейерной ленты. Потому что знал, что его ждали мы с Аней. В машине на полную работал кондиционер, за окном жара, но мне не терпелось встретить его у выхода из аэропорта.</p><p>Погода сегодня жаркая. Одиннадцать утра, а печет уже так, что хочется охладить лицо в море.</p><p>Ну наконец-то, вот же он. Неторопливой походкой из дверей выходит Илюха. Как полноценный турист, он уже успел нацепить на себя яркую оранжевую панамку и черные очки. Не удивлюсь, если он в этом все двенадцать часов летел.</p><p>— Ну привет! — дружески приобнял его я. — Что-то ты долго добирался. Не мог, что ли, ветер попутный поймать?</p><p>— Здорова, абрикосина, — в фирменной манере поприветствовал он. — Где твоя Аннели?</p><p>— Илюх, Аннели она была на «Карибах». Аня она, говорил же. В машине ждет.</p><p>— Уж прям пошутить теперь нельзя! Знал бы ты, как я замучился лететь. Готовь бричку, капитан Бласт прибыл отрываться!</p><p>Дошли до машины, чемодан закинули в багажник, Илюха разместился сзади. Газуем.</p><p>За болтовней дорога пролетела незаметно, и спустя час мы уже пересаживались в скоростную яхту на Байяибе.</p><p>Тут, наверное, стоит немного отвлечься. Как докатились до жизни такой? Наверное, на самом деле несложно догадаться. Но лучше вспомнить момент, когда я поднял флаг клана Ани на турнире.</p><p>О нет. Сперва лучше вспомнить один наш разговор с Илюхой, который произошел еще за пару недель до турнира. День, когда он узнал про Анины проблемы со здоровьем — или, точнее, целые проблемища. Все это наложилось с тем, что из «Пришествия дна» отстранили отца Илюхи, и в клане начались какие-то нездоровые подвижки. Первоначальный мой план родился именно тогда.</p><p>— Вадим, ты такой простой! — говорил Илюха. — Откуда вообще гарантии, что мы хоть как-то выиграем? Нет, мы сами на это ставим вообще все, и все же…</p><p>— Давай без гаданий, — отвечал я. — Максимально четко: если у меня будет возможность поднять флаг Аннели, примешь мою сторону?</p><p>— Нет, конечно. И не потому, что я против. Умом я тебя понимаю. Просто… Слишком меня хорошо знают. За такое… да Котэ при первой же возможности побежит со мной судиться! Выкрутится как-нибудь, штаб юристов наймет, но точно спустит собак всех. Будет говорить, что я умышленно лишил его и весь клан дохода. За испорченную репутацию, за подставу… за все, короче! Они знают, где я живу, знают многое. Помочь по возможности тебе — это одно. Но становиться врагом номер один… Я не самоубийца.</p><p>— Тогда мне потребуется, чтобы ты подыграл мне. Даже если все будет очень неоднозначно, я хочу знать, что на тебя можно положиться.</p><p>— Уффф… — вскипал он. — Такое надо хорошо обдумать.</p><p>И он обдумал. И я обдумал. Не считая «нежданчика» с Ромуальдо, схема сработала. От самого начала заварушки вблизи башни Илюха строго контролировал, чтобы меня ненароком никто не убил, но при этом делал крайнюю видимость возмущения и мщения. Даже наносил мне вполне реальные раны. До самого конца.</p><p>Ну а потом… Все тоже было по плану. Стоило турниру завершиться, я кубарем выскочил из квартиры, прихватив все документы и карты. Потому что не знал, на что будут способны бывшие соклановцы. И первым делом я, разумеется, поехал к Ане.</p><p>Дальше было много всего другого. Получение награды, ее дележка между экипажем фрегата Ани и командой «Рапиры». Денег на операцию и последующие процедуры хватало. Все в клане Аннели знали о ее проблемах, и понимали, почему их доля не слишком баснословная.</p><p>Тем не менее, репутация победителей теперь делало свое дело. Рекламодатели отчисляли проценты со всех роликов, заснятых на турнире. Куча обозревателей и журналистов «копалось в истории» образования клана-победителя, но находили до грустного мало инфы. Ну а сцены «предательства» с «Пришествием дна» и вовсе были достойны фильма, о чем некоторые поклонники кричали при каждом удобном случае.</p><p>Илюха, увы, не мог даже увидеться со мной. «Пришествие дна» сотрясали такие скандалы, что я буквально опасался за его здоровье. Он, конечно же, был не приделах и открыто заявлял, что лично бы прибил меня за такую подставу. А что пригласил меня — что поделать, в клан созывали многих, откуда ему было знать, что так случится. И несмотря на то, что «Пришествию дна» тоже очень немало причиталось от рекламодателей, клан распался. Перессорились уже все — да так, что и концов не сыскать. Я решил, что оно и к лучшему.</p><p>Вкус победы пришел не сразу. Когда я понял, что меня узнают на улице, до меня только начало по-настоящему доходить, что стряслось. Увы, купаться в деньгах и славе времени и желания не было. Во-первых, я держал руку на пульсе из-за Аниных операций, во-вторых, свою личную долю я перечислил родителям и родственникам, распределил деньги так, чтобы нельзя было разом все потерять.</p><p>Когда здоровье Ани пошло на поправку, мы только начали возвращать себе вкус жизни. С инвалидной коляски она постепенно перешла на костыли, а затем и на голеностопные ортезы, В которых ей надлежало ходить еще немалое количество времени. И поняли, чего по-настоящему хотим.</p><p>— Как, говорите, остров называется? — спросил Илюха, попивая «Пина коладу» из надрезанного ананаса, разместившись на открытой палубе яхты.</p><p>— Саона, — улыбнулась Аня, всматриваясь вперед.</p><p>— Чет не пойму, — протянул Илья. — Доминикана — это же Эспаньола. Остров Гаити то есть.</p><p>— Сам посмотри, — предложил я, показывая рукой чуть левее носа. — Видишь, слева кончается берег Эспаньолы. Дальше промежуток, пролив небольшой, и потом начинается Саона.</p><p>— Да уж, хорошо вы устроились, ребятки!</p><p>Еще как. Саона находится под защитой ЮНЕСКО: отели на острове не строят, только возят туристов на пляжи и делают свадебные фотосессии. Но путем некоторых ухищрений мы все же договорились с местными — а их на такой большой остров живет всего около сотни — чтобы построить тихий двухэтажный коттедж и договориться о проживании. Дело было небыстрое, и вот уже последние пару недель мы проводили дни в нашем новом доме. Жить в месте, где некогда снимали рекламу батончика «Баунти» — что вообще может быть лучше?</p><p>Илюха прилетел не просто так. Хотя и просто так тоже — мы не виделись с самого турнира. Переписывались, конечно, но живое общение мало что заменит. А еще ему все-таки полагалась обещанная доля. Весомую ее часть он ранее получил на счет, но повод увидеться все равно должен был быть, а нам пока не хотелось менять место пребывания.</p><p>— М-да, — протянул Илюха, когда яхта остановилась в пятидесяти метрах от берега. — Вот надо ж было вам так далеко селиться! Нет бы к доминиканским городам поближе, чтобы тусы, рестораны, бары…</p><p>— Ну, предположим, бар у нас в доме большой, весь первый этаж твой, — ответил я. — А во-вторых, ничто не мешает периодически выбираться «на материк», чтобы проводить время повеселее.</p><p>— Мы, Илья, дом не для тус брали, — сказала Аннели. — Нам бы просто в тишине пожить. Подальше от шума.</p><p>— М-да, — протянул он вновь. — Походу, вас если никуда не вытащить, так и будете в своих джунглях прозябать. Но пляжи тут сказочные, надо признать. Не зря я дрон притащил. Будем снимать. О!</p><p>Он ткнул пальцем на вертолет, приземляющийся рядом с берегом.</p><p>— Тоже туристы, — ответил я. — Некоторым сюда так больше нравится добираться.</p><p>— Кажется, я знаю, на чем мы будем отсюда в Доминикану выбираться, чтоб затусить!</p><p>Не желая быть многословным, только скажу, что за год страсти поутихли, «Карибы» сотрясали новые события и новые турниры. Ни я, ни Аня больше туда не заходили. На «Рапире» теперь командовал Менестрелиус, на должность боцмана он взял Фрингилью. Теперь они ходили по морю вместе с фрегатом Аннели. Только уже без нее самой. Пару раз они мирно встречались с головорубами, которые, конечно же, продолжали рассекать море. Все нас очень звали вернуться — даже не с какой-то конкретной целью, а просто, как в старые добрые времена, вместе резать волны Карибского моря. Однажды, я думаю, мы обязательно вернемся, чтобы со всеми повидаться — даже с Бродаром Смитом и другими пиратами Генри Моргана. Когда-нибудь. Но сперва мы хотим вдоволь насладиться реальной жизнью и строить планы на будущее.</p><p>По ночам мне часто снятся события, произошедшие на «Карибах». Снятся так ярко и так сильно, что порой я вздрагиваю и просыпаюсь, а затем выдыхаю, обнимая Аню. Не перестает меня навещать и голос Фельдмаршала — из ночи в ночь в ушах свербит его хриплый голос: «Капита-а-ан!».</p></section><section><title><p>Nota bene</p></title><p>Nota bene</p><p>Книга предоставленаЦокольным этажом , где можно скачать и другие книги.</p><p>Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту, например, черезAmnezia VPN : -15% на Premium, но также есть Free.</p><p>Еще у нас есть: 1. Почта b@searchfloor.org — получите зеркало или отправьте в теме письма название книги, автора, серию или ссылку, чтобы найти ее. 2. Telegram-бот, для которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по ссылке и 3) сделать его админом с правом на «Анонимность» . * * * Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом: Долг корсара. Книга 3. Форт Генри Моргана</p></section></body><binary id="cover.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4AAQSkZJRgABAQEAYABgAAD//gA7Q1JFQVRPUjogZ2QtanBlZyB2MS4wICh1c2luZyBJSkcgSlBFRyB2ODApLCBxdWFsaXR5ID0gODUK/9sAQwAFAwQEBAMFBAQEBQUFBgcMCAcHBwcPCwsJDBEPEhIRDxERExYcFxMUGhURERghGBodHR8fHxMXIiQiHiQcHh8e/9sAQwEFBQUHBgcOCAgOHhQRFB4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4e/8AAEQgBegEIAwEiAAIRAQMRAf/EAB8AAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAABAgMEBQYHCAkKC//EALUQAAIBAwMCBAMFBQQEAAABfQECAwAEEQUSITFBBhNRYQcicRQygZGhCCNCscEVUtHwJDNicoIJChYXGBkaJSYnKCkqNDU2Nzg5OkNERUZHSElKU1RVVldYWVpjZGVmZ2hpanN0dXZ3eHl6g4SFhoeIiYqSk5SVlpeYmZqio6Slpqeoqaqys7S1tre4ubrCw8TFxsfIycrS09TV1tfY2drh4uPk5ebn6Onq8fLz9PX29/j5+v/EAB8BAAMBAQEBAQEBAQEAAAAAAAABAgMEBQYHCAkKC//EALURAAIBAgQEAwQHBQQEAAECdwABAgMRBAUhMQYSQVEHYXETIjKBCBRCkaGxwQkjM1LwFWJy0QoWJDThJfEXGBkaJicoKSo1Njc4OTpDREVGR0hJSlNUVVZXWFlaY2RlZmdoaWpzdHV2d3h5eoKDhIWGh4iJipKTlJWWl5iZmqKjpKWmp6ipqrKztLW2t7i5usLDxMXGx8jJytLT1NXW19jZ2uLj5OXm5+jp6vLz9PX29/j5+v/aAAwDAQACEQMRAD8A9M8NlYtMjJK8/dZlyff/AOJrp4NiqsmVXLYxmvLbLU5IocK3ynbuRuR3rastaklkiZ3AA+8Su7d/d/4F/wCzV8vWwspu6PbjiIbHpMBRVAV19uelWo4dxJDBj6VyGhaur3HlTgszHgj7v+f/AIqtt75IWYrncqswG7hTx96uKVGUZWN4zUo3NsxEKoIT8qglWyNwI5FUyFsBRzXNf25tklDXEjSFGVVLfKP8/L/ndVK58RaVpc6pqWs2Vs7/ADLHcTqjf72373/Aq1hSlEm50WuPp2krPeyqhUfMRGN2V/h+Wq0WtXFoxhl8KeJonJydlg0i/mu5ajuY472JkeFWEi4ZR8ytu/8AZWqjoBvdM+A/iG30m5ltX0w3/wBmkRmLQorMzLGf4dqsyr/dwv8AdrvwtONS6Zz4mbhGNjpP+En06K0ST7PqDzvI0a2a2rNcB1Xcy+X977vzf7tSweK4wdo8N+JjnudKmXH/AI7XBSaTDq9ha+CNFtCjSRLNPdFm/wBAib5WkZvvNI3zKq/eZv8AZVmXs/idHHdaH4as472e40691GJJnSbP2mEW80g3MvDqzIrN2auqhhoqMps4pVG3Y7DTr631Cwt722dZLe4RXjPqrfdqr4gv7nTdKk1C1sRfC3XzJIVba7Rqp3GP5drP/dViqn+8tcxaeMrOBFtbXQ9eniiPko9ppk0qfK20qrKrL8rDa3+7U934y0CW0ntNctrjT7eWFmKapatb+aq7VfarKu7G5f8AvpaLSb2IluafhDX31+a+uraAf2THsjtrjaVNxJtZpTtP3VViq/7yt8x7dGDuGRXB6d4i0TRlef8AsLV9OtZGzLdy2Eyxjau1WYlflXb/ABNtWtBfGlk07JY6dq9+qs6iS0spJo9y/eXcq7Vb5h96qtJdCWjr1FOxXFzeOtMt50stRtNS0+8nQvbW0tq3nXCr97y1XcW27l3KvzLuX+8taul+JbLUL77GttqFrMUZkW8s5LfzNuN23zFXdt3L+dPltERvBlGF3D86JCqKzdh8xrNkuAGYrtZc/NTINRUp8ysF77qyTkV7NnP3vjF5ITJbeH9eurYpmOaCzZ1k+b7y7dzVmWPjdYZJlurLUrKSNVYQXNqySSKzBV2hl3Nub5fl/iq74Jgtrb4geKLezt0t4Xgs52RD8jSM0ys+3+8yqqs38W1f7tcZ4NtrKTR7q61y4ivdVup5V1C5lk3edIrMrbd33VVvuqvyqu1VrpVJctwUktGdu/jqRQSPCvihj/2CZtv/AKDV3RPE8Opb3a3ubfYwSSGaJo3Q7Q2GVvmU/Mv/AH1XF6TfCw/Z/wBR+zancQBZLuztJopmaSPzL14owrbtw2syqrK3y/w/dWtS1u9E8I6TagIsSuwWJAGd5pG+6qr8zMzf3V+ZqJ0lFe71Khyyvc9FCrKquBjv0qKWMrjnOa5uy8bafIY11Cw1fSvObbFJe2MkKO2flG5htVm7K3zUXXjnSLaKe5a11ZrO3Rnku10+YwKq7tzeZt27V2nc2awdFtEc7i9Dp44GAwTT4xtzXOWPi2wuryK2ay1a0MjbY5brT5oYmbbu+VmUK3yqzf8AAajuvGmkCSWK2g1PURG7RSy2NhLcRoy8MrMqsNy9160o0JEyk5bnU7vn24py8rmszRtRtNVsxc2hlKqzIyyIVeNlO1lZW+ZW/wBlq0SyKcF1/Op5ZLcpCOgZ/m6VDLZW8yqJE3bemR0qxwDwMUChRi5ak80o7FSawtmgMYjjVR90KPu1z+taJZMhZY1Ug7a6vFVby0E64BKnrSqLrE2ozs9Tz670+LyMSIGx+lFbur6WX3Fi+0NubFFY3md3NE+cg+Sdp+X0q/Hcfu9mcso+5/erLRgQGzinpJg5613yRxR3NjT9XW0uorMSoJ1DMEdgrP8A3mVW6/L/AHfu7vm210cOtwlQ7ysQwXcWGGXrub/0KvPdTgg1GFLeWSZY1ZZP3ZTcGT7rKzK23/eWpLZHt4DFDf3jMRgtcOsm5v8AgS/+g7a550Yt3N4VGjrH1VrcTzbBPKqs1vGx2iRtrbV3f7R/vf7VL8PfB2k2empqGp2VpdanLK1xIzBWW1Zvuxr/AA7VX/x5m/h21hQXRkVDtZkVN2MdW/vVt6Xq09tG+WaUbtxDt8uP++fu/L/49WE4OK0OiM09zq/Cfh6Tw7rN22m3IOiXgaYWDk/6JNu3M0J+75bbm3L8u3au3dW34asb7VvhH4p03TUia9vW1S2txI2F8xtyqWP93d96uauvEksOkRXFoIt8hEYknkKRI395mVW2r/uqzf726r3hnxPo2m/D+XQBrGsQajdxXLHUrXRbrZbyTMxSSNWXcwUsqj+9t3MFDVpgmk5NmWN95RUStd+G1vvDmr+HrPUJri1jjf8A4SHU0LRnUrhU2tartb5YVVmVlVm+b5WZm8xm6fW/3nhb4eGa5V83lsWlIC7m+wz/ADbfc/w1wtjd36eDV0G2lj02wEDW6apDpU8nyhV+YQbVk3bmZfm29N392un8Va3omq6LpFjpF3qdg+k3Mc1tJc6PcujKsTx7W+Xd92T7395a3jV5oyTkl2OaVGSaZV15LBLH4k2sSoqy2dpJPGq7dyt5i/Mf9pV2/wC6tVtD0bS7Xx9ZW+naOJobXT5tUsoDGGjtrpVRFlUFty7lfayru3N5bfKVVqjs9M8RXWl6g1xZ6fNFrgB1BJ55lmIBbaqsrKse3LDcqtub5mrWg0DVY7Wwu7fUvJ1rTgzpOASsgZdrKwz8ysB8y/Rl2sqsuX1mEOTX1NlQcou6MX4exvHe+F/EC6xc6pfa9ElnqEsjbvtcK2zbVZTwzrtVtw/2v+ejbqnhaztYNG+LGmpL9msLe3a0jlMbTFIY5LqNcru3SbVXb97c23+Jq19M8L6naap9q0+x0nS7kGUrdRTzXCwGT7zW8EjMkLNu2/dZVVmVV2s26e18G3ul2Wr2On2un3dpqUAtbma7uZFmMKq3yqyt8rbmZt33mZtzfdFbrE011MHSkcprcEtz8N9I0Nlnl0/R53uV1CSJoGd3aRUS3DNvVY1mKqzKp+VdqqtdbrF/dWvxj1e20y50m61ae2iMenymaOeaOOPcyrMy+Tv+8yw7vu7mZl+baax4b1m58MWun7kuDBOskyPKUWdF+ZVaQKWVd23dtyzKD8ytzUV/b6zB4ok8XT+D9IXxE0Jijv21ido48Kyqy25XbvCsy/wsw3LuXc1JYmnK6bD2MuZWOh0vxDb6nZx3tv5gjlXcVK7WDfxKyt8ysv8AdqzHfssoEjqoHc1zuh2rafZKskxlmaVpJpMKu6RmZmbb/DuZm+Wk1nVJLHTbi8dGuPKRmWNVyzf7NYxavodMoaanR/Dx/N+InilWYNtstPPHu1x/8TXE6fHaan9turT4b+CYx9suAHuovPZmWRwzNujXaWZd3/Aqf8PfGGjeH9T1rUtX1Fr2/vmhg8jSrGea3hihZtpEpjVZG/eszMvy/LtXc33syDVzp8uoQ6ReDUbKS8nuI5n0+e3a2WSVm2srLuk2qzcru3bfuqzKtele0UcE1qdVZ6h9s+AWvZ07TbCa1S9tzDp9k0FqjLI5V4w33ht2szKT8277rKVXD1W4uPL8ZahAZLe703QkFpfR7S1ksiussi/NuV8Lu3bdq+X1+8pnstZ8N2vwtv8AwhJrOqTz3sN0raiugXQCvM7tkQsudqlvu7vmVfvbmrP0aXVpy9/pt3atOIWtJkuLORbXUbdl+ZZIpNrKqszbd21htb+FmVhrRMhOxteDtHgj8W3ejzXEt/a+JbC6utVi8w7Xn3x/vl/uttkZcrt/5Z/3V28RpMum6l8Ht+sajLYW8/iq1+1XEcKlQzQwtuZmZVjX5lZpMNtxuKtg1saXoV/bJd22mWdloaXkIs7maG8uLu5Nvn5ooWmZvJVv4tq7m+X5lZVZVk0G7t/DzeF4rbSzYNdfazcG5l837Rs2LIF3bcKoVfL27dq/d/ippXHuaFjaw2WjjRNTtf7H8QRS2+l2thCd8OnWtxII1a3YfeVv4pvvMy/NtZdq9DB4f0rVNV8SJPNc2F1pkyWumGCVof7PjEMbL5YVvl3Z3f7W75v7q8J4itTc+G4fD2u3N5aNpqn+wvEdnbtcSQR5/wCPeWOP94wXau1l+b5VZtrR7pEhudX15I/tOjWOp36QR276w17f2cN2V6GS0JRpmVflZmZd3zfLt2rSlFrYVj0nwdfWDafeJaajBcTSXk1xcGElY1kkZmbb8zfLu3fxN826tKO4ZG3NN/49muH8KaYdHtvJeQz3D7TLI6qittVVUKqqqqqqqqqqqqqhVWjx74mXwz4M1XXo7V7u6tYQlrbIGY3FzIyxwxhVZWZWkZd235tu7bXNKk5S0N4VPd0Oo8RfEnwp4LFtF4n1qGG5u2C21pGjS3UzMxUeXDGpkKsVYZ27d3y7qoN8a/CVihm8R6b4u8M2e9UjvNY8P3UEDMxUD95tYL97q20VofDTwNpXg21XVdamhv8AxjqYVdW1uZl865lbbuhjZguIV2KqxqqjbGvy7hXbWt5ZXtxeWsVxbzyWpENzGrhmiZkVtrr/AAkqyttP8LKf4q6I4eNjGctbkFhq9hfWkV3Y3UF3bzxq8M0EokjlVvusrLlWU/3lp32hy+6vHrvQ7X4RfEvTDoxW18G+Mr77DLpu7EOmamyloZLdf7s20oY1CqrBW3BVCr6gZSpwvC9q4sVFwZ00IKSuyW7uCDhUyx74oqBplU4ZqK4zr5Iny9tUv91PlqWLydzK5yfSuce5lbCiQrn/AGqnsZnKHe3ze47V6MoyOZM3zEs6K0Xy7etNa0mUBWKMnfbVWzn+ZWZmA/2avpOx+dN/PcbmWs5KSLjyobGjK2XCqKsQ7mYHzGKr/CrbagWZpDt2suX2/dp8JTzAu7/gNTNFRkeheFBDJYiDCggbmX/Z3buf7vzfd/8A2q6TO2xjVuUDHcv8J3fdridCu2iWNAvzMN3Xp7/+hV09hrNtMRC0W4j+Fvvbq82pTlzHdCpHlOispLa5bbjaT93b3q/FbWKttkudsh7EcVgaeikkPIE3NuKmr8rWsEYkdlYL95mbaN1c04yjKw5Rv1N+LTlKFlZWLDrimz2eF3FggXg5rnF8YWEDFJFmKqmQ+Ou7+H/ZaoLnxgl3aT7EZEA3KpPzMv8ADu/ut/s0KnLsc15qW51VsIXiyNwBHy7v4g3PFSWc9vHJtkUhR/EW3Ka898P+KZF1FY7iMm3duC38H92unv7q0V1WK5TfIuevFackoPQfLFvlkzpHaynVsFQCORn5frWVqlk89uyq6uQ25WX7oNYkerTRws6JHKM/+zVBLrkkcyTK24Swq7L/AAq392i8m9EEKLi7pjdRs3tP9ay7WrNlaFhtLZH0qvfa19rnYu3y9qjjnQpuBHK5613wi7amcmk7ELQmPKrsXPcVFMzIQwbgdqtM4KHPFZ8smZCGP0rtpOUzkqyjE0Y7rdCu53bb97dUbTHsuPwrNS6RQFY1IZl5dGy9dkWcUmXGvGWTYp3A9t1PS7ZsbvmY/erHUktuz06mpVnQDG7NCkEZXRuQSooDMEYMOjVYQK2THKqjbgrurChuiBtbke9XYZVX5g3WokVzWLU3m7t6NvX/AGTXM/FWcWHhXTtcuixttC13TdVvI0VmZreG6XzNq/xbVbd/uq1dEJiq+dtbbu2s2Plp8vkXVrNbXFuLiGeFkmimXcsqMrKysv8AErKzK3+yalS1LjrE7r4i6JNr2naP9ggtriaz1uwvkkfB2Rx3CtIyns3l7/8Ae+7/ABVwGn/D7x42kX2jJ4jvdKhh1i0u4Jlmhka7ZdQkuLmdd0cm1XhaHbGcfvon8zcrNJNh+C9f8X/C+wOhyaTqfjnwdatt017DD6rp0X8NvJCxH2hVBCqUYFVVtyqpVV6+b41xXBFp4f8Ah1471XU5QywwSaS1nCsmPlEs8xVY13fKzc7f7rV0RqRFyPqH7Qdwpk+H2hxCOe/vPFtjOkYZfMEVu3nTzBeu1UX5mB+XcvrXauFfdJjjtXmGj2Gr6lrt74z8Zy28/iAIbK2sbWXzLbQYWVZDbqw+9MymNppmX5lKqv7v728t/qkdnljGyKijCn5l6/erzMZKNSUbPY78PFxjqbt9fW0e4uqttX5VP96iuVluxPMIZ2b5l+ZlXdiisPZo35/7p4CIkByWz+FOMqxspC/dbpVUFv71MLEHnmu9qxyGlFOGOBkGtG3kjjCtjdu7lq53zWD7/wCL1p7zytj5ztH3eamw7nVWLRzjcFRmXvWjbRgSq23B7N/drjbHUJICGX/gS+taEWs3O7du3bqiUZSBSSO4W4eBRlgHHVWFV4riaCSaZmDGVvlBHzN/tVzD6pcud3mO3tjpVpbySZgoZgofdhalUQlWsdW+s3KoYrebLDoqhf8AK1C+o3rRu0sjsq/w7vvVz8dxGi7WKgj1qePVI1iKsoZT60exTJVaTNSe5mlyTIoO3aDu6CoElY5RrmML678D/wCyrnb3UIpFPPyf3ajguQy5D5Y9c0ewQe1ZsRveP5gmvmtwXXy1t2+dV3feZmX5mbd/s7f9r71dJBqlzHEYrl/O8gKscg+VmVl/i2/LuVlb5l2qysv8W6uPsnVo9zFFPdq1IWBwVOQ61nKkkaRqSsdFY6yYgUZgysu5QW27m3f3mpr60k0bwrbum35mKnlW+7/wFaxl5BFQpJIC0auyKv8AtdacaUQlWlGJqtcxt8y7t393OamtrrlIxhdorLztBNQtPhwoHzfeatYwRzyqSNybUFZSi7iD3qpNdBlwGzVLe5Qsvzjb931qB2OM9G71rGKjsYyk5LUHWSeQSLczRN/C0bL8v/Afut/wKtO2lMcOJmyxLKrMF3Fd3yt8tY6z4bLfd71ZWZWXIDr/AL1aRdjOSsaDXSlXCnpUf2hd+5jVPcynlsqaY+7jbVCNMXAODuGK0dKmilkYSSMv93B61zSFiQorRs5dsqr0rORSkei6DbxCIBTuyfmGc/NWhF4Xju5mV3MYGMN02r/u964+x1aS0UeWQrhfvn+HNTat4pvJLZo/Nbe23czbdqt/u965KlOfNzI7Yyg42R3GreEkEaPaOjyqu071+8K5PVrH+xozd3l9HFHEPMYs+xRt/h3NXOx+KpomaSSZyFO6VizNv29/m/hWvI/GfjDU9f1me9uDIYPI3wW5cbYVZtoXb/E23dub/ab+6tEadTmQ4zilZanonwS13WNS1y/lvdMvimoyM8k6GGTYVVSqyKrecy4+VW+ZV+7/ABbh6LqbmB/3MMaqDtdWX7rd91fNPhPX9Q03X4J7KRoJJQqBsYC52sG/76Ra+hfDHiuw8Wb7e7zDczQGcyYO0FWVWVm/vKzLtb+JW2/w1nXjyO5tSqNuzMvVb6W1uTcxp823awUNtIorVg0W7vdYTTlzsDfPOPmUL9aKlTTCommfPopppGZi3TdntUFzqFnbIWubgKw6xq25v++a9AxJdrF9y7vypfJb+JaTTZkuYIrgrtV9zYP8PzNWi8QKEqeT+tOQkUYxtzUquB1qZbY9T83qKlW1JOCu0CkpBKNxsU2Ds3Jz/CKmFz87bNyr2phtXAct82F/hPWqjXEAdgrs0gZYmi2t5m5vurt+9838P8NPmRjKDLck7sfvDPck9abvZuCarwJOJHacx72+6kb7ljX/AGm/iZv9n5VXbt3fM1TIfaiJL0HqpOc8VYh27FHTNV3bGNw/8ezQz/OGxSkOJrQKp+cfMKu28mGCZb/d21l2cw+/tchWy22tWzl3yIzbAT61hL3TeKuaURVF3s2BVabmbd6UF29aemw5Zjll7VCk0VyqTsyaNw0bMV+YNnbmhbV5GGA3zNtxtpbbULaOP95FvaopL+4Z28qQqrH0rRSlIzlTjElaNkXc3AFU3MyscBSB3NRy3Kjc93dRRKwUB55ljVmYqMbm+VTtDHll3bdq/MyqzbvX9J0WN01O8jttQbatnbylWPmN96Zlb+GNfm2t8rM0a/Mu6tFzGfLFlPUtRttJdTfPtkbkRja7Mv8Ae2/+g1Sj8d+HAxV3voiOz2+V/wDHWaua1A6M008ljeGdizMZGfczN95nZm+ZmZm3Mzferkr4yqzM0ikq2cKK2hHmIlBI9w0nU9L1b5dL1K1vJR/Akm2b/v221m/4CtWHDRytFIriRW2srLtZW/2l/hr56upYXQLNsaP+6wWtLQ/HeuaIsUMOpG6tIcBbS9ZpoVX+6vzbo1/3WVf9mnySIcT3NDhgfSl85kbcOo6VyngjxvpPim6bT7dHsdTWIzG2mlWRZVRWaRo5FVd21VZmVlVtqtt3YZq6C6k2/PiplEm1iw9/MEI85tnpUD3LzoGZ2YH/AGqzXuWbKqeB70qzsu3jO5vXpQUV/FmpxadozSyxyyrM3lsI0Ztqsu1tzfw/3dzf3q87m1/TN22GwvIxu2yMZFZv++Vr0bUQJ7C5hYIyyxMpDJuzuVl6V5He2flMimRI8N907nbb/wABWjRlJtG0PEkfm4W1mZQrY3zbmbb8393itjTPiXpFoGc6Bqttc7vM322oqq7VXaysrQ/MrLu3L8vylvmWuKjjVVDMVbevY9K1vBGnQ6h4us7aWFXjU/aHDruVlVlZlZf9pVZamUIuOppFyex7Npfi+7W0stUhW5tJ2VXjjnG1k/3l3fLu+9/ut/wGis6VEYMZB5hZtzbuhaisv3XYvmqnHS2M0+6KSZY0I+YIG3Ff7u5vu/8AfNLFY2MLFIbGBDGu5T5asy/8Cb5q09iKrHOPmNU5LTzySbjylP3mCqWXb/vVo9CypYBVdldiMM20H+7uZt3/AH0zf981fEuAAvNZemWskl7ciVpCkTKRufb8v/Adv8Tf/E1qw2/zbB8o7U2MfDcsEO45apku8LtKY/Gnx2yBBu+WhYIy3zMR7Vm5RQ/eITK7dTVWezt7icXE8LmVU2qyyMu1f7vyt/tVcWOM53Ej6UNGOxY/8BoUkZ3kRYy7N69qd0pcDsc0uKZDjcax6UwLnc23NOcdOasLAQPvrRcpMl09TlQo/wB73rTgVPMCg7WZlVSv8O5ttZ1uGVMN970qaW4WCRN8yKzMu0M21ev/AI7WckXE0wfut+lRTSou7J9KhiulECq7ISvRlZWVv+BVBJLvbd1btRGJcppFqGeNj8rM2e9Plk2nDdfSqDuyDKnCimOzFVGfu1typGEpcxD4j8q70O/gnZNskDfK395fmX/0GvnrWLc2s7qobajbVI/u/wANfQczrMVRju3NtY+1eIa/iS2BT5pI5PJYfxbv4a1pmTVjBhuZo23LI+frU76lcMpEkzvnrubbTrCwS6na1eZ4bw7hEWH7tmX+Fvl3bmb5d3/sv3azwqqSxzKUMbBXb+Hd95dy/wDfXzf/ABVa31sPlk1cHvZGUqJEKnqC2au6Jpd/rmoJp9lBJczsu5lV/lVf7zN90L935mqPT4tNFyk14zqgYGRQPvL/ABL/AMC/hb+H5v8AZr374X2Hhey8IxXPh+W4aS7LSXC3EexmVVVowv8AeVd0i7l+X5WX73zNnVqOMdAjGUtin4E8AWHhpoNRuH+1aoq/LKF+WFv+ma/7vy7m/wC+Vrprx5JPlAwO9XXnU5ctmqDO7HaqfM3TArm9s2WqN/iI2Qq4U96ZIq/Ns+9Vg2+5PnZi7e/3ahkiAcqTnFCq3KdCyK8mfs0rFs/um/8AQK8u1kibU4sc7Qzf7vy//s16VqpK2E8kfygRN83/AACvMrpg10qIx3tIFwPu7q1jqZctiPd3HTsa6PwPc29v4z0MSSLGZNPkhVt23czXMyqv/AvlrMawtUjZiz3Dq2Plbav/AI783/j1TeZIk++1gW2DfL+7ZlXbu3MrMrbmTd821mpzV1YqL5ZHpE90yRJNOr28RDSK0vy7lVWZtu773yq33fvN8q/NRXmzNcXGbu41NE+1bmuFZV2sqqvy/wAO5m3bf4m3fw/N8xWfsol88j0S/gGIgrMimaNZGXrtdvmrCuZZ5rpoUf7PGsK7sRg72K7vvMrbvlb/AGfumuo1f7PaQtJM8a7VaRQzqudrK21f733W+Wues3to9Rn82cNHb7gXJ3Ku1fus397bu/75/wBqlFSS1K5lJ6HPLe3trf3jKY98cjQzbo/vFVX7qrt/vV10UMsU7RyuJNjOqyBNu4K1YkCQXfiG4MLZimWQDcu3czKrbv8Avlf/AB5a6KONZHid13P5fzM6/NuRfm2/98t/laq4xdvybc010bYflT8KnaL5Nyil3H/VBQSfWspR7DuUHQrjPemsNo+fhV5zVm4VYipO7Y3QL8zM391V/iqrHafaMPe8RqzOsDH5V/us397b/wB87qsFG5N5MrK2Fzt+8KdFAdjeYPmWrVtJG9vCyr8rKrRlR0Vl+X/x2kZW5XO78KhsaUSF03jCKgPvTEJU7toP1q/DAVHzdailgLEghfm/h6VUNhyiVHlVI5JH4VUZmPoKox6lK06eYsa7tq7VZlBVlb/a/wA7akvT/wAfETSbIv3OSx+Vfmb/ANm2t/wCqV4LOFrQtLAys6nAZfuqy7W/2t23/O6iS6ERN6z2ugYry3X593zbqtIitnA2461nW17G17aWVvLFJNdkJBD5gDSsdzbVVm5Zs7VX7zNwu5mXdt2tlcvCsry2UMKna7SXka7G3bdrKrMytuVvlZdy/wAVUtDKXvSKMyhc5bp7daoTMcOEO30VeKs6zqnhvTo3W91dGljXDKisys3+yV3fL937yrVKXxHYXzA6D4Q1jU7d1YJPcSLFGNpZRtkXcrN8rbvu/NuXbTbHGDRUaaOGNrm4ubeGJm2h3P8AF97hV3Nt5+8q7V/iauW1rwnpEUU+tTeIFSzkMlwki/MjPH821vlZl+ZVX5l/iX+9urQ8Wavq+nzifU9Fg0qOSFhFLHtkRW2t5YZmZo1Xd95VVW+bd/d3chLql9fy4u5n1HSzGqTpbuyjy2VdybTtVWXcyr8v3l3LuWnHm6FShoc/q1tNp+uSLJEYrq1uirfMrbZVbDL/AHW2su2nSQRXNos4YrIY1jyf4juXbu3fi1b3jAaXqOrvc6HDexWqQRblmhVWZlXa7MoZtu7Cs3zN8zN/D1zntbi5jW3hiWCFQy7U5Zvlxlu7Vr1RLmorlZmNp0UF2TuW4ijG+MSAsN25V2sv3fvfeXnd/e/irtvgfqtjb6tcNqX2u4SeFgRFMwZZFZm3KrNtZtu5l3bfusu5c7lxY9KwiPLLIWOGzWIbibw/q0VxFn5GZjgjkrtKnaeq5Ctt/i+ZflVqqcVJNMyUmtj6NsLuDULNbq3bdH8yr05Ct/n721v9lcVMoA5Fcz8J9ftbWxmgms2utIeVlnjZjuVmUMsin727cy/N8rbW+b+Fa6+dorme5/sp5ru3g2MEYq0gVl3MzKvVVYMNyqv3fmVetea4OLszvi48iciuTjB71BM6hzuOKZNcIFYbty1nyTiVmO4jNOMbkSlykOvXDNplyiHGYZAf++a8wLGbUYVRC22bc+Pu7VruvElzbm1eyaUq8y7dy7eP84NcpbxWazMpvVAWOQszKNv3flVfm+Zt22uuCsjnlrqXbRlaJ3RSz5yoD7Qq9/8A2aql3cPGrbiWRnVWwWVGTlvvf3eP4aJtW0eBmEC3EyqpADNtX/ebbu/2f4v+BVSbxTHal7iLT7OZy3yedF5iovyttVWX+9/F/F/FVWbJ0J9MneeeO4WOR0VlVZk+VYm3Lt3Nt2/3W+8v+981FZZ8W639kj8x3mSKJoUNwrOyq33tpbdtblvu/d3Nt27mopckh8yPefEBdrSe2BZGeBlVFXd8rbtzY/2UX/x6uDudYuZbayT+zVlthbIql53QOzN8y7mVtu1l2/Mq/db733q0PEEEM2q3BgaSJ2lcN5LMu/5dys23+L7vzfxbWrC0mHVLyVdMi1HUUjlVXWFZm2qm1G+7935m+b/vr+9WXOpGyjyi3PiCaDWpp4bSMRqyTRQK+35mVlb5trfewq/Mv975fmrbi1K7uvsl5Gio00y72BZd23buVlVVX5lxu/3l/i+VcoQWZ1+ylCzLFLYxLMVYZZmlZVO5v4tu37v91v8AarotT05tL0K8J3F0YOoB2fwsrMv/AH0rMzfwxqv3t20ckhpG0ZI9oKgDd0wOq0m07SByrVU066F3Gxtw7xA/eKsqru+arSyASbDx70XKitCm9uqXDNGiKT95lXbu/wB6nO0ccDxO/wA0m3au3d/lf/ZttW5YHZjg7SPfcrVmahZCe6ZGuFtkWPbub727bubav3malJ6CiiSxmhVUtESdniX5vLjZlC/w/dX+7/n71WZgiyIRIisvOS1JpCPb2cQkCuzHLKW/2v8AgX8O35qla1jMiy3DefJu3Ln5Y4/7u1f4f95tzf7W35alPmCUZRkOHmTMDGGBZtu0DLU63aB7KK6SYNbyQqVklnWNW3Lu+X7zMvzf3VqexiR4WLhWTdh1boy1wmreCjbFIP7cvri32MtsgRVkCr8qq0nzbtqtt+6v3aGny2iy4yVtTe1i/wDClozy3uqxP0ykCM+fvfxMyr/E38LdKw5vG+mRxxpoGhXFz8rxTho13SRMrBlUqqqv3l+bbu27lX71R6NpWgWNyt4LGG5VZVRWmdXaT7vzfM3y/wB7cv8AtVUZ0M7AruhSFljVJdwXd8zfL/D95vrt/wCA1EE4u97jlJNWSK3jW58Tap4YS4umsYLa1uI7iCGDc00e5WVWY7fu7W27fmX5q6X4ceM9P8Yx2vhXxtd3It496WmopM0UiqrcLMV2tIrL8rbm3bR8rKy7mmju7Kz01dTVFkjit28y3MnzOqp8ylW3Lu+VlZWXu3y14ctvPdTSPEIooQdxQnZHHz8q7mb/AICu5mb/AHq6OXnicz9x7H0TqPhOy8O6zPZNp1qsqElJghYsu4qpDN8y9O+35SG+6wZrsGZNoyS7dM1y3whvpLnwFqFjd3yXSWU8LWyG5V2tNzMrbRu3KrKy/d+Vtq/xLWP8VPFi6fpL6XZuWubyJlZ1LNthBKszH13Bl2/eXazNt+XcOLasg51HcPiT48SJpdD02SKSKRGS8kXDK2770Y/hb/a/ut8v3lbb5mNUXznKgJGIVTHrtasOVyi5DbQOAKhWR8sc9VNbxjGMeWJlzKWsjvNO1O3KqghRt3vVv7ZCzMVVlVun/wBlXBxTurZDD8WrRj1Btg3MWb+GrjLuS0dBNdBQFUh8dyKwtStxf3lurFgrlVZs/d+ZTu/753f981BNcXZO5WCr/CoHFGk3V42qI8rqYkVnIx/s7V/9ColJboIx1Oz0G5vNMjksy+2VH6qNwLMu5W/4Cu1f+A/8Cbc0jVGivPNgndLmJY13hsMG2ru/4Du3f+PVzNtcD5rgyDcF3MTtbJ+b/P8AwFapeH9VPmJM7JuZtz7u7N8zVz8vM7m9R8qSPVtQuvNiE/nPvkk2SKqfLu2/e/3v4v8Aa3bv726tG7L071g2N9kwLvZleaJNvpuat5QN/wAwyB1FDioiU7x1MrXdMbUNkwnaOVflXlWVv9ll/h/3l/8AHq4bVI2trwMjsTI20qysu7/ZavS5dpyiDArB8SaetzELguqNEyszY6ruWnGQmcmdPiRizlnkZv4j8qtT44bdMrgfI3yluatSq4bczKQW3Kc010VcYHVs1fPYhondYhAy/OzMVVQvy/7P92imwoY1jZ1dVZt2f4tu7b93/gLUVPMVyxPVbyztrfVUjvH8oSwrJkyBdm3crH+991l+ba38TfKqtWR8LU+33Qu7mJUltwqspj8sMzFiu35j83yt8v8ADtb+7uq7d+KdH1i9tbu8s9Rsbm1kQ4ihWTb5bbt+d3zN8rfdVdu77rMvy8v4R8UQaAHLWS3Eciwt8jsjAbVLbThu6s3zL975lb7rVyxX7vzN5SSdhmujy7y4jl3breZ4drFtwMbR/Nu/i+aTd/tb/l+7urrNb8TaRqmizRy31vHdsqoFVA6szcNG6ruZVb5trbWUYb7vzVx3jDVNG1O/W+025nVpYwstvIgjwQqqrbVZlZWVdu1f4lVtu75VhitJb2GKaOVixChc7Tzu+b/x5apxjpKRUZJ7HeeDdRkiijXy90dzNCrHd8royyL/AOhsv/fP+1W5LbRx3Cr1rkrCbTrLRTaqyW10UjuCVi8t2ZZFmX5vus25dvzN8u2tRdVa8/egpnuvRd3+7RuGwzxU09lapdw6hNHEzrCI1ZlUNj5WT+9/tfxf99Vz9re3E8yu0/mzOy7iTuYqvv8A8B/8d/vU/wAZX817q0doAzLaxKrKvI3Mu5m/7521DoAKzKZVdCvJXb83zdKmfY0hBvU66zEcCK0u7zWCoEX73y7d3/fO5asAJNvIVoyrMu1kZfT7v96sq41BYLuKJthQKu4Y/iZm3Nu/3VX/AL5rbuG2xskzfOflx/31/wDEtUx5riqPUnE8NpaSTTNtWNWZmH91fSuHjludX1I3M0zrGzFtnmMylf7v3v8AdrX8T3Ei6atu5Y/aJF5UfLtX5m/9lrn4p1tHXarsSyqo9vvN/wCPVpymcddzodZnsmskWcSMGDeYIpWVmVc/J8v+0y/e+X5WWsiez0kacz28Txylo1ZkkZiCzbfl/vL92qNxdzzS4aRt6ja+Pr93/vrc3/AqjmkEdtFbvuYzXEYWJfvMMNt/VaLFy0NDXLa0g8JzKiSRyNb5YMfk3Mu3cy/jXjt/eCCbbtXJGY0ZdyQr/eZf4mbNereNNSgHg2d5G3Ms7B1HUqsjMP8Ax1VWvHZSJTLLMczO6s2P4vl3bf8A0H/vmuiim4+8clWeuhuaP4t17SdEmsrXVbhY7xV3+Yi/uV3bt0bbdyszL95WVlX/AHvlwJJ98ju0jZdiW5blv71QyOztlt340wCt9FsZtp7ig/3mpqkb1QHJZcVLHBuXJOVZ/lGfmb/dqqvmGRmQ4x8v+6tLcpqxOQqNh/vUqOwbOaiwRkq3PrTnYr0qQTL6XGISr9RWjpFn5Ucs95cQW7MqusctwsbGParK21m3fNuXb/eX5vuqzLhEsQfLDlsbQFX5mb/Zrr9I8aXWhW9rZNDEsdgZPKcopXbI25mVlXnd8rbtvzLt/h2rUvYunuRawZdMsbhJYxvZfJ3hlZAx2/MrL8rfKysrKzKysrL8v3sSwZoURhwu7mtvxVq+n3+lStHbQLLPMtwAu2NYX2KrMqr/ABNt2tt+9uZm3eXH5eNo8iSO0L9Svy06a0FVldnbeFy888MjAhVbPHP8LV2ccioHCIxZlPOOtcf4Et5FvZIwMsFPFd5Y2TO2zH+yw9qiroyqa0KwTGM8setUfEkgi0uYn+IKB9dy1ufZTgZbaq/xMOtYPi99sCKWOwv8/wDtbV//AGazRT0OUmjQlNoZzt3Yp0kYELyQu0qxqVVljbiTbuVf++VarUUOY5Su0bVxz91t3+f/AEGpLdJJku5r941Hlq0gt4fmZmkXaqqqrub5W+b+Hb/tbq0ciAtE225dpwwZVyzN82773yt975VVm+X7rMrbl+6xVq7hMd/cvtFstgqyiBZvMVVX5WXcu3c27dub+HazbfmopCuW5VW6SOeYZWRN0+3+F1+8v+z8ytt/2drfKvzVkX1gttqcNqvMctvA4ygCgtBGy/wr/DJ/6Dt+WtOa6axnurOKRpEuGdlyekiqyrt6L8ysyt/eZY/vbc1zyT2lknlyGCCeG8juFhIVi8TQrubcrbW+Y7tv3vvfL95VhK2ps1c25IC1rdvHEXO1WVUXczDdtZV/4DIzUeFG2xzW8jbZVZmC/wB1WXp/30ta+oWshSRYiYXMLKNnO1mVtrL/AHvm2srfxbf4ao6bDCutXlujr5xLL8owzMrbWVV/4F93/Z/4Csz1ViloWNctIbgWZkjHKtCzMflVlbduZvvbV3K3+6tV3ee30mOO0t2RFLKAVwo+bO1h97/Z+7WpMqT6fcRyguYysioPubcMrY/76Wq+pGV9ED2+xmSfbOzLuZX2qyjdu+VWVWbdz8yyL/dqE7aFON48xm2s8f72eVHdiys3zdh/3zuWqsmugSu9myvGIt0WRt+78277vP3sf8BpJkkJdWPLfMo+bpVdraNd6SASOxyCF2sR/wABrTR7j5pRjdG8t7b6lfRXTGNDc2qlkY7cOrMu1V/i5+b/AIC33q6zSJbq4treG7ib7Qsa+QysGWZdvzKv+0rKy7fvfLu/vV56ixtaWwt7dUmhkRwAqqdqtuZG+XPdvutt+Zq7vRLWwv5RJNaRzyRxHy2ZQcq3+z/FtbO3p95m/h3LnKai7EtOabRF4gBuPK+bcV3Khx/CVXb/AOPbq5acuL8Ao+QFKrt+81dlqc0OTa71iUj5Qq/Kif7Kr/u/d+X+GuR8QTm31QzQKjMI1CsS3yn+L/gW3b83/fO35t2kdSUyFJVLSMPmLMzHbytZ2ro9wixzIXDLu4+781XbNZhGqM2Yi21NrM2T97+KqWoCRJRHhtzSLkt0C7lX/GkpK9kbVItQuyeRGvtMNo8atbOrKyv0VVb5vlVvvbt3+1urifFejHTJYjB5kkMqqFZhuZWX+BmVf8/99V6RpFvDDEu1ELBmkAboSqs3zf8AfPzVWddxwSMdwTW8HqckoRseSwWV1OwCo7Buy1u6H4WvLuQBV2Rr96Rh8or0O2kECKqfKo6he9WDdSnoflP60XfQmMIvczLDR7PTbC6t7dWae4tZIZJ2HzsrLt2q38K/7K/e/i3V5BdIY7nLdDXuImcsGd/utxxXjeuwlb+6tn2loZG2bf7u6qjcKqtYqOPlx1U0ynwkYCOPl/iXP3aSZdyHaQfpWmxBf0KCR53ugP3cHzMeytt3fN/uqrt/wFavvpiTMRayMiMWLKwVl+bd91W+7/wH71LoEd5/YaTxyIgMzFBIoKudqrub+L/Z+9t4+7U19fSQW7m7tGBRgV+csGbldpYrn/gLBl45/wBrnk3zaG8Ix5dTnZ440unVGVwCoU7VTO1fm6f7W5afbnZINnGaqREhMKw+9jcfvGp7T5pUQ9D1rWOhjI9X8AXCr50zLuZo9v8A303/ANjXUrqDrlFfagb5cLXL+C7eKLSfNdvmkbaOP4V+X/0LdWx5yKSCV/H7tRPWVjeHuxNOe7b7O8kmS5Y55rm/EkzyyW0Z4DKzEsMr8zL/APE/+PVbaTcqgsWVflOaytRJk1FhGokEarwd391fl+X5v4mpcnKjOUryI5Zmg3pEV85l2hgeFbb83/Atp+X/AID/ABfNWhayXBijkeWNf9JbyWVtuG27W27W3Kqp/e3bdv3dv3si5W5327SF9jNGZDHGy/MrMzKVddvyqsn8P8Py/KK0rYyxpG+/ESxu1wNxzxu2rtZv7rL/ALPzfw/NUMSZe1nyBcaobeQlLWFtssjbnk+Vtrbdyr8ysrL8u7bt/urRViCSZ7KaJmkTbOyzyiZdrKu1dq7vl3fLt3bv4mX+8ylAzL16JWeQ/eSRvlasfRrZLrxazyJaRiYKz7tqLIVVfMZV27VZmXd8u3b91dy/LXV63bia4uWUZ3Ssyj++277/APwKuPu4Nl5JP5Sv9nVVKMFZWVm3N8rf3fl+ZamMuZWOiceV2PQb26tLSeJLy8W1kZSVicqFbcfmVTu2/N8v8X+1XGaBYudXkiur60VApVHnkVWuFPyq6s3yszNj+Ld8rbvu/NT1YM0ME1kkFqyuoK28KwLJu3bW2xqqtu2t/wCy7furHZXOoeUgQgYVk2Lbx4dGX5lb5fmXbhfm3fKqrWqp6GfMj0fE0ardzbyhVY5JAu5drLt3bl+8v3W3f3V/2d1QswsN10Yvtdngrcxo2Umh3K25WX5dy/eVvm5X+Jdyty2mfb7S32sYrdCd2/a25n/u8Mu5T/dbduz/ALtOudcA0t3aIxSb9qPA6qobb8ysu7dt2/8AoS7m3ba55U/eubRmnGxu6hZxCXZbTLcRSoGjkj4WaM/dZV/g/wBr+626su9spbeaJHRWZ8ZaRvu/3sfpT/AniW20bULW31aBn03zN2IwzNErY3J/e2su1W+993d95W3avieSO/v7i7t1dLdzuCllBZWHzMu35dvy/L/vf71crnUjV1XunbGMKlHlXxFXQdNlmdJsqv8ApCoEC/NtYup7/wB5WX/gVa3hv7crRrbrmW2Zk3Fcq38O1v8Aebav/At25du6s3Q7q7gguLmBlkiDhnVg2D833v8A0L/vqun8PXumNOJlgn81dqrkN80zNJuk+Vvuqp2r/syN8v8AEu8mpLmRyKLhdMj1qxk+0ReV+8YN8z4K9fvfL/Cv8X/7S1ytzp8z6nLDLtEalWZgdwI55rt5mWZ5TbtFApbcyk4VR3/9CHzVkrcWEt1e3W2ORowEDCTcrAKu5tu75l52/db7v+9tHJxjcVKHNNGNpukTSTTm3GUhfJAOdrEbf8/WsnWImttQY3O4qhUgE/e+bd+C7mr1v4R2empLeXmuX1pZKFJRJZApBZW+bd/CoLfebj7teYfEJre68Q3S6aWvbdm3pIVaNM46OGVdv3W+XazfL91q4MLWnKtboepi6UPZSj1RR0rUELgl9n3lbd6N8v8A6DU7AFyFZWUfdZehFZdjd3mnxTTRW7ukfzNmHds/vLu+9t27W+8v/oNaGn3q6grBldZtu4lh8rL/AHv975l/76r2I6SPDlsTAlehqQN77WH40kh2tio1k3DC9q6OWJipsczt6x/3q8w8ZhrbxNLMB8pk+b23Krf+zV6arHZtHy/WvPfiNAp1KRunmbW/8dVf/ZaIaMT1OakHluXThBSplmZVV2IH3V71HFLviRX+8vyt71rabYsbyGFt2V/fTc/d2/dX/gO7/vrd/dqZySKirs2YppLW2t4JGwsC7GXbjczfMzMv8X3qzPEV4t0kNtHsUKzMyqdny9F/z/sq3y/dq/O0k9wykSBWG3K9VWubuis8rypkAt8rH7xTp81ZQXNK5rN8sSFlVRjfn73/AKFTrMM77lLeXG3zN600QPcNsiG1G+8TV6ArDGYo1wQrN/vcV0qNjnbPS9GbyNHtBkszQq25m/iZd1WXmU43BP8AaxVW2h2WNvEvISNV3eu1asLApHLlmrOMfeL5nyk0bCQ4XrWOt1umuZ45vKba20j+Lczf+y7q0p2SCBpGbbhfl/2mrBEnlIpWRlUOvzL/AA/N95aVdbBEvXt8olmmlFxL5UKny3BVtz7YcN8qszbmZv725W3bv4Z/PmZ4GYGNI0VlAyPvbT/D935v7v8AurtrQlaOaRLEkbpoFkmC/eWRdzfe+ZvlXG7b97/dVVrFubtIHAY7FaYhi7/KVVflz/wFazQ38JoXdzqMFrGI5WBPnQwsWZV+6zNtX/e3f8Corm2vXljZ1cAhdv3uu75f++vvf99M1FPlI5mer+JkDSSS7PKdpRtTbt27lUf8C3N/F77f4a4DxGskOorJiJ1dlLRgZJ3LJjc3f7r/APAtv/AtZfGEV0uww2rOoYqLaLySzN8zPtXcNzMu75dq/e/h+WoL/UrWPVWmltZGUWYVQVVgyq7MrfKzbvlZV/4C3+82NKDT1O2pJSd0c9cK8FoJJBIIoyrMWPRu3+f9qtvT7G/t9RhhkszGZX2bGGBndx/eX/P/AAGo76SCTdFdiO0VH2+UiDawVl+Xc33t3y/Mv3q6HS9fisMR2biLEqttLE/7TP8A3W+Zv73auhz0sjFR1Oa1e9uIbiRVSfKt5R8xPmDbm3fN/s/d3VVSCV1l3hXM21myPmO1t3Wuv1/ULXXLeRJWWMjaVbDKrf3W27f+A1ipDN5C7ImnLDbiPazYVl+Xav8AwJf+AtWMnKxtFRRNZ7Eik1GW0WR5nC2sRG1Szbm3N/sqquzf7K/xVrXM6hJBD91BhWO3cWX5fm2/xbg+7/aZqy9Om/ftcyJJDHEn2eFmibaqsyszbWX7zMq7v9lVXdu3U7WBLbmPUUfzUHzGFY1VnX5cNuX7y/L8vyrtXbUQgpuzKlVcFoZl5eyQToUDruUNtJ+XO7b8v/fJX/gNX9G1kIY4IZ4IN77mccVmT3txdMksrK6xOqQqdobbu+6u36/e/wBqmmC5azguQGCyqzFPL3SIdzKu4bvl3Kqt/wAC/wBmuiNGMY2OWVeUnc7HXbhJ0hkVlljZNu7blV/2G/2a4iG9mZQscoWYtyHk8vd8w2/e+X/4n+L+Kp4NRvrT93btKdrBipVfm/2WUfeX/Zam+Im1C51K5GoR20UoJWZVgVTu3bm3bfut8235f4VVfurtqfZoqFRlpb2Ybz5sIYJwVnUtu+X7u3r97d/tbf8AeqndtcBUkZ2jkeZQoHRFZW2t/wCO7f8AgVQxXkMaESWcZJU7W3MrL/ddfvfdyn3v7v8AtNUbyz3RcqbjLH7puiF2jqv3lzt/2mbrUQoQi7pGksTKStJk5nvvszh45GjaKTcrRt821ljZdrL95VUNt/hUbqn0Lzf7WjjuXltsuYyDuU9G2/8AoKLt/wBqs5GulV1llhjKFVZWf5cMGb725m9dy7trbv8AZq3ZtHbuXhwG4GUGML6LW3K2ZSmjoJrnT45prO8lWC5G0wu0gVW+Xc25du5V/h3fwsq/KyszK1zFEEBGxiFc91H/AAL/ANmrDMFu0n2i+txI98vmozryqqzKu1m/hVlZf+A1Rj1uPTbiSw1KRltyQ9vKV2lV/vbV/h/vL83zfN/e3tKS1ZnLlex1KTIx2oN5PtXn/jCczaxfoC7ZaMKSm37q7V2/7O1VXd/FtZv4q6xLmNdrbwkZUMrsNqsP4WX+9XJww2l1fyX91Ek7GZl+Z90bfNuVmXb833h975f9mm5KOooxu7GZpFsLULeyEI2CLdThshf+Wn+6v8P+1838NXLGZo5Lh+rZAH+6qrt/4F8xrengtr/ynAWzuJdsKsq7YZduVXcu75d21fm+7833f4a5PVrm8069ltre2TELbbrK5Cv93aT1Dfwt833v++my1mzoajTiXdYujFYyOnJkVVX/AIE38P8AwHd/3zWGgwF2fJjrt70TzyXc4nkQRqv3Yw2VVv4v8+9OVWdhGitJLIyqir95mb7q1pGPItTCcnOVkPWVlRsSMfxqxpqglJH5x1NP1PTLrS9TNpOjtHLGpgcptWT5f4abaMVOwLuYq2AvX7yrWt9LkOLbsz0DSJmawhZCoIRVbd/eX5adrGqR2MKJjdK33VU/5/z/ALtSWWn/AGGzt4mVs7PmfYyo0i/K23/P8Ncf4juimvXCHpD8qD07f+yrUqUWroqUZJWZ2nhTWZbSeWdZYjJINoV13fL/AHVZvmat+90aw1S1a60aMQ34Y7rYsqx3Hyuzbfu7W/ur91t3975m8ktrvzGwr7ZP4TXU+H/ETaf/AKGv+vlC58xm2xL/AAs395tu5lWpkuYlSsa+kyp9q87yyAQwUlduWHy7dv3vl3f5asu/ZpDJCgkiyxijLp8rNu+6zf725tzfd2q3ysq7e7srjS9Y8salfeXchcm8WFQ27av3kVV3dBtZtzf3mbdXFeJtE1jSb1kvIlNuzlbGVGVoZVVl27f4fmwu5fvf3vlrO1iua5i2Eps1SOWGB2D4Y7Nu3725tu3/ANCXb8tFTzCSFriBJF2hhhg25ZP9r/a+b7rf7P8ADRQBgRGTyVZhlezfw7q3ra9nvY5FaNp3IKzMo3KNyttZv7rM21mZWVm27m3MrbseEyzwFo1i2Zwd0yqw/wCAsy/+O1as1VriQSJA7uuf3wYoPmX5m8v5m+Xcvy/xMv8AtVTNIvU0r+/e402KS3KsxI8wANubd8zOG3bt25vm+Xau77yq1RQ6o7qtykYjbz/LYMV3bv4l4X+827/Z+7VyKxsb8vPcazb20zSqrpuZlWNo5Fa4VmbdtVtqsu5mbzNy/daql1o1mnmLDq2lvhJME3iq5K7tu1d27bJt3KrfMu4bmVdzLKRo2XtM1iznuJHuJVjhkJEk0cbEKqqq7tqrx/Ev47qz5dQmS4+0W0MyY+7Iq4eIp83ysvfavzbtv3v9mrNtpWhWsks1zqMDuyyNC6RNIrFl2ruVV+7uZW3bl+6yt95d2r4Oj8Nt4us2+x3dzp7FWkS8u1gWQMrboSyruZv7rblVsfNtVttTPYcbuSO6tvLudAEraQ8F3hWVRIFVm2ruY/L8q7hu27fu/wDfVYGuMoSVIWMkThmhCtkf8Cz/ABL/AHW+ZcL/AHqPFniyea/mtLe5kSwZvkRgqhVP8G4rnd/C27d83zfN8tc8J5HhJJhZnGCSrN/9lSowfxMK01eyKth9pgYPGlyhX+JI9wqwZXmlz5kksjNuYncv/wBjU1hDOSyqttllbcyxNuX/AIFu2/8AfVXrS3ZvlkWXex3KFDMv/fW1q6uU5WUzYee+5WlCHKvuRmXt/dqaS2SQ+XPbeYrLtHIUqPl+6rfL/wCO1fm3FQLaydGJ2tIqfMv+zuZvvVUitLksshv1ypwI/JXcP9na3/Avu1Lh3HB2ZqaZ4Zj1K2WOFQpUqA0pjRA5UlVyzBfmx8vqWUfe5bI1fQ/sFwbRyIXVm82NioAP+8rbdta+kytZXMMst6YGRsblZkdV2/xMqt8v/AW3LVHUDNPO9yZECzyMRGh3MN3pub5q5Ic0alm9DvqShKF0jJuooVVYYppHfHVPmLf7O5l/8eqjPBcrH87ykM3TzPm/9BraltpCqo0qhtwXCu3yt/FuVW3f+O1UaOFSf9KdsnDbpmZWX/db7tdVzg5TPAkW3yAZI0Ziqou5gzfe/wB5W+X5fvbl3L95t1O6vIpdroGn8ss8bmLcyvs+VlXH3v8Aabb823/eXZeFA2PPYqOmcN/6FVPUfslpExuGDgDKKTyf+Bfw1V/dsJOxydxf3txHdXNxJGSzbXkkfMwZj8zMzHdu3Kqszfd3f7W6l0+5NosSlTKZZstv6/d+X/x1V/76bptpk15bSahPPP5aROh3o24KTuUY2/xAdWVm/vd9tV7+I2wSa4DRwykvA7HaduAWbH97ay7d21mVkbb8y1LjdWLjI6TUtUgtdHe/kVGKDEMbfMHkb7q7f7q7WZv90f3lrhLeR5Qpd2LszbmJ5y33qnuJ2nswh/1NrExjA6BmZdzf+gr/ALoWmWowoPox/wDQqKceVBOV2Pt9yySK3VWrU8OXU1prtnJDKys8ywt/FuVm2t/vferNIxf3CtxuZW/8dqa3kMFzDNuIMcitu/ulW3Vc1zRsRB8sjf8AFM7xvbWXmyyu15dO4kLMyr5m6Nfvfd2tu2/3mrO055zqkkqSyJJDbhlkRmVk+b+Fv4auePbeSDxXIjqq7445EHXbuXa3/jytVPRGxPqsrMuY7dVXI7blqYaoub1Ow8O+JLi8s00y7a3ZArSRyLCqskiyNlfl+Xb5Mkjfd/u/3VVcnxTo9w18+oQxs8cyqJwBuaNl77f7tZ/gRC+pW6ySBIJtUt7eVj0VbhZo2b/vmvQNOLy20csiqjMoLKv8DfxL/wB9UKCTdhSlKUU5Hk7xSR3EasuQ8qhlz/DuqOG5kkmeVjy7M348V3mqLDqGpTxzKrIsxj2seV27vmX+781czeeHJobpxagzQFsxPuVm2/3WVf4l+b7v3qfMtiLGn4e1y4gZFZzIo69mr0PQfELPE0DG3nt3P723mVZI2+b7rK3+1XjLrNbv8+frV/TL6SBlCvhd26plG4Jpbnq+r+FbPVHS48P3LxXQZmksJ33My/3Y2b733fut/tfMv3aK5zRfEqjEM53If4sfMtFT7Nj50cgrTxbGh2ruU7sKp+X/AIFu/iUfnVuxv57S/RzMzKdylV+VWVlZWAVf977v/fXy/LTtOihniZGJW4RmPlou9mHyn5v7u35m/i/3a3LL7NBZoJ7G2uFd9xSVMMV2ttdW+6PmP93t/wACq5IE7EWmagsjvbJDLK05yyMwVRtHyEfL8rL821vvLu+XbTJp5DMY7mylklD/ADEKAoI27jtVfvNt2s25ty/LUhvIodyW1ssEOzhUDbmb5cbmZee9XU1a4MIX7BJNHsHzSH5R+G3/AD81JIvnM/ZcxoZEjgtkb5lj2Dcq/wDAt3+dtW9HltbYrcstzPdIrQxLMrKqbvvMrK27dtb+JlX5m/iqSK6YuzSaZFsZdwOFXc3+9tpZrix3kxaTPKONwSVV+Xd83zbWVf8AvlqbhcXtGP1QReUI49K06Q7NxbH71flXcqybvmXg7d3977v8NZ63EhZjBY3FsR283dj/AL6+atCXWrj7Z5mn+FtJsGHCKEaby9u7buZm+bqjMzKvzKv8K7arxDUp/MS2js9qhmIEzMqr/tNubb/vVUURJix6zPEg+0Wz3AZcMrW+1SNv3t27bu/4DUi+JEMeLizjcBdoRYdzf98sqqtWo7nRrefbcfZllZsfea4UL/ezGu3j/a+7Wq2oaaqFJHhVAuGV4W5/2lb+Jf8Ad3U2xJX6mDFriT4Vo5Iwp3kvZqzf7zMrf+y1o2uoqYv3N8rICS2bZl2j/wAdqKeXSHkMhKiELuZgVViv3m2KzMzf/Y/3vlq3B/wj8FvJNbagJAsasse1tzt83yruVl3fw/NtXdSbuWo26kMerJHMdusBGHRTbyNn8FVsVZa7MqbUlRpAjZVUYMen8O3in3N/o8NpI9rewXDrIyiFoJo5nT7yt/q2VfvbfvfeVv4fmZtnfpJvItpWVDuOxt6lv7rLhdv/AI7WagO/94rtJvhkSRFk3LydrcL/ALrL/erGeKZW+WRlXvtVk+X/AHa37++kfahtWOB1aDcdv/fVVDKIbQyTRNCy/Md1tt/4F83+fmrRRsLmRlXirbQCV7iZ1ZuFZutcrrF28jM7k5+83OR/u1b1nUGmlLF9w6LXO3spAALfxUyWU9vmynKru3Kqk+jf5atPT7uG7lTT713+zKfMNtG2FZtzY/3lXc21fl27m/2manYgCbew4CsT/wCg1DbReZFLOGxIzZVv7p/hpWBOxPe2ctlHeQtudfKXy2PO5dy/y/z96ooFAj+9/Ee3+1WvC/8AaumyW0jmO424P+1t+Zf/AIr/AHaynR4i0MqFZEZsg/hQPcfcnOosd23dGrZPekdcxOuNy9KbMf8ASoz/ANM8VKtNuwje8auJ7nTLg7S8lkobb/s/Mv8A461YmnSMkWpHOchF/wDHlrT8RnfZaROF4Fsqk5/i8tVb/wAeWse0P+iXhHOW/wDZqzp6KxVTcteHW/4ld2+Ok1nJj33Sf/FV6XpGovqFvLeyqqsbqaR1XhV3SM3/ALNXmekgLourkbjsW14/2fMXH/oX/oNdV4au0XTdQhztztkVf9plZW/9BWtF1Jb0Go/mvO0hf94rbwrbWO5l3f8AjtNa6iFqUR3JZsuytuY4VV3N/C3yq3+7ub/apkkrLE6KqMG7sufu4qC/bF6yR7pI23KoJ+barfL93/drKUbF9CxeWcF2gdNySSkgjO7bkfdb7ufvfe+9wKwtQ066s9nm2s0DEblSVcBh/Wuk0x/tSpDGmHh3NuZmVS2NzMwVf91f4vm+apr95zajSlljZRNlluB8xb5l3qy/NuXafm/2vvbvvEZWJkchazFflLMoHRl6rRWxrejpEn2iynWeMpuZNy7g38Q/2lVt3zL/AA7WZf4mK0uSdtaLqEwVmS2SQp8qsHJ2/eHy7f4d23b/AOPfxVctILuANJJZQ3zMc4i8zd/30rN8v+9/wKtuGyWG18/UZtNKoyrOpaNlXr8rKqru/wBnbu/4FV+ObQWYwi705trbRHsCeUvO77wVm/4E27/x3co6blJXMGMLNDveyksFHUh4mx/30u7/AMeqVWWZnEN8b+aJVxHHaxzsf73yxqyqu3+Lcq7v4vl2tvTDTLNn2xWlxMg3MxRVZEP8TSKu7b/vfdqlqF9rDyLb2k1tYxxNuxbJJI7fK/3lVmVV/i+Zd3y7W+WqvEpqxVlt5rx8poOrwIE+ZXVY9zD+JVVdzFf7u5ep21QW1tHkedrHU7wxMcgKG2hezLtZd3/Aa1l02wuZI7jU5XncjIO1sZ+78qtJ8rfJ83y02+0W0uXRCbkxRDcqPYyMqLznH3l/h+6rLuzVKUSbGVZpDIzSQ2sPmsNokkt/JJX+9tVdqrVG80O/LLJHot3fTO+0RyM0if7LLt+Zl+X+Lb/ut/DrX8Ol2xb/AE1i7fK0SxKdzfxIVZmX/wAd21W021sZkd7lFtrUnlwbf5mX7qhY1+b/AIFuWjmQuW+5mLouol33aVbwqp3lWtsY9sMqsv8A31U62bK4MeiwSvI3zvc3UcbBv4tq+Yyt1P8AtfNW1ar95LCF2SMMFfzWgjXczf3fmZm/i2/L/vVKy6s0a+c9xLHG65KuwVVT7v8Ay0VmXj+KovcfKkZkGmXDJmXQrKPL7hJAsLsP+BNuX/vlatDSrczORHLIwA3s0sblX52/dZdvyfdVv+A1puZlSVpDcIrj77WtxIwz/tfdX/gP/AWpEt7wld97qrAuQsaJGiFm3fd8xvl6L8u1v+BU9ikk9zAvtDuIN73EaxgnKqyQpu7/AN7/AHv8/NWPLO8jbIGhbyjgAahGq5+78vz7W+9/D/6DXcxobmJrctNJcKWeVgyyL/D935dv91f71Q7NVt4ZIRGm042pK7SMy/7se1f/AB2hSFyROLk069nbddSwRI0gyTMszKzf3VVmZv4f4v7tZGv3sVvC9kJy5hbM0iH5Adx+Rcf3f4v9r/dVq6vX7y9g02+urlZxLFE2yQpIqx/LxtZvlXv92vJ5Vle33xBio+UlR8vHXH50SIasF7OjSFY2Zl/h+XbVCdwE54pWuApZWZY5Cvy/LtWoYy7Tqr9AzMffb81ICd90WlnH3idq/wCf96i3HlW0aKeMVLeh1js48fMyrIf++d3/AKE1NALszhNwX5aY9yOySWN7i8hVy0Lqz4O3jazN/wCg/wD2LVr3USanYLf2YzKgwUH93+7/AOhf+Pf8ByozKujXYV9iS3IVtvVl2ycf7tGjXbWF07hgU3bXUfxLSWoPoQynmJuo+YA+vSpFatPxPZRxxLfWgLW0hViy/dXdWVDyAaAN7VwW8NaTMgz94f8AAlZl/wDia5+0BNlccfxf+zLXRXbK3gmFs7nhuZFwf4fmVv8A2aubt/8AkHz8fxL/AOhLWdMqrujSsTs0jW1UIP3ELNu/h2zLWhos5VFC/wAcTKw/75aqenTzS6BrNkdrxpC0q/Lubc0kKt/47Gv/AI9RpU6iBWzu2srf8B//AGatKw5GyWZZlKLlgysOfrU1qZBdxyysjMrbssm4/L/lazb7ULuwmZ1sLa6iDbfnVtw/4Erf+y1aTXdOSQRXmhzRNtXJjnUq27+Jd22pkIfb7o8mWLdcyzKWZmyflXarf7ys27/e/wCBbnSsTO8odxJICuVTaqqyMu1dv8PLblX5dvyr8tSQX/h66iFw95eWaN91rm2Zgf4fvLuX1q3b6ZY3csf2bW9KnkbIWMXcSyFv7qrupblWuZ8b2iS21pe3t7BHGm4GC3EjK25tzYaRdu1v7u75aKt+KPD+o2U8c1yiW1uoVGknnSPDMNvyqu5mX7q7tvy7vm2rRR7xPKj0CDw7b4V01FLy1t3bFyZ/3MLNtLfNt2r91f7v3atHSI57xI0F1cw4ULJBOvkN3ZkZV3Mv+18v/s1dhLpN/NbhPs8WY3eIJHC1vI2PlZdqW6/I3y/xfxfK3NZN5A6o010mlJyNzPr7lo03fL+5mZlb7v8AEqrz91V+WrZp7OxjvompIZI9KMkCrtVn3zbVXdnapUKrf8BZqptpOp3N2HME7yAkr58QWNf4vu7W/wA/xVfu28LvfiS3e91KeCNnkWe9aOJW+VNizQbY1b5m+VVZvvL8q0suoWwKQx6Ddi9kTZKt7q7SiPb83yxyTMy/3l+8vyrtVmpXJkircaReQlWube1iAyzNDE3yj6rtVf8AgTfw/LuaotQgFtbE/wBm2d48aqNyiS5VT8v8S/Krc/xN91qke4aJYYLK3itpBtURtPbwOA33o/327c3H3VVW3bf7y1LJqVyYYSs+joxmKyvLe2247f4laHbt/wCBbm/ur/eNibHP299dwSi1i0YWzt1jis1jZc/3mZf4smpZNa1Iz/Z45NPjkPWP7J5jP9f9Yrf8BWuivvEOhWOllp77w+pT5FC3k12zN/eU7V3dvu/8C/2ud1fxhMsHl2GgxkSIMzXUTYcZ+XEayrtGP7zN/wCPbltIGrdSxanXpDiLUGBL/wCrYJGpX+EblZv/AEH/AHl+6tGp6Zf3Dobi4IL5yNs0yr/u7W2/98rWVpetS3URSXwxYyxE4UIyQAsfvMu7d91f7zNt+9uVTW9b+MtLjhVTDD5gbahW488NH67ofl/3l3f8B/vALl6iWHhyWONWguoVmKDDtExbv/DuVl/4EtSSaNKCoeG4vQuVwyxxxttb7u5mbK/xfd+XO7tVtPGEEVukwjsViVVMi5aNg24q3y7W3f7vy/L3qofiYiKkSWFsocqxxbfaGUj+6zMqsvzfdZfvbdzfLtqZXL/dsml0TW7tDGXFpGvAEDOWZf7u9vm/8e+bNMtvCN39tWaKS9eUZHmbiytuH3m3bv8A0LbWe/xHumeGdvD+ktdBm3TmORVKsvy7Y1ZY1bczN935sjd935kj8bXiXiXZt4I9qLEUjjOFXawZv9YrfN/F821fu7fu1N2g/do39X8LXEnh/U7jUr64MIgYnyi0mNv3fvKq7dy/3v71eLTaFfxyhoWgSQou5451X+9n5e6/8B/ir2CDxZpV/HeaeUMa3ERRY3kkLK7Ky/xLtVdv3f8Avn5VWvMrm8MFwwmZvLwCzKMt+dJSfUlxi/hOKnt53mZQ0WN+SzFmU/8AAWFRRRFI3RRksVj+5tUszVsahCzTNOCGUtncP7tVLH57tXY4ALSH/gPyr/49WhmLeBX1GRh92JVULTICu0nPWmhiyyyqf9dIzD/dX5aa3ELP/vUwuEm5fDwPI3TFuf8Adk/z/wB9VAo5kOf7p/8AHat3Sj/hHoVV0PzNuUKvysqyf8C/i/iqpENzuf7yrUw2GbPhvUo4F+yXa+ZbSNt2t0Vv7tQ6tpy6fchIyWt5Bujb1/2f+A1mYDW88LDI2k5roNBvYdUsTp1+xyV3B/4lZejL/tf3qbAbuU+F72PaWZZlkU4/2V/+J/8AQqw7Q5sJ/wDaXP0+Za21tp7a11OynVFkWHcNrfKyru+Zf++v87axLM/6JMv/AEzaphuypbI1PD6lrfXwDjNgzff2/wDLRf8A4mqem82uP9n/AOxqz4dOYdZ+ZFzpsnT/AK6LVPRjuLIx4ZmWiPxMmWxubY57MCVm3Tp0IX738X/j1OuEZrkFtjPhV3bmDMv+WqnE+LFpCyssLMqpt+Y7vm/9mqa3ulnJlWNlKsqsu5WpMIiRx7bWSJQFVmbqu7Ksv8P/AI9/lqy301Q7h3QMv3kYfNt3f/E1ty3aRSqruoZuoZtuKFmQxSEuhQoyttO40FmPJFHBdmyjZzBMoR40kZVbbt+8Pm+Xcu7n/e+X5aKne3gN0geJwPvbl+Xb/wB80U7ge+aXplxqUMt3p8Wl6vFPF85s1mebayrujYLMzdm+X5f4vl21alS80y1e5ttH0rT33MssdvayKrr/AAiRlXzFVl+Xazf3VbdXkdrBcW7x3EUpjkjO8SBsN/vY/wDsq6ex8ea9DsTUDDq8KrtUX0KzMg/2WZWZf+AtUt3NuaJ1sV5dXCB7zSYry5L4WS1uJNxX+Bf3is3yr/td/wCGovEFtq0duZTbLp9izOrfaJ42Yll+75bR7Wb+6u5m4/iWqNn4q029DRPLLp3mN937PHcQKf8AZVtrf+Rq0tIjv7hxFY6p4avotmAZ7NredEP91ZJfmZv7q7lpJkyXNsYMWi6PM32mbW4dQfbgSW1k86qv3du6Fmhj/u7WVt395auxWOkTW/2RDeW08nzQmGO2bH+1ujZmVvbb93+9W7r+mW8aCLXbW3tmRPNMlw7QMC23azLGV8xccK27/drH1G3sbi0Y6NqkV27AMsen3VwqM390tJdfM27+FVZv9mq5xcjKcmn3qQCX7ddNHGm1Xu2kGB/CyLHbMzf8C+Vf4v4c5l1bafDN51wdSvWYhvNh1KKZWX/aj2rIvT7qxt935auWeg+MJpQ32WCUBNxm1WJVVf8Ad3bmP+6ysv8AeWpEOk6fqQOq6h4X1e7VdqWi2a3DRtlfm3LGy8fd2tt3f+PVopaEMonR5daDmeyurlZFZFjW8KHYOisskO7av+1937q7apw6d9lLwNouzYdjgXfl45+Xc21d3U/LtX+9u/hrq7zxDHDafZ7LRZ5beRFYpLIohUbcqyxru3Ljb8q7VrG1PWLKCCHb4Z8NWMYXeiyWayNuP/PNV+b/AOKYf8BpKRLRzuo6Te7fN85XUNlVMrOV/wBlWX5f/HarRWV++SILgqv3isLHb+laMN5rEtzPeWOgae6ja0o/sP5lVm2qy7dzL/dXd8v+zUN1rviaK2EcehX0aBBtkk0uVdvptZW+7/3zSdSPNZsfsm9UR/2VK8yLLPKrKVby5ImVu/8Anb/FntWtYeHpiiytpt0rMu1XdVKY9PvL97P/AO1XMWWq6uJZDY+FJnlYZZ1trhmPByWYfM3VvvZ/9mrTi8X+KrOYQX1rBZuEBaG5jnWYqyqy7laTcu4MrKzfwtu+6aOaMvhZLg47m1bQyxw3Ecem7FCsgMkiqz9PvKrN/n+KuKvX83y40TcD8rbh0Wuhj8Walf3ostNsI5byRcCOIMzMf4tu1d3/AH1/31Tr34efEAWa3Vv4Lvo4fmaeaYCOBF/vMzMqqq/xM23b/wCPVjOUYz5WzaMHy3OIv8eSyqNgVejf3azYdyWlxKv32ZYgP9373/jzVa1OaRJmila2xC+1vKk3J8rfeVl3Ky/L95WZW/h3feqscrb2qSHhmaQ/5/4EtaxMWRPsjVIk5C8U26YC3fPddtX7fw34pv7MX9h4d1W7s5AwWaC0kkRirbW+ZV/hbNVJ9H13aQ2hamu37261kGP/AB2hzSe5XspdizeoB4cspNzZfcoVhyPlbb/6DWZEdsij2X/0GuhtvD/iy/8ADFxPF4dvzY6XF9onuPIZFjjVWVmZm+9tyv3axrTSddvLNNQstF1G4tVG3z4rWRoxj73zKNvy0RmkmKUZ32GxkCVgejHmq1oxQh1JDI3BB/iqaG11JpAYdOuZCP4RAzf+y1ZHhvxIXeQeHtW2ytwfscu1mb+H7tDnDuEYSfQ6XTriLWLGW3Kj7csLRxsSF3K3zbf++lXbXI2CtEJUcOjjcGDZUq2PutWhp8dzZavJaTwTWtxbtIsscilJEkRWZlZW5Vty7WVq0r23g1S0TWLNUEoUG8ReSy/89FH/AKF/u/7NOG5M9in4SCvFqzOeG0uZB7t5it/8VWVpPyyMh6qc1q+CFR7uSCR0jWeGSJpG+6vyq27738K7m/4DWTbZW5Kgh8ruUj7rfN96nH42XLZGxZqsyzQMilGCttZ8f3qi0cxxaldROzFWXcvy9du5Vb/x5ak04t9sVVHDqyH/AD/wGqrstrrHzKygjG3H3fut/D/u0pK7JiHiCItqPlxqcsq5Ddm+Zq0FjMaKJzudlXcW/i/ztqhflW1iFidyfdZvvfwtWvOVPlp5XRANu5lqSysMI/mRMyN253f99K3y0U25dSzsse35tu4/d3f+hUUAdXJOjSAs6ov3VXGNu3+KnqsDuo3Abm2fKu1mX+Jt38X/AI8v/oNcc+pl3RGYOBu6j1rQtr5QFVHwcbdpX5VqrIk6eaO2DMskRcnJyF4Vf4d397736fL/AHarywXNt+9iWdV+ZU2/Nu/u/d+X/Pt82cmqDzFWWMt828MrfMF+v/xVaNtqLSyMTcFoyFAjkJYBc/N/n5v73+8uVMFJrY1NP8R61psS2iSs8bsCYpPmh3N1DRt8rfeH935q1YvG+njd/aWhWhdm3faLAtbyFtv8S/db+H5VVawpbqxhiaV5Gt2jyuImZWLfd2r975mVvvfd/wBn5WVcZIrq5vvKtQgkO4ScsCQv3owVyyoq7dzD5mb5V2tuNT7NdCvayOi1vVvC93I0tw1zcjGJUcO2JF+7HI3nKv3dv8W7ou2tuwtdEae3k0jRdHvL1ygto7mNgJWxuO2Pzpl3Kqt8rNGzMG2q21mriL2xgsoYUtpVM0ZO/CgKiZZvlXcqr91m2/KqgMzN8rM0EOnzzZnYTtEQroBuIf5mxu5XP935lXqdqr91hqS2HFpnpNxP4otd8l/pei2UYk2qstjFh5R95m2s21v4fm3/AO0rMtMFut5ZN5cuim+O5kla3VXC7fvbVVVVf9pv/Ha8/sJDo86yRRGe3R1M9szMolX+JW2srbWP8O7721l2tXRL4r8L3UKQT2V7pKqifuGkWS1ZlP8ArH2xrJu/4C3+ztX5aXNbcDN1e51Sw1W3Flrc6Sl4o/tFnNMnntuXb91vLZfm/hXbzXdftDeNfEvhzxpY6LoOvajp6Q6VFNepYsELTySSNlipyf3axbV3bVzwvzHdyWg2dlrvxJ8P2dkba4jlv43aeC4L7lVvMb5Wbcq/L/Eq0z493P2/40+K5oIJnWK7SyDKm5S1vbxwt83+9G1c7UKmJ06I053CGh6n8NfFuoxfBC68Zarqdzc31pDfyRXVyd8jTLuW3Dddzea0YX/4lW2+D3N/NfxS6tq011qmozgGW5v52kkkZVUbiZG3Haqqv3m+Va90+EkEg/Zd1ksuHGna4uMKoLfZ5c5A+Va8B0m9ktks7q8tLWfT4ZYpZbVJ/mkjVlZlZlb+7n+HvXLl6UPatfzMdeblyXPZrK2b4X/CVdeg+y23inXJI4badyqra7w0oYZ/55xrx8v+sljb+GuFufFWrpa/2hq114f8VwWq7Xg1Kzt7qRlzt5m2793zdSzfN83zfNXqP7UdvFPYeCiqI9tLc3rhGGV3Mltt4/3d1cB4i0/TrTw7O/lwxu0DbGIXcH2/dWrwLVajzS+JsupNqdkV/H3gLw9q3gGP4jeBYTDpm1Te6Yu4tbEMFkZW3Mx2sy7l6bX3LtWvImuV2DLMW2LGrKPlC7v/AEL/AOJr6c/ZQ0w638O/FOgXW37Ld3clmfL5IS4tTGzL/wABbdXzNqNn9iaeyDW9y0crRvLbSb4pMMRuVv4gdu5W/iWtsLUk5TpyfwszxEYu04nrf7JT6nJ8U7bTZLy+h0by3vJ7N3ZbeVVCrvZfut8rBt3+zUnwT+Ivj3xD8TbGy17xHeXllqDSeZbzFdjfu2ZfLXaqxqrKrKq7V/4Dupnwju3t9P8AiFrEk4RbHwlPDFIE2COSbdDGq7dvzMzBd3/Av9msD9nOID42eGYo/lXdcD/yBJWeKpwdKq2un6GlCq1KF2dl+1nqutxa9pfhm01K7TSpdFS5mso5WSKeZp5tzSKvysdsaqu77qqu2sf9lvV9Wh8cf8I7c398dPnsZ2itDIzRRyKVbzNu7arbVb5vl+9/tVpftWuj/Fyyt0mV3tdCtonRG+ZWaR5Nrf7W2QN/ulapfswW3nfGRDjO3Tblv/QV/wDZqxatltv7v6DU/wDadC1+0B8QvG3hv4pXejaJ4ovdN061tLRore3KooL20ckj/KDuZmZm3H5uf7qrV/8AZ2+JeveJfHI8O+KNeN9aXMLSLNdYUxSLhmAc7fl253Kx2/Lx/tcd+1HB5/x21eIOsRS109Nx3HObSH+7XmN3p0sLoJDbsxw5ZA2Cv4rXVRw1Orh4xkuhi6841W0za8U+IotS8da/rsEYkTUNRvLuFpflDLLJIysy/wDAvu1peFoJNPs4rqBmWWQKywkfKy+m7/aX/K7q43yHUqgVBnu+7dXTrrdzp2m2llEkMhCAtIeWy3P/AHyu7av+VrtWiMHqbllotgLyO+06U24kmaTcw4jXadyqufcfe+78392p3Tw8yJZMtq25zIwswxZm27gyqqszf7u77v8Au1h6XfvcPeLdp5tpKR553AMVbpIf91tu5l+6xDc1ZXTRpJYFmZZdvlSuPmKj7y/L/FuH/jv1oBkEduI4xPp8EYG1mVppvmP8O3aq/K3/AI9/49WJrX2g3KSXYVZzwrKMKfvf/Ff71b1w0gZ5mUhmO5wo4OP4v97/ANCz/u1WkVJVZXQPG4+bP3W/2qhysyoowVlZrqCSYKsanaecr/FW39oV1y25EHyqF+9/u1mXERRngbcVO1lb+8v8P/xLVFbM6F4ZTuXG5M/yqkrg3YvyLGxXa6qm3d/d+aiqkjETggsImfdxRSGLc280UzJIpVlJ3BkZWVv9qo2klVSF+bbXrVxHcal5cet6XYASRs0ChmjuNv3vlVV5VVZVrD1f4ez7DPpUzvF2jmXZ/wB8s3y/99f99UlMlx7HBW94VfJGT6Gtew1JwpRpBsVflYt93/P9aztR017ado5oWicdVZNrVSYmM8jI9avmFys6QXL7ftSgSPGq7Aw+UyM22Nf91Wbd/wB9VuaDeR2dsXQGQCMLHIx+aRvur/wLczN/vMzVxaXbJaCMHchlDMW5+6rKp/Vq1IbjdC0AldHmZUUA/dZvl3f+Pbv+ArRcLGpZyfapQ1yZCr/vs7eWj3Ky/L/Du2q3+6IV+6tbVneGQFztEattVBu2bh/u/wB2ubsp4rhpJUYL5rMFUjaoXd8q/wC6o2/981dhk2oikfOwyx9FolsUnY1J2BjYF1XaMszKjq3/AAJfmb/gVYesKi8uSUPRifmH/slaZmlk+ZVz1B2j5mPPy7f/AB6up/Z88PWniz4zafpmpWNtqGnw21xcXFvNGrRyqq7VVlb73zMv/fP+zWM3yx5gi9R37HeijUvjO2qtBvs9HtZJXeRflR5PlUfkXb/dDV5lqnivU7vW9W1OO5uZY9QvJrgi5ZWd/MkZsllVVDfPztVV3fdC17xq/wAZ/DfhTUdZ8H/D34e6Dd+GhLJazTGZvLvxt8uRvlVlaNl+VWZm3L838W1eFuvHHhUTx3UfwO8Hi4HzbpLm4aPHq0fyr/31WdPmU3NwKk+ZWPWP2f4rvxD+zRrthb2kn2i5i1S2t1WNv3jS27Kuwt1yx27l3fNha+cbLWJbrRTaW0NsWMe0hTls7f7vy1674W/aNv8AQZbe1g8A+G7HRVld5rXSxNBId33mj+bbu+VW5Xnb2+9Vz9q3SfDmqeGfBvjXwdpWlR6XrFzdSXOoWlqsbTySrGyLIyru3fLPuX+Fg38VcmHpSp1ZxnH3ZO6HKSly+RqaPOvxm+Csfhezumh8d+HlW4htWYRtP5a+WrKx+7HJHIqs25dsm3d8v3vni9k1AXz6TLZXqasGZHtmiZbkSejR7d27j7tWNKm1fR7uHV9Fvbuxu7R90F7buY5FVvlbaw+bb823j5W3bdrbttdWPjT8WZbhb3/hILY3SJ5SXbaLZNcKg/h8zyt3f/vr+KuynSdBtLYJScpXPQNRvoPgr+z+3hy8eOPxn4phmka0kb57ZJk8t5m2n5VCbgrbvmkOQpVCq/NaPCkRRVjDY+YbfmFa3iO71TU76S81jUZtT1CfbvmumMtxJgKFJYnc3AAG7oCoXg16F4U+KvhjTvhvpfgrxN8MLPxJFp00s0FwdR8khmkZ+dsLN/FtK7sMo+ZaqnH2aule+5MpS6l/yE8NfsyzTXESDUPHGrRpGjK29bK1ZZGkX5fu+Ysf/fxazP2cIVf47eGkVM4a4YnP8P2eSsb4h+P73xrq0F7qSWtraWluIdP02whZYLOJfm2qrA5Jxlm77V6KFUS/D74nT+An/tLRvCPhy91fc6nUdSW4klEbIqmNVWRVX+L5vvNuqZ0pOk4Ld3BTUWmztP2v4YdP+M8Ewhjja70a2mcqMFyHkj3Mf4jtQL/uhf7tM/ZBg/tD4wXFzE0gitdJnaRlBKlmZAA3+9z+Vch8W/izP8SbGFtY8HaFFqkMSwwanavOrxxhmZkUNIysCzH727bubH3t1N8OfGHXPCGgwaV4C0jSvDg2Qm/vhbi7u76ZV2szNKGUKW3Mqqq7em5urZ/VpSw3sutrDVRKfMbP7VcUtp+0BrDlGjWaGyeF2GN0a2sa7l/4ErL/AMBrza5Zpnyx47iuz8afEnxp4qtPs3ii80zUA6rG0x0e2SdVBV1VZRGrKNw+ZVZQ24r3Ncf5UcdxGvDfMG4P1roowcIRi+iIk7yuU4gyyGN0UltysuOWYMw/9lpdXV2jtW25X5lx/tLt/wDiqhjkCw7mQHMzFnxlj91tv/j1WLiRryxhSFWZkkYhQPvKyr/8TW/2SCtbzvDNE8YUMjblbH8X+1/7N/wKunTVUewieR3W3VeF67fmZVX/AOyb5tv8X3q5uK1ctumJUDoRWokTtbSQx/NuRlPP3tyt8v8A31UtlIedYgdjtt7lx/DjaSf95d3y1Yt54biAvA5KnoWX5vfd/n/vqudWeW2kDKWjYqysq8N/ndWjoDM0Mqsu1WbdtrNopD9VDQwxyfxLJjd/ssrf/E/+O1l3sgDLMD/vj/0KtrVYx/Zs8itkKq/Ky7v4v4f7v8Nc3KVYYxuU1pFky0NRZ0ZI0d139Bu+81FZiSyogAY7f7rHK/8Aj1FPlC59WW/hq5wTeShJZF/eGNVZmK+rMrbtv+8v3qy9f0fULWVZrbVbCHDbXLKsbBf+2aszf7u3+Gptc1vVbm2LRWrRxltuHVVGz+Jv3ny/8Cbd96uXv9Un81RcXlqqgYK29wrKP++V+b/x6uWMZNXOhuPQ1zp+j3luttrizasBuRZJLdYxH0+627cv+dy1xviL4b28kZuPDWoNKoLfuLl1Df8AAWX6/db/AL6q1c6jAiqluGmx82WXauf4v4t3/jtZeo6vdEM3nqGCn5lXDGrjGREpI891qwu9Nm8i8t5bZ1cuElXaW+Xkr6r0qpbXTRz/AHvnVgy/73rXunwh8A+DfizcS6Te+IPEVl4ktbeS5lUwxPatGsm1WjY/OzKrDcrbfmZtvy1xnxm8CeGPh5eyeFYfEWoax4sgljkumNokNlFbsjMq/MzM0xVoGG35VVmX5mqo1ISqeze5DZx0V2qMGBx6j/ZrTt9QaRgiPu+6AvT+H7v/AAKvQvg98H/DHjz4eXfiHUfE+peHW0yYre3l3bRSWTR8tiNtyt8q43M3y7mVV3bq868bxeD7HWEtvBep6tqmnxRtHPdahBHD9plWRvmhQNuWFlWPbu+bdu+Vfu1SknJpdBFltR8vAjdRk7thZsMuOP8A0L/x6r3h/wAUapob6imlahJaLqdlJY3gVA4uICNrJ8wZl3c/Mu1l+bay10Pwd+F0XivS9U8ZeMdcOgeDdLQi4vABvuWHyskeQcfeXnazMzKqqzNXXWeh/s/669tY+EJIn1CWMNFb634gutPkV2XBjJ+ztEzfdXasnzdFb7tQ6kL23/IDyC0EMGGRlJT5VUdv8K2IHR0ygQey/wD2Vatr4HtPDnxGl8K/F6O68IW13FJNaXtk/mxQtuYx/M3meZC33fmbcrKu5l+bdpav4Q+EmmXVwtp8U9e8RyRHLW2h6AXlwSu4+YzLGV5X5lb7zU+bmd0NnJSmAoSQzKHwB5W77zfw/wC1u/i/9C/inh1XUp/Dlv4YF47aPFdtqK2bYMa3DAq0jMF3Ku0t8udu3cxXcW3dHp1t8GJp5g+kfGC7jjhaV7iNLPIVV3MzIq4VVUMzNuO3Ga7ey+Dnw98daKZ/hZ8R7qbUJ7RpHstQZGdY8qGjfYqtb7m+XcysGX7qsvzVlKvGHxbdwUX0PI7WX7cfMg81LeBhIu9tpC4ZWkZsfMzNuC/881VtvzNurRvZLZLOKIILbI2xBmAVNoZjlvm+6vzFv4VX+Jtqti6pBqfhy9udE1e0FpqNtNsvYJEXCyKQApA4Khdu0qzAjawwrbq7z4V/C/8A4TXQL3xr4q1F9A8FadGzSXCx5nnjj+ZvLUKfl3csxDMdqqq/LW05wiroLvqeZX6W8soZt4iYhiDuVpuOrD+Ed1X+FfvMzbqkgjg8pBGqxjODsHzH6eteg32v/AePUIYLL4YeJtQ05iPO1C61toLgLv5ZYlZlb+L7zL/wGmfHvR/Cenap4Xvfh7apB4d1XR2ubeQMzNLMs8iybmZt25f3asrfd2stQp8ztYTdzzia0gfCsqpn+NThh/3z1qnc6Y67VR/mP8TFef8AgS1vNZtDzLHlXX5m2Nz26/K3Dbv+Bf3W+72HwJ+H+h/EbxnfeHtY1y9shBZefB9mVfMuGVlVjllZV2q3zL33cdDuqU1Tg5y2RVlI8n+zPDHgrmMjG5W3KapybQqhShPcr92vR/jh4Guvhv4+utCEj3NhNGt3p1xPt3TW7fKqtt7qysp2qu7G7AUrXSt4L+B17oFjrUfxaudBkkjj8+wutNa7uLaRl3OnyIrMqncu7bt/2vmoVdSipR1TE42PKLXVJHjxd2glUKqeYrNGwb+Hd95f/Hamury0UiVYrqPAwSHWRSP+BbWrvbvTPg/ZSSW93/wtLV2J3L5Gn21nE6/eLLu3Nt/4CtdHo3g39nnVZ5LC91rx/wCE79rdbqAa2kMazLtZsx7Y23dOF+Vm+ULub5aTrKOrQcp4FFKrpJG5cb5AVVfmPRv9r/drYsI0jUlpGaTayhQ3A6V2nxp+Eet/C/ULW7lnTWdEu9v2TVIomjXcFz5ci/NsbCsV+ZlZVba3ysq8lBYswWV2YIqhfl+8341SmqiUoO6I1WjG3EqxSkmQBW+6V53fTbUaXnkTRyNHvQN8wZv4f8/NXa/Bjwno3jv4mWHhfV9Um0+2uYZWRolUzTSKuVjVmVlX5Qzbiv8ACy/eZau/tB/C7/hWvimzs7Ga4u9G1GAPZT3DhpWkXasyHaFXcpKsPlX5XVeWDUnVgqvspPUrl0ucOyCZWDjzVLHbu5zUsZgKEjfGy/dZPvK3/s1Z/k3FkAY9ktuRnaRjb9KQ3oSPeYZcHpkbVP8A31VNApIn1W8VNOktyNskrKpQj/x5f7y/e/8AHa58j5T/ALPFWLueW6lSd1ZR91QabGrMeRux2UVSjYUncjCBnGe1FMl3LMqq5VV6lvu0Uw5T0u/1C7vZVlvpJpJFVVVridmb/wAeZmpylWGdzqvv2qvLGXbInRiegXlqhkAzgsw/GkohzGjFIm0KvT0zVK+ksbd997JMsTNt/wBHVXYf8BZl/wAtVSORllaNV+X61F4kJlsVcnncKZZ6h+yFNn43Tyac8TQjSJ/OWZGDNHuTbt+bg7in3tw27v8AZYSfHfwBd+JP2ifE2qarMug+FYIbOW/1u5DCGGNbOEFY/wDnrIzKVVF3MzL7NWZ+xpJt+LeoEhAv9jTZJONv7yL7vpXT/Ff4p6t4R/aE13SdWJ1rwfPHZxXWj3JWe3RTbRMWjjbKq24s23jd/F/eHlNyWNk4/wAv6mzj+6R5h8RfiYuseE7PwN4TtX0XwVp0rCCznlV57s7mbzZ2B6/MzbF+VWb7zMqmuE0SDUdQ1Kz0yxSJ7m8mit7eNo13eYzKo2tjI+Y//tV7n+0J8MNL0Xwt/wAJx4FS1uPDlx5TzwNGsjW6ybfLkikYMwibcisrNuViu1mVvl+f7iQSJHJH1D/KfQ13UKtOvT5qf9My9m1ufWP7VUMHgf4C+FvAmlTPBaveiOcoQvnrbxszFiv3t0jq3+8or5P+0NLKphRmkcbCqJw30X+Kvqn9pSRPF/wH8J+MrOM3i2k8ck7RgHasybGYsxbbteONW3L95lr5lvGtUhWIG8jidTvSRVBZscqrBsFf9ravb5Wrnyx3w/vfFd3HVjyyPqH4Y/bPjB+zVrXg/X4pZ9X8Phl09mws3mLC0lqzblPzcGFiPvRt/e+avmjwVr+raD4p0+/0G/ubC9WWMCa3fa2Cy5VsfeVuhVvlbutfR37IF4vhb4ZeKfF+sO6WCy/aGkzgmOCNmfa395mZVH95mH8VfN90s0vilL19NhsVnv8AzfJtV2ww5kz5cY3HCrnC7mPyheaVHR1F0K5LNH1J+3f4i1Oz8MeHdDt7uWCw1K7unvYhkCf7P5LRqcfeVTKzYPyllVv4Vrzv9iaTUIvizqAglkSy/sqRLsDOxtrLt/2Q24fLu/2q9L/a31jwhp9n4cbxZ4UuPEBa5vBaCHVmsWgwtuXb5Y23btycHbt2+9eRaN8b4/C3h59N+F/gWw8LT3D/AOk39zctqFwzfwOpZVXcvzfeVl+b5VXnPLhIyrYBU0t/8yZ+7I3f2irSDx9+0haeEPDtjbJeeXBaX91GFWSaQR75GkbGCY48Lj7w2Ff9le//AGv76Pw58LPDngzR1S10+6vVjeNTtDW9tGpWNl9Gdo2/3kWvlYX95D4mt9euLm4ubyK5S9klkZi8jl1kZ2ZvmLE7vmLbmNfUH7YloniH4Y6H4r01/tNnZXy3DvH8w8i6jUrLu/u7lRc/3nWqr3pV6MG9NvmUo80Wz52tIEmiVGcMc/KWzhfu/p/tL/drejmu59MsNMlmc2Wlu7WsG1dsTTMrSsWVdzMzBd25m6Kq/dVa5rSrtRgo5O04Reu1vu/K9a39qWwtWHmOHLNvU5Ylf8sf+BV617GLL2pNAtuWQq57gLt2t7bd1eh/BbUofhd8Jtd+KV7apJc6jqdvpmnxsoZpY1cNNtZdv8KysrbtrNGv3q8du5Z7sw6dY/vLm7lWGNEIYtIzbVX/AMeH9P4q9/8Aidf/AAh0XTdC+HXjaXxFO/hiwR3tdOi2o8s0aPlvmXcwXa38KjzW+Zm3beTFq6UHG6e5cI/aNz9srR38QfDHSfElhawzwaVMZ5pzMweC3uNigrGByGbyyxyCuBtUqW2/Kc1sr2iOyGVduNpPT/Of/Zq+3vhd4n8I+PfAbWOhWd/c6JbodJkstRCrcOgjVRG37xlbcrKoYn73Xbtr4snmtr2S8u7a0hs1nuJGjtQvy26szMqKWO4bVbb/ABfdX+9XDlFSTg6Eo25Ga14KKTR9WfsjeKNYk+DGs6hqeoTXf9jXU6WpunLrHDHaxyLHuPzeWvzcbvlXgV8Z6nf32q30ur6neXN7qNzJ5rzzszSSO3Vt3dsivrT9kBbaT4U+Iba+VXtX1W4W4Xd96NraNSuf4dy7l3V434Z8c/DTRNRi1bSfg5NJfW58y2+3eJHnggk/hZk8hd2G2t97/gQzXRhZOVWqktn+hE1ypM+i/j7q6W37Mf8AxUSQXWoXtpY2yx3KFt146qzSLghgyosrhs/eX5twyG+QoZ5ksx5jLKq8bWO0gV03j3xl4j+I3iGHU9fuIAYBstbK2Ro4IVbGSFZmO5ioZmLMzYA3YUKvO6iILWFY3VmkCgAJ/E2fuqu322/w/wDAq3wWG+rU+T5guWpI9T/Z2f8A4Rbwh46+MN5bB/7JsPsOl+YrENcysqgFQQ20M0KlgVbazV69+0RaH4h/s9weIdIs2m8iGHXEE7qjxwLFI0o24ZWO1vmXcM7Q2W2qrcV4jk+G3g/4X+F/hp8Q211LgwR61c2+lxqS0zM67XO4cbmkCqv8Kht33Vr0T4F+L/AnifwzN4b8JxalDpmlKtu8GrxKzLHMzf7b7k6qVZh8vy7dteRja0oyWI5Nn8rGsYRd43PjbSWtRiW7DNLw3mMu4H/gS9K07m2jvLdni2tg9trL/wAC20vjmaKHx/4is9L0z+xYINSnt4dPG1ltVjZ0VW+Zvm4XdtZl3Et/drn7k3Fu73BmIdTjeG2r/wAB2/8AstfQcxzyhYvvpMu15jtUL94qtY9wYQxWBWdl/jjb5c/7TVae+nvlQ3i3MkfQuvyr/wAC+X7u3+7Vy7aGIi1WMlhu+VeQF6f5/wArTTkyLWMGPzt6yFN21uu75T/8VRWlF8zLFF8p/h3ctRRYLnViPzVZ2kVQey1RvY3LmONiw9FrTu7q3j27VDbd25kbjd93/LVk3WoWxbes3ylu33f++qookjgk2qnm/MvbPWquvrN9jViPlEijP/AWqvcamxVvJ3Ftvyr0WqX2meeFkmm3Ddu2jv8A53UA2ez/ALNMOjeEbi88beKPEWjaTb3dl5VjFLfRtNKrSfNJ5Cs0iruj2j5fWuV/aAPgXWvEt54t8I+LLXULjULhPtGnRafcxMG8tvMm3vGqkMyqzL97dI38K15z9njYsQijPUgdamt7dAm4CuGNGMK7rXd3oa87cFGx7D+z/wDEm2j0K5+GPiyZY9F1CCa2srtiM23nKymNt3y7WZtwZl+VvvfK3y8F8Tvh5qfw91pLTUg91BKS9reIhWGcL95T3Uq23K/8C3FWVq5qWFTwRivQvCfxY1az0BfDHirR7PxVoRRVWG8JWZEX7qiTa33d3y/KzLlVVgq7aPY1KdR1KOz3X6lqUJpwn8mT/Br4pxeGrK68KeKLN9S8I36zLNAgDPCZF2tj5lyrfxKrLtLblbd8rQy+EPhi2qCSz+MNnFobSbniuNLunvI13/dCiHax2/xDavH3abeeOvClrpdzbeGPhfo+mz3cE1u91f3z3skSSRtGWjO1VVtrHazbl9q89SIIgU4OKqNNXclo30Ik9lueteNfiBpOo6Dp/gLwjFf2nhKxdDNLM6rNfOvzKzKzKqx7tzKrNuZgrNt2qo5fw7pFt4i1aGGx1ax0y1t5Y5LibVbiG0Ecaso3bmZVZuvyruauYMCQRh8NET91idwbb97+Hb/8T/OGeKUpu8tpMevb/wBCatFTSjyonmlzXZ9HfH/WPh5450jToLLx34ej1GwvWcee1w0Zhddsiqywsu7cqNuVfmx1+Va8KttNt9SHlaT4dvLeUwkrcS3IggK9mZX3K27+6rLu/hqnoWrPpOoG/iitJZ1HyrParMu3H3VVvuj5vvL/APY12dxqcGo6curxzRiLJieJ5mLwnrtct1VlY7W/iX/aVgqw9JYeHItUKb53c861O3vLDUfJvYGinwGVsqysoX7ysvysM+n93+9Xq3wY+Mn/AAimnp4V8UWian4XdJIyqx+ZJEsi5aPazKrQtuO5WG75m2t8u08J4kuI7y0MEYCxocqwG3ax+6+7/vrd7H2XHMBtwrSdGFaFpIUZOD0PVvEng/4cXV3Ne+Dfilo1rZuxY2eqQ3Mclvz91W8vcy9f4d3+033q5nVLLwrpGi3Sp4ni8TavMu22Gn208VrZ/Mu6R5JljZ227lVVXb825m+VVbjlGTThtGMnFEKUoK17kyld3PafglpHhPwp4ltfFHjHxr4aheG3Z7WyhvGmmikZVVXkKIyqyqxwvzMrfeVdrVy/xgj0+98dav4h03xPpviGHWb+4uwLYzb7ZWYMscnmRrt4Kqu1mXajfd+WuEDx7QoVEPbaMZq3HsVFVXwQoyAq0o0pRm5330LdS8UrHuH7M3ibwx4HstRvNe8aaTYjUjGVsGjuGmhMbMu5tsbKu5T/AAs3y7a4X4uQeGE8a3Gq+EfFFprNnq08tzKiRyRvayMysysWVV2sWO1l+ZVDK23bk8RMVJGfl/DFXbBVIZm2cjGGYL/6FWMMLGnWlV5tZFSqOcFFn0P8GtQ8I+AvA93oPjfxX4e8zUrqSS4sYL37WyxtGsbJI1vuwzKrKy7v4q8L1LRLTSb17Ox12x1235ZLmy3qDyyqrLIqsrYVW2ruVcr833ttZYoI2ZM9F3Y9KuReXzvIH1OKqhQVKcpp7inPnio22JIongtmEA3TztsBYbWX6/3f4fmrr/hx4d8OWXibSfEXjDxd4YtrS0Z7iG0+0vNcO6ndukVQ3l4YrtVmVmwvy/NXLXNxLI7zxRh7lQLOxAGN80h2q2V+9tUs3/fO771UrazVIF+zeW0ZAihBbllVmZW/2tzNu/4Ht/hrSpDnjKN9wjJJ3sdd8dP7J1/xvqHizS/FWmaxBqBijht7USiaFUiVBuWRFG35T8ytuZm+7y23Q/Zx1TQPCOv32ta34y0vSree1e2axkWVpncMrCT5Y2VV+9t53c1xkUNu6ASQoqom4neqbVP8P8v/AK22sy30+WZBczxMPOIcIFXKj+FfZtvzf8CrKeEVWj7FvS1iozSnzJHZ/Hw+E9Q8V3Xi7wx4wsdTn1GcS3lmkUyvA+1surNGqsnG3G7crMv3vvDzWH/THFxLiTd8lvET8u3+834/+PZqzrNvClzFptvJJ5aMrXLqoyuP4c/7K/3qTT2UO0pjUMRhE6LGvb+Q/wDHv71aQp+ygoc17EyfM7leewklxNeb5Z2BPzN91f7u2kV96Bd42xfKcdc/d3f8C/pU2oXMrOlrao8kkp2hY13MT/dVaoWsDrLLDIELAMzAPu2/Ntbcy/K1XG5DRcRTI6w2824bsM23Cr/sq38VFWrRkEiqMKW+7mitBDdWv5JVePbDEhYbSqbmXdnbub/gJrFyXkyzOx3dWbdSiZxNIy/MxLK3ybW2/eb/AMdH+f4lYlJWAjEj/MVY/d2/wtQK6L2maZqWr6nBpmj6fdalfTkrBb20bPI+FLHAX5jhQxZuy8/dr1K1+BmtD4fX/inUdctNNvNJke3v9Ku5YEMMjFRCvntcLGqszKrM7Rsu1lVZGVVbP/Z78b6b4W1LxbYaldto15ruhz6fp2s/N/oNyyttZmjDSLGzbWZk3bWVW2/xL2fgvwZq0H7LXxB0hdT8OyMdYsZmaHXrOSGSMSRjLSrOI48sNwWRucYC7irK7A2eZ2fw+8Wy+IpPD+o6NdaJd21i+o3MmowSJFb2cas0lwxVW3Rrt27lVtzMoX5q1LjwBDJFDe6D4z0nVtBDCG+1toZYLfTJpCyxLcJ81xErMpCu0Sx7mVdzfNt9b0bXdL1L4AX/AMEdF1e11/xpa6Jd3EctpJ5sMoW6WVrK3kC7riTyV6RqyttwrFVO3zX9n2TT4tK+JOr6zFK3h+LwhPaXUsTj5p7iWMQRj5WCyMyvtYq2G+apasHNLuU7f4ar/Yza7deL9Ni0IFlTU4dG1a4sRtYR/NO1sq7fMG3crMu6lu/hL4h0/X57TVdV8OabZpov9twavLdP9huLTzI41aORY2ZmZpVCqY9zHHy/Mpbe8K2ehXX7KSweItQv7S1HxB3eZaWsMrNJ/Z6YUrNJEqrtz8zN97bw26ua+MHjXUPE0Nloa2V/o+l+H9GXSbHTLuXNx9nTyx5lxt2r5jNHGzKyqq7Iyu7G6mgvLuaPjj4O+I/CWnX97qHiLwtdyWNhBqMljZ3Nw072c0ywpMoaFVZVYfM275VI3bdy582YeWrNycqdu09a9x/a8vLh/i1pPlm5g/4pK1hDiQD7RG0k+4/K25lbcysp27sN8rLtY+GSnarr8/H97d96olbm1NIbHpOreANU8KeF9L1HUPiP4Xs9K8Rxi8sis2oNDdrDhtzRraN8y+YuN6hl3fL3xc8a/B/U/CGmaVe+J/GPgS1tNWIbT7i3nu5FnARW3fu7Zo9u1lO4qOD96rfxniEXwR+C1uYPLV9Hv5CHi+U7pLc5z79f+Be9bHiDUrG2/Ze+Gt74g0eLxNHLe38SHUtRukSFY5JI41Ro5VCrsjWMDdhVXcq8NTSFJ3OB0r4Xa3qfxXf4d2uu+G5dVlhjms7hZpWs7yNrdbhfLeOJlb9yd25lVW2ttZjgm34E+H2q+J/FWq+DNA8Q+GprpkDwzvNdrbXix7maS3f7PtZY24ZmVVbc23crbq6T4Batp2t/ta6LqOl/Jp895qclhBIQptLU29y0NuqqzLGqKwG1eFxhfU9d+zhqngu5+OEmlaT4B1Cw1OdL9ZtTfxBLOyhdyt8ipGq5ztDfMw3L9aqyJ2PIdO+Gt/4kY/2L400TW1SJZpl0XTNVvXiRt20MqWm2Nm2t8rFW+WsvxP8ADLVdM8FDxnpGsab4k8NC8axuLyxWZDaSjafLuElRWj3M2Fb5l3FeV3Lu779lm48/UfFUd8pFuvgDUcyWUH7/AG7rdWCp8qs2F+X+838VY0vjnwvpvwru/h34TOpx2Wq3Ud5quoanCkMs/lkeXCkaNIscaiONmZpGYtuXaqt8rTsK9zmPHXw2m8H6PoOrXni/wxfWuuoJ7EWjXLSG3Of9IdWt1IVcjhvmPIVThsN+J3w4vfh9a6W2reIdCu7jVoI7y2trIXPnrbSK22RlmgjCrkbdrMG3fw/K2PcfH1xoeg/Bb4O+I9YtI9VvdP0WUaVpjbljubhlt2Waf+9bw7VZlVv3jNGvC7q4z9p24uNdvPhxqmrsbrUL7wNY3E9x0aWRizE/Lx95mP3f4qYjxXSX01b6J9XF01nvHnizcLOU7hC25QW2nkqdvoa7/wCMXgFfBMPh3xFol1f3/hjxNZpe6XcX8SieLcoZoJQrbfMUMvzfdbc237prgdT0+C2cqboI2zcFlUlvx2/+zLX0ro+kz/E/wXq3wo89Rq1l4f0HxJ4eeeZhGHXTbSGdWI+VVwyqoK/ekZqVrgeMw+AtX/4VbF8RdR1DTNM0S4vHsrOO4M3nXcqqzMsYjjZdreXIqlmVcxtuZf4tnTvANqulWJ1zxnpGiatqunxahpml3KuZp4WLiNmlZo7eJn27lVpPmVgW29K6z4n6/Y6t+y6q6MBdaBpfj6PTdHVwV8y2h09lVmChWVpG3zN907pmrmf2rsX/AMTbjxnZjfoHiXT7a80e4Qfu3hS3jhZP9lldWDR9V3DIXdQ0Mq2nw61ebUE0i61vTNN155pIZdDltL+fUYWVQ7fuoLabchX94HVmVlYNkfMo1J/hhri6brEujataard6JCbrVtLezurK/tY9qt5nlXEa5XbtPytu2n5VLV1fiSe0/wCGlvhNp1xum1/S7XQ7TxCxbcxvl+8rHbtZlUrubc38K5Uq1ZviHxppXgTx/wDEy88KNrN14t1m81PTnvLiCO2h0yOS6ZnaNY5Gkkk3Ku1m8vbgNtb7rFkHOzlLHwPc3/gaz8cN4v8AC2n6PcXr6esly93vS7ZXZY2Eds3zKGZtysy/L977taWo+C9TguPBSRaxoOoxeLZPs2k3NnPO0IYTRw/vvMiV0/eSKvyqx4bcOOVSKOL9kSA8bF+JHU7drbdPK/0qL4T3NvbanqfjLXNcv7HSvDFhJbabPCVuDaX13ujh8qFmXcys887Ku35otzNluULUwPHul6z4T8S6h4L12BUvrSVftSwybopo9isrK33mVlZWXOCd20qGXFb/AI48M3/g2y0DVdU8VeGLiDXII7mwNnJcvItq21luJI2t1ZYV3L8vzN95VVtrbem/aSudD13wV4G+Iel3+pajeanZPpGoXd2qxmT7MdrMU3MY3ZvMbaGZdvzH5sM2l8Z9S8I6P8Nfg/J4p8G3fiIz+FYxbmPWWs0RfLhZtyqjM/3lb7y0WHc8p8e+BL3wSmmw6h4g0HUbrXLSG+t1spLpmNpJvZZD5kMaqrFT8u7d935f4qTRfBeveIfBnijxNoSW08HhqOGW+id5PtBjbd80a7WVlVVZm3Mu1Q3y/drqf2rJ7P8A4SnwNc2lk1hbyeBdOaKzaZpDbqzTbY97fe2jau5vvfy9C+CmreGvB114U+G3iDVtUgvNftphrekLbSNC82pLGLdZphIrROsMduo2xsytM3zLubbPKFz5j814o1ggXfdTgLkfeVT/AAr/AL38X1aont5bG4aJpjJOMo6qvyq3puz/AErW8V6fF4Y8beIdMtnmMemandWFvJcMpkxHIyqxK8FsKN23/gPWqNikVnpcstxG007gbQ38Oei/73/xP+zQkUmQxN+/V2dmx8x3fxUVSV2iZpmRZBjdtDfdoqxXJgqNuyvmMzdWHzFf9n/gXzUKRG2Cm1m4yKVup/3WprfcH+83/oNPcgryBTIflGztXU6J488U6X4LvfBljqFtFoN+++7tW063fzWYKNzSGNm3DAKndlSFK7WVa5enQf61fwpMDStJp7S6hubK4mt7i3kWWC4hkZZInVsqylfmVlYblZa3db8XeJ/EcUVtr3iHUdRgjk3rDNN+78zaytIyrhWkZWb943zNu+9XPRfx/wC4alh/1QqGyzrV8UeKl8Jp4Z0/XpYNNVVZbWO3jjjbd97zFVV3N821pG3N8u3dtrlNMmvLDXba7VAtxaSK6M0Ssqsv3flbcrcqvyncuONuPlrRi/5af9cP/ZlqHUf9ev8Avf8AsqVLkM2fFXirxT4lhtU8Sa/qOs/Y3d7VruRXaLdt3bW27trbR8u7b8q1z7bUkQhFbawO2Qbkb/eX+Jakk/h/3hQ1K92arY3Nc8VeJdb07+zdb1u7u9LBUxWLMq28IC4AjhVVWJQPlVY9qrhV/hq3afEDx9bxxR23jrxXGke1Y44dRnijEa7VVVjVtqqv91V/2dvrzF1/yz/3v/ZatXSImkaDIiqrz25eZgMGRtw5Y9z7mquSdFJ8V/iTHBJCvj7xCYpnVXl+2MJdqhv+Wu3cq/M3yqy5+Vv7tVNK8aeL7TUrm/s/Fmr2t/qqQtf3dveNFNcMsfy+ZIvzfLub/e+826uci4uDj+/H/wCzU+1/19r/ANcl/wDRdDYre8dDp/jDxXo2s6hqGla3eWl9fMr3V7AEW4lXJOPNZcqWYBmVWUMyqGVmAxz3nhp47sLEs4k37fIVoS27O3ydm3H+ztxtbbt2/LUrdD/u/wCFZ8f+sb/P96mJrU6fVPGHjLXPIj1bxPqt7DBItxHDLPuhgeP7rJH91Nufuqqr8q7lqt4z8YeLdTsoYtb8W6xq0SSNLEl9cNIYm2su5Wbldytt+Xb/AOO1QsP+P0/h/wCg1m+KP9an+4KoU1oUIruS0uo7m32+ZFIHXMasuVYMCytlW5H3W3K1bXiHxz4s8QXsNzrHiHUL25hS4WO5kfbKEmXbJF5i/N5JVmXy87QGZVVdx3c3D/rF+op8v3zTRB0n/CdeMG8Mt4ZGuXDaIbdbc6cFX7OFH8Xl7du7d83mfe3fNu3Nupnhzxz4w8NWEmn6F4l1SwtXLSeTFO21JGXa0kf/ADzk2lhuXa23+KsBKjfr/wADpsDofDvinWtB1t9e0nUjb6q6Pm8dI5ZgW5Z1Z1bbJ9794u1uW+b5mqTU9X1HWb641LU7t7q9mCiW4ZVV3b+8xVRub+8zfM38VcynUVoWhPm9TUgkdefGvjI+HB4f/wCEkvo9EFott/ZsTBLUx7mzuhVVVmZuTI3zMxJLFm3VEfGPiL/hFn8MR6gseihN0ljHaxRxyt8uJH2xqzSfKv7xmaT5V+asNv8AV/8AfP8AWoJf+PeT/db/ANBagqxvWnjzxbF4ctvDZ1szaHbshj02aCKS3BWRZAzRsrK3zLubduz8wbKswZut+PvGus3Fu2r+KNWv0tLhby1iuZ96wTKcK0an5V25+6qqvy/drmH/AIf90UyX7jf76/8As1NE2OrvfH/jTU5re51nxBf6w1tI0luuqkXqwsylSyrKGVeCO3DbSMFQRVvfHniu98RW3iu91mW41y1G2C+kjjaYAFtrbtvzMu5trNuZdq7du1duEaqz/wDHv+P+FK5Rt+J/EeseKNaXVPEeozanemJYnnuArM237oZlHzf7zc7cf3VqjNO8s3zuAo5OT/F/e/75qmPvv/vUo+4Pq3/oVMGvdJbghVVV+rNRVa6/i/3aKCj/2Q==</binary></FictionBook>
